Глава 1 - Небесная божественная книга

В главном зале клана Сюаньюань Повелитель демонов Вень Жэньхэ находился в уединенной медитации уже семь дней, с плотно запертыми дверями, ежедневно получая еду и напитки через приближенных, но не прикасаясь к ним. Кто знал, что за трудную технику совершенствования он постигал?

[п.п. демоны — не мифические существа, а просто наименование последователей. Повелитель демонов, демонический клан — термины, обозначающие совершенствующихся, практикующих не праведный метод.]

Хранитель Юань, присматривающий за главным залом, был взволнован. Достопочтенный Повелитель неожиданно отправился в уединенную медитацию, не оставив ни одного приказа. Если он действительно практиковал новую технику совершенствования или готовился к вознесению… Не нужно ли подготовиться к празднованию?

Повелитель Демонов по своей натуре не был экстравагантен и не любил формальности. Но если он освоил новые техники, Хранитель Юань должен, как минимум, собрать всех в гостиной главной залы, чтобы отпраздновать событие и обсудить будущие завоевания клана Сюаньюань в мире заклинателей.

После длительных раздумий над проблемой, Хранитель Юань наконец решил попросить помощи у Инь Ханцзяна, Левого Защитника Достопочтенного Господина. Инь Ханцзян находился ближе всех к Правителю и встречался с ним как раз перед уходом в уединенную медитацию. Он был одним из немногих, кто понимал, что творится в голове Вень Жэньхэ.

Инь Ханцзян стоял на страже у двери в покои все семь дней, полностью в чёрном, равнодушный ко всему. Он всегда был немногословен. После того, как Хранитель Юань поведал ему о своих переживаниях, на безразличном лице появилось озадаченное выражение и, казалось, он был потерян.

Более низкий, по сравнению с Инь Ханцзяном, Хранитель Юань выжидающе взглянул на приближенного Достопочтенного Господина.

— Не сейчас, — Инь Ханцзян заставил себя произнести пару слов.

— А? — нерешительно пробормотал Хранитель Юань. — Этот слуга слышал, что Достопочтенный Господин заполучил редчайший том семь дней назад и немедленно отправился в уединенную медитацию. Правитель годами ничего не достигал в совершенствовании. Если существует техника, увлекшая и заставившая его сразу же отправиться постигать учение за закрытыми дверьми, разве не может случиться прорыв?

— Как я сказал, это необязательно, — холодно отозвался Инь Ханцзян, меч в его руках блеснул в ярком свете. Хранитель Юань не посмел больше задавать вопросов и поспешно удалился.

После его ухода, Инь Ханцзян перевёл взгляд на плотно закрытую дверь, а его равнодушие сменилось смущением.

Верно, Достопочтенный Господин получил книгу неделю назад. Все приняли это за секретное пособие, но только Инь Ханцзян, который был рядом в тот момент, увидел название книги — “Жестокий роман: ты единственный, кого я не изменю”.

Оно было таким слащавым, что у Инь Ханцзяна моментально свело зубы. Вся эта книга нисколько не напоминала пособие о секретных техниках. Даже романтические истории, написанные смертными учёными мужами, имели более элегантные названия, чем это.

Инь Ханцзян подумал, что Вень Жэньхэ моментально сожжёт этот мусор, оставив лишь пепел, но, кто бы мог знать, что он откроет книгу, пробежится глазами по первой странице и, вздохнув, изолируется с ней?

Повелитель Демонов счёл роман из мира смертных стоящим внимания?

Чем дольше Инь Ханцзян стоял напротив двери, тем больше чувствовал беспокойство.

Мир заклинателей не может сравниться с Цзянху или Улином - мирами смертных. Они представляли собой собрания простых людей, желающих усовершенствовать тело и дух, стать сильнее обычного человека. Не важно, как развивали внутреннюю мощь, она была приобретенной, поэтому способности смертных ограничивались всего лишь возможностью убить монстра одной рукой. Напротив, мир заклинателей был на порядок выше воинственного мира Улин. Заклинатели оставили позади дела обычных людей и использовали различные методы достижения бессмертия. Даже врождённые талант самого слабого члена клана превосходил приобретённые умения лучших мастеров Улина.

Людей Улина могли заинтересовать любовь или страсть, истории о героях и красивых женщинах, но заклинатели пытались избежать этих чувств, избавиться от любви и нежности, для достижения собственной версии великого Дао. И клан Сюаньюань был демоническим. То есть, верил в улучшение способностей с помощью отношений мужчины и женщины, основанных на плотских чувствах. Используя двойное совершенствование, чтобы украсть силу у других - не похоже на сентиментальную любовную историю.

[п.п. двойное совершенствование - практики повышения силы с помощью секса.]

Но путь, избранный Вень Жэньхэ, был тропой хищника, убивающего ради пищи. У него никогда не было связи с женщиной. Как… как он мог читать “Жестокий роман: ты единственный, кого я не изменю” семь дней и ночей?

Инь Ханцзян не понимал. Совсем не понимал происходящего, но он был одним из охранников Достопочтенного Господина, самым преданным. Он поклялся, что умрет прежде, чем кто-то осмелится оставить хоть царапину Вень Жэньхэ. Любой, кто бы хотел убить Повелителя, сначала должен был пройти через Инь Ханцзяна.

Поэтому, даже если он знал, что Достопочтенный Господин читал любовный роман, а не медитировал в уединении, Инь Ханцзян держал меч наготове и стоял у дверей в покои для совершенствования неподвижно и молчаливо, не сдвигаясь ни на шаг.

С другой стороны двери Вень Жэньхэ опустил книгу, положа руку на обложку. На секунду могло показаться, что он готов уничтожить роман одним ударом. Но его пальцы задрожали и, заметя это, он оставил книгу в покое.

Его брови были сведены, пальцы сжаты в кулак, подпирающий голову, казалось, Повелитель пытался найти решение вечной проблеме.

Семь дней назад Вень Жэньхэ обсуждал с Инь Ханцзянем, как лучше преподать урок праведным заклинателям, всегда угрожающим клану Сюаньюань, когда толстый томик внезапно появился в его руке. Вень Жэньхэ был одним из самых могущественных заклинателей этого мира. До тех пор, пока божества не решили бы сойти с небес, никто не мог поместить книгу в его руки незаметно, не оставив ни знака на появление.

Ситуация была подозрительной, поэтому Вень Жэньхэ не уничтожил книгу, а заставил себя заглянуть дальше названия. На первой странице он обнаружил несколько строк: “Из-за огромного количества сюжетных дыр, читатели отвергли эту историю. Поэтому самому популярному персонажу лично доверяется проверить содержание и изменить сюжет.”

После прочтения, Вень Жэньхэ моментально уединился, проведя неделю за чтением этого романа в миллион слов от корки до корки, от первого слова до последнего несколько раз. С его знаниями и способностями хватило одного раза, чтобы запомнить всё, но он перечитал книгу ещё несколько раз, вникая в значение каждого предложения.

И по прошествии всего времени не осталось ничего, что было бы ему непонятно.

Он осмыслил все слова и предложения. Даже мог представить, что они описывали, связанные вместе. Но, в конце концов, этот Достопочтенный не уловил суть!

Роман повествовал историю о любви и обидах мужчины и женщины, связанных двумя жизнями.

Главная героиня в предыдущей жизни была первоначальной небесной богиней. В отличие от смертных, приобретших божественность, она родилась такой в момент создания верхнего и нижнего миров. Её деятельность заключалась в вызывании бедствий, распространении болезней, разрушений и смерти в нижнем царстве. Звучит так, будто богиня была злобной, но, на самом деле, она поддерживала равновесие во вселенной. Жизнь и смерть должны существовать вместе. Все вещи имеют и начало и конец. Она была справедливой и беспристрастной, никогда не выбирала определенную расу, лишь выполняла работу на протяжении многих веков без радости и сожаления.

После долгих лет пантеон первоначальных богов пал и верхнее царство заселили новые вознесшиеся боги. Они были представителями человечества, основой всех существующих вещей, теми, кто нашёл путь к небесам, развил способности обоих миров в теле и прошёл тысячи испытаний, чтобы приблизиться к уровню первоначальных богов и вознестись. Главный герой был одним из таких.

Он считал себя ответственным за все жизни на земле. В божественном царстве персонаж узнал о главной героине, одной из оставшихся в живых первоначальной богине, способной контролировать разрушения. Многие природные катастрофы, о которых он слышал ещё до вознесения, были на её совести. Так, в надежде изменить решение главной героини, он стал преследовать её.

Первоначальная богиня была так же безэмоциональна, как вселенная. Для неё слова главного героя не отличались от медленно движущихся облаков, щебета птиц или жужжания мухи. Если шум становился слишком надоедливым, она использовал заклинания молчания, склеивая его губы и скидывая с тридцати трёх небесных уровней.

Но главный герой был упрямцем. Он забирался обратно, избавлялся от заклинания молчания и умолял её проявить хоть немного сострадания к смертным.

Миллионы лет прошли вот так и пришло время богине пройти испытания.

Вселенная встречается с тремя бедствиями: ураганом, наводнением и пожаром, затем разрушается и создается заново множество раз, что очень подходит богам. Главная героиня приняла свою участь и встретилась с божественным испытанием. Как только она приготовилась испытать себя, на сцене появился главный герой.

Испытание для первоначальных богов превосходило в сложности обычное. Главная героиня знала, что точно умрет. Только если бы она смогла сохранить душу, переродиться и заново постичь тайны небес, тогда выжила бы. Поэтому, до того, как приступить к испытанию, она оставила свою божественную силу где-то в мире людей, чтобы в будущем найти её, восстановить мощь и вернуться в небесное царство.

[п.п. испытания посылаются небесными силами по законам вселенной. проваленное испытание кончается смертью]

Богиня была готова покинуть тело и вступить в цикл перерождений, когда появился главный герой и остановил молнию, готовую пронзить её, тем самым тоже вступая в испытание. Таким образом, они оба отправились на перерождение.

По незнанию, центральный персонаж оказался связан кармой с бывшей богиней. После реинкарнации, наивная и невинная героиня вступила в клан заклинателей, где впервые встретилась со старшим учеником, и почувствовала, будто её сердце пронзила молния. Это был разряд тока, как Вень Жэньхэ понял из описания: “Покалывание распространилось по всему её телу с первого взгляда, она не могла отвести глаз или сдвинуться с места.” Вень Жэньхэ никогда не был привязан к кому-то, поэтому подумал, что те симптомы может вызвать удар молнии.

Герои влюбились друг в друга с первого взгляда. Девушка, которую в этой жизни звали Байли Цинмяо, отдала своё сердце Хэ Веньчжао - старшему ученику, который, как и прежде, всей душой переживал за смертных. Это стало началом извращенной истории о главной героине, позволяющей калечить свои тело и сердце, но не отказывающейся от любви. В конце концов, она передает божественные силы Хэ Веньчжао, желая только жить счастливо с возлюбленным.

Сюжет был полон ложных обвинений и недопониманий: в ходе повествования Байли Цинмяо отправляют в тюрьму, оскорбляют, отравляют, преследуют и убивают, после Хэ Веньчжао женится на другой, а несколько важных мужских персонажей второго плана, которые искренне защищают и лелеют только главную героиню, терпят поражение, потому что Байли Цинмяо любит одного Хэ Веньчжао, не замечая добрых намерений остальных, зацикленная на нахождении возлюбленного и создании брака с ним, но позже, будучи раненой врагами или товарищами по клану, она спасается благодаря другому мужскому персонажу, а после выздоровления снова убегает, чтобы получить ещё больше увечий.

Описание подобных событий продолжались дольше, чем восемьсот тысяч слов и Вень Жэньхэ почти получил отклонение ци во время чтения. Если бы Байли Цинмяо появилась перед ним прямо сейчас, он бы разбил ей голову, чтобы увидеть работает ли её мозг.

[п.п. отклонение ци бывает у совершенствующихся, практикующихся в нестабильном состоянии (злость, депрессия, гнев и т.д.), это может привести к разрушению сил или тела]

На последней странице был не текст романа, а множество странных заметок, обозначенных как рецензии. Отзывы были, по большей степени, такими —

[Эта ГГ просто сумасшедшая, не стала богиней для того, чтобы остаться с уже женатым отморозком!]

[Этот недоразвитый мусор заставил меня ждать больше миллиона слов, чтобы ГГ вернула божественную силу и наказала отморозка, но она была дешёвкой до конца.]

[Хэ Веньчжао любит ГГ, но мир важнее, чем она, старшие клана важнее, чем она, простые люди важнее, чем она, все вокруг важнее, чем она. Хэ Веньчжао может отбросить её, когда захочет. Эта любовь унизительная, я не выдерживаю.]

[Хэ Веньчжао разрушил жизнь ГГ дважды. Она была первоначальной богиней, воспринимала мир иначе, нежели вознесшиеся. Создание бедствий было её обязанностью, чтобы поддерживать вселенную. Он давил на неё, пытаясь вызвать любовь к человечеству и испортил небесное испытание, связывая свою следующую жизнь с жизнью богини, а она не могла ничего поделать. Этот ужасный парень издевается над главной героиней ради праведности!]

[Любовь с первого взгляда может расцениваться как карма из их прошлой жизни, но почему она никак не повлияла на Хэ Веньчжао? И Байли Цинмяо хотела умереть за него? Хэ Веньчжао может жениться на Хозяйке Павильона Цзылинь, так почему Байли Цинмяо не может выйти замуж за Чжун Лицяня или Вень Жэньхэ? Наследник лучшей семьи заклинателей не достаточно привлекателен для неё или Повелитель Демонов не достаточно крут? Почему нужно вешаться на Хэ Веньчжао?]

[Вень Жэньхэ - единственное, что держало меня 1 миллион+ слов. Мне хотелось увидеть, как он избавится от главного героя, но, в итоге, героиня позволила ему умереть.]

[Вень Жэньхэ, Чжун Лицянь, Инь Ханьцзян - любой лучше, чем Хэ Веньчжао, ГГ слепая!]

[Лучше забудем Инь Ханцзяна, он пугающий.]

[Вычеркнем Инь Ханцзяна, от одного упоминания его имени у меня кошмары.]

[Вычеркнем его +1, давайте говорить о Вень Жэньхэ]

Вень Жэньхэ, Инь Ханцзян, Чжун Лицянь и другие знакомые имена, продолжающие появляться на страницах книги - вот причина, почему Повелитель Демонов терпел низкопробный роман.

Вень Жэньхэ знал, что этот тёзка - он сам.

Как написано в первых строчках: Вень Жэньхэ был в “Жестоком романе: ты единственный для меня” высокомерным, но влюблённым до безумия второстепенным персонажем. Мир, в котором он жил, был всего лишь историей в книжке.

Любой заклинатель, узнавший подобную правду, сошёл бы с ума и, либо пресно и апатично проживал остаток дней, либо разгневался до отклонения ци. Даже Вень Жэньхэ был потрясен на короткое мгновение, но, будучи человеком ищущим просвещение между смертью и убийствами, который также имеет несгибаемую волю, он скоро понял, что мир заклинателей - лишь один из мириадов миров во вселенной. В глазах другого человека его реальность была только новеллой, но “Жестокий роман: ты единственный для меня” всего-навсего отражал любовь, ненависть, целеустремленность, вражду нескольких дюжин людей. Вещей, не описанных в нём, было достаточно для создания нового мира. Ведь книга только записывала жизни определённых людей в определённое время, не мир в целом.

Вень Жэньхэ не подвергал сомнению собственное существование, его мысли и действия не контролировались, а мир был реальным, чего ему вполне хватало.

Вень Жэньхэ действительно не мог осознать одно: почему в книги говорится, что в будущем он полюбит Байли Цинмяо, отдаст за неё мир и жизнь. Холодный и бесчувственный Вень Жэньхэ не мог понять этого.

Уже читая роман, он хотел вытряхнуть душу Байли Цинмяо из тела, заставить её забыть Хэ Венчжао и чувства к нему, затем поместить дух обратно. Как мог Вень Жэньхэ рисковать жизнью и помогать Хэ Венчжао, просто потому что она попросила его?

Он знал, что если не разберётся с этим, то рано или поздно внутренние злые духи восстанут и перекроют ему дорогу совершенствования тела и духа. Даже если не для того, чтобы выполнить требования книги, а для собственного благополучия, он должен действовать.

[п.п. внутренние злые духи — помешательство рассудка. что-то типа метафоры]

Трёхдневных размышлений хватило, чтобы принять решение - он выяснит, почему Байли Цинмяо такая… то есть, почему она была так безнадёжно влюблена. Сам он не представлял причину, и может Байли Цинмяо тоже, в конце концов, может мозг не работает хорошо после удара молнии? Но другие персонажи в романе, особенно противники Байли Цинмяо в борьбе за возлюбленного, знали, что делали. Всё же, они все испытывали чувства к Хэ Венчжао и готовы были перегрызть друг другу глотки за него.

Если одного мало - он должен найти больше. Если спросить достаточно людей, он точно найдёт ответ. Когда проблемы будут решены, изменение сюжета не будет тяжёлым делом.

Когда план был разработан, Вень Жэньхэ открыл двери. Так как Инь Ханцзян стоял снаружи, увидев его, он преклонил колено и опустил меч острием вниз, тихо ожидая команды Достопочтенного Господина.

Вень Жэньхэ взглянул на Левого Защитника, которому доверял больше всех и вспомнил, что тот тоже был в романе.

Защитник Инь, что ты думаешь о любви… Хотя, забудь.

Произнеся несколько слов, Вень Жэньхэ припомнил, какие именно действия Инь Ханцзяна напугали читателей до дрожи и решил не спрашивать.

Инь Ханцзян тоже вряд ли понимал любовь.

Глава 2 - Искусительница секты Сюаньюань

Инь Ханьцзян услышал незаконченные слова и понял, что Достопочтенный Вэнь Женьхэ хотел спросить его, что он думает о любви. Честно говоря, Инь Ханьцзян тоже ничего не понимал.

В детстве он был подобран из кладбища Вэнь Женьхэ и доставлен обратно в секту Сюаньюань. Он всегда следовал указаниям Господина и никогда не высказывал своего собственного мнения. Несмотря на то, что Вэньжэнь еще не закончил вопрос, Инь Ханьцзян склонил голову и сказал:

-"Предпочтения Достопочтенного - это убеждения этого подчиненного".

Если бы Господин любил книги, Инь Ханьцзян собрал бы для него все книги на Земле. Если бы ему нравились мужчины или женщины, Инь Ханьцзян привел бы к нему всех людей, которые ему нравились. Желания Господина были приказом Инь Ханьцзяна.

Вэнь Женьхэ пристально посмотрел на Инь Ханьцзяна, который стоял перед ним на одном колене, и вспомнил сюжет, который занимал его мысли последние несколько дней.

Судя по описанию сюжета, Инь Ханьцзян действительно действовал в соответствии со своими словами.

Инь Ханьцзян в " Жестоком любовном романе: ты единственный в моем сердце " любовный интерес номер четыре, был доверенным помощником номер два Вэнь Женьхэ . Обычно он был молчалив и сдержан, преданно защищал Бейли Цинмяо и заботился обо всех ее нуждах. Когда Вэньжэнь не мог сам присматривать за Бейли Цинмяо, он посылал Инь Ханьцзян защищать ее. Инь Ханьцзян принимал удары за нее, был отравлен за нее, получил ранения за нее и чуть не лишился жизни, и все это без единого слова жалобы. Он даже никогда не признавался ей в этом. Самые откровенные слова, которые он когда-либо произносил, были, когда, когда они вдвоем столкнулись с опасностью, Инь Ханьцзян сказал ей бежать первой и сказал хриплым голосом:

-"Либо мы оба выживем, либо я умру, чтобы защитить тебя".

Какая девушка могла бы устоять перед такими преданным, честным и красивым мужчиной, который демонстрировал свою любовь своими действиями? На ранней стадией романа популярность Инь Ханьцзяна в какой-то момент превысила популярность Вэнь Женьхэ . Даже Бейли Цинмяо, все еще сходящая с ума по Хэ Вэньчао, однажды в слезах сказала Инь Ханьцзяну, что не сможет вернуть ему свой долг, даже если потратит на это всю свою жизнь.

Все читатели, включая Вэнь Женьхэ , думали, что Инь Ханьцзян был глубоко влюблен в Бейли Цинмяо, но после того, как Вэнь Женьхэ умер за нее, Инь Ханьцзян…

Вэнь Женьхэ мысленно вернулся к сюжетной линии, которую он перечитал четыре или пять раз и спросил Инь Ханьцзяна:

-"Пока этот Достопочтенный находится здесь, ты, безусловно, всем сердцем предан ему. Но что, если когда-нибудь этого Достопочтенного здесь уже не будет?"

Слушая слова Вэнь Женьхэ, дрожь пробежала по телу Инь Ханьцзяна, и рука, поддерживающая его, слегка задрожала. Казалось, что он с трудом мог вынести даже мысль о возможности смерти Вэнь Женьхэ. Он не хотел представлять, но Вэнь Женьхэ задал этот вопрос, поэтому он заставил себя обдумать его. Через несколько мгновений на его лбу выступил холодный пот, и казалось, что он был на пределе своих возможностей.

Спустя долгое время он выдавил ответ сквозь стиснутые зубы:

-"Этот подчиненный умрет раньше Господина".

Вэнь Женьхэ рассеянно вытер рукавом пот со лба Инь Ханьцзяна. Его действия были теплыми, но его слова были безразличными.

-"А что, если у этого Достопочтенного было незаконченное дело, и он не позволил тебе умереть?"

Зрачки Инь Ханьцзяна задрожали, и он опустился на колени, упершись обеими руками в землю и глубоко опустив голову.

-"Этот подчиненный не знает".

Он не знал, но Вэнь Женьхэ знал.

В книге Вэнь Женьхэ приказал Инь Ханьцзяну защищать Бейли Цинмяо перед смертью, думая, что Инь Ханьцзяну также нравится Бейли Цинмяо, и он, безусловно, защитит ее так, как он сам намеревался. И Инь Ханьцзян действительно выполнил его приказ, никогда не уходил от Бейли Цинмяо.

Но в то же время в рассказе необъяснимым образом появился человек в маске призрака. Он казался неотвратимым, используя все методы, которые только мог придумать, чтобы навредить Бейли Цинмяо. После того, как Бейли Цинмяо была ранена, он посыпал ее раны порошком, расплавляющим кости. После того, как Бейли Цинмяо потеряла сознание, он бросил ее в Яму Тысячи Змей. Когда Бейли Цинмяо осталась одна, он повесил котел и попытался превратить ее в ламповое масло. С каждым своим появлением он становился все более и более развратным.

Все это время читатели пытались угадать, какой именно злой женский персонаж маскировался под Маску Призрака. Несмотря на то, что его описывали как мужчину, в мире самосовершенствования существовало много способов для женщины притвориться мужчиной.

Но никто не мог догадаться, что произошло, когда в какой-то момент Бейли Цинмяо и Инь Ханьцзян спрятались в пещере, убегая от Маски Призрака. Бейли Цинмяо тихо сказала:

-"Брат Инь, мне так повезло, что вы здесь".

-"Неужели?",- Сказал Инь Ханьцзян.

Бейли Цинмяо была измучена и уже собиралась задремать, прислонившись к его спине, когда увидела, что угол свертка, который Инь Ханьцзян нес все это время, отвалился. То, что она мельком увидела внутри, было тем же самым зрелищем, которое заставило ее резко проснуться от бесчисленных кошмаров, маска призрака!

После смерти Вэнь Женьхэ Инь Ханьцзян, наконец, поступил вопреки его приказам. Он хотел убить Бейли Цинмяо после того, как подверг ее всем пыткам, он хотел отправить ее вниз, чтобы сопровождать Вэнь Женьхэ, он хотел превратить ее душу в вечно горящую лампу, чтобы осветить путь Вэнь Женьхэ в загробной жизни.

Все способы, которыми он заботился о ней в прошлом, были не потому, что он любил ее, а потому, что это было то, что приказал Вэнь Женьхэ. Из-за этого он сделал безопасность Бейли Цинмяо своим приоритетом. После того, как Вэнь Женьхэ погиб за Бейли Цинмяо, Инь Ханьцзян хотел причинить ей боль тысячью разных способов.

Во время чтения Вэнь Женьхэ не понимал мотивов Инь Ханьцзяна. Только после того, как он вышел и спросил его, он понял, какую сильную боль, должно быть, испытывал Инь Ханьцзян. Его первый вопрос о путанице в книге теперь был решен.

-"Ты можешь встать", - сказал Вэнь Женьхэ.

Инь Ханьцзян, вытерев нижнюю губу рукавом, уверенно поднялся на ноги. Вэнь Женьхэ схватил его за руку и почувствовал запах крови на его рукаве. Принуждение его представить смерть Достопочтенного Демона на самом деле причинило Инь Ханьцзяну такую сильную боль. Даже Вэнь Женьхэ, который культивировал Темный Путь, был немного тронут.

Прямо сейчас Вэнь Женьхэ не влюбился в Бейли Цинмяо, как в книге, поэтому он не думал, что то, что сделал Инь Ханьцзян, было что-то неправильное. Среди тех, кто культивировал Темный Путь, кого можно было бы считать бескорыстным? Если вы не можете получить что-то, уничтожьте это. Если ты умрешь, забери своего врага с собой в загробную жизнь. Все это было совершенно нормально.

Вэнь Женьхэ просто хотел сказать в книге Инь Ханьцзяну:

-"Молодец!"

И пока он этим занимается, он хотел бы побить главную героиню книги. У главной героини было что-то не в порядке с головой. Чего Вэнь Женьхэ действительно не мог принять, так это того, что он сам отказался от всего ради любви. Это было совершенно невозможно.

Почему он должен быть затянут под воду и стать совершенно неспособным освободиться? И почему Бейли Цинмяо была влюблена в Хэ Вэньчао до тех пор, пока не потеряла себя, все еще желая быть с ним после стольких травм? Зачем злонамеренным и ревнивым женщинам подставлять невинную девушку из-за Хэ Вэньчао?

Было слишком много вещей, которых Вэнь Женьхэ не понимал.

Инь Ханьцзян прояснил для него один момент замешательства, но перед Достопочтенного Демона стояло еще много вопросов.

Вэнь Женьхэ положил руку на грудь Инь Ханьцзяна и послал в него поток энергии, чтобы помочь ему исцелиться. Инь Ханьцзян не оказывал сопротивления, позволяя гнетущей энергии Вэнь Женьхэ свободно проникать в его даньтянь[1] и помогать подавлять его духовную сущность, в смятении от его неустойчивого психического состояния.

1. Даньтянь - это область в нижней части живота, где собирается ци, чтобы сформировать золотую сердцевину, сконцентрировать и очистить ци и увеличить силу.

Небрежно приведя в порядок Инь Ханьцзян, Вэнь Женьхэ скомандовал:

-"Скажи Нужной Защитницей, чтобы она пришла в зал заседаний".

Инь Ханьцзян повиновался, достав один из командных талисманов Достопочтенного Демона и отправив вызов Нужной Защитнице.

Они вдвоем пришли в зал заседаний и некоторое время ждали, пока не появилась неторопливо женщина в пурпурной одежде. То, что на ней было надето, в меньшей степени можно было назвать одеждой, а скорее полоской пурпурной марли, обмотанной вокруг ее тела, едва прикрывая жизненно важные области и вместо этого очерчивая ее соблазнительную фигуру, привлекая внимание людей.

К сожалению, двое перед ней были слепы, и у них были ледяные сердца. Правильная Защитница, Шу Яньянь, давно привыкла к подобной реакции с их стороны. Она сделала многозначительный жест поклона Вэнь Женьхэ, и после того, как ей позволили подняться, нетерпеливо сказала:

-“Господин, тебе нужно, чтобы я пошла избить этих двуличных лицемеров из праведных сект? Этому подчиненному не терпеться это сделать”.Она прикрыла рот рукой, изобразив при этом застенчивую улыбку.

Вэнь Женьхэ хорошо понимал этого своего подчиненного.

-“Тебе не терпится наказать их или собрать их ян, чтобы дополнить твою инь[2]?”

2. Принцип двойного совершенствования, совершенствования путем занятия сексом. У мужчин высокий уровень ян, а у женщин высокий уровень инь. Женщина будет брать ян от мужчины, чтобы дополнить свою инь, и наоборот.

-“Разве это не одно и то же?”

Шу Яньянь захлопала ресницами, глядя на Вэнь Женьхэ.

-“Господин, ты меня знаешь. Я следую по пути желания. Я бы не упустила шанс убить двух зайцев одним выстрелом”.

Вэнь Женьхэ поднял руку. Шу Яньянь, получив его разрешение, подошла к креслу справа от него и села, томно вытянув свои длинные ноги, каждым движением демонстрируя неотразимое женское очарование.

Вэнь Женьхэ проигнорировал соблазн, который она нечаянно высвободила, и неторопливо спросил:

-"Ты знаешь главного ученика секты Шанцин, Хэ Вэньчао?”

-“О, он? Теперь это возбуждает мой интерес". Шу Яньянь лениво развалилась на стуле, без малейшего намека на подобающую позу. Подперев подбородок одной рукой и хлопая глазами, она сказала:

-“Господин, разве не ты посылал нас три месяца назад расследовать планы праведных сект? Я замаскировалась под хрупкую и жалкую певицу и притворилась, что со мной плохо обращаются в ресторане перед молодыми учениками секты Шанцин. Хэ Вэньчао был тем, кто пришел мне на помощь. Этот парень..."

Остановившись там, Шу Яньянь облизнула губы, словно наслаждаясь вкусом, и сделала паузу на мгновение, прежде чем продолжить.

- “Его истинный ян был вполне удовлетворительным”.

Вэнь Женьхэ точно знал, о чем она думает.

В книге говорится, что истинный ян Хэ Вэньчао действительно был взят Шу Яньяном, и он потерял большую часть своего совершенствования. Шу Яньянь заперла его на своей территории для выращивания и чуть не высосала его досуха, и в конце концов именно Бейли Цинмяо, как всегда, рискнула своей жизнью, чтобы спасти его. Кроме того, чтобы помочь ему восполнить его истинную сущность, она отправилась на Тысячемильные Ледяные Равнины, чтобы найти эликсир, известный как Снежное Пламя. Затем она помогла Хэ Вэньчао впитать его, значительно повысив его самосовершенствование.

Шу Яньянь, по сути, была злодеем номер один в первой части истории. Она не была влюблена в Хэ Вэньчао, а просто жаждала его энергии ян, искусительница во всех аспектах. И из-за того, что Шу Яньянь была злым человеком, пытавшейся навредить Хэ Вэньчао, Бейли Цинмяо впервые простила его за связь с другой женщиной.

Искусительница секты Сюаньюань практиковала искусство обольщения, и ее сила была намного выше, чем у Хэ Вэньчао. Если она хотела что-то сделать, у Хэ Вэньчао не было возможности сопротивляться. Здесь он был жертвой. Чего Бейли Цинмяо в то время не знала, так это того, что будет второй случай, и третий, и еще бесчисленное множество случаев, когда Хэ Вэньчао “принуждали”, ожидая, что она поймет.

-“Расскажи мне, что произошло потом”, - сказал Вэнь Женьхэ.

Судя по количеству слов в книге, текущий сюжет должен был содержать всего 70 или 80 тысяч слов, что также было единственной счастливой частью книги. После того, как Бейли Цинмяо вступила в секту Шанцин, влюбившись в Хэ Вэньчао с первого взгляда, они вдвоем совершенствовались более десяти лет, проводя время вместе, как невинные дети. Хэ Вэньчао проявлял все свое внимание к своему маленькому семею. Эти двое часто тайком выбирались на улицу, чтобы нарвать цветов и понаблюдать за луной, или практиковали техники друг с другом глубокой ночью, никогда не заходя дальше из-за приличий. Их привязанность друг к другу была сладка, как мед, и ее было достаточно, чтобы вызвать у кого-то тошноту.

Были также некоторые ученицы, которые создавали проблемы, но тогда все были молоды и невинны, и никто из них не сделал ничего неподобающего. Хэ Вэньчао также был честным молодым героем, любимым вундеркиндом секты, и ему еще предстояло взять на себя какую-либо тяжелую ответственность.

Соблазнительница Шу Яньянь была первым конфликтом между ними.

-"Кто так много помнит?”, - сказала Шу Яньянь. “Все, о чем я думала - это энергия ян этого человека. Как я уверена, Господин знает, мой уровень совершенствования оставался неизменным в течение многих лет. Если так будет продолжаться и дальше, у меня появятся морщины ”.

Во время разговора она достала зеркало и осмотрела свое лицо, которое выглядело не старше, чем у шестнадцатилетней девушки, и, найдя его удовлетворительным, продолжила.

-“Энергия ян Хэ Вэньчао необычна. У него молниеносный духовный корень, и, казалось, внутри него также есть более глубокая, таинственная сила. Я уверена, что если я смогу забрать его сущность, я смогу повысить свое самосовершенствование! ”

Среди культиваторов было пять различных видов обычных духовных корней: металл, дерево, вода, огонь и земля. И пять видов различных духовных корней: ветер, молния, лед, свет и земля. Обычные люди в основном имели смешанные духовные корни из трех, четырех или пяти элементов. Люди с духовными корнями из двух элементов уже считались одаренными от природы. Нормальный чистый духовный корень был одним на миллион. Чистый вариант духовного корня был благословенным небесами гением, которого можно было встретить не чаще одного раза в десять тысяч лет. И все же Хэ Вэньчао обладал чистым молниеносным духовным корнем.

Произошел ли этот молниеносный духовный корень от небесной молнии, в которую он был поражен в своей прошлой жизни? Вэнь Женьхэ пробормотал себе под нос, глубоко задумавшись.

И эта таинственная сила, естественно, была его божественной силой. Хэ Вэньчао был вознесенным богом в своей прошлой жизни и сохранил свою приобретенную божественную сущность при перевоплощении. Бейли Цинмяо обладала изначальной божественной сущностью, которая родилась вместе с небом и землей. В отличие от тела Хэ Вэньчао, оно не могло последовать за ней в смертное тело.

Если бы Шу Яньянь украла сущность Хэ Вэньчао, его божественная сила, несомненно, значительно увеличила бы ее самосовершенствование.

-“Почему вы не приняли меры против него три месяца назад? Его уровень силы не может сравниться с твоим, ” - сказал Вэнь Женьхэ.

-“Ах, - вздохнула Шу Яньянь, - я хотела забрать его, но сила в нем очень необычная. Если он не хочет быть со мной, я не могу заставить его. У него есть возлюбленная, маленькая девочка, которая выглядит не хуже меня. Она тоже очень проницательна и все время относилась ко мне с подозрением, всегда присматривая за своим мужчиной. Она вообще не дала мне шанса.”

-“О?”,-Вэнь Женьхэ слегка приподнял бровь - “Они должны быть готовы?”

В книге об этом не упоминалось. Это было написано с точки зрения Бейли Цинмяо, и когда Хэ Вэньчао сказал ей, что Шу Яньянь накачала его наркотиками и похитила, Бейли Цинмяо поверила этому.

-“Господин, ты что, совсем меня не знаешь?”, - сказала Шу Яньянь, надувшись. “В этих вопросах я всегда обращаю внимание на взаимное согласие. Если мужчина работает особенно хорошо и он мне нравится, я немного отплачу ему во время совершенствования и помогу восполнить его утраченную сущность. Помимо моих врагов, все те возлюбленные на моих землях возделывания получили пользу. Иногда я устаю от кого-то и пытаюсь прогнать его, но он даже не хочет уходить ”.

"На самом деле я никогда этого не знал. Похоже, то, чего не знает этот Достопочтенный, очень много значит", - подумал Вэнь Женьхэ.

-“Но я не позволю Хэ Вэньчжао легко отделаться”, - честно сказала Шу Яньянь Вэнь Женьхэ. “Его секта Шанцин была главарем в последнем нападении на секту Сюаньюань. Как я могу проявить милосердие к главному ученику вражеской секты? Не волнуйся, Господин, я уже несколько дней тайно общаюсь с Хэ Вэньчао за спиной этой маленькой Бейли Цинмяо, притворяясь невинной девушкой. Он жалеет меня и все время тайком приносил мне подарки. Он скоро будет моим”.

Вэнь Женьхэ на мгновение заколебался.

-“Нет, в этом нет необходимости”, - сказал он.

-“Что не является необходимым?”, - Сказала Шу Яньянь, моргая своими большими, красивыми глазами.

-“Нет необходимости разрушать его”, - сказал Вэнь Женьхэ, постукивая пальцем по своему подлокотнику. “Делай то, к чему ты привыкла. Вытяните его на некоторое время. Он действительно обладает уникальной внутренней силой, которая принесет вам пользу. Не нужно делать ничего экстремального ”.

-“А?”, - Шу Яньянь в шоке уставилась на него. Неужели это тот же самый Достопочтенный Демон, который уничтожил бы своих врагов с корнем и ветвями и не проявил бы ни капли милосердия?

Она нахмурила брови.

-“Он самый любимый главный ученик секты Шанцин, столп праведных сект. Не должны ли мы разобраться с ним, пока он молод, и вместо этого оставить его, чтобы он стал проблемой в будущем? Если я отплачу ему, совершенствуясь вместе с ним, его сила возрастет еще быстрее. Это может принести пользу мне, но это не принесет пользы секте Сюаньюань ”.

Когда Шу Яньянь заговорила, выражение ее лица стало злобным, все признаки ее нежных, очаровательных манер исчезли. Эти слова очень обрадовали Вэнь Женьхэ.

Если бы вы спросили Вэнь Женьхэ, то именно таким и должен быть культиватор. Великое Дао лишено эмоций. Вместо того чтобы цепляться за страсти, лучше использовать их для собственной выгоды. И нужно быть твердым, чтобы в минуту слабости они не привели к своей собственной гибели.

Видя дальновидность Шу Яньяна и эффективность Инь Ханьцзяна, а затем вспоминая его в книге, настолько ослепленного любовью, что он был готов отказаться от секты Сюаньюань ради Бейли Цинмяо, Вэнь Женьхэ глубоко почувствовал, что он не намного выше двух своих Защитников из Секты.

Нормальный человек, вероятно, постарался бы держаться подальше от Бейли Цинмяо в будущем, чтобы избежать возможности попасть в ловушку, но Вэнь Женьхэ был человеком, который сталкивался с проблемами лицом к лицу. Он был полон решимости встретиться с Бейли Цинмяо и Хэ Вэньчао, ожесточить свое сердце и не поддаваться никаким эмоциям!

Подумав об этом, он приказал:

- “Шу Яньян, мы должны думать более долгосрочно. Тебе нужно саботировать секту Шанцин”.

Шу Яньянь на мгновение задумалась и захлопала в ладоши, ее глаза загорелись.

-"Господин, этот подчиненный понимает ваши намерения. Что я должна сделать, так это использовать личину бедной, честной женщины, чтобы ввести в заблуждение будущего столпа праведных сект, сломить его защиту и обвести его вокруг пальца, позволив ему поверить, что я добросердечная женщина, которая пошла по злому пути, но внутри все еще желает искупление. Я должна сделать так, чтобы он был одержим мной, очарован моей красотой, очарован силой, которую он может получить от меня. А потом, если однажды я буду умолять его: "спаси меня", он с радостью разгласит информацию о своей секте, которую он не считает очень важной. Еще лучше, если он сможет возглавить секту в будущем. Я могу медленно вести его по демоническому пути, пока он не окажется слишком глубоко увязшим и не сможет повернуть назад”.

Шу Яньянь становилась все более и более восторженной, когда говорила, желая немедленно отправиться играть девицу в беде. Играть в долгую игру было правильным решением!

Вэнь Женьхэ : …

Он просто хотел, чтобы Бейли Цинмяо ясно увидела, что Хэ Вэньчао добровольно был вместе с Шу Яньяном, поэтому пусть Шу Яньянь зацепит Хэ Вэньчао. Но, как оказалось, Шу Яньянь думала глубже, чем он, и перевела это из вопроса отношений в тему Великой войны Сект.

Его Верным Защитником на самом деле была женщина с высокими целями. В прошлом Вэнь Женьхэ даже не знал об этом.

-“Ваш план работает. Но имейте в виду два момента. Во-первых, не причиняйте вреда Бейли Цинмяо. Во-вторых, не попадайся в ловушку любви самому”, - сказал Вэнь Женьхэ.

-"Господин действительно обладает проницательностью. Если оставить Бейли Цинмяо в покое и позволить ей создавать проблемы, это только приблизит Хэ Вэньчао ко мне, хорошему и послушному. Она определенно более полезна живой, чем мертвой, - сказала Шу Яньянь, кивая- “Что касается Хэ Вэньчао, то здесь нет причин для беспокойства. Ваша подчиненная - опытный ветеран; она может видеть всех двуличных мужчин в мире.

Сказав это, Шу Яньянь повернулась чтобы покинуть зал заседаний, показав свою стройную спину двум молчаливым мужчинам.

-“Защитник Инь”, - сказал Вэнь Женьхэ после долгого молчания -"Этот Достопочтенный не намного лучше, чем Правильный Защитник”.

Он имел в виду того самого себя из книги.

Инь Ханьцзян сказал:

-“Достопочтенный - самый дальновидный человек в мире. Правильный Защитник не стоит и тысячной доли Достопочтенного”.

-“Ах, ты...”, - Вэнь Женьхэ покачал головой и сменил тему - "Оставь гору со мной. Я хочу встретиться с этим младшим из секты Шанцин ”.

Он хотел увидеть, когда Шу Яньянь не украла сущность Хэ Вэньчао, как именно Хэ Вэньчао собирался объясниться с Бейли Цинмяо, и простит ли она его, как в книге.

Достопочтенный Повелитель Демонов был весьма любопытен.

Глава 3 - Так вот оно что

Культиваторы могли использовать силу неба и земли, чтобы в мгновение ока преодолеть тысячу миль. Менее чем за полдня группа прибыла в небольшой городок недалеко от секты Шанцин. Даже Вэнь Женьхэ снизил скорость, чтобы дождаться Инь Ханьцзяна, в противном случае он мог бы прибыть через пятнадцать минут.

Этапы совершенствования в этом мире были разделены на девять этапов: Сбор Ци, Очищение Ци, Создание Основы, Формирование Ядра, Зарождающаяся Душа, Трансформация Божества, Единство Тела, Граница Пустоты и Махаяна. Каждый этап состоял из девяти уровней. После того, как вы преодолеете девятый уровень стадии Махаяны, небеса ниспошлют скорбь, и если вы пройдете ее, то сможете подняться в царство бессмертия. Говорят, что бессмертные также были разделены на Блуждающих Бессмертных, Небесных Бессмертных, Золотых Бессмертных, Великих Золотых Бессмертных, Бессмертных Лордов и Бессмертных Императоров. Преодолев стадию Бессмертного Императора, можно было подняться в божественное царство. Божественное царство также было разделено на бесчисленные стадии, но независимо от того, насколько вознесенный бог совершенствовался, они не могли превзойти изначальных богов, рожденных вместе с космосом. Каким бы сильным ни был культиватор, они всего лишь заимствовали силу космоса. Для изначальных богов космос был их домом, в то время как вознесенные боги были просто временным пристанищем. Разница между ними была огромной.

Вэнь Женьхэ, Повелитель Демонов, уже был признан сильнейшим среди демонических сект, но он был только на шестом уровне Махаяны. В прошлой жизни главная героиня была бесконечно сильнее, чем кто-либо другой, кто появлялся в книге. И все же она фактически отказалась от своей божественной сущности, чтобы быть с Хэ Вэньчжао. Неудивительно, что Вэнь Женьхэ думал, что у нее какие-то проблемы с головой.

Он даже заподозрил бы, что Хэ Вэньчжао наложил на ее душу какое-то колдовство, чтобы контролировать ее, но колдовские искусства мира культивирования, какими бы сильными они ни были, все разрушатся в тот момент, когда Бейли Цинмяо станет единой со своей божественной сущностью. Они были бы подобны капле яда в океане или струе токсичного газа во время урагана. Перед лицом абсолютной власти все колдовство мира ничего не значило.

Вэнь Женьхэ , сидя на втором этаже чайного домика, потягивал чай, который принес ему Инь Ханьцзян, и размышлял.

-“Силы этого подчиненного слабы, и он впустую потратил время Достопочтенного”.

Инь Ханьцзян не стал садиться, вместо этого он встал за спиной Вэнь Женьхэ.

-“Не имеет значения”. Вэнь Женьхэ указал на место рядом с собой - “Сядь”.

Инь Ханьцзян послушно сел рядом с Вэнь Женьхэ. Без приказа Господина он не сел бы, а если бы ему приказали, он не сказал бы пустых слов вроде “Этот подчиненный не смеет”. Если Вэнь Женьхэ приказал это, даже если Инь Ханьцзян не посмел, он должен был это сделать.

-“Веди себя естественно, спрячь свою ауру. Прямо сейчас мы просто два воина из Вулиня, которые знают некоторые боевые искусства ”, - сказал Вэнь Женьхэ, увидев напряженную спину Инь Ханьцзяна. Если Вэнь Женьхэ говорил один раз, Инь Ханьцзян двигался один раз. Он расслабил свою прямую, как шомпол, спину, хотя его мышцы все еще были напряжены.

Инь Ханьцзян очень редко встречался лицом к лицу с Вэнь Женьхэ. Он едва поднял голову, держа свою чашку и наблюдая, как от нее поднимается пар, но не отпивая. Он был почти как марионетка, у которой не было собственных мыслей. Если Вэнь Женьхэ приказывал, он действовал.

Инь Ханьцзян был только на первом уровне Единства Тела, но в секте Сюаньюань он занимал первое место среди всех, кроме одного человека. Самый слабый из Мастеров Алтаря, Мастер Алтаря Юань, находился на девятом уровне Единства Тела, а остальные трое находились на вершине Границы Пустоты. Правый Защитник Шу Яньянь также находилась на шестом уровне Границы Пустоты. Из шести членов секты Сюаньюань, которые служили непосредственно под началом Вэнь Женьхэ, Инь Ханьцзян был самым слабым.

Разумно, что он ни в коем случае не должен быть Левым Защитником. Единственная причина, по которой он занимал такое высокое положение, заключалась в том, что Вэнь Женьхэ доверял ему, и он был предан Вэнь Женьхэ.

Когда Вэнь Женьхэ вытащил его из кучи трупов, он едва дышал, и половина его тела была омертвевшей. Никто бы не подумал, что он жив, и даже если бы они знали, что он все еще дышит, они бы не попытались спасти его.

У Вэнь Женьхэ было острое чувство жизни и смерти. Когда он проходил мимо, то обнаружил Инь Ханьцзяна, лежащего там и ожидающего смерти с тусклыми, вытаращенными глазами. Вэнь Женьхэ, который в то время был лидером небольшой демонической секты, использовал свою ногу, чтобы переместить труп поверх тела Инь Ханьцзяна. Посмотрев на ребенка сверху вниз, он сказал бесстрастным тоном:

-”Мне нужен меч".

Крошечный Инь Ханьцзян каким-то образом набрался сил, чтобы поднять свою маленькую, тонкую руку и схватить туфлю Вэнь Женьхэна. С тех пор Инь Ханьцзян стал бесчувственным мечом, которым он размахивал только для Вэнь Женьхэ. Он совершенствовался с головокружительной скоростью и всего за несколько десятилетий достиг стадии Единства тела, продвигаясь во много раз быстрее, чем сам Вэнь Женьхэ. Но после достижения Единства Тела Инь Ханьцзян не мог повысить свой уровень, как бы он ни совершенствовался, стагнируя в течение ста лет.

Вэнь Женьхэ первоначально думал, что стадия Единства Тела была естественным пределом Инь Ханьцзяна, но в книге четко указано, что Маска Призрака была на пике Махаяны. Именно поэтому Бейли Цинмяо никогда бы не догадалась, что Инь Ханьцзян - Маска Призрака. Первая причина заключалась в том, что Инь Ханьцзян всегда относился к ней так хорошо, что она никак не могла усомниться в нем. Второе заключалось в том, что даже несмотря на то, что Инь Ханьцзян случайно нашел несколько способов увеличить свое совершенствование, защищая ее, он все еще был только на девятом уровне Единства Тела. Кто бы сравнил его с Маской Призрака пика Махаяны?

К последним частям этой жестокой историей Маска Призрака уже заняла первое место в мире культивирования. Если бы он не был одержим переработкой Байли Цинмяо в ламповое масло, он мог бы уже давно преодолеть последний уровень и подняться.

Бейли Цинмяо действительно бросили в печь для очищения, но в последний момент ей улыбнулась удача, и она слилась с божественной сущностью, выпустив в тот момент взрыв разрушительной силы, который убил Инь Ханьцзяна.

Инь Ханьцзян был в Единстве Тела, но Маска Призрака была в Махаяне, двумя ступенями выше. Вэнь Женьхэ посмотрел в лицо своему самому доверенному подчиненному и сказал:

- “Протяни руку”.

Инь Ханьцзян протянул руку, и Вэнь Женьхэ взял его за запястье, посылая поток энергии в его меридианы[1]. После недолгого расследования он подтвердил, что Инь Ханьцзян действительно был на первом уровне Единства Тела, без каких-либо намеков на обратное. И он собрал в своем даньтяне большой объем духовной энергии, которую не смог трансформировать за сто лет совершенствования. Вероятно, он насильно собрал это невыносимое количество энергии, чтобы прорваться, и все это время страдал. Если бы не книга, Вэнь Женьхэ никогда не смог бы понять свою ситуацию и только предположил бы, что его таланта недостаточно.

1. Меридианы - это система, подобная венам, которые циркулируют ци по телу.

Казалось, что многие сюжетные линии в книге, которые на первый взгляд казались неразумными, на самом деле имели разумные объяснения.

-“Как долго это продолжается?”- сказал Вэнь Женьхэ.

Инь Ханьцзян уклонился от ответа, вместо этого сказав:

-“Этот подчиненный приложит все усилия, чтобы добиться прорыва”.

Глядя на него, Вэнь Женьхэ вспомнил далекое воспоминание. Когда он забрал Инь Ханьцзяна обратно в свою секту, его первым приоритетом было уничтожение вражеских сект, поэтому он оставил его дома расти и небрежно бросил ему руководство по самосовершенствованию, чтобы он изучал его самостоятельно.

Десять лет спустя, когда он вернулся в свою секту, Инь Ханьцзян уже вырос в высокого юношу и снова и снова рубил мечом на склоне горы. Задание, которое Вэнь Женьхэ оставил ему десять лет назад, состояло в том, чтобы разбить водопад, так что он замахивался на это в течение десяти лет.

Целеустремленность, решительность, преданность. Эти три слова описали все, что касается Инь Ханьцзяна.

-“Не дави на себя так сильно”, - сказал Вэнь Женьхэ. “Ты можешь действовать медленно. Этот Достопочтенный уже достаточно силен ”.

Он думал, что это успокоит его, но в глазах Инь Ханьцзяна промелькнула вспышка боли, как будто его бросили.

-“Неужели Достопочтенный больше не нуждается в этом подчиненном?” - хрипло спросил он.

Честно говоря, он был не очень нужен. Тогда Вэнь Женьхэ хотел объединить демонические секты и срочно нуждался в талантах под его началом. Теперь секта Сюаньюань обладала огромной силой и влиянием, все демонические секты находились под пятой Вэнь Женьхэна, а Защитники Секты и Мастера Алтарей были преданы ему. Вэнь Женьхэ уже давно не нуждался в личной охране на этапе Объединения Тела.

Меч, известный как Инь Ханьцзян, не имел ни малейшего шанса быть обнаженным.

Вэнь Женьхэ не ответил ему. Он достал из своего рукава Цянькунь[2] книгу с толщиной кирпича  и открыл его на определенной странице.

2. Относится к пространству для хранения во внешнем измерении, например, к сумке для хранения вещей. В его рукавах.

Это было, когда Инь Ханьцзян защищал Бейли Цинмяо от преследователей секты Шанцин. Бейли Цинмяо с благодарностью сказала ему:

-“Брат Инь, вы так много для меня сделали”.

Инь Ханьцзян держал свой меч на коленях, свет костра отражался на его слегка улыбающемся лице.

-“Ты единственный человек, для защиты которого Достопочтенному нужен меч”.

При первом прочтении можно было бы подумать, что Инь Ханьцзян испытывал чувства к Бейли Цинмяо, используя лояльность в качестве оправдания. Но, перечитав еще раз, Вэнь Женьхэ заметил слово “меч”.

Вэнь Женьхэ слишком долго оставлял этот меч, Инь Ханьцзян, неиспользованным. Только ради безопасности Бейли Цинмяо он, наконец, снова взял его в руки. Почему Инь Ханьцзян улыбался? Дело было не в том, что он любил Бейли Цинмяо, а в том, что он снова был нужен Вэнь Женьхэну.

Вэнь Женьхэ положил книгу на место. Глядя на Инь Ханьцзяна, горькое, безымянное чувство поднялось в его сердце.

-“Этому Достопочтенному не нужен меч”, - сказал он холодным тоном.

Свет в глазах Инь Ханьцзяна несколько померк. Он убрал руку, лежавшую на столе, и крепко сжал меч, висевший у него на поясе.

В книге часто описывалось, как Инь Ханьцзян держит меч. Как только культиватор достиг стадии Создания Фундамента, он мог хранить свое связанное оружие внутри своего тела. Даже на стадии Переработки Ци они могли использовать мешки Цянькунь и другие предметы для хранения. Не было необходимости все время держать оружие в руках, но Инь Ханьцзян всегда держал свой меч в руке.

Неизвестно для Вэнь Женьхэ, его взгляд смягчился. Он продолжил:

-“Но этому Достопочтенному нужен Инь Ханьцзян”.

Рука Инь Ханьцзяна на мече немного расслабилась. Он услышал следующие слова Вэнь Женьхэ:

-“Когда мы только познакомились, этот Достопочтенный не доверял никому на земле. Этот Достопочтенный доверял только Инь Ханьцзяну ”.

-“Господин...”

Едва слова Инь Ханьцзяна слетели с его губ, как его прервала женщина в тонком белом халате и с пипой[3] в руке. Она поднялась на второй этаж, поигрывая на пипе, и начала петь.

3. Китайский струнный инструмент, похожий на лютню.

Вэнь Женьхэ: …

Инь Ханьцзян: …

Этой женщиной была Шу Яньянь. Эти двое привыкли видеть ее в откровенной одежде, и эта правильная и жалкая Шу Яньянь, похожая на белый цветок лотоса, который трепещет на ветру, выглядела для них действительно неуместно. С ними на втором этаже было много гостей. Шу Яньянь была певицей чайного домика. Закончив свою песню, она начала продавать цветы. Она пыталась быть самодостаточной, не брать плату за песни, а просто продавать цветы после пения. Доход от цветов приходилось делить тридцать на семьдесят с владельцем чайного домика: тридцать ей, семьдесят ему. Она действительно была такой жалкой, какой ты хотел ее видеть.

Вэнь Женьхэ достал серебряную монету в десять таэлей и небрежно бросил ее в корзину с цветами перед Шу Яньянем. Шу Яньянь взяла корзину с цветами и медленно подошла к  Вэнь Женьхэ.

- “Почетный гость, эта девушка продает не песни, а цветы”, - сказала она мягким голосом. “Одна корзина стоит всего десять медных монет. Нет никакой необходимости платить так много ”.

У ее ног стояло десять корзин с цветами. Даже если бы она продала их все, разделив с владельцем, у нее осталось бы только тридцать монет для себя. Если бы она копила полмесяца, то могла бы позволить себе попробовать мяса, а в остальные дни могла есть только булочки, приготовленные на пару.

Вэнь Женьхэ не смотрел на Шу Яньяна. Он взглянул на Инь Ханьцзяна и мысленно передал ему: “Называй меня братом”.

Инь Ханьцзян выглядел ошеломленным, как будто находился во сне. Он произносил свои реплики деревянным голосом по сценарию, который дал ему Вэнь Женьхэ.

-“Го… мой брат[4] дал это тебе, так что ты прими это. Не будь неблагодарной”.

4. Не обязательно относится к семейным отношениям, может быть к дружбе.

Когда он произнес слово “брат”, уши Инь Ханьцзяна стали ярко-красными.

-“Этот человек ценит щедрость этих почетных гостей, но мне не пристало принимать серебро. Эта девушка не желает этого делать".

Шу Яньянь протянула свои тонкие и ледяные пальцы, достала серебряную монету из корзины и положила ее на их стол, почтительно поклонившись им.

Что Вэнь Женьхэ должен был сделать, так это засунуть серебряную монету за пазуху одежды Шу Яньянь и сказать ей:

-“Достань ее прямо здесь, и я приму ее обратно”, - и заставить ее беспомощно плакать посреди чайного домика.

Но он действительно не знал, как делать такие вещи, и у Инь Ханьцзяна тоже не было никакого интереса к этому, поэтому они вдвоем просто сидели и пили чай, игнорируя Шу Яньяна.

Шу Яньянь забеспокоилась из-за отсутствия ответа. Если они не унизили ее, как она должна была сыграть следующую роль? Она уже строила планы для своих подчиненных разыграть спектакль, но Достопочтенный хотел участвовать в действии, поэтому она отозвала своих подчиненных и отдала ему главную роль.

Она думала, что у всех мужчин есть эти низменные побуждения, разве кто-нибудь не был бы счастлив сыграть такую роль? Но, как оказалось, Достопочтенный был совсем не таким человеком и не был заинтересован в издевательствах над слабыми.

Разве ты не демонический культиватор? Разве ты не можешь вести себя хоть немного как один из них?

Шу Яньянь увидела, что Хэ Вэньчжао и Бейли Цинмяо уже вышли из чайного домика. Зрители заняли свои места, но сцена еще не была готова, это вообще никуда не годилось. Она яростно подмигивала Достопочтенному, пока у нее не начали косить глаза.

-“Ты сделаешь это”, - передал Вэнь Женьхэ Инь Ханьцзяну.

Он решил в будущем делегировать больше дел Инь Ханьцзяну, чтобы попытаться помочь его отношению “если я не нужен Достопочтенному, я могу просто умереть”.

Инь Ханьцзян, услышав его приказ, вспомнил сценарий, который дала ему Шу Яньянь, и оцепенело уставился на красивую молодую женщину. Он должен был... распахнуть ее одежду и засунуть серебряную монету ей за пазуху? Перед Господином?

Он чувствовал себя крайне неловко, но Достопочтенный отдал ему приказ!

-"Ты можешь поступать по своему усмотрению. Не нужно следовать сценарию Шу Яньяна”, - передал Вэнь Женьхэ, почувствовав беспокойство Инь Ханьцзяна.

Получив его одобрение, выражение лица Инь Ханьцзяна сразу же расслабилось. Ледяным и бесцветным голосом он сказал:

-“Если ты настаиваешь на том, чтобы быть неблагодарной, тогда не вини меня за то, что я собираюсь сделать”.

С этими словами он поднял Шу Яньянь одной рукой и сбросил ее со второго этажа, так что она упала прямо перед Бейли Цинмяо и Хэ Вэньчжао.

Шу Яньянь: …

Хэ Вэньчжао увидел человеческую фигуру, падающую с неба, и хотел помочь, но Бейли Цинмяо была рядом с ним. Он только что поссорился с Бейли Цинмяо в секте из-за своей боевой сестрой Лю и не хотел снова провоцировать ее. Увидев, что эта фигура была женщиной, и не видя ее лица, он решил не действовать.

С другой стороны, Бейли Цинмяо увидела, как человек упал со второго этажа, и немедленно прыгнула вперед, чтобы спасти ее. План Шу Яньяна разваливался на куски. Она не могла позволить Бейли Цинмяо спасти себя! Тот, кто спас ее, должен быть Хэ Вэньчжао, обнимающий ее перед Бейли Цинмяо!

Поэтому Шу Яньянь, укрепив свою решимость, использовала свою духовную энергию, чтобы ускорить падение, так что вытянутая рука Бейли Цинмяо смогла лишь коснуться края ее одежды, прежде чем она упала на землю. Она даже украдкой использовала свою духовную энергию, чтобы ранить себя, ведя себя так, словно падение нанесло ей серьезную травму. Пальцы Бейли Цинмяо лишь сжали кусок белой ткани, прежде чем она увидела, как хрупкая женщина рухнула на землю, выплевывая кровь изо рта.

Она спрыгнула вниз, опустилась на колени рядом с женщиной и приподняла ее.

-“Девушка, вы  в порядке?”, - спросила она с беспокойством.

Когда женщина повернула голову, она обнаружила, что это был кто-то, кого она знала.

-“Госпожа Шу?”, - потрясено воскликнула Бейли Цинмяо.

Только тогда появился Хэ Вэньчжао. Видя, что это была бедная девушка, которую он спас несколько дней назад и все еще испытывал к ней добрые чувства, он пожалел, что не был там, чтобы спасти ее.

Шу Яньянь, взявшая имя Шу Лянь, пролила единственную слезу в своем сердце, когда ее держала на коленях Бейли Цинмяо. Все должно было идти совсем не так!

По ее сценарию, она должна была подвергнуться унижению со стороны одного из гостей, так что Хэ Вэньчжао больше не мог смотреть и должен был помочь, а затем впоследствии снял свою верхнюю одежду, чтобы прикрыть ее поношенную и недостаточную одежду. Бейли Цинмяо, увидев другую женщину в одежде своего возлюбленного, была бы настолько ревнива, что не могла думать и прямо сейчас подралась бы с Хэ Вэньчжао, толкнув Хэ Вэньчжао на сторону Шу Яньяна. Хэ Вэньчжао провожал ее домой, пока она плакала, Хэ Вэньчжао обнимал ее, чтобы утешить. Одно привело бы к другому, и ситуация вышла бы из-под контроля.

Мужчины, верно?

Почему все так закончилось?

Бейли Цинмяо достала лекарственную таблетку. Она осторожно открыла рот умирающей Шу Яньянь и отдала ей. Нормальные люди не могли принять силу духовных пилюль, которые использовали культиваторы, поэтому Бейли Цинмяо могла только дать ей немного лекарств, чтобы укрепить ее сердце и внутренние органы. Ей самой придется восстанавливаться после внешних повреждений и переломов костей.

После проглатывания таблетки смертельно бледный цвет лица Шу Яньян значительно улучшился, и она не могла продолжать притворяться без сознания. Она уныло открыла глаза. Оставаясь в образе, она со слезами на глазах сказала Бейли Цинмяо:

-“Спасибо вам, госпожа Бейли”.

Падая, Шу Яньянь позаботилась о том, чтобы защитить свое лицо, позволив ударить себя по лбу только так, чтобы по нему стекала капля крови, чтобы сохранить образ раненой красавицы. Это, в сочетании с выражением ее лица, трогало людей за живое. Очень жаль, что в данный момент ее лицо было видно Бейли Цинмяо, а Хэ Вэньчжао стоял позади нее.

Бейли Цинмяо выросла в секте Шанцин, и ее учили противостоять хулиганам и поддерживать слабых. Даже если она обычно была вспыльчива по отношению к Хэ Вэньчжао и ранее поднимала шум из-за того, что он уделял слишком много внимания Шу Яньяню, когда дело касалось важных вопросов, она могла сохранять хладнокровие. И она никогда бы не позволила, чтобы хрупкую женщину обидели у нее на глазах!

Обняв одной рукой Шу Яньянь за талию, она прыгнула на второй этаж. Усадив Шу Яньянь на стул, она пристально посмотрела на Вэнь Женьхэна и Инь Ханьцзяна.

-“Это вы сбросили ее с ног?”.

Шу Яньянь не осмелилась взглянуть на Достопочтенного и начала притворяться, что плачет.

Вэнь Женьхэ поставил свою чашку и посмотрел на Бейли Цинмяо.

В книге Вэнь Женьхэ впервые встретился с Байли Цинмяо после того, как он столкнулся с проблемой в своем совершенствовании, а также столкнулся с объединенными силами праведных сект, напавших на секту Сюаньюань под руководством секты Шанцин. Он получил серьезные ранения в безрассудном бою и упал в реку. Бейли Цинмяо, оставшаяся одна после того, как ее вытеснили соперничающие женские персонажи, нашла его. Она не узнала Вэнь Женьхэня и подумала, что он такой же культиватор из союзной секты, поэтому так тщательно ухаживала за ним.

Вэнь Женьхэ, проснувшись, увидел, как луч солнечного света упал на лицо Бейли Цинмяо. Ее тело, казалось, было окутано божественным светом, прекрасным зрелищем не от мира сего. Его сердце было захвачено в одно мгновение, и с этого момента он будет всячески защищать и лелеять эту добросердечную девушку.

Прямо сейчас, не будучи раненым и в неустойчивом расположении духа, без того, чтобы долг его жизни был спасен, когда он встретил Бейли Цинмяо в обычной ситуации, он хотел посмотреть, что произойдет.

Бейли Цинмяо была в ярости, ее длинные волосы развевались от ее духовной энергии. Вэнь Женьхэ осмотрел ее и обнаружил, что ее тело было окутано слабым слоем божественного света.

А?

Вэнь Женьхэ моргнул, использовал свою духовную энергию, чтобы ясно видеть, и все еще видел этот свет.

Когда книга описывала Бейли Цинмяо с точки зрения Вэнь Женьхэ, в ней всегда использовались такие слова, как “богиня” и “святая”. Он думал, что это было просто образное выражение, но оказалось, что это было не просто описание — она действительно была окружена божественным светом!

Краем глаза он взглянул на Инь Ханьцзяна и Шу Яньяна, но они, казалось, не увидели никакого света.

Вэнь Женьхэ яростно думал и вдруг понял — он культивировал Путь Убийства. Он вступил на этот путь триста лет назад, в разгар войны.

Какова была роль Бейли Цинмяо в ее прошлой жизни?

Она отвечала за бедствия, насылая на человечество чуму, войны и смерть. Бейли Цинмяо в настоящее время было восемнадцать лет, то есть ее небесная скорбь в божественном царстве произошла восемнадцать лет назад.

Таким образом, та война триста лет назад, которая привела Вэнь Женьхэ к вступлению в Дао, была вызвана прошлым воплощением Бейли Цинмяо. Фактически, Бейли Цинмяо была причиной, по которой Вэнь Женьхэ пробудился к Дао, и ее можно было считать наполовину мастером.

Если бы Бейли Цинмяо не перевоплотилась, Вэнь Женьхэну не пришлось бы возвращать этот кармический долг, пока он не вознесся в божественное царство. Но в итоге она перевоплотилась и встретила Вэнь Женьхэна. Сам того не ведая, он должен был отдать долг благодарности своему учителю, чтобы пережить свои небесные невзгоды.

Итак, вот и все.

Автору есть что сказать:

Шу Яньянь: "Кто-нибудь из вас когда-нибудь принимал во внимании мои чувства??!!!"

Вэнь Женьхэ: "Никогда".

Инь Ханьцзян: "Никогда".

Шу Яньянь: "Мужчины никуда не годятся!!"

Глава 4 - Удовлетворение обеих сторон

Будучи главной героиней романа, Бейли Цинмяо не имела никаких недостатков во внешности. На ней было лютиково-желтое платье учениц секты Шанцин, волосы были собраны в простой пучок обычной разноцветной нитью. В ее волосах был воткнут свежий цветок персика, а на лице был тот же нежный румянец, что и на его лепестках. Несколько прядей волос элегантно падали ей на лоб и обрамляли лицо, чистое и свободное от макияжа. На ней была пара светло-желтых сережек из бисера, и она была полна юной грации.

Вэнь Женьхэ был поглощен божественным светом и вообще не заметил как выглядела эта женщина.

Инь Ханьцзян схватился за свой меч. В его глазах эта девушка, которая противостояла Вэнь Женьхэ с враждебными намерениями, была уже мертва.

Хэ Вэньчжао наконец поднялся по лестнице. Он знал Бейли Цинмяо более десяти лет и привык бы к этому, какой бы красивой она ни была. Поднявшись на второй этаж, все его внимание было приковано к Шу Яньяню. С несколькими монетами он послал одного из официантов за врачом, который мог бы лечить переломы, затем присел на корточки рядом со стулом Шу Яньянь и с тревогой сказал:

-“Не волнуйтесь, госпожа Шу, я позабочусь о том, чтобы восстановить справедливость для вас!”

Шу Яньянь: …

Ни в коем случае, неужели она была единственной, кто заметил, что эта маленькая девочка Бейли Цинмяо действительно очень красива? У всех ли этих троих мужчин проблемы со зрением? И тот, кто добивается справедливости, явно Бейли Цинмяо, для чего Хэ Вэньчжао пытается вмешаться в это дело?

Несмотря на то, что она была полна сомнений, Шу Яньянь придерживалась строгой трудовой этики и помнила о своей задаче — соблазнить Хэ Вэньчжао. С усилием она вложила свою бледную руку в значительно большую ладонь Хэ Вэньчжао и сказала с глазами, полными любви:

-“Жизнь этой девушки тонка, как бумага. Возможность встретиться с Молодым Мастером Хэ сегодня - это счастье трех жизней. Госпожа Бейли, вам не нужно наживать врагов для кого-то вроде меня".

"Даже если ты это сделаешь, ты не сможешь победить их", - ворчала про себя Шу Яньянь.

Бейли Цинмяо была еще слишком молода, едва основав Фонд. Хэ Вэньчжао был немного старше, но все еще находился только на стадии формирования Ядра. Вэнь Женьхэну не нужно было действовать, а Инь Ханьцзяну не нужно было обнажать свой меч. Он мог бы убить этих двух младших членов секты Шанцин одним пальцем.

Байли Цинмяо пришла в еще большую ярость, услышав слова Шу Яньяна, и она также почувствовала сожаление. В тот день Хэ Вэньчжао хотел навестить госпожу Шу, сказав, что несколько учеников встретили ее в маленьком городке несколько дней назад и помогли ей. Даже если это была случайная встреча, они должны были взять на себя ответственность до конца. Если бы они помогли ей, но бросили ее на полпути, эта карма легла бы на них, и их небесные невзгоды были бы тяжелее в будущем.

Бейли Цинмяо всегда была занята своей собственной ревностью. Она только что в очередной раз поссорилась со своим шисюном Хэ Вэньчжао из-за Лю-шицзе[1]. Первоначально они планировали отправиться в путь в семь  утра, но она задержала их до девяти. Ее воспитание шисюна[1] было намного сильнее, чем у нее, и он мог понять пути небес лучше, чем она. Может быть, сегодня у него появилось чувство, что что-то не так, и именно поэтому он стремился уйти пораньше. Если бы она была чуть раньше, возможно, госпожа Шу не стала бы…

1-Шицзе (师姐) старшая сестра по обучению.

Шисюн- тоже самое что и шицзе,  (师兄) старший брат по обучению.

Ругая себя, Бейли Цинмяо услышала слова Шу Яньянь и больше не могла сдерживать свой гнев. Она протянула руку, и полоска серебристого шелка вокруг ее талии, которая гармонировала с цветом ее одежды, задвигалась сама по себе. Это было связующее оружие, которое она усовершенствовала после создания Фонда, Залитый Лунным Светом Морозный Шелк. Когда он развернулся, он напоминал полосу серебряного света, сверкающую под полной луной, возвышенную и прекрасную.

-“Шимей![2]”, -  Хэ Вэньчжао беспокоился о Шу Яньянь, но он также беспокоился и за Бейли Цинмяо, о которой заботился все ее детство. Видя, как она достает свое связанное оружие, он забеспокоился, что она пострадает, если ее противники окажутся культиваторами. Он мелькнул перед ней, меч на его спине поднялся из ножен и поплыл в воздухе, нацеленный острием на двух мужчин.

2- Шимей 师妹  — младшая сестра по обучению.

-"Пожалуйста, не пострадай ради меня!”, - Шу Яньянь всхлипнула.

Все гости в кафе уже разбежались, когда Инь Ханьцзян сбросил с ног Шу Яньянь, так что единственными людьми, оставшимися на втором этаже, были те немногие, кто был вовлечен в это противостояние.

Выражение лица Инь Ханьцзяна потемнело. Если противоборствующая сторона уже достала свое оружие, то он мог бы с таким же успехом…

-“Ханьцзян”. Вэнь Женьхэ удерживал руку Инь Ханьцзяна на его мече опущенной вниз, крепко сжимая ее, не давая ему убить двух главных героев одним ударом.

Поскольку в детстве Инь Ханьцзян несколько дней пролежал в куче трупов, и в его теле все еще оставалась ци смерти, независимо от того, сколько он совершенствовался, его конечности всегда были холодными, а рука в настоящее время была ледяной.

Вэнь Женьхэ искал Дао в ожесточенной войне. Температура его тела была выше, чем у нормальных людей, а рука была обжигающе горячей. Обернутый вокруг руки Инь Ханьцзяна, он медленно передавал ему тепло.

Инь Ханьцзян, вступив в контакт с Вэнь Женьхэ, не осмеливался пошевелиться. Ему казалось, что было бы неприлично позволить даже кончику одного пальца коснуться ладони Вэнь Женьхэ.

С такой холодной рукой у Инь Ханьцзяна, вероятно, была какая-то внутренняя травма, скорее всего, оставшаяся от его детского опыта. Вероятно, это также было причиной того, что Инь Ханьцзяну было трудно продвигаться в царстве, подумал Вэнь Женьхэ. Способ лечения этого состоял в том, чтобы найти Снежное Пламя, растущее на ледяных полях Ванли, как опасно в романе.

Да, то самое Снежное Пламя, ради которого Бейли Цинмяо чуть не пожертвовала своей жизнью, чтобы заполучить Хэ Вэньчжао.

Вэнь Женьхэ не был заинтересован в том, чтобы воспользоваться шансом главных героев для себя. Он был культиватором номер один в мире и не нуждался в подобных вещах, но Инь Ханьцзян действительно нуждался в Снежном Пламени.

Он уже много лет не обращал внимания на Инь Ханьцзяна, просто относился к нему как к очередному подчиненному. Если бы не эта книга, он, вероятно, навсегда оставил бы его без внимания. Думая о том, как Инь Ханьцзян стал таким сумасшедшим и одержимым после его смерти, Вэнь Женьхэ был эмоционально тронут и не мог не захотеть относиться к нему немного лучше.

-“Учитывая, что вы двое - благородные культиваторы с глубокими способностями, какая необходимость затевать драку из-за скромной женщины?”, - Вэнь Женьхэ не хотел наживать врага в лице своего наполовину мастера Байли Цинмяо, поэтому решил сначала отступить.

-“Что ты сказал?!”, - Бейли Цинмяо еще больше разозлилась на его слова и попыталась атаковать, но Хэ Вэньчжао преградил ей путь.

Бейли Цинмяо еще не пришлось испытать жестокость романа, и у нее был простой и откровенный взгляд, неспособный увидеть скрытые глубины этих людей. У Хэ Вэньчжао уже было гораздо больше опыта общения с внешним миром, и он мог видеть, что Вэнь Женьхэ, вероятно, обладал более высокими способностями, чем он показывал. Эти двое были так спокойны, что, если они были экспертами по стадии Зарождения Души?

Его ладони вспотели, и он передал Бейли Цинмяо: -“Шимей, они не очень хорошие противники для нас. Я пока задержу их, а ты поспеши обратно в секту за подкреплением”.

В сердце Хэ Вэньчжао Бейли Цинмяо была его любимой маленькой шимэй, которую он был полон решимости защищать. Даже если он умрет, он не мог позволить, чтобы его прекрасная семья пострадала.

-“Шисюн...”, - Бейли Цинмяо увидела, насколько напряженным и серьезным был ее шисюн, и поняла, что они столкнулись с противниками высокого уровня. Она чувствовала страх и одновременно благодарность.

Пока они передавали сообщения и строили планы, они не подозревали, что из-за того, насколько ниже были их сферы, остальные трое в комнате могли слышать их громко и ясно.

Вэнь Женьхэ был немного смущен. Он уже отступил, так почему же атмосфера стала еще более напряженной? Как они должны покончить с этим? В прошлом, что он обычно делал в таких ситуациях? Кажется, это было... Убить их всех? Он даже не мог вспомнить лица людей, которые затевали с ним драки в прошлом.

К счастью, там был Шу Яньянь. Как Правый Защитник Достопочтенного, она сразу же прочитала его мысли и подтащила свое изломанное тело к ним четверым, дрожащей рукой схватив серебряную монету на столе.

-“Молодой мастер Хэ, госпожа Бейли, вам не нужно страдать из-за меня. То, что сказал этот мастер, было правильно. Я не более чем скромная женщина".

Она с горечью сунула серебряную монету себе за лацкан и выдавила:

-“Спасибо вам, уважаемые гости, за вашу щедрость”.

Произнося свои реплики, она передала Вэнь Женьхэну :

-“Я умоляю тебя,Господин, просто скажи: "Поскольку ты знаешь свои манеры, я сохраню лицо секты Шанцин и не буду ввязываться в драку с вами двоими” а затем уйду. Я уверена, что моей актерской игре удалось зацепить его”.

Вэнь Женьхэ кивнул и сказал деревянным голосом:

-“Поскольку ты знаешь свои манеры, я сохраню лицо секты Шанцин и не буду ввязываться в драку с вами двоими”.

Как только он закончил говорить, он схватил Инь Ханьцзяна и исчез. Хэ Вэньчжао и Бейли Цинмяо не смогли бы последовать за ним, даже если бы захотели.

-“Госпожа Шу!”, -  Хэ Вэньчжао отчаянно держал на руках Шу Яньянь, которая сломала себе кости и могла только ползать. Его сердце непрестанно болело за нее. Его развитие было слишком низким, и у него не было никакого способа победить этих двух, вероятно, зарождающихся экспертов по стадии Души. Он мог только позволить этой хрупкой, но уверенной в себе женщине, которая была подобна цветку лотоса, нетронуто поднимающемуся из грязи, унизить себя, чтобы защитить его. Вина была на нем.

Бейли Цинмяо посмотрела на Хэ Вэньчжао, держащую Шу Яньянь, и, также увидев окровавленные ноги Шу Яньянь и ее белое платье, которое уже было наполовину испачкано алым, не смогла заставить себя почувствовать ревность.

-“Госпожа Шу, вероятно, не выздоровеет полностью, даже если ее будет лечить врач. Я вернусь в секту и приведу Яо-шисюна, чтобы он помог ей ”.

Хэ Вэньчжао кивнул - “Хорошо, я проведу ее домой”.

После ухода Бейли Цинмяо он подхватил Шу Яньянь на руки и отнес в ее ветхую соломенную хижину.

Хотя внутри было убого, там было чисто и опрятно, а на стенах висело несколько изящных вышивок. С первого взгляда можно было сказать, что хозяйка была бедной, но честной и культурной девушкой.

Хэ Вэньчжао осторожно уложил Шу Яньянь на ее соломенную постель. Шу Яньянь потеряла слишком много крови и находилась на грани потери сознания, ее дыхание становилось все слабее. Она слабо подняла свои окровавленные пальцы и тихо сказала:

-“Молодой господин Хэ, эта скромная женщина уже давно должна была умереть. В тебе нет никакой необходимости...”

В тот момент, когда ее холодные пальцы коснулись щеки Хэ Вэньчжао, Шу Яньянь потерял сознание, оставив на лице струйку крови.

-“Госпожа Шу!”,- Хэ Вэньчжао пощупал ее пульс и обнаружил, что ее жизненная сила крайне слаба. Он боялся, что она не сможет дождаться, пока его семья приведет Яо-шиди.

Он стиснул зубы и сказал:

-”Извини за это!".

Он расстегнул пояс Шу Яньяна. Увидев, как выпала серебряная монета, он почувствовал еще один укол в сердце. Отложив в сторону правильные отношения между мужчинами и женщинами, он прижал ладонь к теплой груди Шу Яньянь и влил в нее свою духовную энергию, одновременно достав лекарственную пилюлю.

Это правда, что обычные люди не могли противостоять лекарствам культиватора и не могли принимать их напрямую. Но если культиватор был готов использовать свою духовную силу, чтобы помочь расщепить лекарство и провести его по организму, он мог бы его поглотить.

Делая это, культиватор потерял бы некоторую силу. Не часто практикующие стали бы тратить свою с трудом заработанную духовную сущность на обычного человека. У Яо-шиди были лекарства, которые помогли бы обычному человеку принять таблетки, обычно используемые для новых учеников, которые еще не могли поглощать ци, но он не мог больше ждать.

Хэ Вэньчжао находился на стадии Формирования Ядра и обладал достаточным количеством духовной сущности. После того, как его ци завершила цикл в теле Шу Яньянь, он скормил таблетку ей изо рта в рот, помогая ей ее усвоить.

Через несколько минут Шу Яньянь был полностью исцелен. Хэ Вэньчжао обнял ее и слегка вздохнул.

Только теперь он понял, как держал это теплое и податливое тело в своих объятиях, словно…

Почему шимей до сих пор не вернулась?!

Притворяясь без сознания, Шу Яньянь послала своим подчиненным сообщение на большое расстояние.

“Вы, ребята, задержите Бейли Цинмяо для меня, у меня почти получилось. Несмотря ни на что, не позволяй ей привести этого Яо-шисюна, чтобы разрушить мои планы!”

“Нет необходимости посылать своих подчиненных. Я задержал Бейли Цинмяо”, - прозвучал знакомый глубокий голос у уха Шу Яньяна.

Шу Яньянь: …

Достопочтенный, почему ты снова хочешь сделать это сам? Этот подчиненный не хочет вас беспокоить, ничего хорошего не выйдет из вашего участия!

Хотя она проливала слезы в своем сердце, внешне она полностью контролировала ситуацию. Она открыла глаза с тихим криком и обнаружила, что лежит на коленях у Хэ Вэньчжао вместе со своей одеждой.… Она слабо вскрикнула, и ее лицо стало ярко-красным.

В другом месте Бейли Цинмяо снова достала Залитый Лунным светом Морозный Шелк с мрачным выражением лица, противостоя Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян.

Вэнь Женьхэ запретил Инь Ханьцзяну действовать и, вытянув палец, легонько постучал по серебристому шелку один раз. Связанное оружие Бейли Цинмяо тихо вернулось в ее тело, и она обнаружила, что не может проявить и намека на духовную силу.

Бейли Цинмяо наконец осознала степень силы своих противников. Она выросла в секте Шанцин и раньше по-настоящему не путешествовала по миру. Как культиватор, она победила бесчисленное количество мастеров боевых искусств Вулинь, но она никак не ожидала, что такие скрытые мастера будут смешиваться с населением.

Ее шисюн был гораздо опытнее и, вероятно, уже видел истинные глубины этих людей насквозь, но он все еще стоял на своем перед ней. Ее шисюн так хорошо относился к ней, готов был рисковать своей жизнью ради нее, но она всегда закатывала истерики и не доверяла ему. Ее поведение было слишком неблагодарным.

-“Если ты хочешь убить меня, тогда вперед! Если я хотя бы вздрогну, я недостойна быть учеником секты Шанцин! ”, - решительно сказала Бейли Цинмяо.

Вэнь Женьхэ не знал, он подумал, что действительно не понимает ее мозговую схему и спокойно сказал:

-“Госпожа Бейли, не недооценивайте нас. Этот Господин целенаправленно искал вас, так как у меня есть к вам просьба.”

Он поднял руку, и в горной глуши появились три элегантных стула. Они не были взяты из его хранилища, а представляли собой прозрачные стулья, сконденсированные из духовной энергии гор. Практикующие Махаяну могли соединяться с небесами и землей и проявлять свою волю с помощью мысли. Часто культиваторы на этой стадии не стали бы легкомысленно использовать свое магическое оружие и могли бы создавать оружие из окружающей духовной энергии, чтобы атаковать своих противников.

Вэнь Женьхэ сделал жест Бейли Цинмяо, чтобы та помогла себе. После того, как дрожащая Бейли Цинмяо села, он тоже сел.

Обычно он садился первым, но он должен был проявить должное уважение к своему наполовину мастеру, поэтому он предложил место Бейли Цинмяо первым.

Один из трех стульев предназначался Инь Ханьцзяну, но Инь Ханьцзян не сел, вместо этого молча встал позади Вэнь Женьхэ.

Вэнь Женьхэ не выдвигал никаких требований к Бейли Цинмяо.

-“Госпожа Бейли, ” - сказал он, - вы, вероятно, можете сказать, что с нашей силой нам нет необходимости беспокоить обычного человека. Ранее я видел, как вы проходили мимо по лестнице, и просто бросил какой-то предмет, чтобы привлечь ваше внимание”.

Бейли Цинмяо была в ярости, но люди, с которыми она столкнулась, были слишком сильны. Сдерживая себя, сжав кулаки, она сказала:

-“Это был человек, а не предмет!”

-“Неужели?”, - Вэнь Женьхэ щелкнул пальцем, и муравей, ползущий по земле, был подхвачен порывом ветра и приземлился на колено Бейли Цинмяо.

-“Какая разница между тем и этим?”, - равнодушно сказал он.

Муравей изо всех сил пытался заползти на ногу Бейли Цинмяо. Она подняла его одной рукой и поставила на землю.

-“Они другие”, - сказала она дрожащим голосом. “И муравьи тоже невиновны”.

-“Вы когда-нибудь в своей жизни ели мясо?”, - спросил Вэнь Женьхэ.

Бейли Цинмяо ничего не сказала. Культиваторы, прошедшие создание Фонда, могли обходиться без пищи, поддерживая себя за счет ци окружающей среды. Она основала свой фонд год назад и выросла, питаясь смертной пищей в течение предыдущих семнадцати лет.

Она могла только покачать головой и сказать:

-“Это не одно и то же”.

-“Как совершенствующийся, вы должны знать, что вся жизнь под небесами идет к одному и тому же месту назначения, и все вещи имеют свое собственное осознание. Нет никакого различия между человеком и другими живыми существами ”, - сказал Вэнь Женьхэ -  “Мы, как совершенствующиеся, впитываем духовную энергию окружающей среды. Знаете ли вы, сколько жизней могла бы породить эта энергия? Секта Шанцин веками занимала свою духовную гору, знаете ли вы, сколько уникальных и духовных существ поддерживала эта гора в древние времена? Почему же сейчас ни одного не осталось? Потому что люди, совершенствующиеся на этой горе, овладели духовной энергией. Эта гора больше не способна порождать мистических существ”.

Бейли Цинмяо был самосовершенствующимся совсем недолго, и у неё не было возможности опровергнуть слова Вэнь Женьхэ. Ее сердце было в смятении, она чувствовала, что ее старое мировоззрение рухнуло. Ее духовная сущность вышла из-под контроля, и острые боли вонзились в ее внутренние органы, как ножи.

Вэнь Женьхэ не хотел просто наблюдать, как у ее наполовину мастера происходит отклонение ци, поэтому сменил угол зрения и сказал:

-“Не нужно винить себя за это. Человечество в настоящее время является главным из всех живых существ, и это тоже было решено судьбой. В эпоху богов и демонов человечество бесконечно страдало. Любой зверь земли или воздуха, смертоносный цветок или дерево могли обращаться с людьми как со своей добычей, превращать их тела в магические инструменты или поглощать их души. Теперь тот факт, что человечество одержало верх, можно рассматривать не более чем как переворот судеб ”.

Услышав это, выражение лица Бейли Цинмяо смягчилось. Вещи, которые сбивали ее с толку, казалось, разрешились, и ее душевное состояние немного улучшилось.

Она закрыла глаза, чтобы поразмыслить в тишине. Через четверть часа она открыла глаза, встала и вытянула кулак в сторону Вэнь Женьхэ:

-“Спасибо этому мастеру за руководство”.

Вэнь Женьхэ махнул рукой - “Это было почти ничего особенного. Я просто наугад сказал несколько небесных истин. Тот факт, что вы смогли понять, показывает, что вы естественным образом подходите для культивирования Пути Безразличия. В своем будущем совершенствовании не выбирай неправильный путь”.

Бейли Цинмяо только что осознала принцип небес, и выражение ее глаз в настоящее время было далеко от выражения невинной молодой девушки, которой она была. Под длинными ресницами ее глаза были бесстрастны, но в то же время полны сострадания, и хотя она смотрела на этого муравья, казалось, что она вообще ни на что не смотрит.

Вэнь Женьхэ посмотрел на нее с одобрением, но в следующее мгновение глаза Бейли Циньмяо заблестели. Придя в себя, она сказала:

-“Шисюн и госпожа Шу все еще ждут лекарства!"

Ее глаза мерцали, как звезды, снова напоминая влюбленную девушку из прошлого.

-“Не стоит беспокоиться, с этой женщиной все в порядке”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Я пришел к вам, потому что мне нужно было, чтобы вы помогли мне кое-что вернуть”.

-“Старший просто направлял меня в моем совершенствовании. Бейли глубоко признательна. Если есть что-то, что я могу сделать, чтобы помочь моему старшему, я бы без колебаний сделала это ”, - сказал Бейли Цинмяо.

-“Я ищу духовное сокровище под названием Снежное Пламя, чтобы помочь моему младшему другу оправиться от его травмы”, — сказал Вэнь Женьхэ.

Инь Ханьцзян удивленно посмотрел на Вэнь Женьхэ.

-“Я уже слышала о Снежном Пламени от моего учителя раньше. Он появляется на Тысячемильных Ледяных Равнинах, и никто не знает его местонахождения. Любой культиватор ниже стадии формирования Ядра, который войдет туда, почти наверняка погибнет. Старший, твое совершенствование очень глубоко. Может ли эта младшая действительно быть полезной?”, - Растерянно сказала Бейли Цинмяо.

-“Снежному Пламени суждено стать твоим”, - сказал Вэнь Женьхэ. “Другие люди не могут этого вынести. Мы можем получить его только с вашего разрешения. Все имеет свой предопределенный исход, и нельзя получить все, просто обладая властью ”.

На самом деле, они могли бы просто последовать за Бейли Цинмяо и после того, как она получит сокровище, забрать его у нее. Это был бы путь демонического культиватора. Но Вэнь Женьхэ не мог украсть что-то у своего хозяина, и он также не хотел делать что-то столь низкое, как лишить другого человека его состояния. Он хотел совершить обмен.

-“Я могу помочь тебе подняться к божественности. Я могу помочь вам постичь Дао. Я могу помочь тебе получить то, что ты хочешь, и все это в обмен на Снежное Пламя”.

Вэнь Женьхэ подумал, что это была прекрасная идея, которая могла бы вернуть его долг своему учителю и в то же время помочь Инь Ханьцзяну, и втайне одобрил себя за свою сообразительность. За его спиной и без его ведома глаза Инь Ханьцзяна были слегка обведены красным.

Инь Ханьцзян склонил голову, пряча глаза, и хрипло заговорил:

-“Господин…”

Вэнь Женьхэ взмахом расшитого золотом черного рукава прервал слова Инь Ханьцзяна. Он передал ему:

-“Этот Достопочтенный дает это тебе, так что ты не имеешь права отказываться”.

Глава 5 - Блестящий план, Господин

Вэнь Женьхэ был бесчувственным человеком. Описание его в книге гласило, что он не обращал внимания ни на кого на земле, кроме Бейли Цинмяо. Он сорвал бы луну и звезды с небес для Бейли Цинмяо. Такой персонаж привлекал толпы поклонников, и каждый раз, когда появлялась сцена, в которой он оставался с ней наедине, все читатели были увлечены и подбадривали их. Одно из их типичных взаимодействий было ночью, когда Хэ Вэньчжао должен был выйти замуж за Мастера Павильона Цилин. Бейли Цинмяо была ранена, и ее сопровождал Вэнь Женьхэ. Она смотрела на ночное небо, полное звезд,  указывая на звезды Пастушка и Ткачихи[1], разделенные Млечным Путем, и сказала:

-“Такая счастливая пара, зачем их нужно было разлучать?”

1. Погуглите историю Цыси. Это также история Танабаты, если вы более знакомы.

Одинокая слеза скатилась по ее бледному лицу. Ясноглазая и улыбающаяся молодая девушка с самого начала давно исчезла. Несмотря на то, что культиваторы почти никогда не старели после Основания Фонда, а она все еще выглядела как восемнадцатилетняя, ее сердце стало намного старше.

Вэнь Женьхэ поднял руку и прикрыл глаза Бейли Цинмяо.

-“Пока я не стал богом, не смотри на звезды”.

-“Почему?”, - растерянно сказала Бейли Цинмяо.

-“Говорят, что когда совершенствующийся поднимается к божественности, он может изменять звезды и галактики по своему вкусу. Я перенесу звезду Пастуха на другую сторону Млечного Пути”.

Бейли Цинмяо это позабавило, и она кивнула.

-“Хорошо. Пока ты не станешь богом, я больше не буду смотреть на ночное небо”.

В конце концов Вэнь Женьхэ умер, так и не сумев вознестись к божественности, но, тем не менее, выполнил свое обещание Байли Цинмяо. Бейли Цинмяо смогла восстановить свою божественную сущность благодаря договоренностям, которые Вэнь Женьхэ сделал перед своей смертью. В тот момент, когда она слилась с божественной сущностью, небеса задрожали, звезды сдвинулись, Пастушка и Ткачиха оказались рядом друг с другом. Сила, высвобождаемая меняющимися звездами, мгновенно превратила континент в океан.

Это была сила изначального бога. В тот момент, когда богиня бедствий вернула себе свое место, по всему миру воцарился хаос.

Когда Бейли Цинмяо пришла в себя и увидела, что уничтожила целый континент, она вспомнила учения своего шисюна и слова того вознесенного бога в своей прошлой жизни. Она не хотела быть богом, чтобы так небрежно разрушать звезды, поэтому она отказалась от своей божественности.

Однако Пастушка и Ткачиха не вернулись на свои прежние места. Наконец-то они были вместе, как два главных героя в конце концов.

Что касается этой сюжетной линии, читатели как сумасшедшие обсуждали, что это была любовь Вэнь Женьхэна к главной женской роли даже после его собственной смерти, говоря, что если бы этот человек хотел кого-то побаловать, он действительно пошел бы на все, он не позволил бы ей страдать от каких-либо обид, даже если бы он умер, он будет рядом с ней до самого конца.

У Вэнь Женьхэ не было никакой реакции, когда он прочитал эту часть и дискуссию о ней, потому что он знал, насколько он непостоянен на самом деле.

У секты Сюаньюань было бесчисленное множество подчиненных, которые всем сердцем посвятили бы себя ему, но Вэнь Женьхэ никогда не обращал на них никакого внимания. Он знал, что эта преданность была основана на силе, которой он обладал и которая могла сокрушить любую оппозицию. Если бы кто-то другой обладал такой же силой, эти люди проявили бы такую же преданность. Целью этой преданности был не Вэнь Женьхэ, а сила совершенствующегося на стадии Махаяны.

Что касается семейных уз, Вэнь Женьхэ уже отложил их в сторону, когда вошел в Дао. Прошло триста лет, и на земле не осталось никого с его родословной.

То, что у него было с Бейли Цинмяо, было действием кармы и небесного закона и не могло считаться любовью. Он был один в этом мире, и в мире не было ничего, что могло бы привязать его к нему после того, как он уйдет.

Только то, что после прочтения этой книги в нем возникло странное чувство по отношению к Инь Ханьцзян.

Инь Ханьцзян был перед ним в долгу жизни, за то, что был воспитан им и обучен. После его смерти, искал ли Инь Ханьцзян мести за него или выполнял его последние желания, это было все, что он, естественно, должен был сделать. Даже если бы его тело было сломано, а кости раздроблены для Вэнь Женьхэ, это было бы разумно.

Но Инь Ханьцзян должен был выбрать такой жалкий способ показать свою преданность. Во время чтения Вэнь Женьхэ никогда не принимал Инь Ханьцзян за Маску Призрака, и когда правда была раскрыта, в тот момент, когда исполнительница главной роли увидела маску в свертке Инь Ханьцзяна, не только Бейли Цинмяо была шокирована, но и Вэнь Женьхэ тоже был потрясен этим.

В какой-то момент книги одна из злодеек женского пола получила волшебный предмет, который мог изменять внешность человека незаметным для окружающих образом. Она приняла облик Бейли Цинмяо, чтобы обмануть Хэ Вэньчжао, но вместо этого попала в плен к Инь Ханьцзяну. Без сюжетной брони главного героя она, естественно, превратилась в ламповое масло. Инь Ханьцзян снял маску призрака и подошел к гробнице Вэнь Женьхэна. Зажег вечно горящую лампу, он вошел в гробницу и, сжимая в руках черную мантию Вэнь Женьхэ, покрытую темно-золотыми узорами, мирно закрыл глаза.

От этой фразы по Вэнь Женьхэну пробежал холодок. Казалось, что в следующий момент Инь Ханьцзян, обнимая мантию Вэнь Женьхэ, самоуничтожит свою Зарождающуюся Душу, чтобы покончить с собой.

Однако в этот момент загорелось устройство слежения, которое Инь Ханьцзян установил на главную женскую роль. Он увидел, что она все еще жива и снова попала в беду.

Инь Ханьцзян уставился на ее изображение, которое было отображено в воздухе перед ним, слегка наклонив голову, затем он потерся щекой о одежду Вэнь Женьхэ, сложил ее и аккуратно положил обратно в гробницу.

Он тихо вышел из гробницы. Не используя духовную энергию для защиты своей руки, он погасил вечно горящую лампу ладонью. Затем, взмахнув рукой, он разбился о ближайший валун, осколки разлетелись по земле, ламповое масло медленно пролилось в грязь.

-“Ха-ха-ха-ха-ха!”

Инь Ханьцзян посмотрел на свою обожженную ладонь и вдруг расхохотался. Пока смех продолжался, он прикрыл рот рукой, издавая болезненные, приглушенные звуки, как будто ему требовались все силы, чтобы сдерживать свои эмоции.

Он склонил голову и оставался в таком положении до тех пор, пока на небе не показались звёзды. В самый темный момент перед рассветом Инь Ханьцзян поднял голову и надел маску призрака на лицо. Из-под маски доносились слова сквозь стиснутые зубы.

-“Бай. Ли. Цин. Мяо”.

От всего этого раздела у читателей волосы встали дыбом. Вэнь Женьхэ, как один из главных героев этой истории, испытал неописуемые эмоции.

Он мог смириться с тем, что Инь Ханьцзян умирает за него, но он не мог понять, что Инь Ханьцзян сходит с ума из-за него.

Чтобы перейти от совершенного спокойствия к крайней мании, через какие страдания он прошел?

Когда Инь Ханьцзян потерся щекой о халат Вэнь Женьхэ, это было похоже на прикосновение к его сердцу. Вэнь Женьхэ, проведя взгляд от книги к самому Инь Ханьцзяну, почувствовал, что впервые по-настоящему видит своего подчиненного. Он чувствовал, что то, что он сделал для Инь Ханьцзяна, не стоило такой искренней расплаты, поэтому он должен относиться к Инь Ханьцзяну немного лучше.

На этот раз Шу Яньянь не собиралась превращать Хэ Вэньчжао в пустую оболочку и даже собиралась использовать ее методы, чтобы помочь ему совершенствоваться в совершенствовании, так что ему не понадобится Снежное Пламя. Это был прекрасный шанс использовать его для Инь Ханьцзяна.

Вэнь Женьхэ много лет был Мастером секты Сюаньюань и собрал довольно много товаров. Он порылся в своем рукаве Цянькунь и дал Бейли Цинмяо некоторые материалы, пилюли и магические предметы, которые подходили для ее стадии совершенствования, а также Плащ из Огненных Перьев, чтобы защитить ее от холодного воздуха Ледяных Равнин, чтобы главный герой не замерз до смерти.

-“Это… Я не могу все это вынести!”

Бейли Цинмяо посмотрела на предметы, которые быстро складывались в небольшую горку, ее лицо покраснело, когда она замахала руками.

Вэнь Женьхэ также достал простую заколку для волос, которая была предметом хранения, подходящим для хранения вещей, которые он предоставил. Не дав Бейли Цинмяо возможности отказаться от подарков, он схватил Инь Ханьцзяна и ушел.

Бейли Цинмяо держала шпильку в руке и немного отстранилась, глядя на небо в том направлении, где исчез Вэнь Женьхэ. Топнув ногой, она сказала:

-“Шисюн! Госпожа Шу!”

Она быстро сложила все подарки в нефритовую заколку для волос, положила ее под свою мантию и медленным шагом направилась к секте Шанцин.

Все ученики, покидающие секту Шанцин, берут с собой талисманы для призыва на помощь. Если бы они разбили нефритовый талисман, ближайшие ученики были бы предупреждены, чтобы прийти и спасти их. Бейли Цинмяо могла бы использовать этот метод, чтобы позвать на помощь, но эти талисманы предназначались для использования в вопросах жизни и смерти, а не когда захочется.

Если бы она действительно сломала один из них и позвала группу учеников только для того, чтобы оказалось, что это не срочное дело, она заслужила бы неодобрение своих старших. После стадии Зарождения Души она сможет создавать свои собственные коммуникационные талисманы, но Бейли Цинмяо еще не достигла этой стадии, поэтому ей пришлось самой подняться на гору.

Тем временем Шу Яньянь спала на соломенной подстилке, ее лицо порозовело, а одно плечо было обнажено. Хэ Вэньчжао, стоявший рядом с кроватью в расстегнутой рубашке, на мгновение расслабился, затем натянул на Шу Яньяна простое одеяло. Его действия разбудили ее.

Шу Яньянь открыла глаза, и, встретившись взглядом с Хэ Вэньчжао, ее лицо покраснело, она схватила свою одежду и небрежно натянула ее на себя. Она заломила руки и сказала мягким голосом:

-“Молодой господин Хэ, вам не нужно беспокоиться. Я знаю, что у вас есть чувства к госпоже Бейли. Это было непреднамеренно. Я была ранена, так что молодой мастер Хэ просто помогал мне восстановиться ”.

Хэ Вэньчжао был чист в своём сердце. Он уставился на Шу Яньянь, одновременно удивляясь, как он мог сделать что-то подобное, и вспоминая, что он чувствовал, когда ложился с ней в постель. В его глазах, когда он посмотрел на нее, было даже немного нежности.

-“Я-я помогу тебе купить дом. Это место слишком запущенное, это неподходящее место для жизни", - тупо сказал Хэ Вэньчжао.

Шу Яньянь несколько раз мысленно проклинала мужчину, но с легкой улыбкой покачала головой.

-“Молодой господин Хэ, вы обращаетесь со мной как с проституткой? Если бы я хотела продать свое тело, зачем бы мне ждать до сих пор?”

Хэ Вэньчжао еще несколько мгновений тупо смотрел на неё.

-“Я скромная женщина, и мне все равно, как другие видят меня. Но молодой господин Хэ - такой благородный человек. Как он может быть человеком, который платит за удовольствие?”, - сказала Шу Яньянь, меняя тему разговора и печально глядя на Хэ Вэньчжао.

Она не приняла бы деньги не только из-за своей собственной морали, но и из-за беспокойства за Хэ Вэньчжао. Такой вдумчивый и внимательный человек!

-“Но… Я действительно проявил к вам неуважение, госпожа”.

Хэ Вэньчжао протянул руку и убрал прядь волос Шу Яньянь ей за ухо. Он случайно коснулся ее покрасневшей щеки, и его сердце пропустило удар.

Шу Яньянь тепло улыбнулась.

-“Разве в историях не часто упоминается, что человек должен отдать себя, чтобы вернуть долг жизни? Молодой мастер Хэ - благородный герой. Для меня большая честь быть с вами”.

Ее слова постепенно развеяли сожаления Хэ Вэньчжао. Он подумал обо всех тех случаях, когда помогал госпоже Шу. У этой женщины было не так уж много способностей, и, вероятно, она могла использовать этот метод только для того, чтобы отплатить ему. Кроме того, тогда, с ее теплым и гибким телом у него на коленях и ее искренним доверием к нему, какой мужчина смог бы сдержаться? И это не похоже на то, что она была женщиной из борделя. У них обоих были чувства друг к другу, так разве это не хорошо?

Единственной проблемой была Бейли Цинмяо. Что ему делать с ней?

Но разве тот факт, что ситуация зашла так далеко, не был вызван тем, что Бейли Цинмяо не торопилась? Если бы она вернулась раньше, ему не пришлось бы пренебрегать приличиями с женщиной, чтобы спасти ее!

Чем больше Хэ Вэньчжао думал, тем больше он чувствовал, что не сделал ничего плохого. Он просто не знал, как он объяснит это своей любимой семье.

Ему действительно нравилась Бейли Цинмяо. Они были подругами детства, и Хэ Вэньчжао заботился о ней с тех пор, как ей было всего семь или восемь лет. Он наблюдал, как она выросла из маленькой девочки, пухленькой от детского жира, в красивую молодую женщину. Шу Яньянь не могла разорвать такие глубокие чувства.

Шу Яньянь тоже не хотела вставать между ними. Она положила мягкую руку на плечо Хэ Вэньчжао и понимающе сказала:

-“Не беспокойтесь, Молодой Мастер Хэ. Этот вопрос остается между нами. Больше никто об этом не услышит”.

Правильно! Разве это не прекрасно, пока никто больше не знает? Госпожа Шу была умной девушкой, она все поняла.

Хэ Вэньчжао, когда его внутренний конфликт теперь разрешился, обнял Шу Яньянь.

Шу Яньянь, как следует разложив свою одежду, снова заснула, ведя себя так, словно ей пришлось слишком много пережить и она была измучена. Хэ Вэньчжао, глядя на ее спящее лицо, в конце концов все же почувствовал, что его сердце трепещет из-за нее.

Посмотрев на неё мгновение, Хэ Вэньчжао вспомнил, что осквернил свое тело истинного ян. Его учитель всегда напоминал им, что они должны избегать двойного совершенствования с кем бы то ни было, пока не достигнут стадии Зарождения Души, иначе они могут легко навредить своему совершенствованию. Хэ Вэньчжао поспешно проверил себя и обнаружил, что его совершенствование не ослабло, а вместо этого значительно возросло, с седьмого уровня стадии формирования Ядра прямо до девятого!

С помощью этого метода Шу Яньянь достигла шестого уровня Границы Пустоты. Поднять уровень Младшей ступени формирования Ядра для нее было так же легко, как дышать. Она также впитала энергию молнии изнутри тела Хэ Вэньчжао и ту таинственную силу, которой он обладал, так что она сама извлекла из этого немалую пользу. Она просто ждала, когда Хэ Вэньчжао уйдет, чтобы она могла совершенствоваться.

Почему его самосовершенствование должно увеличиться? Хэ Вэньчжао был очень смущен.

Он посмотрел на Шу Яньянь и вспомнил книгу, которую он прочитал в библиотеке секты о двойном совершенствовании. В то время он обнаружил, что влюблен в свою семью, поэтому отправился на поиски методов двойного совершенствования. В этой книге также говорилось, что человек не должен заниматься двойным совершенствованием до стадии Зарождения Души, но за двумя исключениями — те, у кого тело с девятью янь и тело с девятью инь.

Если бы женщина с телом девяти инь занималась двойным совершенствованием с мужчиной, даже если бы она была обычным человеком, она все равно могла бы повысить их самосовершенствование и принести много пользы.

Может ли госпожа Шу иметь тело девяти инь?

Пока Хэ Вэньчжао блуждал в своих мыслях, наконец прибыла Бейли Цинмяо с Яо-шисюном. -“Прости, что я опоздала, шисюн”, - сказала она, запыхавшись.

Хэ Вэньчжао погладил ее по голове и сказал:

-“Не беспокойся, семей. Госпожа Шу уже в порядке. Как оказалось, Яо-шисюн совершил эту поездку без всякой причины.”

Увидев Шу Яньянь, спящую на кровати с румяным лицом, Яо-шисюн почувствовал подозрение и спросил:

-“Как она выздоровела?”

Хэ Вэньчжао не хотел, чтобы он проверял Шу Яньяна, и тихо сказал:

-“Мы не должны здесь разговаривать, давай сначала выйдем на улицу".

Они вышли из хижины с соломенной крышей, и Хэ Вэньчжао объяснил, что ситуация была срочной, а госпожа Шу кашляла кровью и была при смерти, поэтому он помог ей принять лекарство, которое используют культиваторы. Он даже достал свой пузырек с таблетками, чтобы показать, что в нем не хватает одной таблетки.

-“Может ли обычный человек выдержать такое лекарство?”,- Яо-шисюн понюхал пузырек с таблетками - “Эти таблетки предназначены для культиваторов создания Фонда. Меридианы обычного человека не смогли бы выдержать такой сильной духовной энергии. Их меридианы разорвутся, и они умрут”.

-“Я использовал свою духовную сущность, чтобы помочь ей усвоить это”, - просто сказал Хэ Вэньчжао.

-“Но...” , - Яо Вендань подумал о процедуре, помогающей кому-то усваивать лекарства. В основном он изучал очистку лекарственных эликсиров и четко знал, что эта процедура требует контакта кожа к коже.

-“Но что?”, - невинно спросила Бейли Цинмяо. Она была молода и еще ничего об этом не знала.

Хэ Вэньчжао пристально посмотрел на Яо Венданя. Яо Вендань понял его намерения и сказал:

-“Ну, я просто беспокоился, что шисюн недостаточно разбирался в медицине и не лечил ее должным образом. Но теперь я вижу, что госпожа Шу полностью исцелена, так что это явно не тот случай”.

Бейли Цинмяо расслабилась от этого и захотела пойти навестить госпожу Шу. Хэ Вэньчжао сказал, что любая опасность миновала, и неженатые мужчина и женщина не должны быть вместе наедине, так что пусть Бейли Цинмяо войдет сама.

Как только она вошла в дом, Яо Вэндань поднял бровь и толкнул локтем Хэ Вэньчжао. Он сказал с ухмылкой:

-“Шисюн, ты сделал что-то неподобающее?”

-“Ситуация была срочной, поэтому я должен был что-то предпринять на месте. В тот момент я прикрыл глаза”, - сказал Хэ Вэньчжао.

Он действовал чрезвычайно праведно.

-“Тогда почему ты не сказал шимэю раньше?”, - спросил Яо Вэндань с некоторым затаенным сомнением.

Хэ Вэньчжао вздохнул и покачал головой.

-“Это не значит, что ты не знаешь отношения семьи. Она даже подняла шум, когда Лю-шимэй пришла ко мне, чтобы спросить о технике. Я старший среди всех, и мой долг - помогать своим младшим в их совершенствовании. Когда наш мастер занят другими делами, мне приходится направлять их вручную. Я даже научил тебя твоим первым приемам. Почему бы мне не помочь Лю-шимей?”

-“Все это правда”, - сказал Яо Вендань - “Бейли Цинмяо хороша во многих отношениях, просто она слишком легко ревнует”.

-“Это верно. И было бы неправильно, если бы госпожа Шу рассказала об этом людям, так что давайте просто прекратим это здесь. Человеческая жизнь бесценна. То, что я сделал, все равно остается добрым делом”.

Яо Вэндань поверил словам Хэ Вэньчжао. После того, как Бейли Цинмяо подтвердила, что с Шу Яньянем все в порядке, и покинула хижину, совершенно ничего не заметив, они вернулись в секту Шанцин.

После того, как они ушли, Шу Яньянь встала, потерла кожу и пнула соломенную подстилку, воскликнув:

-“Эта солома слишком колючая! Как кто-то может спать?”

-“Только что, почему ты не рассказала Бейли Цинмяо о том, что вы с Хэ Вэньчжао сделали?”, - в соломенной хижине раздался голос.

Шу Яньянь подняла глаза и увидела, что в какой-то момент в хижине появился Достопочтенный и Защитник Инь. Она усмехнулась и сказала:

-“Почтенный, ты жестокосердный человек, ты ничего не знаешь о женщинах. Как вы могли понять, как думают эти самонадеянные фальшивые джентльмены? Эти мужчины в постели будут говорить все ласковые слова бесплатно, но после того, как они снова оденутся, они будут вести себя так, будто не знают тебя. Если бы я сказала это, на следующий день Хэ Вэньчжао сказал бы, что я околдовала его, и обвинил бы меня во всем ”.

Вэнь Женьхэ задумался об этом. Это действительно произошло так, как описано в книге. Хэ Вэньчжао цеплялся за историю о том, что его похитила Шу Яньянь, и он никак не мог отбиться от Истинного Защитника демонической секты.

-“Тогда когда ты ей скажешь?”, - спросил Вэнь Женьхэ.

Он хотел, чтобы Бейли Цинмяо поторопилась и увидела истинное лицо Хэ Вэньчжао, чтобы быстрее направить ее на Путь Безразличия и восхождения. После того, как она успешно слилась с божественной сущностью, Вэнь Женьхэ мог считать свой долг погашенным.

-“Нам нужно немного подождать”, - сказала Шу Яньянь, прислонившись к стене -  “После того, как Хэ Вэньчжао уйдет, пройдет всего несколько дней, прежде чем он снова придет за мной. Попробовав, какой мужчина не захотел бы второго? И я даже могу помочь его самосовершенствованию улучшиться. По прошествии времени и по мере развития событий он действительно не сможет выкинуть меня из головы. И один раз, возможно, было принуждение, но могут ли второй и третий также быть принуждением? В будущем, даже если он попытается оправдаться, он не сможет замять все это”.

Она нахмурилась.

-“Хотя, разве Достопочтенный не хотел, чтобы я победила Хэ Вэньчжао и сыграла в долгую игру, чтобы получить информацию для Великой войны Сект?”

-“Мм”, - Вэнь Женьхэ кивнул - “Это тоже необходимо. Но когда дело доходит до Бейли Цинмяо, лучше, чтобы она скорее потеряла надежду, покинула свою секту и переключилась на культивирование Пути Безразличия ”.

-“А?”, - Шу Яньянь этого не поняла.

Что Господин имел в виду под этим? Если он был заинтересован в Бейли Цинмяо, он должен был заставить ее предать свою секту и пойти по демоническому пути, а затем найти какой-нибудь способ сделать ее своей. Почему Путь Безразличия?

-“Просто делай то, что ты должна”, - сказал Вэнь Женьхэ.

-“Тогда мне нужно несколько подчиненных, чтобы переманить Бейли Цинмяо, чтобы дать Хэ Вэньчжао больше шансов. Каждый раз, когда они покидают гору, они соединяются в бедре. Слишком трудно найти такую возможность”.

-“В этом нет необходимости. Я задержу Бейли Цинмяо на несколько дней”, - сказал Вэнь Женьхэ.

-“Ты-ты лично, опять?”, - выражение лица Шу Яньяня напряглось.

Вэнь Женьхэ поднял бровь.

-“Есть какие-то проблемы?”

-“Вовсе нет”, - сказала Шу Яньянь со слабым смехом.

Инь Ханьцзян увидел, что она не доверяет Вэнь Женьхэну, и с несчастным видом сказал: -“Достопочтенный послал Бейли Цинмяо забрать Снежное Пламя. Мы сможем получить сокровище и в то же время облегчить вам соблазнение Хэ Вэньчжао. Это убьет двух зайцев одним выстрелом”.

-“Так вот оно что!”, - уважение Шу Яньяня возросло, и она опустилась на одно колено - “Блестящий план, Господин”.

-“Мм”. -  Вэнь Женьхэ невыразительно кивнул.

Глава 6 - Ледяное поле Ванли

Бейли Цинмяо чувствовала себя неуютно, принимая груду сокровищ, которые оставил ей Вэнь Женьхэ. Она вернулась в секту Шанцин и после ночной медитации обнаружила, что ее уровень фактически повысился со второго уровня Основания вплоть до седьмого, аномально большой скачок. Она предположила, что это была помощь под руководством этих двух экспертов.

Бейли Цинмяо с детства учили, что благодарность за каплю воды должна быть отплачена источником. Она не могла принять такое пособие бесплатно, поэтому встретилась со своим учителем и сказала, что хочет покинуть гору, чтобы набраться опыта.

Мастер Байли Цинмяо старейшина Цинронг была женщиной-самосовершенствующейся, и большинство учениц были под ее началом. Секта Шанцин не запрещала своим ученикам двойное совершенствование, а просто предупреждала их, что двойное совершенствование должно выполняться только после стадии Зарождения Души. Первая причина заключалась в том, чтобы дать нерешительным ученикам что-то, чего они могли бы ожидать с нетерпением, если бы у кого-то была цель, он приложил бы больше усилий. Вторая причина заключалась в том, что после стадии Зарождения Души эмоциональная зрелость культиватора возрастала, а импульсы молодости ослабевали. Останутся только истинные и глубокие желания. Таким образом, это также должно было помочь ученикам познать свои собственные сердца, чтобы они не саботировали себя, будучи еще молодыми.

Секта Шанцин считала, что лучше что-то ограничить, чем запрещать. Вместо того чтобы запрещать ученикам вступать в романтические отношения, лучше было правильно направлять их, чтобы не вызывать у них желания бунтовать. Это правило сработало довольно хорошо. Некоторые ученики посвятили себя усердному самосовершенствованию, чтобы они могли быть вместе должным образом с человеком, которого они любили. Вся секта была полна мотивации продвигаться вперед.

Старейшина Цинронг, услышав, что ее любимая юная ученица решила отправиться тренироваться в одиночку, удовлетворенно улыбнулась. Она похлопала Бейли Цинмяо по руке и тепло сказала:

-“А я беспокоилась, что ты слишком неохотно покидаешь своего шисюна, чтобы путешествовать в одиночку”.

-“О боже мой, хозяин...”, - Бейли Цинмяо покраснела и обняла старейшину Цинронга за руку.

Старейшина Цинронг увидела, что ее маленькая ученица наконец-то выросла, и почувствовала облегчение. Она кивнула и сказала:

-“Это хорошо, что у тебя есть мотивация. У тебя редкий талант. Тогда, если бы я не удерживала тебя, думая, что еще слишком рано, ты, вероятно, заложила бы свой фундамент в двенадцать или тринадцать лет. После создания Фонда ваше тело не будет расти до стадии Зарождения Души. Хотели бы вы иметь двенадцатилетнее или тринадцатилетнее тело для следующих ста лет совершенствования?”

Бейли Цинмяо была немного смущена. Тогда она была молода, ладно, она ничего не понимала. Если бы она выглядела на двенадцать или тринадцать лет, шисюн, занявший ее место, выглядел бы как отец со своей дочерью. Это было бы ужасно.

Старейшина Цинронг сказала Бейли Цинмяо, что ей не следует ходить в слишком опасные места, и чтобы она немедленно сломала свой нефритовый талисман для передачи сообщений, если она попадет в беду, подумала, прежде чем действовать, и не выпендривалась. Предупредив ее о многих вещах, она также дала ей защитный магический предмет, который мог блокировать одну мощную атаку культиватора стадии Трансформации Божества. После того, как она почувствовала, что все предусмотрела, она, наконец, отправила Бейли Цинмяо со своей собственной печатью в административный зал, чтобы сделать запись.

В секте Шанцин было много учеников, и им нужно было вести четкий учет всего. Такие поездки обычно длились от полугода до года, и если Бейли Цинмяо к тому времени не возвращалась, старейшины отправлялись на поиски ее местонахождения, так что это было также для безопасности учеников.

Хэ Вэньчжао был главным учеником, а также занимал несколько должностей в административном зале. В настоящее время он был на дежурстве, и когда получил разрешение Бейли Цинмяо, он на мгновение уставился на нее.

-“Семей, ты хочешь оставить гору в покое?”

-“Да, я не могу вечно быть тенью шисюна”, - сказала Бейли Цинмяо с улыбкой. - “Я хочу быстро достичь Зарождающейся Души, чтобы я могла убивать монстров и побеждать зло вместе с шисюном, и стать известным в мире культивирования”.

-“Это так? Хорошо, это хорошо...”, - Хэ Вэньчжао всю ночь снились эротические сны, и он был немного рассеян, в голове у него было пусто.

Сначала он почувствовал себя немного виноватым, когда увидел свою семью, но, услышав, что она хочет уйти, он не почувствовал сопротивления и даже немного расслабился.

Бейли Цинмяо не заметила невнимательность Хэ Вэньчжао. Сделав свою запись, она зажгла лампу души, что и должны были делать все путешествующие ученики. Если с ними что-то случится, лампа погаснет, и люди из секты Шанцин немедленно узнают об этом.

Неохотно попрощавшись с Хэ Вэньчжао, Бейли Цинмяо покинула гору и пришла в чайный домик, где она ранее встречалась с Вэнь Женьхэ.

Вэнь Женьхэ уже договорился с Бейли Цинмяо. Увидев, что она прибыла, он кивнул и сказал: -“Начинай летать, мы догоним тебя позже”.

При скорости Бейли Цинмяо потребовалось бы по меньшей мере семь дней, чтобы добраться до Ледяных Равнин. Инь Ханьцзян мог добраться туда за четыре часа, а Вэнь Женьхэну- менее чем за десять минут.

-“Я бы предпочла вернуть вам эти вещи. Мне не подобает их брать” - Бейли Цинмяо сняла заколку для хранения волос и положила ее на стол - “Я сохранила Плащ из Огненных Перьев, чтобы защитить себя на Ледяных Равнинах. Благодаря руководству старшего я значительно продвинулась в совершенствовании. Поскольку вы уже дали мне кое-что, вполне естественно, что я выполняю задание за вас. Вдобавок ко всему я не могу принять большего”.

Вэнь Женьхэ поднял бровь.

-“Все вещи управляются кармой, и то, что я дал тебе, также связано с этим. Вам просто возвращают долг, а не влекут за собой долги, так что не беспокойтесь ”.

-“О?”, - удивленно спросила Бейли Цинмяо - “У меня есть кармическая связь с вами, старший? Но я выросла в секте Шанцин. Я никогда не встречала вас раньше”.

-“Кармические отношения не ограничиваются этой жизнью и не обязательно связаны с вами. Они могут быть из прошлых жизней или вашими кровными родственниками”, - сказал Вэнь Женьхэ- “Я не только дам тебе это, я собираюсь помочь твоему совершенствованию, помочь тебе стать богом, помочь тебе реализовать все твои желания”.

Бейли Цинмяо потянула за пояс и застенчиво сказала:

-“Я не смею думать о том, чтобы стать богом, но у меня есть желание. Я хочу быстро добраться до Зарождающейся Души, чтобы я могла...”

Она замолчала на полпути, но Вэнь Женьхэ мог догадаться, к чему она клонит. Разочарованный, но не в силах ничего с этим поделать, он залпом выпил глоток обычного чая без намека на духовную энергию и отмахнулся от нее.

-“Ты начинаешь действовать. Мы встретимся у входа в Тысячемильные Ледяные равнины через семь дней.”

-“Хорошо” ,- Бейли Цинмяо вышла из ресторана, оставив шпильку на столе.

После того, как она ушла, Инь Ханьцзян использовал свой меч, чтобы нарисовать в воздухе массив, создавая простую иллюзию вокруг них двоих. Любой, кто посмотрел бы со стороны, увидел бы, как они вдвоем потягивают чай и едят, лениво болтая, но в рамках иллюзии они могли делать все, что хотели.

Вэнь Женьхэ нахмурился и сказал:

-“Защитник Инь, чего ты хочешь?”

-“Этот подчиненный - меч Господина. Пока существует меч, существую и я. Когда меч ломается, я умираю ”, - сказал Инь Ханьцзян.

Он даже не моргнул, казалось, произнес эти слова инстинктивно, не думая о них, как будто он много раз прокручивал их в своем сердце, и это уже стало навязчивой идеей.

-“Ты, конечно, скучный”, - Шу Яньянь вышела из угла.

Прислонившись к плечу Инь Ханьцзяна, она сказала:

-“Высокое положение, непревзойденная власть, красивые парни - ах, я имею в виду девушек — кого из них люди не желали бы? Разве я не права, Господин?”

Вэнь Женьхэ сказал бесстрастно:

-“Я никогда не думал об этом”.

Шу Яньянь: …

Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян были похожи на два куска стали, и это вызвало в памяти Шу Яньянь неприятные воспоминания.

Это было восемьдесят лет назад, когда Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян пробились в главный зал секты Сюаньюань, и Вэнь Женьхэ сразился на дуэли со старым мастером секты, убив его после трех дней и ночей боя. Инь Ханьцзян все это время оставалась рядом с ним, не давая никому другому приблизиться.

Инь Ханьцзян был только на первом уровне Единства Тела, но он владел демоническим мечом, с которым он насильно слился, и мог высвободить пугающее количество силы в одно мгновение. Он убил бы человека или бога, которые встали бы у него на пути, и многие эксперты по Границе Пустоты были слишком напуганы, чтобы приблизиться к простому противнику на стадии Единства Тела.

Но демонические культиваторы не просто сражались лицом к лицу, у них были довольно разнообразные методы. Мастер Алтаря Юань заставил Шу Яньянь подняться и соблазнить Инь Ханьцзян, и она была не просто хорошенькой личиком. Если бы эксперт по Границе Пустоты высвободила все свое обаяние, любой человек, находящийся на стадии Границы Пустоты, независимо от того, мужчина или женщина, старый или молодой, стал бы слугой Шу Яньяня, и даже мужчинам, находящимся выше Границы Пустоты, было бы трудно сопротивляться. Иметь дело с противником Единства Тела было бы проще простого.

Итак, Шу Яньянь подошла к нему с полной уверенностью и получила несколько выбитых зубов от Инь Ханьцзяна. Больше года у нее были дыры в зубах, и она не могла нормально говорить, и только после того, как Вэнь Женьхэ восстановил прежние позиции секты, он осмелился их вылечить.

Эта битва, по сути, внушила Шу Яньяню страх перед Вэнь Женьхэном и Инь Ханьцзяном.

Казалось, у них не было никаких чувств. Вэнь Женьхэ культивировал Путь Убийства, и когда он видел красивую женщину, его первой мыслью было, какая разница в том, чтобы сражаться с женщиной против мужчины. А что касается Инь Ханьцзяна, он на самом деле, казалось, глубоко верил, что он был ледяным мечом, слепым и бессердечным, не заботясь о том, был ли перед ним мужчина, женщина или зверь, пока это не был Вэнь Женьхэ.

Мир Инь Ханьцзяна был разделен на Вэнь Женьхэ и не Вэнь Женьхэ, а Шу Яньянь занимала категорию “не”. Прошло более восьмидесяти лет, но всякий раз, когда Шу Яньянь видела Инь Ханьцзяна, у нее начинали болеть зубы, и этот человек чуть не стал ее внутренним демоном.

Но она была женщиной, которая справлялась с трудностями, так как же она могла позволить чему-то подобному сдержать ее?

Как и предполагал Вэнь Женьхэ, лояльность его подчиненных зависела от его собственной подавляющей силы, но они постоянно хотели стащить его с этого алтаря. Шу Яньянь была именно такой амбициозной женщиной.

Она шла перед Вэнь Женьхэ, ее голос был мягким, как соблазн из бездны.

-“Господин, у тебя уже есть власть и статус, так разве ты не хочешь чего-то большего? Эта Бейли Цинмяо такая хорошая невинная девушка. Должен ли этот подчиненный склонить ее на твою сторону ради тебя?”

Незаметно для Шу Яньянь, когда она произнесла эти слова, лицо Инь Ханьцзяна побледнело, и он застыл у стены, как бесчувственная марионетка.

Шу Яньянь знала, что у нее не хватит сил очаровать Господина, но это было прекрасно. Если бы Вэнь Женьхэ поддался искушению, он ослабил бы свою защиту, и у нее появился бы шанс.

-“Шу Яньянь”.

Вэнь Женьхэ положил руку на голову Шу Яньянь, но в этом действии не было и намека на тепло, а давление было таким, как будто он хотел раздавить череп Шу Яньяня одной рукой.

-“Я одобряю амбиции своих подчиненных и поэтому позволяю вам делать то, что вы хотите, и меня также не волнует, что вы навязываете мне свои странные представления”.

-“Ах, ах, Достопочтенный великодушен”, - Шу Яньянь была слишком напугана, чтобы дышать.

-“Но не переоценивай себя”, - сказал Вэнь Женьхэ более тяжелым голосом - “Используйте свои амбиции для продуктивных целей. Я все еще смотрю на Великую Войну Сект как на шанс повысить свою самосовершенствование ”.

На Пути к Убийству один продвинулся в бою. В нынешнем царстве Вэнь Женьхэна смертельная война не могла иметь для него никакого эффекта. Только войны, которая затронула бы весь культурный мир, было бы достаточно. На этот раз праведные секты перешли в наступление, и Вэнь Женьхэ планировал использовать это как возможность прорваться через свое царство.

-“Да, да”, - сказала Шу Яньянь, ее голова раскалывалась от боли, а по лбу стекало несколько струек крови. Ее ожидания, которые только что были озвучены, рухнули.

Вэнь Женьхэ увидел, что этого урока было достаточно, и отпустил ее. Инь Ханьцзян протянул носовой платок, которым Вэнь Женьхэ вытер кровь с кончиков пальцев, прежде чем бросить на пол.

Шу Яньянь не осмелилась вытереть свою кровь и сказала, когда она стекала по ее лицу:

-“Эта подчиненная приложит все усилия, чтобы получить информацию. В тот день, когда Достопочтенный вернется с Тысячемильных Ледяных Равнин, начнется Великая Война Сект!”

-“Еще кое-что”, - сказал Вэнь Женьхэ- “Сделай все возможное, чтобы Хэ Вэньчжао был одержим тобой. Я хочу, чтобы Бейли Цинмяо отказалась от этого человека ”.

-“Будет сделано!”, -  Шу Яньянь склонила голову, став похожей на женщину-призрак с распущенными волосами.

Подождав некоторое время и ничего не услышав, она подняла голову и обнаружила, что двое мужчин ушли. Она плюхнулась на пол в холодном поту, прижав руку к сердцу.

После того, как она обработала свои травмы, она увидела со второго этажа, как Хэ Вэньчжао прошел внизу, в направлении ее дома. Шу Яньянь холодно усмехнулся. Ах, мужчины, какие нетерпеливые. Малышка шимей только что уехала, и вот ты здесь — не можешь подождать даже несколько дней.

Но такие мужчины все равно давали вам чувство выполненного долга. Что касается Достопочтенного и его Левого Защитника…

Шу Яньянь покачала головой, прогоняя воспоминания о своем болезненном опыте из головы, и сосредоточила свое внимание на Хэ Вэньчжао.

Вэнь Женьхэ привел Инь Ханьцзяна ко входу в Тысячемильные Ледяные Равнины. Увидев, что Инь Ханьцзян очень бледен, он схватил его за руку и обнаружил, что на ощупь она похожа на руку замороженного трупа.

-“Мне лучше войти одному”, - сказал он. - “Твоё тело замерзло и не может переносить холодный воздух. Подожди меня у входа”.

Инь Ханьцзян посмотрел на бескрайнее ледяное пространство и покачал головой.

-“Говорят, это чрезвычайно опасное место, где уединяются блуждающие бессмертные. Этот подчиненный настаивает на том, чтобы следовать за Достопочтенным ”.

-“Я приказываю тебе ждать здесь”, - сказал Вэнь Женьхэ.

-“Этот подчиненный не хочет обманывать Достопочтенного. Когда Достопочтенный уйдет, этот подчиненный последует за ним”.

Он был упрям, как несгибаемый меч, и его честность действительно тронула Вэнь Женьхэ.

Вэнь Женьхэ разрезал себе запястье пальцем и поднес его к Инь Ханьцзяну.

-“Путь Убийства может быть отвергнут праведными сектами, но это путь истинного ян. Горячая кровь битвы, волнующие эмоции, безжалостный дух сотен или тысяч людей, встречающихся в битве, который заставляет даже мстительных призраков держаться на расстоянии - все это наполняет кровь этого Почтенного человека энергией ян. Если ты выпьешь эту кровь, сила этого Почтенного сможет защитить тебя на твоем пути через Ледяные Равнины ”.

-“Достопочтенный, вы ранены. Этот подчиненный недостоин...”, - намек на боль промелькнул в глубине бесстрастных глаз Инь Ханьцзяна.

-“Этот демонический меч ассоциируется с холодом и инь. Ты хочешь, чтобы этому Почтенному пришлось спасать тебя на Ледяных Равнинах, потому что ты не можешь проявить всю силу слияния с мечом? Кроме того, достоин ты или нет, зависит от этого Достопочтенного. Какое ты имеешь право решать, что ты недостоин?”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Если ты не хочешь, этот Почтенный запечатает твою силу и оставит тебя у входа на Ледяные Равнины”.

Алая кровь медленно капала с запястья Вэнь Женьхэна. Инь Ханьцзян на мгновение закрыл глаза от боли, затем открыл их. Он стиснул зубы, затем поднес губы к запястью Вэнь Женьхэна и сделал глоток теплой крови.

Поток тепла потек в его даньтянь. Вэнь Женьхэ использовал духовную энергию, чтобы остановить кровотечение, и, сжав палец Инь Ханьцзяна, почувствовала, что он наконец-то согрелся. Он удовлетворенно кивнул.

Выражение лица Инь Ханьцзяна выглядело немного напряженным. Он потер свою теплую грудь и почувствовал, что его сердце немного сбилось с ритма. Этого не должно быть, у меча Достопочтенного не должно быть собственных мыслей.

Он подавил свои неуправляемые эмоции и молча встал рядом с Вэнь Женьхэ. Они ждали там десять дней, пока наконец не прибыла Бейли Цинмяо.

Вэнь Женьхэ не казалось  это странным, пока главная героиня путешествовала одна, она наверняка столкнулась с какими-нибудь неожиданными ситуациями и задержалась. Это было вполне нормально.

Бейли Цинмяо, с другой стороны, была довольно смущена.

-“Прошу прощения, старший. По дороге сюда я проезжала мимо деревни, проклятой призраками. Я задержалась на несколько дней, чтобы изгнать их, и не выполнила наше обещание ”.

Деревня, проклятая призраками?

Вэнь Женьхэ был уверен, что это был дебют любовного интереса номер пять, маленькой ученицы Бейли Цинмяо.

Этот маленький ученик изначально был мертворожденным зародышем. В то время как Бейли Цинмяо изгоняла призраков, один из злых духов на самом деле не был рассеян и спрятался внутри этого плода, полный ненависти к ней. Восемнадцать лет спустя он вновь встретился с Бейли Цинмяо, которая сейчас находилась на стадии Зарождения Души, и взял ее в качестве мастера, ожидая шанса съесть ее душу.

Позже добрая, честная, красивая и нежная натура Бейли Цинмяо привела к тому, что этот призрачный культиватор исправился и охотно стал ее учеником. Ненавидя Хэ Вэньчжао за то, что он довел своего хозяина до слез, он попытался убить его и был убит им. После его смерти он был разоблачен как культиватор призраков, и женщины-злодейки воспользовались случаем, чтобы обвинить Бейли Цинмяо в сговоре со злом.

Причина, по которой он существовал, вероятно, заключалась в том, чтобы дать Хэ Вэньчжао лучший повод плохо обращаться с главной героиней.

Вэнь Женьхэ на самом деле не беспокоился об этих мелких деталях. Все это в любом случае не было бы проблемой, если бы Бейли Цинмяо не любила Хэ Вэньчжао.

Все трое вступили на Ледяные Равнины. Чтобы позволить Бейли Цинмяо самой найти Снежное Пламя, Вэнь Женьхэ наложил на нее заклинание слежения и велела ей бродить наугад по бесконечному ледяному полю. Он и Инь Ханьцзян просто должны были присматривать за ней издалека.

Уровень развития Бейли Цинмяо был низким, и даже с Плащом из Огненных Перьев, защищавшим ее, ей все еще было так холодно, что ее лицо стало фиолетовым, она с трудом пробивалась сквозь мороз и снег. С другой стороны, Инь Ханьцзян был на стадии Единства Тела и пил кровь Вэнь Женьхэна, а Вэнь Женьхэ также время от времени снабжал его своей собственной духовной энергией. Даже по прошествии нескольких дней его лицо все еще горело, и его состояние также значительно улучшилось. Это было печальное сравнение с Бейли Цинмяо.

Инь Ханьцзян, наблюдая за движениями Бейли Цинмяо, несколько раз открывал рот, желая что-то спросить, но всегда сдерживался.

Таким образом, они следили за ней в течение пяти месяцев. Поскольку Бейли Цинмяо выдержала суровость Ледяных Равнин, ей удалось поднять свое совершенствование до пика Основания, и ей нужно было только использовать руководство по культивированию формирования Ядра, чтобы поднять свою ступень. Однако она не нашла никаких следов Снежного Пламени.

Вэнь Женьхэ также не ожидал, что придется тратить так много времени на Ледяные Равнины. Озадаченный, он сказал:

-“Этого не должно быть. Снежному пламени суждено принадлежать Бейли Цинмяо. Почему он до сих пор не появился?”

Он вспомнил историю и понял, что время сейчас совпадает с развитием книги, как раз в то время, когда Бейли Цинмяо обнаружила бы, что Хэ Вэньчжао высосан Шу Яньянь, и взяла его, чтобы найти лекарство.

В книге у Бейли Цинмяо не было Плаща из Огненных Перьев. Ее конечности были обморожены после трех дней пребывания на Ледяных Равнинах, и вся ее духовная энергия была направлена на защиту Хэ Вэньчжао, когда она ползла по льду с ним на спине. Когда она была на грани замерзания до смерти, перед ней появился огненный шар. Она потянулась к нему изо всех оставшихся сил и поймала это пламя, слезы облегчения потекли из ее глаз.

-“Может быть, она должна быть при смерти, чтобы увидеть Снежное Пламя?” Вэнь Женьхэ задумался.

Повелитель Демонов был человеком, ориентированным на действия. С одной мыслью Плащ из Огненных Перьев на теле Бейли Цинмяо исчез и появился в его руке. Девушка из простого Учреждения Фонда мгновенно задрожала от холода.

Увидев это, Инь Ханьцзян снова открыл рот.

Вэнь Женьхэ увидел выражение его лица и сказал:

-“Ты все это время сдерживался, чтобы что-то сказать. Что это такое? Этот Достопочтенный приказывает тебе сказать это”.

После приказа Вэнь Женьхэна Инь Ханьцзян почувствовал себя более непринужденно и сказал:

-“Разве Достопочтенный не благоволит Бейли Цинмяо? Почему...”

Почему мне кажется, что она тебе совсем не нравится? Почему мне кажется, что тебя бы устроило, если бы она замерзла до смерти?

-“ Кто тебе сказал, что она мне нравится?”, - Вэнь Женьхэ чувствовал, что этот вопрос очень важно прояснить, он не хотел, чтобы Инь Ханьцзян неправильно понял, как в книге. Он ткнул Инь Ханьцзяна пальцем в лоб.

-“Этот Достопочтенный понял, как работает судьба, и понял, что я в долгу перед предыдущим воплощением Бейли Цинмяо за то, что она помогла мне войти в Дао. В этой жизни я должен помочь ей подняться. Вот почему я помогаю ей ”.

-“Теперь я понимаю”, - по какой-то причине с груди Инь Ханьцзяна словно сняли тяжесть. Он указал на Бейли Цинмяо и сказал:

-“Но госпожа Бейли замерзнет до смерти”.

-“Не проблема”, - сказал Вэнь Женьхэ- “Существует так много путей совершенствования. Если она умрет, то сможет совершенствоваться как призрак. Ей не обязательно следовать праведному пути”.

Инь Ханьцзян на мгновение задумался и кивнул. Слова Господина, как всегда, были разумны.

Глава 7 - Битва с блуждающим бессмертным

Бейли Цинмяо по натуре не была подозрительным человеком и верила тому, что ей говорили люди. Эта склонность в какой-то степени была связана с ее положением в прошлой жизни. Тогда никто не осмеливался лгать ей в лицо, и ее огромная власть также означала, что ей не нужно было беспокоиться о том, говорят ли другие люди правду или нет. В любом случае, она не хотела слышать ни слова. Из-за этого в этой жизни у нее не было способности различать ложь.

Она никогда не думала, что у этого внезапно появившегося старшего могут быть дурные намерения по отношению к ней. Его силы были огромны, и он мог убить этого маленького младшего, подняв руку, так какая была необходимость строить козни против нее?

Когда Плащ из Огненных Перьев исчез, она не придала этому особого значения, просто предположила, что холод Ледяных Равнин был слишком жестоким, и у плаща закончилась духовная энергия, и он исчез, или какое-то могущественное существо, живущее на Ледяных Равнинах, украло его незаметно для нее. Она использовала свою духовную энергию, чтобы согреть свое тело, и продолжала пробиваться сквозь бесконечное белое поле.

Бейли Цинмяо понятия не имела, где найти Снежное Пламя. Она просто знала, что этот старший посоветовал ей побродить вокруг и следовать своей интуиции, и она была уверена, что однажды найдет это.

Тысячемильные Ледяные равнины были покрыты снегом круглый год. Днем небо было затянуто серыми облаками, а ночью свет, отражавшийся от снега, был почти таким же ярким, как днем, так что определить время было трудно. Бейли Цинмяо не знала, как долго она шла. Она много раз проливала слезы, но ни разу не сдалась.

Секта Шанцин учила своих учеников выполнять свои обещания. Бейли Цинмяо уже согласилась на это ради своих старших товарищей, так что она не могла нарушить свое слово.

Без Плаща из Огненных Перьев Бейли Цинмяо очень скоро рухнула в сугроб. С неба падали пушистые хлопья снега. Она медленно протянула онемевшие пальцы, чтобы поймать падающие хлопья.

Секта Шанцин располагалась к югу от реки Янцзы, в районе, в самой богатой духовной энергией в Девяти провинциях[1]. Здесь было мягкое время года и мало снега. Единственное впечатление Бейли Цинмяо о снеге было во время ее шестнадцатилетия, когда шквалы заполнили небо, но растаяли в грязи, когда они приземлились. Она никогда раньше не видела снега и не протягивала руку, но только почувствовала холодную воду, в которую он превратился.

1. Древнее название Китая.

Бейли Цинмяо сидела на каменных ступенях секты и, надув губы, смотрела на снег. Хэ Вэньчжао, который в тот день дежурил в патруле, увидел, что его семей сидит на снегу, обняв колени, край ее желтого платья испачкан грязью, и ему пришлось спросить:

-“Бейли-семей, почему ты здесь сидишь?”

-“Я смотрю на снег”, - с несчастным видом сказала Бейли Цинмяо - “Он такой красивый, но так быстро тает. Я не вижу земли, покрытой снегом. Это нечестно”.

Хэ Вэньчжао улыбнулся ей и сказал своим младшим товарищам, патрулировавшим вместе с ним:

-“Как твои заклинания замораживания? Поскольку сегодня идет снег, это хороший шанс попрактиковаться”.

У него было около дюжины учеников, которые одновременно использовали замораживающее заклинание. Морозный воздух окутал землю перед воротами секты Шанцин, не давая снежинкам растаять. Хлопья за хлопьями падали на Бейли Цинмяо.

-“С днем рождения, семей” , - сказал Хэ Вэньчжао с теплой улыбкой.

Бейли Цинмяо, услышав звук падающего снега и громкий стук своего сердца, в этот момент поняла, как сильно ей нравится ее шисюн.

Снег на Ледяных Равнинах не растает без заморозков. Он мягко падал, медленно погребая Бейли Цинмяо, пока ярко-желтое пятно не исчезло из виду.

Бейли Цинмяо закрыла глаза в сугробе. Со слезами, застывшими на ее лице, она тихо всхлипывала.

-“Шисюн...”

Голос прозвучал у ее уха:

-“Какая одурманенная маленькая девочка. Ты думаешь о своем любовнике?”

Голос был холоден, как падающая вдалеке сосулька, и принадлежал женщине.

Лицо Бейли Цинмяо онемело от холода. Она пошевелила губами и беззвучно произнесла:

-“Шисюн...”

Когда ее сознание медленно угасло, в ее глазах появился луч яркого света, и ее окутало нежное тепло. Откуда-то из глубины земли поднялся огненный шар. Бейли Цинмяо открыла глаза и увидела, как язычок пламени появился на ее протянутой ладони, согревая ее конечности и тело, но снежинки поблизости не таяли.

Это было Снежное Пламя!

Казалось, это мистическое пламя действительно было спрятано в снегу, и она могла найти его только тогда, когда сама была погребена под снегом.

Духовная энергия Бейли Цинмяо была восстановлена. Зажав язычок пламени в ладони, она выбралась из сугроба и увидела, что прямо перед ней ветер и снег превратились в женщину в белом. У нее были белые волосы и брови, а кожа блестела, как снег. Даже ее глаза были чисто белыми, без зрачков.

Возможно, она и была человеком, но больше походила на скульптуру, сделанную изо льда и снега.

Полупрозрачные пальцы коснулись щеки Бейли Цинмяо, и голос раздался снова:

-“Милая девочка, возьми Снежное Пламя, чтобы увидеть своего возлюбленного. Но ты должна дать слово — если однажды твоя любовь предаст тебя и твое сердце превратится в пепел, ты должна вернуться и остаться со мной.”

-“Забудь об этом!” , - раздался голос.

В то же время Снежное Пламя в ладони Бейли Цинмяо было перенесено в руку этого человека.

Вэнь Женьхэ завладел Снежным Пламенем, разобравшись в ситуации. Оказалось, что Бейли Цинмяо нужно было только похоронить в снегу и представить ее настоящую любовь Хэ Вэньчжао, чтобы она появилась. С телом в холодном морозе, но сердцем, ищущим тепла, этот единственный уголек посреди бесконечных ледяных полей сможет вызвать Снежное Пламя.

Но как насчет этой женщины перед ним? Она не появилась в книге.

Когда женщина в белом увидела, что Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян вышли вперед, одна из ее рук внезапно превратилась в снежную бурю, собирающуюся в вихрь и нацеленную прямо в грудь Инь Ханьцзяна.

Вихрь был невероятно быстрым, и прежде чем Вэнь Женьхэ смог поднять рукав, чтобы блокировать его, он поглотил Инь Ханьцзяна и унес его в небо. Снежинки превратились в бесчисленные ледяные лезвия, оставляя кровавые полосы на его лице.

-“Старший!” , - Бейли Цинмяо плакала в шоке и поспешно умоляла женщину в белом - “Этот старший, пожалуйста, эти двое - мои спутники. Я добывала это Снежное Пламя для них, они не забирали его у меня!”

Хотя на Инь Ханьцзян напали, Вэнь Женьхэ не сдвинулся ни на дюйм, и только Бейли Цинмяо отчаянно бегала вокруг.

В воздухе Инь Ханьцзян обнажил свой меч и позволил ему слиться с его телом. В одно мгновение тело Инь Ханьцзяна раскололось на бесчисленные полосы кроваво-красного света. Присмотревшись повнимательнее, можно было увидеть, что на самом деле это были бесчисленные красные мечи. На кончике каждого лезвия в стене ветра и снега открылась брешь.

Под натиском багрового света снежная буря, образовавшаяся из естественной энергии Ледяных Равнин, была разорвана на части. Прорвавшись сквозь снег, шквал кровавых мечей сделал круг вокруг Вэнь Женьхэна, а затем собрался вместе за его спиной, снова превратившись в Инь Ханьцзяна с Плащом из Огненных Перьев, накинутым на его плечи.

-“А?” , - Бейли Цинмяо тупо уставилась на плащ, который был на нем надет.

Женщина в белом шлепнула ее по голове. Она указала на Инь Ханьцзяна.

-“Ты что, глупая? Силы этих двоих выше ваших. Зачем вы им понадобились бы, если бы они захотели отправиться на Тысячемильные Ледяные Равнины? Они явно знали о моих предпочтениях и рисковали своей жизнью, чтобы выманить меня! Ты действительно думаешь, что их волнует, будешь ты жить или умрешь?”

-“Нет! Старший, вы ошибаетесь!” , - Бейли Цинмяо поверила словам обеих сторон и поверила, что все они хорошие люди, и это было просто недоразумение. Она раскинула руки и встала перед Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян, запрещая женщине причинять им вред.

Женщина в белом, возможно, никогда не встречала такой глупой девушки. Она взмахнула рукавом со снегом и отбросила Бейли Цинмяо в сторону.

-“Проваливай!”

Бейли Цинмяо была брошена в ледяную стену и превратилась в рельеф стены, все еще сохраняя свою защитную позу с вытянутыми руками и беспокойством в глазах.

Вэнь Женьхэ внимательно изучил выражение лица и позу Бейли Цинмяо и почувствовал, что наконец-то ответил на один из мучивших его вопросов.

В книге было много сцен, когда Бейли Цинмяо вытягивала руки, чтобы блокировать атаку Хэ Вэньчжао, Вэнь Женьхэ, Чжунли Цянь и других людей. Вэнь Женьхэ действительно не мог понять мыслительный процесс главной героини, пока читал, и считал это изображение совершенно нелогичным. Все люди, которых Бейли Цинмяо хотела защитить, имели более сильное воспитание, чем она. Никто не стал бы использовать Учредительный орган Фонда для защиты совершенствующегося на стадии Махаяны. Это было глупее, чем богомол, пытающийся остановить колесницу.

Теперь, когда Бейли Цинмяо встала перед ним именно с этой целью, Вэнь Женьхэ понял, что это действительно то, на что способна исполнительница главной женской роли. Но это все равно было необъяснимо.

Черные одежды развевались вокруг него, Повелитель Демонов превратился в луч света и появился перед Бейли Цинмяо. От прикосновения его пальца ледяная стена разлетелась вдребезги, и Бейли Цинмяо вывалилась изнутри, упав в снег.

Она в шоке схватилась за сердце и сказала Вэнь Женьхэ:

-“Большое спасибо, старший”.

Вэнь Женьхэ не нуждался в ее благодарности. Глядя на нее сверху вниз, он сказал:

-“Ты знаешь мое царство?”

-“Я не уверена, может быть, Зарождающаяся Душа?” , - нерешительно спросила Бейли Цинмяо.

Ее учитель был на стадии Превращения в Божество, и, по мнению Бейли Цинмяо, никто не мог быть сильнее ее учителя, так что этот эксперт, должно быть, находится на стадии Зарождения Души.

-“Махаяна”, - медленно произнес Вэнь Женьхэ.

Глаза Бейли Цинмяо потускнели, она была совершенно неспособна понять, о каком царстве говорил Вэнь Женьхэ.

-“Почему муравей, находящийся всего лишь на стадии Основания, думает о том, чтобы защитить меня на стадии Махаяны?” , - сказал Вэнь Женьхэ.

Бейли Цинмяо покачала головой.

-“Я-я не думала об этом в то время. Я просто бросилась вперед”.

Вэнь Женьхэ не думал, что это был хороший ответ, но Бейли Цинмяо действительно казалась такой, как будто ей не хватало мозгов, поэтому он мог только неохотно принять это.

-“В следующий раз, когда ты попытаешься кого-то ударить, даже если у тебя нет времени подумать, по крайней мере, отсчитай в уме от трех, прежде чем бросаться вперед. Ты, наверное, не можешь думать, прежде чем действовать, но ты можешь начать с того, что научишься считать ”.

-“О” , - Бейли Цинмяо была так оскорблена бесцветными словами Вэнь Женьхэ, что не могла поднять глаз. Опустив голову, она записала его слова в свою память.

На некотором расстоянии Инь Ханьцзян был полностью занят борьбой со снежной женщиной. Причина, по которой Вэнь Женьхэ мог приблизиться к Бейли Цинмяо без какого-либо вмешательства, заключалась в том, что Инь Ханьцзян держал ее подальше.

Женщина превратилась в бесчисленные снежные вихри, окружив Инь Ханьцзяна, который снова превратился в мечи и начал с ней перестрелку. Ледяные Равнины мгновенно превратились в настоящий ад, и Бейли Цинмяо увидела, как кусок ее одежды, упавший на землю, тут же разлетелся на куски. Нынешняя температура была, вероятно, в десятки раз холоднее, чем тогда, когда она была погребена в сугробе.

Посреди воющей метели только местность, на которой стоял Вэнь Женьхэ, оставалась спокойной, как рай в другом царстве.

К ветру примешивался голос, завывающий вместе с бурей в ушах каждого.

-“Простая стадия Единства Тела, который подобрал демонический меч неизвестно откуда, думает, что сможет сразиться со мной? Даже ваш мастер пика Махаяны для меня ничто!”

После ее слов атаки кровавых мечей стали более жестокими. Из мечей, охранявших Вэнь Женьхэна, половина зарыта глубоко в снег. Когда женщина попыталась призвать силу Ледяных Равнин, потоки снега вырвались из ее тела и из земли вместе с ее леденящим кровь криком. Алая кровь усеяла белое пространство.

Вэнь Женьхэ протянул руку и поймал каплю крови. Он сжал кулак, вены вздулись на тыльной стороне ладони и зашевелились под кожей, как зеленые змейки.

Ярость наполнила его грудь, он повысил голос.

-“Вернись!”

По его команде кровавые мечи полетели к Вэнь Женьхэну, упали на землю и превратились в полуприседающего Инь Ханьцзяна.

Вэнь Женьхэ схватил его за плечо одной рукой. У Инь Ханьцзяна не хватало одной руки и ноги. Когда Инь Ханьцзян был слит с демоническим мечом, каждый меч был сделан из части его тела. Мечи, которые только что разорвали снег, были его рукой и ногой.

-“Ах! Ты ранен!” , - Бейли Цинмяо в отчаянии достала носовой платок и попыталась перевязать раны Инь Ханьцзян, но Вэнь Женьхэ с приливом энергии оттолкнула ее в сторону.

-“Поглоти Снежное Пламя. Я буду защищать тебя”.

Вэнь Женьхэ раскрыл ладонь, и пламя материализовалось перед Инь Ханьцзяном.

-“Но...” , - Инь Ханьцзян взглянул на снежные вихри, которые в настоящее время пытались снова затвердеть, и его глаза затуманились. Он не смог убить женщину одним ударом.

Вэнь Женьхэ не дал Инь Ханьцзяну больше ни единого шанса возразить. Он хлопнул ладонью по голове Инь Ханьцзяна и послал Снежное Пламя в его тело через акупунктурную точку Байхуэй[2]. После того, как Снежное Пламя вошло в его тело, Инь Ханьцзян должен распространить свою духовную сущность, чтобы поглотить ее, или потратить впустую усилия Господина.

2. Точка Байхуэй -20-я точка Управителя, заднесрединного меридиана Ду-Май, расположена в центре макушки на линии, соединяющей верхние края обеих ушных раковин.

Он не мог пойти против приказа Господина, поэтому сел на место, скрестив ноги, и принялся медитировать.

К этому времени кружащийся в небе снег превратился в женщину меньше, чем раньше, и в ее голосе теперь слышались нотки ярости.

-“Простая стадия Единения Тела, и все же тебе удалось причинить мне вред?”

Одежды Вэнь Женьхэ развевались на ветру. Морозный свет засиял в его руке и превратился в черную алебарду. С оглушительным толчком он вонзился в тело женщины.

Тело женщины рассеялось в воздухе, и вся Ледяная Равнина задрожала. Слой льда толщиной почти в километр под ним раскололся, и тысячи тонн снега взлетели в небо, чтобы снова упасть и поднять в воздух белые хлопья. Бейли Цинмяо прижалась к Инь Ханьцзян, чувствуя себя крошечной птичкой под бескрайними небесами, ее перья почти сорвало снегом, она хныкала и дрожала на Тысячемильных Ледяных равнинах.

Она не могла ясно видеть свое окружение, единственным, что было видно в снегу и тумане, был Инь Ханьцзян рядом с ней. Пытаясь вглядеться в туман, она обнаружила, что через некоторое время все, что заполнило ее глаза, было белой дымкой.

Это была снежная слепота — она повредила глаза, слишком долго глядя на снег.

Бейли Цинмяо быстро закрыла глаза, свернувшись калачиком на снегу и прислушиваясь к вою ветра вокруг нее.

Через некоторое время она услышала непоколебимо ровный голос Вэнь Женьхэ.

-“Блуждающий бессмертный? Неужели ты думаешь, что то, что ты странствующий бессмертный, ставит тебя выше других? Без Ледяных Равнин ты абсолютно ничто!”

Снова последовали звуки боя. Бейли Цинмяо использовала свою духовную энергию, чтобы исцелить свои глаза, и через мгновение почувствовала, что снова может видеть. Она открыла глаза и испытала шок от окружающего ее пейзажа.

Не было больше Тысячемильных Ледяных Равнин и женщины, сделанной из снега. Только Вэнь Женьхэ противостоит женщине в синем одеянии над полем бурлящей магмы.

Где… где был снег?

У женщины в синем одеянии были те же черты лица, что и у снежной женщины, но у нее был цвет лица живого человека, черные волосы и глаза. Она держалась за грудь, из уголка ее рта капала кровь, и выглядела она тяжело раненной.

Вэнь Женьхэ держал свою алебарду в одной руке. Он был такого же черного цвета с золотыми нитями, как и его мантия, хотя теперь Бейли Цинмяо могла видеть, что темно-золотые узоры на его мантии и алебарде соединялись вместе, образуя схему звездного Полиса[3]. Когда золотой свет заиграл на черной ткани, Полис в небе над головой испустил ослепительное сияние.

Манипулирование силой звезд, разрушение Тысячемильных Ледяных Равнин — это была сила культиватора ступени Махаяны. По мановению руки пейзаж изменился.

Тысячемильные Ледяные Равнины, на которых Бейли Цинмяо было трудно даже дышать, не могли противостоять ни одному удару истинной силы Вэнь Женьхэ.

3. Полис - звезда в современном созвездии Стрельца. На китайском языке она известна как Звезда Семи Убийств и Звезда Генерала.

Инь Ханьцзян, который проснулся после того, как полностью поглотил Снежное Пламя, пробормотал:

-“Господин...”

Бейли Цинмяо оглянулась и увидела, что его нога уже восстановилась, хотя его левая рука все еще медленно заживала.

Она тихо переместилась за спину Инь Ханьцзяна, высунув голову, чтобы понаблюдать за Вэнь Женьхэ.

Бейли Цинмяо вспомнила, как ее старший спросил ее, почему она всегда прыгает перед людьми. Она ответила только наполовину, потому что действительно не могла заставить себя сказать, что действительно думала, что сможет отразить удар.

Только теперь, наблюдая за битвой между этими двумя, сотрясающей небеса и землю, Бейли Цинмяо поняла, что на самом деле она была ничтожна, как пылинка, и все ее тело не могло блокировать ни единого вздоха этих противников.

Ранее Бейли Цинмяо хотела достичь Зарождающейся Души, потому что ее шисюн сказал, что после этого они смогут заниматься двойным совершенствованием вместе. На самом деле она не заботилась о Дао, у нее в голове была только любовь. Увидев силу Вэнь Женьхэна, она, наконец, поняла, что значит быть самосовершенствующимся, что значит сила.

Не достигая Зарождающейся Души, чтобы вы могли стать партнерами по самосовершенствованию, но используя смертное тело, чтобы преодолеть небеса и разрушить пустоту!

У Бейли Цинмяо был момент внезапного просветления, когда она вошла в более глубокую сферу. Даже без руководства по Формированию Ядра сущность внутри ее даньтяня начала конденсироваться. Темные тучи собрались в небе, создавая небесные молнии.

Культиваторы должны были бы претерпевать небесные испытания на каждом этапе, начиная с Формирования Ядра. На стадии Формирования Ядра было небольшое молниеносное бедствие, на стадии Зарождения Души было одно лицо со своими внутренними демонами. Все это было высечено на камне, и избежать этого было невозможно.

Вэнь Женьхэ нашёл время, чтобы взглянуть на Бейли Цинмяо, и молча одобрил. Ее стоило учить. Если она так легко перешла на Путь Безразличия, не было никакой необходимости убивать ее и заставлять культивировать призрачный путь.

Руки женщины в синем слегка дрожали.

-“Кто ты?” , - требовательно спросила она - “Почему ты уничтожил мои посевные площади и повредил мой фундамент? Я никогда не слышала ни о ком подобном тебе до моего затворничества!”

-“Я не думаю, что ты была в уединении”, - сказал Вэнь Женьхэ- “Ты отказалась от своего тела и использовала секретные техники, чтобы стать бессмертной, не так ли?”

Совершенствующемуся, достигшему вершины Махаяны, пришлось бы столкнуться с небесной скорбью, и, пройдя ее, он смог бы подняться в царство бессмертных. Многие культиваторы погибли в этой последней скорби, погаснув телом и душой. Некоторые последователи Махаяны знали, что они не смогут избежать этого, поэтому во время скорби они использовали тайные искусства, чтобы рассеять свое собственное тело и обмануть небеса, а также использовали бессмертную ци, обнаженную во время скорби, для культивирования в блуждающих бессмертных. Затем, после того, как они перешли на следующую ступень, они могли подняться в царство бессмертия, не подвергаясь небесным испытаниям. Это считалось кражей силы с небес, и их сила также превосходила силу практикующего Махаяну.

Многие крупные секты праведного совершенствования имели странствующих бессмертных, поддерживающих их, и они нелегко проявляли себя, действуя только тогда, когда секта сталкивалась с большими проблемами.

В книге Вэнь Женьхэ был ранен блуждающим бессмертным из секты Шанцин, прежде чем был спасен Бейли Цинмяо, и этот бессмертный был убит им. После потери своего самого сильного актива секта Шанцин медленно приходила в упадок.

-“Этот Достопочтенный вошел в Дао триста лет назад”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Как долго ты пряталась от небес?”

Женщина в синем одеянии потеряла дар речи. Махаяна всего за триста лет? Она провела в уединении восемьсот лет! Были ли все молодые культиваторы этого возраста такими впечатляющими?

-“Что касается уничтожения ваших сельскохозяйственных угодий”, - сказал Вэнь Женьхэ, окидывая взглядом Ледяные Равнины - “мы только хотели вернуть Снежное Пламя. Разве не этот старейшина напал на моего подчиненного без причины?”

-“Это было из-за того, как ты плохо обращался с той маленькой девочкой. Я считала это несправедливым”, - сказала женщина в синем.

-“Тот факт, что она сейчас пробудилась к стадии Формирования Ядра, отчасти объясняется тем опасным для жизни опытом, который она пережила”, - сказал Вэнь Женьхэ- “Это не твое дело вмешиваться в наши дела. Интересно, правда ли было то, что этот старейшина добился успехов в совершенствовании и, увидев нас здесь, захотел испытать свою силу против нас?”

Женщина в синем потеряла дар речи.

Вэнь Женьхэ взмахнул своей алебардой и холодно сказал:

-“Атаковала безосновательно, потому что чувствовала, что стала сильнее, и даже выбрала цель более низкого уровня, теперь, когда ты поняла, что можешь не победить, ты пытаешься рассуждать здраво. Но в чем ты ошибаешься, так это в том, что этот Достопочтенный - тот, кто решает, есть ли нам что обсуждать.”

Глава 8 - Мастер павильона Цилин

Вэнь Женьхэ наблюдал за бурлящей магмой у себя под ногами. Семизарядная Алебарда в его руке слегка качнулась, указывая на женщину в синем одеянии, давая понять, что он не намерен так легко ее отпускать.

-“Подождите минутку!” , - сказала женщина. - “У нас нет претензий друг к другу, и ты получил Снежное Пламя, так почему бы тебе не отпустить его сейчас?”

Видя, что ей не победить, она пыталась сбежать.

-“Я могу тебя отпустить”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Защитник Инь, ты следовал за мной много лет. При каких обстоятельствах я отпущу своих противников?”

Инь Ханьцзян появился позади Вэнь Женьхэ, сжимая его отсутствующую руку.

-“Достопочтенный великодушен и редко настаивает на убийстве противников, в которых он видит потенциал”.

Хотя он практиковал Путь Убийства, Вэнь Женьхэ очень редко убивал людей сам. Когда он напал на секту Сюаньюань, большинство убийств было совершено Инь Ханьцзяном, а Вэнь Женьхэ убил только старого Мастера Секты. Что касается оставшихся высокопоставленных людей, таких как Шу Яньянь, Вэнь Женьхэ оставил их совершенно нетронутыми.

Инь Ханьцзян объяснил женщине в синем одеянии:

-“Достопочтенный очень редко предпринимает действия против тех, кто слабее его. Они не стоят его внимания. Что касается тех, у кого есть потенциал, Достопочтенный даст им выход и подождет, чтобы снова сразиться с ними после того, как они наберут свою силу ”.

Путь Бойни состоял из борьбы за выживание, несмотря на невозможные шансы. Без соперника, который мог бы довести себя до предела, без равного матча, без победы в невыгодном положении, не было никакого способа продвинуться вперед. После того, как Вэнь Женьхэ впервые ступил на эту дорогу с односторонним движением, пути назад не было, каждый шаг был сделан по тонкому льду, но он вполне наслаждался путешествием.

-“Ты можешь увеличить свою силу? У тебя есть что-нибудь стоящее, чтобы этот Почтенный пощадил тебя?” - спросил Вэнь Женьхэ.

Женщина в синем стиснула зубы. Она указала пальцем на Бейли Цинмяо.

-“Моей причиной была она”.

Вэнь Женьхэ поднял бровь.

-“Хм?”

Бейли Цинмяо сидела в эпицентре ярких молний, которые наполняли воздух вокруг нее на сотни метров серебряными вспышками. Это выглядело впечатляюще, но для этих троих людей простое молниеносное бедствие на стадии Формирования Ядра было ничем.

-“Кстати, почему ты дала ей Снежное Пламя?” - спросил Вэнь Женьхэ.

В оригинальном сюжете Бейли Цинмяо провела пять дней, леча Хэ Вэньчжао после получения Снежного Пламени, но не встретила ни одного блуждающего бессмертного.

-“Я не давала ей Снежное Пламя. Его тянуло к ней”.

Женщина в синем одеянии знала, что лгать Вэнь Женьхэ бессмысленно.

-“Я возделывала землю под этими Ледяными Равнинами в течение восьмисот лет, чтобы получить пламя истинного ян подо льдом. Но за все эти годы я не получила ни капли энергии ян, в то время как она нашла ее, только придя. Естественно, я хотела посмотреть, что именно было с этой маленькой девочкой ”.

Инь Ханьцзян подумал о том, что сказал Вэнь Женьхэ, что Снежное Пламя было судьбой Бейли Цинмяо и не могло быть получено никем другим. Воистину, Господин изрек истину о небесах. Все то время, что этот блуждающий бессмертный ждал, не могло сравниться с пятью месяцами для Бейли Цинмяо.

-“У меня есть сущность бессмертного, поэтому я могу видеть то, что не могут видеть обычные культиваторы. Когда она была на грани смерти, между ее бровями был луч божественного света, защищающий ее, который привлек к ней Снежное Пламя. Я думаю, что она может быть связана с остатками какого-то древнего божества, поэтому я поставила на нее метку, чтобы присматривать за ней в будущем.

-“И это все?” , - Вэнь Женьхэ оглядел женщину с ног до головы - “Знак блуждающего бессмертного не должен требовать, чтобы ты появлялась”.

-“Разве это не потому, что я обнаружила твое присутствие?” , - спросила женщина в синем - “Я беспокоилась, что ты также понял, что в этой маленькой девочке было что-то особенное, и искал этот след божественности. Я не хотела отдавать его вам, поэтому я планировала разоблачить вашу личность как демонических культиваторов перед Бейли Цинмяо, а затем покончить с вами, чтобы завоевать ее доверие. Тогда в будущем я могла бы найти способ следовать за ней, ожидая возможности украсть ее судьбу ”.

Все это вполне разумно, именно так и должен был действовать культиватор. Вэнь Женьхэ слегка кивнул головой в знак одобрения. Но почему эта женщина никогда не была названа в оригинальной истории? Она никогда не появлялась, чтобы навредить Бейли Цинмяо до самого конца.

-“Если бы нас здесь не было, вы бы связались с Бейли Цинмяо?”, - спросил Вэнь Женьхэ.

Женщина в синем молчала, по-видимому, не желая отвечать.

Вэнь Женьхэ поднял бровь, и Алебарда Семи Убийц засияла темно-золотым светом. Огромная сила обрушилась на женщину в синем одеянии, когда Вэнь Женьхэ прижал ее голову к лаве внизу. Это была не обычная лава, а пламя истинного яна, которое было запечатано под Ледяными Равнинами. Прикосновение к нему повредило бы и душе.

Пока Вэнь Женьхэ сражался со снежной женщиной, он понял, что это не ее истинное тело, а просто аватар, высвобождающий великую силу, использующий энергию Ледяных Равнин. Если они не могли найти настоящее тело, не было никакого смысла побеждать фальшивое.

Поэтому он достал свое связанное оружие - Алебарду, Убивающую Семерых. Золотые узоры на алебарде и мантии Вэнь Женьхэ соединяются вместе, образуя массив, призывающий силу шестой звезды Южной Медведицы[1]. С его телом в качестве основы и суровой энергией многих зим в качестве фокуса, он мог использовать силу звезды для собственного использования, разрушая тысячелетние Ледяные Равнины и обнажая ее истинное тело, скрытое в ледяных покровах. К сожалению, несмотря на то, что она была запечатана во льду на восемьсот лет, она никогда не осознавала, что менее чем в ста метрах под ней был огонь истинного ян.

1. Древнее китайское созвездие, которое соответствует части Стрельца. Шестая звезда - это Полис.

Женщина в синем была красива, но у нее была надменная и отчужденная аура, совершенно не похожая на очаровательные манеры Шу Яньяня. Она высоко ценила свою внешность, и из-за того, что Вэнь Женьхэ так давил на нее, рана на ее лице никогда полностью не заживет, пока она не сможет подняться в царство бессмертных и воссоздать для себя бессмертное тело.

-“Остановись!” , - закричала она.

Признав поражение, она сказала:

-“Я верховный старейшина Павильона Цилин. Блуждающие бессмертные не ограничены телесным телом. У меня есть соглашение с хозяином Павильона Цилин, чье тело я могу использовать для выполнения дел. Я видела, что маленькая девочка культивировала методы секты Шанцин, так что, если бы вас, ребята, здесь не было, я бы пошла в Павильон Цилин, чтобы составить свои планы ”.

Мастер Павильона Цилин? Разве это не та женщина, на которой женился Хэ Вэньчжао, чтобы поддержать свою секту? А потом, когда она обнаружила, что Хэ Вэньчжао любит другую женщину, она как сумасшедшая принялась за жизнь Бейли Цинмяо, взяв на себя роль очень могущественной злодейки.

В первоначальном сюжете Бейли Цинмяо утащила Хэ Вэньчжао на Ледяные Равнины. С тем, насколько хитрой была эта блуждающая бессмертная, она бы сразу увидела, что Хэ Вэньчжао был слабым местом Бейли Цинмяо. Так вот почему она заботилась о нем — чтобы заполучить божественность Бейли Цинмяо.

Тогда это имело смысл. Вэнь Женьхэ не только не понимал, почему Бейли Цинмяо была так привязана к Хэ Вэньчжао в книге, но и почему все остальные женские персонажи были так одержимы им. Почему они были так беспощадны к этому нерешительному человеку, что даже готовы были убить друг друга? Вэнь Женьхэ никогда не думал, что люди могут так сходить с ума от любви, но если это было ради власти или престижа, то он прекрасно понимал.

Сила старого бога стоила того, чтобы любой земледелец сходил с ума из-за нее. Жаль, что этот блуждающий бессмертный никогда не понимала, что Бейли Цинмяо не имела связи с божественным остатком, но она сама была старым богом, и ее божественность была чем-то, чего не мог принять ни один другой человек.

Если только Бейли Цинмяо не решила по собственной воле отдать его им.

Из того, что Вэнь Женьхэ помнил о Мастере Павильона Цилин, она проводила большую часть своего времени, подлизываясь к Хэ Вэньчжао или составляя заговоры против Бейли Цинмяо, и ее сила не очень выросла. Не было никакого смысла отпускать ее.

Думая об этом, выражение лица Вэнь Женьхэна не изменилось, и он продолжал подталкивать ее голову к бурлящей лаве.

Женщина в синем боролась как сумасшедшая, сопротивляясь со всей силой блуждающего бессмертного. Но ее крепко держала Семерка Смертоносных Алебард, сумев лишь слегка замедлить Вэнь Женьхэ.

Однако в этот момент Бейли Цинмяо завершила свою небесную скорбь, войдя на первый уровень Формирования Ядра. Она проснулась от вспышек молний и открыла глаза.

Сначала она растерянно моргнула, а затем осмотрела свой даньтянь. Увидев, что ей удалось сформировать золотую сердцевину, она взволнованно вскочила.

-“Я наконец-то добралась до формирования Ядра! Когда я доберусь до Зарождающейся Души в следующий раз, я смогу быть вместе с шисюном!”

Вэнь Женьхэ: “?”

Он отпустил женщину в синем и в мгновение ока подошел к Бейли Цинмяо. Инь Ханьцзян последовал за ним, встав позади Вэнь Женьхэна, настороженно наблюдая за женщиной на случай, если она затаит обиду и нападет, когда они повернутся спиной.

Теперь, когда Инь Ханьцзян был позади, Вэнь Женьхэну не приходилось опасаться нападения сзади.

-“Что ты только что сказала?” , -  сказал Вэнь Женьхэ с холодным взглядом.

-“Буду вместе с моим шисюном...” , - Бейли Цинмяо покраснела и топнула ногой - “О боже, старший, не говори об этом!”

Вэнь Женьхэ схватил ее за запястье и проверил ее духовную сущность. С напряженным выражением на лице он сказал:

-”Что случилось с твоим Путем Безразличия?"

Она только что сформировала свое золотое ядро, просветившись на Пути Безразличия, вообще не используя методы секты Шанцин. Но после того, как она пережила скорбь, у нее больше не было методов Пути Безразличия внутри нее, и способ, которым она распространяла энергию по всему телу, был таким же, как у Хэ Вэньчжао, метода секты Шанцин.

-“Путь Безразличия?” , - сказала Бейли Цинмяо, как будто у нее не было памяти - “Что такое Путь Безразличия?”

Казалось, она забыла наставления, которые ранее давал Вэнь Женьхэна.

-“Похоже, в твой мозг действительно ударила молния”, - усмехнулся Вэнь Женьхэ.

Или как она могла бы полностью забыть Путь Безразличия после перенесенных испытаний и думать только о Хэ Вэньчжао?

-“Забери ее с Ледяных Равнин”.

Вэнь Женьхэ одной рукой поднял Бейли Цинмяо и бросил ее в Инь Ханьцзяна.

Инь Ханьцзян поймал ее. Он не спросил почему, просто поднял Бейли Цинмяо одной рукой, как Вэнь Женьхэ, и улетел. В книге Вэнь Женьхэ обращался с главной героиней как с сокровищем, которое, как он боялся, может разбиться, обращался с ней со всей заботой, поэтому Инь Ханьцзян также заботился о ней, как о собственной жизни Господина. Теперь, когда Вэнь Женьхэ относился к Бейли Цинмяо как к сорняку, Инь Ханьцзян тоже не заботился о ней.

После того, как они ушли, Вэнь Женьхэ подошел к женщине в синем одеянии. Он подумал о том, как Шу Яньянь улыбалась, когда уговаривала о своих подчиненных, и попытался улыбнуться ей.

Верховная Старейшина Павильона Цилин была так напугана, что опустилась на колени в воздухе.

-“Ч-ч-чего ты хочешь?” , - спросила она дрожащим голосом.

Что с ней такое? Я тепло улыбаюсь и все такое.

Вэнь Женьхэ был озадачен. Он перестал улыбаться и сказал с каменным лицом:

-“Меня интересует божественный остаток, о котором ты говорила. Если ты найдешь способ получить его, я не стану раскрывать твою истинную цель Бейли Цинмяо ”.

Женщина в синем подозрительно посмотрела на Вэнь Женьхэ. Раньше он явно не интересовался этим!

-“Если ты не веришь этому Господину, я не буду тебя принуждать. Этот Почтенный найдет тебя сто лет спустя, в надежде, что к тому времени твоя сила будет достойна того, чтобы с ней бороться”.

-“Что ты за чудовище?” , - спросила женщина, дрожа - “Как у практикующего Махаяну может быть сила противостоять бессмертному?”

-“Вэнь Женьхэ из секты Сюаньюань”. С этими последними словами Вэнь Женьхэ покинул Ледяные Равнины.

Бейли Цинмяо переживала свое горе, пока они разговаривали, и не слышала, что они говорили. Она не понимала, что женщина в синем желала ей зла и думала, что она еще одна старшая с благими намерениями.

Она также не знала, что Вэнь Женьхэ был мастером секты Сюаньюань, поэтому послушно ждала его вместе с Инь Ханьцзяном у входа на Ледяные Равнины.

Она даже беспокоилась за женщину в синем одеянии и ходила рядом с Инь Ханьцзян.

-“Со старшим все будет в порядке? Со старшой из Ледяных Равнин все будет в порядке? Они должны прекратить ссориться. Они явно оба хорошие люди, так зачем же им ссориться? Это все моя вина”.

Инь Ханьцзян вел себя как глухой и никак не реагировал на слова Бейли Цинмяо.

Вэнь Женьхэ, который прибыл как раз вовремя, чтобы услышать эти слова, вздохнул. Неужели ее мозгу уже ничем нельзя было помочь?

-“Старший!” , - глаза Бейли Цинмяо заблестели, когда она увидела, что Вэнь Женьхэ вернулся  целым и невредимым, и она бросилась вперед.

Увидев его бесстрастное выражение лица, она снова почувствовала беспокойство.

-“Старшая из Ледяных Равнин...”

-“Не мертва”, - небрежно сказал Вэнь Женьхэ.

Услышав это, Бейли Цинмяо успокоилась и поклонилась Вэнь Женьхэну.

-“Большое спасибо старшему за помощь. Если бы вы не отправили меня на Тысячемильные Ледяные Равнины, а также не забрали Плащ из Огненных Перьев, я бы не пробудилась к Дао перед лицом смерти и не взрастила золотую сердцевину.”

Услышав это, даже бессердечный Вэнь Женьхэ хотел сказать:

"Нет, этот Почтенный планировал твою смерть".

-“Мм” , - он кивнул - “Тебя долго не было, и мне нужно его вылечить, так что ты можешь идти прямо сейчас”.

Бейли Цинмяо официально попрощалась с ним и радостно отправилась в путь, даже со спины казалось, что она полна энтузиазма.

Вэнь Женьхэ положил руку на отрубленное запястье Инь Ханьцзяна и недовольно сказал:

-“Целью прихода сюда было исцелить тебя, но вместо этого это привело к твоей травме”.

-“Этот подчиненный был слишком слаб”, - сказал Инь Ханьцзян, опустив голову.

-“Возвращаемся в секту. Этот Почтенный будет лечить тебя”.

Сказав это, Вэнь Женьхэ обнял Инь Ханьцзяна за талию. Он окутал его своей световой вспышкой, и в мгновение ока они вернулись в главный зал секты Сюаньюань. Что же касается разрушенных Тысячемильных Ледяных Равнин, Вэнь Женьхэну было все равно. В любом случае, на Ледяных Равнинах была особая среда, наполненная холодной энергией, так что она, вероятно, восстановится через сто лет.

Они пришли к духовному источнику в дальних горах, и Вэнь Женьхэ пригласил Инь Ханьцзяна войти. Инь Ханьцзян немедленно сделал несколько шагов назад.

-“Это земли для выращивания Господина, этот подчиненный не может”.

-“Инь Ханьцзян, не заставляй этого Достопочтенного повторяться снова и снова”.

Вэнь Женьхэ схватил Инь Ханьцзяна за подбородок.

-“Если ты откажешься еще раз, этот Почтенный отрежет тебе язык”.

Теплые кончики пальцев коснулись кожи Инь Ханьцзяна, и его лицо вспыхнуло. Он дерзко посмотрел на Вэнь Женьхэ долгим взглядом, затем закрыл глаза, снял мантию и вошел в источник.

Большая часть одежды культиватора была сделана защитными магическими предметами, такими как мантия Вэнь Женьхэна, которая была лично создана им для использования в качестве наступательного и оборонительного инструмента. Если бы все носили обычную одежду, забудьте о защите, слабые материалы были бы превращены в пыль собственной духовной энергией, что было бы в плохой форме.

Поскольку одежда служила для защиты, она блокировала бы большую часть внешней духовной энергии, поэтому для таких вещей, как самосовершенствование в этом духовном источнике или исцеление, им нужно было бы переодеться в обычную одежду. Инь Ханьцзян был одет в тонкую внутреннюю одежду, которая прилипла к его коже после того, как намокла.

Вэнь Женьхэ тоже снял свою мантию и вошел в источник. Он положил ладонь на спину Инь Ханьцзяна и помог ему отделиться от демонического меча.

После того, как его заставили покинуть тело Инь Ханьцзяна, кроваво-красный меч неудачно завертелся в воздухе. Вэнь Женьхэ вызвал свою алебарду, которая отозвалась жужжащим звуком, и демонический меч послушно вернулся в ножны.

-“Тебе нужно усовершенствовать свое собственное связанное оружие”, - сказал Вэнь Женьхэ.

-“Демонический меч может сильно увеличить твою силу, но у тебя нет возможности развивать его дальше, и ты не можешь контролировать его по своему усмотрению. Лава под Тысячемильными Ледяными равнинами - хорошее место для изготовления оружия, но там нет подходящих материалов.”

Инь Ханьцзян чувствовал себя опустошенным после того, как демонический меч покинул его тело, и не мог говорить. Он закрыл глаза и начал поглощать духовную энергию с помощью Вэнь Женьхэ.

Вэнь Женьхэ немного направил его и, увидев, что Инь Ханьцзян успешно вошел в медитативное состояние, вышел из источника. Он установил систему сбора энергии и подождал, пока Инь Ханьцзян медленно очистит Снежное Пламя.

Он достал из рукава кувшин духовного вина и сел, прислонившись к камню возле источника, одновременно наблюдая за культивацией Инь Ханьцзяна и обдумывая свои планы на будущее.

В этой поездке он имел обширные контакты с Бейли Цинмяо, встретился с Мастером Павильона Цилин и через Шу Яньянь установил контакт с исполнителем главной мужской роли Хэ Вэньчжао. Благодаря этим взаимодействиям он понял, что все было не так, как он себе представлял.

Он достал книгу и снова просмотрел ее, обнаружив множество деталей, которые его шокировали.

Сначала он думал, что она полна несоответствий, но теперь она казалась методично продуманной.

Например, Мастер Цилин.

Вэнь Женьхэ воспринимал ее как жалкую женщину, которая была покорена цветистыми словами Хэ Вэньчжао и ослеплена любовью, совершала множество иррациональных поступков, охваченная ревностью, используя все возможные методы, чтобы мучить бедную девушку.

Но после сегодняшней встречи с женщиной в синем одеянии он понял, что все, что делала Мастер Цилин, было разумно мотивировано. Без остатков древнего бога в качестве приманки, как Хэ Вэньчжао мог заставить женщину любить его до такой степени?

Поскольку этот персонаж оказался разумным, Повелитель Демонов в книге, отдающий свою жизнь за Бейли Цинмяо, также должен иметь за собой что-то более глубокое. Могло ли то, что он считал дрянной книгой, на самом деле оказаться глубоким знанием?

Вэнь Женьхэ листал его во время питья, запоминая каждую нелогичную деталь, чтобы расследовать в будущем.

Ему не обязательно было беспокоиться об этом. У Вэнь Женьхэ не было никакого интереса исправлять дыры в сюжете, как ему было сказано на первой странице. Но он должен был вернуть свой долг Бейли Цинмяо. И если все будет развиваться так, как в книге, от начала до конца, то была ли его смерть и безумие Инь Ханьцзяна предопределены?

Он уже был втянут в самую гущу событий, так что не было никаких причин пытаться сбежать сейчас. Вэнь Женьхэ в любом случае не был предрасположен к тому, чтобы избегать неприятностей. Если бы все было так предопределено, тогда он отверг бы небеса и переписал судьбу!

Духовное вино все еще оказывало некоторое влияние на культиваторов. Мысли Вэнь Женьхэ блуждали, и, полуприкрыв глаза, он слегка задремал, прислонившись к скале.

Инь Ханьцзян зашевелился в духовном источнике, полностью поглотив Снежное Пламя. Его рука была восстановлена, энергия трупа внутри его тела была полностью очищена, и его уровень поднялся с первого уровня Единства Тела до девятого, со стадией Границы Пустоты в пределах видимости.

Инь Ханьцзян увидел, что его Господин, по-видимому, заснул. Он выбрался из источника, наблюдая за спящим лицом Вэнь Женьхэ. Некоторое время он пристально смотрел, затем поднял верхнюю одежду, которую Вэнь Женьхэ бросил на пол, и, прижав ее на мгновение к груди, накинул на Вэнь Женьхэ.

Затем он посмотрел на половинку тарелки с вином, оставленную Вэнь Женьхэ, и застыл неподвижно, как статуя.

Вэнь Женьхэ проснулся, когда Инь Ханьцзян накинул на него халат, но держал глаза закрытыми и притворился спящим. Он хотел увидеть, какой был Инь Ханьцзян, когда он думал, что не смотрит.

Привыкнув к обычному почтительному Инь Ханьцзяну, а затем вспомнив о его безумии позже в книге, Вэнь Женьхэ подумал, что человек не может мгновенно измениться таким радикальным образом — должны были быть признаки, которые он просто не замечал раньше.

Инь Ханьцзян долгое время оставался замороженным. Увидев, что Вэнь Женьхэ не собирается просыпаться, он медленно протянул руку и взял блюдо с вином, которое уже остыло. Он высунул язык и попробовал его немного, прежде чем положить обратно.

Он даже не выпил его, просто попробовал каплю. Если бы Вэнь Женьхэ не увидел это только что, он бы никогда не заметил.

Сердце Инь Ханьцзяна бешено колотилось, дыхание сбилось, когда он услышал, как Вэнь Женьхэ позади него сказал:

-“Защитник Инь, ты хочешь пить?”

Инь Ханьцзян побледнел, не смея поднять глаз. Он сказал дрожащим голосом:

-“Почтенный, этот подчиненный...”

-“У тебя всегда такая сдержанность, что ты не создашь никаких проблем, даже если выпьешь. Нет никакой необходимости подавлять себя до такой степени ”.

Вэнь Женьхэ встал, и жестом его мантия вернулась на место на его теле.

Он взял кувшин с вином и блюдо и подтолкнул их к Инь Ханьцзяну.

-“В свободное время этот Достопочтенный разрешает вам пить”.

Инь Ханьцзян: …

Глава 9 - Полис и Алкаид

Вэнь Женьхэ подумал, что ему действительно нужно поговорить с Инь Ханьцзяном. Инь Ханьцзян был Левым Защитником первой и главной демонической секты. Ему не нужно было быть таким робким, чтобы ждать, пока Вэнь Женьхэ уснет, чтобы тайком выпить немного вина.

Тогда, когда он впервые взял на руки этого ребенка, Вэнь Женьхэ не хотел иметь марионетку.

Он щелкнул пальцами, и черная мантия, сброшенная на пол, накрыла Инь Ханьцзяна. Инь Ханьцзян только что принял Снежное Пламя и был полон энергии ян, так что его мокрая одежда и волосы уже высохли. Инь Ханьцзян просунул руки под мантию, снова завязал волосы и опустился на одно колено перед Вэнь Женьхэ с мечом в руке, почтительный и послушный.

