Дороги разветвляются, пересекаются, расходятся и снова сливаются воедино. Путник мечтает о пристанище, но реальность показывает ему лишь странствия. Вот почему, когда все пути соединяются в один, пункт назначения становится еще одним отрезком пути. Дорога не заканчивается. Пройдя достаточно далеко, мы, в конце концов, осознаем: мы всего лишь камни в бесконечном лабиринте.

— Маго Эстафа, «103-я экспедиция — размышления заблудшего странника», стр. 541.

Его нет.

Аделайн, ощупывая рукой пустое место рядом с собой, нахмурилась, не открывая глаз.

Его правда нет? Он просто взял и исчез?

— Сраный ублюдок…

Жесткая простыня под ее белоснежными пальцами смялась с глухим шорохом. В тот миг грань между сном и реальностью рухнула, и сознание, блуждавшее в ее тумане, с трудом нащупало порог яви.

— С самого утра уже кого-то кроешь?

Знакомый голос прозвучал прямо у уха, и Аделайн резко распахнула глаза. У окна, лениво затягиваясь сигаретой, сидел тот, кого она знала слишком хорошо.

— …А?

— Что?

Их слова прозвучали одновременно, и тут же комнату накрыла тишина. Здесь был человек, которого не должно было быть. Мужчина, который во сне попрощался с ней. Тот, кто без колебаний холодно отверг ее, несмотря на все ее слезы и мольбы…

…Постой-ка. Во сне?

— Кошмар приснился?

— …Это был сон, — Аделайн пробормотала себе под нос, выдохнув. Никогда раньше ей не снились настолько отчетливые сны. Особенно такие, где все детали стерты, а последняя сцена остается до жути живой.

— Что тебе приснилось?

Мужчина затушил сигарету и шагнул ближе. Вытянутая тень легла на кровать, повторяя очертания его высокого силуэта.

— Сейчас лучше ко мне не подходи.

— Почему?

— Захочется врезать, как только увижу твою рожу.

Дэмиан коротко хмыкнул. Выразительное, будто выточенное лицо тронула усмешка.

Черные, как смоль, волосы. Темные, мерцающие глаза под длинными ресницами. Бледная кожа, отливающая аристократической холодностью.

Может, дело в той лениво приподнятой линии губ? Но в этот момент его безупречно красивое лицо казалось до ужаса раздражающим.

— Что я такого сделал в этом сне?

— …Похоже, у меня стресс.

— Какой еще стресс?

— Стресс от того, что живу с красавчиком-мужем с идеальным телом…

Кажется, он уже догадался, в чем дело, потому что негромко рассмеялся. Аделайн, нахмурившись, зло сверкнула глазами.

Я злюсь, а он ржет?!

— Я серьезно. Меня прямо трясет. Если бы я проснулась раньше тебя, ты бы сегодня остался без завтрака.

— Завтрак обычно готовлю я.

Тут крыть было нечем.

От досады она резко дернулась, собираясь подняться, но Дэмиан легонько надавил ей на плечо.

— Спи дальше. Сейчас только пять утра. Если встанешь сейчас, потом будешь спать днем. Лучше отдохни еще.

Как всегда, его низкий голос говорил разумные вещи. И он прав. Если она поднимется сейчас, днем ее точно вырубит, а потом всю ночь она будет мучиться от бессонницы.

Но дело было не в этом. Как только она услышала время, странное беспокойство сдавило грудь.

— Пять утра? Почему ты выходишь так рано?

— Надо проверить обстановку снаружи. Это займет какое-то время.

Вот оно. Аделайн недовольно прикусила губу. В последнее время у него стало слишком много командировок. От дурного предчувствия холод пробежал по спине.

— Ты только недавно вернулся из долгой поездки.

— Минувшей ночью ловушка сработала.

Голос Дэмиана был абсолютно спокойным. Будто он не обговаривал серьезную ситуацию, а обсуждал, что приготовить на ужин.

— …Какая из ловушек?

— Первая.

Аделайн сжала зубы, подавляя ругательство. Первая ловушка была установлена совсем рядом с городскими воротами. Это значит, что серпьенте подобрались к самому городу.

— Будь осторожен.

Дэмиан сразу заметил тревогу в ее голосе. Его губы дрогнули в слабой улыбке, и холодное выражение лица смягчилось.

