Чжоу Сян попытался открыть глаза, но веки были сухими, а свет ослепляюще ярким. Он едва приоткрыл их на узкую щель. Перед ним расстилалась ледяная белизна — холодная и безжизненная. Постепенно к нему возвращалось ощущение тела, и он почувствовал знакомый запах дезинфицирующего средства. Он понял, что находится в больнице, и это удивило его.

*Как он ещё жив?* После падения с такой высоты он должен был умереть. Видимо, его карма была настолько хороша, что даже небеса не захотели забирать его, оставив продолжать спасать этот мир. Как бы то ни было, возвращение к жизни — это всегда хорошо. Но Чжоу Сян не чувствовал своих рук и ног… Он покрылся холодным потом от ужаса. Даже если он выжил, но стал инвалидом, не лучше ли было умереть?

— Чжоу Сян? Чжоу Сян! Ты очнулся? — В его уши внезапно ворвался голос женщины средних лет, полный отчаяния и слёз.

Чжоу Сян с трудом повернул голову и увидел худощавую женщину лет пятидесяти с добрым, но незнакомым лицом. Хотя она называла его по имени, он не знал, кто она такая.

— Чжоу Сян… — Женщина едва сдержала слёзы, спотыкаясь, бросилась к двери и, схватив медсестру за руку, взволнованно закричала: — Мой сын очнулся! Мой сын очнулся! Быстро позовите врача!

Сын? Кто твой сын? Чжоу Сян открыл рот, пытаясь что-то сказать, но горло обжигало, будто огнём, и он не мог издать ни звука. Постепенно он начал чувствовать свои конечности, пошевелил пальцами ног — всё на месте, его руки и ноги целы!

Не прошло и минуты, как в палату ворвалась группа врачей и медсестёр, окруживших его с суетой. Одна из медсестёр воскликнула с удивлением:

— Неужели он действительно очнулся? Он был в коме два года, и вот он очнулся — это настоящее чудо! Поздравляю вас, тётя!

Женщина, плача и смеясь одновременно, так волновалась, что не могла связать и слова. Медсестра налила Чжоу Сяну воды, аккуратно дала ему несколько глотков из ложки, а затем забрала стакан.

— Не спеши, тебе нужно постепенно адаптироваться, — тихо сказала она.

Чжоу Сян хрипло прошептал:

— Я… что со мной?

Его голос был едва слышен, будто не человеческий.

— Чжоу Сян, — женщина средних лет бросилась к нему, трогая его лицо и плача. — Мама знала, что ты обязательно очнёшься! Ты наконец-то очнулся, а я уже почти потеряла надежду…

Чжоу Сян с изумлением смотрел на неё. Эта женщина действительно считает его своим сыном? Он мысленно пробежался по своим воспоминаниям — всё было на месте, все тридцать три года его жизни, каждое событие, каждый момент. Хотя перед смертью его жизнь была настолько ужасной, что он хотел забыть всё, что было связано с тем человеком, он был уверен: он ничего не забыл. И в его памяти не было этой женщины. Несмотря на то, что… её слёзы причиняли ему боль, они были такими горячими, как слёзы матери.

— Ты… ты… тётя, я не знаю вас, — с трудом выдавил он.

Плач прекратился. Женщина с удивлением смотрела на него, врачи и медсёстры тоже застыли на месте. Через несколько секунд врач похлопал женщину по плечу:

— Госпожа Чэнь, Чжоу Сян получил серьёзную травму головы. После пробуждения возможны любые последствия. Если он просто потерял память, это уже можно считать большой удачей.

Чэнь Ин смахнула слёзы и дрожащей рукой коснулась лица Чжоу Сяна:

— Чжоу Сян, сынок, ты действительно не помнишь меня? Я твоя мама.

Он действительно был Чжоу Сяном, но его мать умерла, когда ему было восемь лет. Он мечтал о том, чтобы у него была мама, но…

— Госпожа Чэнь, пожалуйста, сдержите свои эмоции, не оказывайте на пациента слишком большого давления. Выйдите, пожалуйста, отдохните, а мы проведём дополнительные обследования, хорошо? — сказал врач.

Он кивнул медсестре, и та, обняв Чэнь Ин, тихо убеждала:

— Тётя, давайте выйдем, вам нужно успокоиться.

Не дав ей возможности возразить, медсестра вывела её из палаты.

Чжоу Сяна выкатили из палаты на процедуры и дополнительные обследования. У него была тупая боль в голове, и вскоре он снова начал засыпать. Неожиданно, повернув голову, он увидел своё отражение на чёрном экране компьютера врача.

Когда он разглядел то лицо, его охватило оцепенение. На черном экране компьютера черты лица не были отчетливо видны, но их хватало, чтобы различить основные черты. Чжоу Сян вглядывался в окаменевшее выражение этого человека: кто это? Это не его лицо… Кто этот человек?