Вэнь Женьхэ медленно произнес:

-“Защитник Инь, когда этот Достопочтенный приказал тебе стать мастером меча, у тебя были какие-нибудь жалобы?”

Тогда, после того, как Вэнь Женьхэ привел этого ребенка домой, в свою секту, он изучил его состояние и способности. У Инь Ханьцзяна был духовный корень из чистого металла, и на его рождение повлиял Алкаид, седьмая звезда Большой Медведицы, также известная как Звезда Сокрушения Армии, благоприятствующая нападению и обладающая огромной разрушительной силой. В армиях смертных это подходило для того, чтобы быть авангардом или подразделением смертников. Звездой Вэнь Женьхэ был Полис, также известный как Общая Звезда, и он был наиболее подходящей парой с Алкаидом.

С такими способностями Вэнь Женьхэ подумал, что Инь Ханьцзян подходит для того, чтобы быть как мастером владения мечом, так и его авангардом, поэтому вручил ему меч и руководство, которое он где-то украл. С тех пор Инь Ханьцзян стал мечом Вэнь Женьхэ.

Инь Ханьцзян редко слышал, чтобы Вэнь Женьхэ делился с ним своими мыслями. Он поднял голову, чтобы посмотреть на Вэнь Женьхэ, его глаза сияли, как звезды.

-“Господин...”

Он хотел что-то сказать, но колебался. Вэнь Женьхэ знал, что Инь Ханьцзян упрям и не скажет того, что на самом деле у него на уме, если его не вынудить, поэтому он холодно сказал:

-“Говори”.

Получив приказ Вэнь Женьхэ, Инь Ханьцзян спокойно заговорил:

-“Когда этому подчиненному было пять лет, чужеземные племена напали и вырезали всю мою деревню. Этот подчиненный оказался случайным и едва выжил. Увидев, что кто-то проходит мимо, я подумал, что худшее, что может случиться, это то, что я умру, поэтому я собрал все силы, чтобы схватить этого человека за одежду. Вот так этот подчиненный познакомился с Достопочтенным.”

Он редко произносил так много слов, поэтому Вэнь Женьхэ сидел и внимательно слушал.

-“Есть кое-что, чего Достопочтенный не знает.”

Инь Ханьцзян похлопал по поясу для хранения вещей на своей талии, и на земле перед ним появился старый меч, покрытый ржавчиной. Это был тот самый, который дал ему Вэнь Женьхэ.

“Когда этому подчиненному исполнилось восемнадцать и он достиг Основания, я взял меч, который Господин дал мне, и ушел, чтобы найти чужеземных воинов, которые вырезали мою деревню”.

В тот год… Вэнь Женьхэ рассеянно вспомнил о чем-то.

Уголки губ Инь Ханьцзяна слегка изогнулись, словно в улыбке. Он погладил этот старый меч и тихо сказал:

-“Этот подчиненный видел Господина, одетого в серебряные доспехи, с копьем в руке, закутанного в красный плащ, ведущего группу потрепанных солдат навстречу войскам вторжения”.

Вэнь Женьхэ поднял свое сломанное копье и обратился к этим оборванным солдатам:

-“Мы можем бежать, но помните, что за нами стоят простолюдины, живущие на границе. Если городская стена падет, мы сможем создать стену из наших тел, но если мы сбежим, хотели ли мы, чтобы простые люди использовали свои тела, чтобы защитить нас? ”

Вэнь Женьхэ не использовал никаких сверхчеловеческих способностей. Он запечатал свою духовную энергию и вместе со своими товарищами сражался с врагом с силой смертного человека. Через несколько дней они успешно защитили границы и убили всех вражеских соплеменников, которые в тот день напали на деревню.

Инь Ханьцзян боялся, что Достопочтенный заметит его, поэтому вел себя как обычный простолюдин и спрятался в пограничном городе, ожидая триумфального возвращения Вэнь Женьхэ со своими войсками.

Каков был Путь Резни? Инь Ханьцзян наблюдал, как эти улыбающиеся солдаты возвращаются после своей победы, и начал понимать.

Путь Резни может заключаться в том, чтобы действовать как клинок, убивающий массы, или как меч, защищающий людей. Убивать, чтобы остановить смерть, сражаться, чтобы остановить войну, было путем Вэнь Женьхэ.

Инь Ханьцзян поднял меч обеими руками.

-“Пока этот подчиненный прятался и наблюдал за возвращением Достопочтенного, в моем сердце было только одно желание - быть авангардом Господина”.

Он осторожно держал меч у себя на коленях, положив руку на покрытую ржавчиной сталь, как будто каждым движением говорил ему, что Инь Ханьцзян готов стать мечом Вэнь Женьхэ.

Вэнь Женьхэ никогда не понимал, что нечто подобное произошло сто лет назад. Ему приходилось укреплять свое ментальное состояние в разгар бесчисленных сражений, поэтому, чтобы закалить свой разум, он часто запечатывал свои силы и отправлялся в мир смертных, начиная с пехотинца и поднимаясь по служебной лестнице вплоть до генерала, ведущего войска в бой. Когда холодные лезвия рассекали его лицо, когда кровь его товарищей брызгала по его щекам, жизнь и смерть были самой ясной правдой.

Самая трудная часть Пути Резни заключалась в том, как сохранять ясную голову посреди смерти, не винить себя в этом и не сходить от этого с ума.

После бесчисленных сражений на поле боя была выкована Алебарда Семи Смертей. Вэнь Женьхэ думал, что это будет злое оружие, пожирающее души, но не ожидал, что то, что породит самые дикие земли на Земле, будет оружием, созданным для защиты.

Когда Вэнь Женьхэ вступил на этот путь, он перенес огромную травму и хотел получить власть, отнимая жизни, думая подняться к божественности, наступая на бесчисленные трупы и становясь бессердечным демоном. Но в той битве, свидетелем которой был Инь Ханьцзян, той, где Алебарда, Убивающая Семерых, наконец обрела форму, Вэнь Женьхэ должен был кое-что признать - с юности он никогда не менялся.

Верховный Старейшина Павильона Цилин не понимала, как Вэнь Женьхэ мог обладать силой, превосходящей стадию Махаяны, достаточной, чтобы подчинить блуждающего бессмертного. Она знала только, что нужно прятаться от невзгод и уединяться в течение восьмисот лет, так как же она могла понять, что Семь Смертоносных Алебард поддерживали не только силу одного демонического культиватора, но и желания простых людей в трехсотлетней войне, в которой участвовал Вэнь Женьхэ?

Когда была выкована Алебарда Семи Убийств, засияла Звезда Генерала, а вместе с ней и Звезда Сокрушения Армии.

Момент просветления Вэнь Женьхэна был также моментом, когда Инь Ханьцзян вошел в Дао.

-“Так вот оно что”.

Вэнь Женьхэ поманил его пальцем, и злобный демонический меч, которым владел Инь Ханьцзян, послушно приземлился в его ладони. Если боги существуют, то должны существовать и демоны. Вэнь Женьхэ получил этот демонический меч в Кровавом Аду. Это было оружие, которое собрало убийственную энергию ста тысяч злых духов, его сила превосходила первоклассные магические предметы мира культивирования.

Магические предметы были разделены на три ступени: магическое сокровище, духовное сокровище и магический артефакт, и каждая ступень была разделена на высшую, среднюю и низшую ступени. Также над магическими артефактами были бессмертные артефакты, которые не происходили из мира культивирования. Только несколько крупных сект имели бессмертные артефакты для охраны своих местоположений. Демонические артефакты были эквивалентны артефактам бессмертных. Когда Инь Ханьцзян слился с демоническим мечом, он мог высвободить силу далеко за пределы своего собственного царства, но это также повредило его душе.

В то время Инь Ханьцзян умолял Вэнь Женьхэ даровать ему демонический меч, чтобы он мог следовать за Вэнь Женьхэ и быть его Левым Защитником. Используя свое собственное тело, чтобы кормить демонов, он получил силу, намного превосходящую силу культиватора Единства Тела.

В теле Инь Ханьцзяна была энергия трупа, которая позволила ему слиться с демоническим мечом, но также причинила ему много страданий. Его душе постоянно приходилось сражаться с демоническим мечом, и он избежал его порчи только благодаря своей преданности Вэнь Женьхэ.

-“Этот меч не подходит авангарду этого Почтенного.”

Вэнь Женьхэ отбросил в сторону демонический меч и поднял Инь Ханьцзяна с колен.

- “Этот Достопочтенный выковает для тебя лучший”.

-“Это потому, что этот подчиненный слишком слаб и вынужден полагаться на силу демонического меча”, - сказал Инь Ханьцзян.

-“Не нужно беспокоиться”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Как авангард этого Преподобного, ты, естественно, должен следовать за этим Преподобным на протяжении всей жизни. Из царства совершенствования в царство бессмертия, или царство демонов, или божественное царство, ты должен следовать за мной, куда бы я ни пошел, так как же ты мог позволить этому демоническому мечу помешать твоему прогрессу? ”

Меч, который он сделает для Инь Ханьцзяна, ни в коей мере не мог уступать демоническому мечу. Чтобы создать легендарное оружие, нужно было правильно выбрать время, место и квалификацию человека. Что касается времени, то приближалась Великая Война Сект, и духовная энергия и боевое намерение, вызванные таким количеством культиваторов, были прекрасной возможностью. Место также было выбрано, пламя под Тысячемильными Ледяными Равнинами было самым подходящим местом для выковки меча. Кроме того, Инь Ханьцзян осознал глубину значения Звезды Сокрушения Армии, и с помощью Семи Убивающих Звезд были также выполнены человеческие требования.

Единственной проблемой были материалы.

Вэнь Женьхэ порылся в своем рукаве Цянькунь. За эти годы он собрал много сокровищ, но ни одно из них не подходило Инь Ханьцзяну, и они могли служить только дополнительными материалами.

Пока он искал, Вэнь Женьхэ нашел книгу Оскорбительных романов, и когда его рука опустилась на обложку книги, он внезапно вспомнил, что в книге описывалось много легендарных сокровищ, Снежное Пламя было лишь одним из них.

В книге Хэ Вэньчжао достиг стадии Зарождения Души после поглощения Снежного Пламени, удобно прямо в начале Великой Войны Сект. Зарождающейся Душе и высшим культиваторам было велено следовать за старейшинами секты и помочь создать отряд, чтобы служить главной силой войны. Великая Война Сект бушевала десять лет, и Хэ Вэньчжао только что достиг Зарождающейся Души, поэтому его сила была ниже, чем у его собратьев. Связанное оружие, которое он усовершенствовал на стадии Создания Фонда, было сломано, и его фонд серьезно пострадал.

К концу войны обе стороны понесли тяжелые потери. Многие лидеры сект и странствующие бессмертные пали от рук Вэнь Женьхэ, а сам Вэнь Женьхэ спрятался после серьезных травм, в итоге его спасла Бейли Цинмяо.

Бейли Цинмяо, после лечения Вэнь Женьхэ, услышала, что фундамент Хэ Вэньчжао был поврежден, и если не будет найдено подходящее сокровище для создания нового скрепленного оружия, он состарится и умрет в течение пяти лет.

Бейли Цинмяо не могла перестать плакать, когда увидела своего шисюна, прикованного к постели с тяжелыми травмами. Когда она услышала, что на Скалах Золотого Берега есть духовное царство, в котором можно найти волшебные пилюли или материалы, она тайно убежала искать что-нибудь, что могло бы исцелить ее шисюн.

По дороге она столкнулась с Вэнь Женьхэ, который, услышав, что она собирается встретиться с опасностью в одиночку, сопровождал ее в путешествии. Столкнувшись с бесчисленными опасностями на Скалах Золотого Берега, они, наконец, нашли духовное царство, а внутри него - Расколотый Горный метеорит. Бейли Цинмяо легкомысленно отнесла сокровище Хэ Вэньчжао, ни словом не упомянув о том, через какую опасность она прошла, и только желая увидеть, как ее шисюн выздоровеет.

Но пока она искала в течение года, Хэ Вэньчжао несколько раз был на грани смерти, и его шимэй Лю Синье, видя, что ее шисюн переживает отклонение ци, насильственно взращивала двойственность с ним, несмотря на то, что сама была только на стадии формирования Ядра, используя свою собственную истинную инь, чтобы спасти Хэ Вэньчжао жизнь. Из-за этого она перешла от стадии формирования Ядра к стадии создания Фонда.

Хэ Вэньчжао, даже с помощью Лю Синье, не смог вернуться на свой первоначальный уровень, хотя его жизнь, по крайней мере, была спасена. С добавлением сокровища, найденного Бейли Цинмяо, он уединялся в течение трех лет, перерабатывая Разбитый Горный Метеорит, и поднялся до стадии Превращения в Божество за один раз.

Бейли Цинмяо узнала, что произошло между Хэ Вэньчжао и Лю Синье в тот период, и плакала ежедневно в течение трех лет, но всякий раз, когда она видела болезненную вида Лю Синье, практикующую с группой учеников-новичков, она не могла не чувствовать себя плохо. Лю Синье была еще одним природным гением со способностями, сравнимыми со способностями Бейли Цинмяо, и в секте все вращались вокруг нее, но теперь, когда она дошла до стадии Создания Фонда, и многие ученики обвинили ее в том, что она воспользовалась Хэ Вэньчжао и подвергла его остракизму, Бейли Цинмяо никак не могла запугивать ее. Ей просто нужно было стиснуть зубы и вынести это.

После того, как Хэ Вэньчжао вышел из уединения, он хотел найти эликсир для Лю Синье, чтобы восстановить ее самосовершенствование. Бейли Цинмяо сдерживала свой гнев в течение трех лет и сильно поссорилась с Хэ Вэньчжао, требуя узнать, есть ли у него чувства к Лю Синье.

Хэ Вэньчжао схватил Бейли Цинмяо за плечо и успокаивающе сказал:

-“Бейли-симей, ты видела, как я был ранен в то время. Лю-шимэй действовала по собственному желанию. Я даже не знал, что произошло! Цинмяо, позволь мне сказать тебе, что с тех пор, как мы были детьми, единственным человеком для меня была ты. Но я в долгу перед Лю-шимей, и я не смогу спокойно жить до конца этой жизни, если не верну его. Это также стало бы внутренним демоном в моих будущих невзгодах. Шимей, пожалуйста, пойми это раз, я должен ей помочь! А Лю-шимэй находится в такой плохой ситуации. Неужели ты не испытываешь сочувствия?”

Бейли Цинмяо указала на свою грудь и со слезами на глазах сказала:

-“Шисюн, ты только видишь, как Лю-шимэй повредила свой фундамент ради тебя, но как насчет меня? Все те разы, когда я рисковала своей жизнью на скалах Золотого Берега? Только потому, что ты их не видел, шисюн, разве они для тебя не существуют?”

-“Конечно, нет!” , - Хэ Вэньчжао схватил Бейли Цинмяо - “Симей, мы с тобой поклялись жить и умереть вместе. Боль в твоем теле - это боль в моем сердце!”

Хэ Вэньчжао делал все, что мог, чтобы уговорить Бейли Цинмяо, либо ловил с ней светлячков в горах и выпускал их, чтобы они освещали ночное небо, либо использовал силу стадии Трансформации Божества, чтобы поднять ее над облаками, сидел с ней и говорил ласковые слова.

В конце концов, гнев Бейли Цинмяо угас, и она даже сопровождала Хэ Вэньчжао, чтобы найти лекарство для Лю Синье. Она думала, что после того, как она найдет лекарство, у шисюна больше не будет обязательным перед Лю Синье, но, в конце концов, именно Лю Синье причинила ей самую жестокую боль, не проявив никакой благодарности за все, что Бейли Цинмяо сделала для нее.

Что также стоило упомянуть, так это то, что Лю Синье была девушкой, которую Инь Ханьцзян превратил в ламповое масло. В конце концов, она заплатила свой долг Бейли Цинмяо ценой своей жизни.

Все, что человек получает в жизни, предопределено заранее.

Вэнь Женьхэ мысленно вернулся к этой сюжетной линии, но его не интересовали жестокие отношения Бейли Цинмяо и Хэ Вэньчжао, которые длились несколько сотен лет. То, что привлекло его внимание, было Разбитым Горным метеоритом.

Хэ Вэньчжао превратил его в веер, чтобы он мог выглядеть достаточно круто для главной мужской роли.

Корень молнии Хэ Вэньчжао и металлический корень Инь Ханьцзяна были связаны с металлом в пяти элементах, поэтому материал, подходящий для Хэ Вэньчжао, должен подходить для Инь Ханьцзяна. Вэнь Женьхэ не стал бы красть сокровище, которое должно было принадлежать кому-то другому, как Снежное Пламя, которое он обменял на Бейли Цинмяо.

Но Разбитый Горный метеорит изначально был получен Вэнь Женьхэ для Байли Цинмяо.

Повелитель Демонов имел полное право решать, что делать с тем, что изначально принадлежало ему.

И почему Повелитель Демонов должен отдавать что-то своё Хэ Вэньчжао?

У Вэнь Женьхэ были кармические отношения с Бейли Цинмяо, но он не имел никакого отношения к Хэ Вэньчжао. Хэ Вэньчжао мог умереть, ему было все равно, но он, конечно, не использовал бы то, что принадлежало ему, чтобы спасти Хэ Вэньчжао.

Подумав об этом, Вэнь Женьхэ подозвал Инь Ханьцзяна.

-“Иди сюда”.

Инь Ханьцзян нерешительно подошел и сел рядом с Вэнь Женьхэ. Вэнь Женьхэ сказал:

-“На Скалах Золотого Берега есть духовное царство, в котором спрятан Разбитый Горный метеорит. Через десять лет дверь в царство откроется, и этот Почтенный достанет для тебя метеорит, чтобы создать легендарное оружие.”

На этот раз Инь Ханьцзян не отказался. Достопочтенный не позволил ему отказаться.

Вэнь Женьхэ был доволен его послушанием и сказал:

-“Расколотый Горный Метеорит находится в судьбе этого Почтенного, поэтому я должен быть там, чтобы получить его. Но этому Почтенному суждено предстать перед кровавым испытанием в Великой войне Сект”.

Услышав это, лицо Инь Ханьцзяна помрачнело. Демонический меч почувствовал его настроение и со свистом вернулся в его руку.

-“Не волнуйся” , - утешал Вэнь Женьхэ- “ мне не суждено умереть. Хорошо развивайся, и в то время, если я пропаду, приходи сюда, чтобы найти меня”.

Он указал Инь Ханьцзяну на место, которое тот вычеркнул из книги. На этот раз ему не понадобится Бейли Цинмяо, чтобы спасти его. Он доверял свою безопасность рукам Инь Ханьцзяна.

В "Оскорбительном романе" Инь Ханьцзян, вероятно, неустанно искал Вэнь Женьхэ, но ему постоянно приходилось сталкиваться с нападками учеников праведных сект. К тому времени, когда он нашел Вэнь Женьхэ, это было уже после того, как Вэнь Женьхэ отправился на скалы Золотого Берега и забрал метеорит.

Вэнь Женьхэ из книги был тяжело ранен и хорошо знал, что не сможет удержать свою власть над амбициозными членами секты Сюаньюань, поэтому он не связывался со своими подчиненными, даже когда мог. Тогда он даже не доверял Инь Ханьцзяну.

Но теперь, прочитав книгу, Вэнь Женьхэ знал, что Инь Ханьцзян никогда не предаст его.

Узнав, что Вэнь Женьхэ столкнется с катастрофой, Инь Ханьцзян очень забеспокоился, тренируясь в секте Сюаньюань каждый день и надеясь, что сможет прорваться на стадию Границы Пустоты до Великой войны Сект. Каждая частичка, которую он мог увеличить своей силой, была еще одной помощью, которую он мог оказать своему Господину.

Вэнь Женьхэ не испытывал страха, несмотря на то, что знал свою судьбу. Получив информацию от Шу Яньянь, он приказал четырем Мастерам Алтаря готовиться к войне.

Прошло уже шесть месяцев с момента их встречи в этом маленьком городке. С уходом Бейли Цинмяо Хэ Вэньчжао постоянно спускался с горы, чтобы патрулировать или убивать монстров, как предлог для встречи с Шу Яньянем. Хотя на этот раз у него не было Снежного Пламени, благодаря двойному совершенствованию с Шу Яньянь, он достиг Зарождающейся Души, как и в оригинальной сюжетной линии.

Достигнув Зарождающейся Души, он мог бы получить доступ к большему количеству ресурсов секты. Мастер Секты и многие старейшины также относились к Хэ Вэньчжао благосклонно, даже рассказывая ему некоторые фрагменты информации, которые мог знать только Мастер Секты.

После того, как Хэ Вэньчжао получил такие очевидные преимущества, он еще больше полюбил Шу Яньянь, купив для нее дом в маленьком городке, где они проводили время вместе, как муж и жена, что совсем не похоже на их вражду в книге.

В книге Шу Яньянь была убита Хэ Вэньчжао. По сути, она была огромным препятствием, с которым Хэ Вэньчжао столкнулся в начале своего совершенствования и которое причинило ему немалые страдания. Хэ Вэньчжао презирал ее, а позже, когда набрал достаточно силы, убил при первой же возможности.

Умение Шу Яньянь выискивать информации и узнала от Хэ Вэньчжао многие планы праведных сект, при этом притворяясь невежественной. Она тайно отправила эту информацию Вэнь Женьхэ, одновременно спросив:

-“Господин, когда я смогу бросить Хэ Вэньчжао, чтобы побыть со своими подчиненными? Прошло уже шесть месяцев! За шесть месяцев я прикоснулась только к одному мужчине. Знаете ли вы, каково это - есть только одно блюдо в течение шести месяцев? Это ужасно!”

Вэнь Женьхэ : “Этот Почтенный практикует инедию и не ест пищу”.

Шу Яньянь: “... Тогда просто поглощать духовную энергию из одной области в течение шести месяцев?”

Вэнь Женьхэ : “Когда вы занимаетесь самосовершенствованием в уединении, можете ли вы быть недовольны поглощаемой вами духовной энергией, встать и пойти самосовершенствоваться куда-нибудь еще?”

Шу Яньянь: …

Она не возлагала больших надежд на понимание своего бессердечного хозяина и просто втайне желала, чтобы боевые действия начались раньше; лучше всего, если Хэ Вэньчжао погибнет в великой войне.

В то же время Бейли Цинмяо наконец вернулась в секту и сообщила о своем продвижении своему учителю. Она стала самой молодой, кто достиг Формирования Ядра за всю историю человечества, шокировав всю секту Шанцин.

Глава 10 - Великое Дао лишено эмоций

До Бейли Цинмяо самым быстрым, кто достиг Формирования Ядра в секте Шанцин, был Хэ Вэньчжао, который после создания Фонда в восемнадцать лет сформировал золотое ядро всего за три года. Совершенствование было способом кражи с небес, более трудным, чем дальше вы продвигались. Сбор Ци и Очищение Ци были достаточно простыми, и люди Вулиня с хорошими способностями могли выполнить их, но Создание Фонда было порогом в мир совершенствования, и это был высокий порог, который блокировал бесчисленное множество людей, стремящихся к поиску Дао, которые никогда не могли продвинуться ни на шаг дальше.

И вы не смогли бы взлететь до самого верха, просто достигнув Основания Фонда.

Было много людей, которые застряли в создании Фонда на пятьдесят или сто лет, неспособные сформировать золотое ядро, пока их духовная энергия не иссякла и продолжительность их жизни не истекла. Сбор Ци поглощал энергию космоса в свое тело, Очищение Ци очищало ее для собственного использования, а Создание Фонда использовало ци космоса, чтобы вытеснить приобретенные загрязнения из человеческого тела, получая изначальное тело. Золотое ядро было сформировано из духовной сущности внутри даньтяня. Впервые духовное сознание человека могло видеть внутри своего собственного тела и Фиолетовый Дворец[1] впервые появился в даньтяне. Внутренняя часть тела человека сформировала бы свой собственный замкнутый космос, и это было бы первым шагом человека к превращению своего тела в тело бессмертного.

1. Из того, что я могу найти, Фиолетовый дворец относится к верхнему даньтяну, который находится в голове, но кого это волнует. В любом случае, для целей этой истории, это часть даньтяня, в животе.

Хэ Вэньчжао, занявшего три года, уже был исключительным, но что касается Бейли Цинмяо, она основала свой фонд, когда ей только исполнилось восемнадцать, и еще до того, как прошел год, прежде чем ее учитель даже успел научить ее методам формирования ядра, она необъяснимым образом сформировала ядро.

Старейшина Цин Юэ проверила Бейли Цинмяо в административном зале и подтвердила, что ее ци была чистой и упорядоченной, и она в совершенстве совершенствовалась методами секты Шанцин, каким-то образом постигая методы формирования ядра своими собственными способностями.

Такой дар был беспрецедентным в секте Шанцин.

Старейшина Цин Юэ одобрительно кивнула и слегка улыбнулась. Предложив благовония основателю секты, она позвонила в Колокольчик Лунного бассейна секты.

Колокол Лунного бассейна был одним из трех великих бессмертных артефактов секты Шанцин, который годами поддерживал защиту вокруг их горы. Если кто-то звонил, любой член секты мог услышать его, если только он не был на грани смерти. Обычно формирование золотого ядра не стоило бы того, чтобы старейшина административного зала объявил об этом всей секте. Даже три года жизни Хэ Вэньчжао не стоили такого обращения. Ситуация Бейли Цинмяо была поистине уникальной, и после глубокого размышления старейшина Цин Юэ решила позвонить в колокольчик.

Когда он прозвучал, Хэ Вэньчжао, который был в постели с Шу Яньянем, тоже услышал.

После трех гудков голос старейшины Цин Юэ донесся до ушей каждого человека.

-“Бейли Цинмяо с Вершины Восходящих Облаков под руководством старейшины Цинронга сформировала свое золотое ядро за один год”.

Хэ Вэньчжао застыл, ошеломленный.

Шу Яньянь тоже услышала звон колокольчика, но она не была ученицей секты Шанцин и не могла слышать передачу старейшины Цин Юэ. Она сделала вид, что ничего не заметила, и обвила руками шею Хэ Вэньчжао, сказав:

-“Дорогой Хэ, не будь жестоким, поторопись...”

Безупречное актерское мастерство, достойное Верного Защитника секты Сюаньюань!

Но Хэ Вэньчжао был не в настроении и поспешно встал, используя заклинание очищения, чтобы избавить свое тело от любых запахов. Шу Яньянь перевернулась, ее глаза затуманились.

-“Мой дорогой?”

-“Я только что вспомнил о неотложных делах, по которым я должен вернуться в секту”, - холодно сказал Хэ Вэньчжао - “Возможно, я не смогу увидеть тебя в течение следующих нескольких дней. Веди себя хорошо и жди меня”.

Затем он повернулся и ушел. Шу Яньянь растянулась на кровати, подперев подбородок локтем.

-“Как только они наденут свою одежду, они будут вести себя так, как будто они тебя не знают. Никуда не годная свинья, тьфу ты!”

-“Бейли Цинмяо вернулась”, - раздался голос из окна.

Шу Яньянь подпрыгнула, и когда она оглянулась, то обнаружила, что Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян в какой-то момент вошли через окно.

-“А, это ты, Господин, ты чуть до смерти не напугал своего подчиненного. Я думала, что мое совершенствование упало, и мое сознание стало настолько плохим, что я даже не заметила, как вошли незваные гости ”.

На Шу Яньянь не было ни одежды, ни одеяла, прикрывающего ее тело, она невозмутимо смотрела на этих двоих.

Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян вели себя так, словно не замечали состояния тела Шу Яньяня. Инь Ханьцзян использовал заклинание, чтобы очистить стол и стул в комнате, открыл окно и очистил воздух от запаха с помощью заклинания ветра, и только после этого пригласил Достопочтенного сесть.

Шу Яньянь: …

Она поморщилась и махнула рукой, заставив одежду на полу облепить ее тело. Она почтительно поприветствовала Вэнь Женьхэ, затем взглянула на Инь Ханьцзяна, и ее лицо напряглось.

-“Защитник Инь, ты уже на высшем уровне Единства Тела?”

Шу Яньянь почувствовала тревогу в своем сердце. Она и Инь Ханьцзян оба были Защитниками Преподобного, но Левый Защитник с самого начала пользовался благосклонностью Господина. Раньше Шу Яньянь утешала себя тем, что Инь Ханьцзян был всего лишь стадией Единства Тела, и хотя демонический меч был мощным, его использование вредило его телу и душе и не могло поддерживаться слишком долго, иначе он был бы испорчен им. Если они действительно пойдут на это, у нее будет преимущество. Но всего за шесть месяцев Инь Ханьцзян сумел подняться с первого уровня Единства Тела до девятого. Разве он не собирался со дня на день прорваться на стадию Границы Пустоты?

Правый Защитник почувствовала настоящую угрозу.

Однако Достопочтенный покачал головой, выглядя недовольным.

-“Только девятый уровень Единства Тела. Нам еще далеко идти”.

Это было неправильно! Шу Яньянь почувствовала, что уловила какой-то странный запах. Она несколько раз переводила взгляд с Вэнь Женьхэ на Инь Ханьцзяна и обратно. Инь Ханьцзян был таким же, молчаливо преданным, как всегда, а Достопочтенный был таким же холодным и властным, каким был всегда, и ничего в их общении не изменилось. Единственное, что было…

Шу Яньянь прищурился и обнаружила, что Защитник Инь стоит немного ближе к Почтенному, чем раньше, и с Инь Ханьцзяном, защищающим его спину, поза Вэнь Женьхэ также была немного более расслабленной.

Совсем чуть-чуть, но это вызывало совершенно другое чувство.

В ее голове зазвучали тревожные звоночки, и она поспешила доложить.

-“Господин, за последние полгода эта подчиненная предложила себя Хэ Вэньчжао, помогая ему достичь стадии Зарождения Души, давая ему шанс участвовать в важных делах его секты. Я выяснила, где ученики Зарождающейся Души будут устанавливать свой массив. Пять великих сил секты Шанцин, секты Тяньцзянь, секты Цзюсин, секты Билуо и храма Усян, а также несколько более мелких сект пошлют своих Зарождающихся учеников Души, чтобы сформировать гигантский массив к северу и югу от секты Сюаньюань, чтобы временно разорвать духовные вены[2], чтобы у нас не было доступа к естественной духовной энергии, когда мы будем сражаться ”.

2. Как лей-линии.

Шу Яньянь сообщила обо всем, что она сделала за последние месяцы, и обо всей информации, которую она получила, пытаясь соперничать с Защитником Инь. Ей нужно было показать ему, что просто подлизываться к Господину недостаточно, нужно чего-то добиваться!

Оскорбительный роман описал Великую Войну Сект с точки зрения Бейли Цинмяо. Она была всего лишь ученицей Основного Формирования и многого не знала. В течение десяти лет она в основном скучала по своему шисюну, беспокоилась за него и беспокоилась о нем, в то время как она спасала людей здесь и там, демонстрируя свою добрую натуру в роли главной героини. Таким образом, Вэнь Женьхэ не знал точно, какие планы строили праведные секты. Благодаря информации Шу Яньянь их планы начали обретать форму.

-“Этот подчиненный считает, что мы должны отправить двух способных бойцов в места заранее и заставить их занять лучшие позиции, чтобы сломать строй, а затем уничтожить всех этих Зарождающихся учеников Души!”

Шу Яньянь подняла глаза, и соблазнительная теплота в ее глазах исчезла, осталась только безжалостность.

В своем белом одеянии она казалась цветущей паутинной лилией, мягко манящей, ведущей заблудших к следующему берегу[3].

3. Ссылка на загробную жизнь. Говорят, что паучьи лилии расцветают на пути в подземный мир.

Хладнокровный и безжалостный, готовый использовать любые средства для достижения цели — такова была истинная природа Правильного Защитника секты Сюаньюань, Шу Яньяня. Пока она говорила, Дубхе[4] появился в ночном небе, испуская ослепительное сияние.

4. Звезда Большой Медведицы. Также по-китайски его называют Звездой Жадного Волка.

Лидер секты Шанцин в настоящее время находился вместе с лидерами нескольких других крупных сект, наблюдая за звездными знаками, чтобы предсказать пути небес. Лидер секты Цзюсин посмотрел на ночное небо с серьезным выражением лица.

-“Полис, Алкаид и Дубхе сияют, резонируя друг с другом. Это дурное предзнаменование!”

“Как это могло случиться?” , - сказал лидер Долины Билуо - “Несколько месяцев назад мы сделали наши расчеты, что Дубхе исчезнет, сраженный молнией; у Алкаида были демонические знаки, показывающие цвет крови, и вероятность самоуничтожения была бы высока; а у Полиса были признаки цветения персика, и он столкнулся бы с несчастьем любви. Все три звезды имели признаки упадка — это была прекрасная возможность для праведных сект уничтожить демонов. Как случилось, что судьба вдруг приняла такой оборот?”

Лидер секты Тяньцзянь уставился в небо.

-“Шесть месяцев назад любовное бедствие Полиса исчезло, его защитник Алкаид избавился от демонического искушения, и Дубхе просветлел. Все внезапно изменилось, и источник этого - Полис”.

Лидер секты Шанцин сказал:

-“Полис представляет Вэнь Женьхэ секты Сюаньюань".

“Этот человек взял мир штурмом сто лет назад, имея за спиной демонического меченосца, и объединил демонические секты всего за несколько десятилетий. Баланс сил изменился, и праведные секты постепенно ослабевают. Если мы не уничтожим Вэнь Женьхэ, этот один человек будет подавлять праведные секты в течение тысячи лет ”.

“Изначально мы планировали, что секта Шанцин разберется с ним в одиночку, но теперь, похоже, этого будет недостаточно”, - сказал мастер долины Билуо - “Мы должны послать больше экспертов высокого уровня и бессмертных артефактов, чтобы окружить и уничтожить Вэнь Женьхэ.”

Мастер секты Цзюсин сказал:

-“Волю небес трудно постичь. Моя секта усердно читает знаки, пытаясь постичь небесные тайны, и редко ошибается. Почему за последние полгода судьбы так быстро изменились? Разве небеса не желают, чтобы мы увидели исход великой войны?”

Настоятель храма Усян, произнося имя Будды, положил четки в свою руку, и в его ладони появился монашеский посох. Он открыл глаза, и все оттенки сострадания исчезли из них, сменившись яростным светом. Он напоминал свирепых защитников закона, которых ставят перед статуями Будды.

-“Аббат, вы будете действовать лично?”

Мастер Секты Шанцин был полон ликования.

-“С вами мы сможем выполнить вдвое больше работы за половину времени, и победа будет в наших руках”.

Во время тайной встречи лидеров великих сект они установили время нападения и один за другим вернулись в свои собственные секты. Мастер секты Шанцин покинул тайную комнату, прибыл в административный зал и спросил старейшину Цин Юэ:

-“Бейли Цинмяо поднялась до стадии формирования Ядра?”

Старейшина Цин Юэ все ему объяснила, и Мастер Секты удовлетворенно улыбнулся.

-“Вместе с Цинмяо и Вэньчжао у секты Шанцин появились многообещающие преемники. Мы можем свободно сосредоточиться на этой войне. Цин Юэ-шимей, оставайся в секте, защищай Колокол Лунного Бассейна и поддерживай силу секты Шанцин.”

Цин Юэ знала, что эта битва была неизбежна. Она сказала:

-“Но эти двое детей в настоящее время ссорятся друг с другом”.

-“Бейли Цинмяо закатывает очередную истерику?”

Глава Секты усмехнулся.

-“Молодые девушки могут быть капризными. После того, как она достигнет Зарождающейся Души, она больше не будет такой ”.

Цин Юэ и Мастер Секты не восприняли драку этих двоих очень серьезно, но Хэ Вэньчжао делал все возможное, чтобы победить Бейли Цинмяо.

Причина заключалась в том, что, когда Бейли Цинмяо вернулась, она сразу же отправилась в административный зал, чтобы проверить записи о патрулировании своего шисюна. Это был ее первый раз, когда она так долго находилась вдали от своего шисюна, и она только что лично стала свидетелем столкновения между блуждающим бессмертным и экспертом уровня Махаяны на Ледяных Равнинах. Чувствуя себя счастливой оттого, что осталась жива, она, естественно, скучала по своему шисюну и хотела знать, чем он занимался, пока ее не было рядом.

Записи административного зала были общедоступны. Бейли Цинмяо сначала была рада за своего шисюна за то, что он достиг Зарождающейся Души, но чем больше она смотрела, тем больше чувствовала, что что-то не так. Хэ Вэньчжао спускался с горы примерно раз в два  дня — это было слишком часто!

Бейли Цинмяо раньше была почти вровень с Хэ Вэньчжао, и она следовала за ним почти каждый раз, когда он покидал гору, поэтому она хорошо знала, что он покидал ее примерно раз в месяц. Как раз в этот момент Яо Вэндань случайно зашёл в административный зал, чтобы забрать материалы для лекарственного павильона, и обнаружил Бейли Цинмяо, стоящую перед нефритовыми пластинками, поэтому подошёл, чтобы поздравить ее с достижением Основного образования.

1“Яо-шисюн” , - сказала Бейли Цинмяо, - “ ты видел главу шисюна? Я видела чередование задач, и он должен сегодня патрулировать гору, так почему его нет рядом?”

-“Он, наверное, ушел. В последнее время он все время спускался с горы и даже купил дом для госпоже Шу, вероятно, из чувства вины”.

Яо Вендань был прямолинейным человеком и выпалил это, не подумав. Он тут же пожалел об этом и хлопнул себя по щеке.

Нефритовый слиток в руке Бейли Цинмяо со звоном упал на пол.

-“Что ты сказал? Шисюн купил дом для госпоже Шу?”

В этот момент Хэ Вэньчжао вернулся как раз вовремя, чтобы услышать полные слез слова Бейли Цинмяо, и в глазах у него на мгновение потемнело. Он схватил Бейли Цинмяо и проникновенно сказал:

-“Шимей, ты наконец-то вернулась. Я так беспокоилась о тебе в последние дни. Я так по тебе скучал”.

Яо Вэндань понял, что допустил ошибку, и убежал с опущенной головой, предоставив Хэ Вэньчжао и Бейли Цинмяо самим во всем разбираться.

После того, как Бейли Цинмяо допросила Хэ Вэньчжао, она бросилась вниз с горы, чтобы найти Шу Яньянь и расспросить ее о ее отношениях с ним, а Хэ Вэньчжао последовал за ней.

После того, как она покинула защиту горы, группа Шу Яньянь смогла обнаружить ее передвижения.

-“Господин, что должен делать этот подчиненный?” , - спросила Шу Яньянь.

-“Не раскрывай свою личность до Великой войны Сект. Все остальное зависит от тебя ” , - сказал Вэнь Женьхэ.

-“Отлично!” , - сказала Шу Яньянь, хлопнув в ладоши - “С меня хватит. Я хочу выбраться отсюда и вернуться к своим милым подчиненным, бу-ху...”

Она действительно разрыдалась. С тех пор как она начала совершенствоваться, она никогда не была так долго ни с одним мужчиной. Она уже получила достаточно молниеносного духовного корня и этой таинственной силы и поднялась на девятый уровень Границы Пустоты. Она тоже давно устала от Хэ Вэньчжао, и не заставила бы себя так долго терпеть, если бы не получение информации.

Вэнь Женьхэ обменялся взглядом с Инь Ханьцзян, затем вышел из комнаты и произнес заклинание наблюдения в соседней комнате, чтобы увидеть развитие событий.

Вэнь Женьхэну было любопытно, какой выбор сделает Бейли Цинмяо на этот раз, узнав о действиях Хэ Вэньчжао.

Другая комната в доме Шу Яньянь была комнатой для прислуги, но поскольку у нее ее не было, она оставалась пустой, и в ней стояла только одна маленькая кровать. После того, как Вэнь Женьхэ сел на него, Инь Ханьцзян больше не мог стоять за его спиной, поэтому встал рядом с ним. Вэнь Женьхэ потянул его вниз.

-“Сядь”.

Инь Ханьцзян, казалось бы, ошеломленный, сидел плечом к плечу с Господином на этой маленькой кровати, его горло слегка подпрыгивало, глаза были опущены. Он не осмеливался взглянуть на их плечи, которые были всего в полудюйме друг от друга.

Они подождали некоторое время, но Хэ Вэньчжао и Бейли Цинмяо все еще не прибыли, вероятно, споря друг с другом по дороге. Вэнь Женьхэ почувствовал, как Инь Ханьцзян рядом с ним слегка приоткрыл губы, как будто хотел что-то сказать, и сказал:

- “Просто скажи это”.

Инь Ханьцзян, услышав приказ Почтенного, больше не смел скрывать его и после некоторого колебания заговорил:

-“Путь Почтенного к Убийству предназначен для предотвращения смертей и защиты живых существ, так зачем начинать Великую Войну Сект и сеять хаос среди простых людей?”

Он не был каким-то хорошим человеком и раньше не возражал, когда Шу Яньянь говорила об уничтожении всех этих праведных учеников секты. Независимо от того, чего хотел от него Достопочтенный, у него не было возражений.

Но в его сердце был намек на смятение, и он не понимал, почему Господин делает это. Если он уже знал о Великой войне Сект, разве он не мог избежать этого? Это не было похоже на Дао Достопочтенного.

Обычно Инь Ханьцзян никогда бы не взял на себя инициативу высказаться, но теперь Достопочтенный спросил его первым, и его позиция также немного отличалась от прежней. Алкаид не должен задавать вопросы Полису, поэтому Инь Ханьцзян решил довериться Достопочтенному и позволить ему развеять свои сомнения.

Вэнь Женьхэ не ответил на его вопрос, вместо этого спросив:

-“Защитник Инь, как ты думаешь, что такое культиваторы?”

Инь Ханьцзян на мгновение задумался.

-“Элита?”

Он никогда раньше не задумывался над подобными вопросами. Он просто знал, что обычные люди назвали бы культиваторов “уважаемыми бессмертными”, и культиваторы также были бы высокого мнения о себе, отделяя мир культивирования от мирского мира, когда они явно оба существовали в мире смертных.

-“Неправильно”, - бесстрастно сказал Вэнь Женьхэ.

-“Ты, я и тысячи других совершенствующихся, будь то праведники или демоны, - все это стая мелких воришек, которые крадут возможности из других жизней”.

Инь Ханьцзян никогда не понимал, что у Вэнь Женьхэна было такое суждение о культиваторах.

-“Посмотри на расположение секты Шанцин”, - сказал Вэнь Женьхэ, указывая на далекие горы - “Сколько живых существ могла бы взрастить эта гора, богатая духовной энергией и защищенная на протяжении тысячелетий от стихийных бедствий? Если бы люди построили город в этом районе, то через тысячу лет в нем могли бы родиться многие миллионы людей. Но в секте Шанцин меньше сотни основных формирований и больше учеников”.

-“Великое Дао лишено эмоций”, - сказал Инь Ханьцзян.

-“Жизни и смерти смертных ничто по сравнению с этим”. Он сжал губы, вспоминая свою уничтоженную деревню.

Он впервые заговорил о своих мыслях по отношению к небесному Дао.

-“Это правда, но законы небес не позволят культиваторам красть возможности, предоставленные небесами. Если бы у культиваторов не было внутренней борьбы, и все сосредоточились на самосовершенствовании в уединении, не мешая друг другу, то через несколько тысяч лет вся духовная энергия в мире была бы полностью израсходована, и ни одна травинка не смогла бы вырасти. В этом мире больше не было бы жизни ” , - сказал Вэнь Женьхэ.

Цель Великой Войны Сект состояла не в том, чтобы праведные секты убивали демонов, или демонические секты убивали праведников, но в том, что обе стороны путем анализа признаков обнаружили, что очередное небесное бедствие неминуемо, и если они не ослабят давление посредством междоусобиц, погибнет еще много культиваторов на небесном суде, до тех пор, пока в мире не останется ни земледельцев, ни людей.

Красть у небес, обманывать небеса, грабить небеса - такова была истинная природа культиваторов. Они пытались поддерживать равновесие с небесными законами, ища способ выжить.

-“Независимо от того, умрет этот Достопочтенный в этой битве или нет, моя духовная энергия все равно будет принадлежать этому миру. Если я умру и все мое совершенствование будет потеряно, место, где я буду похоронен, будет питать бесчисленные жизни в течение ста лет ” , - сказал Вэнь Женьхэ.

Он выглядел спокойным и безразличным, безразличным к жизни или смерти.

Однако Инь Ханьцзян почувствовал острую боль в сердце и схватился за демонический меч.

-“Этот подчиненный не позволит Достопочтенному умереть”.

-“Этот Достопочтенный знает”.

В книге Инь Ханьцзян доказал свою преданность Вэнь Женьхэна ценой своей жизни.

Вэнь Женьхэ похлопал его по тыльной стороне ладони, и в его голосе прозвучала редкая теплота.

-“Если этот Достопочтенный ушел, ты можешь следовать за мной”.

Не будь таким, как в книге, живущим полжизни по приказу Повелителя Демонов.

Инь Ханьцзян, услышав эти слова от Вэнь Женьхэ, невольно изобразил на лице облегчение и торжественно сказал:

-“Спасибо, Господин”.

Глава 11 - Побег, симулируя смерть

Читая книгу, Вэнь Женьхэ почувствовал, что осведомленность Бейли Цинмяо не была последовательной и имела очевидную предвзятость. По отношению к Хэ Вэньчжао, ее ученикам или некоторым соперницам она вела себя как дура и верила всему, что слышала. Но всякий раз, когда у Хэ Вэньчжао был какой-либо подозрительный контакт с другой женщиной, Бейли Цинмяо становилась необычайно проницательной, способной мгновенно заметить, что что-то не так. Когда она была с Хэ Вэньчжао, она всегда могла сказать, когда ее соперницы в любви заигрывали с ним.

Если бы Бейли Цинмяо не была отправлена с Вэнь Женьхэ в отпуск и путешествие на шесть месяцев, Хэ Вэньчжао ни за что не смог бы целый день возиться с Шу Яньянь. Бейли Цинмяо потребовалось бы всего один или два раза, чтобы заметить это.

И действительно, сразу по возвращении она поняла, что что-то не так. Всю дорогу вниз с горы Хэ Вэньчжао пытался помешать Бейли Цинмяо, но не смог. Он мог только наблюдать, как его симей прыгнула на Залитый Лунным Светом Морозный Шелк и без предупреждения ворвалась в окно Шу Яньянь. В данный момент Шу Яньянь снимала перед зеркалом свои серьги.

Она вскочила, услышав, как распахнулось окно, и увидела разъяренную Бейли Цинмяо, а Хэ Вэньчжао ворвался вслед за ней, яростно подмигивая Шу Яньянь.

Шу Яньянь притворилась, что не видит Хэ Вэньчжао, застыв в тот момент, когда она увидела Бейли Цинмяо. Слезы мгновенно покатились по ее щекам. Ее ноги задрожали, и она упала на колени.

Госпожа Шу всегда была внимательным человеком. Хэ Вэньчжао изначально хотел намекнуть ей, чтобы она ничего не говорила, пока Бейли Цинмяо отвлеклась, допрашивая ее, но оказалось, что госпожа Шу даже не видела его, уже слишком напуганная Бейли Цинмяо.

-“Госпожа Шу, вам не обязательно быть такой вежливой, даже если вы благодарны мне”, - поспешно сказал Хэ Вэньчжао.

-“Ты! Заткни свой рот!” , - сказала Бейли Цинмяо, бросив свирепый взгляд на Хэ Вэньчжао.

Она подошла к Шу Яньянь и холодно спросила:

-“Почему ты стоишь передо мной на коленях?”

Шу Яньянь ничего не ответила. Она рыдала так сильно, что не могла дышать, и с тихим криком упала в обморок на пол.

Бейли Цинмяо одной рукой схватила этот маленький белый цветок Шу Яньянь и сильно ущипнула ее за щель между носом и губами, разбудив ее. Она усадила ее на стул и холодно сказала:

-“Госпожа Шу, вы гражданское лицо. Я бы не причинила тебе вреда, как бы я ни была зла. Тебе не нужно плакать”.

Несмотря на эти слова, Шу Яньянь снова заплакала.

-“Госпожа Бейли, - всхлипнула она, - “вы та, кто спасла мне жизнь. Я-я не могу смотреть вам в глаза.”

Хэ Вэньчжао побледнел, услышав слова Шу Яньянь. Он сжал кулак, и если бы там не было Бейли Цинмяо, он не знал, что бы он мог сделать.

Шу Яньянь краем глаза взглянула на выражение лица Хэ Вэньчжао и внутренне усмехнулась.

Они знали друг друга уже шесть месяцев. Шу Яньянь знала бесчисленное множество мужчин и с первого взгляда разгадала истинную природу Хэ Вэньчжао.

Хэ Вэньчжао действительно любил Бейли Цинмяо и всегда будет любить ее больше, чем кого-либо другого. Эти двое были влюблены друг в друга с детства, и никто другой не мог легко встать между ними. Но Хэ Вэньчжао чувствовал, что существует четкое различие между его телом и его сердцем. Он думал, что, поскольку он любил только Бейли Цинмяо, его сердце было чистым, и он не сделал ничего плохого по отношению к Бейли Цинмяо. Шу Яньянь была всего лишь временной путаницей и способом повысить его самосовершенствование. Когда его симей не стало, Хэ Вэньчжао сказал бы все ласковые слова в мире, чтобы привлечь Шу Яньянь на свою сторону, но теперь, когда симей вернулась, Шу Яньянь была грязным бельем, которое он должен был скрыть любой ценой, и у него не было никаких чувств к ней.

Когда вы тайно ищете удовольствия, это доставляет удовольствие только в том случае, если вы можете скрыть это. В противном случае это не принесло бы ничего, кроме неприятностей.

-“Почему ты не можешь посмотреть мне в лицо?” - Бейли Цинмяо повернулась, чтобы взглянуть на Хэ Вэньчжао, затем снова перевела взгляд на Шу Яньянь.

-“Я ...” , - нерешительно начал Шу Яньянь, затем остановилась.

-“Госпожа Шу, я использую заклинание правды. Заклинание истины не действует на кого-то более высокого уровня или более сильного духовного познания, чем я, но против обычного человека я могу получить ответ на все, что захочу ”, - сказала Бейли Цинмяо.

Хэ Вэньчжао, услышав это, продолжал безумно подмигивать Шу Яньяне. Он сделал ручную печать, изо всех сил стараясь сказать Шу Яньянь, что его уровень выше, чем у его симей, и он может разрушить заклинание правды. Шу Яньянь могла сказать любую ложь, какую ей заблагорассудится. Если что-нибудь случится, он возьмет ответственность на себя.

По мнению Хэ Вэньчжао, госпожа Шу всегда была милой и послушной девочкой, и она знала, что недостойна Хэ Вэньчжао. Она не стала бы пытаться конкурировать с Бейли Цинмяо из-за него. В это время она не захотела бы или не набралась бы смелости сказать правду.

К сожалению, Шу Яньянь не смогла увидеть его снова, только смотрела на Бейли Цинмяо водянистыми глазами.

-“Госпожа Бейли, ” , - тихо сказала она, - “ я немного хочу пить. Вы позволите мне сделать несколько глотков чая, прежде чем я начну говорить?”

-“Продолжайте, у меня есть время подождать”, - сказала Бейли Цинмяо, отступая назад.

Шу Яньянь грациозно поднялась, достала из коробки пакетик чая и положила его в чайник. После того как чай был заварен, она медленно выпила его.

Она посмотрела на Бейли Цинмяо с мрачным выражением лица и тихо сказала:

-“С тех пор, как полгода назад состоялась та встреча в чайном домике, я не могла забыть героизм госпожи Бейли. После того, как я упала в тот день, когда госпожа Бейли отнесла меня на второй этаж и потребовала справедливости для меня, я чувствовала себя такой счастливой ”.

Увидев ее в таком состоянии, выражение лица Бейли Цинмяо смягчилось, и она придвинула еще один стул, чтобы сесть напротив Шу Яньянь. Хэ Вэньчжао тоже расслабился, чувствуя, что госпожа Шу не скажет ничего неуместного.

-“Тогда я подумала, что если бы я могла жить, как госпожа Бейли, это было бы так чудесно”.

Шу Яньянь печально посмотрела на Бейли Цинмяо, протягивая бледную и холодную, как лед, руку, чтобы обхватить Бейли Цинмяо.

Бейли Цинмяо не отстранилась.

Она начала думать, что, возможно, неправильно поняла. Чувства ее шицзе к ее шисюну были написаны на их лицах, ясно с первого взгляда, и Бейли Цинмяо могла видеть их ясно, как день. Но в глазах госпожи Шу не было любви к ее шисюну, только восхищение Бейли Цинмяо. А она была такой уважающей себя женщиной, что не могла сделать ничего подобного.

Однако слова Шу Яньянь приняли неожиданный оборот. Она покачала головой и сказала:

-“Но, в конце концов, я не госпожа Бейли. Я такая низкая, такая эгоистичная, такая слабая. В этом мире я даже не могу жить без кого-то, на кого можно положиться”.

-“Симей, я тоже это видел, поэтому помог госпоже Шу купить дом”, - сказал Хэ Вэньчжао, вступая во владение - “Я время от времени навещаю ее и стараюсь сделать ее жизнь немного более комфортной. Она та, кого ты спасла, так что, как твой шисюн, я не могу допустить, чтобы твоя доброта ни к чему не привела.”

Мысли Бейли Цинмяо путались, и она действительно верила этим словам. Она выглядела пристыженной и сказала:

-“Шисюн, я недооценила тебя. Мне очень жаль.”

Вэнь Женьхэ нахмурился, наблюдая за происходящим из другой комнаты. Он действительно хотел дать Бейли Цинмяо по голове. Все было бы намного проще, если бы она была мертва.

-“Защитник Инь, ты бы поверил в нечто подобное? Неужели любовь действительно может сделать людей такими безмозглыми?”

Вэнь Женьхэ действительно не понял и не мог не задать этот вопрос единственному присутствующему там человеку.

-“Этот подчиненный верит всему, что говорит Достопочтенный, и не слышит ни слова из того, что говорят другие”, - ответил Инь Ханьцзян.

Вэнь Женьхэ покачал головой. Ему не следовало спрашивать Инь Ханьцзяна — в этом действительно не было никакого смысла.

Тем временем Шу Яньянь наблюдала, как Бейли Цинмяо и Хэ Вэньчжао обнялись друг с другом, снова влюбленные после того, как их конфликт был разрешен. Даже обнимая Бейли Цинмяо, Хэ Вэньчжао не забыл одарить Шу Яньяна оценивающим взглядом.

Шу Яньянь ответила красивой, но странной улыбкой. Из уголка ее рта капала кровь.

-“Госпожа Шу!” , - только после того, как Бейли Цинмяо некоторое время обнимала ее шисюна, она поняла, что что-то не так. Она обернулась и испытала шок, увидев, что у Шу Яньянь пошла кровь из носа и рта.

Она посмотрела на чайник с чаем и налила его, обнаружив, что пакетик чая внутри действительно содержал смертельный яд.

Бейли Цинмяо отчаянно держала Шу Яньянь, положив одну руку ей на спину, пытаясь использовать духовную энергию, чтобы вывести яд из ее организма.

Шу Яньянь с трудом покачала головой. Она подняла руку и мягко коснулась лица Бейли Цинмяо.

-“Я действительно хотела быть тобой”, - сказала она со слабой улыбкой.

-“Но... моя жизнь... тонка, как бумага. Это не могла быть ты… Мне слишком стыдно… жить… Я надеюсь, что… в следующей жизни...”

Прежде чем она смогла сказать то, на что надеялась, ее глаза закрылись, и жизнь покинула ее.

-“Госпожа Шу, почему вы пошли на такой отчаянный выход? Я не хотела причинять тебе боль. Даже если ты и шисюн действительно… Я бы просто тихо отступила, так почему ты это сделала?”

Бейли Цинмяо почувствовала, как холодные пальцы Шу Яньяня соскользнули с ее лица, и ее сердце замерло.

Хэ Вэньчжао также не мог предположить, что госпожа Шу будет использовать такой метод, чтобы скрыть их тайну. До самого конца она никогда не говорила о своих отношениях с Хэ Вэньчжао, только о своем восхищении Бейли Цинмяо. Она даже не взглянула на Хэ Вэньчжао.

Хэ Вэньчжао тоже опустился на колени и торжественно произнес:

-“Госпожа Шу, должно быть, кто-то причинил вред, пока меня не было рядом. Шимей, мы должны отомстить за нее!”

Вэнь Женьхэ : …

Погодите-ка, как Хэ Вэньчжао пришел к такому суждению?

Бейли Цинмяо подняла пакетик чая, который только что выудила из чайника.

-“Посмотри на эту отметину. Это чай, который секта Шанцин дает ученикам, которые еще не могут практиковать инедиа!”

-“А еще есть это!” , - Бейли Цинмяо сняла кошелек с пояса Шу Яньяня и открыла его, чтобы показать прядь волос внутри.

-“Шисюн, разве это не твои волосы?”

-“Семей, не будь подозрительной к каждой мелочи!” , - сказал Хэ Вэньчжао, судорожно хватая ее. - “Я дал ей пакетик чая. Это было то, что у меня осталось от того, что было до того, как я основал свой фонд. Духовный чай полезен для организма. Госпожа Шу упала со второго этажа, и я боялся, что она повредила свою жизненную энергию, поэтому дал ей этот чай, чтобы помочь ей восстановиться. Я понятия не имею, почему чай мог быть отравлен, или чьи волосы у нее в сумочке!”

Бейли Цинмяо сбросила с себя объятия Хэ Вэньчжао. Держа тело Шу Яньянь, она покачала головой и со слезами на глазах сказала:

-“Шисюн, я не хочу смотреть на тебя прямо сейчас. Я- я пойду устрою госпоже Шу достойные похороны.”

Она вышла из дома вместе с Шу Яньянем. Хэ Вэньчжао пошел за ней, но она каким-то образом исчезла без следа, несмотря на то, что только что ушла, и он понятия не имел, куда она пошла.

Это произошло из-за того, что Вэнь Женьхэ наложил заклинание иллюзии, мешающее ему следовать за Бейли Цинмяо.

Сердце Бейли Цинмяо представляло собой клубок эмоций. Она пришла в лавку гробов глубокой ночью, взяла гроб, бросив на землю серебряную монету, и положила внутрь Шу Яньянь.

Неся гроб одной рукой, она полетела на кладбище недалеко от города и вырыла могилу из Залитого Лунным светом Морозного шелка, осторожно установив гроб внутрь.

Она долго смотрела на гроб, не покрывая его грязью. Позади нее раздался голос.

-“Я могу научить тебя технике заточения души, чтобы ты могла захватить ее душу до того, как она попадет в подземный мир, и докопаться до истины. Живой человек может солгать, но мертвая душа не посмеет перед техникой заключения души в тюрьму ”.

Бейли Цинмяо обернулась и увидела Вэнь Женьхэ, стоящего позади нее.

- “Старший”, - тихо сказала она.

-“Я использовал иллюзию, чтобы обмануть Хэ Вэньчжао, не давая ему последовать за тобой”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Ты можешь задавать вопросы, не опасаясь, что он узнает”.

-“Это причинит вред душе госпоже Шу?” , - спросила Бейли Цинмяо.

-“Естественно. После того, как будет использована техника заточения души, она будет скучать по эмиссарам загробной жизни и никогда не сможет перевоплотиться ”, - беззаботно сказал Вэнь Женьхэ.

-“Я не могу этого сделать”, - сказала Бейли Цинмяо.

-“У госпожи Шу была тяжелая жизнь. Я пошлю ее душу дальше, надеясь, что в следующей жизни она родится в лучшей семье”.

-“Ты не хочешь знать правду?” , - сказал Вэнь Женьхэ.

Бейли Цинмяо молча склонила голову, глядя на гроб Шу Яньянь. Она подняла руку и бросила на нее первую горсть земли, как будто пыталась похоронить сомнения в своем сердце.

На самом деле, слова и действия Шу Яньянь все это время говорили Бейли Цинмяо о том, что у нее были отношения с Хэ Вэньчжао. И поскольку она уважала Бейли Цинмяо, ей было слишком стыдно, и поэтому она решила покончить с собой с помощью яда, прежде чем ее могли допросить. Бейли Цинмяо догадывалась обо всем этом, но не хотела верить в это без веских доказательств.

-“Узнай правду, и если Хэ Вэньчжао действительно предал тебя, я помогу тебе убить его” , - Вэнь Женьхэ стоял позади Бейли Цинмяо, его низкий голос походил на шепот демона.

Дрожь пробежала по телу Бейли Цинмяо, и она отчаянно замотала головой.

-“Нет, нет, даже если шисюн действительно изменил мне, у нас было только устное соглашение и личные планы. Мы еще не являемся партнерами по самосовершенствованию. В лучшем случае, каждый из нас пойдет своим путем. Как я могу убить его? К тому же, шисюн не обязательно ... Может быть, кто-то другой действительно подставил его. Шисюн — джентльмен, он не стал бы использовать кого-то в своих интересах ”.

Вэнь Женьхэ поднял бровь. Он услышал, как Шу Яньянь вздохнула в гробу. Похоже, Правильный Защитник также считал, что у Бейли Цинмяо проблемы с психикой.

-“Если тебе действительно нравится Хэ Вэньчжао, есть другой метод”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Преврати его в марионетку, чтобы он слушал только тебя, любил только тебя и никогда не предавал тебя до конца своей жизни. Разве это не лучше?”

Бейли Цинмяо был ошеломлена.

-“Старший, как ты можешь так думать? Любовь строится на желании обеих сторон, ее никогда нельзя принуждать!”

-“Тогда поступай как знаешь”, - сказал Вэнь Женьхэ и исчез, оставив Бейли Цинмяо вырезать надгробие для Шу Яньяна в одиночестве.

После того, как они покинули маленький городок секты Шанцин, Шу Яньянь вскоре догнал их, и они вернулись в главный зал секты Сюаньюань. Шу Яньянь закатила глаза и сказала:

-“Бейли Цинмяо, конечно, упрямая. Что именно хорошего в Хэ Вэньчжао? Этот Защитник так устал от этой любовной игры. Теперь, когда я наконец вернулся, я собираюсь устроить пир перед Великой Войной Сект и попробовать сразу несколько блюд!”

Вэнь Женьхэ сказал: “Ты тоже этого не понимаешь? Этот Достопочтенный думал, что вы поймете мысли Бейли Цинмяо, поскольку вы обе женщины ”.

-“Господин, если бы я призналась в вечной любви мужчине, это было бы потому, что он имеет для меня какую-то ценность”, - твердо сказала Шу Яньянь - “Если я смогу заполучить секту Шанцин, льстя Хэ Вэньчжао, я буду льстить ему любым доступным мне способом”.

Разговаривая, она подозвала своего любимого подчиненного, необычайно красивого мужчину. Она взяла его за подбородок и сказала:

-“Дорогой, скажи этому Защитнику, что тебе во мне нравится?”

Ее подчиненный находился на стадии Зарождения Души. Он обнял Шу Яньянь и сказал:

“Конечно, этот Защитник великолепен, силен и прекрасен без сравнения. Этот подчиненный восхищается Защитником от всего сердца ”.

-“Говори правильно”, - сказал Вэнь Женьхэ.

Мужчина со шлепком опустился на колени, не смея произнести ни слова лжи перед Вэнь Женьхэ.

-“Естественно, поскольку у меня есть преимущества, я могу повысить свое самосовершенствование, а Защитница - несравненная красавица. Для меня это неплохая сделка”.

Шу Яньянь нисколько не возражала, подтягивая своего подчиненного.

-“Мне действительно нравится, как ты знаешь, что к чему”.

-“Почему ты не раскрыла свои отношения с Хэ Вэньчжао и не заставила Бейли Цинмяо по-настоящему отказаться от него?” , - спросил Вэнь Женьхэ.

-“Для Великой войны Сект, конечно!” - Сказал Шу Яньянь - “Этот подчиненный был обеспокоен тем, что психическое состояние Хэ Вэньчжао будет нарушено из-за драки с Бейли Цинмяо, и Секта Шанцин изменит свои планы и не позволит ему участвовать в сражении. Положение каждого ученика в Системе Разделения Духов должно быть тщательно рассчитано, и вся схема должна быть изменена, если меняется один человек. Этот подчиненный не может испортить Хэ Вэньчжао на данный момент. Не раскрывая сути дела, он может переманить Бейли Цинмяо обратно на свою сторону и сохранить свое место в группе ”Разрыв духа".

Она собиралась нанести серьезный удар по праведным сектам в великой войне, чтобы завоевать авторитет в своей секте. Как она могла позволить разрушить свои планы из-за такой мелочи?

Услышав, что она упомянула о Великой войне Сект, Вэнь Женьхэ сказал:

-“Сообщите четырем Мастерам Алтаря, чтобы они готовились к битве!”

У Шу Яньяна не было времени на развлечения, когда нужно было сделать работу. Она похлопала своего подчиненного по груди и сказала:

-“Позови нескольких способных людей и жди меня у системы сбора энергии на моей территории для выращивания”.

Ее подчиненный ушел довольный. Вэнь Женьхэ увидел безразличное отношение Шу Яньяня и молча одобрил ее. Именно таким и должен быть демонический культиватор.

Четыре Мастера Алтаря, получив приказ Вэнь Женьхэ, немедленно собрались в зале собраний. Прежде чем начать собрание, Вэнь Женьхэ поблагодарил Шу Яньянь за самопожертвование ради ее миссии и позволила ей совершенствоваться в течение десяти лет на запретной территории секты Сюаньюань после Великой войны Сект.

У каждой крупной секты были бессмертные артефакты, и секта Сюаньюань, как злая секта номер один, естественно, имела демонический артефакт, защищающий ее. На запретной территории находилось демоническое оружие, Пылающий Небесный Барабан. Говорили, что во время войны в царстве бессмертных кровь бесчисленных бессмертных и демонов, наполненная духовной энергией, затвердела в этом барабане. Он обладал ужасающей силой, но никто в секте Сюаньюань не осмеливался озвучить его, только культивируя на его поверхности.

Когда Вэнь Женьхэ сразился на дуэли со старым Мастером секты Сюаньюань, Мастер Секты в отчаянии использовал Пылающий Небесный Барабан и фактически сумел причинить Вэнь Женьхэ немало неприятностей. Но прежде чем Мастеру Секты удалось убить Вэнь Женьхэна, боевой дух демонов и бессмертных, который оставался внутри барабана, вторгся в его разум, и в момент отвлечения он оказался на этом древнем поле битвы. После того, как он перенес отклонение ци, тяжело раненный Вэнь Женьхэ одним ударом разрушил его душу.

Барабан был превосходен для культивирования, но если бы кто-то использовал его, он рисковал бы своей жизнью.

Получив эту награду от Вэнь Женьхэ, Шу Яньянь горячо поблагодарил его. Она взглянула на других Мастеров Алтаря и сказала, ухмыляясь:

-“После этого периода совершенствования я, возможно, просто достигну Махаяны”.

-“Конечно, и тебя убьет молния во время твоей следующей небесной скорби”, - сказал Мастер Алтаря Цю Конгсюэ.

Она была единственной женщиной-практиком среди четырех Мастеров Алтаря и придерживалась совершенно иного пути, чем Шу Яньянь. Она и Шу Яньянь никогда не могли поладить. Кроме того, будучи уже в Махаяне, она была сильнее Шу Яньяня.

Шу Яньянь немного побаивалась Цю Конгсюэ. Она культивировала путь Асуры, самый трудный на пути призраков. Чтобы достичь Махаяны, она добровольно вступила на путь голодных духов[1]. Пятьдесят лет спустя, когда она появилась на свет, все, что осталось от ее тела, - это скелет и совершенно неповрежденная голова.

1. И путь Асуры, и путь голодного духа являются частью шести путей перевоплощения в буддизме.

Подчиненные Цю Конгсюэ также были призрачными культиваторами, каждый из них был облачен в черные одежды. Их головы могли быть нормальными, но кто знает, как выглядят их тела под ними.

Вэнь Женьхэ окинул взглядом своих шестерых подчиненных, каждый из которых строил козни друг против друга, все открыто враждебные, без чувства товарищества, и втайне очень одобряющие. Вот какими должны быть демонические культиваторы.

Из любопытства он задал вопрос Цю Конгсюэ.

-“Мастер Алтаря Цю, если бы у тебя был любовник, и он предал тебя ради другой женщины, но своими словами продолжал настаивать на том, что действительно любит тебя, что бы ты сделала?”

Лицо Цю Конгсюэ было бледным, а голос ужасным.

-“У этого подчиненного никогда не было любовника, но если бы он у меня был, я бы превратила его в призрака, превратила в магический предмет и держала в своей мантии”.

Шу Яньянь сглотнула. Она знала, что одежды Цю Конгсюэ были полны злых духов и ее костей!

Вэнь Женьхэ мысленно вздохнул. На самом деле не было никакого смысла спрашивать этих его подчиненных.

Глава 12 - Надвигающаяся буря

Поскольку Алтарный мастер Юань управлял главным залом, он больше всего общался с Вэнь Женьхэ и лучше всех угадывал его намерения. Увидев, что Почтенный смотрит на них с выражением “Я не могу поверить, что вы все такие бесполезные", он поспешно сказал:

- "Почтенный говорит о женщине? Не будет особого смысла спрашивать Защитника Шу или Мастера Алтаря Цю о женщинах. Почтенный должен вместо этого спросить этого подчиненного”.

Шу Яньянь и Цю Конгсюэ посмотрели на Мастера Алтаря Юаня. Что вы имеете в виду, говоря, что нет особого смысла спрашивать их о женщинах? Разве они не женщины?

Мастер Алтаря Юань не обратил внимания на эти два игольчатых взгляда, устремленных на него, и продолжил:

-“Если этот подчиненный может быть таким смелым, что Достопочтенному нужно от этой женщины?”

“Не так уж много, просто забудь о мужчине”, - сказал Вэнь Женьхэ.

Мастер Алтаря Юань был невысоким и пухлым, похожим на веселого соседского дядюшку. Его глаза прищурились, когда он улыбнулся, придавая ему добродушный вид, но его следующие слова были совсем не такими.

-“Этот подчиненный видит два метода. Первый - убить этого человека. Во-вторых, найди другого мужчину и заставь эту женщину влюбиться в него”.

Вэнь Женьхэ на мгновение задумался. Первый метод пока не сработал бы. Бейли Цинмяо глубоко любила Хэ Вэньчжао, и если бы Хэ Вэньчжао умер сейчас, сердце Бейли Цинмяо навсегда осталось бы прикованным к нему, и она была бы поймана в ловушку своей одержимости и не смогла бы преодолеть свою внутреннюю демоническую скорбь на стадии Зарождения Души. Второй метод, однако, имел некоторые преимущества. Но где найти этого человека?

Любовный интерес номер один из Оскорбительного романа Хэ Вэньчжао, номер два Вэнь Женьхэ и номер четыре Инь Ханьцзян уже были сняты с пробега. Пятому номеру было меньше недели от роду, и он не мог пройти квалификацию, так что остался только третий номер, Чжунли Цянь.

Но Чжунли Цянь дебютировал даже позже пятого номера. Это был день, когда Хэ Вэньчжао вышел замуж за Мастера Павильона Цилин. Он пришел, чтобы поздравить от имени клана номер один по самосовершенствованию, клана Чжунли, и встретился с Бейли Цинмяо, которая была заперта в горах Хэ Вэньчжао и пыталась сбежать. Это было все еще через пятьдесят лет в будущем.

У Вэнь Женьхэ не хватило терпения ждать пятьдесят лет. Он решил, что после того, как он оправится от ран, полученных во время Великой войны Сект, он похитит Чжунли Цяня из клана Чжунли и бросит его Бейли Цинмяо, чтобы дождаться, пока у них постепенно разовьются чувства друг к другу.

-“Этот метод может сработать” -Вэнь Женьхэ бросил на Мастера Алтаря Юаня оценивающий взгляд - “Пока избегайте обсуждения этого вопроса. Прямо сейчас мы должны сосредоточиться на Великой войне Сект. После войны каждый будет должным образом вознагражден за свои усилия ”.

-“Понятно!” , - сказали все пятеро в унисон.

До конца встречи Шу Яньянь раскрывала планы праведных сект, Мастера Алтаря предлагали свои собственные идеи, и они, наконец, остановились на плане битвы. После того, как каждый из них получил свои обязанности, они разошлись в разные стороны.

Покинув зал заседаний, Мастер Алтаря Юань подошел к Шу Яньяню и спросил:

-“Защитник Шу, есть ли женщина, которая привлекла внимание Господина?”

-“Что?” , - Шу Яньянь искоса взглянула на него - “Ты хочешь воспользоваться его слабостью сердца, чтобы навредить ему?”

Шу Яньянь говорила очень откровенно, но Мастер Алтаря Юань замахал руками и сказал:

-“Нет, нет, как это может быть?”

Пока они разговаривали, подошли и три других Мастера Алтаря. Даже у ледяной Цю Конгсюэ на лице было выражение “Я слышала, что кто-то замышляет заговор против Повелителя Демонов, и мне интересно”. Четыре пары глаз пристально наблюдали за Шу Яньяном.

Шу Яньянь вздохнула.

-“Ты слишком много об этом думаешь. Доверьтесь моему многолетнему опыту. Достопочтенный, вероятно, не заинтересован в этой девушке, он просто хочет, чтобы она была ученицей. Он настроен на то, чтобы праведный ученик секты переключился на культивирование Пути Безразличия, и я тоже понятия не имею, почему.”

Энтузиазм четырех Мастеров Алтаря тут же испарился. В том, чтобы взять ученика, не было ничего интересного. Демонические культиваторы не беспокоились о продолжении наследия, как праведные секты. Они украли их методы культивирования и передали бы их своим подчиненным, если бы захотели. Считалось ли это учениками?

-“Тогда почему Достопочтенный хочет взять ученика?” , - спросил Алтарный мастер Юань - “Он культивирует Путь Убийства. Он хочет, чтобы его ученик убил его?”

-“Откуда мне знать? В любом случае, способности этой девушки действительно исключительны. Она основала фонд в восемнадцать лет и в том же году сформировала "золотое ядро". Просто ее мозг заполнен мужчиной”, - сказала Шу Яньянь, пожав плечами, и быстро ушла. Ее все еще ждал праздник!

Все остальные Мастера Алтаря кивнули, услышав скорость продвижения Бейли Цинмяо. На такой талант действительно стоило обратить внимание. Не было ничего странного в том, что у Почтенного возникло искушение взять ученика ради забавы.

После того, как все его подчиненные ушли, в зале заседаний остались только Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян.

-“До Великой войны Сект должно быть еще два или три месяца”, - сказал Вэнь Женьхэ - “За это время мы должны сделать все возможное, чтобы прорваться к стадии Границы Пустоты, чтобы увеличить нашу боевую мощь”.

-“Понятно”, - сказал Инь Ханьцзян.

-“Этот Достопочтенный отведет тебя кое-куда”.

Вэнь Женьхэ встал и повел Инь Ханьцзяна в дальние горы секты Сюаньюань.

Там был овраг, проходящий через горы, дно которого было скрыто чернотой и не было видно. Это было совершенно нелогично. Даже обычный человек должен был видеть дно под солнечным светом, не говоря уже о том, что культиватор мог использовать свое духовное познание, чтобы ощутить то, что даже его глаза не могли воспринять.

Вэнь Женьхэ шагнул в ущелье, и Инь Ханьцзян последовал за ним, без малейших признаков колебания в глубине предчувствия.

Пролетев, по ощущениям, несколько десятков метров, он приземлился на плоскую твердую поверхность, которая на ощупь совсем не походила на твердую землю.

-“Где мы находимся?” , - герешительно произнес Инь Ханьцзян.

-“У нас под ногами Горящий Небесный Барабан”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Легендарное сокровище секты Сюаньюань. Если бы тогда старый Мастер Секты не попытался победить этого Почтенного, используя его, этот Почтенный никогда бы не узнал, где он спрятан.”

Это был демонический артефакт секты Сюаньюань, разрешенный к использованию только Мастером Секты. Инь Ханьцзян не думал, что Достопочтенный настолько доверяет ему, что приведет его к его местонахождению.

-“Пылающий Небесный Барабан можно назвать демоническим артефактом, но он также впитал много крови бессмертных. Является ли она небесной или демонической по своей природе, зависит от того, как ее используют культиваторы. В течение следующих нескольких месяцев совершенствуйтесь на барабане, используя демоническую энергию демонического меча, чтобы оживить бессмертную энергию внутри барабана, и повышайте свое собственное мастерство владения мечом с помощью столкновения двух сил. В то же время, ты можешь ослабить сущность меча демона”, - сказал Вэнь Женьхэ.

Инь Ханьцзян использовал демонический меч, чтобы насильно увеличить свою силу, и уже был тесно связан с ним. Даже если бы он создал новое оружие, ему было бы трудно установить с ним связь из-за того, что оно не могло преодолеть остаточную силу демонического меча.

Только постепенно сводя его на нет, он мог освободиться от его влияния.

-“Достопочтенный...” , - Инь Ханьцзян стоял на Пылающем Небесном Барабане, пристально глядя на Вэнь Женьхэ.

За все те годы, что секта Сюаньюань владела Пылающим Небесным Барабаном, никому не разрешалось видеть его, кроме Мастера Секты. Вэнь Женьхэ, позволивший Шу Яньяню заниматься на нем самосовершенствованием, уже был исключением. Инь Ханьцзян никогда не думал, что будет стоять здесь перед Шу Яньянем.

Он ничего не сказал о том, достоин он или нет, или о том, смел он или нет. Достопочтенный уже сказал, что вопрос о том, достоин он или нет, должен решать Достопочтенный.

Инь Ханьцзян придал своему лицу твердое выражение, сложил ладони вместе и опустился на одно колено. Он торжественно сказал:

-“Этот подчиненный приложит все усилия, чтобы прорваться к Пограничной стадии Пустоты, чтобы смести все на пути Достопочтенного во время великой войны”.

-“Этому Почтенному не нужно, чтобы ты был в таком отчаянии”.

Вэнь Женьхэ слегка поднял руку, и сила подняла Инь Ханьцзяна на ноги - “Хорошо культивируй. Этот Почтенный будет ждать тебя, чтобы вылечить его раны после войны ”.

Вэнь Женьхэ на этот раз не хотел, чтобы ее спас Бейли Цинмяо. Этого было достаточно, чтобы быть обязанным ей за то, что она начала его совершенствование; он не мог позволить себе также быть обязанным ей своей жизнью. В книге Вэнь Женьхэ был обременен двумя тяжелыми долгами, что вызвало любовное расстройство и заставило его отказаться от всего ради Бейли Цинмяо.

Кстати , об этом…

Вэнь Женьхэ достал книгу, постукивая пальцами по обложке, внезапно вспомнив, что книга предсказывала что-то еще, приход его любовного несчастья.

Если бы не все факторы, как мог бы Вэнь Женьхэ влюбиться в Бейли Цинмяо? Он встречался с ней уже довольно много раз, но никогда не испытывал к ней ни малейшего чувства.

Он не знал, наступит ли еще это любовное бедствие и кто станет его мишенью.

Вэнь Женьхэ пытался угадать, но пришел только к выводу, что тайны небес не могут быть постигнуты смертными, и даже он не знал, что будет в будущем.

Отбросив Оскорбительную Романтику, Вэнь Женьхэ сказал Инь Ханьцзяну:

-“Ты сосредоточься на самосовершенствовании. Этот Почтенный защитит тебя ”.

Инь Ханьцзян, услышав, что его будет защищать его Господин, был глубоко тронут. Он уставился на демонический меч в своей руке. Если бы он не был так слаб, что не мог подавить демонический меч, Достопочтенному не пришлось бы тратить на него так много усилий.

Вэнь Женьхэ вышел из ущелья и сел, скрестив ноги, на вершине горы, закрыв глаза и тоже погрузившись в медитацию, поскольку он почувствовал ауру Инь Ханьцзяна внизу.

Вскоре он едва расслышал звуки боевых барабанов, звон клинков и рев, сотрясавший небо и землю. Воспоминания о Демонической Войне внутри Пылающего Небесного Барабана были вновь пробуждены демоническим мечом, создав иллюзорное царство.

Аура меча Инь Ханьцзяна была исчезающе слабой внутри иллюзии, как будто что-то мешало ей. Вэнь Женьхэ открыл глаза и поднял Семизарядную Алебарду. Жажда убийства поднялась вокруг него, как маяк, освещающий путь для Инь Ханьцзяна.

Инь Ханьцзян был пойман в ловушку иллюзии. Он чувствовал себя крошечным среди гор трупов, переворачивая тела и разыскивая своего Почтенного, паника поднималась в его сердце. Когда он был на грани отчаяния, в небе засиял Полис, и знакомая аура вернула его к сознанию.

Верно, Достопочтенный защищал его, пока он совершенствовался.

Инь Ханьцзян сделал ручную печать, и появился демонический меч. Он схватил меч, который пытался довести его до безумия этой иллюзией, и поднял его к небу, окутанный кровавой аурой. Одним ударом он рассеял иллюзию вокруг себя.

Вэнь Женьхэ, почувствовав эту знакомую непоколебимую ауру, изобразил едва заметную улыбку. Уперев алебарду в землю, он стоял на вершине, молча наблюдая за Инь Ханьцзяном.

Он простоял там три месяца.

Он стоял там, пока не пришло сообщение от Шу Яньянь, сообщавшее, что праведные секты сделали свой ход. Их Основная формация и вышестоящие ученики собрались и теперь направлялись к секте Сюаньюань.

-“Сначала ты противостоишь врагу. Этому Почтенному понадобится еще несколько дней”, - сказал Вэнь Женьхэ, не обращая внимания на настойчивость Шу Яньяня, алебарда в его руке оставалась совершенно неподвижной.

Великая война Сект продлится десять лет, так что несколько дней ничего не изменят.

Шу Яньянь получила ответ Преподобного и хотела вырвать себе волосы. Как мастер демонических сект, разве он не должен стремиться лично уничтожить праведные секты прямо сейчас? Чего стоило ждать? Разве они не должны воспользоваться своим шансом до того, как появятся эксперты высокого уровня, чтобы уничтожить Трансформацию Божества и нижестоящих культиваторов и продемонстрировать силу демонических сект?

Немного повозмущавшись, она послала талисман с приказом Вэнь Женьхэ четырем Мастерам Алтаря, затем взяла вуаль и закрыла ею лицо.

Один из ее подчиненных подошел и обнял ее за талию, покусывая за ухо.

-“Защитник, почему ты носишь вуаль? Стыдно закрывать такое хорошенькое личико”.

Шу Яньянь усмехнулась.

-“Я собираюсь разрушить Систему Разделения Духов с помощью Цю Конгсюэ. Там есть кое-кто, кого я сейчас не хочу видеть”.

-“А?” , - озадаченно переспросил подчиненный - “Как может быть кто-то, с кем Защитник боится встретиться лицом к лицу?”

Шу Яньянь взяла его за подбородок, ее улыбка исчезла, а взгляд стал острым.

- “Это не страх. Иногда гораздо интереснее оставить десерт напоследок”.

После того, как Шу Яньянь встретилась с Цю Конгсюэ, они направились к месту расположения духовных жил секты Сюаньюань. Вскоре подошла орда праведных учеников секты во главе со старейшиной стадии Единства Тела. Шу Яньянь, увидев их приближение, сказала осторожно и несколько отчаянно:

-“Секта Сюаньюань лежит здесь. Вам запрещено продвигаться вперед!”

Старец сказал: “Это злая искусительница, которая практикует искусство соблазнения. Все, произнесите заклинание Ясного разума и сконцентрируйтесь на массиве. Не поддавайся ее искушениям!”

Ученики повиновались, заняв свои места в соответствии со своим планом. Сто восемь учеников несли 108 флагов усмирения демонов, вставляя их в точки пересечения духовных вен и циркулируя их духовную энергию, формируя Блок Разделения Духов.

Хэ Вэньчжао мысленно произносил Заклинание Ясного Разума, но все еще чувствовал раздражение.

Бейли-симей препиралась с ним уже три месяца. Независимо от того, как он пытался объяснить свои отношения с Шу Яньянь, независимо от того, как он пытался завоевать ее расположение, Бейли Цинмяо всегда разочарованно качала головой и говорила, что хочет побыть одна.

Если он слишком подлизывался к ней, она бросала на него страдальческий взгляд и говорила:

-“Тебе совсем не грустно, что госпожа Шу умерла?”

Конечно, ему было грустно, у нее было редкое тело девяти инь, и Хэ Вэньчжао мог повышать свое совершенствование с невероятной скоростью вместе с ней. Как он мог не чувствовать себя подавленным? Но прямо сейчас, независимо от того, сказал он, что ему грустно, или нет, это была проигрышная ситуация. Если бы он сказал, что был, его симей сказала бы: “Ты действительно был с ней связан”; если бы он сказал, что не был, симей сказала бы: “Ты слишком холоден, совсем не грустишь, когда женщина, которую ты знал, умерла у тебя на глазах”.

Хэ Вэньчжао понимал Бейли Цинмяо. Она была милой девушкой, просто иногда с ней действительно было довольно хлопотно. Поэтому он ответил ей:

-“Я был знаком с госпожой Шу, и она умерла так жестоко у нас на глазах. Я не бессердечный человек, так что я не могу не опечалиться. Но мы должны смотреть в будущее, шимей. Это путь самосовершенствующегося, и в будущем нам, вероятно, придется столкнуться со многими другими смертями. Мы должны научиться отпускать жизнь и смерть”.

Он ловко перевел проблему с подозрений Бейли Цинмяо по отношению к нему на ее слабость перед лицом смерти. Его симей всегда прислушивалась к нему, так что она действительно начала обдумывать свои взгляды на жизнь и смерть и со временем оставила этот вопрос.

К сожалению, она все еще не простила его. Он надеялся, что к концу войны, после того как семья испытала страх потерять его, она будет больше дорожить их отношениями.

Хэ Вэньчжао не беспокоился о безопасности Бейли Цинмяо. Она была в самых дальних рядах с Яо Венданем, готовясь оказать помощь раненым ученикам, в самом безопасном месте, где она могла быть. Хэ Вэньчжао тоже был в полной безопасности. После того, как Система Разделения Духов будет установлена, демонические секты не будут иметь доступа к естественной духовной энергии и вскоре будут разгромлены. 108 флагов усмирения демонов воздвигнут барьеры, чтобы защитить учеников в этом строю. Это был массив бессмертного уровня, и даже если бы пришел сам Повелитель Демонов, он не обязательно смог бы его сломать.

Под защитой старейшины ступени Единства Тела две женщины демонической секты не смогли остановить их. Формирование было завершено в мгновение ока, и вся духовная энергия горного хребта секты Сюаньюань исчезла.

Хэ Вэньчжао посмотрел на двух женщин, которых старейшина избивал до синяков, и подумал, что та, что в вуали, выглядит чем-то знакомой. Возможно, он однажды столкнулся с ней, сражаясь с демоническими культиваторами.

Поняв, что он отвлекся, он поспешно произнес Заклинание Ясного Разума и сосредоточился на поддержании строя.

Старейшина заметил, что строй был завершен, и быстро отступил, планируя отступить за свой барьер. Однако женщина в черном, которую он так ловко избивал, внезапно омерзительно улыбнулась ему. Ее черная мантия распахнулась, обнажив жуткий набор белых костей и бесчисленных голодных призраков, вьющихся вокруг ее тела.

У женщины была только голова. Под ним вообще не было плоти.

Цю Конгсюэ протянула руку и схватила старца за плечо костлявыми пальцами. Голодные призраки прыгали на его тело с кончиков ее пальцев, их ужасные вопли леденили его душу. Он попытался рассеять их с помощью заклинания, но волна злой энергии вошла в его даньтянь, и он обнаружил, что не может использовать свою духовную энергию.

-“Путь Асуры... Ты-ты Цю Конгсюэ, культиватор призраков Махаяны!”

Старец попытался крикнуть ученикам позади него, чтобы они отступили, но голодный призрак прикусил ему язык, не давая говорить.

Как он мог победить культиватора стадии Махаяны, и как можно было позволить им успешно создать массив? Демонические культиваторы спланировали это!

Это было плохо…

Это была последняя мысль старейшины. Окруженный бесчисленными голодными призраками, его сознание постепенно угасло, и он был втянут на путь голодных призраков.

Старейшина был родом из долины Билуо. Увидев, как он умирает, ученики Долины Билуо пришли в ужас и закричали:

-“Шишу!”[1]

1. Шишу- младший брат учителя/ наставника.

-“Шшш...” , - белый костяной палец был приставлен ко рту плачущего ученика через барьер. Бледная женщина обнажила в улыбке чистые белые зубы и сказала:

-“Будьте осторожны с массивом. Не позволяй своему шишу умереть ни за что. И даже не думайте о том, чтобы покинуть строй и бежать. Прямо сейчас массив защищает вас, но если хотя бы один флаг будет снят, каждый из вас умрет. Я не позволю сбежать ни одному человеку”.

Под ее одеждой все еще было много голодных призраков, и вскоре они окружили это место со всех сторон. Разрывающий Дух Массив был окутан кровавой дымкой, сквозь которую ученики больше не могли видеть. Они могли только поддерживать строй.

Они были теми, кто перерезали духовные вены, так почему же им казалось, что вместо этого они попали в ловушку?

108 учеников услышали голос Цю Конгсюэ, раздавшийся сквозь кровавый туман.

-“Если праведные секты хотят разжечь войну, наша секта Сюаньюань приветствует их открытыми дверями. Но мы бы предпочли, чтобы вы вышли на нас в прямом бою. Я не поклонник таких коварных трюков, как перерезание духовных вен ”.

Хэ Вэньчжао немедленно сказал: “Без паники! Она не может прорваться сквозь Разделяющую Дух Систему. Нам просто нужно поддерживать его, и после того, как наши старейшины победят, они придут, чтобы спасти нас! Даже блуждающие бессмертные мобилизовались, так что простой культиватор Махаяны - ничто! Ее слова пытались встряхнуть нас и помешать нам поддерживать строй, чтобы она могла победить, не пошевелив и пальцем. Не попадайся на эту удочку!”

Его слова успокоили группу учеников, которые немедленно закрыли свои чувства и сосредоточились на массиве. Сила барьера усилилась, препятствуя приближению мстительных призраков.

Шу Яньянь приказала одному из своих подчиненных принести диван и развалилась на нем, наблюдая, как Цю Конгсюэ пугает учеников праведной секты. Она не смогла удержаться от зевка и сказала:

-“Мы действительно большие злодеи, да?”

-“Что?” , - ледяной взгляд Цю Конгсюэ скользнул по телу Шу.

-“Ничего”, - сказала Шу Яньянь, подперев подбородок одной рукой - “Это истинная природа нас, демонических культиваторов. Мне нравится быть плохим парнем ”.

-“Будь терпеливой, не разрушай план Преподобного”, - предупредила Цю Конгсюэ - “Он хочет выманить экспертов высокого уровня из праведных сект, чтобы сразиться с ними лицом к лицу”.

-“Тц, он сам понятия не имеет, что делает”, - сказала Шу Яньянь, непривлекательно закатив глаза.

Упомянутый Повелитель Демонов стоял на страже на вершине ущелья. Разделяющий Дух Массив не повлиял на энергию Пылающего Небесного Барабана, поэтому он терпеливо стоял еще сорок девять дней, пока не увидел, как аура меча пронзила черный туман ущелья. Инь Ханьцзян взлетел на своем мече, остановившись перед Вэнь Женьхэ.

Демоническая энергия этого беспокойного демонического меча была очень слабой. Инь Ханьцзян крепко держал его в руке, и он больше не мог бунтовать.

-“Второй уровень Границы Пустоты”.

Довольный, Вэнь Женьхэ похлопал Инь Ханьцзяна по плечу. Взмахнув рукавами, он обернулся и крикнул:

-“Присоединяйся к этому Почтенному в битве!”

Глава 13 - Алкаид прокладывает путь

Только теперь Вэнь Женьхэ достал талисманы-послания, присланные четырьмя Мастерами Алтаря и Правильным Защитником, и сломал один наугад, чтобы прослушать.

Оттуда донесся преувеличенно панический голос Шу Яньяня.

-“Боже мой! Достопочтенный, праведные секты установили Систему Отсечения Духов, а у меня и Мастера Алтаря Цю нет духовной энергии, которую можно использовать. О, я не могу продолжать! Я просто буду лежать здесь и ждать, пока Господин не спасет нас ”.

Вэнь Женьхэ : …

Несмотря на то, что он знал, что это было притворство, Инь Ханьцзян все еще злился.

-“Как один из Защитников Достопочтенного, ты все еще просишь его спасти тебя? Недостойно!”

Вэнь Женьхэ одобрил слова Инь Ханьцзяна. Шу Яньянь была первоклассной актрисой, чтобы зацепить мужчину, но ее способность инсценировать поражение в бою была слишком слабой.

Мастер Алтаря Юань был полной противоположностью. Когда Вэнь Женьхэ щелкнул своим талисманом, изнутри донесся его безумный голос.

-“Достопочтенный, я столкнулся с большой группой праведных земледельцев во время патрулирования северных гор, каждое Божество Трансформировалось или выше. К счастью, со мной были еще два Мастера Алтаря, и мы повели остальную секту в бой, но естественная духовная энергия внезапно была разорвана, и мы могли использовать только свою собственную для борьбы! Мы не можем долго продержаться! Мы должны немедленно разрушить Систему Разделения Духов. Этот подчиненный умоляет Достопочтенного использовать Пылающий Небесный Барабан!”

Согласно этим двум сообщениям, явно предназначенным для ушей праведных совершенствующихся, Вэнь Женьхэ должен направиться к Разрубающему Дух Массиву с Пылающим Небесным Барабаном, чтобы сломать его как можно скорее.

Поэтому на пути к Массиву Разделения Духов наверняка будет засада, и кто знает, сколько высокоуровневых культиваторов подстерегает их в засаде.

Довольный, Вэнь Женьхэ сказал:

-“Полгода назад этот Почтенный сразился на дуэли со странствующим бессмертным на Тысячемильных Ледяных Равнинах. Несмотря на то, что она принадлежала к высшему царству, она не внесла никакого улучшения в мое совершенствование. Обычные бои больше не способны заставить меня продвинуться в совершенствовании. Надеюсь, собранные силы праведных сект не разочаруют этого Почтенного”.

Он превратился в луч света и с ослепительной скоростью полетел к Разрывающему Дух Массиву.

Инь Ханьцзян погнался за ним на своем мече, но был совершенно не в состоянии угнаться за Вэнь Женьхэ.

В предыдущих случаях Вэнь Женьхэ замедлялся, чтобы дождаться Инь Ханьцзяна, но теперь он не стал сдерживаться. Просто своей собственной вспышкой света он мог превзойти скорость меча Инь Ханьцзяна в несколько десятков раз. Несмотря на то, что он прорвался к Границе Пустоты, несмотря на то, что он пробудился к более высокой воле меча на Пылающем Небесном Барабане, Инь Ханьцзян все еще был так же бессилен, как и всегда, чтобы не отставать от своего Господина.

Когда Инь Ханьцзян догнал Вэнь Женьхэ, он увидел его в ловушке из двадцати культиваторов Махаяны и выше.

Увидев это, глаза Инь Ханьцзяна вспыхнули от ярости, и, опираясь на свою духовную сущность, он был готов ворваться в строй и сражаться бок о бок со своим Преподобным.

Но как раз в этот момент он услышал холодный и резкий крик.

-“Не подходи!”

Инь Ханьцзян мгновенно застыл. Стоя за пределами массива, он увидел, как Вэнь Женьхэ повернулся и удовлетворенно улыбнулся.

-“Этот Почтенный никогда не ожидал, что праведные секты проявят свои высочайшие таланты, чтобы иметь дело со мной. Этот почтенный очень доволен. Защитник Инь, не порть веселье этому Почтенному.”

Инь Ханьцзян понял Вэнь Женьхэ. Он следил за ним много лет, наблюдая за каждым его действием и выражением лица. Он видел, что Достопочтенный действительно был удивлен и действительно был полон энтузиазма.

Вэнь Женьхэ возлагал большие надежды на эту войну. В его личном анализе с Инь Ханьцзяном они пришли к выводу, что праведные секты пошлют, возможно, десять культиваторов Махаяны и, возможно, несколько блуждающих бессмертных секты Шанцин. Вэнь Женьхэ подумал, что десять - это немного низко, так как ему было бы трудно прорваться через свое царство, если бы он не был на грани смерти. По крайней мере, в бою были бы обычные ученики, что могло бы компенсировать это.

Он и Инь Ханьцзян никогда бы не смогли предсказать, что праведные секты мобилизуют все свои силы и действительно пошлют двенадцать культиваторов Махаяны, восемь странствующих бессмертных и буддийского священника в десятом поколении. Двадцать один экспертов заранее установили формацию заклинаний и поймали Вэнь Женьхэна в ловушку, поклявшись уничтожить самого могущественного демонического культиватора здесь и сейчас.

В книге только секта Шанцин мобилизовала все свои силы, но на этот раз пять лучших праведных сект бросили на него все, что могли.

-“Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!” , - Смех Вэнь Женьхэ эхом разнесся по небу.

Инь Ханьцзян услышал радость Вэнь Женьхэ в его смехе и мог сказать, что он действительно верил, что было бы хорошо, если бы он погиб в этой битве.

Это было совсем не то, что они планировали!

Врагов было слишком много, и Достопочтенный действительно столкнулся с угрозой своей жизни.

Инь Ханьцзян закрыл глаза, совершенно неподвижно, и открыл их мгновение спустя. Его глаза были полны решимости. Размахивая мечом, он продолжил атаку на строй.

Это был первый раз, когда он ослушался приказа Вэнь Женьхэ. Даже если ему суждено было умереть, он хотел умереть раньше своего Преподобного. Он не мог спокойно смотреть и быть неспособным что-либо сделать, когда его Преподобный столкнулся с опасностью.

-“Появился Алкаид”, - сказал Мастер секты Цзюсин.

-“Если Полис падет, Алкаид сойдет с ума. Эти двое должны быть уничтожены вместе, иначе Алкаид принесет несчастье в мир людей.”

Странствующий бессмертный из секты Шанцин выбросил золотое кольцо, вырезанное в виде дракона, кусающего свой собственный хвост. Это был второй бессмертный артефакт секты Шанцин, Запирающее Кольцо Дракона.

Запирающее Кольцо Дракона могло заманить в ловушку даже бессмертного. Когда он собирался ударить Инь Ханьцзяна, черная с золотом алебарда ударила его с громким лязгом. Кольцо превратилось в золотого дракона и плотно обернулось вокруг алебарды.

Вэнь Женьхэ был прямо за ним, появляясь перед Инь Ханьцзяном и прикрывая его.

-“Вперед!” ,- крикнул он низким голосом.

-“Почтенный!” , - Инь Ханьцзян сжал свой меч, его глаза горели, он отказывался отойти от Вэнь Женьхэ.

Вэнь Женьхэ понимал его. Мастер секты Цзюсин был прав: если Полис падет, Алкаид сойдет с ума. Инь Ханьцзян никак не мог увидеть, что его Господин окружен таким количеством врагов, и отвернуться.

-“Этот Достопочтенный обещает тебе не умирать” - Вэнь Женьхэ протянул руку и приложил ее к груди Инь Ханьцзяна.

Его лицо было очень близко к лицу Инь Ханьцзяна, достаточно близко, чтобы казалось, что их губы соприкоснутся в любой момент. Инь Ханьцзян пристально посмотрел в глаза Преподобного и услышал, как он сказал:

-“Через десять лет Разделяющий Дух Массив будет разрушен. Посмотрите, как этот Почтенный будет это делать!”

Он толкнул Инь Ханьцзяна ладонью, используя огромную духовную энергию, чтобы вытолкнуть его через трещину, которая образовалась в барьере, когда Кольцо Блокировки Дракона и Семь Смертоносных Алебард столкнулись.

Инь Ханьцзян увидел, как барьер мгновенно запечатался позади него, оставив его Почтенного в ловушке с двадцатью высокоуровневыми противниками. Он не смог противостоять силе Вэнь Женьхэ, его отбросило вдаль, и он смог остановиться только в воздухе над главным залом секты.

-“Почтенный!” , - Инь Ханьцзян издал болезненный крик, затем слился с мечом демона и превратился во множество красных клинков, летящих на север.

В горах к северу от секты Сюаньюань более сотни культиваторов Трансформации Божества или выше сражались с Мастерами Алтаря и их силами. После того, как была установлена Система Отсечения Духов, праведные, а также демонические культиваторы не смогли получить доступ к природной духовной энергии.

Однако праведные культиваторы пришли подготовленными, и в тылу девять культиваторов Границы Пустоты манипулировали девятью Флажками Пространственной Передачи, формируя пространственную связь для непрерывной передачи духовной энергии из отдаленной вены.

Каждый из праведных культиваторов носил магический предмет, связанный с Флагами Пространственного Переноса, снабжающий их духовной энергией.

Демонические культиваторы не могли получить доступ к духовной энергии, в то время как праведные секты имели постоянный запас. Они вели войну на истощение, и когда демонические культиваторы исчерпают свой внутренний запас энергии, праведные секты одержат победу.

Шквал кровавых мечей пронесся по небу, как быстрые стрелы. Проходя мимо толпы демонических культиваторов, несколько человек пронеслись вокруг Мастера Алтаря Руанья Вэйи, заставляя его атаковать формирование праведных сект вместе с ними, и заставляя его принимать на себя все атаки праведных культиваторов.

-“Я трахну твою бабушку, Инь Ханьцзян!” , - Мастер Алтаря Руань отчаянно поднял свой щит, вынужденный блокировать атаки, идущие на него и Инь Ханьцзяна.

Инь Ханьцзян проигнорировал ярость Мастера Алтаря Руаня. У Мастера Алтаря Руаня был земной духовный корень, и сила огромной земли обеспечивала большую защитную способность. Инь Ханьцзян не мог совершить безрассудную атаку на Флаги Пространственного Переноса в одиночку и нуждался в сильной защите, поэтому он выбрал Мастера Алтаря Руаня.

Мастер Алтаря Руань был последователем Махаяны, но он знал, что в это время должен повиноваться Инь Ханьцзяну. Сопляк пренебрег собственной жизнью в драке и был способен убить его первым, если бы тот попытался взбунтоваться.

Проклиная Инь Ханьцзяна, Мастер Алтаря Руань закричал:

-“Что вы, дураки, делаете? Поторопитесь и поддержите меня и Защитника Инь! Меня убьют, если вы будете продолжать стоять здесь, как кучка идиотов!”

Услышав крик Мастера Алтаря Руаня, демонические культиваторы, наконец, собрали свои силы и, не обращая внимания на защиту, бросились вперед, чтобы открыть путь для Инь Ханьцзяна.

В течение последних нескольких лет демонические культиваторы были вынуждены подчиняться Вэнь Женьхэ, и все они знали, что если они не будут сражаться сегодня, то если Вэнь Женьхэ или Инь Ханьцзян выживут в войне, те, кто не отдал всю свою силу на поле боя, пожалеют, что не умерли. Если бы они умерли, но их душа была цела, они могли бы обратиться за помощью к Мастеру Алтаря Цю, чтобы стать культиватором призраков, но если бы они разозлили Вэнь Женьхэна, они не смогли бы умереть, даже если бы захотели.

Демонические культиваторы бросились вперед, не боясь смерти, а праведные секты были вынуждены защищаться. После боя Инь Ханьцзян прибыл на задние ряды под градом кровавых мечей. Он увидел, что формация переполнена духовной энергией, созданной Флагами Пространственного Переноса, и использовал часть своих мечей, чтобы вытащить Мастера Алтаря Руаня, чтобы заблокировать фокусную точку массива.

-“Инь Ханьцзян! Я не собираюсь трахать твою бабушку! Если мы переживем это, я тебя трахну, ты только подожди!” , - Мастер Алтаря Руань выругался, когда его швырнуло в центр строя.

Единственным человеком в глазах Инь Ханьцзяна был Вэнь Женьхэ. За Вэнь Женьхэ он мог отдать свою собственную жизнь, жизни других людей и даже все жизни на Земле.

Руань Вэйи, брошенный в строй, был вынужден вытащить свое связанное оружие, Оболочку Сюаньу[1]. Желто-коричневые доспехи окружали его тело, как панцирь черепахи, покрывая его со всех сторон, и его тело росло, пока он не смог блокировать массив.

1. Сюаньу - Черная Черепаха, одно из четырех священных животных китайской мифологии (лазурный дракон, черная черепаха, белый тигр, красная птица), хранители четырех сторон света.

В то же время кровавые мечи сконденсировались в девять, демоническая энергия бушевала вокруг них, и они полетели к даньтянам девяти культиваторов.

Никто не сомневался в силе этих мечей. Если бы они действительно пронзили чье-то тело, даже если бы Фиолетовый Дворец даньтяня не был разрушен, их тела были бы захвачены демонической энергией.

Девять экспертов поспешно использовали духовную энергию, чтобы защитить себя, но девять мечей разделились на две части за мгновение до удара, второй устремился к девяти Флажкам Пространственного Переноса.

Никто не ожидал, что Инь Ханьцзян будет использовать мечи, сделанные из его собственной плоти и крови, чтобы атаковать бессмертные артефакты.

Флаги Пространственного Переноса не были совсем бессмертными артефактами, но они превосходили магические артефакты мира культивирования и имели место для роста. Такого рода магические предметы были известны как почти бессмертные артефакты.

Это было сродни удару яйцом по камню или встрече лезвия с плотью. После оглушительного треска Инь Ханьцзян стоял над черепашьим панцирем Мастера Алтаря Руаня, с него капала кровь из ран по всему телу, в одной руке он держал девять разорванных Флажков Пространственного Переноса.

-“Если ты хочешь сражаться, тогда сражайся честно!”  , - изо рта Инь Ханьцзяна капала кровь, но его голос звенел над полем боя - “Секта Сюаньюань не боится нападения. Наш Достопочтенный Господин приветствует любого, кто осмелится бросить вызов, но помните следующее: я, Инь Ханьцзян, не прощу никого, кто попытается замыслить коварные планы на поле боя, чтобы навредить моему господину! ”

Небрежным взмахом девять изодранных флагов упали на землю. Девять культиваторов смотрели, как Инь Ханьцзян покачивается на ногах, на последнем издыхании, но не могли приблизиться.

Столкнувшись с такой решимостью, будь то от друга или врага, можно было только испытывать восхищение.

Когда Система Пространственного Переноса была сломана, тяжесть упала с груди Инь Ханьцзяна. С духовной энергией, недоступной обеим сторонам, Достопочтенный наверняка не проиграл бы.

В тот момент, когда он расслабился, он тяжело рухнул на землю.

Панцирь Мастера Алтаря Руаня рассеялся, и он одной рукой поднял Инь Ханьцзяна, неся его навстречу их собственным силам и ругаясь на бегу.

-“Ублюдок, я потерял многовековую духовную сущность в этой битве. Инь Ханьцзян, если ты, блядь, не вернешь мне долг, когда мы вернемся, я пойду найду Шу Яньяня и научусь искусству выщипывания и пополнения запасов, чтобы лично высосать тебя досуха!”

Инь Ханьцзян даже не слышал слов Руань Вэйи. Слабая улыбка появилась на его губах, и он пробормотал:

-“Почтенный… Я не буду… пусть ты умрешь раньше меня...”

-“Пошел ты!”. Услышав это, Руань Вэйи сплюнул.

С разрушенной Системой Пространственного переноса обе стороны оказались в одинаковом положении, и победитель в этой битве теперь был неопределим.

В северных горах демонические и праведные культиваторы отступили на несколько метров, восстанавливая боевые порядки, которые нарушил Инь Ханьцзян, развертывая магические артефакты и готовясь к следующему столкновению.

Мастер Алтаря Руань, приложив огромные усилия, вернул Инь Ханьцзяна за свои ряды и бросил его мастеру Медицинского зала, сказав:

- “Приведи его в порядок для меня, и когда он проснется, я убью его лично!”

Он сплевывал кровь, пока говорил. Мастер Лекарственного зала сказал, дрожа:

-“Мастер Алтаря Руань, вы тоже должны прийти на лечение. Ваши травмы также серьезны...”

-“Тьфу! Я не такой слабак, как Инь.… Хан...”

Прежде чем он успел договорить, перед ним мелькнула пурпурная мантия, и он рухнул.

Женственный и андрогинно выглядящий Мастер Алтаря Мяо сказал Мастеру Медицинского Зала:

-“Я поместил в него паразита, пожирающего сердце, так что пока он будет без сознания. Заберите людей, которых можно спасти, на лечение, и когда они наполовину исцелятся, я брошу их обратно в бой. Никто из тех, кто еще дышит, не должен расслабляться ”.

Мастер Лекарственного зала вытер пот со лба. Это было неразумно, все, что ему нужно было сделать, это лишить Мастера Алтаря Руаня сознания. Не было никакой необходимости в таком ужасном насекомом гу[2], как паразит, поедающий сердце. Если бы Мастер Алтаря Мяо не планировал убрать его после битвы, Мастер Алтаря Руань был бы под его контролем навсегда…

2. Гу насекомых получают, собирая вместе множество ядовитых насекомых и заставляя их поедать друг друга. В конце концов выживет только один, и он, предположительно, приобретет токсичность остальных. В любом случае, обычно это просто волшебные жучки.

-“Хм?” , - Мастер Алтаря Мяо поднял бровь, глядя на Мастера Лечебного Зала.

Его глаза, казалось, говорили: "Этот Мастер давно ждал такой возможности, так почему же ты спрашиваешь меня?"

Мастер Медицинского Зала боялся рассердить кого-нибудь из Мастеров Алтаря и повел своих учеников уносить раненых для лечения.

В это время двадцать один экспертов, окружавших Вэнь Женьхэ, тоже сделали паузу. Мастер секты Цзюсин сказал с беспокойством:

-“Когда Полис начнет действовать, Алкаид проложит путь. Система передачи Духа теперь сломана. Нам действительно следовало оставить Алкаида здесь.”

Вэнь Женьхэ удовлетворенно улыбнулся и сказал:

-“Достойно авангарда этого Почтенного”.

Инь Ханьцзян использовал каждое свое действие, чтобы заявить о своей лояльности Вэнь Женьхэ.

-“Во-первых, я никогда не одобрял такие методы”, - сказал Мастер секты Тяньцзянь - “Мы уже мобилизовали двадцать одного экспертов, чтобы окружить Вэнь Женьхэ, так зачем нам такие массивы? Нам нужно только установить барьер и непосредственно атаковать ”.

-“Ты серьезно ошибаешься, мастер секты Тяньцзянь”, - сказал Вэнь Женьхэна - “Без этого набора никто из вас не сравнится с этим Господином”.

-“Амитабха” , - настоятель храма Усян снял свою монашескую рясу, обнажив татуировку дракона вокруг половины руки. Божественный свет сиял из его посоха, и он сказал, его голос был полон сострадания:

-“Интересно, будет ли достаточно добавить этого старого монаха?”

-“Ты где-то там” , - Вэнь Женьхэ улыбнулся, когда Полис при поддержке Алкаида засиял небывалым сиянием в небе.

Ветер развевал мантию Вэнь Женьхэ, когда вокруг него поднялся боевой настрой.

Даже если практикующий Махаяну не обладал естественной духовной энергией, его внутренняя энергия была почти безгранична. Война продолжалась десять лет.

В течение десяти лет Бейли Цинмяо и другие ученики вместе с Яо Вэнданем собирали бесчисленные трупы со своей стороны. Погибших было больше, чем раненых, и полученные ранения были скорее тяжелыми, чем нет. Те, кто был легко ранен, получили незначительное лечение, а затем были вынуждены вернуться на поле боя.

Как праведные, так и демонические секты понесли тяжелые удары в этой войне.

И когда эти земледельцы погибли, солнце и звезды засияли, и человеческий мир пережил десять лет процветания, войны прекратились, и династия вступила в золотой век.

По прошествии десяти лет обе стороны исчерпали всю свою духовную энергию.

Костлявые пальцы Цю Конгсюэ вытащили Шу Яньянь из ее чертогов наслаждения, когда она холодно сказала:

-“Время близко”.

Шу Яньянь надела свою одежду и вуаль, сказав Цю Конгсюэ:

-“Я знаю, я ключевое звено в этом плане. Скажи мне, поскольку на поле боя нет духовной энергии, неужели все просто плюют друг на друга?”

-“Заткнись”.

У Цю Конгсюэ не было никакого желания болтать с Шу Яньянь, и она отшвырнула ее к Системе Разделения Духов.

Шу Яньянь грациозно развернулась в воздухе и, как фея, опустилась перед строем.

В то же время Цю Конгсюэ подняла кровавый туман. В Системе Разделения Духов Хэ Вэньчжао увидел, как женщина под вуалью улыбнулась ему и протянула руку, фактически протянув ее сквозь барьер.

-“Как...” , - Хэ Вэньчжао и представить себе не мог, что этот барьер, который он неуклонно поддерживал в течение десяти лет, существовал только с разрешения демонической секты, и они могли легко сломать его в любое время.

-“Ты все еще помнишь меня, дорогой Хэ?”, - сказала Шу Яньянь мягким голосом, снимая вуаль и показывая ему теплую и любящую улыбку.

-“Г-госпожа Шу...” , - Хэ Вэньчжао был ошеломлен.

Он почувствовал боль в своем даньтяне и, посмотрев вниз, увидел, что Шу Яньянь уже засунула в него свою руку.

-“Ты смущен тем, как я могу войти в барьер?” , - сказала Шу Яньянь со смехом - “Этот Защитник, естественно, может забрать обратно ту сущность, которую она выделяет, когда захочет. Не забывай, мы занимаемся двойным культивированием уже полгода, и наши сущности уже полностью смешались. Наши сущности резонируют друг с другом, и если я хочу войти, ты, по сути, широко открытая дверь для меня ”.

-“Тогда почему ты тянула с этим десять лет...” , - Хэ Вэньчжао не мог поверить ее словам.

-“Это был наш Господин”, - вздохнула Шу Яньянь - “Он сказал, что Система Разделения Духов была преимуществом, в противном случае, если бы мы все использовали природную духовную энергию для борьбы в течение десяти лет, человеческий мир был бы лишен духовной энергии, поля были бы бесплодны, и ничего бы не росло. Теперь все истощены и не могут управлять слишком большим количеством духовной энергии, так что это идеальное время, чтобы уничтожить массив! ”

Она слегка потянула за руку и полностью вырвала Зарождающуюся Душу ХэВэньчжао[3] из его даньтяня.

3. Зарождающаяся Душа - это то, что вы развиваете, совершенствуясь в даньтяне (обычно в верхнем даньтяне). Обычно его изображают в виде младенца. Как правило, это своего рода аватар, который на высоких уровнях может выйти из тела и, помимо прочего, сделать вас бессмертным. Ну, в этой истории он ничего не делает.

-“То, что выдает этот Защитник, должно быть возвращено с процентами. Взамен я заберу твою Зарождающуюся Душу.”

-“Шу... у тебя есть… ты когда-нибудь любила меня?” , - Хэ Вэньчжао действительно задал такой вопрос, когда его Зарождающаяся Душа была извлечена из его тела.

Шу Яньянь скривила губы и холодно сказала:

-“Искусство сбора и пополнения для меня такое же, как для вас, праведных культиваторов, впитывающих естественную духовную энергию. Любите ли вы естественную духовную энергию, с помощью которой вы развиваетесь?”

Хэ Вэньчжао расширил глаза, как будто совершенно не мог поверить в такие бессердечные слова.

-“А, точно”, - сказала Шу Яньянь - “Даже духовная энергия может быть богатой или скудной, чистой или смешанной. Для этого Защитника ты как особенно скучная и самодовольная масса духовной энергии, которая даже не может сравниться с моими любимыми ”.

Резким рывком она вырвала Зарождающуюся Душу Хэ Вэньчжао из его тела. Хэ Вэньчжао упал с неба, и Разделяющий Дух Массив разлетелся вдребезги.

Голодные призраки Цю Конгсюэ мгновенно опутали каждого ученика в этом ряду.

Автору есть что сказать:

Шу Яньянь: “ Наконец-то я счастлива!!”

Глава 14 - Окончание великой войны

Блок Разделения Духов использовал силу, которая шла вразрез с естественным порядком, чтобы принудительно изменить духовные вены, и был чрезвычайно сложным в настройке. Для этого требовалось 108 флагов и 108 культиваторов Зарождающейся Души и выше. Зарождающаяся Душа уже была впечатляющим уровнем среди культиваторов, и любая секта, которая могла развернуть более пятидесяти одновременно, автоматически занимала первое место среди культивирующего мира.

108 Ученикам Зарождающейся Души требовалась коллективная сила всех праведных сект, чтобы собраться, и если бы им не хватало хотя бы одного человека, строй разрушился бы, и все их усилия были бы напрасны.

Секты были очень избирательны в выборе учеников в группе, боясь, что один из них может иметь дело с демонической сектой, или их воля не будет достаточно твердой, и на них повлияет внутреннее смятение. Все 108 выбранных ими учеников были будущими краеугольными камнями праведных сект. Только когда они были уверены, что система не будет сломана, они чувствовали себя свободными атаковав демонические секты.

Они никогда не думали, что Шу Яньянь заложила бомбу замедленного действия в праведные секты одиннадцать лет назад, и теперь, одиннадцать лет спустя, это разрушило Систему Разделения Духов и встряхнуло весь план праведных сект.

В воздухе женщина в белом держала в одной руке Зарождающуюся Душу праведного земледельца и небрежно засунула ее в свое волшебное оружие, нераспечатанную паучью лилию.

Связанное оружие Шу Яньянь было почти демоническим артефактом, таким же алчным и смелым, как и она сама. Он требовал, чтобы его кормили Зарождающейся Душой каждый раз, когда его использовали.

Пожрав Зарождающуюся Душу Хэ Вэньчжао, паучья лилия медленно раскрылась, и среди призраков Цю Конгсюэ расцвели цветы, образовав кроваво-красную дорожку, подобную той, что вела потерянные души в загробную жизнь.

Остальные 107 учеников с отчаянием наблюдали за этими двумя красивыми, но злыми женщинами и постепенно потеряли сознание среди аромата паутинных лилий.

-“Шу Яньянь!” , - закричала Цю Конгсюэ - “Твои цветы сожрали несколько моих призраков!”

-“Ты знаешь мои лилии”, - беззаботно сказала Шу Яньянь - “Даже я не могу их контролировать. Они съедят кого захотят. Способны ли ты контролировать своих призраков? Каждый раз, когда я оказываюсь рядом с тобой, я слышу, как эти призраки грызут кости — разве это не больно? Неудивительно, что ты никогда не сможешь победить Почтенного даже на стадии Махаяны. Ты даже не можешь контролировать свое собственное оружие, это так жалко”.

Две женщины продолжали насмехаться друг над другом, уничтожая вражеские силы.

-“Достопочтенные даже не позволяют[1] мне съесть ни одной из их душ. Я не могу этого вынести” - проворчала Цю Конгсюэ.

1. здесь она наверное имеет ввиду про своих подчинённых.

Она скрипнула своими ужасными белыми зубами.

-“Достопочтенный сказал, что мертвые культиваторы могут перевоплотиться в обычных людей в своей следующей жизни, так что, если нет глубокой обиды, нет необходимости уничтожать чью-то душу”, - сказала Шу Яньянь - “Мы, убивающие культиваторов- это те, кто бросает вызов небесам, убивающие других, которые бросают вызов небесам, поэтому космический закон не назначит нам никакого преступления. Но уничтожение души - это нарушение системы шести путей перевоплощения. Это будет наказано небесами, и нам будет труднее пережить наши невзгоды”.

-“Он демонический культиватор, который убивает людей не задумываясь, но у него есть зацикленность на странных вещах”, - неодобрительно сказала Цю Конгсюэ - “После того, как я впервые ступила на Путь Асуры, я никогда не думала о том, чтобы повернуть назад”.

Шу Яньянь пожала плечами.

-“Ты можешь сколько угодно не одобрять Достопочтенного, но сначала ты должна быть в состоянии победить его. В секте Сюаньюань сила всегда творила добро”.

Наряду с цветением паутинных лилий Шу Яньяня, Дубхе медленно окрашивался в красный цвет в небе, сияя кровавым светом.

-“В самом деле”, - сказал Мастер секты Цзюсин.

-“Эти три звезды, Полис, Алкаид и Дубхе, являются нашими самыми большими препятствиями в этой войне”.

Мастер долины Билуо сказал:

-“Тогда нам повезло, что у нас все еще есть запасной план”.

-“Амитабха [2]” , - настоятель храма Усян мягко перебрал четки в своей руке и, произнеся имя Будды, подбросил их в воздух.

2. Будда бесконечного света.

В то же время Шу Яньянь и Цю Конгсюэ увидели над своими головами павлина, сияющего разноцветным божественным светом. Под светом паутинные лилии увяли. Улыбка Шу Яньянь застыла на ее губах, и она тупо сказала:

-“Ни в коем случае, буддисты даже призвали Великого Павлина Мудрости Короля[3]?”

3. Вы можете поискать Махамаюри.

В буддийских учениях говорилось, что павлин родился от феникса и любил поедать людей. Однажды она сожрала Будду, который разрезал ей живот и сбежал, и хотел убить ее. Другие Будды отговаривали его, полагая, что павлину суждено переродиться, поэтому он запечатал ее в духовной горе и дал ей титул “Мать Будды, Великий Царь Павлиновой Мудрости Бодхисаттва”.

Говорили, что Король Павлинов обладает силой защищать от бедствий, лечить болезни и продлевать жизнь. Цветы Шу Яньяня и призраки Цю Конгсюэ были бессильны перед его мощью.

Под светом Будды паутинные лилии увяли, и мстительные призраки вернулись на тропы сансары.

У Шу Яньяня было немного лучше. Даже если разум был очищен от желаний светом Будды и сила ее очарования ослабла, это не повредило ее основанию. Однако Цю Конгсюэ была культиватором призраков, и ей грозила опасность быть выпущенной из мира в сансару, сама ее жизнь была в опасности.

Из двух десятков оставшихся учеников Зарождающейся Души восемнадцать сняли парики и обнажили лысые головы, сели, скрестив ноги, и начали читать сутры.

-“Что происходит?” , - воскликнула Шу Яньянь - “Я никогда не слышал, что в массиве была куча монахов! Я ничего не могу им сделать!”

Цю Конгсюэ усмехнулась посреди света Будды и сказала:

-“Только что мы убили или ранили большинство этих праведных учеников, а остальные смертельно ранены и больше не могут сражаться. Наши обязанности уже выполнены. Просто подожди, пока я уничтожу аватара Короля Мудрости, чтобы ты могла сбежать ”.

-“Ты с ума сошла? Ты хочешь, чтобы тебя послали дальше?” , - сказала Шу Яньянь - “Является ли Цю Конгсюэ тем, кто готова пожертвовать собой ради других?”

-“О, ты заткнись” , - Цю Конгсюэ дала Шу Яньяню пинка и взлетела вверх.

Множество костей торчало из ее тела, блокируя для нее свет Будды.

На свету едва виднелась нитка четок. Цю Конгсюэ почувствовала запах своего собственного горящего тела, и ее щит из костей постепенно рассеялся под натиском света.

Она нашла его!

Протянув костяные пальцы, она схватила четки и бросила их вдаль.

Шу Яньянь услышала ужасный крик Цю Конгсюэ, и ее силуэт исчез в свете. Все восемнадцать монахов сплюнули кровью. В этой битве, в которой ни одна из сторон не атаковала, победителя не было.

Свет Будды исчез. Шу Яньянь взглянула на избитых и окровавленных праведных земледельцев и монахов, у которых больше не было сил сражаться. Ее улыбка исчезла, и она легко сказала:

-”Ты можешь идти".

Толпа непонимающе уставилась на нее, думая, что она начнет резню. Вместо этого они услышали:

-“В этой десятилетней войне были неисчислимые жертвы. Как праведным, так и демоническим сектам потребуется столетие, чтобы восстановиться после этого. Достаточно людей погибло, и я также уже совершила достаточно убийств ”.

С куском черной ткани в руке она повернулась и ушла, оставив выживших культиваторов недоверчиво смотреть друг на друга.

На окраине горного хребта секты Сюаньюань Бейли Цинмяо неустанно работала, чтобы подобрать упавшие культиваторы, оказывая первую помощь выжившим. Она шла все дальше и дальше, постепенно оставляя позади другие войска, и когда она увидела фигуру в черном на берегу реки, она быстро подобрала их с помощью Залитого Лунным светом Морозного Шелка.

-“Слава небесам, ты все еще жив!”

-“О боже мой! На твоем теле нет плоти!”

-“Твое лицо полностью почернело, я не могу сказать, из какой ты секты.”

-“Вы мужчина или женщина?”

-“Не сдавайся, ты должен продолжать держаться!”

Веки Цю Конгсюэ дрогнули, разбуженные шумом возле ее ушей. Она слегка приоткрыла глаза и увидела девушку в желтой мантии, которая со слезами на глазах обращалась к ней.

-“Заткнись, черт возьми”, - Цю Конгсюэ открыла рот, чтобы сказать, но обнаружила, что ее горло было обожжено, и она могла издавать только нечеловеческие хриплые звуки.

-“Ты все еще жив!” , - сказала Бейли Цинмяо и начала всхлипывать - “Пожалуйста, не умирай. Слишком много людей погибло. Так много старейшин уже ушли. Не умирай, я больше не хочу видеть, как кто-то умирает!”

Цю Конгсюэ: …

Она открыла глаза, и по какой—то причине ей на ум пришла строчка: ”Единственный луч восходящего солнца упал на тело Бейли Цинмяо. Выражение ее лица было теплым, но решительным, с прекрасным и чистым желанием спасти других ”.

Что это был за вздор? Цю Конгсюэ нахмурила свои почерневшие брови. Как такие дурацкие слова вдруг появились у нее в голове?

Когда взошло солнце, еще одна битва в другом месте близилась к своему завершению. Сражающиеся армии земледельцев в северных горах секты Сюаньюань были почти равны по силе, и за десять лет их численность сократилась более чем наполовину. Все запасы Лекарственного зала, собранные за многие годы, были израсходованы, и даже если бы прибыло больше раненых, для них ничего нельзя было бы сделать.

Мастер Алтаря Юань был единственным из Мастеров Алтаря, кто все еще мог стоять, и у праведных культиваторов также осталась лишь горстка тех, кто мог двигаться.

-“Мы все еще ссоримся?” , - спросил мастер Алтаря Юань - “Духовная энергия вернулась, так что, если мы продолжим сражаться, все обязательно умрут”.

Праведные культиваторы молча смотрели на битву Вэнь Женьхэ с двадцатью одним экспертом и качали головами.

Десять лет войны привели к жестокому разрешению. По крайней мере, им удалось обеспечить выживание культивируемого мира и избежать катастрофы, случающейся раз в десять тысячелетий.

Мастер Алтаря Юань сжал кулак и сказал:

-“В таком случае, мы просим вас любезно покинуть секту Сюаньюань, а взамен пообещайте не нападать, пока вы стоите к нам спиной”.

После недолгого обсуждения среди праведных практиков они кивнули и, взяв на руки своих союзников, развернули большую летающую лодку и покинули секту Сюаньюань.

Единственными участниками Великой Войны Сект, оставшимися в живых, были ее двадцать два лучших культиватора.

Инь Ханьцзян выздоравливал в течение многих лет и оправился от своих травм. Он не обращал внимания на отступающих культиваторов, только пристально смотрел на это далекое поле боя. Прошел день, наступила ночь, и появились звезды, но в Полисе было темно.

-“Господин!”, - отчаянно воскликнул Инь Ханьцзян, поднимаясь на ноги с мечом в руке.

-“Перестань смотреть, Вэнь Женьхэ ни за что не выживет”, - “успокоил” его Мастер Алтаря Руань, стоявший рядом - “Его окружает двадцать один экспертов высокого уровня, и один из них - буддист. Знаешь ли ты, насколько сильны их указы ‘освободить всех живых существ’ и ‘отпустить клинок’? Одна-единственная сутра может заставить исчезнуть все ваши боевые намерения. Вэнь Женьхэ много раз побеждал противников сильнее себя, полагаясь на страстное боевое намерение, поэтому буддийский культиватор - его худший соперник. Без боевых намерений Вэнь Женьхэ - просто обычный практик Махаяны”.

Мастер Алтаря Руань действительно продемонстрировал коварную природу демонических сект. Он говорил “Почтенный”, но теперь мгновенно перешел на “Вэнь Женьхэ”, готовый бросить кого-то в одно мгновение.

После этого заверения он выплюнул мертвого жука изо рта и растоптал его каблуком, тихо выругавшись:

-“Засунуть в меня жука, пожирающего сердца? Я убью тебя насмерть! Десять лет назад, когда Вэнь Женьхэ был еще жив, у вас уже был план контроля над всеми Мастерами Алтаря и Защитниками Секты, чтобы украсть его положение, не так ли? Почему ты не погиб на великой войне, маленький интриган?”

-“С таким же успехом он мог быть мертв”, - сказал Мастер Алтаря Юань - “Его королева паразитов была убита. Иначе, как ты мог так легко выплюнуть его жука?”

Даже безжалостный Мастер Алтаря Руань, глядя на остатки секты Сюаньюань, не мог не заметить:

-“Было слишком много смертей”.

-“Праведные секты просто пытались предотвратить бедствие десяти тысячелетий”, - сказал Мастер Алтаря Юань - “Демонические секты на самом деле стали совсем ручными под руководством Господина. Мы просто связываемся с праведными земледельцами и даже больше не осмеливаемся нападать на мирных жителей. Праведные секты перешли в наступление и начали Великую Войну Сект, даже используя такие стратегии, как Система Разделения Духов, все это было сделано для того, чтобы обмануть небеса и смягчить очищение человеческого мира через великую катастрофу. Использование такого количества человеческих жизней для обеспечения выживания в течение следующих десяти тысяч лет все еще можно считать выгодной сделкой ”.

-“Мы все люди, которые навлекают на себя бедствия. Это в нашей судьбе”, - Мастер Алтаря Руань произнес несколько редких культурных слов, затем повернулся и увидел, что Инь Ханьцзян исчез, и снова начал ругаться - “Черт, куда подевался Инь Ханьцзян?!”

Люди, которые все еще могли двигаться, болезненно повернули головы и обнаружили, что место, где сидел Инь Ханьцзян, явно пустовало. И из глубины гор, с запретной территории секты Сюаньюань, донесся слабый звук барабанной дроби, каждый удар был громче предыдущего.

Услышав слова Мастера Алтаря Руаня, Инь Ханьцзян понял, с какой атакой столкнулся Достопочтенный.

Боевое намерение! Если бы только было боевое намерение, Достопочтенный не проиграл бы!

Но из трех полей сражений два из них уже сложили свои флаги, и Достопочтенный столкнулся с самым могущественным буддийским культиватором храма Усян. У него не было никакого боевого намерения.

В своем отчаянии Инь Ханьцзян вспомнил Пылающий Небесный Барабан, наполненный воспоминаниями о Великой Войне Демонов в царстве бессмертных.

Он мгновенно слился с демоническим мечом и превратился в град красных клинков, чтобы сломя голову броситься к Пылающему Небесному Барабану. Обладая силой культиватора Границ Пустоты, он использовал свое собственное тело, чтобы бить в барабан.

Первый легкий барабанный бой, казалось, отозвался в сердце Вэнь Женьхэ.

Он медленно открыл глаза и увидел перед собой старого монаха с добрым лицом, который говорил:

-“Генерал-майор Вэнь, отпусти свою ненависть. Опусти свой клинок, и твои грехи будут отпущены.”

Генерал-майор? Такое ностальгическое название; прошло уже триста лет с тех пор, как он слышал его в последний раз.

Триста лет назад он все еще был обычным человеком, а клан Вэнь были верными слугами государства. Но весь клан в итоге был казнен. Он ненавидел, он возмущался, он хотел убить каждого глупого правителя на земле, но… что произошло потом?

Бонг! Второй удар тяжело ударил в сердце Вэнь Женьхэ. Его брови поползли вверх, когда он увидел маленького ребенка, появившегося в его воспоминаниях, протягивающего крошечную ручку и хватающего его за край халата. Так похоже на него младшего, едва выжившего в битве и спасенного мирными жителями, живущими на границе, только для того, чтобы услышать, что клан Вэнь был уничтожен до последнего человека.

-“Генерал-майор, море страданий безгранично, но обернитесь, и вы найдете берег”.

Старый настоятель вернулся к чтению сутр, и боевое намерение, возникшее в Вэнь Женьхэ, снова рассеялось.

Бон-бон-бон! Прозвучали три настойчивых удара, словно рог, призывающий Вэнь Женьхэ к битве. Он увидел другой образ: человек в маске призрака, обнимающий свою мантию перед вечно горящей лампой и мирно закрывающий глаза.

Бон-бон-бон-бон! Звук Пылающего Небесного Барабана был оглушительным, звуча как голос у уха Вэнь Женьхэ, кричащий: “Достопочтенный, Достопочтенный!”

Вэнь Женьхэ полностью открыл глаза и сказал монаху, смотревшему на него с состраданием:

-“Великий мастер, если ты хочешь, чтобы я опустил свой клинок, как насчет того, чтобы сначала спросить, готов ли мой клинок?”

Настоятель храма Усян, дрожа, покачал головой.

-“Кажется, нам просто не хватило времени”.

Вместе с его словами иллюзия, окружающая Вэнь Женьхэ, разрушилась, и двадцать один экспертов направили на него свои связанные оружии. Если бы он проснулся на секунду позже, эти двадцать одно оружие уничтожили бы его тело и душу.

Барабанный бой продолжался не переставая. Вэнь Женьхэ поднял Алебарду, Убивающую Семерых, и сказал ясным голосом:

-“Тот факт, что ты смог оказать такое сильное давление на этого Достопочтенного, показывает, что ты был достоин всей силы этого Достопочтенного. Мы все на пределе своих возможностей, так что в этой последней схватке пусть небеса определят выживших!”

Полис ослепительно сиял в небе, когда алебарда Вэнь Женьхэна столкнулась с двадцатью одним скрепленным оружием. Сила, высвобожденная столкновением двадцати двух легендарных видов оружия, вызвала вокруг них раскаты грома.

Пока культиваторы секты Сюаньюань лениво болтали и смотрели на небо, Мастер Алтаря Руань недоверчиво сказал:

-“Господин на самом деле все еще жив! Как он выжил? Он сражается с двадцатью одним экспертам!”

-“Неужели называть его снова Почтенным - это самое важное? Поторопитесь и установите барьер! Ты хочешь умереть?” - Мастер Алтаря Юань уперся ногой в зад Руань Вэйи.

Руань Вэйи поспешно активировал защиту секты Сюаньюань. В тот момент, когда барьер поднялся, из него вылетела полоса красного света, без раздумий устремившаяся на поле боя.

Инь Ханьцзян не заботился о том, как последствия столкновения таких сильных противников могут нанести ему травму. Его зрение было красным полем, когда он искал среди обломков и руин фигуру Вэнь Женьхэ.

Эта конечность не принадлежала ему, и это оружие не принадлежало ему — где он был, где он мог быть?

Монашеский посох упал с воздуха, собираясь ударить Инь Ханьцзяна, но в этот момент избитая алебарда вылетела вперед, чтобы защитить его, как будто у нее была собственная воля, блокируя посох.

Увидев эту алебарду, Инь Ханьцзян принял человеческий облик. Он держал связанное оружие Вэнь Женьхэнаи, следуя его резонансу, нашел едва дышащего Вэнь Женьхэ.

Он подлетел вперед и подхватил его на руки. Его рот онемел от радости, и он обнаружил, что не может говорить.

Они вдвоем приземлились на ровную землю. Инь Ханьцзян вцепилась в Вэнь Женьхэ, дрожа всем телом. Вэнь Женьхэ медленно поднял руку и погладила Инь Ханьцзяна по щеке.

-“Защитник Инь, ты действительно спас этого Почтенного”, - слабо сказал он.

Глава 15 - Разрыв крови и вырезание души

Придя в себя с помощью Пылающего Небесного Барабана, Вэнь Женьхэ вступил с двадцатью одним экспертом в отчаянную битву не на жизнь, а на смерть. Он не знал, скольких из них ему удалось убить и сколько выжило.

Вэнь Женьхэ изначально планировал использовать всю свою силу и сражаться на пределе своих возможностей, чтобы узнать, на что он способен. Он хотел пренебречь всем остальным, но барабанный бой в последний момент привел его в чувство.

Инь Ханьцзян не рисковал своей жизнью, используя силу Границы Пустоты, чтобы активировать Пылающий Небесный Барабан, чтобы увидеть, как Вэнь Женьхэ погибнет в бою.

Перед битвой он пообещал Инь Ханьцзяну, что выживет. Вэнь Женьхэ никогда бы не отказался от своего слова. В самом конце он сдержал часть своей силы, чтобы защитить себя, и таким образом сумел сохранить свою жизнь, чтобы быть спасенным Инь Ханьцзяном.

Со своим последним вздохом он дал Инь Ханьцзяну понять, что он все еще жив, прежде чем потерять сознание.

Его травмы были слишком серьезными, и, приходя в сознание и теряя его, он слышал, как Инь Ханьцзян зовет его, но его веки были тяжелыми, и он не мог их открыть.

В первоначальном сюжете Вэнь Женьхэ некоторое время лежал без сознания, а проснувшись, увидел, что Бейли Цинмяо занята работой перед ним. Он увидел, как единственный луч восходящего солнца упал на тело Бейли Цинмяо. Выражение ее лица было теплым, но решительным, с прекрасным и чистым желанием спасти других. Увидев ее, купающуюся в этом луче солнца или, возможно, божественного света, сердце лидера демонической секты было тронуто.

В то время Вэнь Женьхэ еще не знал, что пришло его любовное бедствие, и только холодно сказал этой праведной младшей ученице, что он может оказать ей одну услугу. Бейли Цинмяо какое-то время тупо смотрела на него, затем покачала головой и сказала:

-“Мне просто нужно, чтобы ты жил”.

Вэнь Женьхэ получил тяжелые внутренние повреждения, а также не пожелал возвращаться в секту Шанцин с Бейли Цинмяо для лечения. Бейли Цинмяо могла использовать коммуникационный талисман, который дал ей мастер Цинронг, только для того, чтобы сообщить, что ее не будет некоторое время.

Перед войной секта Шанцин дала каждому из учеников поддержки нефритовый листок и рассказала им о некоторых медицинских знаниях и местонахождении некоторых волшебных трав. В течение трех месяцев, пока Инь Ханьцзян совершенствовался, Бейли Цинмяо и ее товарищи-ученики были заняты запоминанием нефритовых накладок и практикованием лечебных заклинаний.

Она поняла, что травмы Вэнь Женьхэ были слишком серьезными; Фиолетовый Дворец его даньтяня был в беспорядке, а его духовная сущность была почти полностью истощена. Чтобы спасти ему жизнь, Бейли Цинмяо решила отвезти его в горы Девяти Котлов, где находится Гриб Плоти Девяти Ян, Оживляющий Душу, который может воскрешать мертвых и восстанавливать плоть из костей, как записано в ее нефритовом листке.

Вэнь Женьхэ холодно наблюдал за ней на протяжении всего путешествия, пока она поднималась на гору, неся его, и сражалась со зверями, охраняющими гриб. После того, как она получила гриб, она сварила его в бульоне и не взяла ни ложки для себя, скормив все это Вэнь Женьхэну.

В книге, после того, как Вэнь Женьхэ был исцелен, он увидел радостное выражение лица Бейли Цинмяо, и его сердце, наконец, влюбилось в нее. Он не раскрыл свою личность, просто оставил ей жетон и сказал, что она может использовать его, чтобы позвать его, если у нее возникнут проблемы. Что бы это ни было, Вэнь Женьхэ прошел бы через ад и высокую воду, чтобы помочь ей.

Бейли Цинмяо никогда не думала о том, чтобы получить что-то взамен от Вэнь Женьхэ, и была только счастлива, что смогла спасти еще одну жизнь. Попрощавшись с Вэнь Женьхэ, Байли Цинмяо вернулась в свою секту, и когда она увидела, что Хэ Вэньчжао потерял свою Зарождающуюся Душу, ее сердце на мгновение замерло.

Тяжело раненный и подавленный Хэ Вэньчжао сказал Бейли Цинмяо:

-“Шимэй, когда я был ранен, все, что я хотел сделать, это увидеть тебя в последний раз, но где ты была тогда?”

Бейли Цинмяо рыдала так сильно, что не могла говорить. Она только что получила Мясной Гриб, но использовала его на незнакомце вместо своего шисюна.

Она спросила у старших, как спасти Хэ Вэньчжао, и отправилась одна к Скалам Золотого берега. По пути она “наткнулась” на Вэнь Женьхэ, который все это время наблюдал за ней, а теперь сопровождал ее в путешествии.

На этот раз единственным, кто спас Вэнь Женьхэ, был Инь Ханьцзян, который не знал, где растет Мясной Гриб. Господин был без сознания, поэтому все, что он мог сделать, это отнести его в небольшую горную долину, где он начал заниматься самосовершенствованием.

Это была небольшая секта, которую когда-то возглавлял Вэнь Женьхэ, в которую он привел Инь Ханьцзяна после того, как подобрал его. После того, как Вэнь Женьхэ объединил демонические секты, он тайно отдал это место Инь Ханьцзяну и установил вокруг него защиту. Он принадлежал только Инь Ханьцзяну, и больше никто о нем не знал.

Пока Вэнь Женьхэ был в бою, Инь Ханьцзян заметил, как Мастер Алтаря Руань отказался от своего титула. Демонические секты были полны амбиций, и от Защитников и Мастеров Алтаря до обычных культиваторов, каждый из них пинал тебя, пока ты лежал. Если бы Инь Ханьцзян привел тяжело раненого Вэнь Женьхэ обратно в секту Сюаньюань, Шу Яньянь, вероятно, была бы первой в очереди, чтобы убить его.

Когда Достопочтенный был в полной силе, вся Секта Сюаньюань стояла за ним, но когда он был слаб, секта Сюаньюань была как логово каннибалов.

Поскольку Инь Ханьцзян не осмелился привести Вэнь Женьхэ в секту Сюаньюань, у него было только два варианта. Во-первых, маленький пограничный городок, где он вырос, а во-вторых, место, куда Преподобный водил его тренироваться, когда он был маленьким.

Держа Вэнь Женьхэ, он нырнул через водопад, перед которым когда-то работал, в небольшую пещеру за ним, богатую духовной энергией и хорошо подходящую для восстановления.

Достопочтенный был серьезно ранен. Инь Ханьцзян усадил его, скрестив ноги, и достал все лекарства из своего пояса для хранения, выбрав несколько более мягких, которые могли восполнить духовную сущность, и сунул их в рот Вэнь Женьхэ.

У Вэнь Женьхэ не было духовной энергии, и он не мог проглотить таблетки. Инь Ханьцзян колебался несколько мгновений, затем, сказав:

-“Извините за грубость”, - разжал рот Вэнь Женьхэ и, с расстоянием в дюйм между ними, выдохнул полный рот духовной энергии Вэнь Женьхэ.

Он действовал с особой осторожностью, боясь прикоснуться к бледным губам своего Преподобного своими собственными.

После того, как Вэнь Женьхэ принял лекарство, Инь Ханьцзян также влил в него оставшиеся остатки своей духовной сущности и один раз пропустил ее через его тело. Почувствовав, что сущность его Преподобного начала циркулировать сама по себе и поглощать лекарство, он вздохнул с облегчением.

Расслабившись, Инь Ханьцзян обнаружил, что шатается на ногах. Он закашлялся кровью и рухнул к ногам Вэнь Женьхэ.

Старый Мастер секты Сюаньюань был на вершине Махаяны, но во время использования Пылающего Небесного Барабана он попал в ловушку его иллюзий и пострадал от отклонения ци. Инь Ханьцзян едва достиг стадии Границы Пустоты. После насильственной активации Пылающего Небесного Барабана и ответной реакции его яростной энергии его внутренние органы были сильно повреждены. Единодушно желая спасти Вэнь Женьхэ, он даже не заметил своего собственного состояния и не почувствовал боли. Только после того, как он оживил Вэнь Женьхэ, Инь Ханьцзян заметил, что тот был на последнем издыхании.

Проснувшись после приема лекарства, Вэнь Женьхэ обнаружил себя в темной и сырой пещере, а у его ног лежал человек в черном, прижатый лицом к холодному камню. Перевернув его, он обнаружил, что лицо его покрыто зеленым лишайником, что делало его похожим на жертву какого-нибудь ужаса из народной сказки о привидениях.

Когда Вэнь Женьхэ попытался направить энергию, боль пронзила его даньтянь, как будто он разрывался на части. Он снял свою черную мантию и увидел, что его тело было покрыто ранами от мечей, ножей, хлыстов, посохов, казалось бы, всех видов ран, которые могли быть нанесены восемнадцатью различными магическими орудиями.

Его физические повреждения не имели большого значения, но что было более важно, так это то, что Фиолетовый Дворец его даньтяня был разрушен, и он истощил свою духовную сущность, используя Семь Смертоносных Алебард. Без Мясного Гриба он мог бы не восстановиться после выздоровления в течение ста лет.

Он попытался сесть и поднять Инь Ханьцзяна на руки, но почувствовал, что одежда Инь Ханьцзяна промокла. Он распахнул халат и увидел, что его худое тело выглядело так, словно его полоснули лезвием, прежде чем зашить тонкой нитью. Трудно было найти на нем неповрежденный участок кожи.

Вэнь Женьхэ был в ужасе при виде его рассеченной плоти. Он положил руку на грудь Инь Ханьцзяна, пытаясь исцелить его, но не смог вызвать ни капли духовной энергии. Обессиленный, он мог только сесть рядом с Инь Ханьцзяном и издать отчаянный смешок.

За триста лет, прошедших с тех пор, как он вступил в Дао, он никогда еще не был в таком жалком состоянии.

У него не было возможности исцелить себя. В книге Бейли Цинмяо нашла Мясной Гриб, чтобы спасти его, но чтобы изменить сюжет, Вэнь Женьхэ отказался от легкого выхода и выбрал для себя болезненный и трудный путь.

-“Защитник Инь”, - тихо сказал Вэнь Женьхэ - “Самое трудное время в жизни этого Преподобного было триста лет назад, когда я копался в той братской могиле, чтобы найти свою семью”.

Там было двести семьдесят три трупа клана Вэнь, все обезглавленные. Преступники не получат погребения, и после казни головы будут сожжены, а тела брошены в братскую могилу. К тому времени, как Вэнь Женьхэ вернулся в столицу, прошло уже семь дней, и тела начали разлагаться. Не было никакого способа отличить кого-либо друг от друга.

Он день и ночь рылся в куче трупов, вытаскивая двести девяносто шесть обезглавленных трупов. Самому маленькому было всего три месяца. Помимо нескольких человек с уникальными телосложениями, Вэнь Женьхэ никак не мог отличить остальные двести тридцать семь трупов.

Тела других преступников были перемешаны, так что Вэнь Женьхэ даже не знал, кто из них его родственники.

Весь клан был верен до конца, но все же они были убиты, а их трупы осквернены. В шестнадцать лет Вэнь Женьхэ опустился на колени перед двумястами девяносто шестью обезглавленными трупами, плача и воя, не в силах выразить свою ненависть.

Власть настоятеля храма Усян была велика, и это привело Вэнь Женьхэна к раскрытию воспоминаний, которые были забыты триста лет назад. Он взглянул на закрытые глаза Инь Ханьцзяна, и в его взгляде появилась слабая улыбка.

-“Защитник Инь, когда этот Достопочтенный проходил мимо той кучи трупов и увидел, как чья-то рука схватила меня, ты знаешь, как я был счастлив?”

Сто лет назад, когда Вэнь Женьхэ думал, что уже забыл прошлое, эта крошечная ручка потянулась к шлейфу его мантии. Он поднял этого ребенка из кучи трупов и пощупал его шею, чтобы убедиться, что он не обезглавленный труп. Он прижал ухо к груди ребенка, и это слабое сердцебиение было подобно музыке для его ушей.

В этот момент холодный и бессердечный Вэнь Женьхэ держал маленького Инь Ханьцзяна на руках, не замечая слез, которые текли из его глаз.

Как будто он наконец освободился от бессилия, которое чувствовал в шестнадцать лет.

Наконец-то ему удалось кого-то спасти.

Вэнь Женьхэ держал Инь Ханьцзяна за запястье. Ребенок, которого он тогда спас, скоро умрет.

Этот глупый ребенок уже был тяжело ранен, но отдал последнюю часть своей духовной сущности Вэнь Женьхэну, отказавшись от последней надежды на жизнь.

-“Инь Ханьцзян, если этот Почтенный может спасти тебя один раз, он может спасти тебя дважды. Если этот Почтенный не позволит тебе умереть, тогда ты не сможешь умереть”, - Вэнь Женьхэ посмотрел на демонический меч на боку Инь Ханьцзяна, и выражение его лица потемнело.

Инь Ханьцзян никогда не убирал свой меч на хранение, упрямо держа его, как стража. И все же у этого меча была своя собственная воля.

После того, как он стал культиватором, Вэнь Женьхэ украл много техник у других демонических сект. Был один, который был самым сложным в использовании из всех, но идеально подходил для этого момента.

-“Тебя зовут Чиминг”, - сказал Вэнь Женьхэ мечу.

Тогда, когда он вручал этот меч Инь Ханьцзяну, он так и не назвал ему его название.

Произнесение этого имени пробудило бы сознание демонического меча.

Чиминг, услышав собственное имя, слегка задрожал и покинул свои ножны, зависнув перед Вэнь Женьхэ. На поверхности его лезвия появилось множество зловещих узоров, которых Инь Ханьцзян никогда не видел.

Глядя на меч, Вэнь Женьхэ произнес заклинание, и те же узоры появились на его теле.

Семь Смертоносных Алебард почувствовали, что делает их хозяин, и жалобно загудели. Вэнь Женьхэ поднял руку.

-“Не суетись”.

Алебарда неохотно дрогнула несколько раз, но в конце концов попала под контроль Вэнь Женьхэ и успокоилась.

Чиминг превратился в град кровавых мечей и с помощью заклинания Вэнь Женьхэна глубоко вонзился в узоры на его теле, пригвоздив его к стене пещеры. Кровь стекала по камню, капая на лицо Инь Ханьцзяна.

Ресницы Инь Ханьцзяна несколько раз болезненно дернулись, но в конце концов он не смог проснуться и увидеть, как Почтенный, которого он хотел защитить любой ценой, выгравировал на его теле Звенящий клинок и пошел по пути, который выжили немногие.

С тысячами мечей в его теле, Вэнь Женьхэ  никогда не переставал декламировать. Он медленно поднял руку и с трудом нарисовал в воздухе узор, соответствующий узорам на его теле.

Блокирующий массив Души Жизненной Силы. После того, как массив был завершен, линии, нарисованные в малиновом свете, слились с душой Вэнь Женьхэ.

Используя тело, чтобы отсечь кровь, и используя кровь, чтобы выгравировать душу.

Звон покинул тело Вэнь Женьхэ, и в тот момент, когда клинки были вытащены, тело Вэнь Женьхэ превратилось в облако кровавого тумана, рассеявшееся по пещере.

Семь Смертоносных Алебард испустили жалобный крик, и шестая звезда Южной Медведицы постепенно окрасилась в кроваво-красный цвет.

Через несколько минут кровавый туман постепенно сгустился, превратившись в человеческую фигуру. В тот момент, когда его тело и душа были рассеяны, Вэнь Женьхэ перенес разрывающую душу боль и, благодаря своей решимости, сумел завершить Операцию по Разделению Крови.

В мире культивирования существовала утерянная техника, называемая Искусством Разделения Крови.

Пользователь должен был вырезать кровавые метки на своей плоти, затем добровольно уничтожить свое тело и душу и использовать технику в момент перед смертью. Это сольет душу и тело человека воедино, и с тех пор, если в мире останется хоть одна капля его крови, они не умрут.

Только один человек преуспел в искусстве крови за сотни тысяч лет. Это было не потому, что она была слабой, а потому, что у нее были такие низкие шансы на успех. Без железной воли никто не смог бы даже вынести эту боль.

После того, как она была завершена, человек мог оправиться от любой травмы, какой бы тяжелой она ни была, при условии, что у него было достаточно духовной энергии.

Вэнь Женьхэ снова надел черную мантию, которую он сбросил, боль от разрушения его души все еще оставалась в его теле. Он слегка нахмурился и достал из рукава таблетку, чтобы проглотить.

После того, как он в основном восстановился, он взял Инь Ханьцзян и направил духовную энергию, которую он только что восстановил, в свои меридианы, прогоняя убийственную ауру Пылающего Небесного Барабана.

В течение следующих нескольких месяцев Вэнь Женьхэ оставался в той маленькой пещере, поглощая духовную энергию для передачи Инь Ханьцзяну, медленно восстанавливая свои поврежденные меридианы.

В отдаленном месте Цю Конгсюэ несли на спине Бейли Цинмяо, когда она взбиралась на гору.

Цю Конгсюэ сказала Бейли Цинмяо:

-“Оставь меня в покое, не забирай меня обратно в свою секту”, - прежде чем потерять сознание. Она была ранена хуже, чем Вэнь Женьхэ.

Свет Будды был ужасно эффективен против культиваторов призраков, и все духи, которые она хранила в своем теле, были сублимированы. У нее не осталось сил.

Бейли Цинмяо предположила, что причина, по которой Цю Конгсюэ не хотела возвращаться в свою секту, заключалась в том, что она не хотела встречаться лицом к лицу со своими соотечественниками, получившими такие тяжелые ранения без надежды на выздоровление. Она была полна решимости спасти своего товарища-культиватора.

После того, как она сообщила о ситуации с помощью своего талисмана-послания, она привязала потерявшую сознание Цю Конгсюэ к своей спине и отправилась на гору Девяти Котлов.

Говорили, что гора Девяти Котлов была местом обитания бессмертных. Даже у практикующего Махаяну там их силы были бы подавлены до уровня обычного человека.

Бейли Цинмяо не могла летать, а скалы были коварными. Она ухватилась за лиану и полезла наверх, стиснув зубы и сдерживая слезы.

По пути наверх она падала бесчисленное количество раз, пока ее лицо и тело не покрылись синяками и ссадинами. Она думала о том, чтобы сдаться, но каждый раз вспоминала, как человек на ее спине полагался на нее, и как она не смогла спасти так много людей во время Великой войны Сект, и она стиснула зубы и заставила себя продолжать восхождение.

К тому времени, как она добралась до вершины, она была готова рухнуть от усталости. Мясной Гриб был очень хорошо спрятан, его невозможно было найти обычным людям. После того, как Бейли Цинмяо рухнула на вершине горы, гриб принял ее за труп и, привлеченный ее божественностью, поднялся с земли, чтобы съесть ее.

Духовная змея, которая защищала Гриб из Плоти, скользнула вверх и, увидев, что гриб появился, укусила его и начала бороться с ним.

Бейли Цинмяо была разбужена шумом и была вне себя от радости, увидев прямо перед собой Гриб из Плоти. Собрав остатки своих сил, она убила змею и сорвала Мясистый Гриб, а затем приготовила его в рагу вместе со змеей.

Аромат, исходящий от Мясного Гриба, исцелил раны Бейли Цинмяо, а также позволил ей подняться с пятого уровня Формирования Ядра до последнего уровня.

Если бы она выпила бульон, то, вероятно, смогла бы подняться на месте. Но она не желала этого для себя. Она дала Цю Конгсюэ пропитаться бульоном и наблюдала, как на ее костях снова вырастает плоть.

-“Так ты девушка”, - радостно воскликнула она.

После того, как все органы Цю Конгсюэ были восстановлены, Бейли Цинмяо скормила ей каждую ложку бульона.

Царство Цю Конгсюэ мгновенно вернулось к Махаяне, ее кожа порозовела, и она выглядела совершенно здоровой.

Проснувшись, Цю Конгсюэ увидела красивую девушку, наблюдающую за ней, подперев подбородок одной рукой, с выражением, полным неподдельной радости.

-“Старшая, наконец-то ты исцелилась”.

Исцелилась? Цю Конгсюэ села и почувствовала, что с ее телом что-то не так. Она проверила и увидела, что теперь у нее есть плоть.

В голове Цю Конгсюэ возник отрывок— ”Он увидел взгляд Бейли Цинмяо, полный беспокойства, и пустую кастрюлю с бульоном, которую ему дали, и вздохнул. ”Ну, вот и все, я думаю".

Цю Конгсюэ понятия не имела, откуда взялись эти слова, но она кивнула в знак согласия. “Вот именно”.

-“Что такое?” , - сказала Бейли Цинмяо, наивно моргая и глядя на Цю Конгсюэ.

-“Этот Мастер Алтаря был совершенно хорошим культиватором призраков, охотно предлагая свое собственное тело голодным призракам, чтобы культивировать Путь Асуры и достичь Махаяны”, - Цю Конгсюэ обратила угрожающий взгляд на Бейли Цинмяо.

Бейли Цинмяо наконец поняла, что что-то не так. Она отступила на несколько шагов и упала на землю, говоря дрожащим голосом:

-”С-старшая, что случилось?"

-“Что случилось?” , - сказала Цю Конгсюэ, вставая и подходя к ней. Ее теплые пальцы сжались на шее Бейли Цинмяо - “Ты знаешь, как трудно было отказаться от своего тела? Ты пошла и восстановила его с помощью нескольких ложек супа! Я убью тебя!”

Глава 16 - Пригоршня лунного света

Культивирование Цю Конгсюэ было подавлено печатью на горе Девяти Котлов, и ее сила в настоящее время была примерно равна силе Бейли Цинмяо.

Бейли Цинмяо оттолкнула руку Цю Конгсюэ и выкатилась из-под нее, оказавшись вне ее досягаемости.

Казалось, она собиралась что-то сказать, но вдруг ее лицо вспыхнуло, и она убежала. Через мгновение она вернулась с черной мантией в руках, которую набросила на Цю Конгсюэ. Она отвернулась и сказала:

-“Старший… пожалуйста, надень что-нибудь”.

-“А?” , - Цю Конгсюэ посмотрела вниз на свое тело, которое было таким же полным и пышным, как у Шу Яньянь, и не увидела в этом ничего плохого. Она привыкла ходить туда-сюда в виде скелета и давно забыла, каково это - иметь тело из плоти.

Она все еще кипела от злости, но когда Бейли Цинмяо отступила, она немного успокоилась и поняла, что ее самосовершенствование подавляется. Без духовной энергии она перестала набрасываться на своего спасителя и холодно наблюдала, как Бейли Цинмяо покраснела и убежала за одеждой.

Цю Конгсюэ медленно надела халат. Она прищурилась на Бейли Цинмяо и вдруг спросила:

-“Ты Бейли Цинмяо?”

-“Да ” ,- Бейли Цинмяо полностью развернулась только после того, как увидела, что Цю Конгсюэ одета должным образом - “Старший слышала, как я бормотала себе под нос, пока ты была без сознания?”

Она этого не слышала, но этот отрывок, похожий на отрывок из текста или на то, что кто-то читал ей историю на ухо, сказал ей, что эту девушку зовут Бейли Цинмяо.

Кстати говоря, это имя Бейли Цинмяо показалось мне каким-то знакомым.

Цю Конгсюэ не была похожа на Шу Яньяня, постоянно полного злых идей и действующего за спиной людей. Мастер Алтаря Цю никогда не использовала свой рот, если могла использовать кулаки. Ну, рты были задействованы, но это были рты ее голодных призраков.

Несмотря на то, что она подстерегала, чтобы убить Вэнь Женьхэ, Шу Яньянь была преданным Защитником Секты, помогая Вэнь Женьхэ разобраться с делами секты, строго контролируя более мелкие секты, подчиняющиеся секте Сюаньюань, не забывая при этом выбрать из них нескольких симпатичных мужчин, чтобы забрать их с собой домой. Она делала все возможное, чтобы завоевать доверие Вэнь Женьхэ, в то же время желая только побаловать себя и украсть жизненную силу практикующего Махаяну.

Жаль, что Вэнь Женьхэ был слеп и действительно относился к красивым женщинам как к грязи. Каждый раз, когда Шу Яньянь проявляла намек на соблазнительную силу, с ней тщательно разбирались, и поэтому через несколько десятилетий она во многом успокоилась.

С другой стороны, Цю Конгсюэ также хотела свергнуть Вэнь Женьхэ, но никогда не скрывала своей враждебности и договорилась о дуэли с ним каждые десять лет. В настоящее время Вэнь Женьхэ уже пять раз переломал ей все кости в теле.

Шу Яньянь часто говорила, что мозг Цю Конгсюэ был съеден голодным призраком, и это было в значительной степени правдой. Тысячелетний призрак жил в ее черепе и служил ее скрытым тузом, который она нелегко достала.

Бейли Цинмяо… Цю Конгсюэ долго думала и, наконец, вспомнила, что Шу Яньянь упоминала о ней одиннадцать лет назад. Она была талантливой ученицей, к которой благоволил Вэнь Женьхэ, той, которую он хотел украсть из секты Шанцин и заставить практиковать Путь Безразличия.

-“Ты ученик Основного формирования секты Шанцин?” , - спросила Цю Конгсюэ.

-“Так и есть. Мы встречались раньше, старший?”

Формирование ядра в восемнадцать лет, безусловно, было беспрецедентным, но Бейли Цинмяо сейчас было двадцать девять, и она все еще находилась на стадии формирования ядра, так что это было немного менее особенным.

-“Вытяни руку”, - приказала Цю Конгсюэ. Обычно она командовала ордами призраков и привыкла командовать другими. К счастью, Бейли Цинмяо была послушной и уважала ее как практикующую Махаяну, поэтому без колебаний протянула руку.

Цю Конгсюэ прощупала меридианы Бейли Цинмяо, и ее глаза расширились. “Девятый уровень Формирования Ядра?”

Первый уровень и последний уровень Формирования Ядра были совершенно разными. Девятый уровень Формирования Ядра поставил Бейли Цинмяо на порог Зарождающейся Души, ей нужно было только руководство и пройти испытание внутренним демоном.

Зарождающаяся Душа в возрасте до тридцати лет, безусловно, была исключительным талантом. Даже бессердечная Цю Конгсюэ испытывала к ней некоторую признательность.

Неудивительно, что Повелитель Демонов хотел взять ее в ученики. Если бы Бейли Цинмяо совершенствовалась в течение ста лет, была бы вероятность, что она смогла бы превзойти Вэнь Женьхэ.

-“Если я не могу победить Вэнь Женьхэ, может быть, я смогу украсть его ученика?” ,- Цю Конгсюэ внимательно оглядела Бейли Цинмяо с головы до ног.

Бейли Цинмяо была напугана и обеспокоена тем, что у этого старшего было отклонение ци. Ничто из ее поведения после пробуждения не имело смысла. Она осторожно потянула Цю Конгсюэ за мантию и сказала:

-“Старший, я уже слишком долго была вдали от секты. Теперь, когда ты исцелен, почему бы нам не расстаться здесь?”

Она ни словом не упомянула о долге другого перед ней. Бейли Цинмяо было достаточно просто спасти жизнь.

-“Держись!” ,- Цю Конгсюэ схватила Бейли Цинмяо за воротник - “Мы направляемся вниз вместе”.

Цю Конгсюэ было больше тысячи лет, но она все еще выглядела как молодая женщина, с гладкой бледной кожей и иссиня-черными волосами, тонкими бровями и элегантными глазами. Они были нежными, но бессердечными, что делало ее холодной, отстраненной красавицей.

Только то, что она вела себя слишком непринужденно, приподнимая мантию и несколько раз раздвигая ноги, когда спускалась с горы, ведя себя так, словно все еще была скелетом.

Бейли Цинмяо несколько раз хотелось сделать массаж лица, но она не хотела давить на Цю Конгсюэ, поэтому сумела смириться с этим.

У подножия горы она наконец заговорила.

-“Старший, у меня есть мантия. Он не самого лучшего качества, но… но это может, по крайней мере, прикрыть тебя.”

Она достала светло-зеленое платье, которое Вэнь Женьхэ ранее подарил ей. Сначала она была полна решимости отказаться, но Вэнь Женьхэ не оставил ей другого выбора.

Цю Конгсюэ надела его. Платье ей очень шло. С ее высоким ростом и тонкой талией она казалась тонкой ивой. Бейли Цинмяо мгновение смотрела на нее, затем достала обычную нефритовую шпильку, которую она купила, и помогла заколоть волосы Цю Конгсюэ.

-“Старшая такая красивая”, - сказала она с легким вздохом.

-“Какой в этом смысл?” ,- теперь, когда Цю Конгсюэ спустилась с горы, ее сила больше не подавлялась. Она исследовала свое состояние и была так раздражена, что чуть не закатила глаза, глядя на Бейли Цинмяо.

Ее царство действительно было восстановлено, и ее силы выросли, но призрачная ци, на развитие которой она потратила столько усилий, исчезла, и вместо нее ее тело наполнилось бессмертной ци. Она стала блуждающим бессмертным.

Цю Конгсюэ попыталась вызвать нескольких ближайших духов, но ни один из них не пришел.

Она сжала кулаки. Как она должна была использовать это тело, чтобы соперничать за лидерство в секте Сюаньюань с Вэнь Женьхэ? Как она должна была удержать Шу Яньянь на своем месте?

К счастью, Мастер Алтаря Цю была решительным человеком. Она могла предложить свое тело голодным призракам, чтобы совершенствоваться на Пути Асуры, так что теперь она могла переключиться на совершенствование как бессмертная!

Бейли Цинмяо почувствовала себя намного спокойнее после того, как позаботилась о Цю Конгсюэ и попрощалась с ней, чтобы она могла вернуться в свою секту, только для того, чтобы Цю Конгсюэ схватила ее за волосы.

-“Ай-ай-ай!” ,- Бейли Цинмяо схватила ее за волосы и легкомысленно спросила:

-“Старшая, вам что-нибудь ещё нужно?”

-“Я помню, что у вашей праведной... э-э... вашей Секты Шанцин есть правило, согласно которому вы можете принять странствующего бессмертного в качестве гостя, пока они остаются и помогают секте Шанцин. В зависимости от того, какой вклад они вносят, они могут изучать техники, переданные от других странствующих бессмертных в библиотеке секты.”

Блуждающие бессмертные были исключительными существами в мире культивирования. Они были более могущественны, чем культиваторы Махаяны, и самые сильные из них могли сразиться лицом к лицу с бессмертными из верхнего царства. Любая секта очень приветствовала бы неаффилированного блуждающего бессмертного. Основные техники секты, очевидно, не могли быть переданы посторонним, но не было ничего плохого в том, чтобы позволить им изучить некоторые другие техники, оставленные предшественниками. Блуждающий бессмертный также должен был бы оставить после себя свои собственные знания, поэтому секта Шанцин за эти годы собрала много секретных техник. Это было то, чего добивалась Цю Конгсюэ.

Секта Шанцин понесла тяжелые потери в Великой войне Сект и нуждалась в поддержке могущественных экспертов. Тело Цю Конгсюэ было полно бессмертной эссенции после поедания Мясного Гриба, и никто не мог сказать, что она была демоническим культиватором, поэтому она была уверена, что ее примут в секту Шанцин. Она решила стать уважаемым старейшиной праведной секты и, получив влияние в секте Шанцин, пробиться обратно в секту Сюаньюань и продолжать бросать вызов Вэнь Женьхэ.

-“А?” ,- ошеломленно переспросила Бейли Цинмяо. Почему этот старший хотела последовать за ней обратно в ее секту именно сейчас?

-“Поехали. Я отведу тебя обратно в секту Шанцин” ,- Цю Конгсюэ была решительной женщиной, и ее действия всегда следовали ее словам. Поскольку Бейли Цинмяо летела слишком медленно, она подняла ее и полетела в сторону секты Шанцин в полосе света.

К тому времени, как они прибыли, Вэнь Женьхэ закончил очищать тело Инь Ханьцзяна от яростной ци. Инь Ханьцзян медленно открыл глаза и сразу же увидел Вэнь Женьхэ.

-“Господин!” ,- Инь Ханьцзян мгновенно поднялся, чтобы встать, но был удержан Вэнь Женьхэ и сел обратно.

-“Твое тело было сильно повреждено яростной ци Пылающего Небесного Барабана”, - беспечно сказал Вэнь Женьхэ-“Этот Почтенный уже очистил его, и здесь есть несколько лекарственных эликсиров, которые ты можешь принять самостоятельно”.

-“Большое спасибо Достопочтенному!” - Инь Ханьцзян принял лекарство. Обратив свои чувства к своему даньтяну, он обнаружил, что энергия Пылающего Небесного Барабана полностью исчезла, а его раны легко заживают.

После циркуляции ци по его телу тридцать шесть раз, он полностью оправился от своих ран. Единственная проблема заключалась в том, что он потерял некоторую духовную сущность, но он мог постепенно культивировать ее обратно. После исцеления он отправился на поиски Вэнь Женьхэ и нашел его стоящим у входа в пещеру, наблюдающим за водопадом снаружи.

-“Сейчас проснулся?” - сказал Вэнь Женьхэ.

-“Этот подчиненный бесполезен”, - сказал Инь Ханьцзян, опускаясь на колени. Он не смог помочь Преподобному с его травмами и заставил Преподобного помочь ему. Он был слишком некомпетентен.

Вэнь Женьхэ ничего не сказал. Он вылетел из пещеры, а Инь Ханьцзян последовал за ним по пятам.

Вэнь Женьхэ был занят лечением своих травм и травм Инь Ханьцзяна последние несколько дней и не заметил, где они были. Он только почувствовал защиту, которую сам же и поставил, и знал, что это безопасно. Выйдя из пещеры, он огляделся и увидел, что это действительно были горы позади небольшой секты, которую он когда-то возглавлял, где вырос Инь Ханьцзян.

-“Это было место, где ты упражнялся с мечом”, - сказал Вэнь Женьхэ, глядя на водопад.

-“Достопочтенный все еще помнит?”, - сказал Инь Ханьцзян.

Сегодня вечером было полнолуние, и они оба купались в нежном лунном свете. Лицо Инь Ханьцзяна, казалось, было окутано серебряным сиянием.

Вэнь Женьхэ отвел от него взгляд и сказал:

-“Этот Достопочтенный помнит. После того, как мы заполучили секту Сюаньюань, я отдал это место тебе. Ты уже дал этому месту название?”

-“Да” ,- Инь Ханьцзян подошел к бассейну перед водопадом и зачерпнул пригоршню воды - “Этот подчиненный назвал эту область Бассейном для ловли Луны”.

- “Ловить рыбу на Луне?”

Брови Инь Ханьцзяна разгладились, как будто он вспомнил о счастливом воспоминании. Со слабой улыбкой он сказал:

-“Этот подчиненный раньше упражнялся здесь с мечом, пока я не был слишком измучен, чтобы двигаться, и лежал рядом с водопадом, глядя в небо. Иногда луна была изогнутой, а иногда круглой и отражалась в пруду. Тогда я думал, что ты можешь ловить лунный свет, и ловил рыбу в воде снова и снова ”.

В его словах было легкое веселье. Он протянул свою пригоршню воды Вэнь Женьхэ.

-“В конце концов, когда мои руки успокоились, я смог зачерпнуть лунный свет”.

Вэнь Женьхэ посмотрел вниз и увидел отражение луны в пригоршне воды, которую Инь Ханьцзян поднял своей духовной энергией. Он держал в руках крошечное изображение луны.

Это была любимая игра Инь Ханьцзяна в его коротком, одиноком детстве.

Вэнь Женьхэ пристально смотрел на Пруд для Ловли Луны, и ему казалось, что он видит маленького ребенка, который снова и снова набирает пригоршни воды под полной луной, пытаясь поймать вечно ускользающий лунный свет.

Он протянул руку и удержал воду вместе, используя свою духовную энергию. Он достал из рукава глазурованную стеклянную вазу и налил в нее воды.

-“Этот Почтенный принимает твой лунный свет”.

Инь Ханьцзян ошеломленно смотрел, как Вэнь Женьхэ использует сокровище, вмещающее целую реку, чтобы сохранить свою маленькую пригоршню воды, а затем спрятал ее обратно в рукав. Ночной ветер обдувал лицо Инь Ханьцзяна легкой прохладой, и только тогда он понял, что его лицо горит, и даже уши стали ярко-красными.

-“Почтенный, это ничего не значило”, - пробормотал Инь Ханьцзян, склонив голову.

Вэнь Женьхэ сцепил руки за спиной.

-“Этот Почтенный не может вспомнить много старых вещей. Я просто помню, что в детстве я рос в пограничном городе, где мой отец и старший брат круглый год служили в гарнизоне, оставив нас с матерью. Она лично учила меня сражаться алебардой, но я жаловался, что алебарда не так элегантна и красива, как меч. Моя мать говорила мне, что длина придает силу и защиту. Оружие на поле боя неразборчиво, и она хотела, чтобы у меня было больше шансов выжить, поэтому научила меня обращаться с алебардой.

До своего шестнадцатилетия я каждое утро просыпался на рассвете и изучал боевые искусства и литературу, чтобы пойти по стопам отца и брата и стать ученым генералом, который мог бы защитить город, в котором я жил. Но я не знал, как быть ребенком, как играть и получать удовольствие. После того, как я взял тебя к себе, я думал только о том, чтобы научить тебя совершенствоваться, а не развлекаться”.

Инь Ханьцзян открыл рот, но не знал, что сказать. Он только смотрел широко раскрытыми глазами на эту совершенно неизвестную версию своего Преподобного и запечатлел это зрелище в памяти.

-“Думая об этом сейчас, у этого Почтенного никогда не было никаких детских порывов. Эта пригоршня лунного света - детство, которое Защитник Инь подарил этому Почтенному ” ,- Вэнь Женьхэ слабо улыбнулся - “Поскольку ты дал этому Почтенному нечто столь ценное, я должен дать тебе какую-нибудь награду. Тебе что-нибудь нужно?”

-“Нет...”

Инь Ханьцзян хотел сказать, что в этом нет необходимости, но, увидев легкую улыбку Вэнь Женьхэ, он почувствовал, что испортит это редкое хорошее настроение, в котором пребывал его Преподобие, если откажется.

-“У этого подчиненного действительно есть желание”, - тихо сказал он-  “Этот подчиненный всегда хотел вернуться и посетить пограничный город, где он вырос”.

-“В этом нет ничего особенного”, - сказал Вэнь Женьхэ-  “Раз уж ты хочешь уйти, почему бы тебе не взять этого Почтенного на свой меч? Тогда мне не придется ждать тебя там”.

Инь Ханьцзян позвал со звоном. Увидев узоры, появившиеся на лезвии, он почувствовал некоторое беспокойство и хотел спросить, но по настоянию Вэнь Женьхэ просто сел на меч и улетел с Вэнь Женьхэ, пока они не достигли маленького пограничного городка.

К тому времени, как они прибыли, солнце уже взошло. Эти двое скрылись из виду и приземлились в пределах города.

-“Что это такое?” ,- потрясено сказал Инь Ханьцзян.

Малонаселенный город, который он помнил, превратился в крепость с крепкими, как сталь, стенами и оживленным рынком внутри. Горожане выглядели зажиточными и счастливыми, а торговцы с энтузиазмом продавали свои товары со своих прилавков.

-“Великая война Сект позволила миру смертных омолодиться на десять лет”, - сказал Вэнь Женьхэ - “При изобилии духовной энергии было мало катастроф. Поскольку равнины не страдали от штормов или морозов, кочевники жили хорошо, и им не нужно было каждую зиму грабить приграничные города в поисках зерна. Духовные жилы укрепляют лей-линии, так что в столице рождаются более способные чиновники. Они открыли торговлю, и торговля принесла процветание здешним жителям. Десять лет - более чем достаточный срок для того, чтобы маленький городок превратился в крепость”.

Инь Ханьцзян подошел к мемориальным святыням и нашел храм, посвященный генералу. Он купил благовония, чтобы предложить их генералу, и низко поклонился ему.

Вэнь Женьхэ не знал, что сказать. После того, как Инь Ханьцзян ушел, он спросил:

-“Это то, чего ты хотел? Этот Почтенный прямо здесь. Почему ты отдаешь дань уважения моей старой смертной личности?”

Глядя на статую, которую люди вырезали для Вэнь Женьхэ, Инь Ханьцзян торжественно сказал:

-“Это не одно и то же”.

Глава 17 - Пограничный город

За прошедшие десятилетия храм уже пришел бы в упадок, если бы не ремонт, проведенный правительством, и мало кто все еще делал подношения.

Вэнь Женьхэ увидел, как фамильярно Инь Ханьцзян все делает, и почувствовал некоторое подозрение. Когда Инь Ханьцзян вернулся к нему, поднеся благовония и омыв статую, он спросил:

-“Ты часто приходишь?”

Основание ушей Инь Ханьцзяна слегка покраснело, но его лицо не изменилось.

-“Если не в уединении, я прихожу раз в год”, - сказал он.

Хотя это был первый раз, когда он пришел с Вэнь Женьхэ.

-“Этот Почтенный не культивирует заслуги и не поддерживает себя подношениями благовоний. Я рядом с тобой, так зачем тебе нужно кланяться моей статуе?” ,- озадаченно сказал Вэнь Женьхэ.

Инь Ханьцзян следил за ним с детства, и Вэнь Женьхэ полагал, что он его понимает. Только когда он открыл "Оскорбительный роман", он обнаружил, что видит только ту сторону Инь Ханьцзяна, которую мужчина соизволил показать. С тех пор он более внимательно наблюдал за Инь Ханьцзяном и обнаружил много вещей, которых никогда раньше не замечал.

Например, этому храму было более восьмидесяти лет, но статуя все еще была как новенькая. Должно быть, это было, по крайней мере частично, делом рук Инь Ханьцзяна. Он приезжал сюда каждый год, но Вэнь Женьхэ никогда этого не замечал.

Инь Ханьцзян уже собирался ответить, когда к ним подошел человек, одетый как правительственный чиновник. На вид ему было лет пятьдесят-шестьдесят, и он вышел вперед, чтобы завязать разговор, увидев Инь Ханьцзяна.

-“Этого молодого героя зовут Инь?”

Инь Ханьцзян не относился к этому старому чиновнику холодно, как ко всем остальным. Он почтительно сложил руки рупором и ответил:

-“Да”.

Чиновник, казалось, вспомнил, когда посмотрел на лицо Инь Ханьцзяна. Он вздохнул.

-“Я пришел в управление мемориальными святынями, когда мне было шестнадцать. Прошло уже более сорока лет, и с каждым годом все меньше и меньше людей приходят отдать дань уважения. Только семья Инь, от твоего дедушки до тебя сегодняшнего, навещала нас каждый год перед зимой. И все же твой отец не появлялся последние одиннадцать лет, так что я подумал, что твоя семья тоже забыла.”

-“Мой отец последние несколько лет не мог ходить и все время жаловался, что не может ходить. В этом году я отправился в путешествие, и мой отец умолял меня непременно приехать сюда. Он сказал мне, что мой прадед был спасен генералом Вэнь восемьдесят лет назад, и будущие поколения семьи Инь не должны забывать об этом долге. Когда я состарюсь, мои сын и внук тоже должны приехать сюда”.

Инь Ханьцзян редко говорил так много и никогда не умел хорошо выражать свои мысли. Вэнь Женьхэ увидел, как хорошо он сыграл своего собственного отца, деда и прадеда перед этим чиновником и, вероятно, будет играть своего собственного сына и внука в будущем, и в нем поднялось незнакомое чувство.

Эти одиннадцать лет были вызваны не столько тем, что у его отца отказали ноги, сколько тем, что он был вовлечен в Великую войну Сект и не смог приехать.

-“Мой отец такой же”, - сказал старый чиновник. Он протер влажной тряпкой каменную стелу, стоявшую перед входом в святилище, так, чтобы каждое имя четко выделялось.

-“Он всегда говорил мне, что в той войне восемьдесят лет назад, если бы не генерал Вэнь, этот город уже был бы захвачен врагом”.

Пробегая салфеткой по именам, он уставился на одно, на котором было написано Чжан Эргоу, и с гордостью сказал:

-“Это мой дедушка, который погиб в бою после рождения моего отца. Мой отец сказал, что мир, которым сейчас наслаждается этот город, был завоеван кровью моего деда и бесчисленного множества других солдат, и они заслуживают самых высоких почестей ”.

Пронесся холодный ветер, и старый чиновник поплотнее закутался в свою одежду. Он со смешком сказал Инь Ханьцзяну:

-“Вы, молодые люди, может быть, и не возражаете против холода, но если вы не наденете больше слоев одежды, когда наступит зима, вы почувствуете это, когда станете старше ”.

Он взял свою мочалку и ведро и медленно пошел прочь от святилища.

После того, как он ушел, Инь Ханьцзян повернулся к Вэнь Женьхэ и повторил свои предыдущие слова.

-“Это не одно и то же”.

На этот раз Вэнь Женьхэ все понял.

Вэнь Женьхэ, правитель демонических сект, не был таким же, как генерал Вэнь Женьхэ, живший в маленьком пограничном городке, точно так же, как Инь Ханьцзян, Левый Защитник секты Сюаньюань, не был таким же, как Молодой Герой Инь, который посещал святыни каждый год.

Вэнь Женьхэ подошел к мемориальной стеле и с мягкой улыбкой провел кончиками пальцев по именам.

-“Я действительно могу сопоставить каждое имя с лицом”.

Не “этот Почтенный”, а просто “я”[1]. В данный момент он был не Повелителем Демонов, а генералом Вэнь.

1. Я иногда редактирую его диалоги, чтобы они лучше звучали по-английски, но на самом деле он все время говорит "я". Просто для ясности.

Все люди, названные на стеле, вероятно, уже вошли в цикл реинкарнации, может быть, даже несколько раз. Но в этом маленьком городке они продолжали жить в сердцах многих людей.

Вместе эти имена можно было бы назвать “хранителями”.

Ветры на границе были сильными и пронзали вашу одежду, как ножи зимой. Когда он набрал силу, пешеходы на дороге поспешили в тёплых своих домов, а уличные торговцы упаковали свои товары. Вскоре на улицах остались только Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян.

Пронизывающий холодный ветер отбросил прядь волос Инь Ханьцзяна ему на лицо. Обычно волосы Инь Ханьцзяна были аккуратно собраны в пучок, так что ни одна прядь не оставалась свободной, так что, несмотря на то, что он выглядел моложаво, от него исходила гораздо более старая аура. С распущенной прядью волос, свисающей на лицо и развеваемой ветром, Вэнь Женьхэ почувствовал, что Инь Ханьцзян обрел частичку юношеской невинности.

По правде говоря, Инь Ханьцзян всегда был таким, и это было только потому, что Вэнь Женьхэ никогда по-настоящему не смотрела на него, и поэтому никогда не замечала все эти годы.

Вэнь Женьхэ слегка улыбнулся. Он достал из рукава книгу Оскорбительных романов и сказал:

-“Я должен быть благодарен за эту книгу. Если бы не это, этот Почтенный человек упустил бы из виду одного Инь Ханьцзяна ”.

Взгляд Инь Ханьцзяна снова упал на это знакомое название книги, которую его Господин так непостижимым образом держал при себе.

Может быть, это было потому, что сегодня он показал Господину другую сторону себя, или, может быть, это было потому, что сегодня Господин казался другим, чем обычно, но Инь Ханьцзян решил видеть в нем прямо сейчас генерала Вэня, а не мастера демонических сект, поэтому смело задал вопрос.

-“Какие же тайны таит в себе эта книга?”

Он вспомнил, что именно после получения этой книги Господин покинул секту Сюаньюань и сосредоточил свое внимание, в частности, на праведной ученице Бейли Цинмяо, заботясь о ней различными способами.

Достопочтенный относился к Бейли Цинмяо только как к младшему по званию, поэтому Инь Ханьцзян также бессознательно начал уделять более пристальное внимание этой одурманенной молодой женщине и даже расстраивался из-за ее различных недостатков. Господин так высоко ценил ее способности и сказал, что у них кармические отношения, что даже хотел взять ее в ученики. И все же Бейли Цинмяо просто думала о том, чтобы жить долго и счастливо с Хэ Вэньчжао, в то время как с таким человеком, каким был Хэ Вэньчжао…

Несмотря на то, что у Инь Ханьцзяна редко было мнение о людях, кроме Вэнь Женьхэ, он все равно не мог не признать, что Хэ Вэньчжао ее не заслуживал.

Бейли Цинмяо была, по крайней мере, чистосердечным и добрым учеником праведных сект, но Хэ Вэньчжао действительно оставлял неприятный привкус во рту.

Если бы Инь Ханьцзян отдал свое сердце одному человеку, у него никогда не было бы соображений по отношению к другому. Как он мог смотреть, как Хэ Вэньчжао заявляет о своей любви к Бейли Цинмяо, в то же время спя с Шу Яньянь?

-“Эта книга рассказывает историю романа”, - резюмировал Вэнь Женьхэ, затем передумал и сказал:

-“Эта книга заставила этого Почтенного человека взглянуть на Защитника Инь в новом свете”.

Инь Ханьцзян снова остолбенел.

-“Ветер усиливается” ,- Вэнь Женьхэ отложил книгу.

-“Какие еще секреты хранит Защитник Инь в этом маленьком городке? С таким же успехом ты мог бы рассказать этому Почтенному все сразу, теперь, когда у нас есть такая возможность.”

-“Этот подчиненный… также часто ходит в рестораны, чтобы послушать пьесы и истории”, - сказал Инь Ханьцзян - “Актеры и рассказчики внесли чрезмерные изменения в истории, но их все равно неплохо слушать”.

-“Тогда почему бы тебе не отвести этого Достопочтенного к одному из них?”- сказал Вэнь Женьхэ.

Инь Ханьцзян послушно повел Вэнь Женьхэ в ресторан. После того, как поднялся ветер, на улице осталось не так много людей, но внутри ресторана было многолюдно. Первый этаж был уже заполнен, поэтому Инь Ханьцзян попросил дорогой номер на втором этаже.

В чайном домике у подножия горы секты Шанцин подают высококачественные чаи с духовной энергией, предлагают нежную выпечку и поэтические чтения. В пограничном городке царила совершенно иная атмосфера. Едва они заняли свои места, как официант принес булькающий кофейник, большое блюдо с нарезанной говядиной, блюдо с бараниной, кувшин вина и две чашки чая с овечьим молоком.

Здешние чашки были совсем не похожи на изящные чайные чашки в провинции Хэнань и были шире, чем их чаши. Не говоря ни слова, официант начал наливать в две большие чаши вино для обоих.