— Я серьезно, идиот. Только попробуй снова вернуться раненым.

Не вставая, она протянула руку и сцепила пальцы с его. Дэмиан молча посмотрел на нее, затем легко сжал ее ладонь в ответ.

Хочется, чтобы он задержался хоть на чуть-чуть… Но это невозможно.

Мокрые волосы означают, что он недавно вышел из душа. А тщательно застегнутая темно-синяя форма — что уже готов к выходу.

— Не переживай и спи дальше.

Как и следовало ожидать, он аккуратно разжал пальцы и натянул на нее одеяло.

Что-то было не так. Беспокойство пульсировало в груди, сердце билось гулко и тревожно. Все из-за этого проклятого сна. Дэмиан уходит не в первый раз. Тогда почему же на этот раз она так нервничает?

Аделайн зажмурилась, затем открыла глаза и, словно приняв решение, медленно заговорила:

— …Ты сказал мне, что хочешь расстаться.

Рука Дэмиана, поправляющая одеяло, замерла. Он медленно опустил взгляд, молча всматриваясь в ее лицо.

О чем ты? — читалось в его глазах.

— Во сне. Я плакала, умоляла тебя остаться, а ты холодно повернулся ко мне спиной, отдал кольцо и ушел.

Конечно, это был всего лишь дурацкий сон. Потому что он — Дэмиан. Потому что он рядом с ней с четырнадцати лет. И если он не предал ее до сих пор — значит, ей нечего бояться.

Я знаю, что скрывается за его внешней холодностью и безразличием. Знаю, насколько нежными могут быть эти длинные, покрытые шрамами пальцы. И знаю, как иногда может озорничать лицо, которое всегда кажется таким бесстрастным. Только мне известны эти вещи.

Но тревога — она и есть тревога. Проведенные вместе годы не являются гарантией отношений.

Аделайн молча сжала губы и внимательно наблюдала за реакцией Дэмиана. Их взгляды встретились в воздухе. Дэмиан, который просто смотрел на нее сверху вниз, вдруг поднял руку и провел пальцами по губам.

— Аделайн.

— Мм?

— Прости.

— …За что?

— Если тебе приснился такой сон, значит, я заставил тебя тревожиться. Прости.

— …

Извиняться всерьез за чей-то дурацкий сон — это нечестно. Но Дэмиан всегда такой. Когда дело касается ее, он даже в извинениях выкладывается на полную. Так, что ей нечего сказать в ответ.

— Но я никогда не уйду первым.

В его взгляде не было ни капли колебаний. Аделайн почувствовала, будто ледяная игла, что колола ее сердце, вдруг растаяла. Тревожный стук сердца исчез, а на его месте осталось лишь щекочущее чувство. Стыдно. Теперь ей было неловко за то, что повела себя как ребенок. Она первая отвела взгляд.

— …Ладно. Просто приходи домой пораньше.

На ее ворчливый тон Дэмиан тихо рассмеялся. Легонько коснувшись ее волос, он поднялся с кровати. Когда Дэмиан двигался, в воздухе разливался его прохладный запах. Аделайн повернулась на бок и смотрела, как он выходит.

Ровная осанка, аккуратно подогнанная одежда. Вот-вот должен дотронуться до дверной ручки. Но вдруг Дэмиан будто что-то вспомнил и обернулся.

— Адель, кстати, мне нужно поговорить с тобой о важном. Даже если я задержусь, не ложись спать, подожди меня.

Обычно, когда он уходил "наружу", то возвращался поздно. И каждый раз говорил, чтобы она ложилась спать, не дожидаясь. Услышать от него просьбу подождать было странно. Аделайн удивленно моргнула.

— А? Важный разговор? Какой? Скажи сейчас.

— …Сейчас слишком долго объяснять.

По его выражению лица было понятно, что новости не плохие. Ну, если это не что-то плохое, то без разницы, когда услышать.

— М-м… Ладно. Удачи. И купи по дороге кукурузный хлеб.

— Ни за что.

— Опять выпендриваешься? Всё равно принесешь его полные руки.