Инь Ханьцзян, казалось, был немного смущен отсутствием сдержанности и уже собирался попросить официанта сменить тарелки на тарелки поменьше, когда услышал, как Вэнь Женьхэ сказал:

-“Тарелки не нужны. Разве вино не предназначено для того, чтобы его пили прямо из кувшина?”

Официант сказал, хлопнув в ладоши:

-“Я думал, вы знаете свое дело! Я немедленно схожу за банкой.”

Вэнь Женьхэ поднял банку одной рукой и сделал глоток. Струйка вина сбежала из уголка его рта и исчезла, прежде чем успела стечь вниз, испарившись от температуры его кожи. Инь Ханьцзян никогда не видел, чтобы его серьезный мастер действовал так безудержно, и с трудом сглотнул. Он почувствовал, что вино в кувшине пахнет богаче, чем раньше, и поднял его, чтобы сделать глоток. От укола у него заслезились глаза, и он посмотрел на Вэнь Женьхэ так, словно это была его вина.

Вэнь Женьхэ разразился громким смехом.

-“Ха-ха-ха! Так что Защитнику Инь действительно нельзя употреблять алкоголь. Я не могу поверить, что глоток вина может так сильно обжечь культиватора Границы Пустоты.”

-“У достопочтенного слишком хорошая переносимость алкоголя”, - ответил Инь Ханьцзян.

Вэнь Женьхэ покачал головой.

-“В первый раз, когда я выпил, я сделал большой глоток, как мой отец и братья, и чуть не покончил с собой. Я не понимал, почему белое вино[2] было таким насыщенным, и позже моя мать сказала мне, что если солдат был ранен на поле боя, крепкий алкоголь может спасти ему жизнь ”.

2. Байцзю, китайский ликер с высоким содержанием алкоголя.

Вплоть до уничтожения клана Вэнь, Вэнь Женьхэ так и не научился пить. Это было сто лет назад, когда он сражался бок о бок с солдатами, защищавшими границу, и научился пить вино и есть мясо, как и все остальные. Тогда у него все еще было тело из плоти, и, несмотря на то, что он практиковал инедию, у него не было проблем с тем, чтобы время от времени есть смертную пищу.

Прямо сейчас, с другой стороны…

Вэнь Женьхэ посмотрел на кипящий котел и приготовил кусок мяса ягненка для Инь Ханьцзяна. Он не взял ни кусочка для себя, а только пил и смотрел представления. Инь Ханьцзян просто подумал, что Вэнь Женьхэ не любит мясо, поэтому подражал ему в питье вина. Как только он привык к крепости алкоголя, ему, как культиватору Границ Пустоты, естественно, не нужно было беспокоиться об опьянении.

В центре зала сидел рассказчик, с сильным акцентом рассказывающий историю смелой женщины из маленького городка, пытающейся заполучить мужа. У этой женщины была прямолинейная позиция, она была свободна в своих эмоциях и никогда не ходила вокруг да около, и зрители громко одобряли ее.

Слушая, Вэнь Женьхэ кивнул.

-“Вот как должна идти любовь. Если бы этот Достопочтенный стал жертвой любовного несчастья, а другая сторона ответила взаимностью, я бы навсегда оставил этого человека рядом со мной. Если бы у них не было никакого интереса, тогда я бы их отпустил. Какое достоинство есть в том, чтобы цепляться за кого-то?”

Он шлепнул "Оскорбительный роман" на столешницу. Будь то Бейли Цинмяо или Вэнь Женьхэ, ни один из них не выбрал правильный путь в этой истории.

Инь Ханьцзян увидел брызги винной земли на обложке книги. Вэнь Женьхэ, похоже, вообще не очень дорожил этой книгой. Под влиянием вина Инь Ханьцзян проявил нескрываемое любопытство.

-“Это роман Байли Цинмяо и роман Хэ Вэньчжао. В нем рассказывается о том, как Бейли Цинмяо поднялась до непревзойденных высот только для того, чтобы позволить Хэ Вэньчжао низвергнуть себя. Тебе не кажется, что это смешно?”

Вэнь Женьхэ почувствовал, что может объяснить Инь Ханьцзяну часть содержания книги, чтобы у него не было такого вида, будто он давится словами. Он действительно беспокоился, что этот ребенок когда-нибудь задохнется. Хотя последние части со смертью Вэнь Женьхэ и безумием Инь Ханьцзяна можно было бы опустить.

-“Когда этот Достопочтенный получил эту книгу, я просто подумал, что это история, но, прочитав более внимательно, я обнаружил, что она раскрывает устройство небес. В этой книге описываются события Великой войны Сект. Это было то, что позволило этому Почтенному предвидеть планы праведных сект ”.

На лице Инь Ханьцзяна отразилось удивление, но он воздержался от своих вопросов, спокойно слушая Вэнь Женьхэ.

Вэнь Женьхэ кратко описал отношения Бейли Цинмяо и Хэ Вэньчжао в книге, опустив то, как он также влюбился в Бейли Цинмяо и умер. Вместо этого он дал объяснение:

-“Этот Достопочтенный тоже был в книге и из-за долга перед изначальной богиней много раз оказывал помощь Бейли Цинмяо. Вот почему я хочу взять ее в ученики, чтобы привести ее к практике Пути Безразличия и освободить ее от влияния Хэ Вэньчжао ”.

-“Теперь я понимаю” ,- сомнения в сердце Инь Ханьцзяна постепенно рассеялись и сменились похвалой. Достопочтенный действительно был дальновиден и мог даже использовать сюжет любовного романа, используя Великую Войну Сект как возможность бросить вызов небесным порядкам.

-“Этот Достопочтенный также узнал о местонахождении Снежного Пламени из этой книги”, - сказал Вэнь Женьхэ- “Кроме того, в книге упоминалось, что у тебя была судьбоносная возможность на Скалах Золотого Берега, Разбитый Горный метеорит, который идеально подходит для переработки в твой меч”.

Разбитый Горный метеорит действительно был судьбой Вэнь Женьхэ, но он поменял его местами, чтобы Инь Ханьцзян не был тронут благодарностью и обещанием снова жить и умереть за него. Вэнь Женьхэ не очень нравилось видеть его таким.

Вэнь Женьхэ извлек немалую выгоду из пограничного конфликта, когда он подобрал Инь Ханьцзяна, так что не было никакой необходимости, чтобы этот человек вел себя так обязанным ему.

-“Нам удобно, что и праведные, и демонические секты в настоящее время восстанавливаются после войны. Секта Сюаньюань сейчас должна быть в порядке, так что этот Почтенный будет сопровождать тебя в поездке к скалам Золотого Берега ”, - небрежно сказал Вэнь Женьхэ.

Секта Сюаньюань... Все должно быть в порядке? Инь Ханьцзян нахмурил брови.

-“Достопочтенный, секта Сюаньюань сейчас похожа на стаю драконов без головы. Этот подчиненный боится, что, если Достопочтенный будет отсутствовать слишком долго, Верный Защитник и Мастера Алтаря изменят свою лояльность ”.

-“Не имеет значения” ,- Вэнь Женьхэ сделал большой глоток вина - “Я могу убить их всех и сэкономить себе немного усилий. Прямо сейчас праведные секты не могут сражаться с нами, поэтому, оставляя в живых так много высокоуровневых демонических культиваторов, мы не делаем ничего, кроме как навлекаем на себя неприятности ”.

-“Хорошая мысль, почтенный”, - почтительно сказал Инь Ханьцзян.

Вэнь Женьхэ поднял палец и постучал его по лбу.

-“Этот Достопочтенный не всезнающий и не всемогущий”, - сказал он раздраженным тоном - “Бывают моменты, когда я тоже что-то неправильно понимаю. Если ты будешь слепо следовать за мной во всем, мне будет трудно признавать свои ошибки. Тебе также нужно время от времени использовать свой мозг и помогать этому Почтенному думать ”.

-“Этот подчиненный понимает” - Инь Ханьцзян потер лоб и слегка улыбнулся.

Эта поездка на границу, казалось, сблизила их обоих. Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян больше не оставались в своих жестких ролях хозяина и подчиненного и обрели более глубокую связь. Они вдвоем прикончили десять кувшинов вина, и даже владелец магазина был так удивлен, что лично пришел спросить имена этих двоих, чтобы их запомнили как бессмертных в ресторане.

Вэнь Женьхэ отказался назвать свое имя и вместе с Инь Ханьцзяном покинул мир смертных. Он не притронулся ни к одному кусочку из дымящейся кастрюли на столе, в то время как Инь Ханьцзян съел совсем немного.

После того, как они покинули город незадолго до наступления комендантского часа, Вэнь Женьхэ сказал:

-“Защитник Инь, почему бы тебе снова не взять этого Достопочтенного на свой меч, пока мы не доберемся до скал Золотого берега? В любом случае, у меча демона осталось не так уж много дней. После того, как мы получим Разбитый Горный Метеорит, мы вместе с ним усовершенствуем меч”.

Меч Чиминг прозвенел несколько раз, словно

возражая против слов Вэнь Женьхэ.

Инь Ханьцзян не стал его расспрашивать и взял Вэнь Женьхэ на свой меч, направляясь к Золотому побережью. Скорость полета его меча не могла сравниться со световой вспышкой Вэнь Женьхэ, а Золотой Берег был достаточно далеко, чтобы лететь день и ночь. По оценке Вэнь Женьхэ, даже если бы Бейли Цинмяо уже вернулась в свою секту, у нее было недостаточно времени, чтобы отправиться к скалам и добраться до них.

Скалы Золотого берега находились в дальней восточной части Средней провинции. Пляжи были покрыты мелким золотистым песком, поэтому его называли Золотым берегом. Вдоль побережья тянулся высокий утес, и поскольку утес был выложен золотым камнем, его назвали Утесами Золотого берега.

Инь Ханьцзян приземлился на вершине скалы, не в силах пронести свой меч дальше этой точки. Говорили, что там скрыто царство бессмертных, и любое место со следами бессмертной или божественной силы подавило бы силу культиватора. Чем выше они были на уровне, тем больше на них влияли, в то время как Зарождающаяся Душа или более низкий культиватор были бы неограниченны.

Вэнь Женьхэ был сильнее обычного человека, даже с подавленным самосовершенствованием, и поскольку он практиковал боевые искусства, его движения были более ловкими и мощными, чем у большинства самосовершенствующихся. Инь Ханьцзян тоже был вполне способным, с юности практиковался в обращении с мечом, и они уверенно взбирались на скалу, когда спускались со скалы.

В книге Бейли Цинмяо много раз падала, и ее должен был ловить Вэнь Женьхэ, только для того, чтобы снова упасть, чтобы он снова поймал ее, и так далее. Оглядываясь назад, это было странно — она ни разу не упала, поднимаясь на гору Девяти Котлов и неся Вэнь Женьхэ, но постоянно теряла равновесие, когда добиралась до скал Золотого берега. Было ли это потому, что скалы были разрушены морскими брызгами и оторвались?

Инь Ханьцзян не вызвал никаких проблем подобного рода. Его опора была твердой, и он поднимался достаточно быстро, чтобы не отставать, независимо от того, как быстро продвигался Вэнь Женьхэ.

В книге они потратили месяц на поиски духовного царства, исключительно потому, что Бейли Цинмяо вывихивала лодыжку раз в пару тысяч слов, или вывихивала плечо, или получала всевозможные другие травмы, так что им постоянно приходилось останавливать и лечить ее.

Вэнь Женьхэ тоже не знал точного местоположения духовного царства. Согласно описанию в книге, Бейли Цинмяо была укушена ядовитой летучей мышью и потеряла сознание. Вэнь Женьхэ нес ее на руках и, когда она была при смерти, обнаружила вход в духовное царство. Оглядываясь назад, Бейли Цинмяо обнаружила Снежное Пламя за мгновение до того, как замерзла насмерть, и Гриб из Плоти появился перед ней сам по себе, когда она упала и потеряла сознание.

Подождите, была ли причина появления всех этих легендарных сокровищ в предсмертных переживаниях Бейли Цинмяо?

После трехдневных поисков Вэнь Женьхэ наконец остановился. Неужели духовное царство действительно не появилось бы, если бы там не было Бейли Цинмяо?

Вэнь Женьхэ почувствовала себя немного обеспокоенной.

-“Почтенный?” ,- Инь Ханьцзян увидел, как Вэнь Женьхэ остановился, повиснув на скале в глубокой задумчивости, и поспешил к нему.

-“У этого Достопочтенного, кажется, есть...” ,- прежде чем Вэнь Женьхэ успел закончить, он краем глаза заметил зеленовато-черное пятно, несущееся к Инь Ханьцзяну. Мгновенно, взмахнув рукавом, одна из его рук превратилась в облако багрового тумана, окутавшее летящую фигуру.

Через несколько секунд летучая мышь превратилась в кровь в трюме Вэнь Женьхэ, капля за каплей падая в океан внизу.

-“Почтенный, ваша рука...” ,- Инь Ханьцзян увидел распущенную руку Вэнь Женьхэ, и в его голосе появилась дрожь.

-“Похоже, в конце концов ты все выяснил” - Вэнь Женьхэ слегка улыбнулся, снова укрепив свою руку и взъерошив волосы Инь Ханьцзян.

Глава 18 - Старейшина Цинсюэ

Искусство крови было утрачено из-за того, что так мало людей преуспели в нем, поэтому очень немногие люди в мире культивирования знали о Технике Разделения Крови. Тем не менее, Инь Ханьцзян много лет следил за Вэнь Женьхэ и был там, когда Вэнь Женьхэ получил руководство по искусству крови. Следовательно, у него было некоторое понимание.

Забыв о муках, которые причиняла себе Техника Отсечения Крови, или о том, как трудно было добиться успеха, самым важным фактом было то, что десять тысяч лет назад единственный культиватор крови в мире сошел с ума и стал демоном, нуждаясь в объединенных силах праведных и демонических сект, чтобы убить его.

Это был не демон, как в различии между праведными и демоническими культиваторами в мире культивирования, а внутренний демон.

Если небеса были старшими, то культиватор был младшим. Праведные совершенствующиеся пошли бы вместе с небесами, чтобы выманить из них духовную энергию. Они использовали свои техники, чтобы соединиться с небесами, пытаясь стать единым целым с космосом, чтобы духовная энергия природного мира распознала их и позволила им поглотить себя. Праведные совершенствующиеся старались соблюдать принципы небес и накапливать заслуги, чтобы гармонизировать себя с космосом. Чтобы обмануть небеса, они должны сначала обмануть самих себя. Таким образом, они шли по пути обмана небес.

С другой стороны, демонические культиваторы были похожи на детей, которые били своих старших и пинали своих младших братьев и сестер. Они напрямую крали духовную энергию из космоса, их методы были жадными и быстрыми, известными как путь ограбления небес.

Праведные культиваторы всегда не одобряли демонических культиваторов, но не из-за различий в их идеологии, а потому, что воровство было намного быстрее, чем уговоры. В то время как праведные культиваторы тратили много времени и энергии, чтобы получить крошечную толику духовной энергии из космоса, демонические культиваторы, по сути, украли большую часть семейного наследства.

Если бы праведный и демонический культиватор культивировали в одном и том же духовно богатом месте, демонический культиватор украл бы более 90% духовной энергии, оставив праведному культиватору лишь некоторые остатки.

Это стало причиной конфликта обеих сторон. Одни были обманщиками, а другие ворами, так что ни один из них не мог претендовать на высокое моральное положение. Вся причина, по которой праведные секты сталкивались с проблемами демонических сект, заключалась в том, что они не могли победить их в воровстве.

Однако у методов праведного пути были и свои недостатки. Поскольку они были в гармонии с небесами, их невзгоды были относительно легко преодолены. Небеса отнеслись к ним гораздо проще, отпустив их после того, как бросили в их сторону несколько молний. Что же касается демонического пути, то чем больше они крали, тем тяжелее были испытания, с которыми они сталкивались. Говорили, что царство бессмертных было полно праведных культиваторов, в то время как демонических культиваторов было очень мало, вероятно, все они погибли от небесной молнии.

Однако тип демона, которым стал культиватор крови, имел в виду не различие между школами совершенствования, а различие между богами и демонами, демонами, относящимися к собранию всей негативной энергии в космосе.

Когда культиватор проходил через их скорбь, они могли поглощать ци, которая нисходила из бессмертного царства, полностью преобразуя свою собственную сущность в бессмертную сущность и восходя. Но культиватор крови не смог трансформировать бессмертную сущность. Они могли бы поглощать все виды энергии в мире, духовную ци, бессмертную ци и даже изначальный хаос божественного царства, но все это было бы преобразовано в кровавую ци внутри тела.

Культиватор крови не имел ограничений и мог развивать силу Золотого Бессмертного, все еще находясь в царстве культиватора. Но в то же время они никогда не смогли бы подняться в царство бессмертия и никогда не смогли бы стать бессмертными без бессмертной сущности. Ни одно из высших царств не приветствовало бы культиватора крови, и если бы Вэнь Женьхэ осмелился отправиться туда, все боги и Будды небес объединили бы свои силы, чтобы уничтожить его.

Кроме Кровавого Ада, который был входом в царство демонов, теперь в мире не было места для Вэнь Женьхэ.

Как только он будет развращен, демоническая природа возьмет верх над его человечностью, и он станет монстром, способным только превращать все вокруг себя в кровь и поглощать ее.

Он не ел мяса в ресторане, потому что теперь его тело состояло из кровавого тумана, слившегося с его душой. Алкоголь был жидкостью и мог всасываться в его кровь без каких-либо проблем, но что касается других продуктов, если он не растворит его в крови для всасывания, это оставит его тело неизменным, поскольку он больше не сможет переваривать пищу. Он также не мог хранить Семь Смертоносных Алебард внутри своего тела, так как его даньтянь больше не существовал.

Прямо сейчас тело Вэнь Женьхэ было сделано из затвердевшего кровавого тумана. Он больше не мог использовать световую вспышку, и на самом деле, световая вспышка культиватора крови была самой быстрой в мире культивирования. Но если он воспользуется им, то подставит себя под удар Инь Ханьцзяна.

После того, как он выполнил Технику Разделения Крови, единственным путем, оставшимся Вэнь Женьхэну, было отказаться от своей человечности и стать демоном, а вознесение стало почти невозможным.

-“Почтенный!” ,- Инь Ханьцзян судорожно вцепился в одежду Вэнь Женьхэ, задыхаясь от его слов и не в силах говорить дальше.

Вэнь Женьхэ поднял Инь Ханьцзяна своей уже окрепшей рукой и снова взобрался на вершину утеса. Он обнял Инь Ханьцзяна, похлопал его по спине и тихо сказал:

-“Не горюй обо мне. Этот Достопочтенный все еще жив, не так ли? И теперь, когда я увеличил свою силу, боюсь, что в этом мире не найдется никого, кто мог бы одолеть меня.”

Выбирая между жизнью сейчас и смертью от ран там, в пещере, Вэнь Женьхэ выбрал жизнь.

Он не хотел говорить Инь Ханьцзяну, потому что боялся, что Инь Ханьцзян будет одержим этим, коря себя за то, что был слишком слаб, чтобы спасти своего учителя.

Вэнь Женьхэ не хотел видеть такого рода самообвинения. Это было так бессмысленно.

Инь Ханьцзян хорошо понимал Вэнь Женьхэ. Он вцепился в рукав Вэнь Женьхэ, издавая сдавленные звуки, но в конце концов не заплакал. Взяв себя в руки, он отпустил халат Вэнь Женьхэ.

Он опустился на одно колено и решительно сказал:

-“Это действительно так, как сказал Достопочтенный. Конечная победа - это выживание. Этот подчиненный поклялся следовать за Достопочтенным всю жизнь, так что этот подчиненный может только попросить Достопочтенного взять его с собой в Кровавый Ад ”.

-“Очень хорошо. Это больше похоже на ребенка, которого вырастил этот Достопочтенный” ,- взмахнув рукавом, Вэнь Женьхэ поднял Инь Ханьцзяна на ноги - “Ты можешь следовать за мной, но не становись передо мной на колени. Этот Почтенный не хочет видеть, как ты преклоняешь колени.

-“Хорошо”, - сказал Инь Ханьцзян.

Проблеск боли на его лице уже был скрыт, и намек на юношескую энергию, которую он проявил за последние несколько дней в пограничном городе, тоже исчез. Инь Ханьцзян снова был невыразительным Левым Защитником, преданным своему учителю без каких-либо собственных мыслей.

Его боль не исчезла. Он только заставил себя сдержаться, надев свою привычную маску, чтобы скрыть свои эмоции.

Вэнь Женьхэ увидел, что Инь Ханьцзян успокоился, и предположил, что его успокоили. Если бы он время от времени немного направлял Инь Ханьцзяна, то даже если бы в конце концов он умер, как сказано в книге, Инь Ханьцзян, надеюсь, не сошел бы с ума.

Никто из них больше не вспоминал об искусстве крови, поскольку они продолжали искать духовную сферу. В конце концов, кроме столкновения с ордой ядовитых летучих мышей, им ничего не удалось найти после месяца поисков.

Самым странным было то, что примерно в это же время Бейли Цинмяо прибыла на Скалы Золотого берега, указанные в книге, но, прождав несколько дней, они не увидели никаких признаков ее присутствия.

После окончания Великой войны Сект Вэнь Женьхэ не уделял особого внимания событиям заговора и не интересовался делами праведных сект. Все, что он знал, это то, что Шу Яньянь забрала Зарождающуюся Душу Хэ Вэньчжао и сломала Систему Разделения Духов, в результате чего Хэ Вэньчжао упал с неба. Кто знает, выжил ли он?

Что, если бы он действительно умер? Может быть, сердце Бейли Цинмяо было разбито, и именно поэтому она не приехала на Золотой берег.

"Это было бы неприемлемо", - подумал Вэнь Женьхэ.

Она могла горевать сколько угодно, но ему нужен был Разбитый Горный Метеорит. Инь Ханьцзян не мог вечно оставаться без связанного оружия.

-“Похоже, открытие этого духовного царства также связано с Бейли Цинмяо”, - сказал Вэнь Женьхэ.

-“Нам нужно нанести визит в секту Шанцин”.

Инь Ханьцзян ничего не сказал, только молча последовала за ним. Казалось, что жизнь, которая вернулась к нему за последние несколько дней, полностью покинула его.

Он заставил себя ни о чем не думать, только доверять и следовать за своим Господином. Если бы он думал, его сердце болело бы, и если бы он показал свою боль, Господин был бы разочарован своей слабостью. Достопочтенный хотел, чтобы он стал сильным и уверенным в себе мастером меча, поэтому ему пришлось избавиться от любого чувства слабости.

-“Этот Достопочтенный снова поедет с тобой”, - сказал Вэнь Женьхэ -“Я не могу позволить другим увидеть мою вспышку света в этот момент”.

Инь Ханьцзян летал на своем мече день и ночь, пока они вдвоем не прибыли в пустынную местность недалеко от секты Шанцин. Чтобы скрыть свою личность, они слегка изменили внешность и вошли в маленький городок у подножия горы.

Хотя здесь жили и работали обычные люди, поскольку они были близки к секте Шанцин, но находились за пределами ее защитного барьера, они были уязвимы для угроз со стороны врагов секты. Поэтому секта посылала учеников ежедневно патрулировать город.

Защитный массив секты Шанцин был привязан к бессмертному артефакту, и даже у Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзяна не было надежды проникнуть туда обычными средствами. Но как культиватор крови, у Вэнь Женьхэ было гораздо больше возможностей, открытых для него.

Они нашли новый патруль учеников, который только что прибыл, группу учеников, Собирающих Ци, во главе с девушкой стадии Формирования Ядра.

Вэнь Женьхэ тихо сказал Инь Ханьцзяну:

-“Защитник Инь, подожди меня здесь. Я спущу Бейли Цинмяо с горы”.

Видя согласие Инь Ханьцзян, Вэнь Женьхэ превратился в полосу малинового света и вошёл в тело ведущей девушки. Если бы у него был выбор, даже он не предпочел бы взять женское тело, но внешние ученики секты Шанцин жили за пределами ее подопечных и не имели возможности вступить в контакт с Бейли Цинмяо. Единственный, кого Вэнь Женьхэ мог выбрать, был женский культиватор стадии Формирования Ядра.

Душа культиватора крови была слита с их кровью и могла бесследно проникнуть в чье-то тело и слиться с их кровотоком. Тело, в котором он находился, будет действовать для него как щит, и даже бессмертный, возможно, не сможет обнаружить его.

Девушка остановилась и на мгновение замерла, положив руку на голову. Ее ранее мягкий и встревоженный взгляд мгновенно стал стальным. Ее сознание уже было подавлено Вэнь Женьхэна, и она казалась совершенно другим человеком.

Вэнь Женьхэ мог убить ее с меньшим усилием, чем поднять палец, но он не был заинтересован в причинении вреда тем, кто слабее его. Он лишь временно подавил ее сознание и ввел ее в бессознательное состояние.

-“Лю-шицзе, ты плохо себя чувствуешь?” ,- спросил один из последовавших за ней учеников, бросаясь вперед, увидев, что ее шаги замедлились.

-“Нет” ,- Вэнь Женьхэ не знал личности этой девушки, так что чем меньше он скажет, тем лучше.

Он был вполне способен использовать технику проникновения в душу, чтобы прочитать все воспоминания этой ученицы из ее души, чтобы не дать себе поскользнуться, но это привело бы к верной смерти жертвы. Вэнь Женьхэ хотел только увести Бейли Цинмяо подальше от ее секты и не хотел вызывать дальнейших осложнений.

Внешняя ученица женского пола в серой мантии обеспокоенно сказала:

-“Лю-шицзе, ты думаешь о Хэ-шисюне? Нет необходимости беспокоиться. Старейшины невероятны, так что, несомненно, они придумают способ спасти Хе-шисюна ”.

“Нет” ,- сказал Вэнь Женьхэ.

У него не было никакого интереса к патрулированию, и он продолжил:

-“Мы возвращаемся”.

Сделав несколько шагов, он остановился и повернулся к этому внешнему ученику.

-“Какой шисюн ты только что упомянула?”

-“Хе-шисюн”, - ответила она - “Лю-шицзе, ты выглядишь бледной. Когда мы вернемся, ты должна пойти в административный зал и попросить какие-нибудь успокаивающие лекарства, чтобы не заболеть от беспокойства ”.

Хе-шисюн? Был ли в секте Шанцин еще один человек по имени Хэ? Неважным персонажам в "Жестоком романе" не давали имен, но из названных учеников Хэ Вэньчжао был единственным с такой фамилией.

Кроме того, как только что назвал его этот ученик? Лю-шицзе?

В книге действительно была названная ученица секты Шанцин, Лю Синье, та самая женщина-культиватор, которая тайно испытывала чувства к Хэ Вэньчжао и навязалась ему, когда он был ранен, истощив свой фундамент, чтобы восполнить его сущность. Она также была злодейкой, которая замаскировалась под Бейли Цинмяо и была превращена Инь Ханьцзяном в ламповое масло.

Видя, как она когда-то ... нет, скорее, когда-нибудь станет для него вечно горящей лампой, и теперь Вэнь Женьхэ овладел ее телом, возможно, их судьбы были каким-то образом связаны.

Это было не то тело, которое ему очень подходило, но он всего лишь пытался найти Бейли Цинмяо, и для этой цели сгодился бы любой. Лю Синье занимала высокое положение в секте и могла легко добраться до Бейли Цинмяо. Это было всего лишь простое поручение — он должен был войти и вернуться в кратчайшие сроки.

Из того, что Вэнь Женьхэ помнил из описаний книги, Лю Синье была двуличным человеком, которая была тёплой и внимательной перед Хэ Вэньчжао, но становилась довольно снисходительной, когда общалась с внешними учениками.

Такому темпераменту было бы нетрудно подражать.

С холодным выражением лица он повысил голос.

-“Как внешний ученик, твое ли это дело указывать мне, что делать?”

Лю Синье, как правило, пользовалась очень большим уважением среди внешних учеников. Перед лицом ее гнева ученики были слишком напуганы, чтобы сказать что-то еще, и последовали за Вэнь Женьхэ обратно на гору.

Вэнь Женьхэ знал секту Шанцин только по общим описаниям в романе и не имел представления о ее конкретной структуре. К счастью, комплекс был построен с тщательным вниманием к фэн-шуй, и с помощью небольшого расчета он мог определить, какая область наиболее подходит для размещения внешних или внутренних учеников, а какая область наиболее подходит для административного зала.

Он быстро повел учеников туда и в записях дневного патрулирования подражал почерку Лю Синье из предыдущих дней и написал “Ничего необычного”.

Внешние ученики использовали нефритовые листы зала для записи своих дневных задач по патрулированию. Таким образом, они заработали бы несколько очков вклада, и если бы они накопили их, они могли бы использовать их для покупки эликсиров.

После того, как они ушли, Вэнь Женьхэ сначала  просмотрел записи об отъездах, не найдя в них имени Бейли Цинмяо. Определив местоположение комнат внутренних учеников, он уже собирался отправиться на ее поиски, когда услышал, как совершенно обычный и невзрачный ученик Основной Формации позвал его:

-“Лю-шимэй, разве ты не беспокоилась о Хэ-шисюне? Я позабочусь о нем сегодня вечером, так что ты можешь прийти навестить его.”

Сказав это, он подмигнул, как бы говоря:

-“Посмотри, какой я внимательный, давая тебе шанс сблизиться с Хэ Вэньчжао”.

Вэнь Женьхэ, который выучил "Оскорбительный роман" наизусть от корки до корки, была очень хорошо знаком с этими словами. Сюжетная линия, к которой они привели, была той, где Лю Синье воспользовалась возможностью, ухаживая за Хэ Вэньчжао ночью, чтобы отдаться ему и помочь ему вернуть его Зарождающуюся Душу.

-“Я не пойду”, - прямо ответил Вэнь Женьхэ.

Вэнь Женьхэ не волновало, жив Хэ Вэньчжао или умер. Он был здесь только для того, чтобы найти Бейли Цинмяо, и после того, как он заберет Бейли Цинмяо, Лю Синье сможет найти свою собственную возможность переспать с Хэ Вэньчжао.

Ученик, который исполнил роль сутенера в этой истории, был потрясен словами Вэнь Женьхэ, потеряв дар речи, когда увидел, как Лю Синье небрежно отвернулся, не обращая внимания на благополучие Хэ Вэньчжао.

-“Ни в коем случае, шимей”, - сказал он - “Тебе не понравился шисюн?”

Вэнь Женьхэ не мог вызвать подозрений прямо сейчас, и ему пришлось обернуться и раздраженно сказать:

-“Когда он был в Зарождающейся Души, конечно, он мне нравился, но теперь, когда он бесполезен, почему я должна тратить на него свое время?”

Ученик потерял дар речи.

Бессердечный “Лю Синье” наконец-то отделался от безымянного ученика и направился прямо в покои внутренних учеников.

Вэнь Женьхэ был чем-то озадачена. Если Хэ Вэньчжао был спасен группами помощи и возвращен в секту, и на этот раз Бейли Цинмяо не использовала Мясной Гриб на Вэнь Женьхэ, разве она не должна была отправиться на его поиски для Хэ Вэньчжао?

И все же она не искала для него гриб и не ходила на Скалы Золотого Берега за метеоритом. Что она делала в секте?

Обдумав это, Вэнь Женьхэ поспешил к поселению, где жили и совершенствовались внутренние ученики. Полет с мечом был запрещен на территории секты, так что у него не было выбора, кроме как идти пешком. Через некоторое время он добрался до помещения для учениц Основного формирования, но все же не знал, в какой комнате находится Бейли Цинмяо.

Он увидел проходящую мимо простую и обычную ученицу, которая, как он мог с первого взгляда определить, была персонажем книги, чье положение было намного ниже положения Лю Синье, поэтому он схватил ее и спросил:

-“Где Бейли Цинмяо?”

Его тон был резким, но, к счастью, Лю Синье часто не очень хорошо относилась к другим ученикам, и ее отношение ухудшалось всякий раз, когда она говорила о Бейли Цинмяо.

Прохожий ответил:

-“Бейли-шимей… нет, теперь, когда она на стадии Зарождения Души, она должна быть шицзе. Бейли-шицзе находится в уединении на Непыльном Пике вместе со старейшиной Цинсюэ ”.

Зарождающаяся Душа? Вэнь Женьхэ нахмурил брови. Когда Бейли Цинмяо достигла Зарождающейся Души? Это не соответствовало событиям романа. И кто такой старейшина Цинсюэ ? Она никогда не появлялась в книге.

После освобождения ученика, Вэнь Женьхэ нашел пустынное место и получил доступ к внепространственному пространству в своих рукавах, чтобы достать Оскорбительный Любовный роман, желая перепроверить, когда Бейли Цинмяо достигла Зарождающейся Души в истории. Однако, когда он открыл первую страницу, он обнаружил, что первая строка текста изменилась: “Дыры в сюжете были частично исправлены. Пожалуйста, продолжайте свои усилия ”.

Вэнь Женьхэ не открывал книгу одиннадцать лет и никогда не представлял, что ее содержание может измениться. Он поспешно открыл его и внимательно просмотрел, ища изменения.

Оскорбительный роман все еще был с точки зрения Бейли Цинмяо, но изменился после Тысячемильных Ледяных равнин, идеально соответствуя реальным событиям, которые помнил Вэнь Женьхэ. Он дочитал до Великой войны Сект и увидел, что Бейли Цинмяо спасла скелета в черной мантии.

Вэнь Женьхэ : …

После того, как она спасла его, человек в черном оказался властной женщиной и блуждающим бессмертным, последовавшим за Бейли Цинмяо обратно в секту Шанцин. Лидер секты Шанцин был тяжело ранен и потерял сознание после битвы с Вэнь Женьхэ, как и в оригинальной истории, и несколько блуждающих бессмертных были убиты, поэтому секта отчаянно нуждалась в поддержке. Они быстро признали этого блуждающего бессмертного, переполненного бессмертной сущностью, который с первого взгляда явно не был каким-то демоническим культиватором. Этот странствующий бессмертный принял новое имя старейшины Цинсюэ.

После того, как она помогла старейшине Цинсюэ устроиться, Бейли Цинмяо отправилась на поиски своего шисюна и обнаружила, что Зарождающуюся Душу Хэ Вэньчжао забрала бессердечная демоническая культиватор. Мгновенно забыв о причинах своего предыдущего противостояния с ним, она обняла его и начала рыдать.

Хэ Вэньчжао медленно открыл глаза и, увидев свою возлюбленную, сказал с разбитым сердцем:

-“Шимей, когда мне было больно, все, о чем я думал, это увидеть тебя еще раз. Но где ты была тогда?

Бейли Цинмяо плакала так сильно, что едва могла дышать. Она уже собиралась обвинить себя, когда услышала холодный голос рядом с собой, сказавший:

-“Она пошла искать Мясной Гриб, чтобы спасти меня. У тебя с этим какие-то проблемы?”

Холодный взгляд старейшины Цинсюэ скользнули по Хэ Вэньчжао.

-“Гриб из Плоти, конечно, мог бы восстановить тебя, но если ты поставишь блуждающего бессмертного рядом с учеником, который потерял свою Зарождающуюся Душу, все знают, кого следует спасти. Можешь ли ты принести большую пользу секте Шанцин? Откуда у тебя хватает наглости просить Бейли Цинмяо спасти тебя?”

Хэ Вэньчжао был в такой ярости, что мог сплевывать кровь. Схватив Бейли Цинмяо за руку, он выдавил:

-“Шимей, я... я никогда не говорил ничего подобного”.

-“Я знаю”, - всхлипнула Бейли Цинмяо. Она хотела обнять Хэ Вэньчжао, но старейшина Цинсюэ подняла ее одной рукой.

-“На вашем уровне, даже если вы хотите кого-то спасти, вы должны подумать, действительно ли у вас есть такая возможность”, - сказала старейшина Цинсюэ - “Поторопись и прими меня как мастера, и после того, как ты улучшишь свое совершенствование, ты сможешь беспокоиться о спасении людей”

-“Н-но у меня уже есть мастер”, - неловко сказала Бейли Цинмяо.

-“Неважно”, - сказала старейшина Цинсюэ - “Я могу просто взять твоего учителя в качестве почетного ученика. Я не беспокоюсь о различии между тем, чтобы быть твоим мастером или мастером твоего мастера ”.

Бейли Цинмяо: …

Вэнь Женьхэ : …

Глава 19 - Заботливый подчиненный

Учитель Бейли Цинмяо, старейшина Цинронг, возможно, была только на стадии Превращения в Божество, но она была того же поколения, что и старейшина Цинсюэ. Услышав, что блуждающий бессмертный хочет взять ее в ученики, она на мгновение заколебалась и, немного подумав, сказала:

- “На данный момент самыми старшими членами Секты Шанцин являемся Мастер Секты и я. Если бы я стала номинальным учеником старейшины Цинсюэ, ты стала бы боевой сестрой Мастера Секты. У меня нет полномочий делать что-то подобное ”.

На самом деле, то, что Цинсюэ была блуждающим бессмертным, означало, что она была полностью квалифицирована, чтобы считаться старшей по отношению к Старейшине Цинронгу и Мастеру Секты. Но она была гостьей, а Секта Шанцин не могла позволить постороннему занять более высокое положение, чем Мастер Секты.

Выражение лица Цинсюэ исказилось, и она начала использовать свои немногие оставшиеся мозговые клетки, чтобы взвесить возможность избавиться от старейшины Цинронга.

К счастью, старейшина Цинронг погладила Бейли Цинмяо по голове и сказала:

-“И я знаю, что старейшина Цинсюэ на самом деле не хочет брать меня в ученики, но была просто впечатлена талантом Цинмяо и не смогла пройти мимо нее. Цинмяо, тебе очень повезло, что старейшина Цинсюэ желает передать тебе свое учение, так что нет необходимости отвергать её. Было бы неловко, если бы она хотела, чтобы ты стал ее поклявшимся учеником, но как номинальный ученик, это не проблема ”.

-“Мм, это прекрасно”, - сказала Цинсюэ.

Таким образом, Бейли Цинмяо вступила в уединение со старейшиной Цинсюэ и быстро достигла стадии Зарождения Души, став восходящей звездой следующего поколения секты Шанцин.

Она тоже хотела навестить своего шисюна, но старейшина Цинсюэ была намного могущественнее ее и установила барьер вокруг их земель для выращивания, сказав Бейли Цинмяо, что она не уйдет, пока не сможет разрушить его своей собственной силой.

Ради того, чтобы увидеть своего шисюна, Бейли Цинмяо посвятила себя самосовершенствованию и добилась прогресса с головокружительной скоростью, впитывая техники и учения, как губка.

Вэнь Женьхэ : …

Он перевернул еще несколько страниц, но остальная часть истории была идентична оригиналу, две половины не совпадали.

Однако последняя страница получила еще несколько отзывов.

[Экстра, экстра, легендарный автор мусорных романов воскрес из мертвых и начал переработку!]

[Я перед тем, как прочитать редакцию: может ли эта история с мозгами быть действительно пересмотрена? Вероятно, просто исправляю опечатки. Я после прочтения редакции: Хорошее дерьмо!]

[Старейшина Цинсюэ такая крутая! ‘Между блуждающим бессмертным и учеником, потерявшим свою Зарождающуюся Душу, все знают, кто заслуживает спасения, откуда у тебя хватает наглости сравнивать себя со мной?’ Эта реплика убила меня, ха-ха-ха!]

[Вам, ребята, не кажется, что появление этого Старейшины Цинсюэ слишком внезапное? МС изначально должна был спасти Повелителя Демонов, но вместо этого Вэнь Женьхэ получил более ранний дебют, и без долгов перед МС ему было все равно, выживет она или умрет. Вместо этого старейшина Цинсюэ заняла его место и начала записывать для нее главную мужскую роль. Я подозреваю, что старейшина Цинсюэ - переодетый человек. Посмотрите на ее описание, она на полголовы выше Бейли Цинмяо. Мне это кажется подозрительным!]

[После просмотра вышеупомянутого поста мне вдруг захотелось увидеть, как старейшина Цинсюэ снимает свою одежду, чтобы показать, что она больше, чем исполнитель главной мужской роли, ха-ха!]

[Не будьте так оптимистичны, ребята! Когда ведущий спас Цинсюэ, она увидела свое тело, и она определенно была женщиной. И кроме того, в худшем случае автор мог бы создать сюжетную линию, в которой МЛ. берет Цинсюэ в свой гарем, Цинсюэ и МС становятся соперниками, мастер и ученица набрасываются друг на друга, и автор может мучить главную героиню еще хуже.]

[Ну, судя по тому, что у нас есть на данный момент, переработанная история довольно приличная. Я подожду и посмотрю.]

Казалось, изменения, произошедшие в этом мире, будут отражены в романе в виде изменений. И точка зрения была очень ограниченной, сосредоточившись только на Бейли Цинмяо. Бейли Цинмяо ничего не знал о культивировании крови Вэнь Женьхэ или о достижении Инь Ханьцзяна стадии Границы Пустоты, поэтому в книге об этом ничего не говорилось.

Действительно, казалось, что реальность не высечена на камне. Мир, в котором он жил, мог показаться романом, но он действительно существовал сам по себе. Каждый персонаж своими собственными мыслями и действиями может изменить мысли и действия тех, кто находится на более высоком плане. После того, как Вэнь Женьхэ получил Оскорбительный Роман и начал менять сюжет, автор на более высоком уровне, вероятно, решил однажды внезапно начать пересматривать историю, вдохновение нахлынуло на их разум, и переписал первую половину, чтобы соответствовать событиям до сих пор.

Автор мог бы подумать, что это их собственные идеи, но на самом деле это были разные миры, влияющие друг на друга.

Поразмыслив над этим, Вэнь Женьхэ смог утвердиться в своем убеждении, что до тех пор, пока люди в этом мире действуют рационально и подобающим образом, историю, то есть судьбу, можно изменить.

Он нашел точное местоположение уединения Бейли Цинмяо в книге и, убрав ее, поспешил на территорию Цинсюэ.

Хотя они не могли летать в пределах секты, они могли летать на летающих лодках, чтобы перемещаться с места на место, поэтому Вэнь Женьхэ отвезли одну из них на Ледяной Пик. Секта Шанцин очень уважала старейшину Цинсюэ и отдала ей всю эту гору в качестве культивационной площадки.

С ней обращались довольно хорошо. Выражение лица Вэнь Женьхэ потемнело.

После прибытия на Ледяной пик Вэнь Женьхэ высадился и был немедленно остановлен шлагбаумом. Массив Цинсюэ не позволял людям входить или даже заглядывать внутрь.

Простой массив не был препятствием для Вэнь Женьхэ. Даже если он не мог использовать искусство крови на территории секты Шанцин, он был высококвалифицированным специалистом в области массивов. Он быстро нашел слабое место и использовал силу Лю Синье, чтобы открыть вход, едва достаточный для одного человека, а затем шагнул внутрь.

Мгновение спустя отверстие автоматически закрылось за ним.

-“Кто посмел?” ,-в воздухе появилась высокая женщина в одеянии секты Шанцин, пристально глядя на Вэнь Женьхэ.

-“Действительно, это ты”, - легко сказал Вэнь Женьхэ, увидев ее знакомое лицо.

Читая книгу, ему было совсем нетрудно догадаться, что старейшина Цинсюэ на самом деле была Цю Конгсюэ.

-“Кто ты такой?” ,- Цю Конгсюэ опустилась, продолжая смотреть на “Лю Синье” сверху вниз со своего полного роста.

“Лю Синье”стояла с аурой невозмутимого спокойствия, заложив руки за спину, и сказала с достоинством:

-“Мастер Алтаря Цю из секты Сюаньюань, если вы хотите проникнуть в праведные секты, разве вы не должны, по крайней мере, сначала запомнить лица и имена каждого ученика в вашей секте? ”

Цю Конгсюэ была, по крайней мере, экспертом по демоническим сектам. Даже если у нее не было большого интеллекта, она была очень опытной. Внимательно посмотрев на Лю Синье, она сказала:

-“Ты, должно быть, демонический культиватор, использующий технику Создания Марионеток Души или какое-то другое тайное искусство, чтобы завладеть этим учеником”.

Вэнь Женьхэну на самом деле нечего было обсуждать со своей подчиненной, и после раскрытия ее личности он продолжил:

-“Что бы ты ни планировала делать в секте Шанцин, это не имеет значения для этого Почтенного. Этот Почтенный заботится только о том, чтобы ты ничего не сделала с Бейли Цинмяо, так как у меня на нее свои планы.”

-“Этот почтенный?Вэнь Женьхэ!”, - потрясенно воскликнула Цю Конгсюэ.

Сначала она отступила на несколько шагов из осторожности, затем встала на свое место и сказала:

-“Это территория секты Шанцин, защищенная бессмертным артефактом. Даже ты был бы подавлен его силой! Поскольку ты позаимствовал тело этого ученика, чтобы проникнуть внутрь, ты не сможешь проявить всю свою силу. Если я убью этого ученика и активирую против тебя систему секты, ты наверняка получишь сильный удар!”

Сказав это, она без колебаний ударила Лю Синье в грудь, не выказывая никакого уважения к жизни ученика.

Вэнь Женьхэ слегка улыбнулся. Секта Сюаньюань все еще была такой, какой он ее знал, группой бессердечных змей, которые предали бы любого ради своих собственных амбиций.

Бросив взгляд на массив, окружающий вершину горы, он собрал кровавый туман вокруг своего тела и во вспышке багрового света отсек одну из рук Цю Конгсюэ. Она медленно рассеялась, превратившись в кровавый пар, в то время как остальная часть ее руки тоже начала растворяться.

Цю Конгсюэ действовала решительно и, достав большой клинок, отсекла свою правую руку от плеча, сумев остановить распространение кровавого тумана.

-“Искусство крови… ты действительно использовал Технику Отсечения Крови!” ,- встревоженно сказала Цю Конгсюэ - “Значит, ты не управляешь этим учеником издалека, ты здесь лично!”

Ее глаза метались туда-сюда, пока она формулировала идею. Повинуясь импульсу, она уже собиралась открыть барьер вокруг горной вершины.

-“Ты думаешь о том, чтобы открыть барьер и обратить основные силы секты Шанцин против этого Почтенного”, - сказал Вэнь Женьхэ.

-“Культиватор крови был бы врагом всего культивирующего мира. Если бы кто-то был обнаружен в секте Шанцин, все праведные секты мобилизовались бы, чтобы убить его ”.

Цю Конгсюэ не остановило то, что Вэнь Женьхэ раскусил ее план, и она все равно собиралась открыть барьер, когда “Лю Синье” сделала движение к ней, и рука, сделанная из паров крови, пронзила ее грудь. Цю Конгсюэ только что стала блуждающим бессмертным и еще не была знакома с использованием своей бессмертной сущности. В результате этого единственного нападения она мгновенно получила тяжелые травмы.

-“Мастер алтаря Цю, прежде чем ты откроешь барьер, этот Достопочтенный может забрать твое тело, растворить твою душу и сделать всю твою бессмертную сущность своей”, - мрачно сказал “Лю Синье” - “Это зависит от вас, как вы должны обращаться к этому Почтенному, и от вас зависит, откроете ли вы барьер”.

Куай Конгсюэ вытерла кровь, которая стекала по ее подбородку, и с трудом сказала:

-“Достопочтенный, этот подчиненный принадлежит к секте Сюаньюань как блуждающий бессмертный при жизни и культиватор призраков после смерти! Я клянусь в абсолютной верности Достопочтенному!”

-“Так-то лучше” ,- Вэнь Женьхэ убрал руку, и кровавый туман исчез обратно в тело Лю Синье.

-“Разберись со своими ранами”, - холодно сказал он ,- “Как блуждающий бессмертный, эти телесные повреждения не должны иметь для тебя никакого значения”.

-“Этот подчиненный благодарит Достопочтенного за его милость”, - сказала Цю Конгсюэ - “С этим подчиненным все в порядке”.

Пока она говорила, зияющая дыра в ее груди увеличивалась в размерах, но она упрямо вела себя так, как будто это ее не беспокоило.

-“Подчиненные этого Почтенного, безусловно, талантливы”, - сказала “Лю Синье” с холодной насмешкой.

Цю Конгсюэ проигнорировала презрение и быстро приняла целебный эликсир. Она была опытным демоническим культиватором, и никто из ее положения не сказал бы пустых слов, не имея сил подкрепить их. Вы могли бы добиться успеха в этом мире, только поняв, в какую сторону дул ветер. После долгих усилий ей удалось вправить руку и дыру в груди, и она опустилась на одно колено, склонив голову и больше не смея смотреть свысока на “Лю Синье”. Даже если бы Достопочтенный был в более коротком теле, чем у нее, подчиненный не смог бы заставить своего хозяина посмотреть на них снизу вверх.

-“Вам не нужно беспокоиться”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Просто оставайся в секте Шанцин в качестве старейшины секты. Я вижу, у тебя все хорошо получается. Однако сегодня мне нужна Бейли Цинмяо для небольшого поручения. Придумай предлог, что ты берешь ее с собой, чтобы набраться опыта, и приведи ее с горы”.

-“Ваш подчиненный понимает” ,- после некоторого колебания Цю Конгсюэ сказала:

-“Достопочтенный, поскольку Бейли Цинмяо - ваша любимая ученица, этому подчиненному неприлично брать ее к себе. Как насчет того, чтобы этот подчиненный убила всех в секте Шанцин и оставит ее без дома, и если вы затем спасете ее, она, естественно, примет вас как своего хозяина. ”

Вэнь Женьхэ: …

Он был Повелителем Демонов, но то, как думали его подчиненные, всегда его удивляло.

-“В этом нет необходимости. Этот Почтенный действительно впечатлен твоими способностями, но мне нет необходимости брать ее в ученики. Я просто хочу, чтобы она стала достаточно могущественной ”.

Он не потрудился объяснить почему. В любом случае его подчиненные всегда придумывали для него причины.

Действительно, Цю Конгсюэ сказала:

-“Я вижу, Достопочтенный желает обучить достойного противника, чтобы возвысить свое собственное царство. Этот подчиненный понимает и позаботится о том, чтобы хорошо воспитать Бейли Цинмяо”.

-“... Мм, до тех пор, пока ты понимаешь”, - сказал Вэнь Женьхэ.

Пока они разговаривали, из культивационной камеры вышла фигура и спустилась перед Цю Конгсюэ, сказав:

-“Учитель, этот ученик уже изучил Принципы формирования Массива и пришла, чтобы проверить барьер”.

Это действительно была Бейли Цинмяо, и только после доклада Цю Конгсюэ она обернулась, чтобы увидеть человека со своим хозяином. Увидев, что это была Лю Синье, выражение ее лица напряглось.

Лю Синье не была поклонником Бейли Цинмяо, а Бейли Цинмяо не была любителем целоваться в жопу. Поскольку Лю Синье тоже нравилась ее шисюн, она всегда обижалась на нее.

Съежившись за спиной Цю Конгсюэ, она высунула голову и сказала:

-“Учитель, вы тоже собираетесь взять Лю Синье в качестве номинального ученика? А? Учитель, почему вы сидите на корточках?”

Цю Конгсюэ не могла позволить Бейли Цинмяо увидеть ее стоящей на коленях, но она также не осмеливалась стоять выше Вэнь Женьхэ, поэтому она могла только наполовину присесть на землю, совершенно не обращая внимания на то, насколько неприлично это выглядело.

“

-Это стойка лошади”, - объяснила Цю Конгсюэ - “Даже если мы, совершенствующиеся, обладаем великой духовной силой, мы не можем пренебрегать своей физической доблестью. Таким образом, мы можем быть готовы к любой ситуации ”.

-“Я понимаю!” ,- сказала Бейли Цинмяо, кивая - “Спасибо за инструкции”.

Цю Конгсюэ, заметив пристальный взгляд Вэнь Женьхэ, немедленно сказала:

-“Бейли Цинмяо, ты можешь выйти из уединения. Ты отправляешься в путешествие к скалам Золотого берега.”

-“Неужели?” ,- весело сказала Бейли Цинмяо. Поиграв пальцами, она спросила:

-“Тогда, могу я навестить шисюна перед уходом?”

Глава 20 - Старейшина Кровавых Демонов

Бейли Цинмяо обняла Цю Конгсюэ за руку и бросила взгляд на Лю Синье. Хотя она была скрытна, ее провокационные намерения были ясно видны.

Вэнь Женьхэ : …

Если бы кто-нибудь в секте Сюаньюань осмелился так смотреть на него, он, вероятно, никогда бы не смог смотреть ни на что до конца своей жизни.

Вэнь Женьхэ выковырял бы эти глаза и повесил их в главном зале секты Сюаньюань, чтобы они могли пялиться на него сколько угодно.

Бейли Цинмяо была настолько откровенна, что даже Цю Конгсюэ заметила это. Она инстинктивно оценила реакцию Вэнь Женьхэна и, увидев, что он выглядит недовольным, немедленно протянула руку к глазам Бейли Цинмяо.

Совершенно не обращая внимания на опасность, в которой она находилась, Бейли Цинмяо опустила голову и нырнула к груди Цю Конгсюэ.

-“Мастер Цинсюэ, я действительно очень скучаю по шисюну, можно я навещу его?” , - умоляла она.

-“Ты можешь пойти к нему. Учитывая, что в будущем у тебя не будет такого шанса, верно? ,- приветливо сказала Цю Конгсюэ, отстраняя ее и глядя в ее большие, сверкающие глаза.

Этот последний вопрос был адресован Вэнь Женьхэ, вероятно, прося его о милосердии от имени Бейли Цинмяо, позволить ей увидеть того, кто был для нее самым важным, прежде чем она ослепнет навсегда. Это также можно было бы считать последним одолжением учителя ученику.

Вэнь Женьхэ холодно посмотрел на Цю Конгсюэ и сказал:

-“В этом нет необходимости”.

Несмотря на то, что ее пощадили, Бейли Цинмяо все еще не подозревала о какой-либо опасности. Она снова спряталась за спиной Цю Конгсюэ и сказала:

-“Лю-шицзе, старейшина Цинсюэ разрешила мне пойти повидаться с шисюном! У тебя нет полномочий остановить меня!”

"И все же у этого Почтенного есть полномочия остановить Цю Конгсюэ, выколовшая тебе глаза", - подумал Вэнь Женьхэ.

Услышав слова Вэнь Женьхэ, Цю Конгсюэ ласково похлопала Бейли Цинмяо по щекам и сказала с теплой улыбкой:

-“Это правда. Нет большой разницы, есть у тебя такие глаза или нет.”

-“А?” ,- Бейли Цинмяо потерла глаза и бросила на своего хозяина странный взгляд. С ее глазами все было в порядке.

Цю Конгсюэ непреднамеренно согласилась на просьбу Бейли Цинмяо. Поскольку “Лю Синье” была всего лишь ученицей Основного Образования, она не могла отказаться от решений своего старшего. Она молча последовала за ними, когда Цю Конгсюэ открыла барьерную решетку. Бейли Цинмяо бросила на свою соперницу еще один самодовольный взгляд, прежде чем сесть в летающую лодку.

После того, как она забралась на него, она почувствовала странное ощущение позади себя и, обернувшись, увидела, что старейшина Цинсюэ и Лю Синье молча следуют за ней.

-“Почему ты идешь?” ,-Бейли Цинмяо набросилась на Лю Синье.

Услышав ее тон, Цю Конгсюэ достала маленький нож и начала вертеть его в кончиках пальцев, думая, что если Бейли Цинмяо не хочет ее язык, она может отрезать его для нее; в любом случае, это не было необходимо для совершенствования.

-“Мне тоже нужно покинуть Ледяной пик”, - сказала Лю Синье, протягивая руку, чтобы оттолкнуть руку Цю Конгсюэ с ножом. Цю Конгсюэ, видя, что Почтенный не нуждается в ее помощи, убрала нож.

Бейли Цинмяо, не подозревая, что она едва избежала двух катастроф, ворчала про себя, управляя лодкой. Ей никогда не нравилась Лю-шицзе. Лю-шицзе издевалась над ней, когда она была внешней ученицей, и всегда крала ее очки вклада, так что она не могла заработать руководства или эликсиры Основания Фонда в административном зале. Если бы не забота ее шисюна, она все еще могла бы быть обычной ученицей, собирающей Ци.

Но теперь, когда старейшина Цинсюэ была на ее стороне, Лю-шицзе не посмела бы ничего ей сделать. Кроме того, только при поддержке старейшины Цинсюэ Бейли Цинмяо осмелилась показать свое негодование Лю Синье.

Пока Бейли Цинмяо управляла кораблем, Вэнь Женьхэ послал голосовое сообщение Цю Конгсюэ позади нее, спрашивая:

-“Как она прошла испытание внутренним демоном на стадии Зарождения Души?”

Молниеносная скорбь стадии Формирования Ядра Бейли Цинмяо привела к исчезновению ее недавно обретенного осознания Пути Безразличия, и Вэнь Женьхэ предположил, что ее скорбь стадии Зарождающейся Души будет похожей.

Цю Конгсюэ ответила:

“После формирования своей Зарождающейся Души она увидела Хэ Вэньчжао с Защитником Шу, этим телом, которое в настоящее время использует Достопочтенный, и бесчисленное множество других женщин, некоторые с размытыми лицами, все имеющие отношения. В то время она плакала и рыдала, ей почти не удалось сформировать свою Зарождающуюся Душу, и даже ее золотая сердцевина почти рассеялась ”.

“Как она преодолела своих внутренних демонов?” , - спросил Вэнь Женьхэ.

Цю Конгсюэ скорчила гримасу.

“Когда она была на грани отклонения ци, она внезапно успокоилась, завершила формирование своей Зарождающейся Души, и иллюзия полностью исчезла. Когда я спросила ее позже, она сказала мне, что в иллюзии ее шисюн нежно улыбнулся ей и сказала, что любит его больше всего на свете, а все остальные были просто отвлекающими факторами. При этих словах она мгновенно успокоилась, потому что все, что имело значение - это то, что шисюн любил ее ”.

Вэнь Женьхэ : …

У него росло подозрение, что какая-то скрытая сила вмешивается в невзгоды Бейли Цинмяо.

Когда в первоначальном сюжете она отказалась от божественной сущности, ведя себя так, словно была одержима, и думая: “шисюн хотел, чтобы она защищала жизни смертных”, что-то заставило ее задуматься об этом?

Цю Конгсюэ увидела серьезное выражение на лице Вэнь Женьхэ и заботливо сказала:

“Достопочтенный, я, может быть, сейчас и блуждающий бессмертный, но я все еще знаю некоторые приемы культивирования призраков. Почему бы мне не призвать несколько духов, не выковырять ее мозги и не засунуть туда мстительного призрака, который ненавидит мужчин?

Вэнь Женьхэ взглянул на своего “внимательного” подчиненного, пытающегося “облегчить его бремя”, и ответил:

“Мастер Алтаря Цю, теперь, когда у тебя снова выросли мозги, тебе следует как-нибудь повидаться с Защитником Шу и научиться ею пользоваться. Не дай этому пропасть даром”.

“Понятно, почтенный”, - послушно сказала Цю Конгсюэ.

Пока они общались, Бейли Цинмяо направила лодку к главному пику. После того, как Мастер Секты и его личный ученик были ранены, их обоих разместили в покоях Мастера Секты.

-“Лю-шицзе, мы на главной вершине”, - грубо сказала Бейли Цинмяо - “Теперь ты можешь уйти”.

Вэнь Женьхэ уже привык к отношению Бейли Цинмяо к Лю Синье и не обращал на нее внимания, молча следуя за ней.

-“Почему ты преследуешь меня?” ,- в ярости сказала Бейли Цинмяо. Если Лю Синье следила за ней всю дорогу, как она должна была попрощаться со своим шисюном?

-“Я также собираюсь встретиться с Хэ Вэньчжао”, - сказал Вэнь Женьхэ.

Он хотел лично увидеть, как Хэ Вэньчжао планирует сбалансировать требования двух женщин и успокоить Бейли Цинмяо и Лю Синье.

На главном пике Бейли Цинмяо не смогла уложить Лю Синье, чтобы помешать ей навестить ее шисюна, поэтому она могла только неохотно взять двух своих хвостов, старейшину Цинсюэ и Лю Синье, туда, где Хэ Вэньчжао выздоравливал.

Войдя в дверь и увидев Хэ Вэньчжао, обессиленно лежащего на кровати, Бейли Цинмяо расплакалась.

-“Шисюн...” ,- всхлипнула она.

-“Шимей...” ,- Хэ Вэньчжао открыл глаза и эмоционально посмотрел на Бейли Цинмяо ... а также на “Лю Синье”, стоящего позади него.

-“И Лю-шимей”.

Бейли Цинмяо наплевала на Лю Синье и бросилась на Хэ Вэньчжао.

-“Шисюн, старейшина медицинского зала уже сказал тебе, как твои травмы?”

Хэ Вэньчжао горько улыбнулся и покачал головой, протягивая руку, чтобы погладить волосы Бейли Цинмяо.

-“Шимей, ты уже добралась до Зарождающейся Души? Ты сформировала свою Зарождающуюся Душу на несколько лет раньше, чем я. Я могу быть уверен и оставить будущее секты на твоё усмотрение ”.

С трудом он вытер слезы Бейли Цинмяо, тихо сказав:

-“Не плачь, шимэй. Как Зарождающийся ученик ядра стадии Души и будущий столп секты Шанцин, ты должна быть сильной и служить примером для своих младших ”.

Слова Хэ Вэньчжао заставили Бейли Цинмяо заплакать еще сильнее. Предполагалось, что столпом секты будет Хэ Вэньчжао. Неужели шисюн сказал это потому, что он уже сдался и хотел переложить свои обязанности на нее?

-“Мастер Цинсюэ!” ,- Бейли Цинмяо подняла голову и посмотрела на Цю Конгсю, по ее лицу текли слезы.

- “Вы сказали мне, что после того, как я достигну Зарождающейся Души, у меня будет способ спасти шисюна. Как это сделать?”

Цю Конгсюэ сказала:

-“Ну, вот так. После стадии Зарождения Души вы можете научиться секретной технике, которая наложит отпечаток на душу человека и позволит вам найти его после перевоплощения. После того, как я научу тебя этой технике, ты сможешь использовать ее на Хэ Вэньчжао, убить его, а затем найти его реинкарнацию и растить его, пока он не вырастет. Для культиватора восемнадцать лет - это мгновение ока”.

Бейли Цинмяо: …

Хэ Вэньчжао: …

Даже Вэнь Женьхэ захотелось поаплодировать Цю Конгсюэ. Секта Сюаньюань, безусловно, была переполнена талантами в эти дни.

Бейли Цинмяо на мгновение потеряла дар речи, затем обняла Хэ Вэньчжао и начала рыдать.

-“Шисюн!”

Хэ Вэньчжао обнял Бейли Цинмяо, но его взгляд упал на “Лю Синье”. Он действительно был хорош собой от природы, и его нежные глаза, казалось, могли говорить с вами. Его теплый взгляд сказал “Лю Синье”: “Шимэй, я больше даже не стою твоей любви, так что тебе не нужно приходить ко мне снова”.

Настоящая Лю Синье, вероятно, предложила бы свое тело на месте. Но Вэнь Женьхэ лишь холодно посмотрел на него и, понаблюдав за ним некоторое время, слегка нахмурил брови.

Обмениваясь взглядами с Лю Синье, Хэ Вэньчжао внезапно повел себя так, будто прислушался к голосу, затем резко побледнел, с тревогой глядя на Вэнь Женьхэ. Он открыл рот, собираясь закричать.

Вэнь Женьхэ сделал шаг вперед и прикрыл рот рукой. Он оттащил Бейли Цинмяо и сказал:

-“Отойди”.

-“Лю Синье!” ,-увидев, что “Лю Синье” имела наглость физически разлучить ее и шисюна, Бейли Цинмяо пришла в ярость, но старейшина Цинсюэ оттащила ее.

-“Хозяин!” ,- Бейли Цинмяо плакала со смесью ярости и тревоги, наблюдая, как старейшина Цинсюэ закрыла дверь взмахом рукава.

Старейшина Цинсюэ схватила ее за голову и прижала к земле.

-“Заткнись”.

Выражение лица Почтенного только что говорило о том, что он столкнулся с опасным врагом. Что-то было не так с Хэ Вэньчжао! Цю Конгсюэ установила барьер вокруг комнаты, не позволяя никому снаружи слушать разговор этих двоих.

Войдя в комнату, Вэнь Женьхэ заметил, что Цю Конгсюэ позаботилась о том, чтобы установить барьер, и поэтому отпустил рот Хэ Вэньчжао и высвободил свое духовное сознание, чтобы тщательно изучить его.

Хэ Вэньчжао отступил к противоположной стене, держа в одной руке свое магическое оружие, а в другой - передающий талисман. Если бы он прервал подсчет нефрита, эксперты секты Шанцин немедленно прибыли бы, чтобы помочь ему, и активировали горный массив, чтобы изгнать то, что владело Лю Синье.

Вэнь Женьхэ взглянул на талисман и сказал:

-“Ты можешь вызвать подкрепление, но этот Почтенный не поможет тебе скрыть свою личность”.

Без изучения искусства крови, Вэнь Женьхэ никогда бы не смог заметить, что в настоящее время в теле Хэ Вэньчжао находятся две души. Сгусток кровавой ци прятался внутри него, то же самое искусство крови, что и Вэнь Женьхэ.

Десять тысяч лет назад единственный культиватор крови в королевствах отклонился и стал демоном, и был уничтожен объединением сил праведных и демонических сект. Но культиватор крови был самым трудным существом, от которого действительно можно было избавиться, как будто если бы хоть одна капля их крови все еще существовала, они могли бы медленно восстанавливать свои силы.

-“Кто ты такой?” ,- потребовал Хэ Вэньчжао - “Лю-шимей не была одержима, когда я видел ее семь дней назад. Что ты с ней сделал?”

-“Ты недостоин того, чтобы этот Почтенный разговаривал с тобой”, - холодно сказал Вэнь Женьхэ - “Поменяйся местами с человеком внутри тебя”.

Выражение лица Хэ Вэньчжао было недовольным, так как его глаза дико бегали взад и вперед, и казалось, что он с кем-то разговаривает. В одно мгновение выражение его лица резко изменилось: из сентиментального и нерешительного праведного ученика оно превратилось в жестокого и безжалостного кровавого культиватора.

Кровавый демон заговорил с телом Хэ Вэньчжао:

-“Хе-хе, за эти десять тысяч лет выздоровления этот Почтенный никогда не думал, что в мире культивирования появится еще один культиватор крови. Этот Достопочтенный должен похвалить вас за то, что вы выдержали Технику Отсечения Крови.”

Слова “Этот почтенный” довольно резанули по ушам Вэнь Женьхэ. Он ответил в той же надменной манере:

-“Этот Достопочтенный никогда не встречал другого человека, достойного называть себя Достопочтенным”.

-“Это так? Вы даже не представляете, насколько силен был этот Почтенный в прошлом и насколько сильнее были культиваторы десять тысяч лет назад. Культиваторы этого века даже не стоят упоминания!” ,-“Хэ Вэньчжао” усмехнулся.

Вэнь Женьхэ не хотел продолжать спорить с кровавым демоном. Не было смысла смотреть, кто сможет вернуться быстрее. Земледельцы, конечно, были сильнее десять тысяч лет назад, но десять тысяч лет назад мир был полон страданий, стихийные бедствия были нескончаемыми, и люди приносили жертвы богам, но они не заботились о человечестве. Если все пойдет по этому пути и дальше, небеса очистят человеческое царство и уничтожат все живое, чтобы земля могла медленно восстанавливаться и давать начало новым разумным существам.

К счастью, один культиватор крови привлек внимание всего мира культивирования, и в последовавшем за этим конфликте погибло бесчисленное множество культиваторов, что дало человеческому миру некоторое время на восстановление. Это было великим бедствием земледельческого мира десять тысяч лет назад.

-“Ты овладел Хэ Вэньчжао, но не завладел его телом. Какова ваша цель? Он знает, что ты культиватор крови?” ,- Вэнь Женьхэ сомнился.

Он знал, что если кровавый демон не хотел, чтобы Хэ Вэньчжао слышал их разговор, то Хэ Вэньчжао, естественно, не услышит ни слова.

-“Хе-хе, как ты думаешь, почему? Этот Почтенный советует вам не прикасаться к Хэ Вэньчжао. В противном случае, если система секты будет активирована, мы будем как рыбы в сетях, и никто из нас не выберется оттуда живым ” ,-кровавый демон говорил беззаботно, зная, что Вэнь Женьхэ не раскроет свою личность.

-“Когда ты овладел им? После Великой войны Сект?

По расчетам Вэнь Женьхэ, бедствие, случившееся десять тысяч лет назад, не должно было произойти в течение того же десятитысячелетнего периода. Должно быть, это была Великая Война Сект, которая пробудила его ото сна. И если бы кровавый демон вселился в Хэ Вэньчжао, пока он занимался двойным совершенствованием с Шу Яньянь, она, вероятно, не осталась бы невредимой. Поскольку Шу Яньянь была в полном порядке, а также сумела похитить Зарождающуюся Душу Хэ Вэньчжао, он, должно быть, столкнулся с кровавым демоном после того, как его Зарождающаяся Душа была украдена.”

Вэнь Женьхэ был озадачен чем-то в книге. Лю Синье отдала себя праведному ученику, так почему же она потеряла свою золотую сердцевину?

Объяснение, данное в книге, состояло в том, что Хэ Вэньчжао находился в отклонении ци и не контролировал свои действия. После выздоровления он преодолел своих внутренних демонов, и старейшины секты Шанцин подтвердили, что он вернулся к нормальной жизни. Им было неловко расследовать то, что сделал Хэ Вэньчжао, не подозревая об этом, поэтому они просто рассматривали это как то, что Лю Синье сама навлекла на себя беду.

Кроме того, Хэ Вэньчжао впоследствии проявил все свое внимание к Лю Синье, день и ночь ища способ восстановить ее золотую сердцевину. Достигнув стадии Единства Тела, он даже занимался двойным совершенствованием с Лю Синье, помогая ей восстановить свою силу и прорваться к Зарождающейся Душе.

Бейли Цинмяо и Хэ Вэньчжао много раз ссорились из-за этого. Он женился на Мастере Цилин, потому что должен был спасти жизнь Мастера Секты, и только у Павильона Цилин было лекарство. Но что было оправданием для двойного совершенствования с Лю Синье так много раз? Было ли двойное совершенствование единственным способом восстановить ее силу?

Вэнь Женьхэну не было никакого интереса читать, как главный герой оправдывается перед самим собой. Бейли Цинмяо все равно всегда сдавалась в конце концов.

В последний раз, когда он встречался с Хэ Вэньчжао, у него не сложилось о нем никакого хорошего впечатления. Он видел просто мужчину, который не был уверен в своих чувствах и страстно желал Шу Яньянь. Но Хэ Вэньчжао из книги, потеряв свою Зарождающуюся Душу, внезапно стал намного проницательнее, даже сумев взять в свой гарем блуждающего бессмертного, такого как Мастера Цилин.

После встречи с этим кровавым демоном, обладающим многотысячелетним опытом, Вэнь Женьхэ почувствовал, что несколько нелогичных моментов в книге теперь объяснены.

Был ли Хэ Вэньчжао в последних частях книги уже заменен кровавым демоном? Поразмыслив над этим, Вэнь Женьхэ решил, что этого не могло быть. Просто с кровавым демоном в голове, помогающим ему планировать каждый свой шаг, Хэ Вэньчжао медленно промывали мозги и превращали из праведного ученика в того, кто будет использовать любые средства для достижения своих целей.

Как коллега-культиватор крови, Вэнь Женьхэ предположил, что кровавый демон, вероятно, заинтересовался божественной природой внутри Хэ Вэньчжао и хотел подождать, пока он не станет богом, чтобы он мог одним действием забрать тело и божественность Хэ Вэньчжао и стать демоническим богом. Сюжет Оскорбительного Романа доходил только до главной пары, вместе восходящей в царство бессмертия, и не доходил до их вознесения к божественности. Итак, Хэ Вэньчжао все еще оставался самим собой в конце, но кто знает, как у него все сложилось потом?

Еще одно из его сомнений теперь рассеялось. Оказалось, что Хэ Вэньчжао вернул бы себе свою Зарождающуюся Душу, несмотря ни на что. Даже если бы это был не Лю Синье, это был бы кто-то другой. Кровавого демона не волновало, была ли его жертва мужчиной или женщиной. Пока у них была духовная сила, он мог поглощать ее и преобразовывать в собственную силу Хэ Вэньчжао.

-“Этот Почтенный не будет лгать тебе”, - сказал культиватор, которого когда-то называли Старейшиной Кровавых Демонов - “Это отродье попало в место уединения этого Почтенного человека во время Великой Войны Сект. Я увидел, что его способности были довольно хороши, и почувствовал желание взять ученика, хе-хе”.

-” Растишь его, чтобы потом украсть его тело?”

Старейшина Кровавых Демонов не ответил, а вместо этого разразился смехом. В его глазах был злобный блеск, как будто он хотел убить Вэнь Женьхэ на месте.

Вэнь Женьхэ был доволен его злобностью. Они обменялись улыбками, и Вэнь Женьхэ сказал беззаботным тоном:

-“После Великой войны Сект этот Достопочтенный поднялся на вершину Махаяны, всего в одном шаге от вознесения. Однако после изучения Искусства Крови в мире почти не осталось противников, способных бросить вызов этому Господину. Не попадая в Кровавый Ад, у этого Почтенного есть несколько способов продвинуться дальше ”.

Если бы Вэнь Женьхэ вошел в Кровавый Ад, Инь Ханьцзян должен был бы последовать за ним, а культиватор Границ Пустоты, такой как Инь Ханьцзян, не имел возможности выжить в Кровавом Аду.

Путь культиватора крови не имел узких мест, и можно было набирать силу с головокружительной скоростью, бесконечно поглощая ци космоса и духовные сущности других людей. Но Путь Резни был другим. Без равного ему противника его психическое состояние не смогло бы соответствовать его силе. Это все равно что подарить трехлетнему ребенку легендарное волшебное оружие. Даже если бы он у них был, они не смогли бы им воспользоваться.

Обладая силой, но недостаточной ментальной стойкостью, он рано или поздно пострадал бы от отклонения. Старейшина Кровавого Демона прямо перед его глазами был примером именно этого.

Хотя Вэнь Женьхэ теперь был на пути совершенствования крови, он не хотел становиться сумасшедшим, не имеющим самоконтроля. Он будет продолжать оттачивать свой ум и прокладывать для себя новый путь, преодолевая невероятные трудности.

Для этого ему нужен был достойный противник.

Поэтому он сказал:

- “Ты можешь расслабиться, этот Почтенный не причинит вреда Хэ Вэньчжао. А пока воспитывай его как следует. В тот день, когда ты примешь его тело и станешь богом, этот Достопочтенный убьет тебя”.

-“Убить меня? Ха-ха-ха!” ,- Старейшина Кровавых Демонов, казалось, услышал какую-то невероятную шутку - “Простой культиватор крови стадии Махаяны воображает, что может убить этого Почтенного? Какое высокомерие! Прекрасно, этот Достопочтенный хотел бы посмотреть, как ты оправдываешь такое дикое хвастовство!”

Вэнь Женьхэ мог чувствовать боевое намерение, которое заряжало воздух между ними, позволяя ему совершить небольшой прорыв в своем психическом состоянии.

После того, как они пришли к соглашению, кровавый демон вернулся к своему сну. Хэ Вэньчжао, придя в сознание и увидев, что Лю Синье жутко улыбается ему, закричал:

-“Освободите Лю-шимея!”

-“Не волнуйся, этот Достопочтенный не интересуется ни ею, ни тобой”, - сказал Вэнь Женьхэ, затем повернулся и вышел из комнаты.

Глава 21 - Практика резьбы по дереву

Почувствовав, что Вэнь Женьхэ покинул комнату, Цю Конгсюэ открыла барьер как нельзя вовремя. Вэнь Женьхэ сказал кипящей от злости Бейли Цинмяо:

-“Ты можешь забрать его обратно. Продолжай плакать, если хочешь”.

Затем он передал Цю Конгсюэ :

-“Приведи Бейли Цинмяо встретиться со мной на скалах Золотого берега. Не спускай с нее глаз, не позволяй ей предлагать себя Хэ Вэньчжао.”

В книге Хэ Вэньчжао и Бейли Цинмяо не прошли весь путь в своих отношениях даже в конце. Вполне вероятно, что Хэ Вэньчжао испытывал к ней искренние чувства и не хотел лишать ее духовного корня. Но они не могли из-за этого ослабить бдительность. История уже показала, что она изменилась. Они должны были внимательно следить за Бейли Цинмяо и не допускать, чтобы она поддалась какому-либо обману.

Вэнь Женьхэ обдумал ситуацию и пришел к выводу, что похищение Чжунли Цяня было бы необходимым действием. Даже если Бейли Цинмяо не обязательно влюбится в него, он мог бы, по крайней мере, стать препятствием.

Всякий раз, когда в книге появлялся новый любовный интерес, Хэ Вэньчжао некоторое время не появлялся или вступал в драку с любовным интересом. Иногда Бейли Цинмяо будили слова нового любовного интереса, вплоть до тех пор, пока главный герой не переубеждал ее.

Теперь, когда сюжетные линии с участием Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян стали невозможны, Вэнь Женьхэ решил отдать роли любовного интереса номер два и номер четыре Чжунли Цянь и позволить ему немного отвлечь главную женскую роль.

Теперь, когда он принял свое решение, Вэнь Женьхэ отправился в административный зал и записал, что Лю Синье потеряла шпильку во время патрулирования и сразу же вернется, как только найдет ее.

Спустившись с горы, он оставил тело Лю Синье. Лю Синье проснулась в маленьком городке у подножия горы со шпилькой в руке и понятия не имела, почему она там оказалась. Она напряженно думала, но просто не могла вспомнить, чем занималась в течение этого периода времени. Она покачала головой и повернулась, чтобы вернуться к горе. Она все еще должна была увидеть своего шисюна!

Вэнь Женьхэ, понаблюдав издалека за уходом Лю Синье, нашел пустынное место, чтобы привести в порядок свое тело, и направился к месту встречи, которое он назначил с Инь Ханьцзяном.

Он оставил Инь Ханьцзяна в пустом переулке. Когда Вэнь Женьхэ использовал нить духовного познания, чтобы найти его, он обнаружил, что тот держит свой меч, прислонившись к стене, ожидая в той же позе, что и когда Вэнь Женьхэ ушел.

Казалось, что если Вэнь Женьхэ никогда не вернется, Инь Ханьцзян будет ждать до конца света.

И все же Инь Ханьцзян из книги никогда не увидит возвращения своего учителя, как бы долго он ни ждал.

Вэнь Женьхэ материализовался перед Инь Ханьцзяном, нахмурившись, и сказал с некоторым неудовольствием:

-“Когда этого Почтенного нет рядом, ты можешь делать что-нибудь по своему усмотрению”.

Защитница Шу была особенно талантлива в поиске развлечений для себя; она могла разыграть целое представление самостоятельно. Если бы Вэнь Женьхэ сказал Шу Яньянь подождать его, она, вероятно, нашла бы по крайней мере троих мужчин за это время.

-“Почтенный!” ,- глаза Инь Ханьцзяна мгновенно заблестели, когда он увидел Вэнь Женьхэ. Жизнь вернулась во всю его фигуру, и он больше не казался брошенной марионеткой.

Видя его радость, раздражение Вэнь Женьхэна немного поутихло. Он не мог удержаться от вопроса:

-“Когда этот Почтенный находится в уединении, ты обычно тоже стоишь на страже вот так?”

-“Когда Достопочтенный находится в уединении, его подчиненный должен быть наиболее бдительным”, - ответил Инь Ханьцзян.

Что означало, что обычно он был еще больше похож на марионетку. Там, в пограничном городе, в нем еще оставалась какая-то жизнь.

Вэнь Женьхэ ничего не сказал и позволил Инь Ханьцзяну привести его на своем мече к Скалам Золотого Берега. Бейли Цинмяо была всего лишь на Стадии Зарождения Души, и даже с Цю Конгсюэ, которая несла ее, их скорость была бы очень ограничена. Вэнь Женьхэ никуда не торопился.

Когда они добрались до скал, Бейли Цинмяо, как и ожидалось, еще не прибыла.

Вэнь Женьхэ бросил взгляд на молчаливого Инь Ханьцзяна и велел ему потренироваться с мечом на берегу океана. Увидев, что Инь Ханьцзян безмолвно повинуется и идет тренироваться, Вэнь Женьхэ нашёл многовековое дерево, растущее на склоне утеса, отрезал его самую толстую ветку, обтесал его до сердцевины, затем достал маленький нож и начал вырезать по памяти.

Когда он был молод, Вэнь Женьхэ практиковался в строгании, когда ему было скучно, в основном для того, чтобы укрепить руку для стрельбы из лука в будущих битвах. После того, как его семья была уничтожена, в своем горе он брал свой нож и вырезал их изображения. За это десятилетие он вырезал бесчисленное количество деревянных статуэток и в конце концов похоронил их всех вместе со своей семьей. Пока он совершенствовался в мире смертных, он также вырезал несколько лошадей или мечей, когда был празден, и раздавал их детям, живущим на границе, в качестве игрушек.

После этого прошло много десятилетий с тех пор, как он в последний раз брал в руки свой разделочный нож.

Вспомнив их поездку в пограничный город, Вэнь Женьхэ быстро вырезал из дерева фигурку. Он только подробно описал его тело и одежду, а лицо оставил пустым.

Фигурка была размером как раз с его ладонь. Вэнь Женьхэ подошел к берегу и бросил его Инь Ханьцзяну.

Услышав, что к нему летит какой-то предмет, Инь Ханьцзян повернулся и поймал его. Он увидел в своей руке маленькую деревянную фигурку, телосложение, одежда и доспехи которой идеально соответствовали статуе генерала Вэнь из мемориального святилища, с той лишь разницей, что отсутствовали черты лица.

-“Этот Почтенный тоже не знает, чем занять себя в свободное время”, - сказал Вэнь Женьхэ- “Когда я был молод, я проводил время именно так. Ты можешь оставить статуэтку себе и вырезать на ней лицо для практики, если хочешь. Если он тебе не нужен, просто выбрось его в море. Я просто сделал это, чтобы развлечь себя ”.

Инь Ханьцзян яростно покачал головой и поспешно убрал статуэтку, как будто боялся, что Вэнь Женьхэ схватит и выбросит ее.

-“Любой подарок от Достопочтенного бесконечно ценен для этого подчиненного”, - сказал он - “Ваш подчиненный закончит эту резьбу в меру своих возможностей”.

-“После того, как ты немного потренируешься, ты сможешь вырезать город своего детства”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Этот Достопочтенный хотел бы посмотреть, как это выглядело в твоих воспоминаниях”.

Глаза Инь Ханьцзяна потускнели, и он тихо сказал:

-“Этот подчиненный больше ничего не помнит ясно”.

-“Тогда вырежь то, что ты помнишь”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Это не обязательно должен быть дом твоего детства. Вырежь все, что только сможешь придумать или вообразить. В настоящее время ты находишься на стадии Границы Пустоты. Если ты хочешь достичь Махаяны, тебе нужно тренировать свой ум. Ты не сможешь противостоять настоящему эксперту, если у тебя есть сила уровня Махаяны, но нет силы духа, чтобы контролировать ее ”.

Инь Ханьцзян всегда сражался, рискуя своей жизнью, полагаясь на свое упорство и меч демона, чтобы высвободить взрывную силу далеко за пределы своего собственного царства. Но у человека была только одна жизнь, и если он постоянно сокращал ее, в конце концов она закончится.

-“Этот Достопочтенный изучил искусство крови и не умрет легко. В будущем тебе не нужно будет рисковать своей жизнью ради этого Почтенного ”, - сказал Вэнь Женьхэ.

Услышав его слова, выражение лица Инь Ханьцзяна стало пустым. Если Достопочтенному не нужна была его жизнь, тогда что он мог отдать?

Холодок пробежал по сердцу Инь Ханьцзяна. Хотя теплый морской бриз дул ему в лицо, все его тело было холодным. Что такое Инь Ханьцзян, который не был нужен своему хозяину? Что такое авангард без своего генерала? Чем был Алкаид без Полиса?

Когда Инь Ханьцзян был на грани отчаяния, он услышал, как Вэнь Женьхэ сказал:

-“В будущем этому Почтенному нужно, чтобы ты дорожил своей жизнью”.

-“Дорожить моей жизнью?” ,-Инь Ханьцзян инстинктивно ответил.

-“В будущем этот Почтенный должен попасть в Кровавый Ад. Если ты не ценишь свою жизнь и не постигаешь свое собственное Дао, как ты сможешь следовать за этим Почтенным через рай и ад?”

Вэнь Женьхэ посмотрел на Инь Ханьцзяна, и на его лице появилась слабая улыбка.

Тепло медленно распространилось по телу Инь Ханьцзяна при этих словах. Он сжал статуэтку в руке и тихо заявил:

-“Этот подчиненный не будет обузой. Этот подчиненный будет следовать за Достопочтенным вечно, будь то в божественное царство или в подземный мир!”

-“Хорошо”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Чтобы достичь состояния ума практикующего Махаяну, требуется, чтобы ты знал путь небес и бросал им вызов. Ты упрям по натуре, и тебе недостает понимания путей небес. Размышления о прошлом помогут тебе сосредоточиться и очистить свой разум. Этот Достопочтенный возлагает на тебя большие надежды”.

-“Понятно!” ,-ответил Инь Ханьцзян. Он склонил голову и долго смотрел на статуэтку, не удержавшись, заметил:

-“Достопочтенный талантлив в резьбе по дереву. Даже детали доспехов хорошо видны”.

-“После долгого совершенствования своего ума у меня развилась хорошая память, вот и все. В этом нет ничего впечатляющего” ,- Вэнь Женьхэ отмахнулся от Инь Ханьцзяна, оставив его работать над этим самостоятельно.

У Инь Ханьцзяна не было разделочного ножа. Некоторое время он делал движения мечом в сторону маленькой фигурки, но так и не осмелился ничего предпринять. Он нахмурился, глядя на это с выражением крайнего опасения, как будто это была непреодолимая проблема.

Вэнь Женьхэ покрутил нож в пальцах. Он намеренно не отдавал его Инь Ханьцзяну, желая, чтобы тот попросил об этом сам.

Однако Инь Ханьцзян не стал просить его одолжить, а вместо этого использовал Звенящее лезвие, чтобы отсечь еще одну ветку дерева и разрезать ее на небольшой кусок. Он не мог ничего сделать с фигуркой, которую дал ему Вэнь Женьхэ, поэтому создал еще несколько деревянных блоков, чтобы попрактиковаться, чтобы он мог получить некоторый навык, прежде чем вернуться к крошечной резьбе.

Вэнь Женьхэ думал, что Инь Ханьцзян возьмет свой меч и будет старательно тыкать в дерево, но вместо этого он использовал ручную печать, чтобы управлять мечом, и с помощью заклинания он раскололся на множество маленьких лезвий. Они расположились вокруг куска дерева, выпустив на него ауру меча.

Бесчисленные полосы багрового света устремились к нему. Вэнь Женьхэ с интересом наблюдала за происходящим, желая посмотреть, как получится деревянный брусок на песке. Но когда свет померк, все, что осталось, - это несколько деревянных щепок. Крошечный кусок превратился в опилки под действием Звенящего лезвия и уже исчез в море и песке.

-“Ха-ха-ха!” ,- смертельно серьезное отношение Инь Ханьцзяна к куску дерева было таким детским, и теперь, глядя на результат, Вэнь Женьхэ не мог удержаться от смеха.

Услышав, как Почтенный смеется над ним, Инь Ханьцзян заставил себя не оглядываться. С каменным лицом и безмолвием, он манипулировал Чимингом, чтобы атаковать следующий кусок дерева.

Он был таким же мрачным, как и всегда, и только его горящие красные уши выдавали его нынешнее смущение.

Бейли Цинмяо и Цю Конгсюэ прибыли на побережье два дня спустя. За это время Инь Ханьцзян уничтожил деревья на целой скале. Он получил представление о многих новых техниках владения мечом, и точность, с которой он мог управлять своим мечом, также возросла. Теперь, вместо того чтобы причинять полное разрушение одним ударом, он мог выдолбить крошечную щепку дерева.

Несмотря на то, что его психическое состояние за эти два дня не улучшилось, воля его меча стала более гибкой, и он мог контролировать его, как продолжение самого себя.

Вэнь Женьхэ изначально собирался отдать ему нож после того, как немного позабавился, но Инь Ханьцзян оказался чрезвычайно упрямым, делая попытку за попыткой, и действительно добился успехов. Видя, что его резьба выглядит все более и более правильно, Вэнь Женьхэ спокойно убрал разделочный нож, позволяя Инь Ханьцзяну усовершенствовать свое владение мечом.

Бейли Цинмяо первая спустилась к береговой линии и, увидев, что песок вокруг нее усеян фигурками размером с ладонь странной формы, испугалась и отступила на несколько шагов. Прижавшись к боку Цю Конгсюэ, она достала Залитый Лунным светом Морозный Шелк, настороженно говоря:

-“Старейшина Цинсюэ, я подозреваю, что это проклятые чары, помещенные сюда в качестве фокуса какого-то злого заклинания!”

Прежде чем она закончила говорить, меч пролетел над песком, и его аура разнесла все фигурки разом. После того, как пыль осела, был обнаружен юноша в черном, стоящий с мечом в руке перед Бейли Цинмяо и холодно смотрящий на нее сверху вниз.

-“Это просто техника для тренировки владения мечом”.

Бейли Цинмяо все еще помнила Инь Ханьцзяна и мгновенно расслабилась, увидев знакомое лицо. Она протянула к нему кулак.

-“Старший!”

Вэнь Женьхэ тоже вышел из облака песка, встав рядом с Инь Ханьцзяном.

Он не обратил никакого внимания на Бейли Цинмяо. Он держал в руке небольшой предмет и передал Инь Ханьцзяну:

-“Этот выглядел лучше всех. Я подумал, что было бы стыдно его уничтожать, поэтому сохранил в качестве сувенира.”

Инь Ханьцзян посмотрел на резьбу, похожую на работу младшего школьника, и, услышав, что Достопочтенный хочет оставить ее себе, отчаянно потянулся к ней, но его рука сомкнулась вокруг пустого воздуха. Он увидел, как Вэнь Женьхэ высоко держит статуэтку, передавая ему:

-“Не пытайся сейчас забрать вещи этого Почтенного”.

Лицо Инь Ханьцзяна вспыхнуло от беспокойства, наконец-то показавшись по-настоящему живым. Вэнь Женьхэ небрежно сунул статуэтку в рукав и, повернувшись спиной к Инь Ханьцзяну, подошел к Бейли Цинмяо.

-“Я попросил старейшину Цинсюэ привести тебя в это место”, - сказал он.

Даже сейчас Бейли Цинмяо была блаженно невинна в том, что Вэнь Женьхэ был демоническим культиватором, и все еще думала о нем как о старшем с благими намерениями. Она, конечно, не установила связи между ним и “Лю Синье” несколько дней назад и поклонилась ему с предельной вежливостью, изображая вежливую и правильную молодую девушку.

Старейшина Цинсюэ была довольна и сказала с легкой улыбкой:

-“Кажется, проблема с твоими глазами исчезла”.

-“А?”, - спросила Бейли Цинмяо ,- “Что было не так с моими глазами?”

Цю Конгсюэ ничего не объяснила, оставив Бейли Цинмяо сомневаться в себе. Вэнь Женьхэ указал на скалы и сказал:

-“Говорят, что духовное царство скрыто у подножия этих скал. Ты слышала об этом раньше?”

-“У меня есть”, - сказала Бейли Цинмяо, кивая.

-“Однажды я читала записи о духовных сферах в библиотеке секты. В нем говорилось, что духовные царства - это маленькие миры в царстве бессмертия, наполненные сокровищами, неизвестными миру смертных. Тот, который я помню лучше всего, - это Разбитый Горный метеорит, а названий остальных я не знаю.”

-“Я действительно здесь, чтобы вернуть Разбитый Горный метеорит”, - сказал Вэнь Женьхэ, обращая особое внимание на выражение лица Бейли Цинмяо. Видя, что она никак не отреагировала, он был озадачен.

В книге Байли Цинмяо извлекла Разбитый Горный метеорит, чтобы спасти Хэ Вэньчжао. Почему она никак не отреагировала, услышав его название?

Поразмыслив, Вэнь Женьхэ понял это. Зарождающаяся Душа Хэ Вэньчжао была повреждена в книге, но это было совсем не похоже на нынешнюю ситуацию, когда она была украдена Шу Яньяном. Первоначально, после того, как Шу Яньянь высосала сущность Хэ Вэньчжао, она смогла вырастить Зарождающуюся Душу, используя Снежное Пламя. Таким образом, он не имел никакого отношения к Шу Яньянь, и она не могла полностью украсть его. Теперь Зарождающаяся Душа Хэ Вэньчжао была взращена с помощью Шу Яньянь, и она могла просто протянуть руку и с легкостью взять ее. Ранение, полученное Хэ Вэньчжао, было слишком серьезным, и он не мог восстановиться, просто получив новое связанное оружие. Таким образом, Бейли Цинмяо не возлагал больших надежд на Разрушенный Горный метеорит.

В таком случае, не означало ли это, что золотого ядра Лю Синье также будет недостаточно, чтобы восстановить его?

Кто знал, как кровавый демон планировал исцелить Хэ Вэньчжао на этот раз?

-“Если у старшего есть просьба, Бейли не будет колебаться”, - сказала Бейли Цинмяо - “Но...”

Она поиграла пальцами и неловко сказала:

-“Мой шисюн получил тяжелые ранения во время Великой войны Сект. Если мы найдем эликсир, который может восстановить Зарождающуюся Душу, могу ли я взять немного, чтобы забрать обратно? Совсем чуть-чуть?”

Она вытянула мизинец и указала на размер ногтя, чтобы продемонстрировать, как мало она хочет.

Вэнь Женьхэ кивнул. Прекрасно. К тому времени, когда Бейли Цинмяо вернется, Хэ Вэньчжао, вероятно, все равно по большей части восстановится.

Все четверо добрались до вершины утеса.

-“Старший” , - спросила Бейли Цинмяо, - “Говорят, что духовное царство на Скалах Золотого Берега никогда не встречалось никому, кроме старейшины, который записал его в древние времена. Как мы его найдем?”

-“Вот где ты необходима”, - сказал Вэнь Женьхэ, приятно глядя на нее.

-“Я?” ,-Бейли Цинмяо указала на свою грудь.

С ее невинным выражением лица и желтыми одеждами, развевающимися вокруг нее на ветру, она была похожа на цветок, растущий на краю утеса.

-“Вот именно” ,-сказал Вэнь Женьхэ, улыбаясь, а затем одним ударом ладони столкнул ее со скалы.

-“Что?…Ааааааа!” ,- Бейли Цинмяо была застигнута врасплох своим доверенным старшим, который толкнул ее, и начала кричать.

Сила культиватора будет подавлена на Скалах Золотого Берега, и тем сильнее, чем выше их уровень. В отличие от Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян, которые не могли использовать никакую духовную энергию, Бейли Цинмяо удалось использовать легкий шаг[1], чтобы ухватиться за лиану на скале. Она в панике обратилась к Цю Конгюэ:

1. Цингун. Навык легкости. В романе о культивировании это была бы техника движения самого низкого уровня

-“Мастер Цинсюэ, мое совершенствование было подавлено только до Стадии Очищения Ци, пожалуйста, помогите мне!”

Цю Конгсюэ бесстрастно смотрела вниз с вершины утеса, пока ее ученица боролась.

-“Если бы этот мастер спустилась туда, я была бы подавлена только до Стадии Сбора Ци. Ты сильнее, чем была бы я, так что будь настойчивой сама по себе”.

Бейли Цинмяо: …

На грани отчаяния она услышала голос Вэнь Женьхэ.

-“Встреча с духовным царством - это твоя судьба. Только ты можешь вызвать его к жизни. Мы все зависим от тебя”.

Так что дело было не в том, что ее старший пытался причинить ей вред, а в том, что у него не было другого выхода. Бейли Цинмяо почувствовала некоторое облегчение. До тех пор, пока они не пытались убить ее, она с радостью передаст свои способности своим старшим.

Убедившись в одном предложении Вэнь Женьхэ, Бейли Цинмяо с трудом начала ощупью пробираться по склону утеса. Наверху культиватор Границы Пустоты, культиватор Махаяны и странствующий бессмертный равнодушно наблюдали за ее борьбой. Озадаченная, Цю Конгсюэ спросила:

-“Она действительно сможет его найти?”

-“Если она не сможет, никто не сможет”, - сказал Вэнь Женьхэ.

Инь Ханьцзян знал, что Вэнь Женьхэ использовал свое предвидение небесных тайн, чтобы прийти сюда и искать ради создания нового духовного оружия, и чувствовал беспокойство.

-“Почтенный, этот подчиненный...”

Вэнь Женьхэ знал, что он собирался сказать, и поднял руку, чтобы остановить его.

-“Этот Достопочтенный принял свое решение”.

Инь Ханьцзян сжал губы и больше ничего не сказал. Когда Цю Конгсюэ поняла, что сокровище предназначалось для ковки меча для Инь Ханьцзяна, в ее сердце всплыли злобные мысли. Вэнь Женьхэ и без того был достаточно серьезной проблемой, а Инь Ханьцзян был его доверенным лейтенантом. Если он станет сильнее, у нее, возможно, не будет никакой возможности победить Вэнь Женьхэна в будущем.

Она должна была действовать, но кроме борьбы в лоб, что еще она могла сделать? Цю Конгсюэ несколько раз ударила себя по голове, но ей показалось, что она наполнена шумом моря, и она ни о чем не могла думать.

Она должна объединить усилия с Шу Яньянем. Она могла бы придумать планы, и Цю Конгсюэ осуществила бы их. Это упростило бы дело.

Что же касается того, чтобы наконец научиться пользоваться своим мозгом, Цю Конгсюэ не придала этому значения.

Каждый из них троих думал о своих собственных проблемах, в то время как только Бейли Цинмяо послушно обыскивала скалы. Время от времени она вывихивала лодыжку или царапала руки и получала все травмы, описанные в книге, только на этот раз без Вэнь Женьхэна, который нежно заботился бы о ней.

Вэнь Женьхэ сосчитал все случаи, когда она была ранена, пока, наконец, не добралась до кровавых летучих мышей. Он издалека наблюдал, как стая кровавых летучих мышей спикировала на Бейли Цинмяо. После единственного крика Бейли Цинмяо потеряла сознание от ядовитого укуса летучих мышей, повиснув на лиане на склоне утеса.

-“Она мертва?” ,- сказала Цю Конгсюэ с некоторым беспокойством - “Мне нужно очистить ее душу, прежде чем эмиссары подземного мира придут, чтобы забрать ее”.

Вэнь Женьхэ отбросил Цю Конгсюэ на несколько ли ударом ладони, затем сосредоточил свое внимание на том, что происходило внизу. Как он и ожидал, вскоре после того, как Бейли Цинмяо потеряла сознание, густая аура бессмертных окутала всю поверхность скалы.

Глава 22 - Духовная сфера

Большинство совершенствующихся, столкнувшись с духовным царством, отнеслись бы к нему как к величайшей удаче всей жизни и бросились бы туда так быстро, как только могли, на случай, если вход закроется.

Цю Конгсюэ была такой же, и когда она почувствовала ауру бессмертия, она бросилась назад и собиралась броситься вперед, когда Инь Ханьцзян преградил ей путь.

-“Достопочтенный еще не вошел”, - сказал Инь Ханьцзян.

С мечом в одной руке он встал позади Вэнь Женьхэ, не давая Цю Конгсюэ сделать еще один шаг.

Нынешняя сила Цю Конгсюэ была намного выше силы Инь Ханьцзяна, но она все еще помнила, как Инь Ханьцзян много лет назад сражался с экспертами секты Сюаньюань на стадии Единения Тела.

По правде говоря, в то время высокопоставленные члены секты Сюаньюань были в ссоре друг с другом, и никто не хотел раскрывать всю степень своей силы, чтобы кто-то другой не использовал ее против них. Но невозможно было отрицать, что полная сила Инь Ханьцзяна была поистине ужасающей. В то время Цю Конгсюэ находилась на стадии Границы Пустоты и не выработала решения вступить на путь голодного призрака. В конце концов, она превратится в Асуру. Тогда у Цю Конгсюэ были свои мозги и своя плоть, и она ни в коей мере не желала скармливать себя голодными призраками.

Затем она встретила Инь Ханьцзяна, и после того, как он выбил полный рот зубов у Шу Яньянь, он вонзил в Цю Конгсюэ прямо в висок своим мечом и оставил ее тяжело раненной на некоторое время.

После окончания битвы и до того, как у Вэнь Женьхэ появился шанс разобраться с членами секты Сюаньюань, Цю Конгсюэ встала на путь голодного призрака. Спустя двадцать лет она поднялась до уровня Махаяны и привела с собой рой мстительных духов, чтобы бросить вызов Инь Ханьцзяну. Вэнь Женьхэ , который в то время бездействовал, оставил ее собирать свои кости по всему полу, и поэтому Шу Яньянь потом довольно долго смеялась над ней.

Так что, несмотря на то, что Инь Ханьцзян был всего лишь Пограничной стадией Пустоты, Цю Конгсюэ не осмеливалась относиться к нему легкомысленно. Она обуздала свою жадность к духовному царству и ждала команды Вэнь Женьхэ.

Вэнь Женьхэ присел на край утеса, видя, что вход в духовное царство не только открылся, но и слегка засасывал Бейли Цинмяо внутрь. Он не спешил входить, а вместо этого оттащил Бейли Цинмяо от входа. Он отрезал одну из рук Цю Конгсюэ и извлек из ее тела эссенцию Мясного Гриба, а затем скормил ее Бейли Цинмяо, чтобы вылечить яд летучих мышей.

Цю Конгсюэ, теперь без руки: …

В книге, когда Вэнь Женьхэ взял гриб, у него было тело из плоти, и эссенция была полностью поглощена им. Но вся плоть Цю Конгсюэ была создана Мясным Грибом. До того, как она была полностью поглощена ею, эссенцию все еще можно было использовать в медицине.

Мясной Гриб подействовал быстро, и вскоре Бейли Цинмяо проснулась с тихим криком. В тот момент, когда она открыла глаза, духовное царство исчезло.

-“Старший?” ,- Бейли Цинмяо увидела, что Вэнь Женьхэ холодно стоит рядом с ней. Она потерла глаза и села.

-“Старший, этот человек слишком некомпетентен. Я не смогла справиться даже с несколькими кровавыми летучими мышами, и мне нужен был старший, чтобы спасти меня ”.

-“Я не спас тебя” ,- Вэнь Женьхэ двинулся в сторону и обнаружил Цю Конгсюэ, стоящую там без руки.

-“Мастер Цинсюэ!” ,-Бейли Цинмяо вскочила на ноги и подбежала к своему хозяину, с беспокойством оглядываясь через плечо. По ее щекам потекли слезы.

-“Вы пожертвовали своим телом, чтобы спасти меня. Я... у этого ученика нет возможности отплатить вам. Я могу только посвятить остаток своей жизни вам, учитель ”.

Цю Конгсюэ, схватив ее за руку, сухо сказала:

-“Она отрастет снова, если будет достаточно духовной энергии. И я не была тем, кто его отрезал, так что тебе не нужно меня благодарить.”

Ситуация была действительно ужасной. Это был Вэнь Женьхэ, который действовал, но он отрезал не свою собственную плоть, и Цю Конгсюэ тоже не хотела этого. Ни у одного из них не было ни капли искренности, и ни один из них не чувствовал, что заслуживает благодарности Бейли Цинмяо.

Вэнь Женьхэ поговорил с Бейли Цинмяо, которая обнимала Цю Конгсюэ.

-“Не расслабляйся слишком рано. Я просто немного поэкспериментировал. Боюсь, что для того, чтобы найти вход в духовное царство, вам придется получить еще больше травм.”

Сказав это, он взял Залитый Лунным светом Морозный шелк Бейли Цинмяо и, обвязав его вокруг ее талии, снова вырубил ее ударом в затылок.

Используя залитый Лунным светом Морозный шелк в качестве лески, он перебросил обмякшее тело Бейли Цинмяо через край обрыва.

На этот раз Вэнь Женьхэ осмелился свернуть с пути книги и сделать что-то другое. Обработав рану Бейли Цинмяо, он позволил входу исчезнуть, затем снова вырубил ее и оставил болтаться у скалы.

Это было совершенно не похоже на события, описанные в книге, но духовная сфера снова материализовалась.

Даже Инь Ханьцзян, который редко думал самостоятельно, спросил в замешательстве:

-“Почтенный, что происходит?”

Духовная сфера должна быть возможностью, с которой сталкиваешься раз в тысячу лет, и для них уже было невероятно стать свидетелями одного открытия. Как могло случиться, что после того, как Вэнь Женьхэ передал его, теперь он снова открылся?

-“Давай поговорим после того, как войдем” ,- Вэнь Женьхэ ничего не объяснил, вместо этого обернул шелковую ленту в своих руках вокруг себя и Инь Ханьцзян и прыгнул вслед за Бейли Цинмяо.

Цю Конгсюэ не собиралась отставать и, не обращая внимания на свою отсутствующую руку, спрыгнула со скалы. Однако после того, как духовное царство поглотило остальных троих, оно не обратило на нее никакого внимания и внезапно исчезло. Духовные силы Цю Конгсюэ были подавлены, из-за чего она не могла летать, и, не сумев вовремя ухватиться за лиану, она с шлепком упала в море.

Внутри духовного царства Вэнь Женьхэ связал потерявшую сознание Бейли Цинмяо в узел, который он перекинул через плечо. Он посмотрел на вход, который теперь был закрыт за ними, и сказал:

-“Как я и ожидал, Цю Конгсюэ не смогла войти”.

-“Она была прямо за нами, но вход полностью миновал ее”, - сказал озадаченный Инь Ханьцзян.

-“Духовное царство хотело принять только одного человека, Бейли Цинмяо”, - сказал Вэнь Женьхэ, указывая на сверток у него за спиной - “Если бы мы не были привязаны к ее оружию, мы бы тоже не смогли войти”.

В книге Вэнь Женьхэ сжимал Бейли Цинмяо в своих объятиях, так что их нельзя было разлучить. На этот раз Вэнь Женьхэ намеренно оставил позади Цю Конгсюэ, чтобы проверить, действительно ли духовное царство нацелилось на Бейли Цинмяо.

Казалось, все сокровища мира были притянуты к главному герою. Может быть, они почитали ее как изначальную богиню, или, может быть, они хотели поглотить ее силу.

Это духовное царство было частью дворца в царстве бессмертия. Единственными открытыми для них местами был зал, окутанный бессмертной сущностью, и живописный внутренний двор снаружи. За пределами двора была стена белого тумана и мощная решетка, которая не давала им уйти.

Малиновая одноногая птица дремала во дворе, усевшись на дерево, усыпанное алыми плодами. В небольшом ручье внизу лазурный карп время от времени глотал упавшие фрукты, радостно взмахивая хвостом. На камне у ручья сидела желтая черепаха, а к ней подошел белый кот, перевернул черепаху и начал точить когти о ее панцирь.

Они вдвоем наблюдали за этой сценой из окна, выходящего во внутренний двор, не желая небрежно покидать комнату. Инь Ханьцзян некоторое время рассматривал животных, затем нерешительно спросил:

-“Лазурный Дракон, Белый Тигр, Черная Черепаха и Красная Птица - это четыре священных зверя. Хотя они обитают в царстве бессмертных, они являются хранителями четырех направлений и должны защищать небесные столпы. С чего бы им всем появляться в этом маленьком дворике?”

Вэнь Женьхэ достал "Оскорбительный роман" и пролистал его.

- “Самое странное, что это не соответствует описанию духовной сферы в книге”.

То, во что они должны были войти, было черной как смоль пещерой, охраняемой множеством монстров и зверей. Бейли Цинмяо все еще истекала кровью от укуса, нанесенного ей кровавой летучей мышью, и запах привлек многих зверей вперед. Защищая главную героиню, Вэнь Женьхэ рисковал своей жизнью, чтобы убить их. Они вдвоем, спотыкаясь, брели в темноте и, наконец, наткнулись на Разбитый Горный метеорит.

Метеорит светился светом, не давая им приблизиться. Только после того, как Вэнь Женьхэ использовал убийственное намерение Семерых Убийц Алебарды, чтобы подавить его, он мог заявить о нем. После этого Бейли Цинмяо нашла детоксицирующие травы, чтобы нанести их на свой укус. В тот момент, когда кровотечение прекратилось, появился выход, и Вэнь Женьхэ пронес ее через него.

Перечитав раздел еще раз, Вэнь Женьхэ сказал:

-“Есть два расхождения. Во-первых, Бейли Цинмяо в настоящее время без сознания, и во-вторых, она не ранена и не отравлена.”

Эти два разных состояния привели к совершенно разным духовным сферам.

-“Это место находится в том же месте, что и книга, только в другой форме, или в совершенно другом месте?” ,-Инь Ханьцзян задумался. Со стола в холле он взял маленькую металлическую коробочку.

Вэнь Женьхэ улыбнулся и взял его у него.

-“Расколотый горный метеорит”.

Разбитый Горный Метеорит, ради достижения которого он первоначально столкнулся с тысячью опасностей, теперь мирно лежал на столе, чтобы его мог взять любой желающий.

Он уже оставил бессознательную Бейли Цинмяо на кровати. Вэнь Женьхэ взглянул на нее, задаваясь вопросом, изменится ли их окружение, когда она проснется.

Когда ее укусили кровавые летучие мыши ранее, Вэнь Женьхэ не заметил ничего странного в ее крови, но это не означало, что ничего другого не могло быть. Он использовал свою духовную энергию, чтобы сделать порез на ее руке. Ее кровь текла свободно, но ничего не изменилось в их окружении.

После некоторого размышления Вэнь Женьхэ взмахнул рукой и рассеял кровавую ци, которую он оставил внутри ее тела. Бейли Цинмяо немедленно проснулась, протерла глаза и вскрикнула от шока.

-“Где я нахожусь? Почему здесь так темно?”

В тот момент, когда ее глаза открылись, духовное царство превратилось в черную как смоль пещеру.

Глава 23 - Знак секты Сюаньюань

Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян увидели, как дворец на их глазах превратился в пещеру. Инь Ханьцзян автоматически обнажил свой меч, встав перед Вэнь Женьхэ.

Совершенно ничего не замечающая Бейли Цинмяо собрала шелк, которым ее связывали, и, осмотрев все вокруг, спросила:

-“Эти старшие, где мастер Цинсюэ? Аргх!”

Она почувствовала, как что-то холодное коснулось ее лодыжки, и вскочила на ноги, зажигая при этом световой талисман. При его освещении она теперь могла видеть, что земля у ее ног кишела змеями, самая маленькая была толщиной с рисовую миску, а самая большая - более метра в ширину.

Пещера была огромной, и по ней гулял слабый ветерок. Змеи были переплетены вместе, полностью покрывая землю. Вэнь Женьхэ удержал руку Инь Ханьцзяна, прежде чем он смог высвободить свой меч, и спокойно сказал:

-“Пока не действуй. Я чувствую , что… они не собираются нападать.”

-“Ах! Я боюсь змей!” ,-совершенствование Бейли Цинмяо все еще было подавлено, и она не могла летать. Она только прыгала по земле, выглядя так, словно вот-вот заплачет.

В книге Вэнь Женьхэ убивает всех змей, увидев их, заставляя кровь привлекать больше зверей и ставя их в худшее положение.

Теперь, когда он увидел, как духовное царство превратилось из дворца в пещеру, Вэнь Женьхэ удержался от немедленного удара.

-“Не будь такой безумной”, - сказал он Бейли Цинмяо - “Стой  спокойно на месте, и змеи, вероятно, оставят тебя в покое. Если ты нападешь на них, ты навлечешь беду”.

Бейли Цинмяо была послушной и твердо стояла ногами на земле, терпя свой страх. Самая толстая змея тут же поползла к ней. Бейли Цинмяо хотелось закричать и наброситься на него, но, вспомнив слова Вэнь Женьхэ, она взяла себя в руки и стояла на своем. Как только она успокоилась, то увидела, как огромный питон легонько потерся головой о ее ногу, как собака, и даже слегка пошевелил кончиком хвоста.

Бейли Цинмяо: …

-“Ч-что происходит?” ,- спросила она, дрожа и прижимаясь спиной к каменной стене.

Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян стояли напротив нее и могли ясно видеть, как стена позади нее открыла огромный желтый глаз с узким зрачком. Глаз вращался, пока не увидел Бейли Цинмяо, и в этот момент он сузился, как будто в улыбке.

Вэнь Женьхэ : …

Инь Ханьцзян: …

Теперь, когда они были спокойны и воздерживались от нападения на зверей, они могли ясно видеть привязанность, которую они проявляли к Бейли Цинмяо.

-“Прежде чем ты вошла в духовное царство, были ли у тебя какие-нибудь мысли о том, на что это будет похоже?” ,- спросил Вэнь Женьхэ у Бейли Цинмяо.

-“Я действительно немного пофантазировала”, - сказала Бейли Цинмяо, прислонившись к стене и совершенно не осознавая, что большой глаз над ее головой теперь смещается вниз.

-“Если это духовное царство, то это должен быть великий золотой дворец, все предметы во дворце были бы редкими сокровищами, и, возможно, Разбитый Горный метеорит, который нужен старшим, лежал бы где-нибудь на столе! Снаружи мог быть внутренний двор, и обычные животные, живущие в нем, были бы божественными зверями, о которых говорится в легендах, такими как Лазурный Дракон, Белый Тигр, Черная Черепаха и Красная Птица, или что-то в этом роде… а? Почему ты так на меня смотришь?”

Даже Инь Ханьцзян, который обычно обращал внимание только на своего хозяина, не мог не бросить на Бейли Цинмяо странный взгляд.

Место, в которое они вошли, было именно фантазией Бейли Цинмяо. Это также появлялось только тогда, когда она была без сознания, а когда она просыпалась, то то, что она представляла, исчезало, и окружающая среда превращалась в ужасающий адский пейзаж. Хотя этим зверям явно нравилась Бейли Цинмяо, и если бы никто не напал, все, что они сделали бы, это попытались подобраться к ней поближе.

-“Царство фантазий, хм...” ,- пробормотал Вэнь Женьхэ.

Затем он сказал:

-“Тогда, если бы во дворце было лекарство, которое могло бы спасти твоего шисюна, что бы это было?”

-“Я думаю, цветущий лотос в одном из прудов внутреннего двора, его семицветное нефритовое сердце лотоса могло бы вылечить шисюна… Старший, почему мне кажется, что стена позади меня движется?”

"Наверное, как тот, что у твоих ног, он пытается потереться о тебя головой, только голова у него какая-то большая", - подумал Вэнь Женьхэ.

-“Где должен быть выход из духовного царства?” ,- спросил Вэнь Женьхэ.

-“Я представляла, что дворец будет окружен белым туманом, и поскольку он является частью царства бессмертных, он должен быть окружен мощным массивом, препятствующим любому проникновению. Туман будет тоньше у задней двери дворца, и он будет служить проходом обратно к Скалам Золотого берега… старший, это все только мои мечты, почему ты спрашиваешь обо всем этом? Кажется, я на чем-то зациклилась. Что на стене позади меня?”

Снова ничего, просто она, казалось, опиралась на язык, который прилипал к ней.

-“Бейли Цинмяо, потеряй сознание”, - сказал Вэнь Женьхэ - “После того, как ты снова откроешь глаза, ты окажешься на Скалах Золотого берега, и старейшина Цинсюэ будет там”.

-“Неужели?!” ,-Бейли Цинмяо на мгновение заколебалась, затем решила: “

-Поскольку я так слаба, я не смогла бы ничем помочь этим двум старшим, даже стоя на ногах. Тогда я иду сюда”.

Сказав это, она остановила дыхание и запечатала свои чувства, ее сознание глубоко погрузилось в даньтянь, и она потеряла сознание, как будто щелкнул выключатель.

В ту минуту, когда она потеряла сознание, их окружение вернулось к той сцене, которую она себе представляла.

-“Достопочтенный, может ли это духовное царство действительно быть создано разумом Бейли Цинмяо?” ,- удивленно спросил Инь Ханьцзян, перекидывая ее через плечо - “Была ли пещера настоящей или этот дворец? Или ни то, ни другое не являются реальными?”

-“Есть еще одна возможность, что оба они реальны”, - сказал Вэнь Женьхэ.

На этот раз он вышел во двор и сорвал лотос, которого не было в прошлый раз, извлек его сердцевину.

Четыре невзрачных божественных зверя не сделали ни малейшего движения, чтобы остановить его, продолжая развлекаться по-своему.

-“Мы получили все, что хотели. Пора идти” ,-сказал Вэнь Женьхэ Инь Ханьцзяну - “Давай найдем заднюю дверь, о которой она упоминала”.

Они подошли к задней двери и обнаружили, что туман здесь действительно был тоньше и казался вполне проходимым.

Инь Ханьцзян попытался броситься вперед, чтобы проверить маршрут для своего учителя, но Вэнь Женьхэ удержал его.

-“Мы пойдем вместе, спина к спине, и понесем Бейли Цинмяо вместе”, - сказал Вэнь Женьхэ.

-“Понятно!”

Спина к спине, одним плечом поддерживая Бейли Цинмяо, а свободными руками держась друг за друга, они осторожно шли сквозь туман.

Пройдя неопределенное время сквозь белый туман, который не давал им ощущения расстояния, они внезапно почувствовали соленый морской бриз. Следуя за ветром еще несколько шагов, туман расступился, и они остались стоять на краю утеса, а перед ними расстилалось золотое море.

Теперь, когда его зрение было заполнено чем-то другим, кроме белого, Инь Ханьцзян опустил Бейли Цинмяо и повернулся, чтобы посмотреть на знакомое лицо Вэнь Женьхэ. Только тогда он вздохнул с облегчением и плюхнулся на землю.

-“Защитник Инь, почему ты так напряжен?” ,- сказал Вэнь Женьхэ, сидя рядом с ним на краю обрыва. Он не понимал, почему Инь Ханьцзян расслабился в тот момент, когда увидел его, и никогда раньше не видел, чтобы он вел себя так неподобающе.

-“Я боялся, что не только фантазии Бейли Цинмяо были реализованы в духовной сфере, и что мои мысли тоже будут реализованы. Этот подчиненный просто слишком много думал ”.

-“О чем ты только думал?” ,- спросил Вэнь Женьхэ.

Инь Ханьцзян склонил голову и ничего не ответил. Он шел спиной к спине с Вэнь Женьхэ по всей тропинке и мог коснуться только его ледяных пальцев, которые не были похожи на пальцы живого человека. Инь Ханьцзян боялся, что когда они выйдут и он обернется, то обнаружит за собой труп.

Когда Инь Ханьцзяну было пять лет, он очнулся в могиле и стал рыться в ней в поисках своих матери и отца. Его ноги были сломаны, и на нем лежал труп, придавивший его. Поискав некоторое время, он понял, что одежда лежащего на нем тела была залатана знакомым образом, и узнал в ней одежду своей матери. Тогда он не понимал толком, что такое смерть, и только обнимал труп и плакал. Не обращая внимания на боль от ран, он перевернул тело и обнаружил гнилое лицо, кишащее личинками.

Инь Ханьцзян грубо вытряхнул себя из воспоминаний. Он чувствовал себя жалким из-за того, что думал об этих вещах. Прошло уже более ста лет, и обычные люди прожили бы всю свою жизнь, но он все еще не мог избавиться от своих воспоминаний пятилетнего ребенка.

Достопочтенный не стал бы трупом. Вэнь Женьхэ был самым сильным человеком в мире культивирования. Не было никого, кто мог бы убить его.

Вэнь Женьхэ схватил Инь Ханьцзяна за руку и обнаружил, что его ладонь покрыта потом. Культиваторы уже превзошли смертность. Они могли бы прокормить себя без еды и избежать цикла перевоплощений, и потели бы только от сильного страха. Если Инь Ханьцзян не хотел говорить, Вэнь Женьхэ не мог угадать его мысли. Он только чувствовал, что более позднее безумие Инь Ханьцзяна в книге, в конце концов, не возникло из ниоткуда.

В эти дни он уделял все больше и больше внимания Инь Ханьцзяну и понял, что в сердце Инь Ханьцзяна, казалось, была бездонная яма. Если бы его сердце не могло успокоиться, Инь Ханьцзян никогда не смог бы достичь Махаяны.

-“Кажется, когда у нас будет свободное время в будущем, я должен пригласить тебя выпить, чтобы ты мог расслабиться немного”, - сказал Вэнь Женьхэ - “И в то время ты должен будет сказать мне, о чем ты думал. Как насчет этого?”

Выражение лица Инь Ханьцзяна казалось напряженным. Он не хотел, чтобы Достопочтенный лучше понимал его.

Вэнь Женьхэ мог бы приказать Инь Ханьцзяну говорить, но у него не было желания принуждать его, и вместо этого он сказал:

-“В таком случае, я позволю тебе назначить время. Всякий раз, когда ты захочешь заговорить, этот Достопочтенный будет рядом, чтобы это услышать”.

Пока они разговаривали, человек взобрался на скалу со стороны океана — Цю Конгсюэ.

Она не могла использовать духовную энергию в океане, и ей потребовалось много времени, чтобы доплыть обратно и подняться на вершину.

Видя, что ее рука все еще не выросла, Вэнь Женьхэ спросил:

-“Как долго нас не было?”

-“Меньше двух часов”, - ответила Цю Конгсюэ.

-“Встречался ли Достопочтенный с какими-либо угрозами, находясь в духовном царстве?”

Вэнь Женьхэ не собирался говорить ей об этом. Он дал Бейли Цинмяо пощечину, которая, казалось, всегда так или иначе теряла сознание, и поставил перед ней Семицветное Сердце Лотоса и Разбитый Горный Метеорит.

-“Я предполагал, что Расколотый Горный метеорит был предназначен мне судьбой, но, похоже, это было просто принятие желаемого за действительное. Эти двое принадлежат тебе, и тебе решать, что с ними делать”.

-“Как вы можете позволять мне иметь все?” ,- сказала Бейли Цинмяо, размахивая руками - “Я ничего не делала и всю дорогу была обузой. Я просто благодарна тебе за то, что вы не отказались от меня. Разбитый Горный метеорит, естественно, принадлежит вам. Что касается сердца лотоса… не могли бы вы, пожалуйста, относиться к нему так, как этот ученик одалживала его на данный момент? В будущем я обязательно отплачу вам тем же”.

-“Все как раз наоборот” ,- Вэнь Женьхэ поднял Разбитый Горный метеорит -  “Относитесь к этому как к Почтенному заимствованию этого”.

-“Этот почтенный?” ,- спросила Бейли Цинмяо, склонив голову набок.

Скопировав события из книги, Вэнь Женьхэ достал жетон Мастера секты Сюаньюань и протянул его ей.

-“Это знак Почтенного. Если ты будешь нуждаться в будущем, ты можешь обменять его на одну услугу от этого Почтенного, какой бы она ни была ”.

Бейли Цинмяо приняла обеими руками жетон, похожий на тигровую бирку[1], и не смогла удержаться, чтобы не спросить:

1. Подсчеты Tiger (то, что было у wwx в cql) делятся на две половины и передаются генералам для санкционирования развертывания войск. Если половинки подходят друг к другу, можно определить, что они подлинные.

-“Могу я узнать ваше имя?”

-“Этот Достопочтенный” , - Вэнь Женьхэ.

Услышав его, Бейли Цинмяо в панике уронила жетон и, заикаясь, обратилась к Цю Конгсюэ:

-“Мастер Цинсюэ, этот... этот старший — лидер демонической секты”.

-“Почему ты так волнуешься?” ,-сказала Цю Конгсюэ - “Мы с тобой вместе ему не ровня, так что не думай о том, чтобы быть героем”.

Ее самообладание также помогло Бейли Цинмяо успокоиться. Если бы Вэнь Женьхэ хотел убить ее, он мог бы сделать это, пошевелив пальцем.

-“Мастер секты Вэнь Женьхэ, я не могу принять ваш знак”, - сказала Бейли Цинмяо, покачав головой, теперь меняя манеру обращения - “Праведные и демонические секты находятся в оппозиции друг к другу, и каждая сторона нанесла тяжелые потери другой во время Великой войны Сект. Мой Мастер Секты был глубоко ранен вами и все еще без сознания, а Зарождающуюся Душу моего шисюна забрал один из ваших подчиненных. Я не забуду всю ту помощь, которую вы мне оказали, и в будущем, если смогу, не поступаясь своей моралью, я обязательно отплачу вам тем же. Но с этого момента я больше не могу поддерживать с вами связь, и еще меньше я могу сохранить ваш жетон ”.

Бейли Цинмяо поклонилась Вэнь Женьхэну на прощание и обеими руками вернула счет.

-“Не будь такой поспешной. Тебе это пригодится” - Вэнь Женьхэ не пошевелился, чтобы принять это - “А праведный и демонический пути не такие уж черно-белые, как тебя учили. Когда настанет день, когда секта Шанцин отвернется от тебя и попытается причинить тебе вред и заключить в тюрьму, ты сможешь решить, нужно тебе это или нет ”.

-“Почему моя секта отвернётся от меня?” ,- озадаченно спросила Бейли Цинмяо.

Вэнь Женьхэ не ответил, только исчез в полосе малинового света и улетел вместе с Инь Ханьцзяном, оставив Цю Конгсюэ и Бейли Цинмяо безучастно смотреть им вслед.

Перед своим отъездом Вэнь Женьхэ передал Цю Конгсюэ:

-“Задержите свое возвращение на несколько дней, чтобы доставить лекарство Хэ Вэньчжао заняло больше времени”.

Теперь, когда он дал Хэ Вэньчжао и Кровавому Демону немного времени, чтобы действовать, он задавался вопросом, что произойдет на этот раз.

Глава 24 - Бок о бок

Целью Вэнь Женьхэ в этой поездке было выковать новый меч для Инь Ханьцзяна, бессмертное оружие, если это возможно, или, по крайней мере, почти бессмертное оружие.

Обменяв метеорит на свой жетон и пообещав помогать Бейли Цинмяо в будущем, он отвез Инь Ханьцзяна на Тысячемильные Ледяные равнины.

Теперь его следует назвать Огненными равнинами Тысячи Миль. Бескрайнее белое поле одиннадцатилетней давности превратилось в море магмы. Даже на уровне Инь Ханьцзяна или Вэнь Женьхэ они не подходили слишком близко к поверхности, просто обозревая пейзаж с высоты.

-“Блуждающий бессмертный из Павильона Цилин веками культивировал пламя подо льдом, но так и не смог найти Снежное Пламя. И все же, когда Бейли Цинмяо рухнула на Ледяных Равнинах, он мгновенно оказался в ее руках. Чтобы найти истинное тело этого бессмертного, этот Достопочтенный прорвался сквозь слой льда, и теперь, когда лед не подавляет его, подземные пожары преобразили окружающую среду Ледяных Равнин ”, - сказал Вэнь Женьхэ.

Несмотря на то, что Инь Ханьцзян обычно не обращал внимания ни на что, кроме Вэнь Женьхэ, он не мог не спросить:

-“Почему духовная сфера изменилась в соответствии с пожеланиями Бейли Цинмяо? И то, что она себе представляла, действительно материализовалось ”.

Инь Ханьцзян достал Разбитый Горный Метеорит. Ему все еще было трудно поверить, что это сокровище в его руках было настоящим.

-“Что, если он внезапно превратится в туман и исчезнет?” ,- спросил Инь Ханьцзян.

Вэнь Женьхэ увидел любопытство, сверкнувшее в его глазах, и не смог сдержать легкой улыбки.

-“В начале небеса и земля были изначальным хаосом, и все существующее было бесформенной энергией. Изначальный бог пробудился в хаосе и использовал свою силу, чтобы разделить небо и землю, став единым целым с космосом и породив все сущее. Это было единственное начало, из которого развилось все существующее[1]“.

1. Это история Пангу, китайского мифа о сотворении мира.

Инь Ханьцзян достиг стадии Границы Пустоты за столетие совершенствования, и его способность к пониманию на самом деле была довольно высокой. Он обдумал это и спросил:

-“Имеет ли в виду Господин, что духовное царство было не дворцом и не пещерой, а скоплением изначального хаоса, подобного космосу до разделения неба и земли? То, что мы видели сегодня, было уменьшенной версией формирования космоса? ”

-“Возможно” ,- Вэнь Женьхэ и сам не был уверен в своей догадке и мог дать Инь Ханьцзяну только нерешительный ответ.

-“Тогда почему все стало темным, когда она открыла глаза, и ярким, когда она закрыла их? Это почти как в легенде о Драконе-Факеле, который приносит день, когда его глаза открыты, и ночь, когда они закрываются. За исключением того, что все наоборот.”

Инь Ханьцзян потер метеоритное железо, все еще глядя на него с недоверием.

Он оставался спокойным перед Цю Конгсюэ и Бейли Цинмяо, таким же холодным и бесстрастным, как всегда, но наедине с Вэнь Женьхэ он, наконец, научился проявлять немного любопытства.

-“У этого Почтенного действительно есть идея на этот счет” ,-  Вэнь Женьхэ не заметил снисходительной улыбки, появившейся на его губах.

-“В книге говорилось, что Бейли Цинмяо была изначальной богиней в своей предыдущей жизни и управляла эпидемиями, бедствиями и войнами. Куда бы ни падал ее взгляд, смертных постигали бы бедствия, так что она не часто смотрела на мирное окружение. Если бы духовное царство было собранием изначальной энергии, которая была привлечена к Бейли Цинмяо, это, естественно, отражало бы ее судьбу ”.

Темно и адски, когда она бодрствует, и только рай в ее снах.

Оскорбительный любовный роман был таким же. Все было именно так, как сказал один рецензент — автор наделил главную женскую роль изначальной божественной природой, талантом и удачей, способными перевернуть судьбу, а также безупречной внешностью и характером. Они создали исключительную главную героиню, а затем позволили Хэ Вэньчжао растоптать ее.

Бейли Цинмяо, вероятно, могла получить то, что хотела, только в своих мечтах.

-“В любом случае, Разбитый Горный Метеорит, несомненно, реален, и Семицветное Сердце Лотоса также, безусловно, сможет исцелить Хэ Вэньчжао. Но кто знает, будет ли у Бейли Цинмяо шанс им воспользоваться?” ,- сказал Вэнь Женьхэ.

Несмотря на то, что Цю Конгсюэ теперь была блуждающим бессмертным, она все еще могла вернуться в секту Сюаньюань после кражи нескольких секретных техник секты Шанцин. С интеллектом Цю Конгсюэ, она не оказала бы никакого влияния на секту Шанцин, даже если бы осталась, не говоря уже о том, чтобы стать кротом секты Сюаньюань. У Вэнь Женьхэ также не было амбиций объединить весь мир культивирования, поэтому, по логике вещей, он должен был вернуть Цю Конгсюэ обратно.

Причина, по которой он позволил ей вернуться в секту Шанцин, заключалась в том, что ему было любопытно, какие изменения она произведет, если останется рядом с главным героем.

Вэнь Женьхэ также был весьма удивлен тем, как Цю Конгсюэ вела дела. Какой другой культиватор сказал бы Хэ Вэньчжао что-то вроде:

- “Очевидно, волшебный эликсир должен быть использован на мне, кто бы спас такой кусок мусора, как ты?”

После того, как Бейли Цинмяо упала в обморок, Цю Конгсюэ была так обеспокоена, что хотела немедленно вернуть свою душу, что означало, что она действительно была привязана к своей ученице, даже желая, чтобы она стала наследницей ее методов культивирования призраков. С таким “внимательным” мастером на стороне главного героя Вэнь Женьхэ действительно с нетерпением ждал, как будет развиваться история.

На данный момент, однако, у него была более важная вещь, чем история, на которой нужно было сосредоточиться, а именно, выковать меч Инь Ханьцзяна.

С помощью связанного оружия культиватор мог получить доступ к мудрости оружия, и его понимание Дао становилось глубже. Вэнь Женьхэ надеялся, что после того, как Инь Ханьцзян получит свой новый меч, он сможет избавиться от своих навязчивых идей и строить реальные планы на будущее. Таким образом, если бы Вэнь Женьхэ действительно когда-нибудь умер, как в книге, Инь Ханьцзян смог бы действовать рационально и не стал бы тем, кем он стал.

Звенящий клинок обладал собственным сознанием и чувствовал, что Вэнь Женьхэ собирается усовершенствовать его. Он попытался вырваться, когда его вытаскивали из ножен, но был пойман в ловушку облаком кровавого тумана.

-“Почтенный!” ,- закричал Инь Ханьцзян, не думая, что Вэнь Женьхэ отрубит себе одну из рук.

Кровавый туман, из которого состояла эта рука, выхватил метеоритное железо у Инь Ханьцзяна и начал заставлять его соединяться со Звенящим клинком.

-“Чтобы создать легендарное оружие из этих огней, нужно пожертвовать человеческой кровью и душами”, - спокойно сказал Вэнь Женьхэ.

-“Демонические культиваторы обычно похищают Зарождающуюся Душу или высшего культиватора для своих ремесел, запечатывая душу внутри оружия, чтобы создать артефакт беспрецедентной силы”.

Праведные земледельцы, конечно, не стали бы жертвовать своими собратьями ради изготовления оружия, а стали бы ловить духовных зверей. Духовные звери от природы были наделены духовной силой с небес, такие как цилинь и другие мифические звери. Праведные культиваторы брали бы свои внутренние ядра, из которых они могли бы создавать почти бессмертное оружие.

Хотя все еще оставались некоторые предсмертные культиваторы, которые предлагали себя для превращения в оружие, чтобы получить новую жизнь.

Вэнь Женьхэ не стал бы использовать ни один из этих методов. Будь то Зарождающаяся Душа или звериная сердцевина, в конце концов, все это была просто духовная энергия, очищенная в очень плотную и чистую сущность путем совершенствования. В отличие от других культиваторов, тело и душа Вэнь Женьхэ были единым целым, и у него тоже больше не было Зарождающейся Души. Все его тело было наполнено очень утонченной и чистой духовной сущностью. Одной руки культиватора Махаяны было более чем достаточно, чтобы восполнить всю мощь культиватора Единства Тела.

Инь Ханьцзян хотел остановить Вэнь Женьхэ, но его удержала кровавая лента. Он мог бы прорваться без особых проблем, но поскольку она была сформирована из другой руки Вэнь Женьхэ, он просто причинил бы своему Преподобному больше вреда, если бы сопротивлялся.

Он мог только наблюдать, как багровый свет поглотил Звенящий клинок и Разбитый Горный Метеорит и погрузился в пламя. Вэнь Женьхэ начал читать заклинание, и туман, который был его рукой, начал быстро поглощать силу пламени.

Глубокий грохот начался под огненной равниной, когда лава бешено закипела, выбрасывая искры высоко в воздух.

Небеса теперь почувствовали создание оружия из силы, украденной у естественного порядка, и облака собрались на небе, предвещая небесную скорбь.

Поток лавы пугающей температуры извергся в небо подобно гейзеру, пока не встретился с облаками наверху и не столкнулся с первой вспышкой молнии, отразив ее.

Во вспышке можно было разглядеть чистый черный меч, медленно обретающий форму. Вэнь Женьхэ приказал Инь Ханьцзяну:

-“Верни свой меч!”

Инь Ханьцзян подавил свою тоску и бросился во вспышку. Он не мог допустить, чтобы жизненная сила Преподобного была потрачена впустую.

Встретив вторую вспышку молнии, он схватился за меч, и поток теплой энергии потек от него к его руке. Внутри клинка он чувствовал желание защитить его.

Намерение убить и желание защитить, слившиеся воедино, оба в гармонии без какого—либо конфликта - таков был путь Вэнь Женьхэ!

Когда выковывается легендарное оружие, оно должно выдержать девять ударов небесной молнии, каждый из которых сильнее других. Первые два были серебристо-белыми, а третий - фиолетовым. Чтобы подчинить оружие, Инь Ханьцзян должен был воспользоваться тем, что оно было ослаблено молнией, чтобы заставить его подчиниться ему, выдерживая удары сам.

В серебристо-фиолетовой вспышке третьего разряда можно было смутно разглядеть силуэт Инь Ханьцзяна, который сидел, скрестив ноги, в воздухе, а меч висел перед ним, издавая пронзительный гул сопротивления.

В этот момент Вэнь Женьхэ больше ничего не мог сделать. Он оставался на небольшом расстоянии от молнии, наблюдая за Инь Ханьцзяном.

Инь Ханьцзян, безусловно, смог бы усовершенствовать это оружие. Вэнь Женьхэ непоколебимо верил в него.

На свету вокруг Инь Ханьцзяна и меча медленно образовался барьер, защищающий их обоих. Он выдержал четвертый, пятый, шестой и седьмой удары, не дрогнув.

Каждая из девяти вспышек небесной молнии была в два раза сильнее предыдущей. Первый было нетрудно выдержать, но как только дело дошло до восьмого или девятого, задействованной энергии уже было достаточно, чтобы уничтожить Тысячемильные Ледяные Равнины.

С восьмой вспышкой молнии по барьеру вокруг Инь Ханьцзяна пробежала трещина. Лава на Ледяных Равнинах бурлила, и температура даже высоко в воздухе поднялась до адской. Если бы кусок обычного железа был подброшен вверх, он бы расплавился в воздухе и бесследно исчез в море пламени внизу.

Чтобы уничтожить это новое бессмертное оружие, на сотню ли вокруг собрались грозовые тучи, которые теперь светятся фиолетовым, набирая силу для девятого удара.

Не было никакого способа, которым барьер Инь Ханьцзяна смог бы противостоять этому. Если он не сможет усмирить меч до этого, они оба превратятся в пепел от вспышки фиолетового света.

Инь Ханьцзян делал все, что мог, чтобы общаться с мечом, прося его стать его. Он передал ему свои добрые намерения, свое намерение защитить своего Преподобного, но меч проигнорировал его. Он всего лишь хотел вырваться за пределы барьера и вырваться из-под контроля небес.

Почему оно не желало подчиняться ему? Меч был выкован из собственной крови и души Вэнь Женьхэ и унаследовал часть его Кровавого Пути. Когда Инь Ханьцзян сказал ему, что хочет защитить Вэнь Женьхэ, почему он не подчинился?

Инь Ханьцзян не мог понять этого, а тем временем барьер не выдержал даже давления следующей молнии и полностью разрушился, оставив Инь Ханьцзяна и непослушный меч незащищенными под грозовыми тучами.

У него не было никакого контроля над мечом, который хотел устремиться к облакам и столкнуться лоб в лоб с небесной молнией!

Инь Ханьцзян схватил меч и сумел с силой опустить его. Воля меча затопила его разум. Он слышал, как оно бесконечно повторяло: битва, битва, оно хотело битвы!

Боевой настрой заставил Инь Ханьцзяна вспомнить сцену в пограничном городе, когда ему было восемнадцать, наблюдая издалека, как его Господин, несмотря на все свое подавленное воспитание, повел свои войска в кровавую бойню, как смертный человек. Вэнь Женьхэ пренебрегал собственной безопасностью при каждой атаке, и даже если копье пронзит его плечо, его алебарда никогда не замедлится.

Инь Ханьцзян наивно стоял перед своим Преподобным, желая быть его мечом, желая защитить его, но Вэнь Женьхэ орудовал алебардой. Он сказал Инь Ханьцзяну:

-“Этот Почтенный не нуждается в твоей защите”.

Какой смысл был в жизни Инь Ханьцзяна, кроме защиты своего Преподобного?

Девятая молния превратилась в фиолетового дракона, ревущего и обвивающегося вокруг Инь Ханьцзяна. Пока Вэнь Женьхэ наблюдал, он слегка поднял руку, но в конце концов снова опустил ее.

Если бы он помог, Инь Ханьцзян никогда не смог бы преодолеть своих внутренних демонов.

Вэнь Женьхэ и раньше говорил, что он не возражал против того, чтобы Инь Ханьцзян умер за него, но он был против того, чтобы Инь Ханьцзян сходил из-за него с ума.

Повелитель Демонов много раз был свидетелем смерти, и ни его смерть, ни смерть его подчиненных не имели для него значения. Он только хотел умереть, когда захочет, потратив все свои силы и не оставив после себя никаких сожалений. Он надеялся, что Инь Ханьцзян поймет, что ему нужна не послушная марионетка и слепо преданный подчиненный. Ему нужен был авангард, который вместе с ним ворвался бы во вражеские ряды, острый клинок, который уничтожил бы любого противника.

Инь Ханьцзян, сможешь ли ты понять?

Фиолетовая молния уже полностью поглотила Инь Ханьцзян.  Вэнь Женьхэ увидел, как его силуэт исчез, и подумал, неужели это все, что он мог сделать.

Внезапно из молнии раздался металлический звук, и вспышка меча прорезала ее, устремляясь к небесам, устремляясь в бурю и напоминая черного дракона, который метался в облаках. После шквала других вспышек мечей грозовые тучи рассеялись.

Одежда Инь Ханьцзяна была изодрана в клочья, а в одной руке он держал меч, поднятый к облакам, которые он рассек одним ударом. Его лезвие, рукоять и кисточка были чисто черными, лезвие искрилось точками света, как звезды.

Вэнь Женьхэ услышал, как Инь Ханьцзян тихо сказал:

-“Твое имя - Сокрушительный Меч Армии”.

Алкаид ослепительно сиял в ночном небе над головой. Армейский Сокрушительный Меч непрерывно гудел, и когда Вэнь Женьхэ призвал свою Семерую Алебарду Смерти, она начала дрожать сама по себе.

Это было от счастья.

Счастье, что родилось оружие, которое полностью его понимало, счастье, что наконец-то появился компаньон, который мог продвигаться бок о бок с ним и покорять небеса.

На пути совершенствования не было коротких путей. Если они приняли решение восстать против небес, тогда они должны были оставить свои человеческие тела и стать богами. На этом пути никто не нуждался в защитнике. Им нужно будет только встретиться лицом к лицу с битвой, использовать свою собственную силу, чтобы прорубить путь на небеса!

Инь Ханьцзян медленно подлетел обратно к Вэнь Женьхэ, его глаза были непроницаемы. Он не опустился на колени, вместо этого прямо повернулся к Вэнь Женьхэ и сказал ясным голосом:

-“Инь Ханьцзян понимает”.

Больше не “этот подчиненный”, а просто “Инь Ханьцзян”.

Вэнь Женьхэ громко рассмеялся от радости, и Алебарда Семи Убийств прикоснулась своим лезвием к Армейскому Сокрушительному Мечу, гудя без остановки.  Вэнь Женьхэ сказал, довольный:

- “Этот Достопочтенный рад, что в мире есть еще один человек, который может сражаться бок о бок с ним”.

Инь Ханьцзян тоже слабо улыбнулся. Наконец-то ему удалось оправдать желания своего Преподобного. Подчинив себе Армию Сокрушительного Меча, он выполнил свою собственную волю меча.

Вэнь Женьхэ не нужен был Инь Ханьцзян, чтобы защитить его.  Вэнь Женьхэну нужен был кто-то, кто мог бы встать с ним спина к спине, владея оружием рядом с ним, когда они шли по пути вызова небесам, убивая даже богов и Будд на своем пути.

Вэнь Женьхэ выпустил Алебарду, Убивающую Семерых, и позволил ей и мечу начать сражаться и преследовать друг друга. Он повернулся лицом к Инь Ханьцзяну и сжал его руку в своей.

Когда обе их руки были сжаты в кулак, в их глазах сформировалась невысказанная клятва.

Они вместе посмотрели на небо, видя, как Полис и Алкаид отражают друг друга в блеске, оба сияют с большей силой, чем когда-либо прежде.

Однако Дубхе также сиял, почти заглушая свет Полиса и Алкаида.

-“Хм?” ,- Вэнь Женьхэ обменялся взглядом с Инь Ханьцзян. Что же случилось с Шу Яньян, что ее состояние так возросло?

Кстати говоря, после Великой войны Сект он уже целый год отсутствовал в секте Сюаньюань. Кто знает, в каком он сейчас состоянии?

Глава 25 - Неподчинение

Вэнь Женьхэ изначально планировал пойти прямо и похитить Чжунли Цяня после того, как закончит меч, но, увидев сияющую в небе Дубхе, он внезапно вспомнил, что ему нужно руководить сектой. Секта Сюаньюань понесла тяжелые потери в Великой войне Сект, многие эксперты погибли и были отправлены дальше. Из четырех Мастеров Алтаря трое были тяжело ранены, а четвертый сбежал в секту Шанцин, чтобы стать странствующим бессмертным. С отсутствием Левого Защитника и Мастера Секты единственным человеком, который все еще был способен, был бы Правый Защитник.

-“Если подумать, даже если этот Почтенный захватил Чжунли Цяня, мне все равно нужно место, чтобы заточить его”, - сказал Вэнь Женьхэ.

“Правильный Защитник знает больше о вопросах любви, чем мы, поэтому вопрос о том, как заставить Чжунли Цянь влюбиться в Бейли Цинмяо, также должно быть поручено ей”.

Теперь, когда он получил свой меч, Инь Ханьцзян понял, что он не должен был соглашаться с Преподобным, но помогать ему и облегчать его бремя.

Он хорошенько подумал и сказал:

-“У Правильного Защитника высокие амбиции. Секта Сюаньюань в настоящее время осталась без лидера, поэтому я боюсь, что она погрузилась в хаос ”.

-“Мне кажется, что сейчас она живет на широкую ногу”, - сказал  Вэнь Женьхэ, взглянул на Дубхе над головой - “Ну что ж. До встречи Бейли Цинмяо и Чжунли Цянь еще несколько десятилетий. У нас еще много времени, так что давайте вернемся в секту Сюаньюань и сначала во всем разберемся.”

-“Понятно”, - сказал Инь Ханьцзян.

Прежде чем они ушли, Вэнь взглянул вниз на Ледяные Равнины, чье пламя почти рассеялось под силой небесной молнии. Первоначально пламя должно было снова покрыться льдом примерно через сто лет, образовав новые Ледяные Равнины, но теперь молния израсходовала большую часть энергии подземных пожаров. Горы превратились в пыль, медленно погребая дремлющее пламя. В их столкновении молния и огонь наполнили землю огромной духовной энергией, достаточной для того, чтобы дать начало новым живым существам.

Вскоре земля под ними превратится в обширную травянистую равнину.

Только взглянув, Вэнь Женьхэ ушёл во вспышке багрового света, больше не обращая на это внимания. Инь Ханьцзян налетел на Армейский Сокрушительный Меч и догнал его.  Вэнь Женьхэ сдерживал свою скорость ради него, но полет меча Инь Ханьцзяна стал значительно быстрее.

Вэнь Женьхэ, видя, что Инь Ханьцзян легко поспевает за ним, еще немного ускорился.

Инь Ханьцзян направил свой меч вперед и все еще был в состоянии следовать на постоянном расстоянии на расстоянии вытянутой руки позади  Вэнь Женьхэ. Только до тех пор, пока Вэнь Женьхэ не достиг удвоенной своей первоначальной скорости, Инь Ханьцзян начал отставать.

Им потребовалось полдня, чтобы добраться до Ледяных Равнин, но на этот раз потребовалось всего три часа, чтобы вернуться на окраину секты Сюаньюань.  Вэнь Женьхэ не пришел прямо в главный зал, вместо этого остановился снаружи. Довольный, он сказал Инь Ханьцзяну:

-“Ты наконец-то понял истинное значение полета меча, в отличие от того, чтобы позволить мечам летать над тобой”.

Скорость Инь Ханьцзяна всегда была низкой, не только из-за его низкого уровня, но и потому, что демонический меч не подчинялся его воле. Он всегда отвлекался на то, чтобы держать все под контролем, что замедляло его.

-“Культиваторы Мечей - самые сильные среди всех культиваторов. Раньше ты мог использовать силу за пределами своего царства, потому что демонический меч использовал тебя, а не из-за твоей собственной силы или воли меча. Теперь, когда ты привязался к своему собственному оружию, этот Почтенный с нетерпением ждет возможности увидеть твою истинную силу как мастера владения мечом” ,- Вэнь Женьхэ ободряюще посмотрел на Инь Ханьцзяна.

Инь Ханьцзян, однако, смотрел только на отсутствующую руку Вэнь Женьхэ, которая еще не выросла, его лицо было довольно бледным.

-“Не волнуйся” ,- Вэнь Женьхэ накрыл его плечо одной рукой - “Поскольку я отрезал часть своей души, естественно, потребуется некоторое время, чтобы восстановиться. Такая незначительная травма, как эта, не помешает этому Почтенному вернуть секту Сюаньюань”.

Инь Ханьцзян крепко сжал свой меч, полный решимости не позволить клинку, который его Преподобие выковал из собственной души, пропасть даром. Он сложил ладони рупором и сказал:

- “Состав секты полностью изменился по сравнению с предыдущим. Этот подчиненный прорвется и откроет путь для Почтенных!”

-“В этом нет необходимости”, - сказал Вэнь Женьхэ, сдерживая боевые намерения Инь Ханьцзяна - “Я хотел бы посмотреть, чем занимается Шу Яньянь в эти дни. Если бы мы ворвались напрямую, кто-то такой проницательный, как она, немедленно сдался бы, что было бы не весело.”

Вэнь Женьхэ использовал иллюзию, чтобы скрыть их обоих, и, обойдя барьер, обнаружил, что несколько человек входят и выходят. Все они были незнакомцами, и кто знал, откуда они пришли.

Вэнь Женьхэ овладел одним из них и вошел вместе с группой, быстро выучив новый пароль массива. Он бесследно покинул это тело и вернулся наружу, где открыл небольшой вход и поманил Инь Ханьцзяна внутрь.

Секта Сюаньюань не имела никаких ограничений, запрещающих бегство или дуэли на своей территории. Каждый затевал драки, когда хотел, и тот, кто был сильнее, добивался своего.  Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян отправились прямо на земли Шу Яньянь, на горную вершину, насыщенную духовной энергией, на которой она построила дворец, напоминающий дворец смертного императора. Внутри он был заполнен спальнями, горячими источниками, травяными полями и так далее, так что Шу Яньянь могла возделывать все, что ей заблагорассудится.

Когда она не выполняла приказы или не искала перспективных подчиненных для воспитания, Шу Яньянь проводила большую часть своего времени, занимаясь самосовершенствованием в своем дворце. Но сегодня не только ее нигде не было видно, но и не так много ее подчиненных было поблизости.

Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян вошли во дворец и обнаружили, что большинство комнат были пусты, даже кроватей не было. Услышав чье-то приближение, они оба спрятались и увидели, как самый любимый подчиненный Шу Яньяня ведет за собой нескольких подчиненных среднего уровня развития и внешности, приказывая им:

-“Вы двое идите в Зал Объятий Луны, вы трое - в Зал Сбора Звезд, и положите все в мешки для хранения. Убедитесь, что вы осторожны с правильными защитными кроватями — вам лучше не стучать и не задевать их. Если бы Защитник получил травму во время культивации, вина была бы на ваших головах!”

Он командовал всеми направо и налево, сидя в главном зале, как будто это место принадлежало ему, и ел с тарелки, уставленной духовными фруктами.

Инь Ханьцзян ясно видел это и знал, что в секте было только одно дерево, на котором росли эти духовные плоды, - то, что росло в саду за домом Преподобного.

Он хотел броситься вперед, но был остановлен Вэнь Женьхэ. Пока все остальные были заняты перемещением мебели, Вэнь Женьхэ превратился в кровавый туман и вошёл в тело подчиненного Шу Яньянь. Он сказал Инь Ханьцзяну:

-“Переоденься, и пойдем поболтаем с Подходящим Защитником”.

Инь Ханьцзян рассматривал возможность использования техники маскировки, но Шу Яньянь была совершенствующейся высокого уровня и могла легко видеть сквозь нее. Он боялся, что разрушит план Преподобного, поэтому достал из сумки черную маску призрака и надел ее.

Сердце Вэнь Женьхэ екнуло, когда он увидел эту маску. Он уже собирался спросить, когда увидел, что несколько подчиненных возвращаются.

-“Мастер Гелиан” ,- сказали они ему - “ мы уже все убрали”

Вэнь Женьхэ воздержался от своих вопросов и ответил:

-“Следуйте за мной”.

Он взглянул на Инь Ханьцзяна в маске и сказал:

-“Ты тоже”.

Несколько мужчин бросали подозрительные взгляды на Инь Ханьцзяна.  Вэнь Женьхэ сказал более резким голосом:

- “На что вы смотрите? Новый ученик Защитника не хочет, чтобы его видели. Держите головы опущенными”.

Были некоторые люди, которые не хотели показывать свои лица, когда Шу Яньянь впервые привел их сюда. Подчиненные не осмелились задавать дальнейших вопросов и поспешили последовать за “Мастером Гелианом”, когда они полетели к главной вершине, где находилась резиденция Вэнь Женьхэ.

Они столкнулись с Шу Яньянь прямо в главном зале секты, одетой в роскошную красную мантию и в данный момент разговаривающую с другим подчиненным.

Они успели услышать, как кто-то сказал:

-“Миледи, все четыре Мастера Алтаря были доставлены на главную вершину. Что с ними делать?”

Шу Яньянь на мгновение задумалась, затем улыбнулась и сказала:

-“Давайте посмотрим, мастер Алтаря Юань слишком уродлив. Я не знаю, почему ему нравится ходить со всем этим жиром. Он мне не нравится, так что запечатай его силы и брось в подземную водную тюрьму. Мастер Алтаря Мяо выглядит неплохо, но кто знает, может быть, он держит одного или двух своих жуков на всякий случай. Я не хочу, чтобы меня укусили, так что брось его тоже в водную тюрьму. Что касается Мастера Алтаря Руаня и этого нового Мастера Алтаря Ши ... Отведите их в мою комнату, чтобы я могла насладиться ими как следует.”

-“Понятно”, - сказал ее подчиненный, кивая.

-“О, подождите!” ,- сказала Шу Яньянь.

Она взяла его за подбородок и поцеловала в красивое лицо, сказав мягким голосом:

-“Я забыла, что сейчас съезжаю. Отведи их в спальню Вэнь Женьхэ и сам тоже оставайся там. Через мгновение этот Защитник… нет, этот Почтенный хорошо позаботится о тебе ”.

Услышав, что она хочет использовать спальню Преподобного для таких вещей, Инь Ханьцзян больше не мог сдерживаться и выхватил свой меч, бросившись на Шу Яньянь. Красная мантия Шу Яньянь была первоклассным защитным предметом, поэтому она проигнорировала внезапно появившегося человека в маске, предположив, что он был одним из подчиненных Мастера Алтаря. Она подняла рукав, чтобы блокировать удар, но лезвие рассекло и мантию, и ее руку.

-“Кто ты такой?” ,- в ярости потребовала Шу Яньянь, когда на ее ладони расцвела паутинная лилия.

Ее подчиненный бросился подбирать ее оторванную руку, которую она могла бы снова прикрепить после того, как закончит сражаться.

-“Это сильная воля меча! Вы из секты Небесного Меча? Как ты попал в главный зал секты Сюаньюань?” ,-Шу Яньянь распространила свою духовную сущность, и паутинные лилии расцвели по всему залу, образуя кроваво-красный ковер под ногами Инь Ханьцзяна. Они превратились в двенадцать небесных демонов, которые соблазнительно приблизились к нему.

Небесные демоны могут пробудить чьих-то внутренних демонов и разрушить даньтянь культиватора. Если кто-то хотя бы на мгновение ослабит свою бдительность, он попадет под манипуляции демонов. И все же Инь Ханьцзян относился к их соблазнительным фигурам не более чем как к комкам грязи. Он обращал внимание только на Шу Яньяня, своего нынешнего врага.

Звезды Большой Медведицы сияли на лезвии Армейского Сокрушительного Меча. Его черный свет заполнил зал, и двенадцать небесных демонов были мгновенно пригвождены к стенам, паучьи лилии были разорваны аурой меча, и их лепестки плыли по воздуху в алом вихре.

Шу Яньянь увидела, как ее противник без колебаний столкнулся с небесными демонами, и решила проявить всю свою силу. После полного поглощения Зарождающейся Души Хэ Вэньчжао она поднялась до пятого уровня Махаяны и могла свободно управлять естественной духовной энергией. По мановению ее руки лепестки цветка превратились в красный шелк, который обернулся вокруг тела Инь Ханьцзяна и обездвижил его.

Паучьи лилии были демоническими цветами, которые высасывали духовную сущность любого, к кому прикасались. Инь Ханьцзян был облеплен ими с головы до ног, и его сущность постоянно истощалась.

Вэнь Женьхэ мысленно вздохнул. Даже если Инь Ханьцзян пробудился к своей собственной воле меча, все еще существовала огромная разница между Границей Пустоты и Махаяной. Похоже, его помощь все еще была нужна…

Как раз в тот момент, когда  Вэнь Женьхэ собирался прыгнуть внутрь, двенадцать мечей, которые пригвоздили небесных демонов к стенам, полетели к Инь Ханьцзяну, образуя вокруг него ряд мечей, звеня в унисон и заставляя лепестки цветов дрожать. Внутри них Инь Ханьцзян сделал ручную печать, и мечи разделились на бесчисленное множество маленьких лезвий, уничтожая цветы своей аурой.

Человек в маске выпрыгнул из цветочных лепестков, кончик его клинка был нацелен в сердце Шу Яньянь.

У Шу Яньянь не было достаточно времени, чтобы уклониться, и хотя она уклонилась от жизненно важного удара, меч все равно пронзил ее левое плечо.

Стиснув зубы, она обратилась к своему подчиненному:

-“Чего ты ждешь? Настройте массив!”

Тем не менее, облако кровавого тумана внезапно появилось из тела Гелиана и затвердело в форме однорукой фигуры, стоящей позади человека в маске. Спокойно он обратился к Шу Яньяню:

-“Правый Защитник, были ли у тебя какие-либо проблемы с управлением сектой в отсутствие этого Почтенного?”

Увидев, что он показал себя, другой тоже снял маску, открыв ледяное выражение лица Инь Ханьцзяна.

Увидев этих двоих, Шу Яньянь тут же упала на колени.

-“Господин, наконец-то ты вернулся!” ,- воскликнула она - “Четыре Мастера Алтаря сговорились вместе, и только с большим трудом этому подчиненному удалось привести их в порядок!”

Глава 26 - Наведение порядка в секте

-“Ну, начинай объяснять”.

В главном зале секты Сюаньюань на самом высоком месте сидел однорукий человек в черном, его телохранитель с мечом в руке стоял слева от него. Несколько рядов людей преклонили колени под ним, с четырьмя Мастерами Алтаря и одним Защитником Секты в первой линии, а их подчиненные позади них. Каждый из них отдалился от остальных четверых, линии на песке были четко очерчены.

Услышав приказ человека в черном, дрожь пробежала по всем пятерым, но никто не осмелился заговорить первым.

-“Этот Достопочтенный не злится на вас”, - сказал  Вэнь Женьхэ, его оставшаяся рука покоилась на подлокотнике кресла, пока он лениво оглядывал их.

Он продолжил в легком темпе:

-“Этому Почтенному просто любопытно. Как два культиватора на седьмом уровне Махаяны и два культиватора на последнем уровне Границы Пустоты были покорены обычным Защитником Секты на пятом уровне Махаяны? ”

Видя, что по-прежнему никто не осмеливается заговорить, Вэнь Женьхэ продолжил:

-“Учитывая, что прошло уже больше ста лет, вы уже должны понять этого Почтенного. Я не возражаю, если мои подчиненные ведут себя нелояльно. Секта Сюаньюань - это демоническая секта, открытая для всех путей совершенствования, и каждый всегда поступал так, как ему заблагорассудится. Мне все равно, культивируете ли вы паразитов гу, соблазнение, призраков, панцири черепах или стремление к власти. Все ваши жалкие амбиции могут сосуществовать в этой секте. Единственное, чего нельзя допустить, - это некомпетентности”.

Услышав это, Шу Яньянь оживилась. Она по-прежнему стояла на коленях так же правильно, как и всегда, но ее спина немного выпрямилась. Как бы вы ни говорили, в конце этой борьбы она вышла впереди всех, так что ее можно считать самой компетентной, гораздо более компетентной, чем четверо, стоявших на коленях рядом с ней.

Увидев, что она выпрямилась, Вэнь Женьхэ сказал:

-“Защитник Шу, ты, кажется, хочешь что-то сказать”.

-“ Достопочтенный” ,-громко и отчетливо произнесла Шу Яньянь - “С самого начала это дело нельзя считать виной этого подчиненного. Ваш подчиненный всего лишь хотел остановить междоусобицу, вызванную Мастерами Алтаря. Достопочтенный, вы уже отдавали приказ, что, когда вас здесь нет, вашими Защитниками могут быть ваши заместители. Когда я увидела, как Мастера Алтаря сражаются между собой, представьте, как я была разочарована! Как я могла не остановить их? А что касается приведения Мастеров Алтаря Руаня и Ши в моих комнатах… Почтенный, вы понимаете этого подчиненного. Как я мог не оставить себе небольшой бонус?”

Вэнь Женьхэ удовлетворенно кивнул и сказал Инь Ханьцзяну:

-“Помнишь, что я сказал, Защитник Инь? Если бы мы атаковали прямо в секту Сюаньюань, Защитник Шу немедленно подчинился бы мне, и мы бы не получили этого шоу ”.

Инь Ханьцзян никогда раньше не видел, чтобы  Вэнь Женьхэ вел себя так озорно, и внутренне улыбнулся, хотя лицо его оставалось бесстрастным, и сказал:

-“Достопочтенный прав”.

Блеф Шу Яньянь дрогнула от его слов, и ей оставалось только попытаться сменить тему.

-“Ну, об этом тебе, вероятно, следует спросить мастера Алтаря Руаня. Если бы он не поддержал Мастера Алтаря Ши в получении его должности, чтобы они могли объединить свои силы против Мастера Алтаря Мяо, как мог кто-то вроде меня, которая только что поднялась до Махаяны со средними способностями и некоторым обольщением и обаянием, уничтожить всех четверых остальных? ”

-“Шу Яньян, следи за своим гребаным ртом!” - Мастер Алтаря Руань взорвался. Он хлопнул ладонью по половицам.

-“Я поддержал Мастера Алтаря Ши? Почему бы тебе не сказать это еще раз — кто именно его поддержал? Должно быть, я был слеп, работая с этим вероломным красавчиком. Когда у меня будет шанс, я трахну его до смерти!”

Мастер Алтаря Ши был бледным и болезненного вида молодым человеком, похожим на тощего интеллектуала. Услышав Мастера Алтаря Руаня, он приложил руку ко рту и, несколько раз кашлянув, слабо сказал:

-“Мастер Алтаря Руань, я не могу смириться с тем, что меня называют предателем. Я никогда не планировал работать с тобой с самого начала. Это ты подбежал ко мне и начал тявкать о том, что тебе нужно преподать урок Мастеру Алтаря Мяо, и тебе нужно позаимствовать мою болезнетворную ци, чтобы ослабить его жуков. Столкнувшись с чем-то подобным, как я мог не пойти и не обсудить это с Мастером Алтаря Юанем вместо Преподобного?”

После того, как Мастер Алтаря Ши закончил говорить, Мастер Алтаря Мяо повысил свой мягкий голос.

-“Ты все равно в конечном итоге согласился с планом Мастера Алтаря Руаня после этого. Ты сделал всех моих насекомых больными и позволил Мастеру Алтаря Руаню разбить меня своим молотом более тысячи раз.”

Мастер Алтаря Ши кашлял до тех пор, пока на его бледном лице не появился красный оттенок. Он резко сказал:

-“Разве мастер Алтаря Руань тоже не заболел? Я просто следовал плану Мастера Алтаря Юаня. Он сказал, что для того, чтобы помешать вам двоим разрушить единство секты Сюаньюань, лучшим способом было дать вам немного остыть.

Мастер Алтаря Юань также должен был вмешаться в этот момент. Прищурившись, он сказал:

-“Но мастер Алтаря Ши, ты не должен был говорить им, что я сказал тебе сделать это. И ты не должен был позволять Мастеру Алтаря Мяо иметь возможность, чтобы его жуки кусали меня!”

-“Ну и что, что они тебя укусили?” ,- сказал Мастер Алтаря Мяо - “Если бы меня не бил какой-то идиот тысячу раз и у меня не было бы недостатка духовной энергии, я бы потратил весь этот жир на тебя, чтобы развести новое гнездо жуков. С твоей духовной энергией я, вероятно, мог бы вырастить короля-паразита!”

-“Мастер Алтаря Юань, почему бы тебе не упомянуть, как ты использовал свои методы на мне, чтобы заставить меня заболеть ими?” ,- сказал мастер Алтаря Ши - “Ты тот, кто тайно назначил меня на должность Мастера Алтаря, а также заключил со мной частное соглашение, что, поскольку  Вэнь Женьхэ был мертв, когда ты станешь Мастером Секты, я буду Защитником Секты. Вы также сказали, что украли частичку моей души, которую поместили в табличку, и что если вы разобьете ее, моя душа будет повреждена, и я никогда не смогу достичь Махаяны. Мне пришлось поработать с Мастером Алтаря Мяо, чтобы вернуть табличку, из соображений самообороны!”

-“Ты видишь, Господин?” ,- сказала Шу Яньянь - “Есть ли в этом моя вина?” ,- она указала тонким нефритовым пальчиком на остальных четверых, ее лицо было полно невинности -  “К тому времени, как я прибыла, Мастер Алтаря Мяо был разбит в лепешку, Мастер Алтаря Ши пытался забрать душу Мастера Алтаря Юаня, чтобы очистить ее, Мастер Алтаря Руань обнимал свой черепаший панцирь и проклинал Мастера Алтаря Ши, ударяя его, кашляя кровью. Как действующий Мастер Секты, как я могла позволить им вести себя таким образом в главном зале? Естественно, я должна была наказать их всех одинаково и убедиться, что все они были дисциплинированы!”

Вэнь Женьхэ медленно кивнул.

-“Мм, слова Защитника Шу разумны. Но этот Почтенный все равно должен попросить Защитника Шу убрать стометровую кровать из его покоев и сжечь ее. Этому Почтенному обычно не нужна такая большая кровать.”

Лицо Шу Яньян напряглось, и ее спина снова опустилась. Она сказала испуганным голосом:

-“Почтенный, это Тысячелетняя Морозная Нефритовая кровать. Мне потребовалось много десятилетий, чтобы собрать материалы для его изготовления. Я не могу его сжечь!”

-“Тогда разбей его”, - равнодушно сказал  Вэнь Женьхэ - “Сделай это лично и разбери его по частям, пока этот Почтенный наблюдает”.

-“Понятно” - Шу Яньянь не осмелилась больше ничего сказать.

Ее отрезанная рука все еще лежала у ее ног, и она все еще не набралась смелости, чтобы снова прикрепить ее.

Теперь, когда Достопочтенный начал назначать им наказания по очереди, Мастера Алтаря тоже молчали, больше не осмеливаясь ссориться друг с другом, ожидая вердикта  Вэнь Женьхэ.

-“Защитник Инь, в чем, по-твоему, они все виновны?”, - сказал  Вэнь Женьхэ, поворачиваясь вместо этого к Инь Ханьцзяну.

Услышав, что эти люди не бросились искать своего раненого лорда, а вместо этого начали захватывать власть, Инь Ханьцзян уже пылал от ярости. Он решительно ответил:

-“Правый Защитник Шу Яньянь проявила невероятное высокомерие, захватив резиденцию Достопочтенного и представившись Достопочтенной. Ей следовало бы выровнять свои посевные площади, уволить подчиненных, запечатать рот и быть вынужденной практиковать аскетизм в течение ста лет”.

-“Это слишком грубо!” ,- воскликнула Шу Яньянь, вскинув голову, чтобы посмотреть на Инь Ханьцзяна. Она не могла избавиться от ощущения, что он немного отличается от того, каким был в прошлом.

Инь Ханьцзян проигнорировал ее и продолжил:

-“Когда дело доходит до Мастеров Алтаря, как сказал Достопочтенный, их величайшим преступлением является не неподчинение, а некомпетентность. Видя, как они были настолько сосредоточены на своей внутренней борьбе, что Защитник Шу могла одолеть их всех одним махом, они явно не подходят для своих позиций. Однако, Мастер Алтаря Руань, в одиночку выведший из строя Мастеров Алтаря Мяо и Ши, заслуживает некоторой похвалы и может заслуживать более легкого наказания.”

Вэнь Женьхэ был немного удивлен. Он взглянул на Инь Ханьцзяна и сказал:

-“Этот Почтенный предполагал, что у тебя нет мнения ни о ком, кроме меня. Я и не знал, что ты ладишь с мастером Алтаря Руаном.”

Инь Ханьцзян поджал губы и ничего не ответил. Он и Мастер Алтаря Руань с трудом ладили, просто они сражались бок о бок в Великой войне Сект.

-“Тогда пусть будет так, как сказал защитник Инь”, - сказал  Вэнь Женьхэ, постукивая пальцами по подлокотнику кресла.

Поскольку уста Шу Яньянь все еще могли быть полезны, Вэнь Женьхэ не запечатал ее речь, а приказал ей лично разбить все ее кровати и сжечь ее грандиозные комнаты в ее дворце. Он также переназначил всех ее подчиненных выполнять поручения в главном зале и заставил Мастера Алтаря Мяо посадить в каждого из них насекомое гу, чтобы, если они почувствовали какое-либо желание к Шу Яньянь, Мастер Алтаря Мяо немедленно узнал об этом.

Что касается четырех Мастеров Алтаря,Вэнь Женьхэ решил, что некомпетентных должны судить некомпетентные, и пусть они все решают наказания друг для друга, а о результатах доложат ему позже. Видя, что Инь Ханьцзян поручился за Мастера Алтаря Руаня, он позволил ему сорваться с крючка.

За один короткий день Вэнь Женьхэ навел порядок в секте Сюаньюань, расставил всех по местам и снова обеспечил всеобщую лояльность.

Понаблюдав некоторое время за тремя Мастерами Алтаря, выпускающими друг на друга насекомых, болезнетворную ци и так далее, Вэнь Женьхэ заскучал и вернулся в свои покои с Инь Ханьцзяном. Шу Яньянь уже со слезами на глазах разбила стоявшую там кровать и выбросила все осколки в мир смертных, который через несколько сотен лет превратится в богатую нефритовую шахту. Она клялась, что кровать только что перенесли, и у нее еще не было возможности что-либо с ней сделать.

Ее лицо было наполнено сожалением, когда она говорила это — сожалением о том, что она не воспользовалась шансом как следует насладиться этим до возвращения Вэнь Женьхэ.

Войдя, Инь Ханьцзян почувствовал на лице запах духов Шу Яньянь, которые были на кровати. Он нахмурился, обнажая свой меч, и сила его взмаха прокатилась по всей комнате, убирая запах.

-“Не нужно так беспокоиться”, - сказал Вэнь Женьхэ- “Я просто попрошу Шу Яньяня лично отремонтировать это место”.

-“В ней нет необходимости”, - сказал Инь Ханьцзян, кипя от злости - “Этот подчиненный сделает это”.

Вместо того, чтобы помешать ему, Вэнь Женьхэ начал расспрашивать о его опыте общения с Мастером Алтаря Руанем.

Инь Ханьцзян просмотрел полный отчет, даже включая точные оскорбления, которые Мастер Алтаря Руань бросил в него. Вэнь Женьхэ поднял бровь и сказал:

-“О? Я и не знал, что у Мастера Алтаря Руаня были такие предпочтения. Я полагаю, мы должны удовлетворить его.”

-“Удовлетворить его?” ,- взвизгнул Инь Ханьцзян хриплым голосом. Как удовлетворить его?

Вэнь Женьхэ увидел его шок и быстро сказал:

-“Разве он не хочет трахать бабушек? Этот Почтенный хотел бы выбрать для него труп, наполненный личинками, из числа призрачных культиваторов Цю Конгсюэ и посмотреть, насколько ему это понравится ”.

Инь Ханьцзян расслабился, услышав это.

-“У мастера Алтаря Руаня острый язык, вот и все”, - тихо сказал он.

-“И этот Достопочтенный просто собирается немного напугать его”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Мой приказ о том, что Защитники Секты должны представлять меня, когда я отсутствую, был направлен против вас. В Великой войне Сект ты не просто спас этого Почтенного, но и изменил ход всей битвы. Это был долг Руаня Вэйи - помочь тебе, так что не нужно испытывать благодарность. Этот Почтенный просто хочет, чтобы он знал, что он не может говорить все, что хочет, кому попало!”

Услышав, как Вэнь Женьхэ поддержал его, Инь Ханьцзян почувствовал слабое тепло в своем сердце. Он стоял позади Вэнь Женьхэ, наблюдая, как тот высказывается от его имени.

Призрачный культиватор Цю Конгсюэ была принята Мастером Алтаря Ши, и когда он услышал, что может лично выбрать одного в качестве наказания Мастера Алтаря Руаня, он наполовину кашлянул, наполовину заявил, что, конечно, приложит все усилия, чтобы выбрать подходящего партнера для двойного культивирования, и даже пошел к Шу Яньяню чтобы позаимствовать руководство. Культиваторы телесных призраков под его командованием, услышав, что они могут заниматься двойным совершенствованием с Мастером Алтаря Руанем, записывали свои имена одно за другим, и энтузиазм был заоблачным.

Инь Ханьцзян: …

Он чувствовал, что подчиненные Мастера Алтаря Ши не остановятся на том, чтобы просто напугать его.

Вэнь Женьхэ был доволен, увидев, что члены секты Сюаньюань вернулись к своему обычному подобию “покоя” и сосредоточили свою энергию внутри, вместо того, чтобы ходить вокруг да около, создавая проблемы в мире смертных. Он вернулся в свою комнату, чтобы сосредоточиться на своих показаниях.

Книга, которую он читал, была, конечно же, Оскорбительным Романом.

Прошло около месяца с тех пор, как они расстались с Бейли Цинмяо, и даже с учетом того, что Цю Конгсюэ откладывает поездку, они уже должны были вернуться в секту Шанцин. Ему было интересно посмотреть, как дела у Хэ Вэньчжао, и восстановил ли он свою Зарождающуюся Душу или нет.

Как и ожидалось, пересмотр продолжился, записав с точки зрения Бейли Цинмяо всю последовательность событий, начиная с того момента, когда она покинула свою секту, и заканчивая охотой за сокровищами в духовной сфере. На этот раз дискуссионная страница была особенно бурной, даже более продолжительной, чем в оригинальной работе.

[Держитесь, придержите своих лошадей! КАК, по словам старшего Бейли Цинмяо, его зовут? Вэнь Женьхэ ?! Как получилось, что мой крутой второй исполнитель главной мужской роли теперь старший Бейли Цинмяо?]

[Честно говоря, на дебюте этого старшего в черном, когда он дал Бейли Цинмяо Плащ из Огненных Перьев и сказал ей отправиться на Тысячемильные Ледяные Равнины, он не получил никакого подробного описания, поэтому я предположил, что он был стариком.]

[Он старик, Вэнь Женьхэну больше трехсот лет, у него просто красивое лицо. Возраст не имеет значения для совершенствующихся — Мастеру Цилин было больше тысячи лет, но Хэ Вэньчжао все равно женился на ней. Триста лет - это все еще довольно мало в мире культивирования, понимаешь?]

[Если старший в черном - это Вэнь Женьхэ, то тот человек, который всегда был с ним, которому было дано Снежное Пламя, Инь Ханьцзян? О боже, травма, кто-нибудь, зажгите для меня лампу.]

[В редакции, разве Вэнь Женьхэ не сказал, что он отдавал Разбитый Горный метеорит Инь Ханьцзяну в качестве материала для меча? Подожди, дай мне посмотреть. Вэнь Женьхэ помог Бейли Цинмяо вернуть Снежное Пламя для Инь Ханьцзяна, он получил Разбитый Горный метеорит для Инь Ханьцзяна, и он дал МС свой жетон для Инь Ханьцзяна… ребята, я думаю, что обнаружил что-то важное.]

[Что вдохновляло автора в последнее время? Сюжетные линии Бейли Цинмяо и Вэнь Женьхэ были отданы Инь Ханьцзян, а то, что Вэнь Женьхэ был спасен ведущим, было отдано... какой-то старейшине Цинсюэ, которая появилась из ниоткуда и у которой явно что-то не в порядке с головой?]

[Говоря о Цинсюэ, она мне действительно очень нравится. Она все это время заботилась о МС, и ей наплевать на Хэ Вэньчжао. Поскольку она там, чтобы защитить Бейли Цинмяо, более поздняя сюжетная линия, где Хэ Вэньчжао выходит замуж и сажает Бейли Цинмяо в тюрьму, также должна измениться, верно?]

[Но сюжетной линией тюремного заключения была ее встреча с Чжунли Цянь! Если старейшина Цинсюэ защитит Бейли Цинмяо, то как Чжунли Цянь дебютирует? Мой Юный мастер Чжунли, ты мой номер один, соб...]

[О нет, я все больше и больше увлекаюсь чтением. Автор не продолжил после возвращения Бейли Цинмяо в секту, мы не знаем, спал ли он с Лю-шимей. Если у него есть… что ж, я с нетерпением жду встречи со старейшиной Цинсюэ.]

[Также с нетерпением жду старейшину Цинсюэ +10086, этот метод убийства Хэ Вэньчжао и ожидания, пока его реинкарнация вырастет, был диким. Я стэн Цинсюэ!]

История дошла только до Байли Цинмяо и Цю Конгсюэ, вернувшихся в секту Шанцин. Вэнь Женьхэ закрыл книгу и начал обдумывать, как ему захватить Чжунли Цянь.

-“Вызовите Подходящего Защитника. У меня есть для нее способ смягчить наказание ”, - сказал Вэнь Женьхэ.

Глава 27 - Проспать литературную конференцию

Гора Лазурного Неба, за пределами поместья Пяти Ив.

Как и в старые времена, Повелителя Демонов сопровождали двое его Защитников. Его Левый Защитник стоял сбоку от его отсутствующей руки, в то время как Правый Защитник держала пипу, с шелковым вуалей на ее лице. На ней был тонкий голубой халат, подчеркивавший ее фигуру, и она играла на пипе для Вэнь Женьхэ. Невольно она показала шрам на правой руке. Это резко выделялось на фоне ее светлой кожи и, должно быть, было вызвано какой-то ужасной травмой, вызывая жалость у любого, кто это видел.

Они были в библиотеке недалеко от поместья Пятой Ивы, которое было излюбленным местом для смертных ученых, чтобы собраться и почитать стихи или обсудить литературу. Это также было место, где клан культивирования Чжунли набирал учеников.

Самая большая разница между кланом культивирования и сектой заключалась в том, что секта находилась отдельно от мира смертных, в то время как клан культивирования участвовал в нем. Чжунли были кланом ученых, а основная семья была земледельцами, которые жили в поместье Пяти Ив. Семья ветви должна была поступить ко двору после императорских экзаменов, посвятив свою жизнь служению императору.

Это был путь клана культиваторов. Точно так же, как Вэнь Женьхэ искал Дао на поле боя, клан Чжунли встал на путь мудрецов, сочиняя стихи или книги, чтобы заслужить признание смертных ученых, и используя это для продвижения в совершенствовании. В древние времена тот, кто был известен как Поэт-Мудрец, Бессмертный Лазурный Лотос, прославившийся “Убийством одного человека за десять шагов, неудержимым за тысячу ли”[1], также прошел этот путь.

1. Это отсылка к Ли Баю. Он был известен как Домохозяин Лазурного Лотоса или Бессмертный Поэт. Это цитата из его стихотворения "Ода галантности", перевода которого я нигде не смог найти. На ней изображен китайский странствующий герой.

Таким образом, каждый из четырех основных кланов культивирования будет принимать учеников из широкой публики, и каждое поколение глава и преемник клана будут создавать свою собственную репутацию. Их поклонники и слава послужили основой их самосовершенствования. Чем больше людей будут читать книги в мире смертных, тем дальше будут распространяться их произведения, и тем больше будет сила клана Чжунли.

Они были разделены на те же ряды, что и праведные и демонические культиваторы, но их сила могла кардинально отличаться. Те ученики кланов культиваторов, у которых было много поклонников, могли стать тем могущественнее, чем выше о них думали в мире, но если бы у них не было поклонников, они, возможно, даже не смогли бы победить стадию Единства Тела в Махаяне.

Кланы культиваторов изначально были малоизвестны, но Великая Война Сект, причинившая миру культиваторов тяжелые потери, открыла эпоху процветания для царства смертных. Все больше и больше людей имели возможность читать книги, и даже представители низшего класса могли выучить несколько слов, процитировать несколько стихотворных строк и запомнить имена некоторых мудрецов. Таким образом, влияние земледельческих кланов теперь возросло. После пятидесяти лет процветания, завоеванного войной, Чжунли Цянь сумел выкрасть Бейли Цинмяо из секты Шанцин.

На этот раз, из-за личного вмешательства Вэнь Женьхэ в Великую войну Сект, еще больше духовной энергии было возвращено в мир смертных, и семья Чжунли стала влиятельной и могущественной всего за двенадцать лет. Библиотека в поместье Файв Уиллоу была переполнена, и тот факт, что Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян смогли получить место у окна, был только благодаря Шу Яньяню, раскошелившейся на деньги.

Они пришли, потому что в этот день несколько молодых мастеров из семьи Чжунли обсуждали здесь литературу. Ученые съезжались отовсюду, чтобы принять участие, и никто не мог попасть туда без приглашения.

Им было достаточно легко проникнуть внутрь с помощью иллюзии, но с рассадкой было больше проблем. Шу Яньянь вложила серебряную монету в руку швейцара и позволила своей руке слегка коснуться его руки. Он был всего лишь культиватором Построения Фонда и не мог сравниться с обольщением Шу Яньяня, поэтому в оцепенении прикарманил серебро и показал им место в стороне.

Молодые мастера клана Чжунли еще не прибыли, но места уже были заняты. Несколько человек, увидев, что Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян были одеты как мастера боевых искусств и даже не носили академических мантий, но получили такие хорошие места, подошли, чтобы затеять драку.

Они явно не собирались пускать в ход кулаки, но заставили их читать стихи.

Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян прекрасно могли победить людей в драке, но они оба одновременно хмурились, когда речь заходила о поэзии. Все эти декламации звучали как жужжание мух у них над ушами, и они думали, что с двенадцатью небесными демонами Шу Яньянь будет легче иметь дело.

К счастью, Шу Яньянь была более культурной, чем они, и, бренча на своей пипе, спела несколько стихотворений, музыка и стихи которых идеально соответствовали друг другу. Она пристыдила ученых, заставив их замолчать, и они поклонились и попрощались, оставив группу в покое.

Шу Яньянь вернулась на свое место и подарила Вэнь Женьхэну подобострастную улыбку, передавая:

-“Почтенный, я хорошо справилась, верно?”

Вэнь Женьхэ слегка кивнул и поднял один палец.

Глаза Шу Яньяна заблестели.

- “Мое наказание может быть сокращено на десять лет?” - взволнованно спросила она.

Вэнь Женьхэ покачал головой.

-“Один-один год?” ,-Шу Яньянь поджала губы.

-“Один месяц”, - сказал Вэнь Женьхэ.

-“Только один месяц?!” ,- воскликнула Шу Яньянь, чувствуя себя обезумевшим - “Почтенный, вы сказали, что если я покажу хорошие результаты, мое наказание будет уменьшено”.

-“Захват Чжунли Цяня можно считать результатом”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Ты еще вообще ничего не сделала”.

Шу Яньянь не осмелилась больше спорить с Достопочтенным и отпрянула, слезы наполнили ее глаза. Она выглядела такой жалкой, что наблюдавшие за ней ученые чуть не встали и не начали ругать Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян за невнимание к прекрасному полу.

К счастью, прибытие клана Чжунли спасло собрание от расправы со стороны Повелителя Демонов.

У нынешнего поколения семьи Чжунли было три выдающихся молодых мастера. Самым высокопоставленным был Чжунли Цянь, выглядевший культурным и утонченным, когда он медленно вошел, одетый в белые одежды, с бамбуковым свитком в руке. Он занял главное кресло, его осанка была подчеркнутой, каждое движение спокойным и непринужденным.

-“В облачном одеянии он поднимает лук и целится в Сириус[2]”, - сказала Шу Яньянь, ее глаза были прикованы к Чжунли Цяню с того момента, как он вошел.

2. Это "Повелитель Востока" из "Девяти песен Чуси" Цюй Юаня. Это стихотворение, восхваляющее бога солнца. Еще раз мой перевод – я нашел профессиональный перевод, но он не соединил эти две строки вместе. Горе мне.

Она передала Вэнь Женьхэ:

-“Почтенный, знаешь ли ты, сколько времени я когда-то потратила на изучение поэзии, чтобы воспитать образ культурной женщины? Это было просто для того, чтобы я могла познакомиться с молодыми учеными, такими как Чжунли Цянь. Ах... он потрясающий!”

Чжунли Цянь был самым любимым наследником клана Чжунли. Он недавно прорвался на стадию Границы Пустоты и, естественно, чувствовал на себе пристальный взгляд Шу Яньяня. Он слегка кивнул ей, затем отвел взгляд и больше не оглядывался.

-“Почтенный!” ,-Шу Яньянь передала в волнении: “Тот, кого мы должны заманить - это он, верно? Он самый лучший! Тогда я использовала свое обольщение, когда он смотрел на меня, но на него это нисколько не подействовало. Неужели я действительно нашла настоящего джентльмена?”

-“Если ты сможешь заполучить его, он твой”, - передал Вэнь Женьхэ в ответ.

Если Чжунли Цянь мог быть очарован  Шу Яньянь, то не было никакого смысла назначать его на главную мужскую роль. Вэнь Женьхэ не хотел создавать еще одного Хэ Вэньчжао. С таким же успехом он мог бы подождать, пока этот призрачный культиватор подрастет — это должно быть еще лет восемь или около того.

Нет причин не позволить Шу Яньяню проверить Чжунли Цяня, чтобы убедиться, действительно ли он настоящий джентльмен.

Двумя молодыми мастерами, сопровождавшими Чжунли Цяня, были Чжунли Хэн и Чжунли Куан. Чжунли Хэн был одет в простую зеленую мантию и выглядел очень достойно, следуя за Чжунли Цянем. Чжунли Куан был одет в парчу, и у него был своенравный и легкомысленный взгляд. Когда Шу Яньянь случайно встретилась с ним взглядом, он поднял свое блюдо с вином и произнес тост за нее в воздухе.