Дэмиан, уже собиравшийся выйти, вдруг остановился и снова обернулся к своей первой любви, нет, жене, ещё раз. Аделайн махнула рукой и молча выговорила губами: "кукурузный хлеб". Он хмыкнул, покачал головой и ушел.

Прозвучал глухой щелчок.

Спустя некоторое время Аделайн подняла левую руку, разглядывая обручальное кольцо на безымянном пальце при свете потолочной лампы, и вдруг пробормотала:

— Ах… Вспомнила.

Теперь она четко помнила, что сказала Дэмиану во сне.

"Прошу тебя, не ставь на кон все ради такой, как я."

Она плакала, с трудом цепляясь за него, а он уходил, оставив ей кольцо. Кажется, в груди даже физически ощущалась боль. Но что бы это ни значило, в этом не было смысла. Не стоило даже пытаться толковать. Это был просто сон. Какой бы ни была причина, Дэмиан никогда не уйдет первым.

Потому что этот дурак слишком сильно меня любит.

Аделайн пробормотала это своему громко стучащему сердцу. А потом выключила свет, закрыла глаза, и грусть растворилась во тьме.

"…Ты сказал мне, что хочешь расстаться".

Чушь.

Дэмиан зажег сигарету и слегка склонил голову.

С четырнадцати до двадцати семи лет, - полжизни они знали друг друга. Но Аделайн его не понимала. Не знала, насколько глубоко в нем засела одержимость ею. Не знала, кто единственный удержал его в здравом уме, когда погибли его родители. Не знала, зачем он подался в гарнизон, хотя никогда не интересовался этим.

Если бы он собирался расстаться с ней, то все, что он строил до сих пор, не имело бы смысла.

Все было ради нее. Ради одной ее улыбки, что врезалась в его память. Если он мог снова увидеть эту улыбку, он был готов на все.

Даже на то, чем он сейчас занимается. Дэмиан посмотрел на неизвестное сообщение, что всплыло в углу экрана. Всё, что он делал тайно от неё, закончится сегодня. Вернувшись, он сможет всё обсудить. Как она это воспримет — неизвестно, но он сможет исполнить то, чего она так желала.

Дэмиан вспомнил ее светящееся улыбкой лицо и достал из кармана форменного пальто золотые часы с выгравированным орлом.

— А, опять выглядишь уставшим. Медовый месяц все-таки хорошая штука, да? — пронзительный голос вырвал его из мыслей.

Дэмиан медленно повернул голову. Это был Рут. Его сослуживец и напарник на сегодняшнем задании, как всегда, выглядел добродушным. Дэмиан мельком посмотрел на него и убрал часы в карман, отвечая вопросом на вопрос:

— Где тут продают вкусный кукурузный хлеб?

— Чего? Кукурузный хлеб? В лавке на углу центральной улицы, 15-й этаж. Но с чего вдруг? Это же дедовский перекус.

— Адель попросила.

"Адель попросила."

Рут застыл. Вот это услышать надо было всем младшим офицерам. Просто не верилось, что подобные слова могут выйти из уст Дэмиана. Каждый раз, когда он видел, как этот грозный человек меняется при одном упоминании Аделайн, у него даже руки начинали подрагивать.

Дэмиан всегда был популярен. Внешность, сила, характер — всё выделяло его среди остальных. Но если кто-то скажет, что он был добр с женщинами — это ложь. С мужчинами он общался без проблем, но с женщинами держал такую дистанцию, что казалось чересчур.

Ту стену, что он выстроил, разрушила только Аделайн Ла Грасиэль. Их единственная девушка-сослуживица.

Рут не знал, как именно она его окрутила. Но одно было ясно. Дэмиан без ума от нее. С самого первого дня. Если бы она сказала: "Дэмиан, я хочу сердце," он бы без раздумий вырезал и отдал свое.

— Слушай, вот честно, расскажи мне. Что в ней такого особенного? Ладно, да, она красивая.

Истеричка, правда. Рут до сих пор помнил, как она схватила его за короткие волосы.

— Ну да. Красивая.

Дэмиан усмехнулся и поправился.

А потом опустил взгляд на свою руку. На пальце поблескивало простое кольцо с белым бриллиантом в центре - минималистичный, унисекс дизайн.

Его обручальное кольцо.

Страница книги Побег в интернете

Table of Contents

1 - 1

О книге