Шу Яньянь никак не отреагировала, отвернувшись и полностью игнорируя его, чтобы сделать глоток своего чая.

Не дожидаясь вопроса Вэнь Женьхэ, она сама ответила на его вопрос.

-“Я видела слишком много таких самодовольных мужчин, как Чжунли Куан, которые всегда охотились за женщинами и выпивкой. Обычно я могла бы немного подурачиться с ним, видя, что с его внешностью все в порядке, но теперь, когда я увидела Чжунли Цяня, у меня разыгрался аппетит, и я не могу уделить ни одного взгляда кому-либо еще ”.

Чжунли Куан, увидев, что Шу Яньянь игнорирует его, злобно улыбнулся, в его глазах появилось возбуждение.

Если бы Чжунли Хэн тихонько не схватил его за мантию, Чжунли Куан мог бы броситься прямо к Шу Яньян, чтобы произнести тост за нее.

После того, как три молодых мастера Чжунли сели, собрание началось. Чжунли Хэн сначала поднимал тему, и каждый высказывал свое мнение. Затем Чжунли Куан прерывал и отвергал идеи нескольких человек, которым большинство аплодировало. Все вежливо ругали друг друга, и когда дебаты стали жаркими, Чжунли Цянь постучал своим бамбуковым свитком по столу и сказал что-то, чего Вэнь Женьхэ не понял. В комнате внезапно воцарилась почтительная тишина, все последовали примеру Чжунли Цяня.

Веки Вэнь Женьхэ были опущены, пока он слушал. Увидев, что Шу Яньянь взяла кисть и начала что-то записывать, он с некоторым трудом провел рукой по лицу и вдруг почувствовал, как чья-то голова ударилась о его плечо. Он оглянулся и увидел, что Инь Ханьцзян задремал.

Поняв, что он пренебрег приличиями и вторгся в личное пространство Достопочтенного, Инь Ханьцзян прикусил нижнюю губу, его уши покраснели.

-“Почтенный, этот подчиненный, должно быть, попал под чары клана Чжунли”, - передал он - “Я даже не знаю, когда и как я попался на эту удочку. Способности этого подчиненного слишком низки, и он навлек позор на Достопочтенного”.

Вэнь Женьхэ сдержал улыбку и передал в ответ:

-“Если бы ты не ударил этого Почтенного, я бы, наверное, тоже заснул. С тех пор как я был молод, я всегда начинал задремывать в ту минуту, когда слушал поэтические концерты. Кто бы мог подумать, что даже став культиватором, я буду бессилен избежать этого проклятия ”.

-“Этот подчиненный такой же”, - неловко сказал Инь Ханьцзян.

Эти двое были немного воодушевлены своей личной беседой, но в конце концов не смогли устоять. По мере того, как собрание продолжалось, и Чжунли Куан снова начал отстаивать свое собственное мнение, Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян уже перестали обращать на него внимание. Хотя их глаза были открыты, их головы снова склонились друг к другу, и они разбудили друг друга во второй раз.

Чжунли Куан, который все время поглядывал на Шу Яньянь, очевидно, заметил, что двое мужчин, сопровождавших ее, спали с открытыми глазами. В ярости он обратился к ним:

-“Эти два господина хотят что-нибудь добавить?”

На этом литературном собрании всех, кроме трех молодых мастеров Чжунли, называли " господин". Вэнь Женьхэ никогда не ожидал, что кто-то обратится к нему “господин”, и поскольку он был в полусне, ему потребовалось некоторое время, чтобы понять, что Чжунли Куан обращается к нему.

Чжунли Куан пришел в ярость от этого и встал.

-“Могу я узнать имена этих двоих, места происхождения и от кого они получили рекомендации?”

Все взгляды обратились к Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян, и, увидев, что они одеты не как ученые, сразу же поднялся шум.

Отношение Чжунли Куана было неприемлемо грубым для Инь Ханьцзяна, и после получения одобрения Вэнь Женьхэ он сказал ясным голосом:

-“Мы пришли сюда не специально, а просто услышали, что сегодня состоится литературное собрание. Мой учитель и я были обеспокоены бессонницей в течение нескольких дней, и так как мы уже задремали, просто слушая снаружи, мы очень хотели присутствовать. Действительно, мы смогли выспаться очень крепко и должны поблагодарить присутствующих здесь уважаемых людей ”.

Инь Ханьцзян умудрился оскорбить всех в библиотеке сразу, и, в частности, лицо Чжунли Куана потемнело еще больше. Он держал в одной руке кисть, тайно циркулируя своей духовной энергией, планируя преподать им двоим урок.

Однако Чжунли Цянь встал.

-“Цель литературных конференций семьи Чжунли - предложить знания и помощь всем членам общества. Даже если эти два господина не интересуются литературой, Цянь все равно благодарен за то, что эта конференция смогла облегчить вашу бессонницу ”.

Его ответ был настолько чрезмерно снисходительным, что даже Инь Ханьцзян не смог удержаться от гнева. Всего несколькими словами ему удалось разрядить напряжение в комнате, и даже если Чжунли Куан хотел закатить истерику, у него больше не было оправдания.

Вэнь Женьхэ оценивающе посмотрел на него. Сложив ладони рупором, он сказал:

-“Большое спасибо молодому мастеру Чжунли. Мы действительно многое выиграли от этого визита ”.

После того, как Чжунли Цянь уладил ситуацию, конференция продолжилась, и никто не обратил внимания, когда Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян снова заснули. В конце концов, Молодой мастер Чжунли сказал, что книги могут исцелить ум, а бессонница - это расстройство ума. Если болезнь двух спящих мужчин была излечена, то, по крайней мере, они добились каких-то результатов.

-“Защитник Шу, я боюсь, что ты не сможешь заполучить этого человека”, - передал Вэнь Женьхэ Шу Яньяню.

-“Я и не знала, что в этом мире все еще существуют настоящие джентльмены”, - сказала Шу Яньянь, подперев подбородок рукой и наблюдая за Чжунли Цянь - “Теперь, когда я думаю об этом, даже если я не смогу заполучить его в свои руки, это только еще больше докажет его честность. Просто смотреть на такого человека издалека тоже хорошо ”.

Все присутствующие одобрили Чжунли Цяня. Только у Чжунли Куана, сидевшего слева от него, был злобный взгляд.

Вэнь Женьхэ уловил его недобрые намерения и наблюдал за ним, пытаясь вспомнить, какое значение он имел для этой истории, когда почувствовал странную разницу в пространстве над головой Чжунли Куана, в котором он увидел неясные очертания книги.

Внезапно ему вспомнилось, как он заполучил Оскорбительный Роман. Он также почувствовал пространственное возмущение над своей головой, и когда он протянул руку, его рука сомкнулась вокруг книги.

Видя, что книга вот-вот упадет на колени Чжунли Куана, Вэнь Женьхэ схватил книгу со своего стола и швырнул ее ему в голову, едва успев сбить другую с курса.

-“Что ты делаешь?!” ,-Чжунли Куан больше не мог этого выносить и встал, хлопнув ладонью по столу.

-“Моя рука соскользнула, и я случайно уронил две книги”, - небрежно ответил Вэнь Женьхэ.

Он повернулся к Шу Яньяню.

-“Ты можешь пойти забрать те две книги?”

Шу Яньянь, которая все еще находилась под наказанием, не могла ослушаться приказа Преподобного. Она поспешила к Чжунли Куану и, увидев, что он наступил на две книги, неловко сказала:

-“Молодой господин, я прошу вас убрать ногу”.

Ее глаза были жалкими и блестели от слез. Чжунли Куан, когда все смотрели на него, не мог побеспокоить невинную девушку. Видя, что Чжунли Цянь смотрит на него, он неохотно убрал ногу, позволяя Шу Яньяну забрать книги.

Поблагодарив его, Шу Яньянь грациозно наклонилась, чтобы поднять их. Она увидела, что один из них была книгой стихов, которую она принесла, но другая  книга была с толщиной кирпича.

Возвращая их Вэнь Женьхэ, она краем глаза заметила название, выделенное жирным шрифтом на обложке:"Бог уничтожения: Том 1”

Глава 28 - Куча мусора

Когда он бросил книгу, Вэнь Женьхэ создал иллюзию, создав впечатление, что две книги пролетели мимо. Как практикующему ступень Махаяны, ему было легко обмануть некоторых смертных, и даже Чжунли Куан не понимал, что существует только одна книга. Только Чжунли Цянь бросил на него подозрительный взгляд. Он также мельком увидел обложку и понял, что она не принадлежит библиотеке. Но в таком случае, откуда он взялся?

Повелитель Демонов не собирался ничего объяснять. Как только он увидел, что появилась вторая книга, у него больше не было никакого интереса оставаться на конференции. Он передал Шу Яньяню:

“Используй любой возможный метод, чтобы отделить Чжунли Цянь от клана Чжунли. Если ты сможешь это сделать, твое наказание будет уменьшено на девяносто девять лет”.

Последний год мог быть для двух Мастеров Алтаря, которые были заперты в водной тюрьме, и для тех двоих, которых затащили в ее постель. В любом случае, для Шу Яньяня год был ничем. Услышав, что ее приговор можно было бы так смягчить, ее глаза заблестели, и она немедленно ответила:

“Ваш подчиненный вас не разочарует!”

Отдав свою команду,  Вэнь Женьхэ кивнул Чжунли Цяню, а затем выпрыгнул из окна так быстро, что никто из обычных присутствующих не понял, что произошло.

Однако трое молодых мастеров Чжунли заметили это.  Вэнь Женьхэ, после того как он расстался с Чжунли Цянем, показал, что он был самосовершенствующимся высокого уровня. Не желая создавать никаких проблем, Чжунли Цянь вместо этого переключил свое внимание на конференцию. Чжунли Куан кипел от злости и был на грани того, чтобы перевернуть стол. Чжунли Цянь плавно взяла кисть у него из рук, повернулась и написала стихотворение на стене.

Его осанка была исполнена достоинства, мазки кисти свободны и грациозны. Капли чернил упали на его белый рукав, просвечивая сквозь ткань. Его грамотность и манера держаться останавливали людей на полпути. Чжунли Куан, после того как у него отобрали кисть, знал, что Чжунли Цянь больше не позволит ему поднимать шум, и мог только подавить свой гнев. Он вернулся на свое место и сделал большой глоток вина.

После окончания конференции все ученые собрались вокруг Чжунли Цяня с похвалой, не желая уходить. Чжунли Цянь заверил их, что поместье Пяти Ив открыто для всех, кто любит учиться, и они могут прийти обсудить литературу в любое время.

Только тогда они все счастливо ушли. Шу Яньянь продолжала строить глазки Чжунли Цяню, дожидаясь только конца, чтобы встать. Видя, что Чжунли Цянь действительно не обращает на нее никакого внимания, она удрученно вышла из библиотеки.

Пройдя несколько шагов, она услышала голос, зовущий ее сзади.

-“Не могла бы эта госпожа подождать, пожалуйста?”

Шу Яньянь изобразила мягкую улыбку, и когда она обернулась, чтобы увидеть Чжунли Куана, она подумала, что даже если ей не удастся получить суп из акульих плавников, она все равно сможет обойтись. Важной частью было то, что Чжунли Куана можно было использовать, чтобы выманить Чжунли Цяня. Если бы она могла связаться с Чжунли Цянь, Достопочтенный вернул бы ей ее любимых!

Шу Яньянь была готова время от времени собирать сорняки на обочине дороги ради леса.

Тем временем, получив книгу, Вэнь Женьхэ немедленно полетел к далекому горному хребту вместе с Инь Ханьцзян. Только после установки массива и того, как Инь Ханьцзян встал на страже снаружи, он, наконец, захотел начать читать.

Только первый том Бог Уничтожения по толщине был примерно равен "Оскорбительному роману", еще одному ограничителю в миллион слов. Вэнь Женьхэ соорудил стол и стул и сел, чтобы изучить их.

Он провел три дня и ночи, читая ее без остановки. Закончив, Вэнь Женьхэ остался с некоторыми тревожными мыслями.

Объективно говоря, если бы эта книга была обычной историей, она бы ему понравилась. Некоторые сюжетные моменты были по-настоящему захватывающими, и ему несколько раз хотелось поаплодировать главному герою.

Главным героем этой истории был мужчина, который в юности жил в ничем не примечательном маленьком городке. Его отец никогда не упоминался, и он кропотливо заботился о своей больной матери. Он был заводилой среди других детей без гроша в кармане, но богатые дети по соседству часто запугивали его, и даже их слуги смотрели на него свысока. Но главный герой сказал себе, что когда-нибудь он докажет их неправоту и пробьет себе дорогу в этом мире.

Однажды зимой он отправился собирать дрова в горы. Когда он вернулся, то обнаружил, что вся деревня молчит. Вбежав внутрь, он обнаружил, что все были убиты. Мальчик с плачем упал на колени, и этот звук привлек внимание проходившего мимо земледельца. Мальчик вернулся вместе с ним в его секту, и у него обнаружился редкий духовный корень. Его путь совершенствования был открыт перед ним.

В своей секте он стал шисюном, на которого все смотрели снизу вверх, но в его сердце была темная тень. Он все еще был сосредоточен на том, чтобы найти нападавшего, который убил его семью и друзей. Его учитель сказал ему, что деревня, возможно, была уничтожена демоническими культиваторами как часть какой-то злой техники, поэтому он поклялся уничтожить демонические секты и посвятил себя самосовершенствованию. Достигнув Основания Фонда, он покинул секту и, встретившись с семьей, которая когда-то издевалась над ним, которая уехала и избежала резни, он жестоко отомстил им.

Позже он стал Мастером Секты и приобрел много сторонников. Среди них был незаконнорожденный сын клана земледельцев, добросердечный демонический земледелец, блуждающий бессмертный, который пошел по ложному пути, и старейшины, которые относились к нему как к равному. Ему также посчастливилось встретить древнее божество, которое стало его учителем, помогло ему пережить множество опасностей и заслужило его глубочайшую благодарность. Он также познакомился со многими и разными спутницами жизни, которые все были готовы разделить его между собой. Его главная жена, которую он очень уважал, держала всех в узде.

В конце первого тома он, с помощью своего учителя, наконец поймал в ловушку и убил демонического культиватора номер один и того, кого он подозревал в убийстве своей семьи. Однако впоследствии он нашел новые улики, указывающие на то, что убийцей был кто-то другой, бессмертный из высших миров.

Чтобы найти своего заклятого врага, главный герой взял свою самую талантливую жену, свою маленькую семью, и вознесся в царство бессмертных, закончив первый том. В конце было сообщение, что те, кто хотел узнать, как продолжилась история в царстве бессмертных, должны взять Бог Уничтожения: том 2.

В самой истории не было ничего плохого. Но если бы кто-то упомянул имена персонажей, дело было бы по-другому.

Главным персонажем "Бога уничтожения" был Хэ Вэньчжао. Его главной женой была Мастер Павильона Цилин. Его упрямой и непослушной шимей была Бейли Цинмяо, одним из его друзей был Чжунли Куан, а демоническим культиватором, которого он убил в конце, был Вэнь Женьхэ.

Приняв другую точку зрения, эта книга полностью перевернула сюжет Оскорбительного Романа с ног на голову. События между ними были одинаковыми, но в глазах Бейли Цинмяо у них была одна интерпретация, а с точки зрения Хэ Вэньчжао в "Боге уничтожения" у них была совершенно другая интерпретация.

Например, когда Бейли Цинмяо была заключена в тюрьму, это произошло потому, что Мастер Павильона Цилин прямо перед ее свадьбой с Хэ Вэньчжао указала, что ее судьбой управляет Полис, и за ней всегда будут следовать смерть и несчастья. Чтобы защитить свою возлюбленную шимэй, Хэ Вэньчжао запер ее в горах, чтобы никто до нее не добрался.

С точки зрения Бейли Цинмяо, это было потому, что Хэ Вэньчжао слышал, что у Мастера Павильона Цилин есть лекарство, которое может спасти Мастера Секты, и когда он пошел просить об этом, Мастер Павильона проникся к нему симпатией и поставила условием жениться на ней. Хэ Вэньчжао сказал Бейли Цинмяо быть терпеливой и не поднимать шума, а затем запер ее, чтобы она не сорвала свадьбу.

Вэнь Женьхэ : …

А что касается той части, где Чжунли Цянь столкнулась с Бейли Цинмяо и спас ее, с точки зрения Бейли Цинмяо, она была благодарна за то, что ее спасли из места, которое причинило ей боль, но для Хэ Вэньчжао это было: плохие новости, кто-то украл жену главного героя, лучше поторопиться и уйти убей этого двуличного красавчика.

Вэнь Женьхэ : …

Если бы он не был злодейским вдохновителем, который умер в конце, Вэнь Женьхэ, возможно, действительно поверил бы в искаженные факты Бога Уничтожения.

На первой странице Бог Уничтожения был отрывок, похожий на тот, что был в Оскорбительном Романе, но там, где в Оскорбительном Романе говорилось:

“Из-за переизбытка сюжетных дыр эта история была отвергнута ее читателями. Таким образом, был выбран самый популярный персонаж среди читателей, чтобы лично проверить последовательность истории и внести соответствующие изменения.”

Бог Уничтожения гласило:

“Из-за того, что история отклоняется от своей первоначальной формы, она была отвергнута ее читателями. Таким образом, был выбран самый преданный главному герою персонаж, чтобы исправить несоответствия с оригинальной работой ”.

Бог Уничтожения появился над головой Чжунли Куана, так что он, должно быть, “самый преданный персонаж главного героя”. Он был второстепенным персонажем в этой истории, как и Вэнь Женьхэ.

Вэнь Женьхэ положил обе книги на стол и глубоко задумался над ними. Появление Бога Уничтожения еще больше подтвердило ему, что мир, в котором он жил, был реальным. Персонажи в нем имели свои собственные мысли и намерения и не подлежали никакому внешнему контролю.

Одна из книг была просто взглядом на мир исполнительницы главной женской роли Бейли Цинмяо, в то время как другая была взглядом исполнителя главной мужской роли Хэ Вэньчжао. Они показывали один и тот же мир, отфильтрованный через две разные линзы. Если бы Вэнь Женьхэ стал главным героем, это, вероятно, привело бы к другой, совершенно другой книге.

Для Бейли Цинмяо Вэнь Женьхэ был ее спасителем, который пожертвовал собой в Кровавом Аду ради нее, но для Хэ Вэньчжао Вэнь Женьхэ был его заклятым врагом, который убил его семью и забрал его девушку. Его сила не могла сравниться с силой Вэнь Женьхэ, поэтому, чтобы уничтожить злодея, который в одиночку руководил Великой Войной Сект, он попросил помощи у мастера, который жил в его теле. Вэнь Женьхэ был окружен и убит в Кровавом Аду, а Хэ Вэньчжао сумел спасти свою бедную шимэй из его лап.

История Бога Уничтожения казалась более логичной, чем Оскорбительный Роман, или, по крайней мере, все читатели могли следить за действиями главного героя. Но если бы вы спросили Вэнь Женьхэ, то это была бы куча мусора.

Вэнь Женьхэ положил руку на обложку и холодно сказал:

-“Планируешь использовать Кровавый Ад, чтобы покончить с этим Достопочтенным? Этот Почтенный хотел бы посмотреть, есть ли у вас то, что нужно.”

Он убрал книги и снял массив. Увидев Инь Ханьцзяна, стоящего на страже снаружи, он спросил:

-“Правый Защитник сообщил какие-нибудь новости?”

“Правый Защитник вчера прислала сообщение, что она уже заполучила Чжунли Куана и собирается использовать его в качестве приманки для Чжунли Цяня. По словам Чжунли Куана, Чжунли Цянь силен и имеет при себе бессмертный артефакт, поэтому может быть трудным противником. Правый Защитник надеется, что Достопочтенный протянет руку помощи, чтобы обеспечить поимку Чжунли Цяня”, - ответил Инь Ханьцзян.

Вэнь Женьхэ не ответил, просто превратился в полосу малинового света, поднял Инь Ханьцзяна и вернулся на гору Лазурного Неба в мгновение ока.

Дом Чжунли Куана находился за пределами поместья Пяти Ив, и Шу Яньянь в настоящее время жила во дворе, ежедневно развлекаясь с Чжунли Куаном. После того, как они заканчивали, она также читала стихи или рисовала вместе с ним, нисколько не получая от этого удовольствия.

Когда Вэнь Женьхэ ворвался, Чжунли Куан был в постели с Шу Яньянем. Увидев, что в его комнате внезапно появились два человека, он был потрясен и приготовился к нападению, когда перед его глазами расцвел кроваво-красный цветок, и он потерял сознание.

-“Правый защитник”, - холодно сказал Вэнь Женьхэ, держа книгу в одной руке - “Укради его Зарождающуюся Душу, преврати его в марионетку и используй его душу как приманку для Чжунли Цяня!”

-“Мило!” ,- сказала Шу Яньянь, и ее глаза заблестели.

Она немедленно положила ладонь на даньтянь Чжунли Куана и в мгновение ока извлекла его Зарождающуюся Душу, в чем она была достаточно опытна.

-“В-вы, люди...” ,-Чжунли Куан смог произнести только эти два слова, прежде чем злая женщина рядом с ним навсегда разрушила его фундамент.

Глава 29 - Ядовитая женщина

-“Почтенный” ,-Шу Яньянь обеими руками подарила Зарождающуюся Душу Чжунли Куана Вэнь Женьхэ.

-“Это твое”, - сказал Вэнь Женьхэ, не удостоив ее взглядом - “Надень свою одежду”.

Он недооценил безжалостность Шу Яньяня. Он думал, что Шу Яньянь, по крайней мере, наденет свою одежду и сразится с Чжунли Куаном лицом к лицу, но вместо этого она немедленно начала действовать, завернувшись только в тонкое одеяло.

-“Забудьте о Чжунли Куане” ,- Вэнь Женьхэ был застигнут врасплох после того, как сам отдал приказ.

Чжунли Куан также был решительным человеком, и, видя, что Шу Яньянь, не теряя времени, набросилась на него, также немедленно покинул свое тело и Зарождающуюся Душу, пытаясь сбежать как дух. Однако юноша в черном, стоявший рядом с ним, был готов ко всему и обнажил свой меч, чтобы отрезать путь убегающей душе.

-“Кто вы такие, люди? Если ты убьешь меня, клан Чжунли тебе этого не простит! ” ,-пробормотала душа Чжунли Куана.

-“Неужели?” ,- сказал Вэнь Женьхэ - “Разве ты не всегда считал, что клан Чжунли не признал тебя и был готов избавиться от тебя в любое время в интересах Чжунли Цяня?”

Душа Чжунли Куана дрогнула от того, что кто-то угадал его самые сокровенные мысли. Люди могли бы лгать, но душе было трудно это сделать, и Вэнь Женьхэ сразу заметил, что его слова попали в цель.

Пока они разговаривали, Шу Яньянь уже успела одеться. Она поднялась с кровати с совершенной грацией, и, если бы она все еще не держала похожее на труп тело Чжунли Куана, она была бы похожа на картину.

Ее пальцы, похожие на когти, впились в голову Чжунли Куана, когда она повалила его тело на пол. И все же теплая улыбка украсила ее лицо — ядовитая женщина, безусловно, была подходящим описанием для нее.

-“Достопочтенный, Чжунли Куан за последние несколько дней слил много информации”, - сказала Шу Яньянь - “Каждый раз, когда я говорила что-то хорошее о Чжунли Цяне, он называл его самодовольным фальшивкой, жаждущим власти и всегда плохо обращающимся с членами ветви семьи и незаконнорожденными детьми, подобными ему. Видя, насколько глубоко его негодование на Чжунли Цяня, если вы спросите этого подчиненного, Достопочтенный получил его в одном месте ”.

-“Ты соблазнительница!” ,-негодование наполнило душу Чжунли Куана, изливаясь черным дымом.

Шу Яньянь улыбнулась.

-“А что, если я соблазнительница? Ты действительно думаешь, что у соблазнительниц нет стандартов? Изначально я положила глаз на Чжунли Цяня, а не на тебя, и я тоже не могу поверить, насколько ты самовлюбленный неудачник. Я даже не хочу поглощать твою Зарождающуюся Душу. Если бы я превратила его в эликсир и наградила им своих подчиненных, у них, по крайней мере, нашлось бы для меня несколько ласковых слов взамен ”.

-“Этот Достопочтенный, кажется, вспомнил, что у Защитника Шу больше нет подчиненных”, - сказал Вэнь Женьхэ, искоса взглянув на Шу Яньянь.

Лицо Шу Яньянь вытянулось, и ее беззаботная поза резко обмякла. Она послушно сказала:

-“Вся секта Сюаньюань принадлежит Почтенному. Этот подчиненный - ваш авангард и вол-Ау! Почему ты меня пинаешь?”

Инь Ханьцзян, услышав “авангард”, не удержался и пнул ее в коленную чашечку.

-“Алкаид является авангардом этого Достопочтенного”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Ты моя правая рука”.

Инь Ханьцзян убрал ногу и кивнул Шу Яньяню.

-“Авангард”.

Шу Яньянь: …

Если бы она знала раньше, что Вэнь Женьхэ на самом деле выжил, сражаясь с двадцатью одними праведными экспертами секты, она бы перестала беспокоиться о Цю Конгсюэ и отправилась за ним, пока он лежал!

Теперь она ничего не могла с этим поделать. Она допустила ошибку, и теперь она была рыбой для Вэнь Женьхэ, которую он мог выпотрошить любым удобным ему способом.

Вечно гибкий Правый Защитник сказала:

-“Почтенный, я прямо сейчас превращу тело Чжунли Куана в марионетку”.

-“Нет!” ,- закричала душа Чжунли Куана - “А разве ты не охотишься за Чжунли Цянь? Я ненавижу его! Я хочу, чтобы он умер! Если ты вернешь мне мое тело, я обману его для тебя! Мне все равно, что ты хочешь с ним сделать!”

Даже если бы его Зарождающуюся Душу забрали, он мог бы использовать какой-нибудь эликсир, чтобы восстановить ее, но если бы его тело было очищено, он мог бы стать только культиватором призраков.

-“Ты уверен, что говоришь то, что думаешь”, - сказал Вэнь Женьхэ.

Чжунли Куан тоже был таким человеком в "Боге уничтожения", открыто заявляя о своей ненависти к Чжунли Цяну перед Хэ Вэньчжао, клянясь, что убьет его и захватит клан Чжунли. Хэ Вэньчжао в то время обижался на Чжунли Цяня за то, что тот забрал его любимую шимэй, и сблизился с Чжунли Куаном из-за их общего врага. Он также перенес негодование, которое он испытывал от издевательств со стороны богатых детей, на Чжунли Цяня, полагая, что богатые наследники, которые выросли избалованными, как он, были просто подонками и бабниками.

Таким образом, Хэ Вэньчжао и его тайный мастер помогли Чжунли Куану составить заговор против Чжунли Цяня, уничтожив его репутацию и власть вместе с этим. Чжунли Куан, который украл его доброе имя, в конце концов убил его.

Эти события никогда не упоминались в "Оскорбительном романе", где Чжунли Цянь больше не появлялся после того, как Бейли Цинмяо отклонила его предложение, все еще настаивая на том, чтобы остаться со своим шисюном. Чжунли Цянь был настоящим джентльменом, и он тихо ушел, сказав Бейли Цинмяо, что она может прийти в поместье Пяти Ив в любое время, когда у нее возникнут проблемы. Кто знал, что после того, как он отпустил Бейли Цинмяо, его убили Хэ Вэньчжао и Чжунли Куан?

Самым интересным было то, что в обзорах "Оскорбительного романа" те, что касались Чжунли Цяня, были в основном:

[Всхлип, Чжунли Цянь слишком хорош, действительно настоящий джентльмен, уважающий и защищающий МС и желающий провести с ней свою жизнь. И все же, когда Бейли Цинмяо снова выбрала Хэ Вэньчжао, он отпустил ее и сказал: ‘Я всегда могу быть твоим вторым вариантом’. Я так сильно люблю его!]

[Если Бейли Цинмяо не планирует использовать свои глазные яблоки, она может пожертвовать их кому-то нуждающемуся. Не позволяйте этой паре ‘больших сверкающих глаз’ пропасть даром. Каждый раз, когда она смотрит на Вэнь Женьхэ, Чжунли Цяня, Инь Ханьцзяа, ее глаза всегда ‘сверкают’. Слово ‘искрящийся’ уже заводит меня!]

[Зачеркните Инь Ханьцзяна там, наверху, он нам не нужен.]

[Никто не хочет Инь Ханьцзян? Я думаю, что убийственный психотип довольно сексуален.]

[С двумя красавцами, такими как Чжунли Цянь и Вэнь Женьхэ, прямо перед ней, каждая со своей квалификацией, Бейли Цинмяо должна пойти и выбрать кого-то вроде Хэ Вэньчжао… эта сука серьезно слепа. Ей нужно пожертвовать свое тело науке. По крайней мере, когда ее замучает до смерти Хэ Вэньчжао, ее органы смогут достаться кому-то нуждающемуся.]

Но отзывы о Чжунли Цянь в Бог Уничтожения были совершенно другими.

[Он должен умереть за то, что украл девушку МС!]

[Чжунли Цянь вызывает у меня отвращение. Что значит "Если я не могу дать тебе счастья, тогда лучше мне отпустить тебя’? Откуда у тебя такой самодовольный вид после того, как ты украл чью-то девушку? Разве ты не знаешь, что каждая женщина в мире принадлежит моему Чжао-гэ[1]?]

1. ге - это старший брат, который может использоваться для обозначения пожилого мужчины, не связанного с вами родством. Это показывает некоторую фамильярность и некоторое уважение, но все равно довольно непринужденно.

[Да! Чжао-гэ наконец-то убил Чжунли Цяня!]

[Шимей слишком непокорна. Только подумайте, из всех своих жен Чжао-гэ больше всего любит маленькую шимэй. Каждый раз, когда он попадает в опасность, это происходит из-за шимей. И все же она совсем не верна и убегает с другими мужчинами при каждом удобном случае. Она даже напала на Лю Синье! Лю Синье такая милая, всегда преданная Чжао-гэ, предлагающая свое собственное тело и золотую сердцевину, чтобы спасти Чжао-гэ — это мой тип девушки! И все же Чжао-гэ бросает Лю Синье в сторону, чтобы спасти маленькую шимей, которая всегда охотится за каким-то другим парнем? Я терпеть не могу таких женщин!]

[Как у Бейли Цинмяо хватает наглости говорить Чжао-гэ: "Чжунли Цянь тоже был добр ко мне", " Вэнь Женьхэ, может быть, и Повелитель Демонов, но он честен в своих словах и действиях и достоин уважения’? Не заставляй меня блевать!]

[Читает ли это автор? Не отдавай такую непостоянную женщину нашему Чжао-гэ. Она и в подметки не годится Мастеру Цилин.]

Вэнь Женьхэ решил сделать все, что в его силах, чтобы скрыть Бога Уничтожения. Если бы Инь Ханьцзян прочитал это, у него было бы отклонение ци от гнева.

Душа Чжунли Куана опустилась на колени в воздухе, умоляя Вэнь Женьхэ сохранить ему жизнь.

Вэнь Женьхэ улыбнулся, затем приказал Шу Яньяню:

-“Усовершенствуй его!”

-“Я уже начала”, - сказала Шу Яньянь, взглянув на душу, когда она начала читать заклинание и превращать его тело в марионетку.

-“Что нам делать с его душой? Ах, если бы Цю Конгсюэ была здесь, мы могли бы просто отдать это ей за ее технику Пожирающей Сердце Призрачной Матери ”.

Вэнь Женьхэ еще не раскрыл тот факт, что Цю Конгсюэ работала под прикрытием в секте Шанцин, поэтому Шу Яньянь все еще думала, что ее душа была сублимирована Великим Павлином Мудрым Королем, и выглядела немного мрачной, когда она упомянула ее имя.

-“Возьми одну из его земных душ и преврати ее в талисман, чтобы отправить Чжунли Цяню”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Скажи ему, чтобы он покинул гору сам и не позволял никому сопровождать его, или душа Чжунли Куана будет брошена голодным призракам, чтобы никогда не войти в реинкарнацию”.

-“Н-нет, пожалуйста!” ,- сказал Чжунли Куан, плача и причитая - “Я могу использовать секретный пароль клана Чжунли, чтобы заставить Чжунли Цяня спуститься с горы! Не забирай ни одну из моих душ, я умоляю тебя!”

У людей было три божественные души и семь земных душ[2]. Если бы они потеряли какие-либо земные души, они были бы умственно неполноценными в своей следующей жизни. Если бы они потеряли какие-либо божественные души, они могли бы перевоплотиться только в животное и никогда больше не смогли бы стать людьми.

2. Я просто решил, что это хороший способ перевести хун и по. Три хунна отправляются в загробную жизнь после смерти, в то время как семь по остаются в теле.

Чжунли Куан предпочел бы войти в реинкарнацию прямо сейчас, чем потерять одну из своих душ.

К сожалению, трое бессердечных демонических культиваторов не обратили никакого внимания на его жалобные крики. Шу Яньянь вытащила одну из него земных душ и превратила ее в талисман, и Чжунли Куан сразу же стал вялым, его рыдания стали слабыми.

Земные души управляли эмоциями — любовью, ненавистью, желанием, печалью, страданием, гневом и радостью. Шу Яньянь удалила душу, управляющую ненавистью, которая имела самую четкую цель и могла легко найти Чжунли Цяня, игнорируя всех остальных членов его семьи, чтобы попасть прямо в его руки.

-“О чем ты плачешь?” ,- сказала Шу Яньянь после того, как отправила талисман, вызвав дух Чжунли Куана -“Достопочтенный позволяет тебе увидеть своими собственными глазами, является ли Чжунли Цянь настоящим джентльменом или нет”.

Она использовала очень мягкий метод, чтобы забрать его земную душу, и хотя она была превращена в талисман, позже она могла воссоединиться с его духом. Чжунли Цянь понял бы, что Чжунли Куана все еще можно спасти, увидев талисман, и если бы он действительно был готов рискнуть своей жизнью, чтобы спасти его, это доказало бы, что он был хорошим старшим братом, который защищал своих младших.

Вэнь Женьхэ и его спутники устроили ловушку на горе для Чжунли Цяня, так как дух Чжунли Куана все это время рыдал.

-“Он не придет за мной, он был бы счастлив увидеть, как такой ублюдок, как я, умрет, он лицемер, который воспользуется любым шансом, чтобы избавиться от меня”.

Они ждали до полуночи, после чего фигура в белом одеянии появилась в назначенном месте при ярком лунном свете. Стоя перед строем Вэнь Женьхэ, Чжунли Цянь сказал:

-“Цянь прибыл, как и обещал. Если я ваша цель, я надеюсь, что вы, достопочтенные люди, сможете освободить душу моего младшего брата для реинкарнации ”.

Шу Яньянь предстала перед ним, держа в руках душу Чжунли Куана.

-“Чжунли Цянь, тебе должно быть ясно, что наша цель - ты. Как наследник клана Чжунли, твоя значимость намного перевешивает такого незаконнорожденного сына, как Чжунли Куан. Почему ты рискуешь своей жизнью ради него?”

“Важен не Цянь, а клан Чжунли”, - спокойно сказал Чжунли Цянь - “Причина, по которой я стою выше других, заключается не в том, что мое совершенствование сильно, а в том, что репутация клана Чжунли, которая создавалась на протяжении многих лет, лежит на моих плечах. Без клана Чжунли я всего лишь обычный культиватор. Не имеет значения, умрет ли Чжунли Цянь, но клан Чжунли не может бросить ни одного из своих членов. Каждый из них составляет основу клана Чжунли”.

Шу Яньянь втайне одобряла Чжунли Цяня, но выражение ее лица этого не показывало.

-“Я удалила душу ненависти Чжунли Куана. Вы должны были понять по этому его неприязнь к вам. Он хочет, чтобы ты впал в немилость, хочет убить тебя и расчленить твой труп. Зная это, почему ты пришел спасти его? Даже у святых должны быть свои пределы! Этот Защитник проникся к тебе симпатией, но мне нравятся святые с истинными намерениями, а не идиоты!”

-“Я знаю”, - сказал Чжунли Цянь, сложив руки рупором - “По правде говоря, мне тоже не нравится этот мой младший брат. Он высокомерен, легкомыслен и ненадежен”.

-“И все же ты все еще хочешь спасти его?” ,- Вэнь Женьхэ раскрыл себя.

Он посмотрел на Чжунли Цяня, озадаченный его мыслительным процессом.

Вэнь Женьхэ дал волю давлению эксперта уровня Махаяны, и Чжунли Цянь побледнел, осознав, что столкнулся с настоящей проблемой. Он испустил долгий вздох.

-“Я все еще хочу спасти его. Я, Чжунли Цянь, могу умереть, но Дао клана Чжунли не может рухнуть!”

Наследием клана Чжунли был путь джентльменов. Чжунли Цянь поддерживал весь путь клана, и если он не будет следовать ему, клан Чжунли падет. Выйдя сегодня вечером, чтобы спасти Чжунли Куана, худшим исходом может быть то, что он умрет, ничего не добившись, но Дао клана Чжунли выстоит, несмотря ни на что. У клана было много ветвей, из которых они могли просто выбрать самого выдающегося кандидата, чтобы унаследовать их Дао.

Но если бы в этот момент Чжунли Цянь не пришел, чтобы спасти Чжунли Куана, весь клан Чжунли и их Дао рухнули бы.

Даже если кто-то обманывал небеса, он все равно должен был делать это правильно. Вы могли бы достичь этого, только если бы блефовали до тех пор, пока сами не поверили в это и действительно не стали тем, кем вы себя называли.

В "Оскорбительном романе" Бейли Цинмяо часто говорила, что Чжунли Цянь всегда выглядел усталым, и что она хотела бы, чтобы он немного расслабился, улыбался немного легче. Чжунли Цянь всегда отвечал, что на нем лежит ответственность, и хотя это было утомительно, это того стоило.

В его жизни единственный раз, когда он отказался от своих обязанностей и пути, был, когда он спросил Бейли Цинмяо, уйдет ли она с ним и будет странствовать по миру. Он мог бы выбрать кого-то другого в клане, чтобы занять его место, и они могли бы сопровождать друг друга на край света, как истинные партнеры по самосовершенствованию.

К сожалению, Бейли Цинмяо отказала ему.

Посмотрев на Чжунли Цяня, Шу Яньянь мысленно вздохнул и передал Вэнь Женьхэ:

-“Почтенный, твой подчиненный бессилен против этого человека”.

Вэнь Женьхэ промолчал, и Шу Яньянь продолжила:

-“Если бы я хотела заполучить этого человека, мне пришлось бы отказаться от всего леса. Жаль, что я жадная по натуре и никогда не посвящу себя одному человеку ”.

Она приказала кукле, сделанной из трупа Чжунли Куана, забрать его душу и предстать перед Чжунли Цянем.

-“Успокойся, закрой глаза и не двигайся”, - мягко сказала она - “Я верну тебе этот мусор”.

Чжунли Цянь повиновался и закрыл глаза. Шу Яньянь погладила его по лицу, затем быстро чмокнула в щеку.

Она отстранилась и повернулась к Вэнь Женьхэ, холодно сказав:

-“Почтенный, мне его тоже покалечить?”

Даже Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян были удивлены тем, какой двуличной может быть Шу Яньянь.

Переориентировавшись, Вэнь Женьхэ сказал:

- “В этом нет необходимости. Верните его в секту Сюаньюань. Что касается Чжунли Куана… пусть его душа и тело вернутся в клан Чжунли и заставят его раскрыть все свои мысли, когда он туда доберется. Пусть его собственный клан расхлебывает кашу.”

Глава 30 - Глубоко в его когтях

После того, как Чжунли Цянь увидел, как душа Чжунли Куана и кукольное тело покинули его, его напряженное выражение лица немного расслабилось.

Тот факт, что он не любил своего младшего брата, не имел ничего общего с его происхождением, а был исключительно из-за его поведения. Теперь, когда он был возвращен, хотел ли клан Чжунли спасти его или отправить в следующую жизнь, больше не касалось Чжунли Цяня.

-“Поскольку вы великодушный человек, этот Достопочтенный не будет пытаться обмануть вас”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Этот достопочтенный - Вэнь Женьхэ из секты Сюаньюань”.

-“Так это и есть господин Вэнь Женьхэ”, - потрясенно сказал Чжунли Цянь и быстро сложил руки рупором в знак приветствия - “После битвы господина Вэнь Женьхэна с двадцатью одними экспертами праведных сект двенадцать лет назад вас можно считать сильнейшим в мире культивирования. Хотя мы идем разными путями, я глубоко восхищаюсь вами и хочу выразить благодарность от имени всех смертных”.

Клан Чжунли не был на стороне праведных или демонических сект и считался нейтральной стороной. О таком крупном событии, как Великая Война Сект, конечно, много говорили среди четырех великих кланов культивации. Те, кто понимал пути небес, естественно, понимали, что целью как праведной, так и демонической стороны было избежать великого бедствия, длящегося десять тысяч лет. И легкость, с которой демонические культиваторы сломали Систему Разделения Духов два года назад, позволила многим догадаться об истинных намерениях Вэнь Женьхэ.

Возвышение кланов культивации было связано с действиями  Вэнь Женьхэ, и поскольку они не были связаны с праведными сектами, они были благодарны ему.

Чжунли Цянь говорил искренне, без намека на притворство в его словах, и Шу Яньянь не могла не взглянуть на  Вэнь Женьхэ. Она не могла понять, почему он заинтересовался Чжунли Цянем. Секта Сюаньюань не имела никаких связей с кланами культивации, ни какой-либо вражды, и  Вэнь Женьхэ не была тем, кто плохо обращался бы с невинными. Возможно, он и не собирался убивать Чжунли Цяня, но у него были какие-то более глубокие намерения.

-“У тебя хороший характер, и этот Почтенный не собирается причинять тебе вреда”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Этот Почтенный просто хочет оставить тебя в качестве гостя в секте Сюаньюань на несколько дней. Я разумный человек, который не хочет давить на других. Вы можете выбрать, быть нашим гостем стоя или лежа ”.

Чжунли Цянь на мгновение уставился на него. Зная, что трое перед ним были демоническими культиваторами, и видя, как безжалостно они обращались с Чжунли Куаном, он никак не ожидал, что ему позволят жить. Если бы был хоть один луч надежды, Чжунли Цянь сражался бы изо всех сил, но перед лицом Вэнь Женьхэ объединенной силы клана Чжунли может оказаться недостаточно, не говоря уже о самом Чжунли Цяне.

-“Этот человек, конечно, надеется быть гостем секты Сюаньюань в добром здравии”, - ответил Чжунли Цянь.

-“Мм, хорошо сказано” ,- Вэнь Женьхэ удовлетворенно кивнул - “Тогда пойдем. Правый Защитник, присматривай за Молодым Мастером Чжунли на этом пути. Если он не тот, кто прибудет в секту Сюаньюань, этот Почтенный скормит твою Зарождающуюся Душу зверям, живущим на горе.”

Он говорил без намека на шутку, затем ушел с Инь Ханьцзяном в секту Сюаньюань, нисколько не беспокоясь о побеге Чжунли Цяня.

Слезы текли по лицу Шу Яньянь, когда она разговаривала с Чжунли Цянь.

-“Молодой мастер Чжунли, вам не нужно беспокоиться. Я все еще являюсь Верным Защитником секты Сюаньюань. Даже если есть горы людей, которые могут заменить меня, Почтенный… возможно, он не обязательно превратит меня в собачий корм.”

Она плакала, как залитый дождем цветок, продолжая:

-“Я также не хочу приводить такого честного молодого человека, как ты, в секту Сюаньюань, чтобы его мучил этот дьявол. Если ты сбежишь по пути, я позабочусь о том, чтобы закрыть на это глаза. Даже если он потом скормит меня собакам, ты не должна винить себя.”

Чжунли Цянь: …

Он был джентльменом, а не глупым человеком. Вэнь Женьхэ поговорил с Шу Яньянем ради его блага, чтобы помешать ему сбежать. Он также понимал, что Вэнь Женьхэ не будет говорить пустых слов. В глазах Повелителя Демонов не было милосердия, и хотя он смотрел на своего Левого Защитника Инь Ханьцзяна с бесконечной снисходительностью, он действительно скормил бы Шу Яньянь зверям.

-“Защитнику Шу нет нужды беспокоиться”, - сказал Чжунли Цянь - “Я не буду пытаться сбежать. Поскольку господин Вэнь Женьхэ искренне желает, чтобы я был его гостем, побег может принести неприятности всему поместью Пяти Ив. Поскольку он не собирается убивать меня немедленно, я полагаю, ему нужно, чтобы я что-то сделал.”

Что касается того, что это было, или нарушит ли это принципы Чжунли Цяня, он решил пока не думать об этом и разобраться со всем по мере поступления.

Слезы Шу Яньянь тут же прекратились. Она вытерла их носовым платком и серьезно сказала:

-“Я думала, что все ученые безмозглые, но на самом деле ты довольно сообразительный”.

Чжунли Цянь поклонился и сказал:

-“Этот мужчина также благодарит Защитницу Шу за ее доверие”.

-“А? Для чего?” ,-Шу Яньянь подняла бровь.

-“Защитник Шу, возможно, и притворялся, но ты не пыталась это скрыть. Тот факт, что ты верила, что я не попытаюсь сбежать, означало, что ты доверяла моему характеру. Естественно, этот человек должен быть вам благодарен ”.

Шу Яньянь пристально посмотрела на него и со вздохом покачала головой.

- “Лучше бы переспал со мной”.

Чжунли Цянь: …

После их разговора они беспрепятственно вернулись в секту Сюаньюань. В настоящее время все работники главного зала были подчиненными Шу Яньяня, и всевозможные красивые мужчины наводили порядок вокруг этого места, не имея права использовать духовную энергию. Увидев, что Шу Яньянь привела домой еще более красивого мужчину, причем не того типа, с которым она когда-либо имела дело раньше, все они встревожились.

Гелиан подошел и обнял ее за талию, нежно глядя на нее.

-“Защитника так давно не было. Ваш подчиненный скучал по вам.”

Шу Яньянь достала книгу из-за лацкана своего пиджака и прижала ее к его груди.

-“Иди почитай несколько книг и воспитывай свой характер”.

Приведя Чжунли Цянь в комнату для гостей, она отправилась навестить Вэнь Женьхэ. В настоящее время Вэнь Женьхэ объяснил отношения Чжунли Цяня с Бейли Цинмяо в книге Инь Ханьцзяну.

Он объяснил:

-“Этот Достопочтенный думал о том, чтобы после того, как Бейли Цинмяо задолжала Чжунли Цянь достаточно долгов благодарности, свести на нет карму ее божественной скорби, убить ее, а затем заставить Чжунли Цянь найти ее реинкарнацию и воскресить ее. Таким образом, она должна навсегда забыть о Хэ Вэньчжао ”.

Инь Ханьцзян не думал, что в этом плане было что-то неправильное, и похвалил:

-“Достопочтенный мудр”.

Это была не его идея, и Вэнь Женьхэну не нравилось приписывать себе чужую работу. Он махнул рукой и сказал:

-“К этому Почтенному мысль пришла со слов Мастеров Алтаря Юаня и Цю. Мастер Алтаря Юань хотела сменить объект своей привязанности, и Мастер Алтаря Цю однажды сказала Бейли Цинмяо убить Хэ Вэньчжао и ждать его реинкарнации. Этот достопочтенный считает, что Бейли Цинмяо, возможно, уже не спасти в этой жизни, так что мы просто возлагаем надежды на следующую ”.

Услышав “сменить объект своей привязанности”, Инь Ханьцзян задумался, и после некоторого раздумья сказал:

-“Привязанности, которые достаточно глубоки, могут сохраняться и после реинкарнации. Вполне возможно, что даже суп Мэн По[1] не сможет стереть одержимость Бейли Цинмяо ”.

1. Мэн По - пожилая женщина, которая подает суп забвения душам, ожидающим реинкарнации в загробной жизни.

-“Это правда?” ,- Вэнь Женьхэ взглянул на Инь Ханьцзяна.

-“Да”, - решительно сказал Инь Ханьцзян.

После некоторого раздумья Вэнь Женьхэ сказал:

-“Ну, это хлопотно. Но мы все равно должны попробовать. Давайте начнем с планирования встречи Чжунли Цяня и Бейли Цинмяо ”.

Инь Ханьцзян все еще делал все, что мог, чтобы облегчить работу Вэнь Женьхэ. Чтобы обсудить с ним этот план, он спросил:

-“Из-за действий Достопочтенного первая встреча Бейли Цинмяо и Чжунли Цяня теперь будет сильно отличаться от того, что было предначертано. Неужели Чжунли Цянь снова влюбится в нее?”

В комнате внезапно воцарилось неловкое молчание.

Через некоторое время Вэнь Женьхэ медленно произнес:

-“Этот Почтенный, похоже, упустил это из виду”.

Как раз в этот момент пришла Шу Яньянь, чтобы спросить, что ей делать с недавно поселившимся Чжунли Цянем.

Вэнь Женьхэ приказал ей войти в зал заседаний и сразу же спросил, увидев ее:

-“Защитник Шу хорошо разбирается в вопросах любви. Ты знаешь, как заставить мужчину влюбиться в женщину?”

-“Это зависит от человека”, - ответила Шу Яньянь.

Вэнь Женьхэ не стал ходить вокруг да около.

-“Чжунли Цянь”.

Поскольку Шу Яньянь собиралась участвовать во всем этом плане, не было смысла что-то скрывать от нее.

Услышав это имя, Шу Яньянь просияла и подняла голову.

-“Достопочтенный, Чжунли Цянь - редкий человек с мозгами, даже более острыми, чем я предполагала. Уловки против него не сработают, так что мы можем действовать только открыто. Пусть он очень хорошо знает, во что ввязывается, но у него нет другого выбора. Например, если Достопочтенный попросит этого подчиненного соблазнить его, а также даст ему понять, что я буду наказана, если потерплю неудачу, это может сработать до тех пор, пока в его сердце еще нет человека. Но он бы в меня не влюбился. А если у него уже кто-то есть, то никакие заговоры не сработают”.

-“Этот Достопочтенный не сказал, что это ты”, - холодно сказал Вэнь Женьхэ.

Шу Яньянь в мгновение ока потеряла к нему интерес. Она лениво сказала:

- “Этот подчиненный никогда не желал любви, только удовольствия. Этот подчиненный не понимает такого рода глубоко укоренившихся эмоций”.

-“Есть ли кто-нибудь в секте Сюаньюань?” - спросил Вэнь Женьхэ.

Ответа он не получил. Очень немногие в секте Сюаньюань заботились о вопросах любви.

После увольнения Шу Яньяня Вэнь Женьхэ открыл Оскорбительный Роман и несколько раз перечитал встречу Байли Цинмяо с Чжунли Цянь, надеясь найти вдохновение. Инь Ханьцзян тихо стоял позади него, не глядя на содержание книги, вместо этого сосредоточив все свое внимание на  Вэнь Женьхэ.

Инь Ханьцзян тоже не понимал любви.

Единственные сильные эмоции, которые он испытывал в своей жизни, были к Вэнь Женьхэну. И дело было не только в том, что Вэнь Женьхэ однажды спас его, но и в том, что Вэнь Женьхэ олицетворял все надежды и мечты Инь Ханьцзяна.

-“Достопочтенный, в книге сказано, что такое любовь?” ,- спросил Инь Ханьцзян.

-“Там упоминается несколько вещей”, - сказал  Вэнь Женьхэ, листая страницы, чтобы найти ту часть, где Бейли Цинмяо анализировала свои чувства к Хэ Вэньчжао.

Это было, когда Чжунли Цянь рассказал Бейли Цинмяо о своих желаниях, попросив ее покинуть секту Шанцин и остаться рядом с ним. Она сказала:

-“Я не знаю, что такого хорошего в шисюне. Я просто знаю, что если бы он был в толпе, мои глаза сразу бы его заметили. Если он счастлив, я счастлива. Если он несчастлив, то я этого не вынесу. Я была бы готова отказаться от всего, чтобы он жил блаженной жизнью. Я тоже не знаю, когда он начал мне нравиться. Я полагаю... это одна из тех любовей, которые застают тебя врасплох, и не успеешь оглянуться, как ты уже в ее тисках.”

Бейли Цинмяо горько улыбнулась.

-“Я уже пыталась забыть шисюна раньше. Если бы я не любила его, тогда мне не нужно было бы страдать. Но я не мог этого сделать. Наверное, это просто моя судьба”.

Вэнь Женьхэ указал на абзацы в книге Инь Ханьцзяну.

- “Это то, что нам нужно. Если мы сможем выполнить эти три вещи, Чжунли Цянь должен влюбиться в нее ”.

Он записал их и внимательно рассмотрел каждый из них.

Первый состоял в том, чтобы мгновенно выделить другого человека из толпы. Он мог бы наложить заклинание слежения на Чжунли Цянь и Бейли Цинмяо. Если бы кровь друг друга попала им в глаза, они могли бы видеть только друг друга.

Второе - быть счастливым, когда другой человек был счастлив, и грустным, когда ему было грустно. Он мог бы попросить Мастера Алтаря Мяо поместить в них паразитов, связывающих сердца, чтобы, где бы они ни были, они всегда чувствовали эмоции друг друга. Третья - любовь застает вас врасплох, и не успеете вы опомниться, как окажетесь в ее тисках - была немного сложнее. Он не совсем ясно понимал, что это значит. На данный момент он решил сосредоточиться на первых двух, а о третьем подумать как-нибудь в другой раз.

Наконец-то придумав план, Вэнь Женьхэ выдохнул. После этого все остальное зависело от воли небес. Если Бейли Цинмяо все еще не может измениться, то он всегда может убить ее и попробовать снова в ее следующей жизни.

Он послал сообщение Мастерам Алтаря Ши и Мяо, чтобы они подготовили заклинание и паразита, затем отправил сообщение Цю Конгсюэ, сказав ей, чтобы она в ближайшее время доставила Бейли Цинмяо в секту Сюаньюань.

Инь Ханьцзян взял листок бумаги с заметками Вэнь Женьхэ и, прочитав его, кончики его пальцев задрожали.

Он украдкой взглянул на спину Вэнь Женьхэ и прочел про себя последнюю строчку:

”любовь застает тебя врасплох, и, прежде чем ты осознаешь это, ты оказываешься в ее тисках”.

Глава 31 - Счастливый брак

Чжунли Цянь был готов подвергнуться любым пыткам со стороны секты Сюаньюань, быть вынужденным делать вещи, которые нарушали его мораль, и, возможно, даже потерять свою жизнь и душу. Он уже решил, что, что бы ни сделал с ним Вэнь Женьхэ, он выберет путь, который не нарушит его Дао.

Однако на второй день пребывания в секте Сюаньюань его отвели в Павильон Адского Огня, так и не увидев Вэнь Женьхэ ни разу за это время. Шу Яньянь передала его бледному и болезненного вида мужчине, которого она назвала Мастером Алтаря Ши. Очевидно, он был новым хозяином Павильона Адского Пламени.

-“Его нужно отвести ко мне?”, - спросил Мастер Алтаря Ши, хрипло кашля -  “Кхе-кхе, Павильон Адского Пламени находится под Призрачным Пиком, и я слишком напуган, чтобы идти туда самому. Ты хочешь, чтобы я отвез его туда? Нет никакого способа.”

-“Ты хозяин Павильона Адского Пламени. Ты даже не можешь справиться со своим собственным имуществом, и все же ты пытался конкурировать за должность Мастера Секты с другими Мастерами Алтаря? О чем ты только думал?” ,- Шу Яньянь была опытна в чтении людей, но теперь она поняла, что до сих пор не разгадала этого ранее неизвестного подчиненного Цю Конгсюэ.

-“Кхе-кхе, именно потому, что я боюсь возвращаться туда, я согласился с планом Мастера Алтаря Юаня саботировать Мастеров Алтаря Мяо и Руаня” ,- лицо Мастера Алтаря Ши побледнело еще больше - “С моей силой и статусом, как я мог стать Повелителем Демонов? У меня просто есть крошечное желание, просто поменять алтари - я не думал, что это обернется таким беспорядком! Кхе, кхе, кхе!“

Он выкашлял и из него выпали жучки. Это были насекомые гу Мастера Алтаря Мяо, которых поместили в него в наказание.

--“Ты даже убил жуков Мастера Алтаря Мяо своей болезнью, так как же ты можешь бояться Павильона Адского Огня?” ,- сказала Шу Яньянь, отступая на несколько шагов.

Она была тихо рада, что Вэнь Женьхэ появился до того, как она смогла насладиться Мастерами Алтаря Руанем и Ши. Возможно, в конце концов она  могла бы подхватить какую-нибудь болезнь.

Мастер Алтаря Ши бросил на нее угрюмый взгляд.

-“Защитник Шу, я слышал, вы хорошо ладили с Мастером Алтаря Цю. В таком случае, вы должны знать, каких подчиненных она держала в Павильоне Адского Пламени.”

-“Кто сказал, что я ладила с Цю Конгсюэ? Она была культиватором призраков, так что, конечно, все ее подчиненные - культиваторы призраков, кроме тебя ...” ,- в этот момент Шу Яньянь поняла проблему Мастера Алтаря Ши.

Мастер Алтаря Ши был на Границе Пустоты, но мог вызвать отвращение даже у культиваторов стадии Махаяны, так что его нельзя было недооценивать. Ни один Мастер Алтаря не чувствовал бы себя в безопасности с ним в качестве подчиненного. Но в Павильоне Адского Огня все были либо мертвыми телами, либо призраками, а тот, у кого лучше всего сохранилось тело, был тысячелетним засушливым зомби, так какую болезнь он мог передать дальше? Как он мог привести своих подчиненных в порядок?

-“Когда Достопочтенный взял под свой контроль секту Сюаньюань, он посетил меня всего один раз, и Защитник Инь заболел из-за этого. После этого он отправил меня в Павильон Адского Пламени, для ‘единства’ секты...” ,- Мастер Алтаря Ши вытер несколько фальшивых слез - “После того, как я стал Мастером Алтаря, мне пришлось пройти через много трудностей, чтобы заставить повиноваться пару раненых культиваторов призраков, которые были в Единство Тела и ниже, и теперь, по приказу Преподобного, мне пришлось отправить некоторых на двойное совершенствование с Мастером Алтаря Руанем. Защитник Шу, моя работа кажется легкой?”

Шу Яньянь промолчала. Мастер Алтаря Ши посмотрел на Чжунли Цяня и сказал:

-“Молодой мастер Чжунли, ты честный человек, и ты знаешь, как говорят: ‘Если ты не совершаешь нечестных поступков днем, ты не будешь бояться призраков, стучащихся ночью’. Этот человек рассчитывает на то, что ты защитишь его в Павильоне Адского Пламени, ясно?”

Чжунли Цянь: …

Таким образом, он последовал за Мастером Алтаря Ши Таньсинь в Павильон Адского Огня под Призрачным Пиком. Мастеру Алтаря Ши удалось найти комнату, в которой не было привидений, чтобы привести ее в порядок. Чжунли Цянь не мог сказать, сколько лет зданию, но на колоннах были написаны письмена из кости оракула[1]. Мастер Алтаря Ши слышал, что Чжунли Цянь любит литературу, поэтому каким-то образом раздобыл кучу бамбуковых свитков, чтобы отправить ему.

Свитки окружала зловещая аура, а на некоторых были подозрительные пятна крови. На некоторых из них, когда записывались дата и способ чьей-либо смерти, на полях появлялась пометка примерно такого содержания: “Чушь собачья, я явно умер не так”, или “Оказывается, я достоин только одной строчки в учебниках истории” или “История - это куча лжи, я не могу поверить, что они написали, что я умер во время секса. Я так зла, что могла бы вернуться к жизни ”. Чжунли Цянь решил не слишком задумываться о том, кто их написал.

1. Эта система письма использовалась в Китае бронзового века с 1200 по 1050 год до нашей эры.

Если не считать этих нескольких моментов, ситуация была не так уж плоха. Хотя мастер Алтаря Ши взял две капли крови из пальца Чжунли Цяня, что заставило его немного забеспокоиться.

В то время он сказал:

-“Четыре великих клана культивирования могут распространяться в изобилии, не опасаясь, что их родословная будет использована для проклятия их основных членов, потому что у всех у них есть методы блокирования проклятий родословной. Ты ни в коем случае не сможешь использовать мою кровь против клана Чжунли.”

Мастер Алтаря Ши глубоко вздохнул, на его лице появилось тревожное выражение. Наряду с его болезненным видом, он выглядел таким несчастным, что даже при всей решимости Чжунли Цяня он не мог не спросить:

-“Мастер Алтаря, что тебя беспокоит?”

-“Ах, ничего особенного. Просто определенный человек вот-вот вернется ” ,-Мастер Алтаря Ши искоса бросил на Чжунли Цяня серьезный взгляд.

-“Она человек! Как она может быть человеком?”

Чжунли Цянь: …

Все люди в секте Сюаньюань были эксцентричными, постоянно говорили вещи, которые он не понимал и не хотел слишком глубоко обдумывать.

Зная, что его кровь не причинит вреда клану Чжунли, Чжунли Цянь мог расслабиться и почитать книги в павильоне Адского Огня. Так прошло три месяца. В то время его единственным посетителем был мастер Алтаря Ши, который иногда заходил поболтать, говоря, что хочет пообщаться с человеком.

Вэнь Женьхэ на самом деле не хотел бросать Чжунли Цянь в течение трех месяцев. Клан Чжунли уже отправил много просьб о встрече с ним, но все они были отклонены. Он не хотел видеть никого из них, пока не достигнет своей цели.

Цю Конгсюэ не могла привести Бейли Цинмяо в Павильон Адского Огня в течение трех месяцев, потому что в секте Шанцин произошло важное событие. Вэнь Женьхэ тоже читал об этом, из обеих книг, с обеих точек зрения.

Оскорбительный Роман (Пересмотренное издание) записал, как Бейли Цинмяо с радостью вернулась в свою секту с сердцем лотоса, с нетерпением ожидая, когда ее шисюн наконец исцелится. Однако, вернувшись, она услышала ужасную новость.

Как и в оригинальной работе, у Хэ Вэньчжао были отношения с Лю Синье. Духовный корень Лю Синье был в основном истощен, и она чуть не лишилась жизни, ее пришлось отправить в лечебный зал для восстановления. Травма Хэ Вэньчжао была слишком серьезной и не могла быть восстановлена даже жертвой Лю Синье, но он восстановился до стадии Построения Фонда.

Он знал, что проявил неуважение к Лю Синье, когда был ранен и без сознания, и был полон смятения, поэтому остался один, чтобы найти для нее лекарство, вернувшись как раз перед возвращением Бейли Цинмяо. Он не нашел никакого лекарства, но сумел поднять свое собственное царство до Уровня Превращения в Божество. Он сказал, что нашел пещеру, где обитал великий бессмертный, и повысил свой уровень, используя подаренный ему эликсир.

Хэ Вэньчжао пообещал, что с тех пор, как он набрался сил, он, несомненно, сможет найти способ исцелить Лю Синье в будущем, и поэтому попросил старейшин секты дать ему еще один шанс.

В секте Шанцин осталось не так много могущественных старейшин, и Превращение в Божество уже поставило Хэ Вэньчжао в один ряд с высшими чинами мира культивирования. Столкнувшись с таким редким талантом, они, естественно, не могли возложить на него никакой вины и упустили справедливость в отношении Лю Синье.

В то время как Хэ Вэньчжао был в приподнятом настроении, Бейли Цинмяо вернулась в секту и даже не успела принести ему сердце лотоса, когда услышала, что произошло в административном зале. Она тут же начала плакать так сильно, что ее почти одолели внутренние демоны, прямо до тех пор, пока ее Учитель Цинронг и старейшина Административного зала Цинсюэ не прибежали, чтобы утешить ее.

Хэ Вэньчжао также поспешил и начал объясняться точно так же, как и в оригинальной истории, рассказав ей с полной честностью, что в то время он не знал, что ему не нравилась Лю-шимэй, что он надеялся на прощение Бейли Цинмяо. Он сказал, что ему стыдно смотреть в лицо Лю-шимэй, и пожелал, чтобы Бейли Цинмяо присоединилась к нему в поисках способа исцелить ее.

Он был экспертом по умению уговаривать людей, и Бейли Цинмяо была на грани того, чтобы клюнуть на это, как и изначально. Она не только простила Хэ Вэньчжао, но и побежала в комнату, где выздоравливала Лю Синье, желая отдать ей Семицветное Сердце Лотоса, чтобы вернуть долг шисюна перед ней.

Как раз в тот момент, когда она собиралась упомянуть об этом, старейшина Цинсюэ, которая с хмурым выражением лица просматривала правила секты Шанцин, сказала несколько слов, которые все изменили.

-“Почему Хэ Вэньчжао не женится на Лю Синье?”

Все: …

Она подняла свод правил и указала на строчку.

-“Здесь прямо сказано, что если два ученика секты Шанцин оба согласны, они могут попросить у мастера секты разрешения стать партнерами по самосовершенствованию”.

Услышав это, водянистые глаза Лю Синье упали на Хэ Вэньчжао, ожидая его ответа.

Бейли Цинмяо и представить себе не могла, что ее хозяин скажет что-то подобное. Это разрушило бы ее будущее с ее шисюном. Как она могла принять это?

-“Ну...” ,- сказала старейшина Цин Юэ - “Посмотри на спецификации, Цинсюэ. Обе стороны должны находиться на стадии Зарождения Души, чтобы стать партнерами по самосовершенствованию. Лю Синье все еще не достигла стадии Зарождения Души ”.

-“Она все еще способна на это?” - спросила Цинсюэ.

Все: …

Цинсюэ глубоко поразила одним этим замечанием. Лю Синье прислонилась к стене, всхлипывая:

-“Это правда, теперь я бесполезна. Я буду просто обузой, если останусь здесь, так что я могу с таким же успехом покончить со всем этим”.

Сказав это, она попыталась удариться головой о стену, но в комнате было так много людей, что все они бросились ее останавливать. Хэ Вэньчжао сумел первым обнять ее. С неловким выражением на лице он сказал:

-“Но ... но я люблю...”

Он только что пообещал Бейли Цинмяо, что будет любить ее и только ее, но теперь не мог произнести эти слова в присутствии Лю Синье. Он мог только беспомощно взглянуть на Бейли Цинмяо, прося ее умолять старейшину Цинсюэ передумать.

Увидев выражение его лица, Бейли Цинмяо, казалось, сошла с ума, обняв Цинсюэ за талию и рыдая:

-“Мастер Цинсюэ, я... я люблю шисюна! Если он женится, что тогда будет со мной?”

-“Не то чтобы это было безнадежно”, - сказала Цинсюэ, ласково поглаживая Бейли Цинмяо по голове. Она указала пальцем на Лю Синье.

-“Посмотри на нее. Она не протянет больше десяти лет. Ты можешь просто занять ее место после того, как она умрет”.

Бейли Цинмяо: …

Слова Цинсюэ, возможно, были грубыми, но ее рассуждения были убедительными. Ее чрезвычайно прямолинейный образ мышления действительно убедили старейшин секты Шанцин.

Поскольку Лю Синье спасла Хэ Вэньчжао, он был обязан ей до конца своей жизни, и если он не отплатит ей, то в конечном итоге пострадает от последствий с небес. С таким же успехом он мог бы просто жениться на Лю Синье, чтобы искупить свой долг и вину. Что касается Бейли Цинмяо… все было так, как сказала старейшина Цинсюэ.

Культиваторы не имели возраста и могли жить тысячелетиями, так что они могли дождаться смерти Лю Синье, чтобы жениться, если понадобится.

После того, как старейшины обсудили это между собой, они согласились на свадьбу.

Бейли Цинмяо хотела достать сердце лотоса, чтобы подарить его Лю Синье, чтобы ей не нужно было выходить замуж за шисюна, но Цинсюэ напомнила ей:

-“Сердце лотоса приведет ее прямо к стадии Превращения в Божество. У нее будет еще больше возможностей выйти замуж за Хэ Вэньчжао.”

Проплакав целую ночь, Бейли Цинмяо умоляла своего хозяина позволить ей уйти, чтобы она могла избежать свадьбы.

Она чувствовала себя так, словно была одержима. Чудодейственный эликсир, который мог спасти Лю-шицзе, был прямо в ее сумке для хранения, но она не хотела отдавать его. Она думала о том, чтобы провести десятилетие, странствуя по миру и забыв о своих проблемах, а через десять лет, если Лю Синье все еще будет жива, она вернется и отдаст ей сердце лотоса, и в то же время, наконец, отпустит ее шисюна. Прямо сейчас она не могла заставить себя сделать это, так что лучше пусть решает судьба.

Цинсюэ была очень рада ее решению, и за несколько дней до того, как Хэ Вэньчжао и Лю Синье должны были пожениться, они вместе покинули секту Шанцин.

У подножия горы Байли Цинмяо обернулась, чтобы посмотреть на ее высокие вершины, и, вспомнив, что через пять дней ее шисюн выйдет замуж, была счастлива, что, по крайней мере, мастер Цинсюэ останется рядом с ней.

На этом правки закончились, поэтому Вэнь Женьхэ перешел к комментариям в конце.

[Я одобряю этот брак! Поздравляем новую пару!]

[Хахахахаха мыслительный процесс Цинсюэ убивает меня! Как она может с невозмутимым лицом сказать: ‘Лю Синье проживет всего десять лет’? Мастерски сделано!]

[Теперь, когда он женат на Лю Синье, мы посмотрим, хватит ли у Хэ Вэньчжао смелости жениться на Мастере Цилин. В оригинале у него было на это право, потому что он был холост, а также будущий мастер секты Шанцин, но теперь, что ж, я с нетерпением жду, что произойдет.]

[Он может получить их обоих и сделать одну из них своей наложницей, хахахахахаха]

[Продолжай пересматривать, автор, я болею за тебя. Никогда не думал, что буду так внимательно следить за пересмотром этой старой дрянной истории. Я верю, что ты можешь снова найти золото, автор.]

Довольный, Вэнь Женьхэ отложил книгу и взял "Бог Уничтожения". События были примерно такими же, как в " Оскорбительной романе", просто рассказывали о том, как, когда Хэ Вэньчжао покинул гору, он нашел с помощью своего переносного мастера (Старейшины Кровавых Демонов) могущественную реликвию и поднял с ее помощью свое царство. События после его возвращения в секту были такими же, но отзывы были совершенно разными.

[Почему это пересматривается? Она и так была совершенно хороша, так почему же она нуждается в пересмотре? Я в таком замешательстве.]

[Вероятно, цензура, они не позволят МС иметь гарем. Многие другие авторы были переработаны. Это все понятно, но… что это за сюжетная линия?]

[Если Чжао-гэ может обладать всеми красотками, то мне очень нравится Лю Синье. Но если дело только в ней, то она просто слишком посредственна. Не такой талантливый, как маленькая шимей, не такая умная, как Мастер Цилин, обычная внешность.]

[Даже если он может получить их все, его главной женой не должна быть Лю Синье. Она просто не может сравниться, она вообще не стоит МС! Этот новый странствующий бессмертный Старейшина Цинсюэ - злодей? Тогда я думал, что она новая жена Чжао Гэ!]

[Я ненавижу Цинсюэ больше всего из женских персонажей, кроме демонического культиватора Шу Яньянь. Автор действительно талантлив, раз смог сделать этих двух красивых девушек такими порочными.]

Разница в отзывах была как день и ночь. Обдумав их, Вэнь Женьхэ решил, что ему больше нравится страница обсуждения Оскорбительного Романа. Комментарии там казались более нормальными.

-“Достопочтенный, Цю Конгсюэ вернулась”, - сказал Инь Ханьцзян за дверью.

Инь Ханьцзян в последнее время не держался так близко к Вэнь Женьхэ. Обычно, если Вэнь Женьхэ не прогонял его, он всегда стоял у него за спиной, даже в его комнате. Он не знал, когда Инь Ханьцзян начал оставаться за пределами своей комнаты и вместо этого стоять на страже у двери.

-“А как насчет Бейли Цинмяо?” ,- спросил Вэнь Женьхэ.

-“У нее взяли кровь, и ее отправили в Павильон Адского Пламени”, - сказал снаружи Инь Ханьцзян.

-“Мастер Алтаря Цю и Защитник Шу начали сражаться в главном зале. Нужно ли что-то делать?”

Вэнь Женьхэ открыл дверь. Инь Ханьцзян, который стоял прямо рядом с ним, отступил на несколько шагов, чтобы увеличить расстояние между ними.

Вэнь Женьхэ странно посмотрел на него, но прежде чем он успел спросить, он услышал звук разбивающихся камней снаружи. Выражение его лица тут же стало холодным, и он сказал:

-“Пойдем с этим Почтенным”.

Глава 32 - Бог Ши Таньсиня

У Шу Яньяня и Цю Конгсюэ была простая причина для драки. Цю Конгсюэ явилась в главный зал после того, как высадила Бейли Цинмяо в павильоне Адского Пламени, где она столкнулась с Шу Яньянем. Шу Яньянь не знала, что Цю Конгсюэ все еще жива, и некоторое время смотрела на нее, не в силах отвести глаз.

Теперь, когда Цю Конгсюэ была блуждающей бессмертной, у нее было полное тело под черной мантией, и она потеряла свою жуткую груду белых костей и кровожадных призраков, которых она держала рядом, так что она была немного застенчивой. Она избегала всех своих подчиненных в Павильоне Адского Пламени, боясь, что ее репутация культиватора призраков будет подорвана.

Увидев, что Шу Яньянь пристально смотрит на нее, она сразу же решила, что над ней насмехаются.

-“Какое право ты имеешь смотреть на меня?” ,- раздраженно сказала она.

-“Почему я не могу смотреть на тебя?” ,- спросила Шу Яньянь, гордо подняв голову - “Это ваша честь, что этот Защитник смотрит в вашу сторону”.

Таким образом, эти двое начали ссориться. На самом деле в этом не было ничего другого.

Когда Вэнь Женьхэ прибыл с Инь Ханьцзяном, Цю Цунсюэ преследовала Шу Яньяня по всему склону горы, в то время как мастер Алтаря Руань время от времени бросался в атаку, крича:

-“Я научу тебя принимать таких отвратительных подчиненных! Я трах…я убью тебя!”

За это короткое время Мастер Алтаря Руань научился исправлять свой язык. Вэнь Женьхэ удовлетворенно кивнул. Его секта Сюаньюань наконец-то начала формироваться.

-“Прекратите” ,- Вэнь Женьхэ повысил голос, держа в одной руке Алебарду Семи Убийств.

Все трое почувствовали давление, намного превосходящее давление совершенствующегося на стадии Махаяны, и не могли точно определить, на каком уровне сейчас находился Вэнь Женьхэ. Они немедленно прекратили борьбу и преклонили перед ним колени.

-“Достопочтенный, этот подчиненный...” ,-первой выпалила Цю Конгсюэ.

-“Этот Достопочтенный знает”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Ты можешь пока остаться в главном зале. Когда задание будет выполнено, приведите Бейли Цинмяо обратно в секту Шанцин”.

-“Почтенный, как насчет моего Павильона Адского Огня...” ,- Цю Конгсюэ проявила редкую нерешительность - “Неважно, Ши Таньсинь может забрать его”.

Ее нынешнее положение в секте Сюаньюань было немного неловким. Цю Конгсюэ ловко побеждала Шу Яньяня в их битве и, возможно, была самым сильным человеком в секте Сюаньюань, кроме Вэнь Женьхэ. Но все должности Мастеров Алтаря и двух Защитников были заняты. Цю Конгсюэ взглянула на Мастеров Алтаря Юаня и Руаня, ломая голову над тем, кого ей следует убить, чтобы украсть их владения.

Мастер Алтаря Юань почувствовал, как у него волосы встали дыбом от ее взгляда, и быстро сказал:

-“Почтенный, главный зал должен заниматься многими различными делами и сотрудничать с другими Мастерами Алтаря. Мозги Мастера Алтаря Цю, э-э, я имею в виду темперамент, не приспособлены для управления этим. Если вы спросите меня, павильон мастера Алтаря Руаня в Черепаховом панцире больше подходит.”

-“Ты настоящий интриган, не так ли?” ,-Мастер Алтаря Руань сплюнул.

-“Нет причин для беспокойства”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Этот Достопочтенный уже принял решение. Мастер Алтаря Цю предложила отличные услуги и может быть повышена до Защитника Секты, заняв место выше четырех Мастеров Алтаря ”.

Выражение лица Шу Яньяня застыло. Она не посмела бросить вызов Вэнь Женьхэ, вместо этого посмотрела на Мастера Алтаря Юаня, ее глаза были ядовитыми. Если она не могла быть Защитницей Секты, то могла бы, по крайней мере, быть Мастером Главного Зала.

Пот стекал по лицу Мастера Алтаря Юаня. Он мог бы увернуться от Цю Конгсюэ, сказав, что она недостаточно умна, но как он должен был пройти мимо Шу Яньянь?

-“Этот Достопочтенный имел в виду должность Левого Защитника”, - сказал Вэнь Женьхэ.

Шу Яньянь и Мастера Алтаря вздохнули с облегчением. Теперь, когда Цю Конгсюэ была повышена до того же положения, что и Шу Яньянь, она была достаточно довольна, что ее комплекс неполноценности немного исчез.

Инь Ханьцзян наблюдал за Вэнь Женьхэ без малейшего намека на беспокойство по поводу потери своей позиции. Власть и статус никогда не имели для него значения. Вещи, из-за которых Шу Яньянь и Мастера Алтаря так яростно сражались, были вещами, которые Преподобный бросил бы ему, не задумываясь.

Почувствовав взгляд Инь Ханьцзяна, Вэнь Женьхэ сказал:

-“Бывший левый защитник Инь Ханьцзян теперь будет заместителем лидера секты Сюаньюань. Отныне его слова можно считать моими словами”.

Как и ожидалось. Инь Ханьцзян спокойно опустил голову. Вот таким человеком был его Господин.

Шу Яньянь нахмурила брови, чувствуя, что что-то не так. Только когда Вэнь Женьхэ ушёл в Павильон Адского Огня с Лидером Секты Инь и Мастером Алтаря Мяо, она поняла. Инь Ханьцзян, который раньше был на том же положении, что и она, теперь стоял выше, а Цю Конгсюэ теперь была равна ей, так что ее положение в секте фактически упало.

Сначала она была рада узнать, что Цю Конгсюэ выжила, но теперь…

Левый и Правый Защитники обменялись взглядами, враждебность была очевидна в глазах друг друга.

Вэнь Женьхэ было все равно, насколько хорошо его новый Защитник ладил со старым. Бросив Мастера Алтаря Мяо, чья вспышка света была медленнее, он полетел с Инь Ханьцзяном в павильон Адского Огня. Приземлившись, он спросил:

-“Защитник Инь…нет, лидер Секты Инь, в последнее время ты казался подавленным. Ты недоволен порядками этого Почтенного человека?”

Шу Яньянь начала бы разбирать, что он мог иметь в виду под этой репликой, был ли он недоволен ею или нет, как она должна ответить. Инь Ханьцзян ничего из этого не учел и честно ответил:

-“Теперь, когда он стоит на шаг ближе к Почтенному, этот подчиненный едва ли знает, как выразить свою радость, так как же он может быть неудовлетворен?”

-“Почему я чувствую, что ты все дальше от меня в эти дни?” ,- Вэнь Женьхэ внимательно посмотрел на Инь Ханьцзяна, но тот склонил голову, не показывая своего лица.

С некоторым неудовольствием Вэнь Женьхэ сказал:

-“Этому Почтенному не нравится, когда ты становишься на колени, и не нравится, когда ты опускаешь голову. Этому Почтенному не нравится, что он не может видеть твоего лица.”

Инь Ханьцзян послушно поднял голову и посмотрел прямо на Вэнь Женьхэ. Его глаза были полны сложных эмоций. Казалось, это было восхищение, но к нему примешивались и другие вещи, которые Вэнь Женьхэ не мог распознать.

-“Так-то лучше”, - сказал он - “Теперь ты заместитель лидера Секты. Твои слова и действия отражают этого Достопочтенного. Прояви немного духа”.

-“Понятно” ,- выражение лица Инь Ханьцзяна постепенно становилось все более твердым.

Его чувства к своему Преподобному никак не повлияют на их отношения. Тот факт, что самым важным человеком для Инь Ханьцзяна был Вэнь Женьхэ, не изменился. Одного этого было достаточно.

Вэнь Женьхэ был очень обеспокоен тем, что произойдет между Бейли Цинмяо и Чжунли Цянь, поэтому скрылся вместе с Инь Ханьцзяном и направился в камеру Бейли Цинмяо.

Бейли Цинмяо завязали глаза и привязали к деревянной кровати. На стуле у кровати сидел Мастер Алтаря Ши.

Павильон Адского Огня был постоянно окутан энергией инь, и солнечный свет не мог проникать прямо внутрь, поэтому мрак наполнял его даже в полдень. Мастер Алтаря Ши поставил масляную лампу на стол, дважды слегка кашлянул и достал иглу, нагревая острие над пламенем лампы.

-“Кто ты такой?” ,- сказала Бейли Цинмяо, ее голос слегка дрожал. Ее грудь вздымалась и опускалась от страха, но она все же успокоила свой голос и сказала:

-“Где мой учитель? Что ты с ней сделал? Если ты повредишь хотя бы волосу на ее голове, я отплачу тебе в десять раз больше! Сто раз!”

-“Кхе, кхе, кхе!” ,- Ши Таньсинь зашелся в приступе кашля, прежде чем смог заговорить. Когда все стихло, он сказал:

-“Никто не смеет к ней прикасаться. Тебе сейчас следовало бы побеспокоиться о себе.”

С двумя иглами в руках он уколол одной из них кончик среднего пальца Бейли Цинмяо, извлекая две капли крови. Отложив его в сторону, он принес следующий, с кровью Чжунли Цяня на нем, и снял повязку с глаз Бейли Цинмяо.

Открыв глаза, Бейли Цинмяо обнаружила, что находится в темной комнате, а рядом с ней сидит болезненный мужчина. Он выглядел молодо, не старше двадцати лет, и его кожа была такой бледной, что кончики пальцев казались немного полупрозрачными в свете лампы.

На нем был тонкий белый халат и наброшенное поверх него черное пальто с темно-коричневым меховым воротником, отчего его лицо казалось еще бледнее по контрасту. Его длинные ресницы были опущены, когда он сосредоточился на игле в своей руке. Мысленно произнеся заклинание, он быстро сделал несколько жестов свободной рукой со скоростью, которую Бейли Цинмяо никогда раньше не видела, так что его движения были просто размытыми.

-“Готово!” ,- рявкнул Ши Таньсинь, указательными и средними пальцами указывая на иглу. Теперь проклятие было завершено.

Теперь ему просто нужно было капнуть обе капли крови в глаза Бейли Цинмяо, и с этого момента, где бы она ни была, первым, что она увидит, всегда будет Чжунли Цянь.

-“Думая об этом, за все мои годы наложения проклятий, я никогда не получал такой странной просьбы о проклятии”, - сказал Ши Таньсинь, начиная капать кровь - “Достопочтенный - уверенный и загадочный человек”.

Сначала он капнул ей левый глаз. Когда он двигался вправо от нее, его рука внезапно дернулась, в результате чего вторая капля не попала ей в глаз и скатилась по носу.

-“Что это такое?” ,-Мастер Алтаря Ши поднял свою изможденную руку, осматривая ее спереди и сзади -  “Странно. Почему он дрожал?”

-“Что ты со мной сделал? Что ты капнул мне в глаз?!” ,- сказала Бейли Цинмяо сквозь стиснутые зубы, едва сдерживая слезы.

Ее слезы были для людей, которые любили ее, а не для того, чтобы враги увидели ее слабость. Бейли Цинмяо может много плакать, но она не стала бы делать что-то настолько бессмысленное в такое время, как это.

-“Что-то здесь не так” ,-взгляд Мастера Алтаря Ши упал на лицо Бейли Цинмяо, и он внезапно замер.

Вэнь Женьхэ, наблюдавший со стороны, тоже почувствовал, что с Ши Таньсинь что-то не так. Он быстро пролистал "Оскорбительный роман", обнаружив, что слова в нем яростно меняются.

Первоначально, в день свадьбы Хэ Вэньчжао с Мастером Цилин, Бейли Цинмяо сбежала с помощью Чжунли Цяня и рассталась с ним, обменявшись именами. В ночь после свадьбы она также столкнулась с Вэнь Женьхэ, который присматривал за ней. Вэнь Женьхэ сидел с ней в ту мучительную ночь и пообещал ей, что сведет звёзды Пастушка и Ткачиха вместе.

Сегодня как раз состоялась свадьба Хэ Вэньчжао и Лю Синье. Любовных интересов номер два и три у Бейли Цинмяо не было. Там был только Ши Таньсинь, который был занят тем, что проклинал ее.

Вэнь Женьхэ наблюдал, как на странице появились слова: “Ши Таньсинь посмотрел на заплаканное лицо Бейли Цинмяо, очарованный ее хрупким, но решительным выражением. В свете костра тело Бейли Цинмяо, казалось, было окутано тонким слоем божественного света. Сердце Ши Таньсиня было тронуто”.

Вэнь Женьхэ : …

Снова божественный свет. Ши Таньсинь тоже мог видеть божественный свет? И этот отрывок явно предназначался для Вэнь Женьхэ, только название было изменено.

Этот отрывок тоже возник в сознании Ши Таньсинь. Он поднял лампу, внимательно изучая лицо Бейли Цинмяо, затем пощупал ее пальцы, чтобы прочесть ее судьбу. Когда он получил ответ, то начал сильно кашлять.

Он закашлялся так сильно, что, казалось, вот-вот разорвет легкое. Даже от этого звука у Бейли Цинмяо кровь застыла в жилах. Она подумала, что человек рядом с ней может упасть замертво в любую секунду.

Вэнь Женьхэ нахмурился. Инь Ханьцзян надел маску призрака и ворвался в комнату. Он подхватил Ши Таньсиня одной рукой и потащил его наружу, оставив Бейли Цинмяо в одиночестве и недоумении внутри.

-“Почтенный, кхе-кхе-кхе...” ,- Ши Таньсинь кашлял целую вечность, прежде чем ему удалось прийти в себя. Задыхаясь, он сказал:

-“Похоже, этот подчиненный не может действовать против нее”.

-“Почему?”

-“Этот подчиненный культивирует болезнь среди семи форм человеческих страданий  -  рождение, старость, болезнь, смерть, обида, расставание и желание. Это принцип, который берет свое начало из буддизма, и те, кто его развивает, должны позволить своему телу страдать от всевозможных болезней и недугов и испытать глубины человеческих страданий, чтобы пробудиться к великому Дао. Тогда, когда я смотрел на эту девушку, я чувствовал мощь бога.”

“Мне казалось, что она должна была быть начальницей этого подчиненного, выше, чем Мастер Алтаря Цю или Достопочтенного, нет, нет, нет, не выше, чем Достопочтенный. Когда этот подчиненный смотрел на нее, мне казалось, что… когда насекомые гу Мастера Алтаря Мяо смотрят на свою королеву. Это было похоже на то, что я был одержим, желая жить и умереть за нее и отказаться от всего ради нее ”.

Вэнь Женьхэ : …

В прошлой жизни Бейли Цинмяо управляла бедствиями, эпидемиями и войнами и была источником Дао Ши Таньсиня. Даже если бы он позже вознесся до божественности, он был бы одним из ее слуг.

Глава 33 - Отклонение от плана

Вэнь Женьхэ не рассердился. Он уже давно привык к привычкам сюжета. Это было достаточно нормально, что реальность время от времени должна была соответствовать событиям оригинального сюжета.

Он искажал события истории, пытаясь бросить вызов небесам и изменить судьбу, но первоначальная судьба все еще оказывала сопротивление. При таких обстоятельствах вполне ожидалось, что оригинальная история время от времени будет проявляться в каком-нибудь изначально не связанном персонаже.

-“Тогда, чувствуешь ли ты преданность по отношению к Бейли Цинмяо?” ,- спросил Вэнь Женьхэ.

Ему вдруг пришло в голову, что Чжунли Цянь больше не был единственным выбором. Ши Таньсинь… Вэнь Женьхэ внимательно оглядел его. Если не считать болезненного цвета лица, он неплохо выглядел. С состоянием Ши Таньсиня, прежде чем он смог свободно контролировать свою болезнетворную ци, любой, кто совершенствовался вместе с ним, умер бы от его болезней, и только призрачные культиваторы могли быть рядом с ним в безопасности. Вот почему Вэнь Женьхэ отправил его в Павильон Адского Пламени.

Вполне возможно, что только главная героиня будет невосприимчива к болезнетворной ци Ши Таньсиня. Разве это не означало, что они подходили друг другу?

Вэнь Женьхэ с удовольствием посмотрел на “запасного”, которого он выбрал для Бейли Цинмяо. Ши Таньсинь, почувствовав его выжидающий взгляд, яростно покачал головой и сказал:

-“Кхе, кхе, как мог этот подчиненный? Этот подчиненный лоялен только к Почтенным”.

Это означает, что, поскольку Вэнь Женьхэ сегодня был Повелителем Демонов, Ши Таньсинь был верен Вэнь Женьхэну. Если завтра Шу Яньянь устроит переворот, верность Ши Таньсиня к Повелителю Демонов не поколеблется. У него была такая же преданность, как и у всех остальных в секте Сюаньюань.

Вэнь Женьхэ тут же потерял интерес и отмахнулся от него.

-“Поскольку ты ничего не можешь с ней сделать, просто пока оставь Бейли Цинмяо. Иди, наложи проклятие на Чжунли Цяня”.

Ши Таньсинь поспешил прочь. Он бросил взгляд на Бейли Цинмяо через окно ее комнаты и слегка покачал головой. Глубоко внутри он действительно хотел помочь этой девушке ... Но Достопочтенный отдал свой приказ. В будущем он мог бы помочь ей в каком-нибудь менее важном деле.

Увидев выражение его лица, Вэнь Женьхэ был сильно разочарован и покачал головой.

-“Он даже не может пренебречь приказом этого Почтенного и спасти кого-то за моей спиной. Совершенно ненадежно!”

Мастер Алтаря Мяо, только что прибыл.: …

Считал ли Достопочтенный неповиновение его приказам “надежным”? В таком случае, имело смысл, как Защитница Шу сохранила свое положение. Когда дело доходило до действий за спиной Вэнь Женьхэ, он, Мяо Цюцин, действительно не мог держать свечу.

Мастер Алтаря Мяо вошел в комнату, снова завязал глаза Бейли Цинмяо, скормил ей насекомое гу, а затем ушел, чтобы положить его в Чжунли Цянь. На протяжении всего процесса проклятия Ши Таньсиня и наличия паразита, помещенного в них Мастером Алтаря Мяо, Чжунли Цянь бодрствовал и осознавал, что они сделали что-то, касающееся его. Однако он не испугался и даже немного расслабился. Он боялся, что Вэнь Женьхэ использует его против клана Чжунли или воспользуется его репутацией в мире смертных, чтобы ввести ученых в заблуждение и основать злой культ, чтобы увеличить свою собственную власть.

Ни того, ни другого до сих пор не произошло. Чжунли Цянь был начитан и обладал более практическими знаниями, чем Бейли Цинмяо. Когда капли крови попали ему в глаза, он понял, что это проклятие для отслеживания человека, которому принадлежала кровь, а не что-то такое, что вообще не повлияло бы на его сознание. Когда Мастер Алтаря Мяо заставил его проглотить насекомое гу, он узнал в нем паразита, связывающего сердца, который мог связать эмоции двух людей. Это был тип любовного гу, часто используемый женщинами Мяо, чтобы узнать чувства своих мужей.

Говорили, что Мяо создали паразита, связывающего сердца, потому что женщины Мяо обнаружили, что даже если их мужья влюбятся в них под влиянием любовного паразита, это не помешает им спать со всеми подряд. Некоторые мужчины проводили различие между любовью и похотью и могли любить одну женщину и одновременно быть в постели с другой, а потом вести себя так, будто не знали ее.

Чтобы полностью контролировать своих мужей, женщины Мяо создали паразита, связывающего сердца, чтобы в тот момент, когда он почувствует желание к другой женщине, она знала.

Чжунли Цянь признал, что этот паразит также не повлияет на его сознание. Они не подчинялись королеве паразитов, и хотя они находились под влиянием друг друга, это было двусторонним. Если бы у человека была сильная воля, он мог бы избежать влияния другой стороны и даже подавить эмоции другого человека.

-“Господин Вэнь Женьхэ должен знать, что эти две вещи не могут контролировать меня, так какова же его цель? Может быть, он хочет, чтобы я выследил кого-то для него? ,- спросил Чжунли Цянь - “У меня нет особых навыков в выслеживании. Он мог бы найти эксперта вместо меня.”

Чжунли Цянь был проницателен и обдумывал планы и намерения Вэнь Женьхэ в течение последних месяцев. За время своего пребывания в Павильоне Адского Пламени он разыграл множество шахматных партий против самого себя, обдумывая бесчисленные возможности, но на данный момент все они оказались ошибочными.

-“Решения Преподобного очень глубоки, и мы никак не можем догадаться о них”, - сказал Мастер Алтаря Ши - “Молодой мастер Чжунли должен просто подчиняться его приказам, кхе-кхе-кхе“.

Мастер Алтаря Мяо, имевший больший стаж, чем Мастер Алтаря Ши, знал немного больше. Он знал, что Бейли Цинмяо была любимой ученицей Вэнь Женьхэ, которую украла Цю Конгсюэ. Он также знал, что делал паразит, связывающий сердца, и он только что слышал, как Вэнь Женьхэ назвал Мастера Алтаря Ши “ненадежным”. Сложив кусочки вместе, он понял, что Достопочтенный намеревался использовать Чжунли Цяня, чтобы избавиться от Цю Конгсюэ, чтобы он мог вернуть своего ученика.

Очевидно, он не стал бы делиться своей догадкой с Чжунли Цянем и ушел сразу после выполнения своего задания. Он уже рассказал Вэнь Женьхэну, как удалить паразитов, связывающих сердца, так что теперь он мог оставить все остальное Вэнь Женьхэну.

После того, как два Мастера Алтаря ушли, Бейли Цинмяо с трудом высвободилась из своих веревок. Она выскользнула из комнаты, внимательно оглядываясь по сторонам и никого не видя поблизости. Вместо того, чтобы сбежать, она пошла глубже в лагерь в поисках мастера Цинсюэ.

Бейли Цинмяо не была идиоткой. Два человека, которые пришли в ее камеру, были намного выше ее уровнем, так что не было никакого способа, которым простая Зарождающаяся стадия Души могла бы сбежать самостоятельно. У них должен был быть какой-то план, и они планировали ее побег. Вместо того чтобы бросаться лицом к лицу в ловушку, лучше ей пойти и найти своего хозяина. Мастер Цинсюэ была странствующей бессмертной, и с ней у Бейли Цинмяо было бы гораздо больше шансов спастись.

Вэнь Женьхэ ожидал, что Бейли Цинмяо сделает рывок к выходу. Снаружи была установлена система иллюзий, и если бы она пошла в ту сторону, то наткнулась бы на призрачную стену, которая привела бы ее в комнату Чжунли Цяня, куда бы она ни пошла. Каким-то образом она перехитрила его.

-“Странно. Была ли Бейли Цинмяо такой проницательной?” ,- Вэнь Женьхэ нахмурился, чувствуя, что где-то что-то отклонилось от его плана.

Если бы Бейли Цинмяо направилась к выходу, ее бы беспрепятственно отвели к Чжунли Цянь. Но она направлялась вглубь Павильона Адского Пламени, который кишел призрачными культиваторами. Она сделала всего несколько шагов, когда услышала звук рыданий. Она поспешила туда и увидела кого-то в красном халате и с распущенными волосами, скорчившегося в углу комнаты и жалобно плачущего.

Бейли Цинмяо подошла и мягко положила руку на плечо этого человека, спрашивая:

-“Госпожа, вас тоже схватили?”

Человек в красном продолжал рыдать, все его тело дрожало, как будто ему разбили сердце.

Бейли Цинмяо почувствовала сочувствие, задаваясь вопросом, что ужасного могло случиться с этой девушкой, и стала еще больше беспокоиться о мастере Цинсюэ.

-“Они- они выбрали меня для него. Почему я?..”

Человек в красном плаще всхлипнул.

-“Было так много других, кто хотел стать ближе к Мастеру Алтаря Руаню. Они могли бы уйти! Я не хотел этого делать!”

-“Что они заставили тебя сделать?” ,- осторожно спросила Бейли Цинмяо, опасаясь обнаружить какую-нибудь травму.

-“Они-они заставили меня...” ,-человек плакал так сильно, что не мог говорить.

Он медленно повернулся и поднял голову.

-“Они сказали, что я самый уродливый, поэтому заставили меня пойти поцеловать мастера Алтаря Руаня”.

-“А-а-а-а!” ,-Бейли Цинмяо не смогла удержаться от вскрика, когда увидела лицо собеседника.

Глазные яблоки свисали из орбит, плоть гнила, а по языку ползали личинки. Самое главное, что этот человек ... казался мужчиной.

Человек в красном схватил Бейли Цинмяо за руку и пополз к ней. Он указал на свое лицо.

-“Я-я на самом деле не хотел быть с Мастером Алтаря Руанем, но он оскорбил меня и сказал, что я заразился от него. Посмотрите на моих милых малышей! Ты считаешь их уродливыми Посмотри, какие они пухлые! Они прелестны!”

-“Аргх! Отойди от меня!” ,-Бейли Цинмяо оттолкнула его своей духовной энергией.

Несмотря на то, что она использовала всю силу Зарождающегося культиватора Душ, ей удалось отбросить его всего на полметра назад. Залитый Лунным светом Морозный Шелк дико извивался в воздухе от страха. Соприкоснувшись с одним из жуков человека в красном, она вздрогнула и сбросила его.

Бейли Цинмяо убежала, а мужчина в красном, пошатываясь, последовал за ней, крича:

-“Почему Мастер Алтаря Ши и Мастер Алтаря Руань считают меня уродливой? Все было лучше, когда здесь был Мастер Алтаря Цю. Мастер Алтаря Цю любила меня и часто хвалила. Я так по ней скучаю. Эй, почему от тебя пахнет Мастером Алтаря Цю? Подождите! Не убегай!”

-Бейли Цинмяо не знала, кто такие Мастера Алтаря Ши и Цю, но ей было жаль Мастера Алтаря Руаня. Она бежала изо всех сил, ее сердце билось где-то в горле, но не смогла стряхнуть мужчину в красном. Дело было не столько в том, что она не могла бороться с ним, сколько в том, что она не хотела этого делать.

На грани отчаяния она увидела краем левого глаза свет, льющийся из комнаты. Она ворвалась внутрь, заперев за собой дверь. Положа руку на сердце, она затаила дыхание, надеясь, что другой человек не найдет ее.

Человек в красном стоял за дверью и на мгновение склонил голову набок. Несколько раз всхлипнув, он сказал:

-“Эта комната для гостя Мастера Алтаря Ши. Мне не разрешается беспокоить его, так что я сейчас уйду.”

Он с несчастным видом поплелся прочь, разминувшись с Мастером Алтаря Цю. Услышав, что его шаги становятся все тише, Бейли Цинмяо похлопала себя по груди, ее страх, наконец, исчез. Она оглядела комнату, но ее левый глаз тут же остановился на молодом человеке в белом халате с книгой в руке. Он тоже смотрел на нее, и ее левый глаз пристально смотрел на него, не в силах оторваться.

Чжунли Цянь: …

Ранее его сердце колотилось в каком-то ужасе, которого он не испытывал уже долгое время, и он знал, что это была работа паразита, связывающего сердца. Он пытался успокоить свои эмоции, когда в его комнату ворвалась девушка. В этот момент Чжунли Цянь не мог оторвать от нее глаз. Ее образ, казалось, был приклеен к передней части его глазных яблок.

Ее лицо, казалось, было выжжено в его поле зрения. Ее тело испускало лучи света, от которых вскоре у него заболели глаза, но он не мог отвести взгляд.

Чжунли Цянь, вспомнив лицо Бейли Цинмяо, задумался, что же это за новый метод пыток.

Бейли Цинмяо чувствовала себя немного лучше. Ее левый глаз не мог видеть ничего, кроме лица Чжунли Цянь, но она могла двигать правым глазом, чтобы осмотреть окрестности. Однако ей было слишком неудобно смотреть на разные вещи обоими глазами, в результате чего в ее поле зрения появлялись накладывающиеся друг на друга образы. Когда Чжунли Цянь пошевелился, Бейли Цинмяо стало так тошно, что ее чуть не вырвало.

Думая, что ничего не остается, как прикрыть глаза, Чжунли Цянь достал кусок ткани и повязал его на них. Как совершенствующийся, он мог использовать свое духовное познание, чтобы чувствовать свое окружение, так что ослепление на самом деле не беспокоило бы его.

Его действия напомнили Бейли Цинмяо, которая оторвала полоску от одного из своих рукавов и завязала ее на левом глазу, так что она могла видеть только правым. Она сразу почувствовала себя намного лучше.

Правым глазом она могла как следует разглядеть Чжунли Цяня и обнаружила, что он был достойным молодым человеком. Увидев его движение, она прижалась спиной к стене, Залитый Лунным светом Морозный Шелк дико закружился в воздухе перед ней.

-“Не двигайся!” ,- закричала она - “Оставайся в таком состоянии! Не приближай ко мне никаких насекомых!”

Почувствовав ее страх, Чжунли Цянь начал мысленно декламировать стихи, пытаясь успокоить и себя, и сказал Бейли Цинмяо.

-“Госпожа, расслабьтесь”, - сказал он с легкой улыбкой - “Это моя истинная форма. Я не собираюсь ни во что превращаться. Этого человека зовут Чжунли Цянь. Могу я узнать ваше имя?”

-“Чжунли Цянь? Из клана Чжунли?” ,-Бейли Цинмяо действительно обладала некоторыми общими знаниями о мире культивирования. Обнаружив, что теперь она спокойна, она спросила:

-“Тебя тоже заключили здесь в тюрьму?”

-“В значительной степени”.

Уравновешенное отношение Чжунли Цяня помогло Бейли Цинмяо немного расслабиться. Забрав свое связанное оружие, она почтительно поприветствовала его.

-“Я Бейли Цинмяо из секты Шанцин. Путешествуя с моим учителем, мы проезжали мимо Призрачного Пика и были схвачены. Я не знаю, где оказался мой учитель, поэтому в настоящее время я ищу ее. Знает ли молодой господин Чжунли, что это за место?”

-“Павильон Адского огня в секте Сюаньюань”, - ответил Чжунли Цянь.

Его сомнения вернулись. Зачем Вэнь Женьхэну связывать его с этим обычным праведным учеником, который, казалось, понятия не имела, что происходит?

-“Секта Сюаньюань?” ,- спросила Бейли Цинмяо, теперь еще более озадаченная.

Когда она встречалась с Вэнь Женьхэ раньше, он был хорошим старшим для нее, и он и мастер Цинсюэ также встречались. Он ведь не причинит им вреда, правда?

Возможно, что-то случилось с Вэнь Женьхэ и руководство сектой Сюаньюань теперь перешло к кому-то другому? Нет, существовала также возможность того, что люди в Павильоне Адского Пламени действовали самостоятельно.

Бейли Цинмяо достала из своего пояса жетон, который ей дал Вэнь Женьхэ. Изначально она планировала никогда им не пользоваться, но ради своего хозяина стоило попробовать.

Вэнь Женьхэ, тайно наблюдавший за происходящим, поморщился, когда увидел это. Он не мог позволить Бейли Цинмяо использовать его, чтобы вызвать его. Если бы он был там, как могли Бейли Цинмяо и Чжунли Цянь провести свою первую личную встречу?

Инь Ханьцзян, увидев неловкое выражение на лице своего Преподобного, надел маску призрака. Его поведение изменилось в одно мгновение. Он вошел в комнату в полосе тени и выхватил жетон из руки Бейли Цинмяо.

-“Кто ты такой?” ,- закричала Бейли Цинмяо, отступая к Чжунли Цяню.

Они могли чувствовать силу Инь Ханьцзяна, и благодаря своим связанным эмоциям они приняли решение сражаться с ним вместе.

Человек в маске провел пальцем по схеме Полиса на жетоне. Низким голосом он сказал:

-“Ты этого недостойна”.

Надевая маску призрака, Инь Ханьцзяну не нужно было скрывать свои эмоции. Последние несколько дней он подавлял свои эмоции, и только теперь, под маской, он мог позволить им проявиться на своем лице. Впервые за несколько дней он немного расслабился.

Он угрюмо посмотрел на Бейли Цинмяо и Чжунли Цянь, вспоминая эту фразу: "любовь застает тебя врасплох, и не успеешь оглянуться, как ты уже в ее тисках". Острая боль пронзила его сердце.

Если бы не эти двое, он никогда бы не осознал намерения своего собственного сердца, и ему не пришлось бы терпеть такие муки.

Разве не было бы лучше, если бы он никогда не узнал?

Инь Ханьцзян осторожно положил жетон на лацкан своей мантии, рядом с сердцем. Не причинив вреда ни одному из них, он ушел и вернулся к Вэнь Женьхэ. Он снял маску, демонстрируя свое обычное выражение тихой преданности.

Глава 34 - Поднятое настроение

-“Почтенный” ,- Инь Ханьцзян обеими руками протянул жетон Вэнь Женьхэ.

Вэнь Женьхэ : …

Он отдал этот жетон Бейли Цинмяо в обмен на Разбитый Горный метеорит. Как действие кармы, так и собственный характер Вэнь Женьхэ не позволили бы ему просто взять свои слова обратно. Он немного нервничал, когда Бейли Цинмяо впервые достала его, но если бы она действительно использовала его, тогда он бы вмешался.

Если бы он вывел этих двоих из Павильона Адского Пламени, они бы расстались снаружи, и вся его работа была бы напрасной.

Это был также первый случай, когда Инь Ханьцзян проявил инициативу без приказа Вэнь Женьхэ. Просто увидев его обеспокоенное выражение, он ворвался, все еще делая все возможное, чтобы облегчить работу Вэнь Женьхэ.

После того, как он надел маску, он, казалось, стал совершенно другим человеком. Забудьте Байли Цинмяо и Чжунли Цяня, даже сам Вэнь Женьхэ с трудом узнал его. Неудивительно, что ни персонажи, ни читатели не догадывались, вплоть до того момента, пока Бейли Цинмяо не увидела маску в своей сумке, что Маска Призрака на самом деле был верный и почтительный Инь Ханьцзян.

Говоря об этом, Вэнь Женьхэ предположил, что Инь Ханьцзян намеренно позволил Бейли Цинмяо увидеть эту маску. Вероятно, он хотел, чтобы она впала в отчаяние и отказалась от надежды выжить. К сожалению, это не сработало.

-“Этот Почтенный не может забрать назад выданный им жетон”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Ты можешь оставить его себе. Я просто подарю ей талисман для обмена сообщениями в будущем ”.

Слабая улыбка появилась на лице Инь Ханьцзяна. Он надежно спрятал жетон рядом со своим сердцем. Вэнь Женьхэ чувствовал, что если он не остановит его, Инь Ханьцзян попытается засунуть это себе в грудь.

Это был всего лишь маленький знак, который он сделал из остатков материала, из которого была сделана Алебарда Семи Убийств. На самом деле это было ни на что не годно. Его единственная польза заключалась в том, что если бы кто-то направил в него свою собственную духовную энергию, Вэнь Женьхэ смог бы это почувствовать.

Ну что ж. Если Инь Ханьцзяну это понравится, он может это получить.

Видя, что Инь Ханьцзян ведет себя так кротко, Вэнь Женьхэ был озадачен. Когда он закончил Армейский Сокрушительный Меч, Инь Ханьцзян должен был уже очистить свои психологические блоки и перестать ограничивать себя. Как получилось, что он, казалось, регрессировал?

Было ли это из-за маски призрака?

-“Дай мне взглянуть на маску” ,- Вэнь Женьхэ протянул руку.

Инь Ханьцзян не стал предлагать его, вместо этого крепче сжимая в руке. Вэнь Женьхэ протянул руку и небрежно схватил его, но почувствовал некоторое сопротивление. Только когда он дернул сильнее, во второй раз, Инь Ханьцзян отпустил его.

Он внимательно осмотрел ее, но обнаружил, что это обычная маска из мира смертных, сделанная из обычных материалов. Инь Ханьцзян, возможно, купил его по прихоти в магазине в маленьком пограничном городке. Он не должен обладать какой-либо способностью влиять на разум человека. Почему Инь Ханьцзян не захотел отдать его ему?

Вэнь Женьхэ наклеил его себе на лицо. Сквозь него он увидел слабый оттенок красного цвета на лице Инь Ханьцзяна, когда на нем появилось выражение, которого Вэнь Женьхэ никогда раньше не видел. Он быстро снял его, но увидел, что выражение лица Инь Ханьцзяна вернулось к нормальному, выглядя таким же спокойным и невозмутимым, как всегда.

Вэнь Женьхэ задумался, не мерещится ли ему что-то. Он повертел маску в руке взад-вперед, но не смог обнаружить в ней никакого подвоха.

-“Дай мне свою руку”, - приказал он.

Инь Ханьцзян протянул руку Вэнь Женьхэну. Вэнь Женьхэ пощупал его пульс, затем послал свою собственную духовную энергию в тело Инь Ханьцзяна. Его меридианы были свободны, и с его совершенствованием не было никаких проблем. У него не было никаких признаков отклонения ци.

Вэнь Женьхэ убрал руку, оставив ее лежать на маске. Он все еще был озадачен. С тех пор как он взял в руки ту первую книгу, в его голове возникло много вопросов, и когда он ответил на один, появился другой. Может быть, это просто судьба. Может быть, он никогда не сможет до конца все понять.

-“Преподобному нравится эта маска?” ,- спросил Инь Ханьцзян, видя, как Вэнь Женьхэ держался за него все это время.

-“Не совсем” ,- Вэнь Женьхэ ернул его Инь Ханьцзяну, наблюдая, как он убирает его в сумку для хранения, его лицо по-прежнему ничего не выражало.

Что-то просто было не так. И все же он не мог понять, в чем дело.

Вэнь Женьхэ верил, что Инь Ханьцзян не станет лгать ему или что-то скрывать от него. Они уже доверились друг другу и всегда действовали открыто по отношению друг к другу. Почему, когда Инь Ханьцзян надел маску, Вэнь Женьхэ был совершенно неспособна прочитать его?

-“С этого момента, если мы будем вдвоем, не надевай эту маску”, - сказал Вэнь Женьхэ - “И не надевай его, когда в этом нет необходимости”.

-“Понятно”, - очень легко ответил Инь Ханьцзян.

Он не проявил ни капли той решимости, которая была у него в прошлом.

Вэнь Женьхэ хотел продолжить допрос Инь Ханьцзяна о маске, но Бейли Цинмяо и Чжунли Цянь начали держаться за руки, поэтому Вэнь Женьхэ должен был переключить свое внимание на развитие событий на их стороне.

Они держались за руки, потому что Чжунли Цянь споткнулся и чуть не упал, поэтому Бейли Цинмяо протянула руку и схватила его.

-“Молодой мастер Чжунли ” ,-сказала она - “ вы ничего не видите, так что давайте поможем друг другу прямо сейчас”.

Чжунли Цянь покачал головой.

-“Я думаю, это странно. Даже если я не могу видеть, с моим духовным познанием я должен быть способен чувствовать все вокруг меня. Как получилось, что я не заметил, обо что споткнулся? Госпожа Бейли, вы можете проверить, обо что я споткнулся?”

Бейли Цинмяо оглянулась.

-“Это бедренная кость. Он катался сам по себе, пытаясь подставить тебе подножку.”

Чжунли Цянь отпустил руку Бейли Цинмяо.

-“Госпожа Бейли, почему бы вам не использовать свое связывающее оружие, чтобы связать нам руки? Мужчины и женщины не должны касаться друг друга случайно. Я не хочу вести себя с тобой неприлично.”

Обычно он не был таким надутым, но он нервничал из-за того факта, что его глаза были прокляты, чтобы видеть только Бейли Цинмяо. Он верил, что Бейли Цинмяо была членом праведной секты и обладала хорошим характером, и не боялся, что она причинит ему вред. Но таким человеком, как она, можно легко манипулировать, так что лучше ему перестраховаться.

Бейли Цинмяо не возражала и считала эту идею лучшей. Таким образом, если Чжунли Цянь упадет или будет сброшен чем-то, она сможет просто ослабить шелк, и ее не потащит за собой. Затем, получив лучшую опору, она могла бы оттащить его назад, используя это.

Таким образом, они перешли от того, чтобы держаться за руки, к тому, чтобы держать между собой шелковый галстук. Бейли Цинмяо выглядела как поводырь для слепых.

Вэнь Женьхэ : …

Это было не то, чего он ожидал. Он добился того, что “мгновенно выделил другого человека из толпы” и “поделился своими эмоциями”, так почему же они все еще были такими чопорными и вежливыми друг с другом? Он не ожидал, что они будут завязывать себе глаза!

Было ли это действительно потому, что он не мог понять последнюю строчку: “любовь застает тебя врасплох, и, прежде чем ты осознаешь это, ты оказываешься в ее тисках”? Но о каком именно чувстве шла речь?

- Что значит "любовь застает тебя врасплох, и, прежде чем ты осознаешь это, ты оказываешься в ее тисках’? ,-  спросил Вэнь Женьхэ.

-“Когда ты понимаешь, что это происходит, уже слишком поздно освобождаться”, - ответил Инь Ханьцзян позади него.

Его голос слегка дрожал. Он, вероятно, тоже считал эту реплику довольно глупой.

-“Я знаю, что это означает буквально”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Но как это должно быть достигнуто? Совершенствующиеся развивают свой ум. Как может кто-то настолько не обращать внимания на свои собственные намерения, что не может обнаружить их, пока не погрузится слишком глубоко? Если кто-то действительно настолько сбит с толку, тогда как он может совершенствоваться? Как они могут просветиться в Дао? Просветление происходит в мгновение ока. Это никогда не приходит до того, как ты осознаешь, что это происходит ”.

-“Кто знает” ,-тон Инь Ханьцзяна был немного холодным - “Вероятно, только люди, глубоко попавшие в его лапы, могут это понять”.

Тогда что он должен был делать? Вэнь Женьхэ понимал, что будет нелегко заставить Бейли Цинмяо забыть о Хэ Вэньчжао. Он также не пытался контролировать Бейли Цинмяо. Но разве это не естественно для Чжунли Цянь влюбиться в главную женскую роль? Почему он ничего не почувствовал?

Повелитель демонов слишком мало знал о вопросах любви.

Он мог ссылаться только на оригинальную книгу. Он открыл Оскорбительный Роман, желая пересмотреть каждое слово и действие встречи Бейли Цинмяо и Чжунли Цянь. Но слова на странице в настоящее время безумно менялись. Вэнь Женьхэ смог прочитать его только один раз, прежде чем он был переработан на что-то совершенно другое.

Бейли Цинмяо и Чжунли Цянь поддерживали друг друга, пытаясь сбежать из Павильона Адского Пламени, и только один глаз разделял их. Солнце уже село, и Бейли Цинмяо боялась снова столкнуться с кем-то вроде человека в красном, поэтому завязала разговор с Чжунли Цянем.

-“Я не знаю, кто захватил меня в плен. Мой учитель - действительно могущественный странствующий бессмертный, и мы шли вместе, когда это случилось. В глазах у меня внезапно потемнело, и я потерял сознание. Когда я проснулась, моего учителя уже не было, и я была заперта здесь. Какой-то болезненный, но все еще симпатичный мужчина закапал каплю крови мне в левый глаз, а также извлек немного моей крови. Чуть позже симпатичный и изящный на вид мужчина заставил меня съесть что-то такое, от чего у меня на мгновение заболела грудь. Я понятия не имею, что они со мной сделали.”

Услышав все это, Чжунли Цянь поджал губы.

-“Почему только левый глаз?”

-“Я не знаю. Похоже, он планировал сделать и то, и другое, но когда он добрался до моего правого глаза, у него внезапно начался приступ кашля, и он не смог с ним справиться. Может быть, его болезнь обострилась?”

-“Этот человек был хозяином Павильона Адского Огня секты Сюаньюань, Ши Таньсинь. Он культивирует семь человеческих страданий, и для того, чтобы причинять страдания другим, он должен сначала причинить их себе. Он всегда болезненный, и у него не может быть внезапной вспышки. Он - ходячая болезнь”.

Бейли Цинмяо внезапно повернула голову, пристально глядя на Чжунли Цянь правым глазом. Она слегка прищурилась и потерла грудь.

-“Странно, почему я вдруг почувствовала к тебе такое подозрение?”

Чжунли Цянь: …

Это было бы потому, что он подозревал Бейли Цинмяо, и под влиянием паразитов, связывающих сердца, она тоже это почувствовала.

Чжунли Цянь надеялся, что только отслеживающее заклинание на их глазах будет связано, а паразит, связывающий сердце, будет для кого-то другого. Теперь, когда она разделила его эмоции, его надежды рухнули.

С паразитом, связывающим сердца, никто не мог скрыть ни одной из своих эмоций. Он и Бейли Цинмяо должны были сотрудничать, иначе они никогда не выберутся из Павильона Адского Пламени. Чжунли Цянь изначально не планировал сопротивляться, но недавние действия Вэнь Женьхэ заставили его насторожиться. Он был наследником клана Чжунли. Если в будущем существовала вероятность, что он сделает что-то не так под влиянием паразита, связывающего сердце, то было бы лучше, если бы он отказался от своего положения сейчас и стал странствующим культиватором.

-“Госпожа Бейли, позвольте мне расстегнуть ваш шелк и спрятаться где-нибудь. Затем сними повязку с левого глаза и ищи меня. Я хочу подтвердить, насколько сильно проклятие ”, - сказал Чжунли Цянь.

Только после получения всей соответствующей информации они могли определить свои следующие шаги.

Бейли Цинмяо с готовностью согласилась. Она также хотела знать, насколько плох ее глаз. После того, как Чжунли Цянь спрятался, она сняла повязку с глаз и увидела тонкую нить левым глазом. Она последовала за ним, обернувшись, и увидела Чжунли Цянь через дверь. Ее зрение могло проникать даже сквозь твердые поверхности.

-“Я вижу тебя, молодой господин Чжунли”, - сказала Бейли Цинмяо.

Когда Чжунли Цянь открыл дверь и вышел, перед глазами Бейли Цинмяо снова возникло его лицо. Она быстро прикрыла глаза и описала то, что только что увидела.

-“Это проклятие слежения действительно сильное”, - со вздохом сказал Чжунли Цянь - “Даже если тот, у кого была взята кровь, убежит на край света, они не смогут скрыться от взгляда другого. Расстояние на это никак не влияет”.

-“Значит, кровь в моих глазах принадлежала Молодому мастеру Чжунли? Тогда кто получил мою кровь?”

-“Я”, - сказал Чжунли Цянь, зная, что он не сможет скрыть это от Бейли Цинмяо - “Мне пришлось завязать глаза, потому что мои глаза видят только лицо госпожи Бейли. По сути, нет никакой разницы между тем, чтобы иметь эти глаза, и тем, чтобы их не было ”.

Бейли Цинмяо знала это ощущение и сочувствовала ему. У нее, по крайней мере, был один работающий глаз, в то время как Чжунли Цянь не мог пользоваться ни тем, ни другим.

Чжунли Цянь почувствовал жалость Бейли Цинмяо и вздохнул.

- “Госпожа Бейли, мы должны проверить еще одну вещь. Попытайся придумать что-нибудь, что заставит тебя по-настоящему расчувствоваться ”.

Мысли Бейли Цинмяо сразу же обратились к Хэ Вэньчжао, и ее сердце упало. Она вспомнила, что ее шисюн сегодня должен был выйти замуж за Лю Синье, и они, возможно, уже были в постели вместе. Это было так больно... Да? На самом деле ей совсем не было грустно?

Бейли Цинмяо потерла грудь. В одно мгновение ей показалось, что в ее сердце воткнули нож и выворачивают, а в следующее мгновение все исчезло.

-“Попробуй сейчас думать о чем-нибудь счастливом”, - сказал Чжунли Цянь.

Бейли Цинмяо подумала о том, как росла вместе с шисюн и как хорошо шисюн к ней относился. Это делало ее такой счастливой… Нет, она совсем не была счастлива. Ее сердце было спокойно, как стоячая вода.

-“Госпожа Бейли, вещи, о которых вы только что подумали, были тем, что вас больше всего огорчало и радовало, верно?” ,- спросил Чжунли Цянь.

-“Да”, - твердо сказала Бейли Цинмяо - “Я люблю шисюна. Он тот, кто может больше всего возбудить мои чувства ”.

-“Это успокаивает меня”, - сказал Чжунли Цянь - “То, что мы оба проглотили, было паразитом, связывающим сердца. Обе стороны, у которых он есть, могут чувствовать эмоции друг друга и находиться под контролем другой стороны. Тот, у кого более твердая воля, будет держать ситуацию под контролем”.

-“Значит, ты только что подавил мои чувства?”

-“Да” ,-Чжунли Цянь улыбнулся с облегчением -  “Когда я почувствовал твою печаль, я успокоил свое сердце и смог быстро подавить ее. Когда я почувствовал твою радость, я тоже смог подавить ее. Сейчас я новичок в этом, но после некоторой практики я должен быть в состоянии легко сдерживать свои эмоции ”.

Бейли Цинмяо: …

Разве это не означало, что ее контролировали?

Молодой мастер Чжунли, возможно, почувствовал бы облегчение, но как насчет нее? Бейли Цинмяо не знала, как к этому относиться.

-“Вам также не нужно беспокоиться”, - сказал Чжунли Цянь - “Я сделаю все возможное, чтобы найти способ избавить нас от проклятия и жуков. То, что я только что проверял, было то, насколько сильно это повлияет на нас сейчас. Мы можем временно прикрыть глаза. Это может быть неприятно, но не очень. Что касается наших эмоций, я сделаю все возможное, чтобы сохранить спокойное душевное состояние. Я знаю, это может быть неудобно для вас, но это все, что мы можем сделать сейчас. Мы просто должны сохранять спокойствие и действовать рационально. Это, по крайней мере, лучше, чем быть во власти эмоций ”.

-“Нет, меня это вполне устраивает” ,-Бейли Цинмяо с облегчением покачала головой.

Она улыбнулась Чжунли Цянь.

-“Мой шисюн сегодня выходит замуж”.

Выражение лица Чжунли Цяня напряглось. Он почувствовал горе Бейли Цинмяо и плавно продекламировал в уме несколько стихотворений:

”Звезды висят над широкими равнинами, отражение луны рябит в речных водах”[1], “Наслаждайся радостями жизни, не поднимай к луне пустой кубок”[2]. Стихи сильно подняли его настроение.

1. Мысли о ночном путешествии, Ду Фу

2. Приглашение на вино, Ли Бай

Бейли Цинмяо тоже чувствовала то же самое. Ее настроение внезапно изменилось, превратившись из настроения обиженной молодой девушки.

-“С вашей помощью я могу отпустить шисюна и больше не мучиться из-за него, так что это может быть скрытым благословением. Отныне я могу путешествовать по миру, осматривая все достопримечательности, которые он может предложить, и прилагать свои усилия к тому, чтобы вознестись и стать богом! Ха-ха-ха!”

Ее смех был ярким и открытым, и Чжунли Цянь не мог не почувствовать ее оптимизма.

Вэнь Женьхэ : …

Разве такое развитие событий все еще не было хорошим?

Глава 35 - Раскрытая истина

Чжунли Цянь боялся, что если он продолжит читать стихи, девушка перед ним может поклясться в братстве и сестринстве вместе с ним. Он быстро переключился на “Срывая хризантему под забором, я неторопливо смотрю в сторону южных гор”[1] и некоторые другие стихи в этом роде. Видя, как Бейли Цинмяо из энергичного превращается в расслабленного и беззаботного, он понял, что происходит, и невольно посмеялся над собой.

1. Пить вино от Тао Юаньмина.

-“В чем дело, молодой господин Чжунли?” ,- сказала Бейли Цинмяо, почувствовав настроение Чжунли Цяня.

-“Я просто подумал кое о чем, что заставило меня понять, что я был неправ”, - сказал Чжунли Цянь с самоуничижительной улыбкой - “Я боялся, что ты повлияешь на мои эмоции, и я буду действовать не по порядку, поэтому насильно подавил эти эмоции. Но дело не в том, что моя воля была сильнее твоей, а в том, что госпожа Бейли более внимательна, чем я. Когда наши эмоции влияют друг на друга, ты не пытаешься сразу изменить свои чувства, чтобы подавить мои, а вместо этого соглашаешься со мной. Если бы мы боролись друг с другом, мы оба могли бы потерять контроль над собой и страдать от отклонения ци ”.

Бейли Цинмяо почувствовала себя неловко и замахала руками.

- “Дело не в этом. Просто я чувствую, что не могу быть несчастной и все время винить себя. На самом деле ты оказываешь мне большую услугу.

-“Тогда давайте заключим сделку”, - сказал Чжунли Цянь - “Пока мы не избавимся от этих паразитов, если кто-то из нас будет чрезмерно эмоциональным, другой должен помочь им успокоиться. Не влияя на них никакими другими эмоциями, просто позволяя им успокоиться и обрести перспективу ”.

-“Это звучит заманчиво!” ,- сказала Бейли Цинмяо, протягивая к нему кулаки -“Слухи не отдают тебе должного. Я часто слышала слухи о клане Чжунли в секте Шанцин. Мне стыдно признаться, что, поскольку большинство сект изолируют себя от мира смертных, у них есть некоторое предубеждение по отношению к кланам культиваторов, которые смешиваются с обычным обществом, а некоторые даже обвиняют их только в стремлении к статусу и престижу. Встретившись сегодня с Молодым мастером Чжунли, я поняла, что такое благородство ”.

-“Ты преувеличиваешь”, - тихо сказал Чжунли Цянь - “Нелегко так жить. Поскольку я не могу скрыть от тебя свои чувства, я мог бы также признаться, что я тоже хочу скакать галопом на лошади, потягивать вино и делать все, что мне заблагорассудится. Я хотел бы, чтобы мне не приходилось заставлять себя спасать кого-то, кто мне даже не нравился, ради наследия и репутации клана Чжунли ”.

Обязанности Чжунли Цяня были источником его силы, но также и оковами для него. Он даже не знал, что лучше - отпустить их или продолжать носить.

Они вдвоем несколько раз ходили кругами по Павильону Адского Огня, натыкаясь на нескольких призрачных культиваторов, которых Вэнь Женьхэ послал, чтобы напугать их. Вэнь Женьхэ все еще цеплялся за надежду, что пребывание в опасности раскроет их истинные чувства и зажжет что-то между ними.

Но по мере того, как эти двое становились ближе друг к другу, они относились друг к другу все больше как братья и сестры, между ними не было и искры романтики. Вместо этого Чжунли Цянь стал более бдительным.

После того, как они отбили очередную волну призрачных культиваторов, Чжунли Цянь стоял на месте с бамбуковым свитком в руке и смотрел на звезды в небе. Венера ярко сияла, предвещая наступление рассвета.

Он похлопал свитком по ладони.

-“Теперь я все понимаю”.

-“Поняли что?” ,- спросила Бейли Цинмяо, склонив голову набок.

Чжунли Цянь убрал свиток и сказал вдаль:

-“Господин Вэнь Женьхэ, у меня до сих пор не появилось никаких чувств к госпоже Бейли. Нет смысла тянуть с этим дальше. Почему бы вам не открыться нам?”

Вэнь Женьхэ непонимающе уставился на него. Чжунли Цяню было бы нетрудно догадаться, что все это было частью его плана, но как он понял, что намеревался, чтобы Чжунли Цянь и Бейли Цинмяо полюбили друг друга?

Он появился перед ними вместе с Инь Ханьцзяном и холодно спросил:

-“Как ты догадался?”

-“Ах! Старший Вэнь, я так рада, что с вами все в порядке!” ,- сказала Бейли Цинмяо, и ее лицо озарилось радостью - “Я думала, что что-то случилось в секте Сюаньюань, и человек в маске причинил тебе вред!”

-“Никто не может причинить вред Достопочтенному”, - сказал Инь Ханьцзян ледяным тоном.

-“Человек в маске, естественно, не причинил бы вреда господину Вэнь, потому что человек в маске - лидер Секты Инь”, - сказал Чжунли Цянь.

Вэнь Женьхэ наконец-то оценил Чжунли Цяня должным образом. Третий любовный интерес оказался гораздо более проницательным, чем он ожидал. С такой дальновидностью, как он влюбился в Бейли Цинмяо в оригинальной книге?

Способ, которым Чжунли Цянь догадался, что Вэнь Женьхэ пытается свести его и Бейли Цинмяо, был прост. Во время прогулки по Павильону Адского Пламени с Бейли Цинмяо он подробно расспросил о ее встречах с Вэнь Женьхэ и узнал об их трех встречах на Ледяных равнинах Тысячи Миль, после смерти госпожи Шу и на скалах Золотого берега. Бейли Цинмяо была не очень проницательным человеком и к настоящему времени доверяла Чжунли Цяну, поэтому рассказала ему все подробности. У Культиваторов была сильная память, и под направленным допросов Чжунли Цянь она передала все точно.

Основываясь на описаниях Бейли Цинмяо, Чжунли Цянь определил, что госпожа Шу Лянь на самом деле была Подходящим Защитником, которого он однажды встретил, Шу Яньянь. Поскольку Хэ Вэньчжао был якорем для Разлучающего Дух Массива,  Вэнь Женьхэ приказал ей соблазнить его много лет назад. Таким образом, он мог без труда сломать Систему Разделения Духов, но при этом целенаправленно затягивал процесс в течение десяти лет, пока культиваторы с обеих сторон не стали слишком слабы, чтобы использовать естественную духовную энергию.

-“Поскольку Куан восхищается тем, что господин Вэнь сделал для всех человеческих жизней, было трудно приписать злой умысел вашим намерениям. Я мог только рассмотреть то, что было наиболее логичным ” ,-без всяких тонкостей ради Бейли Цинмяо Чжунли Цянь объяснил всем свои догадки.

Бейли Цинмяо была ошарашена, казалось, потрясена до глубины души.

-“Старший Вэнь, действительно ли госпожа Шу была Правым Защитником секты Сюаньюань? Разве госпожа Шу не умерла?” ,-Бейли Цинмяо, не задумываясь, схватила Вэнь Женьхэ за рукав, пристально глядя на него правым глазом.

-“Этот Достопочтенный может вызвать ее прямо сейчас”, - сказал Вэнь Женьхэ.

Обжигающий взгляд упал на руку Бейли Цинмяо. Вэнь Женьхэ не посмотрел в ту сторону, откуда он появился, просто небрежно выдернул свой рукав из ее хватки. После того, как он больше не контактировал с ней, взгляд Инь Ханьцзяна исчез.

Испытывал ли Инь Ханьцзян враждебность по отношению к Бейли Цинмяо? Но Вэнь Женьхэ уже объяснил ему часть сюжета Оскорбительного Романа, а также отношение Бейли Цинмяо к нему как к наполовину его хозяину. Инь Ханьцзян не должен быть недоразумением, как это было в книге, так почему же он так себя вел?

Немного подумав,  Вэнь Женьхэ так и не смог этого понять, да и не хотел обсуждать это в присутствии Чжунли Цяня. Он мог только отбросить свои сомнения на данный момент и послать Шу Яньянь талисман с сообщением, приказав ей немедленно прибыть в Павильон Адского Пламени.

-“В те три раза, когда господин Вэнь и госпожа Бейли встречались, хотя методы были жесткими, я заметил намерение направлять ее”, - сказал Чжунли Цянь - “У госпожи Бейли хорошие способности, и я предполагаю, что господин Вэнь почувствовал желание наставлять ее, впоследствии разочаровавшись в том, что ее сердце было привязано к Хэ Вэньчжао, после того, как он увидел, как Хэ Вэньчжао связался с госпожой Шу и Лю-шимей, в то же время заявляя о любви к ней на каждом шагу.”

Он слабо улыбнулся.

-“Плюс, вы поместили в нас паразита, связывающего сердца. Паразит, связывающий сердца, часто используется женщинами мяо, чтобы узнать чувства своих мужей. Сложив все эти моменты вместе, нетрудно догадаться, что господин Вэнь хочет использовать меня, чтобы помочь Бейли Цинмяо избежать потрясений ее любви ”.

Его объяснение заставило всех увидеть его в новом свете. Чжунли Цянь был сторонним наблюдателем в этой ситуации, и вся его информация поступала от Бейли Цинмяо, которая не была особенно самосознательным человеком. Обладая столь ограниченной информацией, он сумел разглядеть ситуацию, в которой даже Шу Яньянь и другие члены секты Сюаньюань до сих пор не разобрались, что, несомненно, впечатляло.

-“Как ты узнал, что я был человеком в маске?” ,-Инь Ханьцзян достал маску и надел ее.

Бейли Цинмяо невольно вздрогнула, увидев это. Маска наполнила ее ужасом из глубины ее души.

-“Не бойся”, - успокаивающе сказал Чжунли Цянь Бейли Цинмяо - “Маскировка лидера Секты Иня очень хороша, но он сказал одну вещь, которая разоблачила его - что мы недостойны знака господина Вэня. Это то, что сказал бы тот, кто испытывает к нему большое почтение. В таком случае человек в маске не мог причинить вреда господину Вэнь.”

“Кроме того, поскольку человек в маске относится к нему с таким уважением, если бы с ним что-то случилось, человек в маске не стал бы беспокоить нас. Следовательно, господин Вэнь, должно быть, был цел и невредим. Из членов секты Сюаньюань, с которыми я встречался за последние несколько дней, только лидер Секты Инь соответствовал этим требованиям, так что я сделал предположение. Мне просто повезло, что это оказалось правильным ”.

Венера[2] сияла над головой Чжунли Цяня, единственный свет, оставшийся в ночном небе. У него была легкая улыбка, которая успокаивала людей и действительно соответствовала выражению лица джентльмена, не имеющего себе равных в мире.

2. В китайской культуре это ассоциируется с мудростью.

Вэнь Женьхэ трижды хлопнул в ладоши, одобрительно сказав:

-“Чжунли Цянь соответствует своей репутации вундеркинда”.

И он также соответствовал своей роли главного любовного интереса. Только такой человек, как он, был достоин занять третье место в списке любовных интересов, прямо после Вэнь Женьхэ.

-“Господин Вэнь преувеличивает”, - спокойно сказал Чжунли Цянь -  “Есть только одна вещь, которую я не понимаю. Почему господин Вэнь поверил, что у нас с Бейли Цинмяо возникнут чувства? Бейли Цинмяо обладает доброй натурой, и я очень восхищаюсь ею, но влюбиться в нее - не такое уж легкое дело”.

-“Этот Почтенный тоже не понимает и надеялся, что молодой мастер Чжунли сможет объяснить”, - сказал Вэнь Женьхэ.

Чжунли Цянь поднял брови, его сомнение было видно даже сквозь повязку на глазах, пока он ждал, что Вэнь Женьхэ уточнит.

Вэнь Женьхэ на мгновение задумался над его формулировкой, затем сказал:

-“Этот Достопочтенный мельком увидел работу небес и увидел, что у молодого Мастера Чжунли и Бейли Цинмяо может быть судьбоносная связь”.

-“Не могли бы вы пояснить? Я также хотел бы знать, при каких условиях я влюбляюсь в госпожу Бейли”, - сказал Чжунли Цянь.

Пока их обмен репликами быстро шел взад и вперед, Бейли Цинмяо переводила взгляд с них двоих, и у нее кружилась голова. Они говорили о ней, но их формулировки были тщательно подобраны, чтобы не ставить ее в неловкое положение.

Бейли Цинмяо посмотрела на Чжунли Цяня, удивляясь, как он мог влюбиться. Он был таким уравновешенным человеком, не таким одержимым, как она.

Прежде чем она смогла удивиться еще больше,  Вэнь Женьхэ одним ударом лишил ее сознания. Редакция Оскорбительный Роман не была написана с точки зрения Бейли Цинмяо.  Вэнь Женьхэ  не хотел, чтобы тот факт, что он получил книгу, появился в истории, поэтому ему пришлось прибегнуть к грубым методам.

-“Согласно судьбе, ты должен был присутствовать на свадьбе Хэ Вэньчжао и обнаружить Бейли Цинмяо, заключённую в тюрьму в дальних горах. Жалея ее, ты помог ей сбежать. При вашей следующей встрече, видя, что она беспомощно запуталась в любви, вы снова помогли ей. Пока это продолжалось, ты полюбил ее и в конце концов пообещал оставить клан Чжунли, чтобы путешествовать с ней по миру. Этот Почтенный тоже хочет знать, почему.”

Чжунли Цянь никогда не слышал, чтобы кто-то мог предсказать судьбу с такой точностью, как будто они видели это своими собственными глазами. Если бы кто-нибудь другой рассказал ему об этом, он бы им не поверил, но  Вэнь Женьхэ был не из тех, кто стал бы выдумывать такую дикую историю. Видя, насколько он серьезен, Чжунли Цянь погрузился в глубокую задумчивость.

Он думал до тех пор, пока Венера не исчезла с неба и слабый солнечный свет не осветил Призрачный Пик, затем резко сказал:

-“Поскольку этого никогда не было, трудно угадать мои мысли в то время. Тщательно обдумав это и представив обстоятельства, предложенные господина Вэня, я пришел к объяснению, которому могу глубоко посочувствовать.”

-“Что?”

Чжунли Цянь сказал с горькой улыбкой:

-“Я не должен этого говорить, но отношения между Хэ Вэньчжао и Бейли Цинмяо очень похожи на отношения между кланом Чжунли и мной. Их обоих можно считать нашими оковами. Я несу в себе богатство клана Чжунли и должен подчиняться его принципам в каждом слове и действии. Я не могу оступиться ни на мгновение, не могу действовать ради себя и пренебрегать традициями клана Чжунли. Госпожа Бейли связана жестокой судьбой, она хочет освободиться от Хэ Вэньчжао, но все же влюблена в него. Я скован своим кланом, а она - своим сердцем.”

“Если судьба, которую вы описали, верна, то есть только одна причина, по которой я мог бы покинуть клан Чжунли. Не любя госпожу Бейли, но желая набраться от нее смелости. Если бы она смогла отказаться от своих чувств, тогда, возможно, я смог бы жить для себя ”.

-“Я понимаю”, - сказал  Вэнь Женьхэ.

Чжунли Цянь никогда не признавался Бейли Цинмяо в любви. Читатели просто неверно истолковали его слова и намерения. В конце концов, это был любовный роман, поэтому, когда появился симпатичный молодой человек, который ухаживал за главной героиней и предложил отказаться от своего положения в клане ради нее, читатели, естественно, поняли бы это как любовь.

Точно так же, как любовное горе  Вэнь Женьхэ и предыдущий долг, чувства Чжунли Цяня также имели скрытые причины.

Бейли Цинмяо тоже была жалкой. У нее было так много запутанных отношений со столькими мужчинами, но ни один из них по-настоящему не любил ее.

-“Каждый хочет заполучить кого-то, кто будет верен ему всю свою жизнь”, - сказал Вэнь Женьхэ все еще находящемуся без сознания Бейли Цинмяо.

-“Похоже, что для вас он никогда не существовал. Жаль, что она этого не слышала.”

-“Даже если ты все выяснишь, этот Достопочтенный не отменит паразитов, связывающих сердца, и проклятие отслеживания”, - сказал Вэнь Женьхэ Чжунли Цяню - “Если ты не хочешь увлечься Хэ Вэньчжао вместе с Бейли Цинмяо, тогда тебе лучше поработать с этим Достопочтенным”.

Чжунли Цянь не был раздражен, и в его голосе даже послышался намек на облегчение.

-“Клан Чжунли не допустит, чтобы кто-то, кто не может использовать свои глаза и имеет в себе паразита, связывающего сердца, стал их наследником. Ваши действия на самом деле дали мне новую возможность ”.

-“Репутация и престиж клана Чжунли дают вам возможность превзойти Махаяну на стадии Единства Тела. Ты не пожалеешь, что отказался от него?”

-“Когда-нибудь я смогу сам совершенствоваться в Махаяне”, - сказал Чжунли Цянь - “Я планирую вернуться в клан, чтобы передать свои обязанности, а затем путешествовать по миру с Бейли Цинмяо. Через несколько десятилетий, возможно, я смогу найти свое собственное Дао ”.

Действительно, действия Вэнь Женьхэ открыли новую возможность для Чжунли Цяня, и он был готов принять ее.

-“После того, как вы достигнете Махаяны, этот Достопочтенный с нетерпением ждет встречи с вами в битве!”

-“Цянь благодарит Мастера Секты за его признание”, - сказал Чжунли Цянь.

Пока они разговаривали, Шу Яньянь прибыла на Призрачный Пик с раздраженным видом. Она приземлилась рядом с  Вэнь Женьхэ и сказала:

-“Здесь воняет! И Цю Конгсюэ попросила меня вернуть ей бесхозную кость, чтобы у нее был сувенир. Хотела бы я забить ее до смерти! Жаль, что она сильнее.”

-“Защитник Шу”, - поприветствовал Чжунли Цянь.

-“Что случилось с твоими глазами?” ,- спросила Шу Яньянь, выражение ее лица было наполнено беспокойством - “Разве ты не видишь? Неужели Достопочтенный выколол тебе глаза?”

-“Нет…”

Чжунли Цянь еще не закончил говорить, когда Шу Яньянь повернулась к  Вэнь Женьхэ - “Почтенный, если ты собирался отнять у него глаза, почему ты не позволил этому подчиненному сделать это? Этот подчиненный способен на это! Думая о том, что последнее, что он когда-либо увидит - это мое лицо ... Я была бы очень счастлива! ”

Бейли Цинмяо пришла в сознание. Первое, что она увидела, было лицо госпожи Шу, и первое, что она услышала, были эти слова. Она снова чуть не упала в обморок от шока.

-“Вы все еще живы, госпожа Шу?”, - сказала Бейли Цинмяо, поднимаясь на ноги.

-“А, это ты, маленькая дурочка” ,-заметив другую женщину, Шу Яньянь мгновенно приняла позу Защитника Демонической Секты.

Она сказала спокойно и смело:

-“У тебя проблемы с тем, что я жива? Вы счастливы, что вас двоих обманом заставили бегать кругами из-за меня? Если это не так, то это хорошо. Больше всего я люблю, когда люди несчастны”.

-“Нет, я счастлива”, - сказала Бейли Цинмяо, и единственная слеза скатилась из ее открытого глаза - “Я действительно рада, что вы живы”.

Несмотря на то, что ее обманули, ее первой мыслью, узнав об этом, было: слава богу, она на самом деле не довела кого-то до смерти. Она не думала ни о чем подобном тому, насколько презренными были демонические секты, использующие в своих интересах праведных культиваторов.

Шу Яньянь, с другой стороны, почувствовал себя неловко от слов Бейли Цинмяо. Она напрягла лицо и сказала:

-“Быть счастливой - это тоже правильно. Ты должна поблагодарить этого Защитника за то, что он раскрыла тебе истинное лицо Хэ Вэньчжао.”

Шу Яньянь вытерла слезу Бейли Цинмяо одной рукой, мягко сказав:

-“Я скажу тебе это только один раз. Прими это как расплату за то, что я обманула тебя. Я видела слишком много таких людей, как Хэ Вэньчжао. Он был полностью готов быть со мной, но был бы счастлив повернуться и сказать, что это было соблазнение. Он охотится за каждым, кто попадается ему на глаза, но при этом постоянно говорит тебе, что ты единственная в его сердце. Он возлагает всю ответственность на женщину. Такие мужчины ни на что не годны! Ты заслуживаешь лучшего, чем он, глупая девчонка.”

Глава 36 - Уединение

-“Госпожа Бейли” , - мягко обратился Чжунли Цянь к Бейли Цинмяо - “Что бы вы сейчас ни чувствовали, я не буду вам мешать. Будь то радость или горе, я перенесу это вместе с вами”.

Чжунли Цянь был готов к глубокому горю, но через мгновение его сердце все еще было спокойно. Он вопросительно посмотрел на Бейли Цинмяо.

-“Это странно...” ,- сказала Бейли Цинмяо, приложив руку к сердцу - “Мне должно быть грустно, так почему же я ничего не чувствую? У меня уже давно были подозрения насчет госпожи Шу, и я даже решила, что после этого мы с шисюном должны идти своими путями. Просто, когда я увидела его раненым после Великой Войны Сект, я забыла обо всем остальном. Когда шисюн вышел замуж за Лю-шицзе, я хотела снова все бросить, но сейчас я чувствую, что если вернусь в секту и увижу его, то вернусь к своим старым привычкам ”.

-“Это действительно довольно странно”, - сказала Шу Яньянь.

Она убрала руку, нежность исчезла с ее лица, когда она вернулась к роли безразличной Защитницы Демонической Секты.

-“У Достопочтенного были приказы для своего подчиненного?” ,-сказала Шу Яньянь, глядя на Вэнь Женьхэ.

-“Больше ничего” ,- Вэнь Женьхэ одарил Шу Яньяня взглядом, который говорил: “теперь ты можешь проваливать”.

Он только что позвал Шу Яньяню, чтобы сообщить Бейли Цинмяо о действиях Хэ Вэньчжао. Эта цель была достигнута, так что она ему здесь не нужна.

Шу Яньянь, которая бросила все, чтобы броситься к нему: …

Даже если она была раздражена, ей приходилось скрывать это перед Повелителем Демонов. С таким же успехом она могла бы пойти поискать кость.

-“Ты тоже хочешь вырваться на свободу?”, - спросил Чжунли Цянь у Бейли Цинмяо.

-“Конечно. Я ... не хочу становиться человеком, которого я бы презирала. Но как я могу быть уверена, что не совершу ошибку снова?” ,- иастерянно спросила Бейли Цинмяо.

Она не была глупой, просто управлялась своими эмоциями. Каждый мог понять что-то логически, но мало кто мог это осуществить.

-“Отпустить себя трудно, это не то, что можно сделать в одночасье”, - сказал Чжунли Цянь - “Я готов помочь вам на этом пути. В свою очередь, я надеюсь, что госпожа Бейли поможет мне найти новое направление ”.

Никто не заставлял Бейли Цинмяо немедленно уходить. Все они подбадривали ее, помогали ей, уделяли ей время. Постепенно она почувствовала себя менее обеспокоенной, и это кое-что напомнило ей.

-“Я планировала вернуться в секту после десяти лет странствий, но, переосмыслив это, поняла, что это была эгоистичная мысль. Молодой мастер Чжунли, мне нужно вернуться, чтобы завершить незаконченное задание. Не согласитесь ли вы сопровождать меня и не дать мне снова совершить ошибку?”

-“Я также надеюсь, что госпожа Бейли сможет сопровождать меня обратно в поместье Чжунли. Если они увидят тебя, старейшины клана будут более охотно искать нового наследника ”, - сказал Чжунли Цянь.

Бейли Цинмяо: ?

Почему они с большей готовностью отпустили Чжунли Цянь, увидев ее?

Вэнь Женьхэ молча наблюдал за их перепалкой, которая была дружеской без какого-либо намека на более глубокие чувства. Он чувствовал, что в следующую минуту они поклянутся в братстве и сестринстве, но там не было никаких романтических намерений.

Но это все равно было прекрасно. Вместо того, чтобы изменить привязанности Бейли Цинмяо, Вэнь Женьхэ предпочел, чтобы она никого не любила, чтобы культивировать Путь Безразличия. Путь Безразличия был для нее лучшим способом слиться со своей божественной природой.

-“О, да!” ,-Бейли Цинмяо хлопнула себя по бедру -  “Старший Вэнь Женьхэ, где мой учитель? С ней все в порядке...?”

Ее правый глаз был полон надежды. Поскольку целью старшего Вэнь Женьхэ во всем этом было помочь ей преодолеть искушение, то исчезновение ее учителя, должно быть, тоже было частью плана. Конечно, с ней не случилось ничего плохого.

-“Возможно, это не обязательно так”, - небрежно сказал Вэнь Женьхэ.

Только что вернувшись, она затеяла драку с Шу Яньянем, и главный зал все еще стоял только потому, что Вэнь Женьхэ остановил ее. Прямо сейчас Повелитель Демонов, его заместитель и Правильный Защитник были далеко от главного зала, так что не было никого, кто мог бы держать ее в узде. К этому моменту могло случиться все, что угодно.

-“Когда я уходила, она позволяла жукам Мастера Алтаря Мяо кусать ее” - Шу Яньянь вернулась после того, как подобрала кость, и, услышав упоминание о Цю Конгсюэ, вмешалась в разговор.

-“Жуки?” ,- сказал Чжунли Цянь.

Услышав описание Бейли Цинмяо действий старейшины Цинсюэ, ему стало очень любопытно, кем был этот человек до Великой войны Сект. События, о которых рассказала Бейли Цинмяо, становились тем более волнующими, чем больше он думал о них. Он очень надеялся, что его догадка оказалась неверной.

Шу Яньянь закатила глаза. Она передала всем, кроме Бейли Цинмяо:

-“Раньше она была культиватором призраков без плоти, так что у нее не было причин бояться жуков Мастера Алтаря Мяо. Теперь, когда она блуждающий бессмертный, Мастер Алтаря Мяо пригрозил, что у него есть король гу, который может даже навредить блуждающим бессмертным, а она не поверила ему и хотела, чтобы он попытался. Я ждал, когда она сдохнет.”

Чжунли Цянь: …

Он в основном догадывался, кто такой старейшина Цинсюэ. Люди секты Сюаньюань действительно были верны своей природе и могли чувствовать себя как дома в любой ситуации.

Зная Защитника Шу, мастера Секты Вэнь Женьхэ, а теперь и Защитника Цю, Чжунли Цянь не мог не думать, что он слишком сильно ограничивал себя в прошлом. Он никогда не мог выразить свою истинную природу и не знал, каким человеком он станет, отказавшись от своих обязанностей.

Каждый член демонической секты действовал в соответствии со своими желаниями, каждый жил по-своему. Хотя был один человек, который привлек внимание Чжунли Цяня.

Он направил свои чувства к Инь Ханьцзяну.

Недавно назначенный заместитель Главы Секты полуприкрыл глаза, глядя на шлейф мантии Вэнь Женьхэ.

Чжунли Цянь не мог не передать ему:

- “Лидер секты Инь, из семи человеческих страданий: рождение, старость, болезнь и смерть являются несомненными, но последних трех - обиды, расставания и желания - можно избежать ” - Инь Ханьцзян с трудом перевел взгляд на Чжунли Цяня.

Несмотря на то, что глаза молодого человека были закрыты, его проницательный взгляд, казалось, проникал сквозь повязку.

-“Мастер Секты Вэнь Женьхэ - необыкновенный человек”, - сказал Чжунли Цянь - “Он силен и решителен в своих действиях, и мало что в мире способно завладеть его вниманием и сердцем. Слишком сильное желание может в будущем породить негодование. Лидеру Секты Инь лучше отпустить все пораньше и не вкладывать свое сердце, чтобы это не привело к отклонениям в вашем будущем совершенствовании”.

Инь Ханьцзян понимал это рационально. Но точно так же, как Бейли Цинмяо было суждено попасть в ловушку Хэ Вэньчжао, он не мог избавиться от своего восхищения Вэнь Женьхэ.

Конечно, он хотел отойти в сторону. Он пытался, но в итоге просто погрузился еще глубже. Когда его Господин непреднамеренно проявил нежность и заботу о нем, это было подобно удару в его сердце.

Бейли Цинмяо хотела отпустить его, но он только хотел держаться крепче.

-“Если нет желания, не будет и страдания”, - сказал Инь Ханьцзян - “Если есть только любовь, никогда не будет обиды”.

Он не стал бы возлагать никаких надежд на то, что его Господин ответит ему взаимностью, и он не стал бы стремиться к тому, что было невозможно. Он был бы счастлив просто оставаться рядом со своим Преподобным, скрывая свое крошечное желание.

Чжунли Цянь покачал головой. Лидер секты Инь оказался более упрямым, чем он ожидал. Эта ситуация привела бы к трагедии, если бы так продолжалось и дальше.

Поскольку они сказали все, что им было нужно, все четверо вернулись в главный зал. Чжунли Цянь и Бейли Цинмяо остались за пределами его группы, а Вэнь Женьхэ заверил ее, что вернет старейшину Цинсюэ в целости и сохранности.

Бейли Цинмяо послушно сидела в комнате для гостей и ждала. Чжунли Цянь вспомнил о том, что сказала Шу Яньянь, и почувствовал, что у  Вэнь Женьхэ могут возникнуть некоторые трудности с выполнением своего обещания.

Действительно, в тот момент, когда  Вэнь Женьхэ вошел в главный зал, он увидел Цю Конгсюэ, у которой половина тела была съедена насекомыми и наступившую на сильно потрепанного  Мастера Алтаря Мяо смеясь.

-“Ха-ха-ха-ха-ха-ха! Что сказал этот Защитник? Даже если у меня есть тело, ты все равно ничего не сможешь мне сделать!”

Вэнь Женьхэ увидел, что у нее осталась только половина лица, половина плоти и половина органов, и вспомнил, как он сказал Бейли Цинмяо, что вернет ее целой и невредимой. Оказалось, что Цю Конгсюэ была готова использовать свою собственную жизнь, чтобы досадить ему.

Видя недовольство Вэнь Женьхэ, Инь Ханьцзян отшвырнул Цю Конгсюэ прочь взмахом своего меча. Цю Конгсюэ уже потратила всю свою энергию на Мастера Алтаря Мяо и не смогла сопротивляться. Она врезалась в противоположную стену, выплевывая полный рот крови.

Вэнь Женьхэ тяжело вздохнул. Сдерживая свой гнев, он сказал:

- “Мне все равно, как ты это делаешь, но сделай себя презентабельной для других. Ты сможешь залечить свои раны позже.”

Цю Конгсюэ не осмелилась возразить и переместила плоть с неповрежденных частей своего тела на лицо. Она плотно завернулась в свою черную мантию, сделав так, чтобы ее голова выглядела неповрежденной, в то время как кровь все еще капала с ее тела под ней.

Глядя на ее нынешнее состояние, Шу Яньянь расхохоталась до упаду. Она бросила кость Цю Цунсюэ и сказала:

-“Вот, твоя кость. Забери это обратно и получи удовольствие, вспоминая об этом”.

Вэнь Женьхэ подлетел к главному месту и сел, а Инь Ханьцзян последовал за ним, встав рядом с троном. Цю Конгсюэ и Шу Яньянь поспешили занять свои места в качестве Левого и Правого Защитника. Четверо избитых Мастеров Алтаря также сумели встать с помощью друг друга.

Вэнь Женьхэ обвел взглядом их всех.

-“После Великой войны Сект этот Почтенный был занят другими делами и упустил из виду секту Сюаньюань[1]. Каждый из вас также, кажется, забыл о своих позициях, постоянно сражаясь друг с другом. Если так будет продолжаться и дальше, секта Сюаньюань не устоит”.

1. Ну конечно, ты был на свидании со своим парнем.

-“Этот подчиненный был неправ”, - одновременно сказали все шестеро.

-“С сегодняшнего дня и впредь массив секты Сюаньюань будет закрыт, и никому не будет разрешено выходить. Четыре Мастера Алтаря должны вернуться в свои владения и восстановить силы, чтобы через сто лет вы могли вернуться к своей силе, существовавшей до Великой войны Сект.”

-“Понятно!”

-“Защитнице Шу за то, что она не знала своего места и пыталась украсть должность этого Почтенного человека, уже назначено наказание в виде ста лет. Однако этот Почтенный ранее согласился позволить ей заниматься самосовершенствованием на Пылающем Небесном Барабане еще до войны. Поэтому во время нашего уединения Защитнице Шу разрешено заниматься самосовершенствованием на Пылающем Небесном Барабане на время ее наказания ”, - сказал Вэнь Женьхэ.

-“Я могу совершенствоваться в течение ста лет?” ,- сказала Шу Яньянь, и ее глаза загорелись.

-“Почтенный!” ,- в отчаянии воскликнул Мастер Алтаря Юань - “Если бы она совершенствовалась в этом в течение ста лет, она могла бы подняться на месте и, вероятно, стать Великим Золотым Бессмертным вдобавок ко всему! Это явно награда, а не наказание!”

Другие Мастера Алтаря и Цю Конгсюэ тоже выглядели недовольными.

-“Таким образом, этот Достопочтенный решил, что наказание Защитника Шу будет сокращено на девяносто девять лет. Таким образом, остается всего один год. Все ли этим довольны?” ,-это была награда, которую он ранее предлагал Шу Яньянь, но это было в обмен на то, что она сделала для него, а не для секты Сюаньюань. Если он хотел смягчить наказание, других людей все равно нужно было успокоить. В конце концов, Мастера Алтаря Руань и Ши были отправлены в постель Шу Яньяня.

-“Да, конечно” ,-все по очереди кивнули головами.

Шу Яньянь также счел это разумным. В конце концов, она предпочитала хороший баланс между работой и личной жизнью и устала бы заниматься самосовершенствованием сто лет подряд.

-“Защитник Цю уйдет и останется под прикрытием в секте Шанцин”, - сказал Вэнь Женьхэ.

-“Должен ли этот подчиненный передавать информацию о секте Шанцин?” ,-серьезно спросила Цю Конгсюэ.

-“... В этом не будет необходимости”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Просто действуй в соответствии со своим собственным суждением. Если ты приложишь свои усилия, чтобы помочь секте Шанцин, это будет ее собственной формой вмешательства ”.

Цю Конгсюэ: …

Хвалил ли ее Достопочтенный? Она просто воспримет это как похвалу.

Шу Яньянь прикрыла рот рукой. Если бы не то, насколько серьезной была эта ситуация, она бы хохотала до упаду.

-“Мастеру Алтаря Ши будет вручен Флаг Ста Призраков, который может предотвратить приближение призраков Границы Пустоты и ниже”, - сказал Вэнь Женьхэ, взглянув на Ши Таньсиня.

Ши Таньсинь был так счастлив, что чуть не сплюнул кровью. Получив флаг, он с довольным видом вернулся в Павильон Адского Пламени.

Остальные три Мастера Алтаря заслужили свои собственные награды. Даже глубоко травмированный Мастер Алтаря Руань получил Зелье Забвения, которое могло стереть некоторые воспоминания, которые ему не нравились.

Секта Сюаньюань пришла в беспорядок после Великой войны Сект. Обладая как наградами, так и силой,  Вэнь Женьхэ вернул ему форму, почти без усилий приведя все в порядок. Его подчиненным, вероятно, и в голову не придет устраивать новые неприятности в течение следующих нескольких десятилетий.

Получив свои приказы, каждый из Мастеров Алтаря ушел, Цю Конгсюэ отправилась с Бейли Цинмяо и Чжунли Цянь. Секта Сюаньюань разослала сообщение, что она будет находиться в уединении в течение тридцати лет, не общаясь с внешним миром. Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян затем каждый по отдельности ушли в уединение, чтобы поработать над своими новыми техниками или новым оружием соответственно.

Культивационные угодья Вэнь Женьхэ состояли из внутреннего и наружного пространства. Комната была очень большой, достаточно большой, чтобы с комфортом разместить кровать Шу Яньяня из Морозного Нефрита длиной в сто метров. Это было потому, что если бы  Вэнь Женьхэ высвободил свою силу в комнате меньшего размера, ее, вероятно, пришлось бы перестраивать каждый день.

Как внутреннее, так и внешнее пространство было окружено массивами. Он и Инь Ханьцзян могли совершенствоваться бок о бок, не мешая друг другу.

После того, как он, наконец, остался один,  Вэнь Женьхэ положил ладонь на его левую руку. Иллюзия, которую он создал из кровавого тумана, исчезла.

Все, включая Инь Ханьцзяна, думали, что рука, которую Вэнь Женьхэ использовал для создания Армейского Сокрушительного Меча, была быстро восстановлена. Только Вэнь Женьхэ знал, что эта рука была подделкой, созданной из духовной сущности, которую он ни для чего не мог использовать.

За последние дни он принял много эликсиров для восстановления тела и души, но все без толку.

Кровь должна была быть восстановлена кровью, а душа - душой. Ему нужны были не легендарные сокровища или духовные лекарства, а кровь и душа земледельца.

Неудивительно, что Старейшина Кровавых Демонов стал мишенью всего культивирующего мира десять тысяч лет назад, и люди считали, что культиваторам крови суждено стать демонами. Только после того, как  Вэнь Женьхэ стал культиватором крови, он понял, что в его теле больше не было меридианов или даньтяня, и он больше не мог совершенствоваться своими прежними методами. Единственное, что он мог сделать, чтобы улучшить или восстановить свое тело - это пожирать чужие души.

У его силы не было узких мест, и, будучи выше Махаяны, ему больше не нужно было сталкиваться с небесными невзгодами. Просто поглощая души, он мог стать достаточно сильным, чтобы сражаться с бессмертными высших миров. Но если он будет продолжать наращивать свою силу, не укрепляя свой разум, то рано или поздно он будет порабощен ею и превратится в бессердечного монстра, который только и знает, что потреблять.

Культиваторам крови было суждено стать демонами. Пройдя по этому маршруту, возврата не было.

Вэнь Женьхэ зажал ладонью его руку, ци крови бурлила в его теле. Он не заботился о жизнях других культиваторов и во время войны убил нескольких экспертов праведных сект. Он был готов убивать, но он не стал бы поглощать ничью душу. Некоторые люди могут подумать, что нет ничего плохого в том, чтобы забрать душу врага. Они могли бы устранить оппозицию и в то же время увеличить свою власть. Но это был скользкий путь, и человеческое желание было бездонной пропастью, которая никогда не будет удовлетворена. Когда-нибудь у него больше не будет угрызений совести по поводу пожирания человеческих душ. В этот момент он набрасывался на самых важных для него людей.[2]

2. Хорошо, в китайском языке нет спряжения множественного числа, но… есть только один человек ... но я не думаю, что он еще не осознал этого, я думаю, что он говорит в целом.

Он никогда не пошел бы по этому пути, даже если бы никогда не смог продвинуться вперед, а зачах бы и в конце концов умер.

Он закрыл ворота секты Сюаньюань на тридцать лет, чтобы за это время что-то придумать. Даже если он не найдет решения в течение тридцати лет, Инь Ханьцзян, несомненно, добьется значительных успехов и сможет помочь ему управлять сектой Сюаньюань.

Он, по крайней мере, должен был быть достаточно сильным, чтобы, если настанет день, когда Вэнь Женьхэ будет достаточно отчаянным, чтобы войти в Кровавый Ад, Инь Ханьцзян смог бы последовать за ним.

Вэнь Женьхэ установил внутри еще один набор и достал две свои книги. Ему нужно было использовать их, чтобы время от времени следить за внешними событиями. Он не мог оставаться в полном неведении в течение тридцати лет.

Глава 37 - Тридцать лет спустя

За это время в Бог Уничтожения ничего особенного не произошло. Свадьба Хэ Вэньчжао и Лю Синье была обойдена несколькими строками.

Впоследствии Хэ Вэньчжао добился прогресса в совершенствовании с помощью своего ментального учителя, работая над возрождением своей секты и продолжая расследовать резню в своей деревне. Иногда он скучал по Бейли Цинмяо, но никогда не упоминал Лю Синье — его новая жена, казалось, стала невидимой. Женский персонаж, которого так ненавидели все читатели "Оскорбительного романа", превратился в тень.

Вот как действовал Бог Уничтожения. По ходу сюжета Хэ Вэньчжао встречался со многими девушками, с некоторыми из них у него были короткие интрижки, и все они больше никогда не упоминались. Только Бейли Цинмяо и Мастер Цилин были женскими персонажами, которые постоянно появлялись в первом томе. Мастер Цилин была “хорошей женой”, которая помогала Хэ Вэньчжао управлять его гаремом, и в глазах читателей была совершенством.

Бейли Цинмяо был заговорщическим устройством. Всякий раз, когда Хэ Вэньчжао нужно было идти куда-то еще или сражаться с новым врагом, Бейли Цинмяо “крал” новый человек. Хэ Вэньчжао будет искать ее, убьет этого человека и повысит свой уровень. Затем Бейли Цинмяо снова “украдут”, и Хэ Вэньчжао снова отправится за ней, прокладывая себе путь от Чжунли Цянь до Вэнь Женьхэ. Однако Инь Ханьцзян никогда не упоминался, и было непонятно, почему в "Бог Уничтожения" не было никаких признаков его присутствия.

Сюжет "Оскорбительного романа" был гораздо более захватывающим, чем у "Бог Уничтожения". Бейли Цинмяо покинула секту Шанцин в глубокой тоске, встретила Чжунли Цяня в Павильоне Адского Огня, он раскусил план Вэнь Женьхэ, и Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян показали себя — даже личность Маски Призрака была раскрыта на несколько сотен тысяч слов заранее. Раздел комментариев был в огне, казалось бы, дольше, чем сами главы, достаточно, чтобы у Вэнь Женьхэ затуманились глаза.

[Экстра, экстра, Оскорбительный Роман (пересмотренное издание) снова попал в чарты. Никогда не думал, что эта дрянная работа вернется в мою жизнь. Спасибо автору, за доработкой стоило следить с самого начала.]

[Неудивительно, что автор написал так много сюжетных поворотов, что я не могу за ними угнаться. Я вообще не могу догадаться, что он собирается написать дальше. Вся мелодрама в оригинале стала совершенно разумной и логичной, некоторые люди даже выставили параллельные сравнения на страницах обсуждения. Действительно впечатляет, что автору удалось так сильно изменить сюжет, не вступая в противоречие со старыми персонажами.]

[Как новый читатель, который видел только редакцию, скажите, как получилось, что у такого милого человека, как Шу Яньянь, раньше не было поклонников?]

[Потому что Шу Яньянь первоначально появилась только один раз и переспала с бессознательным Хэ Вэньчжао перед Бейли Цинмяо, сделав его калекой. Она была ужасна по отношению к главной героине и принесла ей много страданий.]

[Забудь старую Шу Яньянь, теперь у нас есть наша сестра Яньянь, которая с любовью вытрет слезы с твоего лица, называя тебя ‘глупой девчонкой’. О, это было невероятно.]

[Все зовут Шу Яньянь? Я стэн Цинсюэ. Я влюбился в нее еще тогда, когда она создала Хэ Вэньчжао и Лю Синье. Какая уникальная женщина!]

[Да ладно, почему вы все обсуждаете девушек? Разве Чжунли Цянь не умен? Разве Вэнь Женьхэ не крутой парень? Боже мой, его задиристость возросла в редакции. Я никогда не видел, чтобы любовный интерес номер 2 соединял МС с номером 3, чтобы отвлечь ее от МЛ. У этого человека есть несколько уникальных идей.]

[Позвольте мне подвести итог предыдущему сообщению. Почему Вэнь Женьхэ хочет, чтобы его девушку украли?]

[У меня такое чувство, что на этот раз Вэнь Женьхэ относится к МС как к дочери, и теперь он хочет выбрать хорошего мужа для своей глупой девочки.]

[Чжунли Цянь не крал его девушку, он видит в ней сестру ... нет, на самом деле, как младшего брата. Я чувствую, что в следующий момент Чжунли Цянь найдет другую девушку, чтобы познакомить ее с ведущим.]

[Бейли Цинмяо, смело смеющаяся, была очень веселой. Я никогда не думал, что Бейли Цинмяо можно назвать смелой. Вэнь Женьхэ был гением, придумав паразитов, связывающих сердца.]

[С нетерпением ждем будущих событий. Мне не терпится посмотреть, в какую высокую литературу автор сможет превратить этот роман.]

Видя, что большинство отзывов были положительными, и лишь несколько поклонников оригинальной истории раскритиковали автора, Вэнь Женьхэ кивнул сам себе, испытывая необычное чувство выполненного долга.

Закрыв книгу, он потер отсутствующую руку и достал из рукавов несколько руководств. Он украл их во время объединения демонических сект несколько лет назад. Наряду с методами сект, которые он уничтожил, у него даже были методы двух Защитников и четырех Мастеров Алтаря.

Он знал, что то, что он получил от своих подчиненных, не было полным. Некоторые важные моменты могли быть скрыты или пересмотрены. Но Вэнь Женьхэ не возражал. Он не собирался на самом деле практиковать их, а просто собирал для устрашения.

Он просматривал один нефритовый свиток за другим, внимательно изучая их в течение целого месяца. Почти не было найдено никаких упоминаний о культивировании крови. Десять тысяч лет - это долгий срок даже в мире культивирования, и большинство записей об искусстве крови уже были утеряны. Вэнь Женьхэ изучил Технику Отсечения Крови, когда получил Звенящий клинок.

Звон был демоническим мечом, рожденным в Кровавом Аду, даже старше, чем Старейшина Кровавых Демонов, поэтому Техника Отсечения Крови, которую использовал Вэнь Женьхэ, не исходила от Старейшины Кровавых Демонов. Однако в сохранившихся записях о войне с Кровавым Демоном десять тысяч лет назад была строка, написанная. Лидер праведных сект в то время, Бессмертный Меч, сказал, что если культиватор крови хочет идти праведным путем, то он должен восстать из своего собственного пепла. Старейшина Кровавых Демонов показал, что у него нет такой решимости, и поэтому был убит миром культивирования.

Восстать из собственного пепла?

Вэнь Женьхэ не был неспособен на такую решимость. Ему просто нужно было сделать кое-какие предварительные приготовления. Если он не смог добиться успеха, он должен был убедиться, что кто-то, кого он оставил позади, не пропадет без него.

Вэнь Женьхэ хотел быть одиноким в жизни и смерти, не иметь никаких связей ни с кем.

И все же…

Он посмотрел вдаль, в ту сторону, где Инь Ханьцзян посвятил себя самосовершенствованию, надеясь стать сильнее, чтобы служить своему господину.

Вэнь Женьхэ тоже успокоился и сосредоточился на исследовании состояния своего тела, пытаясь найти способ поглощать естественную духовную энергию. По крайней мере, он хотел восстановить свою руку.

Культиваторы были нетронуты временем. Год пролетел в мгновение ока, и Шу Яньянь завершила свое уединение на Пылающем Небесном Барабане. Она легкомысленно повела своих подчиненных, которых отправили в главный зал, обратно в свой дворец, где провела удовлетворительный сеанс совершенствования. За прошедший год она увеличила свою власть, а ее подчиненные взамен получили больше преимуществ. Их преданность Шу Яньянь росла, и они служили ей более верно.

Был только один момент, вызывающий беспокойство. Правая Защитница заставила своих подчиненных купить много книг и приказала им всем прочитать их, надеясь воспитать образованного джентльмена, способного удовлетворить какую-то ее тягу. Однако через три месяца она сдалась. Было легко воспитать снобов, но трудно найти настоящих джентльменов. Она была не из тех, кто заставляет людей что-то делать, и ей все еще нравилось, как ее подчиненные прямолинейны в своих намерениях и желаниях.

Джентльмен, на которого Шу Яньянь была влюблена все три месяца, прежде чем забыть о нем, сопровождала Бейли Цинмяо в секту Шанцин после того, как покинула Павильон Адского Пламени.

Поскольку Хэ Вэньчжао в настоящее время путешествовал, Бейли Цинмяо поприветствовала нескольких своих старейшин, затем позвала Лю Синье, чтобы отдать ей Семицветное Нефритовое Сердце Лотоса.

-“Г-где ты взяла такой мистический предмет?” ,- спросила ее учитель, старейшина Цинронг.

-“С помощью Старейшины Цинсюэ я получила его на Скалах Золотого Берега”, - сказал Бейли Цинмяо -  “Я хочу отдать его Лю-шицзе, чтобы помочь ей выздороветь”.

Перед остальными старейшинами Цинронг не могла ругать свою ученицу, но она была в бешенстве. Если Бейли Цинмяо получила такое удивительное сокровище, почему она не использовала его для создания своего собственного царства, а вместо этого отдала его Лю Синье? У ее ученицы был только один недостаток, который заключался в том, что она недостаточно использовала свои мозги. После того, как она стала номинальным учеником старейшиной Цинсюэ, эта привычка только усилилась.

-“Глупое дитя, ты думаешь только о своей Лю-шицзе?” ,- сказал старейшина Цинронг, отчаянно моргая, глядя на Бейли Цинмяо - “Ты когда-нибудь задумывалась о себе? Посмотри на свои глаза. У тебя все это время был прикрыт левый глаз — он был поврежден? Ты должна попросить старейшину медицинского зала взглянуть на это. Семицветное Сердце Лотоса могло бы вылечить это ”.

Оставшийся глаз Бейли Цинмяо сиял ясно и ярко, когда она держала сердце лотоса обеими руками.

-“Не волнуйтесь, хозяин”, - сказала она - “У твоей ученицы тоже есть желания для себя”.

Она повернулась к Лю Синье. Вспомнив слова Чжунли Цянь, который помогал ей репетировать, она решительно сказала:

- “Лю-шицзе, мы всегда не соглашались друг с другом. Все в секте Шанцин знают это, и я не хочу скрывать от вас свои мысли. Ты мне не нравишься, и я дарю тебе это сердце из лотоса не ради тебя, а для того, чтобы избавиться от своих фантазий ”.

Услышав “фантазии”, старейшина Цинронг глубоко вздохнул. Хэ Вэньчжао обладал хорошими способностями и был любимым учеником секты Шанцин, так что даже если у него были какие-то неподобающие отношения с женщинами, старейшины секты могли смотреть сквозь пальцы. До тех пор, пока он не доставит серьезных неприятностей или не отклонится от курса, они оставят его в покое.

Но когда дело дошло до Бейли Цинмяо, которая была влюблена в него много лет, Хэ Вэньчжао действительно неправильно к ней относился. За каждый день, когда Лю Синье не исцелялась, разум Бейли Цинмяо еще на один день задерживался на Хэ Вэньчжао, думая о мрачных мыслях вроде “Я бы хотел, чтобы Лю-шицзе уже умерла”. В конечном счете это повлияло бы на ее самосовершенствование. Таким образом, ее выбор можно было бы рассматривать как открытие нового пути для нее самой. Это было не из бездумного альтруизма.

Конечно, Лю Синье хотела заполучить эликсир. Она устала от того, как Хэ Вэньчжао смотрел на нее. Она пожертвовала своим духовным корнем ради него, но после их свадьбы каждый раз, когда Хэ Вэньчжао смотрел на нее, он вздыхал. Он был добрым человеком и, очевидно, не сказал бы ничего вроде “Ты причина, по которой я не могу получить Бейли Цинмяо”. Но Лю Синье продолжала думать — если бы она была сильнее, понравилась бы она шисюну больше?

Она протянула к нему руку, но Бейли Цинмяо отступила в сторону.

-“Бейли Цинмяо!” ,-тревога поднялась в сердце Лю Синье, когда она посмотрела на Бейли Цинмяо.

-“Я счастлива подарить тебе Семицветное Сердце Лотоса, и мне ничего не нужно взамен”, - сказала Бейли Цинмяо - “Но я не справилась с этим в одиночку. Я смог это сделать только благодаря помощи старейшины Цинсюэ, так что Лю-шицзе должна сначала поблагодарить старейшину Цинсюэ.”

Она протянула сердце лотоса Цю Конгсюэ.

-“А?” ,-сказала Цю Конгсюэ, которая все это время дремала.

С некоторым усилием она подняла веки и высунула неповрежденную руку из-под халата, чтобы принять его. В настоящее время у нее отсутствовала большая часть тела, и ей приходилось сосредотачиваться на поддержании плоти на лице, так что даже сделать это движение было нелегко.

-“Старейшина Цинсюэ”, - сказала Лю Синье, пристально глядя на Цю Конгсюэ.

Она могла злиться на Бейли Цинмяо, но у нее не было желания бросать вызов блуждающему бессмертному. Семицветное Сердце Лотоса было эликсиром для восстановления духовных корней и духовной силы, и не имело большого применения для восстановления плоти, поэтому Цю Конгсюэ не было особенно заинтересована. Однако она была демоническим культиватором и не отдала бы что-то ценное кому-то другому, даже если бы оно ей было ни к чему.

Она несколько раз подбросила светящееся сокровище в своей руке. Взгляд Лю Синье проследил за ним вверх и вниз, испугавшись, что она уронит его и испачкает на полу.

-“Почему ты хочешь дать ей что-то настолько хорошее?” ,-с усилием Цю Конгсюэ вспомнила события на Скалах Золотого Берега - “Пока я получала эту штуку, я часами ползала в океане без духовной энергии”, - несчастно сказала она.

После того, как ее господин бросил ее в океан, ей пришлось плыть обратно к скалам.

С горечью Лю Синье встала на колени.

-“Старейшина Цинсюэ, сердце лотоса бесполезно для вас. Не могли бы вы, пожалуйста, позволить этому ученику получить его? Клянусь, я отплачу вам тем же в будущем.”

-“В будущем?” ,-Цю Цунсюэ нахмурила брови, на ее лице появилось презрительное выражение - “Что в этом хорошего? Что, если я вознесусь в будущем? Что, если ты умрешь в будущем?”

Лю Синье: …

Ее учитель, старейшина Циньи, быстро заступился за нее.

-“Разве это не потому, что Синье в настоящее время не имеет духовного корня и ничем не хуже обычного человека? Даже если бы она поклялась что-то сделать для тебя, она не смогла бы. Вот почему она должна пообещать отплатить тебе в будущем.”

-“Я не верю в будущее”, - категорически заявила Цю Конгсюэ - “Я приму оплату сейчас. Дай духовную клятву, что ты отплатишь мне сокровищем в два раза большей стоимости. Если ты не сможешь, твой дух и Зарождающаяся Душа будут моими”.

Лю Синье: …

-“Старейшина Цинсюэ, это... это твое требование слишком велико”, - сказал старейшина Циньи - “Трудно найти другое сокровище, подобное Семицветному Сердцу Лотоса, не говоря уже о том, что оно в два раза дороже. Если ты заставишь ее дать эту клятву, разве ты действительно не заберешь ее дух и Зарождающуюся Душу в будущем?”

-“Конечно. Это может иметь некоторое применение при очистке эликсиров или магических предметов ”, - беззаботно сказала Цю Конгсюэ - “Или я могу съесть его сама, или разослать сообщение всем, кто заинтересован в его покупке. Я уверена, что найду кого-нибудь, кто согласится заплатить хорошие деньги ”.

Лю Синье, стиснув зубы, произнесла клятву, стоя на коленях. Цю Конгсюэ грубо извлекла клочок ее души, а затем, наконец, отдала ей сердце лотоса.

Все это время Лю Синье пристально смотрела на Бейли Цинмяо.

Бейли Цинмяо только вспомнила слова Чжунли Цяня: “Госпожа Бейли, я хочу, чтобы вы передали окончательное решение старейшине Цинсюэ. Не для того, чтобы усложнять ситуацию Лю Синье, а чтобы проверить Хэ Вэньчжао. Если Лю Синье не сможет выплатить свой долг, поможет ли ей Хэ Вэньчжао? Он обязан своей жизнью Лю Синье, так что это правильный поступок для него. Если он готов смотреть, как его жена теряет душу из-за договора, не поднимая руки, чтобы помочь ей, тогда ты поймешь, что ошибалась на его счет.”

Поэтому Бейли Цинмяо не сразу покинула секту Шанцин и задержалась здесь на несколько дней, ожидая возвращения Хэ Вэньчжао. Когда Хэ Вэньчжао услышал, что его маленькая шимэй вернулась, он проигнорировал свою жену и побежал к Бейли Цинмяо.

Бейли Цинмяо посмотрела на Хэ Вэньчжао одним глазом, другой был прикрыт повязкой такого же черного цвета, как мантия Цю Конгсюэ. Хэ Вэньчжао резко остановился. Сделав глубокий вдох, он сказал:

-“Шимей, твой глаз... ты была ранена?”

-“Ничего страшного”, - сказала Бейли Цинмяо.

Она положила руку на сердце и обнаружила, что оно успокоилось. Молча, она обменялась благодарным взглядом с Чжунли Цянь, прежде чем продолжить:

-“Шисюн, разве ты не хочешь увидеть Лю-шицзе? Сейчас она находится в уединении, и ее духовный корень будет восстановлен еще через несколько дней ”.

-“Шимей!” ,-Хэ Вэньчжао схватил Бейли Цинмяо за руку.

С проникновенным взглядом он сказал:

-“Ты знаешь, кто тот человек, которого я действительно люблю”.

-“Но помимо любви, долг также важны”.

Бейли Цинмяо решительно отдернула руку.

-“Шисюн” , - холодно сказала она - “если ты из тех, кто ценит свои обязанности, то, пока ты не в том положении, чтобы жениться на мне, пожалуйста, держи свои собственные желания в секрете. Не предавай двух женщин в своей жизни. Если ты не можешь справиться даже с этим, то как ты сможешь справиться с руководством секты Шанцин в будущем? Как может кто-то, кто не может справиться со своими собственными проблемами, сделать мир лучше? ”

Она решительно отвернулась, сообщив мастеру административного зала, что хотела бы путешествовать по миру в течение нескольких десятилетий, чтобы вернуться после того, как смирится со своими эмоциями.

Старейшина Цинронг со слезами на глазах согласилась.

У подножия горы Чжунли Цянь держал трость для ходьбы и ждал ее со слабой улыбкой.

Одноглазая команда поприветствовала друг друга с улыбкой, собираясь отправиться вместе, но старейшина Цинсюэ последовала за ними. Она надменно сказала:

-“Мне скучно в секте Шанцин. Я решила уйти и воровать, найти какие-нибудь возможности повысить свое самосовершенствование”.

-“Я так рада, что старейшина может сопровождать нас!” ,- сказала Бейли Цинмяо, обнимая Цю Конгсюэ.

Она ощупала свои рукава.

-“А? Учитель, что случилось с твоим телом?”

Чжунли Цянь: …

Мастер Алтаря Цю действительно была исключительным.

Таким образом, все трое вместе путешествовали по миру в течение тридцати лет. Чжунли Цянь поднялся до Махаяны, в то время как Бейли Цинмяо столкнулась со многими возможностями и сумела подняться до Единства Тела, войдя в высшие ряды мира совершенствования.

Раздел комментариев был не совсем доволен таким развитием событий.

[Да ладно, если Бейли Цинмяо и Чжунли Цянь хотят путешествовать по миру, какое это имеет отношение к тебе, Бессмертная Цинсюэ?]

[Да ладно, если Бейли Цинмяо хочет путешествовать по миру со своим Мастером Цинсюэ, какое это имеет отношение к тебе, Чжунли Цянь?]

Все это были жалобы такого рода.

Просмотрев комментарии,  Вэнь Женьхэ закрыл книгу. Он создал новую иллюзорную руку из кровавого тумана, открыл массив и вышел из комнаты.

Инь Ханьцзян уже вышел из уединения и ждал снаружи. Увидев, что  Вэнь Женьхэ уходит, он немедленно вышел вперед, чтобы засвидетельствовать ему свое почтение. Его Господин окинул его странным, голодным взглядом, затем быстро отвел глаза.

-“Верхний уровень Границы Пустоты, на пороге Махаяны”, - сказал он небрежно - “Лидер секты Инь продемонстрировал невероятный прогресс всего за тридцать лет”.

-“Это благодаря Духу Собирающего Массива Достопочтенного сета”, - сказал Инь Ханьцзян.

-“Поскольку ты сам по себе совершенствуешься на высоком уровне, этот Достопочтенный поручает тебе задание”, - сказал  Вэнь Женьхэ, положив руку ему на рукав - “В секте Сюаньюань есть предатель, который в будущем объединит свои силы против нас с Хэ Вэньчжао. Его зовут Чен Чжэнци. Я не уверен, присоединился ли он уже к секте на данный момент или нет, или он сменил свое имя. Найди для меня этого человека”.

Инь Ханьцзян на мгновение уставился на него. Он не был удивлен, что в секте оказался предатель. Строго говоря, в секте Сюаньюань все были предателями, кроме Инь Ханьцзяна. Если  Вэнь Женьхэ проявит хоть малейшую слабость, любой может наброситься на него.

Вэнь Женьхэ не возражал против нелояльности со стороны своих подчиненных. Он уже говорил, что возражает только против некомпетентности.

Тридцать лет назад  Вэнь Женьхэ никогда не поднимал вопрос о поиске предателя, будь то во время Великой войны Сект или при разборе секты после. Как получилось, что спустя тридцать лет он вдруг забеспокоился о неподчинении в своих собственных рядах?

Инь Ханьцзян с сомнением поднял глаза, но увидел, что Вэнь Женьхэ не смотрит на него. Он не мог встретиться с теплым взглядом своего Преподобного.

Глава 38 - Странник с волосами Журавля

Вэнь Женьхэ закрыл свое обоняние и изо всех сил старался не смотреть на Инь Ханьцзяна.

За последние тридцать лет он не только не смог найти способ восстановить свое тело, но и со временем его жажда крови возросла.

Пока он совершенствовался, он осознал, как самостоятельно использовать искусство крови. Нужно было просто использовать кровавый туман, из которого состояло их тело, чтобы окутать цель и растворить ее, а затем направить кровь в узоры, выгравированные на душе. После циркуляции его по телу тридцать шесть раз жертва будет полностью поглощена без следа, и вся ее духовная сущность будет сохранена.

Практикующему Махаяну, даже если бы он обладал непревзойденными способностями и безграничными возможностями, потребовалось бы по меньшей мере столетие, чтобы достичь этой стадии развития. И все же культиватор крови мог получить эту силу всего за три дня.

Если бы кто-то практиковал искусство крови с момента Основания Фонда и сумел употребить достаточно культиваторов, то еще до истечения года он мог бы стать Великим Золотым Бессмертным. За десять лет они могли бы превзойти царство бессмертных и вознестись к божественности.

Вэнь Женьхэ уже говорил раньше, что “демон” в “демоническом пути” отличается от истинных демонов. Что такое на самом деле демон? Если бы в мире был хоть один демон, то вся жизнь в нем вымерла бы, а земля стала бы бесплодной. Это был демон.

В бесчисленных способах совершенствования бесчисленные миры породили бесчисленных демонов. В первобытные времена боги работали вместе, чтобы запечатать 180 тысяч демонических богов. Понеся потери, которые более чем вдвое сократили их численность, они запечатали их в демоническом царстве, связанном с другими мирами только через Кровавый Ад. Никто не мог войти в Кровавый Ад и вернуться.

Следуя команде Вэнь Женьхэ, Инь Ханьцзян отправился проверять список секты Сюаньюань с Мастером Алтаря Юанем. Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян обычно не обращали внимания на этих неважных мастеров и оставляли управление персоналом более проницательному Мастеру Алтаря Юаню. Инь Ханьцзяну понадобится его помощь, чтобы найти Чэнь Чжэнци.

После того, как он ушел, Вэнь Женьхэ медленно обернулся.

За эти тридцать лет он надеялся, что Инь Ханьцзян достигнет Махаяны и избавится от привязанностей к себе и другим, чтобы не сойти с ума, если Вэнь Женьхэ умрет. Таким образом, Вэнь Женьхэ мог войти в Кровавый Ад без беспокойства.

В первом томе "Бог Уничтожения" Хэ Вэньчжао вступил в заговор со Старейшиной Кровавых Демонов и Чен Чжэнци. Вместе они заманили Вэнь Женьхэ в Кровавый ад новостями о том, что Бейли Цинмяо в опасности, и после раунда борьбы сумели сбить его в море крови.

Казалось, что некоторые вещи были предопределены. Вэнь Женьхэ должен был попасть в Кровавый Ад, а Кровавый Ад должен был стать его могилой.

Он избежал своей судьбы, чтобы быть спасенным Бейли Цинмяо во время Великой войны Сект, а Бейли Цинмяо отпустила Хэ Вэньчжао с помощью Чжунли Цяня. Вэнь Женьхэ подумал, что после того, как он так много сделал, судьба могла бы немного измениться. Но за тридцать лет он не добился никакого прогресса. Казалось, у него не было другого выбора, кроме как войти в Кровавый Ад.

Значит, безумие Инь Ханьцзяна тоже было предопределено?

Нет, этого не может быть. Вэнь Женьхэ посмотрел на свою оставшуюся руку и сжал кулак.

Полис не падет, и Алкаид не сойдет с ума. Он только позволил бы Алкаиду пасть вместе с ним. Он уже сказал Инь Ханьцзяну, что может сопровождать его после его смерти.

Он уже приготовился к худшему. Теперь ему просто нужно было решить некоторые другие проблемы, прежде чем он отправится в Кровавый Ад.

Когда он получил Бог Уничтожения тридцать лет назад, он не обратил особого внимания на предателя демонической секты, Чен Чжэнци. Он не мог вспомнить это имя, сколько бы ни думал. Секта Сюаньюань была большой, и каждый из Мастеров Алтаря и Защитников управлял своей собственной территорией. Вэнь Женьхэ даже не знал, что у Шу Яньяня был подчиненный по имени Хелянь, так как же он мог помнить Чен Чжэнци?

Он послал Инь Ханьцзяна на поиски, чтобы тот был относительно поблизости, не находясь рядом с Вэнь Женьхэ. Таким образом, он мог противостоять искушению кровавых искусств, убедившись, что Инь Ханьцзян не чувствует себя брошенным.

Вэнь Женьхэ не возражал против нелояльности своих подчиненных. Члены секты Сюаньюань, которые сами не хотели становиться Повелителями Демонов, многого не стоили. Но Чен Чжэнци совершил три непростительных поступка в оригинальной истории. Во-первых, он помог Хэ Вэньчжао убить Шу Яньяня. Хэ Вэньчжао ненавидел Шу Яньянь и, объединив усилия с совершенно заурядной на вид Чен Чжэнци, устроил ловушку, чтобы покончить с ней. Во-вторых, он помог Хэ Вэньчжао устранить оппозицию внутри праведных сект и возложил всю вину на Вэнь Женьхэ. В-третьих, он убил Вэнь Женьхэ с помощью Хэ Вэньчжао.

После смерти Вэнь Женьхэ Чен Чжэнци взял под свой контроль секту Сюаньюань, в то время как Бейли Цинмяо и Хэ Вэньчжао вознеслись вместе. Кто знает, коснется ли второй том секты Сюаньюань снова, или сколько Защитников и Мастеров Алтаря в конечном итоге остались в живых?

Даже если бы Вэнь Женьхэ захотел попасть в Кровавый Ад, он вошел бы в него на своих собственных условиях, а не был бы втянут в него предателем.

Тот, кто в секте Сюаньюань больше всего подходил для поиска Чен Чжэнци, который не допустил бы утечки информации, был Инь Ханьцзян.

Инь Ханьцзян посетил мастера Алтаря Юаня и получил несколько записей имен. Они были очень скрупулезны, даже перечисляли людей, которые уже умерли, когда старый мастер секты был у власти. Мастер Алтаря Юань также тщательно записал, когда они вступили в секту Сюаньюань, кто их завербовал, и любые изменения в положении за прошедшее время.

-“Этот старик вступил в секту Сюаньюань триста лет назад и стал Мастером Главного зала двести лет назад. Все записи, сделанные с тех пор, являются полными. От двухсот до трехсот лет назад все записано по памяти, и их нельзя считать полными. Дальше, чем на триста лет назад, ничего нет.”

Мастер Алтаря Юань, возможно, и называл себя стариком, но на самом деле он не был старым, просто пухлым. Он выглядел как типичный мужчина средних лет.

Инь Ханьцзян внимательно просмотрел имена и не нашел Чен Чжэнци. Он вернул записи двухсотлетней давности Мастеру Алтаря Юаню и сохранил неполный реестр трехсотлетней давности. Он планировал проверить каждое имя, вступившее в секту Сюаньюань триста лет назад и все еще живое сейчас.

-“Для чего Достопочтенному нужен реестр? Может ли этот старик протянуть руку помощи?” ,- сказал мастер Алтаря Юань с подобострастной улыбкой.

-“Не нужно”, - сказал Инь Ханьцзян, сворачивая список.

Он ни разу не упомянул Чен Чжэнци.

Если он был предателем и сменил свое имя, то он усилил бы свою бдительность, если бы услышал это.

Инь Ханьцзян сначала исключил из списка все имена Зарождающейся Души и ниже. Если бы ваш уровень был слишком низким, у вас даже не было бы шанса нанести удар в спину секте Сюаньюань. Те, кто все еще был жив по прошествии более чем двухсот лет, состояли только из Мастеров Алтаря, Защитников Секты и некоторых их самых доверенных подчиненных.

Цю Конгсюэ была призрачным культиватором Павильона Адского Огня триста лет назад. У нее не было мозгов, и она не могла быть большой предательницей, так что ее можно было вычеркнуть из списка. Шу Яньянь присоединилась к ним сто пятьдесят лет назад. Будучи близкой к старому мастеру секты, она сразу же стала Правым Защитником, так что ее можно было вычеркнуть. Тем не менее, у нее был подчиненный по имени Хелянь, который оставался на стадии Единства Тела в течение многих лет. Он присоединился к секте Сюаньюань триста лет назад, и его список был не очень подробным. Было немного странно, что он все это время был доволен тем, что был любимым мужчиной Шу Яньяня.

Последними кандидатами были Хелянь и Мастера Алтаря Мяо, Руань и Юань. Ни один из них не был удобен для расследования.

Инь Ханьцзян вернулся к Вэнь Женьхэ и доложил о своих находках. Вэнь Женьхэ сидел, держа в одной руке "Оскорбительный роман", и слегка кивнул в знак одобрения.

Чен Чжэнци дебютировал сто лет назад, так что вполне возможно, что ему еще предстояло присоединиться. Но и этих четырех подозреваемых, которых нашел Инь Ханьцзян, тоже нельзя было упускать из виду. За ними нужно было незаметно наблюдать.

Помимо дела о предательстве, Вэнь Женьхэ также обратил внимание на сторону Байли Цинмяо.

Бейли Цинмяо, Бессмертная Цинсюэ и Чжунли Цянь странствовали вместе тридцать лет. Из описания книги следует, что Цю Конгсюэ несколько раз скрывалась, оставаясь незамеченной только из-за того, что Чжунли Цянь прикрывала ее, а Бейли Цинмяо была легковерной. Сюжет не претерпел никаких изменений за тридцать лет, автор написал всего несколько глав "кусочка жизни". Даже просто читая, Вэнь Женьхэ  покрылся холодным потом из-за Цю Конгсюэ. Чжунли Цянь, с другой стороны, был рядом с ней.

Казалось, что его волосы поседели за одну ночь двадцать два года назад. С белыми волосами и молодой внешностью, он теперь еще больше походил на бессмертного.

Почему его волосы поседели? Причина была связана с “молодым”, “невинным”, “игривым” и “добродушным” новым восемнадцатилетним учеником, которого приняла Бейли Цинмяо. У Бейли Цинмяо тоже была судьба с этим учеником. Восемнадцать лет назад она проходила мимо деревни, населенной призраками, во время своей первой вылазки из секты Шанцин. Она помогла изгнать призраков и таким образом задержала свое прибытие на Тысячемильные Ледяные Равнины на несколько дней, заставив Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзяна ждать ее.

Восемнадцать лет спустя Байли Цинмяо случайно вернулась в деревню и нашла юношу со страстью к занятиям боевыми искусствами, которому удалось достичь стадии Совершенствования Ци без обучения, всего в шаге от создания Фонда. Бейли Цинмяо, которая к тому времени достигла Божественной Трансформации, решила взять его в ученики, увидев такие невероятные способности. Пока Чжунли Цянь был занят, помогая Бессмертной Цинсюэ сбежать от праведных культиваторов, которые преследовали их все это время, она помогла мальчику основать его фонд, и к тому времени, когда Чжунли Цянь вернулся, мальчик уже преклонился перед ней как перед мастером. Бейли Цинмяо потащила его за собой, чтобы познакомить с Чжунли Цянь и Бессмертной Цинсюэ.

Благодаря своему духовному познанию Чжунли Цянь мог видеть, что мальчик был весел по отношению к Бейли Цинмяо, но за ее спиной выражение его лица потемнело, а глаза стали злобными. Когда Бессмертная Цинсюэ громко похвалила мальчика за то, что он был милым и послушным, сразу же поладив с ним, у Чжунли Цяня начала болеть голова.

Бейли Цинмяо сказала, улыбаясь:

-“Брат Чжунли, Су Хуай родился в тот день, когда я изгнала здесь призраков. Может быть, судьба соединяет нас?”

Чжунли Цянь сразу же почувствовал опасения и хотел помешать ей принять мальчика, но он не мог пойти против Бессмертной Цинсюэ. Он медитировал всего одну ночь, а на следующий день солнце засияло на его седых волосах.

Бейли Цинмяо: …

-“Брат Чжунли, это из-за того, что прошлой ночью я беспокоилась о том, что не смогу должным образом обучить ученика, и не спал всю ночь? Это из-за меня твои волосы поседели?”

Чжунли Цянь медленно покачал головой. После того, как Бейли Цинмяо забрала своего ученика, она только с радостью предвкушала, как они проведут время вместе. Она не спала, беспокоясь всю ночь, потому что Чжунли Цянь не спал, смотрел на звезды и думал, что он никогда не сможет исправить поведение Бейли Цинмяо. Бейли Цинмяо беспокоилась только потому, что он был встревожен.

-“Совершенствующиеся могут менять свои собственные тела после достижения Зарождающейся Души”, - сказал Чжунли Цянь - “Даже если бы я волновался, мои волосы не поседели бы от этого”.

Он подвязал волосы, приводя в порядок свой внешний вид.

Смысл его слов заключался в том, что он сам сделал свои волосы седыми и пока не собирался их восстанавливать.

Бейли Цинмяо этого не поняла, как и читатели "Оскорбительного романа".

[Это путешествие было диким. У трех человек только по три глаза на двоих, так что это как минимум по одному на каждого. Но почему у них в совокупности только один мозг? Разве Чжунли Цянь не переутомился, перевозя всю команду?]

[Старик, я ошибся. Я думал, что Цинсюэ была хорошей копией главной героини-идиотки с ее властностью, но я не знал, что она зайдет так далеко. Если бы с ними не было Чжунли Цяня, ничто не стояло бы на пути этих двоих. Единственное, что удерживает Цинсюэ от убийства всех, кого они встретят, или от убийства этих двоих, - это Чжунли Цянь.]

[Чем больше я читаю, тем больше мне кажется, что с Цинсюэ что-то не так? Когда клан Нанго разослал приглашения на празднование своего новорожденного, она перевернула духовную табличку на их заднем дворе, разоблачая, как клан Нанго извлек духовные корни своих внебрачных детей и дочерних ветвей, чтобы родить наследника с чистым духовным корнем, и выпустила на волю кучу обиженных детские призраки.]

[Разве это не хорошо? Бессмертная Цинсюэ - такая милосердная странствующая бессмертная!]

[Проблема в том, что она не осудила клан Нанго вместе с праведными культиваторами, а вместо этого схватила главу клана, полного энтузиазма, и спросила, как они вырастили таких великолепных обиженных призраков, а также может ли он отдать их ей. Если бы Чжунли Цянь не объяснил, что она пошутила, праведные культиваторы изгнали бы ее вместе с призраками.]

[Услышав о злой технике, она также посмотрела на Бейли Цинмяо сияющими глазами. От этого у меня в тот момент мурашки побежали по коже. Я боялся, что Бейли Цинмяо однажды проснется с украденным ее духовным корнем.]

[Я в это не верю. Бессмертная Цинсюэ лучше всех заботится о Бейли Цинмяо. Должно быть, она пыталась спасти этих страдающих детей.]

[Ты такой же безмозглый, как Бейли Цинмяо? Даже Чжунли Цянь видит проблемы с Цинсюэ, а она слепа. Может ли Бейли Цинмяо пожертвовать ему свой глаз? Пусть мой Цянь снова увидит свет!]

[Меня не волнует, что Чжунли Цянь и Цинсюэ подерутся из-за Бейли Цинмяо. Есть только одна вещь, которая меня беспокоит. Автор, посмотрите на свое собственное название. ‘Жестокий роман: ты неизменный в моем сердце’. Как эта история больше подходит под это название?]

[Хорошо, что это не соответствует названию.]

[Да, это хорошая вещь.]

Бейли Цинмяо, возможно, была озадачена тем, почему волосы Чжунли Цянь были белыми, но Вэнь Женьхэ знал. Он использовал технику подавления призраков — Бессловесное Дитя.

Этому могли научиться только четыре великих клана, которые глубоко изучали конфуцианство. Те, кто использовал его, испытали бы превратности человеческого общества за одну ночь, в результате чего их волосы поседели бы. После завершения техники призрачные культиваторы будут бояться приближаться, подавленные великими добродетелями.

И действительно, после того, как волосы Чжунли Цянь поседели, Цинсюэ и Су Хуай сильно остепенились. Цю Конгсюэ, по крайней мере, была гибким человеком, которая научилась у Чжунли Цянь думать, прежде чем действовать, и теперь сначала обсуждала с Чжунли Цянь, когда что-то возникало. Они больше не будут преследовать десятки праведных культиваторов.

Закончив "Бессловесное дитя", Чжунли Цянь решил распространять философию в своих странствиях, обучая сельских детей чтению и письму. Три отдельных поколения Цинсюэ, Бейли Цинмяо и Су Хуай также тихо подчинялись ему и помогали ему управлять своими школами. Спустя двадцать лет Чжунли Цянь пробудился к своему собственному Дао — учиться, обучая людей. Ему удалось полностью освободиться от оков клана Чжунли, поднявшись в Махаяну своими силами.

В Махаяне он мог легко заставить свои волосы стать черными. Но Чжунли Цянь чувствовал, что так он больше похож на учителя, поэтому оставил свои волосы такими, какими они были. Он взял имя Журавлиноволосый Странник[1], оставив свое наследие в мире культивирования.

1. Это просто означает белые волосы.

За тридцать лет каждая из этих троих добилась прогресса по-своему. Даже Бейли Цинмяо удалось стать спокойнее после многих лет преподавания. Наконец, автор, казалось, вспомнил, что его роман назывался "Оскорбительный роман", и Бейли Цинмяо получила сообщение от своей секты.

Старейшина Цинронг сказала ей, что Мастеру Секты, который много лет пролежал без сознания, теперь для излечения нужен только эликсир, приготовленный из травы Локхарт. Секта Шанцин узнала, что Павильон Цилин, который много лет уединялся от мира, владел этой травой. Хэ Вэньчжао пошел просить об этом, и Хозяин Павильона Цилин доставила ему много хлопот. Было опасение, что Хэ Вэньчжао будет отвергнут, поэтому, если Бейли Циньмяо согласится, старейшина Цинронг надеется, что она сможет пойти и помочь ему.

Увидев слова “Хэ Вэньчжао”, Бейли Цинмяо почувствовала острую боль в своем сердце, которое столько лет пребывало в покое.

Чжунли Цянь почувствовал боль Бейли Цинмяо и спокойно сказал:

-“Мы можем пойти вместе. Вы должны отплатить своим хозяевам и преодолеть свои собственные испытания. Нельзя вечно избегать их проблем. После всех этих путешествий ты могла бы также посмотреть, повзрослело ли твое психическое состояние”.

Поскольку Чжунли Цянь уже считался лидером группы, все они отправились в Павильон Цилин.

Павильон находился далеко на севере, на горе Истинный Инь, нейтральной секте, которая пряталась от мира. Это была окутанная тайной секта, которая даже не присоединилась к Великой Войне Сект.

На этом пересмотр резко прекратился.Вэнь Женьхэ все еще помнил ту блуждающую бессмертную из Павильона Цилин, которую он однажды избил, и ее технику владения.

Блуждающие бессмертные фактически достигли того же состояния, что и культиваторы крови, с помощью различных средств. Они отказались от своего плотского тела ради чисто духовного существования и не были ограничены миром смертных. Возможно, техника владения блуждающим бессмертным могла бы помочь ему справиться с жаждой крови культиватора крови.

Вэнь Женьхэ закрыл книгу, решив, что ему тоже следует отправиться в Павильон Цилин.

Глава 39 - Жезл Разбитого сердца

Вэнь Женьхэ не мог покинуть секту Сюаньюань, никому не сказав ни слова. Соответственно, если бы Мастера Секты не было рядом, новый заместитель лидера Секты Инь Ханьцзян, который занимал свою должность всего тридцать лет, должен был бы выполнять свои обязанности вместо него.

Вэнь Женьхэ планировал оставить Инь Ханьцзяна в секте Сюаньюань и отправиться в Павильон Цилин в одиночку. У секты Сюаньюань не было никаких важных дел, которыми ему нужно было управлять, и вряд ли имело значение, взбунтуются ли его подчиненные после его ухода, поскольку они все равно сдадутся, когда он вернется. Инь Ханьцзян всегда был слишком близок к Вэнь Женьхэ, и его сила была на пике Границы Пустоты. Он никогда не проявлял никакой настороженности по отношению к Вэнь Женьхэ. Если бы Вэнь Женьхэ сказал ему: “Этому Почтенному нужно поглотить души”, он боялся, что Инь Ханьцзян может в мгновение ока пожертвовать своими.

Путешествовать вместе с ним было слишком опасно. Ему было бы легче сдерживать себя, если бы он был один.

Таким образом, перед отъездом Вэнь Женьхэ позвал Инь Ханьцзяна и сказал ему, что направляется к Истинной горе Инь.

Инь Ханьцзян совершенно не понял того факта, что Вэнь Женьхэ пытался его бросить. Он тихо последовал за ним, готовый уйти вместе с ним.

Видя его поведение, Вэнь Женьхэ остановился, тщательно обдумывая то, что он собирался сказать. Он медленно открыл рот.

-“Лидер секты Инь, о руководстве секты, пока этого Почтенного нет, и о поисках предателя...”

Выражение лица Инь Ханьцзяна стало пустым. Он молча уставился на Вэнь Женьхэ, казалось, не думая ни о чем своем, просто ожидая следующего приказа своего Преподобного.

Если бы Вэнь Женьхэ приказал это, Инь Ханьцзян выполнил бы это в совершенстве, даже если бы он этого не хотел.

Вэнь Женьхэ не мог продолжать. Инь Ханьцзян сохранял свою внимательную позу, ожидая, когда его Господин закончит свою команду.

-“...это можно оставить Защитнику Шу. В любом случае, у нее много практики. Поскольку другие Мастера Алтаря были побеждены ею раньше, они будут более осторожны и менее склонны нарушать покой. Вопрос о предателе не является срочным. Сейчас у нас даже нет никаких зацепок, но вполне возможно, что если мы оба уйдем, Чен Чжэнци что-нибудь проговорится” ,- глядя на выражение лица Инь Ханьцзяна, Вэнь Женьхэ наконец закончил свое предложение таким образом.

Лицо Инь Ханьцзяна наконец-то обрело некоторую жизнь. Он низко опустил голову и сказал:

-“Ваш подчиненный понимает”.

Вэнь Женьхэ нахмурил брови. Это не было похоже на то, что он и Инь Ханьцзян никогда раньше не отходили друг от друга. Повелитель Демонов приходил и уходил, когда ему заблагорассудится, и ему вряд ли нужно было сообщать обо всем Инь Ханьцзяну. Инь Ханьцзян тоже никогда не спрашивал. Просто после прочтения "Оскорбительного романа" Вэнь Женьхэ беспокоился о психике Инь Ханьцзяна и старался не оставлять его одного. Теперь он хотел оставить его, но испытывал дурные предчувствия.

Это было неправильно.

Первоначально он надеялся успокоить Инь Ханьцзяна и избежать того, чтобы тот предпринял какие-то действия, которые вызвали бы его неудовольствие, если бы он умер, поэтому он уделял ему больше внимания. Но теперь он чувствовал себя менее комфортно, оставляя Инь Ханьцзяна одного.

Когда Вэнь Женьхэ хотел куда-то пойти, с каких это пор он обращал внимание на то, как удрученно выглядел Инь Ханьцзян? И с каких это пор это смягчило его сердце?

-“Инь Ханьцзян”, - сказал Вэнь Женьхэ, переключаясь на использование его имени - “Этот Достопочтенный - не бог. Он такой же, как и ты, просто еще один совершенствующийся, идущий по пути к божественности ”.

-“Этот подчиненный понимает”, - сказал Инь Ханьцзян, все еще склоняя голову.

-“Восхищение - это все хорошо, но ты должен идти своим собственным путем. Ты понимаешь это?”

Вэнь Женьхэ сделал шаг ближе. Он положил руку на затылок Инь Ханьцзяна, приложив большой палец к уху, оказывая давление и заставляя его поднять голову.

Из-за расстояние их лица слегка покраснело. Вэнь Женьхэ почувствовал сущность культиватора меча, которая окружала Инь Ханьцзяна, которая была духовной сущностью высшего качества для культиватора крови. Вэнь Женьхэ уже тридцать лет не мог поглощать духовную энергию, и у него закружилась голова. Давление его руки на шею Инь Ханьцзяна усилилось, когда в его сознании всплыло заклинание поглощения крови. С чуть большей силой своей руки он мог бы растворить Инь Ханьцзян в крови, и его душа и вся его духовная сущность принадлежали бы Вэнь Женьхэну.

Кровавая ци окрасила лицо Вэнь Женьхэ в красный цвет, но по какой-то причине Инь Ханьцзян тоже покраснел. Он вырвался из хватки Вэнь Женьхэ и сказал, сложив руки рупором:

-“Этот подчиненный понимает. Этот подчиненный приложит все усилия к восхождению в Махаяну, чтобы помочь своему Преподобному”.

Инь Ханьцзян, отступив, вернул немного контроля Вэнь Женьхэ. Он подавил свою бурлящую в крови ци и отвернулся.

- “Напиши сообщение Шу Яньянь и скажи ей, что она исполняющая обязанности лидера секты.”

После того, как Инь Ханьцзян отправил талисман сообщения, Вэнь Женьхэ не обернулся, просто ушел в полосе света. Инь Ханьцзян отчаянно выхватил свой меч, чтобы преследовать его.

Он прикусил губу. Что его Господин имел в виду под этими словами? Заметил ли он намерения Инь Ханьцзяна? Пока они разговаривали, позволил ли Инь Ханьцзян чему-то проявиться в выражении его лица?

Инь Ханьцзян постоянно ругал себя за то, что в будущем ему придется быть более бдительным со своим Преподобным. Он был заместителем главы Секты и должен был управлять сектой Сюаньюань в отсутствие Главы Секты. Он не должен впадать в уныние из-за того, что не может повсюду следовать за своим Преподобным. Даже если ему было больно, он не мог позволить этому проявиться.

Эти двое прибыли на Истинную гору Инь, оба сосредоточенные на своих собственных проблемах. Вэнь Женьхэ приземлился за пределами Павильона, избегая патрулирующих учеников, и открыл свою книгу, чтобы проверить, как развивались события. Прямо сейчас он должен был решить, врываться ли ему прямо в Павильон Цилин или приказать открыть для него их ворота.

Группа Бейли Цинмяо прибыла на Истинную гору Инь три дня назад. Бейли Цинмяо ходила взад-вперед перед их колокольчиком "Туманный рассвет", не уверенная, стоит ли ей звонить в него.

Из того, что сказала старейшина Цинронг, Павильон Цилин сказал Хэ Вэньчжао, что, поскольку у них был только один стебель травы Локхарт, им действительно было трудно дать его ему. Они могли позволить ему получить это только в том случае, если он найдет способ сделать новый стебель зрелым. Ростки Локхарта нуждались в лаве Истинной горы Инь, чтобы расти, но извержение не могло быть таким, чтобы разрушить Павильон Цилин. Он должен был заставить гору извергнуться, держа ее в узде. Это была неразумная задача.

Группа Хэ Вэньчжао все это время находилась в Павильоне Цилин, болтаясь вокруг кратера и пытаясь придумать способ заставить вулкан, который извергался только один раз за последние три тысячи лет, сделать это снова. Прошло больше полугода, а они так и не добились никакого прогресса.

Старейшина Цинронг не связывалась с Бейли Цинмяо, надеясь, что она сможет выполнить эту невыполнимую задачу. Она хотела, чтобы Бейли Цинмяо убедила Бессмертную Цинсюэ и Журавлиноволосого Странника действовать. Цинсюэ была почетной старейшиной секты Шанцин и в любом случае должна была помогать в делах секты, просто ее личность была немного проблематичной. Говорили, что клан Нанго все еще охотился за ее жизнью. Секта Шанцин знала, что Цинсюэ благоволит Бейли Цинмяо, поэтому они надеялись, что Бейли Цинмяо сможет привести ее в чувство.

Кроме того, за эти несколько лет имя Журавлиноволосый Странник уже стало известным во всем мире культивирования, что заставило клан Чжунли сожалеть о том, что они отказались от него. Секта Шанцин знала, что у Бейли Цинмяо и Журавлиноволосого Странника был паразит, связывающий сердца, поэтому подумала, что сможет убедить их.

С помощью Журавлиноволосого Странника они были уверены, что смогут удовлетворить требования Павильона Цилина.

Что же касается Су Хуая, то он был всего лишь учеником Основного Формирования. Никто не ожидал, что он что-то сделает, и Бейли Цинмяо просто взяла его с собой, чтобы он мог побывать в новых местах и набраться опыта.

Мрачный и задумчивый Су Хуай на самом деле был самым диким в группе. Первоначально он планировал убить Бейли Цинмяо в отместку за то, что когда-то был изгнан ею. Если бы случайно не нашлось мертворожденного, в котором он мог бы спрятаться, он был бы уничтожен в тот день, так что он действительно был к ней неравнодушен.

Поэтому, когда Байли Цинмяо вернулась в деревню и решила взять его в ученики, он сразу же согласился. Он планировал быть хорошим и послушным учеником, возвести Бейли Цинмяо на пьедестал и заставить ее думать о нем как о неизменно преданным и внимательным. Таким образом, когда он предаст ее позже, он сможет увидеть выражение ее лица, искаженное шоком и разбитым сердцем.

С этими мыслями Су Хуай принял ее как хозяина, а затем почувствовал на себе пристальный взгляд, от которого у него волосы встали дыбом.

Он проследил за взглядом и обнаружил, что его номинальная супружеская прародительница облизывает губы, глядя на него. Его прошиб холодный пот.

Той ночью, пока Бейли Цинмяо медитировала, Бессмертная Цинсюэ похитила Су Хуай. Су Хуай был не в состоянии противостоять силе блуждающего бессмертного, и систему, которую она небрежно установила, он не мог сломать. Даже если он закричит, никто снаружи его не услышит.

-“Помогите!” ,- закричал восемнадцатилетний юноша, колотя в дверь, но женщина позади него бессердечно оттащила его назад.

-“Прекрати двигаться. Дай мне взглянуть на тебя” ,- сказала Бессмертная Цинсюэ, ее глаза заблестели.

Она прижала Су Хуая к земле и положила руку ему на грудь. Ее глаза заблестели.

-“Сердцебиение! Ты - живой культиватор призраков!”

-“Ты знаешь, что я культиватор призраков?” ,- воскликнул Су Хуай.

Он думал, что его маскировка была идеальной! Он обманул Бейли Цинмяо, но не ожидал, что Бессмертная Цинсюэ раскусит его с первого взгляда.

-“Как тебе удалось культивировать путь голодного призрака, сохраняя при этом тело?” ,-Цинсюэ уставилась на грудь Су Хуая - “Если я удалю твое сердце, ты выживешь?”

-“Я не знаю!” ,- воскликнул Су Хуай, падая духом под хищным взглядом Цинсюэ - “Когда мой дух был готов рассеяться, я почувствовал рождение мертворожденного. Это был редкий вид младенца, когда душа, которая должна была в нем находиться, ушла, но он все еще дышал. Я обладал им, и вот как я стал таким, между живым человеком и культиватором призраков ”.

Су Хуай достиг стадии Очищения Ци без каких-либо инструкций, потому что он съел призраков вокруг деревни. Только культиватор призраков должен быть способен поглощать призраков, но с уникальной конституцией Су Хуая он мог делать это еще при жизни и увеличивать свою духовную сущность.

Услышав его объяснение, Цинсюэ глубоко задумалась и, наконец, сказала:

-“Похоже, все дело в твоем теле. Если бы я поглотила твою душу и забрала твое тело, я, вероятно, могла бы снова стать культиватором призраков! ”

Она казалась таким просветленным мастером! После размышлений в течение целой ночи, все, что она придумала, было это? Была ли ее голова украшением?

Су Хуай жалко попытался вырваться. Когда Бессмертная Цинсюэ прижала его к земле и собиралась съесть его душу, снаружи хижины раздался голос Бейли Цинмяо.

- “Старейшина Цинсюэ? Ученик? Где вы, ребята? Солнце уже взошло, так что самое время отправляться в путь.”

-“Вероятно, внутри этой хижины”, - раздался теплый голос человека с повязкой на глазах - “Похоже, Бессмертная Цинсюэ помогает тебе дисциплинировать твоего нового ученика”.

-“Неужели? Я пойду проверю” ,-Бейли Цинмяо с улыбкой открыла дверь.

В этот момент Цинсюэ отпустила Су Хуай и сняла свой массив, так что Бейли Цинмяо мгновенно заметила их.

-“Учитель!” ,-впервые Су Хуай осознал, что Бейли Цинмяо была действительно доброй и праведной человеком.

Он прыгнул к ней и обнял ее за талию, поклявшись себе, что в будущем будет хорошо относиться к Бейли Цинмяо и никогда не оставит своего хозяина. Он должен был убедиться, что никогда не останется наедине с Бессмертной Цинсюэ.

-“Старейшина Цинсюэ, должно быть, почувствовала, что этот ребенок был непослушным, и воспользовалась возможностью, чтобы научить его повиноваться своим хозяевам, а?” ,- Чжунли Цянь придал весомость этому последнему слову, и Су Хуай и Цинсюэ оба вздрогнули.

Цинсюэ, возможно, была сильнее Чжунли Цяня, но каждый раз, когда она встречала его пристальный взгляд с завязанными глазами, ей становилось не по себе. В отличие от прямой и деспотичной манеры Вэнь Женьхэ, Чжунли Цянь был мягким и никогда никого не принуждал, вместо этого успокаивая всех вокруг. И все же что-то в его проницательном взгляде, который, казалось, видел все насквозь, делало его пугающим.

После этого случая Су Хуай отбросил свою обиду и посвятил себя Бейли Цинмяо, относясь к ней искренне и внимательно.

Увидев, как Бейли Цинмяо в этот момент расхаживает перед колоколом, Су Хуай прищурился и сказал:

-“Учитель, ты нервничаешь?”

Бейли Цинмяо покраснела.

-“Это не значит, что я снова влюблюсь в шисюна. Шисюн женат на Лю-шицзе, и я не могла встать между ними. Я просто беспокоюсь, что, поскольку мы не виделись тридцать лет, мои эмоции будут взбудоражены, и я повлияю на брата Чжунли ”.

Су Хуай изначально боялся Цинсюэ, но после того, как Чжунли Цянь научился Бессловесному Ребенку, Су Хуай и Цинсюэ сблизились. Су Хуай также узнал, что Бессмертная Цинсюэ когда-то была культиватором призраков и мастером Павильона Адского Огня в секте Сюаньюань.

Павильон Адского Пламени! У такого мелкого культиватора-призрака, как он, не было и надежды приблизиться к подобному месту. С тех пор Су Хуай начал учиться у Цю Конгсюэ. Постепенно его действия попали под влияние Цю Конгсюэ.

-“Не беспокойся, учитель. Если ты снова станешь бестолковой, я вырублю тебя и утащу прочь. Старший Чжунли вообще не пострадает ”, - сказал Су Хуай.

Он позвонил в Колокол Туманного Рассвета, вызывая Бейли Цинмяо.

Бейли Цинмяо: …

Были ли они родственниками разных поколений? Ее ученица становилась все больше и больше похожей на мастера Цинсюэ.

После звона колокола Бейли Цинмяо показала ученикам Павильона Цилина поздравительную открытку, которую могла создать только секта Шанцин, чтобы подтвердить ее личность, и они пригласили ее группу на встречу с Хэ Вэньчжао. Хозяина Павильона нигде не было видно.

Хэ Вэньчжао пришел с Лю Синье и несколькими другими учениками, с которыми он дружил. Увидев свою маленькую шимей впервые за тридцать лет, он остановился как вкопанный. Он смотрел на нее издалека, не в силах отвести взгляд, даже не почувствовав Лю Синье, когда она потянула его за руку.

Бейли Цинмяо была такой же. За эти последние годы она пережила два небесных испытания, на этапах Трансформации Божества и Единения Тела, и каждый раз ей хотелось отказаться от своей решимости и вернуться к своему шисюну. Она была бы счастлива, просто глядя на него издалека. Если бы не Чжунли Цянь, который всегда знал эмоции Бейли Цинмяо и мог быстро помочь ей передумать, и гораздо более могущественная Бессмертная Цинсюэ, присматривающая за ней, Бейли Цинмяо уже улизнула бы.

Теперь, когда она смотрела на Хэ Вэньчжао, Чжунли Цянь почувствовал, как бешено колотится его сердце. Несмотря на то, что он не мог видеть, он чувствовал, насколько отчетливым и нежным был этот далекий силуэт.

Накопившиеся за тридцать лет эмоции были слишком сильными, и на мгновение Чжунли Цянь не смог подавить Бейли Цинмяо.

К счастью, Бейли Цинмяо сделала всего полшага вперед, когда почувствовала холодный порыв ветра у себя за спиной. Она убрала голову с дороги и, оглянувшись, увидела, что Су Хуай замахивается на нее своим связанным оружием — Жезлом Разбитого Сердца.

Жезл Разбитого Сердца был длиной в сорок метров и толщиной с талию Бейли Цинмяо. Чтобы усовершенствовать его, потребовалась помощь Чжунли Цяня и Цю Конгсюэ. Он был способен изменять размер по желанию владельца.

Су Хуай увеличил его до максимального размера, и хотя Бейли Цинмяо удалось избежать удара, Хэ Вэньчжао, который стоял в оцепенении в тридцати девяти метрах от него, получил удар прямо в голову. Даже если бы он был культиватором Границы Пустоты, он бы почувствовал, как металлическая палка толщиной с человеческую талию ударила его по черепу.

Су Хуай, промахнувшись мимо Бейли Цинмяо, крутанул прут в руке и превратил его в две тонкие палочки, собираясь снова ударить ее. Бейли Цинмяо уже успокоилась с помощью Чжунли Цянь и быстро протянула руку, чтобы остановить оружие своего ученика.

-“Ученик, прекрати размахивать этой штукой! Я в порядке!”

Чжунли Цянь изобразил слабую улыбку.

-“Су Хуай, несомненно, должен поблагодарить Бессмертную Цинсюэ за его волшебное оружие. Он был выкован из негодования тысяч мстительных духов, прежде чем они были изгнаны, все женские призраки, которые были брошены или пострадали от мужчин. Возможно, это и не почти бессмертный артефакт, но он обладает уникальными способностями.”

-“Если это ударит по женщине, ее любовь превратится в ненависть. Чем больше она кого-то любит, тем больше ей захочется его убить. Если бы он ударил человека, его тело было бы наполнено энергией инь[1], и он потерял бы способности в определенной области ” ,- Чжунли Цяню было не совсем удобно объяснять дальше, поэтому Цю Конгсюэ радостно продолжила за него.

1. Инь ассоциируется с женским началом

В конце концов, она очень гордилась тем, что сделала для своему маленькому ученику.

Хэ Вэньчжао был ранен в голову, но все же он чувствовал боль в какой-то другой части своего тела. Он не мог проверить рану перед группой других учеников, поэтому он мог только стиснуть зубы и сказать:

-“Шимей, кто этот парень позади тебя? Почему он пытается ударить тебя?”

Глава 40 - Кто ты, красавчик?

Во время разговора Хэ Вэньчжао использовал свою духовную сущность, чтобы вытеснить энергию инь из своего тела. Он был культиватором Границы Пустоты, и уровень Су Хуая был слишком низким по сравнению с ним, так что любой эффект, который он имел, мог быть только временным. После того, как энергия инь исчезнет, Хэ Вэньчжао будет в порядке.

Но Су Хуай унизил его перед его товарищами-учениками и его женой, поэтому выражение его лица было довольно напряженным. Если бы Бейли Цинмяо не защищала Су Хуая, Хэ Вэньчжао преподал бы урок сопляку из Основного Формирования.

-“Это мой ученик, Су Хуай”, - сказала Бейли Цинмяо.

Теперь, когда она пришла в себя и ее эмоции были подавлены Чжунли Цянь, она могла спокойно поговорить со своим шисюном. Она положила руку на плечо Су Хуая, представляя его.

-“Тогда разве он не должен приветствовать своих старших?” ,- сказала Лю Синье рядом с Хэ Вэньчжао с неприятным выражением на лице.

Су Хуай скорчил гримасу. Он лишь неохотно принял Бейли Цинмяо. Как культиватор призраков, он не был предан секте Шанцин, и на самом деле, теперь, когда он и Цю Цунсюэ поладили, она пообещала рекомендовать его в Павильон Адского Пламени. Если он будет хорошо себя вести, она сказала, что даже поможет ему избавиться от нынешнего Мастера Алтаря Ши и получит должность мастера Павильона Адского Огня.

Су Хуай не хотел проявлять уважение к этим незнакомцам в его присутствии.

Бейли Цинмяо с юности учили хорошим манерам в секте Шанцин, и она уже собирался приказать ему это сделать, когда Бессмертная Цинсюэ сказала:

-“А? Я ведь старейшина, верно? Почему вы, ребята, не здороваетесь со старшими?”

Су Хуай немедленно низко поклонился Цинсюэ.

-“Этот ученик приветствует мастера Цинсюэ” ,-собравшиеся члены секты Шанцин потеряли дар речи.

-“О, и ты” ,- Цю Конгсюэ достала нефрит с частичкой души Лю Синье, запечатанной внутри - “Когда ты собираешься вернуть мне мой эликсир? Ты занимаешься только Превращением Божества? Зарождающаяся Душа Преобразования Божества не стоит Семицветного Сердца Лотоса. Вероятно, этого будет достаточно, если ты добавишь своего партнера по самосовершенствованию.”

Лю Синье: …

Хэ Вэньчжао: …

Хэ Вэньчжао быстро схватил Лю Синье за руку и повел остальных учеников кланяться Цю Конгсюэ.

-“Приветствую старейшину Цинсюэ”.

В то же время Су Хуай тоже поклонился, следуя инструкциям Чжунли Цяня. Таким образом, ни одна из сторон не была оскорблена.

-“Старейшина, в течение последних тридцати лет мы искали лекарство для Мастера Секты и не могли найти для вас эликсир. К счастью, трава Локхарта - последнее, что ему нужно, и после того, как он проснется, этот ученик сможет оставить свои обязанности и сопровождать свою жену, чтобы найти сокровище для вас. Мы просим у вас прощения”, - сказал Хэ Вэньчжао.

Несмотря на то, что он был смущен, он подавил свои эмоции и был готов вступиться за свою жену.

"Шисюн был таким хорошим мужем", - подумала Бейли Цинмяо, и она не могла не вернуться к своему прежнему увлечению.

Чжунли Цянь хлопнул своим бамбуковым свитком по ладони, и Су Хуай немедленно вытащил Жезл Разбитого Сердца. Бейли Цинмяо в отчаянии сказала:

-“Не бей меня! Я спокойна!”

Увидев, что гигантское оружие снова выхватили, Хэ Вэньчжао быстро увернулся с дороги вместе с Лю Синье. Поскольку некого было ударить, Су Хуай скривил губы и убрал оружие.

Поскольку обе стороны были напряжены, Чжунли Цянь объявил:

-“Пойдем посмотрим на вулкан. Вылечить Мастера Секты - вот что самое важное”.

Противостояние было урегулировано, и все направились к кратеру.

По словам Хэ Вэньчжао, когда они прибыли в Павильон Цилин, Мастер Павильона взглянул на них через занавеску и отправил их всех в кратер, чтобы они самостоятельно нашли решение, сказав, что они могут получить любые ростки, которые удастся вырастить ими же и их забрать. Все это время все ломали голову на вершине вулкана, но так и не нашли способа ограничить поток лавы подходящим участком.

Группа Бейли Цинмяо даже не вошла в главный зал, ее сразу же отвели в кратер.

Никто не осмеливался критиковать Павильон Цилин. В конце концов, Павильон был уединенным, без каких-либо контактов с остальным миром земледелия в течение многих лет, и они были здесь, чтобы просить их об одолжении. Уже то, что им разрешили подняться к кратеру, было лучшее.

Услышав, что он бездействовал в течение трех тысяч лет и был в полной безопасности, группа Бейли Цинмяо уверенно приблизилась к нему. Чжунли Цянь, Цю Конгсюэ и Су Хуай не обнаружили ничего необычного, но когда Бейли Цинмяо высунула голову за край, в небо взметнулась полоса пламени, направленная прямо ей в лицо.

Она отпрянула с криком шока и едва успела увернуться от огня. Однако черная повязка вокруг ее глаза была сожжена и упала в кратер.

-“Шимей, ты в порядке?” ,-Хэ Вэньчжао стряхнул с себя Лю Синье и бросился посмотреть, не обожжено ли лицо Бейли Цинмяо.

Бейли Цинмяо открыла глаза и увидела перед правым глазом обеспокоенное лицо своего шисюна, но прежде чем она успела почувствовать прикосновение, лицо Чжунли Цяня было приклеено к ее левому глазу. Глядя на Чжунли Цянь одним глазом, а на Хэ Вэньчжао другим, она чуть не скосила глаза.

Она оттолкнула Хэ Вэньчжао и закрыла глаза, отвернув голову.

-“Дай мне повязку на глаза”.

Су Хуай протянул ей черную ткань. После того, как она повязала его вокруг глаза, Бейли Цинмяо наконец выдохнула. Теперь она могла как следует разглядеть обиженное выражение лица Хэ Вэньчжао. Желая все объяснить, она сделала шаг вперед, но Лю Синье подошла, чтобы помочь Хэ Вэньчжао подняться с земли, бросив на Бейли Цинмяо свирепый взгляд.

Бейли Цинмяо отступила на шаг, думая, что это к лучшему.

-“После стольких лет вулкан наконец-то отреагировал!” ,- сказал Яо Вендань, не обращая внимания на атмосферу - “Шимей, что ты только что сделала, чтобы вызвать его извержение? К тому же это было так точно, просто нацелено в одну область”.

-“Я ничего не делал...” ,-Бейли Цинмяо тоже была в замешательстве.

Она лишь слегка высунула голову, и из нее вырвалось пламя. Но после того, как она отступила, пламя исчезло.

"Это было похоже на то, что он нацелился на Бейли Цинмяо", - подумал Чжунли Цянь, стоя в стороне.

Проработав с Бейли Цинмяо тридцать лет, он понял, что вокруг нее в изобилии находятся легендарные сокровища. Ему удалось достичь Махаяны всего через тридцать лет, не только благодаря обучению Бессловесному Ребенку и пробуждению на пути учения, но и благодаря сокровищам, которые он постоянно находил, которые могли увеличить его духовную сущность.

Он вдруг вспомнил Вэнь Женьхэ. Бейли Цинмяо рассказала ему, что она дважды встречалась с Вэнь Женьхэ, когда он сказал ей, что ей суждена определенная вещь, и попросил ее помощи в ее возвращении.

Неужели Вэнь Женьхэ уже давно обнаружил причуду Бейли Цинмяо? Чжунли Цянь нахмурился, глубоко задумавшись.

Пока все обсуждали, как им следует пробудить вулкан, ветер донес до них запах.

-“Это благовоние… Я почувствовал это еще тогда, когда мы встретились с Хозяином Павильона” ,-сказал Яо Вендань - “Хозяин Павильона здесь, чтобы проверить активность в кратере?”

Пока он говорил, несколько женщин в пурпурных одеждах подлетели к ним, некоторые из них несли сияющую карету. Занавеска скрывала человека внутри от посторонних глаз.

Приблизившись к кратеру, они приземлились на него, и четыре служанки опустили карету. Ведущий ученик сказал:

-“Кто же это заставил вулкан отреагировать?”

Толпа расступилась, оставив позади Бейли Цинмяо. Из кареты донесся глубокий голос:

-“Действительно, это были вы”.

Бейли Цинмяо склонила голову набок, затем почтительно сжала кулак.

-“Это Бейли Цинмяо. Хозяин Павильона намекает, что мы уже встречались раньше?”

-“Кто знает” ,-одна рука отодвинула занавеску, и появился молодой человек в роскошных серебряных одеждах. Он окинул взглядом лицо Бейли Цинмяо и сказал:

-“Возможно, мы встречались в другой жизни”.

Его черные волосы были собраны серебряной лентой, а несколько выбившихся прядей ниспадали на плечи. У него были холодные элегантные глаза и бесцветные губы, и, увидев Бейли Цинмяо, он изобразил улыбку без какого-либо намека на теплоту.

-“Секта Шанцин, безусловно, является лидером праведных сект. Поскольку здесь собралось так много выдающихся личностей, Павильон Цилин не смеет быть невежливым. Почему бы вам всем не остаться в Павильоне в качестве гостей, пока мы вместе будем думать о том, как вырастить траву Локхарт? Нет никаких проблем, если мы не сможем. Разве он еще не готов? До тех пор, пока секта Шанцин предлагает что-то равноценное взамен, мы не отказываемся от этого ”.

Все: …

Эй, послушай, ты не говорил всего этого несколько дней назад.

Мало того, что люди там были сбиты с толку, Вэнь Женьхэ тоже был сбит с толку. Читатели "Оскорбительного романа" и "Бог Уничтожения" также были ошарашены.

На этот раз разделы комментариев обеих книг были выровнены, и все они были заполнены людьми, спрашивающими: “Кто ты, красавчик?” Даже Вэнь Женьхэ с трудом верил своим глазам.

Мастер Павильона Цилин, главная жена в "Боге уничтожения", главная злодейка женского пола в "Жестоком романе", блуждающая бессмертная, которую Вэнь Женьхэ нашёл под Ледяными равнинами и избил, теперь была мужчиной?

Инь Ханьцзян наблюдал, как Вэнь Женьхэ стоял перед Туманным рассветным колоколом, читая два часа подряд, а затем внезапно остановился. У него было напряженное выражение лица, похоже, он столкнулся с какой-то проблемой.

-“Почтенный?” ,-Инь Ханьцзян посмотрел на него в замешательстве.

Он не мог себе представить, что могло поставить Вэнь Женьхэна в тупик.

-“Ничего” ,- на этом обе редакции закончились, так что Вэнь Женьхэ убрал свои книги.

Немного подумав перед колоколом, он сказал:

-“Лидер секты Инь, похоже, нам нужно изменить планы”.

Вэнь Женьхэ пришёл в Павильон Цилин с двумя планами. Первый состоял в том, чтобы уничтожить массив, пробиться внутрь и заставить блуждающую бессмертную выдать свою технику владения. Второй состоял в том, чтобы снести половину Истинной горы Инь, а затем сообщить о своей просьбе Мастеру Павильона, заставив ее предложить это добровольно.

Но теперь, когда произошло это беспрецедентное событие, Вэнь Женьхэ решил изменить план: войти в Павильон “вежливо” под другими именами.

-“Нам нужно изменить нашу внешность. Допустим, мы… приглашенные культиваторы клана Чжунли. Мы передадим им поздравительные листки и будем следовать правилам. Чжунли Цянь должен быть в состоянии разобраться в ситуации и помочь прикрыть нас ” ,- Вэнь Женьхэ тут же придумал новый план, передав его Инь Ханьцзяну.

Он уже встречался с Хозяином Павильона раньше, и без маскировки его бы узнали. Возможно, он никогда не сможет понять, почему история приняла такой оборот.

Если Мастер Павильона, как главный женский персонаж, изменила свою судьбу и избежала брака с Хэ Вэньчжао, то не означает ли это, что судьбы двух главных мужских персонажей, Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян, также могут быть изменены?

Секта Сюаньюань, естественно, была богата техниками маскировки. Инь Ханьцзян достал две маски. Они не были похожи на маски для кожи, используемые в Цзянху, и выглядели как два комочка теста. Однажды прилипнув к лицу, его можно было замешивать по своему вкусу. Это был магический предмет очень низкого уровня, без особой духовной энергии, и он не мог сделать ничего, кроме изменения своей внешности. Однако до тех пор, пока никто не прикасался к вашему лицу, вы были уверены, что вас не обнаружат.

-“Лидер секты Инь, почему бы тебе не скорчить лицо этому Почтенному?” ,- сказал Вэнь Женьхэ.

Инь Ханьцзян намазал тесто на лицо Вэнь Женьхэ, тщательно разглаживая его пальцами.

-“Как бы хотел выглядеть Достопочтенный?”

-“Как ты хочешь”, - сказал Вэнь Женьхэ.

Он верил в интеллект Чжунли Цяня. Какой бы ни была его маскировка, Чжунли Цянь мог видеть его насквозь и помогать прикрывать его.

Инь Ханьцзян был довольно высоким, всего на дюйм ниже Вэнь Женьхэна. Он пристально вгляделся в лицо Вэнь Женьхэ, тщательно придавая ему форму. После того, как он создал лицо, он заколебался и уже собирался стереть его и начать все сначала, когда Вэнь Женьхэ сказал:

-“Ты уже закончил? Дай мне посмотреть.”

Щелчком пальца перед ним появилось ледяное зеркало. Вэнь Женьхэ молча уставился на лицо в отражении.

Это было точно так же, как и его лицо. Только глаза были немного другими, они выглядели немного более расслабленными и напоминали генерала Вэнь, служившего в пограничном городе сто лет назад.

-“Так вот как я всегда выглядел в твоих глазах?” ,-Вэнь Женьхэ почувствовал искру раздражения, хотя и не знал почему - “Генерал Вэнь был просто личностью этого Почтенного, когда он ходил по миру смертных. Этот Почтенный уже давно продвинулся дальше этого. Если ты останешься застрявшим в этом времени, ты никогда не достигнешь Махаяны ”.

-“Дело не в этом”, - сказал Инь Ханьцзян - “Это просто...” ,-он и сам не знал, как это объяснить.

Его Господин смотрел на него с таким теплым и внимательным выражением лица. В то время его руки двигались сами по себе.

-“Этот подчиненный сделает Достопочтенного новым”, - быстро сказал Инь Ханьцзян.

-“В этом нет необходимости” ,- Вэнь Женьхэ взмахнул рукой, и маска превратилась в совершенно непримечательное лицо, его черные одежды также превратились в серые одежды приглашенных культиваторов клана Чжунли.

Инь Ханьцзян намазал тесто на лицо и уже собирался слепить себе обычную внешность, когда Вэнь Женьхэ сказал:

-“Позволь мне сделать это”.

Сильная рука опустилась на лицо Инь Ханьцзяна. Инь Ханьцзян напрягся, все его тело застыло, он даже не осмеливался дышать.

Создав обычное лицо для Инь Ханьцзяна, Вэнь Женьхэ убрал руку и сказал:

-“Лидер секты Инь, ты не должен всегда жить, преследуя тень этого Почтенного”.

-“Этот подчиненный не...” ,-Инь Ханьцзян был не в состоянии продолжать.

Однажды он сказал Чжунли Цяню, что не будет желать, будет только наблюдать издалека, и поэтому он никогда не будет чувствовать обиды. Но от фантазий было трудно избавиться, как только они возникали.

Он хотел быть самым преданным подчиненным генерала Вэня. Даже если бы они оба были смертными, он был бы счастлив просто сражаться рядом с ним, даже умереть вместе с ним. Повелитель Демонов был слишком силен, и его невозможно было преследовать. Инь Ханьцзян только осмелился сдержать это маленькое желание, надеясь, что у него будет такой шанс в следующей жизни.

Вэнь Женьхэ посмотрел на него и тихо вздохнул.

Когда был выкован Армейский Сокрушительный Меч, он почувствовал, что Инь Ханьцзян начал разрушать свои психологические блоки и преодолевать бездумно верного Левого Защитника, которым он был. Тогда все шло хорошо, так почему же он регрессировал и стал еще хуже, чем раньше?

-“Лидер секты Инь, есть ли что-то важное, что ты скрываешь от этого Почтенного?”

-“Нет...” ,-Инь Ханьцзян снова замолчал.

Он действительно что-то скрывал от своего Преподобного, что-то, в чем никогда не мог признаться. Даже если после его смерти кто-нибудь допросит его душу, он не проговорится ни слова.

Он поднял голову и посмотрел на Вэнь Женьхэ, его глаза были полны решимости. Это было решение унести свою тайну с собой в могилу.

-“У этого подчиненного действительно есть что-то на уме. Однако это никак не связано с Почтенным. Достопочтенному не нужно беспокоиться о себе, так как этот подчиненный будет выполнять свои обязанности независимо от этого ”.

-“Ты…” ,- Вэнь Женьхэ протянул руку, и его рука замерла за мгновение до того, как схватил Инь Ханьцзяна за горло.

Инь Ханьцзян не стал уклоняться от него, вместо этого поднял голову и облегчил Вэнь Женьхэну схватить его.

-“После того, как мы вернемся в секту Сюаньюань, отправляйся на запретную территорию и размышляй в течение пятидесяти лет. Если по прошествии пятидесяти лет ты не сможешь разрешить свою проблему...” ,- Вэнь Женьхэ становился.

Он не мог придумать наказания и наконец сказал:

-“Мы поговорим снова через пятьдесят лет”.

Размышляйте в течение пятидесяти лет… это было так же хорошо. Инь Ханьцзян опустил голову с горькой улыбкой.

Видя, что ничто из того, что он сказал, не могло заставить Инь Ханьцзяна слушать, Вэнь Женьхэ почувствовал себя странно беспомощным. Он поднял руку и ударил в колокол Туманного Рассвета, возвещая об этом звуком колокола.

-“Мы, гости клана Чжунли под руководством Чжунли Цяня, Вэньцзуня и Иньцзяна, пришли сюда, чтобы навестить Молодого Мастера Чжунли. Надеясь, что Павильон Цилин передаст ему это сообщение ”.

Чжунли Цянь, услышав это: …

Вэньцзунь[1] и Иньцзян… разве Вэнь Женьхэ не обеспокоен тем, что люди могут узнать, кто они такие?

1. Это зун в этом Почтенном

Глава 41 - Вторая книга

Чжунли Цянь смог только неловко объяснить:

-“Это Чжунли Вэньцзунь и Чжунли Иньцзян из клана Чжунли, которые были членами ветви семьи двести лет назад, позже присоединились к клану в качестве приглашенных культиваторов и стали моими советниками. Услышав о вулкане, я послал им весточку, надеясь, что они смогут протянуть мне руку помощи. Можно ли им разрешить войти?”

Он был вежлив, и как последователь Махаяны, его слова имели вес. Ученики Павильона отвели его к Мастеру Павильона, чтобы сообщить новости.

-“Чжунли Вэньцзунь и Чжунли Иньцзян? Эти имена...” ,-Мастер Павильона подпер лоб кулаком, читая поздравительные листки, написанные Чжунли Цянем.

Чжунли Цянь принес свои извинения за то, что два приглашенных культиватора не оставили приветственных листков, и поэтому он написал на некоторых из них их имена, надеясь на прощение Хозяина Павильона.

Глаза Мастера Павильона Цилин были прикованы к этим двум словам “Вэньцзунь” и “Иньцзян”, поэтому Чжунли Цянь вмешался и сказал со слабой улыбкой:

-“Мастер Павильона, возможно, не знает, что клан Чжунли культивирует путь мудрецов. Каждый ученик выбирает в качестве основы какую-либо отрасль обучения. Каждое из шести искусств джентльменов — обряды, музыка, стрельба из лука, управление колесницей, литература и арифметика — включены. Чжунли Вэньцзунь культивирует ритуалы, в то время как Чжунли Иньцзян культивирует музыку. У этих двоих есть некоторые научные прихоти, и они хотели убедиться, что другие знают, что они изучают, поэтому взяли вежливые имена Вэньцзун[1] и Иньцзян[2]. Их имена при рождении - Чжунли Вэнь и Чжунли Инь.

1. просить + повиноваться

2. музыка + общие сведения

-“Поскольку их манера приветствия действительно была неподобающей, Цянь хотел бы извиниться вместо них”.

Он сложил ладони чашечкой перед собой, его руки были вытянуты прямо, когда он согнулся в талии, держась чрезвычайно корректно и вежливо.

Мастер Павильона выпрямился и, взглянув на Чжунли Цяня, сказал:

-“В течение этих тридцати лет ходили слухи, что клан Чжунли опозорился и отказался от великого сокровища, когда изгнал Чжунли Цяня. Я думал, что это преувеличенные слухи, но после личной встречи со Журавлиноволосого Странника я понял, каким должен быть настоящий джентльмен ”.

-“Мастер Павильона преувеличивает”, - сказал Чжунли Цянь со слабой улыбкой.

-“Павильон Цилин всегда был изолирован от внешнего мира, и сегодня мы приняли слишком много гостей. Поскольку вулкан извергся без предупреждения, я изначально хотел запечатать гору и не впускать других посторонних, но по просьбе Молодого мастера Чжунли им может быть разрешено остаться на несколько дней ”.

-“Большое спасибо Хозяину Павильона” ,- увидев, как Хозяин Павильона положил листки с приветствиями, тяжесть исчезла из груди Чжунли Цяня.

Он отправился в Колокол Туманного Рассвета вместе с несколькими другими учениками Павильона. Группа учениц покраснели, увидев Чжунли Цяня, и засыпали его вопросами по пути, спрашивая, почему у него белые волосы и какие отношения у него с Бейли Цинмяо. Чжунли Цянь ответил прямо, и когда он сказал, что за последние тридцать лет они с Бейли Цинмяо относились друг к другу только как к родным братьям и сестрам, глаза девушек заблестели.

В пределах Павильона Цилин никто не мог летать, кроме как используя экипаж Хозяина Павильона и летающие лодки, а лодки двигались намного медленнее, чем мог Чжунли Цянь. Сидя с группой красивых женщин, Чжунли Цянь всю дорогу чувствовал себя неуютно, и наконец ему удалось добраться до Колокола Туманного Рассвета. Когда ученики открыли барьер, Чжунли Цянь почувствовал, как вошли Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян. Он позаботился о том, чтобы заговорить первым.

-“Давненько мы не виделись, братья”.

Он бросился перед учениками, чтобы схватить их за руки, пытаясь подать им сигнал. В тот момент, когда он коснулся руки Вэнь Женьхэ, он заколебался.

Он повернулся к Вэнь Женьхэ, и хотя его глаза были завязаны, на его лице ясно читалось замешательство.

-“Спасибо за приветствие, молодой господин Чжунли”, - холодно сказал Вэнь Женьхэ - “Почему бы нам не поговорить внутри?”

Вэнь Женьхэ не ожидал, что Чжунли Цянь бросится к нему, чтобы схватить за руку, и не смог вовремя увернуться. Чжунли Цянь, прикоснувшись к своей искусственной руке, сразу почувствовал, что с ней что-то не так.

Чжунли Цянь также знал, что они не могли обсуждать это прямо сейчас, и быстро представил Вэнь Женьхэна и Инь Ханьцзяна остальным ученикам. Видя, что эти двое выглядели простыми и ничем не примечательными и несравнимыми с Чжунли Цянь, и они также вели себя довольно безразлично, девушки держались рядом с Чжунли Цянь всю обратную дорогу.

Вернувшись в свои комнаты, Чжунли Цянь немедленно передал:

-“Мастер Секты Вэнь, что случилось с вашей рукой?”

-“Мы можем обсудить это позже. Расскажи мне о Хозяине Павильона” ,-так же быстро ответил Вэнь Женьхэ.

Чжунли Цянь мог только оставить эту тему. Видя, что Инь Ханьцзян уже установил звукоизоляционную решетку, он заговорил беззаботно.

-“У меня есть три сомнения по поводу Хозяина Павильона. Во-первых, каждый ученик Павильона Цилин - женщина, за исключением Мастера Павильона. Во-вторых, извержение было совершенно непредсказуемым, и Хозяин Павильона появился слишком быстро. Он прибыл, когда пламя едва улеглось. Учитывая скорость его кареты, он, должно быть, отправился в путь до извержения вулкана. По моим расчетам, если бы он начал готовиться к отправлению в кратер с момента прибытия Бейли Цинмяо, то время было бы идеальным. В-третьих, наши условия размещения”.

Чжунли Цянь нарисовал на столе карту Павильона Цилин из пролитого чая. Он постучал на определенную комнату и сказал:

-“Здесь остановилась Бейли Цинмяо”.

-“У них есть гостевой дом прямо рядом с резиденцией Мастера Павильона?” ,- сказал Вэнь Женьхэ.

Он покосился на карту и почувствовал, что ему кто-то напомнил.

-“Я подозреваю, что его цель - госпожа Бейли”, - сказал Чжунли Цянь - “А господин Вэнь тоже заметил, что госпожа Бейли особенно везет?”

-“Этот Достопочтенный знает” ,- Вэнь Женьхэ махнул рукой, и следы чая на столе испарились без следа - “Не только я, но и еще один человек”.

Он быстро вспомнил свою встречу с Верховным Старейшиной Павильона Цилин на Тысячемильных Ледяных Равнинах более сорока лет назад. Немного подумав, Чжунли Цянь сказал:

-“В этом есть смысл. Я подозреваю, что Хозяин Павильона - женщина, переодетая мужчиной.

-“...Если она блуждающий бессмертный, которую этот Достопочтенный победил сорок лет назад, зачем ей быть переодетой мужчиной?” ,- сказал Вэнь Женьхэ.

-“Я думаю, мы узнаем это в течение следующих нескольких дней”, - сказал Чжунли Цянь, держа в руке свой бамбуковый свиток.

Прошло всего два дня, когда Мастер Павильона достал свою драгоценную Траву Локхарт, собрал учеников секты Шанцин и трех посетителей клана Чжунли и объявил:

-“Я уже принес траву и готов отдать ее секте Шанцин, при одном условии”.

-“Если это не нарушает наших принципов, секта Шанцин с радостью примет это”, - сказал Хэ Вэньчжао, вставая.

Эти строки были точно такими же, как и в книге. В книге за этим последовал бы Мастер Павильона, требующий руки Хэ Вэньчжао. Теперь, когда она стала мужчиной, что будет дальше? Вэнь Женьхэ внимательно наблюдал.

-“Это очень просто. Я просто хочу, чтобы Бейли Цинмяо вышла замуж за Павильон Цилин” ,- хозяин Павильона посмотрел на Бейли Цинмяо, сидевшую ближе всех к нему, и тепло улыбнулся с нежным выражением в глазах.

-“Ни за что!”

-“Хорошо!”

Одновременно заговорили два голоса, принадлежащие Хэ Вэньчжао и Лю Синье.

Естественно, Хэ Вэньчжао сказал “ни в коем случае”. Услышав, как его жена сказала “хорошо”, он пристально посмотрел на нее. Однако он не мог ссориться с ней на публике и, едва взглянув на нее, подавил свой гнев и повернулся к Хозяину Павильона.

-“Даже если это не нарушает общих принципов, это важное решение в жизни моей шимей. Я не могу этого обещать”.

-“Это не твоё дело говорить “да” или “нет”, ясно?” ,- хозяин Павильона проигнорировал Хэ Вэньчжао, глядя только на Бейли Цинмяо.

Он протянул ей траву Локхарта и сказал:

-“Если ты просто согласишься и установишь со мной душевную связь, это может быть твоим”.

Выйти за него замуж, да ещё и создать душевную связь! Партнеры по самосовершенствованию редко создавали душевные узы. С душевной связью они действительно были бы вместе в жизни и смерти, как если бы один умер, то умер бы и другой. Даже Хэ Вэньчжао и Лю Синье не взяли ни одного. В конце "Оскорбительного романа" у Хэ Вэньчжао тоже не сложились отношения с Бейли Цинмяо. В "Бог Уничтожения" Старейшина Кровавых Демонов предупредил Хэ Вэньчжао, чтобы он никогда не связывал свою душу узами и не позволял своей жизни зависеть от другого человека. Это было не более чем обузой.

-“Шисюн, это ради жизни мастера”, - произнесла Лю Синье слово за словом, пристально глядя на своего мужа - “Мастер Павильона - совершенствующийся на стадии Махаяны, поэтому Бейли Цинмяо получит пользу, только установив с ним душевную связь. И с душевной связью они не смогут предать друг друга. Поскольку Хозяин Павильона сделал эту просьбу, он, конечно же, не планирует красть сущность Бейли-шимея. Его намерения должны быть искренними. Шимей не отказалась, так почему же ты так взволнован?”

-“Ты!” ,- Хэ Вэньчжао указал пальцем на свою жену.

Он чуть не ударил ее по лицу. Он с усилием подавил свой гнев и подбежал к Бейли Цинмяо.

-“Шимей, думай ясно! Не позорь себя!”

В оригинальной истории Бейли Цинмяо была убита горем, услышав, что Хозяин Павильона хочет жениться на Хэ Вэньчжао, и в слезах умоляла его передумать.

Хэ Вэньчжао сказал почти то же самое, что и Лю Синье.

-“Шимей, речь идёт о жизни мастера!”

Теперь, когда Хозяин Павильона поменялся полами, Хэ Вэньчжао говорил совершенно противоположное.

Вэнь Женьхэ уже почти все выяснил. Он ничего не сказал, просто прищурился, глядя на Бейли Цинмяо и ожидая ее решения.

Су Хуай был младшим, поэтому он не был квалифицирован для выступления в таких случаях. Он знал, что его хозяин была идиоткой. Когда он прорвался на стадию Формирования Ядра, потому что он был культиватором призраков, он получил скорбь стадии Трансформации Божества и получил серьезные травмы. Его учитель перенесла его в Долину Воспоминаний в поисках странствующего бессмертного целителя. Целитель заставил ее пройти через всевозможные неприятности, отделив ее от Чжунли Цянь и Бессмертной Цинсюэ с помощью массива, а затем потребовал ее Зарождающуюся Душу в качестве платы. Идиотка учитель, для Су Хуая она действительно пожертвовала своей Зарождающейся Душой.

К счастью, Чжунли Цянь был сообразителен и вовремя сломал решетку. Мастер Цинсюэ избила блуждающего бессмертного, а затем пригрозила превратить его в призрака и съесть. Целитель, наконец, согласился лечить Су Хуая.

Именно тогда Су Хуай по-настоящему признал Бейли Цинмяо своим учителем. Также ради своего хозяина он позволил Цинсюэ возиться со своим связанным оружием. В противном случае, какой культиватор захотел бы использовать такое оружие? Но он был готов сделать это ради своего хозяина.

Су Хуай боялся, что его учитель согласится, поэтому он схватил Цинсюэ за руку. Она была самым сильным и старшым человеком здесь, и единственным, кто имел право отказать Бейли Цинмяо.

-“За что ты меня хватаешь?” ,- Цинсюэ посмотрела на Су Хуай - “Если ты чего-то хочешь, просто скажи это”.

Су Хуай : …

К счастью, Чжунли Цянь уже давно был знаком с привычками своих товарищей. Он быстро поднялся и сказал:

-“Возможно, Мастер Павильона этого не знает, но Бейли Цинмяо не может стать чьим-то партнером по самосовершенствованию”.

-“А? Это ещё почему?” ,- Хозяин Павильона откинулся на спинку стула, внимательно глядя на Чжунли Цяня.

Его взгляд был теплее, чем когда он смотрел на Бейли Цинмяо.

Бейли Цинмяо тоже поднялась.

-“Мастер павильона, из-за предыдущего несчастного случая в нас с братом Чжунли поместили паразитов, связывающих сердца. Это очень могущественные паразиты, и хотя брат Чжунли достиг Махаяны за эти тридцать лет, он так и не понял, как избавиться от них. По правде говоря, молодой мастер Чжунли находится всего в шаге от восхождения, но он сдерживал себя из-за меня ”.

Услышав отказ Бейли Цинмяо, Су Хуай вздохнул с облегчением.

-“О? Позвольте мне взглянуть на ваших паразитов” ,- сказал Хозяин Павильона.

Он протянул руку и взял их запястья обеими руками, посылая свою духовную сущность в их меридианы. Он обнаружил, что внутри них действительно были резонирующие насекомые гу, которых он не мог уничтожить своей силой.

-“Этого не должно быть”, - пробормотал он ,- “Как это произошло? Все было совсем не так”.

Вэнь Женьхэ услышал эти слова, и выражение его лица застыло. Он внимательно наблюдал за ним.

Этот человек был чем-то похож на блуждающего бессмертного, которому он преподал урок много лет назад, но не совсем то же самое. И этот блуждающий бессмертный признал божественность Бейли Цинмяо более сорока лет назад, но никогда не действовал и оставался скрытым до сих пор. Неужели что-то изменилось?

Обдумав все хорошенько, Вэнь Женьхэну пришла в голову дикая идея.

“Чжунли Вэньцзун” томно потянулся и, делая вид, что ему наскучили внутренние дела секты Шанцин, достал книгу из рукава.

Увидев его, окружающие почувствовали, что он немного груб, но были не в том положении, чтобы критиковать его. В конце концов, он не имел никакого отношения к этой свадьбе, и просто наблюдать за разворачивающейся драмой тоже было не слишком прилично. Члены клана Чжунли всегда утыкались носом в книги, а связанным оружием Чжунли Цяня был бамбуковый свиток. Возможно, эта книга была оружием Чжунли Вэньцзуна.

Это была довольно странная книга. На обложке был нарисован молодой человек, цветная картинка в отличие от рисунков тушью, популярных в настоящее время в мире смертных. Пропорции лица мужчины были немного преувеличены, но, тем не менее, он выглядел красивым.

На обложке крупными буквами было написано "Бог Уничтожения: Том 1".

Увидев эту книгу, Мастер Павильона немедленно отпустил Бейли Цинмяо и Чжунли Цяня и встал, не сводя глаз с книги в руке Вэнь Женьхэ.

-“Как ты получил…” ,- он оборвал себя.

Окинув собравшихся холодным взглядом, он сказал:

-“Если вы не согласитесь на этот брак, тогда нам нечего обсуждать. Приходи ко мне, когда передумаешь.”

Он повернулся и пошел прочь, оставив всех остальных беспомощно смотреть друг на друга.

Вэнь Женьхэ передал отдельно Чжунли Цяню и Инь Ханьцзяну, которые оба заметили что-то странное: “Не приходите ко мне в комнату некоторое время. Дайте ему немного времени, чтобы раскрыть свой план.”

Отложив книгу, он вернулся один в свою комнату. Полежав некоторое время на кровати и почитав, он услышал стук в дверь. Открыв ее, он увидел девушку с другой стороны, которая сказала, что Хозяину Павильона нужно встретиться с ним, и попросил господина Чжунли Вэньцзуня прийти в покои Хозяина Павильона один.

Без всяких колебаний Вэнь Женьхэ взял книгу и отправился в путь один.

После того, как он вошел в комнату, Мастер Павильона запер двери и установил несколько решеток. Наконец он холодно спросил:

-“Где ты взял эту книгу? Ты вытащил это нарочно, не так ли? Что ты выяснил?”

-“Я, кажется, не понимаю, о чем спрашивает Хозяин Павильона”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Я просто взял книгу для праздного чтения, и ее содержание оказалось довольно интригующим. Поскольку мне было скучно, я достал его, чтобы почитать”.

-“С тех пор, как ты получил эту книгу, твое имя не может быть Чжунли Вэньцзунь. Чжунли Куан, Чен Чжэнци, Яо Цзяпин… Ты Чжунли Куан! ” ,- воскликнул Хозяин Павильона - “Я слышал, что клан Чжунли покончил с тобой. Ты овладел телом этого Чжунли Вэньцзуна, чтобы вернуться к жизни? Верно, поскольку у вас есть эта книга, ты, вероятно, изучил методы оживления ”.

-“Поскольку вы думаете, что я Чжунли Куан, пусть будет так ”, - сказал Вэнь Женьхэ, листая книгу - “Однако есть одна часть этой книги, которая особенно интригует. Прямо здесь написано, что Мастер Павильона Цилин - известная красавица, жена Хэ Вэньчжао, нежная и преданная женщина. Придя в Павильон, я был довольно удивлен, обнаружив, что Хозяином Павильона был мужчина ”.

-“Отдай мне эту книгу!” ,- закричал Хозяин Павильона, потянувшись к ней.

Вэнь Женьхэ увернулся и прямо сказал:

-“На данный момент тебе нет смысла это скрывать. Я получил том 1 "Бог Уничтожения". Вы получили один из других томов? Почему бы нам не обменяться материалами для чтения?”

Разоблаченный насквозь, Хозяин Павильона на мгновение замолчал.

-“У меня есть третий том, конец истории. Хотите знать, почему эта история называется "Бог уничтожения"?[3] Третий том расскажет вам об этом. Если вы хотите знать, тогда отдайте мне первый том ”.

3. Более буквальным переводом названия было бы “бог конца света”.

Глава 42 - Возращение на поле боя

Вэнь Женьхэ абсолютно не мог согласиться на обмен, ни в этой жизни, ни в следующей. Все, что ему нужно было сделать, это подтвердить, что Хозяин Павильона владеет третьим томом "Бог Уничтожения". Где она была, была ли она поддельной или нет, и был ли Хозяин Павильона готов отдать ее или нет, не имело значения. В конце концов, рано или поздно он отдаст его мне.

Вэнь Женьхэ небрежно развел руками.

-“В таком случае, почему бы вам не дать мне взглянуть на третий том?”

-“Что? Ха-ха-ха, смешно!” ,-Хозяин Павильона покачал головой - “Чжунли Куан, твое имя тебе подходит![1] Ты точно знаешь, с кем столкнулся?”

1. Это означает, что он вышел из-под контроля

Он поднял руки и прозвенел парой золотых колокольчиков, привязанных к его запястьям. Их четкий звук вызвал волну духовной энергии и давления, заставляя окружающий массив резонировать с ним. Четыре духовных камня, которые служили фокусами массива, располагались по углам комнаты, на них были вырезаны узоры, уникальные для Павильона Цилин, а колокольчики активировали гравюры. Бесчисленные золотые нити образовались в воздухе, окружая Вэнь Женьхэ.

С поворотом запястий Мастера Павильона золотые нити туго обернулись и связали Вэнь Женьхэна в своей середине. Этот массив воздействовал как на тело, так и на душу. Мастер Павильона установил его задолго до того, как вошел “Чжунли Куан”. Даже если Чжунли Куан использовал первый том, чтобы узнать местонахождение небесных сокровищ и поднялся на вершину Махаяны за эти последние годы, он все еще был в мире совершенствования. Этот массив из третьего тома был божественным массивом. Даже если Мастер Павильона не был достаточно силен, чтобы использовать его в полную силу, пока он готовился, он мог сдерживать бессмертного из высших миров.

Увидев, что Чжунли Куан попал в ловушку, Мастер Павильона опустил руки, позволив рукавам упасть на колокольчики.

-“Чжунли Куан, у нас нет никакого конфликта. Все, что я хочу, это взглянуть на первый том, так почему же ты такой упрямый?”

-“Этот Достопочтенный не упрямится”, - сказал Вэнь Женьхэ из решетки - “Этот Достопочтенный пытается что-то выяснить”.

-“Этот почтенный?” ,-Хозяин Павильона нахмурился.

Этот титул вызвал у него неприятные воспоминания, но это не имело значения. Даже если бы он действительно встретил этого человека сегодня, ему больше не нужно было его бояться.

-“Даже ты можешь называть себя Почтенным?”

Вэнь Женьхэ отложил книгу и вздохнул.

-“С тех пор, как ты начал действовать, этот Достопочтенный обдумывал, как взять тебя в плен, не потревожив никого другого. Поскольку силы этого Почтенного Человека огромны, это довольно трудная задача ”.

-“Какое высокомерие!” ,- сказал Хозяин Павильона, но снова поднял свои золотые колокольчики, бдительно наблюдая за Чжунли Куаном.

Чжунли Куан, возможно, узнал какую-то секретную технику со страниц первого тома.

-“Этот Почтенный действительно не хочет раскрывать свою личность… ах, но теперь, когда я уже знаю, почему ты мужчина, я полагаю, это действительно не имеет значения.”

Вэнь Женьхэ встал, невидимый ветер шевелил его мантию. Он сменил ученую одежду на его собственную чёрную мантию, расшитые золотыми нитями, и в его руке появилась алебарда того же цвета.

-“Ты не Чжунли Куан! Ты Вэнь Женьхэ! ” ,- воскликнул Хозяин Павильона.

Его зрачки сузились, и он, казалось, вспомнил что-то болезненное.

-“Сорок два года назад этот Достопочтенный заключил с тобой соглашение, надеясь, что в течение ста лет ты будешь достоин того, чтобы сражаться”, - сказал Вэнь Женьхэ с холодной улыбкой - “Из того, что я вижу, было бы бесполезно давать тебе тысячу лет. Этот Достопочтенный устал ждать.”

Ослепительный свет исходил от Алебарды Семи Убийств, когда она направляла силу своей звезды. Вся гора начала трястись.

Ученики секты Шанцин, которые в настоящее время обсуждали между собой в комнате Бейли Цинмяо, почувствовали дрожь под ногами.

-“Что происходит?”

-“Вулкан собирается извергнуться?” ,- с сомнением произнес Яо Вендань.

Тело Цю Цунсюэ отреагировало раньше, чем ее разум пришел в себя. Она схватила Су Хуай в одну руку, а Бейли Цинмяо в другую, крича:

-“Беги! Убирайся как можно дальше от Истинной горы Инь!”

Она сказала это не ученикам секты Шанцин, а Чжунли Цяню.

Когда земля начала трястись, Чжунли Цянь в значительной степени догадался, что произошло. Услышав Цю Конгсюэ, он, не колеблясь, последовал прямо за ней.

Прошло не больше секунды с момента, когда земля начала трястись, до момента, когда Цю Цунсюэ и Чжунли Цянь выбежали из комнаты, когда Колокол Туманного Рассвета разлетелся вдребезги. Массив, окружавший Павильон Цилин, сломался вместе с ним, и без его ограничений группа могла летать. Цю Конгсюэ и Чжунли Цянь взлетели без паузы, остановившись почти в километре над вулканом.

-“Старейшина, что случилось?” ,- в отчаянии воскликнул Су Хуай.

Он никогда не встречался с Вэнь Женьхэ.

Цю Конгсюэ опустила Бейли Цинмяо и Су Хуай на землю и холодно сказала:

-“Просто посмотри на небо. Я видела эти небесные знамения только один раз, тридцать один год назад.”

Су Хуай поднял глаза и обнаружил, что ночное небо темное, и только две звезды сияют ярче луны. Это были Полис и Алкаид.

Тридцать один год назад, по завершении столкновения Вэнь Женьхэна с двадцатью одними экспертами праведных сект, Полис продемонстрировал такое сияние наверху.

С грохотом весь Павильон Цилин на вершине горной вершины рухнул. Лава извергалась из жерла вулкана с адской температурой, которая уничтожила бы любого Трансформирующегося Божества или низшего культиватора, прикоснувшегося к нему, телом и душой. Хэ Вэньчжао привел нескольких заклинателей Трансформации Божеств и выше, чтобы спасти всех остальных, и сумел добраться до группы Цю Конгсюэ, покрытой пеплом, прежде чем лава смогла добраться до них.

Менее чем за пять минут заснеженная горная вершина покрылась лавой, от жара воздух над ней задрожал. Павильон Цилин был превращен в ад на земле.

-“Что случилось?” ,- сказал Хэ Вэньчжао, все еще в панике, держа на одной руке плачущую Лю Синье - “Почему вулкан внезапно извергся? Где Чжунли Вэньцзунь и Чжунли Иньцзян?”

Цю Конгсюэ холодно посмотрела на него. Она слегка подняла палец и указала на центр поля магмы.

Хэ Вэньчжао видел только человека в черно-золотой мантии с алебардой в руке, парящего над пламенем. Позади него была полоса морозного света меча.

Когда произошло извержение, все устремились в небо. Только Инь Ханьцзян столкнулся с бьющей струей магмы, чтобы найти Вэнь Женьхэ, вступив в битву с Хозяином Павильона.

-“Это... это ты! Опять ты! Конечно, это ты!” ,- Хозяин Павильона указал на них пальцем, вспомнив, как сорок два года назад они избили его до полусмерти.

Как будто вернулась сцена сорокадвухлетней давности. И снова мороз и снег сменились бушующим пламенем, когда эти двое стояли перед ним, размахивая алебардой и мечом, полностью сокрушая его.

-“Твоя догадка была верна”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Эта книга действительно принадлежала Чжунли Куану. Этот Достопочтенный убил его, так что, очевидно, этот Достопочтенный завладел его книгой. То же самое случится и с тобой”.

Вэнь Женьхэ схватил Хозяина Павильона за руку одной рукой. Прежде чем Хозяин Павильона успел воспротивиться, он почувствовал невыразимую боль в руке, но не от того, что его тело было повреждено, а от того, что его душа была разорвана и растворена. Он быстро отрубил себе руку духовной энергией, но не смог остановить коррозию своей души. Ему пришлось стиснуть зубы и оторвать часть своей души. Тяжело дыша, он наблюдал, как его рука и душа растворяются в крови, собираясь на ладони Вэнь Женьхэ.

Сладкий запах крови ударил в нос Вэнь Женьхэ. Он уставился на кровавый шарик, плавающий в его ладони. Все, что ему нужно было сделать, это впитать это, и вся духовная сущность, которую он израсходовал в этой битве, а также его рука, будут восстановлены. В конце концов, это была душа блуждающего бессмертного.

Через некоторое время он слегка улыбнулся и разжал руку. Кровь падала и исчезала в лаве внизу.

Лава впитала душу Мастера Павильона, выпуская клубы дыма, пока Мастер Павильона наблюдал. Его тело больше не должно было болеть, но глубоко внутри он чувствовал боль от ожога. Это было так, как будто кто-то поджаривал его руку над пламенем. Он почти слышал, как шипит его плоть.

-“Ты культиватор крови!” ,- воскликнул Хозяин Павильона - “Каким образом?”

Он хотел задать еще несколько вопросов, но Инь Ханьцзян не дал ему такой возможности. Удар Армейского Сокрушительного Меча пронзил горло Хозяина Павильона.

-“Достопочтенный хочет получить твою книгу. Твой единственный выбор - дать это или отказаться, - холодно сказал Инь Ханьцзян.

Встретив бессердечные взгляды двух демонических культиваторов, Мастер Павильона понял, что у него нет квалификации, чтобы вести с ними переговоры. Если он отдаст книгу, то, возможно, выживет. Если бы он этого не сделал, то наверняка умер бы.

-“Вы двое очень сильны. Наверное, никто в мире культивирования нет сильнее тебя, Вэнь Женьхэ. Я признаю это” - Хозяин Павильона горько улыбнулся.

Он не мог говорить, поэтому передал свои слова только Венрену.

-“Но когда-нибудь ты умрешь, Повелитель демонов. Все умрут. В конце концов, только один человек может выжить. Я скажу это снова - обменяй первый том на третий! ”

-“Неужели ты думаешь, что если ты откажешься отдать его, этот Почтенный будет бояться действовать против тебя, боясь потерять его?” ,- сказал Вэнь Женьхэ - “Ты не знаешь, как мы в демонических сектах ведем дела. Мы можем разобрать твою душу на части, превратить тебя в марионетку или вселить в тебя паразитов. У нас нет недостатка в вариантах. Лидер секты Инь, отведи его обратно в секту Сюаньюань!”

Инь Ханьцзян поднял обмякшее тело Мастера Павильона и уже собирался уходить, когда подошел Хэ Вэньчжао.

-“Кто вы такие? Что вам нужно от Хозяина Павильона? Я, Хэ Вэньчжао из секты Шанцин, не позволю вам предпринимать какие-либо действия против Павильона Цилина, пока я все еще стою! ”

Независимо от того, как сильно Вэнь Женьхэ и читатели "Оскорбительного романа" презирали Хэ Вэньчжао, он был главным героем двух романов, и его внешность была безупречной. У него не было властной ауры как у Вэнь Женьхэна, которую нельзя было не заметить, и он не был таким вежливым и проницательным, как Чжунли Цянь, или молчаливо преданным, как Инь Ханьцзян. Он даже не был таким молодым и жизнерадостным, как Су Хуай. Но он был красив, и его внешность была переполнена праведностью.

Автор дал ему идеальное лицо, которое с первого взгляда показывало, что он был героем праведных сект, будущим столпом мира совершенствования. У него были острые брови и яркие глаза, которые теперь красноречиво выражали его тоску по Павильону Цилина, его решимость рискнуть своей жизнью, защищая Хозяина Павильона, даже если победить Вэнь Женьхэ ему было невозможно.

Вэнь Женьхэ знал, что Хэ Вэньчжао действительно был таким человеком. В обоих романах говорилось, что он был праведным человеком, способным пожертвовать своей жизнью ради членов своей секты. Он даже пожертвовал бы тем, кого любил, чтобы спасти своих товарищей-учеников и старейшин секты. Даже когда он делал что-то не так в книгах, это была не его вина, и оказалось, что его обманул кто-то другой.

В нескольких рецензиях в Бог Уничтожения говорилось, что он следует по стопам традиционной литературы. Исполнитель главной мужской роли был переполнен праведностью и имел тесные связи со своими друзьями. Просто у него не было нормальных отношений с женщинами, и его мировоззрение было немного скромным.

В этот момент Хэ Вэньчжао искренне хотел защитить Павильон Цилин. Это был также первый раз, когда он увидел лицо Вэнь Женьхэ, и первый раз, когда он столкнулся лицом к лицу с высвобожденной силой Повелителя Демонов. Его ментальный учитель постоянно предупреждал его бежать, говоря, что у него нет надежды победить Вэнь Женьхэна, но Хэ Вэньчжао не отступил ни на шаг. Даже если он умрет сегодня, он был полон решимости спасти Хозяина Павильона.

Бейли Цинмяо и ее группа последовали за ним. Она застыла, уставившись на своего шисюна, повернутого лицом к враждебному Вэнь Женьхэну, и открыла рот, чтобы молить о пощаде.

-“Бейли Цинмяо” , - сказал Вэнь Женьхэ - “если ты скажешь хоть одно слово, этот Почтенный убьет одного из людей твоей секты Шанцин. Этот Почтенный не любит слушать, как люди болтают без умолку. Давай посмотрим, за скольких людей в твоей секте ты готова просить милостыню”.

Бейли Цинмяо прикрыла рот рукой, слишком боясь произнести хоть слово.

Смелый ученик секты Шанцин крикнул:

-“Шимэй, не бойся! Давайте нападем на него вместе! Кого волнует, силен ли он? Мы не можем позволить ему забрать...”

Он повернулся к самому сильному человеку на своей стороне, к Бессмертной Цинсюэ, за поддержкой, но прежде чем он смог закончить говорить, рука скелета пронзила его грудь. Он с трудом повернул голову и увидел, что нападавшим на него была та самая Бессмертная Цинсюэ, на которую он смотрел снизу вверх.

-“Секта Сюаньюань не предаст своих” ,- Цю Цунсюэ убрала руку, вырвав душу этого ученика - “Хвались в соответствии со своими способностями. Вместо того чтобы молиться небесам или земле, лучше положитесь на себя”.

Горячий ветер развевал ее черную мантию, обнажая ее тело, состоящее наполовину из плоти, наполовину из костей.

За последние тридцать лет Цю Цунсюэ могла бы отрастить свою плоть, но она была вполне удовлетворена тем, как выглядела прямо сейчас. Она исследовала, как использовать силы блуждающего бессмертного с одной половиной своего тела и культиватора призраков с другой, полная решимости продолжать культивировать Путь Асуры. Су Хуай дал ей вдохновение. Он был уникальным существом, его душа была культиватором призраков, в то время как методы секты Шанцин существовали в его теле. Если бы он не умер в книге, кто знает, какой путь совершенствования он мог бы создать?

Цю Конгсюэ бросила тело ученика в огонь. Хэ Вэньчжао нырнул за ним и сумел схватить, в последнюю секунду он обжег руку.

-“Зачем вы это делаете, старейшина Цинсюэ?” - закричал он.

-“Я Левый Защитник секты Сюаньюань, Цю Конгсюэ” ,- половина лица Цю Конгсюэ медленно превратилась в череп.

Она одарила Бейли Цинмяо наполовину теплой, наполовину ужасающей улыбкой.

-“Этот Защитник должна поблагодарить Бейли Цинмяо за помощь тридцать один год назад, иначе ее уже отправили бы дальше”.

-“Старейшина инсюэ, вы...” ,-по лицу Бейли Цинмяо потекли слезы.

Она не могла поверить, что ее Старейшина была демоническим культиватором и таким бессердечным человеком.

“Возьми это обратно” ,- Цю Конгсюэ бросила душу ученика Бейли Цинмяо - “Я в долгу перед тобой за то, что ты спасла мне жизнь. В будущем, если тебе понадобится помощь, просто найди меня”.

Бейли Цинмяо поймала душу своего товарища-ученика с таким выражением лица, как будто в нее ударила молния. Человек, ради спасения которого она тогда рисковала своей жизнью, на самом деле была демоническим культиватором, убившая бесчисленное количество членов ее секты. Мастер, на которого она смотрела снизу вверх, безжалостно ударила в спину одного из ее шисюнов.

Чжунли Цянь, почувствовав ее боль, слегка вздохнул. За эти годы он повзрослел и многое понял, но все еще не мог понять, о чем думал Вэнь Женьхэ или что он планировал.

Он подошел к Хозяину Павильона и сказал:

-“Хозяин Павильона, чего бы ни хотел господин Вэнь, я настоятельно прошу вас просто отдать это ему. Из того, что я знаю о господине Вэнь, если он согласится не причинять тебе вреда, он никогда не откажется от своего слова.”

-“Что ты знаешь?” ,-дыра в горле Хозяина Павильона загудела, когда он заговорил - “Я не хочу так жить. Я лучше умру, чем буду так жить”.

Он схватил Армейский Сокрушительный Меч и выдернул его. Пристально глядя на Вэнь Женьхэна, он изменил циркуляцию своей ци и приготовился уничтожить свою Зарождающуюся Душу.

Вэнь Женьхэ поднял руку, и струйка кровавой ци вошла в его тело, мгновенно взяв его под контроль. Хозяин Павильона не смог бы умереть, даже если бы попытался.

-“Теперь этот Почтенный любопытен”, - передал ему Вэнь Женьхэ - “Что именно написано в последнем томе, что ты скорее умрешь, чем отдашь его?”

Глава 43 - Пылающее Бессмертное Небо

Вэнь Женьхэ планировал взять Мастера Павильона, несмотря ни на что. Его не беспокоило, что ученики Шанцин не смогут спасти своего Мастера Секты без Травы Локхарт. В конце концов, именно он ранил их Мастера Секты. Мысль о том, что он поможет ему выздороветь, была смехотворна.

Увидев, что Инь Ханьцзян собирается уходить с Мастером Павильона, Хэ Вэньчжао попытался напасть на него, но его удержали другие ученики.

-“Шисюн, даже Бессмертная Цинсюэ была кротом секты Сюаньюань, так какие у нас остались шансы?” ,- сказала Лю Синье, держа его за талию - “Просто... потерпи, ладно?”

Тело Хэ Вэньчжао расслабилось, хотя его кулаки оставались сжатыми, когда он ругал себя за собственное бессилие.

Если бы они не поднимали шум, Вэнь Женьхэ, естественно, не стал бы истреблять их всех. Кроме того, Хэ Вэньчжао все еще был важен для событий третьего тома "Бог Уничтожения". Прежде чем приступить к чтению третьего тома, Вэнь Женьхэ решил на время оставить его в покое.

Прежде чем они ушли, Вэнь Женьхэ оглянулся на убитую горем Бейли Цинмяо и передала ей:

-“Ты можешь последовать за этим Почтенным обратно в секту Сюаньюань”.

Вэнь Женьхэ не возражал против того, что Цю Конгсюэ раскрыла свою личность, чтобы избежать того, чтобы ее подтолкнули к борьбе с ним. Он никак не ожидал, что тайная работа Цю Конгсюэ будет иметь хоть какой-то смысл. Встреча между Бейли Цинмяо и Хэ Вэньчжао уже превзошла все его ожидания. Но ее личность поставила Бейли Цинмяо в невыгодное положение. Было неясно, что случится с Бейли Цинмяо, если она вернется в секту Шанцин, поэтому Вэнь Женьхэ сделал свое предложение, позволив Бейли Цинмяо выбирать самой.

Бейли Цинмяо молча покачала головой. Она пережила слишком сильное потрясение, и если бы не Чжунли Цянь, насильно подавлявшая свои эмоции, она бы начала рыдать на месте.

Цю Конгсюэ протянула руку в сторону Су Хуай. Она планировала сделать Су Хуая следующим Мастером Павильона Адского Огня — к черту Ши Таньсиня.

Су Хуай тоже молча отказался. Его хозяин была такой идиоткой; он должен был остаться.

Чжунли Цянь кивнул Вэнь Женьхэ. Из-за влияния Паразита, Связывающего Сердца, ему пришлось вернуться в секту Шанцин вместе с Бейли Цинмяо. С ним Бейли Цинмяо не столкнется ни с какими угрозами своей жизни.

Ученики секты Шанцин могли только беспомощно наблюдать, как Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян ушли. Проведя мгновение в оцепенении, Бейли Цинмяо достала Залитый Лунным Светом Морозный Шелк и бросилась к морю пламени.

-“Шимей, что ты делаешь?” ,- воскликнул Хэ Вэньчжао.

-“Спасаю людей!” ,-Бейли Цинмяо вытерла слезы.

Спокойствие Чжунли Цянь позволило ей осознать, что она должна сделать в этот момент.

Она не могла просто оставаться убитой горем из-за предательства мастера Цинсюэ или шокированной безжалостностью Вэнь Женьхэна. Она должна была обыскать поле лавы в поисках выживших. Каждая спасенная ею жизнь имела значение.

Почувствовав чувства Бейли Цинмяо, Чжунли Цянь вздохнул. Он сказал Су Хуаю:

-“Ты знаешь, почему, зная, что Бейли Цинмяо такая глупая, я продолжаю помогать ей избавляться от ее любви?”

Су Хуай покачал головой.

-“Потому что Бейли Цинмяо сострадательная”

Чжунли Цянь снял повязку с глаз, глядя на море пламени под ним.

-“Несмотря на то, что она знает, что Цю Конгсюэ была членом демонической секты, что однажды она спасла не того человека, она не сожалеет о своих действиях и все еще пытается спасти других сейчас”.

За двадцать два года их совместных путешествий Су Хуай впервые увидел глаза Чжунли Цяня. Это были потрясающе яркие и проницательные глаза, спокойные и проницательные.

Используя проклятие слежения, Чжунли Цянь мог видеть то, чего не мог никто другой.

Он видел, как, когда Бейли Цинмяо бросилась в огонь, они расступились перед ней и открыли путь. Пламя боялось ее, но в то же время желало причинить ей вред. Она получала ожоги один за другим, но не дрогнула, продолжая свои поиски.

Никто из учеников секты Шанцин не последовал за ней. Хэ Вэньчжао хотел нырнуть в пламя вместе с ней, но Лю Синье крепко держала его за талию, словно говоря:

-"Если ты последуешь за ней, я пойду с тобой на смерть" ,- Хэ Вэньчжао был в ярости, но в конце концов не смог заставить себя оттолкнуть Лю Синье.

Понаблюдав минуту, Чжунли Цянь закрыл глаза и снова завязал их повязкой. Больше смотреть было не на что.

-“Господин Чжунли?” ,- неуверенно спросил  Су Хуай.

-“Посмотрите сами”, - сказал Чжунли Цянь членам секты Шанцин.

Из моря пламени выскочила фигура, с ног до головы покрытая сажей. Она держала серебряный шелковый пояс, другим концом обвязанный вокруг нескольких десятков бессознательных учеников Павильона Цилин. Один из них нес зрелый стебель травы Локхарт.

Ноги Бейли Цинмяо были обожжены, и она могла стоять, только опираясь на Су Хуай. Она вытерла пепел с лица и сказала:

-“Никто из учеников Павильона не умер. Кто-то перенес их на то место, где росла трава Локхарт. Когда он созрел из-за пламени, сила, которую он излучал, защитила их ”.

Она увидела, что Хэ Вэньчжао уже заменил душу ученика, на которого напала Цю Конгсюэ, в его тело. Вэнь Женьхэ перевернул небо и землю, когда действовал, но ни один человек не погиб. Он взял только Мастера Павильона.

Бейли Цинмяо взглянула на Чжунли Цяня и упала в обморок. Ее духовная сущность была израсходована на борьбу с пламенем.

Секта Шанцин наконец-то получила свою Траву Локхарт. Они ушли, прихватив с собой учеников Павильона Цилин. Во время путешествия никто не произносил ни слова, их мысли были встревожены.

Хэ Вэньчжао сжал кулаки и сказал своему ментальному учителю:

-“Учитель, демонические секты стали слишком высокомерными. Всего несколько лет назад они соблазнили меня и сломали Систему Разделения Духов. Теперь они подвергли опасности учеников секты Шанцин и Павильон Цилин. Как я могу стать сильнее? Как я могу избавиться от этого демонического Вэнь Женьхэна?”

-“Давай посмотрим...” ,- мысленно произнес Старейшина Кровавых Демонов - “Есть один способ”.

-“Какой?” ,- сказал Хэ Вэньчжао, и его глаза заблестели.

-“Как древний культиватор, я могу сказать, что Вэнь Женьхэ культивирует путь, который может легко привести к отклонению. Он уже столкнулся с проблемой в своем совершенствовании, так что справиться с ним будет нетрудно. Нам просто нужна помощь ”.

Он был первым культиватором крови, поэтому, конечно, он мог сказать, что Вэнь Женьхэ не поглотил ни одной души и уже был на пределе своих возможностей.

-“У кого?”, - спросил Хэ Вэньчжао.

-“Давай посмотрим… Я не слишком хорошо знаком с культиваторами этого века. Но разве несколько дней назад вы не встретили неназванного культиватора? Я чувствовал, что с ним что-то не так. Он дал тебе свой талисман для послания, не так ли?”

-“Да. Он одной ногой стоял на праведном и демоническом путях, но он ценил преданность, поэтому я подумал, что с ним стоит поладить ”.

Старейшина Кровавых Демонов усмехнулся.

-“Ну, я думал, что его техника похожа на технику демонического культиватора”.

В то время как Секта Шанцин отправилась обратно, Вэнь Женьхэ уже привел Мастера Павильона в секту Сюаньюань. Он немедленно подозвал Мастера Алтаря Мяо и бросил ему Мастера Павильона.

-“Этот Почтенный хочет двух вещей. Во-первых, этот человек должен добровольно отдать книгу. Во-вторых, на данный момент его душе не должно быть причинено вреда. Используй более мягкие методы”.

Услышав приказ Вэнь Женьхэна, на лице Мастера Алтаря Мяо появилась нетерпеливая улыбка.

-“Понятно”.

Мастер Алтаря Руань, стоявший в стороне, не мог не вздрогнуть.

Все знали, что в секте Сюаньюань Защитник Цю больше всего любила мертвых людей, а Мастер Алтаря Мяо больше всего ненавидел убивать людей. В течение десяти лет Великой Войны Сект Мастер Алтаря Мяо продолжал жаловаться на то, как жаль, что погибло так много праведных культиваторов. Одного или двоих можно было бы оставить в живых, чтобы он мог разводить в них жуков.

Вэнь Женьхэ все эти годы контролировал членов демонической секты, запрещая им причинять вред обычным людям. И даже если они причиняли вред самосовершенствующимся, они должны были обращать внимание на законы перевоплощения и цикл кармы. Они не могли действовать против того, против кого хотели.

К этому моменту Мастер Алтаря Мяо уже много лет был подавлен, не в состоянии выращивать новых насекомых без людей в качестве материала. Он мог использовать только свое собственное тело, чтобы кормить их, но он был невосприимчив ко всем видам ядов и не мог видеть, как насекомые воздействуют на его собственное тело. Он создал сотни жуков, но ему не на ком было их проверить. С годами он становился все более и более отталкивающим.

Теперь, когда у него было кому втыкать жучков, у него кружилась голова от радости. Он снова и снова обещал, что, конечно же, не позволит Хозяину Павильона умереть и позволит ему жить очень здоровой жизнью.

Видя, как счастлив был Мастер Алтаря Мяо, Мастер Алтаря Руань достал свой черепаший панцирь, съежился в нем и откатился как можно дальше от него.

После ухода Мастера Павильона Вэнь Женьхэ перестал беспокоиться. Для него имели значение только результаты, а не то, как они были получены.

Вэнь Женьхэ прогнал всех в Главный зал и медленно направился к своей комнате. Инь Ханьцзян, как всегда, последовал за ним, не задавая никаких вопросов относительно действий Вэнь Женьхэ.

В своей комнате Вэнь Женьхэ говорил, заложив руки за спину и глядя в сторону.

-“Теперь ты можешь идти”.

-“Понятно” ,-Инь Ханьцзян повернулся, собираясь закрыть за собой двери, когда его втащили обратно в комнату.

Он увидел, как глаза Вэнь Женьхэ покраснели, его рука обхватила шею Инь Ханьцзяна, большой палец прижал его подбородок вниз. Вэнь Женьхэ внимательно изучила его лицо, словно решая, куда укусить.

-“Почтенный?” ,-Инь Ханьцзян наблюдал за Вэнь Женьхэ без всякого страха.

Меч в его руке предупреждающе звякнул.

Как магическое оружие, оно обладало волей защищать своего хозяина. Если бы он когда-нибудь почувствовал опасность, то предупредил бы своего хозяина.

Инь Ханьцзян никогда не хранил свое оружие внутри своего тела. Теперь Армейский Сокрушительный Меч вытряхнулся из ножен, направив свой клинок на Вэнь Женьхэ.

Алебарда Семи Убийств в теле Вэнь Женьхэ почувствовал враждебность Армейского Сокрушительного Меча и тоже задрожал, возвращая Вэнь Женьхэ в сознание.

Вэнь Женьхэ облизнул потрескавшиеся губы и закрыл глаза. Он отпустил Инь Ханьцзяна.

-“Почтенный?” ,- сказал Инь Ханьцзян, пытаясь успокоить свое бешено бьющееся сердце.

Он хотел обнять своего Преподобного, но сдержал их, схватив его за руки ладонями.

-“У Достопочтенного есть какие-нибудь приказы?” ,- сказал он с наигранным спокойствием.

-“Лидер секты Инь, через несколько дней этот Почтенный должен отправиться в Кровавый Ад. Ты должен остаться в секте Сюаньюань и взять на себя мои обязанности. До тех пор, этот Достопочтенный надеется, что ты сможешь достичь Махаяны, чтобы взять на себя руководство ” ,- Вэнь Женьхэ говорил, повернувшись спиной, не глядя на Инь Ханьцзяна.

Глаза Инь Ханьцзяна на мгновение потускнели. Он знал, что Вэнь Женьхэ, как культиватор крови, должен в будущем совершенствоваться в Кровавом Аду. Он также знал, что его собственная сила слишком слаба, и он никогда не выживет там. Было бы лучше, если бы он остался в секте Сюаньюань, чтобы содержать все в порядке для своего Преподобного.

Но…

Он склонил голову и тихо сказал:

-“Этот подчиненный понимает”.

Выйдя из комнаты Вэнь Женьхэна, он сразу же почувствовал, как за его спиной поднялась стена, мешающая ему почувствовать присутствие Вэнь Женьхэ.

Он посмотрел на свои слегка дрожащие руки, затем достал из мантии маску призрака и надел ее.

Надев маску, Инь Ханьцзян чудесным образом успокоился. Голос, казалось, говорил в его голове:

“Нет никаких проблем. После того, как Достопочтенный уйдет, просто тайно следуйте за ним”.

Инь Ханьцзян снял маску. Он подумал: “Но если Достопочтенный ушел так надолго, что будет с сектой Сюаньюань?”

Он снова надел маску, и голос сказал:

“Разве не легко держать секту под контролем? Защитник Шу и Защитник Цю не ладят, Защитник Цю хочет убить мастера Алтаря Ши и найти кого-нибудь на его место, Мастер Алтаря Руань ненавидит Мастера Алтаря Мяо, Мастер Алтаря Ши - естественный враг жуков Мастера Алтаря Мяо, Мастер Алтаря Юань беспокоится о том, что Защитник Шу покончит с ним и установит кого-то другого. Просто заставь их сражаться и убивать друг друга в течение ста лет, и к тому времени Почтенный должен вернуться ”.

Инь Ханьцзян снял маску, его глаза ничего не выражали. Через мгновение его голова чопорно повернулась, как у марионетки, и на его лице появилась ослепительная улыбка.

Войдя в свою комнату, Вэнь Женьхэ вызвал Алебарду Семи Убийств, крепко сжимая ее, когда она пыталась вырваться. Это была часть его, но когда его кровяная ци вышла из-под контроля, она не признала его своим хозяином и попыталась покинуть его тело. Пока Вэнь Женьхэ смотрел на него, в его сознании появилась техника растворения и поглощения его.

Он с силой хлопнул себя по лбу и сумел вернуть себе некоторую рациональность.

Он не мог стать демоном. По крайней мере, не прямо сейчас.

Вэнь Женьхэ думал, что, поскольку Хэ Вэньчжао вознесся в царство бессмертия в конце Тома 1, Тома 2 и 3 не появятся в мире совершенствования. Он должен быть в состоянии найти Том 2 только в царстве бессмертных. Тем не менее, том 3 уже появился, и, судя по времени, это было примерно в то же время, что и первый.

Разве не возможно, что все три тома появились одновременно? Что ему посчастливилось получить первый том, в то время как два других уже были подобраны другими и прочитаны от корки до корки?

В "Жестоком романе" был выбран главный мужской персонаж Вэнь Женьхэ, в то время как "Бог уничтожения: Том 1" выбрал хорошего друга главного героя Чжунли Куана, а в третьем томе была выбрана главная жена, Мастер Павильона Цилин. Все они были второстепенными персонажами, так что получателем второго тома тоже должен быть один из них.

Все цели книг были самыми близкими людьми к главному герою мужского или женского пола, так что, судя по этому, получателем второго тома, скорее всего, был демонический культиватор Чен Чжэнци или странствующий целитель Яо Цзяпин.

Он уже начал искать Чен Чжэнци. Яо Цзяпин был странствующим бессмертным, чьи путешествия были непредсказуемы, поэтому его было трудно найти.

На самом деле, было бы лучше, если бы книга была у Яо Цзяпина. Он был блуждающим бессмертным, поэтому ему было бы трудно предпринять действия против таких крупных сект, как Сюаньюань или Шанцин. В худшем случае это был Чен Чжэнци. Если бы предатель демонической секты обладал информацией из второго тома и сумел извлечь из нее некоторое содержание первого тома, их враги имели бы преимущество перед ними.

Таким образом, ему нужно было приобрести третий том. Он содрал бы шкуру с Хозяина Павильона и вырвал бы ему сухожилия, если бы пришлось.

Пока Мастер Алтаря Мяо допрашивал Мастера Павильона, Вэнь Женьхэ медитировал, произнося Заклинание Ясного Разума. Время, проведенное в одиночестве в спокойной обстановке, значительно улучшило его состояние. Через семь дней Мастер Алтаря Мяо прислал сообщение, что Мастер Павильона сдался и хочет поговорить с Вэнь Женьхэ.

Чтобы уменьшить искушение, Вэнь Женьхэ запечатал свои чувства обоняния, вкуса и осязания, оставив только слух и зрение. Инь Ханьцзян со спокойным выражением лица последовал за ним, когда он отправился на поиски Мастера Алтаря Мяо.

Мастер Алтаря Мяо держал Мастера Павильона в ярко освещенной комнате, лежащего на полу, как труп. Он не пострадал, но время от времени под кожей его лица появлялась выпуклость, прежде чем исчезнуть. Кто знает, сколько жуков было в его теле?

Вэнь Женьхэ заставил всех остальных подождать снаружи и осталась в комнате наедине с Хозяином Павильона. Поскольку его запах и вкус были запечатаны, он не мог говорить. Он передал ему:

“Ты принял свое решение?”

-“Хех...” ,- с трудом произнес Хозяин Павильона - “Ты… действительно заслужил… быть почтенным Демоном. Так много способов заставить кого-то желать смерти, способов, которые я даже не мог себе представить. Скажи Мастеру Алтаря Мяо, чтобы он вынул жуков из моего тела, и я отдам книгу тебе.”

“Этот Достопочтенный уже дал тебе шанс”, - передал Вэнь Женьхэ - “Поскольку ты отказался тогда, ты не имеешь права вести переговоры сейчас. Передай мне третий том. Прочитав его, этот Почтенный решит, удалять или нет твоих паразитов. Ты можешь продолжать отказываться. Этот Достопочтенный никуда не спешит.”

Хозяин Павильона не хотел терпеть эту агонию еще один день. После минутного колебания он отказался от сопротивления, сунул руку за лацкан пиджака и вытащил книгу. Кто знал, где был спрятан его склад.

Вэнь Женьхэ не беспокоился, что он что-то замышляет. Он был в его власти, и у него не хватило мужества.

Вэнь Женьхэ взял третий том. На обложке был изображен разрушенный храм с силуэтом фигуры, стоящей перед ним. Эта фигура казалась неописуемо одинокой и побежденной.

Он открыл его и увидел на титульном листе:

“Из-за большой сюжетной дыры, появившейся в истории, был выбран самый близкий персонаж к главному герою, чтобы помочь ему сформировать душевную связь с Бейли Цинмяо”.

Миссия этого тома состояла в том, чтобы соединить мужскую и женскую роли? Для чего?

Как только он перешел на вторую страницу, то обнаружил отличие от первого тома. Там было краткое содержание, описывающее не первый том, а второй.

Краткое содержание гласило:

“После многих сражений Хэ Вэньчжао победил Бессмертного Пылающего Неба. Взяв с собой своих жен Бессмертную Мастера Цилин и Бейли Цинмяо, он вознесся в божественное царство”.

Бессмертное Пылающее Небо? Вероятно, как и Вэнь Женьхэ, он был вдохновителем второго тома, врага, которого Хэ Вэньчжао должен был победить в конце. Читатели назвали бы его последним боссом.

Пылающее Небо... Увидев эти слова, Вэнь Женьхэ вспомнил о главном бессмертном артефакте, находящемся на запретной территории секты Сюаньюань, Пылающем Небесном Барабане.

Глава 44 - Изначальная божественность

отложил пока свои вопросы и продолжил читать, надеясь, что в третьем томе будет больше информации о Бессмертном Пылающем Небе.

К сожалению, кроме того, что главные герои дважды упоминают его имя, о нем больше ничего не было написано. Вэнь Женьхэ быстро просмотрел третий том. Общий обзор истории состоял в том, что после входа в божественное царство Хэ Вэньчжао был признан одним из богов реинкарнацией предыдущего бога. Он подружился с людьми, которых знал в своей предыдущей жизни, продолжая набирать силу и избивать некоторых вознесенных богов. Все в божественном царстве теперь были вознесенными богами, а все изначальные боги давным-давно пали.

Первые две трети истории были довольно мирными. Старые друзья и жены Хэ Вэньчжао один за другим возносились в божественное царство, в то время как Хэ Вэньчжао продолжал заводить новых друзей и брать новых жен. Бейли Цинмяо, которая много раз появлялась в первом томе, казалось, почти исчезла в этом. Зато упоминалась Мастер Цилин, которая сопровождала Хэ Вэньчжао весь путь, прекрасно ладя со своими новыми женами.

В последней трети все быстро пошло под откос . Во-первых, один из друзей Хэ Вэньчжао внезапно отклонился и стал демоном, так что каждый был вынужден убить своего собственного хорошего друга. В то же время пришло известие, что барьер в Кровавом Аду был сломан. 180 тысяч демонических богов, которые были запечатаны в древние времена, сбежали и превратились в пустошь человеческого царства.

У их друга, который сошел с ума, были родственники в человеческом мире, и он был проклят, используя свою родословную, став испорченным.

Сначала пал мир культивирования, затем царство бессмертных. Вознесенные боги сражались изо всех сил, но разрушительная сила и тлетворное влияние демонических богов были слишком сильны. Любой, кто сталкивался с ними, был либо убит и поглощен, либо стали демонами. Чтобы сдержать вторжение демонических богов в божественное царство, друзья Хэ Вэньчжао один за другим отправлялись в царство бессмертных, чтобы сразиться. Хэ Вэньчжао, ныне предводитель богов, тоже хотел уйти, но в этот момент мастер, которому он всегда доверял, отвернулся от него.

Оказалось, что его хозяин был демоном, кровавым демоном. Он так заботился о том, чтобы направлять Хэ Вэньчжао в прошлом, чтобы однажды украсть его тело. Старейшина Кровавых Демонов терпеливо ждал все это время, пока миры не погрузились в хаос. С помощью окружавшей его демонической энергии он попытался одним махом завладеть телом Хэ Вэньчжао.

Когда Хэ Вэньчжао был на грани смерти, Бейли Цинмяо, которая к этому моменту была скрыта более чем на 800 000 слов, наконец появилась. Чтобы защитить Хэ Вэньчжао, она установила с ним душевную связь. Они объединили свои силы, чтобы уничтожить Старейшину Кровавых Демонов раз и навсегда.

Но Бейли Цинмяо была тяжело ранена Старейшиной Кровавых Демонов. Когда она умерла, Хэ Вэньчжао, чья душа была связана с ней, должен был последовать за ней. Но Бейли Цинмяо за мгновение до своей смерти сделала что-то, чтобы защитить его, так что он выжил, а она нет.

После смерти Бейли Цинмяо, когда Хэ Вэньчжао сидел и плакал, космос изменился, и три мира рухнули. Человеческое, бессмертное и божественное царства стали единым целым. Большинство жизней в трех мирах и вознесенных богах были уничтожены в одно мгновение.

Только теперь они поняли, что Бейли Цинмяо в своей прошлой жизни была последним изначальным богом, рожденным вместе с небом и землей. Она управляла бедствиями, насылая катаклизмы на человеческий мир, уравновешивая перенаселенность жизни и поддерживая равновесие созидания и разрушения. Такова была цель Бейли Цинмяо.

Она уже обрела свою божественную природу в человеческом мире и могла вознестись, но из-за своей любви к Хэ Вэньчжао она отказалась от нее. Без контроля Бейли Цинмяо божественная природа начала без разбора обрушивать бедствия. Из-за ненависти и вины бесчисленных смертных он был запятнан злом, в конечном счете освободив 180 тысяч демонических богов из Кровавого Ада.

Тем не менее, Бейли Цинмяо все еще была связана с божественной природой. Ее существование поддерживало порядок в трех мирах. В тот момент, когда она умерла за Хэ Вэньчжао и пал последний из существовавших изначальных богов, божественная природа освободилась от всех ограничений. Следуя своей изначальной природе, он хотел вернуть космос к хаосу. Хэ Вэньчжао объединил три царства, используя демонических богов, чтобы поглотить всю энергию в царствах, стремясь преобразовать демоническую энергию в изначальный хаос и вернуть все существование в небытие.

Поняв все, Хэ Вэньчжао повел всех своих жен и друзей в бой. В конце концов, все они умерли, и даже все демонические боги были уничтожены.

После смерти своей последней жены, Мастера Цилина, Хэ Вэньчжао был единственным, кто остался в мире. Он стоял перед разрушенным императорским храмом, глядя на окружающее его опустошение. В одиночку он бросился в массу демонической энергии, которая трансформировалась в первобытный хаос.

В последний момент перед тем, как его тело растворилось в хаосе, вступила в силу душевная связь Хэ Вэньчжао с Бейли Цинмяо. Он слился с божественной сущностью Бейли Цинмяо, обретя способность контролировать самую первобытную силу вселенной. В одно мгновение он стал божественным императором.

Почти все творение уже превратилось в ничто. Как божественный император, Хэ Вэньчжао обладал силой созидания и разрушения. Следуя своим воспоминаниям, он разделил космос обратно на три царства и воссоздал своих друзей и жен.

Мастер Цилин и Бейли Цинмяо также были воскрешены. Все праздновали вместе и жили счастливо вечно. Конец.

Вэнь Женьхэ : …

Этот финал казался удовлетворительным. Но чем больше вы думали об этом, тем страшнее это было.

Каждый человек видел мир по-своему. Прочитав как "Оскорбительный роман", так и "Бог Уничтожения", Вэнь Женьхэ особенно четко осознал этот факт. Воспоминания Хэ Вэньчжао о его друзьях и трех мирах никак не могли быть настоящими мирами и его настоящими друзьями.

Если бы в конце Хэ Вэньчжао решил принять все и позволить объединенному миру воссоздать себя и дать начало новой жизни, это было бы новое начало. Но был ли этот мир, который он воскресил из своих воспоминаний, счастливым концом, или Хэ Вэньчжао мечтал о бесчисленных эпохах, один в стороне от своих фантазий? Был ли его выбор началом мира или его концом?

Вэнь Женьхэ был не единственным, у кого были эти сомнения. Даже читатели "Бог Уничтожения" усомнились в такой концовке.

[Мне все равно, сколько девушек получит МС. Я буду следить до тех пор, пока сюжет хорош, а ведущий силен и надирает задницы. Но этот вывод… ты уверен, что это счастливый конец?]

[Перелистывая обложку и читая слова ‘Бог уничтожения’, затем возвращаясь к заключению, я почувствовал озноб.]

[Не буду здесь ходить вокруг да около. Мне нравятся гаремы, мне нравится смотреть, как МС заполучает всех девушек. Но я предпочитаю, чтобы жены были реальными людьми, а не воображаемыми! Даже если Хэ Вэньчжао обладает способностью создавать жизнь, разве он не просто создает свои фантазии?]

[Я долго думал о концовке. Является ли она неполной? Кажется, что это не так, все вернулись к жизни и все такое. Но… почему это просто кажется неправильным?]

Конечно, были и люди, хвалившие автора за то, что он написал удовлетворительную концовку и идеально вписался в название. Но в основном отзывы выражали сомнение и замешательство.

Вэнь Женьхэ также задавался вопросом — останется ли разум божественного императора нетронутым после того, как он провел тысячи лет со своими ложными творениями? Не отклонился бы он от курса? На этом история может закончиться, но будут ли люди в ней действительно счастливы вечно?

По крайней мере, Мастер Цилин так не думал.

Вэнь Женьхэ теперь практиковался в чтении длинных романов, и ему не нужно было тратить семь дней и ночей на их изучение, как это было с "Оскорбительным романом". Он научился читать по нескольку строк за раз и быстро схватывать основные моменты. Благодаря своему мощному познанию он закончил бегло просматривать третий том за несколько часов, а Мастер Павильона все еще лежал перед ним на полу.

Увидев, что Вэнь Женьхэ опустил книгу и посмотрел на него, он сказал:

- “В этой книге упоминается, что в мире совершенствования ты был убит Хэ Вэньчжао, и я тоже приложил к этому руку. Я не хотел, чтобы ты знал, поэтому не осмелился передать тебе книгу.”

-“Этот Достопочтенный знает это. Если ты пытаешься этим спровоцировать этого Почтенного, то можешь забыть об этом”, - сказал Вэнь Женьхэ.

С тех пор как он прочитал "Оскорбительный роман", он знал свою судьбу — то есть вывод, который авторы написали для "Повелителя демонов". Он нисколько не возражал.

Вэнь Женьхэ пробился по Пути Убийства и уже расстался с жизнью и смертью. В жизни он будет бороться изо всех сил. Встретив смерть, он спокойно примет свою судьбу. Если бы для него было возможно изменить судьбу, то он бы вознамерился это сделать. Но если его смерть была предопределена, то не было необходимости слишком беспокоиться об этом.

-“Это так?” ,- спросил Мастер Павильона, увидев выражение лица Вэнь Женьхэна.

Он горько улыбнулся.

-“Но я не такой, как ты. Я боюсь смерти. Особенно я боюсь быть ‘воссозданным’ кем-то после моей смерти, живя по чьим-то представлениям. Главная жена? Я понимаю себя. Если бы я вышел замуж за Хэ Вэньчжао, это было бы потому, что я заметил одержимость Бейли Цинмяо им, и пытался манипулировать ее чувствами и убить ее, чтобы украсть ее божественную природу ”.

Очень жаль, что божественная природа была связана с Бейли Цинмяо и не могла быть взята. Независимо от того, как Мастер Павильона причинила вред Бейли Цинмяо в книге, она не могла убить ее. И Хэ Вэньчжао, который когда-то был у неё на ладони, становился все сильнее и сильнее, пока не превзошел ее. Она была вынуждена продолжать в том же духе, продолжая быть доброй и всепрощающей главной женой. По крайней мере, она могла последовать примеру Хэ Вэньчжао и извлечь выгоду из того, что он получил, и смогла быстро получить власть, так что ей удалось вынести это.

-“Но забудь обо всем этом сейчас. Если бы я уже знала, что есть так много преимуществ в формировании душевной связи с Бейли Цинмяо, я бы никогда не цеплялась за Хэ Вэньчжао. С таким же успехом я могла бы обладать мужским телом и сама выйти замуж за Бейли Цинмяо. По крайней мере, я не буду такой, как Хэ Вэньчжао, берущим десятки жен. Я посвящу себя только Бейли Цинмяо, так в чем же я не лучше Хэ Вэньчжао? И тогда, когда придет время, божественная природа будет принадлежать мне, я стану божественным императором, и тем, кто в конце концов выживет, буду я! ” ,-красивое лицо Хозяина Павильона исказилось.

Из-за его возбуждения паразиты гу в его теле активизировались, заставляя его дергаться от боли.

“На самом деле ты довольно рациональна, раз придумала такой план”, - сказал Вэнь Женьхэ.

Хозяин Павильона была довольно безжалостным человеком, готовой в одно мгновение сменить пол. Было очень плохо, что женщина, описанная в "Боге уничтожения", все это время была фальшивой личностью. Тем не менее, все читатели думали, что она была внимательной женой без каких-либо жалоб, намного лучше, чем мятежная Бейли Цинмяо.

Конечно, она не держала на него зла. Во-первых, у нее никогда не было никакой любви. Она просто была рядом с Хэ Вэньчжао, чтобы извлечь из него пользу. На самом деле она была рада, что Хэ Вэньчжао взял больше жен, чтобы он меньше беспокоил ее.

Бейли Цинмяо была единственной, у кого были чистые намерения, но читатели назвали ее непослушным ребенком.

Вещи редко оказывались такими простыми, какими казались. Поверхность тихого пруда скрывала неисчислимые тайны, и мало кто был способен заглянуть в его глубины.

Вэнь Женьхэ отложил книгу в сторону. Взглянув на жалкую Хозяина Павильона, он сказал:

-“Этот Почтенный никогда не отказывается от своего слова. Поскольку ты передала книгу, тебя не убьют. Но у этого Почтенного есть еще одна просьба. Меня очень интересует эта твоя техника одержимости, которая может завладеть любым телом, мужским или женским.”

Поскольку Мастер Павильона уже раскрыла свой самый большой секрет, она перестала сопротивляться и легко отказалась от техники. Вэнь Женьхэ, услышав это, понял, что это ему не подходит. Техника одержимости блуждающего бессмертного включала в себя преобразование собственного тела в бессмертную энергию, затем изгнание души цели и вхождение в ее тело через акупунктурную точку Байхуэй. Таким образом, можно было получить плотское тело, сохранив при этом всю силу блуждающего бессмертного.

Это была прекрасная техника, но она работала только для блуждающих бессмертных и не имела никакого смысла для Вэнь Женьхэ.

Он вздохнул про себя, затем позвал Мастера Алтаря Мяо и велел ему удалить паразитов Мастера Павильона.

Мастер Алтаря Мяо выглядел опустошенным. Он с горечью подошел к Хозяину Павильона, тихо ворча:

-“Разве ты не можешь быть немного более упрямым? Неужели ты не можешь продержаться еще несколько дней?”

Мастер павильона: …

Что было не так со всеми в секте Сюаньюань?

-“Почтенный, должен ли этот человек быть убит или искалечен?” ,- сказал Мастер Алтаря Мяо, действуя как нетерпеливый подчиненный.

Хозяин Павильона стиснула зубы.

-“Вэнь Женьхэ, ты сказал, что отпустишь меня после того, как я отдам книгу!”

-“Этот Достопочтенный верен своему слову, но этот Достопочтенный согласился оставить тебя в живых, а не отпустить”, - холодно сказал Вэнь Женьхэ.

Мастер Павильона могла продолжать играть до божественного царства в книге и могла мгновенно менять пол, узнав сюжет. Сам Вэнь Женьхэ был впечатлен такой стойкостью, но это означало, что он не мог так легко отпустить ее.

Немного подумав, он сказал:

-“Отдай его Защитнику Цю. За то время, что она работала под прикрытием в секте Шанцин, она... может быть, и не показала никаких результатов, но определенно приложила некоторые усилия. Поскольку она потеряла своих подчиненных на Алтаре Адского Пламени, этот Почтенный мог бы также вознаградить ее .”

Мастер павильона: …

После того, как Мастер Павильона была передана Защитнику Цю, Вэнь Женьхэ было все равно, убила ли она ее, превратила ли ее в бессмертного призрака или заключила с ней соглашение об убийстве Повелителя Демонов.

Мастер Алтаря Мяо был удручен, но он не посмел пойти против приказа Вэнь Женьхэ и отвел Мастера Павильона к Цю Конгсюэ.

Вэнь Женьхэ повел еще более молчаливого, чем обычно, Инь Ханьцзяна обратно в его комнату, обдумывая свой следующий шаг.

События третьего тома сказали ему, что Бейли Цинмяо нельзя позволить умереть, а также что она должна успешно слиться с божественной природой и быть достаточно сильной, чтобы контролировать ее. В противном случае вся жизнь была бы уничтожена, и три королевства вернулись бы в хаос.

Бейли Цинмяо должна культивировать Путь Безразличия.

Тем не менее, существовала какая-то скрытая сила, которая постоянно препятствовала просветлению Бейли Цинмяо. Каждый раз, когда она подвергалась небесной скорби, ей полностью промывали мозги, и ее одержимость Хэ Вэньчжао была единственным, что оставалось в ее голове. Что это делало? Небесный закон или предыдущее воплощение Хэ Вэньчжао?

Этого не могло быть ни в том, ни в другом случае.

Вэнь Женьхэ , неспособный понять любовь, не мог ответить на этот вопрос. Он не мог не спросить того, кто был рядом с ним:

-“Лидер секты Инь, как кто-то может снова и снова говорить себе забыть человека, но не делать этого? Как они могут решаться делать это каждый раз, но при этом продолжать совершать одни и те же ошибки, снова попадаться в ловушку?”

Он просто задал случайный вопрос. В конце концов, Инь Ханьцзян тоже не понимал любви.

У него не было никаких ожиданий ответа, но Инь Ханьцзян ответил.

-“Он сам не хочет забывать[2]”.

2. Он использовал местоимение "он". Однако по-китайски "он" и "она" звучат одинаково, только пишутся по-разному.

Вэнь Женьхэ удивленно обернулся, увидев пристальный взгляд Инь Ханьцзяна, сфокусированный на нем. Когда их глаза встретились, Инь Ханьцзян сжал губы.

-“Этот подчиненный...”

-“Ты прав, лидер секты Инь!” ,- сказал Вэнь Женьхэ, хлопнув в ладоши - “Ты мне напомнил!”

Единственным, кто мог контролировать Бейли Цинмяо, была она сама. Божественная природа всегда была частью ее, и после отделения от изначальной богини она сохранила свое собственное сознание. Она была рождена космосом и разделяла ее природу, и могла использовать силу, высвобожденную небесными бедствиями, чтобы воздействовать на разум Бейли Цинмяо, насильно наполняя ее любовью к Хэ Вэньчжао.

Природа космоса была лишена эмоций и любви, и изначальная богиня была такой же. Если бы вся привязанность Бейли Цинмяо была сосредоточена на одном мужчине, она ни за что не смогла бы слиться с божественной природой.

В конце Оскорбительного Романа Бейли Цинмяо уже обрела божественную природу, но внезапно в ее голове появились такие мысли, как “Шисюн не хочет, чтобы я убивала”, “Секта научила меня считаться с простыми людьми”. На самом деле это было доказательством того, что она не смогла подчинить себе божественную природу.

Ей нужна была непоколебимая воля, чистый Путь Безразличия и истинное сострадание, которое одинаково смотрело бы на всю жизнь, чтобы по-настоящему слиться с божественной природой. Бейли Цинмяо попыталась силой принять его до того, как была готова, и потерпела неудачу, тем самым приведя ко всему, что произошло дальше.

Никто не влиял на нее. Тем, кто сдерживал Бейли Цинмяо, всегда была она сама. Или можно было бы сказать, что это был космос.

Бейли Цинмяо должна культивировать Путь Безразличия. Если она не могла слиться с божественной природой, лучше было убить ее немедленно, не позволяя ей сформировать душевную связь с кем-либо. Лучше воссоздать космос, чем свершиться заключение книги, где один человек придумал мир в одиночку.

Глава 45 - этот ученик не желает

Разобравшись в своей проблеме, Вэнь Женьхэ достал "Оскорбительный роман", желая посмотреть, как дела у Бейли Цинмяо в секте Шанцин. Секта Шанцин должна была бы что-то сделать с вопросом об истинной личности Цю Конгсюэ. Вэнь Женьхэ уже много раз читал эту книгу перед Инь Ханьцзяном, не собираясь скрывать это, и Инь Ханьцзян тоже никогда не пытался заглянуть в ее содержание. Он только внимательно смотрел на Вэнь Женьхэ, наблюдая, как тот читает.

Комментарии были полны бурной дискуссии о событиях в Павильоне Цилин.

[Подожди минутку, подожди минутку, что только что произошло? Жена главного героя, большая злодейка женского пола, теперь стала мужчиной и хочет выйти замуж за МС? Автор, о чем ты думаешь?]

[Кто знает, но популярность этой истории стремительно растет, и она уже находится в топе рейтинга.]

[Давайте обсудим, является ли Мастер Цилин все тем же человеком или нет. Что, если он причинил боль ведущему в оригинальной истории, потому что любил ее и хотел, чтобы она увидела, какой подонок Хэ Вэньчжао?]

[Я не думаю, что он настоящий Мастер Павильона. Может быть, что-то случилось, первый Мастер Павильона умер, и этот парень заменил ее. Он относится к ней с любовью и заботой, что приводит к тому, что все крутые любовные увлечения борются за нее. Я в восторге, просто думая об этом.]

[Проснись, предыдущий постер. Настоящий задира Вэнь Женьхэ этого не одобрял. Он проник в Павильон, сбил с ног Мастера Павильона и разрушил половину Истинной горы Инь. Боже мой, Повелитель Демонов такой классный!]

[Эта книга сейчас похожа на американские горки. В одну минуту я тронут тем, что Мастер Павильона хочет жениться на МС, а на следующей странице Вэнь Женьхэ несет его тело, как мертвую собаку. Здесь нельзя привязываться к персонажам. Если вы что-то чувствуете к ним, в следующий момент они предадут ваши ожидания.]

[Вот именно! Меня предала моя Бессмертная Цинсюэ! Она, она, она на самом деле Демоническая Левая Защитница Цю Конгсюэ, которая заботилась о шисюне Бейли Цинмяо, еще более злобная, чем сестра Шу! По крайней мере, моя сестра Шу похищает Зарождающиеся Души. Цю Конгсюэ забрал его настоящую душу! Практикуют ли оба Защитника секты Сюаньюань технику Девяти Костяных Когтей Инь[1]? Являются ли их фирменные приемы ударом в спину?]

1. Это известная злая техника из популярного романа уся "Легенда о героях Кондора". Персонаж этой книги, Мэй Чаофэн, создала эту технику после того, как предала своего учителя, украла у него руководство по совершенствованию и сбежала, чтобы пойти с другим учеником.

[Мой корабль Сюэмяо исчез, он растаял, он испарился. Видя, как MC грустит из-за ее предательства, кажется, что она просто сломалась. Мой милый невинный цветок нуждается в объятиях.]

[У меня есть вопрос. Как получилось, что в оригинальной истории, когда МС продолжали оскорблять, я просто хотел избить и подонка, и тупую суку, но теперь, когда Цю Конгсюэ предает Бейли Цинмяо, я просто хочу обнять ее? Я даже не ненавижу сестру Цинсюэ, фейспалм...]

[Поскольку ситуация иная, это вина общества, а не МС или Цинсюэ. И похоже, что Цинсюэ на самом деле никогда не пыталась скрыть свою истинную личность, мы просто все были слепы и выборочно игнорировали ее сомнительные моменты. Я думаю , что… она была слишком прямолинейной?]

[Вэнь Женьхэ тащил Мастера Павильона, но оставил Чжунли Цяня, так какова же была его цель? Папа не одобряет его женитьбу на своей дочери, он доволен только своим собственным выбором Чжунли Цянь, поэтому он пришел, чтобы отбить его у нее?]

[Рассуждения предыдущего постера несколько странны, но это все же верное объяснение.]

[Маленькой Бейли удалось взять себя в руки, она бросилась в огонь и спасла дюжину учеников Павильона, и даже нашла еще одну Траву Локхарта. Соб, я был неправ, я не ненавижу святые белые лотосы[2], если они действительно добрые и бескорыстные.]

2. Относится к женскому персонажу, который очень милый, невинный и немного наивный.

[Мне нравятся святые, но я боюсь, что с Бейли Цинмяо будут плохо обращаться, как только она вернется в свою секту. Но я буду продолжать читать!]

[Она не должна быть такой. Она получила Траву Локхарта для секты Шанцин, так что они не могли сделать ей ничего слишком плохого.]

Как и предполагали читатели, секта Шанцин в настоящее время горячо спорила о том, как им следует обращаться с Бейли Цинмяо и ее учителем.

После того, как они вернулись в секту с Травой Локхарта, Хэ Вэньчжао отправился на поиски известного бессмертного целителя Яо Цзяпина. Он был тем, кто написал рецепт Мастера Секты. Хэ Вэньчжао познакомился с ним, когда искал врача, и после одного раунда боя они стали хорошими друзьями.

Бейли Цинмяо временно держали в административном зале, ожидая, пока Мастер Секты проснется, чтобы он мог решить, как с ней поступить.

Что касается учеников Павильона Цилин, секта Шанцин предложила им резиденцию во внешнем дворе, позволив им некоторое время смириться с уничтожением своей секты, прежде чем они решат, что делать дальше. Если бы они были готовы присоединиться к секте Шанцин, их бы приветствовали, так как секта Шанцин все еще восстанавливалась после Великой войны Сект, хотя сначала им нужно было передать секретные техники Павильона Цилина.

В оригинальной книге, после того, как Мастер Цилин женилась на Хэ Вэньчжао, две секты объединились и обменялись техниками, так что это не было большим изменением.

Хэ Вэньчжао вернулся с Яо Цзяпином всего через один день. Яо Цзяпин был очень худым и носил синие одежды. Поскольку он был странствующим бессмертным, у него была моложавая внешность, и он был довольно красив. Поставленный рядом с главной мужской ролью и любовными увлечениями в "Оскорбительном романе", он немного не дотянул, но все еще мог считаться одним из высших.

Он очень быстро приготовил эликсир, и после того, как он отдал его Мастеру Секты, Мастер Секты вскоре проснулся. Бейли Цинмяо оказала секте Шанцин большую услугу, так что теперь их руки были еще больше связаны в наказании ее.

После того, как Мастер Секты проснулся и услышал обо всем, что произошло за последние тридцать лет, он слабо вздохнул и сказал:

-“Великая война Сект была крупным событием. Я не могу принять это решение в одиночку. Как насчет того, чтобы Старейшина Административного Зала созвал всех членов секты на уровне Трансформации Божества или выше, чтобы обсудить этот вопрос? ”

Таким образом, все собрались в главном зале заседаний административного зала. Бейли Цинмяо и ее ученик Су Хуай сидели посередине, а вокруг них сидели более двадцати культиваторов Трансформации Божеств. Поскольку положение Чжунли Цяня было особым, Секта Шанцин позволила ему присутствовать на слушаниях в качестве гостя, и он также мог вносить предложения, хотя будут ли они приняты или нет, решала секта Шанцин.

Бейли Цинмяо побледнела под пристальными взглядами присутствующих, но все равно успокаивающе похлопала Су Хуая по руке. Ее взгляд был твердым, и она уже мысленно подготовилась.

Старейшина Цинронг заботилась о своем ученике, несмотря ни на что, и заговорила первой.

-“Бейли Цинмяо не знала, что Цю Конгсюэ была членом демонической секты. В то время она была частью команды помощи, и в том, чтобы спасти человека, нет никакого преступления. Кроме того, это не было решением Бейли Цинмяо позволить Цю Конгсюэ присоединиться к секте Шанцин; это было по единодушному согласию всех старейшин. Цинмяо также рисковала своей жизнью, чтобы вырвать Траву Локхарт из моря пламени. Я клянусь своей душой, что Цинмяо никогда не предавала секту Шанцин. Она хорошая, послушная ученица”.

Услышав слова своего хозяина, Бейли Цинмяо слегка покраснела, и на ее лице появилась легкая улыбка.

-“Но моя душа в руках Цю Конгсюэ”, - мрачно сказала Лю Синье - “Бейли Цинмяо подарила Семицветное Сердце Лотоса Цю Конгсюэ, позволив ей манипулировать мной с его помощью”.

В этих дебатах было две основные стороны. Одним из них была старейшина Цинронг, которая заботилась о своей ученице и верила, что она невиновна. Другой была Лю Синье, которая думала, что Цю Конгсюэ строила заговор в тени. Бейли Цинмяо путешествовала с Цю Конгсюэ в течение тридцати лет, так что она, возможно, уже вступила в демоническую секту и возвращалась в секту Шанцин, чтобы продолжать быть шпионом под прикрытием. Возможно, она спасла Мастера Секты для вида. Может быть, та Трава Локхарта, которую она получила, была вовсе не недавно созревшей, а предыдущей, которую Вэнь Женьхэ взял у Хозяина Павильона и отдал Бейли Цинмяо.

Все это время Чжунли Цянь молчал, ведя себя так, словно судьба Бейли Цинмяо его не волновала.

Хэ Вэньчжао тоже хранил молчание. В конце концов, тот, кто обвинял Бейли Цинмяо, была его женой. Он пристально смотрел на бледное лицо Бейли Цинмяо, но его шимей ни разу не взглянула на него.

Наконец, он больше не мог этого выносить. Не обращая внимания на умоляющий взгляд Лю Синье, он вышел вперед и встал рядом с Бейли Цинмяо.

-“Мастер, боевые дяди, товарищи-культиваторы. Вэньчжао помнит все, что вы сказали, поэтому я надеюсь, что все будут готовы выслушать несколько моих слов ”.

За последние тридцать лет Хэ Вэньчжао занял прочное положение в секте Шанцин. Хотя он был младшим, его уровень развития был выше, чем у многих старших, поэтому его слова имели большой вес. Под пристальным взглядом всех присутствующих он сказал:

-“Нет никаких сомнений в том, что Бейли-шимей получила Траву Локхарта. Это доказывает ее преданность секте. Что все обсуждают, так это то, попала ли она за тридцать лет своего путешествия под контроль Цю Конгсюэ. На этот вопрос тоже легко ответить. Чтобы вернуть долг ее жизни Бейли-шимэй, Цю Конгсюэ подарила ей жетон. Все, что нам нужно сделать, это попросить Бейли-шимей позвать Цю Конгсюэ, а мы тем временем устроим ловушку, чтобы убить ее. Таким образом, мы можем нарушить духовную клятву Лю Синье, а также нанести удар по Защитнику Демонической Секты!”

Его идея могла спасти Бейли Цинмяо, а также освободить Лю Синье от опасности, так что для него и секты Шанцин это можно было считать убийством двух зайцев одним выстрелом. Старейшины секты обсудили это между собой и не нашли в этом ничего плохого, в то время как у Лю Синье также не было причин возражать.

-“Бейли Цинмяо, ты согласна?” ,-сказал старейшина Административного зала Цин Юэ.

Бейли Цинмяо, под всеобщим пристальным взглядом, встала. Она встала на колени, уперлась обеими руками в землю и низко склонила голову.

-“Этот ученик не желает”.

-“Почему?” ,-одновременно воскликнули Старейшина Цинронг и Хэ Вэньчжао.

Когда она узнала, что Цю Конгсюэ была демоническим культиватором, она была явно убита горем из-за того, что ее обманули!

Бейли Цинмяо слишком сильно ударилась головой об пол, и когда она подняла глаза, у нее на лбу было красное пятно. Она покачала головой.

-“После прихода в Секту Шанцин мастер Цинсюэ никогда не делала ничего, что могло бы навредить секте. Секта Шанцин понесла тяжелые потери в Великой войне Сект, и ее положение как лидера праведных сект было шатким. Когда распространился слух, что странствующий бессмертный присоединился к нам в качестве приглашенного старейшины, другие секты перестали оспаривать нашу позицию, что дало нам тридцать лет на восстановление.”

“Во время нашего тридцатилетнего путешествия мастер Цинсюэ разоблачила клан Нанго, использующие злые искусства для воспитания своих наследников, ученики Долины Билуо, захватывающие невинных призраков, чтобы усовершенствовать почти бессмертные артефакты, буддийская секту, похищающие женщин, чтобы культивировать путь Будды Радости, и многое другое. Я следовал за мастером Цинсюэ в течение этих тридцати лет и видела все своими собственными глазами, помня их в своем сердце ”.

“Она может быть демоническим культиватором, но она никогда не обманывала меня. Она никогда не говорила, что идет праведным путем. Это я упрямо пыталась спасти всех. Это правда, что праведный и демонический пути не могут мирно сосуществовать, и если конфликт начнется снова и мы окажемся по разные стороны поля боя, я не буду колебаться.”

“Но когда дело доходит до использования долга благодарности мастера Цинсюэ, использования ее доверия ко мне, чтобы причинить ей вред, Бейли Цинмяо не желает этого!”

Она посмотрела прямо на старейшин, сидящих над ней, ее взгляд был непоколебим.

-“Я не совершала преступления, дружа с человеком. То, что мой шисюн был ранен от рук мастера Цинсюэ, и то, что демоническая секта получила контроль над обетом духа Лю-шицзе, были преступлениями, и я готова принять любое наказание за них ”.

Ее спина была прямой, и казалось, что ее крошечные плечи могут выдержать вес всего мира.

Чжунли Цянь тихо захлопал в ладоши. Обращаясь к толпе, он сказал:

-“Госпожа Бейли вызывает мое глубочайшее восхищение. Я не буду молить о пощаде для нее и не буду стоять на пути ее решения ”.

Он больше ничего не сказал, и, казалось, жизнь Бейли Цинмяо не имела для него никакого значения. Но все знали, что Бейли Цинмяо была связана с Журавлиноволосым Странником с помощью паразита, связывающего сердца. Он ни за что не позволил бы Бейли Цинмяо умереть, если бы дело действительно дошло до этого.

-“Шимей!” ,-Хэ Вэньчжао упал на колени и схватил Бейли Цинмяо за плечи - “Почему ты ведешь себя так глупо?”

-“Не прикасайся к моему учителю!” ,-Су Хуай достал тонкий железный прут.

В тот момент, когда Хэ Вэньчжао увидел это, он почувствовал боль в какой-то части своего тела и быстро отпустил Бейли Цинмяо.

Лю Синье была в ярости, увидев, как Хэ Вэньчжао прикасается к Бейли Цинмяо прямо у нее на глазах. С мрачным выражением на лице она закричала:

-“Бэйли Цинмяо промыли мозги демоническая секта! Эта ученица надеется, что старейшины примут решение в ее пользу!”

Секта Шанцин оказалась в трудном положении. С Чжунли Цянь там, они не могли легко наказать Бейли Цинмяо. После некоторого обсуждения Цин Юэ сказала:

-“Бейли Цинмяо, мы решили поместить вас и Су Хуай на Скалу Саморефлексии в дальних горах и дать вам немного времени на размышление. Мы надеемся, что вы скоро придете к правильному решению. Если вы в конечном итоге не осознаёте этого, тогда нам придется принять меры”.

-“Я понимаю”, - сказала Бейли Цинмяо.

Выражение ее лица было спокойным, когда она приняла свое наказание.

Она и Су Хуай были заключены на запретную территорию в дальних горах, помещены под домашний арест, как в оригинальной истории.

Первоначально это было потому, что Мастер Цилин, желая жениться на Хэ Вэньчжао, сказала, что Бейли Цинмяо окружена бедствиями и должна быть заперта, иначе она подвергнет опасности всю секту. Секта Шанцин не поверила ей, предположив, что она просто завидовала отношениям Бейли Цинмяо с Хэ Вэньчжао. Но когда они пригласили гадалку, то обнаружили, что судьба Бейли Цинмяо была багровой, и даже небесные знаки бедствия не были такими зловещими, как знаки на ней. Должно быть, она была реинкарнацией какого-то демонического бога.

Все читатели подумали, что это был трюк Мастера Цилина, но Вэнь Женьхэ знал, что гадалка была права. Бейли Цинмяо была воплощением катастрофы, и ее судьба действительно выглядела именно так.

Бейли Цинмяо не верила, что ее судьба такова, и восстала против приказов своей секты, поэтому ее лопатка была заблокирована. Она была настолько жалкой, насколько это вообще возможно.

Но теперь она была другой. Бейли Цинмяо была непреклонна в своем решении, и Чжунли Цянь защищал ее. Несмотря на то, что она находилась под домашним арестом, ее сердце было спокойным и ровным.

В ту же ночь Хэ Вэньчжао пришел умолять ее передумать. Она сказала:

-“Шисюн, не проси меня предавать мои принципы и не веди себя так близко с другой женщиной, когда ты уже женат. Не разрушай свой образ, который я храню в своем сердце”.

Хэ Вэньчжао мог вернуться только побежденным. Он не провел ту ночь с Лю Синье. Стиснув зубы, он сказал своему учителю:

-“Вэнь Женьхэ и Цю Конгсюэ, должно быть, использовали какую-то злую технику, чтобы контролировать шимэй. Что я могу сделать, чтобы спасти ее?”

-“Давай посмотрим...” ,- сказал Старейшина Кровавых Демонов с мрачным смешком - “У меня есть идея. Но тебе придется временно отдать мне свое тело.”

После минутного колебания Хэ Вэньчжао согласился. Ни одна из книг не продвинулась дальше этого момента. Обе книги были написаны с точки зрения их главных героев, так что Бог Уничтожения намеренно опустил бы то, что Старейшина Кровавых Демонов делал прямо сейчас, чтобы усилить напряженность.

Закончив чтение исправлений, у Вэнь Женьхэ появилось легкое нехорошее предчувствие. В его распоряжении было три книги, и он мог в любое время следить за развитием сюжета, но теперь, когда Хэ Вэньчжао начал действовать против него, книга об этом умолчала.

Вэнь Женьхэ понимал, что книга не может показать всего. То, что можно было включить в него, было лишь верхушкой айсберга, но теперь, когда он точно не учитывал действия, предпринятые против секты Сюаньюань, Вэнь Женьхэ насторожился.

Может ли это быть...?

Он все еще не обнаружил местонахождение второго тома. Отличался ли второй том от двух других книг? Или этот получатель был намного умнее остальных и сообразил, как скрыть свои действия?

Вэнь Женьхэ пролистал все исправленные части. Имя одного человека вообще не появилось.

Этим человеком был Чен Чжэнци.

Глава 46 - Травля змеи

После того, как его клан был уничтожен, Вэнь Женьхэ приобрел привычку всегда готовиться к наихудшему сценарию, никогда не надеясь на случайность.

Он не подумал:

“Может быть, это не Чен Чжэнци, или даже если это он, может быть, он не знает, что сюжет изменился”.

Он заботился только о наихудшем возможном исходе.

Он знал, что Мастер Цилин не знал, кто получил первый и второй том. Точно так же владелец второго тома не знал бы о связи Бейли Цинмяо с божественной природой. С двумя томами, которые у него были, он мог предположить, что во втором томе рассказывалось о событиях после того, как Хэ Вэньчжао и Бейли Цинмяо вознеслись в царство бессмертных. В первом томе друзья Хэ Вэньчжао также возносились один за другим. Наиболее вероятной информацией, которую мог знать владелец второго тома, была смерть Вэнь Женьхэ из краткого изложения предыдущего тома, а также тот факт, что главным злодеем второго тома был Бессмертный Пылающего Неба.

После получения книги у Чен Чжэнци было два варианта. Один из них состоял в том, чтобы принять Хэ Вэньчжао как главного героя и преданно следовать за ним, чтобы оседлать его фалды. Второй способ состоял в том, чтобы отвергнуть его и дождаться подходящего момента, чтобы украсть его возможности и стать самым сильным.

Судя по тому, когда появились первый и третий том, второй том тоже должен был появиться тридцать лет назад. За эти тридцать лет имя Чен Чжэнци ни разу не появилось в пересмотренном первом томе. Если бы человек решил выслужиться перед кем-то, он появился бы гораздо раньше и сделал бы все возможное, чтобы помочь этому человеку.

Вэнь Женьхэ, несмотря на то, что он не хотел побеждать Бейли Цинмяо, появился на несколько десятилетий раньше, потому что ему нужно было помочь ей, и у него не было злого умысла по отношению к ней. Даже читатели выразили удивление по поводу его раннего дебюта. Поскольку Чен Чжэнци этого не сделал, шансы на то, что он хотел поддержать Хэ Вэньчжао, были невелики. Вероятно, он выбрал второй вариант.

Он должен быть человеком с амбициями и мозгами, так что же он будет делать сейчас? Вэнь Женьхэ не был особенно амбициозным человеком и на самом деле не понимал мыслей своих подчиненных в секте Сюаньюань. Но он мог спросить.

Чен Чжэнци был мужчиной, поэтому никому из Мастеров Алтаря нельзя было доверять. Из Защитников Секты Цю Конгсюэ не нужно было рассматривать, а Шу Яньянь была убита Хэ Вэньчжао и Чен Чжэнци в книге, так что она никак не могла быть им.

-“Вызовите Правого Защитника”, - сказал Вэнь Женьхэ.

Инь Ханьцзян отправил талисман с сообщением, и вскоре Шу Яньянь ворвалась в Главный зал. На самом деле она была одета должным образом, хотя румянец окрасил ее лицо. Должно быть, она просто совершенствовалась.

-“Защитник Шу, этот Почтенный не может кое в чем разобраться и нуждается в вашей помощи”, - сказал Вэнь Женьхэ.

-“Спрашивай”, - смиренно сказала Шу Яньянь - “Эта подчиненная скажет все, что она знает”.

-“Допустим, однажды ты получила божественную книгу, которая предсказывала будущее”, - сказал Вэнь Женьхэ - “В нем, без сомнения, говорилось, что Вэнь Женьхэ умрет, и ты станешь новым мастером секты Сюаньюань. После этого ты поднимаешься в царство бессмертных и станешь чьим-то подчиненным, помогая ему убить правителя царства бессмертных. С помощью этой книги ты можешь предсказывать будущее. Как бы ты поступила?”

Шу Яньянь: …

Ее сердце бешено забилось. Ее лорд спрашивал об этом, потому что знал, что она хотела убить его при подходящей возможности, стать Повелителем Демонов, затем подняться со своими подчиненными и затаиться в царстве бессмертных, пока у нее не появится шанс убить лидера бессмертных?

После дальнейших размышлений она пришла к выводу, что это маловероятно. Кто не знал, что она хотела заменить Вэнь Женьхэна? Кто потрудился скрыть этот факт? Нет, Достопочтенный не был таким параноиком; он поощрял амбиции членов секты Сюаньюань. То, что он сказал, должно было иметь какой-то более глубокий смысл.

Шу Яньянь улыбнулась.

-“Достопочтенный рассказывает анекдот. Если бы эта подчиненная действительно получила такую книгу, она не позволила бы Достопочтенному умереть. Сила Преподобного велика, так что эта подчиненная не смогла бы убить его, если бы могла...”

Она подняла голову, чтобы посмотреть на Вэнь Женьхэ, но прежде чем она успела это сделать, ее пригвоздил убийственный взгляд Инь Ханьцзяна.

Шу Яньянь посмотрела на Инь Ханьцзяна и увидела, что в какой-то момент он надел маску призрака. Под этим его глаза горели, заставляя его казаться совершенно другим человеком.

-“Достопочтенный...” ,-она указала на Инь Ханьцзяна.

-“Что?” ,- Вэнь Женьхэ повернул голову и увидел Инь Ханьцзяна, стоящего позади него с мечом в руке, как будто ничего необычного не было. Хотя кончики его пальцев на мече побелели, и он, казалось, испытывал боль.

Вэнь Женьхэ взял его за руку и мягко сказал:

-“Лидеру Секты Инь не о чем беспокоиться. Этот Почтенный так просто не умрет. И этот Достопочтенный уже позволил тебе последовать за ним в загробную жизнь”.

Инь Ханьцзян изобразил улыбку, как у марионетки, как будто он заставил каждый мускул своего лица двигаться с помощью своей духовной энергии. В его голосе не было никаких эмоций.

-“Этот подчиненный понимает”.

С таким приказом Инь Ханьцзян, вероятно, был бы в порядке. Вэнь Женьхэ кивнул и снова повернулся к Шу Яньяню.

Шу Яньянь: …

Ни в коем случае, почтенный, Инь Ханьцзян не выглядит так, будто у него есть какое-либо намерение подчиняться вашим приказам. Он снова надел маску; он выглядит так, словно собирается совершить убийство.

Шу Яньянь была частью демонической секты в течение многих лет, ранее она следовала за старым Мастером Секты. Она видела всевозможных демонических культиваторов, но никогда не видела никого похожего на Инь Ханьцзяна, который выглядел так, словно вылез из ям ада.

Она была близка к вершине Махаяны, но ее запугивал простой культиватор Границ Пустоты, заставляя отступать. Сила Инь Ханьцзяна не была разумной!

-“Защитник Шу?” ,- сказал Вэнь Женьхэ с нетерпением в голосе.

Он все еще ждал ее ответа. Шу Яньянь успокоила свое сердце. Она чувствовала, что здесь нет правильного ответа. Если бы она солгала и польстила Вэнь Женьхэну, он был бы раздражен. Если бы она сказала правду, у нее было такое чувство, что прямо сейчас она не смогла бы одолеть Инь Ханьцзяна в бою.

Зажатой между ними, Шу Яньянь наконец ответила:

-“Если бы это был другой Защитник или один из Мастеров Алтаря, они, вероятно, использовали бы свое предвидение и оставались бы скрытыми в течение надлежащего времени, чтобы убить Достопочтенного и устранить оппозицию. В царстве бессмертия… они, вероятно, убили бы бессмертного господа, а также человека, за которым следовали, лишив их обеих возможностей и вознесения к божественности. Но это то, что сделали бы другие люди. Если бы это был этот подчиненный, я бы отдала книгу тебе и никогда не позволил бы тебе столкнуться с какой-либо опасностью ”.

Глядя на маску Инь Ханьцзяна, она сказала:

-“Эта подчиненная навсегда предана Почтенному” ,- наконец, Инь Ханьцзян медленно снял маску.

Он склонил голову набок, глядя на нее, и его лицо постепенно расплылось в улыбке.

Шу Яньянь: …

Она вдруг подумала, что Почтенный должен был прожить приятную долгую жизнь. Если бы он действительно умер, вероятно, никто не смог бы контролировать этого бешеного зверя Инь Ханьцзяна.

С ответом Шу Яньяна Вэнь Женьхэ теперь в достаточной степени понял план Чен Чжэнци. Во-первых, объедините силы со Старейшиной Кровавых Демонов и убейте Вэнь Женьхэна, взяв под контроль секту Сюаньюань. Во-вторых, соберите информацию о Бессмертном Пылающем Небе и убейте его. Все это время ведите себя лояльно по отношению к Хэ Вэньчжао, ожидая удобного случая нанести удар. В-третьих, убей Хэ Вэньчжао.

Поскольку он действовал в тени, они могли с таким же успехом использовать против него его собственные уловки и разыграть спектакль, чтобы выманить его из укрытия.

Приняв решение, Вэнь Женьхэ сказал Шу Яньяню:

-“Позови Левого Защитника и Мастеров Алтаря в Главный зал. Этому Почтенному нужно кое-что обсудить с ними. Кроме того, по поводу этого вопроса...”

-“Какой вопрос?” ,- непонимающе переспросила Шу Яньянь - “Тот, который ты только что задал мне?”

-“Ты хорошо ответила”, - сказал Вэнь Женьхэ с легкой улыбкой.

Правый Защитник действовала эффективно и собрала всех в Главном зале менее чем за два часа. В последний раз, когда все собирались подобным образом, это было для секты, вступающей в уединение, а в предыдущий раз это было для Великой Войны Сект. Все задавались вопросом, насколько это важно сейчас.

Вэнь Женьхэ обвел взглядом толпу. Помимо Ши Таньсиня, выглядевшего робким, все были полны планов, жаждущих должности Мастера Секты. Цю Конгсюэ была тем, кто скрывала это меньше всего.

-“Я думаю, все уже знают, что ученица привлекла внимание этого Почтенного, Бейли Цинмяо из секты Шанцин”, - сказал Вэнь Женьхэ - “У нее особенно высокие способности, поэтому этот Достопочтенный хочет вырастить из нее своего противника. Она очень ценна для меня. Но теперь, из-за Защитника Цю, она была осуждена сектой Шанцин. Этот Почтенный боится, что выбранный им ученик уничтожит свой духовный корень сектой Шанцин, поэтому хочет услышать идеи каждого ”.

Цю Конгсюэ хотела что-то сказать, но Шу Яньянь оттащила ее назад. Она передала:

-“Я знаю, что у тебя нет мозгов, но просто послушай меня хоть раз и ничего не говори”.

Цю Конгсюэ непонимающе уставилась на нее, и из-за ее колебаний мастер Алтаря Руань заговорил первым.

-“Секта Шанцин ослаблена, поэтому мы можем просто надавить на них, чтобы они выдали Бейли Цинмяо”, - сказал Мастер Алтаря Руань.

-“Этот Достопочтенный боится, что они откажутся. Им нельзя позволить причинить вред Цинмяо — моей ученице”.

Шу Яньянь: ?

Она ничего не слышала, верно? Неужели Достопочтенный только что этими словами проявил некоторое беспокойство по отношению к Бейли Цинмяо? Нет, он намеренно создавал у людей впечатление, что у него возникли чувства к Бейли Цинмяо и он пытался это скрыть. Он использовал Бейли Цинмяо в качестве приманки!

Она закрыла рот, не смея произнести ни слова.

-“Вы можете сделать ее культиватором призраков”, - услужливо предложила Цю Конгсюэ.

-“Этот Достопочтенный не хочет, чтобы ей причинили хоть малейший вред”, - сказал Вэнь Женьхэ, бросив на нее свирепый взгляд -“Защитник Цю, как мастер Бейли Цинмяо, вы совсем не беспокоитесь о ней? А?”

В последнем слове прозвучала ярость, которой они никогда раньше от него не слышали.

Цю Конгсюэ была ошеломлена. Разве предложение сделать Бейли Цинмяо культиватором призраков не продемонстрировало ее заботу и благосклонность к своему ученику? Она все приготовила для нее! Она уже очистила душу Мастера Цилина, и как только Бейли Цинмяо станет культиватором призраков, она сможет поглотить его и тут же подняться до Махаяны. Она думала о своем ученике!

-“Достопочтенный, я…”

Прежде чем она смогла закончить, Вэнь Женьхэ взмахнул рукавом и отправил ее в полет, выплевывая полный рот крови.

-“Этого достаточно. Вы все - кучка бесполезных дураков! Этот Почтенный сам во всем разберется!”

“Кипя от злости” Вэнь Женьхэ встал. Перед уходом он многозначительно посмотрел на Шу Яньяня.

Самая умная женщина в секте Сюаньюань: …

-“Кхе, кхе, что с Почтенным? Почему он так зол?” ,- дрожа, сказал Ши Таньсинь.

Полагаясь на свою внешность, он прислонился к боку Шу Яньяня.

-“Защитник Шу, я недолго был Мастером Алтаря и встречался с Преподобным всего несколько раз, так что я не очень хорошо его знаю. Не могли бы вы дать мне несколько советов? Кхе, кхе!“

Шу Яньянь поняла задачу, которую дал ей Вэнь Женьхэ. Она боялась, что у нее не будет возможности что-нибудь сказать, пока Ши Таньсинь не спросил ее. Довольная, она погладила его по подбородку и сказала:

-“Ты спросил нужного человека. Насколько я понимаю, наступило любовное бедствие Преподобного ”.

-“Ты хочешь сказать...” ,-глаза у всех загорелись, кроме Цю Конгсюэ.

-“Кто бы мог подумать, что такой жестокосердный человек, как наш Преподобный, влюбится в такую чистую, невинную девушку? Ах, если бы я знала, что это в его вкусе, я бы сыграла эту роль ”, - сказала Шу Яньянь, изображая сожаление - “Я знала многих мужчин за эти годы. Когда речь заходит о ком-то вроде Вэнь Женьхэна, чье сердце никогда не двигалось веками и кто не обращает внимания на романтику, как только он встретит любовь, он влюбится по уши в мгновение ока. Если бы я ему нравилась, он действительно был бы готов умереть за меня ”.

-“Кто ему нравится?” ,-Цю Конгсюэ наконец поднялась на ноги.

Улыбка Шу Яньянь исчезла, как только она увидела ее.

-“Не ты”, - холодно сказала она -“Так или иначе, Бейли Цинмяо очень дорога для Вэнь Женьхэ. Никому лучше не связываться с ней” ,-  хитрой улыбкой и этими словами Шу Яньянь ушла.

***

В ту ночь человек сидел один в комнате, листая книгу и перечитывая несколько строк. Он сказал себе:

-“Когда в этой книге говорилось, что Вэнь Женьхэ влюбился в Бейли Цинмяо, сражаясь за нее с Хэ Вэньчжао, я подумал, что это ложь. Как мог такой бессердечный человек, как он, влюбиться в девушку? Но, оказывается, это было любовное несчастье?”

Его внешность была неразличима в темноте. Он продолжал листать книгу, бормоча:

-“Но у Вэнь Женьхэна тоже должны быть книги. Как он мог не знать, как он умрет? Это возможность или ловушка?”

Он достал талисман с посланием, который Старейшина Кровавых Демонов позаимствовал у тела Хэ Вэньчжао, чтобы отправить ему. Как он и предсказывал, то, что Кровавый Демон сделал после того, как завладел телом Хэ Вэньчжао, не должно быть записано в книге. Поэтому он не назвал своего имени при встрече с Хэ Вэньчжао и раскрыл свою истинную личность только тогда, когда Кровавый Демон отвечал за тело Хэ Вэньчжао.

-“Вэнь Женьхэ, Кровавый Демон, Хэ Вэньчжао, Бейли Цинмяо — никто из вас не знает, какова моя цель. Даже если это ловушка, все, что мне нужно сделать, это быть осторожным и никогда не раскрывать свою личность ”, - размышлял человек - “Хорошо, если ты хочешь вовлечь меня в действие, тогда я буду рыбаком, и пока кулик и моллюск сражаются друг с другом[1], я буду окончательным победителем”.

1. Это басня. Пока кулик и моллюск сражаются друг с другом, рыбак ловит их обоих.

В колеблющемся свете лампы этот человек принял решение и отправил свое сообщение Кровавому Демону.

***

Когда Вэнь Женьхэ вернулся в свою комнату, наорав на всех, Инь Ханьцзян сказал:

-“Если Достопочтенный желает спасти Бейли Цинмяо, то этот подчиненный готов вступить в секту Шанцин и рисковать своей жизнью ради нее”.

Услышав его слова, Вэнь Женьхэ сделал паузу, глядя на преданное выражение лица Инь Ханьцзяна, которое говорило, что он был готов умереть за своего Преподобного, точно так же, как четвертый исполнитель главной роли, который тихо стоял на страже рядом с Бейли Цинмяо.

Вэнь Женьхэ шевельнул губами, не зная, как ему следует объясняться с Инь Ханьцзян.

Он не позволил Инь Ханьцзян читать "Оскорбительный роман", потому что история была переработана только наполовину. Вторая половина была такой же, как и в оригинальной книге, где Вэнь Женьхэ снова и снова рисковал своей жизнью ради Бейли Цинмяо, нежно относился к ней и, наконец, пожертвовал собой ради нее. Вэнь Женьхэну самому не нравилось это читать. Он абсолютно не мог позволить Инь Ханьцзяну увидеть это.

И в "Оскорбительном романе", и в "Бог уничтожения" смерть Вэнь Женьхэна в конце еще не была пересмотрена. Вэнь Женьхэ не был уверен, что сможет бросить вызов небесам и изменить судьбу. Он не мог обещать Инь Ханьцзяну, что тот не умрет.

Немного подумав, он только сказал:

-“Бейли Цинмяо важна, но не только для этого Почтенного человека. Она важна для всех трех королевств, так что этот Достопочтенный помогает ей.”

Инь Ханьцзян опустился на колени перед Вэнь Женьхэ и тихо слушал.

-“Этот Почтенный не хочет ничего скрывать от тебя. Вполне возможно, что где-то есть кто-то, кто знает больше, чем я. Он действует в тени, так что этот Почтенный намерен выманить его. Эти слова были полуправдой, но в основном они были шоу в его пользу. Что касается того, сработает это или нет, этот Почтенный не может сказать ”.

Инь Ханьцзян набрался смелости и схватил Вэнь Женьхэна за руку. Он спросил тоном вынужденного спокойствия:

-“Преподобный в опасности?”

-“Я не уверен” ,- Вэнь Женьхэ покачал головой - “Враг не обязательно слабее меня. И мне также нужно использовать эту возможность, чтобы избавиться от угрозы ”.

-“Достопочтенный не умрет”, - упрямо сказал Инь Ханьцзян - “Этот подчиненный не позволит ему этого”.

-“Кто знает? Люди строят планы, но небеса решают, удастся им это или нет” ,- Вэнь Женьхэ здохнул.

В конце концов, Искусство Крови не было лишено слабостей.

Инь Ханьцзян посмотрел на выражение его лица и почувствовал, как Армейский Сокрушительный Меч дернулся в его руке. Он крепко сжал ее, пряча злобный взгляд в своих глазах.

Глава 47 - Обман

-“Что это такое?” ,- яростно сказал Хэ Вэньчжао, держа в руках талисман с посланием.

В какой-то момент она появилась в его комнате. Секта Шанцин уже укрепила свою оборону, услышав, что Вэнь Женьхэ уже давно интересовался Бейли Цинмяо и боялся, что он появится, чтобы забрать ее.

Несмотря на то, что он был женат на Лю Синье уже много лет, сердце Хэ Вэньчжао все еще принадлежало его маленькой шимэй. Кроме того, по мере того как он продолжал набираться сил, он пришел к убеждению, что нет ничего плохого в том, что мужчина берет трех или четырех жен. Лидер клана Нанго был практикующим махаяну с ордой жен, к которым он относился с любовью и которые помогали ему управлять его поместьем. Хэ Вэньчжао в настоящее время был самым молодым культиватором Границы Пустоты в мире культивирования и был уверен, что в будущем поднимется до Махаяны, поэтому он вполне мог взять несколько жен.

В сердце Хэ Вэньчжао место его настоящей жены было зарезервировано за Бейли Цинмяо. Он всегда видел в ней свою жену, поэтому, когда услышал, что она нравится Вэнь Женьхэну, он пришёл в ярость. Вспоминая события на горе Истинный Инь, Вэнь Женьхэ попросил Бейли Цинмяо уйти с ним. К счастью, шимей отказалась.

Хэ Вэньчжао находил невыносимым, что кто-то настолько могущественный хотел заполучить его шимей.

“Учитель ” ,-спросил он - “ как я могу избавиться от этой мрази культивационного мира?”

“Давай посмотрим...” ,_Старейшина Кровавых Демонов мысленно усмехнулся - “Разве твой Мастер Секты только что не проснулся? Позволь мне использовать твое тело, чтобы сказать ему кое-что.”

“Почему я должен отдавать тебе свое тело?” ,-Хэ Вэньчжао почувствовал себя неохотно. Каждый раз, когда он позволял своему учителю использовать свое тело, в его памяти оставалось пустое место, и он не мог знать, что делал его учитель. Это заставило его почувствовать себя неуютно, и он начал испытывать опасения по отношению к своему хозяину.

“Потому что я подозреваю, что Вэнь Женьхэ поместил в тебя паразита гу на горе Истинной Инь и теперь может слышать твои мысли”, - сказал Старейшина Кровавых Демонов - “Лучше всего, если я воспользуюсь твоим телом, а ты на время отстранишься от этого тела. Если этот план провалится, мы не сможем одолеть Вэнь Женьхэна. Когда он похитит твою маленькую шимей, у него будет все злое колдовство в мире, чтобы наложить на нее. Одно-единственное заклинание может заставить ее забыть тебя навсегда.”

Хэ Вэньчжао колебался еще несколько мгновений, затем стиснул зубы и сказал: “Хорошо, я позволю тебе владеть моим телом в течение следующих нескольких дней!”

Пересмотр Бог Уничтожения на этом закончился, хотя Оскорбительный Роман продолжился немного дальше, записав, как Хэ Вэньчжао нанес визит Бейли Цинмяо. Бейли Цинмяо почувствовала, что с ним что-то не так, но когда она собиралась спросить, он ударил ее, потеряв сознание. Су Хуай, похоже, тоже потерял сознание.

Все читатели "Оскорбительного романа" спрашивали, что только что произошло. Неужели Лю Синье приняла облик Хэ Вэньчжао, чтобы навредить Бейли Цинмяо? Комментарии были полны обсуждений и вопросов. Однако Вэнь Женьхэ знал, что Хэ Вэньчжао, скорее всего, был одержим Кровавым Демоном. Он не отдавал себе отчета в своих действиях.

Странно. Чен Чжэнци знал бы, что Хэ Вэньчжао был главным героем, так что имело смысл, что он хотел, чтобы им овладели, но почему он хотел нокаутировать Бейли Цинмяо? Вэнь Женьхэ думал, что, обратив внимание Чен Чжэнци на Бейли Цинмяо, он больше сосредоточит сюжет на Оскорбительном  романе, чтобы он мог использовать его для контроля ситуации. Что Чен Чжэнци думал о Бейли Цинмяо?

Что-то было не так в этой ситуации.

Перед Вэнь Женьхэ появилась шахматная доска. Он поставил две белые фигуры, и внезапно доска непредсказуемо изменилась. Черный теперь, без его ведома, был окружен Белым.

У Бог Уничтожения было три тома. Чен Чжэнци было нетрудно догадаться, что у него есть первый том. Но у "Оскорбительного романа" был только один том, и он был первым, кто получил его.

Единственным, кто знал об этом, был Инь Ханьцзян, который никогда бы не допустил утечки информации.

Вэнь Женьхэ держал две черные фигуры и закрыл глаза, обдумывая, как лучше их расставить, чтобы поменяться ролями.

Чен Чжэнци, Вэнь Женьхэ, Кровавый Демон, Хэ Вэньчжао, Бессмертный Пылающего Неба.…

Его глаза распахнулись, и он решительно положил фигурки на место. Обстоятельства изменились в одно мгновение. Он слегка улыбнулся. С кем бы он ни столкнулся, он мог противопоставить тысяче планов один из своих.

Два месяца спустя Мастер Алтаря Юань получил сообщение от ученика, вышедшего на улицу, и поспешил на встречу с Вэнь Женьхэ.

-“Почтенный, это плохо!” ,- сказал он в отчаянии - “До наших Носителей Послания дошел слух в мире культивирования, что за последние два месяца были убиты семнадцать культиваторов Единства Тела и выше из праведных сект и кланов культивирования. Один из них был в Махаяне. Они все умерли от, от...”

"Несущие послание" были особой организацией в секте Сюаньюань, управляемой Мастером Главного зала. Они выдавали себя за странствующих земледельцев, иногда становясь гостями земледельческих кланов, которым было поручено собирать информацию о мире земледелия.

-“Как они умерли?” ,- спокойно сказал Вэнь Женьхэ.

-“Все они были растворены в крови и поглощены...” ,- Мастер Алтаря Юань бросил испуганный взгляд на Вэнь Женьхэ и отступил на несколько шагов - “Секта Шанцин поделилась подробными отчетами о битве с Кровавым Демоном десять тысяч лет назад, распространив слух, что культиваторы крови должны поглощать души других культиваторов, чтобы получить силу, и были уверены, что станут демонами. Если люди умирают таким образом, то это означает, что… пришествие демона”.

-“Закрой свой рот!” ,-Инь Ханьцзян, стоявший позади Вэнь Женьхэна, пнул Алтарного мастера Юаня ногой и приставил свой меч к его горлу.

Большинство людей в секте Сюаньюань уже знали, что Вэнь Женьхэ стал культиватором крови. Все оставалось мирным, потому что никто не знал методов культивирования кровавого культиватора. Теперь, когда он услышал информацию от секты Шанцин, Мастер Алтаря Юань был по праву напуган. Однако Инь Ханьцзян не позволил ему предположить, что Вэнь Женьхэ совершил эти убийства.

Достопочтенный может культивировать демонический путь, но он никогда не станет демоном. Даже если бы он хотел убивать людей, он сделал бы это в открытом бою, как во время Великой войны Сект или разрушения Истинной горы Инь. Он не стал бы совершать такие коварные убийства.

-“Не нужно сердиться, лидер Секты Инь”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Мастер Алтаря Юань просто сообщает о вещах такими, какие они есть”.

Инь Ханьцзян чопорно убрал свой меч. Вэнь Женьхэ хлопнул в ладоши.

-“Какой мастерский ход. Мгновенно они поставили этого Почтенного в безвыходное положение ”.

Кровавый Демон использовал тело Хэ Вэньчжао, чтобы убить экспертов праведных сект. Поступая так, он мог бы увеличить свою собственную силу и в то же время привести секту Шанцин к распространению знаний о культивировании крови, заставляя людей думать, что Вэнь Женьхэ стал причиной этих семнадцати смертей.

После того, как об этом узнают, праведные секты и кланы культиваторов начнут строить планы по его убийству.

Люди из секты Сюаньюань были бы повергнуты в панику. Мало кто был бы готов взять на себя весь мир культивирования ради Вэнь Женьхэна, и многие нанесли бы ему удар в спину.

В то же время, после поглощения семнадцати культиваторов, сила Кровавого Демона, вероятно, вернулась к вершине Махаяны.

Он изолировал Вэнь Женьхэна, объединив против него праведные секты и кланы культиваторов. Ему даже удалось использовать Вэнь Женьхэ в качестве щита, одновременно увеличивая свою собственную силу. Все это время он избегал появления в редакциях, делая свои ходы в тени. Это был поистине гениальный план.

Мастер Алтаря Юань поднялся на ноги и отступил еще на несколько шагов. Только после того, как между ним и Вэнь Женьхэном установилось некоторое расстояние, он сказал:

-“Д-достопочтенный, я слышал, что они планируют действовать против вас. Ч-что нам делать?”

-“Мы?” ,- Вэнь Женьхэ поднял бровь - “В этот момент секта Сюаньюань все еще готова сражаться бок о бок с этим Почтенным?”

-“Естественно, мы полностью лояльны к Достопочтенному. Даже если он поглотит нас, чтобы увеличить свою силу, у нас нет жалоб!” ,- сказал мастер Алтаря Юань, отступая назад.

-“Послушай ”, - сказал Вэнь Женьхэ и с улыбкой обратился к Инь Ханьцзяну -  “Если бы этот Почтенный действительно повел эту шайку в бой, я бы, наверное, нашел нож в своей спине”.

-“Достопочтенный в них не нуждается”, - сказал Инь Ханьцзян.

Он опустил свой меч, стоя безоружным перед Вэнь Женьхэ, используя свои действия, чтобы показать свою преданность и доверие к нему.

-“По крайней мере, ты доверяешь этому Почтенному”, - сказал Вэнь Женьхэ, кладя руку на шею Инь Ханьцзяна.

Он почувствовал, как дрожь пробежала по Инь Ханьцзяну под его ладонью.

Его улыбка исчезла. Он холодно сказал:

-“Если ты доверяешь мне, тогда почему ты дрожишь?”

-“Этот подчиненный - нет. Этот подчиненный...” ,-Инь Ханьцзян беспомощно поднял голову, не зная, как объяснить.

-“Хорошо”, - сказал Вэнь Женьхэ, видя, что у него нет ответа - “Если никто из вас не доверяет этому Достопочтенному, этот Достопочтенный не может доверять вам. Лидер секты Инь, ты сильно разочаровал меня ”.

Он превратился в багровый свет, покидая секту Сюаньюань.

-“Это… С уходом Достопочтенного, что мы должны делать?”, - сказал Мастер Алтаря Юань, беспомощно глядя на Инь Ханьцзяна.

-“Если Достопочтенного здесь не будет, его будет представлять Лидер секты. Если Лидера секты здесь не будет, это сделает Правый Защитник. То, что должно быть сделано, будет сделано!” ,- Инь Ханьцзян поднял свой меч и запрыгнул на него, преследуя Вэнь Женьхэна в том направлении, в котором он исчез.

У Мастера Алтаря Юаня не было другого выбора, кроме как сообщить об этом Правому Защитнику.

Когда Шу Яньянь получила его послание, она лежала на коленях Хелянь Чу[1] и ела духовный плод. Хелянь Чу услышал это сообщение вместе с ней.

1. Автор необъяснимым образом изменил имя Хелянь.

-“Защитник, неужели Достопочтенный действительно будет поглощать души людей?” ,- сказал Хелянь Чу, выглядя испуганным, когда он крепче обнял Шу Яньяня.

Шу Яньянь оттолкнул его.

-“Если ты не боишься, перестань притворяться. Если бы он захотел поглотить тебя, думаешь, ты смог бы сбежать?”

Покраснев, Хелянь Чу сказал:

-“Разве этот подчиненный не использует шанс приблизиться к Защитнику? Защитник, ты думаешь, он из тех, кто тайно поглощает людей? В глазах этого подчиненного это маловероятно”.

-“Почему?” ,- сказала Шу Яньянь.

-“Тридцать лет назад, когда Достопочтенный вернулся после Великой Войны Сект, он овладел телом этого подчиненного. Ты все еще помнишь это?”

-“Хм? Разве тебе не нравилось поднимать эту тему? ,- с интересом спросила Шу Яньянь.

Вэнь Женьхэ овладел Хелянь Чунем, заставив Шу Яньянь не сразу понять, что он вернулся, разоблачая ее амбиции перед ним. Хелянь Чу потерял свою должность, и Шу Яньянь игнорировала его в течение многих лет. Изучив литературу в течение тридцати лет и выучив наизусть несколько стихотворений, он наконец вернул себе ее расположение.

-“Сейчас ситуация изменилась”, - сказал Хелянь Чу - “В любом случае, когда этот подчиненный был одержим, Преподобный мог уничтожить мою душу в любое время, но он этого не сделал. Я чувствую, что он не из тех, кто убивает кого-то тайно. Если бы он хотел поглотить чью-то душу, он, вероятно, послал бы им сообщение о своих намерениях, а затем победил бы их в открытом бою. Он не стал бы действовать в тени.”

-“Ты стал умнее после чтения книг” ,-Шу Яньянь погладила его по щеке.

Ее улыбка постепенно исчезла, и она серьезно сказала:

-“Если даже ты так думаешь, то, вероятно, никто с мозгами не будет одурачен”.

Должным образом одевшись, она направилась в Главный зал, чтобы взять на себя управление сектой. Все остальные получили послание Мастера Алтаря Юаня и вскоре собрались там.

Первым, кто прибыл, была Защитник Цю. Увидев Шу Яньянь, она сказала:

-“Я в это не верю. Даже если бы я использовала свой мизинец, чтобы подумать, я бы знала, что это сделал не Вэнь Женьхэ”.

Шу Яньян ослепительно улыбнулась. Она указала на Цю Конгсюэ и сказала Хелянь Чу:

-“Видишь? Даже люди без мозгов на это не купятся”.

Цю Конгсюэ: …

Хелянь Чу: …

После того, как все прибыли, Шу Яньянь сказала:

-“Я знаю, что многие люди сейчас сомневаются. Вероятно, некоторые хотят использовать это как возможность причинить неприятности. Но я призываю всех набраться терпения. Даже если вы хотите занять позицию Вэнь Женьхэ, нам следует подождать, пока мы не подтвердим нашу информацию. Все до сих пор помнят, какое наказание они получили в прошлый раз, верно? Лично этот Защитник не хочет, чтобы его снова наказали так скоро ”.

Вспомнив о своем наказании, Мастер Алтаря Руань содрогнулся. Он заговорил первым.

-“Тот, кто хочет нанести удар в спину, может идти вперед, но я не осмеливаюсь”.

Другие Мастера Алтаря также последовательно отказались.

В этот момент в зал влетел талисман с сообщением, отправленный с Несущие послание. Мастер Алтаря Юань открыл ее и включил на всеобщее обозрение.

-“Мы проучили известие, что Бейли Цинмяо была захвачена Кровавым Демоном и доставлена в Кровавый ад, она в настоящее время находится в смертельной опасности”.

К сообщению было прикреплено изображение, которое отобразил Мастер Алтаря Юань. В воздухе возникла сцена. Бейли Цинмяо и Су Хуай были подвешены над морем Кровавого Ада, оба без сознания. Время от времени на них падали брызги с моря.

Кровавый Ад был печатью, над созданием которой изначальные боги работали вместе, и она содержала изначальную энергию хаоса космоса. Это выглядело как море алой воды, но на самом деле это было отражение изначальной энергии хаоса. Каждая капля воды содержала в себе ужасающую силу.

180 тысяч демонических богов непрерывно атаковали печать, и на протяжении веков демоническая энергия сливалась с изначальным хаосом, превращаясь в разрушительную силу, которая могла поглотить все. Капля воды упала на ногу Бейли Цинмяо, и мгновенно половина плоти на ее ноге сгнила. Боль потрясла ее, заставив проснуться. Оглядевшись вокруг, она обнаружила, что больше не находится в горах секты Шанцин.

Море снова подняло брызги, и Бейли Цинмяо прижала Су Хуай к груди, расправив свой шелк, чтобы не допустить попадания капель. Однако ее сила не могла сравниться с водой Кровавого Ада, и Залитый Лунным Светом Морозный Шелк мгновенно распался. Когда ее связанное оружие было уничтожено, даньтянь Бейли Цинмяо был ранен, и она выплюнула полный рот крови. Держа Су Хуай на руках, она снова упала в обморок.

-“Подло!” ,-увидев эту сцену, Цю Конгсюэ не стала думать о том, кто устроил ловушку. Она превратилась в весенний ветерок и улетела, очевидно, в Кровавый Ад.

-“О боже, как бессердечно”, - сказала Шу Яньянь, потирая виски - “Поскольку эта идиотка хочет пойти и испортить свою жизнь, мне лучше пойти и остановить ее”.

Волоча за собой Хеляня Чу, она отправилась в погоню, оставив Мастеров Алтаря пялиться друг на друга.

У них не было никаких планов идти на помощь, и, не разобравшись в ситуации, они не осмелились действовать. После небольшого обсуждения Мастер Алтаря Юань сказал:

-“Почему бы нам всем пока не управлять своими собственными территориями и не наблюдать за ситуацией. После того, как пыль осядет, мы сможем выяснить, кто новый Глава Секты ”.

Обдумав это, все они нашли это разумным. Даже если бы они хотели вызвать хаос, сейчас было не время для этого. Кроме того, это произошло слишком внезапно, так что, вероятно, это была уловка. Никто из них не хотел, чтобы их использовали, так что они могли бы с таким же успехом скопировать Мастера Алтаря Руаня и черепаху.

После того, как все ушли, одинокая фигура пришла на запретную территорию секты Сюаньюань, где находился единственный бессмертный артефакт секты, Пылающий Небесный Барабан.

-“Вэнь Женьхэ был заманен, Инь Ханьцзян последовал за ним, и Защитники Цю и Шу тоже ушли. Время идеально подходит для того, чтобы я взял под свой контроль Пылающий Небесный Барабан ”.

Человек достал книгу. Это был Бог Уничтожения: Том 2.

Он перелистнул на определенную страницу в конце. В нем говорилось:

“Бессмертный Пылающего Неба на самом деле был Левым Защитником секты Сюаньюань Инь Ханьцзяном. Получив смертельные ранения в мире культивирования, оставшаяся частица его души спряталась в Пылающем Небесном Барабане, медленно восстанавливая свою силу. Пылающий Небесный Барабан был брошенным оружием бессмертного лорда. В конце концов он нашел его в мире культивирования и хотел забрать обратно, чтобы усовершенствовать заново, но его поглотил Инь Ханьцзян, который теперь стал единым целым с ним. Завладев его телом, Инь Ханьцзян стал Бессмертным Пылающим Небом. Он все еще был верен Вэнь Женьхэ и был полон ненависти к Хэ Вэньчжао и его людям. В мире самосовершенствования он тайно причинял вред Бейли Цинмяо и Хэ Вэньчжао бесчисленное количество раз. Поначалу он еще не поглотил душу бессмертного лорда и мог только посылать против них своих подчиненных. Спустя тысячу лет он поглотил его душу и, наконец, начал действовать лично, намереваясь убить Хэ Вэньчжао.”

-“Пылающий Небесный Барабан, возможно, и был связанным оружием бессмертного лорда, но он был оставлен в мире культивирования на много лет и потерял свою связь с ним. Мне просто нужно поместить в него свою кровь и частичку своей души, чтобы начать поглощать его силу. Я смогу очистить бессмертную и демоническую энергию внутри него и стать непобедимым бессмертным лордом ”, - пробормотал этот человек, читая.

-“С тех пор как я получил эту книгу, я долго ждал этого шанса. После битвы с Кровавым Демоном, даже если Вэнь Женьхэ выживет, он станет монстром, который хочет только пожирать души. Инь Ханьцзян, вероятно, будет первым, кого сожрут, ха-ха-ха...”

-“Кто будет первым?” ,- раздался голос со дна ущелья, где лежал Горящий Небесный Барабан.

Из оврага выскочила фигура. Это был Инь Ханьцзян.

-“Д…разве вы не пошли за Вэнь Женьхэ?” ,- сказал человек в шоке.

-“Достопочтенный приказал мне охранять Пылающий Небесный Барабан”, - сказал Инь Ханьцзян.

Он поднял свой меч.

-“Почему ты здесь, мастер Алтаря Юань?

Глава 48 - Цветение паутинных лилий

Вэнь Женьхэ не был таким человеком, как Чжунли Цянь, который не упустил бы ни одной детали. Когда дело доходило до стратегии, он знал, что не может сравниться с Чжунли Цянем. Он даже не мог сравниться с чутьем Шу Яньяня на детали.

Но немногие правители прошлого и настоящего были известны своим умом. Как Мастеру секты Сюаньюань, Вэнь Женьхэну не нужно было самому обдумывать каждую деталь. Ему просто нужно было назначить нужных людей на нужные места и быть в состоянии доверять им.

Если все сомнения указывали на Инь Ханьцзяна, то ситуация на самом деле становилась простой. Ему нужно было только доверять Инь Ханьцзяну, чтобы тот не предал его.

Поэтому он позвал Инь Ханьцзяна и спросил, кто, по его мнению, кроме него, мог знать, что у Вэнь Женьхэна были две книги, а также кто в секте Сюаньюань мог скрыть свою личность без каких-либо следов.

Инь Ханьцзян разобрался с первым вопросом. У него была хорошая память, и он помнил, что, хотя Вэнь Женьхэ был с ним наедине в тот день, когда он получил книгу, был один человек, который продолжал спрашивать, какую книгу получил Достопочтенный, и следует ли готовить празднование. Инь Ханьцзян не так-то легко забывал что-либо, связанное с Вэнь Женьхэ, и даже помнил, что, когда Вэнь Женьхэ читал, мастер Алтаря Юань несколько раз ходил взад и вперед перед его дверью.

И мастер Алтаря Юань только однажды заговорил о планировании празднования. Когда Вэнь Женьхэ вернулся после Великой войны Сект, значительно увеличив свою силу, Мастер Алтаря Юань не упомянул о праздновании. И он не поднимал эту тему после их тридцатилетнего уединения.

После того, как Инь Ханьцзян передал это, Вэнь Женьхэ рассмотрел личности каждого в секте Сюаньюань. Защитник Шу была резокой, Защитник Цю была прямолинейной, Мастер Алтаря Мяо был скрытен, Мастер Алтаря Руань был безрассуден, Мастер Алтаря Ши был труслив, а Мастер Алтаря Юань был хитер. Никто из них не был лишен амбиций, но теми, кто мог оставаться под прикрытием в течение тридцати лет, ничего не предпринимая после получения книги, были, вероятно, только Защитник Шу, Мастер Алтаря Мяо, Мастер Алтаря Ши и Мастер Алтаря Юань.

В книге Шу Яньянь погибла от руки Чен Чжэнци. Она и Хэ Вэньчжао были врагами, и во всех книгах были выбраны люди, которые, по-видимому, благоволили к главным героям, так что у нее не было никакой возможности получить это.

Если бы Мастер Алтаря Мяо получил это, он бы задался вопросом, почему Мастер Цилин был человеком, и использовал своих насекомых гу, чтобы допросить его о местонахождении третьего тома. Поскольку он этого не сделал, он не был очень подозрительным.

Остальными подозреваемыми были Мастер Алтаря Ши и Мастер Алтаря Юань. Чтобы подтвердить свою догадку, Вэнь Женьхэ отправил сообщение Чжунли Цяню, спрашивая его, что это за человек, способный изменить свое имя и скрываться в секте Сюаньюань на протяжении веков.

Получив сообщение, Чжунли Цянь был немного ошарашен. Почему его, постороннего, попросили вмешаться во внутренние дела секты Сюаньюань?

Несмотря на это, Чжунли Цянь уделил этому вопросу должное внимание. Перечислив множество возможностей, он пришел к выводу, что, скорее всего, это был человек, отвечающий за реестр.

Таким образом, Мастер Алтаря Юань был самым большим подозреваемым. Конечно, у Вэнь Женьхэна не было никаких доказательств, но разве вам нужны были доказательства, чтобы действовать в секте Сюаньюань? Нужно ли было Вэнь Женьхэ оправдывать свои действия, прежде чем убить одного или двух подчиненных?

Однако, чтобы справиться с каждой угрозой одним ходом и беспрепятственно получить вторую книгу, Вэнь Женьхэну пришлось подождать некоторое время.

Было только две причины, по которым человек с книгой так долго залегал на дно. Первым было убийство Вэнь Женьхэна, а вторым - увеличение его собственной власти.

Поскольку действие второго тома происходило в царстве бессмертных, в нем, вероятно, упоминалось бы очень мало возможностей, которые можно было бы получить в мире совершенствования. Единственная зацепка, которая у него была, заключалась в том, что Пылающий Небесный Бессмертный и Пылающий Небесный Барабан имели общее имя. Поскольку барабан был бессмертным артефактом, он никак не мог поделиться именем с владыкой бессмертного царства, не будучи связанным с ним. Они бы, по крайней мере, проявили хоть какое-то уважение.

Так что у Чен Чжэнци было только два места, куда он мог пойти. Один из них был в Кровавый Ад, чтобы помочь Хэ Вэньчжао убить Вэнь Женьхэ. Другой был на запретную территорию секты Сюаньюань, чтобы взять под контроль Пылающий Небесный Барабан, пока никого не было рядом.

На данный момент, был ли Чен Чжэнци Мастером Алтаря Юанем или нет, уже не имело значения. Им просто нужно было находиться в этих двух местах, чтобы поймать его. Таков был план Вэнь Женьхэна. Это было немного грубо, и он, возможно, кое-что упустил из виду, но по большей части это было выполнимо.

Так уж случилось, что ему нужно было воспользоваться этим шансом, чтобы попасть в Кровавый Ад. Поскольку Инь Ханьцзян мог последовать за ним, он отправил его охранять Пылающий Небесный Барабан. К тому времени, когда Инь Ханьцзян отправится на его поиски, независимо от того, преуспеет Вэнь Женьхэ или потерпит неудачу, все будет кончено.

Мастер Алтаря Юань, не зная об их анализе, усмехнулся и сказал:

-“Что ты говоришь, лидер Секты Инь? Я беспокоился о Достопочтенном и хотел использовать Горящий Небесный Барабан, чтобы помочь ему! Тридцать лет назад, разве лидер Секты Инь не озвучил это, чтобы помочь ему победить двадцать один праведных экспертов секты? Неужели ты думаешь, что я не справлюсь с тем, что сделал ты?”

Инь Ханьцзян никак не отреагировал, уставившись на книгу в руке Мастера Алтаря Юаня.

-“После всех этих лет, кажется, до сих пор никто не знает имени Мастера Алтаря Юаня”.

Шу Яньянь, Цю Конгсюэ, Руань Вэйи, Ши Таньсинь, Мяо Цюцин - все эти имена были в списках, но где же Алтарь Мастера Юаня?

Регистры в мире культивирования отличались от регистров в мире смертных. Это были магические предметы, на которых нужно было оставить каплю крови, записывая их имя. Таким образом, если они умрут или столкнутся с проблемой в своем совершенствовании, это будет отражено в реестре. Имена также нелегко было изменить, поскольку их давали родители. Даже в древние времена существовали традиции призывать души, называя их имена, показывая, что имя связано с душой. Было бы легко увидеть, что имя в реестре не соответствует их крови.

-“Почему мы обсуждаем такие вещи в это время Мы должны поспешить в Кровавый Ад, чтобы найти Достопочтенного!” ,-лицо мастера Алтаря Юаня покрылось каплями пота, но внутри он был спокоен.

Он знал, что больше не было никакого способа поддерживать свое прикрытие. Тот факт, что Инь Ханьцзян был спрятан здесь, означал, что Вэнь Женьхэ подозревал его.

Мастер Алтаря Юань на самом деле не понимал, почему его заподозрили. Даже то, что он догадался, что у Вэнь Женьхэ есть книга с Бейли Цинмяо в качестве главного героя, было случайностью.

Тогда, когда Вэнь Женьхэ уединялся с книгой, мастер Алтаря Юань был подозрителен. Вэнь Женьхэ культивировал Путь Убийства, и каждый раз, когда он поднимал свое царство, это происходило на поле битвы. Когда его подчиненные предлагали ему секретные руководства, он лишь мельком бросал на них взгляд и очень редко изучал одно из них в уединении. В то время Мастер Алтаря Юань действительно думал, что Вэнь Женьхэ овладел какой-то невероятной техникой, и несколько раз спрашивал Инь Ханьцзяна, но ответа не получил. Он пометил это в своей памяти, думая украсть, чтобы прочитать, когда у него будет возможность.

Однако тридцать лет назад, когда Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян собирались похитить Чжунли Цяня, книга попала Мастеру Алтаря Юаню по голове. Это был Бог Уничтожения: Том 2. На первой странице Мастер Алтаря Юань ликовал, увидев краткое содержание предыдущего тома, в котором говорилось, что Вэнь Женьхэ был убит Хэ Вэньчжао в Кровавом Аду.

Однако задача, поставленная перед ним в начале книги, гласила: “В событиях Тома 1 обнаружились значительные отклонения, вероятность смерти Вэнь Женьхэ упала, а Бейли Циньмяо все больше и больше отдаляется от Хэ Вэньчжао. Таким образом, тот, у кого больше всего злобы к Вэнь Женьхэ, был выбран, чтобы изменить сюжет и помочь Хэ Вэньчжао убить Вэнь Женьхэна и завоевать сердце Бейли Цинмяо ”.

Читая второй том, мастер Алтаря Юань обнаружил, что в нем фигурирует его настоящее имя, Чен Чжэнци. Узнав, что он был одним из сторонников Хэ Вэньчжао, он почувствовал недовольство. Мастер Алтаря Юань даже был готов убить Вэнь Женьхэ, так как же он мог быть одним из подчиненных Хэ Вэньчжао? Он решил позволить Хэ Вэньчжао и Вэнь Женьхэ сразиться друг с другом, а сам украл у Инь Ханьцзяна Пылающий Небесный Барабан.

Тем не менее, сразу после того, как он получил книгу, Вэнь Женьхэ приказал секте уединиться на тридцать лет. Тридцать лет спустя, когда Мастер Алтаря Юань захотел действовать, он услышал, что Мастер Цилин был мужчиной.

От Мастера Цилина он узнал, что третий том появился примерно в то же время, что и второй. Тогда и первый том должен был появиться в то же время. Но это не имело смысла — Вэнь Женьхэ явно получил книгу много лет назад и уже начал менять судьбу.

Тщательно обдумав это, Мастер Алтаря Юань понял, что с самого начала Вэнь Женьхэ вообще не причинил вреда Хэ Вэньчжао, вместо этого отдав предпочтение Бейли Цинмяо. Ему пришла в голову смелая идея. Возможно, у Вэнь Женьхэ было две книги, и вторая была не "Бог Уничтожения", а другая, где главным героем была Бейли Цинмяо.

Независимо от того, была ли его догадка верной или нет, он немедленно отредактировал свое настоящее имя в реестрах, а также приказал Кровавому Демону нокаутировать Бейли Цинмяо, чтобы предотвратить разоблачение его плана.

Он встретил Кровавого Демона, тайно наблюдая за Хэ Вэньчжао. В то время они пришли к взаимопониманию и заключили временный союз.

Мастер Алтаря Юань этого не понял. Он исчерпал все свои возможности, так как же получилось, что Вэнь Женьхэ все же вычислил его?

Конечно, он только что произнес эти слова не в надежде, что Инь Ханьцзян поверит ему и отпустит, а для того, чтобы Инь Ханьцзян подумал, что он все еще пытается блефовать, и поэтому ослабил бдительность.

Но после нескольких слов Мастер Алтаря Юань понял, что это бессмысленно. Инь Ханьцзян был похож на бесчувственную марионетку, равнодушную к любым его словам. Его глаза были безошибочно прикованы к Мастеру Алтаря Юаню, выискивая любые слабые места, ожидая шанса нанести удар.

Мастер Алтаря Юань вздохнул.

-“Если лидер Секты Инь мне не верит, тогда у меня нет другого выбора, кроме как защищаться”.

Он достал свое связанное оружие - Ядовитый Драконий Хлыст. За все эти годы никто в секте Сюаньюань не видел его.

Для всех остальных Мастер Алтаря Юань всегда показывал себя Пограничной стадией Пустоты, самым слабым среди Защитников и Мастеров Алтаря. Он повредил своему фундаменту в самом начале своего совершенствования и не смог достичь Махаяны. В книге говорится, что после встречи с Хэ Вэньчжао и того, как он стал одним из его спутников, Хэ Вэньчжао помог ему найти возможность подняться к Махаяне.

Тридцать лет назад он нашел много подсказок во втором томе и украл много возможностей, залечив свою старую травму и поднявшись до Махаяны. Без достаточной мощности он все равно не осмелился бы использовать Горящий Небесный Барабан. Ударом Ядовитого Драконьего Хлыста ядовитая ци наполнила окружающую их духовную энергию. Обычные яды не действовали на культиваторов, но яд Мастера Алтаря Юаня был чрезвычайно сильным. Чем дольше вы подвергались воздействию, тем больше вы ослабевали. Культиваторы должны были получать естественную духовную энергию в бою, чтобы по мере того, как они сражались, сила Инь Ханьцзяна уменьшалась.

Целью Мастера Алтаря Юаня было затянуть битву. Он выбрасывал талисманы, духовные камни, одноразовые магические предметы и быстрые наборы один за другим, пытаясь задержать Инь Ханьцзяна и заставить его поглощать духовную энергию.

Инь Ханьцзян был только на Границе Пустоты, не намного сильнее Мастера Алтаря Юаня, но он был мастером владения мечом. Их атаки были особенно устрашающими, и они обладали самой сильной боевой мощью в своих королевствах. Но его слабостью был тот, кто вел битву на истощение, как Мастер Алтаря Юань. Каждая атака культиватора меча расходовала большое количество духовной энергии, поэтому они инстинктивно поглощали естественную духовную энергию в бою. Инь Ханьцзян с самого начала был безрассудным бойцом. Даже если бы он знал, что духовная энергия отравлена, он не мог не впитать ее.

Он не смог победить Мастера Алтаря Юаня в течение первых десяти ходов. Все больше тревожась, он вложил в свой даньтянь еще больше духовной энергии. Его движения слегка замедлились.

В битве между экспертами даже минутная неосторожность может стать лазейкой. Мастер Алтаря Юань воспользовался своим шансом и взмахнул Ядовитым Драконьим Хлыстом, его шипастый наконечник хлестнул по телу Инь Ханьцзяна. Инь Ханьцзян не предпринимал никаких попыток избежать этого. Когда он нападал, Мастер Алтаря Юань не мог должным образом защититься. Инь Ханьцзян тоже ждал своего шанса!

В тот момент, когда Ядовитый Драконий Хлыст ударил его, Инь Ханьцзян вонзил свой меч со всей своей духовной сущностью. Единственный удар обладал сокрушительной силой, и даже недавно вознесшийся бессмертный был бы серьезно ранен им.

И все же мастер Алтаря Юань был готов. Он похлопал себя по груди, и вспыхнула полоса золотого света. Золотые доспехи появились в воздухе, блокируя меч Инь Ханьцзяна.

-“Когда Вэнь Женьхэ послал тебя сюда одного, он действительно думал, что ты сможешь победить меня?” ,-Мастер Алтаря Юань грустно усмехнулся.

Его тело изменилось, превратившись из невысокого и полного мужчины в высокого, худого и невзрачного юношу.

Внешний вид культиватора не изменился бы после Зарождения Души, но у демонических культиваторов, естественно, было бесчисленное множество способов изменить свои тела. Мастер Алтаря Юань привык использовать две ипостаси: одну высокую и худую, а другую короткую и пухлую — без какой-либо особой причины, просто в качестве меры предосторожности.

Во втором томе Хэ Вэньчжао и Бейли Цинмяо поднялись первыми. Позже их друзья последовали за ними и рассказали Хэ Вэньчжао вкратце о том, что произошло в мире культивирования. Используя этот опыт, Мастер Алтаря Юань победил Мастера Цилина и получил Золотые Бессмертные Доспехи, которые предназначались для нее. Надев его, он сумел блокировать удар Инь Ханьцзяна.

Даже если бы Инь Ханьцзян был в Махаяне, как бы он смог пробить броню, созданную автором для главной жены главного героя?

Мастер Алтаря Юань нанес удар без колебаний. Защищенный доспехами, он снова и снова хлестал кнутом по телу Инь Ханьцзяна. Когда яд попал в его тело, Инь Ханьцзян почувствовал холод, исходящий от его даньтяня, и не смог вызвать ни намека на духовную энергию.

-“Хехехех” ,- увидев, что Инь Ханьцзян рухнул на землю, не двигаясь, Мастер Алтаря Юань начал смеяться - “Лидер секты Инь, очень жаль, что, несмотря на всю твою преданность Вэнь Женьхэну, ты умрешь раньше него. После того, как я разберусь с тобой, я отправлюсь в Кровавый ад, чтобы насладиться последними мгновениями Вэнь Женьхэна”

Пока он говорил, его рука не останавливалась. Мастер Алтаря Юань был чрезвычайно осторожным человеком и, очевидно, не дал бы Инь Ханьцзяну ни единого шанса встать. Хлыст Ядовитого Дракона был почти тридцати метров в длину, поэтому Мастер Алтаря Юань стоял как можно дальше.

Армейский Сокрушительный Меч с грохотом упал на землю. Инь Ханьцзян больше не мог летать на нем. Он услышал, как Мастер Алтаря Юань сказал, что его Преподобный тоже скоро умрет, и внезапно перестал сопротивляться или вообще двигаться.

-“Что это? Ты упал замертво? Или ты притворяешься?” ,- Мастер Алтаря Юань не собирался поддаваться ни на какие уловки.

Он не прекратит атаковать, пока душа Инь Ханьцзяна не окажется в его руках.

По приказу Мастера Алтаря Юаня Ядовитый Драконий Хлыст превратился в призрачную змею. Он бросился на Инь Ханьцзяна, собираясь вырвать его душу из тела.

В тот момент, когда змея была готова вонзить свои клыки в шею Инь Ханьцзяна, вдали раздался барабанный бой.

Кнут замер, заблокированный какой-то силой.

-“Что случилось?” ,- сказал мастер Алтаря Юань, чувствуя беспокойство без видимой причины.

Он снова хлестнул своим кнутом по Инь Ханьцзяну, но Армейский Сокрушительный Меч, который до этого молча лежал на земле, взметнулся и пронзил кнут насквозь. Он изменил свою форму, превратившись уже не в длинный меч, а в зловещего вида треугольный шип.

Это был уже не Армейский Сокрушительный Меч, а Армейский Сокрушительный Шип.

Бон-бон! Прозвучали два барабанных боя. Инь Ханьцзян, который до этого лежал на земле и не мог пошевелиться, встал. В какой-то момент он надел маску призрака.

Мастер Алтаря Юань отступил на несколько шагов, питая золотые доспехи своей духовной энергией, и отчаянно призвал Ядовитый Драконий Хлыст обратно. Видя, что ситуация изменилась на противоположную, он уже планировал свой побег.

Культиватора Махаяны было нелегко убить. Даже если он не сможет победить, если приложит все усилия, чтобы сбежать, он сможет это сделать.

Бон-бон-бон! Барабанный бой становился все громче. Огромный барабан поднялся из ущелья, зависнув позади Инь Ханьцзяна.

Под маской не было видно выражения лица Инь Ханьцзяна. Казалось, на него больше не действовал яд. В мгновение ока он появился рядом с Армейским Крушащим Шипом, схватив хлыст одной рукой. Одним рывком ему удалось вырвать связанное оружие Мастера Алтаря Юаня из его рук.

В глазах Инь Ханьцзяна под маской блеснула бессердечная улыбка. Взмахнув рукой, он ударил хлыстом по Горящему Небесному Барабану.

Бонг! Вряд ли это был удар по барабану. Инь Ханьцзян использовал связанное оружие Мастера Алтаря Юаня, чтобы напасть на его душу.

Видя, что ситуация была плохой, Мастер Алтаря Юань мгновенно разорвал свою связь со своим связанным оружием. Даже если это ранило его, было лучше сбежать.

И все же, когда он выронил Ядовитый Драконий Хлыст и попытался убежать, расцвели бесчисленные паучьи лилии, закрывая ему путь к отступлению.

-“О боже” ,- лицо Шу Яньяня, более прекрасное, чем сотня цветов, появилось из лилий.

Она сказала со смехом:

-“Это привело меня в ужас. Я думала, что лидер Секты Инь не сможет победить тебя. Если бы это случилось, тогда мне пришлось бы предать Достопочтенного.”

Она пряталась все это время, уже планируя поддержать Мастера Алтаря Юаня, если он победит, и Инь Ханьцзяна, если он победит.

-“Поскольку ты практикующий Махаяну, я не смею прикасаться к тебе. Но теперь, когда ты ослабел из-за необходимости разорвать связь с твоим связанным оружием, как я могу упустить этот шанс?” ,- под красивой внешностью Шу Яньянь скрывалась ее обычная безжалостная манера поведения.

Тычинки паутинной лилии поймали в ловушку Мастера Алтаря Юаня. Тычинки пили кровь, в то время как лепестки высасывали духовную энергию. Шу Яньянь стояла посреди цветочного поля, улыбаясь и наблюдая, как борется Мастер Алтаря Юань, похожий на соблазнительный и плотоядный цветок.

-“Хорошо, что лидер Секты Инь победил, иначе мне пришлось бы поставить себя в неловкое положение”.

Она взглянула на совершенно непримечательное лицо Мастера Алтаря Юаня и покачала головой.

-“Если я подлизываюсь к кому-то, он, по крайней мере, должен быть симпатичным”.

Пока она говорила, тело Мастера Алтаря Юаня полностью исчезло. Душа практикующего Махаяну вылетела наружу, пытаясь дать последний отпор.

Прежде чем у него появился шанс, в него вонзилось остроконечное лезвие. Три полосы света разделили душу Мастера Алтаря Юаня на части. Точно так же, культиватор Махаяны погиб телом и душой.

Все еще с маской призрака на лице, Инь Ханьцзян взял книгу Бог Уничтожения: Том 2, которую у Мастера Алтаря Юаня так и не было возможности убрать. Он открыл его и сразу же увидел начало резюме — Хэ Вэньчжао убил Вэнь Женьхэ в Кровавом Аду, наконец-то отомстив за смерть своей семьи и вернув себе шимэй. Пара вместе поднялась в царство бессмертия, став легендой в мире культивирования.

Глаза под маской горели красным.

Автору есть что сказать:

Вопрос: Почему вы не вмешались в самом начале, когда Инь Ханьцзян был в невыгодном положении?

Шу Яньянь: Я просто хотела посмотреть, что произойдёт, если ещё есть надежда? Мастер Алтаря Юань действительно слишком уродлив. Я начала бояться, что с таким человеком  в будущем я начну сомневаться в своей жизни и мое совершенствование может пойти не так. Я беспринципна, но у меня все ещё есть принципы, как я могу спать с кем-то таким уродливым?

Глава 49 - Этот Почтенный запрещает тебе

Покинув секту Сюаньюань, Вэнь Женьхэ начал открыто прогуливаться на публике. Он хотел, чтобы праведные земледельцы знали, где он находится, чтобы им было легче устроить для него ловушку.

Ему не пришлось долго ждать. Пока он сидел в ресторане у подножия горы секты Сюаньюань и пил вино, он услышал, как кто-то рядом с ним заговорил так громко, как будто боялся, что он не услышит.

-“Я слышал, что убийцей этих семнадцати экспертов на самом деле был Вэнь Женьхэ из секты Сюаньюань. Теперь он похитил Бейли Цинмяо из секты Шанцин и направляется в Кровавый ад”.

-“Бейли Цинмяо? Она могущественна? Зачем ему похищать ее?” ,- спросил другой человек тем же тоном.

-“Разве ты не знаешь? Она достигла Единства Тела менее чем за столетие. Вэнь Женьхэ убивает культиваторов, достигших Телесного Единства или выше. Поскольку ее способности так хороши, почему он должен был отказаться от нее? ” ,- решительно сказал первый человек.

-“Кто, ты говоришь, похитил Бейли Цинмяо?” ,- сказал Вэнь Женьхэ.

-“Конечно, Кровавый Демон Вэнь…” ,- человек “случайно” повернул голову и вскрикнул от шока - “Вэнь Женьхэ!”

Его спутник быстро забился в угол.

-“Н-не убивай меня! Я только на стадии формирования Ядра, я бы даже не стал для тебя закуской. Нет смысла поглощать меня!”

Вэнь Женьхэ, взмахнув рукавом, выбил их обоих, черных и синих, из формальности, а затем отправился в Кровавый ад.

В то же время Бейли Цинмяо открыла глаза. Последние два месяца она была заперта в дальних горах секты Шанцин, а когда открыла глаза, обнаружила, что связана в странном и страшном месте. Перед лицом опасности она в первую очередь защитила своего ученика, а теперь терпела боль в своем даньтяне, пока будила Су Хуай. Сквозь стиснутые зубы она сказала:

-“Ученик, проснись, мы должны убираться отсюда!”

Су Хуай с трудом открыл глаза. Оглядевшись вокруг, он увидел темное небо над головой и темно-багровое море под собой и воскликнул:

-“Что это за место?”

-“Я не знаю”, - сказала Бейли Цинмяо - “Но мы должны выбраться”.

Они были подвешены на веревке вокруг талии и свисали с края утеса, а под ними было море. Обстановка была очень странной. Несколько раз она пыталась взлететь на скалу, но безуспешно. Ее духовная энергия не подавлялась, она просто не могла летать. Неиссякаемая притягательная сила исходила снизу, всасывая в себя окружающую духовную энергию. Чтобы добраться до вершины утеса, им пришлось бы карабкаться вверх.

Бейли Цинмяо должна была испугаться, но ее сердце замерло. Чжунли Цянь, вероятно, пыталась успокоить свои эмоции.

-"Все будет хорошо", - сказала себе Бейли Цинмяо.

Она нацелилась на выступающую скалу в левом верхнем углу, готовясь ухватиться за нее и начать карабкаться. Как мастер, она должна была идти первой и найти безопасный путь для своего ученика.

В тот момент, когда ее ладонь коснулась камня, она почувствовала жгучую боль, разъедающую ее плоть. Она отдернула руку, увидев, что светлая кожа ее ладони почернела, на ней постоянно образовывались и лопались кровавые волдыри.

-“Учитель!” ,- увидев раненую Бейли Цинмяо, Су Хуай лихорадочно достал лекарственную таблетку, чтобы она проглотила ее.

Тот, кто повесил их здесь, был довольно странным человеком. Их духовная энергия не была запечатана, и их предметы хранения не были изъяты. Их всего лишь вздернули на веревке.

После приема таблетки Бейли Цинмяо почувствовала себя намного лучше. Она подняла глаза, но никого вокруг не увидела.

-“Где, черт возьми, мы находимся? Мы только что были в секте Шанцин, так как же мы вдруг оказались здесь?” ,- сказала Бейли Цинмяо, держась за голову - “Что-то случилось с сектой Шанцин?”

Су Хуай действительно хотел ударить своего учителя по голове и выбить из ее головы склонность видеть лучшее в каждом человеке. Он яростно сказал:

-“Господин Чжунли остановился в секте Шанцин в качестве гостя. Если бы что-то случилось в секте, неужели ты думаешь, что он просто сидел бы сложа руки и позволил бы тебя забрать? Очевидно, что сейчас с ним все в порядке, так что он либо не знает, что с тобой случилось, либо ничего не может с этим поделать. С ним там и подопечными секты Шанцин, как вы думаете, секта могла подвергнуться нападению?”

-“Тогда… что случилось?” ,-по правде говоря, Бейли Цинмяо уже пришла к ответу.

Она просто не хотела в это верить.

-“Что бы это могло быть? Перед тем, как тебя вырубили, кого ты увидела?!” ,-Су Хуай чуть не закричал.

Это был ее шисюн. Бейли Цинмяо уже давно все вспомнила. Шисюн пришел навестить ее, а потом она потеряла сознание и очнулась в этом месте.

-“Очевидно, что секта Шанцин повесила нас здесь с какой-то целью”, - сказал Су Хуай - “Разве мы сейчас не похожи на наживку на рыболовном крючке?”

Как культиватор призраков, он часто использовал приманку, чтобы заманить обычных людей. Эта сцена, на которую он открыл глаза, была ему очень знакома.

-“Чего хочет от меня секта?” ,- спросила Бейли Цинмяо, все еще не веря своим ушам.

-“Что еще?!” ,- закричал Су Хуай - “Помнишь, что они хотели, чтобы ты сделала раньше, а ты отказалась? Очевидно, это то, что им нужно!” ,-как получилось, что его хозяин был таким идиотом?

-“Я...” ,-Бейли Цинмяо покачала головой.

Не то чтобы она этого не понимала, просто не хотела верить.

Секта Шанцин хотела, чтобы она выманила мастера Цинсюэ, а она отказалась, и поэтому была заперта в горах. Однажды Шисюн умолял ее передумать, но она не послушалась. В следующий раз, когда он пришел, он удрали ее до потери сознания.

-“Используют своих собственных учеников, чтобы выманить демонических культиваторов!” ,- яростно воскликнул Су Хуай - “Как может секта Шанцин все еще называть себя праведным путем? Они просто кучка закулисных мошенников!”

Он повысил свой голос, а также использовал духовную энергию, чтобы заставить его двигаться дальше. Он хотел убедиться, что люди, затаившиеся в засаде на вершине утеса, услышали его.

На вершине утеса несколько культиваторов уже установили Небесную Сеть, чтобы уничтожить Кровавого Демона. Услышав, как такой младший, как Су Хуай, кричит на них, лица некоторых людей покраснели, но никто не осмелился издать ни звука.

Это был старейшина клана Нанго, который имел зуб на Бейли Цинмяо и его спутник, который встал и подошел к краю обрыва.

-“В чем проблема с принесением в жертву нескольких учеников, чтобы убить демона?” ,- сказал он.

-“Это ты, старый пердун!” ,- сказал Су Хуай - “Вы, Нанго, все еще обижены, потому что мой воинственный предок разоблачил ваши злодеяния, так что теперь вы хотите избавиться от всех нас, кто присутствовал на том банкете, да? Секта Шанцин опустилась так низко, что они трутся локтями с кланом Нанго? Отвратительно! Мне стыдно быть учеником секты Шанцин!”

Он был культиватором призраков, тем, кто часто болтался на рынках, чтобы поесть блуждающих духов. Если бы он захотел, он мог бы ругаться как хулиган, и не было ничего такого, чего бы он не сказал.

Он все равно был близок к смерти, так что Су Хуай ничего не утаивал, проклиная секту Шанцин и клан Нанго изо всех сил. Бейли Цинмяо была ошеломлена грубостью его языка и огромным разнообразием его оскорблений. Ее ученик всегда был таким послушным, и даже если он иногда немного бунтовал, он никогда не хотел причинить этим никакого вреда. Кроме того, все это время он изучал литературу под руководством Чжунли Цяня. Она никогда раньше не слышала, чтобы он ругался, поэтому сегодня испытала настоящий шок.

Она тихо сказала:

-“Если бы господин Чжунли слышал, как ты так говоришь...”

Су Хуай напрягся. Его язык сразу же стал официальным, хотя он продолжал свои оскорбления, просто без ругани. Его язык был все таким же разнообразным, как и раньше, такие слова, как “трусы”, “негодяи” и “мелкие мошенники”, слетали с его губ. Бейли Цинмяо не понимала, как он мог не запоминать стихи, но мог запомнить так много способов проклинать людей.

-“Старые пердуны, ваши действия ниже, чем у демонических сект!” ,- закричал Су Хуай.

Праведные земледельцы притворились, что не слышат его. Старейшина Нанго не смог превзойти его в оскорблении и, указав дрожащим пальцем на Су Хуая и назвав его “вульгарным сопляком”, отступил. Су Хуай кричал, пока не охрип, но никто не ответил. Он сказал Бейли Цинмяо:

-“Твоя секта никуда не годится, а твой шисюн еще хуже. Перестань любить его”.

Бейли Цинмяо тихо сказала:

-“Шисюн не может ослушаться приказов секты”.

Су Хуай был на грани того, чтобы проявить неуважение к своему учителю.

-“Когда Секта Шанцин хотела, чтобы ты обманула Цю Конгсюэ, ты скорее согласилась на заключение, чем согласился. Почему, когда секта Шанцин хочет использовать тебя в качестве приманки, Хэ Вэньчжао не в силах отказаться?”

Бейли Цинмяо потеряла дар речи.

[Молодец, ученик!]

[Ничто не дойдет до идиотского мозга ведущего, если кто-нибудь не обругает ее первым.]

[Любовный интерес номер 5 приносит пользу! В первоначальной версии он был убит Хэ Вэньчжао до того, как его личность была раскрыта, и он был практически невидим. Теперь, после пересмотра, мы обнаруживаем, что у него на самом деле неплохой рот?]

[В один момент Бейли Цинмяо была в отражении в горах, а в следующий она проснулась здесь. Мне показалось, что я пропустил несколько тысяч слов. Теперь, когда все объяснено, оказывается, что Хэ Вэньчжао ведет себя бесстыдно, заставляя МС делать то, чего она не хочет, при этом действуя так, как будто это для ее же блага.]

Чтобы всегда быть в курсе событий, Вэнь Женьхэ читал свою книгу, спеша в Кровавый ад. После пробуждения Бейли Цинмяо Оскорбительный Роман изменился, хотя Бог Уничтожения остался прежним. Хэ Вэньчжао, вероятно, все еще находился под контролем Кровавого Демона.

Он отложил книгу и подошел к "Кровавому аду". Делая вид, что он не знал о засаде, он бросился вперед и предстал перед Бейли Цинмяо.

Бейли Цинмяо в настоящее время уныло принимала оскорбления своего ученика, когда кто-то появился перед ней. Через мгновение она увидела, что это был Вэнь Женьхэ, и воскликнула:

-“Старший Вэнь, почему вы здесь?”

-“Этот Достопочтенный сказал вам, что он у вас в долгу”, - сказал Вэнь Женьхэ.

Он также не мог летать над Кровавым Адом. Чувствуя неумолимое притяжение моря, он воткнул копье в скалу, встав на его древко и удерживая Бейли Цинмяо.

-“Держитесь крепче, вы двое”, - сказал он - “Я отведу вас на самый верх”.

-“Господин, наверху засада!” ,- у Су Хуая не было времени сказать больше.

Над ними появилась золотая сеть.

В небе появились девять экспертов. Среди них был Мастер секты Шанцин, который к этому моменту уже недолго бодрствовал.

Вэнь Женьхэ усмехнулся.

-“Даже праведные секты будут прибегать к таким коварным методам? Но если ты планируешь убить этого Почтенного, разве тебе не следует послать еще несколько человек? Что хорошего принесет девятка? Ах, теперь этот Почтенный вспомнил. Во время Великой Войны Сект я убил большинство ваших экспертов, так что теперь вы не можете собрать даже десять человек! Ха-ха-ха!”

Он запрокинул голову от смеха.

-“Будьте уверены”, - сказал он Бейли Цинмяо - “Эта горстка людей не может угрожать этому Почтенному”.

-“Старшый Вэнь, все, что я сделала, это помогла вам найти Снежное Пламя и Разбитый Горный метеорит”, - сказала Бейли Цинмяо, и слезы потекли по ее щекам, когда она посмотрела на Вэнь Женьхэ - “Вы не должны подвергаться опасности из-за меня”.

-“Этот Достопочтенный здесь не для того, чтобы спасти тебя”, - холодно сказал Вэнь Женьхэ - “Я просто хочу, чтобы ты кое-что понял”.

Вэнь Женьхэ не испытывал страха перед девятью экспертами. У него было с собой еще много магических оружий, помимо Алебарды Семи Убийств, он достал пару мечей, используя их, чтобы сначала перерезать веревку Бейли Цинмяо и Су Хуай, затем воткнул их в скалу и прыгнул, используя их как опору для ног.

Скалы, окружающие Кровавый Ад, постоянно подвергались воздействию его хаоса и демонической энергии и были очень агрессивными. Даже Вэнь Женьхэ не осмеливался напрямую прикоснуться к ним. Он мог создавать такие точки опоры только для того, чтобы добраться до вершины.

Даже первоклассные магические предметы превратились бы в кровь после нескольких минут контакта со скалой. Бейли Цинмяо увидела, что копье и два меча-близнеца уже растворились. Вспомнив о своей собственной руке, она сглотнула, покрывшись холодным потом.

Знал ли ее шисюн, насколько опасным было это место, когда привез ее сюда? В замешательстве подумала Бейли Цинмяо.

К счастью, у Вэнь Женьхэна было при себе много оружия. Воткнув ножи, копья и мечи в скалу, они добрались до вершины, рядом с сетью, всего за несколько прыжков.

-“Просто Небесный Сетчатый массив”, - сказал Вэнь Женьхэ, взглянув на сеть.

Он поднял Алебарду Семи Убийств, и с размаху прорезал золотую сеть.

С Бейли Цинмяо в руке он подпрыгнул, почти освободившись от сетки. Атаки девяти экспертов были бессильны против его, не в силах даже замедлить его.

В этот момент появился Хэ Вэньчжао. Его глаза были холодны. Увидев, как Вэнь Женьхэ защищает Бейли Цинмяо, его глаза заблестели, и он поднял меч, вонзив его в сердце Бейли Цинмяо.

Вэнь Женьхэ знал, что это был не Хэ Вэньчжао, а Старейшина Кровавых Демонов.

Но все было в порядке. Видя это, чувства Бейли Цинмяо к нему действительно должны умереть.

Вэнь Женьхэ повернулся, чтобы защитить Бейли Цинмяо, приняв клинок в спину. Увидев, как ее шисюн бессердечно нападает на нее, Бейли Цинмяо была ошеломлена.

Сознание Старейшины Кровавых Демонов отступило, оставив Хэ Вэньчжао за главного. Хэ Вэньчжао посмотрел на свои руки и, казалось, осознал, что он только что сделал.

-“Шимей, это был не я!” ,- закричал он -“Я этого не делал!”

Клинок был пропитан силой Кровавого Демона и смог повредить кровавый массив, который Вэнь Женьхэ вырезал на своей душе. Культиватор крови лучше всех разбирался в культивировании крови, поэтому только Кровавый Демон мог знать, как уничтожить силу Вэнь Женьхэна.

Выход был прямо перед его глазами, но Вэнь Женьхэ был тяжело ранен. Держа Бейли Цинмяо и Су Хуая в одной руке, а другой размахивая алебардой, чтобы блокировать атаки девяти экспертов, он подбросил их в небо, крича:

-“Поймайте их!”

Фигура в небе выхватила их из воздуха. Цю Конгсюэ прибыла как раз вовремя.

-“Мастер Цинсюэ...” ,-Бейли Цинмяо сегодня пережила слишком много потрясений и рыдала, вцепившись в одежду Цю Конгсюэ ,- “Пожалуйста, идите и спасите старшего Вэня. Пожалуйста...”

-“Слишком поздно” ,- Цю Конгсюэ стояла в небе, спокойно наблюдая за происходящим внизу.

Внутри золотой сети девять различных магических орудий пронзили тело Вэнь Женьхэна.

Все это время меч, воткнутый ему в спину, постоянно уничтожал его кровавые следы. Даже если бы Вэнь Женьхэ захотел растворить всех вокруг себя в крови и поглотить их силы, чтобы исцелить себя, он не смог бы этого сделать.

Чувствуя, что его кровяная ци истощается, Вэнь Женьхэ разразился смехом. Он знал, что у Кровавого Демона есть способ убить кровавого культиватора. С тех пор как его кровавые метки были уничтожены, план, который он составил с Чжунли Цянь, не был напрасным.

План состоял из трех целей. Первый состоял в том, чтобы Бейли Цинмяо своими глазами увидела, как Хэ Вэньчжао нападает на нее, и таким образом полностью отпустила его.

Второй состоял в том, чтобы воспользоваться сотрудничеством Кровавого Демона и Чен Чжэнци, чтобы разоблачить предателя и получить второй том. В то же время он мог уничтожить следы крови на своем теле, освободившись от своей жажды крови.

Третьим было заставить Кровавого Демона действовать. До сих пор он был подавлен Хэ Вэньчжао и не осмеливался употреблять культиваторы, чтобы восстановить свою силу, поэтому у праведных сект не было возможности обнаружить его. Теперь, когда он действовал напрямую, секты могли какое-то время пребывать в замешательстве, но в конце концов они во всем разберутся. И раньше он мог винить в смерти этих семнадцати экспертов Вэнь Женьхэна, но после того, как Вэнь Женьхэ “умер”, мог ли Кровавый Демон сдержать себя от поглощения большего количества людей? Он не мог. После того, как культиватор крови начнет убивать, они не смогут остановиться. В книге Кровавый Демон ждал, пока божественное царство не заберет тело Хэ Вэньчжао, и ничего не сделал до этого. На этот раз все было по-другому. Он не смог бы продержаться до божественного царства.

Все шло по плану. Оставшийся вопрос заключался в том, сможет ли он использовать энергию хаоса внутри Кровавого Ада, чтобы восстановить себя.

С его телом, пронзенным оружием, и девятью экспертами, бесконечно бросающими талисманы, Вэнь Женьхэ упал в море крови.

Когда дело дошло до поглощения изначальной энергии хаоса, у Вэнь Женьхэ появилась некоторая уверенность, благодаря тому, что он понял из третьего тома. Если дать ему немного времени, он сможет восстановить свои силы.

"Все шло идеально", - подумал Вэнь Женьхэ.

Затем он внезапно услышал отчаянный крик.

“Почтенный!”

Глаза Вэнь Женьхэна распахнулись. За мгновение до того, как он упал в море, он увидел человека в маске, пробивающегося сквозь Небесную Сеть, устремляясь в Кровавый Ад за ним.

Под маской были горящие красные глаза Инь Ханьцзяна.

Вэнь Женьхэ внезапно вспомнил кое-что, что он однажды сказал: ”Если этот Достопочтенный ушел, ты можешь следовать за мной”.

Инь Ханьцзян был целеустремленным человеком. Если бы Вэнь Женьхэ что-то разрешил, он бы это выполнил.

-“Нет!” ,- крикнул Вэнь Женьхэ, когда Инь Ханьцзян подошел к нему ближе - “Этот Достопочтенный запрещает тебе!”

По мысли Вэнь Женьхэ, его защитная мантия взлетела и обернулась вокруг Инь Ханьцзяна.

В тот момент, когда он упал в воду, Вэнь Женьхэ поднял руку и изо всех сил ударил ладонью по одежде, толкая Инь Ханьцзяна обратно на утес.

Инь Ханьцзян был отброшен от моря крови. Он мог только наблюдать, как тело Господина, покрытое ранами, попал в самое адское место в этом царстве.

-“А-А-А-А-А!” ,-крик боли эхом разнесся по Кровавому Аду.

Если Полис падет, Алкаид сойдет с ума.

— Извините, что прерываю крики и все такое, но Вэнь Женьхэ был описан как использующий обе руки для борьбы в этой главе, в то время как у него должна быть только одна рука.—

Глава 50 - Нигде не найден

Вэнь Женьхэ и не хотел скрывать свой план от Инь Ханьцзяна. Он просто не был уверен, удастся ли ему это или нет.

Не каждый был способен заново изобрести себя. Вэнь Женьхэ, возможно, имел некоторое представление о том, что ожидало его в Кровавом Аду, но он был уверен только наполовину.

В обеих книгах говорилось, что Вэнь Женьхэ погиб в Кровавом Аду. На этот раз он столкнулся лицом к лицу со смертью по собственной воле. Он бросал вызов небесам, отнимая свою собственную жизнь у судьбы.

Если бы ему было суждено умереть, то он не стал бы скрывать это от Инь Ханьцзяна. Решит ли Инь Ханьцзян умереть вместе с ним или жить дальше, узнав, будет зависеть от него. Вэнь Женьхэ не стал бы навязывать свой выбор. С другой стороны, если бы он выжил, это был бы лучший исход.

Но потребуется некоторое время, чтобы определить его выживание, и Вэнь Женьхэ не мог быть уверен, что Инь Ханьцзян сделает за это время. Он боялся, что, не зная статуса Вэнь Женьхэна, Инь Ханьцзян попадет в Кровавый Ад. У Вэнь Женьхэ был шанс выжить в Кровавом Аду, но Инь Ханьцзян наверняка умрет.

Поэтому он придумал план, чтобы прикрыть все свои базы — отправить Инь Ханьцзяна к Мастеру Алтаря Юаню.

Сила Инь Ханьцзяна была примерно равна силе Мастера Алтаря Юаня. Даже если бы Мастер Алтаря Юань получил некоторые преимущества от второго тома, получив преимущество над Инь Ханьцзяном, Инь Ханьцзян не проиграл бы, если бы его поддержала Шу Яньянь. Вэнь Женьхэ понимал Шу Яньяня. Она, конечно, выбрала бы сторону более привлекательного человека.

Инь Ханьцзян должен быть ранен после битвы с Мастером Алтаря Юанем и не сможет восстановиться за такое короткое время. Вэнь Женьхэ уже заключил сделку с Чжунли Цянь в обмен на безопасность Бейли Цинмяо. Чжунли Цянь должен был отправиться в секту Сюаньюань, чтобы удержать Инь Ханьцзяна, пока тот был ранен, рассказать ему о плане Вэнь Женьхэ и убедить его подождать.

Заживление травм Инь Ханьцзяна должно было занять несколько лет. Через несколько лет было бы решено, выживет Вэнь Женьхэ или потерпит неудачу.

К тому времени, если бы Вэнь Женьхэ все еще не вернулся, Чжунли Цянь не помешал бы Инь Ханьцзяну попасть в Кровавый Ад.

Вэнь Женьхэ не рассматривал возможность того, что Инь Ханьцзян намного превзойдет силу Мастера Алтаря Юаня и одержит сокрушительную победу, а затем попадет в Кровавый Ад практически в мгновение ока. Вспышка света Инь Ханьцзяна не была искусной, и обычно ему требовался целый день, чтобы добраться до Кровавого Ада на его мече. Кто бы мог подумать, что он сможет пересечь весь континент менее чем за десять минут?

Последним звуком, который услышал Вэнь Женьхэ, был отчаянный крик Инь Ханьцзяна. Падая в море, он подумал, что это действительно наихудший возможный исход.

Казалось, что смерть Вэнь Женьхэна и безумие Инь Ханьцзяна были предопределены, и изменить их было невозможно.

Инь Ханьцзян видел, как Вэнь Женьхэ упал в воду. Не было слышно даже всплеска, как будто все его тело было поглощено и растворилось в одно мгновение. Он больше не мог контролировать свою собственную темную натуру. Он хотел последовать за ним, но его Господин запретил ему.

Он крепко вцепился в черно-золотую мантию, обернутую вокруг него. Его горящие красные глаза скользнули по девяти экспертам, окружавшим его, и Хэ Вэньчжао, который в настоящее время сражался за Бейли Цинмяо с Цю Конгсюэ. Он медленно открыл рот, ощущая вкус крови, заполнившей его.

-“Праведные земледельцы, умрите!”

Пока он говорил, серебристая полоса прорезала воздух. Армейский Сокрушительный Шип вонзился в тело старейшины Нанго. У него даже не было возможности среагировать.

Однако эти телесные повреждения было легко залечить. Старейшина проглотил пилюлю, циркулируя своей духовной сущностью, собираясь вытеснить клинок.

Внезапно кончики треугольного лезвия испустили три полосы резкого света. Тело старейшины Нанго было разделено на три части и убито мгновенно.

Его душа улетела, но в небе появился огромный барабан. Каким-то образом Инь Ханьцзян теперь стоял на коленях на его поверхности. Он хлопнул ладонью по барабану.

Бонг! Барабанный бой пробудил в нем демоническую и бессмертную энергию. Душа старейшины Нанго была разорвана на части под давлением звука, ее остатки были поглощены барабаном.

-“Это бессмертный артефакт! Культиватор царства смертных может использовать бессмертный артефакт! Отступаем!” ,-Мастер секты Шанцин был опытен и быстро принял свое решение - “Небесная скорбь неминуема! Если это помешает ему, у нас будет шанс!”

Он едва закончил говорить, когда раскат небесного грома обрушился на Инь Ханьцзяна. Использование бессмертного артефакта в мире смертных нарушало законы трех миров, поэтому небеса теперь вынесут приговор Инь Ханьцзяну.

-“Но шимей все еще в руках демонической секты!” ,- воскликнул Хэ Вэньчжао.

-“У нас нет времени! Уходим!” ,-Мастер Секты схватил Хэ Вэньчжао и полетел обратно в секту.

Защита секты Шанцин поддерживалась бессмертным артефактом, поэтому их было нелегко сломать.

Остальные восемь экспертов разбежались в восьми других направлениях. Инь Ханьцзян уже запомнил их лица. Его первой целью был Хэ Вэньчжао из секты Шанцин.

Небесная скорбь собралась над головой, но Инь Ханьцзян не сделал ни малейшей попытки избежать ее. Используя Горящий Небесный Барабан, он блокировал первый удар молнии в лоб. Взмахнув рукой, Армейский Сокрушительный Шип вернулся в его руки. Инь Ханьцзян преследовал Хэ Вэньчжао и Мастера Секты по пятам, преследуя их обратно в секту Шанцин.

-“Как он может быть таким быстрым? Разве его не волнует небесная молния?” ,- воскликнул Глава Секты.

Когда Инь Ханьцзян был уже на грани того, чтобы догнать Хэ Вэньчжао, который отстал на шаг, ударила вторая молния шириной в десятки метров и заставила его замешкаться.

Инь Ханьцзян стоял внутри молнии, казалось, не чувствуя боли. Он поднял голову, чтобы посмотреть на сгущающиеся тучи, собирающиеся над головой. Если он не справится со скорбью, он никогда не догонит их.

Он поднял обе руки. Бесконечный запас естественной духовной энергии собрался в его ладонях, медленно формируясь в два циркулирующих скопления ци в форме двух барабанных палочек. Он отпустил их, используя знаки рук, чтобы манипулировать ими, пока они били в барабан.

Бон-бон-бон-бон-бон-бон! Среди яростного барабанного боя с поверхности барабана поднималось красное и золотое пламя.

Огонь испускал чистые золотые лучи света. Это был не смертный огонь, а небесное пламя бессмертного царства, которое было скрыто внутри барабана в течение сотен тысяч лет. Пламя превратилось в золотого дракона, устремившегося к небесам навстречу молнии, испуская ослепительное сияние. Волны золотого света расходились по небу. Облака рассеялись от одного удара дракона, и постепенно начал накрапывать дождь.

Дракон вернулся в барабан. Инь Ханьцзян почувствовал, как его внутренние органы разрываются на части. Он использовал силу пика Махаяны, чтобы принудительно активировать Пылающий Небесный Барабан, и каждое его движение истощало его силы.

Этого было недостаточно. Он вытер кровь с подбородка и продолжил свое преследование в направлении секты Шанцин. Световая вспышка Горящего Небесного Барабана была исключительно быстрой и вскоре догнала этих двоих. Увидев приближение Инь Ханьцзяна, Мастер Секты схватил Хэ Вэньчжао и нырнул за массив Секты Шанцин.

Массив закрылся прежде, чем Инь Ханьцзян смог до него дотянуться, остановив его от продолжения.

Инь Ханьцзян с красными глазами уставился на Хэ Вэньчжао и Мастера Секты с другой стороны строя. Он знал, что истинным вдохновителем заговора против его Господина был Кровавый Демон, прямо внутри тела Хэ Вэньчжао.

Он указал на Хэ Вэньчжао.

-“Выходи”.

Хэ Вэньчжао схватился за свой меч.

-“Инь Ханьцзян, Вэнь Женьхэ был кровавым демоном. Присутствие демона угрожает всему миру. Это касается не только праведных сект. Его смерть и тебе поможет, не надо...”

-“Заткнись!” ,-сделав знак рукой, Инь Ханьцзян ударил в барабан с силой, которая потрясла души всех присутствующих.

Волны давления обрушились на подопечных секты Шанцин. Массив задрожал, находясь на грани обрушения.

Бонг! Раздался глубокий звук колокола. Это был бессмертный артефакт секты Шанцин, Колокольчик Лунного бассейна.

Старейшина Цин Юэ, видя отчаянную ситуацию, активировала колокол, чтобы противостоять Горящему Небесному Барабану. Они оба были первоклассными бессмертными артефактами, и хотя Пылающий Небесный Барабан на самом деле превосходил Колокол Лунного Бассейна, у Инь Ханьцзяна больше не было сил использовать его.

Десятый барабанный бой был заглушен звоном колокола. Инь Ханьцзян, на пределе своих возможностей, не мог продолжать.

Он пристально посмотрел на Хэ Вэньчжао сквозь призрачную маску, прижимая к груди мантию Вэнь Женьхэна.

У него было много врагов и много времени.

Держа Армейский Сокрушительный Шип, он указал на Мастера Секты и Хэ Вэньчжао.

-“Мне нужны жизни этих двоих. Я не могу помешать вам прятаться за вашими оберегами сегодня, но я не верю, что вы сможете прятаться там всю свою жизнь. Я, Инь Ханьцзян, клянусь превратить ваши тела в ламповое масло, зажечь вечно горящую лампу для моего Преподобного!”

Он яростно ткнул своим клинком в барьер, хотя Колокольчик Лунного Бассейна заблокировал его.

Забрав Горящий Небесный Барабан, Инь Ханьцзян удалился в полосе света. Увидев, что он исчез, Мастер Секты Шанцин наконец выдохнул. С горьким выражением на лице он сказал:

-“Мы только что устранили Вэнь Женьхэна, когда теперь появляется этот Инь Ханьцзян. Его разум в смятении, и он уже проявляет признаки отклонения ”.

Немного расслабившись, он вдруг кое-что вспомнил.

-“Мы должны пойти проверить Цин Юэ-шиди[1]!”

1. -ок, вообщем Цин Юэ был мужчиной, моя ошибка,  простите за мой перевод.

Он взял Хэ Вэньчжао и нескольких учеников, которые все еще могли двигаться, и побежал к Колокольчику Лунного Бассейна. Цин Юэ стоял на коленях перед колоколом, его волосы были белыми, вся его духовная сущность была израсходована.

Он поднял голову, его некогда молодое лицо теперь покрылось морщинами.

-“Кажется, небеса были на нашей стороне”, - пробормотал он - “Если бы он ударил еще раз, у меня не было бы сил снова активировать Колокол Лунного бассейна”.

-“Шиди!” ,-Мастер Секты поддержал старейшину Цин Юэ.

Увидев его изможденное лицо, он понял, что фундамент Цин Юэ был поврежден, и он никогда не сможет восстановить свою былую силу.

Кем же был этот Инь Ханьцзян? Как он мог быть таким сильным? Они не видели от него таких проявлений силы во время Великой войны Сект!

Инь Ханьцзян планировал полететь в Кровавый Ад, но на полпути силы покинули его, и он упал с высоты. Он тяжело приземлился в сугроб, не понимая, где находится.

Он поднялся из сугроба, снимая маску. После такого ожесточенного боя обычная маска уже была покрыта трещинами.

Он взглянул на него, затем горько улыбнулся. Его Преподобный исчез. Ему больше не нужно было носить маску.

Он использовал маску, чтобы скрыть выражение своего лица, когда не мог подавить свои чувства. Человека, от которого он хотел их спрятать, здесь больше не было, так что в этом больше не было смысла.

Повесив маску на пояс для хранения, Инь Ханьцзян сел на снег, ошеломленно оглядываясь по сторонам.

Наконец, он узнал его.

-“Значит, это Ледяные Равнины протяженностью в Тысячу миль”.

Тридцать лет спустя, после того как Вэнь Женьхэ дважды все испортил, он больше не простирался на тысячу ли вокруг. Только территория в сто ли зимой была покрыта снегом, который таял весной, когда распускались цветы.

Во всех направлениях было бескрайнее белое пространство. Инь Ханьцзян, казалось, увидел вдалеке фигуру, которая подзывала его. Он приблизился и обнаружил, что это его Господин.

Его Господин обнажил запястье, сделал разрез  и протянул Инь Ханьцзяну. В его холодном голосе чувствовалась скрытая теплота.

-“Твое тело замерзло и не может противостоять Ледяным Равнинам. Если ты выпьешь мою кровь, это поможет тебе продержаться несколько дней.”

Инь Ханьцзян моргнул, глядя на него, затем послушно склонил голову, приблизив рот к порезу, но почувствовал только горький привкус ветра.

Вэнь Женьхэ, который тепло смотрел на него, исчезл.

Это была иллюзия.

Инь Ханьцзян закрыл лицо руками. Он услышал рядом с собой другой голос.

-“Это Снежное Пламя. Если ты поглотишь его, это рассеет энергию инь в твоем теле.”

Он опустил руку, оглядываясь по сторонам. Казалось, каждая снежинка превратилась в Вэнь Женьхэна, окружив его со всех сторон. Он протянул руку, но они снова превратились в снежинки, унесенные ветром.

Все это ложь. Все это были иллюзии, вызванные его внутренними демонами.

Только этот был настоящим. Инь Ханьцзян прижал халат Вэнь Женьхэ к груди, свернувшись калачиком на снегу, закрыв глаза и заткнув уши, не желая ни видеть, ни слышать.

Он не смел открыть глаза, чтобы не видеть своего Преподобного повсюду. Он только вжался в снег, дрожа от холода, постепенно вбирая в себя духовную энергию, чтобы залечить свои раны.

Он не знал, как долго проспал на снегу. В конце концов снег растаял, пришла весна, и расцвели цветы.

Инь Ханьцзян проснулся от покрывавшего его льда. Пройдя немного, он наткнулся на цветущее абрикосовое дерево.

Вэнь Женьхэ, казалось, сидел на дереве, протягивая ему руку. Инь Ханьцзян тоже протянул руку, пытаясь схватить его за руку, но не прикоснулся к нему. Он схватил только цветок абрикоса.

-“Подделка” ,- Инь Ханьцзян сжал кулак.

Хрупкий цветок был раздавлен в его ладони.

Он раскрыл ладонь и позволил осколкам этого цветка развеяться по ветру. В рассыпающихся лепестках он, казалось, видел фигуру Вэнь Женьхэ, уходящую от него.

-“Тоже подделка”, - сказал себе Инь Ханьцзян, чтобы не смотреть и не слушать.

Все это было бредом его внутренних демонов, и в это нельзя было поверить.

У него были незаконченные дела, и он не мог справиться со своими внутренними демонами. Шаг за шагом Инь Ханьцзян покидал Ледяные Равнины, согретые весенними ветрами. Это больше не походило на то место, куда он и его Преподобный приходили раньше, и его Преподобного здесь больше не было.

Ни на небесах, ни в подземном мире его нигде не было видно.

Глава 51 - Непостоянные сердца

Инь Ханьцзян был похоронен в снегу более трех месяцев, но так и не смог восстановить свою духовную сущность. Он осушил его, используя Горящий Небесный Барабан, чтобы отразить небесную скорбь. Если бы он не заботился о смертных, живущих вблизи Ледяных Равнин, и поглощал всю духовную энергию вокруг, он мог бы восстановиться большую часть пути, но он отказался.

Он летел медленно, достигнув Кровавого Ада через полмесяца.

Несколько недель назад во время битвы здесь он обнаружил, что может поглощать изначальную энергию хаоса. Это было лучшее место для него, чтобы восстановить свои силы.

Он медленно поднялся на край обрыва и посмотрел вниз. От алого простора у него закружилась голова, и он обессиленно сел на вершине утеса. В его глазах было бесчисленное множество Вэнь Женьхэ, прыгающих вниз, тепло призывающих Инь Ханьцзяна следовать за ними.

-“Без лидера Секты Инь этому Почтенному человеку совсем одиноко”, - сказал один из них, сидевший рядом с ним - “Разве ты не поклялся следовать этому Достопочтенному на протяжении всей жизни?”

Инь Ханьцзян пристально посмотрел на внимательное выражение лица Вэнь Женьхэ и покачал головой.

-“Почтенный, я хочу последовать за тобой, но не могу. Ты запретил мне.”

-“Этот Достопочтенный разрешает тебе сейчас”, - сказал Вэнь Женьхэ.

-“У этого подчиненного есть незаконченное дело”, - тихо сказал Инь Ханьцзян.

Он достал маску призрака, теперь покрытую трещинами. Глядя на него сверху вниз, он, казалось, смотрел на себя прежнего.

Вэнь Женьхэ, стоявший рядом с ним, смотрел вместе с ним.

-“Почтенный, ты все еще помнишь эту маску?” ,- спросила Инь Ханьцзян.

Естественно, он не ответил. Он был всего лишь плодом воображения Инь Ханьцзяна.

-“Вы думали, что этот подчиненный был лояльным, верно? Может, я и не был таким джентльменом, как Чжунли Цянь, но, по крайней мере, я был открытым и честным, верно?” ,-Инь Ханьцзян провел рукой по трещинам в маске, его голос звучал сдержанно - “Но это было неправдой”.

Его семью были убиты тогда ему было пять лет. Он пролежал в куче трупов несколько дней; его подобрал Вэнь Женьхэ, а затем бросил на десять лет. Как он мог быть открытым и честным? Как он мог не затаить обиду?

До того, как ему исполнилось восемнадцать, Инь Ханьцзян прожил суровую жизнь. Он знал, что его спас могущественный человек, с которым он очень мало общался. Этот человек хотел, чтобы он стал мастером владения мечом, и он понимал, что должен завоевать расположение этого человека, если хочет выжить, поэтому он посвятил себя практике владения мечом.

Но Инь Ханьцзян никогда не говорил, что ему нравится этот меч.

До того, как ему исполнилось восемнадцать, он хотел выжить и стать сильнее, поэтому он сделал все, что мог, чтобы завоевать расположение этого человека. Когда ему исполнилось восемнадцать, он вернулся в свою деревню, увидел человека, который спас его, и узнал, что его зовут Вэнь Женьхэ.

Пока он спокойно наблюдал со стороны, как Вэнь Женьхэ ведет свои войска на защиту деревни, тоска, восхищение и поклонение наполнили его сердце. Инь Ханьцзян хотел быть кем-то вроде Вэнь Женьхэна, но не смог. По прошествии восемнадцати лет его темперамент уже сформировался. Он всегда будет темным и извращенным человеком.

Вэнь Женьхэ не знал, что все вражеские войска, бежавшие от его сражений, были выслежены Инь Ханьцзяном, один за другим, и заколоты треугольными клинками.

Он уже нашел груду трупов, где от членов его семьи теперь остались одни кости, которые невозможно было опознать. Он похоронил их и установил стелы, затем перетащил трупы вражеских соплеменников к могилам, поджигая их один за другим, освещая кладбище.

Лицо Инь Ханьцзяна было темным в свете костра. Тепло пламени не доходило до него.

После того, как Вэнь Женьхэ успешно изгнал вражеское племя, он выпил со своими выжившими солдатами. Инь Ханьцзян спрятался в углу, наблюдая за ним.

После того, как все вокруг потеряли сознание, и Вэнь Женьхэ, запечатанный своей духовной энергией, тоже был пьян, он посмотрел на единственного человека, который все еще держался на ногах, и потащил его выпить.

Лицо Инь Ханьцзяна покраснело после того, как он сделал всего лишь глоток из чаши Вэнь Женьхэ. Он смущенно убежал, сняв маску с пояса Вэнь Женьхэ, чтобы прикрыть лицо. Таков был обычай в маленьком пограничном городке. После сражений они надевали маски призраков, чтобы помолиться, чтобы злые духи вражеских солдат не причинили им вреда. Во время празднеств Вэнь Женьхэ также надевал маску и молился.

Инь Ханьцзян почувствовал себя непринужденно после того, как надел маску. С ним никто не мог видеть выражения его лица, и ему больше не нужно было вести себя подобающим образом.

Он прятал маску, и всякий раз, когда он больше не мог продолжать играть, он тайно надевал ее на мгновение.

После столь долгого притворства он обманул себя, заставив думать, что он действительно тот, кто оправдал ожидания своего Преподобного. Только присутствие этой маски напомнило Инь Ханьцзяну, что это была ложь.

Теперь не было необходимости притворяться. Человек, которого он хотел одурачить, исчез.

Инь Ханьцзян отпустил руку. Покрытая трещинами маска упала в море крови, растворившись в ничто.

Он больше не обращал внимания на иллюзии рядом с собой. Он вызвал Пылающий Небесный Барабан, установил защитную решетку и сел, скрестив ноги, на его поверхность, медитируя.

Люди секты Сюаньюань всегда думали, что Пылающий Небесный Барабан был первоклассным бессмертным артефактом. Это был не так, это был божественный артефакт.

Инь Ханьцзян и сам этого не знал. Несмотря на то, что он совершенствовался в этом в течение трех месяцев, он так и не понял. Именно тогда, когда он насильно использовал его во время Великой Войны Сект и его порочная энергия вторглась в его тело, он обрел связь с ним.

За тридцать лет их уединения Шу Яньянь целый год медитировала на барабане. По прошествии года Вэнь Женьхэ все еще находился в уединении, поэтому Инь Ханьцзян отправился туда, чтобы разбудить ее и прогнать.

После того, как она ушла, Инь Ханьцзян прыгнул в овраг. Он стоял на барабане, слыша звуки боевых барабанов своими ушами. Он хотел быстрее обрести власть, надеясь отточить свою волю к мечу, совершенствуясь на барабане и помогая своему Преподобному.

Но на этот раз он был совершенно не в состоянии добиться прогресса.

Он не понимал почему. Он мог совершенствоваться, владея демоническим мечом, но теперь он не мог с Армейским Сокрушительным Мечом.

Он уставился на лезвие. Казалось, глубоко внутри него звучал голос, снова и снова твердивший ему, что оружие было неправильным.

Инь Ханьцзян знал, что мечи ему не подходят. Мечи слишком медленно убивали людей. Когда треугольный шип вонзал в кого-то, рану было трудно закрыть, а кровотечение трудно остановить, поэтому это было его любимое оружие.

Он надел маску призрака. После того, как он скрыл свои эмоции, он почувствовал, что его сердце стало свободным, и он легко гармонировал с Пылающим Небесным Барабаном.

На этот раз его совершенствование продвигалось быстро. Спустя десять лет его меч превратился в Армейский Сокрушительный Шип, оружие, которое действительно ему подходило, и Инь Ханьцзян поднялся на вершину Махаяны.

Но как только он оставил барабан и снял маску, его царство вернулось к Границе Пустоты, а его оружие снова стало мечом.

Вэнь Женьхэ однажды сказал, что если чье-то психическое состояние не соответствует их сфере, это все равно, что дать трехлетнему ребенку волшебный меч. Они могли бы обладать величайшим сокровищем в мире, но быть неспособными использовать его силу. Инь Ханьцзян знал, что после снятия маски и подавления своего истинного "я" его психическое состояние было недостаточным для владения силой уровня Махаяны. Чтобы стать сильнее, он должен был отказаться от своих притворств.

Он не посмел. Он не мог себе представить выражение лица его Преподобия, когда он увидет, что тот держит треугольный шип вместо меча.

Поэтому Инь Ханьцзян решил, что пока лучше так и оставаться.

Когда Мастер Алтаря Юань победил его и собирался взять Пылающий Небесный Барабан, у Инь Ханьцзяна не было выбора, кроме как надеть маску и раскрыть свою истинную силу.

В маске не было ничего особенного. Это был всего лишь щит, позволивший Инь Ханьцзяну показать свою истинную природу.

Теперь, когда от него не было никакой пользы, он мог бы с таким же успехом сопровождать своего Преподобного. После того, как Инь Ханьцзян закончит то, что должно быть сделано, он вернется в Кровавый Ад.

Спустя десять месяцев Инь Ханьцзян открыл глаза на вершине Пылающего Небесного Барабана. Только бог мог поглотить энергию хаоса. Используя силу божественного оружия, он уже восстановился и совершил еще один прорыв.

Инь Ханьцзян не знал, насколько он теперь силен. Он смутно чувствовал, что уже прошел точку своего небесного бедствия, и небесная молния, с которой он столкнулся, преследуя Хэ Вэньчжао год назад, помимо соблюдения законов неба, также была предназначена для его прорыва.

Казалось, он обладал бессмертной сущностью, но не совсем.

Ну да ладно, это не имело значения. Ему просто нужно было достаточно энергии.

Инь Ханьцзян убрал Горящий Небесный Барабан и мантию. После долгого взгляда на море крови он вернулся в секту Сюаньюань в мгновение ока.

Секта Сюаньюань была немного хаотична в прошлом году. Сначала Лидер Секты Инь и Защитник Шу объединили свои силы, чтобы убить Мастера Алтаря Юаня, затем Мастер Секты был окружен и убит в Кровавом Аду. Лидер секты Инь, который ранее был скромным, как тень, сорвался и напугал Мастера секты Шанцин и его главного ученика, заставив их скрываться в их секте более года. Битва потрясла весь культурный мир.

После завоевания славы в битве Лидер секты Инь исчез. Секта Сюаньюань осталась без лидера, подчиненные Мастера Алтаря Юаня сражались и убивали за его позицию, а остальные Мастера Алтаря начали присматриваться к позиции Инь Ханьцзяна после того, как прошел год без каких-либо новостей. Мастера Алтаря и Цю Конгсюэ сражались друг с другом несколько раз в месяц. Прямо сейчас они залечивали свои травмы и копили силы для следующего боя.

Шу Яньянь, которая когда-то победила всех четырех Мастеров Алтаря, чувствовала себя комфортно в своем положении. Она никогда не участвовала в боях, целыми днями валялась на своей новой большой кровати, время от времени общаясь с Бейли Цинмяо и Чжунли Цянь.

Бейли Цинмяо была ранена после того, как ее связанное оружие было уничтожено в Кровавом Аду, и все это время восстанавливалась в секте Сюаньюань. Чжунли Цянь договорился с Вэнь Женьхэ, что он должен был что-то сказать Инь Ханьцзяну, поэтому он не мог уйти до встречи с Инь Ханьцзяном.

Эти двое, вместе с Су Хуай, были гостями на сельскохозяйственных угодьях Цю Конгсюэ. Поскольку Цю Конгсюэ была могущественным человеком и у неё было не так много подчиненных, их пребывание было довольно мирным.

-“Культивационные угодья Левого Защитника более пустынны, чем дом с привидениями” ,-Шу Яньянь снова пришла “навестить” раненую Бейли Цинмяо, завязав разговор, когда увидела, что Чжунли Цянь помогает Су Хуай учиться.

-“Где защитник Цю?”

-“У нее назначена встреча, чтобы сразиться с тремя Мастерами Алтаря в Главном зале сегодня”.

Чжунли Цянь сделал знак Су Хуаю остановиться и встал, чтобы поприветствовать Шу Яньянь.

-“Давно не виделись, защитник Шу”.

-“Прошло совсем немного времени, всего три дня”. Шу Яньянь томно зевнул ,- “Она, конечно, может драться. Ей только что удалось вернуть себе плоть, и она уже снова превратилась в скелет, но все еще борется.”

Чжунли Цянь налил чашку чая Шу Яньянь, тепло сказав:

-“Защитница Цю - честная женщина с прямым характером, но она склонна упускать из виду детали. Я должен поблагодарить Защитника Шу за то, что она присматривала за ней в течение последнего года.”

-“Это ничего не значило”, - сказала Шу Яньянь, махнув рукой.

-“Есть ли какая-то причина для вашего

сегодняшнего визита?”, - спросил Чжунли Цянь.

-“Я никогда не смогу обмануть тебя” ,- Шу Яньянь пристально посмотрела в лицо Чжунли Цяня - “Ты умен, молодой мастер Чжунли. Что бы ты сказал, чего я хочу?”

Чжунли Цянь взял свою чашку чая и неторопливо сказал:

-“Люди секты Сюаньюань непостоянны, и Защитник Шу хочет присоединиться к драке, поэтому надеется на мою поддержку ”.

-“Конечно, удобно разговаривать с кем-то умным”, - сказала Шу Яньянь, глядя на Чжунли Цянь, подперев подбородок рукой - “Что думает молодой мастер Чжунли? Я знаю, что твои отношения с Защитником Цю лучше, но у нее нет мозгов, и секта Сюаньюань рухнет через три дня под ее руководством.”

-“Что думаю? Я надеюсь, что Защитник Шу подождет еще несколько дней ”, - сказал Чжунли Цянь.

Он едва закончил говорить, когда защита вокруг секты Сюаньюань прорвалась. Ужасающая сила ворвалась в секту.

Шу Яньянь встала и серьезно сказала:

-”Это было то, чего вы ждали, Молодой мастер Чжунли?"

-“Правильно” ,-Чжунли Цянь поставил свою чашку и сказал Су Хуаю:

-“Иди приготовь лекарства и набор для сбора духов. Твой воинственный предок сегодня получит гораздо больше ранений.”

Су Хуай : …

Глава 52 - Снова наводим порядок в секте

В настоящее время в Главном зале секты Сюаньюань шла ожесточенная четырехсторонняя битва.

Мастер Алтаря Мяо пытался убедить Мастера Алтаря Ши сразиться с Мастером Алтаря Руанем, Мастер Алтаря Ши сдавался и не помогал ни одной стороне, Мастер Алтаря Руань хотел объединиться с Цю Конгсюэ, но Цю Конгсюэ была полна решимости сразиться со всеми тремя сразу. Наконец, это переросло в сцену, где Мастера Алтаря Мяо, Ши и Руань объединились против Цю Конгсюэ, в то время как Мяо и Руань время от времени стреляли друг в друга, а Ши прятался, когда мог.

Внезапно в комнату ворвалась полоса холодного света. Потрясающая сила заставила четверку мгновенно остановиться и отступить, пытаясь убежать как можно быстрее. Однако три полосы яростного света меча прорезали то место, где они сражались. Панцирь черепахи, который Мастер Алтаря Руань не успел поднять, в одно мгновение разлетелся на куски.

Мастер Алтаря Ши в ужасе схватился за грудь. Хорошо, что он быстро прятался, потому что свет меча был жестоким, способным разрезать твою плоть одним прикосновением. Нападавший ни в малейшей степени не сдерживался, как будто им было все равно, кого из них разрубит на части этот удар.

Задаваясь вопросом, кто был таким безжалостным, Ши Таньсинь выглянул и увидел заместителя лидера секты Иня, одетого в малиновую мантию с серебряным поясом, который подчеркивал тонкую форму его талии.

-“Инь Ханьцзян, ты хочешь умереть?” ,- закричал Мастер Алтаря Руань, с разбитым сердцем глядя на свой черепаший панцирь - “Ты тоже хочешь стать Повелителем Демонов? Давай же! Тот, кто сильнее, будет...”

Инь Ханьцзян махнул рукой. Полупрозрачная ци в форме куриной ножки ударила в нагрудник Мастера Алтаря Руаня.

Говорили, что доспехи Мастера Алтаря Руаня были сделаны из панциря Сюаньву и были первоклассным защитным предметом, более сильным, чем обереги многих мелких сект. Однако под ударом Инь Ханьцзяна его нагрудник разлетелся вдребезги в одно мгновение. Ему казалось, что на его грудь обрушился вес целой горы. Он вылетел из комнаты и мог бы пройти гораздо дальше, если бы система секты не заблокировала его.

Когда он пополз обратно на гору, покрытый пылью, он услышал холодный голос Инь Ханьцзяна, эхом разносящийся по Главному залу.

-“После Вэнь Женьхэ никто не может называться Почтенным”.

-“Что ты имеешь в виду?” ,- яростно воскликнула Цю Конгсюэ - “Теперь, когда Вэнь Женьхэ мертв, это не проблема, если ты хочешь стать Повелителем Демонов, ты просто должен бороться за это. Но если ты этого не хочешь, что дает тебе право останавливать других людей?”

Шу Яньянь, которая примчалась сюда, когда массив был сломан: …

-“Я думала, что успею спасти ее”, - сказала она Чжунли Цяню - “Ну что ж. Может быть, для нее было бы лучше получить взбучку.”

Она схватила Чжунли Цянь за руку, решив отступить, но потянулась за пустым воздухом. Обернувшись, она увидела, что Чжунли Цянь, который был рядом с ней всю дорогу, уже отошёл на сотню метров вместе с Су Хуай.

Шу Яньянь: …

Этот человек, обладающий и внешностью, и умом, конечно, никогда ничего не упускал из виду.

Она отступила довольно быстро, но все равно была сбита летящей Цю Конгсюэ. Ее мягкое тело поймало груду костей Цю Конгсюэ.

Шу Яньянь вытащила свою паучью лилию, не позволив ей улететь в горный массив, как Мастеру Алтаря Руаню. Ей удалось встать на ноги, отбросив Цю Конгсюэ в сторону. Присмотревшись повнимательнее, она увидела, что Цю Конгсюэ действительно была на последнем издыхании, и оставшаяся плоть на ее лице тоже исчезла.

Она сказала Цю Конгсюэ:

-“Ах, ты находишь неприятности везде, где только можешь, и никогда не усвоишь свой урок, пока не пострадаешь”.

Она поставила тонкую ногу на лицо Цю Конгсюэ, ее глаза изогнулись в улыбке. Паучьи лилии расцвели вокруг Мастеров Алтаря Ши и Мяо, демонстрируя явную угрозу.

После того, как она сдержала двух других Мастеров Алтаря, Шу Яньянь почтительно опустилась на одно колено перед Инь Ханьцзян.

-“Этот подчиненный приветствует лидера Секты Инь”.

Видя, в каком состоянии находились Мастер Алтаря Руань и Защитник Цю, и как Шу Яньянь немедленно сдалась и не собиралась объединять с ними силы, у Мастеров Алтаря Ши и Мяо не было выбора, кроме как признать Инь Ханьцзяна, даже если они не хотели.

Без всякого сопротивления они послушно опустились на колени рядом с Шу Яньянем.

Инь Ханьцзян приземлился на землю. Он взглянул на Шу Яньяна и тут же закрыл глаза. За последний год у него ни с кем не было контакта, но он видел призраки Вэнь Женьхэ, независимо от того, были ли его глаза открыты или закрыты. Теперь все, кого он видел, выглядели как Вэнь Женьхэ, и даже Шу Яньянь носила его лицо. Это было действительно неприлично.

-“Ах”, - тихо вздохнул Чжунли Цянь.

Он сказал Су Хуаю:

-“Забери своего боевого предка обратно для исцеления. Она может идти рядом с твоим хозяином.”

Су Хуай подошел, чтобы забрать Цю Конгсюэ. На данный момент от нее остался только скелет, и было неизвестно, сколько времени ей потребуется, чтобы восстановиться.

Шу Яньянь также приказала своему подчиненному Хелянь Чу увести Мастера Алтаря Руаня и приказала людям убрать Главный зал. Цю Конгсюэ и остальные сражались здесь в течение нескольких месяцев, так что это был беспорядок, и Шу Яньянь была слишком ленивой, чтобы исправить это. В конце концов, она все равно была бы сломана через несколько дней.

После того, как Инь Ханьцзян раздавил их своей пятой, в Главном зале наконец воцарился мир. Шу Яньянь наконец послала своих подчиненных разобраться с этим.

Инь Ханьцзян увидел, что двери Главного зала были разбиты, холл, а также комната Вэнь Женьхэна были покрыты пылью, а на кровать Вэнь Женьхэ упала балка. Он взмахнул рукой и отправил Мастера Алтаря Мяо в полет, чтобы присоединиться к Мастеру Алтаря Руаню и Цю Конгсюэ.

Мастер Алтаря Ши, который редко действовал, ушел в себя и, дрожа, последовал за Инь Ханьцзяном.

Инь Ханьцзян повысил свой голос так, что он достиг каждого уголка зала.

-“Вы все можете продолжать сражаться в Главном зале, как обычно, но с этого момента, сколько бы камней вы ни разбили и сколько бы балок ни сломали, я сломаю столько костей и меридианов!”

Он взмахнул рукой, и Армейский Сокрушительный Шип вернулся в его руки. Его порочные грани пробирали до глубины души каждого, кто видел его. Это было оружие, которое в одно мгновение сорвало всю плоть с Цю Конгсюэ с мастерством мастера-мясника.

На примере окровавленного тела Цю Конгсюэ никто не осмелился восстать. Бывшие подчиненные Мастера Алтаря Юаня также прекратили свои распри, послушно произнося заклинания, чтобы очистить и привести в порядок это место. Менее чем за два часа Главный зал был отремонтирован.

-“Вэн…лидер Секты Инь, следует ли сменить место главы?” ,- осторожно спросил один из подчиненных Мастера Алтаря Юаня.

-“Не нужно”, - сказал Инь Ханьцзян.

-“Тогда следует ли поменять мебель мастера Секты Вэнь Женьхэ? Будет ли лидер Секты Инь переезжать в свою комнату?”

-“Конечно, н...” ,-Инь Ханьцзян собирался отказаться, но заколебался.

Он сжал губы и сказал:

-“Ты можешь оставить все так, как было. Где я остановлюсь, это не твое дело.”

После уборки Главного зала в соответствии с приказом Инь Ханьцзяна, все они отступили, оставив только Чжунли Цяня и Шу Яньяня. Побывав там во время битвы Инь Ханьцзяна с Мастером Алтаря Юанем, Шу Яньянь почувствовала себя довольно настороженно. Она сделала шаг назад и ничего не сказала, предоставив все Чжунли Цяню.

Инь Ханьцзян не обратил на них никакого внимания. Он уставился на стул, на котором обычно сидел Вэнь Женьхэ, не желая садиться на него.

Он всегда стоял слева от этого кресла.

Чжунли Цянь заметил, что он стоит неподвижно, и заговорил, чтобы напомнить Инь Ханьцзяну.

-“Лидер секты Инь, я последние месяцы живу в секте Сюаньюань, потому что господин Вэнь попросил меня об одолжении. Есть несколько слов, которые я должен тебе передать.”

Услышав имя Вэнь Женьхэ, Инь Ханьцзян застыл. Стоя перед креслом, он холодно спросил:

-”Какие слова?"

-“Господин Вэнь сказал: "Этот Достопочтенный должен отправиться в Кровавый ад, и у меня есть некоторая уверенность в том, что я выживу. На данный момент Инь Ханьцзяну не нужно сопровождать меня. Если этот Достопочтенный не вернется в течение одного года, вы можете воздвигнуть кенотаф и самостоятельно решить, следовать ли за этим Достопочтенным или сделать что-то еще.” Это были его точные слова, ни одно из них не пропущено”.

Чжунли Цянь не мог видеть выражения лица Инь Ханьцзяна, но он мог чувствовать его эмоции. В последние несколько месяцев он также думал, что с его стороны было глупо оставаться в секте Сюаньюань. Прошел год, и эти слова уже не имели смысла.

Тем не менее, Чжунли Цянь все равно должен был выполнить свое обещание и дождаться возвращения Инь Ханьцзяна, чтобы передать ему эти слова.

-“Я могу воздвигнуть кенотаф через год...” ,-Инь Ханьцзян схватился за грудь, чувствуя, как она гниет внутри, боль была невыносимой.

Он надолго положил руку на подлокотник кресла. Наконец, он медленно сел на стул, который символизировал высшую власть в секте Сюаньюань.

-“Я не буду возводить его прямо сейчас”, - сказал Инь Ханьцзян сквозь стиснутые зубы - “Я убью Хэ Вэньчжао и других людей, которые устроили ему засаду в тот день, и предложу их души моему Преподобному!”

Услышав его кровожадные слова, Чжунли Цянь должен был посоветовать ему:

-“Лидер секты Инь, господин Вэнь мог войти в Кровавый Ад в любое время, но он хотел, чтобы праведные секты думали, что он Кровавый Демон, чтобы разоблачить истинного Кровавого Демона внутри Хэ Вэньчжао перед праведными и демоническими путями. Господин Вэнь сказал, что как только культиватор крови начнет поглощать души, он не сможет остановиться. Кровавому Демону потребуется пять лет, чтобы полностью поглотить силы семнадцати культиваторов. Через пять лет он снова начнет убивать, так что тогда мы сможем действовать. Я умоляю лидера секты Иня пока потерпеть и не провалить план господина Вэня.”

Шу Яньянь наблюдал, как выражение лица Инь Ханьцзяна становилось все мрачнее и мрачнее. Только когда Чжунли Цянь упомянул, что не подвел Вэнь Женьхэ, Инь Ханьцзян сумел сдержаться. Шу Яньянь была обеспокоена. Инь Ханьцзян теперь мог контролировать свою темную натуру из-за слов Вэнь Женьхэ, но после того, как он завершит свою месть, возможно, ничто в мире не сможет сдержать Инь Ханьцзяна.

-“Я понимаю” ,-Инь Ханьцзян глубоко вздохнул, заставляя себя успокоиться - “Достопочтенный полон сострадания и думает только о смертных жизнях. Ему все равно, кто причинит ему вред, но я не такой.”

Сострадательный? Шу Яньянь непонимающе уставился на него. О ком опять говорил Инь Ханьцзян? О Вэнь Женьхэ? Неужели он неправильно понял Вэнь Женьхэ?

Пока она размышляла, она увидела, что Инь Ханьцзян крепко вцепилась в подлокотники.

-“Я могу подождать пять лет, но за это время я ничего не сделаю.”

“Я помню всех девятерых экспертов, присутствовавших там в тот день. Они были из Шанцина, Тяньцзяня, Цзюсина, Билуо и Усяна, пяти великих сект, а также кланов Гунси, Лянцю и Нанго. Я убил старейшину клана Нанго, так что осталось восемь. Я подарю их все Старейшине Кровавых Демонов!”

Шу Яньянь догадывалась, что сделает Инь Ханьцзян. Сглотнув, она сказала:

-“Лидер Секты, при нашей нынешней силе секта Сюаньюань не может справиться с таким количеством сект и кланов культивирования одновременно. Кроме того... Кроме того, секта Шанцин прячется за своими оберегами, которые тебе не удалось сломать в прошлый раз.”

Великая Война Сект - это одно, но уничтожить укоренившуюся секту - совсем другое. Почти каждая секта и клан были защищены бессмертными артефактами. Если бы они действительно бесстыдно прятались, было бы очень трудно вырвать старейшину или ученика из секты.

Инь Ханьцзян бесстрастно сказал:

-“У более крупных сект много ответвлений, поэтому всегда должны быть какие-то ученики, путешествующие снаружи. Мы затаимся на несколько лет, используя марионетку души, паразитов гу или проклятия, чтобы контролировать их, а затем используем их, чтобы заманить экспертов их секты и сокрушить их одного за другим ”.

Услышав его слова, Чжунли Цянь немедленно сказал:

-“Лидер секты Инь, я передал сообщение, а остальное - это дела секты Сюаньюань, поэтому я не хочу вмешиваться. Я уже много месяцев беспокою секту Сюаньюань, так что я думаю...”

Инь Ханьцзян прервал его.

-“Господин Чжунли умен, а секте Сюаньюань в настоящее время не хватает Мастера Алтаря. Поскольку ты уже беспокоишь нас целый год, почему бы тебе просто не остаться? Защитник Шу, подготовьте резиденцию для Мастера Алтаря Чжунли.”

Глаза Шу Яньянь заблестели, и она нетерпеливо сказала:

-“Этот подчиненный понимает!”

Чжунли Цянь: …

Автору есть что сказать:

Чжунли Цянь: Может ли секта Сюаньюань изменить свои неприятные привычки? Я должен был быть только мозгом Бейли Цинмяо, но теперь я должен быть мозгом всей секты?

Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян: Нет.

Глава 53 - Иллюзии внутренних демонов

Чжунли Цянь хотел отказаться. Он был практикующим Махаяну, поэтому с его силой и интеллектом Инь Ханьцзян не смог бы остановить его, если бы он не повредил его самосовершенствованию. И поскольку Инь Ханьцзян хотел, чтобы Чжунли Цянь работал на него, он должен был обращаться с ним должным образом, а не как с преступником.

Он уже собирался высказать свои возражения и попросить Инь Ханьцзяна пересмотреть свое решение, но человек в красном сказал:

-“Чжунли Цянь, ты знаешь, что было первым, что я хотел сделать, вернувшись в секту?”

Сердце Чжунли Цяня дрогнуло.

-“У меня есть идея”.

“Мой план состоял в том, чтобы сначала послать членов секты Сюаньюань собрать бродячих культиваторов и небольшие секты, не связанные с великими сектами. Мы могли бы принять желающих принять духовные обеты и присоединиться к секте Сюаньюань, в то время как тех, кто не желает, будут допрашивать на предмет их секретных методов и убивать ”, - бессердечно сказал Инь Ханьцзян - “В течение трех лет все культиваторы, не связанные с великими сектами или кланами культиваторов, будут принадлежать нам. В этот момент мы бы взяли на себя более слабые секты и сделали бы их учеников своими, а затем победили бы остальных одного за другим ”.

Инь Ханьцзян презрительно рассмеялся над собой.

-“Я не мой господин. Я не возражаю против жизней членов секты Сюаньюань или жизней невинных прохожих. Я сделаю все, что угодно, чтобы достичь своих целей.”

-“Чжунли Цянь, твои слова удержали меня, но поскольку ты встал на пути моего плана, тебе придется компенсировать это”.

-“Это...” ,-Чжунли Цянь использовал духовное познание, чтобы ощутить Инь Ханьцзян, и обнаружил, что его слова не были пустыми.

-“Я должен отомстить. Если вы не хотите, чтобы я внес хаос в мир культивирования, тогда вам лучше сделать все возможное, чтобы остановить меня. Я не буду тебя запирать. От тебя зависит, будешь ли ты Мастером Алтаря или нет”.

Инь Ханьцзян встал, повернулся спиной и вышел из главного зала, оставив Чжунли Цяня наедине с его решением.

Чжунли Цянь криво улыбнулся. Он знал, что Инь Ханьцзян говорил ему, что как только он уйдет, Инь Ханьцзян вернется к своему старому плану.

Инь Ханьцзян не лгал. Он действительно не заботился ни о секте Сюаньюань, ни о мире культивирования, ни даже обо всех жизнях на Земле. Единственным человеком, достойным его заботы в этом мире, был Вэнь Женьхэ. Чтобы отомстить за Вэнь Женьхэ, Инь Ханьцзян мог отбросить все остальное.

-“Все еще хочешь уехать?” ,- сказал Шу Яньянь, улыбаясь.

Чжунли Цянь вздохнул.

-“Лидер Секты Инь и господин Вэнь оба хорошо понимают людей. Оба были открытыми и откровенными, до сих пор никогда не используя закулисные заговоры, но… с этим справиться сложнее, чем с заговором”.

-“Что ж, Яньяню лучше пойти и подготовить резиденцию для мастера Алтаря Чжунли. Это не идеально - продолжать оставаться у Цю Конгсюэ, верно?” ,- сказала Шу Яньянь.

-“Похоже, вас не беспокоит нынешнее состояние лидера Секты Инь”, - сказал Чжунли Цянь - “А ты не боишься, что мир погрузится в хаос?”

-“Мастер Алтаря Чжунли может беспокоиться об этом, так почему я должна напрягаться?” - сказала Шу Яньянь - “Даже если небо упадет, найдутся умные люди, которые его поддержат. Я не желаю многого, поэтому я счастлива просто от того, что рядом со мной есть кто-то привлекательный, чтобы успокоить мои глаза ”.

Услышав ее мелодичный смех, Чжунли Цянь сказал:

-“Защитник Шу мудр”.

Смирившись, он последовал за Защитником Шу, чтобы принять его должность Мастера Алтаря. Никто не беспокоился, что он не сможет держать в узде бывших подчиненных Мастера Алтаря Юаня. С его способностями ему потребовалось бы не больше месяца, чтобы разобраться с Главным Залом.

Шу Яньянь вывалила на Чжунли Цянь огромную кучу нефритовых листков, содержащих историю, список и правила секты Сюаньюань. Один нефритовый лист из мира культивирования мог вместить столько же информации, сколько целая тележка книг, а их одних было больше сотни. После того, как она выложила их все на стол Чжунли Цянь, ее лицо слегка покраснело, и она печально сказала:

-“Тебе не нужно переусердствовать. Не перенапрягайтесь слишком сильно. Седые волосы придают тебе особый вид, но если бы ты облысел, ты бы мне больше не нравился”.

-“...Я сделаю все, что в моих силах”.

Пока Шу Яньянь возилась с Чжунли Цянь, Инь Ханьцзян пришел в старую комнату Вэнь Женьхэ, которая теперь принадлежала ему.

Вэнь Женьхэ был бережливым человеком. В отличие от Шу Яньянь, которая заполнила свои поля грядками, в его комнате был только письменный стол, четыре стула и кровать, едва достаточная для двух взрослых.

Оставшееся обширное пространство предназначалось для его совершенствования. Пол был покрыт массивами, для активации которых требовалось только поместить духовные камни в их фокусы.

Инь Ханьцзян подошел к кровати. Вэнь Женьхэ редко ложился, так что эта кровать была здесь только для того, чтобы он медитировал.

Некоторое время он смотрел на простую деревянную кровать, затем снял сапоги и лег, не снимая одежды, положив голову на подушку, которой его преподобие редко пользовался.

Его сердце колотилось громче, чем Барабан Пылающего Неба. Считая удары собственного сердца, Инь Ханьцзян с болью закрыл глаза. Когда его Господин  был еще здесь, он часто приходил в эту комнату, чтобы послушать учения своего Преподобного. Иногда Вэнь Женьхэ читал молча, и пока Инь Ханьцзян ждал, его мысли блуждали. Иногда он смотрел на красивые черты лица Вэнь Женьхэна, а иногда смотрел на кровать и мечтал.

О чем он тогда думал? Тихо поинтересовался Инь Ханьцзян.

Он ничего не помнил.

-“Ты ведь помнишь, не так ли?” ,- раздался знакомый голос рядом с кроватью.

Это был его Преподобный. Инь Ханьцзян не открывал глаз, зная, что это не по-настоящему.

-“Лидер секты Инь, в то время ты думал о том, как чудесно было бы тайно лежать в этой постели, не так ли?” ,-голос стал более резким, приближаясь.

Глаза Инь Ханьцзяна распахнулись. Вэнь Женьхэ стоял перед ним, одетый только в белую внутреннюю одежду.

Пока он не сводил глаз с Вэнь Женьхэ, призрак подошел к кровати рядом с ним, лег на бок рядом с Инь Ханьцзяном и тихо сказал:

-“Этот Почтенный не против спать рядом с лидером Секты Инь”.

Инь Ханьцзян выпрямился, его пристальный взгляд был прикован к Вэнь Женьхэ, как будто он смотрел в лицо своему собственному непокорному сердцу.

Однажды он сказал Чжунли Цяню: “Если нет желания, не будет и страдания. Если есть только любовь, никогда не будет обиды”.

Он думал, что эти слова были правдой, идущей прямо от его сердца. Но причина, по которой любовь приводила к страданиям, заключалась в том, что фантазии было трудно подавить. Как он мог не желать? Как у него никогда не возникало неприличных мыслей?

Даже когда он еще не понимал своего сердца, он все еще думал, что вино из кубка его Господина было несравненно сладким, желая сделать глоток. Теперь, когда он осознал это, его фантазии вышли из-под контроля.

-“Иди сюда, лидер Секты Инь” ,- женщина на кровати поманила его -“Или ты хочешь, чтобы этот Почтенный называл тебя Ханьцзян?”

-“Хватит!” ,- взревел Инь Ханьцзян.

Он бросился через кровать, желая схватить этого Вэнь Женьхэ, но встретил только пустой воздух. В его руках ничего не было. Его Господина там не было.

Инь Ханьцзян ошеломленно уставилась на пустую кровать. На том месте, где лежал Вэнь Женьхэ, не было даже морщинки.

Через некоторое время он медленно потер то место, где лежала иллюзия, и, казалось, почувствовал легкое тепло. Но когда он подвинулся и посмотрел на то место, где только что лежал, там было пусто.

Казалось, в его сердце поселился ненасытный зверь, пожирающий все его эмоции.

Он не осмеливался снова лечь на кровать, уныло сидя за письменным столом. На сиденье рядом с ним появился еще один Вэнь Женьхэ.

Вэнь Женьхэ взял кубок с вином и налил себе вина. Выпив половину чашки, он посмотрел на Инь Ханьцзяна.

-“Ханьцзян, почему ты так смотришь на этого Почтенного человека? Ты хочешь выпить? Бери” ,- он целенаправленно повернул чашку так, чтобы место, которое он выпил, было обращено к Инь Ханьцзяну.

Инь Ханьцзян послушно опустил голову, отпивая из руки Вэнь Женьхэна, но, как и прежде, он не пил ничего, кроме воздуха.

На этот раз он не был опустошен. Он знал, что это подделка, но все же позволил себе сказать себе, что все это было иллюзией, и он не мог в это верить.

Он потер лицо и достал из своего пояса Бог Уничтожения: Том 2. Ему нужно было найти какой-то способ занять себя в комнате его Господина.

Инь Ханьцзян слышала, как Вэнь Женьхэ говорил, что "Оскорбительный роман" и "Бог уничтожения" соответственно описали судьбы Бейли Цинмяо и Хэ Вэньчжао, и они, казалось, были фокусными точками этого мира. Инь Ханьцзян лично был свидетелем изменения духовной сферы в зависимости от того, была ли Бейли Цинмяо в сознании, поэтому знал, что в этой книге записана сама судьба.

Чтобы победить Хэ Вэньчжао, он должен был знать своего врага. Несмотря на то, что во втором томе рассказывалось о событиях в царстве бессмертных, он мог, по крайней мере, найти слабые стороны характера Хэ Вэньчжао.

Инь Ханьцзян и раньше был ранен, поэтому он не осмеливался открыть эту книгу, в которой была записана смерть его Господина, боясь, что это может повлиять на его разум и помешать выздоровлению.

Только теперь, когда он вернулся в секту Сюаньюань, в комнату своего Преподобного, место, которое успокаивало его, Инь Ханьцзян осмелился открыть книгу.

Делая все возможное, чтобы проигнорировать упоминание о смерти Вэнь Женьхэ в кратком изложении, Инь Ханьцзян быстро прочитал книгу.

В книге Хэ Вэньчжао и Бейли Цинмяо прибыли в царство бессмертных, поначалу держась в тени и постепенно приобретая известность. Бейли Цинмяо обладала хорошими способностями и внешностью, так что всегда находились бессмертные, достаточно глупые, чтобы приударить за ней. Первая часть истории полностью полагалась на Байли Цинмяо, чтобы продвинуть сюжет. Кто-то будет преследовать Бейли Цинмяо, и Хэ Вэньчжао будет действовать, затем ее снова будут преследовать, поэтому Хэ Вэньчжао будет действовать снова.

Хэ Вэньчжао совершил несколько прорывов в своем совершенствовании, казалось бы, только для того, чтобы спасти Бейли Цинмяо.

Прочитав это, Инь Ханьцзян был уверен, что женщины были слабостью Хэ Вэньчжао.

После этого Мастер Цилин, госпожа Гунси, Чжунли Куан, Яо Цзяпин и Чен Чжэнци вознеслись один за другим. Хэ Вэньчжао также встречал нескольких могущественных бессмертных женщин и бессмертных мужчин, восставших против Бессмертного Пылающего Неба. Его влияние постепенно росло, пока он не смог противостоять Бессмертному Пылающему Небу.

В этой части Инь Ханьцзян обнаружил, что у Хэ Вэньчжао, казалось, не было никаких оговорок по отношению к женщинам. Он даже тепло относился к женщинам, которые раньше были его врагами, до тех пор, пока у них еще не было мужчины. Поначалу у Бейли Цинмяо было много сцен, но по мере того, как росло число женских персонажей, она становилась все менее заметной. После нескольких ссор с Хэ Вэньчжао из-за его отношений с другими женщинами, она сбежала и оказалась похищенной Бессмертным Пылающего Неба.

Бессмертный Пылающего Неба бросил Бейли Цинмяо в божественное пламя бессмертного царства, чтобы превратить ее в светильник души.

Увидев “лампу души”, брови Инь Ханьцзяна поползли вверх. Он чувствовал, что это Бессмертное Пылающее Небо было ему чем-то знакомо.

Действительно, когда он перевернул страницу, он увидел: Бессмертный Пылающего Неба печально посмотрел на Бейли Цинмяо и сказал: “Поскольку Вэнь Женьхэ любил тебя, ты не должна предавать его чувства. Я собираюсь превратить тебя в вечно горящую лампу, поместить в небо над Кровавым Адом и освещать его вечно, чтобы ты всегда могла быть с ним. Разве это не хорошо?”

С этими словами и своим отношением к Пылающему Небесному Барабану Инь Ханьцзян теперь был уверен, что Бессмертным Пылающим Небом во втором томе был он сам. Но что говорило его будущее "я"?

Его Достопочтенный возлюбленный Бейли Цинмяо?

Он отложил книгу, сидя за столом в оцепенении, с пустыми глазами.

На данный момент Бейли Цинмяо выздоравливала в секте Сюаньюань уже больше года, проводя большую часть этого времени без сознания. Ее связанное оружие было уничтожено энергией хаоса. Если бы связь с оружием была насильственно разорвана, даньтянь был бы серьезно поврежден, и его было бы трудно восстановить.

Однако для Цю Конгсюэ это не было проблемой. Это просто повлияло на ее физическое тело. Было бы намного лучше просто отказаться от него и культивировать свою душу как культиватор призраков. Она могла бы передать Бейли Цинмяо все свои секретные техники, а также открыть для нее путь голодного призрака и бросить ее туда для совершенствования. Это была священная земля для культиваторов призраков.

Цю Конгсюэ всегда действовала в соответствии со своими словами и была очень эффективной. К счастью, Чжунли Цянь прибыл вовремя и сказал Цю Конгсюэ, что самая тяжелая травма Бейли Цинмяо была нанесена не на ее теле, а в сердце. Даже если бы она совершенствовалась как душа, травма ее души не зажила бы, и у нее не было никакой возможности выжить на пути голодного призрака в таком состоянии.

Чжунли Цянь в данный момент тоже чувствовал себя не так хорошо. Он знал, что сердце Бейли Цинмяо было разбито. Он сам был тронут, испытывая желание покончить с собой каждый день.

По правде говоря, если бы Чжунли Цянь не удерживал ее, Бейли Цинмяо могла бы много раз пытаться покончить с собой.

В конце концов, Шу Яньянь обратилась к Мастеру Алтаря Мяо за помощью в подавлении паразитов, связывающих сердца. Мастер Алтаря Мяо в то время не был уверен в смерти Вэнь Женьхэ, поэтому он не осмелился удалить паразитов и только дал немного лекарства, чтобы облегчить последствия. Таким образом, Чжунли Цянь был временно освобожден, но состояние Бейли Цинмяо ухудшилось.

Чжунли Цянь мог только попросить Мастера Алтаря Ши посидеть с Бейли Цинмяо одну ночь. После одной ночи Бейли Цинмяо заболела, то приходя в сознание, то теряя его, так что у нее не было сил покончить с собой, даже если бы она захотела.

Бейли Цинмяо провела эти последние дни в полубессознательном состоянии, не зная, где она находится, и не понимая, сколько времени прошло.

В своем оцепенении она смутно почувствовала, что Су Хуай поставил рядом с ней полку с белыми костями, что-то бормоча себе под нос и вытирая их.

-“Ты что, идиотка? Вечно нарываешься на неприятности. Есть ли в твоем мозгу что-нибудь, кроме драк и еды?”

Скелет пошевелил челюстью, издавая щелкающий звук, как будто он говорил.

Бейли Цинмяо не могла этого понять, но Су Хуай, казалось, не испытывала никаких проблем с этим. Он небрежно сказал:

-“Ты гордишься тем, что снова стала скелетом? После всех усилий, которые я приложил, чтобы получить тело, ты знаешь, как я был счастлив? И все же тебе удалось заполучить себе тело блуждающего бессмертного и обращаться с ним вот так.”

Щелк-щелк, щелк-щелк… клац! У скелета отвалилась челюстная кость.

Голос Су Хуая был полон беспокойства.

-“Сколько времени тебе теперь понадобится, чтобы прийти в себя? Время от времени думайте о том, что вы больше не культиватор призраков. Ты странствующий бессмертный, с телом, выращенным из Плоти Гриба. Каждый кусочек плоти, который ты теряешь, уменьшает твою силу. Лидер секты Инь уже уменьшил вашу силу до Стадии Зарождающейся Души. Если так пойдет и дальше, ты потеряешь свою должность Защитника Секты.”

Вздохнув, Су Хуай помогла скелету прикрепить челюсть.

-“Защитник Шу сказала, что сначала ты впитала Мякоть Гриба, погрузив свои кости в его бульон, так что его сущность находится в твоих костях. Вы выздоровеете благодаря высококачественным духовным камням и внимательному уходу. Господин Чжунли в настоящее время настраивает для вас систему сбора духов, так что я скоро отведу вас туда. Совершенствуйтесь должным образом. Перестань злоупотреблять плотью на своем теле ”.

Он испустил долгий вздох. Как культиватор Формирования Ядра, он брал на себя обязанности, намного превышающие его должность.

Успокоив Цю Конгсюэ, он пошел кормить Бейли Цинмяо лекарствами. Отработанными движениями он разжал челюсть своего учителя, запихивая таблетку внутрь, затем использовал свою духовную энергию, чтобы сдвинуть горло Бейли Цинмяо и заставить ее проглотить.

Закончив, он поднял скелет и отправился на поиски Чжунли Цяня.

Бейли Цинмяо в этот момент была в некоторой степени осведомлена и догадалась, что скелет принадлежал Цю Конгсюэ. Она хотела спросить Су Хуай, все ли в порядке с ее учителем и как она так пострадала. Ее губы слегка шевельнулись, но она не могла открыть рот.

После того, как Су Хуай ушёл, Бейли Цинмяо лежала там, чувствуя тяжесть в теле. Она почувствовала, что кто-то сел рядом с ней. Холодный как лед кусок металла несколько раз коснулся ее лица.

Она почувствовала сильное намерение убить, и инстинкт самосохранения заставил ее открыть глаза.

В тот момент, когда она это сделала, она увидела Инь Ханьцзян, сидящего у ее кровати и держащего остроконечное лезвие у своего носа. В его глазах было мрачное выражение, как будто он решал, нанести удар или нет.

Автору есть что сказать:

Су Хуай: Я немного устал и….……………

Чжунли Цянь: Приходи и почитай вместе со мной нефритовые листки.

Глава 54 - Неустойчивый ум

После прочтения книги Инь Ханьцзян долгое время пребывал в оцепенении. Он не помнил, о чем думал тогда.

Он вдруг вспомнил, что его Господин однажды сказал, что у него есть долг перед Бейли Цинмяо, который он может погасить, только помогая ей достичь божественности. Он также вспомнил, как Чжунли Цянь сказал ему, что Вэнь Женьхэ столкнулся с опасностью, чтобы спасти Бейли Цинмяо, не потому, что он не заботился о своей собственной жизни, а потому, что у него был план.

Сидя за столом, он слегка склонил голову набок, не совсем уверенный, были ли эти воспоминания реальными или его собственным воображением.

Он повернулся к Вэнь Женьхэну, сидящему слева от него, и спросил:

-“Нравится ли Достопочтенному Бейли Цинмяо?”

-“Разве ты не помнишь, что сказал тебе этот Достопочтенный?”, - сказал этот Вэнь Женьхэ.

Инь Ханьцзян повернул голову к Вэнь Женьхэ, сидящему справа от него.

-“Что ты об этом думаешь, Почтенный?”

-“Этот Достопочтенный сказал тебе, что в этих книгах записана судьба, а судьбу трудно изменить”, - сказал тот Вэнь Женьхэ.

Из-за того, что оба Вэнь Женьхэна повторяли слова его Господина своими ушами, мысли Инь Ханьцзяна были в беспорядке. Он не знал, чьи слова были правильными, и даже не знал, действительно ли существовали два человека рядом с ним.

Он поднял руки, желая заткнуть уши, но теперь, когда он мог слышать голос своего Преподобного, ему не хотелось закрывать свой слух.

Инь Ханьцзян несколько раз покачал головой, чувствуя, что с ним что-то не так.

Он отложил книгу и сел, скрестив ноги, на кровать, произнося заклинание Ясного разума, пытаясь успокоить свое сердце и успокоить непослушные мысли.

Но двое Вэнь Женьхэ сидели рядом с Инь Ханьцзяном, прижавшись к его бокам.

-“Лидер Секты Инь произносит Заклинание Ясного Разума, потому что он больше не хочет видеть этого Почтенного?”

Инь Ханьцзян чувствовал, что его меридианы были забиты, и он даже не мог циркулировать по своей духовной сущности через свое тело. Он с силой попытался открыть свои меридианы, но сплюнул полный рот крови. В его даньтяне была пронзительная боль, и он не мог распространять какую-либо духовную сущность.

-“Ложь, все ложь” - Инь Ханьцзян достал халат Вэнь Женьхэ.

Прижимая его к груди, он почувствовал себя намного лучше.

Крепко сжимая его, он закрыл глаза. Он не был уверен, заснул ли он или потерял сознание.

Смутно казалось, что ему приснился сон, хотя это также казалось не сном, а чем-то, что произошло на самом деле. Ему приснилось, что после Великой Войны Сект его Господин был спасен женщиной из праведных сект. Его Господин очень благоволил к этой женщине и, в конце концов, погиб, спасая ее в Кровавом Аду.

За мгновение до того, как он провалился в Кровавый Ад, его Господин бросил ту женщину, завернутую в его собственную мантию, в Инь Ханьцзяна вместе с кроваво-красным камнем. Его последними словами были:

-“Защити ее от этого Достопочтенного”.

Боль, которая, казалось, разрывала его сердце, разбудила Инь Ханьцзяна. Он посмотрел на свои руки и увидел только халат, но не женщину.

Хм? Странно, как умер его Господин?

Инь Ханьцзян покачал головой. Казалось, ему было трудно вспомнить.

В его воспоминаниях было два ряда событий. В одном случае его Господин был добр к нему и относился к нему тепло. Он вернул ему Снежное Пламя, выковал для него связанное оружие и дал ему свою мантию. В другом… в другом он спокойно наблюдал, как его Господин по-доброму обращался с женщиной, достаточно по-доброму, чтобы заставить его сердце болеть, настолько по-доброму, что раз за разом он надевал маску призрака глубокой ночью, вырезая фигуру этой женщины из дерева своим мечом, после чего он вырезал ее лицо вырывают ногтями, кусочек за кусочком, и медленно превращают фигурку в щепки.

Что было настоящим?

Инь Ханьцзян порылся в своем поясе и нашел много деревянных фигурок Вэнь Женьхэ, которые он тайно вырезал. Все они выглядели некрасиво, и он не осмеливался показать их своему Господину.

Деревянные фигурки? Значит, его Почтенный имел симпатию к этой девушке была правдой, а его хорошое отношение к нему было просто фантазией, созданной его внутренними демонами?

-“Защитник Инь, твое тело холодное. Выпей немного крови этого Почтенного” ,- Вэнь Женьхэ стоял перед Инь Ханьцзяном, протягивая руку, предлагая Инь Ханьцзяну свою кровь.

Инь Ханьцзян проигнорировал его. Он вытянул два пальца, глубоко вонзив их в глаза. Если он выколет себе глаза, то больше не увидит иллюзий.

Боль привела его в чувство, и он сумел хоть немного прийти в себя.

Инь Ханьцзян убрал халат и статуэтки. Он толкнул дверь и сразу же столкнулся с Су Хуаем, который нес скелет и искал Чжунли Цяня. Когда скелет увидел Инь Ханьцзяна, все его суставы начали клацать. Кто знает, была ли она напугана или проклинала Инь Ханьцзяна.

-“Прекрати двигаться!” ,- Су Хуай схватил кости Цю Конгсюэ, не давая ей говорить - “Если бы твои кости были раздроблены и сущность Мясного Гриба вытекла наружу, тебе действительно пришел бы конец!”

Увидев, что Инь Ханьцзян идет прямо к нему, Су Хуай бросился на колени, удерживая скелет неподвижно.

-“Этот приветствует лидера секты Инь”.

-“Кто ты такой?” ,-уголки глаз Инь Ханьцзяна налились кровью, когда он уставился на Су Хуай.

Су Хуай в отчаянии сказал:

-“Я ученик Бейли Цинмяо и ученик Чжунли Цяня. На данный момент я еще не вступил в секту Сюаньюань и все еще нахожусь в списке секты Шанцин. Я не знаю, считаю ли я себя членом секты Сюаньюань, но, если возможно, я бы хотел войти на Алтарь Адского Огня, хе-хе.”

Секта Сюаньюань была главной сектой культиваторов призраков, а такие люди, как Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян, были легендарными фигурами, для встречи с которыми требовалось три жизни удачи. Цю Конгсюэ изначально тоже была в этом классе, но он знал ее слишком долго. Учитывая то, как хорошо Су Хуай знал склонности своего воинственного предка, он действительно не мог уважать ее.

-“Я тебя не помню” ,- Инь Ханьцзян уставился на Су Хуая, не уверенный, была ли у него плохая память или они действительно не встречались раньше.

-“Я имел честь встретиться с лидером секты Инь в Павильоне Цилин. Я такой незначительный человек, что Лидеру Секты имеет смысл не помнить меня ”, - сказал Су Хуай, почесывая затылок.

-“Ты ученик Бейли Цинмяо?” ,-Инь Ханьцзян поднял руку.

Он вспомнил, что Бейли Цинмяо была девушкой, к которой благоволил его Господин. Даже если он не мог убить ее, разве он не мог убить ученика? Су Хуай, не почувствовав опасности, честно ответил:

-“Да. Мой учитель и я стали жертвами интриг секты Шанцин и очень благодарны мастеру секты Вэню за то, что он спас нас. Су Хуай готов присоединиться к секте Сюаньюань и служить лидеру секты Инь всю жизнь ”.

-“Достопочтенный... спас Бейли Цинмяо? В Кровавом аду?” ,- Инь Ханьцзян убрал руку, которая почти дотянулась до тела Су Хуая.

-“Да. Это было действительно опасно. Все праведные земледельцы - отбросы общества, и этот Хэ Вэньчжао…******” ,-  Су Хуай снова начал ругаться.

Поскольку Чжунли Цяня и его учителя здесь не было, он воспользовался возможностью, чтобы так сильно обругать праведных земледельцев, что их

родовые таблички будут дымиться.

Инь Ханьцзян никогда даже не слышал некоторых слов, которые он использовал, но он прекрасно понимал. Послушав немного, он похлопал Су Хуая по плечу.

-“Хорошая ругань”.

-“Хе-хе” ,- Су Хуай неловко усмехнулся - “Мастеру и господину Чжунли обоим не нравится слушать, как я ругаюсь. Если Лидеру Секты это понравится, я мог бы подкрасться и выругаться так, чтобы вы услышали.”

-“Звучит заманчиво”, - сказал Инь Ханьцзян - “Где Бейли Цинмяо?”

-“В покои Защитника Цю. Он богат духовной энергией, которая, по словам господина Чжунли, поможет мастеру восстановиться”, - с некоторым сомнением сказал Су Хуай - “После того, как мастер вернулся из Кровавого Ада, ее психическое состояние было не в порядке. Господин Чжунли сказал, что это было не просто горе, но что-то, похоже, повлияло на ее душу ”.

-“Мм” ,-Инь Ханьцзян больше ничего не сказал Су Хуаю, летя прямо к комнате Бейли Цинмяо.

Никто в секте Сюаньюань не посмел бы остановить его, поэтому Инь Ханьцзян вошел в комнату Цю Конгсюэ без каких-либо препятствий. Внутри он увидел красивую девушку, лежащую на кровати с нахмуренными бровями, словно попавшую в ловушку какого-то кошмара.

Он сидел у постели Бейли Цинмяо и смотрел на нее сверху вниз. Она действительно была очень красива.

Инь Ханьцзян достал Армейский Дробящий Шип, несколько раз ударив Бейли Цинмяо по лицу его холодной рукоятью. Он нацелил его острие в нос Бейли Цинмяо, раздумывая, не следует ли ему расквасить ей лицо. С чего ему следует начать? Нос?

Нет, она не была вырезана, он не мог выдолбить ее. Его Господин хотел, чтобы он защитил Бейли Цинмяо.

Он бросил кроваво-красный камень вместе с ней. Что это было? Где это было? На Бейли Цинмяо?

Инь Ханьцзян казался спокойным, но мысли в его голове повторялись тысячу раз. Его кровожадные намерения колебались, и, почувствовав это, Бейли Цинмяо наконец открыла глаза.

В тот момент, когда она это сделала, она увидела Армейский Сокрушительный Шип прямо у своего лица. Бейли Цинмяо глубоко вздохнула и слабо произнесла:

-“Секта... Лидер Секты Инь, ч-что ты собираешься делать?”

Инь Ханьцзян мог вести себя как сумасшедший наедине, но перед другими людьми он должен был быть безупречным Лидером Секты, чтобы завоевать их доверие.

-“Я здесь, чтобы увидеть тебя” ,-Инь Ханьцзян говорил очень медленно, каждое предложение требовало много размышлений.

Пока он говорил, Армейский Сокрушительный Шип все еще парил над лицом Бейли Цинмяо. Сначала она думала, что это неплохой способ умереть, но в тот момент, когда она увидела Инь Ханьцзяна, все ее волосы встали дыбом. Каким-то образом она нашла в себе силы приподняться на руках и понемногу переместиться на другую сторону кровати, пытаясь выбраться из зоны действия шипа.

Увидев ее движение, Инь Ханьцзян переместил свое оружие так, чтобы оно все еще было направлено ей в нос.

Глубокий холод пробежал по телу Бейли Цинмяо. Она сказала дрожащим голосом:

-“Лидер С-секты Инь, я хочу сесть. Не могли бы вы, пожалуйста, убрать свое оружие?”

-“О” ,-Инь Ханьцзян посмотрел на Армейский Сокрушительный Шип, как будто только что заметил его.

Осознав это, он сказал:

-“Это связующее оружие, которое мой Преподобный выковал для меня, используя Расколотый Горный метеорит”.

-“Правильно, правильно!” ,- в отчаянии воскликнула Бейли Цинмяо - “Старший Вэнь, лидер Секты Инь, мастер Цинсюэ и я работали вместе, чтобы получить Разбитый Горный метеорит!”

-“Тогда это реально” ,- легкая улыбка появилась на лице Инь Ханьцзяна, и он убрал свое оружие.

Бейли Цинмяо села, тяжело дыша, чувствуя себя так, словно избежала ужасной участи.

Она смотрела, как Инь Ханьцзян размахивает Армейским Дробящим Шипом перед ее глазами, как ребенок, демонстрирующий игрушку.

-“Это почти бессмертный артефакт, который Достопочтенный выковал для меня из Разбитого Горного Метеорита. Это мощное связанное оружие, которое мне идеально подходит ”.

-“Да. Старший Вэнь также извлек Снежное Пламя, чтобы изгнать энергию инь из вашего тела. Это все моя вина, что старший Вэнь сейчас...”

Теперь она вспомнила. В Кровавом Аду она видела, как Хэ Вэньчжао безжалостно напал на нее. В тот же миг ее сердце замерло. Она думала, что, поскольку ее шисюн хотел убить ее, может быть, будет лучше, если она просто умрет.

Эта мысль впилась в ее мозг, как паразит, от которого она не могла избавиться, несмотря ни на что. В этот момент Бейли Цинмяо не могла чувствовать ничего другого, кроме желания смерти.

-“Что со мной не так?” ,- спросила она, глядя на свои руки - “Это не я. Даже если бы я хотела умереть, я бы не была такой эгоисткой. Брат Чжунли и я связаны паразитом, связывающим сердца. Прежде чем мы сможем удалить паразита, как я могу позволить повлиять на разум брата Чжунли?”

Именно сейчас, под влиянием убийственных намерений Инь Ханьцзяна, Бейли Цинмяо, казалось, очнулась от своего сна. Вспоминая прошедший год, она почувствовала, как по ее телу пробежала дрожь.

-“Я сумасшедшая? Или что-то управляет мной? Внутренние демоны?” ,- вокруг больше никого не было, так что Бейли Цинмяо могла только спросить Инь Ханьцзяна.

-“Я не знаю” ,- Инь Ханьцзян вытер клинки Армейского Дробящего Шипа об одеянии Бейли Цинмяо -“Все, что я знаю, это то, что если культиватор сходит с ума, то это потому, что он сам этого хочет”.

Холодная поверхность Армейского Дробящего Шипа отражала искаженное выражение лица Инь Ханьцзяна.

Глава 55 - Кажется, я опоздал

Бейли Цинмяо не заметила, что Инь Ханьцзян сделал несколько порезов на ее мантии. Она вспомнила свои воспоминания о прошлом году, чувствуя, что ее контролировали. Кроме мысли о том, что если ее шисюн хочет убить ее, она может с таким же успехом умереть, в ее голове не было никаких других мыслей. Она потеряла всякую волю к жизни, ее сердце контролировалось Хэ Вэньчжао. Время от времени в ней всплывало другое желание, но оно быстро подавлялось желанием смерти.

-“Нет”, - решительно сказала она - “Нормальный культиватор не пожелал бы себе сойти с ума. Только когда с ними уже что-то не так, и их рациональность уже дестабилизирована внутренними демонами, так что в их уме остается только желание, внутренние демоны могут воспользоваться их слабостью ”.

Инь Ханьцзян очень медленно перевел взгляд с Армейского Дробящего Шипа на Бейли Цинмяо. Он беззвучно рассмеялся.

-“Ты права. Я тот, кто позволил этому случиться ”.

-“А? Ты?” ,-Бейли Цинмяо невинно моргнула.

Инь Ханьцзян медленно встал.

-“Я не уверен, что из этого правда. Поскольку я не могу сказать, я мог бы также не беспокоиться об этом ”.

-“Беспокоиться…беспокоиться о чем?” ,-Бейли Цинмяо смутно чувствовала, что что-то не так.

Она хотела убежать, но в тот момент, когда она попыталась использовать свою духовную сущность, она почувствовала острую боль в своем даньтяне и была бессильна сделать это.

Она могла только медленно съежиться на другой стороне кровати, кутаясь в одеяло, выглядя жалкой, слабой и бессильной.

Улыбка на лице Инь Ханьцзяна не исчезла.

-“Теперь, когда я думаю об этом, мне нет необходимости выяснять, что правда, а что ложь. Потому что одно не меняется - тот факт, что мой Преподобный уже...”

Он не мог продолжать, не желая этого говорить.

-“Старший Вэнь пытался спасти меня. Это все моя вина...” ,-Бейли Цинмяо начала всхлипывать, не в силах сдержать слез, услышав его слова.

-“В таком случае, есть только две вещи, которые мне нужно сделать. Первый - отомстить, а второй - послать что-нибудь, что могло бы ему понравиться, чтобы сопровождать его. ”

Взгляд Инь Ханьцзяна остановился на Бейли Цинмяо.

-“Как только я отправлю его ему, Достопочтенный сможет решить, нравится ему это или нет. Как ты думаешь?”

Говоря это, он постепенно поднимал Армейский Сокрушительный Шип. Холодный свет, отражающийся от стали, резал глаза Бейли Цинмяо.

-“Я не думаю, что это хорошая идея”, - раздался голос из дверного проема.

Инь Ханьцзян остался в своей позе, держа оружие в воздухе, повернув голову, чтобы увидеть Вэнь Женьхэ, стоящую в дверях, с белыми волосами и повязкой на глазах, слегка улыбающуюся ему. Он знал, что это Чжунли Цянь, но не мог его узнать.

Из-за спины Чжунли Цяня высунулась голова, и оказалось, что это Су Хуай. Он взглянул на лицо Инь Ханьцзяна и сказал:

-“Лидер секты Инь, твои глаза повреждены, поэтому я попросил господина Чжунли взглянуть на твои глаза”.

-“Я понимаю” ,- Инь Ханьцзян потер засохшую кровь в уголках глаз - “Это не проблема”, - беспечно сказал он -“Это скоро заживет”.

-“По крайней мере, позволь мне вытереть кровь”, - спокойно сказал Чжунли Цянь.

Он достал носовой платок и, казалось, не заметив, что Бейли Цинмяо проснулась, сел у кровати. Указаниями Су Хуая он осторожно вытер засохшую кровь, одновременно применяя лекарство.

Когда он уже собирался перевязать их, Инь Ханьцзян остановил его.

-“Если мои глаза будут закрыты, я не смогу его видеть”.

Чжунли Цянь не стал спрашивать, кто такой “он”, просто сменил тему.

-“Исторические записи секты Сюаньюань длинны, так что мне все еще нужно еще несколько дней, чтобы занять свое место в Главном Зале. Су Хуай - умный ребенок, и ему нравится атмосфера секты Сюаньюань, поэтому я подумал о том, чтобы он помогал там. Я надеюсь, что лидер Секты Инь одобрит это ”.

-“Су Хуай принадлежит секте Шан...”

Бейли Цинмяо едва успела открыть рот, когда Чжунли Цянь бросил ей в руку нефритовую пластинку, прервав ее.

-“Бейли Цинмяо - ученица Защитника Цю, поэтому она считается наполовину членом секты Сюаньюань. Поскольку ее сердце связано с моим, после того, как она выздоровеет, она также могла бы помочь мне там. Что думает лидер Секты Инь?”

-“Я не согласен”, - сказал Инь Ханьцзян - “У меня есть для нее применение”.

Применение? Какое применение? В каком смысле? Брови Чжунли Цяня поползли вверх. Он не мог видеть, но для него было очевидно, что Инь Ханьцзян был в плохом состоянии.

Он прибыл вовремя, чтобы спасти Бейли Цинмяо только потому, что, когда Су Хуай привел к нему Цю Конгсюэ, тот случайно упомянул о своей встрече с Инь Ханьцзяном, а также кратко рассказал об их разговоре и травме глаз Инь Ханьцзяна. Услышав это, Чжунли Цянь почувствовал, что что-то не так. К счастью, в секте Сюаньюань был разрешен полет, и Инь Ханьцзян, казалось, немного колебался, позволив Чжунли Цяню прибыть достаточно быстро, чтобы предотвратить катастрофу.

Чтобы успокоить Инь Ханьцзяна, Чжунли Цянь сказал:

-“Помимо работы в Главном зале, есть еще кое-что, о чем я хотел сообщить лидеру Секты. Вы уже говорили, что держали меня в секте Сюаньюань, чтобы помешать вам погрузить мир культивирования в хаос и нарушить планы господина Вэня. Это правда?”

-“Да” ,-пока они говорили, взгляд Инь Ханьцзяна не отрывался от Бейли Цинмяо, и он не опустил Армейский Сокрушительный Шип.

Инь Ханьцзян был достаточно силен, чтобы, если бы он захотел убить Бейли Цинмяо, никто не смог бы его остановить. Его слова и действия противоречили друг другу, показывая, что внутри него все еще существует конфликт.

Чжунли Цянь не мог заставить его. Немного подумав, он сказал:

-“Помнит ли лидер Секты, что господин Вэнь всегда хотел разгадать тайны, окружающие Бейли Цинмяо?”

-“Не слишком ясно”.

Игнорируя сомнительное состояние Инь Ханьцзяна, Чжунли Цянь продолжил:

-“Я путешествовал с Бейли Цинмяо в течение тридцати лет и заметил в ней две странные вещи. Во-первых, она, кажется, притягивает к себе всевозможные небесные сокровища и духовные земли и способна избежать любой опасности, в которой она оказывается. Второе заключается в том, что, хотя господин Вэнь и я усердно трудились, чтобы освободить Бейли Цинмяо от ее увлечения, и ее состояние было хорошим, когда она покидала секту Шанцин, она регрессировала всякий раз, когда сталкивалась с небесной скорбью. Только потому, что у меня был паразит, связывающий сердца, и я мог чувствовать ее эмоции, ей удавалось держаться подальше от своей секты в течение тридцати лет ”.

-“А как насчет этих?” ,-Инь Ханьцзян протянул руку и схватил Бейли Цинмяо за ногу, собираясь подтащить ее к себе.

-“В Кровавом аду оба изменились” ,-услышав “Кровавый ад”, Инь Ханьцзян наконец отреагировал.

Он отпустил Бейли Цинмяо, сосредоточившись на Чжунли Цянь.

-“Теперь, когда я думаю об этом, я понимаю, что это было то, что я упустил из виду. Когда Хэ Вэньчжао привел Бейли Цинмяо в Кровавый Ад, я давно знал об этом и заранее составил план с господином Вэнь. Я одобрил этот план, потому что знал об особых качествах Бейли Цинмяо и верил, что она не пострадает в Кровавом Аду и действительно может получить такую возможность. Я никогда не думал, что она будет ранена до такой степени и потеряет свое связанное оружие ”.

Чжунли Цянь вздохнул, его лицо наполнилось сожалением.

-“Я также никогда не представлял себе, что после возвращения из Кровавого Ада Бейли Цинмяо захочет умереть с целеустремленной одержимостью, как одержимая, до такой степени, что я даже не смогу ее удержать. В этом нет никакого смысла”.

Инь Ханьцзян внимательно слушал.

Бейли Цинмяо тоже заговорила:

-“Я также чувствую, что что-то не так. Раньше мой разум был затуманен, как будто это вовсе не я действовала ”.

-“Я считаю, что что-то в Кровавом Аду, должно быть, повлияло на Бейли Цинмяо”, - сказал Чжунли Цянь - “Господиг Вэнь, вероятно, вошел в него, несмотря на риск, не только для того, чтобы разрешить его культивирование крови, но и для того, чтобы что-то исследовать”.

-“Когда я только что прикоснулся к твоей ноге, твоя кожа горела”, - внезапно сказал Инь Ханьцзян -“У тебя есть температура?”

-“Это была бы моя вина”, - сказал Чжунли Цянь - “Я попросил Мастера Алтаря Ши дать немного своей болезнетворной ци Бейли Цинмяо, чтобы она была без сознания от лихорадки и не могла искать смерти”.

Бейли Цинмяо: …

Она знала, что у Чжунли Цяня были добрые намерения, но это было так неловко.

Когда дело дошло до Мастера Алтаря Ши, Инь Ханьцзян вспомнил все совершенно отчетливо. Все его спутанные воспоминания были связаны с Вэнь Женьхэ.

Услышав, что Мастер Алтаря Ши передал ей болезнь, Инь Ханьцзян покачал головой.

-“Это не имеет смысла. Нет никакого способа, чтобы болезненная ци Мастера Алтаря Ши могла повлиять на нее ”.

-“Почему?” ,-Чжунли Цянь ничего об этом не знал.

Действуя без предупреждения, Инь Ханьцзян вытянул палец и постучал по повязке на глазах Бейли Цинмяо. Чжунли Цянь в тревоге вытащил из рукава бамбуковый свиток. Если бы Инь Ханьцзян ткнул в нее пальцем, Бейли Цинмяо действительно потеряла бы этот глаз.

К счастью, палец Инь Ханьцзян остановился на ее повязке.

-“Ши Таньсинь не смог проклясть Бейли Цинмяо, остановившись только после одного глаза. Как он мог передать ей ци болезни и при этом оставить ее прикованной к постели больше года?”

Чжунли Цянь не совсем понял, что он имел в виду, и, выслушав объяснение Инь Ханьцзяна, сказал Су Хуаю:

-“Иди, найди Мастера Алтаря Ши”.

-“В этом нет необходимости” ,-Инь Ханьцзян нацарапал талисман-послание с надписью:

“Тащи свою задницу сюда!”

Чжунли Цянь: …

Инь Ханьцзян, на которого он смотрел, казалось, был совершенно другим человеком по сравнению с Инь Ханьцзяном, которого он впервые встретил.

Мастер Алтаря Ши бросился к нему, получив сообщение. Со страхом выслушав все объяснения Чжунли Цяня, он сказал:

-“Честно говоря, когда Мастер Алтаря Чжунли изложил мне свою просьбу, я оказался в довольно неловком положении. В течение той ночи я ни разу не подошел к ней и все время сидел в углу”.

Он указал на угол комнаты, самый дальний от Бейли Цинмяо.

-“Если вы не передавали ей болезненную ци, как получилось, что на следующий день у нее поднялась температура?” ,- спросил Чжунли Цянь.

Мастер Алтаря Ши задрожал сильнее.

-“Она сама его взяла! В тот вечер она была нокаутирована Защитником Цю и внезапно проснулась посреди ночи. Она подошла ко мне и высосала мою болезненную ци!”

-“Что?” ,- недоверчиво переспросила Бейли Цинмя -  “Я этого совсем не помню”.

-“Я- я тоже этого не понимаю!” ,- сказал Мастер Алтаря Ши, плотнее запахивая свой плащ - “Разве ты не заметила, что в последнее время я почти не кашляю? Ты забрала большую часть моей болезнетворной ци и заставила меня потерять много сил. Я не могу допустить, чтобы кто-нибудь заметил, поэтому, когда Мастера Алтаря Мяо и Руань втянули меня в свои бои, я ничего не посмел сделать! ”

Все были озадачены словами Мастера Алтаря Ши, но незаметно для них, пока они говорили, в Кровавом Аду произошли большие изменения.

Будучи местом, где изначальные боги запечатали 180 тысяч демонических богов, атмосфера над Кровавым Адом находилась под влиянием демонической энергии и всегда была пасмурной. Серое небо было затянуто не облаками, а едкой смесью первобытного хаоса и демонической энергии, которая блокировала солнце и дождь и гарантировала, что погода в сотне ли вокруг Кровавого Ада не изменилась за миллион лет.

Но теперь облака небесной скорби попытались образоваться в небе над Кровавым Адом. Он несколько раз пытался собраться, но каждый раз был поглощен энергией хаоса. В конце концов, он бессильно выпустил девять крошечных искр, прежде чем исчезнуть.

В тот момент, когда он исчез, на поверхности океана появился водоворот. Оттуда вылетел человек с черной алебардой в руках.

Игнорируя ограничение на полет над Кровавым Адом, он одним движением приземлился на вершину скалы.

Этот человек закрыл глаза, как бы вбирая в себя переживания и воспоминания прошлых дней. Через двадцать четыре часа он медленно открыл глаза.

На нем была только белая внутренняя одежда, покрытая дырами, проделанными магическим оружием. По мановению его руки серая мантия накинулась на его тело. Вместе с мантией появились три книги и кроваво-красный камень.

Он впервые открыл Бог Уничтожения: Том 1. Пролистав его, он тихо сказал:

-“Прошло полтора года. Кажется, я опоздал”.

Глава 56 - Возвращение Достопочтенного

Этим человеком был Вэнь Женьхэ. Он попросил Чжунли Цяня передать Инь Ханьцзяну, что тот вернется через год, к этой цифре он пришел после повторного анализа. Он думал, что этого было достаточно, но в конце концов только небеса знали. Некоторые вещи он никак не мог предвидеть.

Он посмотрел на красный камень в своей руке и тихо сказал:

-“По крайней мере, я получил это. Это была не бессмысленная поездка.”

Этот камень был второй причиной, по которой он попал в Кровавый Ад.

Кровавый ад был жизненно важным местом как в "Оскорбительном романе", так и в "Бог Уничтожения". В "Оскорбительном романе" Вэнь Женьхэ погиб в Кровавом аду, бросив в Бейли Цинмяо кроваво-красный камень. Рассматривая это как свой прощальный подарок, Бейли Цинмяо спрятал его на своем теле. В первый раз, когда Инь Ханьцзян попытался убить Бейли Цинмяо, он принял за нее Лю Синье, а во второй раз, когда он преследовал ее как Маску Призрака, он иногда снимал маску и притворялся, что защищает ее, и все это для того, чтобы заманить ее в Кровавый Ад.

В то время автор книги Инь Ханьцзян был на грани победы. Сила Бейли Цинмяо была намного ниже его, и рядом с Кровавым Адом никого не было, так что никто не смог бы прийти на помощь главной героине. Поскольку победа была в его руках, Инь Ханьцзян целенаправленно позволил Бейли Цинмяо увидеть маску призрака. Он хотел убить Бейли Цинмяо, когда она была полна отчаяния, в ближайшем к Вэнь Женьхэ месте.

Он ранил Бейли Цинмяо, собираясь вырвать ее душу, чтобы превратиться в лампу. С этим красным камнем в руке Бейли Цинмяо бежала на край Кровавого Ада. Глядя на камень, она думала о том, как Вэнь Женьхэ погиб, чтобы спасти ее. Услышав, как Инь Ханьцзян мрачно посоветовал ей сопровождать его в смерти, она сказала:

-“Ты прав. Я владею Вэнь Женьхэ и своей жизнью и должна отплатить ему этим, но это будет не от твоих рук.”

Сжимая камень размером с мужской кулак обеими руками, она прыгнула в Кровавый Ад. В море камень излучал мистическое сияние, защищая Байли Цинмяо от разрушительной энергии.

Из печати в глубинах Кровавого Ада луч света вырвался на поверхность, войдя в тело Бейли Цинмяо. Когда она слилась с божественной природой, она непреднамеренно нанесла удар по Инь Ханьцзяну, ее божественная сила мгновенно разрушила его душу. Только один огонек сбежал, цепляясь за свою одержимость, и вернулся в секту Сюаньюань, чтобы спрятаться в Пылающем Небесном Барабане, продержавшись тысячу лет, чтобы, наконец, стать Бессмертным Пылающим Небом.

В тот момент, когда Бейли Цинмяо слилась с божественной природой, к ней вернулись все воспоминания о ее прошлой жизни. Оказалось, что она спрятала божественную природу в глубинах Кровавого Ада. Ее божественная сила была велика и могла быть востребована жадными людьми, поэтому Кровавый Ад был самым безопасным местом для ее размещения в пределах трех царств. Сила хаоса может включать в себя все другие энергии, так что она сможет скрыть ее божественную силу.

И после того, как Бейли Цинмяо отказалась от своей божественности, она автоматически снова спрятала ее в Кровавом Аду, желая, чтобы это навсегда осталось тайной.

В конце концов, в книге никогда не упоминалось, что такое красный камень и как он может защитить Бейли Цинмяо в Кровавом Аду и позволить ей обрести божественную природу до того, как она будет готова. Четкого объяснения не было, и читатели были так злы на Бейли Цинмяо, отказавшуюся от своей божественной природы, чтобы следовать за своим мужчиной, что не могли мыслить здраво, поэтому у них не было настроения спрашивать о красном камне. Таким образом, это стало неразрешенной нитью.

Вэнь Женьхэ никогда не понимал, как ему это удалось в книге. Судя по описанию в книге, Вэнь Женьхэ ничего не знал о божественной природе до того, как попал в Кровавый Ад, так как же он мог внезапно появиться с камнем?

Все читатели предполагали, что это был сюжетный ход, придуманный автором, потому что она застряла, но Вэнь Женьхэ так не думал.

Все в этом мире было логично. Любовь Бейли

Цинмяо к Хэ Вэньчжао, Вэнь Женьхэ, Чжунли Цянь и любовь Инь Ханьцзяна к Бейли Цинмяо, безусловная преданность, которую Чжунли Куан и Чен Чжэнци проявили к Хэ Вэньчжао, и готовность Мастера Цилина стать его женой, все это имело разумные объяснения. Красный камень тоже не мог появиться из ниоткуда.

Если в книге вообще не было описания этого, то оставалась только одна возможность. Вэнь Женьхэ мог получить его только в тот момент, когда он попал в Кровавый Ад, пока он все еще был в сознании.

После прочтения Бог Уничтожения: том 3 у Вэнь Женьхэ появилось еще больше вопросов. Во-первых, кто был предполагаемым богом, уничтожившим деревню Хэ Вэньчжао? В первом томе Кровавый Демон обманул его, заставив думать, что это Вэнь Женьхэ, в то время как в третьем томе это вообще не упоминалось. Во-вторых, Хэ Вэньчжао стал богом в третьем томе, но так и не восстановил воспоминания о своей прошлой жизни. Только в конце, когда он столкнулся лицом к лицу с божественной природой, он вспомнил все. Какой в этом был смысл?

Читатели тоже поднимали эти вопросы, но все просто сказали, что история была слишком длинной, и автор забыл начало. Вэнь Женьхэ понимал, что это возможно с памятью смертного, но если мир реален, то за этими двумя моментами должна быть причина.

Казалось, все подталкивало Вэнь Женьхэна к тому, чтобы отправиться в Кровавый Ад. Таким образом, должным образом подготовившись, он вошел в море.

-“Так вот оно что” ,- скрасным камнем в руке Вэнь Женьхэ все понял.

Читая правки к "Бог Уничтожения", он увидел, как Инь Ханьцзян сорвался и, управляя "Горящим Небесным барабаном", напугал Хэ Вэньчжао и Мастера секты Шанцин, заставив их закрыться дома.Вэнь Женьхэ слегка вздохнул. Казалось, безумие Инь Ханьцзяна после его смерти было невозможно предотвратить.

Читатели Бог Уничтожения раскритиковали это в комментариях, заявив, что автор сошел с ума, переделав совершенно хороший роман о гареме во что-то подобное, переместив бессмертного лорда из второго тома в первый, чтобы терроризировать главного героя, превратив его главную жену в мужчину, позволив похитить его семью демоническими культиваторами в течение года. Даже Лю Синье по какой-то причине продолжала избегать Хэ Вэньчжао. Совершенно хороший главный герой был избит злодеем и потерял своих жен и последователей. Казалось, автор мстил обществу.

Вэнь Женьхэ убрал Бог Уничтожения и открыл Оскорбительный роман. Он оказался в необычной ситуации, и ему нужно было использовать точку зрения Бейли Цинмяо, чтобы подтвердить лидерство секты Сюаньюань, прежде чем он решит, возвращаться или нет.

Редакция использовала добрых тридцать тысяч слов, чтобы описать, насколько убитой горем была Бейли Цинмяо из-за поступка Хэ Вэньчжао, как она не хотела жить дальше, как она рыдала даже во сне. Она казалась совершенно другим человеком, чем предыдущая глупая, но чистосердечная главная героиня.

Комментарии здесь проклинали автора за то, что она вернулась к своей старой привычке оскорблять главного героя. Только когда Инь Ханьцзян разбудил Бейли Цинмяо и Чжунли Цянь высказал свою догадку, комментарии успокоились.

[Десять глав подряд "Желания смерти" так напугали меня, что я почти не хотел больше читать, но когда я уже собирался сдаться, автор каким-то образом придумал такой потрясающий поворот сюжета! Эта редакция действительно легендарна!]

[Я знал, что с мозгами Чжунли Цяня все будет хорошо. Секта Сюаньюань, конечно, хитра, чтобы взять нашего Цяня в качестве Мастера Алтаря. У них действительно есть нюх на таланты.]

[Мне немного жаль нашего Цяня. Он пасет стадо кошек и не может заставить их что-либо сделать.]

[Пятый любовный интерес задумчивого культиватора призраков теперь превратился в маленькую няню, вытирающую своего боевого предка и присматривающую за своим хозяином, таким хорошим и послушным. Мне вдруг захотелось украсть его у меня. Неужели я постарел?]

[Подождите минутку, слова Цянь говорили нам о том, что за слепой любовью Бейли Цинмяо к исполнителю главной мужской роли есть причина? Что ее что-то контролирует?]

[Кто-нибудь знает, кто такой Ши Таньсинь? Упоминался ли он раньше? Почему мне кажется, что ему нравится MC?]

[Ши Таньсинь сказал, что Бейли Цинмяо высосала его болезненную ци, находясь без сознания. Почему хорошую маленькую главную женскую роль описывают как какую-то высасывающую жизнь демонессу?]

[Я думал, что папа Вэнь Женьхэ умер, как в оригинальной истории, но теперь Цянь сказал, что есть вероятность, что он выжил. Вернется ли он обратно? Объяснит ли он все после того, как сделает это? Почему эта история больше не кажется мазохистским романом? Это превратилось в тревожную тайну?]

[“Тревожная тайна”, я умираю, добавление Инь Ханьцзяна сделает это ужасным саспенсом, хахахахаха!]

[Независимо от того, как изменится история, Инь Ханьцзян все еще хочет убить МС. Когда он делал движения перед лицом маленького цветка своим оружием, он действительно производил впечатление серийного убийцы из страшилки.]

[Я хочу знать, какие отношения у Вэнь Женьхэна и Инь Ханьцзяна. Почему Инь Ханьцзян всегда темнеет после смерти Вэнь Женьхэ?]

[После прокрутки комментариев в течение получаса чаще всего появлялось слово “знать”. Название этой истории следует изменить на “Читатели тоже хотят знать”.]

Увидев, что нынешним лидером секты Сюаньюань все еще был Инь Ханьцзян, Вэнь Женьхэ вздохнул. В его нынешнем состоянии, если бы кто-то другой возглавлял секту, ему было бы трудно действовать.

Посмотрев на камень, он слегка нахмурил брови и поместил его вместе с книгами в межпространственное хранилище. В тот момент, когда камень покинул его руку, одежда, которую он носил, соскользнула с его тела.

Как будто человек, носивший их, исчез, серая внешняя и белая внутренняя одежда прошли сквозь тело Вэнь Женьхэ и мягко приземлились на землю. Хотя обе его одежды упали, Вэнь Женьхэ, казалось, все еще был одет в черную мантию, которую он использовал, чтобы защитить Инь Ханьцзяна.

С легким вздохом он растворился в свете и прибыл в секту Сюаньюань. Секта была защищена решеткой, и любой, кто хотел войти, должен был либо сломать ее, победить привратников, либо тайно войти вместе с кем-то еще. Конечно, у каждого члена секты Сюаньюань был свой собственный пароль, чтобы открыть его, поэтому всякий раз, когда кто-то входил, охранники мгновенно узнавали, кто это.

Вэнь Женьхэ не использовал ни один из этих методов. Он прошел сквозь барьер бесследно, никого не потревожив.

Сначала он должен был найти Инь Ханьцзяна и сообщить ему, что он жив.

Он видел из книги, что Инь Ханьцзян уже отклонился от курса. Это был результат, который Вэнь Женьхэ меньше всего хотел видеть.

Сначала он пришел в комнату Инь Ханьцзяна, которая выглядела так, словно в ней уже давно никто не был.

Думая, что Инь Ханьцзян теперь командует сектой Сюаньюань, он, вероятно, остановился в комнате Мастера Секты. Их комнаты были разделены только стеной, поэтому Вэнь Женьхэ прошёл прямо через нее, но не обнаружил никаких признаков Инь Ханьцзяна.

Придя к духовному источнику в дальних горах, он, наконец, нашел там Инь Ханьцзяна.

Инь Ханьцзян молча сидел у источника, держа в руках пустой кубок из-под вина. Наклонив голову, он осторожно коснулся губами края чашки. Пока он казался нормальным.

Вэнь Женьхэ выдохнул и позвал его:

-“Лидер Секты Инь, этот Почтенный вернулся”.

Инь Ханьцзян не повернул головы, делая вид, что ничего не слышал. Налив вина в свой кубок, он залпом выпил его обратно.

Глава 57 - Этот Почтенный позволяет тебе

Вэнь Женьхэ обошел Инь Ханьцзяна спереди. Лицо Инь Ханьцзяна раскраснелось, в одной руке он сжимал носовой платок. Рядом с ним стоял кувшин с вином, в другой руке он держал пустую чашу, а на коленях у него лежал халат Вэнь Женьхэ.

-“Лидер секты Инь, у тебя низкая переносимость алкоголя?” ,- спросил Вэнь Женьхэ.

Если культиватор не хотел напиваться, он мог использовать свою духовную сущность, чтобы изгнать алкоголь. Если кто-то был пьян, то либо он не изгнал алкоголь, либо пил духовное вино.

Вэнь Женьхэ понюхала кувшин с вином. Это было духовное вино, которое он обычно пил, приготовленное из духовных плодов, растущих в дальних горах. Его нельзя было назвать особенно хорошим вином, и оно было недостаточно крепким, чтобы опьянеть.

Глаза Инь Ханьцзяна были затуманены, половина его красной мантии соскользнула. Он лениво поднял глаза, чтобы посмотреть на Вэнь Женьхэ, затем налил себе еще один кубок вина и залпом осушил его.

-“Разве ты еще не перешел на то, чтобы называть меня Ханьцзян? Как получилось, что это вернулось к лидеру Секты Инь?”

-“Ханьцзян?” ,- повторил Вэнь Женьхэ.

Он никогда раньше не видел Инь Ханьцзяна таким. Лидер Секты Инь, которого он помнил, был одет во все черное и молчалив, как тень. Хотя Вэнь Женьхэ и знал, что он хорош собой, обычно он был настолько сдержан, что его легко было не заметить.

Этот Инь Ханьцзян, одетый в алое, с распущенными волосами, развевающимися на ветру, со злобным блеском в глазах. Будь он в толпе, его фигура мгновенно привлекла бы всеобщее внимание.

Из того, что помнил Вэнь Женьхэ, Инь Ханьцзян обычно никогда не пил, только тайком делал глоток, когда Вэнь Женьхэ не смотрел. Вэнь Женьхэ и представить себе не мог, что увидит, как он опрокидывает одну чашку за другой.

-“Этот кувшин и чашка...” ,- Вэнь Женьхэ поднял бровь, смутно припоминая, что это были те самые, которые он дал ему, после того, как поймал его за употреблением вина.

-“Достопочтенный пил из них” ,-уголок губ Инь Ханьцзяна, прижатый к краю пустой чашки, слегка улыбнулся.

Странное чувство поднялось в сердце Вэнь Женьхэ. Он посмотрел на незнакомого Инь Ханьцзяна перед ним, такого привлекательного по сравнению с его прежним "я".

-“Этот Почтенный предположил, что ты не любишь вино” ,- Вэнь Женьхэ также сел слева от Инь Ханьцзяна.

Все развивалось не так, как он ожидал, но он был не прочь немного поболтать с Инь Ханьцзян.

-“Верно, я не люблю вино” ,- Инь Ханьцзян посмотрел направо и поднял свою чашку в пустоту - “Мне нравится вино, которое попробовал мой Господин. После того, как он сделает глоток, я готов его выпить ”.

Вэнь Женьхэ : ?

Только теперь он понял, что каждый раз, когда Инь Ханьцзян наливал в чашку, он сначала наклонял ее к пустому воздуху с правой стороны, проливая каплю, как будто подавая ее кому-то.

Предложив его пустому воздуху, он затем перевернул чашу, приложив ту сторону, которая была обращена к воздуху, к своим губам и медленно наслаждаясь вином.

-“Лидер секты Инь, кому ты даешь вино?” ,- Вэнь Женьхэ почувствовал, что что-то не так.

-“Что, ты тоже хочешь немного?” ,-Инь Ханьцзян посмотрел на Вэнь Женьхэ затуманенными глазами.

Он поднял кувшин с вином и встряхнул его.

-“Очень жаль, что больше нет”.

Он держал банку в руках, вытирая несуществующую пыль рукавами. Прижав его холодную поверхность к своей щеке, он блаженно закрыл глаза.

-“Мой Преподобный дал мне этот кувшин и чашу, из которых он пил”.

Он поднял носовой платок, зажатый в руке.

-“Это носовой платок, которым мой Преподобный когда-то вытирал руки. На нем была кровь Защитника Шу, но я вымыл его дочиста и сохранил.”

Вэнь Женьхэ нахмурил брови. Через некоторое время он, наконец, вспомнил, что Шу Яньянь когда-то думала, что ему нравится Бейли Цинмяо, и пыталась соблазнить его ею. Вэнь Женьхэ чуть не проломил ей череп своей рукой в качестве предупреждения, ее кровь осталась на кончиках его пальцев. Инь Ханьцзян, стоявший прямо за ним, протянул носовой платок, который Вэнь Женьхэ небрежно отбросил, вытирая пальцы.

Инь Ханьцзян с довольной улыбкой на лице вытер щеку носовым платком. Наконец, он аккуратно убрал носовой платок, кувшин с вином и чашу в место для хранения. Армейский Сокрушительный Шип был небрежно оставлен рядом с ним.

Острие было выковано из крови и души Вэнь Женьхэна, поэтому он сразу узнал в нем Армейский Сокрушительный Меч.

-“Это твое связанное оружие, лидер Секты Инь?” ,- не удержался он от вопроса - “Разве это не был меч? Почему сейчас все выглядит именно так?”

-“Если Достопочтенный хочет, чтобы я использовал меч, я использую меч. Если Достопочтенный считает, что я подхожу на роль культиватора меча, я буду культиватором меча ” ,- Инь Ханьцзян держал в руках халат Вэнь Женьхэ, его глаза были затуманены - “Если Достопочтенный не позволит мне последовать за ним в смерти, тогда я буду жить дальше”.

-“Лидер секты Инь, этот Почтенный только сделал предложение. Мои идеи могут не всегда устраивать тебя, и тебе не нужно следовать за мной во всем ” ,- когда Вэнь Женьхэ посмотрел на Инь Ханьцзяна, он внезапно понял, что никогда по-настоящему не видел этого своего подчиненного.

Инь Ханьцзян, которого он видел, был актом, соответствующим ожиданиям Вэнь Женьхэ.

Он думал, что выразился ясно, но Инь Ханьцзян даже не взглянул на него. Вместо этого он протянул руку к пустому воздуху, как будто поглаживая чье-то лицо. Он сказал тихим голосом:

-“Нравится ли Достопочтенному Бейли Цинмяо? Как насчет того, чтобы я отправил ее побыть с тобой?”

-“Она не нравится этому Достопочтенному”, - сказал Вэнь Женьхэ.

Взгляд Инь Ханьцзяна, наконец, обратился к Вэнь Женьхэ. Он протянул руку и схватил Вэнь Женьхэ за рукав, но его рука прошла сквозь его тело.

Нынешнее тело Вэнь Женьхэна было сконденсировано из первобытного хаоса, поэтому к нему нельзя было прикоснуться.

-“Этот Почтенный...”

Вэнь Женьхэ хотел объяснить свое нынешнее состояние, но Инь Ханьцзян сказал:

-“Ложь”.

Выражение его лица не изменилось, как будто он испытывал это уже тысячу раз. Он протянул руку вперед, назад и вправо, каждый раз ничего не хватая, и от смеха запрокинул голову.

-“Ложь, все ложь”.

-“Только это реально” ,- он прижал одежду Вэнь Женьхэ к груди, свернувшись калачиком на земле у духовного источника и закрыв глаза. Казалось, он заснул.

-“Скольких из меня ты видишь?” ,- в этот момент Вэнь Женьхэ в целом понял состояние Инь Ханьцзяна.

Инь Ханьцзян не ответил. Он бы поговорил с иллюзией, если бы был одинок, но в основном он игнорировал их. Особенно он не мог показать свою слабость перед другими людьми.

Вэнь Женьхэ сидел рядом со спящим Инь Ханьцзяном, вспоминая Маску Призрака из "Оскорбительного романа". Сопоставив это с Лидером Секты Инь перед ним, он, казалось, наконец-то что-то понял.

Инь Ханьцзян не отклонился и не потерял контроль. Что касается Вэнь Женьхэ, то он с самого начала подавлял свою истинную природу.

Прочитав эту книгу, он продолжал говорить Инь Ханьцзяну, что ему нужен не послушный подчиненный, а товарищ, который мог бы сражаться бок о бок с ним. С тех пор, как он подобрал этого ребенка и сказал ему практиковаться с мечом, Вэнь Женьхэ внушал ему свои собственные представления, но это было не то, чего хотел Инь Ханьцзян.

Вэнь Женьхэ подумал, что Инь Ханьцзян подходит для того, чтобы быть мастером меча, поэтому Инь Ханьцзян стал мастером меча. Вэнь Женьхэ считал Инь Ханьцзяна своим самым верным подчиненным, поэтому Инь Ханьцзян изменил свою личность на ту, которая успокоила бы Вэнь Женьхэ. Вэнь Женьхэ думал, что Инь Ханьцзян сможет возглавить секту Сюаньюань в его отсутствие, поэтому Инь Ханьцзян сделал все возможное, чтобы оправдать его ожидания.

Каждый раз, когда представления Вэнь Женьхэ сталкивались с личностью самого Инь Ханьцзяна, он всегда выбирал Вэнь Женьхэ.

Повелитель Демонов сидел у источника, глядя на полную луну, поднимающуюся над горизонтом. Он достал пригоршню воды из своего хранилища, используя духовную энергию, позволив ей отразить луну в небе.

Это был любимый источник радости Инь Ханьцзяна в юности. После Великой Войны Сект он отдал его Вэнь Женьхэну.

Казалось, он видел сцену, где молодой Инь Ханьцзян довольно улыбался, наблюдая за пустым отражением луны на воде.

-“Этот Достопочтенный был неправ”, - тихо сказал Вэнь Женьхэ, убирая пригоршню воды.

Взяв к себе этого ребенка, он вырастил его таким, каким хотел видеть. Он думал, что дал ему все самое лучшее, но никогда не задумывался, были ли это те вещи, которые хотел Инь Ханьцзян.

Внутренние демоны не сформировались за одну ночь. В самом начале Вэнь Женьхэ посеяли свои семена в сердце Инь Ханьцзяна.

Он достал красный камень, сжимая его в одной руке.

-“Я позаимствую это на минутку”, - тихо сказал он.

С камнем в руке его тело стало твердым, и одеяние, созданное из энергии хаоса, исчезло. Щелчком пальцев он заставил мантию из рук Инь Ханьцзяна упасть на его тело, затем сел рядом с Инь Ханьцзяном, слегка поглаживая его волосы.

-“А?” ,- духовное чутье Инь Ханьцзяна было острым, и он мгновенно проснулся.

Обнаружив, что халат исчез, он пришел в ярость, потеряв все свое прежнее упрямое самообладание. Он шарил повсюду в поисках его.

Вэнь Женьхэ позволил своему рукаву коснуться лица Инь Ханьцзяна. Он схватил его за рукав и тихо сказал:

-“Прямо здесь”.

Инь Ханьцзян увидел, что Вэнь Женьхэ, стоявший перед ним, был одет в свою настоящую мантию. Схватив свою руку, он обнаружил, что она была твердой.

-“Внутренние демоны уже настолько сильны?” ,-Инь Ханьцзян ошеломленно покачал головой.

Хотя он считал, что это подделка, он все еще держал Вэнь Женьхэ за руку.

-“Лидер Секты Инь, этот Достопочтенный реален. Я вернулся из Кровавого Ада”, - сказал Вэнь Женьхэ.

-“Верно, Достопочтенный вернулся”, - легкомысленно сказал Инь Ханьцзян, на самом деле не веря.

Вэнь Женьхэ не возражал, если Инь Ханьцзян считал его фальшивкой. Воспользовавшись этой возможностью, он начал говорить.

-“Клан Вэнь был предан императору и народу на протяжении многих поколений, но в итоге был казнен до смерти. Копаясь в кладбище, я вытаскивал один обезглавленный труп за другим. С каждым телом, которое я выкапывал, я надеялся обнаружить, что у него есть голова, и человек все еще жив, но я не нашел ни одного. Вероятно, с тех пор в моем сердце укоренилась навязчивая идея, надежда, что хотя бы один член клана Вэнь выжил.”

“По прошествии многих лет я поверил, что избавился от привязанностей и избежал хаоса смертного мира, путешествуя по пути бессмертия без каких-либо связей с семьей. Но эта навязчивая идея все еще оставалась глубоко внутри меня.”

“Когда я подобрал тебя в кладбище, моим первым действием было прикоснуться к твоей шее. С этого момента я принял тебя как выжившего члена клана Вэнь и вырастил из тебя генерала.”

“Это все была моя вина. Это была моя одержимость, которая превратила тебя в это.”

Вэнь Женьхэ притянул Инь Ханьцзян к себе на колени.

-“Отныне Инь Ханьцзяну не нужно жить ради Вэнь Женьхэ. Ты должен использовать свои собственные глаза и уши, чтобы принять решение. Тебе не нужна маска, и тебе не нужно притворяться. Делай то, что ты хочешь”.

Инь Ханьцзян знал, что это был внутренний демон, но теплые объятия, нежный тон и слова, которых он никогда раньше не слышал, побудили его охотно предаться этому.

-“Я хочу отомстить за моего Преподобного”, - сказал Инь Ханьцзян -“Я безжалостный человек и могу разрушить план, который разработал мой Преподобный. Я должен быть терпеливым. Я не могу притворяться”.

-“Ты можешь действовать”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Этот Почтенный разрешает тебе. Что бы ты ни захотел сделать, я помогу тебе.”

-“Я хочу уничтожить все, что ты любишь, и предложить их тебе, чтобы они могли сопровождать тебя туда. Можно?” ,-Инь Ханьцзян поднял голову, выжидающе глядя на Вэнь Женьхэ.

-” ...Мне не нравится Бейли Цинмяо. Тебе не нужно сжигать ее.”

-“Как чудесно” ,- Инь Ханьцзян вздохнул.

-“Неудивительно, что так много людей не могут избавиться от иллюзий своих внутренних демонов, когда все так прекрасно”.

-“Я не внутренний демон”.

Инь Ханьцзян не слушал его. Он поджал губы и, сделав глубокий вдох, сказав:

-“Что, если этому подчиненному нравится Достопочтенный? Можно мне?”

Автору есть что сказать:

Инь Ханьцзян: Я хочу зажечь лампу.

Вэнь Женьхэ : Мне не нравится Бейли Цинмяо, не нужно ее сжигать, не нужно!

Инь Ханьцзян: Тогда я сожгу тебя.

Вэнь Женьхэ: нет, нет, нет, нет! Потуши огонь!

Глава 58 - Предопределено

Слова Инь Ханьцзяна были шоком для Вэнь Женьхэ. Насколько он помнил, Инь Ханьцзян всегда не обращал внимания на любовь. Когда Хэ Вэньчжао лгал Бейли Цинмяо о Шу Яньяне, Вэнь Женьхэ спросил Инь Ханьцзяна:

-“Защитник Инь, ты бы поверил чему-то подобному? Неужели любовь действительно может сделать людей такими безмозглыми?”

Инь Ханьцзян ответил:

-“Этот подчиненный верит всему, что говорит Достопочтенный, и не слышит ни слова из того, что говорят другие”.

Вэнь Женьхэ всегда считал, что Инь Ханьцзян был таким же невежественным, как и он. И все же он сказал, что ему нравится Вэнь Женьхэ.

Было ли это делом рук внутренних демонов или собственной мыслью Инь Ханьцзяна?

Когда Вэнь Женьхэ долго не отвечал, Инь Ханьцзян выглядел недовольным.

Он толкнул Вэнь Женьхэ одной рукой, глядя на него сверху вниз свирепым взглядом.

-“Простой внутренний демон смеет бросать мне вызов?”

Вэнь Женьхэ никогда раньше не видел, чтобы Инь Ханьцзян был таким неразумным.

-“Лидер Секты Инь, я...”

Прежде чем он смог закончить говорить, Инь Ханьцзян наклонил голову и поймал губы Вэнь Женьхэ в свои.

Холодные губы Инь Ханьцзяна прижались к губам Вэнь Женьхэ, неся с собой затяжной вкус вина. Вэнь Женьхэ никогда в жизни не испытывал ничего подобного. Он почувствовал, как покалывание распространилось по всему телу. Его тело уже было сформировано из первобытного хаоса, но он не мог призвать свою духовную энергию, чтобы оттолкнуть Инь Ханьцзяна.

Вэнь Женьхэ потерял всякое чувство времени, ощущая только прохладную мягкость своих губ.

Пока он гадал, почему тело Инь Ханьцзяна все еще было таким холодным, человек в красном уже отпустил его, неуверенно сев.

Инь Ханьцзян потер виски, затем плеснул в лицо пригоршню родниковой воды.

-“За что я сражаюсь с внутренним демоном?” ,- пробормотал он себе под нос.

Он искоса взглянул на Вэнь Женьхэ. Его глаза были ледяными, в уголках губ играла холодная улыбка, как будто он насмехался над самим собой.

Он встал и, пока Вэнь Женьхэ все еще был в оцепенении, сдернул с него халат. С любовью держа халат на руках, он ушел, не оглянувшись, оставив Вэнь Женьхэ в одиночестве.

Красный камень выпал из его руки, заставив тело Вэнь Женьхэна вернуться к энергии. Он коснулся пальцами своих губ, чувствуя, как покалывание распространилось на его душу.

Никто не придет в дальние горы. Вэнь Женьхэ долго сидел ошеломленный, пока наконец кое-что не вспомнил. Он поднял камень и извлек оттуда Оскорбительную Романтику. Открыв его, он увидел сцену, где, когда Бейли Цинмяо и Хэ Вэньчжао впервые встретились, Бейли Цинмяо ударила своего шисюна по пальцу. Она почувствовала, как покалывание распространилось от кончика пальца до самого сердца, когда ее сердце начало бешено колотиться.

Вэнь Женьхэ думал, что это затяжные последствия удара молнии, поразившей его.

Только теперь он понял, что действительно может быть ощущение покалывания, когда люди прикасаются друг к другу.

Вэнь Женьхэ погрузил свою руку в духовный источник. Родниковая вода была намного теплее, чем руки Инь Ханьцзяна.

В разговоре Бейли Цинмяо с Чжунли Цянь и Инь Ханьцзяном она чуть не была убита Инь Ханьцзяном. Только по совету Чжунли Цяня Инь Ханьцзян подавил свои кровожадные намерения и, уходя, бросил на Бейли Цинмяо злобный взгляд. Бейли Цинмяо была так напугана, что упала в обморок с высокой температурой.

Чжунли Цянь прогнал Мастера Алтаря Ши, чтобы он не усугубил ее болезнь. Он приказал Су Хуай накормить ее лекарством и, увидев, что ее состояние стабилизировалось, сказал Су Хуай:

-“Пойдем со мной к месту сбора духов в Главном зале. Мы все еще должны помочь твоему предку. С этими двумя никогда не бывает покоя”.

Он сказал Бейли Цинмяо, чтобы она отдохнула, и что Су Хуай вернется, чтобы позаботиться о ней завтра.

Бейли Цинмяо снова погрузилась в дремоту, пока посреди ночи внезапно не почувствовала озноб. Ее глаза распахнулись, и в тусклом свете она увидела фигуру, молча наблюдавшую за ней у кровати.

В последний раз, когда она внезапно проснулась, это было для того, чтобы увидеть, как Инь Ханьцзян размахивает треугольным шипом у нее перед лицом. На этот раз Бейли Цинмяо не могла видеть лица фигуры. Завернувшись в одеяло, она дрожащим голосом спросила:

-“Кто ты? Чего ты хочешь?”

-“Это я” ,- Вэнь Женьхэ взмахом руки зажег лампы в комнате, открыв свое лицо.

-“Старший Вэнь!” ,- воскликнула Бейли Цинмяо - “Вы живы, или я сплю?”

-“Этот Достопочтенный жив”, - сказал Вэнь Женьхэ.

-“Я так рада. Это моя вина, что вы попали в Кровавый Ад. В тот момент я поклялась, что, если вы выживете, я буду готова служить вам всю оставшуюся жизнь и делать все, о чем вы меня попросите.”

Бейли Цинмяо начала всхлипывать от облегчения. Она, пошатываясь, выбралась из кровати, собираясь поклониться Вэнь Женьхэ.

-“В этом нет необходимости” ,- Вэнь Женьхэ отступил в сторону.

Он не мог позволить Бейли Цинмяо опустить перед ним голову.

-“Этот Почтенный пришел сюда, чтобы кое о чем спросить”.

-“Что бы вы ни спросили, я скажу все, что знаю”.

-“Что означает любовь, которая застает тебя врасплох, и, прежде чем ты осознаешь это, ты оказываешься в ее тисках? Я понимаю буквальный смысл. Это не то, о чем я прошу”.

Он провел долгое время в раздумьях в горах, но его мысли были в полном беспорядке. Он не знал, были ли чувства Инь Ханьцзяна иллюзией, и он не знал, как ему следует реагировать.

Он решил, что, вероятно, недостаточно хорошо разбирается в романтических делах, поскольку так и не понял этой третьей строчки. Это также должно быть причиной того, что после того, как он соединил Бейли Цинмяо и Чжунли Цянь в течение тридцати лет, они все еще относились друг к другу только как братья и сестры. Он никогда не понимал, почему Бейли Цинмяо была так одержима Хэ Вэньчжао, и он не знал, как ответить Инь Ханьцзяну.

Это… что могла сказать Бейли Цинмяо, кроме буквального значения? В этот момент она действительно пожалела, что не обладает мудростью Чжунли Цяня.

-“Ты не знаешь?” ,- Вэнь Женьхэ посмотрел на Бейли Цинмяо - “Разве это не точно описывает тебя  с Хэ Вэньчжао? Вы не только глубоко увязли в объятиях любви, но и увлечены ею и не хотите отпускать. Даже после того, как Хэ Вэньчжао взял жену, ты все еще тосковала по нему. После того, как он позволил заточить тебя в темных горах и подвесить над Кровавым Адом, ты все еще хочешь умереть за него. Этот Почтенный хочет знать, что же это за чувство такое? Это может привести к тому, что кто-то...”

Он сделал паузу, вспоминая, как Инь Ханьцзян сидел у духовного источника, прижавшись губами к кубку с вином, а на коленях у него лежал халат, и странная боль пронзила его сердце.

-“Может привести к тому, что кто-то потеряет свою душу и перестанет быть самим собой”.

Вэнь Женьхэ думал, что у Бейли Цинмяо найдется для него ответ, но она схватила себя за волосы и сказала:

-“Я… Я тоже ничего не понимаю! Все, что я знаю, это то, что я люблю своего шисюна, и даже после того, как он женился, я все еще люблю его, но почему? До того, как он женился, я любила его за то, что он был теплым и внимательным, всегда тайно заботился обо мне, но теперь он женат, но все еще тоскует по мне, не уважая и меня, и Лю-шицзе, так почему же я люблю его? Это моя самая отвратительная привычка. Почему я люблю его?”

Она хлопнула себя по щеке и разочарованно сказала:

-“Я даже хотела умереть за него. О чем я только думала?”

Вэнь Женьхэ : …

Бейли Цинмяо, казалось, была на грани срыва. Она ничего не могла ответить за него.

Чем больше Бейли Цинмяо думала об этом, тем больше она чувствовала, что это неправильно. Ее пальцы растрепали волосы, она ходила взад и вперед по комнате, приговаривая:

-“Это странно… Я чувствую, что разделилась на две части: одна половина рационально понимает, что я должна отпустить его, в то время как другая все еще тоскует по нему, даже надеясь, что Лю-шицзе скоро умрет, чтобы мы могли быть вместе. Что со мной не так? Старший, я...”

Подойдя к Вэнь Женьхэну, она попыталась схватить его за руку. Вэнь Женьхэ вовремя увернулся от нее, но его рукав задел кончики ее пальцев и прошел сквозь ее руку.

Бейли Цинмяо: …

-“Забудь об этом”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Видя, что ты сама в плохом состоянии, этот Почтенный спросил не того человека” ,- отойдя от Бейли Цинмяо, Вэнь Женьхэ достал красный камень - “Я должен одолжить это на несколько дней, но к тому времени, когда оно тебе понадобится, я обязательно верну его тебе”.

-“Что это такое?” ,-Бейли Цинмяо с трудом сглотнула, глядя на камень.

Она хотела этого, она никогда раньше не испытывала такого желания к предмету - как будто он должен был принадлежать ей в первую очередь!

-“Это божественная кровь”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Это может помочь этому Почтенному стабилизировать энергию хаоса и быстрее развить божественное тело. Без этого этот Почтенный - всего лишь призрак, которого можно увидеть, но нельзя потрогать”.

Это была вторая защита, которую изначальная богиня оставила для себя, помимо своей божественной природы. Она спрятала его в энергии хаоса Кровавого Ада, чтобы, когда Бейли Цинмяо станет бессмертной и окажется на пороге божественности, она почувствует зов божественной крови. С помощью крови, которая содержала сущность изначальной богини, она смогла бы успешно слиться с божественной природой.

В тот момент, когда Вэнь Женьхэ из книги попал в Кровавый Ад, из-за его судьбоносной связи с Бейли Цинмяо, он соприкоснулся с божественной кровью и понял все в тот момент, когда прикоснулся к ней. Перед смертью он бросил его Бейли Цинмяо. Когда она поймала его, долг Вэнь Женьхэ перед Бейли Цинмяо был полностью выплачен, и с тех пор у него больше не было с ней никаких связей.

В этой жизни, как и в книге, Вэнь Женьхэ нашел божественную кровь в тот момент, когда море крови поглотило его. Когда он прикоснулся к нему, то наконец понял, как его судьба была связана с Бейли Цинмяо.

Триста лет назад изначальная богиня помогла Вэнь Женьхэ вступить на Путь Убийства; таким образом, триста лет спустя нынешнему Повелителю Демонов понадобилось добыть божественную кровь для Бейли Цинмяо.

Все, что человек получает в жизни, предопределено заранее.

Эта глубокая любовь была всего лишь махинацией судьбы, чтобы гарантировать, что Вэнь Женьхэ не поддастся искушению забрать силу божественной крови себе.

Вэнь Женьхэ изначально планировал дать божественную кровь Бейли Цинмяо, увидев ее, и прервать его связь с главной героиней. Однако прямо сейчас ему нужна была божественная кровь, чтобы заставить Инь Ханьцзяна поверить, через внутренних демонов, которые мучили его, что Вэнь Женьхэ жив.

-“Как я могу быть тем, кто принимает решение по такому важному вопросу?” ,- сказала Бейли Цинмяо, подавляя свое желание к этому -“Старший может использовать его, как захочет”.

-“Спасибо” ,- Вэнь Женьхэ кивнул ей - “Этот Достопочтенный сделает все, что в его силах, чтобы помочь вам получить все, что принадлежит вам”.

В мгновение ока он исчез, погасив лампы позади себя.

Бейли Цинмяо все еще лихорадило. Она села на кровать, несколько раз потянув себя за растрепанные волосы.

-“Это произошло на самом деле, или это был сон?”

Через некоторое время она легла и снова потеряла сознание.

С божественной кровью в руке Вэнь Женьхэ вернулся в свою комнату. Он увидел, что Инь Ханьцзян разложил свой халат на одной стороне кровати, в то время как сам чопорно спал на другой, вообще не касаясь противоположной половины кровати.

Практикующие обычно отдыхали в медитации и редко нуждались во сне. Однако Инь Ханьцзян, казалось, был пьян, его лицо слегка покраснело. Он осторожно спал на одной стороне кровати Вэнь Женьхэ, не желая даже двигаться, как совершенно другой человек, не похожий на того, кто ранее смело подавил “внутреннего демона”.

Вэнь Женьхэ легко запрыгнул на кровать. Лежа на боку, он наблюдал за лицом Инь Ханьцзяна, пока тот спал.

-“Лидер секты…Инь Ханьцзян”, - тихо сказал Вэнь Женьхэ - “У тебя есть право любить меня. Это не мое дело разрешать тебе. Но что касается меня… как мне тебе ответить?”

Ни отказ, ни согласие не могли быть разрешены всего несколькими легкими словами.

Он должен был дорожить чувствами Инь Ханьцзяна и отвечать от всего сердца.

Инь Ханьцзян проспал до позднего утра. Проснувшись, он потер место между бровями и, взглянув на Вэнь Женьхэ, откинул халат.

-“Как ты можешь прикасаться к этому халату?” - холодно сказал он.

Вэнь Женьхэ : …

Глава 59 - Наступление и отступление вместе

Хорошо, что Вэнь Женьхэ не использовал божественную кровь, чтобы стать твердым, и лежал на одеянии своим изначальным телом хаоса, иначе рывок Инь Ханьцзяна лишил бы их обоих дара речи.

По правде говоря, было бы легко дать Инь Ханьцзяну понять, что он настоящий. Ему просто нужно было позвать Чжунли Цяня, Шу Яньяня, Цю Конгсюэ и так далее. Любой мог доказать его существование, но мог ли он действительно это сделать?

Инь Ханьцзян был замкнутым человеком, он всегда скрывал свою натуру, надевал маску и срывался только тогда, когда больше не мог этого выносить. Из редакций "Оскорбительного романа" он мог видеть, что Инь Ханьцзян никогда не позволял своему нынешнему состоянию, одержимому внутренними демонами, ускользнуть от Чжунли Цянь или Бейли Цинмяо. Кроме попытки убить Бейли Цинмяо, он больше ничего не раскрыл.

Несмотря на то, что его мысли были в замешательстве, он все еще оставался невозмутимым перед другими людьми, не проявляя никаких слабостей. Если бы у такого человека все вокруг говорили ему, что то, что ты видишь, не является внутренним демоном, как бы он отреагировал? Примет ли он это с радостью или полностью развалится?

Вэнь Женьхэ не хотел делать ставку, не в силах смириться с таким исходом.

Если бы, когда он впервые вернулся в секту, он сразу вошел в Главный зал и объявил о своем возвращении всем, чтобы об этом стало известно всем одновременно, Инь Ханьцзян, вероятно, принял бы это. Но если бы он это сделал, то Инь Ханьцзян продолжал бы прятать свое сердце. Внутренние демоны, которые так сильно влияли на его разум, не просто исчезнут, потому что Вэнь Женьхэ был жив, и однажды подавление его истинной природы уничтожит Инь Ханьцзяна.

Этот способ все еще был хорош. По крайней мере, он мог тайно наблюдать за Инь Ханьцзяном и понимать своего самого верного подчиненного, человека, которому он доверял больше всего на свете, так что он мог медленно справиться со своими внутренними демонами.

Вэнь Женьхэ всегда был прямолинеен и в прошлом подавлял все свои проблемы силой, так что он никогда раньше не чувствовал себя таким беспомощным. Казалось, что у него было достаточно сил, чтобы поднять гору, взять иголку и вышить цветок.

Его лоб покрылся потом, пальцы дрожали, он боялся повредить этот цветок, покрытый шипами.

После того, как Инь Ханьцзян встал, он не удостоил еще одного взгляда Вэнь Женьхэ. В его поле зрения было бесчисленное множество Вэнь Женьхэ, и все они разговаривали с ним, поэтому он обычно игнорировал их. Когда он был один, он отвечал на любой вопрос, который хотел, но перед другими людьми ему нужно было быть Лидером Секты, обладающим властью сокрушать праведные секты.

Протрезвев, он использовал заклинание, чтобы очистить свое тело от запаха алкоголя, и с деловым видом сел перед столом, отправив несколько талисманов с сообщениями.

Первое было адресовано Чжунли Цяню: “Мастер Алтаря Чжунли, после того, как ты починишь Защитника Цю, немедленно дай мне план устранения восьми праведных экспертов и Хэ Вэньчжао. Если у вас не будет удовлетворительного решения до того, как мое терпение иссякнет, я буду действовать по-своему ”.

Второе было адресовано Шу Яньяну: “Защитник Шу, у тебя был контакт с Хэ Вэньчжао. Его слабость - женщины, так что поторопись и придумай с Бейли Цинмяо способ выманить его и заставить продать Кровавого Демона”.

Третий был для Вэнь Женьхэ. Инь Ханьцзян только написал его, не отправив.

В нем была только одна строка. “Я попросил господина Чжунли стать Главным распорядителем Зала. В секте Сюаньюань все хорошо, так что Достопочтенный может спокойно медитировать”.

Закончив его, Инь Ханьцзян подержал его в руке, но не зажег. Чтобы отправить сообщение-талисман, нужно было знать местонахождение получателя и предупредить его духовное сознание, чтобы он мог принять его. Не было никакого способа отправить этот талисман Вэнь Женьхэ.

-“Я знаю”, - искренне сказал Вэнь Женьхэ, садясь напротив Инь Ханьцзяна -“Ты очень хорошо справился”.

Инь Ханьцзян не обратил никакого внимания на этого призрака, который даже не назвал бы себя “Почтенным”. После того, как он все закончил, он вышел из комнаты.

Создав иллюзию, чтобы никто другой не мог его видеть, Вэнь Женьхэ последовал за Инь Ханьцзяном. Инь Ханьцзян пришел в Главный зал и взял реестр Носителей сообщений. Это была организация, созданная Мастером Алтаря Юанем, большинство из них напрямую подчинялись его приказам, а не секте Сюаньюань. Этот реестр также никак не мог быть полным.

Инь Ханьцзян взял реестр и, отправив сообщение Мастеру Алтаря Мяо, вылетел из Главного зала. Вероятно, он собирался произвести чистку в рядах.

Вэнь Женьхэ хотел последовать за ним, но он боялся быть обнаруженным другими, а также должен был сделать некоторые собственные приготовления. А пока им придется действовать порознь.

Он не сомневался, что Инь Ханьцзян сможет искоренить предателей среди Носителей Сообщений и разобраться с персоналом секты Сюаньюань. Однако он не мог не волноваться, без всякой причины, связанной с доверием, просто из беспокойства. Вэнь Женьхэ вздохнул. Если бы только у него была книга с Инь Ханьцзян в качестве главного героя, чтобы он мог следить за тем, что он делает.

Когда Инь Ханьцзян ушел, Вэнь Женьхэ сразу же подошел к группе сбора духов в Главном зале. Единственным человеком, который мог помочь ему спланировать это время, был Чжунли Цянь.

Чжунли Цянь только что закончил исцелять Цю Конгсюэ, когда получил сообщение Инь Ханьцзяна. Он быстро перебрал стопку нефритовых листков, выбирая самые важные для чтения. Каким бы умным он ни был, ему понадобятся знания, чтобы действовать.

Жизненно важный вопрос заключался в том, как он мог удовлетворить Инь Ханьцзяна, отвлекая его от его планов разрушить мир культивирования.

Пока он учился, Чжунли Цянь внезапно почувствовал, как мимо пронесся порыв ветра. После того как он закрыл свое зрение на тридцать лет, его духовное чутье стало еще острее.

Отложив свой нефритовый браслет, он высвободил свое духовное познание, но никого не почувствовал. Вместо этого духовная энергия в комнате, казалось, стала в несколько раз гуще.

Нет, это была не духовная энергия. Это была даже не бессмертная энергия — будучи практикующим Махаяну и проведя время со странствующим бессмертным Цю Конгсюэ, Чжунли Цянь хорошо понимал бессмертную энергию. И все же присутствие в комнате было чем-то более сильным.

-“О каком человеке идет речь?” ,- спросила Чжунли Цянь.

-“Журавлиноволосый Странник оправдывает свое имя. Этот Почтенный спрятал себя даже от самого острого взгляда, но ты нашел меня” ,- Вэнь Женьхэ раскрыл себя, позволив духовному познанию Чжунли Цяня мгновенно уловить его.

Чжунли Цянь глубоко вздохнул, затем сложил руки рупором и сказал:

-“Господин Вэнь сумел вернуться с края пропасти. Я не уверен, поздравлять ли вас с тем, что вы выжили, или с тем, что вы пришли к власти.”

-“Вы сообщили лидеру Секты Инь о своем возвращении?” ,-он продолжил - “Он чуть не разрушил Секту Шанцин ради тебя. Он, конечно, будет вне себя от радости, узнав, что вы в безопасности.”

Сначала он похвалил Вэнь Женьхэ, а потом сразу же начал окольным путем говорить ему:

-"Поторопитесь и отправляйтесь к Инь Ханьцзяну, через несколько дней он начнет убивать людей".

-“Я знаю”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Этот Почтенный пришел сюда, чтобы обсудить кое-что с Мастером Алтаря Чжунли”.

Услышав, как Вэнь Женьхэ назвал его Мастером Алтаря, выражение лица Чжунли Цяня застыло.

-“Я действительно недостаточно квалифицирован, чтобы быть Мастером Алтаря ...”

-“Если Инь Ханьцзян говорит, что ты квалифицирован, значит, ты квалифицирован”, - сказал Вэнь Женьхэ, прерывая его - “У этого Почтенного тоже есть задание для тебя, и если ты выполнишь его, я смогу удалить проклятие слежения и паразита, связывающего сердца.”

Чжунли Цянь: …

Он думал, что когда Вэнь Женьхэ вернется, он возьмет ситуацию в свои руки, одержимость Инь Ханьцзяна местью утихнет, и мир вернется в мир культивирования. После того, как Кровавый Демон был побежден, а Бейли Цинмяо освободилась от своего увлечения, Чжунли Цянь мог свободно путешествовать по миру, распространяя свое Дао.

Но теперь…

Ну что ж, большинство вещей в жизни складываются не так, как ты хочешь. Совершенствование заключалось в том, чтобы открыть свой разум. Поправляя свое мировоззрение, Чжунли Цянь сказал, как всегда, невозмутимо:

-“Какие приказы есть у Главы Секты?”

-“Две вещи. Во-первых, соберите всю информацию, которую вы можете найти о внутренних демонах, и найдите целителя, который может их лечить. Во-вторых, полностью сотрудничайте с Инь Ханьцзяном. Помоги ему сохранить контроль над сектой Сюаньюань, и позволь ему делать все, что он пожелает. Не обращайте внимания на предыдущие планы этого Почтенного.”

Вэнь Женьхэ знал, что Чжунли Цянь не упустил бы из виду нынешнее состояние Инь Ханьцзяна. Возможно, он уже догадался об этом, просто никому не сказал. Вместо того чтобы пытаться обмануть Чжунли Цяня, лучше было привлечь его на свою сторону. Вэнь Женьхэну было бы легче действовать в тени с Чжунли Цянем в качестве прикрытия и медленно помогать Инь Ханьцзяну.

-“Мастер Секты, вы знаете, каким был первоначальный план лидера секты Инь?” ,- осторожно спросил Чжунли Цянь - “Он хотел использовать силу, чтобы объединить мир культивирования, убивая любого, кто бросает вызов секте Сюаньюань, и уничтожая секты, которые участвовали в нападении на вас”.

Вэнь Женьхэ действительно не знал, так как в книге говорилось только, что Инь Ханьцзян хотел убить Хэ Вэньчжао. Немного подумав, он усмехнулся.

-“У него действительно есть амбиции”.

В его тоне не было ни увещевания, ни даже намека на похвалу.

Чжунли Цянь: …

Он смело обвел Вэнь Женьхэ нитью духовного познания, внимательно изучая его текущее состояние, и пришел к догадке.

-“Мастер Секты уже был у Инь Ханьцзяна? Сделал… он вам что-то сказал?”

Вэнь Женьхэ на мгновение заколебался. Внимательно посмотрев на Чжунли Цяня, он увидел уверенность на его лице, как будто он видел все насквозь.

-“Вы действительно проницательны”, - сказал он -  “Однако этот Достопочтенный надеется, что вы не будете продолжать гадать. Даже если вы угадали правильно, нет необходимости говорить это. Этот Почтенный разбирается во всем. Все, что вам нужно сделать, это действовать от моего имени тайно и никому не сообщать, что я вернулся.”

-“Но если лидер секты Инь полон решимости принести страдания людям, тогда я должен остановить его” ,- видя, что Вэнь Женьхэ решил во всем поддерживать Инь Ханьцзяна, Чжунли Цянь четко изложил свою позицию.

-“Он этого не сделает”, - с уверенностью сказал Вэнь Женьхэ.

Инь Ханьцзян был ребенком, которого он вырастил. Даже если он был немного мрачным и ненавидел себя, он был хорошим ребенком.

-“Но что, если?” ,-Чжунли Цянь настаивал.

Что, если? Немного подумав, Вэнь Женьхэ ответил:

-“Тогда Мастер Алтаря Чжунли может возглавить весь мир культивирования в союзе против Инь Ханьцзяна. Этот Достопочтенный будет стоять бок о бок с ним”.

Это… Чжунли Цянь покачал головой с беспомощной улыбкой.

-“Бейли Цинмяо должна сама увидеть, как Мастер Секты обращается с Лидером Секты Инь”.

-“Что вы имеете в виду?” ,- Вэнь Женьхэ посмотрел на него в замешательстве.

-“Ничего особенного. Когда Мастер Секты захочет знать, он поймет это ”.

Как таинственно. В этом не было никакого смысла. Вэнь Женьхэ сказал Чжунли Цяню поработать над его задачами, и Мастеру Главного зала, который и так был по уши погружен в работу, пришлось делегировать некоторые обязанности. Он написал Защитнику Шу и, притворившись, что Бейли Цинмяо все еще ищет смерти, и сказав, что он боится, что в ней возникнут внутренние демоны, попросил Защитника Шу найти опытного целителя. Затем он попросил Мастера Алтаря Ши, который культивировал семь страданий, найти книги о негодовании и желании, и попросил Мастера Алтаря Руаня поискать методы лечения внутренних демонов.

В то же время он продолжал быстро запоминать информацию, содержащуюся в нефритовых листках, так что к тому времени, Инь Ханьцзян вернулся, весь в крови, Чжунли Цянь знал секту Сюаньюань вдоль и поперек.

Инь Ханьцзян бросил список Носителей Послания, которым все еще можно было доверять, в Чжунли Цяня, чтобы он разобрался, затем направился к духовному источнику, чтобы смыть кровь.

Вэнь Женьхэ, видя, что у него нет никаких сомнений по отношению к нему, вошёл в источник вместе с ним. Сидя в стороне, он сказал.

-“Ты взяли под контроль Носителей Сообщений всего за один день. Я весьма впечатлен”.

Вэнь Женьхэ предполагал, что его, как и раньше, проигнорируют, но Инь Ханьцзян внезапно посмотрел на него и холодно приказал:

-“Иди сюда”.

-“Я?” ,- Вэнь Женьхэ не был уверен, с каким внутренним демоном разговаривал Инь Ханьцзян.

В конце концов, он не мог видеть того, что видел Инь Ханьцзян.

-“Да, ты”, - сказал Инь Ханьцзян - “Тот, кто меньше всего похож на Достопочтенного”.

Автору есть что сказать:

Чжунли Цянь, который был свидетелем большой сцены двойного стандарта:  Я чувствую себя немного уставшим и нуждаюсь в отдыхе.

Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян: Вам это не нужно.

Чжунли Цянь: ………это обычное дело- входить и выходить?

Глава 60 - Природа увлечения

Он был меньше всего похож на самого себя…

Вэнь Женьхэ на мгновение потерял дар речи. Он действительно хотел увидеть, какими были внутренние демоны в глазах Инь Ханьцзяна, или, другими словами, какими были Вэнь Женьхэ в сознании Инь Ханьцзяна.

Прямо сейчас у Вэнь Женьхэ было тело из энергии хаоса, так что его одежда была преобразована из нее. Он не использовал божественную кровь. Поскольку Инь Ханьцзян уже принимал ванну, было бы нехорошо, если бы у него тоже не было одежды.

Вэнь Женьхэ вошел в источник, не подняв ни единого всплеска, как будто он растворился в воде.

Держась на расстоянии вытянутой руки между их плечами, он сел бок о бок с Инь Ханьцзяном, повернув голову, чтобы внимательно наблюдать за ним.

Он никогда не видел Инь Ханьцзяна таким. Каждое действие и слово, казалось, были противоположностью тому, что он сделал бы изначально, но, как ни странно, он совсем не противоречил прошлому Инь Ханьцзяну.

Раньше, когда Вэнь Женьхэ смотрел прямо на Инь Ханьцзяна, Инь Ханьцзян всегда избегал его взгляда, либо поворачивая голову, либо опуская ее. Он очень редко делился с ним прямым взглядом.

Теперь, однако, Инь Ханьцзян смотрел на него прямо, в его глазах читалось какое-то убийственное намерение.

Сегодня он имел дело со многими Несущими Послание. Они должны были подчиняться секте Сюаньюань, но они помогали посторонним, вступая в сговор с праведными сектами и кланами культивирования вместе с Мастером Алтаря Юанем. Допросив многих из них, Инь Ханьцзян выяснил, что среди сект и кланов культивирования было много подонков, которые тайно совершали злые дела и обвиняли во всех них секту Сюаньюань с Помощью Несущих Послания и Мастера Алтаря Юаня.

Достопочтенный редко обращал внимание на такие мелочи, делегируя повседневные задачи Мастерам Алтаря. Мяо, Руань, Цю Конгсюэ и Ши Таньсинь имели странный образ мышления и не хотели беспокоиться о таких вещах, поэтому оставили их все веселому старому Мастеру Алтаря Юаню. Мастер Алтаря Юань умудрился сильно испачкать Вэнь Женьхэ.

Такие вещи, как похищение девственниц, чтобы собрать их сущность, уничтожение деревень, чтобы забрать их души, похищение месячных младенцев для очищения магических предметов, убийство беременных женщин на шестом-девятом месяце ради их плаценты, всевозможные вещи, которые казались грязными, просто чтобы услышать об этом, Инь Ханьцзян запоминал одно за другим, записывая имена странствующих земледельцев, праведных членов секты и членов клана, которые их совершили. Убив кучу Несущих Посланий, чтобы дать выход своей ярости, он отдал их лидеру Мастеру Алтаря Мяо.

Мастер Алтаря Мяо радостно утащил его прочь, даже не отпустив его душу, сказав, что он собирается вырастить короля гу, который сможет контролировать блуждающего бессмертного, специально для того, чтобы разобраться с Цю Конгсюэ.

После того, как он убил так много, Армейский Сокрушительный Шип напился крови и продолжал гудеть. Инь Ханьцзян насильно вернул его в свое тело, но он не мог полностью скрыть ликование в своих глазах.

Некоторые из окружающих его Вэнь Женьхэ хвалили его, в то время как другие не одобряли, шум действовал ему на нервы. Вернувшись в секту Сюаньюань, он не хотел входить в комнату своего Преподобного, будучи весь в крови, поэтому сначала пришел к источнику, чтобы умыться. Видя, что один из внутренних демонов спокойно наблюдает за ним, выделяясь среди толпы, он захотел его компании.

Он был немного не в себе после убийства, и ему нужно было остудить голову. Он хотел увидеть своего Преподобного, но не хотел позволять своим внутренним демонам управлять им. С таким же успехом он мог бы выбрать того, кто меньше всего

похож на него, чтобы предаться воспоминаниям.

-“В чем я не похож на Вэнь Женьхэ?”, - спросил Вэнь Женьхэ.

Ему было действительно любопытно, как выглядел тот, кого видел Хим Инь Ханьцзян.

Взгляд Инь Ханьцзяна был свирепым, когда он бросил на него взгляд, как будто он не хотел общаться с внутренним демоном.

Тем не менее, вопрос Вэнь Женьхэ все еще вызывал воспоминания у Инь Ханьцзяна. Он опустил веки, его длинные ресницы слегка задрожали.

Зачерпнув пригоршню воды, он плеснул себе в лицо. Капелька скатилась по уголку его глаза. Это могла быть слеза или родниковая вода.

Вэнь Женьхэ поднес руку к лицу Инь Ханьцзяна, но капля воды прошла сквозь его руку, исчезнув в источнике. На мгновение у Вэнь Женьхэ возникло желание опорожнить источник, чтобы найти эту крошечную капельку.

Слабость Инь Ханьцзяна прошла в одно мгновение, подобное этому. Если бы Вэнь Женьхэ не наблюдал за ним все время, он мог бы подумать, что он просто умывается.

Вэнь Женьхэ внезапно вспомнил, что, когда Инь Ханьцзян подарил ему эту пригоршню лунного света, он сказал, что когда ему надоест упражняться с мечом, он будет лежать у водопада и играть с водой. Сколько раз, делая вид, что он играет, он использовал воду, чтобы вот так замаскировать свои чувства?

Впечатление Вэнь Женьхэ об Инь Ханьцзяне всегда было ребенком, покрытым ранами. В конце концов, он вырос во взрослого человека, который тихо следовал за своим Господином. Вэнь Женьхэ не принимал никакого участия в своем десятилетнем или около того в детстве и не мог знать, каким он был тогда.

-“Я не должен тебе нравиться”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Я этого не заслуживаю”.

Инь Ханьцзян был взбешен этими словами. Он всегда игнорировал своих внутренних демонов, но никогда не представлял, что фантазм, исходящий из его глубочайших желаний, может говорить такие вещи. Инь Ханьцзян ткнул ладонью в Вэнь Женьхэ, но как раз перед тем, как он соприкоснулся с “призраком”, он слегка отвел руку в сторону, едва не задев лицо Вэнь Женьхэ, разбив камень в дюжине метров от него.

Инь Ханьцзян не мог даже атаковать иллюзию, пока на ней было его лицо.

Если так пойдет и дальше, как он сможет преодолеть своих внутренних демонов? Как он мог выздороветь?

Вэнь Женьхэ почувствовал боль в своем сердце, которое всегда было холодным, как сталь. Он хотел сказать Инь Ханьцзяну, что, если он отпустит свои чувства, ему будет спокойнее. Но он не мог выдавить из себя ни слова.

Имея перед собой такие чистые и искренние чувства, как мог Хэ Вэньчжао признаться в любви Бейли Цинмяо, имея при этом интрижки с другими женщинами? Вэнь Женьхэ не мог этого понять.

В этой жизни он видел насквозь пути неба и земли, а также превратности человеческого общества, но ему все еще предстояло понять любовь.

Кипя от злости, Инь Ханьцзян встал и, махнув рукой, чтобы он оделся, бросился в комнату Вэнь Женьхэ. Внутренние демоны были способны сказать все, что угодно. Почему он должен верить, что Вэнь Женьхэ не стоил его любви?

Вэнь Женьхэ внимательно следил за ним. Инь Ханьцзян лежал на боку на кровати Вэнь Женьхэ, его волосы все еще были влажными, и, увидев вошедшего Вэнь Женьхэ, он заорал на него:

-“Убирайся!”

Когда на тебя кто-то кричал, это было свежее чувство. Кто был последним человеком, который это сделал? Вероятно, Мастер Павильона Цилин сорок лет назад. Где он был сейчас? О, похоже, он был превращен в марионетку Цю Конгсюэ, который помогал заботиться о Бейли Цинмяо, когда Су Хуай не было рядом.

Конечно, Вэнь Женьхэ не ушел бы. Почему он должен покидать свою собственную комнату?

Он стоял перед кроватью, видя, как грудь Инь Ханьцзяна вздымается от ярости. Однако, не похоже, что его гнев привел его к потере контроля над своей духовной энергией и причинил ему какие-либо внутренние повреждения, поэтому Вэнь Женьхэ расслабился. Он сел на край кровати.

Инь Ханьцзян был беспомощен против “внутреннего демона” и не хотел разрушать комнату Вэнь Женьхэ изнутри, поэтому все, что он мог сделать в конце концов, это сесть и уставиться на него. После некоторого кипения он беспомощно сказал себе:

-“Почему я так злюсь? Конечно, у внутреннего демона были бы способы потревожить мой разум, чтобы он мог ослабить меня и заманить во тьму. Но не прямо сейчас, я не могу позволить этому случиться прямо сейчас ”.

-“Я не хотел тревожить твой разум”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Я просто не понимаю, почему ты любишь меня до такой степени”.

Он считал свои действия недостаточными. То, что он сделал, не стоило того, чтобы за это расплачиваться такими чистыми чувствами.

-“Что может понять внутренний демон, который даже не может назвать себя Почтенным?” ,- холодно сказал Инь Ханьцзян.

Он перестал обращать внимание на Вэнь Женьхэ и сел, скрестив ноги, в медитации, повторяя Заклинание Ясного Разума.

Понаблюдав за ним некоторое время и увидев, что он может не выйти из своего транса в ближайшее время, Вэнь Женьхэ ушёл , чтобы найти Чжунли Цяня.

-“Ты нашел способ справиться с внутренними демонами?”

-“... Вы дали мне только полдня”, - сказал Чжунли Цянь.

Почувствовав нетерпение Вэнь Женьхэ, он продолжил:

-“Есть странствующий бессмертный по имени Яо Цзяпин, один из лучших целителей в мире совершенствования. Защитник Шу уже пригласила его в секту Сюаньюань и в настоящее время ведет с ним переговоры.”

Яо Цзяпин? Вэнь Женьхэ нахмурился, вспомнив это имя. Он был одним из последователей Хэ Вэньчжао, первоначально эксцентричным странствующим бессмертным с большим медицинским мастерством. Во время одного из путешествий Хэ Вэньчжао познакомился со старшей дочерью клана Гунси. У нее было высокомерное отношение, поначалу она смотрела на Хэ Вэньчжао свысока и лишь неохотно путешествовала с ним. Во время их путешествия она создала много проблем и в итоге чуть не погибла. Хэ Вэньчжао отвел ее к Яо Цзяпину, и поскольку Яо Цзяпин восхищался тем, как он обращался с этой женщиной, он согласился помочь. После этого любовница Гунси влюбилась в Хэ Вэньчжао, превратившись из непослушной девчонки в одну из его жен.

У Яо Цзяпина тоже есть кое-какая предыстория. Когда-то у него была любовница, которая получила ту же травму, что и любовница Гунси. В то время его медицинские навыки были недостаточно высоки, и он мог только наблюдать, как умирает его возлюбленная. С тех пор он стал эксцентричным блуждающим бессмертным, одержимым медициной, обычно грубым со всеми, и только Хэ Вэньчжао завоевал его уважение. Они стали лучшими друзьями.

Видя, как предан Яо Цзяпин своей возлюбленной, Хэ Вэньчжао восхищался им и часто помогал ему. И Яо Цзяпин… это был человек, которого трудно было описать.

Одежда, которую он носил, и предметы быта, которыми он пользовался, были подарены его возлюбленной, и он думал о ней весь день, возмущаясь собственным бессилием, как влюбленный бездельник. И все же Вэнь Женьхэ вообще не мог понять его действий. Его медицинские навыки были несравненны, поэтому многие люди приходили просить его о помощи, и все же его требования были совершенно случайными. Иногда он просил чью-то самую важную собственность, в других случаях - их жену или дочь, и все это в соответствии с его прихотями.

Все женщины, которых выбирал Яо Цзяпин, имели внешность или характер, похожие на его возлюбленную. Часто, находясь с этими другими женщинами, он вспоминал о своей возлюбленной, а затем отбрасывал эту женщину в сторону, говоря, что она не может сравниться и с одним пальцем его возлюбленной, глядя на нее так, как будто она грязная.

Хэ Вэньчжао признал в Яо Цзяпине человека, движимого любовью, и пообещал, что если он когда-нибудь станет богом, то поможет Яо Цзяпину найти реинкарнацию его возлюбленной. В третьем томе Яо Цзяпин действительно нашел ее, и они воссоединились без каких-либо проблем, живя сладкой и радостной жизнью.

Прочитав эту книгу, Вэнь Женьхэ подумал только о том, что любовь Яо Цзяпина действительно соответствовала любви Хэ Вэньчжао. Они были такими же плохими, как и друг другу.

Глава 61 - Поменяться ролями

Чжунли Цянь использовал Бейли Цинмяо как предлог, чтобы отправить Шу Яньянь на поиски целителя, но он понимал, каким характером была Правый Защитник.

Бейли Цинмяо больше года была склонна к самоубийству в секте Сюаньюань, и никто не говорил о том, чтобы найти целителя. Вместо этого они вызвали Мастера Алтаря Ши на ночь и сделали ее еще более больной, оставив ее без сознания на год.

Однако прошло не более десяти дней после того, как Инь Ханьцзян вернулся в секту Сюаньюань, когда Чжунли Цянь попросил Правого Защитника найти целителя. Было самоочевидно, для кого предназначался этот целитель

Шу Яньянь не стала расспрашивать его, так как она также считала, что нынешнее состояние Инь Ханьцзяна было неправильным. Даже когда Вэнь Женьхэ все еще был рядом, она видела признаки отклонения Инь Ханьцзяна.

Однако она не ожидала, что отправит людей на поиски и сразу же столкнется с целителем номер один в мире культивирования, Яо Цзяпином. Это заставило ее немного насторожиться.

За свои шестьсот лет совершенствования Шу Яньянь последовательно служила трем Мастерам секты Сюаньюань, и ее опыт был неисчислим. Как женщина, которая часто строила козни против других, она считала, что все, что дается слишком легко, должно быть ловушкой. Если что-то появлялось на вашем пороге, это была либо приманка, либо яд.

Поэтому она немедленно сообщила Инь Ханьцзяну, что мастер Алтаря Чжунли нашел врача для Бейли Цинмяо. Прежде всего, чтобы Инь Ханьцзян тоже мог следить, и проблема стала делом Чжунли Цяня и Инь Ханьцзяна. Даже если бы Яо Цзяпин был под вопросом, это была бы не его вина. Во-вторых, если Яо Цзяпин действительно был здесь, чтобы лечить людей, то он мог вступить в контакт с Инь Ханьцзяном и тайно наблюдать за его состоянием.

После доклада, Шу Яньянь лично подала Яо Цзяпину чашку высококачественного духовного чая и приказала своим подчиненным приносить ему неограниченное количество духовных плодов. Грациозно усевшись рядом с ним, она сказала:

-“Ходят слухи, что вы никогда не ходите с вызовами на дом. Я глубоко благодарна вам за то, что вы согласились прийти сегодня в секту Сюаньюань ”.

-“Это было совпадение”, - сказал Яо Цзяпин - “Я искал духовные травы, когда встретил ваших людей. Поскольку я был в хорошем настроении, я решил пойти посмотреть. Однако, как у врача, у меня есть несколько условий. Если бы ко мне обратились только после того, как другие уже не смогли вылечить это заболевание, я не стал бы их лечить. Если состояние недостаточно интересное, я не буду их лечить. Если вы не можете заплатить, я не буду их лечить”.

Его внешность была выше среднего, примерно такая же, как у Чжунли Куана, но его слова были еще более дикими.

Это имело смысл, поскольку Яо Цзяпин был странствующим бессмертным, чья сила занимала довольно высокое место в мире культивирования. Он также был опытным врачом, у которого всегда были люди, умоляющие его об услугах, так что ему, естественно, сходило с рук высокомерие. У Чжунли Куана не хватило сил подтвердить свои слова, но сила самого клана Чжунли была огромной, так что его высокомерие также было оправдано.

-“Первые два требования определенно выполнены”, - сказала Шу Яньянь - “Какую цену ты просишь?”

Яо Цзяпин посмотрел на пальцы Шу Яньяня.

-“Я должен сначала осмотреть пациента, прежде чем смогу сказать”, - надменно сказал он.

-“Я уже послал людей, чтобы привести ее сюда”.

Шу Яньянь сделала вид, что не заметила взгляда Яо Цзяпина. Она слегка хлопнула в ладоши, и двое ее подчиненных внесли Бейли Цинмяо внутрь.

В то же время Инь Ханьцзян также прибыл в гостевые покои. Он стоял за дверью, не входя, и видел, как Чжунли Цянь бросился к нему.

Чжунли Цянь в прошлом контактировал с Яо Цзяпином. За тридцать лет их путешествия Су Хуай однажды получил травму, и Бейли Цинмяо, ища помощи для него, случайно столкнулась с Яо Цзяпином. Эксцентричный доктор хотел, чтобы она заплатила своей Зарождающейся Душой или телом, поэтому Бейли Цинмяо решила отказаться от своей Зарождающейся Души, чтобы спасти Су Хуай. К счастью, Цю Конгсюэ прибыла вовремя и сумела “убедить” Яо Цзяпина. С тех пор между этими группами возникла вражда.

Услышав, кого Шу Яньянь пригласила в секту, Чжунли Цянь сначала подумал пристроить его и проверить, действительно ли он способен помочь Инь Ханьцзяну. Если бы он этого не сделал, все, что им нужно было бы сделать, это прогнать его. Если бы он это сделал, с другой стороны… они всегда могли договориться.

Так совпало, что Вэнь Женьхэ подумал о том же. Вэнь Женьхэ не волновало поведение Яо Цзяпина. В конце концов, он не посмел бы вести себя высокомерно в секте Сюаньюань. Таким образом, Вэнь Женьхэ спрятался, следуя за Чжунли Цянем в гостевые покои, но не ожидал столкнуться с Инь Ханьцзяном.

Чжунли Цянь на мгновение застыл. Он распространил свое духовное познание на Шу Яньянь, целенаправленно позволяя ей обнаружить его зондирование. Он выражал свои сомнения относительно того, зачем Лидеру Секты нужно было сообщать о лечении Бейли Цинмяо.

Шу Яньянь вела себя так, словно ничего не заметила. В конце концов, притворство невежества не навлекло бы на нее неприятностей с Инь Ханьцзяном.

-“Это ты?” ,- брови Яо Цзяпина поползли вверх, когда он увидел Чжунли Цяня.

Затем он посмотрел на лежащую без сознания Бейли Цинмяо и воскликнул:

-“Вы хотите, чтобы я вылечил ее?”

Приятно удивленное выражение появилось на его лице, когда он увидел Бейли Цинмяо, хотя оно быстро скрылось. Он проигнорировал Чжунли Цяня, немедленно подойдя, чтобы осмотреть состояние Бейли Цинмяо, ведя себя серьезно и послушно, как будто он забыл о любой вражде между ними.

Яо Цзяпин с необычной вежливостью пощупал пульс Бейли Цинмяо и, нахмурив брови, сказал:

-“Ее связанное оружие уничтожено, ее даньтянь получил серьезные повреждения, в ее теле сохранилась демоническая энергия, ее разум в беспорядке, и вдобавок ко всему у нее туберкулез и высокая температура. Культиватор, заболевший смертельной болезнью, конечно, странно! Плюс, у нее, кажется, есть паразит гу и проклятие, наложенное на нее, хотя я не могу определить, какое именно прямо сейчас. ”

Чжунли Цянь не выказал никакого выражения лица. Он также внес свой вклад в болезни Бейли Цинмяо.

-“Это те условия, которые я могу найти прямо сейчас. Есть ли у нее какие-либо другие заболевания или нет, потребует более глубокого обследования ”, - сказал Яо Цзяпин, убирая руку.

-“Мне нужна тихая комната, где меня никто не потревожит”.

Чжунли Цянь и Шу Яньянь оба были ошеломлены. Отношение Яо Цзяпина было совершенно иным, чем они ожидали.

Яо Цзяпин был мелочным человеком, который не потерпел бы ни малейшего оскорбления. У него был зуб на Бейли Цинмяо, так что даже если бы он был готов помочь ей, он, по крайней мере, выдвинул бы экстравагантное требование. Как он мог так быстро и внимательно начать относиться к Бейли Цинмяо?

-“Господин Яо еще не упомянул о цене”, - сказала Шу Яньянь.

-“Это не срочно”, - сказал Яо Цзяпин -  “Человеческие жизни - вот что важно. Что касается цены, то я еще даже не начал ставить диагноз.”

-“Господин Яо, безусловно, доброжелательный врач, способный смотреть сквозь пальцы на предыдущие конфликты. Я приношу извинения за разногласия, которые у нас были в прошлом ”, - сказал Чжунли Цянь.

-“В этом нет необходимости. Это была просто небольшая ссора, и кто может вспомнить что-то настолько давнее?” ,-Яо Цзяпин замахал руками - “Мне понадобятся тишина и покой для лечения, так что поторопитесь и приготовьте тихую комнату”.

-“Я попрошу кого-нибудь сделать это прямо сейчас”, - сказала Шу Яньянь.

-“В этом нет необходимости” ,- Инь Ханьцзян, который все это время скрывал свое присутствие и стоял за дверью, толкнул ее и вошел.

Взглянув на Яо Цзяпина, на его лице появилась легкая улыбка.

-“Вот я и беспокоился, что у меня не будет шанса выманить Хэ Вэньчжао, когда ты появишься по своей собственной воле”.

Глаза Чжунли Цяня расширились, когда он услышал слова Инь Ханьцзяна. Он быстро сказал: “Лидер Секты Инь, он…”

-“Я знаю, что ты хочешь сказать”, - перебил Инь Ханьцзян - “Вы думаете, что, несмотря на его поведение, его медицинские навыки, по крайней мере, одни из лучших, и именно поэтому он все эти годы мог разгуливать по всему миру культивирования, и никто его не убивал. Вы знаете, что у него должен быть какой-то скрытый мотив для "случайного" столкновения с последователями секты Сюаньюань, но вы думаете, что, пока у него есть навык, вы всегда можете договориться, верно? ”

Не дожидаясь ответа от Чжунли Цяня, он посмотрел на Шу Яньяня.

-“И ты, Правый Защитник. Ты боишься меня?”

Шу Яньянь побледнела, ее ранее томное и беззаботное выражение лица мгновенно стало серьезным. На ней был тонкий светло-фиолетовый наряд, подчеркивающий ее идеальные изгибы, но в тот момент, когда взгляд Инь Ханьцзяна упал на нее, на ее теле появился белый плащ, закрывающий ее от шеи до пят, так что не было видно ни дюйма кожи.

-“Разве это не естественно для подчиненного уважать Лидера Секты?” ,- сказала Шу Яньянь со сдержанной улыбкой.

Она не осмелилась использовать свое обольщение против Инь Ханьцзяна. Каждый раз, когда она смотрела в эти бесстрастные глаза, у нее ныли зубы. Когда Вэнь Женьхэ был здесь, Инь Ханьцзян был тихим и сдержанным, так что Шу Яньянь могла немного расслабиться, но теперь Инь Ханьцзян был похож на зверя, сорвавшегося с цепи. Она не знала, на что он был способен.

-“Ты не уважаешь, ты боишься”, - сказал Инь Ханьцзян с холодной улыбкой - “Когда вы видели выражение моего лица раньше, вы подумали, что я был на грани отклонения. А теперь, ты используешь Бейли Цинмяо как предлог, чтобы найти кого-нибудь, кто будет лечить меня? Мастер Алтаря Чжунли думает так же, не так ли?”

Эти двое были потрясены тем, что Инь Ханьцзян разгадал их планы, и не осмелились ничего сказать.

Это был первый раз, когда Вэнь Женьхэ увидел, как Инь Ханьцзян занимается делами секты. В этот момент Инь Ханьцзян больше не следовал за Вэнь Женьхэ в его действиях, и его раскованные, своевольные манеры были ослепительны.

-“Поскольку вы думаете, что у этого Господина есть внутренние демоны, тогда я признаю это” ,- Инь Ханьцзян обвел взглядом их лица - “Но это не повлияет на способность этого Лорда командовать Сектой Сюаньюань или устранять праведных экспертов. Вам двоим больше нет необходимости беспокоиться об этом вопросе. Этот Господин не нуждается в лечении”.

Вэнь Женьхэ был ошеломлен. Что имел в виду Инь Ханьцзян? Если он был болен, значит, ему нужно было лечение. Хотел ли он позволить внутренним демонам продолжаться до тех пор, пока однажды не умрет от отклонения ци?

-“Что касается тебя...” ,- разрушив план двух умников, Инь Ханьцзян посмотрел на Яо Цзяпина с радостной, но злобной улыбкой на лице - “Ты действительно думал, что этот Господин не знал, что ты близкое доверенное лицо Хэ Вэньчжао?”

Увидев приближающегося Инь Ханьцзяна, Яо Цзяпин, потрясенный его внушительными манерами, отступил на несколько шагов, пока не уперся в противоположную стену. Он схватил мешочек с лекарствами на поясе, и полоска серебряного света вылетела, защищая его.

-“Бессмертный, Защищающий Нефрит?” ,- сказал Инь Ханьцзян - “Ты подобрал несколько хороших игрушек после того, как столько лет был врачом. Жаль, что это не принесет тебе никакой пользы.”

Взмахнув рукой, Армейский Сокрушительный Шип обнажился, разрезая пространство между ними. Один взмах разнес вдребезги Защитный Нефрит. Острие острого шипа остановилось перед лицом Яо Цзяпина.

-“Невозможно!” ,- воскликнул Яо Цзяпин - “Этот Бессмертный Нефрит способен блокировать всю силу бессмертного из высших миров!”

-“Это не так хорошо, как защитная система секты Шанцин”, - сказал Инь Ханьцзян.

Он выпустил поток ци в тело Яо Цзяпина. Яо Цзяпин чувствовал себя так, словно в его меридианы вонзились ножи. Когда он пытался использовать хотя бы каплю ци, это было так, как будто его меридианы были разорваны на куски.

-“Ты знал, что этот Господин, должно быть, был ранен после столкновения с небесной молнией и Колокольчиком Лунного бассейна секты Шанцин, поэтому ты слонялся вокруг секты Сюаньюань, надеясь, что тебя вызовут, чтобы вылечить меня, верно? Хэ Вэньчжао просил тебя спасти Бейли Цинмяо, не так ли? Леча меня, ты бы попросил ее в качестве платы, чтобы отвезти ее обратно в Хэ Вэньчжао. Вы могли бы даже оставить что-нибудь в моем теле во время лечения, чтобы разобраться со мной позже, не так ли?”

Он был прав во всем.

-“К-как ты узнал?” ,- воскликнул Яо Цзяпин.

Откуда он узнал? Вся эта последовательность появлялась в Бог Уничтожения: Том 2 слишком много раз. После вознесения в царство бессмертных Яо Цзяпин притворился, что не знает Хэ Вэньчжао, и всякий раз, когда у Хэ Вэньчжао возникали проблемы с кем-то, он притворялся врачом и предлагал им свои услуги, координируя действия с Хэ Вэньчжао, чтобы победить их.

Здесь было то же самое. Яо Цзяпин оценил “преданность” Хэ Вэньчжао Бейли Цинмяо, поэтому, когда он услышал, что маленькая шимэй Хэ Вэньчжао была похищена демоническими культиваторами и может попасть в беду, ему напомнили о смерти его собственной возлюбленной. Не в силах вынести, когда такая пара родственных душ разрывается на части, он согласился спасти ее. В своем высокомерии он думал, что даже если люди секты Сюаньюань раскусят его план, они ничего не сделают такому легендарному врачу, как он.

Он и представить себе не мог, что новый Лидер Секты не проявит никакой сдержанности и не станет утруждать себя никакой вежливостью. Стиснув зубы от боли, Яо Цзяпин закричал:

-“Инь Ханьцзян! Не думай, что я не могу понять, как тебя одолевают внутренние демоны! Даже если у тебя достаточно силы, чтобы соперничать с бессмертным, менее чем через десять лет твои меридианы разорвутся, и ты умрешь! Чем больше ты используешь силу за пределами мира совершенствования, тем быстрее придет твоя смерть. Я готов заявить, что я единственный человек в этом мире, который может вас вылечить! Настанет день, когда ты будешь на коленях умолять меня о помощи!”

-“Ты мне не понадобишься”.

Треугольный шип пронзил горло Яо Цзяпина, пригвоздив его к стене, пока из него лилась кровь.

Блуждающий бессмертный не умер бы так легко. Яо Цзяпин боролся несколько раз, но обнаружил, что Армейский Сокрушительный Шип также пронзил его душу, и чем больше он боролся, тем больше он терзал его душу.

Увидев, что Яо Цзяпин наконец успокоился, Инь Ханьцзян оторвал кусок от одежды Бейли Цинмяо, чтобы вытереть руки, а затем бросил его в лицо Яо Цзяпину.

-“Мастер Алтаря Ши”, - сказал он - “Кажется, я припоминаю, что у вас есть техника, позволяющая надеть чью-то кожу и принять ее облик”.

Ши Таньсинь, который все это время прятался в дверях и дрожал, быстро вошел на цыпочках.

-“Да”, - сказал он - “Поскольку кожа удерживает ауру цели, ее очень трудно отличить”.

-“Я хочу его шкуру” ,- Инь Ханьцзян провел языком по губам - “Каким бы неприглядным это ни было, его телосложение похоже на мое. Теперь, когда Бейли Цинмяо находится в секте Сюаньюань уже больше года, кто-то должен сопроводить ее обратно в секту Шанцин, не так ли?”

-“Я- я могу вернуться сама” ,- Бейли Цинмяо, которая в какой-то момент проснулась, сидела на полу, обхватив колени руками, и со страхом смотрела на Инь Ханьцзяна.

-“Это было бы так грубо” ,- Инь Ханьцзян бросил на нее холодный взгляд, и Бейли Цинмяо немедленно закрыла рот.

-“Лидер секты Инь, намерения Яо Цзяпина могут быть сомнительными, но его слова были правдой. Тебе нужно его лечение” ,- Чжунли Цянь, получив отчаянную передачу от Вэнь Женьхэ, заставил себя заговорить громче.

-“Даже если лидер Секты Инь не ценит свою собственную жизнь, если мастер Секты Вэнь Женьхэ каким-то образом вернется, он не будет рад видеть, как вы страдаете”.

Слова Чжунли Цяня сумели достучаться до Инь Ханьцзяна, чья злоба немного поутихла. Он спросил:

-“Мастер Алтаря Ши, сдирание шкуры убьет его?”

-“Ни в коем случае, как мог блуждающий бессмертный умереть от того, что с него содрали кожу?” ,- сказал Мастер Алтаря Ши - “Этот подчиненный приложит все возможные усилия, чтобы сохранить ему жизнь”.

-“Инь... Если ты посмеешь что-нибудь сделать… просто... подожди умирать. Я... никогда… лечить тебя...” ,- Яо Цзяпин говорил с трудом, так как его горло было проколото.

Инь Ханьцзян не обратил на него внимания. Было слишком много способов убедить Яо Цзяпина.

-“Этот Господин хочет получить неповрежденную кожу в течение трех дней. Кроме того, Мастер Алтаря Чжунли, я уже дал тебе список Несущих Послания и имена культиваторов, которые навлекли свои злые дела на секту Сюаньюань. В течение месяца я хочу увидеть этих людей живыми. Поскольку они позаимствовали название секты Сюаньюань, они должны платить проценты ”.

Отдав свои распоряжения, он больше не обращал на это внимания и вышел из комнаты для гостей. Его Почтенный уже говорил, что у каждого свои особенности. Как Лидеру Секты, ему просто нужно было делегировать сложные задачи своим подчиненным и ждать результатов.

Вэнь Женьхэ не обращал никакого внимания на осажденного Чжунли Цяня. Внимательно следя за тем, как Инь Ханьцзян возвращается в свою комнату, он появился и спросил:

-“Почему ты не позволяешь Яо Цзяпину лечить тебя? Вы можете пройти курс лечения, а затем снять с него кожу, не так ли?”

На этот раз Инь Ханьцзян действительно ответил ему. Он протянул руку, остановившись как раз перед тем, как она коснулась лица Вэнь Женьхэ. Тихим голосом он сказал:

-“Если я вылечусь, я не смогу увидеть Преподобного”.

Автору есть что сказать:

Мастер Алтаря Ши: Видя, как Мастер Алтаря Чжунли и Защитник Шу не осмеливались поднять головы перед Лидером секты Инь, я вдруг почувствовал, что мне уважают. Буду ли я отныне на вершине своей жизни? Кхе-кхе-кхе!

Глава 62 - Злополучная любовь

Даже когда он знал, что смотрит на иллюзию, Инь Ханьцзян не мог ударить Вэнь Женьхэ. Несмотря на то, что он знал, что скоро умрет, Инь Ханьцзян все равно не хотел не видеть Вэнь Женьхэ, даже если он знал, что все это ложь.

Внутренние демоны были испытанием, потому что те, кто был пойман ими в ловушку, не хотели убегать.

Читая "Оскорбительный роман", внимание Вэнь Женьхэ было приковано к Бейли Цинмяо, не в силах понять, почему она была готова отдать свое сердце за то, чтобы растоптать Хэ Вэньчжао.

И все же в этот момент, когда Инь Ханьцзян предложил ему свое собственное бьющееся сердце, единственным, кого Вэнь Женьхэ не понимал, был Хэ Вэньчжао. Столкнувшись лицом к лицу с этим обнаженным сердцем, как мог Хэ Вэньчжао предать ее, причинить ей боль и предъявлять к ней бесчисленные требования во имя любви? Единственной причиной, по которой он мог причинить боль Бейли Цинмяо, была любовь Бейли Цинмяо к нему.

Так вот, такое сердце было положено перед Вэнь Женьхэ.

Вэнь Женьхэ достал божественную кровь, крепко сжимая ее в руке. Не обращая внимания на то, что он был не одет, он схватил руку Инь Ханьцзяна и прижал ее к своему лицу.

Невидимый барьер, который Инь Ханьцзян никогда не мог пересечь, был сломан Вэнь Женьхэ.

Последний шаг был за ним.

Вэнь Женьхэ видел, каким был Инь Ханьцзян, когда его там не было. Он был ослепителен, от него невозможно было отвести взгляд, он был гораздо более привлекательным, чем рядом с Вэнь Женьхэ. Вэнь Женьхэ также видел сердце Инь Ханьцзяна. Он знал, что эти чувства были не сиюминутным порывом, а страстным желанием, которое держалось в течение ста лет и которое стало слишком глубоким, чтобы его отпустить.

Что касается чувств Вэнь Женьхэ, мог ли Вэнь Женьхэ принять Инь Ханьцзяна таким, мог ли он ответить на такие глубокие эмоции, ответ уже был очевиден.

Когда Инь Ханьцзян поцеловал его, и он не отказался; когда Вэнь Женьхэ был счастлив тайно наблюдать и позволить Инь Ханьцзяну командовать сектой Сюаньюань; когда он был полон решимости войти в Кровавый ад, но беспокоился о разуме Инь Ханьцзяна; когда он хотел дать все хорошее, он пришел к Инь Ханьцзян; когда он впервые прочитал "Оскорбительный роман" и не смог принять безумие Инь Ханьцзяна, семена этих чувств уже были посеяны в его сердце и расцвели.

Инь Ханьцзян был особенным, и был таким с самого начала. Даже тогда, когда Вэнь Женьхэ проходил мимо кладбища и крошечная ручка схватила его за подол одежды, Инь Ханьцзян вошел в его сердце.

Вэнь Женьхэ схватил руку Инь Ханьцзяна, нежно поцеловав ладонь в том месте, где она касалась его лица.

-“Инь Ханьцзян, этот Достопочтенный позволяет тебе любить его. Лидер секты Инь, ты позволишь мне любить тебя?”

И все же он не знал, что в глазах Инь Ханьцзяна было бесчисленное множество Вэнь Женьхэ, которые объясняли ему себя, и среди них настоящий Вэнь Женьхэ выглядел особенно фальшивым.

Вэнь Женьхэ предположил, что внутренние демоны Инь Ханьцзяна возникли из-за его смерти и тоски Инь Ханьцзяна, и если он раскроет свою личность, они будут бессильны. Он не знал, как выглядела сцена в глазах Инь Ханьцзяна и насколько пустыми казались его действия — по сравнению с тем, что  Вэнь Женьхэ выжил, казалось более вероятным, что Инь Ханьцзян еще больше попал в лапы внутренних демонов, так что, помимо его зрения и слуха, даже его чувство прикосновению нельзя было доверять.

-“Нет, нет, нет! Это невозможно!” ,-Инь Ханьцзян хотела отдернуть его руку.

Он покачал головой.

-“Ты не можешь быть Почтенным. Ты просто внутренний демон”.

Слова Бессмертного Пылающего Неба во втором томе "Бог Уничтожения" были гораздо более убедительными, чем слова человека, стоявшего перед ним. Инь Ханьцзян склонил голову набок, его глаза были тусклыми и казались совершенно ненормальными, когда он говорил.

-“Это было то, что сказал мой будущий "я" во втором томе книг, в которых Достопочтенный сам записал саму судьбу. Он сказал, что Преподобный мертв, и он тоже никак не может любить меня, потому что тот, кого он любит, это ...”

Он не мог произнести слова “Бейли Цинмяо”. Он не хотел думать о ней.

-“Я хочу!” ,- видя, что Инь Ханьцзян верит книгам больше, чем ему, Вэнь Женьхэ выпустил "Оскорбительный роман", а также первый и третий тома "Бог Уничтожения".

-“Ты своими глазами видел, как я получил эти книги. Внутренний демон не смог бы вытащить книгу, которую ты никогда раньше не читал. Открой их и убедись сам. Сюжет уже изменился. Судьбу можно изменить!”

Вэнь Женьхэ также достал обычную темно-синюю мантию и надела ее. Он крепко сжал божественную кровь в одной руке, другой обхватив Инь Ханьцзяна за талию, чтобы тот не смог убежать.

Если бы Вэнь Женьхэ чего-то хотел, он не дал бы другой стороне шанса отказаться.

Он был более чем когда-либо уверен, что Вэнь Женьхэ из "Оскорбительного романа" вообще никогда не любил Бейли Цинмяо. Мог ли он восхищаться ею на расстоянии, довольствуясь тем, что просто наблюдал, как она счастливо живет с Хэ Вэньчжао? Это было абсурдно! Любовь Вэнь Женьхэ всегда будет эгоистичной. Если он не может заполучить объект своих желаний, то скорее сожжет все дотла, чем спокойно отступит.

-“Инь Ханьцзян, это я пил с тобой вино в тот день у духовного источника. Я слышал о твоих чувствах.”

Вэнь Женьхэ прижался своим лбом к лбу Инь Ханьцзяна.

-“Если тебе нравится этот Достопочтенный, то тебе больше не разрешается смотреть ни на какие иллюзии, ты понял?”

-“Что?!” ,-Инь Ханьцзян не мог в это поверить.

С того дня, когда он откликнулся на этого внутреннего демона, это была уже не иллюзия, которую он видел, а его Почтенный?

Он не ответил Вэнь Женьхэну, его разум немного помутился, чувствуя, как будто его череп раскалывается.

Он оттолкнул Вэнь Женьхэ в сторону, схватившись за голову обеими руками. Это было так, как будто его разрывали на куски.

Один из них говорил ему: “просто верь, просто верь в то, что у тебя перед глазами, и будь счастлив, даже если это может быть ложью, верь, что твой Преподобный любит тебя.” Другой говорил: "Как мог Вэнь Женьхэ любить тебя, он всегда любил Бейли Цинмяо, ты видел, как он отдал свою жизнь, чтобы защитить ее в Кровавом Аду". Еще один сказал: "все это иллюзии, ни одной из них нельзя верить.”

Видя, как душа Инь Ханьцзяна разлетается на куски, каждый из которых вот-вот вырвется из его тела, Вэнь Женьхэ не осмелился давить на него дальше. Он послал поток энергии хаоса в тело Инь Ханьцзяна, чтобы стабилизировать его душу.

Он не понимал. Он понравился Инь Ханьцзяну, и он вернул его. Болезнь сердца следует лечить от сердца, поэтому, если он выразил свои чувства, смятение Инь Ханьцзяна должно разрешиться, и все должно получиться, так почему же все закончилось именно так?

-“Который из них настоящий? Который из них фальшивый?” ,-волосы Инь Ханьцзяна были в беспорядке, глаза красные, он был на грани безумия.

Сжимая божественную кровь, Вэнь Женьхэ закричал:

-“Инь Ханьцзян, посмотри на меня! Посмотри на этого Почтенного!”

Инь Ханьцзян немного успокоился, его взгляд упал на лицо Вэнь Женьхэ. Он слегка повернул голову, увидев красный камень в руке Вэнь Женьхэ.

-“Что это такое?” ,- он положил руку на камень.

-“Божественная кровь”, - ответил Вэнь Женьхэ.

-“Я видел этот камень раньше” ,- Инь Ханьцзян положил на него обе руки, его глаза затуманились.

-“Это реально?” ,- спросил он дрожащим голосом.

-“Я получил его в Кровавом Ад…”

Прежде чем у Вэнь Женьхэ появился шанс объяснить всю сложную историю происхождения божественной крови, Инь Ханьцзян уже перепутал ее с камнем, который Вэнь Женьхэ бросил Бейли Цинмяо в своих воспоминаниях.

-“Достопочтенный отдаст его Бейли Цинмяо, верно?” - сказал он ,- “Достопочтенный отправился за этим в Кровавый Ад, не так ли?”

-“Не совсем, я…”

-“Ха-ха-ха-ха-ха…” ,-прежде чем Вэнь Женьхэ смог закончить говорить, изо рта Инь Ханьцзяна вырвался отчаянный смех, а во рту появилась кровь.

Его душа, которая была почти разрушена, медленно слилась воедино, но не в той форме, которую хотел Вэнь Женьхэ.

Инь Ханьцзян, казалось, слышал, как его Преподобие произносит рядом с его ушами такие слова, как “любовь”, “изначальный бог” и “судьба”, но он не мог расслышать ясно. Его глаза затуманились, в ушах стоял рев. Что было реальным?

Ах да. Его Преподобие сказал, что слова книг были реальными.

Инь Ханьцзян схватила том "Оскорбительного романа", который Вэнь Женьхэ оставил на земле, перевернув его на случайную страницу в конце. Он увидел слова:

-“Инь Ханьцзян схватил Бейли Цинмяо за шею, его лицо исказилось от ненависти. Он выплюнул: ”Если Достопочтенный умер за тебя, разве ты не должна сопровождать его?"

В этот момент Инь Ханьцзян ничего не слышал и ничего не видел, кроме этих слов. Он быстро прочитал дальше, увидев, как ему не удалось убить Бейли Цинмяо, как она прыгнула в Кровавый Ад с божественной кровью в руках, вернув себе божественность. В тот момент, когда она слилась с божественной природой, Бейли Цинмяо подумала, что именно благодаря Вэнь Женьхэну, который дал ей этот камень за мгновение до своей смерти, она смогла выжить.

-“Хватит!” ,- видя, что Инь Ханьцзян читает страницы, которые еще не были исправлены, и не слышал ни слова из того, что он сказал, Вэнь Женьхэ схватил книгу обратно.

Легким постукиванием по лбу Инь Ханьцзяна он послал энергию хаоса в его тело, насильственно подавляя его необузданную духовную энергию.

Инь Ханьцзян потерял сознание, его брови все еще были нахмурены. Вэнь Женьхэ поднялаего и в мгновение ока появилась в комнате Чжунли Цяня.

-“Как это могло случиться?!” ,- Вэнь Женьхэ положил Инь Ханьцзяна на кровать Чжунли Цяня.

Чжунли Цянь положил нефритовый слиток, который держал в руке. Не спрашивая, что произошло, он пощупал пульс Инь Ханьцзяна и после долгой паузы спросил:

-“Мастер Секты, как получилось, что эмоциональное состояние лидера Секты Иня внезапно пришло в смятение, и он потерял способность контролировать свою силу, которая теперь достигает бессмертного царства, его духовная энергия иссякла и его душа почти уничтожена?”

-“Этот Почтенный тоже хочет знать” ,- Вэнь Женьхэ все еще держался за Инь Ханьцзяна.

Он не понимал, почему все так обернулось. Разве Инь Ханьцзян просто не страдал от внутренних демонов? Если его внутреннее смятение разрешилось, разве внутренние демоны не должны исчезнуть? В конце концов, разве не это было причиной смятения Инь Ханьцзяна?

Чжунли Цянь некоторое время молчал, затем снял повязку с глаз и посмотрел в лицо Вэнь Женьхэ. Не обращая внимания на то, как Бейли Цинмяо появилась в его поле зрения, он заметил выражение лица Вэнь Женьхэ и был ошарашен. Вэнь Женьхэ, вероятно, не знал, как он сейчас выглядит. Он пристально посмотрел на Инь Ханьцзяна, его глаза были полны беспокойства и нежности… и страх.

Повелитель Демонов никогда в жизни ничего не боялся, но в этот момент он боялся потерять Инь Ханьцзян.

-“Ты что-то сказал лидеру Секты Инь?” ,- спросил Чжунли Цянь, снимая повязку с глаз.

-“Этот почтенный… желает стать партнерам по самосовершенствованию с Инь Ханьцзяном на всю оставшуюся жизнь ” ,- Вэнь Женьхэ разговаривал не с Чжунли Цянем, а с Инь Ханьцзяном, но, к сожалению, мужчина его не слышал.

Чжунли Цянь все понял. В своей обычной спокойной манере он сказал:

-“Мастер Секты, когда я впервые встретил лидера секты Иня, я увидел признаки того, что ему грозит отклонение. Я посоветовал ему не желать слишком сильно, но он ответил, что не будет желать.”

“Я мало что знаю о любви, но, прочитав книги и стихи за все эти годы и увидев, как госпожа Бейли попала в ее ловушку, я пришел к некоторому пониманию. Мир полон тех, кто ищет любви, и многие ли из них могут воздержаться от желания?”

“Те, кто может, либо недостаточно сильно любят, либо не осмеливаются преследовать. Кем, по мнению Мастера Секты, является Инь Ханьцзян?”

Вероятно, он не осмелился. За эти несколько дней наблюдения за Инь Ханьцзяном Вэнь Женьхэ обнаружил, что он, казалось, был уверен в чем-то, что Вэнь Женьхэ не мог его любить. Если он сказал, что да, то это, должно быть, внутренний демон, продукт его собственных фантазий, ложь.

-“Мастер секты, либо великая радость, либо великая печаль могут нарушить чье-то самообладание. Лидер секты Инь уже испытал боль от потери своей возлюбленной и никогда не осмеливался представить, что его Преподобие может ответить ему взаимностью, а также его одолевают внутренние демоны. Если бы его ждала великая радость, это было бы подобно фарфоровому изделию, переходящему из огня в холодную воду. Даже если бы жар был погашен, фарфор разбился бы от удара ”.

Чувства Инь Ханьцзяна не были похожи на чувства Вэнь Женьхэ, сильные и непоколебимые, их невозможно поколебать. У него хватило смелости сказать слова, которые столько лет хранились в его сердце, только иллюзии. Если бы не внутренние демоны, и Вэнь Женьхэ мягко направлял Инь Ханьцзяна, постепенно согревая его, возможно, он мог бы в это поверить. Но он действовал слишком внезапно.

Жара и холод могут противодействовать друг другу, но как что-либо может противостоять такой сильной воле?

-“Слышал ли Мастер Секты поговорку "слишком глубокому желанию не суждено длиться долго"? Защитница Шу много лет развлекалась в мире смертных и попробовала все, что она может предложить, так почему же она никогда никому не отдавала свое сердце? Потому что сила любви причинять вред слишком велика. Инь Ханьцзян пришел к власти благодаря своей одержимости, но обратная реакция, в свою очередь, стала еще более мощной. Космос бессердечен, а Дао бесстрастно; путь, который приведет человека на небеса, - это Путь Безразличия, а не путь одержимости ”.

-“Этот Почтенный понимает. Этот Достопочтенный был неправ” ,- он не учел личность Инь Ханьцзяна и хрупкое состояние его ума, и не подумал о том, сможет ли он принять такую информацию.

Вэнь Женьхэ прижался губами к пылающему лбу Инь Ханьцзяна.

-“Но этот Достопочтенный не признает своих ошибок”.

Он отправил послание-талисман Мастеру Алтаря Ши. “Приведите Яо Цзяпина к этому Почтенному!”

С тех пор как его сердце было тронуто, он больше не мог отпустить ее. Инь Ханьцзян должен сопровождать Вэнь Женьхэ, в этом мире и в следующем. Он не позволил бы ему так легко спастись после смерти.

Глава 63 - Общение душ

С Яо Цзяпина еще не сняли шкуру. Инь Ханьцзян просил неповрежденную кожу, но он проткнул горло Яо Цзяпина. Чтобы выполнить задачу, поставленную перед ним новым Лидером Секты, Ши Таньсинь сначала тщательно обработал рану Яо Цзяпина эликсирами, а затем вымыл его в лечебной воде. Только после того, как он вымачивался в течение сорока восьми часов, можно было использовать процедуру кражи его кожи, иначе она могла порваться.

Ши Таньсинь всегда был последователем секты Сюаньюань, и ему никогда не доверяли что-то настолько важное. Сегодня Защитник Шу и Мастер Алтаря Чжунли получили выговор от лидера Секты Инь, когда ему давали задание, так что он действительно чувствовал себя довольно бодро.

С тех пор, как он сменил Цю Конгсюэ и захватил Павильон Адского Огня, Ши Таньсинь был в панике. Мастер Алтаря Юань, который рекомендовал его, был убит лидером Секты Инь за сговор с праведными сектами, а Защитник Цю вернула культиватора-призрака с телом из плоти по имени Су Хуай, сказав, что когда совершенствование Су Хуай улучшится, она поможет ему убрать Ши Таньсиня и захватить власть Павильон Адского Пламени.

Кроме того, новый глава секты Мастеров Алтаря, назначенный Инем, Чжунли Цянь, видел в Су Хуае своего ученика. Ши Таньсинь проливал слезы в своем сердце, боясь, что его заменят в любой день. В том, чтобы занимать высокое положение, не было ничего хорошего.

Тем не менее, казалось, что ситуация меняется. Лидер секты Инь начал ценить его после того, как возглавил секту. Он был полон решимости произвести впечатление на лидера Секты Инь своими способностями, кхе-кхе!

Тем не менее, не прошло и шести часов, а он только что как следует промыл Яо Цзяпина, когда получил сообщение от мастера Секты Вэнь Женьхэ.

Мастер Секты вернулся? Тогда кого он должен был слушать сейчас?

Ши Таньсинь был слишком напуган, чтобы обидеть кого-то из них. У него не было другого выбора, кроме как забрать полумертвого Яо Цзяпина и доставить его Вэнь Женьхэну.

По какой-то причине, сразу после своего возвращения, Вэнь Женьхэ оказался в комнате Мастера Алтаря Чжунли. Были ли эти двое в заговоре вместе, чтобы отобрать секту у лидера секты Инь? Пришло время ему заявить о себе, решил Ши Таньсинь. Он должен был передать эту информацию лидеру Секты Иню, чтобы тот был готов. Затем, когда придет время, Цю Конгсюэ, Шу Яньянь, Чжунли Цянь и Су Хуай все… кхе, кхе!

Фантазируя, Ши Таньсинь вошел в комнату и увидел, что лидер секты Инь был тяжело ранен и лежал на коленях у Вэнь Женьхэ. Он начал кашлять сильнее.

-“Заткнись” ,- Повелитель Демонов был одет в синюю мантию, его внушительное присутствие было сильнее, чем когда-либо.

Он даже не взглянул на Ши Таньсиня, его глаза были прикованы к лицу Инь Ханьцзяна, он провел кончиками пальцев по уголку рта Инь Ханьцзяна.

Всегда бдительный Чжунли Цянь отвел Ши Таньсиня в сторону и передал ему:

-“Не беспокоите Мастера Секты прямо сейчас. Яо Цзяпин все еще жив, верно?”

Он не хочет, чтобы я получил милость от господа! Ши Таньсинь задумался. Но он все еще выглядел испуганным, когда передал ответ:

-“Спасибо за ваш совет. Он не умер, кхе-кхе.”

Чжунли Цянь повернулся к Ши Таньсиню. Его глаза были завязаны, но у Ши Таньсиня было такое чувство, что все его мысли были выставлены напоказ перед ним. Должно быть, это его воображение — просто лунный свет, проникающий через окно и освещающий лицо Чжунли Цяня, вызывал у него такое странное чувство.

Ши Таньсинь передал:

-“Почему Мастер Алтаря Чжунли так смотрит на меня? Что-то не так? Кхе-кхе.“

-“Ничего, я просто не ожидал, что ваши мысленные передачи также будут сопровождаться кашлем”, - сказал Чжунли Цянь.

Ши Таньсинь: …

Я…это была просто привычка! Поскольку он культивировал семь человеческих страданий, он, естественно, должен был испытывать страдание каждое мгновение. Даже если его болезненная ци была высосана Бейли Цинмяо, он, по крайней мере, должен был притвориться больным! Кхе-кхе-кхе!

Ши Таньсинь избегал взгляд на Чжунли Цяня, боясь, что его намерения будут разгаданы. Уставившись на Мастера Секты, он увидел, как Вэнь Женьхэ наклонил голову, приближаясь все ближе и ближе к лицу Инь Ханьцзяна, пока лицо и уши Ши Таньсиня не покраснели. Он смотрел, не мигая, пытаясь понять, что на самом деле делает Мастер Секты, но длинные волосы Вэнь Женьхэ соскользнули вниз и закрыли лица двоих из поля зрения.

Вэнь Женьхэ потребовалось некоторое время, чтобы снова поднять голову и сказать с глубокой болью в голосе:

-“Этот Достопочтенный был слишком поспешен”.

Ши Таньсинь попятился в угол. В ужасе он прикусил свои пальцы, не позволяя себе издавать ни звука.

Он немного разглядел сквозь волосы Преподобного. Что делал Достопочтенный? Высасывает силу Инь Ханьцзяна? Мастер Алтаря Чжунли стоял в стороне и вел себя так, словно был слеп - ну, он был слеп.

Вэнь Женьхэ даже не взглянул на Ши Таньсиня. Он протянул руку Яо Цзяпину, который подлетел к нему через всю комнату. Он положил руку на череп Яо Цзяпина и небрежным движением извлек его душу из тела.

-“Это...” ,-Чжунли Цянь не мог сдержать своих сомнений.

-“Этот Почтенный научился этой технике в Кровавом Аду”, - сказал Вэнь Женьхэ, отвлекшись - “Он может извлечь все воспоминания и способности человека и сделать их своими собственными. Это просто неортодоксальная техника, не стоящая упоминания ”.

В Кровавом Аду было запечатано 180 тысяч демонических богов, так что Вэнь Женьхэну пришлось нелегко за последние полтора года. Кровавый Демон уничтожил метки на его душе, что было равносильно разрушению фундамента кровавого культиватора, и он также был пронзен оружием девяти экспертов, прежде чем попасть в Кровавый Ад. Он потерял много сил.

Он делал ставку на тот камень, который защитил Бейли Цинмяо в книге и помог ей пробудить свою божественную природу. Пока он получал божественную кровь, Вэнь Женьхэ мог совершенствоваться в Кровавом Аду и поглощать энергию хаоса.

Действительно, после того, как он получил божественную кровь, она защитила его душу, но одновременно божественная природа, скрытая на дне Кровавого Ада, взывала к ней, постоянно увлекая Вэнь Женьхэ в глубины моря.

За эти полтора года Вэнь Женьхэ пробудился к пути божественности из божественной крови, поглощая энергию хаоса, сопротивляясь божественной природе.

Тысячи демонических богов дрейфовали на дне Кровавого Ада, все желая убить Вэнь Женьхэ и вернуться в мир культивирования вместо него. Вэнь Женьхэ продолжал продвигаться в бою, убивая многих демонических богов и получая их техники.

Он хотел вернуться намного раньше, но божественная природа потянула за божественную кровь, препятствуя его побегу.

Всего несколько дней назад сила божественной природы внезапно ослабла, и Вэнь Женьхэ нашел свой шанс. Собрав всю свою силу, он вырвался из Кровавого Ада.

Позже он узнал из книги, как сердце Бейли Цинмяо было разбито в Кровавом Аду. Войдя в близость божественной природы, она попала под ее контроль, став одержимой идеей покончить с собой. И только когда убийственное намерение Инь Ханьцзян пробудило Бейли Цинмяо и ее воля окрепла, сила божественной природы и крови ослабла.

Инь Ханьцзян действительно преуспел. Он не превратил Бейли Цинмяо в ламповое масло из-за своей обиды, и даже непреднамеренно пробудил ее волю и дал Вэнь Женьхэну шанс избежать Кровавого Ада.

Яо Цзяпин был высокого мнения о себе, считая, что его медицинские навыки не имеют себе равных. Он никогда не мог себе представить, что Вэнь Женьхэ не будет обращать внимания на то, готов он лечить Инь Ханьцзяна или нет, для этого нужны только его способности.

Также из-за того, что Вэнь Женьхэ знал, что существует лекарство от внутренних демонов Инь Ханьцзяна, он предложил сначала пройти курс лечения, а затем украсть кожу Яо Цзяпина. Но когда он услышал причину Инь Ханьцзяна, он не смог себя контролировать.

Он был слишком эгоцентричен.

Вэнь Женьхэ спокойно воспринял воспоминания Яо Цзяпина, пропуская время, проведенное с его возлюбленной, и как каждый раз, когда он видел женщину, похожую на его возлюбленную, он чувствовал невыносимую боль, и мог использовать только теплое тело, чтобы заново пережить время, проведенное с ней. Если бы вы спросили Вэнь Женьхэ, это было не что иное, как осквернение их любви.

Никто не мог заменить Инь Ханьцзяна. Сама эта мысль была для него оскорблением.

Он быстро нашел способ исцелить Инь Ханьцзяна.

Проблема Инь Ханьцзяна была не в его теле, а в его сердце. В его самосовершенствовании не было ничего плохого, его психическое состояние просто не могло контролировать его уровень силы.

Огромная сила требовала огромной силы духа. Как только чей-то ментальный контроль не мог идти в ногу с их царством, они страдали от отклонения ци. Обычно это проявлялось в двух формах — впадать в неистовство, без разбора нападая на всех вокруг, чтобы облегчить свою неистовую духовную сущность; или подавлять свою духовную сущность внутри своих тел, чтобы это не причиняло вреда никому другому, даже когда они страдали.

Инь Ханьцзян, очевидно, был последним. Подавление просто вошло у него в привычку.

Такую травму нужно было атаковать с двух сторон. Ему нужно было разобраться в своей духовной сущности и в то же время использовать технику общения с душой, чтобы найти источник своих страданий и устранить своих внутренних демонов.

Исправить его духовную сущность было бы легко. Энергия хаоса Вэнь Женьхэ могла трансформироваться во все другие формы энергии, являясь их изначальной формой. Какой бы хаотичной ни была духовная сущность Инь Ханьцзяна, она будет вести себя перед лицом власти Вэнь Женьхэ.

Вэнь Женьхэ запихнул душу Яо Цзяпина обратно в его тело и снова бросил его Ши Таньсиню, чтобы он мог поторопиться и использовать технику кражи кожи, пока человек еще дышал.

Он бросил взгляд на Чжунли Цяня, и Чжунли Цянь быстро вышел из комнаты, выставив за собой решетку и оставив пространство для них двоих.

Вэнь Женьхэ осторожно положил Инь Ханьцзяна на кровать и склонился над ним, пока его лоб не прижался ко лбу Инь Ханьцзяна.

Поскольку сейчас у него не было физического тела, его тело и душа были одним и тем же. Во вспышке света Вэнь Женьхэ исчез, оставив только свою синюю мантию, накинутую на Инь Ханьцзян.

Опыт Яо Цзяпина подсказал Вэнь Женьхэну, что он не смог исцелить сердце Инь Ханьцзяна с первой попытки. Ему придется использовать технику общения с душой несколько раз, так что на этот раз ему нужно было найти то, что заставляло Инь Ханьцзяна терять контроль над своими воспоминаниями, и помочь ему вернуться к нормальной жизни на данный момент. После этого он мог продолжать, заполняя воспоминания Инь Ханьцзяна словами “Вэнь Женьхэ не мертв”, “Вэнь Женьхэ любит тебя”, пока, наконец, Инь Ханьцзян не принял это, Вэнь Женьхэ не смог предстать перед ним и сказать эти слова лично.

Он проследил за воспоминаниями Инь Ханьцзяна до нескольких часов назад, увидев его конфронтацию с самим собой.

На этот раз, благодаря памяти Инь Ханьцзяна, Вэнь Женьхэ наконец-то увидел, сколько иллюзий преследовало Инь Ханьцзяна в то время.

У каждого из них было разное выражение лица: у кого-то любящее, у кого-то холодное, у кого-то спокойное, у кого-то властное. Все они были похожи на реального человека, но чего-то не хватало.

Увидев такую сцену, Вэнь Женьхэ не мог не рассмеяться над глупостью Инь Ханьцзяна и его собственным высокомерием.

Инь Ханьцзян видел по меньшей мере дюжину таких, как он. В таком состоянии, как он мог отличить, что было настоящим, а что фальшивым? Это было слишком сложно.

Он видел, как после того, как он в памяти признался Инь Ханьцзяну, Инь Ханьцзян сломался. Он мог бы легко изменить сказанные им слова, но не сделал этого.

Он не хотел случайно изменять воспоминания Инь Ханьцзяна и не хотел стирать свои собственные слова. Он не стал бы трогать то, что уже произошло.

В воспоминаниях Инь Ханьцзян листал "Оскорбительный роман", его рот наполнился кровью, он не мог ни видеть, ни слышать. Только сейчас, в душе Инь Ханьцзяна, Вэнь Женьхэ понял, в какой агонии он был в тот момент.

Он не хотел не верить, но для него это было невозможно. Когда он не мог доверять своему зрению, слуху и осязанию, как он мог поверить во что-либо, что с ним случилось?

Наблюдая, как он стоит на коленях на земле, читая, Вэнь Женьхэ подошел и обнял Инь Ханьцзяна, который, наконец, забыл скрыть свою собственную слабость перед ним. Он тихо сказал:

-“Ты можешь считать меня внутренним демоном. Я больше не буду заставлять тебя верить. Прямо сейчас, просто позволь мне сказать несколько слов и просто послушай меня немного. Не отталкивай меня”.

Общение с душой повлияло только на воспоминания души. Поскольку все уже произошло, Инь Ханьцзян не развалится еще больше из-за этого. Инь Ханьцзян сделал паузу, чувствуя тепло человека, стоящего позади него.

Никто не заставлял его во что-либо верить, Инь Ханьцзян прислонился к нему спиной и закрыл глаза.

Вэнь Женьхэ нежно поцеловал Инь Ханьцзяна в лоб, держа его ледяные пальцы.

-“Тебе не нужно верить. Но, по крайней мере, с нетерпением жди этого, прими, что я все ещё жив, хорошо? Подумай об этом, почти ничто в мире не может причинить вреда этому Почтенному человеку”.

Даже услышав слова “его Господин был жив”, Инь Ханьцзян испытал ни с чем не сравнимую радость. С закрытыми глазами он послушно кивнул.

-“Мм”.

Видя, что он готов поверить в этот факт, Вэнь Женьхэ расслабился. Прямо сейчас душа Инь Ханьцзяна была ранена, так что слишком долгое пребывание в ней нанесло бы еще больший ущерб. Понимая, что его время почти истекло, но было много вещей, которые он еще не объяснил, у него появилась идея.

-“Инь Ханьцзян ” ,-тихо сказал он - “ ты открыл не ту страницу. Когда проснешься, открой ”

Оскорбительный роман" и прочти те части, которые изменил этот Достопочтенный ".

Сказав эти слова, Вэнь Женьхэ покинул тело Инь Ханьцзяна, вернувшись в реальность. Приведя Инь Ханьцзяна обратно в его комнату и осторожно уложив его на кровать, он оставил свои три книги и ушел.

Бейли Цинмяо потеряла счет тому, сколько раз она просыпалась от страха. В течение дня она была так напугана Инь Ханьцзяном, что ее температура усилилась, и все это время ей снились кошмары. Прямо сейчас она, наконец, почувствовала себя немного лучше и с трудом встала, желая попить воды, но увидела темную фигуру, стоящую в изголовье ее кровати.

-“С-старший Вэнь!” ,- пот, выступивший на теле Бейли Цинмяо, значительно ослабил ее лихорадку.

-“Этот Почтенный пришел для того, чтобы кое-что тебе сказать. Тебе не нужно понимать, просто услышь это ”, - сказал Вэнь Женьхэ.

-“Я слушаю”, - сказал Бейли Цинмяо - “Старший Вэнь, вы на самом деле живы?”

-“Этот Достопочтенный жив”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Что этому Почтенному нужно, чтобы ты услышала, так это то, что Вэнь Женьхэ любит Инь Ханьцзяна”.

Автору есть что сказать:

Бейли Цинмяо: Подождите, зачем вы мне это рассказываете?

Чжунли Цянь похлопал ее по плечу: Тебе нужно научиться молчать, как и мне, просто улыбаться.

Глава 64 - Луна за облаками

Инь Ханьцзян проснулся в спальне Вэнь Женьхэ. Он все еще чувствовал затяжную боль в теле из-за того, что его духовная энергия вышла из-под контроля, но она в основном зажила.

Его эмоции были странно спокойными. Это было так, как если бы ему приснился долгий сон, в котором его Господин вернулся. Его радость и боль боролись друг с другом, у него было отклонение ци, и он чуть не умер, но, по крайней мере, после пробуждения он мог вспомнить две вещи. Его Господин был жив, и очень немногие вещи на этой земле могли одолеть его.

Инь Ханьцзян был спокоен, просто зная, что Вэнь Женьхэ жив. Что касается всего остального, он не хотел вспоминать об этом прямо сейчас.

У кровати стояли три книги, первая из которых была "Оскорбительный роман".

Инь Ханьцзян не прикасался ни к одному из них. Он схватился за каждого из внутренних демонов перед ним, и только после того, как обнаружил, что каждый из них был бесформенной иллюзией, его сердце успокоилось. Он не чувствовал, что может прямо сейчас встретиться лицом к лицу с этими внутренними демонами. Когда он подумал, что его настоящий Преподобный может прятаться среди них, ему стало не по себе.

За годы его следования Вэнь Женьхэ терпение давно вошло у него в привычку. За последние несколько дней он слишком расслабился и не знал, как много видел его Преподобие. Думая об этом, Инь Ханьцзян почувствовал вкус крови в задней части своего горла.

Нет, во сне были моменты, когда к его Преподобию нельзя было прикоснуться. Он не мог отличить настоящего от внутренних демонов, прикоснувшись к ним. Запаниковав, Инь Ханьцзян посмотрел на иллюзии, которые все смотрели на него сосредоточенными и нежными взглядами. Под их пристальными взглядами Инь Ханьцзян чувствовал, что ему негде спрятаться, желая исчезнуть на месте.

Он схватился за руки, царапая кровавые полосы на коже, пытаясь успокоиться. Он мысленно вернулся к событиям прошлой ночи.

На самом деле, его мысли были в замешательстве, и он помнил только, что потерял контроль, и хотя его Преподобие много говорил ему, он ничего из этого не помнил. Если не считать одного предложения — ”Ты прочитал не ту страницу, тебе нужно посмотреть редакцию”, которое, казалось, его Господин повторял ему на ухо много раз. После того, как он успокоился после прошлой ночи, он постепенно начал верить, что Вэнь Женьхэ жив. Вначале его эмоции были слишком сильными, усугубляя его внутренних демонов, но теперь, когда он успокоился, он мог смотреть на все рационально. Его горе исчезло, сменившись радостью.

Инь Ханьцзян сделал все возможное, чтобы придать лицу спокойное и сдержанное выражение, и подхватил Оскорбительный Роман. Из него выпала записка: “Я нахожусь в доме Мастера Алтаря Чжунли, а не среди внутренних демонов”.

Оно было подписано: “От Вэнь Женьхэна”.

Инь Ханьцзян мгновенно расслабился, его поза стала более непринужденной. Он откинулся на спинку кровати с книгой на коленях и, думая о том, что его Господин жив и уже вернулся, радость наполнила его сердце, и он не мог удержаться от улыбки.

-“Неужели возвращение этого Почтенного делает тебя настолько счастливым?” ,- спросил внутренний демон, прислоняясь к кровати.

Инь Ханьцзян даже не взглянул на него. Он открыл книгу и начал читать с первой страницы.

История уже была переработана до неузнаваемости, и первоначальный сюжет можно было почерпнуть только из старых комментариев, но Инь Ханьцзяну все же удалось выяснить из комментариев многолетней давности и неотремонтированной части, что он в книге сделал после смерти своего Преподобного. Он действительно превзошел себя нынешнего. Когда он подумал, что его Господин прочитал эту книгу более сорока лет назад, Инь Ханьцзян почувствовал желание поджечь себя.

Его ци бурлила внутри его тела, и через некоторое время он уже не мог продолжать. Он закрыл книгу, произнося Заклинание Ясного разума.

К счастью, Вэнь Женьхэ здесь не было, и Инь Ханьцзян смог сохранить самообладание. Если бы все было так, как прошлой ночью, он, вероятно, снова сошел бы с ума.

Он просто читал книгу, так что, если он не мог продолжать, он мог сделать паузу на мгновение и не торопиться. Немного успокоив дыхание, он уже собирался читать дальше, когда услышал стук в дверь. Из-за него донесся голос Мастера Алтаря Ши.

-“Лидер секты Инь, ваш подчиненный должен сделать доклад о Вэнь Женьхэ!”

Инь Ханьцзян собирался игнорировать его, пока не услышит имя своего Преподобного. В конце концов он спрятал книги и впустил его.

Ши Таньсинь подошел к столу, оказавшись лицом к лицу с ледяным Лидером Секты Инь.

-“Лидер секты, этот подчиненный прошлой ночью обнаружил, что мастер Секты Вэнь Женьхэ не был мертв! Кхе-кхе-кхе!”

-“Ммм”, - сказал Инь Ханьцзян.

Ши Таньсинь увидел, что Инь Ханьцзян никак не отреагировал, но подумал о том, как трудно ему было набраться смелости и прийти сюда. Пришло время дать отпор. Чжунли Цянь уже связал свою судьбу с Вэнь Женьхэ, и если Ши Таньсинь продолжит следовать за Повелителем Демонов, у него не будет будущего. Он мог выбрать только Инь Ханьцзян.

Вспомнив Чжунли Цяня, Цю Конгсюэ, Шу Яньяня и Су Хуая, которые следили за его положением, Ши Таньсинь подумал, что он боялся всю свою жизнь и должен набраться храбрости для чего-то. Он смело сказал:

-“Лидер Секты, возможно, не знает, что Вэнь Женьхэ и Мастер Алтаря Чжунли действовали против вас прошлой ночью, кхе-кхе!”

-“Что ты сказал?” ,- в глазах Инь Ханьцзяна вспыхнул злобный огонек.

Если Ши Таньсинь посмеет оклеветать своего Преподобного перед ним, его жизнь будет кончена.

Не обращая внимания на убийственные намерения Инь Ханьцзяна, Ши Таньсинь продолжил:

-“Прошлой ночью, когда Господин приказал мне привести Яо Цзяпина в комнату Мастера Алтаря Чжунли, я видел, как он что-то делал с лидером Секты, пока вы были без сознания. Лидер Секты помнит об этом?”

-“Нет”, - сказал Инь Ханьцзян.

Наблюдая за болезненным лицом Ши Таньсиня, он потянулся к его шее и приложил пальцы к артериям.

-“Что ты видел?”

-“Кхе-кхе-кхе! В то время волосы Вэнь Женьхэ закрывали мне обзор, но я мог видеть, что он, должно быть, крал вашу духовную сущность!”

Он в общих чертах описал то, что видел сквозь волосы Вэнь Женьхэ. Указывая на свои губы, он сказал:

-“Он крал вашу духовную сущность через ваш рот. Лидер Секты, вы должны проверить Фиолетовый дворец своего даньтяня. Возможно, он сделал что-то коварное, кхе-кхе-кхе.”

-“Кхе-кхе-кхе!” ,- на этот раз кашлял не Ши Таньсинь, а Инь Ханьцзян.

Услышав слова Ши Таньсиня, его лицо стало ярко-красным, и он начал яростно кашлять. Он убрал руку с шеи Ши Таньсиня, чтобы прикрыть ему рот.

Ши Таньсинь: …

Отдал ли он свою болезнетворную ци лидеру Секты Инь? Нет, этого не могло быть, его болезненная ци была украдена госпожи  Бейли, так что он потерял большую часть своей силы и теперь почти не болел, притворяясь, что кашляет.

-“Этот Господин понимает”, - сказал Инь Ханьцзян, придя в себя - “Теперь ты можешь идти”.

Ши Таньсинь хотел сказать что-то еще, но Инь Ханьцзян отвернулся и больше не смотрел на него. Он мог только удрученно уйти, но когда он был уже у двери, он услышал, как Инь Ханьцзян сказал:

-“У вас есть какое-нибудь дерево или другой материал, из которого можно сделать маску?”

-“Есть” ,-Ши Таньсинь достал из своего хранилища первоклассный кусок железа подземного мира, который он берег для создания связанного оружия, когда добрался до Махаяны.

-“Это не обязательно должно быть железо… как бы то ни было, ты можешь идти” ,- Инь Ханьцзян забрал кусок железа и прогнал Ши Таньсиня прочь.

Придав ей форму своими руками и огнем Горящего Небесного Барабана, он очень быстро превратил ее в маску призрака.

Он надел его и, закрыв лицо, почувствовал, как его сердце постепенно успокаивается.

На этот раз, после достаточной умственной подготовки, он открыл книгу и выбрал сцены с участием Вэнь Женьхэ для чтения. Время, проведенное Бейли Цинмяо с Хэ Вэньчжао в их секте, и ее тридцать лет странствий не имели к нему никакого отношения, поэтому он бегло просмотрел их все.

Менее чем за два часа Инь Ханьцзян добрался до последней страницы редакции. Он увидел Вэнь Женьхэ, стоящего у кровати Бейли Цинмяо, и сказал ей:

-“Что этому Почтенному нужно, чтобы ты услышала, так это то, что Вэнь Женьхэ любит Инь Ханьцзяна”.

Он слышал эти слова прошлой ночью, но в смятении своих мыслей не знал, должен ли он этому верить. Что еще более важно, Инь Ханьцзян был почти уверен, что Вэнь Женьхэ в то время нравился Бейли Цинмяо, и в своем замешательстве он страдал отклонением ци.

Теперь он прочитал оригинальную историю и комментарии и знал, что это было до пересмотра, и никогда не происходило. Он также получил отчет Ши Таньсиня, и с успокаивающим присутствием маски на его лице, когда он увидел, как Вэнь Женьхэ говорит эти слова Бейли Цинмяо, его эмоции были другими.

Он держал маску, боясь, что она упадет, и продолжал читать с бешено колотящимся сердцем.

Бейли Цинмяо сказала, дрожа:

-“Если у старшего Вэня романтические намерения по отношению к лидеру секты Инь, почему бы не сказать ему об этом прямо?”

С горькой улыбкой Вэнь Женьхэ сказал:

-“Он, вероятно, мне не поверит”.

Байли Цинмяо, думая, что Вэнь Женьхэ хочет спросить ее о романтических делах, после некоторого раздумья осторожно заговорила:

-“Возможно, вам будет трудно передать свои истинные намерения словами. Часто действия успокаивают кого-то больше. Как и я... Неважно, я плохой пример. Ни одно из действий моего шисюна не могло меня успокоить”.

-“Твой пример может послужить предупреждением”, - сказал Вэнь Женьхэ.

Бейли Цинмяо мгновенно почувствовала себя убитой горем. Тем не менее, она была из тех, кому нравилось помогать людям, поэтому рассказала о своем опыте со своим шисюном, становясь все ближе и ближе к слезам, когда она продолжала.

-“Этот Достопочтенный знает” ,- Вэнь Женьхэ ивнул - “Я буду иметь в виду твой опыт. Вот почему я хотел сказать тебе это ясно, потому что я хочу, чтобы он понял. Будь то сдержанный Инь Ханьцзян или безрассудный и беззаботный Инь Ханьцзян, этот Почтенный человек полюбит их обоих. Инь Ханьцзян - это Инь Ханьцзян. Ему не нужно прятаться”.

Читая эти слова, Инь Ханьцзян почувствовал, что сгорает изнутри. Его тело всегда было холодным, и это не было устранено даже Снежным Пламенем. Он знал, что в этом виновата его глубокая одержимость и мучающие его внутренние демоны. И все же, читая этот отрывок, он почувствовал жар по телу, как будто его кровь кипела под кожей.

Он переключился на комментарии—

[Странно, в оригинальной истории я всегда боялся Инь Ханьцзяна, но почему я думаю, что сейчас он вроде как симпатичный? Используя платье главного героя, чтобы вытереть свой меч и руки — неужели он думает, что маленький цветок - это тряпка?]

[Лучше тряпка, чем ламповое масло. Я также думаю, что он стал немного симпатичным. Боже, что я пережил за эти годы?]

[Я превратилась из невинной маленькой девочки в сумасшедшую женщину, когда я вижу психопата-урода, я не просто не боюсь, я хочу сказать: ииииииик, будь еще более психопатом!]

[Алло? Вы все еще обсуждаете предыдущую главу? Немедленно прочтите новое, это очень важно! В этой романтической истории о Мэри Сью второй исполнитель главной мужской роли признался четвёртому исполнителю главной мужской роли в лицо!]

[Что за безумные слова ты говоришь. Я немедленно начинаю читать.]

[Только что прочитал последнюю главу, я вернулся, чтобы посмотреть теги произведения, и автор не просто исправила, она изменила категорию романтики с “традиционной” на “неопределенную”.]

[Что значит "неопределенную"?]

[Это значит, что все возможно.]

[Подождите, почему вас всех не потрясло признание в любви Вэнь Женьхэ? Где этот крик? Где же отказ? Где шок от того, что эта история стала данмэй?]

[Ты еще не видел следующую тему, да? Тот, который обсуждает скрытые романтические нити в оригинальных и переработанных текстах Оскорбительного Романа. Они уже все тщательно проанализировали.]

[Возвращаюсь от чтения этого, и я чувствую себя просветленным. Так что Инь Ханьцзяну Вэнь Женьхэ нравился еще с оригинала, и именно поэтому он так сошел с ума. Раньше я его боялась, но теперь мне вдруг захотелось обнять бедняжку.]

[Это больше не считается оригинальным и исправленным изданиями, это другая жизнь. Зайдите в следующую ветку, там даже есть фанфики об этих двух. Если вы будете действовать слишком медленно, оно будет удалено.]

[Возвращается с кровотечением из носа. Инь Ханьцзян, жестокий по отношению к другим людям и послушный перед своим хозяином, так очарователен, я здесь для большего.]

[Я не могу сказать, чего я хочу от Повелителя Демонов и его злобного маленького волка, если я скажу еще что-нибудь, на меня донесут.]

Инь Ханьцзян: …

Глава 65 - Удар по голове

В комнате Вэнь Женьхэ эмоции Инь Ханьцзяна были скрыты за его маской.

Его палец много раз пробегал под четырьмя словами: “Этот Преподобный жив”, и постепенно в нем поднялась дикая радость.

Его воспоминания все еще были хаотичными, их было трудно отличить от фантазии, но то, что он видел прошлой ночью, сказало Инь Ханьцзяну, что Вэнь Женьхэ все еще жив, и Ши Таньсинь сказал, что видел его, и даже эта книга, которую он принял за правду, сказала ему, что его Преподобный все еще ходит по земле.

Это было важнее всего остального, в тысячу раз важнее, чем то, ответит ли его Господин на его любовь или нет.

Он хотел немедленно увидеть своего Преподобного. Несмотря на то, что такие сильные эмоции заставляли кровь бурлить в его жилах и усиливали его внутренних демонов, ему было все равно.

Инь Ханьцзян взял записку. Верно, его Господин сказал, что он у Чжунли Цяня. Сжимая его в руке, он полетел в конференц-зал в Главном зале, где обнаружил Чжунли Цяня, работающего в одиночку. Его окружали четыре или пять Вэнь Женьхэ, каждый из которых держал божественную кровь.

Увидев такую сцену, Инь Ханьцзян остановился как вкопанный. Почему все было именно так? Он знал, что его Преподобный жив, но внутренние демоны вряд ли исчезнут так легко. Теперь он не мог сказать, кто из них был настоящим Вэнь Женьхэ.

Почувствовав прибытие Инь Ханьцзяна, Чжунли Цянь спокойно покинул зал заседаний, предоставив им обоим свободное пространство.

Однако его отъезд еще больше встревожил Инь Ханьцзяна. Без чьей-либо помощи рядом он не мог различить иллюзии.

В этот момент заговорил один из Вэнь Женьхэ.

-“Этот Достопочтенный будет тверд, когда будет держать божественную кровь”.

Инь Ханьцзян бросился вперед, нежно сжал руку этого человека и обнаружил, что к ней можно прикоснуться.

-“Почтенный!” ,- он опустился на одно колено, его голос задыхался - “Вы все еще живы. Я...”

На мгновение Инь Ханьцзян лишился дара речи. Кровь подступила к его горлу, но, не желая, чтобы его Господин заметил, он проглотил ее обратно.

Прошлой ночью он пренебрег приличиями. Он абсолютно не мог допустить, чтобы его Господин увидел его сегодня в таком состоянии.

Вэнь Женьхэ поднял его на ноги, торжественно сказав:

-“Инь Ханьцзян, мне не нравится видеть, как ты становишься на колени”.

Он медленно снял маску Инь Ханьцзяна. С мягкой улыбкой он сказал:

-”Ты помнишь мои слова?"

-“Да...” ,-Инь Ханьцзян успел произнести только одно слово, прежде чем кровь хлынула у него изо рта.

Он прижал к ней руку, но она капала между его пальцами.

-“Инь Ханьцзян!” ,- Вэнь Женьхэ не ожидал, что их следующая встреча пройдет так.

Он предполагал, что они могли бы, по крайней мере, нормально общаться, но Инь Ханьцзян был слишком хорош в подавлении, и он почти не замечал своей боли.

Он приложил руку к груди Инь Ханьцзяна, вливая энергию хаоса в его тело, обнаружив, что его духовная сущность была в беспорядке. Он лечил его прошлой ночью, но их сегодняшняя встреча причинила Инь Ханьцзяну еще большую боль.

-“Почтенный, с вашим подчиненным все в порядке”, - сказал Инь Ханьцзян - “Ваш подчиненный просто счастлив, я...”

Видя, как он напрягся, Вэнь Женьхэ быстро надел маску обратно на лицо. С этим барьером Инь Ханьцзян немного расслабился.

Он мысленно ругал себя. Это должно было быть радостное воссоединение, но он…

-“Не заставляй себя ” ,- Вэнь Женьхэ положил руку на глаза Инь Ханьцзяна, так что ему больше не нужно было смотреть на него.

В темноте Инь Ханьцзян услышал, как Вэнь Женьхэ заговорил.

-“Вчера я поторопился и повредил твой фундамент. Если твой  разум будет нарушен, это усугубит твоих внутренних демонов. В этом мире у вас нет бессмертной сущности, чтобы поддерживать себя, поэтому, если твои внутренние демоны не будут устранены, твоё выздоровление будет трудным ”.

-“Этот подчиненный бесполезен”, - сказал Инь Ханьцзян, сжимая кулаки.

-“Кто сказал, что ты бесполезен?!” ,- сказал Вэнь Женьхэ - “Во время отъезда этого Достопочтенного ты очень хорошо поработал. Ты подчинил себе двух Защитников и четырех Мастеров Алтаря, завоевал их доверие и не дал секте Сюаньюань погрузиться в хаос. Ты также реформировал Несущих Сообщений, разоблачая тех, у кого были дурные намерения по отношению к секте Сюаньюань. Никто не смог бы справиться лучше, чем ты.”

С закрытыми глазами Инь Ханьцзяну не нужно было отличать Вэнь Женьхэ от толпы иллюзий, а с маской, закрывающей его лицо, выражение его лица было скрыто от Вэнь Женьхэ. Эти два щита помогли ему справиться со своими эмоциями. Он задал вопрос, который волновал его больше всего.

-“Почтенный, зачем вам нужна божественная кровь? Чтобы укрепить свое тело?”

Вэнь Женьхэ примерно рассказал о своем пребывании в Кровавом Аду. Инь Ханьцзян сразу все понял. Это было равносильно тому, что те праведные культиваторы уничтожили плотское тело Вэнь Женьхэ, так что без него Вэнь Женьхэ мог культивировать только свою душу. Несмотря на то, что поглощение энергии хаоса значительно увеличило его силы, он все еще испытывал неудобства.

Узнав о переживаниях Вэнь Женьхэ за последние полтора года, ненависть Инь Ханьцзяна к Хэ Вэньчжао усилилась. Под маской выражение его лица стало искаженным.

-“Сила божественной крови должна быть сохранена для того, чтобы помочь Бейли Цинмяо слиться с божественной природой, поэтому я не могу использовать ее по своему усмотрению. Какое-то время тебе все еще нужно управлять сектой Сюаньюань. Что касается вопроса о Кровавом Демоне, ты можешь делать все, что захочешь ”, - сказал Вэнь Женьхэ.

Из общения душ прошлой ночью Вэнь Женьхэ знал, что у Инь Ханьцзян накопилось много разочарований, поскольку он всегда жил в тени Вэнь Женьхэ. Если бы он не стоял один перед другими и не обретал уверенности, он не смог бы преодолеть своих внутренних демонов. Он мог только позволить Инь Ханьцзяну излить свои чувства, для которых Хэ Вэньчжао и Кровавый Демон были лучшими мишенями.

Услышав, что Вэнь Женьхэ полагается на его защиту, Инь Ханьцзян выпрямился. Да, он не мог позволить членам секты Сюаньюань обнаружить слабость его Господина. Он должен защитить своего Достопочтенного!

Увидев, что Инь Ханьцзян пришел в себя, Вэнь Женьхэ сказал:

-“Прошлой ночью была срочная ситуация, поэтому мне пришлось использовать технику общения с душой, чтобы временно успокоить твою душу. Эту технику можно использовать только один раз в пятнадцать дней, и ее необходимо повторить еще несколько раз, чтобы ты полностью восстановился. Это, ты… желаешь, чтобы я снова вошел в твою душу?”

-“Это привилегия этого подчиненного - заставить Достопочтенного использовать свою силу, чтобы спасти его, так как же я мог отказаться?” ,- сказал Инь Ханьцзян.

Вэнь Женьхэ слегка вздохнул.

-“Инь Ханьцзян” ,- беспомощно сказал он - “я не хочу, чтобы ты называл себя подчиненным или меня Почтенным”.

Инь Ханьцзян застыл. Он должен был назвать имя Вэнь Женьхэ напрямую? Как он мог?

Вэнь Женьхэ не хотел давить на Инь Ханьцзяна.

-“Пока все в порядке”, - сказал он - “Если после того, как твои внутренние демоны будут излечены, ты продолжишь так обращаться ко мне, я не буду счастлив”.

Вэнь Женьхэ знал, что Инь Ханьцзян мучился из-за того, что не мог отличить его от иллюзий, а также не хотел, чтобы он видел его более порочную сторону.

-“Мне нужно совершенствоваться, чтобы стабилизировать свою душу, поэтому я буду у духовного источника в течение следующих нескольких дней. Ты можешь действовать по своему усмотрению. Когда придет время для следующего общения душ ... или когда ты захочешь увидеть меня, приходи к духовному источнику”.

Конечно, Инь Ханьцзян хотел видеть Вэнь Женьхэ при каждом удобном случае, но он знал, что тот находится в нестабильном состоянии, и если он будет давить на себя, то доставит своему Преподобному еще больше неприятностей. Он кивнул, затем почувствовал тепло в одной из своих ладоней, когда она соприкоснулась с чем-то мягким.

Нежно поцеловав ладонь Инь Ханьцзян, Вэнь Женьхэ снял с лацкана "Оскорбительный роман" и исчез.

Спустя долгое время Инь Ханьцзян медленно снял маску. Он стоял один в холле, выражение его лица было ледяным, иногда улыбающимся, а иногда мрачным.

Он думал о многих вещах, но, казалось, вообще ни о чем не думал. Он подошел к столу, на котором все еще хранилась информация о Несущих Сообщений, с которой Чжунли Цянь не успел разобраться.

Инь Ханьцзян ранее приказал Несущим Сообщений расследовать местонахождение подонков, которые оклеветали секту Сюаньюань. Только что проведя чистку своих рядов Инь Ханьцзяном, Несущие Сообщений продемонстрировали впечатляющую трудовую этику и всего за один день отправили отчеты о более чем дюжине человек. Инь Ханьцзян взял список и вышел, протиснувшись мимо Чжунли Цяня, который стоял в дверях.

Чжунли Цянь: …

Три дня спустя Инь Ханьцзян вернулся, переполненный жаждой убийства, таща за собой нескольких праведных учеников. Он бросил их Чжунли Цяню.

-“Я привел людей. Скоро я приведу сюда и Хэ Вэньчжао. Вы придумываете способ выманить этих экспертов. Я собираюсь разоблачить Кровавого Демона перед массами!”

-” ...Ранее Лидер Секты дал мне месяц. Прямо сейчас прошло всего три дня ”, - сказал Чжунли Цянь - “Даже если вы захватили этих учеников, мне понадобится время, чтобы контролировать их, заставить их внедриться в свои собственные секты и саботировать их изнутри”.

Более того, он также должен был быть эмоциональным наставником Вэнь Женьхэ, который, очевидно, мог видеть все насквозь и притворяться, что ничего не знает, что очень утомляло Чжунли Цяня. Вчера Шу Яньянь зашла и подняла с пола белый волос, с отвращением сказав, что у Журавлиноволосого Странника такое красивое кольцо, но ему лучше не становиться Безволосым Странником.

После того, как ему вместе с Бейли Цинмяо имплантировали паразита, связывающего сердце, он продался секте Сюаньюань и зашел слишком далеко, чтобы отступить.

Он пользовался уважением в клане Чжунли, никто даже не осмеливался повышать голос на него в лицо, и ученые гости также относились к нему с величайшим уважением. Тем не менее, в секте Сюаньюань он получал приказы направо и налево от двух последовательных лидеров и был вынужден похоронить свою совесть, чтобы помочь очистить праведные секты, иногда сталкиваясь с флиртом Правого Защитника, получая мигрень, присматривая за Левым Защитником и двумя ее учениками, а также будучи консультант по отношениям Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян.

Странным было то, что у него не было никакого желания бежать, он просто справлялся с головной болью и принимал все эти сложные задачи.

Возможно, по сравнению с лицемерными кланами культивации, которые вели себя благородно перед вашим лицом и совершали низменные поступки за вашей спиной, он предпочитал такие прямые и открытые отношения.

-“Я отдал тебе людей”, - сказал Инь Ханьцзян - “Если Алтарные Мастера и Защитники не слушают твоих приказов, иди и найди этого Господина. Эта задача должна быть выполнена в ближайшее время. Не заставляй моего Почтенного ждать.”

Проведя рукой по волосам, Чжунли Цянь беспомощно согласился.

Сразу после этого Инь Ханьцзян отправился на поиски Ши Таньсиня. Ворвавшись в Павильон Адского Пламени, его злобная аура напугала стаю культиваторов призраков, заставив их спрятаться.

-“С Яо Цзяпина содрали кожу?” ,- нетерпеливо спросил он.

-“Кхе-кхе, да, дело сделано!” ,-Ши Таньсинь обеими руками протянул аккуратно сложенную шкуру, обучая заклинанию Инь Ханьцзяна.

Инь Ханьцзян с отвращением принял кожу. Подняв Ши Таньсиня, он вернулся в главный зал и бросил его в спальне Бейли Цинмяо.

-“Забери обратно ее болезненную ци. Этот Господин должен вернуть ее в секту Шанцин, и она будет доставлять много хлопот, если заболеет.”

Бейли Цинмяо знала, что Инь Ханьцзян хотел использовать ее в качестве приманки, чтобы выманить Хэ Вэньчжао, и тихо сказала:

-“Я слышала объяснение брата Чжунли. Это не шисюн пытался убить меня в тот день, это был Кровавый Демон, вселившийся в его тело. Не могли бы вы, возможно...”

У Инь Ханьцзяна не было такого терпения по отношению к Бейли Цинмяо, как у Вэнь Женьхэ. Он схватил ее за шею, чтобы помешать ей говорить, и угрожающе сказал:

-“Бесспорно, что Хэ Вэньчжао в сговоре с Кровавым Демоном. Даже если его используют, небеса наложат на него карму. Если ты не хочешь сотрудничать, этот Господин всегда может сломать защиту секты Шанцин и уничтожить всю секту. Это твой выбор, секта Шанцин или Хэ Вэньчжао”.

Он отшвырнул Бейли Цинмяо в сторону, затем, вспомнив, как в финале "Оскорбительного романа" Бейли Цинмяо осмелилась отвергнуть Вэнь Женьхэ, он внезапно усмехнулся.

-“Ты была готова отказаться от всего, потому что Хэ Вэньчжао научил тебя ценить жизни смертных. Теперь, когда эти жизни и Хэ Вэньчжао поставлены рядом, что ты выберешь, Бейли Цинмяо?”

Он был слишком прямолинеен, прямо задавая ей этот вопрос.

-“Я...” ,- Бейли Цинмяо открыла и закрыла рот, но не смогла ответить.

-“Разве это оправдывает колебания?” ,- сказал Инь Ханьцзян, пристально глядя на нее - “Если бы это был я, не было бы другого ответа, кроме моего Достопочтенного. Бейли Цинмяо, ты утверждаешь, что любишь Хэ Вэньчжао всем своим сердцем, желая предать доброту моего Преподобного ради него. Теперь это просто секта Шанцин против Хэ Вэньчжао, но ты не можешь решить? Ты действительно любишь Хэ Вэньчжао, или ты просто опьянена чувством влюбленности? Разберись с этим!”

Его слова были подобны удару по голове, поразившему Бейли Цинмяо прямо в сердце.

Глава 66 - Так называемая судьба

То, что пробудило Бейли Цинмяо, не было выбором между Хэ Вэньчжао и смертными жизнями. Она не была похожа на Инь Ханьцзяна. Инь Ханьцзян мог игнорировать все другие жизни, но она никогда не была таким человеком.

Слова, которые разбудили ее, были “готова отказаться от всего”. Она всегда использовала это, чтобы оправдать свои чувства. Подсознательно она думала, что так много отдала ради Хэ Вэньчжао, она была так добра к нему, она так сильно любила его, так как же он мог так с ней обращаться? Это было несправедливо.

Но прямо сейчас она вдруг поняла, что ей казалось, что она вообще мало что сделала для Хэ Вэньчжао.

-“Лидер секты Инь, почему вы думаете, что я бросила все ради своего шисюна?” ,- спросила она.

Инь Ханьцзян ответил:

-“Ты забрала Снежное Пламя…”

Нет, это было неправильно. Его Господин говорил ему раньше, что Бейли Цинмяо однажды забрала Снежное Пламя для Хэ Вэньчжао, но теперь оно было передано Инь Ханьцзяну. Разбитый Горный метеорит также первоначально был получен для Хэ Вэньчжао, но теперь он также принадлежал Инь Ханьцзяну.

Тот, кто получил так много вещей от Бейли Цинмяо и его Преподобия, был им.

Инь Ханьцзян замолчал, наблюдая за Бейли Цинмяо, ситуация становилась немного неловкой.

Инь Ханьцзян не заботился о жизни и смерти других людей, но все эти годы у него не было никаких связей ни с кем, и, кроме его долга Вэнь Женьхэ за спасение и воспитание его, он никому ничего не был должен. Но теперь, когда он подумал об этом, он был в долгу перед Бейли Цинмяо через Вэнь Женьхэ. По крайней мере, Снежное Пламя было получено благодаря тому, что она чуть не замерзла до смерти.

К счастью, Бейли Цинмяо не заметила перемены в поведении Инь Ханьцзяна. Она схватилась за голову и несколько раз покачала ею.

-“Вы тоже думаете, что я мало что сделала для своего шисюна? Но почему я продолжаю чувствовать, что люблю его так сильно, что отказалась от стольких вещей ради него? ”

“Когда фонд шисюна был разрушен, я забрала Семицветное Нефритовое Сердце Лотоса, но в конце концов отдала его Лю-шицзе. Я четко знаю, что его Зарождающаяся Душа была украдена Защитником Шу, но теперь я в секте Сюаньюань, за мной присматривает сестра Шу, и если мы не близки, то, по крайней мере, дружелюбны друг с другом. После того, как шисюн вышел замуж за Лю-шицзе, я покинула секту и путешествовала по миру с братом Чжунли, мастером Цинсюэ и Су Хуай. В Истинной горе Инь я получила Траву Локхарт не для шисюна, а для Мастера Секты.”

“Даже когда я, наконец, вернулась в секту Шанцин, когда шисюн попросил меня устроить заговор против Защитника Цю, я отказалась”.

Ее глаза стали еще более дикими, когда она продолжала говорить, не в силах понять. Взъерошив волосы, она спросила:

-“Мы шли разными путями с тех пор, как шисюн вышел замуж, и почти не общались даже до сегодняшнего дня, так почему же я всегда чувствую, что он предал меня, и я не могу отказаться от своих чувств к нему? Если он и предал кого-то, так это Лю-шицзе.”

Инь Ханьцзян был знаком с этим чувством. Вплоть до настоящего времени он испытывал необъяснимое желание убивать каждый раз, когда видел Бейли Цинмяо, чувствуя, что она предала любовь Вэнь Женьхэ.

Увидев ее в таком беспорядке, Инь Ханьцзян медленно натянул рукав, оторвал кусочек и использовал его, чтобы стереть несуществующую пыль с ножен Армейского Дробящего Шипа.

Каждый раз, когда он хотел убить Бейли Цинмяо, он использовал это, чтобы держать себя в узде.

Оторвав половину рукава, мысли Бейли Цинмяо были прерваны. Она безмолвно уставилась на свое изодранное платье, не понимая, какое удовольствие получал Инь Ханьцзян, используя ее как тряпку.

Она несколько раз кашлянула и повернулась к Мастеру Алтаря Ши, который в данный момент жадно смотрел на нее. Она сказала немного неловко:

-“Мастер алтаря Ши, я не знаю, как передавать болезнетворную ци, поэтому я должна побеспокоить вас сделать это самостоятельно. Не волнуйтесь, я больше не хочу умирать. Спасибо вам за вашу заботу”.

-“Кхе-кхе-кхе, я ничего для тебя не делал, ты сама это взяла” ,- несколько раз виновато кашлянув, Мастер Алтаря Ши подошел и положил руку на спину Бейли Цинмяо, возвращая больную ци, которую он столько лет культивировал.

После завершения передачи он обнаружил, что его сила увеличилась. Болезненная ци была подобна духовной сущности и сильно уменьшалась каждый раз, когда ее переносили. Мастер Алтаря Ши был готов стать слабее, но его ци на самом деле усилилась.

После столь долгого отдыха рана Бейли Цинмяо в основном восстановилась, так что ей нужно было только найти материалы для создания нового связанного оружия. Она постоянно была слабой и теряла сознание из-за болезненной ци, так что теперь, когда она была возвращена, она значительно оживилась, ее мысли также стали яснее.

-“Я готова последовать за тобой в секту Шанцин и выманить оттуда моего шисюна”, - сказала она Инь Ханьцзяну - “Не только это, но поскольку Мастер Цин—Защитница Цю дала мне табличку с обетом духа Лю-шицзе, я могу приказать ей помочь. Но у меня есть условие.”

-“Не беспокойся”, - сказал Инь Ханьцзян, мгновенно давая ей понять, что он ни за что не согласится.

Однако Бейли Цинмяо была упряма. Она не хотела расставлять ловушку для Цю Конгсюэ для секты Шанцин, и теперь, когда Инь Ханьцзян хотел навредить секте Шанцин, она тоже не хотела.

Даже если Инь Ханьцзян не согласилась бы, она все равно это сказала.

-“Твоя конечная цель - Кровавый Демон. Я уже слышала от брата Чжунли, что Кровавый Демон был тем, кто убил семнадцать экспертов праведных сект, и после того, как он восстановит свою силу, он станет угрозой для всего мира культивирования. Мы, праведные земледельцы, никак не можем позволить такому безумцу угрожать миру земледелия, не говоря уже о мире смертных. Оставляя в стороне мои личные чувства, Хэ Вэньчжао, вероятно, невежественен и используется Кровавым Демоном. Он частично виноват, поэтому не может считаться невиновным во всем этом деле ”.

Ее слова были логичны и действительно заставили Инь Ханьцзяна увидеть ее в новом свете, поэтому он сдержал свое нетерпение и выслушал.

-“Вот почему я готова пойти в секту Шанцин и выманить Хэ Вэньчжао, а также Кровавого Демона, но после этого Хэ Вэньчжао должен быть передан секте Шанцин и четырем другим великим сектам для публичного осуждения. Мы не можем осудить его сами по себе”.

Инь Ханьцзян даже хотел сжечь Бейли Цинмяо, так как же он мог отпустить Хэ Вэньчжао? Но мысли Бейли Цинмяо совпали с его мыслями. Инь Ханьцзян хотел очистить имя своего Преподобного и ясно показать праведным земледельцам, насколько они были слепы, встав на сторону зла и причинив вред самому справедливому человеку в мире!

Но после того, как все это было раскрыто, Инь Ханьцзян не планировал отпускать Хэ Вэньчжао и других культиваторов, участвовавших в нападении. Он холодно улыбнулся Бейли Цинмяо, не поделившись с ней своими мыслями.

-“Конечно, о нем может судить публика”.

-“Лидер Секты щедр”, - сказала Бейли Цинмяо, сжимая кулак - “Я с удовольствием составлю вам компанию”.

Заручившись ее сотрудничеством, Инь Ханьцзян планировал немедленно отправиться в путь. Поскольку одежда Бейли Цинмяо была дырявой, она попросила Инь Ханьцзяна подождать, пока она переоденется во что-нибудь другое, кроме тряпки, для Армейского Дробящего Шипа.

Она только что надела желтую униформу учеников секты Шанцин, когда кто-то появился перед ней. Это был Вэнь Женьхэ.

-“Старший Вэнь” ,- она сжала кулак.

Вэнь Женьхэ был застигнут врасплох решением Бейли Цинмяо, поскольку он увидел ее в книге Оскорбительных романов. Он уже был готов овладеть ею, если она откажется, чтобы он мог лично отправиться в секту Шанцин и выманить Хэ Вэньчжао, но, возможно, Кровавый Демон раскусит его насквозь, так что это был не идеальный план. Теперь, когда Бейли Цинмяо начала сотрудничать, Вэнь Женьхэ почувствовал облегчение, но в то же время был сбит с толку.

-“Этот Почтенный не ожидал, что ты добровольно поможешь секте Сюаньюань разобраться с Хэ Вэньчжао”, - сказал он - “Я думал, ты никогда в жизни не сможешь освободиться от Хэ Вэньчжао”.

Бейли Цинмяо слегка покраснела. Перед своим старшим, который был немного холоден, но всегда заботился о ней, она поделилась своими мыслями.

-“Я тоже сбит с толку. Когда мне было восемнадцать, я чувствовала, что могу отдать свою жизнь за своего шисюна. После Великой Войны Сект мое сердце болело каждый раз, когда я смотрел на шисюна, и все, что я хотела сделать, это отдать ему свою Зарождающуюся Душу. После того, как шисюн вышел замуж, я была в такой агонии, и если бы не помощь брата Чжунли, я бы пробралась обратно в секту Шанцин, чтобы повидаться с ним. Если бы он не был счастлив с Лю-шицзе, я могла бы даже предать свои принципы и предложить ему себя, став человеком, которого я бы презирала ”.

Вэнь Женьхэ нашел свой анализ логичным. Бейли Цинмяо из книги, вероятно, уже стала бы частью гарема Хэ Вэньчжао, если бы не вмешательство Мастера Цилина.

Ее отношения с Хэ Вэньчжао были так безнадежно запутаны, и она находилась под влиянием божественной природы, поэтому для нее было невозможно избежать этих проклятых отношений.

Но теперь все было по-другому. За тридцать лет их совместных путешествий Чжунли Цянь многому научил Бейли Цинмяо, и Цю Конгсюэ ... возможно, тоже немного помогла.

Немного подумав, Бейли Цинмяо сказала:

-“Я тщательно обдумала то, что чувствовала, когда вышла замуж за шисюна. Вероятно, поскольку я с самого начала привязалась к нему всем сердцем, а также посвятила ему двадцать лет своей юности и своих чувств, я не хотела отказываться от этого. Но сейчас мне почти семьдесят. Даже смертные поняли бы, как устроен мир в этом возрасте. Я уже не так импульсивна, как в юности, и обрела некоторое понимание. Что касается некоторых вещей и некоторых людей, то чем больше вы вкладываете в них и посвящаете им, тем больше вы хотите получить взамен, а если вы этого не делаете, то становитесь неспособными отпустить их. Но если вы отпустите это раньше, то увидите, что все это было всего лишь навязчивой идеей.

Слова лидера Секты Иня были не совсем правильными, но одна вещь, которую он сказал, была. Тщательно обдумав свои отношения с шисюном, я вдруг почувствовала, что на самом деле не очень его люблю. Я просто была привязана к тому, чтобы жертвовать ради кого-то, движимый глубиной моей собственной любви.”

-“Старший Вэнь, пожалуйста, не смейтесь надо мной, но… Я даже не могу вспомнить, почему я хотела умереть год назад ”.

Выражение лица Бейли Цинмяо было спокойным. Она действительно была разбужена словами Инь Ханьцзяна.

Вэнь Женьхэ слегка улыбнулся и, подумав о словах, которые он только что прочитал в “Оскорбительном романе", сказал с некоторой гордостью:

-"Этот достопочтенный ходил и расспрашивал всех, кого мог найти, о твоей привязанности к Хэ Вэньчжао, от членов секты Сюаньюань до Чжунли Цяня и Чжунли Куана, даже копался в книгах Яо Цзяпина. воспоминания ни к чему не привели. Кто бы мог подумать, что тот, кто лучше всех понимал любовь, был рядом с этим Достопочтенным?”

Он исчерпал все свои усилия, даже используя отслеживающее проклятие и паразитов, связывающих сердца, но так и не смог разбудить Бейли Цинмяо. И все же Инь Ханьцзян видел все насквозь.

Инь Ханьцзян ничего не просил взамен своей любви. Ему не нужен был ответ Вэнь Женьхэ, только его выживание. Даже когда Вэнь Женьхэ из книги любил Бейли Цинмяо, он мог вынести свое разбитое сердце и защитить ее.

И именно благодаря своему опыту он смог с первого взгляда увидеть источник проблемы Бейли Цинмяо. Она просто была привязана.

-“Бейли Цинмяо” ,- Вэнь Женьхэ достал божественную кровь и протянул ее Бейли Цинмяо - “Долг, который этот Почтенный когда-то задолжал тебе, теперь полностью выплачен. Держа это, твой разум не будет подвержен влиянию божественной природы до тех пор, пока ты не подойдёшь к ней слишком близко. Храните его в безопасности. Отныне у нас с тобой больше нет связи друг с другом”.

Бейли Цинмяо получила его, мгновенно почувствовав, как ее тело наполняется силой. Камень превратился в красную шелковую ленту, став ее новым связанным оружием. Она немедленно села медитировать, распространяя свою духовную сущность, чтобы усовершенствовать свой новый магический предмет. Вэнь Женьхэ мог ясно видеть, что она практиковала Путь Безразличия.

Вэнь Женьхэ однажды вступил в Дао из-за войны, которую начала изначальная богиня, набирая силу, чтобы отомстить за свою семью. Из-за своих давних привязанностей он спас Инь Ханьцзяна, который полюбил его. Бейли Цинмяо, в тисках своей любви, была просветлена несколькими словами Инь Ханьцзяна, и действительно оставила свое увлечение и вошла в Дао.

Так называемая судьба уже давно решалась таинственным образом.

Глава 67 - Новые методы

Бейли Цинмяо сказала, что собирается переодеться, но Инь Ханьцзян в итоге прождал у ее двери три дня!

Прождав час, Инь Ханьцзян начал терять терпение, расхаживая взад-вперед по улице. Он хотел распахнуть дверь, но побоялся, что Бейли Цинмяо будет не одета и он что-нибудь увидит.

Инь Ханьцзян изначально не заботился о том, чтобы случайно увидеть женское тело. Для него это была просто кожа. Забудьте о телах без одежды, он видел много тел без плоти в своей жизни. Из двух Защитников секты Сюаньюань один был одет скудно, а другой находил плоть отвратительной. После столь долгого знакомства с этими двумя Инь Ханьцзяну было трудно испытывать хоть какое-то чувство скромности по отношению к противоположному полу.

Как раз в тот момент, когда он собирался пинком открыть дверь, Шу Яньянь, которая последние несколько дней бездельничала где попало, подбежала и с улыбкой блокировала удар Инь Ханьцзяна, встав перед дверью.

-“Не будь таким нетерпеливым, лидер Секты”, - сказала она - “Как ты можешь врываться, когда тебе нравится, к переодевающейся девушке?”

Внешне она выглядела невозмутимой, но внутри она ругалась.

Вэнь Женьхэ только что отправил ей сообщение, в котором говорилось, что Бейли Цинмяо вошла в медитацию, и поскольку Чжунли Цянь был слишком занят, и он действительно не хотел больше беспокоить его, ему нужно, чтобы она пришла и остановила вторжение Инь Ханьцзяна. Если бы Бейли Цинмяо была встревожена, Путь Безразличия, к которому она, наконец, пришла, был бы прерван.

Вэнь Женьхэ хотел выйти на улицу и объясниться, но Инь Ханьцзян получил бы внутренние повреждения, если бы увидел его. Кроме того, даже вечно забывчивый Вэнь Женьхэ научился быть немного более внимательным после того, как заставил своего любовника кашлять кровью и чуть не умереть, признавшись ему, и понял, что если он выйдет из комнаты Бейли Цинмяо, события оригинального сюжета могут повлиять на Инь Ханьцзяна, и его мысли могут пойти в дикие места.

Поэтому он попросил Шу Яньяня, которая была ближе всех к комнатам Цю Конгсюэ, прийти ему на помощь. Что касается того, почему это была не Цю Конгсюэ, которая была еще ближе ... Разве это требовало объяснения?

Когда несколькими днями ранее Шу Яньянь посетила Чжунли Цяня и подняла с пола прядь его волос, она знала, что Вэнь Женьхэ вернулся и оставил Инь Ханьцзяна все еще во главе секты. Само присутствие Вэнь Женьхэ было способно держать секту Сюаньюань в узде, поэтому она сразу поняла, что теперь у нее два босса вместо одного, почувствовав намек на тревогу в своем сердце.

Самое главное, на этот раз Вэнь Женьхэ уточнил, что Шу Яньянь не могла упомянуть, что это было по его приказу, так что Шу Яньянь оказалась в еще более сложном положении. Она начинала понимать, как Чжунли Цянь, будучи практикующим Махаяну, мог терять волосы.

Проведя рукой по своим пышным черным волосам, Шу Яньянь улыбнулась ему и тихо сказала:

-“Ах, лидер секты Инь, ты можешь быть сильным, но тебе не хватает понимания того, что нравится женщинам и о чем они думают”.

Она подошла ближе, наклонилась к его уху и прошептала:

-“Если ты ворвешься и увидишь Бейли Цинмяо неподобающе одетой, как ты думаешь, Достопочтенный будет счастлив?”

Шу Яньянь думала, что Инь Ханьцзян поймет, но он бросил на дверь презрительный взгляд и, подняв голову, надменно сказал:

-“Достопочтенному не нравится Бейли Цинмяо”.

Шу Яньянь: …

Она понимала, что переоценила Инь Ханьцзяна. Увидев, что он самодовольно взглянул на нее и повернулся, чтобы снова пнуть дверь, она поспешила остановить его. Стиснув зубы, она передала:

-“Конечно, я знаю, кто нравится Достопочтенному, но проблема не в том, что ты видишь, как меняется Бейли Цинмяо, а в том, что ты видишь, как меняется кто-то, кроме Вэнь Женьхэ, будь то мужчина или женщина!”

Нога Инь Ханьцзяна уже уперлась в дверь, готовая обрушить всю комнату, но когда он услышал слова Шу Яньяна, его лицо тут же покраснело. Очень медленно он отвел ногу назад. Напрягая лицо и вздернув подбородок, он смотрел на нее сверху вниз, пока передавал.

-“Защитник Шу, как один из столпов этой секты, что… ты говоришь, что я должен делать в этой ситуации?”

Шу Яньянь внутренне закатила глаза, но внешне она была почтительна, когда говорила.

-“Почему бы мне не пойти и не взглянуть, и не попросить Бейли Цинмяо поторопиться? Для этого и должен быть подчиненный, верно?

-“Да” ,- Инь Ханьцзян заложил руки за спину, спокойно поворачиваясь, чтобы Шу Яньянь могла действовать.

Шу Яньянь вошла, повернулась по кругу и вышла обратно.

-“Бейли Цинмяо вошла в транс”.

-”...Она может войти в транс, переодевшись?” ,- сказал Инь Ханьцзян.

-“Откуда мне знать? Если вы просто ворветесь, у нее может быть отклонение ци. Если лидер Секты нетерпелив...”

Она вспомнила свою встречу с Вэнь Женьхэ в его комнате. Вэнь Женьхэ хотел, чтобы она поговорила с Инь Ханьцзяном и попросила его не быть нетерпеливым, но она не должна провоцировать его, на случай, если у него снова будет отклонение ци.

Шу Яньянь наконец поняла, почему такой человек, как Чжунли Цянь, который обычно был раскован, как ветерок, в последнее время выглядел более изможденным. Сначала она думала, что нет ничего, что могло бы поставить в тупик такого умного человека, как Чжунли Цянь. Но, столкнувшись с этой дилеммой, она поняла, что так оно и было на самом деле.

На них оказывали давление два тирана. Вэнь Женьхэ хотел, чтобы она разговаривала с Инь Ханьцзяном, но также хотел, чтобы она была осторожна, использовала деликатные прикосновения, не раздражала его. Он был внимателен только к Инь Ханьцзяну. Он не думал о том, что, когда Лидер Секты Инь наказывал ее, он использовал деликатное прикосновение!

Хорошо, что она была Шу Яньянь, когда-то служившей старому Мастеру Секты, затем Вэнь Женьхэ, а теперь Инь Ханьцзян. Видя, что выражение лица Инь Ханьцзяна становится все мрачнее, она улыбнулась еще более мило и передала:

-“Если лидер Секты Инь нетерпелив, почему бы вам не использовать это время, чтобы изучить некоторые новые техники? ”

-“Этот Господин уже прошел свою скорбь, так какая же техника культивационного мира может быть мне полезна?” ,-холодно сказал Инь Ханьцзян.

-“Не будьте так уверены. Как насчет... ” ,- Шу Яньянь наклонилась ближе к Инь Ханьцзяну и изобразила ртом очень узнаваемую форму.

Кожа Инь Ханьцзяна была бледной, и его эмоции легко отражались на его лице. Его румянец, который только что поблек, мгновенно появился снова. Он повернулся, взмахнув рукавом, пряча лицо, и когда Шу Яньянь в следующий раз смогла разглядеть его отчетливо, на нем была маска.

-“Этот Господин, возможно, уже силен, но нет ничего плохого в том, чтобы изучить еще несколько техник”, - сказал он.

Под маской его голос звучал ровно.

-“Бейли Цинмяо все равно нужно немного помедитировать в одиночестве, так что этот Господин мог бы также посмотреть, сможет ли он скоротать время с твоими техниками”.

Шу Яньянь: …

Продолжай притворяться! У этого Защитника так много приемов, что вы не сможете освоить их и за год! Я не просто научу им вас, я научу им Вэнь Женьхэ, и после того, как вы уединитесь друг с другом на тридцать или пятьдесят лет, секта Сюаньюань будет принадлежать мне!

Мысленно обругав его, Шу Яньянь с все еще совершенно почтительным выражением лица пригласила Инь Ханьцзяна на свою территорию для выращивания, где она целых три дня обучала его своим техникам.

Бейли Цинмяо уже заложила основы Пути Безразличия. Божественная природа просто использовала ее в своих интересах каждый раз, когда она переживала скорбь, подавляя принципы, которые она только что просветила. С помощью божественной крови, а также Вэнь Женьхэ, Инь Ханьцзян, Цю Конгсюэ и Чжунли Цянь она поняла все в мгновение ока. Через три дня она осознала великие принципы, и признаки ее просветления остались в ее глазах после того, как она вышла из транса. Она продвинулась прямо к стадии Границы Пустоты, всего в одном шаге от Махаяны.

-“Глядя на тебя, кажется, что скорбь по продвижению от Единства Тела к Границе Пустоты никак на тебя не повлияла”, - сказал Вэнь Женьхэ, довольный.

-“Благодаря руководству старшего Вэня мое сердце теперь как тихая вода”, - спокойно сказала Бейли Цинмяо.

-“Тогда у этого Почтенного есть еще одна просьба”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Пока ты идешь в секту Шанцин, этот Почтенный желает одолжить твое тело, чтобы войти вместе с тобой”.

Инь Ханьцзян был поражен внутренними демонами. Он мог быть могущественным, но у секты Шанцин был свой Колокол Лунного Бассейна и Кровавый Демон, поэтому Вэнь Женьхэ боялся, что где-нибудь на этом пути могут возникнуть осложнения. Ему было не по себе оттого, что Инь Ханьцзян шел один, но если бы они оказались лицом к лицу, Инь Ханьцзян был бы измучен тем, что не мог отличить его от иллюзий. Учитывая все это, лучшим способом было завладеть телом Бейли Цинмяо, чтобы последовать за Инь Ханьцзян. Если что-то пойдет не так, он сможет тайно помочь.

В прошлом Бейли Цинмяо никогда бы не согласилась. Ей было достаточно трудно действовать против Хэ Вэньчжао, не говоря уже о том, чтобы позволить Вэнь Женьхэ использовать ее тело.

Однако теперь ее мысли были другими. Хэ Вэньчжао был препятствием на пути ее Безразличия. После стольких хлопот она, наконец, поняла этот путь, так что было бы плохо, если бы она снова увидела его и впала в старые ошибки. С помощью этого плана старшего Вэня можно было успокоится, и уберечь свое сердце от потрясений, так что это был идеальный метод.

-“Естественно, никаких проблем нет. На самом деле, я должна поблагодарить своего старшего ” -

техника владения Вэнь Женьхэ больше не работала так же, как у культиватора крови. Он уже воспользовался нападением Кровавого Демона, чтобы сбежать из тела кровавого культиватора, и теперь его душа состояла из энергии хаоса. Изначальный хаос был единственной силой во вселенной до разделения неба и земли, поэтому все материальные вещи произошли от него. Он мог сливаться с чем угодно без следа, незаметный до такой степени, на которую Кровавый Демон был не способен.

Таким образом, тем, кто вышел из комнаты, была не Бейли Цинмяо, а Вэнь Женьхэ в ее тело. Он знал, что Инь Ханьцзян все еще затаил обиду на события первоначального сюжета, поэтому решил не говорить ему, что он овладел Бейли Цинмяо. Они просто съездили бы в секту Шанцин и вернулись, так что ему не нужно было раскрывать себя.

Инь Ханьцзян уже вернулся после завершения обучения Шу Яньяня. С большим усилием он подавил румянец на своем лице своей духовной энергией и снял маску, холодно сказав Бейли Цинмяо:

-“Ты, конечно, потратила время этого Господина впустую и заставила его ждать тебя. Поторопись и отправляйся в путь. Чем быстрее мы доберемся туда, тем быстрее вернемся.”

Он надел шкуру Яо Цзяпина и улетел, не сказав больше ни слова Бейли Цинмяо.

Вэнь Женьхэ вообще не умел выдавать себя за других людей, поэтому, видя, что Инь Ханьцзян не нуждается в ответе, молча последовал за ним.

Инь Ханьцзян мог бы сопровождать Бейли Цинмяо во время полета, но после изучения техники Шу Яньяня у него появилось некоторое отвращение к прикосновению к чужой коже. Например, когда Инь Ханьцзян убивал людей, у него не было проблем с тем, чтобы хватать их за шеи или вырывать сердца голыми руками, но, узнав о некоторых из этих приемов, когда Инь Ханьцзян нападет на людей в будущем, он может обернуть веревки вокруг их шеи или нанести удар в сердце с оружием, предпочитая иметь барьер.

Если бы вы хотели взять кого-то с собой в мгновение ока, вы бы завернули его в свое тело, или в полете с мечом, Бейли Цинмяо пришлось бы сидеть на Армейском Сокрушительном Шипе, а Инь Ханьцзян не хотел ни того, ни другого. Он мог только идти вперед и ждать, пока Бейли Цинмяо медленно догонит его.

Вспышка света Вэнь Женьхэ была быстрой, но если он притворялся Бейли Цинмяо, он не мог двигаться с такой скоростью. На Границе Пустоты ей потребовалось бы полдня, чтобы добраться от секты Сюаньюань до секты Шанцин, и он также не мог достать Переливающийся Шелк Кровавого Пламени, который она очистила из божественной крови, потому что божественная кровь заставила бы Вэнь Женьхэ обрести материальную форму и не смог бы обладать ею.

Он мог лететь только медленно, сдерживая свою скорость. Увидев, как Инь Ханьцзян исчезает вдали, он подумал, что это был не тот способ, которым он хотел сопровождать его.

Пролетев около двух часов, он увидел, как Инь Ханьцзян в облике Яо Цзяпина летит обратно. В ярости он сказал:

-“Ты слишком медлительна! Этот Господин ждал в чайном домике целый час!”

Вэнь Женьхэ пытался придумать объяснение, когда увидел, как Инь Ханьцзян достает из своего серебряного пояса для хранения небесную шелковую веревку. Он мог менять длину по желанию и использовался для захвата людей в секте Сюаньюань. Инь Ханьцзян ранее оттащил назад дюжину или около того отбросов праведных сект, опутанных этой веревкой.

-“Держи…” .-Бейли Цинмяо только открыла рот, когда Инь Ханьцзян завернул ее в сверток так, чтобы не было видно кожи.

Он поднял ее на плечи и направился обратно в секту Шанцин.

После того, как они прибыли, Инь Ханьцзян с холодным раздражением поднял веревку и бросил Бейли Цинмяо.

Вэнь Женьхэ аккуратно развернулся в воздухе и умудрился не ударить лицом в грязь.

Приземлившись на обе ноги, он сказал Инь Ханьцзяну:

- “Ты мог бы просто взять меня на свой меч. Какая в этом была необходимость?”

-“Этот Господин не должен иметь с тобой тесного контакта” ,-Инь Ханьцзян холодно взглянул на Бейли Цинмяо - “Не ожидай, что этот Господин будет обнимать тебя всю дорогу”.

-“Ты...” ,- Вэнь Женьхэ хотел что-то сказать, но вспомнил, как в оригинальной истории его всегда описывали как держащего Бейли Цинмяо в своих объятиях всю дорогу, пока он летел — это была прямая цитата.

У Инь Ханьцзяна, похоже, все еще были проблемы с оригинальной историей.

Вэнь Женьхэ подумал, что Инь Ханьцзяну не понравилось, как он любил Бейли Цинмяо в оригинальной книге, поэтому плохо обращался с ней, но он не знал, что Инь Ханьцзян был в ярости из-за чего-то другого. Его Господин так хорошо относился к Бейли Цинмяо, но все, о чем она думала, был Хэ Вэньчжао. Она была никчемной!

Человек, которому было предано его сердце, был выброшен, как старый башмак, так как же он мог не прийти в ярость?

Так что теперь, несмотря на то, что этих событий никогда не было и никогда не могло быть, Инь Ханьцзян все еще чувствовал… неописуемое отвращение к Бейли Цинмяо.

С холодным раздражением он использовал очищающее заклинание на своих руках, затем схватил Бейли Цинмяо за рукав, чтобы вытереть их.

Вэнь Женьхэ : …

После того, как они достигли секты Шанцин, Инь Ханьцзян немного сдержался. В конце концов, он должен был быть Яо Цзяпином.

Перед отъездом Яо Цзяпина Хэ Вэньчжао дал ему талисман для обмена сообщениями. После того, как он спас Бейли Цинмяо и вернулся в секту Шанцин, все, что нужно было сделать Яо Цзяпину, это щелкнуть им, и Хэ Вэньчжао откроет палаты и поприветствует их.

Инь Ханьцзян щелкнул талисманом. Хэ Вэньчжао, увидев, что это действительно были Яо Цзяпин и Бейли Цинмяо за пределами палаты, с энтузиазмом открыл ее и пригласил их войти. Поблагодарив Яо Цзяпина, он обнял Бейли Цинмяо и сказал:

-“Шимэй, я не хотел причинять тебе боль...”

Прежде чем он успел закончить, Яо Цзяпин оттолкнул его ногой.

Ударив его ногой, Инь Ханьцзян бросил взгляд на Бейли Цинмяо, думая: "После того, как ты отвергла моего Почтенного, ты позволила этой штуке обнять тебя?"

Вэнь Женьхэ : …

Автору есть что сказать:

Чжунли Цянь: Защитник Шу, это кажется неуместным.

Шу Яньянь: Я так не думаю, они поблагодарят меня позже!

Вэнь Женьхэ после двойного совершенствования: Защитник Шу, хотя ты действительно смело… Вы проделали хорошую работ, этот Достопочтенный хотел бы поблагодарить вас.

Инь Ханьцзян после двойного совершенствования: Последний метод сердца недостаточно искусен, Защитник Шу должна больше объяснить этому Почтенному,…… заранее благодарю вас.

Чжунли Цянь: …………

Шу Яньянь: Посмотрите на это, группа натуралов ничего не могут сделать без этой старой леди!

Глава 68 - Сокровищница

Инь Ханьцзян сильно ударил его ногой. Он немного сдержал свою силу, так как Яо Цзяпин был странствующим бессмертным, так что ему приходилось играть эту роль. Однако на самом деле он не вкладывал в это дело всю душу.

Однако Хэ Вэньчжао был всего лишь на Границе Пустоты, и с полностью ослабленной защитой он никак не мог противостоять атаке со всей силой блуждающего бессмертного. Если бы Кровавый Демон не использовал духовную энергию, чтобы защитить его, удар Инь Ханьцзяна мог бы разрушить его органы. Кровавый Демон действительно ценил Хэ Вэньчжао как носителя с потенциалом вознесения, чтобы он мог поглощать более могущественных людей в царстве бессмертных.

-“Что ты делаешь?!” ,- сказал Хэ Вэньчжао, поднимаясь на ноги.

Он был близким другом Яо Цзяпина. Яо Цзяпин ранее спас Мастера Секты, а позже, тронутый чувствами Хэ Вэньчжао к Бейли Цинмяо, согласился внедриться в секту Сюаньюань, чтобы спасти ее. Эксцентричность Яо Цзяпина была хорошо известна во всем мире культивирования, но он всегда был предан Хэ Вэньчжао. С Хэ Вэньчжао никогда раньше так не обращались, и он был в ярости.

Это было слишком много - просить Инь Ханьцзяна вести себя как Яо Цзяпин. Подражание просто было не в его натуре. К счастью, прочитав "Бог уничтожения: том 2", он выучил крылатые фразы и манеру речи Яо Цзяпина, поэтому процитировал строчку из книги.

-“О, я просто не могу видеть, как вы двое ведете себя так нежно друг с другом”.

Яо Цзяпин был таким извращенным человеком в книге. Каждый раз, когда пара влюбленных умоляла его о помощи, он устраивал им особенно неприятные времена. Он дал бы им два варианта: либо женщина отдаст ему свое тело, либо они откажутся от того, что было самым важным. Когда Бейли Цинмяо привела к нему Су Хуай, он хотел, чтобы она отдала свою Зарождающуюся Душу или свое тело. Когда Хэ Вэньчжао путешествовал, он также привез к себе госпожу Гунси.

Он ясно сказал ему, что он и госпожа Гунси были всего лишь знакомыми, а также не мог позволить ему лишить девушку невинности, поэтому согласился стать подопытным для Яо Цзяпина.

После спасения госпожи Гунси Яо Цзяпин целый месяц мучил Хэ Вэньчжао. Хэ Вэньчжао стиснул зубы и терпел это все время, даже когда ему повезло и он добился прорыва, увеличив свое совершенствование благодаря лекарствам, которые Яо Цзяпин испытал на нем. Интерес Яо Цзяпина к Хэ Вэньчжао был задет, и он также был тронут его рыцарством, так что они стали хорошими друзьями.

Хэ Вэньчжао познакомился с Яо Цзяпином во время тридцатилетнего отсутствия Бейли Цинмяо, и к настоящему времени они были друзьями уже двадцать лет. Он никогда бы не подумал, что Яо Цзяпин однажды скажет ему те же слова, что и культиваторам, которые ему не нравились.

Вспомнив привычки Яо Цзяпина, он немедленно повернулся к Бейли Цинмяо и сказал:

-“Шимэй, он ничего тебе не сделал, не так ли?”

Думая о ценах, которые Яо Цзяпин брал за свое лечение, он увидел, каким здоровым выглядел Бейли Цинмяо. Она была так тяжело ранена в Кровавом Аду, но теперь она полностью восстановилась…

Очень неприятная мысль пришла в голову Хэ Вэньчжао. Его лицо побледнело, он отступил на несколько шагов назад, качая головой.

-“Нет, этого не может быть”.

Инь Ханьцзян не заботился о том, куда направились мысли Хэ Вэньчжао. Он пришел сюда с одной целью — захватить Хэ Вэньчжао. Прямо сейчас они были прямо рядом с отрядом секты, и Хэ Вэньчжао был один, так что, пока они усмиряли Кровавого Демона, они могли унести его прямо сейчас. В секте в массивы было трудно войти, но легко выйти, так что никто не смог бы остановить его и “Бейли Цинмяо”.

Инь Ханьцзян не был заинтересован в том, чтобы впутываться в отношения Бейли Цинмяо и Хэ Вэньчжао. Он хотел схватить Хэ Вэньчжао и уйти как можно скорее, чтобы он мог вернуться раньше для своего следующего Общения с Душой.

Силы Армии Сокрушающей Шипа, может быть недостаточно, чтобы мгновенно подчинить Кровавого Демона, поэтому ему нужно будет вытащить Пылающий Небесный Барабан. Иллюзии, которые видел Инь Ханьцзян, были вызваны не только его внутренними демонами, но и Пылающим Небесным Барабаном. Внутренние демоны были способны только нарушить рациональность Инь Ханьцзяна. Это был Пылающий Небесный Барабан, который заставил их проявиться как фантомы.

Используя первоклассный бессмертный артефакт без достаточной мощности, было естественно, что человек столкнется с негативной реакцией. Инь Ханьцзян оценил негативную реакцию, которую вызовет Пылающий Небесный Барабан, и решил, что справится с этим, поэтому тайно раскрыл руки, сформировав печати для управления барабаном внутри рукавов.

В этот момент прибыл Мастер секты Шанцин и, увидев Яо Цзяпина, с энтузиазмом приветствовал его.

-“Когда я увидел, как Вэньчжао открыл секту, я догадался, что это для возвращения господина Яо. Время господина Яо выбрано безупречно. Пожалуйста, пройдите сюда”.

При виде Мастера Секты кожа на лице Инь Ханьцзяна дернулась. Оба его врага были перед ним. Он был в диком восторге, почти не в силах удержать кожу, которую носил, на месте.

Вэнь Женьхэ быстро схватил Инь Ханьцзяна за руку, боясь, что он будет действовать не подумав. Когда он в прошлый раз проник в секту Шанцин, используя тело Лю Синье, он смог вынести это и сдержать свое отвращение к встрече с Хэ Вэньчжао. Если бы Хэ Вэньчжао был здесь один, он и Инь Ханьцзян могли бы просто работать вместе, чтобы захватить его и быстро уйти.

Но теперь прибыл Мастер Секты, и они были на вражеской территории и не знали, сколько карт у секты Шанцин в рукаве, поэтому они не могли действовать опрометчиво в это время.

Увидев, как “Бейли Цинмяо” добровольно потянулся к руке “Яо Цзяпина”, Хэ Вэньчжао так разозлился, что у него чуть не потекла кровь из глаз. Тем не менее, Яо Цзяпин сбросил ее руку, надменно взглянув на нее и процитировав еще одну строчку из Бог Уничтожения: Том 2.

-“Ты думаешь, что мог бы сравниться с моей Сяо И?”

В то же время он передал: “Я знаю, что ты имеешь в виду. У этого Господина есть другие применения для Мастера Секты Шанцин, так что сейчас неподходящее время, чтобы уничтожить обоих сразу.”

Он глубоко вздохнул и, сумев успокоиться, напрягся и посмотрел на Мастера Секты.

-“Раз вы так беспокоитесь, я полагаю, у вас есть пациент для меня?”

-“Да, именно так” ,- Мастер Секты не обращал внимания на напряженную атмосферу между Бейли Цинмяо, Яо Цзяпином и Хэ Вэньчжао.

Ему было стыдно за свои действия по отношению к Бейли Цинмяо, и он не хотел вмешиваться в отношения своих младших товарищей, поэтому он мог только играть вслепую. Он сказал Яо Цзяпину:

-“Секта Шанцин уже в неоплатном долгу перед господином Яо за спасение одного из своих учеников из секты Сюаньюань, так что мы действительно не в том положении, чтобы просить о большем одолжении, но жизнь Цин Юэ сейчас в опасности! Никто, кроме господина Яо, не мог спасти его! Независимо от того, добьетесь вы успеха или нет, пока вы готовы помочь ему, секта Шанцин пройдет через рай и ад, чтобы выполнить любую просьбу господина Яо в будущем, если это не предаст наши принципы. ”

Инь Ханьцзян слегка приподнял бровь. Забудьте о будущем, очень скоро у него будет просьба к секте Шанцин, и им не придется ни предавать свои принципы, ни проходить через рай и ад — это была очень незначительная просьба.

В таком случае, не было никаких причин, по которым он не мог бы немного пошалить.

Инь Ханьцзян кивнул.

-“Конечно. Отведи меня туда.”

Он послушно сел в летающую лодку вместе с Мастером Секты, Бейли Цинмяо следовала за ним по пятам. Видя, что его шимей повсюду следует за Яо Цзяпином, даже не удостоив его взглядом, Хэ Вэньчжао был настолько зол, что чуть не нанес себе внутренние повреждения.

Мастер Секты бросил на Хэ Вэньчжао предупреждающий взгляд. “Поторопись”.

Его ученик был хорош во всех отношениях, просто он был слишком свободен с женщинами. Он прекрасно понимал, что, хотя Хэ Вэньчжао был женат на Лю Синье, он вел себя искренне с любовницей Гунси, был близок с несколькими своими семьями и все еще любил Бейли Цинмяо.

Если бы он не сделал всех этих женщин счастливыми и не предотвратил возникновение каких-либо неприятностей, а также не был достаточно силен, чтобы стать будущей опорой секты Шанцин, Мастер Секты давно бы сделал ему выговор.

Прямо сейчас он мог только смотреть в другую сторону.

Секта Шанцин в долгу перед Яо Цзяпином, который когда-то лечил Мастера Секты, а теперь его попросили вылечить старейшину Цин Юэ, так как же Хэ Вэньчжао мог враждовать с ним из-за женщины?

Выслушав предостережение своего учителя, Хэ Вэньчжао сдержал свое недовольство, сжав кулаки и поклявшись, что никогда не забудет, как Яо Цзяпин украл его девушку. После того, как это лечение будет закончено, он собирался встретиться с ним лицом к лицу. Пообещать спасти свою возлюбленную, а потом расстаться с ней — разве это было хорошим братским поведением? Он и его шимей были влюблены друг в друга с детства, они выросли вместе, так как же Яо Цзяпин мог встать между ними?

Инь Ханьцзян, очевидно, не разбирался в медицине. Он планировал просто подыграть, хотя и знал, какую травму получила этот Цин Юэ.

Подойдя к боковой комнате, он взглянул на старейшину Цин Юэ, с седыми волосами и лицом, покрытым морщинами и пигментными пятнами, и притворился, что проверяет его пульс, пока Мастер Секты все ему объяснял.

-“Полтора года назад, во время битвы в Кровавом Аду, новый Лидер секты Сюаньюань пожертвовал своей жизнью и столкнулся с небесной скорбью, чтобы использовать бессмертный артефакт, преследуя Вэньчжао и меня обратно в секту. Мы вовремя скрылись за защитными чарами, но этот человек попытался использовать Горящий Небесный Барабан, чтобы сломать систему. Чтобы защитить секту Шанцин, Цин Юэ-шиди использовал наш защитный бессмертный артефакт, Колокольчик Лунного Бассейна, из-за чего его духовная сущность была истощена и пострадала от ответной реакции. Теперь он страдает от пяти спадов, и хотя мы использовали эликсиры и лекарства, чтобы продлить его жизнь, этого уже недостаточно, и его жизнь вот-вот иссякнет ”.

Так это он встал на пути Инь Ханьцзяна в тот день… Инь Ханьцзян посмотрел вниз на лицо Цин Юэ, думая, что карма работает таинственным образом. Вот-вот перегорит? Не волнуйся, он заставит его гореть действительно очень ярко, как только превратит его в ламповое масло.

Эта поездка в секту Шанцин была похожа на вход в сокровищницу. Все, с кем он сталкивался, были теми, на кого он затаил обиду — просто ему слишком повезло.

Кожа на лице “Яо Цзяпина” снова скривилась. Это выглядело так, как будто мышцы под ним улыбались, в то время как кожа не двигалась, создавая леденящий эффект.

Увидев выражение его лица, Мастер Секты забеспокоился.

-“Не может быть, чтобы даже господин Яо не мог вылечить это? О, шиди, твой шисюн причинил тебе вред!”

Чтобы продемонстрировать достоинство Мастера Секты, он намеренно выглядел как мужчина средних лет, с черными волосами и длинной бородой, как у бедного чиновника, популярный образ в мире смертных. Слезы потекли из его глаз, когда он опустился на колени рядом с Цин Юэ, тихо всхлипывая.

Бейли Цинмяо бросила взгляд на Цин Юэ и передала Инь Ханьцзяну: “Есть способ”.

Поскольку Вэнь Женьхэ использовал тело Бейли Цинмяо для отправки передачи, голос все еще принадлежал Бейли Цинмяо. Ранее он изучал воспоминания Яо Цзяпина, поэтому знал, что лекарство существует.

“Практикующий Махаяну должен быть готов передать всю свою духовную сущность, после чего вводятся эликсиры, способные вернуть пациенту Единство Тела. Однако они всегда будут оставаться в Единстве Тела и никогда не смогут продвинуться вперед. Существует также второй метод - поиск травы с пятью агрегатами. Пять падений затрагивают всех существ, от вознесенных богов до мельчайших насекомых, и всем вещам суждено пройти это испытание, кроме изначальных богов, рожденных вместе с космосом. Совершенствование способно только отсрочить эту участь. Только Трава Пяти Совокупностей, взращенная небесами и землей, может вылечить пять падений, но это сокровище божественного царства, и многие вознесенные боги хотят заполучить его в свои руки ”.

Инь Ханьцзян бросил взгляд на Бейли Цинмяо. Какой смысл было упоминать о том, чего они не могли получить?

“У меня есть это”, - передала Бейли Цинмяо.

В оригинальном сюжете Бейли Цинмяо наткнулась на маленькое изначальное царство и получила его, естественно, отдав его Хэ Вэньчжао. Трава Пяти Совокупностей была привлечена ее изначальной божественностью, так что на этот раз, даже несмотря на то, что Хэ Вэньчжао не нуждался в ней, она все равно нашла ее за тридцать лет своих путешествий. Она, Чжунли Цянь, Цю Конгсюэ и Су Хуай - все они не смогли идентифицировать его, только зная, что это нечто, принадлежащее божественному царству, поэтому они скрывали это все это время.

“Не разрушай мои планы”, - передал Инь Ханьцзян.

Он повернулся, чтобы посмотреть на единственного культиватора Махаяны секты Шанцин, Мастера Секты, и приятно улыбнулся.

-“Есть один способ”.

Он никогда не упоминал о Траве Пяти Совокупностей, упоминая только первый метод. Затем он сказал:

-“Я могу научить вас методу переноса и усовершенствовать дополнительные эликсиры для вас. Хотите ли вы обменять практикующего Махаяну на практикующего Единство Тела, который никогда не продвинется вперед и все еще будет испытывать пять падений спустя пятьсот лет, это зависит от вас ”.

-“Это...” ,- Мастер Секты Шанцин был потрясен - “Разве нет другого способа?”

-“Даже вознесенные боги не могут избежать пяти падений, так что же я, блуждающий бессмертный, могу сделать?” ,- Инь Ханьцзян небрежно уселся в кресло и равнодушно посмотрел на Мастера Секты - “Это твое решение, хочешь ты спасти его или нет. Что касается моей цены, не нужно ждать будущего” ,- Инь Ханьцзян взглянул на Хэ Вэньчжао и радостно улыбнулся.

Надев перчатку, он схватил Бейли Цинмяо сзади за шею и обратился к Хэ Вэньчжао:

-“Как насчет того, чтобы отдать ее мне?”

Автору есть что сказать:

Инь Ханьцзян: Ламповое масло повсюду, я так счастлив! Я ничего не могу с собой сделать, но хочу устроить фейерверк, чтобы отпраздновать это событие, так с чего же мне начать?

Вэнь Женьхэ: Успокойся! Успокойся!

Глава 69 - Окруженный слухами

Высокое положение элитного целителя, презрение к другим, так называемая преданность своей Сяо И и презрение к другим женщинам составляли характер Яо Цзяпина. Инь Ханьцзян не был особенно хорошим актером, но вместе с тем, что Вэнь Женьхэ передавал ему методы лечения, он мог сыграть эту роль достаточно хорошо.

Видя, как Бейли Цинмяо все еще вела себя так послушно, даже несмотря на то, что Яо Цзяпин схватил ее, Хэ Вэньчжао дрожал от ярости. Указывая пальцем на Яо Цзяпина, он сказал:

-“Я не могу поверить, что после того, как я относился к тебе как к хорошему другу и названому брату, ты так поступил со мной! К тому же, твое сердце привязано к твоему Сяо И, так зачем тебе моя шимей?”

-“О”, - медленно произнес Инь Ханьцзян, наслаждаясь выражением лица Хэ Вэньчжао.

Он схватил платье Бейли Цинмяо и вытер им руку, которой только что коснулся старейшины Цин Юэ.

-“Эта женщина может подойти на роль тряпки”.

-“Шимей! Ты счастлива, что с тобой так обращаются?” ,- крикнул Хэ Вэньчжао Бейли Цинмяо.

Если бы эту роль играла Шу Яньянь, в этот момент она, вероятно, плакала бы, не в силах говорить, разыгрывая беспрекословное представление чистосердечной девушки, вынужденной опозорить себя ради своей секты. Однако очень жаль, что здесь был Вэнь Женьхэ. Наблюдая, как Инь Ханьцзян играет роль Яо Цзяпина, он увидел другую сторону этого человека.

Он больше не горевал, но все так же безудержно.

Так вот в чем была истинная природа Инь Ханьцзяна. Он... действительно не подходил для того, чтобы быть мастером меча. Культиватор меча должен был быть смелым в начале и сдержанным позже, пока он не достигнет той точки, когда он сам по себе станет мечом, чтобы клинок был скрыт в каждом его движении и взгляде. Инь Ханьцзян был только смелым, поэтому он быстро продвинулся на ранних стадиях, но застрял на Границе Пустоты. И все же, когда он отказался от меча, он мгновенно прорвался к вершине Махаяны.

Вэнь Женьхэ одновременно подумал, что он встал на пути роста Инь Ханьцзяна, и почувствовал, что это было довольно освежающее зрелище. Видя, как Инь Ханьцзян надел перчатку, чтобы схватить Бейли Цинмяо за шею, он казался таким вежливым и милым, так как же Вэнь Женьхэ мог изобразить принуждение?

Вэнь Женьхэ мог только поднять рукав, чтобы скрыть улыбку, которую он не мог сдержать, отворачивая голову в сторону и притворяясь слишком пристыженным, чтобы позволить Хэ Вэньчжао увидеть его лицо, хотя внутри он улыбался.

Ему с трудом удавалось оставаться в образе. Хэ Вэньчжао считал, что Бейли Цинмяо была сломлена после жестокого обращения, считая, что она недостойна его и не может смотреть прямо на него.

-“Яо Цзяпин, это знаменует конец нашего…”

Прежде чем Хэ Вэньчжао успел закончить, Мастер Секты встал перед ним, взмахнув рукавами, и поклонился Яо Цзяпину.

-“Мой шиди получил эту травму, спасая Вэньчжао и меня, поэтому я должен отплатить ему тем же. Даже если я смогу дать ему всего пятьсот лет жизни, он все же может найти возможности для продвижения. Как единственный практикующий Махаяну в секте Шанцин, естественно, мне выпало спасти моего шиди”.

Мастер Секты посмотрел на Бейли Цинмяо и, немного подумав, сказал:

-“Что касается цены господина Яо, по моему скромному мнению, Бейли Цинмяо неприемлема. Она ученица секты Шанцин, и даже если раньше она шла по неверному пути, секта Шанцин не может отдать ее как предмет. Я наблюдал, как росла Бейли Цинмяо. Она добрая и чистосердечная девушка, и даже если она немного доверчива, она никогда не совершит ничего аморального. Если господину Яо понадобится подопытный или тряпка, этот скромный даос сделает все, что в его силах, но Бейли Цинмяо не может быть отдана”.

Услышав его слова, Инь Ханьцзян и Вэнь Женьхэ снова протрезвели. Инь Ханьцзян от природы был мрачным и немного порочным, но он с юности находился под влиянием Вэнь Женьхэ и одобрял людей, которые могли отдать свою жизнь, чтобы защитить других. Конечно, если бы он не знал, что Вэнь Женьхэ все еще жив, он бы не проявил никакого милосердия, независимо от того, насколько он одобрял кого-то. Знание о выживании Вэнь Женьхэ сильно смягчило Инь Ханьцзяна.

Он встал.

-“Какая польза от испытуемого по созданию Фонда? И то, зачем мне нужна Бейли Цинмяо — это не значит, что у меня нет тряпок. Это была просто шутка. Что касается моей цены ... Мы можем поговорить после лечения ”.

Инь Ханьцзян записал способ передачи и рецепт лекарства. Лекарственные ингредиенты были обычными, так что в запасах секты Шанцин их было предостаточно. Они могли начать очищать эликсиры в любое время, но на это ушло бы от трех до пяти дней, в течение которых “Яо Цзяпин” должен был присматривать за этим. Инь Ханьцзян, естественно, ничего не знал об очистке эликсиров. “Бейли Цинмяо” выписал рецепт, поэтому он сделал Бейли Цинмяо своим помощником, помогая ему раздувать огонь.

Мастер Секты, получив технику и рецепт, относился к ним как к сокровищам. Он сидел у постели Цин Юэ, говоря со слезами радости:

-“Шиди, для тебя есть надежда!”

-“Шисюн...” ,- Старейшина Цин Юэ протянул руку, бессильно схватив рецепт и пытаясь разорвать его.

-“Ты не можешь этого сделать. У вас есть надежда на восхождение. Ты не должен тратить на меня свои дары. К тому же, ты все еще нужен секте.”

Мастер Секты решительно сказал:

-“Шиди, некоторые обмены нельзя оценивать с точки зрения ценности. Это мое желание спасти тебя. Даже если я дойду до стадии Создания Фонда и мое будущее совершенствование будет трудным, это не будет невозможно. Что касается секты, Вэньчжао уже вырос, и я могу быть спокоен, предоставив это ему ”.

“Яо Цзяпин” безучастно наблюдал за происходящим сбоку. Плоть под его кожей дернулась один раз, выражение его лица потемнело.

Цин Юэ нужно было принять некоторые лекарства, прежде чем он сможет противостоять технике переноса, поэтому Яо Цзяпин проведет следующие несколько дней, готовя эликсиры. Он запретил другим людям входить и установил заграждение снаружи комнаты, запершись с Бейли Цинмяо.

Многие слухи о Бейли Цинмяо уже распространились по секте. Вернувшись в свою комнату, Хэ Вэньчжао обругал Яо Цзяпина, что было подслушано Лю Синье. Она продолжила распространять новости о Байли Цинмяо и Яо Цзяпине внутри секты, сказав, что она не только взяла Защитника секты Сюаньюань Цю Конгсюэ в качестве мастера, но также научилась искусству выщипывания и пополнения у Правого Защитника Шу Яньяня и совершенствовалась вместе с Яо Цзяпином, чтобы получить власть. После этого Яо Цзяпин обошелся с ней как с тряпкой и выбросил.

Ходили и другие слухи, что Бейли Цинмяо так быстро повысила свою самосовершенствование, потому что за свои тридцать лет путешествий она много раз занималась двойным самосовершенствованием с Чжунли Цянь, и она даже не отказалась от своего молодого ученика Су Хуая. Другие люди говорили, что Бейли Цинмяо была совершенно здорова, несмотря на то, что ее связывающее оружие было сломано, потому что она получила благосклонность от двух последовательных лидеров секты Сюаньюань во время ее пребывания.

Всего за два дня Бейли Цинмяо была расценена в секте как женщина, которая переспит с кем угодно. Мишенями слухов, помимо Яо Цзяпина, оказались Вэнь Женьхэ, Чжунли Цянь, Инь Ханьцзян и Су Хуай, четыре любовных увлечения Оскорбительного Романа.

В оригинальной истории Лю Синье также распускала подобные слухи, чтобы разрушить отношения Хэ Вэньчжао и Бейли Цинмяо. Хэ Вэньчжао долгое время неправильно понимал ее и игнорировал каждый раз, когда она пыталась объяснить, какое-то время ужасно обращался с ней.

По мере распространения слухов Инь Ханьцзян и Бейли Цинмяо сосредоточились на очистке эликсиров.

В основном всю работу выполняла Бейли Цинмяо. Инь Ханьцзян сидел на стуле в медицинском зале, держа в руках "Бог Уничтожения: том 2" и размышляя.

Он пытался придумать способ сделать жертвой передачи Хэ Вэньчжао.

Для передачи требовался культиватор Махаяны, так что Хэ Вэньчжао был недостаточно силен. Но Инь Ханьцзян увидел, что у него появились признаки прорыва. Когда он столкнулся лицом к лицу с Яо Цзяпином, тот был в такой ярости, что чуть не бросился вперед на месте.

В Бог Уничтожения Том 2 каждый раз, когда Бейли Цинмяо похищали, у Хэ Вэньчжао случался прорыв до или во время боя. Преисполненный праведного гнева из-за своей женщины, он одержал бы проигрышную победу. Прямо сейчас, если бы он попытался сразиться с блуждающим бессмертным Яо Цзяпином на Границе Пустоты, разница была бы слишком велика даже для аутсайдера. Если бы он поднялся до Махаяны, у него была бы какая-то надежда.

И в Махаяне он мог участвовать в передаче.

Если Хэ Вэньчжао падет до Основания, Мастеру секты Шанцин придется беспомощно наблюдать, как будущая опора его секты будет разрушена, а старейшина Цин Юэ проживет остаток своей жизни в сожалениях, тогда это звучало веселее, чем убивать всех подряд.

Мастер Секты Шанцин и Старейшина Цин Юэ оба были закоренелыми праведными культиваторами, поэтому, даже если бы они были убиты демоническими культиваторами, они бы умерли счастливо, отдав свои жизни за праведный путь, поэтому в их убийстве не было никакого развлечения. Было бы лучше видеть, как они страдают.

Инь Ханьцзян поправил кожу на своем лице, так что кожа Яо Цзяпина улыбнулась вместе с ним.

Вэнь Женьхэ, наблюдающий за ним со стороны: …

Самыми сложными частями очистки эликсиров были разжигание огня и извлечение эликсиров, в то время как сам процесс был простым, требовалось только поддерживать огонь. Вэнь Женьхэ был занят только поначалу разжиганием огня, а остальные два дня провел без дела.

Инь Ханьцзян нечего было сказать Бейли Цинмяо, пока они были вместе. Один остался внутри, а другой снаружи, не имея ничего общего друг с другом. Когда Инь Ханьцзян не обращал внимания, Вэнь Женьхэ использовал печь с эликсиром, чтобы блокировать зрение Инь Ханьцзяна, когда он читал свою книгу.

Когда он читал, он блокировал сознание Бейли Цинмяо, чтобы она не могла видеть содержание книги, чтобы читатели не знали, что один из персонажей, которых они читали, знал, что они были в книге.

Комментарии Бог Уничтожения были едины в том, чтобы предать автора огню. Никто и представить себе не мог, что Бейли Цинмяо, которая всегда считалась частью гарема Хэ Вэньчжао, была похищена его названым братом. Многие читатели ушли, испытывая отвращение к этой сюжетной линии NTR, в то время как многие остались, сказав, что, поскольку им не нужно платить за доработку, они могут также дочитать до конца и посмотреть, чем еще эта история может оскорбить главного героя.

Читатели "Оскорбительного романа" видели точку зрения Бейли Цинмяо насквозь и знали, что Яо Цзяпин был переодетым Инь Ханьцзяном, а Вэнь Женьхэ контролировал тело Бейли Цинмяо. Сама главная героиня знала обо всем, что произошло, но не могла вмешаться. Все, что происходило в секте Шанцин, было показано читателям, и раздел комментариев был в огне.

[Ааааа! Теперь, когда Бейли Цинмяо перешла на Путь Безразличия, автор изменил категорию рассказа на "без романтики". После столь долгого наблюдения за этой романтической историей она превратилась в историю о главной героине, бросающей вызов небесам. Я должен жаловаться, но почему это так освежает?]

[Это действительно освежает, с главным героем ни разу не обращались плохо во время пересмотра. Каждый раз, когда женщины-злодейки или исполнитель главной мужской роли хотят запугать ее, ее спасают ее жестокие сестры или красивые братья.]

[“Жестокая сестра”, какой хороший термин. Он идеально подходит определенному человеку.]

[Ты можешь произнести ее имя вслух. Старейшина Цинсюэ, мой любимый Защитник Цю Конгсюэ! Независимая, уникальная женщина, которая смотрит на физическую красоту как на грязь и не хочет ничего, кроме как превратиться в скелет. С того момента, как главная героиня спасла Цю Конгсюэ на войне вместо Повелителя Демонов, история стала совершенно другой.]

[Верно, когда Хэ Вэньчжао был ранен, Цю Конгсюэ помешала главной героине пожертвовать собой ради него. Когда Хэ Вэньчжао переспал с Лю Синье, старейшина Цинсюэ планировала их свадьбу. Когда Хэ Вэньчжао вышел замуж, Цю Конгсюэ привела главную героиню в секту Сюаньюань и связала ее с Чжунли Цянь, после чего они вчетвером разъезжали по всему миру в течение тридцати лет. Как это может быть оскорбительным романом? Это была настоящая комедия на протяжении всего фильма!]

[Цю Конгсюэ проделала большую часть работы, но вторым должен быть мой Повелитель Демонов. Что у него за мозги, которые могут додуматься до использования отслеживающего проклятия и какого-нибудь сердечного гу для сватовства? Повелитель Демонов не понимает любви.]

[Третье место - наш Цянь-Цянь! Я умоляю тебя, автор, прояви к нему немного милосердия! В секте Сюаньюань Шу Яньянь весь день развлекается с мужчинами, Цю Конгсюэ постоянно издевается над людьми и подвергается издевательствам, у Мастера Алтаря Мяо, по-видимому, развивается новый баг, Мастер Алтаря Руань, должно быть, впал в спячку, как черепаха, из-за того, как мало он выглядит, а мастер Алтаря Ши проводит весь день, подлизываясь. Наш Цянь - единственный, кто здесь делает какую-то работу! С таким количеством людей в секте Сюаньюань, разве вы не чувствуете себя виноватым, возлагая все на нового Мастера Алтаря? Цянь вот-вот потеряет волосы, подумайте о его волосах!]

[Четвертое место занимает Инь Ханьцзян, ему действительно удалось изменить мое мнение. Он не только не превратил главную героиню в лампу, но и разбудил ее и помог ей встать на Путь Безразличия.]

[В оригинальной версии Инь Ханьцзян заставил вас почувствовать, что вы читаете страшилку, но теперь он кажется немного мо, не так ли?]

[Это было потрясающе, когда он пнул Хэ Вэньчжао.]

[И когда он схватил за загривок и сказал: "Я хочу ее” , это было так круто! Мне кажется, я влюбилась во властного типа яндере.]

[Я всегда думал, что лучший способ справиться с подонком-мужчиной - это получить отплату за все, что он сделал с главной героиней, но это было бы слишком жалко для нашей маленькой девочки. Но теперь Инь Ханьцзян доставил мне такое удовольствие. Хе Сиси, ты знаешь, каково это сейчас - наблюдать, как человек, которого ты любишь, находится с кем-то другим? Продолжайте говорить о прощении и великодушии, это все фантазия! В отношениях нет места третьему!]

[Хорошо сказано! Хотя один вопрос, кто такая Хе Сиси?]

[Из “Если ты изучаешь Дао утром, ты можешь счастливо умереть вечером[1]“. Подонок Хе.]

1. Это пословица, из которой происходит Вэньчжао. Там написано: “чжао вэнь дао, си си кэ и”. Итак, Вэньчжао - это “учись утром”, а читатель изменил его на “умри вечером”. Автор упомянул об этом в примечании автора очень рано, а также уточнил, что произношение было чжао, а не чао. Возможно, я не перевожу заметки автора, но я прочитал их все. На самом деле это не имеет отношения к делу, я просто озадачен выбором определенного переводчика.

[Если бы главная героиня не культивировала путь без романтики, я бы почти поставил в пару ее и Инь Ханьцзяна вместе]

[Прекрати свои опасные мысли, помни, что теперь в теле Бейли Цинмяо находится Вэнь Женьхэ — Инь Ханьцзян принадлежит Вэнь Женьхэ!]

Вэнь Женьхэ провел пальцем по этим словам:

“Инь Ханьцзян принадлежит Вэнь Женьхэ”, и слегка улыбнулся.

Оскорбительный роман был написан с точки зрения главной героини, но иногда, когда злодейки пытались причинить ей вред, это давало немного всеведущей перспективы, позволяя читателям увидеть, какие ужасные вещи творили злодеи, чтобы они могли волноваться.

Узнав, что сделала Лю Синье, Вэнь Женьхэ обдумывал, как ему нанести ответный удар, когда услышал, что в комнате находится Инь Ханьцзян.

-“Привет, тряпичная Бейли Цинмяо. Иди сюда” -

Вэнь Женьхэ быстро убрал книги и подошел к нему, обнаружив, что он радостно улыбается.

Он протянул руку.

-“Передай мне обет духа Лю Синье. У этого Господина есть план”.

Автору есть что сказать:

Инь Ханьцзян надавил на своё лицо, тренируясь улыбаться в зеркале, чтобы выглядеть более естественно.

Вэнь Женьхэ: Мило!

Зрители: Пожалуйста, пожалуйста, перестаньте смеяться. Это что, роман ужасов?!

Глава 70 - Подготовка завершена

Через обет духа Инь Ханьцзян приказал Лю Синье встретиться с ним в полночь, так, чтобы ее никто не обнаружил. Если она не подчинится, он сломает нефритовый талисман, на котором была записана клятва, и повредит ее душе.

Беспомощная, Лю Синье могла только улизнуть, пока Хэ Вэньчжао пил, чтобы заглушить свои проблемы. Она вошла в комнату для приготовления эликсиров и в шоке уставилась на Яо Цзяпина.

-“К…откуда у тебя моя духовная клятва?”

-“Когда я пошел в секту Сюаньюань, очевидно, это было сделано для того, чтобы лечить людей. Поскольку Левый Защитник Цю Конгсюэ была ранена, я оказал ей помощь, и она передала это в качестве оплаты ”, - небрежно сказал Инь Ханьцзян, подбрасывая нефрит в его руках.

-“Обычно я назначаю две цены за свое лечение. Во-первых, что-то важное для пациента, а во-вторых… ну, вы, наверное, слышали.”

Со слезами на глазах Лю Синье попыталась снять с себя одежду.

-“Одного раза должно быть достаточно, верно?”

Инь Ханьцзян: ???

В отчаянии он поднял палец и использовал духовную энергию, чтобы остановить движения Лю Синье, чтобы она не могла продолжать раздеваться.

К счастью, кожа Яо Цзяпина была надежной и не покраснел и не выказал паники. Казалось, что он был в маске, придавая Инь Ханьцзяну чувство уверенности. Он твердо сказал:

-“Ты слишком высокого мнения о себе. Ты меня не интересуешь. То, чего я хочу, - это самое важное для тебя.”

-“Я не позволю тебе забрать мою Зарождающуюся Душу или связанное оружие!”, - воскликнула Лю Синье.

-” ... Они меня тоже не интересуют”, - сказал Инь Ханьцзян - “Мне просто нужно, чтобы ты выполнила задание”.

Пока он говорил, Бейли Цинмяо молча подошла, держа в одной руке прозрачный талисман. Вэнь Женьхэ создал его, используя энергию хаоса. Он сжег его и бросил пепел в чашку с водой, которую затем перелил в нефритовую вазу и протянул Лю Синье.

-“Найди какой-нибудь способ заставить Хэ Вэньчжао выпить его”, - сказал Инь Ханьцзян.

Лю Синье боялся взять его.

-“Ч-что ты собираешься сделать с Вэньчжао?”

-“В худшем случае, заставьте его вернуться к созданию Фонда. Это не значит, что я собираюсь его убивать. В конце концов, он мой хороший ‘брат’ , -сказал “Яо Цзяпин”, улыбаясь - “Если ты не согласна, я мог бы заставить тебя вместо этого перейти в Учреждение Фонда”.

-“Я сделаю это!” ,-Лю Синье схватила вазу.

-“Лю-шицзе, разве ты не была готова бросить все ради шисюна? Когда-то ты была готова разрушить свой фундамент ради него, так почему же ты выбираешь это?” ,-это говорила сама Бейли Цинмяо.

Она уже вступила на Путь Безразличия, и когда она увидела Хэ Вэньчжао, ее сердце было непоколебимо. Она также не возражала против заговора Инь Ханьцзяна с целью заставить Хэ Вэньчжао занять место Главы Секты. В конце концов, старейшина Цин Юэ отдал свою жизнь, чтобы спасти Хэ Вэньчжао и Мастера Секты, и Хэ Вэньчжао в долгу перед Мастером Секты за то, что тот воспитал и обучил его. До тех пор, пока Хэ Вэньчжао был на правильном уровне, тогда, по всем рассуждениям, он должен был быть тем, кто спасет Цин Юэ. Если бы Бейли Цинмяо была на его месте, она бы тоже предложила.

Она просто не понимала, почему Лю-шицзе делает совершенно противоположный выбор, который она когда-то сделала.

-“Ха-ха-ха-ха-ха!” ,-Лю Синье расхохоталась.

Слезы текли из ее глаз, она сказала:

-“Да, я люблю его, я любила его с самого детства. Я усердно трудилась, совершенствуясь, чтобы быть с ним. Я так хотела выйти за него замуж!

Обхватив руками нефритовую вазу, выражение ее лица постепенно стало злобным, а голос резким.

-“Но он. В ночь после нашей свадьбы, когда он обнимал меня, ты знаешь, чье имя он выкрикнул? Это было твое, Бейли Цинмяо!”

-“Он думает, что я не знаю о том, что он делал с Гунси Цзинем во время путешествия. Он думает, я не слышала, как он говорил другим людям, что ему нравятся глаза Гунси Цзинь, потому что ее глаза очень похожи на твои.”

“Мы женаты уже тридцать три года, но смотрел ли он на меня хоть раз по-настоящему? Раньше... раньше, когда мы занимались земледелием бок о бок, он улыбался мне и сражался вместе с тобой, защищая меня, но теперь? Заботился ли он когда-нибудь о том, что я чувствую?”

“Теперь я все ясно увидела. Единственное, что имеет значение, - это быть сильным самому по себе”.

Ее взгляд в сторону Бейли Цинмяо был полон едва скрываемой зависти, но Бейли Цинмяо больше не возражала.

Если бы она вышла замуж за своего шисюна, она, вероятно, тоже стала бы такой, ослепленной ревностью, неспособной мыслить здраво, пока не стала бы человеком, которого презирала бы.

Она покачала головой и тихо вздохнула.

-“Я понимаю” ,- сэтими словами она отступила, снова став марионеткой Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян.

Инь Ханьцзян использовал технику, заставив нефритовый талисман превратиться в полосу света и войти в тело Лю Синье. Если она выполнит это задание, духовный обет исчезнет. Если она не сможет, это разрушит ее душу, и она мгновенно умрет. Глядя на нее сейчас, казалось, что у нее больше нет желания жертвовать собой ради Хэ Вэньчжао.

После того, как Лю Синье ушла, Инь Ханьцзян посмотрел на Бейли Цинмяо и сказал:

-“Кто научил тебя заклинанию обмена и лечению Цин Юэ?”

Теперь Вэнь Женьхэ снова был главным, и он твердо сказал:

-“Это Чжунли Цянь”.

Чжунли Цянь был как кирпич для секты Сюаньюань, который можно было перемещать куда угодно, что было очень удобно. Поскольку он знал понемногу обо всем, у него было много медицинских знаний, хотя и не так много, как у Яо Цзяпина. Он был тем, кто лечил Цю Конгсюэ, и ему пришла в голову идея позволить Мастеру Алтаря Ши использовать свою болезненную ци на Бейли Цинмяо. Зная его столько лет, не было бы ничего странного, если бы Бейли Цинмяо кое-чему у него научилась.

Инь Ханьцзян уставился на Бейли Цинмяо. Надев перчатку, он схватил ее за подбородок и осмотрел со всех сторон. Он покачал головой.

-“Если бы не то, как ты только что повела себя с Лю Синье, я бы подумал...”

Он не стал продолжать, просто прогнал Бейли Цинмяо обратно к ее эликсирам. Вернувшись в свою комнату, он подумал: "Прошло всего три дня, а я не могу мыслить здраво. Я так сильно скучаю по своему Преподобному, что думал, что Бейли Цинмяо - это он. Как нелепо.”

Инь Ханьцзян повернул голову, чтобы посмотреть на иллюзию, сидящую в кресле рядом с ним. Некоторое время он смотрел, думая о том, как его Господин будет использовать технику общения с душой, чтобы лечить его, когда он вернется. Он с нетерпением ждал этого, но в то же время боялся, боялся, что снова плюнет кровью, увидев его, и заставит его еще больше волноваться.

После того, как он позволил своим мыслям немного побродить, его эмоции стали неустойчивыми. Он быстро повторил Заклинание Ясного Разума еще раз, чтобы не выдать свою слабость в секте Шанцин.

Поскольку время для второго общения душ еще не пришло, Вэнь Женьхэ не мог встретиться с Инь Ханьцзяном лицом к лицу, поэтому он мог только позаимствовать глаза Бейли Цинмяо, чтобы наблюдать и беспокоиться издалека.

Еще через два дня эликсиры были готовы. Вэнь Женьхэ достал их, положил на поднос и последовал за Инь Ханьцзян из комнаты.

Услышав, что лекарства готовы, Мастер Секты ждал снаружи с толпой учеников. Выйдя за дверь, Инь Ханьцзян взглянул на Лю Синье, которая стояла в углу. Она слегка кивнула. Прошлой ночью она мягко разговаривала с Хэ Вэньчжао, сопровождая его в выпивке и ведя себя особенно тепло и заботливо. Хэ Вэньчжао не особенно любил Лю Синье, но не смог устоять перед такой нежной заботой и выпил с ней несколько чаш вина, проведя вместе теплую ночь. Он с готовностью выпил воду, которую ему налила Лю Синье.

Вода была наполнена энергией хаоса. Это было невидимо и бесследно, но в одночасье это заставило Хэ Вэньчжао прорваться в Махаяну.

Инь Ханьцзян уже знал это из обета духа. Все было подготовлено. Им нужен был только последний шаг.

Пройдя всего несколько шагов с Бейли Цинмяо, он услышал, как несколько учеников передавали сплетни о ней, говоря, кто знает, что Бейли Цинмяо и Яо Цзяпин могли делать вместе в те дни, которые они провели наедине, а также как она могла завоевать расположение Вэнь Женьхэ, Чжунли Цяня и Инь Ханьцзяна, чтобы так быстро подняться в самосовершенствовании.

Инь Ханьцзян находился на гораздо более высоком уровне, так что он мог слышать передачи любого Тела в Единстве или под ним. Он хотел проигнорировать это, но когда услышал, как его Господина втягивают внутрь, он мгновенно пришел в ярость. Он предстал перед несколькими сплетничающими учениками. Холодный свет вспыхнул по мановению его руки, и несколько языков упали на землю.

-“Ааааааааааа!” ,- независимо от того, пострадали они или нет, все ученики секты Шанцин начали кричать.

-“Заткнись”, - рявкнул Инь Ханьцзян.

Все мгновенно прикрыли рты, не издав ни звука. С обеспокоенным выражением на лице Мастер Секты сказал:

-“Господин Яо, что вы...”

-“Если они не могут нормально говорить, они не должны говорить” ,- Инь Ханьцзян одарил нескольких учеников ледяным взглядом - “Мне нужно повторить то, что ты говорил?”

Несколько учеников, у которых изо рта текла кровь, отчаянно замотали головами. Глядя на них, Мастер Секты понял, что они говорили небрежно и оскорбили “Господина Яо”. К сожалению, их уровень развития был низким, и мужчина подслушал их разговор.

Действия Яо Цзяпина были жестокими, но это все равно была неправая секта Шанцин. Мастер Секты тихо крикнул:

-“Те, кто говорит глупости, должны получить пощечину сто раз, и их рты должны быть запечатаны на десять лет ”.

Несколько учеников кивнули и уже собирались забрать свои языки, чтобы ученики медицинского зала могли снова прикрепить их, когда Яо Цзяпин сказал:

-“Подожди”.

Инь Ханьцзян взглянул на Бейли Цинмяо с веселым видом.

-“Подними их”, - сказал он - “Они твои”.

Вэнь Женьхэ : …

Ему удалось сказать:

-“Спасибо, господин Яо, но… Бейли они не нужны.”

-“Как они могли тебе не понадобиться?” ,- сказал Инь Ханьцзян, улыбаясь под кожей - “Они сплетничали о тебе. Ты должна взять эти языки и высушить их, а затем повесить себе на шею, чтобы ты всегда могла видеть это и напоминать себе, что в будущем не следует терпеть слухи, не так ли?

-“А теперь поторопись!”

Его последняя команда заставила всех вздрогнуть. Вэнь Женьхэ слегка вздохнул и, достав носовой платок, уверенно взяла язычки.

-“Спасибо господину Яо за его руководство”, - сказал он.

-“Ты всегда так обращаешься с моей шимей?” - крикнул Хэ Вэньчжао, его глаза горели.

-“А что, если да?” ,-Инь Ханьцзян искоса взглянул на Хэ Вэньчжао - “Разве это не лучше, чем ты, ясно зная, что ее оскорбляют, но ничего не предпринимая по этому поводу?”

Не дав Хэ Вэньчжао возможности объясниться, он повернулся к Мастеру Секты.

-“Эликсиры твои. Через восемь часов после того, как он их примет, передача может начаться. Я потрачу это время на то, чтобы установить массив. Помимо передающего, снаружи также должен быть высокоуровневый культиватор, стоящий на страже, предпочтительно тот, у кого есть молниеносный духовный корень ”.

Он выдвигал на эту должность Хэ Вэньчжао. Хэ Вэньчжао также был тем, кого спас Цин Юэ, так что нужно чтобы он охранял массив.

Когда они устанавливали систему, Кровавый Демон внезапно заговорил в сознании Хэ Вэньчжао.

“Странно, Яо Цзяпин никогда не упоминал, что кто-то стоит на страже в самом начале, так почему же он хочет ее сейчас?”

“Он будет стоять за дверью с моей шимей в одно и то же время”, - сказал Хэ Вэньчжао, кипя от злости - “Он хочет унизить меня, заставив смотреть, как она страдает!”

-“Хм. Поскольку он в секте Шанцин, он не может начать что-то большое. Но, этот Яо Цзяпин всегда был таким... экстремальным?”

Хэ Вэньчжао вспомнил то время, когда он был подопытным. Тогда он не особо возражал, но, вспоминая об этом сейчас, он содрогнулся.

“Обычно он такой. Учитель, вы помните, как он обращался со мной как с подопытным?”

“Верно”, - вздохнул Кровавый Демон - “Тогда я просто думал, что он идиот, но теперь, когда я смотрю на него, у него есть задатки хорошего демонического культиватора”.

“Что вы сказали, учитель?”

“Ничего. Массив данных завершен, так почему бы тебе не перейти к нему?” ,-Кровавый Демон снова погрузился в его разум.

По какой-то причине Кровавый Демон чувствовал себя особенно уставшим сегодня, желая только уединиться и отдохнуть.

Хэ Вэньчжао стоял на том месте, которое назначил Инь Ханьцзян. Увидев проходящую мимо Бейли Цинмяо, он протянул руку и схватил ее за запястье.

-“Шимей...”

Бейли Цинмяо уклонилась от его руки взмахом рукава.

-“Шисюн, мужчины и женщины не должны быть близки”.

Он перенял это у Инь Ханьцзяна. Ему даже понадобилась перчатка, чтобы прикоснуться к Бейли Цинмяо — кто знает, чему он научился у Шу Яньяня?

Автору есть что сказать:

Шу Яньянь: Я могу многому научить, и я обещаю, что знаю больше, чем Чжунли Цянь~ Ты хочешь учиться?

Вэнь Женьхэ ( задумавшись на мгновенье): Просто отправь это в мою комнату.

Глава 71 - Разорваны все связи

Следуя указаниям Инь Ханьцзяна, Мастер Секты встал в комнате Ци Юэ и начал выполнять технику. Ему сказали, что, используя этот массив, передающий сможет сохранить часть своей духовной сущности. Он подождал мгновение, совершенно неподвижно, и был вне себя от радости, обнаружив, что теряет не так много духовной сущности, как думал.

Хэ Вэньчжао, стоявший на страже снаружи, впился взглядом в Инь Ханьцзяна и Бейли Цинмяо. Сначала его мысли наполнились яростью, он ничего не почувствовал. Но постепенно он понял, что его духовная сущность непрерывно изливается наружу. Как бы сильно он ни старался впитать духовную энергию, он не мог угнаться за темпами потерь.

Внезапно он обнаружил, что не может сдвинуть ноги с того места, где стоял. Хэ Вэньчжао не был идиотом. Он повернулся к Яо Цзяпину.

-“Это и есть твой план?”

Под своей кожей Яо Цзяпин медленно улыбнулся. Он уже прогнал всех остальных членов секты Шанцин, заявив, что ему нужны тишина и покой, так что теперь в боковом зале были только Мастер Секты, Цин Юэ, Хэ Вэньчжао, “Яо Цзяпин” и “Бейли Цинмяо”.

Хэ Вэньчжао распространял свою духовную сущность, пытаясь сопротивляться, но обнаружил, что чем больше он делал, тем быстрее она истощалась.

-“Что именно ты сделал?” ,- спросил он.

-“Ничего особенного. Мне просто так жаль твоего учителя, который так стар и вынужден вернуться к созданию Фонда. Как его ученик, разве тебе не подобает брать на себя бремя своего учителя?” ,- небрежно сказал Яо Цзяпин, наслаждаясь выражением тревоги и ярости на лице Хэ Вэньчжао.

Этот массив, безусловно, был изобретением Яо Цзяпина. У него был очень умный способ действия. Тот, кто проходил передачу внутри, на самом деле не передавал свою духовную сущность, а просто поддерживал массив, неумолимо высасывая духовную сущность охранника снаружи. Яо Цзяпин, если подумать о таком множестве людей, которые торговали жизнями людей, безусловно, был извращенным человеком.

Однако этот массив не имел возможности предотвратить побег охранника. То, что Яо Цзяпин хотел увидеть, это то, как охранник убегает, чтобы сохранить свою духовную сущность, и два человека внутри страдают от ответной реакции со стороны массива, один в конечном итоге погиб, а другой был ранен, зная, что их предал тот, кому они доверяли. Это была цель Яо Цзяпина.

Инь Ханьцзян, очевидно, не хотел, чтобы Хэ Вэньчжао баллотировался. Вот почему Вэнь Женьхэ создал тот талисман, который Лю Синье дала выпить Хэ Вэньчжао.

Это было сделано, чтобы сдерживать Кровавого Демона. Вэнь Женьхэ был одним из двух немногих культиваторов крови в мире. Во время битвы в Кровавом Аду атака демона на его кровавые метки позволила Вэнь Женьхэну понять, как ограничить метки. После того, как Хэ Вэньчжао выпил талисман, который он сделал из изначальной энергии хаоса, метки Кровавого Демона были запечатаны, и он погрузился в сон.

Что касается Хэ Вэньчжао, то в настоящее время на него подействовало заклинание иммобилизации, наложенное Инь Ханьцзяном. Без Кровавого Демона в качестве поддержки Хэ Вэньчжао никак не мог противостоять Инь Ханьцзяну, который уже вырвался из мира смертных.

-“Яо Цзяпин, ты слишком порочен!”, - крикнул Хэ Вэньчжао.

- “Порочный?” ,- переспросил ”Яо Цзяпин” - “Это твой хозяин внутри и шишу, которому ты обязан своей жизнью. Это только правильно для тебя - пожертвовать собой. Разве ты не хочешь помочь своему хозяину? Секта Шанцин все еще нуждается в Мастере Секты, который понимает общую картину ”.

Хэ Вэньчжао знал, что разговаривать с Яо Цзяпином бесполезно. Он немедленно отправил сообщение своему учителю, собираясь попросить его остановить передачу, но оно было заблокировано.

Инь Ханьцзян уже оцепил двор, так что только он и Бейли Цинмяо могли слышать Хэ Вэньчжао.

Видя, что его духовная сущность уже наполовину исчезла, и он перешел от Махаяны к Трансформацию в Божество, Хэ Вэньчжао перестал кричать на Яо Цзяпина и повернулся к Бейли Цинмяо.

-“Шимей, шимей, пожалуйста, спаси меня! Если так пойдет и дальше, я стану обычным смертным, который только что прошел через врата!”

“Почему бы тебе не ответить ему самому” ,- Вэнь Женьхэ вернул ей тело Бейли Цинмяо, оставив выбор за ней.

Если на данный момент разум Бейли Цинмяо все еще был затуманен божественной природой, то Вэнь Женьхэ откажется от нее. С таким же успехом он мог бы дорожить временем, проведенным с Инь Ханьцзяном, до того, как три королевства были уничтожены.

Восстановив контроль над своим телом, Бейли Цинмяо молча наблюдала за Хэ Вэньчжао, затем сказала:

-“Шисюн, методы господина Яо действительно чрезмерны, но он не ошибается. Ты в долгу перед обоими своими старшими, и просто случайно прорвался в Махаяну, так что долг должен быть твоим.”

“С тех пор, как я была молода, ты учил меня, что совершенствующийся не должен зацикливаться на временных выгодах и потерях, а вместо этого ценить справедливость превыше всего остального. Все это время я следовала твоим учениям, ставя других выше себя во всем, что я делала. Даже если я смогу спасти только одну жизнь, то это того стоит, какие бы потери я ни понесла.”

“Если ты можешь спасти жизнь шишу, то что такое немного силы? Мастер Секты уже очень стар. Если он падет до Основания, то, хотя он и говорит, что снова сможет совершенствоваться, ему уже больше восьмисот лет. Нет никакого способа, чтобы власть Основания Фонда могла выдержать восьмисотлетний возраст. После передачи, когда техника заканчивается, время Мастера Секты мгновенно истекает. Это просто обмен одной жизни на другую!”

“Но для тебя это не одно и то же. Тебе меньше ста лет, так что сила Основания может продлить твою жизнь до ста пятидесяти или даже двухсот лет. Если ты возьмёшь на себя перевод, это единственный способ выжить для каждого вовлеченного человека ”.

Именно по этой причине Бейли Цинмяо не пыталась остановить Вэнь Женьхэ. Сама она также считала, что было бы к лучшему, если бы ее шисюн занял место ее Наставника Секты.

-“Шимей! Ты находишься под влиянием Яо Цзяпина?” ,- Хэ Вэньчжао был в бешенстве, но все еще сохранял любящее выражение лица по отношению к ней - “Шимей, подумай и обо мне тоже. Я прямой ученик Мастера Секты. Все мои сверстники смотрят на меня, рассматривая как пример. Если я упаду на уровень ниже даже уровня внешнего ученика, как они все будут смотреть на меня? Ты хоть представляешь, как мне будет тяжело?”

Слушая его, последние следы нерешительности и привязанности в глазах Бейли Цинмяо исчезли. Она покачала головой.

-“Мастеру Секты пришлось бы труднее, чем тебе”.

Она всегда считала своего шисюна праведным человеком. Даже если у него были отношения с другими женщинами, проблема между мужчинами и женщинами была единственной вещью, которую он не мог ясно видеть. Бейли Цинмяо очень хорошо понимала, как трудно контролировать любовь, поэтому на самом деле не винила своего шисюна, просто горевала сама по себе.

Тем не менее, прямо сейчас действия Хэ Вэньчжао не могли соответствовать словам, которые он сказал в прошлом. Он никогда не принимал близко к сердцу то, чему учил Бейли Цинмяо.

-“Шисюн, ты действительно разочаровал меня” ,-Бейли Цинмяо покачала головой - “Я думала, у тебя, по крайней мере, есть сострадание”.

Она беззаботно повернулась к Инь Ханьцзян и сказала:

-“С этого момента Бейли Цинмяо разорвала все связи с Хэ Вэньчжао. Мы больше не имеем ничего общего друг с другом. Ты можешь затаить на него любую обиду, какую только пожелаешь. Я не буду стоять у тебя на пути. Соглашение, которое мы заключили, на данный момент аннулировано ”.

Условие, которое выдвинула Бейли Цинмяо, прежде чем позволить Инь Ханьцзян привести ее в секту Шанцин, состояло в том, что Хэ Вэньчжао нужно было судить публично, а не осуждать частным образом. Теперь Бейли Цинмяо была по-настоящему разочарована Хэ Вэньчжао. У нее больше не было к нему никаких чувств, и она считала совершенно естественным, что Инь Ханьцзян хочет отомстить ему.

“Я все равно никогда не планировал следовать этому соглашению” ,- Инь Ханьцзян бросил на Бейли Цинмяо одобрительный взгляд - “Этот Господин рад, что ты, в конце концов, смогла принять это решение”.

Он был рад, что усилия его Господина не пропали даром, и что Вэнь Женьхэ больше не нужно было ставить рядом с Хэ Вэньчжао.

-“Время почти пришло” ,- Инь Ханьцзян слегка кивнул, наблюдая, как уровень Хэ Вэньчжао неуклонно падает в направлении создания Фонда.

Внутри комнаты Мастер Секты наблюдал, как старейшина Цин Юэ вернул себе молодость, поднявшись до Единства Тела, в то время как его собственное царство на самом деле совсем не уменьшилось, оставаясь в Махаяне.

Он израсходовал свою духовную сущность, но после приема некоторых дополнительных эликсиров и нескольких месяцев уединенного самосовершенствования все восстановится. Результат оказался намного лучше, чем он ожидал. Он послал сообщение “Яо Цзяпину” снаружи.

-“Господин Яо действительно легендарный врач. Шиди полностью восстановился, но ваш массив сумел сохранить культивацию этого скромного даоса!”

-“Поскольку он выздоровел, этот Господин может взять свою цену, верно?” ,- сказал человек за дверью.

Этот Господин? Мастер Секты не слишком задумывался об этом.

-“Господин Яо может пойти дальше и сказать это, если это в моих силах”.

-“В этом нет ничего особенного”, - передал Инь Ханьцзян - “Седьмого числа следующего месяца пусть все мастера сект и главные старейшины сект Билуо, Цзюсин и Тяньцзянь, храма Усян и четырех великих кланов культивирования соберутся на горе Истинный Инь. Этот Господин должен сделать объявление ”.

-“Это, естественно, не будет проблемой, но что хочет объявить господин Яо?” ,- спросил Мастер Секты.

- “Если вы беспокоитесь, что я установлю там систему заранее, вы можете послать учеников, чтобы они проверили заранее. Если вы согласны, тогда дайте обет”.

Видя, что Старейшина Цин Юэ медленно просыпается, Мастер Секты почувствовал благодарность к “Яо Цзяпину” и подумал, что ничего не может случиться с таким количеством могущественных культиваторов, отправляющихся на пустынную Истинную гору Инь, поэтому он согласился на обет.

-“Хорошо, помни об этом долге. Этот Господин уходит”.

Услышав, что Яо Цзяпин собирается уходить, Мастер Секты остановил технику и, убедившись, что с его шиди все в порядке, выбежал из комнаты.

Выйдя за дверь, он остановился как вкопанный, увидев, что его любимому ученику теперь исполнилось сорок лет, и его унес Яо Цзяпин.

Яо Цзяпин, Бейли Цинмяо и лежащий без сознания Хэ Вэньчжао - все они ехали на огромном барабане. Никто в секте Шанцин не был так хорошо знаком с этим барабаном, как Мастер Секты. Восемнадцать месяцев назад Инь Ханьцзян ехал на нем верхом, когда гнался за ним домой.

Яо Цзяпин содрал кожу со своего лица, обнажив чрезвычайно красивое, но несколько жестокое лицо. Он спокойно улыбнулся Мастеру Секты.

-“Этот Господин - Инь Ханьцзян”.

Он бросил Хэ Вэньчжао Бейли Цинмяо и сформировал печати обеими руками. Две полупрозрачные барабанные палочки, сгущенные из духовной энергии, бешено колотили по поверхности барабана. Алое пламя взревело к небу, унося вверх Горящий Небесный Барабан.

С помощью заклинаний Колокола Лунного Бассейна полет был ограничен в секте Шанцин, но с помощью Горящего Небесного Барабана ограничения Колокола Лунного Бассейна были ничем для Инь Ханьцзяна.

Среди трех человек в секте Шанцин, которые могли использовать Колокол Лунного Бассейна, Мастер Секты израсходовал свою духовную энергию, Цин Юэ все еще восстанавливался, а Хэ Вэньчжао упал до Основания и был утащен Бейли Цинмяо. Массив секты может препятствовать входу, но не выходу.

Кто остался, чтобы помочь секте Шанцин?

Никого не было.

Если Мастер Секты хотел остановить их, он должен был добраться до Колокола Лунного Бассейна и активировать максимальную силу массива, но он должен был лететь на летающей лодке, чтобы добраться туда. К тому времени, когда прибудет летающая лодка, Инь Ханьцзян будет уже далеко.

-“Инь Ханьцзян! Вы хотите начать еще одну большую войну?” ,- закричал Глава Секты, кашляя кровью.

-“Что в этом плохого?” ,- равнодушно сказал Инь Ханьцзян - “Не забывай, кто потерпел поражение в последней войне тридцать лет назад? Если бы мой Преподобный не был великодушен, думая о выживании смертных, как мог праведный путь продержаться даже десять лет?”

-“Освободите Вэньчжао и Бейли Цинмяо!” ,- крикнул Глава Секты.

-“Бейли Цинмяо должна вернуться в секту Сюаньюань, чтобы снять с нее связывающее сердце гу и отслеживающее проклятие. Что касается твоего ученика… этот Господин вернет все, что ему причитается, одно за другим. Я буду рассчитывать на то, что вы проинформируете другие секты. Все их ученики находятся в секте Сюаньюань, и если они хотят увидеть их снова, им лучше быть на горе Истинной Инь седьмого числа следующего месяца ”.

С этими словами огромное пламя прорвалось сквозь строй секты Шанцин. Инь Ханьцзян вылетел верхом на барабане. После Великой Войны Сект и битвы в Кровавом Аду в секте Шанцин не осталось никого, кто мог бы остановить его. Все были беспомощны, чтобы сделать что-либо, кроме как наблюдать, как Лидер секты Сюаньюань вошел и беспрепятственно покинул секту Шанцин.

Автору есть что сказать:

Инь Ханьцзян: Даже если я не могу зажечь лампу, я все равно хочу разжечь огонь!

Глава 72 - Блокирующий массив Души Зиву

Пылающий Небесный Барабан летел с невероятной скоростью и вернулся в секту Сюаньюань менее чем за час.

Инь Ханьцзян полностью удалил кожу Яо Цзяпина. Он стоял на вершине барабана, его красные одежды развевались на ветру, подчеркивая его гибкое тело. Серебряный пояс выделялся на красном фоне, делая его талию особенно тонкой.

Поднявшись над Главным залом, он не стал спускаться, вместо этого громко и четко передал:

-“Все члены секты Сюаньюань, разверните Блокирующую систему Души Зиву”.

Все в Главном зале услышали его передачу и были потрясены.

Цю Конгсюэ, которая была подавлена с тех пор, как Инь Ханьцзян срезал с нее всю плоть, немедленно оживилась. Дико смеясь, она схватила Су Хуая, который спал с книгой в руке и пускал слюни.

-“Давай, ученик, пойдем разворачивать массив!”

-“Ч…какой массив?” ,-сказал Су Хуай, его мозги затуманились от тряски Цю Конгсюэ.

Он тут же поднял Жезл Разбитого Сердца.

-“Ч-что? К нам вторглись?”

-“Блокирующая система Души Зиву. Я видела это только один раз за триста лет” ,- сказала Цю Конгсюэ, облизывая губы - “Сто лет назад, когда Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян пробили себе дорогу в секту, и старый Мастер Секты был на грани смерти от ответного удара Пылающего Небесного Барабана, он приказал нам запечатать их с помощью Системы Блокировки Душ Зиву”.

Небо потемнело в полдень, когда более сотни экспертов секты Сюаньюань установили заграждение, захватив в ловушку тяжело раненных Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзяна. Все думали, что эти двое умрут. Цю Конгсюэ, которая была пронзена насквозь мозгом, поддерживала строй отчаяннее всех, полной решимости убить их.

Они поддерживали строй в течение трех дней и ночей. Как раз в тот момент, когда все думали, что их убили, в небе вспыхнули звезды-близнецы Полис и Алкаид. Кроваво-красный демонический меч и черная алебарда вырвались из строя вместе. Вэнь Женьхэ вылетел, отозвав Алебарду Семи Убийств, и кровавый меч превратился обратно в Инь Ханьцзяна, который рухнул, будучи пойманным Вэнь Женьхэ и прижатым к груди.

-“Я должен похвалить вас за то, что вы довели меня до такой степени”, - медленно произнес Вэнь Женьхэ - “Я думал, что секта Сюаньюань полна демонов, которых не стоит держать, но из того, что я вижу сейчас, некоторых можно использовать”.

Взмах алебарды призвал силы Северной и Южной Медведиц[1]. Над головой Вэнь Женьхэ сформировалась звездная карта.

1. Северная медведица - это Большая Медведица. Если вы не помните, южная медведица - это китайское созвездие, в котором находится Полис, ныне часть современного созвездия Стрельца.

Боевой настрой позволял Вэнь Женьхэну не чувствовать боли от своих ран. Сила звезд восполнила его истощенную духовную сущность. Черная мантия Вэнь Женьхэ упала, открыв звездный свет, сияющий на его спине.

Это была не техника, которую он целенаправленно совершенствовал, а шрамы, оставшиеся от его жизни и смерти на поле боя в качестве смертного.

Шрамы таинственным образом соединялись в карту четырнадцати главных звезд[2], неуклонно поглощая из них энергию. Взмахом Алебард Семи Убийств высвободившаяся сила звезд ранила всех сто с лишним человек, поддерживающих строй.

2. Четырнадцать главных звезд используются в китайской школе астрологии, называемой астрологией Пурпурных звезд. Это звезды, на которые ссылается эта книга.

В этот момент Вэнь Женьхэ стоял один с Инь Ханьцзян на руках. Из членов секты Сюаньюань, которые только что пытались убить его, все, кто был способен встать, преклонили перед ним колени, прижав обе руки к земле и низко склонив головы.

Они преклонили колени перед силой Вэнь Женьхэ, способной одолеть сотню человек, перед мужеством сразиться с сектой Сюаньюань всего двумя людьми, перед этой чудесной сценой звездного света, заливающего небеса.

С этого момента Вэнь Женьхэ был всеми признан Повелителем Демонов.

А блокирующая Душу система Зиву стала секретной техникой секты Сюаньюань. С Вэнь Женьхэ там им никогда не понадобился бы такой массив данных. Даже во время Великой войны Сект он не использовался.

Тем не менее, сегодня Инь Ханьцзян хотел, чтобы этот массив был развернут. Что же это за враг, заслуживающий такой бдительности?

-“Это был также момент, когда я решила, что должна подняться до Махаяны, и набралась смелости, чтобы вступить на путь голодных призраков”, - сказала Цю Конгсюэ - “Раньше я боялась боли и смерти. Только теперь я знаю, что самосовершенствование подобно гребле против течения. Только набравшись смелости, ты сможешь покорить небеса!”

Но твоя храбрость больше похожа на безрассудство… Су Хуай поджал губы и промолчал, опасаясь, что его побьют.

-“Система Блокировки Душ Зиву требует, по крайней мере, девяноста девяти экспертов Зарождающейся Души и выше. Кто знает, есть ли у нас еще так много ”, - сказала Цю Конгсюэ - “Да ладно тебе. Пойдем посмотрим на веселье”.

Цю Конгсюэ и Су Хуай прибыли на место происшествия первыми, Чжунли Цянь последовал за ними. Через некоторое время Шу Яньянь возглавила группу из дюжины или около того подчиненных по всей стадии Зарождения Души.

Бейли Цинмяо плавно приземлилась. Вэнь Женьхэ к этому времени уже покинул свое тело. Она поприветствовала Чжунли Цяня:

-“Брат Чжунли”.

Чжунли Цянь снял повязку с глаз. Он оглядел Бейли Цинмяо, терпя головокружение, затем снова надел повязку на глаза. Он сказал с облегчением:

-“Ты нашла свое Дао”.

-“Я должна поблагодарить своих старших за их помощь”, - тихо сказала Бейли Цинмяо.

-“Для кого предназначена Система Блокировки Души Зиву?” ,- спросила Шу Яньянь.

-“Хе Вэньчжао, а также Кровавый Демон”, - сказал Бейли Цинмяо - “После проникновения в секту Шанцин в одиночку, лидер секты Инь вернул Хэ Вэньчжао. Прямо сейчас Хэ Вэньчжао пал перед Построением Фонда, но Кровавый Демон сложен в обращении, поэтому должен быть запечатан ”.

-“Ты не помешала Инь Ханьцзяну забрать Хэ Вэньчжао?” ,- конечно, Шу Яньянь не заботилась о жизни Хэ Вэньчжао, но она с беспокойством посмотрела на Бейли Цинмяо.

Защитница Шу не вмешивалась в дела любви, но она восхищалась теми, кто влюблен. Она хорошо думала о Бейли Цинмяо, восхищаясь этой чистой и честной девушкой, которая не предъявляла требований к другим. Если это было возможно, Шу Яньянь хотела, чтобы у Бейли Цинмяо было все самое лучшее в жизни. Жаль, что небеса играли с людьми, и ее страстные чувства были встречены неверным мужчиной.

Бейли Цинмяо мягко улыбнулась.

-“Спасибо за вашу заботу, госпожа Шу, но я уже видела смертных насквозь и посвятила себя Пути Безразличия”.

Судя по тому, что она называла ее госпожа Шу, она, должно быть, думала о прошлом. Шу Яньянь улыбнулась.

-“Когда мы впервые встретились, ты была еще маленькой девочкой, которая закатывала истерики из-за меня и отношений твоего шисюна. Теперь прошло сорок лет, и ты поднимаешься по тропинке к небесам”.

Прекрасная женщина со вздохом подняла голову к небу.

-“Путь к небесам труден, и под ним лежит так много костей. Один-единственный неверный шаг может привести к твоей полной и окончательной гибели. Если ты не можешь найти кого-то, кто может бросить вызов небесам вместе с тобой, тогда ты можешь с таким же успехом отказаться от любви и двигаться вперед в одиночку ”.

Она сказала эти слова для Бейли Цинмяо, но также и для себя. Даже если бы ее сердце дрогнуло, была ли она готова рискнуть или нет, это был совершенно другой вопрос.

Она, Шу Яньянь, никогда не предавалась любви. Она стремилась только к абсолютной власти.

Шу Яньянь не смотрела на Чжунли Цяня, но Чжунли Цянь все понял. Он с самого начала понимал намерения этой умной женщины. Он также восхищался Защитницей Шу, но никогда не признавался в этом, потому что знал, что она была порочной красавицей, живущей свободной и своевольной жизнью, никогда ничем не связанной.

И все же… Чжунли Цянь почувствовал острое желание убить, которое спустилось с неба, и подумал, что было бы неплохо быть похожими на них, двух людей, взаимно поддерживающих друг друга.

Трудно было достичь небес, но еще труднее познать сердце другого человека.

-“Все в сборе?” ,- крикнул Инь Ханьцзян - “Разверните массив!”

Площадь перед Главным залом уже содержала огромное множество людей. Девяносто восемь экспертов заняли места, соответствующие их собственным элементам, оставив центральное место Инь Ханьцзяну.

Держа на руках потерявшего сознание Хэ Вэньчжао, Инь Ханьцзян спустился, оставив Горящий Небесный Барабан в небе над Главным залом, когда он активировал массив.

Духовная энергия девяноста девяти экспертов вращалась вокруг Инь Ханьцзяна в центре. Одной только своей силой он будет управлять всей этой силой, перенаправляя ее на Хэ Вэньчжао и полностью изолируя его.

По логике вещей, такое обращение не должно было понадобиться культиватору Основания, но Инь Ханьцзян прочитал "Бог Уничтожения: Том 2" и видел все случаи, когда Хэ Вэньчжао оказывался в отчаянных ситуациях, даже однажды был вынужден уничтожить свою собственную Зарождающуюся Душу, но, пока он не был мертв, он всегда сумел отыграться, став еще сильнее и сокрушив своего врага.

Так что Инь Ханьцзян должен был быть постоянно бдительным. Он должен был быть настороже не только против Кровавого Демона, но и против Хэ Вэньчжао.

Вот почему он сделал исключение и использовал Блокирующую систему Души Зиву. Если бы этот массив использовался в наступательных целях, он обладал бы силой, способной уничтожить цивилизацию. Если бы его использовали для заключения, даже Великий Золотой Бессмертный не смог бы сбежать.

Массив поддерживался в течение семи дней и ночей. За это время действие талисмана Вэнь Женьхэ прошло, и Кровавый Демон проснулся. Кровавый туман собрался внутри массива, и Хэ Вэньчжао, обычный культиватор, издал демонический вой.

-“Да что вы, ублюдки! Если бы этот предок был в полной силе, Блокирующая Душу Система Зиву была бы ничем! Когда я выйду, я буду пировать на всех ваших душах!” ,- взревел Старейшина Кровавых Демонов.

Он уже поглотил семнадцать культиваторов, так что иметь с ним дело было нелегко. Некоторые ученики более низкого уровня были на пределе своих возможностей, и даже Шу Яньянь была истощена.

Однако Инь Ханьцзян был совершенно непоколебим. Он указал пальцем на Кровавого Демона, неуклонно вливая духовную энергию в массив, изматывая его. Другая его рука делала быстрые ручные печати, ударяя в Пылающий Небесный Барабан, уменьшая кровавый туман с каждым ударом.

Они находились в безвыходном положении в течение семи дней и ночей. Духовная сущность Старейшины Кровавых Демонов была окончательно истощена, и с пламенем Горящего Небесного Барабана он больше не мог терпеть.

Инь Ханьцзян тоже был на пределе своих возможностей, но выражение его лица не менялось, он упрямо держался, пока у Кровавого Демона не осталось сил. Его голос был тверд, он крикнул:

-“За то, что ты повредил репутации моего Преподобного и дважды причинил ему вред в Кровавом Аду, Старейшина Кровавых Демонов, встань на колени!”

Со своим яростным воплем Инь Ханьцзян неуклонно нажимал пальцем вниз. Девяносто девять полос черно-белой ци влились в тело Хэ Вэньчжао. Кровавый Демон продолжал бороться, пока его силы, наконец, не были на пределе, и он упал на оба колена перед Инь Ханьцзяном.

Черно-белая ци ограничивала его духовную сущность, так что он больше не мог убежать.

Инь Ханьцзян был полностью опустошен, но выражение его лица не изменилось. Он приказал Ши Таньсиню:

-“Брось его в водную тюрьму, и пусть культиваторы призраков следят за ним день и ночь. Если случится что-нибудь необычное, немедленно сообщите этому Господину!”

Значительно поднявшись во власти после восстановления своей болезнетворной ци, Ши Таньсинь радостно сказал:

-“Этот подчиненный понимает!”

-“Вы двое” ,-Инь Ханьцзян указал на Шу Яньяня и Цю Конгсюэ - “Присматривайте за Бейли Цинмяо в течение месяца. Она еще не достигла Махаяны, так что, возможно, что-то может нарушить ее рациональность, и она может отпустить Хэ Вэньчжао в момент слабости.”

“Мастер Алтаря Мяо, отведи праведных учеников к Мастеру Алтаря Чжунли и придумай план, который сделает невозможным отказ праведных сект от приглашения этого Господина.”

“Мастер Алтаря Руань, следуйте за Мастером Алтаря Ши в водную тюрьму, установите там охрану и продолжайте наблюдать. У тебя самая прочная защитная броня, так что, если что-нибудь случится, ты сможешь защитить призрачных культиваторов до прибытия этого Господина.

-“Этот подчиненный понимает”, - сказали все.

К настоящему времени Инь Ханьцзян своей собственной силой доказал, что он достаточно силен, чтобы стать новым Повелителем Демонов.

Забрав Горящий Небесный Барабан, Инь Ханьцзян вернулся в комнату Вэнь Женьхэ. Он схватился за грудь, стараясь не показать слабости.

Внутренние демоны, Пылающий Небесный Барабан и Блокирующая Душу Система Зиву были трудны сами по себе, но Инь Ханьцзян держался.

-“Почтенный, я наконец-то… усмирил Кровавого Демона” ,-Инь Ханьцзян улыбнулся.

Несмотря на усталость, он чувствовал себя беззаботным.

Он был одержим жаждой мести, поэтому не отпустил бы свою обиду, даже если бы Вэнь Женьхэ был жив. Он не просто хотел выплеснуть свой гнев, но и рассказать всем на земле, что он защищал Повелителя Демонов, и никому другому лучше даже не думать о том, чтобы тронуть хоть один волос на его голове. Любой, кто хотел убить Вэнь Женьхэ, должен был пройти через Инь Ханьцзян.

-“Ты справился очень хорошо, лучше, чем я мог бы” ,- призрак, который меньше всего походил на его Господина, подошел и тихо сказал.

-“Ты мой Достопочтенный?” ,- сказал Инь Ханьцзян, выглядя потерянным.

-“Закрой глаза”.

Инь Ханьцзян послушно закрыл глаза.

Вэнь Женьхэ беспомощно потер голову: Инь Ханьцзян, ты так хорошо справился.

Прошло пятнадцать дней, а они и не подозревали об этом.

Пока глаза Инь Ханьцзяна были закрыты, Вэнь Женьхэ слегка наклонил голову и поцеловал его в губы, прижав их лбы друг к другу.

Несмотря на то, что Вэнь Женьхэ не был твердым, Инь Ханьцзян все еще чувствовал намек на тепло на его губах.

Что случилось?

Размышляя об этом, он начал чувствовать усталость до глубины души. Вэнь Женьхэ вошел в сознание Инь Ханьцзяна, чтобы начать следующее общение с душой.

Глава 73 - Возращение в душу

Первое общение с душой произошло при неотложных обстоятельствах. Вэнь Женьхэ просто хотел стабилизировать психическое состояние Инь Ханьцзяна, поэтому не заглядывал слишком глубоко в его душу. Общение души зависело от состояния души Инь Ханьцзяна. Если Инь Ханьцзян был полон решимости сопротивляться ему и не открываться, то это было бы бесполезно.

В прошлый раз разум Инь Ханьцзяна был хаотичным, и Вэнь Женьхэ был немедленно заблокирован воспоминанием о его признании и Инь Ханьцзяне, читающем книгу. После лечения и получения этого периода времени, чтобы успокоиться, Инь Ханьцзян значительно улучшился. Теперь в его душе было много светлых точек.

Вэньжэнь подошел к одному огоньку и увидел в нем сцену, где он извлек Снежное Пламя для Инь Ханьцзяна.

Он подошел к другому, более крупному, и увидел, как Инь Ханьцзян захватил Хэ Вэньчжао. Посмотрев еще на несколько, Вэнь Женьхэ понял, что множество светящихся точек разного размера были воспоминаниями, которые приносили Инь Ханьцзян радость и счастье. Если ощущение было слабее, то и света было меньше. Если он был сильнее, то и света было больше.

В самом ярком свете был Инь Ханьцзян, читающий Оскорбительный роман, видевший признание Вэнь Женьхэ через Бейли Цинмяо. Она висела в самой высокой точке его моря сознания, яркая и круглая, как солнце.

Однако внутри света было кровавое пятно, и когда Вэнь Женьхэ расширил свое сознание в него, он обнаружил беспорядок хаотичных, темных мыслей со следами вмешательства внутренних демонов.

Это было то, что причиняло Инь Ханьцзяну больше всего боли.

Вэнь Женьхэ понял. Точки света были самыми счастливыми воспоминаниями Инь Ханьцзяна, в то время как пятна крови были источниками его внутренних демонов.

Он шел все дальше и дальше в море сознания Инь Ханьцзяна, ища источник своей глубочайшей боли. Наконец, где-то глубоко он обнаружил огромное кровавое пятно, больше, чем “солнце”, висящее в небе.

Это должно быть корнем всего.

Вэнь Женьхэ попытался войти в нее, но она сопротивлялась ему, не желая впускать его.

-“Лидер секты Инь”, - тихо сказал он - “Это я, Вэнь Женьхэ”.

Когда он произнес свое имя, кровавое пятно сжалось еще сильнее, закрывая его.

Инь Ханьцзян сопротивлялась ему. Это было то, что он меньше всего хотел, чтобы Вэнь Женьхэ увидел.

Что же ему тогда делать? Зависнув перед кровавым пятном, Вэнь Женьхэ почувствовал некоторое беспокойство. Все огни и пятна крови были событиями прошлого, что означало, что это пятно перед ним было чем-то, о чем Вэнь Женьхэ не знал, и что Инь Ханьцзян закрыл от него.

Даже если бы они были партнерами по

самосовершенствованию, между ними все равно должны быть какие-то границы. Если бы Инь Ханьцзян не хотел, чтобы он к чему-то прикасался, он бы не стал его заставлять.

Но если он не устранит это кровавое пятно, он не сможет вылечить внутренних демонов Инь Ханьцзяна. Он действительно оказался в ловушке дилеммы.

Вэнь Женьхэ на некоторое время задумался, вспоминая все свои взаимодействия с Инь Ханьцзяном. Подумав о том, что в его прошлом тоже были события, о которых он не хотел, чтобы кто-нибудь знал, он вдруг понял.

Если Инь Ханьцзян не хотел, чтобы он допытывался, тогда он мог позволить Инь Ханьцзяну понять его.

Вэнь Женьхэ раскрыл объятия.

-“Этот Почтенный не переступит твоих границ. Я просто хотел проникнуть в твою душу и разрушить стены между нами”.

Пока он говорил, кровавое пятно продолжало уменьшаться, пока не стало достаточно маленьким, чтобы Вэнь Женьхэ мог обхватить его руками и прижать к груди.

Даже если бы это было темное прошлое Инь Ханьцзяна, Вэнь Женьхэ использовал бы свое тело, чтобы защитить его. Кровавое пятно медленно растворилось в сознании Вэнь Женьхэ.

-“А-Ву, А-Ву!” ,-далекий и незнакомый голос, который, тем не менее, навеял воспоминания, зазвенел у него в ушах.

Чья-то нежная рука похлопала его по плечу. Вэнь Женьхэ открыл затуманенные глаза и увидел красивую женщину, стоящую рядом с ним и тихо говорящую:

-“Пора вставать”.

Это была его мать, героическая женщина, которая в трудную минуту могла надеть доспехи и возглавить ополчение пограничного города, отчаянно защищая его в течение пяти дней, пока не прибыло подкрепление, и она упала в обморок на городской стене.

Вэнь Женьхэ обнаружил, что теперь он выглядит четырнадцатилетним или пятнадцатилетним юношей, и внезапно понял, что это было его воспоминание.

-“Боевые искусства, литература, каллиграфия… у тебя сегодня много уроков, так что не заставляй своего учителя ждать” ,- его мать держала пару световых мечей.

Если бы Вэнь Женьхэ не встал, они, вероятно, срезали бы его волосы.

-“Я уже встал, мама!” ,- Вэнь Женьхэ вскочил с кровати, быстро оделся и умылся.

Он вырос на границе. Там было мало рабочей силы, поэтому у Вэнь Женьхэ не было горничной, только мальчик-слуга, который вместе с ним изучал боевые искусства. Обычно он все делал сам, но сейчас он спешил, поэтому крикнул:

- “Подай мне полотенце!”

Пара крошечных, почерневших рук протянула ему белое полотенце. Взяв его, Вэнь Женьхэ замер. Его мальчик-слуга исчез, и на его месте был ребенок, которому на вид было всего пять или шесть лет. Его кожа была покрыта пурпурными рубцами, а половина плоти сгнила. Он был грязный и вонючий, дрожащими руками держал полотенце.

Это был Инь Ханьцзян.

Вэнь Женьхэ впитал в себя воспоминания, с которыми Инь Ханьцзян больше всего не хотел сталкиваться, и в своей душе Инь Ханьцзян нашел подходящую должность, чтобы занять ее и стать его мальчиком-слугой.

Это была не реальность, это были воспоминания Вэнь Женьхэ.

Он принял полотенце, но сам им не воспользовался. Взяв крошечного Инь Ханьцзяна, он намочил полотенце в теплой воде и осторожно вытер им тело Инь Ханьцзяна.

Распухшая и омертвевшая рука отбросила полотенце.

- “Грязный” , - процедил Инь Ханьцзян сквозь стиснутые зубы.

Инь Ханьцзян беспокоился не о том, что полотенце было грязным, а о том, что его собственное тело испачкает его.

-“Полотенце можно выстирать дочиста”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Тебе нужно лечение и смена одежды”.

Изменения в его сознании могли повлиять на людей в его воспоминаниях. Его мать больше не заставляла его идти учиться, вместо этого нежно поглаживая Инь Ханьцзяна по голове.

-“Как это случилось с маленьким Цзяном? А-Ву, помоги его вымыть, а потом отведи к доктору Ли на лечение.”

Вэнь Женьхэ послушно вскипятил воду, чтобы очистить Инь Ханьцзяна, и достал свою собственную детскую одежду, чтобы он мог переодеться. Неся его, он использовал цигун, чтобы добраться до дома городского врача.

В детстве Вэнь Женьхэ был молодым генералом-инструктором, всегда одетым в белую парчу и немного выпендривающимся. Когда он прыгал по крышам с Инь Ханьцзян на руках, жители подняли головы и начали жаловаться на то, что маленький генерал клана Вэнь снова прыгает вокруг да около.

В то время Вэнь Женьхэ был ослепительным юношей. Его фигура казалась великолепной, и даже небо над пограничным городом было ярко-лазурным.

-“А-Ву?” ,- спросил маленький Инь Ханьцзян у него на руках.

-“До того, как я начал совершенствоваться, родители дали мне имя Вэнь Ву. Они также планировали дать мне вежливое имя Чжиге, разделив на Ву[1]”, - ответил Вэнь Женьхэ.

1. Это иероглиф для wu 武, означающий военный / военный. Он сделан из этих компонентов 止戈 zhi ge. Первый символ - "стоп". Второй - кинжал-топор, древнее оружие. Цитата о том, что “У означает остановить кинжал-топор” (боевая доблесть предназначена для прекращения конфликта), приписывается царю Чжуан из Чу, который правил в весенне-осенний период.Однако 止 in 武 на самом деле происходит от ступня, поэтому оно относится к движениям армии. Цитата - всего лишь художественное переосмысление.

К сожалению, до того, как этот день настал, клан Вэнь столкнулся с катастрофой, и Вэнь Ву переименовал себя в Вэнь Женьхэ.

Спрыгнув с карниза к двери доктора Ли, он поверг мужчину в шок. Пожилой, но все еще бодрый армейский врач схватил стоявшую рядом с ним метлу и замахнулся ею на Вэнь Женьхэ.

-“Ах ты, непослушное отродье! Ты напугаешь этого старика до смерти! Можешь ли ты правильно постучать в дверь хотя бы один раз? Каждый раз ты либо прыгаешь с крыши, либо вбегаешь с заднего двора — мои старые кости не выдержат такого удара!”

Прежде чем его метла успела соединиться, ее схватила пара рук. Маленький Инь Ханьцзян посмотрел на доктора Ли с угрюмым выражением лица.

Даже темная часть души Инь Ханьцзяна была очень сильной. Вэнь Женьхэ, боясь, что он будет драться, собиралась остановить его, когда доктор Ли сказал:

-“О боже, чей это ребенок? Как это с ним случилось? Быстрее, заходи, я перевяжу его.”

-“Его подобрали в куче трупов. Все его родители и родственники были убиты чужеземными племенами ”, - тихо сказал Вэнь Женьхэ.

Морщинистое лицо доктора Ли мгновенно наполнилось сочувствием. Он велел Вэнь Женьхэну уложить маленького Инь Ханьцзяна на кровать, а сам принес крепкий алкоголь и нож, а затем начал вырезать мертвую плоть.

Когда Вэнь Женьхэ спас Инь Ханьцзяна, он исцелил его с помощью всего лишь эликсира и некоторого направления духовной энергии. Травмы смертных на самом деле ничего не значили для культиватора, поэтому у Инь Ханьцзяна не было особого впечатления от того, что его лечили.

На этот раз доктор Ли старательно разрезал его плоть, по ходу дела дезинфицируя спиртом, отчего лицо Инь Ханьцзяна исказилось от боли. Вэнь Женьхэ был озадачен, наблюдая за происходящим. В форме души, почему он должен чувствовать боль? О чем сейчас думал Инь Ханьцзян?

Боясь повредить здоровую плоть, доктор Ли работал медленно. Только через десять часов, когда солнце переместилось с востока на запад, он закончил накладывать лекарства и перевязывать все раны Инь Ханьцзяна.

Лицо маленького Инь Ханьцзяна было покрыто потом от боли. Когда доктор Ли сказал:

-“Готово”.

Инь Ханьцзян упал в обморок на месте, его брови нахмурились.

-“Сколько дней этот ребенок был ранен к тому времени, когда ты его подобрал?”, - тихо спросил доктор Ли, отводя Вэнь Женьхэ в сторону.

-“Примерно за три-пять дней до того, как я выкопал его из кучи трупов”, - тихо сказал Вэнь Женьхэ.

Он не знал, может ли Инь Ханьцзян слышать, и они не могли передавать друг другу сообщения в его сознании.

-“Этот ребенок немного странный”, - сказал доктор Ли - “Он такой маленький, что я не хотел использовать анестетик, боясь, что это повредит его мозг, поэтому мне пришлось работать без него. Часть омертвевшей плоти можно было отрезать без каких-либо ощущений, но часть плоти, которая еще не была мертва, но не могла быть спасена, вызывала агонию одним прикосновением. Он такой маленький ребенок, но после такого долгого лечения, когда я время от времени протирал его раны спиртом, он даже не издал ни звука. Если бы это был такой хвастун, как ты, я бы поверил в это, если бы ты стиснул зубы и не закричал, но из-за того, что такой маленький ребенок даже не плачет, я беспокоюсь, что с ним здесь что-то не так ”.

Доктор Ли похлопал Вэнь Женьхэ по груди, над сердцем.

Его сердце? Доктор Ли мгновенно заметил, что что-то не так, но Вэнь Женьхэ тогда просто бросил Инь Ханьцзяна на горе, не задумываясь. Он думал, что будет достаточно, если он просто даст ему хорошую еду, новую одежду, метод совершенствования и силу для мести. Мужчине не нужна слабость. Но Вэнь Женьхэ не понимал, что Инь Ханьцзян не был мужчиной. Он был всего лишь пятилетним маленьким мальчиком, все еще в том возрасте, когда можно плакать.

-“Этот ребенок был спасен немного поздно”, - сказал доктор Ли, качая головой - “Его левая нога, вероятно, будет искалечена, и по всему лицу и телу останутся шрамы. Я знаю, что ты занят, а маршал и мадам Вэнь очень строги с вами, но тебе нужно время от времени присматривать за ним. Пока я делал иссечение, он смотрел на тебя каждый раз, когда боль была слишком сильной. Он, очевидно, думает о тебе как о своем спасителе, так что позаботься о нем ”.

-“Твой младший понимает”, - сказал Вэнь Женьхэ с тихим вздохом.

-“Какой младший?” ,- доктор Ли хлопнул его по

голове - “Не будь со мной таким официальным, ты практически мой внук!”

-“А-Ву понимает”, - сказал Вэнь Женьхэ, у которого не было другого выбора, кроме как взять имя, от которого он так долго отказывался.

Когда доктор Ли хлопнул Вэнь Женьхэ по лбу, Инь Ханьцзян уже проснулся и с горечью посмотрел на свою руку.

После столь долгого наблюдения за ним, Вэнь Женьхэ понял взгляды и мысли Инь Ханьцзяна и понял, что в настоящее время он зол из-за того, что доктор Ли ударил его.

Он сел на кровать, взял на руки маленького Инь Ханьцзяна и позволил ему положить голову себе на бедро.

-“Этот человек - доктор Ли”, - представил он - “Когда-то он был имперским врачом.”

-“Честные люди не упоминают о своих прошлых достижениях”, - сказал доктор Ли - “Я просто дряхлый старик, которого прогнали за неподобающее поведение при обращении с императорскими наложницами и сослали в армию!” ,- он повернулся спиной, его фигура казалась немного мрачной.

Вэнь Женьхэ улыбнулся.

-“Тогда давай не будем упоминать об этом. Медицинские навыки доктора Ли невероятны, и после прибытия в пограничный город он спас жизни шести тысяч ста сорока восьми солдат. Несколько лет назад он сопровождал армию на поле боя и в течение трех дней спас десятки солдат, в конце концов рухнув в тылу от истощения. Много раз он спасал моего отца и старшего брата от смерти, и даже я...”

Он увидел, что уши доктора Ли покраснели, и решил больше не упоминать о его достижениях. Он тихо сказал на ухо Инь Ханьцзян:

-“В то время в городе было чрезвычайное положение, и моя мать на девятом месяце беременности надела доспехи и присоединилась к армии на стенах. Когда прибыло подкрепление и ее унесли вниз, она уже истекала кровью. Если бы не навыки доктора Ли, я бы умер в утробе матери”.

Маленький Инь Ханьцзян, моргнув, посмотрел на него.

-“На самом деле”, - сказал Вэнь Женьхэ, понизив голос - “ я его приемный внук”.

Глаза Инь Ханьцзяна заблестели, и он впервые заговорил с кем-то, кроме Вэнь Женьхэ - “Дедушка!” ,- позвал он доктора Ли.

Его голос все еще был хриплым и слабым. Услышав это, доктор Ли ухмыльнулся так широко, что его усы задрожали. Повернувшись, он наклонился к кровати.

-“О, доброе дитя!”

Инь Ханьцзян схватился за усы и ухмыльнулся, стягивая перевязанные раны на лице. Он тут же зашипел от боли.

Доктор Ли откинул назад свои бакенбарды и посмотрел на Вэнь Женьхэ, говоря, что этот ребенок наконец-то проявил немного жизни, так что продолжайте в том же духе.

Маленький Инь Ханьцзян устал, поэтому, немного повозившись, он положил голову на твердое и мускулистое бедро Вэнь Женьхэ и уснул.

Перед тем как заснуть, он подумал: "Значит, это были те люди, которых его Господин хотел защитить".

Глава 74 - Процветание и хаос

-“Вэнь Ву!” ,- Вэнь Женьхэ нес маленького Инь Ханьцзяна обратно, когда услышал крик - “Это ты на днях разгромил винный магазин Вана Бакенбардай?”

Высокий и крепкий мужчина с широкими плечами и тонкой талией, на голову выше молодого Вэня, яростно шагнул вперед и сильно ударил Вэнь Женьхэ по лбу.

-“Мы в армии призваны защищать гражданское население, так как же вы могли ходить и сеять хаос?”

Вэнь Женьхэ на мгновение тупо уставился на него, прежде чем вспомнил, что это был его старший брат, Вэнь Тай, названный в честь “страна процветает, а люди живут в мире”.

Это было слишком давно. Только после долгих раздумий Вэнь Женьхэ вспомнил, что он действительно разгромил магазин. Ван Бакенбардай был вечно пессимистичным пьяницей, который всегда говорил, что этот город рано или поздно падет, что клан Вэнь уйдет и будет заменен каким-нибудь бесполезным чиновником, пьющим вино, который бросит город и сбежит, когда придет беда. Вместо того чтобы оставаться здесь, они могли бы с таким же успехом умереть раньше и перевоплотиться.

Вэнь Женьхэ несколько дней назад пришёл в винный магазин. Эмоции юности были прямыми и сильными. Если он кого-то презирал, значит, он кого-то презирал. Если ему кто-то нравился, значит, он ему нравился. Он уважал своего отца и старших братьев и думал, что с пограничным городом ничего не может случиться, пока там находится клан Вэнь, поэтому он был в ярости, услышав слова Ван Бакенбардая. Ночью он закрыл лицо и разбил все винные кувшины Вана Бакенбардая, а также сбрил усы, оставив на лице множество порезов.

Он думал, что залег на дно, но не учел, что в пограничном городе был только он, молодой подросток с хорошими навыками боевых искусств, который проводил весь день, прыгая по крышам.

Его пара ярких и презрительных глаз отличалась от чьих-либо других в городе, и их можно было узнать с первого взгляда.

Лоб Молодого А-Ву был ярко-красным от щелчка его брата. Инь Ханьцзян разозлился и укусил Вэнь Тая за руку.

Вэнь Тай был в бешенстве.

-“Маленький ребенок, отпусти! У меня крепкая рука, ты сломаешь себе зубы, если будешь кусаться слишком сильно!”

Маленький Инь Ханьцзян: …

Крепкий молодой человек был в растерянности из-за Инь Ханьцзяна, боялся причинить ему боль и в конце концов переложил вину на своего младшего брата.

-“Вэнь Ву, ты используешь детей в качестве щита, когда сделал что-то не так?”

-“Маленький Цзян, отпусти” ,- Вэнь Женьхэ нежно сжал лицо Инь Ханьцзяна - “Тебе только что перевязали лицо. Не береди свои раны”.

Инь Ханьцзян медленно отпустил его. Вэнь Женьхэ держал его одной рукой, а другой обнял за плечи своего старшего брата. Он прижался лбом к широкой руке Вэнь Тая и тихо сказал:

-“Брат, я так рад снова тебя видеть”.

Даже если это было только в его воспоминаниях.

Вэнь Тай круглый год служил на границе, и его кожа была темной и немного грубой. Его лицо покраснело, и, подняв покрытую шрамами и мозолями руку, он погладил Вэнь Женьхэ по голове, прежде чем прийти в себя.

-“Не разыгрывай передо мной этот спектакль, от этого твое избиение не станет легче!”

В тот день Вэнь Женьхэ получил взбучку. Его отец был в военном лагере, а старший брат служил в тылу, поэтому Вэнь Тай потащил его извиниться перед Ван Бакенбардой и возместить ущерб, а затем в винном магазине перед мирными жителями города применил военное правосудие к Вэнь Женьхэ приговорил его к пятидесяти годам лишения свободы. удары палкой, избиение его до тех пор, пока кожа на его молодой спине не разорвалась.

Маленького Инь Ханьцзяна держала мать Вэнь Женьхэ, он выл от ярости и пытался вырваться из пары грубых рук, желая броситься на своего Преподобного, чтобы защитить его.

-“Не двигайся!” ,- женщина казалась нежной, но на самом деле была строгой -“Стой спокойно и смотри. Независимо от причины, солдат, причиняющий вред гражданскому лицу по личным причинам, должен быть наказан по военному закону. Поскольку он молод, его наказание было смягчено, иначе оно не закончилось бы, пока этот прут не сломается! ”

-“Это больно...” ,-Инь Ханьцзян положил руку на собственное сердце.

-“Конечно, это больно. Боль в теле сына - это боль в сердце матери ” ,- по щеке матери Вэнь Женьхэ скатилась слеза, но она вытерла ее и продолжила - “Но он должен принять побои. Все, что касается гражданских лиц, не имеет значения!”

Слеза, которую она пропустила, упала на руку Инь Ханьцзяна. Он лизнул его. На вкус он был солоноватым и горьким.

После избиения доктор Ли перевязал раны Вэнь Женьхэ — не слишком легкие.

Когда это было сделано, ему также нужно было преклонить колени в мемориальном святилище в течение дня и ночи.

Маленький Инь Ханьцзян хотел сопровождать его, и у людей вокруг него не было другого выбора, кроме как приготовить для него подушку. Из-за только что вырванной плоти из его ног он не мог встать на колени и был вынужден сидеть на подушке, переполненный негодованием.

-“Достопочтенный не ошибся”.

-“Нет, я был неправ”, - мягко объяснил Вэнь Женьхэ.

-“Как мог Достопочтенный ошибаться?” ,-Инь Ханьцзян поднял голову, его глаза наполнились восхищением.

“Таким ты видел меня все это время?” ,- Вэнь Женьхэ лыбнулся и щелкнул себя по носу - “Неудивительно, что в твоих глазах я призрак, меньше всего похожий на себя.”

При упоминании о том, что он не мог различить внутренних демонов, лицо Инь Ханьцзяна сморщилось, выглядя очень обеспокоенным.

Поскольку это было сознание Вэнь Женьхэ, а Инь Ханьцзян находился в духовном теле, на него не повлияли его внутренние демоны. В его глазах был только молодой Вэнь Ву. Однако он был окружен матерью и братом Вэнь Женьхэ, которые были очень похожи на него. Они причинили боль его Господину, но поскольку они были так похожи на него, Инь Ханьцзян не мог найти в себе сил наказать их.

Вэнь Женьхэ погладил маленького Инь Ханьцзяна по голове и серьезно сказал:

-“Инь Ханьцзян, я не родился сильным или мудрым. В юности я думал, что мой отец и братья - боги и могут сдержать все мировые бедствия, и в пограничном городе навсегда воцарится мир, но это была серьезная ошибка ”.

Кто был всемогущ? Люди только выпрямляли спины, не позволяя своей слабости проявиться, даже если их позвоночник был раздроблен.

Вэнь Женьхэ рассказал Инь Ханьцзяну, что произошло после того, как его избили. После того, как он был наказан в течение месяца, его отец, маршал Вэнь, вернулся в город на каникулы, и когда он услышал, что произошло, он снова избил Вэнь Женьхэ. После этого он перешел от строгого к доброму и рассказал историю Вэнь Женьхэ о Ван Бакенбардов.

Пьянице было пятьдесят лет, и сорок лет назад, когда маршал Вэнь был еще ребенком, граница находилась в отчаянном положении: войска бежали, а племена вторглись. Ван Бакенбардов, которому тогда было всего десять лет, был спрятан матерью в винном погребе, и его невинные и нежные глаза были свидетелями бесчисленных ужасов.

Слушая, Инь Ханьцзян думал о своем собственном прошлом, и от боли в груди ему было трудно дышать.

Вэнь Женьхэ посадил его к себе на колени и продолжил.

-“И все же он выжил, пока мой дед не вмешался во время кризиса, не повел войска в бой и не вернул город. Поскольку он был военным сиротой, он мог сопровождать армию до ближайшего правительственного учреждения, где находился детский дом, принимающий таких детей. Однако он не покинул город, а присоединился к ополчению. Несколько лет назад, еще до моего рождения, он присоединился к моей матери у городских стен, бросая камни во вражеские племена, чтобы сдержать их натиск.”

-“Тогда почему он говорил такие вещи?” ,- спросил Инь Ханьцзян.

-“Потому что все это было правдой. Клан Вэнь не смог защитить город” ,- голос Вэнь Женьхэ был полон боли.

Это было прошлое, к которому он никогда не мог вернуться. Все эти яркие жизни были наполнены как добром, так и злом, будь то хитрые мошенники или скользкие бизнесмены. Никто не мог быть нарисован в черном или белом цвете, и все они составляли пограничный город, наполненный жизнью.

В конце концов, клан Вэнь был уничтожен, и двор уступил девять пограничных провинций вражеским племенам. На следующий день туземцы устроили резню в городе, не щадя ни мужчин, ни женщин, ни молодых, ни старых.

-“Не смотри на меня” ,- Вэнь Женьхэ держал крошечного Инь Ханьцзяна на коленях, уткнувшись лицом в его грудь.

Инь Ханьцзян продолжал пытаться поднять голову, но Вэнь Женьхэ всегда опускал ее обратно. Прямо сейчас он был еще молод и мог проявить слабость.

Капли ледяной воды упали на волосы Инь Ханьцзян. Инь Ханьцзян подумал, что эти капли тоже должны быть солеными и горькими.

-“Почтенный...” ,- голос Инь Ханьцзяна был приглушен грудью Вэнь Женьхэ, которая была наполнена аурой молодости.

-“Здесь, зови меня А-Ву”, - сказал Вэнь Женьхэ.

-“А…А-Ву...” ,- Инь Ханьцзян покраснел и не знал, был ли он просто задушен грудью Вэнь Женьхэ.

Вэнь Ву был очень здоров и снова прыгал всего через несколько дней после наказания, каждый день споря со своим учителем. Он украл вино, которое было похоронено для его сестры[1], и сел на карниз, выпивая его, даже дал немного Инь Ханьцзяну. После того, как его мать узнала об этом, она схватила его за уши и отшлепала. Маленький Инь Ханьцзян сидел на стуле, прикрыв глаза и наблюдая, как шлепают брата А-Ву. Его пальцы были широко растопырены, между третьим и четвертым пальцами выглядывала пара больших ярких глаз.

1. В префектуре Шаосин существовала традиция закапывать кувшин с вином под названием "нуэр хонг" при рождении дочери и выкапывать его, когда она выходила замуж, чтобы подать на свадьбе.

-“Мама, не позволяй ему смотреть, как меня бьют”, - несчастно сказал А-Ву.

-“Ты все еще знаешь, что такое стыд!” ,- сказала его мать, снова шлепнув его - “И все же ты украл свадебное вино своей сестры, чтобы выпить — я не могу тебе поверить!”

После того, как его избили, он был наказан написанием с извинениями. Он был молод и не мог усидеть на месте, и его зад все еще болел, поэтому он мог только лежать на кровати, чтобы писать. Инь Ханьцзян наблюдала за ним сбоку, пока он писал кривые иероглифы. Каллиграфия его Господина всегда была очень хорошей.

-“Я стал хорошо писать после того, как вырос”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Тогда все, что меня интересовало - это боевые искусства, и я свысока смотрел на литературу. Каждый день я хотел отрезать бороду моего учителя и сделать из нее щетку, чтобы послать ему ” ,- он улыбнулся - “Только позже я узнал, какая польза была от этого вещества. Воинская доблесть может защитить королевство, но литература может просвещать людей ”.

-“Так вот почему ты благосклонно относился к Чжунли Цянь?” ,- спросил Инь Ханьцзян, подперев подбородок рукой.

Раны, покрывавшие его тело, в основном зажили, оставив лишь несколько пугающе выглядящих шрамов.

-“Во времена хаоса нужен клан Вэнь, но во времена процветания нужны такие люди, как Чжунли Цянь. Без нас хаос никогда не станет процветанием, но без них процветание скоро снова превратится в хаос ”, - сказал Вэнь Женьхэ.

Через месяц маршал Вэнь вернулся, и Вэнь Ву снова был избит, как он и сказал. К этому времени маленький  Инь Ханьцзян уже не сердился. Он понял, что здесь любой мог дать брату А-Ву несколько затрещин. Он получал небольшую взбучку каждые три дня и серьезную - каждые пять. Даже его десятилетняя сестра Вэнь Янь поцарапала его после того, как он выпил ее вино.

Лицо Инь Ханьцзяна было покрыто шрамами, и он изначально думал надеть маску, но он заметил, что у многих людей в пограничном городе были покрытые шрамами лица, а у некоторых отсутствовали руки и ноги, но никто не смотрел на них по-другому.

Брат А-Ву сказал ему, что это были ветераны или гражданские лица, которые были ранены. Здесь все смирились со своими шрамами и смеялись над жизнью. Никто не жалел себя, потому что если бы вы так думали, то были бы по-настоящему жалки.

Так Инь Ханьцзян научился смотреть людям в лицо без маски. Никто вокруг него не смотрел на него как-то странно, и даже десятилетняя Вэнь Янь обожала своего младшего брата, часто таская ему овощи, которые ей не нравились.

Инь Ханьцзян знал, что эти люди были всего лишь воспоминаниями его Господина. Похороненные воспоминания его Господина оказались такими нежными.

Таким образом, он прожил счастливо больше года. То, что должно было произойти, должно было произойти. То, что уже произошло, изменить было невозможно, и поэтому воспоминания Вэнь Женьхэ обратились к этой главе.

После того, как армия была отозвана, Вэнь Ву, оправившись от ран, побежал в столицу и обнаружил, что стены увешаны отрубленными головами.

Копаясь в куче трупов, он кричал и плакал в братской могиле, а маленький  Инь Ханьцзян молча наблюдал за происходящим.

Все эти люди, некоторые из которых были похожи на его Господина, некоторые были немного похожи на него, некоторые совсем не были на него похожи, исчезли вот так просто. Жизнь была такой быстротечной штукой.

Прямо сейчас две одинокие фигуры сбились в кучу и развели костер. Обезглавленных преступников не хоронили, а у молодого Вэнь Ву не было возможности купить гробы для всей своей умершей семьи. Он сам сейчас был разыскиваемым преступником.

Он разложил бесчисленные обезглавленные трупы рядами и поджег их один за другим. Инь Ханьцзян не помогал, просто наблюдал за ним.

-“Я помню, что ты, кажется, любишь огонь” ,- после поджога последнего тела, десятилетнего ребенка, который, возможно, была Вэнь Янь, Вэнь Женьхэ повернулся к Инь Ханьцзяну.

После минутного молчания Инь Ханьцзян покачал головой и хрипло сказал:

-“Мне нравится сжигать тех, кто согрешил, чтобы тела, которые когда-то использовались для совершения таких преступлений, могли продолжать освещать ночное небо. Я думаю, это все, на что они годятся, но это совсем другое дело ”.

Клан Вэнь не был злым. Им было бы лучше жить.

-“Я не хочу, чтобы они сгорели...” ,- маленький Инь Ханьцзян прикрыл рот рукой, подавляя рыдания.

Вэнь Женьхэ вытер тихие слезы и тихо сказал:

-“Я тоже”.

Инь Ханьцзян все еще помнил, что когда Вэнь Женьхэ взял под свой контроль секту Сюаньюань, он запретил своим подчиненным причинять вред простым смертным. Все, кто не повиновался, были убиты им особенно жестокими методами.

Тогда Инь Ханьцзян равнодушно сказал:

-“Достопочтенный, секта Сюаньюань - это демоническая секта. Если их чрезмерно подавлять, они могут взбунтоваться ”.

-“Тогда любой, кто взбунтуется, умрет”, - холодно ответил Вэнь Женьхэ - “Простые люди невиновны”.

Тогда Инь Ханьцзян был невежественен и знал только, как выполнять приказы. В этот момент он понял, что именно Вэнь Женьхэ был готов вступить на Путь Убийства, чтобы защитить посреди смерти и кровопролития. Что именно стояло за спиной Вэнь Женьхэ и обеспечивало его неиссякаемое боевое намерение.

Общие жизни, которые защищал Вэнь Женьхэ, стали его волей никогда не признавать поражения. Пока он защищал их, они защищали его.

Автору есть что сказать:

Карьера маленького Инь Ханьцзяна в особняке маршала ——

Маленький Инь Ханьцзян, спокойной наблюдающий за тем, каким его Господин был раньше. Тайно изучая традиционное искусство резьбы по дереву клана Вэнь, он вырезал множество копий Достопочтенного и его семьи, а затем спрятал их под одеялом, чувствуя, что весь мир принадлежит ему.

Вэнь Женьхэ: Почему кровать такая тесная?

Глава 75 - Старые шрамы

Вэнь Женьхэ ехал верхом на лошади, держа на коленях шестилетнего маленького Инь Ханьцзяна, и медленно направлялся к границе с проездными документами в руках.

Маленький  Инь Ханьцзян поднял руку и коснулся бинтов на лице Вэнь Женьхэ.

-“Я выгляжу пугающе?” ,- спросил Вэнь Женьхэ.

Его руки и лицо были покрыты ожоговыми ранами, которые молодой Вэнь Ву нанес себе сам.

После уничтожения клана Вэнь, Вэнь Ву поспешил обратно в столицу с помощью старых подчиненных маршала Вэня, но не смог сделать ничего, кроме как забрать трупы своей семьи.

Друзья его отца мало чем могли ему помочь, только подготовили для него фальшивую личность и велели уехать как можно дальше. До того, как клан Вэнь будет оправдан, он не должен возвращаться.

Поскольку Вэнь Ву был беглецом, чтобы защитить себя и не доставить никому неприятностей, он бросился в костер, обжег лицо. Прежде чем его ожоги зажили, он умчался из столицы, по дороге наткнувшись на контрольно-пропускной пункт, где неверующий офицер сорвал с него бинты, обнажив багровую и окровавленную плоть.

-“Нет” ,- маленький Инь Ханьцзян свернулся калачиком у него на коленях, думая о том, как юный Вэнь Ву провел эти годы.

Вся его семья была предана стране, но теперь остался только он. Он был не более чем пятнадцатилетним мальчиком, не так давно бывшим озорным нарушителем спокойствия, который сеял хаос везде, куда бы ни пошел, но теперь ему нужно было скрыть свое имя и личность, подавив свой своевольный и беззаботный характер, уничтожив свое собственное необычайно красивое лицо и столкнувшись лицом к лицу с миром, наполненным злобой, один.

Культиватор мог исцелить любую травму. К тому времени, когда Инь Ханьцзян встретил Вэнь Женьхэ, он уже занимался самосовершенствованием в течение двухсот лет и был настолько силен, что напоминал божество. Он не знал равных в мире самосовершенствования, воплощение самой силы. Никто и представить себе не мог, что у него когда-то было такое прошлое. Несмотря на то, что Инь Ханьцзян иногда слышал, как Вэнь Женьхэ вспоминает прошлое, он не мог связать то, что слышал, с человеком, которого знал.

Только теперь Инь Ханьцзян более ясно, чем когда-либо, осознал, что его Господин не был божеством. Он был смертным из плоти и крови, который лучше, чем кто-либо другой, понимал, что такое боль.

Маленький Инь Ханьцзян вскарабкался наверх, обхватил руками шею Вэнь Женьхэ и поднял его голову, чтобы поцеловать его бинты.

-“ Больно” ,- тихо сказал он.

-“О чем ты только думаешь?” ,- Вэнь Женьхэ ткнул Инь Ханьцзяна в голову - “Прошло триста пятьдесят лет, так как же это может все еще болеть?”

В его воспоминаниях некоторые особые моменты не могли быть изменены. В конце концов, все события уже произошли. В моменты, когда эмоции Вэнь Ву были наиболее сильными, Вэнь Женьхэ принуждался к тем же действиям. Но во время этого пустого пространства, о котором у него не было особого впечатления, он мог оставаться уравновешенным.

Инь Ханьцзян ничего не сказал, просто уткнулся головой в плечо Вэнь Женьхэ.

Они путешествовали полгода, прежде чем прибыли на границу. Это уже была не та граница, которую они покинули после того, как девять городов были сданы вражеским войскам.

-“Тогда я знал, что не смогу убить никчемного императора, поэтому я бежал обратно к границе и проник в оккупированные города, чтобы убить как можно больше вражеских лидеров”, - сказал Вэнь Женьхэ Инь Ханьцзяну - “Алебарда, которой я всегда пользовался, находилась в фамильном поместье, так что моим единственным желанием было вернуться домой и забрать свое оружие”.

Сердце Инь Ханьцзяна сжалось.

Он наблюдал, как молодой Вэнь Ву, вместо того чтобы стать чиновником со своими рекомендациями, положился на свои навыки боевых искусств и перепрыгнул через городскую стену в полночь. Остаток пути он пробежал бегом, избегая вражеских солдат в течение нескольких дней и ночей, пока не добрался до города, где жил.

Он думал, что если он вернется домой, даже если его семьи там не будет, там останутся следы его жизни, а также его оружие и вино, которое его родители похоронили для его сестры.

Но когда он прибыл, то издалека увидел огни в вечернем свете.

Он убил одинокого вражеского солдата и украл его одежду, чтобы проникнуть в город, обнаружив его брошенным в огне.

Доктор Ли, Ван Бакенбард и многие другие люди, которых он знал, теперь были трупами, разбросанными по улицам. Вражеские солдаты откопали вино Вэнь Яня и теперь пили его, празднуя победу.

Вэнь Янь была слишком молода, чтобы иметь какие-либо мысли о браке. Все, что она знала, это то, что выйти замуж за кого-то - все равно что найти кого-то, кто будет заботиться о ней, как ее отец. Она знала, что ее отец любил выпить, поэтому дорожила своим вином, думая о том, чтобы выкопать его и взять с собой, когда выйдет замуж. Она целый день хвасталась своим прекрасным вином перед Вэнь Ву, доведя его до такого бешенства, что он откопал его и выпил.

Вино, которым она дорожила, как собственной жизнью, было потрачено впустую, кувшины разбиты перед дверями поместья.

-“Убейте их! Убейте их всех! Сожги их! Сделай из них светильники, которые будут гореть вечно!” ,- маленький Инь Ханьцзян заговорил рядом с Вэнь Женьхэ, его лицо исказилось.

Это были воспоминания Вэнь Женьхэ, и когда Вэнь Женьхэ входил в особое состояние ума, Инь Ханьцзян отделялся от мира. Если Вэнь Женьхэ мог видеть его, то и все остальные могли его видеть. Если Вэнь Женьхэ не мог, то никто другой не мог бы.

Прямо сейчас Вэнь Ву не заметил Инь Ханьцзяна. Глядя на бессердечную сцену перед собой, он сжал руки так сильно, что ногти впились в кожу, заставляя себя терпеть.

Он не мог уйти, он не мог уйти! Он был всем, что осталось от его семьи, поэтому он должен выжить. Не было никакого смысла убивать горстку людей. Ему нужно было выжить, чтобы найти свой шанс.

Он прикрыл глаза, затем развернулся и побежал, оставляя город позади. Оказавшись в пустынной глуши, он, наконец, рухнул на землю, свернулся калачиком, спрятал голову в руках и издал нечеловеческий вой.

Маленький Инь Ханьцзян стоял в стороне, наблюдая за своим Братом А-Ву, не в силах сделать что-либо еще.

Пока он смотрел, рядом с Вэнь Ву с неба спустился человек. Надменно глядя на него сверху вниз, он сказал:

-“Меня привлек сюда запах крови из этого города, и я хотел поймать несколько обиженных призраков, но негодования духов было совершенно недостаточно. Я думал, что зря потратил время, но кто знал, что я наткнусь на такую хорошую кандидатуру, как ты?”

Инь Ханьцзян знал, что это был демонический культиватор на стадии Зарождения Души.

Услышав, что кто-то внезапно заговорил с ним, Вэнь Ву спрятал свою боль, поднял голову и холодно спросил:

-“Кто ты?”

-“Для тебя, простых смертных, я должен считаться богом, да? Ха-ха-ха!” ,- демонический культиватор разразился надменным смехом - “Как насчет этого? Ты хочешь отомстить? У меня здесь есть руководство по Пути Убийства. Это не мой путь, но было бы напрасной тратой времени выбрасывать его. Мне нужно, чтобы кто-нибудь попробовал это, так что ты скажешь?”

Вэнь Ву отказался.

-“Каким бы сильным ни было боевое искусство одного человека, он не может справиться с целой армией. Боевые искусства моей семьи достаточно сильны. Мне не нужны твои.”

-“Ха-ха-ха! С твоей горсткой внешних приемов боевых искусств?” ,- сказал демонический культиватор - “Клинки на поле боя безжалостны, и любой умрет, независимо от того, насколько сильны их боевые искусства, но этот метод отличается”.

-“Я не буду считать тебя хозяином” ,- Вэнь Ву не был тупым.

Пережив столько трагедий, он был очень настороже.

-“И мне это не нужно. Я просто хочу посмотреть, насколько эффективен этот метод. В этом руководстве говорится, что Путь Убийства - это высший демонический путь, и те, кто преуспеет, станут звездой смерти демонического пути, не имеющей себе равных в мире совершенствования. Тут, много горячего воздуха. В последней строке говорится, что за всю историю из более чем тысячи людей, которые попробовали этот путь, ни один не добрался до Зарождающейся Души.”

Ни единой Зарождающейся Души, и он хочет похвастаться тем, что является высшим демоническим путем? Почему я в это не верю?”

-“А ты как думаешь?Ты этого хочешь? Если ты это сделаешь, все, что тебе нужно сделать, это отдать капельку крови ” ,- демонический культиватор помахал книгой перед Вэнь Ву.

Демонический культиватор перевернул первую страницу, держа ее перед глазами Вэнь Ву. С первого взгляда Вэнь Ву был очарован тайнами, записанными внутри. Прежде чем он успел прочитать больше нескольких строк, демонический культиватор закрыл книгу и злобно протянул руку.

-“Я не буду обманывать тебя. Я могу использовать эту каплю крови, чтобы контролировать тебя. Если тебе удастся сформировать Зарождающуюся Душу, я могу взять ее и перейти на Путь Убийства. Если ты потерпишь неудачу, ты умрешь в небесной скорби, и я смогу использовать твою Золотую Сердцевину для изготовления эликсиров. Но в любом случае у тебя будет достаточно времени, чтобы обрести власть и отомстить. Как насчет этого?”

Вэнь Ву долго колебался, но в конце концов протянул руку, предлагая каплю своей крови и получая взамен книгу.

Демонический культиватор, смеясь, улетел прочь. Увидев, что человек может летать по небу, Вэнь Ву крепче сжал руководство в руках, выражение его лица исказилось, а глаза затуманились.

-“Брат А-Ву” ,- маленький Инь Ханьцзян прильнул к ноге Вэнь Ву.

Сколько бы он ни кричал, он не мог разбудить его.

-“Не волнуйся. Все в порядке. Все это в прошлом” ,- Вэнь Женьхэ отложил книгу и, подняв Инь Ханьцзяна, постучал его по лбу.

-“Это просто воспоминание. Прошло триста лет, и разве я все еще не жив? И этот метод действительно был тем, о чем говорил тот демонический культиватор, дающий силу справиться с сотней человек.”

Маленький Инь Ханьцзян просто крепко держал его, бормоча:

-“А-Ву, мой А-Ву”.

Не Почтенный, просто А-Ву.

Инь Ханьцзян всем сердцем сочувствовал Вэнь Женьхэ. Это уже не было поклонением, которое когда-то считало его богом, и больше не было посвящением подчиненного защите своего хозяина. Он хотел использовать свое собственное крошечное тело, чтобы защитить Вэнь Женьхэ и защитить его от всех жестокостей мира.

-“Не плачь. А-Ву ведь не плачет, правда?,- Вэнь Женьхэ погладил Инь Ханьцзяна по голове и внезапно обнаружил, что шрамы на лице и теле Инь Ханьцзяна исчезли.

Доктор Ли однажды сказал, что Инь Ханьцзян никогда полностью не выздоровеет и останется калекой со шрамами. Это место было воспоминаниями Вэнь Женьхэ, а не Инь Ханьцзяна, и если бы он хотел восстановиться, он мог бы сделать это полностью. Но он этого не сделал, просто став таким, как сказал доктор Ли, калекой и изуродованным, задумчивым и тихим, его мысли неизвестны.

Теперь его шрамы исчезли сами по себе. Вэнь Женьхэ осмотрел его гладкое лицо и спросил:

-“Как получилось, что ты исцелился?”

Инь Ханьцзян ощупал свое лицо и сам пришел в замешательство. У него не было ни малейшего желания выздоравливать, но, сам того не замечая, он постепенно поправлялся самостоятельно.

Они оба были в тупике, и после некоторого раздумья, так ничего и не поняв, Вэнь Женьхэ похлопал Инь Ханьцзяна по голове.

-“Я так рад, что ты поправляешься”.

Он пристально посмотрел на Инь Ханьцзяна. Переживая свои старые воспоминания, он, наконец, понял, почему оставил Инь Ханьцзяна одного на горе и игнорировал его в течение многих лет после того, как спас его.

Для него Инь Ханьцзян был неполным обещанием. В тот момент, когда Вэнь Женьхэ нашел его, пыльные воспоминания многолетней давности вновь пробудились, вызвав старую боль в его сердце. Он видел, как история повторяется у него на глазах, и, глядя на этого маленького ребенка, не знал, как его утешить.

Все, что мог сделать Вэнь Женьхэ - это дать Инь Ханьцзяну все, чего у него не было. Здоровое тело, безопасное окружение, гарантированный безопасный метод и меч, который мог бы дать ему силу. И... когда Инь Ханьцзян вырос, появилась безопасная и мирная граница.

Поэтому он снова надел свои доспехи, ради своего царства, которое долгое время пребывало в застое, но также и для того, чтобы позволить ребенку больше не ненавидеть мир.

Глава 76 - Мой А-Ву

Время в его сознании текло иначе, чем снаружи. Его скорость была связана с глубиной воспоминаний Вэнь Женьхэ, поэтому следующие десять лет пролетели для Инь Ханьцзяна как одно мгновение.

Он был наблюдателем в этом мире, наблюдая, как пролетели десять лет, и Вэнь Ву сменил свое имя, бегая по оккупированным городам и спасая всех, с кем сталкивался. Все это время он набирался сил и ждал своей возможности.

В то же время при императорском дворе произошли большие перемены. С приходом к власти нового императора страна стала более процветающей, а вооруженные силы - более сильными. Новый император надеялся вернуть утраченные земли и ждал возможности укрепить свою власть. Война может вспыхнуть в любой момент.

Вэнь Ву воспользовался возможностью вступить в союз с подпольным сопротивлением в городах, и при сотрудничестве изнутри и снаружи они одним махом изгнали чужеземное племя. Его боевые искусства были сильны, и он умело командовал войсками, а также пользовался поддержкой гражданского населения на границе. Он завоевал известность в армии, ожидая своей возможности, а затем раскрыл себя как осиротевший сын маршала Вэня. Все сплотились в его поддержку, и, столкнувшись с его влиянием, у суда не было другого выбора, кроме как оправдать клан Вэнь.

Затаившись на десять лет, Вэнь Ву наконец вступил в битву в качестве генерала, вернув себе девять городов одним ударом и оттеснив племена обратно в прерии, где они не осмеливались появляться.

К этому моменту его природный талант к самосовершенствованию привел его к пику Формирования Ядра.

Вэнь Ву быстро поднялся на стадию Формирования Ядра благодаря конфликту, но в этот момент он почувствовал, что достиг узкого места.

Независимо от того, сколько людей он убил или сколько территории отвоевал, он не смог прорваться. Как и было сказано в руководстве, было очень трудно прорваться к стадии Зарождения Души на Пути Убийства.

К настоящему времени этот демонический культиватор вернулся. Он сделал предложение — Вэнь Ву еще не выковал связанное оружие, но метеорит только что упал на прерии, вызвав пожар, который горел полмесяца. Племена потеряли свои пастбища, и многие из их скота умерли от голода. Вэнь Ву обнаружил божественный металл внутри метеорита и выковал из него алебарду с божественным огнем, но что бы он ни делал, он не мог слиться с ним и сделать его своим связанным оружием.

Пожар в прериях уничтожил власть чужеземного племени, и у них не было другого выбора, кроме как сдаться, став вассальными государствами, которые каждый год отправляли дань императорскому двору.

Новый император заключил мир, и война, длившаяся три года, наконец закончилась. Вэнь Ву не мог смириться с этим.

Когда его город был уничтожен, он поклялся уничтожить вражеское племя, не оставив ни одного солдата или мирного жителя.

Чиновник, которого суд послал для переговоров о капитуляции, оказался членом ветви клана Чжунли по имени Чжунли Чу. Он также был культиватором Основных формаций и пользовался большим авторитетом. Одним движением он взял Вэнь Ву под контроль, заставил его отказаться от своего лидерства и посадил под домашний арест.

Ярость вспыхнула в Вэнь Ву. Держа свою недавно выкованную алебарду, выражение его лица было мрачным и злобным, и он выказывал слабые признаки отклонения.

Прошло пятнадцать лет, и Инь Ханьцзян все еще был крошечным. Он никогда раньше не видел своего Преподобного таким и обнял его за ногу, желая, чтобы он вернулся к нормальной жизни, но

Вэнь Ву был погружен в свои воспоминания и не замечал его.

-“Ту-ту, глядя на твое состояние, ты, вероятно, никогда не пробьешься к Зарождающейся Душе” ,- демонический культиватор вернулся.

Он полагал, что Вэнь Ву должен был в любой момент сформировать Зарождающуюся Душу, поэтому часто слонялся по границе, ожидая своего шанса.

-“Путь Убийства действительно быстр. Я никогда не слышал, чтобы кто-то прошел путь от Сбора Ци до формирования Ядра всего за десять лет. Но за последние пять лет ты не добился никакого прогресса. Ах ... Путь Убийства легче культивировать, чем другие пути — тебе нужно только убивать людей, чтобы продвинуться, но чем больше ты убиваешь, тем сильнее будут твои внутренние демоны, и ты не сможешь пройти через Зарождающуюся в твоей  Душе скорбь внутреннего демона. Неудивительно, что Зарождающаяся Душа - это порог, который никто не может преодолеть на Пути Убийства”.

Вэнь Ву замахнулся своей алебардой на демонического культиватора, который быстро отступил.

-“Ого, ты так пристрастился к убийствам, что даже хочешь убить меня. Как насчет этого? У меня есть для тебя идея. Ты не смог слиться с этим волшебным оружием, вероятно, потому, что у него нет сознания. Сознание может быть взращено небом и землей или создано путем запечатывания душ внутри него. Разве ты не захватил много военнопленных? Есть также пастухи, которые бежали от пожаров и переехали в города, и с ними управляют в лагерях военнопленных. Все вместе это, вероятно, достигает ста тысяч человек.”

“Они принадлежат к разным расам, и мы не можем смотреть друг другу в глаза. Поскольку у тебя есть на них зуб, тебе не нужно видеть в них людей. Подумайте об этом — с сотней тысяч убийств и сотней тысяч душ, очищенных твоей алебарды, разве ты не должен быть в состоянии прорваться к Зарождающейся Душе? В Зарождающейся Душе, что может сделать с тобой ученик клана Чжунли?”

“Может ли оправдание компенсировать более сотни жизней клана Вэня? С таким же успехом ты мог бы объявить себя королем и проложить себе путь в столицу, устранив коррумпированных придворных чиновников, превратив императора в подставное лицо и правя сам. Разве это не звучит лучше?”

Эти слова, сочащиеся ядом, разъели Вэнь Ву. Ночью он покинул поместье с алебардой в руке и ворвался в лагерь военнопленных. Его взгляд медленно скользнул по избитым и измученным заключенным, спящим, прижавшись друг к другу.

Было трудно распознать чужеродные черты соплеменников. В глазах Вэнь Ву их лица сливались с лицами солдат, которые много лет назад уничтожили его город.

-“А-Ву!” ,- все еще будучи пятилетним или шестилетним ребенком, Инь Ханьцзян схватил Вэнь Ву за ногу, желая, чтобы он проснулся.

Но это было всего лишь воспоминание, и все действия Инь Ханьцзяна не имели никакого смысла.

Вэнь Ву поднял свою алебарду, нацелив ее на пленника в изодранной одежде. Когда он уже собирался нанести удар, он услышал слабый детский голос, сказавший:

-“Мамочка, я голоден” ,- он пришел в себя.

Глядя на алебарду в своей руке, он почувствовал, как его тело начало неудержимо трясти.

Что он делал?

Принимать меры против побежденных солдат, стариков, женщин и детей, чтобы навечно запечатать их души в этой алебарде. Это было то же самое, что бессердечные солдаты племени когда-то совершили против его родного города.

-“А? О чем ты только думаешь?” ,- сказал демонический культиватор - “Почему ты не играешь?”

Не так давно он поклялся защищать простых людей, живущих на границе, но теперь он стал таким же убийцей, как и его враги.

Когда он отказался выполнять его приказы и настоял на истреблении чужеземных племен, что сказал Чжунли Чу?

-“Маршал Вэнь, ты гениальный командир с непревзойденными боевыми искусствами. Ты можешь в одиночку уничтожить все живое в прериях, но что хорошего это даст? Когда подует весенний ветерок, трава снова прорастет. Обширная прерия нуждается в людях, чтобы управлять ею, пасти коров и овец и разводить лошадей. После того, как ты убьешь этих людей, где суд найдет людей для разведения стад?  Ты хочешь, чтобы пограничная армия управляла землями, в то время как ты делаешь себя королем этой территории? Или ты хочешь, чтобы туда отправляли ссыльных преступников, чтобы через несколько поколений появилось новое вражеское племя?”

“Ты генерал, поэтому ты хочешь убить врага и защитить королевство. Но длительные военные кампании лишь опустошат казну страны, а боевые действия нарушат жизнь мирных жителей, проживающих на границе. Только позволив врагу почувствовать боль поражения, а затем обучая его и наблюдая за ним, открыв торговлю и коммерцию, мы сможем по-настоящему защитить границу и обеспечить прочный мир.”

“Ты говоришь, что твоя обида пятнадцатилетней давности за резню в твоём городе все еще не отомщена, и я понимаю тебя. Но, заглядывая в будущее, эта обида должна прекратиться здесь ”.

Тогда Вэнь Ву просто думал, что он был полон этого. Поскольку он не страдал, он не понимал, насколько глубока эта обида.

Но теперь он стоял в небе и наблюдал за заключенными, живущими в лагерях для военнопленных, как животные.

Если бы он убил их и использовал для совершенствования своего оружия, он мог бы прорваться на стадию Зарождающейся Души и действительно стать богом смерти. Если бы он отпустил их, у него никогда не было бы никакой возможности продвинуться вперед, а демонический культиватор рядом с ним жаждал его золотой сердцевины.

Взгляд Вэнь Ву медленно переключился с пленников на демонического культиватора. Человек, который называл себя Странником Инша, подозрительно сказал:

-“Что ты на меня смотришь? Муравьи под тобой - твоя цель. Со всеми этими людьми здесь, даже если ты не хочешь их убивать, я заберу их души. Пережив трагедии войны и пожара, каждый из них полон негодования, поэтому они будут делать материалы высшего качества! Мне трудно даже позволить тебе взять их!”

Вэнь Ву поднял свою алебарду, но вместо того, чтобы указать на пленников, теперь она была направлена на Странника Иньшу.

-“Что ты делаешь?” ,- спросил Странник Инша.

-“Даже если они варвары, они могут получить образование и стать нашими гражданами. Долг генерала - защищать простых людей. Я не буду убивать военнопленных, и я не позволю кому-то воспользоваться войной, чтобы захватить души для злых искусств! ”

Пока он говорил, его черная алебарда метнулась к Страннику  Инше.

Зарождающийся Странник Души Инша спокойно достал предмет, куклу, испачканную кровью Вэнь Ву. Он воткнул иглу ему в грудь, и Вэнь Ву почувствовал там глубокую агонию. Терпя боль, он продолжал атаковать, но у него не было возможности победить демонического культиватора, который был на уровень выше его и был схвачен в течение нескольких ходов.

-“Забудь об этом, я потратил пятнадцать лет без всякого смысла. Путь Убийства не так силен, как о нем говорят, ничего, кроме пустых слов. По крайней мере, у меня все еще есть золотая сердцевина и эти обиженные духи, и после того, как я их усовершенствую, они должны быть идеальными для прорыва к Трансформации Божества, так что это не было полной потерей времени ” ,- пока он говорил, Странник Инша потянулся к даньтяну Вэнь Ву, собираясь взять его золотую сердцевину.

Кукла, окрашенная кровью Вэнь Ву, уже была разобрана Странником Инша, и с удалением каждой конечности Вэнь Ву чувствовал, что теряет контроль над частью своего тела. Теперь он лежал бессильно, не в силах пошевелиться, способный только наблюдать.

Он поднял голову, глядя на мириады звезд, усеявших небо над прерией, и почувствовал нежелание. Пятнадцать лет назад он не смог защитить свою семью и мирных жителей на границе, и теперь, пятнадцать лет спустя, он все еще не мог защитить своих бывших врагов, военнопленных.

Вэнь Ву крепко сжал свою алебарду. Она была покрыта свежей кровью. Алебарда была выкована из метеоритного железа, и независимо от того, сколько крови она впитала, он не мог контролировать ее и не мог использовать для полета.

Прямо сейчас у Вэнь Ву оставалась одна мысль. Обычная жизнь на границе больше не нуждалась в Вэнь Ву, так что единственное, что он мог использовать в этой жизни - это защищать мир и обеспечивать будущее.

Убей! Убейте этого демонического культиватора!

Его переполняло желание убить, но намерение защитить позволяло ему сохранять свою рациональность.

В тот момент, когда Странник Инша достал свое золотое ядро, эта алебарда, которая никогда раньше не отвечала, двинулась. Он впитал покрывавшую его кровь и испустил слабые золотистые лучи света.

В небе сиял Полис, сила звезды, призванная светом алебарды. Алебарда взлетела и полоснула ночь полосой золотого света, отсекая руку Странника Инши. Золотое ядро вернулось в даньтянь Вэнь Ву.

Верхняя одежда Вэнь Ву упала, обнажив шрамы, пересекающие его тело, которые он получил за годы боев на границе — доказательство того, что он защищал свою родину.

Когда спустился звездный свет, Вэнь Ву распространил свою духовную энергию. В то время как его алебарда сражалась со Странником Инша, используя силу звезд, ему нужно было прорваться к Зарождающейся Душе.

Только в битве, в которой на кону стояла его жизнь, у него мог быть шанс убить своего противника.

На данный момент, сможет ли он преодолеть свою внутреннюю демоническую скорбь или нет и выживет ли он или нет, для него больше не имело значения. Все, что ему было нужно - это прилив силы в тот момент, когда он сформировал свою Зарождающуюся Душу.

Неиссякаемая сила звезд восстановила поврежденное тело Вэнь Ву. Подумав, алебарда вернулась в его руку. Все смерти, которые он причинил, промелькнули перед его глазами, но Вэнь Ву не дрогнул, крепко сжимая алебарду. С духовной энергией от формирования его Зарождающейся Души его алебарда пронзила небо, нацелившись на Странника Иншу.

Оттуда лились лучи морозного света. В последний момент перед рассветом алебарда пронзила даньтянь Странника Инши. Вэнь Ву стоял в небе, молча глядя на землю внизу.

Полис сиял над его головой, отражая золотые узоры света на алебарде.

Перед силой звезд душа Странника Инши была рассеяна. Две струйки крови побежали из глаз Вэнь Ву. В конце концов, он не смог отомстить.

-“Праведность маршала Вэня вызывает восхищение”, - почтительно сказал Чжунли Чу, медленно подходя к Вэнь Женьхэ - “Я последовал за тобой сюда, изначально намереваясь пожертвовать собой, чтобы остановить тебя, но я и представить себе не мог, что ты проявишь великую добродетель, откажешься от своей мести и примешь мученическую смерть. Сегодня маршал Вэнь использовал битву, чтобы остановить кинжал-топор, и действительно заслуживает имени ‘Ву ’.”

Вэнь Ву взглянул на Чжунли Чу и тихо сказал:

-“Тебе не нужно беспокоиться о том, что я использую силу культиватора, чтобы вмешиваться в дела империи. Отныне Вэнь Ву больше не существует в этом мире. Есть только Вэнь Женьхэ”.

Когда снова разразится война и на землю обрушится катастрофа, Вэнь Женьхэ будет там[1].

1. È происходит от zai e, что означает катастрофа

В ту ночь Вэнь Ву скончался от старых ран в ночь перед мирными переговорами, получив посмертно титул Короля-Защитника Севера.

Вскоре после этого среди демонических сект внезапно появился новый эксперт по стадии Зарождающейся Души. Всего за несколько месяцев он уничтожил несколько сект, которые причинили вред обществу. Он владел Алебардой, Убивающей Семерых, окруженный аурой смерти, называя себя Вэнь Женьхэ.

В конце воспоминаний Инь Ханьцзян был изгнан из сознания Вэнь Женьхэ. Пережив заново прошлое, Вэнь Женьхэ тоже медленно открыл глаза.

В душе Инь Ханьцзяна он увидел, что кровавое пятно, которое мешало ему приблизиться, превратилось в огромный круг света. Вэнь Женьхэ заглянул в него и обнаружил, что это был каждый момент переживаний маленького Инь Ханьцзяна в его воспоминаниях.

Круг света унес Вэнь Женьхэ в небо, повиснув на вершине сознания Инь Ханьцзяна и начав поглощать все огни вокруг.

Точки света, похожие на звезды, собрались вместе, превратившись в ослепительное сияние, которое осветило ранее темное пространство души Инь Ханьцзяна, заставляя все пятна крови исчезнуть под его светом.

Вэнь Женьхэ улыбнулся. Он покинул сознание Инь Ханьцзяна и снова появился в реальном мире.

Инь Ханьцзян открыл глаза и на мгновение не понял, где он находится.

Он огляделся вокруг себя. Все Вэнь Женьхэ, собравшиеся в его поле зрения, исчезли один за другим, оставив только того, кто меньше всего походил на него, перед Инь Ханьцзяном.

Нет, это был не тот, кто меньше всего походил на него. Это был настоящий Вэнь Женьхэ, которого он никогда раньше не видел.

Восхищение и почтение привели его к обожествлению этого человека. Думая, что он никогда не сможет сравняться с ним, он автоматически отступил от него и установил границу между ними.

Инь Ханьцзян протянул руки к мужчине, стоявшему перед ним, и крепко обнял его.

-“Мой А-Ву”, - тихо сказал он.

Даже если он не мог прикоснуться к нему прямо сейчас, ему нужно было обнять его.

Однако, когда руки Инь Ханьцзяна напряглись, он коснулся твердого тела.

Даже Вэнь Женьхэ был шокирован. Он уже вернул божественную кровь Бейли Цинмяо, так как же его тело было твердым?

-“Где Алебарда Семи Убийств ?” ,- Вэнь Женьхэ нащупал его в своем хранилище.

Поскольку у него не было материального тела, он не мог хранить его внутри своего тела и все это время хранил в хранилище, но его там больше не было.

Армейский Сокрушительный Шип, лежащий у кровати, загудел в направлении груди Вэнь Женьхэ, как будто приветствуя что-то.

Инь Ханьцзян, связанный с Армиейской Сокрушающей Шипа , приложил руку к груди своего Преподобного.

-“Здесь, внутри”.

Алебарда Семи Убийств была выкована из небесного метеорита. Тогда богиня, отвечающая за бедствия, бросила его на землю, чтобы принести опустошение в прерии, так что железо содержало в себе силу изначальной богини. Из-за этой силы внутри него, Вэнь Ву не смог пробудить его как свое связанное оружие, а также из-за этого, после того, как он пробудился, он повелевал силой звезд и поглощал кровь Вэнь Женьхэ.

В своих воспоминаниях Вэнь Женьхэ заново пережил все, что произошло тогда, и еще раз пробудил божественную силу в Алебарде Семи Убийств. Она слилась с его телом изначального хаоса, и, сам того не зная, он изменил свою физическую форму и создал божественное тело.

Совершенствование заключалось в совершенствовании ума. Во время лечения Инь Ханьцзяна Вэнь Женьхэ вернулся к своим истокам и заново открыл свои первоначальные желания, которые привели его на путь совершенствования.

Вэнь Женьхэ сжал руку, которую Инь Ханьцзян положил ему на грудь.

-“Инь Ханьцзян, я вернулся”.

-“С возвращением, почтенный”, - почтительно сказал Инь Ханьцзян, но он все еще обнимал Вэнь Женьхэ и не хотел отпускать его.

-“Может ли лидер Секты Инь вернуть ему одежду этого Почтенного?” ,- сказал Вэнь Женьхэ.

После того, как он изменил свое тело, его иллюзорная одежда исчезла. Эти двое только что очнулись от общения душ, поэтому были не в нормальном расположении духа и до сих пор этого не замечали. Но когда Инь Ханьцзян обнял его, Вэнь Женьхэ начал чувствовать себя немного неловко.

-“Нет!” ,- Упрямо повторил Инь Ханьцзян - “Преподобный сам подарил его мне.”

-“...Этот Почтенный только что вернулся в секту Сюаньюань, а его подчиненный оставил его даже без одежды?” ,- сказал Вэнь Женьхэ с улыбкой.

-“Это верно” ,- Инь Ханьцзян посмотрел на Вэнь Женьхэ, выражение его лица было таким же, как у его ребенка.

Вэнь Женьхэ улыбнулся и наклонился, чтобы забрать свою мантию. Они боролись несколько дней, пока Инь Ханьцзян не выдохся, довольный лежа в объятиях Вэнь Женьхэ.

Автору есть что сказать:

Шу Яньянь: Всего за несколько дней эта старая леди напрасно научила его методу совершенствования, фу!

Глава 77 - Неминуемая война

После возвращения из секты Шанцин Инь Ханьцзян заперся на целый месяц. Седьмое было завтра, и Чжунли Цянь уже все подготовил, оказывая давление на великие секты, чтобы у них не было другого выбора, кроме как прийти, но будет ли Инь Ханьцзян готов завтра?

В то время как два лидера секты уединялись, Чжунли Цянь должен был использовать различные методы, чтобы “успокоить” Мастеров Алтаря и мотивировать чрезвычайно ленивых и индивидуалистичных ключевых членов секты Сюаньюань выполнять работу. Он, наконец, выполнил задачи, поставленные перед ним двумя лидерами секты, и когда он подумал, что наконец-то будет свободен, эти двое отказались выходить.

По правде говоря, проклятие слежения и паразит, связывающий сердца, на самом деле не имели для него значения. За тридцать лет он давно привык к ним. Кроме того, после того, как Бейли Цинмяо достигнет Махаяны, ему не понадобятся Мастера Алтаря, так как если бы он и Бейли Цинмяо объединили свои силы, они могли бы одновременно снять проклятие и изгнать паразитов.

Что касается этой должности Мастера Алтаря, Чжунли Цянь действительно больше не хотел ее. Он надеялся, что после того, как с Кровавым Демоном будет покончено, лидеры секты смогут позволить ему свободно бродить по миру, как ему заблагорассудится, и готовиться к его скорби.

-“Мастер Алтаря Чжунли” ,- мягкий и женственный Мастер Алтаря Мяо подошел к нему - “После того, как вы помогли мне усовершенствовать метод воспитания короля гу, я действительно увидел результаты. Он уже сделал кокон, и когда он появится через несколько дней, у него должно быть достаточно силы, чтобы убить блуждающего бессмертного. Я действительно должен поблагодарить вас. Кроме того, у меня есть несколько других идей, и после того, как появится король гу, я хотел бы создать еще несколько гу с другими эффектами, так что я надеюсь, что мастер Алтаря Чжунли и тогда поможет ”.

Чжунли Цянь сохранил слабую улыбку, не упомянув, что он уже решил покинуть секту Сюаньюань после того, как все закончится завтра.

-“Двигайся!” ,- Мастер Алтаря Руань оттолкнул в сторону Мастера Алтаря Мяо - “Мастер Алтаря Чжунли, то, что ты сказал, было правильно. Вещи будут опрокидываться назад, когда достигают своих крайностей, поэтому все становится самым сильным, когда может найти равновесие. После того, как я добавил немного гибкости к своей броне Сюаньу, ее защитная сила взлетела до небес. Я схватил несколько гу, и они не смогли пробиться сквозь мою броню. В прошлом они всегда находили способ проникнуть внутрь.”

Мастер Алтаря Мяо побледнел.

-“Руань Вэйи, ты украл моего гу?”

-“Ни в коем случае, я просто позаимствовал несколько праведных учеников”, - сказал Мастер Алтаря Руань с застывшим лицом.

-“Господин Чжунли, господин Чжунли!” ,- Хелянь Чу подбежал к нему с книгой в руках - “Большое вам спасибо за ваши советы. Когда я подарил Защитнице стихотворение, написанное по вашему совету, она особенно благосклонно отнеслась ко мне. Сегодня я написал еще одно стихотворение, так что не могли бы вы помочь мне отредактировать его?”

Чжунли Цянь слегка улыбнулся.

-“Кхе-кхе-кхе!” ,- вошел мастер Алтаря Ши - “Мастер Алтаря Чжунли, есть еще один момент, который я не понимаю в желании семи страданий, не могли бы вы...”

Чжунли Цянь продолжал улыбаться.

У него не было силы, которая намного превосходила бы сферу совершенствования, как у Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзяна, поэтому, чтобы заставить Мастеров Алтаря работать на него, ему пришлось немного уговорить их и заставить их помогать ему по собственной воле.

Четыре Мастера Алтаря секты Сюаньюань, весело толпящиеся вместе, были поистине зрелищем, беспрецедентным с момента основания секты. Зевнув, Шу Яньянь прислонилась к дверному косяку, наблюдая за ними, немного озадаченная тем, просил ли Хелянь Чу Чжунли Цянь о помощи в поэзии, чтобы подлизаться к ней, или он действительно хотел провести больше времени с Чжунли Цянь.

-“Что это за шумиха?” ,- взал вошла женщина в черном одеянии с ледяным выражением лица — Цю Конгсюэ.

В последнее время она была не в лучшем настроении. Потребовалось много усилий, чтобы избавиться от ее плоти, но она вся отросла. Несмотря на то, что она снова набралась сил, и ей не потребуется много времени, чтобы подняться в царство бессмертных, она все еще была несчастна.

Бейли Цинмяо и Су Хуай последовали за ней. Бейли Цинмяо хотела покинуть секту Сюаньюань. Ее секта никогда не выгоняла ее, так что она все еще была ученицей секты Шанцин, и она действительно чувствовала себя не в своей тарелке в окружении секты Сюаньюань. Кроме того, призраком, заботившимся о ней, был Мастер Павильона Цилин, которого Цю Конгсюэ превратила в марионетку. Она чувствовала себя так, словно весь день сидела на иголках, и действительно с нетерпением ждала отъезда после собрания.

В прошлом из-за одной строчки Цю Конгсюэ все Мастера Алтаря поссорились бы с ней, но теперь Чжунли Цянь был здесь. Он поприветствовал Цю Конгсюэ, ненавязчиво успокаивая Мастеров Алтаря, предотвращая вспыхнувший конфликт.

-“Мастер Алтаря Чжунли собрал нас всех здесь, чтобы подготовиться к завтрашнему дню?” ,- зевая, Шу Яньянь медленно побрела наверх.

-“Совершенно верно”, - сказал Чжунли Цянь - “Завтра праведные земледельцы могут наброситься на нас, так что мы должны быть готовы. Все здесь являются столпом секты Сюаньюань, и даже если один человек получит травму, это будет потерей для нас. Лидер секты Инь не позволяет нам заранее установить порядок, но мы, по крайней мере, должны принять защитные меры ”.

Всего несколькими умелыми словами он заставил всех Мастеров Алтаря гордиться собой, и даже Мастер Алтаря Ши, который был настороже по отношению к Чжунли Цяну, решил, что он порядочный парень.

Внезапно в главный зал влетело черное пятно. Ясным голосом он сказал:

-“Нет необходимости в приготовлениях. Просто следуйте за этим Почтенным”.

Это был Вэнь Женьхэ.

Взмахнув рукавом, он превратил головное сиденье в двухместное. После того, как Вэнь Женьхэ сел слева, в комнату влетел другой человек в красном и сел справа от Вэнь Женьхэ — Инь Ханьцзян.

Члены секты, все сбившиеся в группу, мгновенно заняли свои места, сказав одновременно:

-“Приветствую Почтенного”.

На этом все остановились, и только Шу Яньянь и Чжунли Цянь продолжили говорить:

-“Приветствую лидера секты Инь”.

Все поспешили поприветствовать Инь Ханьцзяна. Хотя они были почтительны и вежливы, они тайно наблюдали за Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян вместе и были сбиты с толку.

Согласно обычаям секты Сюаньюань, когда Вэнь Женьхэ ушел, Инь Ханьцзян занял его место, поэтому, когда Вэнь Женьхэ вернулся, не должен ли он преподать урок новому Лидеру Секты и занять его место обратно? Почему они не подрались?

Ши Таньсинь был особенно обеспокоен. Он хотел поддержать лидера Секты Инь, но кто бы мог подумать, что два лидера уладят все полюбовно? Тогда что же ему делать?

Он украдкой взглянул на Чжунли Цяня и почувствовал горечь в своем сердце. Чжунли Цянь с самого начала был доверенным лицом обоих лидеров секты. Как он мог быть таким проницательным?

Окинув взглядом собравшуюся толпу, Вэнь Женьхэ спокойно заговорил, держа правой рукой левую руку Инь Ханьцзяна.

-“Сегодня у меня есть объявление. Отныне Инь Ханьцзян является Мастером секты Сюаньюань наряду со мной. Его слова следует считать словами этого Почтенного человека. Если мои идеи противоречат его идеям, вам следует прислушаться к Мастеру Секты Инь ”.

Ауры этих двоих теперь намного превзошли уровень культивирования. Никто не понимал, почему эти два злодея не были унесены небесной скорбью в царство бессмертия и все еще задерживались в царстве совершенствования. Однако они не осмелились задавать вопросы и только послушно ответили:

-“Понятно”.

Шу Яньянь склонила голову, мысленно проклиная себя: “После изучения моих приемов ты уединялся только на один месяц? Бесполезно!”

Когда она подняла голову, на ее лице, как обычно, сияла улыбка, так как она решила, что не может просто обучать Инь Ханьцзяна, ключом к тому, чтобы они подольше уединялись, будет Вэнь Женьхэ.

Хотя мысли всех разбегались в разные стороны, позиция Чжунли Цяня с самого начала была непоколебимой. Он сделал шаг вперед.

-“Докладываю двум Мастерам Секты, что все было улажено. Завтра в полдень праведные секты и кланы культиваторов соберутся на горе Истинной Инь. Несущие Послание принесли информацию о том, что они уже установили Сеть Небесной Сети на горе Истинный Инь и ждут нас.”

-“О?” ,- Инь Ханьцзян казался немного усталым.

Приподнявшись на одной руке, он лениво окинул Чжунли Цяня пристальным взглядом.

-“Как тебе удалось заставить их прийти?”

Чжунли Цянь слегка улыбнулся.

-“Я просто попросил Носителей Послания расследовать несколько вопросов и узнал несколько секретов от Мастера Секты праведных учеников Иня, захваченного ранее. Я послал сообщение каждой из сект, что, если они не придут, эти дела станут достоянием общественности, поэтому, естественно, каждая из них должна была прийти ”.

- “Молодец”, - похвалил Инь Ханьцзян.

-“Это был Мастер Секты Инь, который первоначально захватил учеников. Мне также помогли Мастера Алтаря Ши и Мяо, а Защитники Шу и Цю отправились допрашивать праведных практиков. Кроме того, Мастер Алтаря Руань повел членов своего Павильона из Панциря Черепахи разобраться с трусами, преследующими секту Сюаньюань. Я только использовал способности всех остальных ”, - сказал Чжунли Цянь - “Один человек не может многого добиться в одиночку. Я смог выполнить задания двух Мастеров Секты только за месяц благодаря членам секты Сюаньюань действующим в гармонии и работающим ради общей цели ”.

Этими словами он осчастливил всех, и несколько человек бессознательно выпятили грудь.

Вэнь Женьхэ задумался, задаваясь вопросом, когда его секта Сюаньюань стала чем-то, что можно было бы описать как “действующее в гармонии”.

Инь Ханьцзян устал, и, услышав, что Чжунли Цянь все сделал безупречно, ему не хотелось говорить. Он закрыл глаза, откинувшись на спинку стула. Межличностные отношения членов секты ничего для него не значили, пока они не дрались у него на глазах.

Вэнь Женьхэ видел, что он отдыхает, и знал, что он хочет сохранить свои силы на завтра, поэтому сменила тему.

-“Чжунли Цянь, ты справился превосходно. Мастер Алтаря Ши, Мастер Алтаря Мяо, немедленно снимите проклятие слежения и гу, связывающее сердце, с Мастера Алтаря Чжунли. Мы были грубы с господином Чжунли в течение последних тридцати лет ”.

Чжунли Цянь покачал головой.

-“Именно благодаря Мастеру Секты я могу быть здесь сегодня, после того, как мне дали возможность покинуть клан Чжунли”.

Престиж, влияние и власть клана Чжунли были тем, к чему стремились ученики других кланов, но для Чжунли Цяня, который был воспитан как наследник с самого рождения, они были всего лишь цепями. С юности его совершенствование продвигалось быстрее, чем у его товарищей-учеников, но никто не признавал в этом его собственный талант, только престиж, который он носил. Клан Чжунли не нуждался в Чжунли Цянь. Им просто нужен был человек, который мог бы завоевать авторитет. Это может быть Чжунли Цянь или любой другой человек с именем Чжунли.

Он всегда хотел знать, каким человеком он был бы, если бы покинул клан Чжунли. Если бы он следовал своим собственным идеям, по какому пути он пошел бы? Мог ли он своей собственной силой открыть путь на небеса?

Теперь он знал ответы на все вопросы.

После того, как проклятие и гу были сняты, Чжунли Цянь снял повязку с глаз. Главный зал секты Сюаньюань был залит солнечными лучами. Он несколько раз моргнул, чувствуя, что мир, который он видел, отличался от того, что он помнил. Его волосы также медленно возвращались к черному цвету.

Бейли Цинмяо также сняла повязку с левого глаза. На сердце у нее стало легче, когда она поняла, что они наконец-то достигли конца своего совместного путешествия. Отныне ее пути с Чжунли Цянь разойдутся, и каждый пойдет своим путем.

Они улыбнулись друг другу и поклонились, сложив руки чашечкой, поблагодарив друг друга за общение и пожелав друг другу всего наилучшего в их будущих путешествиях.

Видя, что они закончили прощаться, Вэнь Женьхэ сказал:

-“Нет необходимости слишком много готовиться к завтрашнему дню. Просто внимательно следите за этим Почтенным человеком. Ловушки праведных сект ничего не значат для этого Почтенного. Что касается того, как следует поступить с Хэ Вэньчжао и как мы будем вести переговоры с праведными сектами, все это можно оставить Мастеру Секты Инь, так что вам не нужно вмешиваться. ”

Битва в Кровавом Аду была спланирована Вэнь Женьхэ. Он использовал только праведные секты и Кровавого Демона для достижения своей цели. Эта обида принадлежала не Вэнь Женьхэну, а Инь Ханьцзяну.

Инь Ханьцзян ненавидел слепую клевету праведных сект на Вэнь Женьхэ и то, как их подонки навлекли бесчисленные преступления на его Господина.

Вэнь Женьхэ не заботился о пустой славе, но Инь Ханьцзян заботился.

Завтра он выведет Хэ Вэньчжао и позволит праведным земледельцам увидеть, сколько грязи скрывается под их величественными фасадами.

Глава 78 - Сокрытие грязи

Истинная гора Инь, первоначальное местоположение павильона Цилин.

Два года назад, когда произошло извержение горы Истинная Инь, ее природная мощь разрушила Павильон Цилин за один день, лава извергалась в течение месяца, прежде чем остановиться. Теперь, по прошествии двух лет, территория, покрытая пеплом, была покрыта яркой зеленью пышной растительности. Лава изменила ландшафт вокруг горы Истинная Инь, но, к счастью, она была удаленной, и поблизости не было человеческих поселений. Однако бесчисленные растения и животные погибли. Жизнь в окрестностях подверглась очищению, возродившись сильнее, чем когда-либо прежде.

После извержения под горой Истинная Инь образовалась новая духовная жила, обогащающая духовную энергию вокруг нее. Если ни одна новая секта не претендовала на это, то через тысячу лет был хороший шанс, что это может дать начало нескольким изначальным духовным существам или новым видам.

Инь Ханьцзян выбрал это место, потому что окрестности были отдаленными, так что даже крупное сражение не повлияло бы на смертных. Кроме того, хотя он был покрыт пышными растениями, новые животные еще не появились после катастрофы. Это было место, где пострадало бы меньше всего невинных жизней.

Несмотря на то, что его мысли были спутаны и наполнены жаждой мести, Инь Ханьцзян инстинктивно выбрал место, которое причинило бы наименьший вред миру смертных.

Он наблюдал за Вэнь Женьхэ в течение стольких лет, так что даже если он не понимал, на него подсознательно повлияли многие идеи.

Всем здешним сектам угрожал Чжунли Цянь, поэтому, по молчаливому согласию, они прибыли заранее, проверив, что демонические культиваторы не устроили ловушку, и создали свою собственную неизбежную сеть, надеясь одним движением уничтожить демонический путь. Предыдущая Великая Война Сект началась из-за того, что под руководством Вэнь Женьхэ внутренняя борьба в секте Сюаньюань уменьшилась. Их влияние росло с каждым днем, и поскольку демонические методы были быстрее праведных, всего за десять лет секта Сюаньюань смогла пройти весь праведный путь в одиночку, а Вэнь Женьхэ стал лучшим экспертом в мире совершенствования, непревзойденным никем. Таким образом, праведные секты должны были обуздать экспансию демонических сект и бороться за ограниченную духовную энергию. Кроме того, конечно, и праведная, и демоническая стороны поняли, что только вступив в эту войну, они смогут избежать суда небес.

В прошлый раз праведные секты нашли случайный предлог для объявления войны. Небольшая секта была уничтожена, все предполагали, что демонические культиваторы, так что это стало поводом для начала Великой Войны Сект.

Однако эта война не была судьбой. Это была решимость Инь Ханьцзяна добиться справедливости.

Мастер Алтаря Юань раньше работал с отбросами праведных сект, наращивая свою собственную силу в тени, поэтому его смерть раскрыла много секретов. Любой из вещей, обнаруженных Инь Ханьцзяном, было бы достаточно, чтобы полностью разрушить репутацию великой секты. Чжунли Цянь хорошо понимал, какое значение праведные секты и кланы культивирования придают репутации, и поскольку Инь Ханьцзян был нетерпелив, а у Чжунли Цяня были свои мотивы, он использовал имя секты Сюаньюань, чтобы угрожать каждой секте.

Было выкопано несколько массивов из древних текстов, и небольшая гора была покрыта Массивом Пьяных Снов, Массивом Небесного Огня, Массивом Восходящего Небесного Свода и более дюжины других, ожидающих прибытия секты Сюаньюань, чтобы они могли уничтожить их всех сразу. Сначала над горой пролетела красная полоса. Люди, ожидавшие в укрытии, увидели, что это Инь Ханьцзян, и быстро дали сигнал активировать решетки.

Огромный поток духовной энергии приблизился к Инь Ханьцзяну. Он не сделал ни одного движения, чтобы уклониться, остановившись в воздухе и наблюдая, как бесчисленные культиваторы выходят из укрытия.

Его Господин сказал, что он должен просто сосредоточиться на том, чтобы делать то, что он хочет, и не беспокоиться ни о чем другом.

Когда сила, способная обрушить горы и перевернуть моря, была готова сокрушить хрупкое тело Инь Ханьцзяна, алебарда рассекла воздух, разорвав линии нескольких рядов.

Вэнь Женьхэ появился позади Инь Ханьцзяна. Он поднял руку, и естественная духовная энергия, собранная массивами, мгновенно попала под контроль его изначального хаоса.

Космос был рожден из хаоса, поэтому вся духовная энергия произошла из хаоса и вернется в хаос. После того, как Вэнь Женьхэ понял это, все техники мира совершенствования были для него не более чем преобразованиями энергии. Эти массивы использовали секретные техники для преобразования духовной энергии, наполняющей человеческое царство, в оружие, чтобы затем он мог использовать силу хаоса, чтобы вернуть оружие на землю. Ему больше не нужно было использовать свою собственную силу для блокирования, что приводило к тому, что обе стороны страдали, а духовная энергия тратилась бессмысленно.

Вокруг него образовался водоворот духовной энергии, поглощающий силу массивов и магического оружия вокруг него. Когда праведные культиваторы больше не осмеливались атаковать и были бессильны сделать это, взмахом рукава Вэнь Женьхэ ужасающий объем духовной энергии изменил свое направление, превратившись в искры света и упав на Истинную Гору Инь в виде дождя, наполненного духовной энергией.

Когда Бейли Цинмяо, следуя за Цю Конгсюэ, увидела эту сцену омоложения, она была тронута и мгновенно села, скрестив ноги, в небе, испытав момент внезапного просветления.

Цю Конгсюэ, Чжунли Цянь и Су Хуай никогда не могли себе представить, что, когда война вот-вот начнется, Бейли Цинмяо может просто получить момент просветления, когда захочет. Каким талантом она обладала? Она уже была на пике Границы Пустоты, так что, когда она очнется от медитации, разве она не будет в Махаяне Почувствовав изменение в духовной энергии, Вэнь Женьхэ посмотрел в сторону Бейли Цинмяо и, наконец, понял. В то время гора Истинная Инь находилась под влиянием Байли Цинмяо и, таким образом, проявляла признаки извержения. Несмотря на то, что в конечном итоге это было вызвано дракой Вэнь Женьхэ с Хозяином Павильона, конечной причиной стала команда Бейли Цинмяо над катастрофой.

Ее долгом было сеять бедствие, поэтому, куда бы она ни пошла, любая скрытая опасность будет преждевременно пробуждена. Даже в духовной сфере Бейли Цинмяо видела тьму и ужас, которые всегда окружали ее.

Но после того, как она закрыла глаза, духовное царство стало мирным, ярким и ослепительным, изобилующим сокровищами.

Эта сцена в духовном царстве теперь напоминала Настоящую Гору Инь. В обоих случаях Бейли Цинмяо привела к катастрофе, и за катастрофой последовала новая жизнь.

Пробудившись на Пути Безразличия, Бейли Цинмяо больше не смотрела ни на одного человека, а смотрела дальше и выше. Когда она смотрела на кого-то, она видела не человека, а землю позади него.

Дао было бесстрастным, но в то же время обладало состраданием, и таков был космос.

После того, как в прериях бушевали пожары, новые цветы всегда раскрывали трепещущие лепестки, приветствуя новую землю в новом виде.

В течение миллионов лет три царства существовали подобным образом, разрушение сменялось возрождением по очереди, цикл повторялся без конца.

В своей медитации Бейли Цинмяо, казалось, слышала, как кто-то непрерывно говорит ей на ухо. Она не помнила их слов, но смутно помнила, что было что-то, чего она никогда не могла сказать.

-“Ты ошибаешься”, - пробормотала Бейли Цинмяо в своем трансе.

Только Су Хуай, поставив стул рядом с ней, услышал.

Что? Су Хуай наклонился ближе к своему учителю, услышав, как она сказала:

-“Если бы бог небес обратил свой взор на один вид, то они не были бы достойны быть богом”.

Пока она говорила, Хэ Вэньчжао швырнули в Инь Ханьцзяна, как дохлую собаку, которую он поймал одной рукой. Инь Ханьцзян огляделся, его взгляд, наконец, упал на Мастера секты Шанцин, бросив Хэ Вэньчжао к его ногам.

-“Поскольку ты выполнил свою клятву, я возвращаю тебе твоего ученика”, - холодно сказал человек в красном.

-“Вэньчжао!” ,-Мастер Секты бросился на Хэ Вэньчжао.

Он увидел, что тот был увешан талисманами и без сознания. Казалось, даже его душа была запечатана.

-“Инь Ханьцзян” ,- яростно сказал Мастер Секты - “ В тот день я возглавил атаку на Кровавого Демона. У секты Шанцин есть древние записи, в которых говорится, что когда появляется кровавый демон, вся жизнь в мире смертных погибает, поэтому он должен быть уничтожен любой ценой. Теперь, когда Вэнь Женьхэ выжил, я готов отдать свою жизнь, чтобы убить Кровавого Демона! Но все это не имеет никакого отношения к моему ученику. Если у тебя есть недовольство, тогда обсуди это со мной! Зачем причинять вред невинному?”

С появлением Вэнь Женьхэ сегодня все поняли, что им не удалось уничтожить Кровавого Демона. Каким-то образом он стал более могущественным в Кровавом Аду, разрушив их кропотливо установленные системы одним движением. Многие люди хотели бежать в тот момент, но их пути были преграждены членами секты Сюаньюань, и многие люди также были готовы сражаться насмерть с Кровавым Демоном.

Новый настоятель храма Усян сложил ладони вместе и сказал Инь Ханьцзяну:

-“Благодетель Инь, кровавый демон не похож ни на одного другого культиватора. Если вы полны решимости приютить его, то даже если нам придется расстаться с нашими смертными телами, мы должны уберечь вас от серьезной ошибки.”

-“Приютить его? Ха-ха-ха!” ,- под духовным дождем человек в красном разразился смехом.

Его глаза были полны презрения, как будто он видел перед собой праведных экспертов секты не более чем стадо глупых овец.

Взмахнув рукавами, Инь Ханьцзян предстал перед Вэнь Женьхэ.

-“Сегодня, если ты полон решимости убить Кровавого Демона, я, конечно, не буду стоять у тебя на пути. Но что касается того, кто на самом деле Кровавый Демон, нам нужно прояснить ситуацию.”

Пока он говорил, пальцы Инь Ханьцзяна пролетели сквозь ручные печати. Талисманы Системы Блокировки Души Зиву на теле Хэ Вэньчжао исчезли, сила, запечатывающая его, становилась все слабее и слабее.

За последний месяц Блокирующая Душу Система Зиву неуклонно истощала душу Кровавого Демона. Чтобы выжить, Кровавому Демону пришлось бы потратить свою духовную сущность, чтобы отразить коррозию. К настоящему времени вся духовная сущность, которую он впитал от этих семнадцати экспертов, должна быть израсходована.

За мгновение до того, как массив поднялся, Инь Ханьцзян вызвал Пылающий Небесный Барабан, который начал звучать в небе. Культиваторы приготовились защищаться или атаковать Инь Ханьцзяна, чтобы помешать ему применить свои приемы, но после нескольких ударов они поняли, что звук барабана нацелен не на них.

Давление его звуковых волн было полностью сосредоточено на Хэ Вэньчжао.

Звук Горящего Небесного Барабана обладал силой пробудить чью-то демоническую природу. Инь Ханьцзян тяжело пережил это. Теперь он хотел посмотреть, сможет ли Кровавый Демон, который был так погружен в темные импульсы, противостоять этому.

Кровавый Демон и Хэ Вэньчжао пришли в сознание одновременно. Прошедший месяц был для них тяжелым испытанием. Хэ Вэньчжао был защищен своей божественной природой и силой изначальной молнии, поэтому мог противостоять массиву в течение некоторого времени, но Кровавый Демон был уязвим для него. За последние несколько дней он уже давно израсходовал духовную сущность, которую ранее впитывал и поддерживал, тайно поглощая изначальную сущность и божественную силу Хэ Вэньчжао.

Хэ Вэньчжао не знал, что это был Кровавый Демон, поглощающий его сущность, и просто предположил, что это был массив.

Теперь, наконец, решетка была снята, и когда Хэ Вэньчжао открыл глаза, он увидел перед собой своего учителя. Радость поднялась в его сердце. Пришел ли его хозяин, чтобы спасти его?

И Кровавый Демон был голоден, умирал с голоду, как будто он не ел сто тысяч лет, его душа иссохла без подпитки духовной энергией. Ему казалось, что если он не съест несколько человек, то не выживет.

Под грохот барабана Кровавый Демон вернулся на десять тысяч лет назад, когда на него напал весь культурный мир. Так много людей мелькает перед его глазами, нападая на него, как будто они хотели расстаться со своими жизнями. Когда у него заканчивалась духовная сущность, он мог случайным образом схватить один из них, чтобы поглотить и использовать полученную силу для продолжения борьбы. Бесчисленное множество людей погибло в той битве, и Кровавый Демон, опьяненный резней, безумно смеялся, наблюдая, как культиваторы падают один за другим.

Он был голоден, так голоден, что оставался живым, как частичка души, в течение десяти тысяч лет. После того, как он, наконец, поглотил еще несколько культиваторов, вся эта духовная сущность была потеряна. Он отчаянно нуждался в пополнении своей духовной сущности.

Его рациональность подсказывала ему, что до того, как он полностью подчинил себе Хэ Вэньчжао, и не зная текущей ситуации, ему нужно было терпеть. Выяснив, что происходит, он мог бы найти возможность действовать.

Но если бы рациональность могла подавить демоническую природу, то Инь Ханьцзян не был бы так измучен внутренними демонами, неспособный освободиться.

Только те, кто испытал это безумие, могли понять его, поэтому только Инь Ханьцзян мог пробудить его.

Кровавый Демон покачал головой, глядя на Мастера Секты Шанцин глазами Хэ Вэньчжао. Хэ Вэньчжао подтащил свое избитое тело к Мастеру Секты, который поддержал его в вертикальном положении.

В тот момент, когда рука Хэ Вэньчжао коснулась его, Кровавый Демон почувствовал переполняющую его энергию под своей кожей.

В тот момент его темным желаниям было невозможно сопротивляться. В одно мгновение он завладел телом Хэ Вэньчжао, и с небольшим усилием кровавый туман окутал Мастера Секты, в то время как его защита была ослаблена.

Мастер Секты издал крик, когда его тело начало растворяться в крови. Он беспомощно наблюдал, как на лице его ученика появилась бессердечная улыбка, как он оторвал свою ногу, которая уже растворилась, и начал поглощать его душу.

К счастью, новый настоятель храма Усян отреагировал быстро, направив свой посох на Мастера Секты и отделив его от Хэ Вэньчжао, и отогнал кровавый туман силой Будды, спасая жизнь Мастера Секты.

Однако половина духовной сущности Мастера Секты была поглощена Кровавым Демоном, его собственным учеником. Непонимающе уставившись на Хэ Вэньчжао, он спросил:

-“Вэньчжао?”

Инь Ханьцзян повысил голос.

-“Вы говорите, что мой Преподобный - Кровавый Демон, но кто лично видел, как он убивал культиваторов? Вы говорите, что этот Господин укрывает Кровавого Демона, но этот Господин хочет спросить Мастера секты Шанцин, что именно такое Хэ Вэньчжао?”

В то время как праведные культиваторы были слишком потрясены, чтобы действовать, Инь Ханьцзян хлопнул в ладоши, и его подчиненные выбросили отбросы праведных сект. Их мучил Мастер Алтаря Мяо в течение месяца, и они потеряли всякую волю к борьбе.

Инь Ханьцзян пнул одного из них в подбородок и сказал:

-“Расскажи им, что ты сделал!”

-“Я-я ученик Долины Билуо. Мы совершенствуемся, подписывая контракты с обиженными призраками — мы помогаем им исполнить их давние сожаления, и они служат нам в течение нескольких лет. Я хотел более сильного обиженного призрака, чтобы показать других учеников, поэтому я притворился демоническим культиватором и убил кучу людей, и несколько месяцев пытал женщину, прежде чем убить ее, затем появился и сказал ей, что виновником была секта Сюаньюань, заставив ее подписать контракт в обмен на месть. Я... я даже заставил ее съесть души своей семьи, чтобы стать самым могущественным призраком ”, — сказал тот ученик, рыдая с разбитым лицом.

Инь Ханьцзян пнул еще одного.

-“А ты?”

-“Я-я из клана Нанго, я...”

Один праведный культиватор за другим выдвигались вперед, признаваясь в том, какие злые дела они навлекли на секту Сюаньюань. Даже Цю Конгсюэ в конце концов не выдержала и ударом ноги размозжила череп ученику Долины Билоу, сказав:

-“Ты делаешь это, но не признаешь этого! Никчемный!”

Тело ученика Билуо было мертво, но его дух витал в воздухе, крича:

-“Это сделал не только я, самый сильный обиженный призрак моей секты был создан с использованием злых техник!”

После его слов несколько других людей, по намеку Инь Ханьцзяна, также выкрикнули, что сделали их секты, например, как секта Тяньцзянь выковала свои бессмертные клинки, как клан Гунси обрушил нашествие саранчи на население из-за вражды с кланом Лянцю, и различные другие вопросы, показывая, что ни один человек, присутствовавший в этот день, не был невиновен.

Не то чтобы секты никогда не делали ничего хорошего, но там было слишком много членов и слишком много связей, и всегда найдутся люди, готовые творить зло ради власти или славы. Это было так, как если бы лист белой бумаги был испачкан чернильными точками, и они больше не могли постоять за себя.

-“Шанцин, Билуо, Цзюсин, Тяньцзянь, Усян, Нанго, Гунси, Чжунли, Лянцю ... Великие праведные секты и четыре клана культивирования имеют тысячелетнее наследие, следуя путем небес и сохраняя жизни смертных. Вот как вы сохраняете жизни смертных? Такая праведность! Такая ценность в разумных жизнях! Какая питательная среда для скрытой коррупции!” ,- сказал Инь Ханьцзян.

Глава 79 - Смерть Хэ Вэньчжао

Самоправедность, не было никакого способа, чтобы культиваторы праведного пути могли что-то сказать в ответ. Даже Мастер Секты Шанцин, старомодный праведный культиватор, который никогда в жизни не делал ничего плохого, никогда не мог себе представить, что Кровавый Демон, которого он объявил, что уничтожит, был его собственным учеником. Шок был таков, что он не мог говорить.

Инь Ханьцзян не был заинтересован в убийстве праведных земледельцев. Он заботился только о репутации Вэнь Женьхэ . Его А-Ву думал исключительно о смертных жизнях, он предпочел бы встретиться лицом к лицу со смертью и войти в Кровавый Ад в поисках ничтожного шанса на выживание, чем поддаться демонической природе и пожирать души. Инь Ханьцзян не мог вынести, когда такого человека оклеветали как Кровавого Демона.

Он взглянул на Мастера Секты Шанцин. С тем количеством духовной сущности, которое забрал Кровавый Демон, он, вероятно, долго не протянет, поэтому Инь Ханьцзян больше не обращал внимания на этого никчемного наставника.

Одной души Мастера Секты Шанцин было далеко не достаточно для Кровавого Демона. Он огляделся в поисках жертв. Используя странную технику, Инь Ханьцзян появился позади каждого из экспертов, которые устроили засаду Вэнь Женьхэ в тот день, отбросив их в сторону Кровавого Демона.

-“Разве ты не хочешь убивать демонов? Этот Господин передал тебе Кровавого Демона! Продолжай!”

С его последним криком праведные эксперты немного воспрянули духом. Они достали свое оружие, полные решимости сражаться насмерть с Кровавым Демоном.

Однако праведные культиваторы только что израсходовали всю свою силу на массивы, направленные против секты Сюаньюань, их духовная энергия была преобразована в ливень Вэнь Женьхэ, так что у них почти не осталось сил.

Кровавый Демон восстановил некоторую силу от Мастера Секты Шанцин, и пробуждение демонической природы Пылающего Небесного Барабана исчезло. Он знал, что разоблачил себя и больше не мог залегать на дно, поэтому, отбросив всякую осторожность, он схватил девушку из секты Шанцин, которая была ему ближе всех, и растворил ее в крови, поглотив ее.

Оказалась, что это была случайно Лю Синье.

Видя, что Хэ Вэньчжао на самом деле был Кровавым Демоном, вся любовь, оставшаяся в ее сердце к Хэ Вэньчжао, превратилась в ненависть. Она знала, что после того, как все будет улажено, она будет унижена, когда вернется в секту за то, что была женой Кровавого Демона. Лю Синье часто использовала любовь других девушек к Хэ Вэньчжао и ревность к Бейли Цинмяо, чтобы сделать Бейли Цинмяо изгоем в секте, поэтому она лучше, чем кто-либо другой, знала, каково это, когда над тобой издеваются. Она отчаянно хотела избежать такой ситуации.

Прямо сейчас ее единственным выбором было пожертвовать своей любовью ради справедливости. Если она нанесет первый удар по Хэ Вэньчжао, даже если ей не удастся победить Кровавого Демона, люди будут восхищаться ею. Поэтому она спряталась за одним из экспертов и атаковала.

К сожалению, Лю Синье никогда по-настоящему не сталкивалась ни с какими противниками в своей жизни, и ей не хватало опыта. Она думала, что спряталась, но Кровавый Демон знал о каждом ее движении. Кровавый Демон в одиночку сразился с каждым экспертом мира культивирования десять тысяч лет назад. Он легко нашел в толпе особенно слабую девушку, идеально подходящую для пополнения его духовной сущности.

Лю Синье, слишком умная для своего же блага, таким образом, погибла от рук Кровавого Демона.

После поглощения души Лю Синье Кровавый Демон стал более могущественным и начал атаковать, сражаясь с праведными экспертами секты.

К настоящему времени Инь Ханьцзян отступил на большое расстояние от членов секты Сюаньюань. Он холодно наблюдал, как праведные культиваторы сражались с Кровавым Демоном, время от времени пиная в круг нескольких пойманных им отбросов.

Чжунли Цянь, к которому только вчера вернулось зрение, чувствовал себя неловко, но он не собирался умолять Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзяна помочь праведным земледельцам и выбрать более высокий путь. Чжунли Цянь мог быть самоотверженным, желая спасти Чжунли Куана, даже если он знал, что другой ненавидит его, но он не стал бы заставлять других людей следовать его собственным стандартам.

Он тихо вздохнул, развернул бамбуковый свиток и вступил в бой, делая все возможное, чтобы защитить учеников, которые оказались втянутыми в конфликт.

-“Разве ты не ненавидишь Хэ Вэньчжао?” ,- Вэнь Женьхэ не знал, о чем сейчас думает Инь Ханьцзян.

Он не мог удержаться, чтобы не засунуть руку под их широкие рукава.

Вэнь Женьхэ считал себя человеком, который не заботится о репутации и не возражает, когда другие сваливают на него свои преступления. Что касается того, было ли это его рук дело или нет, небеса вели свой собственный учет. Кроме того, как лидеру демонической секты, ему было лучше иметь плохую репутацию.

Но сегодня, когда Инь Ханьцзян почувствовал несправедливость по отношению к нему, высказался за него и проклял за него слепых праведных земледельцев, на сердце Вэнь Женьхэ потеплело.

-“Я, конечно, сам с ним разберусь”, - сказал Инь Ханьцзян ,- “Но эти праведные земледельцы должны приносить плоды своих собственных действий”.

Тогда, когда его Преподобный спас его, он поклялся быть авангардом и следовать за своим Преподобным на протяжении всей жизни. Прямо сейчас Инь Ханьцзян больше не хотел быть соглашателем Вэнь Женьхэ. Он хотел встать перед А-Ву и защитить этого человека, который был готов пожертвовать собой ради жизней смертных.

-“Достопочтенный может продолжать свой собственный путь и не обращать внимания на сплетни внешнего мира”, - сказал Инь Ханьцзян, пристально глядя на Вэнь Женьхэ - “Но меня волнует то, что тебя не волнует, так что позволь мне разобраться с тем, с чем тебе не хочется иметь дело!”

Инь Ханьцзян увидел, что несколько праведных культиваторов были поглощены Кровавым Демоном, сила которого значительно возросла. Если так пойдет и дальше, даже он не сможет справиться с ним. И праведные земледельцы получили достаточно урока, так что время пришло.

-“Уходите!” ,- уеловек в красном нырнул с неба, взмахом рукава отбросив в сторону праведных земледельцев, которые собрались в кучу и стали легкой мишенью для Кровавого Демона.

На глазах у всех он столкнулся лицом к лицу с Кровавым Демоном.

Несколько праведных практиков хотели отложить в сторону прежние конфликты и объединиться с ним, но он прогнал их прочь.

-“Инь Ханьцзян!” ,- взволнованно сказал один человек - “Сейчас не время ссориться из-за прошлого! Праведный и демонический пути должны работать вместе, чтобы победить этого демона! Почему ты нападаешь на нас?”

-“Если ты останешься здесь, ты будешь обузой. Если ты не хочешь стать пищей для Кровавого Демона, тогда убирайся с дороги этого Господина!” ,- закричал Инь Ханьцзян.

Этот человек хотел что-то сказать, но Чжунли Цянь ударил его сзади своим бамбуковым свитком и оттащил прочь. Перед уходом Чжунли Цянь бросил на Инь Ханьцзяна взгляд, который говорил: “Не волнуйся, я с ними разберусь”.

В то же время острый клинок, сияющий морозным светом, превратился в бесчисленные копии и окружил Кровавого Демона.

Кровавый Демон вытянул клочок души, пытаясь растворить Армейский Сокрушительный Шип и поглотить связанное оружие Инь Ханьцзяна.

Однако в тот момент, когда его душа коснулась оружия, сила Полиса спустилась с неба. Вэнь Женьхэ стоял позади Инь Ханьцзяна с алебардой в руке, и Кровавый Демон обнаружил, что не может коснуться Армейского Дробящего Шипа, окутанного энергией хаоса Вэнь Женьхэ.

Лидер секты Цзюсин поднял глаза к седьмой звезде Северной Медведицы и пробормотал:

-“Благоприятные знаки для Алкаида”.

Алкаид был авангардом на поле боя, пренебрегая собственной жизнью, чтобы в одиночку проникнуть в тыл врага. Если бы не было достаточной поддержки, то они были бы раздавлены, так что опасность была велика. Но если бы их поддержали, то к ним пришла бы большая удача, и они могли бы переписать ситуацию.

Если бы Полис не мог предоставить Алкаиду достаточную поддержку, Алкаид был бы одиноким солдатом, неспособным высвободить свою силу. Имея за спиной своего хозяина, Алкаид был кинжалом, способным глубоко проникнуть во вражеские ряды.

Бесчисленные клинки вонзились в тело Хэ Вэньчжао, пригвоздив Кровавого Демона. В то время, когда Инь Ханьцзян и Вэнь Женьхэ дрались за его мантию, они изучали методы борьбы с Кровавым Демоном.

Культиватор крови был бесформенным и нематериальным, от него было трудно по-настоящему избавиться. Десять тысяч лет назад земледельцы использовали все, что было им доступно, но все же позволили остаться частичке души, чтобы сегодня снова сеять хаос.

Лучшим методом было прижать его душу, не давая ему покинуть тело Хэ Вэньчжао. Вэнь Женьхэ научил Инь Ханьцзяна Технике Отсечения Крови, и они вдвоем придумали способ обездвижить душу Кровавого Демона. Пока Кровавый Демон все еще не желал отказываться от божественной природы Хэ Вэньчжао, они запечатают его в Хэ Вэньчжао.

Когда Армейский Сокрушительный Шип пригвоздил Кровавого Демона, Инь Ханьцзян холодно рассмеялся и начал заклинание, которое он выучил из Пылающего Небесного Барабана. Используя огненную жилу под горой Истинной Инь, он начал использовать Технику Пылающего Неба.

Полоса алого огня поднялась в небеса, превратившись в огненного дракона и обернувшись вокруг Хэ Вэньчжао. Кровавый Демон попытался сбежать, но обнаружил, что не может покинуть тело Хэ Вэньчжао.

Все, что он мог сделать, это использовать свою духовную энергию, чтобы отразить пламя Инь Ханьцзяна. После того, как его духовная энергия была истощена, Кровавый Демон начал поглощать божественную природу Хэ Вэньчжао, не обращая на него никакого внимания.

Божественная природа обладала огромной силой, и даже Инь Ханьцзян был лишь на уровне чуть выше уровня культивации. Постепенно его сила уменьшилась, и пламя начало ослабевать.

Когда Инь Ханьцзян стиснул зубы и изо всех сил пытался удержаться, Вэнь Женьхэ взял его за руку у всех на глазах. С легкой улыбкой он сказал:

-“Тебе противостоят два человека, так почему бы нам не работать вместе?”

Инь Ханьцзян невольно прикусил губу. Вэнь Женьхэ наклонился ближе и сказал:

-“А-Ву понимает, что Мастер Секты Инь хочет защитить его. Но этот Почтенный также хочет защитить Инь Ханьцзяна, так даст ли ему Инь Ханьцзян этот шанс?”

Инь Ханьцзян изначально хотел победить Кровавого Демона своей собственной силой вместо Вэнь Женьхэ, но, услышав слова Вэнь Женьхэ, его упрямство исчезло.

Он понимал желание защитить больше, чем кто-либо другой, так как же он мог позволить своему Преподобному беспокоиться?

Энергия Хаоса вошла в тело Инь Ханьцзяна. Духовный дождь смешался с пламенем, став частью его силы. Пламя поглотило Кровавого Демона, который, почти не выдержав, отпустил Хэ Вэньчжао, чтобы снова контролировать свое тело.

Хэ Вэньчжао все это время был сбит с толку. Он внезапно вернулся к созданию Фонда, внезапно был схвачен и запечатан в секте Сюаньюань на месяц, внезапно причинил вред своему собственному учителю и внезапно был охвачен бушующим пламенем, страдая от истощения своей духовной энергии.

-“Учитель, Шишу, что происходит?” ,-он плакал - “Почему я в огне?”

Приложив руку к груди, Мастер Секты Шанцин спросил:

-“Вэньчжао, ты знал, что в твоем теле была другая душа?”

Хэ Вэньчжао на мгновение замер, а затем снова закричал из пламени.

Увидев его, Мастер Секты смирился. Откашлявшись от крови, он сказал:

-“Тогда ты знал, что он был Кровавым Демоном?”

Хэ Вэньчжао открыл рот, желая что-то сказать, но внезапно замер и не смог вымолвить ни слова.

Вначале он не знал, но во время битвы в Кровавом Аду, когда Кровавый Демон вселился в его тело, чтобы напасть на Вэнь Женьхэ, у Хэ Вэньчжао возникло слабое впечатление, что человек, вселившийся в него, возможно, не был чем-то хорошим, и, возможно, эти эксперты не были убиты Вэнь Женьхэ.

Но он не сказал своей секте, возможно, беспокоясь, что Кровавый Демон обратится против него, или, возможно, боясь взять на себя ответственность за свои проступки, или, возможно…

Глядя на выражение его лица, Глава Секты вздохнул.

-“Хэ Вэньчжао - мой ученик, поэтому, как его учитель, я должен заплатить цену за серьезную ошибку, которую он совершил. Если бы Бейли Цинмяо не помогла лидеру Секты Инь поймать этого монстра, кто знает, сколько еще людей погибло бы? Пусть будет известно всем ученикам секты Шанцин, что Бейли Цинмяо помогла искоренить зло и достигла великой добродетели. После смерти этого скромного даоса Бейли Цинмяо должна унаследовать руководство сектой Шанцин!”

Сказав это, он собрал все свои оставшиеся силы и прыгнул в пламя.

-“Хозяин!”

-“Мастер Секты!”

Все члены секты Шанцин начали кричать, некоторые люди пытались пожертвовать собой, чтобы спасти его.

Однако Глава Секты поднял руки и сказал:

-“Если мы потерпим неудачу в праведности, мы должны понести наказание”.

-“Амитабха”, - продекламировал настоятель Усяна.

Всем было ясно, что сегодня праведные секты действительно потеряли всякое лицо перед Инь Ханьцзяном. Если бы они не устраивали такой демонстрации, праведные секты не смогли бы устоять в мире культивирования в будущем. Мастер Секты Шанцин хотел умереть не только из-за собственного позора, но и чтобы принести честь секте Шанцин. Если бы кто-нибудь из будущих учеников захотел пойти по неверному пути, они бы запомнили результат сегодня.

В течение ночи огненный круг горел до рассвета, как лампа в темноте, которая освещала небо над Истинной горой Инь.

К тому времени, когда небо посветлело, три человека в пламени превратились в пепел. В огне Пылающего Небесного Барабана остался только острый клинок.

Инь Ханьцзян поднял свое оружие, надменно оглядывая покрытых пеплом праведных земледельцев. С усмешкой он сказал:

-“Секта Шанцин обладает чувством ответственности, используя две свои жизни, чтобы исправить свои ошибки. Что касается вас, ребята… этот Господин вернет вам ваших учеников, так что разберитесь сами, что следует делать. И помните одну вещь — в будущем каждая секта будет нести ответственность за свои собственные действия. Не ищите кого-то другого, кого можно было бы обвинить!”

Закончив, он возглавил членов секты Сюаньюань и величественно покинул Истинную гору Инь.

При отъезде тело Инь Ханьцзяна занесли в список. Он был ранен, сражаясь с Кровавым Демоном, но терпел это на глазах у всех, не желая, чтобы они видели.

Внезапно чья-то рука сомкнулась вокруг его ледяных пальцев, и теплая духовная энергия хлынула в его тело.

Они обменялись улыбками.

В последний момент перед рассветом Полис и Алкаид ярко засияли, усиливая друг друга, превзойдя Венеру, которая должна быть самой яркой в этот момент, в сиянии.

Автору есть что сказать:

Инь Ханьцзян ( сдержанность ): В конце концов, достаточно зажечь лампу.

Глава 80 - Бессмертный, сжигающий книги

День смерти Хэ Вэньчжао стал апокалипсисом для страницы обсуждения Бог Уничтожения поводом для празднования для Оскорбительного Романа. Атмосфера этих двоих была дневной и ночной.

На странице обсуждения Бог Уничтожения—

[Что вы имеете в виду под "концом’? Когда я услышал, что такая старая книга внезапно пересматривается, я бросился на сайт, чтобы прочитать ее, и, прочитав миллион слов, главный герой внезапно… умирает? Я думал, что он все еще может вернуться к жизни, но автор написал ‘конец’? Что это за **** концовка такая? Я ********.]

[Автор ты ****, зачем я заплатил деньги за это ****, ты превратил главного героя в ****, ты ****]

[Разве это не было старой классикой? Однажды я даже купил физическую копию! Теперь главный герой мертв еще до окончания первого тома. **** автор, я хочу вернуть свои деньги]

[Я согласен, но… предыдущий постер, эта книга так и не была напечатана. Вы читали физическую копию в 1 миллион слов?]

[Тогда что же я купил?]

[Была ли это особенно толстая книга с особенно мелким текстом, плохим качеством бумаги, в которой постоянно нарушенная пунктуация заменялась вопросительными знаками? Это называется пиратским изданием.]

[Забудьте о пиратском издании. Автор, что вы подразумеваете под этим пересмотром? Когда Чжао-гэ был заперт сектой Сюаньюань, я ждал его возвращения, но на конференции он просто сгорел заживо от Инь Ханьцзяна? А потом, сразу после этого, история была закончена? Что это значит?]

[Говоря об этой книге "Бог Уничтожения", я всегда считал ее классикой из-за умопомрачительного финала. Но теперь, когда я вернулся к этому десять лет спустя, я вдруг почувствовал, что главный герой в некотором роде лицемер, а логика гарема сомнительна. Наверное, я повзрослел, и мои вкусы и мировоззрение изменились?]

[Наверное, то же самое относится и к автору, я полагаю? Став старше, он оглянулся на свою предыдущую работу и просто не был удовлетворен ею, поэтому решил бросить все это и начать все сначала. Я могу понять автора, не желающего смотреть в лицо своему позорному прошлому, но вы должны сделать разумный финал, вы ****]

[Почему на этой странице обсуждения так много ****ов?]

[Языковые фильтры. Ругательства не подходят для детей. Эта история не является ни тем, ни другим, она заставит вас усомниться в своей жизни. Давай просто пойдем и не будем читать никаких любовных историй, чтобы прочистить глаза.]

Читатели "Бог Уничтожения" переходили от ярости к беспомощности и, наконец, к безразличию, когда переходили к другим историям, в то время как страница обсуждения "Оскорбительного романа" была гармоничной во всем.

В "Оскорбительном романе", пересмотренное издание, Бейли Цинмяо вышла из медитации, достигнув Махаяны, достигнув незначительного просветления на Пути Безразличия. Услышав, что Хэ Вэньчжао умер и ее назначили новым Мастером Секты, она немного помолчала, а затем приняла свою новую ответственность.

Ее ученик Су Хуай был озадачен. Она уже была в Махаяне и скоро сможет подняться, так почему же она хотела связать себя с сектой Шанцин?

Бейли Цинмяо мягко улыбнулась своему ученику.

-“Неужели ты думаешь, что секта Шанцин и весь праведный путь состоят из охотников за славой?”

-“Все они, кроме тебя”, - сердито ответила Су Хуай.

Он также слушал на Истинной горе Инь, как Инь Ханьцзян допрашивал праведных подонков о каждом из их деяний. Когда он понял, сколько грязи было вымазано в секте Сюаньюань, он пришел в ярость, желая, чтобы Мастер Секты Инь просто сжег всех там, но Мастер Секты Инь этого не сделал. Он просто уничтожил Кровавого Демона, а затем вернул всех заключенных их сектам, чтобы они сами разбирались с собой.

Если бы вы спросили Су Хуая, лучшим было бы убить всех присутствующих праведных экспертов, чтобы секта Сюаньюань могла захватить мир культивирования!

-“Но знаешь ли ты, почему праведные культиваторы могли возложить все эти дела на секту Сюаньюань?” ,- спросила Бейли Цинмяо.

-“Это...” ,-Су Хуай обнаружил, что не может вымолвить ни слова.

Он хотел сказать, что у секты Сюаньюань была плохая репутация, но почему ее репутация была плохой? Потому что он действительно натворил много ужасных вещей.

-“До того, как Мастер Секты Вэнь Женьхэ объединил демонические секты, секта Сюаньюань действительно была способна на все зло” ,- Бейли Цинмяо вспомнила учения Чжунли Цянь и истории из прошлого, которые ей рассказала мастер Цинсюэ - “Их действия ни в коей мере не уступали действиям праведных сект сегодня”.

В течение последних нескольких лет Бейли Цинмяо была свободна от секты Шанцин, странствовала по миру и своими глазами видела страдания мира смертных. Она понимала, что мир не был черно-белым. Когда ее глаза, ранее ослепленные страстью, прояснились, ее понимание мира изменилось.

Она похлопала Су Хуая по руке, сказав:

-“После того, как Вэнь Женьхэ стал Повелителем Демонов, он использовал жесткие методы, чтобы очистить ряды подчиненных старого Мастера Секты. Это было разрушение. Затем он реформировал ряды секты, приказав всем следовать новым правилам. Это было возрождение. По прошествии ста лет секта Сюаньюань превратилась из демонической секты в секту, где каждый может выразить свою природу. Ты чувствуешь себя комфортно в секте Сюаньюань, потому что все там верны себе, открыто демонстрируя злобу и доброту без притворства или масок. Но тем, кто сделал это возможным, был не кто иной, как Вэнь Женьхэ.”

“Что касается сегодняшнего дня, когда Инь Ханьцзян разоблачил многолетний упадок праведных сект на Истинной горе Инь, это было разрушение. После всех этих лет, когда праведные секты принимали учеников отовсюду, они неизбежно оказались неспособными управлять ими. В большой секте обязательно должны быть гнилые элементы. Если они не удалят их твердой рукой, гниль распространится на здоровую плоть, пока праведное и демоническое не потеряют смысла, правильное и неправильное, черное и белое не переплетутся, и под небесами воцарится хаос”.

-“Итак ... то, что Мастер Секты Инь сделал, было на благо праведных сект?”, - удивленно спросил Су Хуай - “Учитель, ты стала умнее? Ты действительно сама до всего этого додумалась? Господин Чжунли, наверное, научил тебя, верно?”

Он был близок с Цю Конгсюэ, а Бейли Цинмяо была дружелюбным человеком, поэтому между ними не было разницы в возрасте.

Бейли Цинмяо постучал пальцем по лбу Су Хуай.

-“Твоя хозяйка сама об этом подумала. После того, как твой мастер получил Переливающийся Кроваво-Огненный Шелк, она многое вспомнила.

Переливающийся Кроваво-Огненный Шелк был преобразован из божественной крови, которую изначальная богиня приготовила, чтобы вернуть себе божественность, поэтому он также сохранил некоторые воспоминания о ее предыдущей жизни.”

После восхождения к Махаяне Бейли Цинмяо постепенно восстановила некоторые из этих воспоминаний.

Находясь под влиянием предыдущего воплощения Хэ Вэньчжао, она действительно верила, что то, что она сделала, было неправильно. Только теперь, когда она перевоплотилась и увидела действия Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзяна, она начала понимать.

-“Уничтожение Мастера секты Инь болезненно для праведных сект, но это также их единственный путь к выживанию”, - с сожалением сказала Бейли Цинмяо - “В моей предыдущей жизни я принесла неизмеримую боль в мир смертных. Для отдельных людей эта боль была сокрушительным ударом, но для космоса каждая катастрофа - это шанс начать все сначала ”.

Су Хуай склонил голову набок, слушая, но на самом деле ничего не понимал.

-“В моей предыдущей жизни я всегда приносила разрушение, а не возрождение. Руководство сектой Шанцин - это возможность для меня. Секта Шанцин является лидером праведных сект, поэтому Мастер Секты использовал свою жизнь, чтобы смыть пятно, которое нанес на нее Хэ Вэньчжао, и доверял мне достаточно, чтобы дать мне этот шанс реформировать секту и праведный путь. Я не могу отказаться от такой тяжелой ответственности”.

Выражение лица Бейли Цинмяо стало серьезным, и, повернувшись лицом в сторону горы Истинная Инь, где прошел Мастер Секты, она отвесила глубокий поклон.

Глубоко внутри она смутно чувствовала, что в тот день, когда она возглавит праведные секты, чтобы вновь завоевать авторитет в мире, она будет достойна вернуть себе божественную природу.

Изначальная богиня была рождена вместе с небом и землей, и все ее мысли и действия были направлены на сохранение царств. Если бы в космосе существовала только катастрофа, то она привела бы к неизбежному исчезновению. Катастрофа была всего лишь средством избавиться от сорняков, освежить космос, чтобы он мог стать ярче.

Су Хуай все еще был в замешательстве. Бейли Цинмяо спросила, хочет ли он пойти в секту Шанцин или остаться в секте Сюаньюань, и после долгих раздумий он решил, что последует за своим учителем. Несмотря на то, что секта Сюаньюань был его стремлением, его учитель был немного туповата, и он боялся, что ею будут помыкать в секте Шанцин, поэтому он не мог оставить ее в покое.

И если бы он остался в секте Сюаньюань, этот Мастер Алтаря по имени Ши Таньсинь продолжал бы тайно смотреть на него, параноидально опасаясь, что он займет его место мастера Алтаря Адского Пламени. Су Хуай считал, что члены секты Сюаньюань немного вышли из-под контроля, и даже господин Чжунли, со всеми его мозгами, вот-вот облысеет. Он потер свою густую шевелюру и подумал, что нет ничего плохого в том, чтобы быть главным учеником в секте Шанцин.

Перед тем, как Бейли Цинмяо покинула секту Сюаньюань, несколько человек, которые хорошо ладили с ней, пришли попрощаться.

Цю Конгсюэ была крайне недовольна. Ее ученица, наконец, достигла Махаяны, но вместо того, чтобы объединить с ней силы для убийства Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзяна, она направлялась к тому, чтобы стать Мастером секты Шанцин. Она схватила Бейли Цинмяо и некоторое время кричала на нее, пока Су Хуай больше не мог слушать и, оттащив ее в сторону, тихо сказал ей, что ее учитель хочет объединить праведный путь.

Глаза Цю Конгсюэ мгновенно заблестели, и, выпятив грудь, она сказала:

-“Иди и сделай это, и к тому времени, когда ты объединишь праведные секты, я стану Мастером секты Сюаньюань. К тому времени, когда мы встретимся на поле боя как мастер и ученик, это станет легендой!”

Су Хуай потер лоб, чувствуя, что то, что она говорила, даже близко не было легендарным.

-“Не волнуйся”, - сказала обаятельная  Защитник Шу, поглаживая лицо Су Хуай - “С этим Защитником рядом, нет никакого способа, чтобы твой боевой предок встала на путь демонов. Если она станет лидером, она, вероятно, превратит всю секту в призраков, и если все будут скелетами без плоти, с кем будет совершенствоваться этот Защитник? ”

Столкнувшись с ошеломляющей красотой Защитника Шу, Су Хуай покраснел и отступил на несколько шагов. Настороженно наблюдая за ней, он сказал:

-“Я вступаю на праведный путь со своим учителем, я никогда не буду совершенствоваться с тобой!”

Шу Яньянь слегка рассмеялась и сделала несколько шагов вперед, чтобы сжать щеки Су Хуай.

-“Я бы не прикоснулась к кому-то вроде тебя. Ты слишком серьёзен и сентиментален, готов пожертвовать всем ради человека, которого любишь. Я не могу взять на себя ответственность за это ”.

Пока Шу Яньянь разговаривала с Су Хуай, Ши Таньсинь тихо подошел к Бейли Цинмяо и обеими руками протянул нефритовый талисман.

-“Что это такое?” ,- спросила Бейли Цинмяо, с сомнением глядя на него.

За время своего пребывания в секте Сюаньюань у нее на самом деле не было никаких разногласий с Мастером Алтаря Ши. Когда она была без сознания, она инстинктивно приняла болезненную ци Мастера Алтаря Ши, чтобы защитить себя и защититься от божественной природы. Таким образом, она была у него в долгу. Но после того, как она вернула болезнетворную ци, она была усилена телом изначальной богини, повелевающей бедствиями, так что Мастер Алтаря Ши обрел силу, а Бейли Цинмяо выплатила свой долг.

-“Т…внутри есть проклятие. Ты можешь использовать его, если кто-нибудь бросит тебе вызов”, - робко сказал Ши Таньсинь.

Каждый раз, когда он видел Бейли Цинмяо, ему хотелось упасть на колени и предложить ей все, что у него было. Он действительно этого не понимал.

-“Спасибо” ,- даже если она не обязательно собиралась им воспользоваться, Бейли Цинмяо все равно приняла его подарок.

И, вспоминая проклятие слежения, которое было наложено на Чжунли Цянь и на нее, проклятия не обязательно должны быть плохими, если их правильно использовать.

Думая о друге, с которым она путешествовала в течение тридцати лет, она посмотрела на Чжунли Цяня, протягивая ему руки на прощание.

Не было никаких лишних слов или требований друг к другу. Отношения между джентльменами были слабыми, как вода, но Бейли Цинмяо знала, что если она когда-нибудь столкнется с неприятностями в будущем, Чжунли Цянь обязательно поможет ей, и если Чжунли Цянь понадобится помощь, она сделает то же самое.

Попрощавшись с Бейли Цинмяо, Чжунли Цянь спросил Шу Яньяня:

-“Защитник Шу, когда два Мастера Секты выйдут из уединения? Мне нужно уйти в отставку и попрощаться с ними”.

-“Выйти из уединения?” ,-Шу Яньянь подняла тонкую руку, чтобы скрыть удивление на своем лице - “Кто знает, сколько времени это займет? Вчера, по возвращении в секту Сюаньюань, мастер Секты Вэнь Женьхэ позаимствовал у меня руководство, прежде чем уйти в уединение. Он попросил самое глубокое руководство, которое даже я не поняла, так что, если он хочет овладеть им, это может занять тридцать или пятьдесят лет ”.

Чжунли Цянь: …

Он посмотрел на Бейли Цинмяо, надеясь, что его друг сможет протянуть ему руку помощи, но Бейли Цинмяо поспешила уйти сразу после прощания и уже давно ушла.

Чжунли Цянь испустил долгий вздох. Два Мастера Секты, казалось, полностью возложили задачу контроля над демоническими культиваторами на него. Говорят, что как только ты ступишь на пиратский корабль, ты не сможешь уйти, и Чжунли Цянь теперь точно понимал, что это значит.

Последняя страница "Оскорбительного романа" остановилась на этой хаотичной сцене. Каждый из читателей вел себя так, словно гордился тем, что видит, как растет их первая дочь.

[всхлип всхлип, Читающий последние строки Бейли Цинмяо: "Я чувствую себя так, словно моя дочь, которую обманом заставили сбежать с подонком, наконец-то повзрослела.” Это такое горько-сладкое теплое чувство, это здорово.]

[Да, она не только растоптала его, но и украла его компанию. Прекрасно сделано!]

[Прочитав более миллиона слов, я понял, что до конца не было никакого романа, или вы могли бы сказать, что это был роман между Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян, написанный с точки зрения Бейли Цинмяо, так что на самом деле это был данмэй. Я обдумываю название.]

[Оскорбительный роман? Все, что я вижу, это Инь Ханьцзян, потрясающе уничтожающий Хэ Вэньчжао, где же жестокое обращение?]

[Надругательство над волосами Чжунли Цянь. После этого ему нужно держать демонических культиваторов в узде. Отмеченный наградами учитель становится лысым из—за своих непослушных учеников - это извращенная мораль или упадок общественных ценностей? Ха-ха-ха!]

[Прекрати, это слишком ярко. Мой бедный Куан... С таким же успехом он мог бы сбрить все свои волосы. Монахи сдержанны и красивы, и это лучше, чем иметь лысину.]

[Кто сказал, что нет оскорбительного романа? Бейли Цинмяо и старейшина Цинсюэ сто лет спустя, один - лидер праведных сект, другой - Повелитель Демонов, вынуждены убивать друг друга, несмотря на то, что они любят друг друга. ‘Тогда я спасла твое тело, ты помогла мне сбежать от никчемного человека и спасла мою душу, мы поддерживали друг друга в течение тридцати лет, как мы могли оказаться лицом к лицу в битве?’ Разве это не жестоко?]

[Ты слишком много думаешь. У Цинсюэ не хватает мозгов, чтобы стать лидером секты. Если она согласится на эту должность, сестра Шу ей этого не позволит.]

[Говоря о сестре Шу, я хочу посмотреть, как овладение ее глубочайшими техниками может занять от тридцати до пятидесяти лет.]

[Я тоже…]

Хлоп! Инь Ханьцзян захлопнул Оскорбительный роман: Ты Неизменный в Моем сердце, отказавшись от чтения комментариев.

С книгой в руке он посмотрел на лампу у кровати и медленно поднес книгу к пламени.

Крепкая рука протянулась и взяла книгу у него из рук. Ленивый голос прозвучал у его уха.

-“Что там написано? Это настолько тебя злит, что ты сжигаешь его?”

-“Этот Господин просто обеспокоен ...” ,-Инь Ханьцзян открыл рот, но обнаружил, что его горло охрип, и достал из своего хранилища чашу духовного вина, залпом осушив ее, прежде чем продолжить -“Эта работа является вредоносной и может повлиять на чьи-то эмоции”.

Он грубо рассказал о том, как, когда Вэнь Женьхэ был в Кровавом Аду, он видел сцены из оригинального издания книги, и это усилило его внутренних демонов.

-“Это испытал не только ты” ,-  Вэнь Женьхэ вспомнила, как, когда Цю Конгсюэ была спасена Бейли Цинмяо вместо него, в его голове возник оригинальный диалог. Когда Ши Таньсинь впервые увидел Бейли Цинмяо, он также увидел божественный свет.

Только если бы тот же самый заговор был наложен на другого человека, результат был бы совершенно другим.

-“Почему такое могло случиться?” ,-Инь Ханьцзян достал "Оскорбительный роман" и три книги ”Бог Уничтожения" и пролистал их, обнаружив, что тома  2 и 3 "Бог Уничтожения" уже стали пустыми. Помимо того, что люди все еще выкрикивали оскорбления в обсуждениях, не было никаких признаков пересмотра.

-“У меня всегда был вопрос. Как в комментариях Бог Уничтожения, так и в Оскорбительном Романе никогда не упоминалось о другой книге. У них явно одни и те же два главных героя, так неужели никто

не читал обе книги?” ,- сказал Вэнь Женьхэ.

Инь Ханьцзян на мгновение растерялся. Глядя на книги, в его голове мелькали различные догадки, но только одна была близка к правдоподобному ответу. “

-Две книги не существуют в одном и том же мире”.

-“Правильно”, - сказал Вэнь Женьхэ -“Все мириады миров не связаны друг с другом, но они также влияют друг на друга. В царстве совершенствования есть много легенд о царстве бессмертных и божественном царстве, но когда дело доходит до того, правдивы ли они, мы не можем знать, пока не отправимся в царство бессмертных или божественное царство. Тем не менее, это не мешает нам знать вещи и обсуждать их.”

“Наша история та же самая. С точки зрения разных людей, это отражается в разных мирах. Таким образом, ни в одной книге ни в одном мире нет всей истории, только точка зрения определенного человека.”

“Если бы мне пришлось выносить суждение об обеих книгах, я бы сказал, что эти две книги являются предупреждениями о конце трех царств. Тот факт, что каждый из них оказался в разных руках, означает, что небеса действуют таинственным образом, распространяя знание о бедствии, грозящем трем мирам. Смогут ли люди, получившие книги, ухватиться за единственный шанс на выживание, или нет, будет зависеть от того, как они будут действовать.”

“Что касается заговора, возникающего в умах людей, это могут быть действия божественной природы, или предупреждение с небес, или другие миры, влияющие на наш. Но могут быть и другие причины, так что я не могу судить.”

“Единственное, в чем мы можем быть уверены, так это в том, что после культивирования Пути Безразличия и принятия руководства сектой Шанцин воля Бейли Цинмяо должна быть достаточно твердой, чтобы подчинить божественную природу”.

Инь Ханьцзян не заботился о том, сможет ли Бейли Цинмяо спасти три королевства. Если бы вы спросили его, то возможность жить и умереть рядом с Вэнь Женьхэ, а затем слиться с ним после смерти и стать новым космосом была бы прекрасным завершением.

-“Интересно, есть ли книга с нами в качестве главных героев?” ,- внезапно сказал Инь Ханьцзян, небрежно листая книгу над масляной лампой.

-“Кто знает?” ,- Вэнь Женьхэ легка улыбнулся и не стал останавливать Инь Ханьцзяна, намеревавшегося сжечь книгу.

-“Ты бы не возражал против того, чтобы нашу историю прочитали?”

-“Какое это имеет значение для меня?” ,-Инь Ханьцзян бросил книгу на землю.

Как и сказал Вэнь Женьхэ, даже если другие миры могли видеть их историю, у них не было силы повлиять на них двоих. Для Инь Ханьцзяна самым важным было то, что Вэнь Женьхэ был жив, и они были вместе. Одного этого было достаточно.

Длинные волосы Инь Ханьцзяна, обычно аккуратно собранные в пучок, были распущены по кровати, а одна прядь была уложена Вэнь Женьхэ, но он не возражал. Он взял вплетенный в их волосы локон и начал играть с ним.

-“Пылающее Небо Бессмертно, я или кто-то другой? Я реинкарнация Бессмертного Пылающего Неба или просто кто-то, кто украл его положение?”

-“Когда мы достигнем царства бессмертных, мы, естественно, узнаем ответ. Чтобы скорее достичь царства бессмертных, должны ли мы снова практиковать техники Защитника Шу?” ,- сказал Вэнь Женьхэ.

Инь Ханьцзян накинул руку на Вэнь Женьхэ и перевернулся. Он полуприкрыл глаза, пряча торжествующий взгляд.

Перевернувшись, он взмахнул запястьем и поджег четыре книги, брошенные на пол.

Огонь в камине освещал их несколько затененную спальню. Заметив огонек в уголках его глаз, Инь Ханьцзян улыбнулся.

Автору есть что сказать:

Инь Ханьцзян: Наконец-то была сожжена ещё одна книга.

Вэнь Женьхэ: Играть с огнем нехорошо, несовершеннолетние не должны этому подражать.

-Это конец романа. История секты Сюаньюань, Инь Ханьцзяна и Вэнь Женьхэ, а также Бейли Цинмяо продолжается в их собственном мире.-

Глава 80.1 - Экстра. Конец

В грандиозном завершении книги "Бог Уничтожения: том 3" Хэ Вэньчжао использовал божественную силу, чтобы восстановить три царства, живя в вечном мире и счастье со своими женами и друзьями в божественном царстве.

Несколько столетий спустя Хэ Вэньчжао также использовал свои воспоминания, чтобы воссоздать многих людей из божественного, бессмертного и человеческого мира.

Он был верховным богом во всех мирах, которому никто не осмеливался бросить вызов. Все повиновались ему без малейшего намека на несогласие.

Поначалу Хэ Вэньчжао считал такую жизнь замечательной. Он мог свободно передвигаться по трем королевствам, и никто не осмеливался угрожать ему или его друзьям и близким. Ему не нужно было постоянно беспокоиться о том, что люди и боги замышляют причинить ему вред. Три царства принадлежали ему, и это было мирное и счастливое существование.

Но несколько столетий спустя Хэ Вэньчжао устал от такой жизни.

Мир без каких-либо нарушений и дни и годы в одной и той же рутине привели к тому, что Хэ Вэньчжао постепенно терял самообладание. Все развивалось в соответствии с его желаниями, без каких-либо неожиданностей. Жизнь была безвкусной, в ней не было ни удивления, ни радости, о которых можно было бы говорить.

Однажды, в порыве бессердечия, он позвал прекрасную Гунси Цзинь, затем позвал Бейли Цинмяо и поцеловался с Гунси Цзинь у нее на глазах.

Выражение лица Бейли Цинмяо было спокойным, она слегка улыбнулась и сказала:

-“Шисюн так хорошо относится к сестре Гунси”.

Хэ Вэньчжао оттолкнул Гунси Цзиня в сторону и схватил Бейли Цинмяо за плечи.

-“Разве ты не ревнуешь? Разве тебе не горько? Я помню, когда у меня был какой-либо контакт с ученицей женского пола в прошлом, даже несколько слов, ты бы начала драку из-за этого! ”

Бейли Цинмяо не вела себя так, будто у нее болят плечи. Она прижалась лбом к руке Хэ Вэньчжао и кротко сказала:

-“Но, шисюн, на самом деле они тебе не нравятся. Ты просто ничего не можешь с этим поделать. Я знаю, что тот, кого ты любишь больше всего, - это я.

-“Тогда… почему бы тебе не быть немного своенравной, не поспорить со мной или что-то в этом роде?” ,-Хэ Вэньчжао крепко схватил Бейли Цинмяо за плечи - “Я использую так много силы, разве это не больно?”

Как это могло быть иначе? Хэ Вэньчжао слышал звук ломающихся костей.

-“Как я могу спорить с шисюном? Шисюн - верховный бог, отвечающий за все три царства. Учитывая, насколько вы заняты, как я могу причинять вам неудобства?” ,- сказал Бейли Цинмяо - “Кроме того, у меня не болят плечи. Даже если бы они были ранены, шисюн исцелил бы их для меня, верно?”

Слушая ее, Хэ Вэньчжао в оцепенении убрал руки.

Верно, тогда, когда он воскресил свою маленькую шимей, он подумал, что его маленькая шимей была такой хорошей, она просто была слишком ревнивой. Он был божественным императором, так в чем же проблема, что у него были отношения с несколькими богинями? Было бы так здорово, если бы у его шимей не было такого характера.

Так что новая Бейли Цинмяо всегда была предана Хэ Вэньчжао, никогда не поднимала шума и не создавала проблем, каждый день терпеливо ожидая в своем дворце, когда к ней придет ее шисюн.

Хэ Вэньчжао покинул дворец Байли Цинмяо и отправился на поиски своей главной жены, Богини Цилин.

Увидев Хэ Вэньчжао, идущего с альбомом в руках, Богиня Цилин сказала:

-“Дорогой, это альбом богинь божественного царства. Есть ли кто-нибудь, с кем ты был близок в последнее время, с кем тебе нужно, чтобы я договорилась о браке?”

Глядя на Богиню Цилин, Хэ Вэньчжао сказал:

-“Я твой муж. Разве тебе не трудно устраивать для меня браки с другими женщинами?”

-“Мой дорогой настолько галантен, что эти богини благословлены возможностью выйти за него замуж, не так ли?” - сказала Богиня Цилин.

-“Насколько я помню, ты тайно устраняла женщин, которые тебе не нравились” ,- даже если Хэ Вэньчжао никогда не упоминал о некоторых вещах, это не означало, что он не заметил - “Я помню, что тебе больше всего не нравилась Гунси Цзинь, так почему же ты до сих пор не избавилась от нее?”

-“Потому что она нравится моему мужу, конечно” ,- в улыбке Богини Цилин не было никаких эмоций.

Она напоминала искусно сделанную марионетку.

Хэ Вэньчжао открыл альбом. Каждая женщина была красива по-своему, но он больше не мог различить разницу между их внешностью.

-“Просто просмотри и выбери несколько”, - сказал Хэ Вэньчжао, уходя с равнодушным взмахом руки.

Все его жены выглядели так, как он хотел. Хэ Вэньчжао знал все их слова и действия заранее, потому что все они были созданы им, даже будущие жены, которых он взял.

Он пришел во дворец Яо Цзяпина. Яо Цзяпин теперь был богом медицины, отвечающим за чудодейственные природные лекарства. Когда Хэ Вэньчжао приехал, жена Яо Цзяпина, Сяо И, ухаживала за травами в саду. Увидев его, она поклонилась ему.

-“Божественный император”.

-“Где Яо Цзяпин?” ,- у Хэ Вэньчжао никогда не было особого впечатления о Сяо И, поэтому тот, кого он создал, выглядел точно так же, как оригинал, но обладал индивидуальностью, подобной чистому листу бумаги.

-“Он лечит пациента”, - сказала Сяо И.

Услышав это, Хэ Вэньчжао нахмурил брови и ворвался в комнату Яо Цзяпина. Он видел, что он одевается и на его кровати лежит женщина. Ее глаза были похожи на глаза Сяо И, вероятно, пациента или родственника пациента.

-“Ты уже нашел Сяо И, так почему же ты все еще делаешь это?” ,- яростно сказал Хэ Вэньчжао, хватая Яо Цзяпина - “Разве твое сердце не посвящено Сяо И?”

Завязав пояс, Яо Цзяпин сказал:

-“Я бог медицины, так что плохого в том, что я трахаюсь с несколькими женщинами? Она также может увеличить свою силу, занимаясь двойным совершенствованием вместе со мной. И Сяо И — единственная в моем сердце - с другими людьми это всего лишь дурачье. Разве ты не такой же? Твоя любовь к Бейли Цинмяо не помешает тебе жениться на Богине Цилин, Гунси Цзинь и всех этих других богинях.”

-“Ты подонок!” ,-Хэ Вэньчжао одним ударом отправил Яо Цзяпина в полет.

Яо Цзяпин вылетел из дворца, тяжело раненный. Сяо И мгновенно бросилась перед ним.

-“Если вы хотите убить моего мужа, вам придется сначала убить меня!”

-“Твой муж?” ,- глаза Хэ Вэньчжао стали жестокими.

Он ткнул пальцем в одну сторону, создавая идентичного Яо Цзяпина.

- “Как насчет вот этого?”

Сяо И мгновенно бросилась перед другим Яо Цзяпином, говоря:

-“Если ты хочешь убить моего мужа, тебе придется сначала убить меня!”

-“Ха-ха-ха-ха-ха-ха!” ,-Хэ Вэньчжао внезапно разразился леденящим душу смехом.

Он сделал несколько шагов назад, указывая на Сяо И.

-“Эти два мужа - оба твои. Выбери один для себя, ха-ха-ха!”

Он покинул дворец Яо Цзяпина и бесцельно бродил по божественной столице.

“Ложь” ,- подумал он - “все ложь. Это все мое воображение, ха-ха-ха!”

Он очнулся от многовекового сна. В одиночестве он провел несколько столетий с марионетками, созданными его воображением, которые никогда не ослушались бы его.

С тех пор Хэ Вэньчжао больше не баловал своих жен. Никто из них не беспокоил его, каждый довольствовался тем, что оставался в своих собственных дворцах.

Хэ Вэньчжао сидел на своем троне, лениво возясь с человеческим царством. Он вызвал катастрофу здесь и уничтожил там страну, вид. Из божественного царства он наблюдал за обездоленными беженцами из человеческого царства, но ничего не чувствовал.

-“Так вот на что похоже быть богом. Неудивительно, что вы могли бессердечно развязывать катастрофы. Теперь я понимаю”.

Хэ Вэньчжао посмотрел на небо пустыми глазами, разговаривая с кем-то, кого там не было.

Когда он впервые стал богом, он думал, что изначальная богиня была прекрасна вне всякого сравнения. Ее равнодушные глаза одинаково смотрели на всех богов, как будто не было никакой разницы между ними и насекомыми царства смертных. Таким образом, он начал постоянно беспокоить эту женщину, желая, чтобы она смотрела на него иначе, чем все остальные, желая, чтобы эти бесстрастные глаза смотрели на него с нежностью.

После того, как они перевоплотились, он влюбился в Бейли Цинмяо в тот момент, когда увидел ее, точно так же, как в их предыдущих жизнях. И все же, когда он увидел, что глаза его маленькой шимей смотрят только на него самого, он почувствовал себя незаинтересованным. Ему казалось, что что-то было не так, не так, как он себе представлял.

Теперь он понял, что в прошлой жизни его привлекала именно эта пара глаз, бесстрастных, но заботливых и полных сострадания.

-“Тебя больше нет рядом, не так ли?” ,-Хэ Вэньчжао потер грудь и внезапно сказал - “Нет, твоя божественность существует внутри моего тела. Мы были вместе все это время.”

Весь внешний мир был иллюзией, всего лишь его мечтой наяву. Только божественная природа в его теле была реальной, единственное, что осталось после этой изначальной богини.

Хэ Вэньчжао свернулся калачиком на троне, его руки обхватили пустой воздух, как будто обнимая кого-то.

Он закрыл глаза, чувствуя некоторую усталость, и погрузился в глубокий сон.

В тот момент, когда божественный император заснул, огромные волны сотрясли Кровавый Ад в человеческом царстве.

После того, как Хэ Вэньчжао принял божественную природу, он все еще не мог очистить демоническую энергию, которой она повелевала. Следуя своим воспоминаниям, он запечатал демоническую энергию в Кровавом Аду, который оставался мирным все эти годы.

Внутри волн человеческая фигура постепенно затвердевала над Кровавым Адом. Он поднял голову, глядя на небо и прислушиваясь к ветру вокруг себя, казалось, впитывая бесчисленные фрагменты информации.

-“Я понимаю”, - тихо проговорил этот человек сам с собой - “После того, как этот Почтенный попал в Кровавый Ад, так много всего произошло. Инь Ханьцзян, Бессмертный Пылающего Неба... Этот Почтенный действительно многое упустил”.

Он смутно помнил, что после падения в Кровавый Ад он был поглощен 180 тысячами демонических богов, и осталась только одна навязчивая идея. Что касается того, что это была за одержимость, он действительно не помнил. Но он знал, что оставил незавершенное задание, и не мог умереть.

Поэтому, когда божественная природа разрушила барьеры трех миров, эта одержимость начала поглощать демоническую и божественную энергию вокруг себя, становясь все сильнее.

После слияния человеческого и бессмертного миров, бессмысленная демоническая энергия нашла остатки Бессмертного Пылающего Неба в бессмертном царстве. В этот момент божественная природа потеряла над ним контроль, барьер между бессмертным и божественным царствами был разрушен, и 180 тысяч демонических богов атаковали божественное царство, поставив мир на грань разрушения.

Наконец, Хэ Вэньчжао использовал свою душевную связь с Бейли Цинмяо, чтобы принять божественную природу, и запечатал демоническую энергию обратно в Кровавый Ад, давая время этой одержимости продолжать поглощать демоническую энергию.

В тот момент, когда психическая устойчивость Хэ Вэньчжао рухнула, и он закрыл глаза и отгородился от мира, этот человек воспользовался своим шансом, собрал всю демоническую энергию и разрушил печать Кровавого Ада, вырвавшись из него.

Он был демоном, единственным оставшимся демоническим богом в трех мирах, Вэнь Женьхэ.

Вэнь Женьхэ посмотрел на царство смертных. Его глаза могли видеть ложь насквозь, так что фантазия, придуманная Хэ Вэньчжао, не могла обмануть его.

В его глазах три царства уже слились в одно, мир сжался, вся энергия вернулась в хаос. В центре массы хаоса кто-то обнял божественную природу, видя сладкий сон.

Без его ведома божественная природа постепенно разрушала его божественную силу, и когда она вся иссякнет, его душевная связь с Бейли Цинмяо исчезнет, и никто не сможет остановить божественную природу от возвращения творения в хаос.

Вэнь Женьхэ подошел к спящему Хэ Вэньчжао. Положив руку на голову, он “увидел” свой сон.

Божественная природа заметила Вэнь Женьхэ и поняла, что он был единственным человеком, который мог остановить его от разрушения космоса. Почувствовав угрозу, он собрал свою силу, чтобы убить Вэнь Женьхэ.

-“Тебе не нужно быть начеку”, - сказал Вэнь Женьхэ.

-“Это больше не тот мир, который этот Достопочтенный хочет защитить”.

Он посмотрел на Хэ Вэньчжао, который в данный момент прилагал все свои усилия, чтобы подчинить божественную природу душевной связи, и тихо усмехнулся.

-“Горящее небо Бессмертно… ты отчаянно хотел отомстить за этого Почтенного, так что сегодня позволь мне исполнить твое желание.”

Легким движением запястья Вэнь Женьхэ остатки душевной связи Хэ Вэньчжао были разорваны. Божественная природа вырвалась из тела Хэ Вэньчжао, став единым целым с космосом, начав поглощать энергию хаоса.

Хаос начал бесконечно сокращаться, затрагивая даже тело Вэнь Женьхэ. Он чувствовал, что демоническая энергия, которая поддерживала его, постепенно иссякает, но его сердце было спокойно.

Мир уже был разрушен. Единственное, на что можно было рассчитывать - это на создание нового мира.

В таком случае он мог сделать только одно.

Вэнь Женьхэ перестал сопротивляться и нырнул в энергию хаоса, будучи поглощенным божественной природой и сжатым.

Спустя миллионы лет энергия хаоса сжалась до предела и, наконец, взорвалась.

Пожар вызвал новую жизнь, породив мириады миров, и одержимость, которая не исчезла после того, как эоны разделились и слились с тремя мирами.

В первом женщина-автор напечатала на своем компьютере название "Оскорбительный роман: Ты неизменный в моем сердце".

Во втором мире мужчина-автор напечатал "Бог Уничтожения".

А в третьем мире Вэнь Женьхэ, в разгар обсуждения Великой Войны Сект со своими подчиненными, внезапно почувствовал, как над его головой открылось пространство, из которого упала книга.

Он случайно поймал ее и увидел на обложке "Оскорбительный роман: Ты неизменный в моем сердце".

Глава 80.2 - Экстра. Десять лет спустя

Секта Сюаньюань, Главный зал.

Чжунли Цянь разговаривал о делах с Шу Яньянем в дискуссионном зале. Вэнь Женьхэ игнорировал его уже десять лет, в течение которых он каждые полмесяца отправлял заявление об отставке Вэнь Женьхэну и Инь Ханьцзяну. После настойчивой отправки двухсот сорока талисманов в течение последних десяти лет, он, наконец, получил раздраженный ответ от Вэнь Женьхэ: “Если вы найдете кого-то подходящего для управления сектой Сюаньюань, вы можете сдать должность и уйти”.

Получив это сообщение, Чжунли Цянь радостно коснулся своих волос и поспешил найти Шу Яньяня. Он передал правила, которые он написал за последние годы, награды и наказания, запасы духовных камней, методы членов секты и их потенциальные достижения и узкие места в будущем, все это Шу Яньяню. Видя, как она облокотилась на стол, не собираясь проверять нефритовые карточки, он был вынужден объяснить ей каждый пункт.

Спустя десять лет Шу Яньянь все еще была красива, как юная девушка. Она зевнула, глядя на Чжунли Цяня затуманенными глазами.

-“Сорок лет назад, когда я встретил тебя на литературной конференции, почему я не поняла, что ты такой многословный?”

На литературной конференции Чжунли Цянь обсуждал классику и сочинял стихи, каждая строка которых была красноречивой и вдохновляющей, даже если вы ее не поняли. Прямо сейчас он говорил о том, сколько духовных камней первого, высшего, среднего и низшего классов хранилось на складе, какие опасения были у членов секты в последнее время, что планировали Мастера Алтаря и как сохранить их довольными, и так далее. Шу Яньянь не могла унять отяжелевшие веки, пока слушала.

Она ущипнула красивое лицо Чжунли Цяня и устало сказала:

-“Неудивительно, что ученые мира смертных такие утонченные и элегантные в качестве студентов, как нежный бамбуковый стебель, который вы не можете не попробовать. Но после сдачи экзаменов все они становятся прожорливыми чиновниками с пузом и морщинами, и вдобавок к тому, что они уродливы, они даже не могут сочинить стихотворение и воняют алкоголем. Ах, Чжунли Цянь...”

Она со вздохом покачала головой, словно оплакивая ушедшую в расцвет красоту.

Чжунли Цянь, который был молод и красив в течение многих лет: …

Немного подумав, он ответил:

-“После всех этих лет в секте Сюаньюань я все еще учитель Дао и не изменился”.

-“Я знаю”.

Шу Яньянь внезапно встала. Погладив его по подбородку, она нежно сказала:

-”Ты похудел".

Чжунли Цянь был ошеломлен.

Шу Яньянь серьезно сказала:

-“Я рада, что вы ученик или учитель, но больше не утруждайте себя случайными заработками секты Сюаньюань. Это вам не подходит. Учитель передает знания и ценности. Вы прилагаете все усилия для своих учеников, но бывают моменты, когда вам приходится убрать свою руку. Каждый идет своим путем, и вы не можете сделать это за него. Вы себя изматываете.”

Чжунли Цянь уставился на нефритовые листки на столе, на одном из которых был записан будущий путь совершенствования каждого члена секты. Он записал все, что смог придумать, но, по правде говоря, существовало бесчисленное множество возможностей, которые он не смог описать.

-“Что касается меня, я во всем следую своему сердцу. Я пробую все, что мне нравится, и отбрасываю все, что мне не нравится. Если я ценю кого-то, я буду больше общаться с ним. Если я буду уважать их, я буду честна с ними и поделюсь своими чувствами, а не буду относиться к ним легкомысленно ”, - сказала Шу Яньянь - “Я уважаю господина Чжунли, поэтому я готова позволить тому, кого я желаю, покинуть меня. Но в то же время я счастлива отпустить его, потому что хочу, чтобы Чжунли Цянь навсегда остался джентльменом, уважаемым учителем. Если вы позволите этой кучке дураков унизить ваши принципы, тогда я больше не буду такой милой.”

Чжунли Цянь долго размышлял, затем сложил ладони рупором перед Шу Яньянем.

-“Большое спасибо Защитнице Шу за ее руководство. Теперь я понимаю.”

Он так много отдал секте Сюаньюань за все эти годы, и без его ведома это стало для него оковами, точно так же, как клан Чжунли, постепенно лишая его свободы и заставляя забыть о своих первоначальных намерениях.

Изначально он хотел распространить Дао на все царство. Однако Дао, которому он хотел научить, не было жестким, и поэтому каждый человек будет иметь разное понимание и придет к своему собственному пути. И прямо сейчас он почти спланировал будущие пути всех членов секты Сюаньюань, вместо того чтобы позволить им развиваться самостоятельно.

-“Я рада, что вы понимаете” ,-Шу Яньянь подняла нефритовые полоски - “Я посмотрю на то, что вы собрали вместе, но что касается того, буду ли я следовать вашим инструкциям или нет, этого сказать нельзя. У этой Защитницы свой путь, поэтому я не хочу, чтобы вы жужжали у меня над ухом, как муха, говоря мне делать то, а не это. Люди, которые слишком много говорят, не привлекательны ”.

-“Я понимаю” ,- Чжунли Цянь слегка улыбнулся, беззаботный, как ночной ветерок.

-“Вы можете идти”, - сказала Шу Яньянь - “Распространи свое Дао по всему миру и дай мне посмотреть, может ли существовать мир под небесами. Кроме того, приходи каждые несколько лет, чтобы я могла полюбоваться вашим лицом, хорошо?”

-“Мудрец[1] сказал: "Любой может быть моим учителем”. Путь обучения - это не просто обучение других, но и поиск своих собственных учителей, которыми может быть любой человек в мире. Сегодня Защитник Шу была моим учителем ”, - сказал Чжунли Цянь.

1. Конфуций

Глядя ему в лицо, Шу Яньянь прижала руку ко лбу, отмахиваясь от него другой рукой.

-“Поторопитесь и уходите, пока я не заставила вас быть моим учителем на один день”.

С улыбкой Чжунли Цянь сказал:

-“Тогда это прощание. Через несколько лет, когда мое царство продвинется вперед, я вернусь, чтобы обсудить Дао с Защитником Шу ”.

Наблюдая за его удаляющейся фигурой, Шу Яньянь покачала головой.

-“Тебе лучше не возвращаться, или я действительно не смогу сопротивляться”.

Она взяла нефритовый листок, просматривая текущую информацию каждого, пока не добралась до Цю Конгсюэ. Там было написано: “Защитница Цю часто ходит в секту Шанцин, чтобы вызвать на дуэль, и после проигрыша Бейли Цинмяо она идет избивать Су Хуай. С ее мотивацией каждая из троих добилась быстрого прогресса, так что это можно считать легендарным”.

Уголки рта Шу Яньяня дернулись. Кто-то вроде нее, кто искал удовольствия в данный момент, никогда не мог понять, как работает мозг Цю Конгсюэ.

Ах да, у нее же не было мозгов. Она никогда ни о чем не думала, просто во всем полагалась на свои инстинкты, да? Хорошо, что Бейли Цинмяо и Су Хуай балуют ее и позволяют использовать секту Шанцин в качестве игровой площадки. Это было прекрасно, с Защитником Цю в секте Шанцин весь день, у Шу Яньяня стало на одного соперника меньше на должность лидера Секты.

Что касается двух других…

Защитник Шу пристально посмотрела в сторону комнаты Вэнь Женьхэ. К тому времени, когда эти двое выйдут, они, вероятно, отправятся в царство бессмертных, чтобы терроризировать бессмертных, так что к тому времени Секта Сюаньюань будет принадлежать ей!

Но это было несколько скучно. Они направлялись в царство бессмертных, чтобы проявить себя, и поскольку она была так предана продвижению по служебной лестнице, разве она не должна была последовать за ними и стать лидером бессмертных?

Сидя за столом, подперев подбородок руками, Шу Яньянь начала всерьез подумывать о том, чтобы сосредоточиться на своем совершенствовании.

В дальних горах секты Сюаньюань мужчина в красном сидел босиком на краю источника, молча наблюдая за луной в небе.

Человек в черном сидел, прислонившись к его спине, и тоже смотрел в небо, не понимая, что можно увидеть на Луне.

Вэнь Женьхэ небрежно задал свой вопрос, и после долгой паузы Инь Ханьцзян ответил позади него:

-“В тот день, когда ты нашел меня, луна была особенно яркой, а ночь была спокойной. Когда мне удалось высунуть голову из кучи трупов, я увидел, как ты медленно приближаешься в лунном свете. Ты шел бесшумно, а мое зрение было слабым, так что, если бы луна не была такой яркой, я бы скучал по тебе.”

-“Говоря таким образом, полная луна действительно прекрасна” ,- Вэнь Женьхэ повернулся и посадил Инь Ханьцзян к себе на колени.

Ночной ветер отбросил их распущенные волосы в сторону. Увидев их волосы вместе, Инь Ханьцзян легким движением пальцев остановил ветер и собрал их волосы в узел.

Рука Инь Ханьцзяна небрежно легла на тело Вэнь Женьхэ, но крепко прижала его халат.

Заметив его действия, Вэнь Женьхэ ничего не сказал, но использовал энергию хаоса, чтобы полностью спутать волосы этих двоих, так что они не могли сказать, кто есть кто.

-“После того, как Чжунли Цянь уйдет, Шу Яньянь снова будет править этим местом”, - сказал Инь Ханьцзян, внезапно вспомнив.

-“Это не имеет значения. Она может решить множество проблем. Но если тебе нравится быть Лидером Секты, я прогоню ее ради тебя.”

-“Меня это не интересует” ,- Инь Ханьцзян повернул голову, глядя на лицо Вэнь Женьхэ в лунном свете.

-“Тогда чего же ты хочешь?” ,- под его пристальным взглядом горло Вэнь Женьхэ слегка задрожало.

Инь Ханьцзян наклонился к Вэнь Женьхэ и прошептал ему на ухо:

-“Под лунным светом...”

Следующие несколько слов мог услышать только Вэнь Женьхэ. Он заметил, что уши Инь Ханьцзяна были ярко-красными.

-“Хорошо”.

Одной рукой он схватил Инь Ханьцзяна за талию. Под лунным светом их пояса развевались на ветру, приземляясь весной и отражаясь серебряным блеском на поверхности воды.

Страница книги Достопочтенный Дьявол тоже хочет знать в интернете

Table of Contents

Глава 1 - Небесная божественная книга

Глава 2 - Искусительница секты Сюаньюань

Глава 3 - Так вот оно что

Глава 4 - Удовлетворение обеих сторон

Глава 5 - Блестящий план, Господин

Глава 6 - Ледяное поле Ванли

Глава 7 - Битва с блуждающим бессмертным

Глава 8 - Мастер павильона Цилин

Глава 9 - Полис и Алкаид

Глава 10 - Великое Дао лишено эмоций

Глава 11 - Побег, симулируя смерть

Глава 12 - Надвигающаяся буря

Глава 13 - Алкаид прокладывает путь

Глава 14 - Окончание великой войны

Глава 15 - Разрыв крови и вырезание души

Глава 16 - Пригоршня лунного света

Глава 17 - Пограничный город

Глава 18 - Старейшина Цинсюэ

Глава 19 - Заботливый подчиненный

Глава 20 - Старейшина Кровавых Демонов

Глава 21 - Практика резьбы по дереву

Глава 22 - Духовная сфера

Глава 23 - Знак секты Сюаньюань

Глава 24 - Бок о бок

Глава 25 - Неподчинение

Глава 26 - Наведение порядка в секте

Глава 27 - Проспать литературную конференцию

Глава 28 - Куча мусора

Глава 29 - Ядовитая женщина

Глава 30 - Глубоко в его когтях

Глава 31 - Счастливый брак

Глава 32 - Бог Ши Таньсиня

Глава 33 - Отклонение от плана

Глава 34 - Поднятое настроение

Глава 35 - Раскрытая истина

Глава 36 - Уединение

Глава 37 - Тридцать лет спустя

Глава 38 - Странник с волосами Журавля

Глава 39 - Жезл Разбитого сердца

Глава 40 - Кто ты, красавчик?

Глава 41 - Вторая книга

Глава 42 - Возращение на поле боя

Глава 43 - Пылающее Бессмертное Небо

Глава 44 - Изначальная божественность

Глава 45 - этот ученик не желает

Глава 46 - Травля змеи

Глава 47 - Обман

Глава 48 - Цветение паутинных лилий

Глава 49 - Этот Почтенный запрещает тебе

Глава 50 - Нигде не найден

Глава 51 - Непостоянные сердца

Глава 52 - Снова наводим порядок в секте

Глава 53 - Иллюзии внутренних демонов

Глава 54 - Неустойчивый ум

Глава 55 - Кажется, я опоздал

Глава 56 - Возвращение Достопочтенного

Глава 57 - Этот Почтенный позволяет тебе

Глава 58 - Предопределено

Глава 59 - Наступление и отступление вместе

Глава 60 - Природа увлечения

Глава 61 - Поменяться ролями

Глава 62 - Злополучная любовь

Глава 63 - Общение душ

Глава 64 - Луна за облаками

Глава 65 - Удар по голове

Глава 66 - Так называемая судьба

Глава 67 - Новые методы

Глава 68 - Сокровищница

Глава 69 - Окруженный слухами

Глава 70 - Подготовка завершена

Глава 71 - Разорваны все связи

Глава 72 - Блокирующий массив Души Зиву

Глава 73 - Возращение в душу

Глава 74 - Процветание и хаос

Глава 75 - Старые шрамы

Глава 76 - Мой А-Ву

Глава 77 - Неминуемая война

Глава 78 - Сокрытие грязи

Глава 79 - Смерть Хэ Вэньчжао

Глава 80 - Бессмертный, сжигающий книги

Глава 80.1 - Экстра. Конец

Глава 80.2 - Экстра. Десять лет спустя

О книге