Врач помахал рукой перед его лицом:

— Что с тобой?

— Зеркало, — прохрипел Чжоу Сян.

— Что? — не понял врач.

Внезапно Чжоу Сян громко, хриплым голосом закричал:

— Дайте мне зеркало!

Врач вздрогнул, на мгновение задумался, но всё же протянул ему небольшое зеркало:

— Твоё лицо в порядке. Успокойся, не волнуйся так.

Чжоу Сян выхватил зеркало. В нём отразилось молодое, привлекательное лицо — лет двадцати пяти-шести, с небольшими, но выразительными глазами. Несмотря на бледность, черты лица сохраняли мужественность. Но это было не его лицо! Неудивительно, что та женщина назвала его сыном — она не ошиблась, просто не знала, что в теле её сына теперь живёт чужой дух.

Значит, он всё-таки умер. Падение с такой высоты не могло оставить от его тела ничего, кроме праха. Но его душа переселилась в тело этого молодого человека, который тоже звался Чжоу Сяном.

Врач с недоумением смотрел на него:

— Что с тобой? Тебе плохо?

Чжоу Сян швырнул зеркало в сторону, бессильно откинулся на подушку и, закрыв лицо рукой, прошептал:

— Ничего.

Он всё ещё был в шоке. Как принять всё это? Может, именно из-за совпадения имён и фамилий судьба перепутала души?

Как бы то ни было, всё это было слишком странно. Он всегда был атеистом, не верил в потусторонние силы и никогда не боялся их. Но теперь происходящее заставляло его усомниться. Помимо шока, он не знал, как реагировать.

Врач мягко сказал:

— Закрой глаза и отдохни. Ты пролежал без сознания два года. Пробуждение — огромный стресс для психики. Не дави на себя, спи.

Голос врача, наполненный усталостью и теплотой, словно укол снотворного, подействовал на Чжоу Сяна. Он закрыл глаза, и волна усталости накрыла его, унося в сон.

Хорошо, что он жив. С новым лицом, новой жизнью. Возможно, судьба даёт ему шанс начать всё сначала, забыть прошлое и жить по-новому. Забыть то, что он считал неудачей, то, о чём не хотел вспоминать.

— Возьми, выпей куриного бульона, — сказала Чэн Инь, глядя на Чжоу Сяна с материнской нежностью, от которой у него сжалось сердце.

Он не мог сказать этой женщине, что её сын, которого она так любит, теперь — чужой.

— Пей же, чего застыл? Даже если ты не помнишь меня, ты точно помнишь этот вкус. С детства любил мои супы. Пей.

Чжоу Сян взял миску, зачерпнул ложкой ароматного бульона и отпил. Вкус был насыщенным, аппетитным. Он не удержался и сделал ещё несколько глотков.

— Медленнее, не обожгись.

Чжоу Сян допил миску супа, глядя на Чэнь Ин, тихо проговорил:

— Мам… не приноси мне каждый день еду, в больнице кормят.

Он пришёл в себя уже три дня назад, и всё это время не прекращался дождь. Каждый раз, когда Чэнь Ин заходила в палату, он видел, что её брюки промокли до колен. Эта хрупкая, маленькая женщина, чтобы принести сыну горячую еду, садилась на автобус, ехала полчаса, а потом ещё шла пешком минут десять. Чжоу Сян чувствовал одновременно и боль, и благодарность — вот что значит иметь мать. Он думал, что никогда не узнает этого чувства.

Чэнь Ин вздохнула:

— Что такого в том, чтобы принести еду? Раньше я носила, а ты даже есть не мог.

Вспомнив о трудностях последних двух лет, её глаза слегка покраснели, но она тут же улыбнулась:

— Ладно, не будем об этом. Главное, что ты очнулся. Я больше ничего не хочу, не буду заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь. Просто живи и будь здоров.

Чжоу Сян почувствовал, что в её словах скрыт какой-то подтекст, но не стал спрашивать, боясь снова задеть её больное место. Из разговоров с ней и врачами он узнал, что два года назад на этого человека — теперь его тело — упал тяжёлый предмет, и все думали, что он навсегда останется в вегетативном состоянии. Но он очнулся. А ещё Чжоу Сян знал, что с тех пор, как он сам упал со скалы в ливень, прошло уже два года.

Он бросил взгляд на соседа по палате — старого человека. В этой двухместной палате жили только они вдвоём. Старик перенёс инсульт и уже полгода лежал парализованный, почти как живой труп, хотя, по словам врачей, он был в сознании. У него не было жены, только один сын, который из-за работы навещал отца раз, а то и два в неделю. Чэнь Ин иногда помогала сиделке ухаживать за стариком.

Глядя, как Чэнь Ин и сиделка, уставшие и вспотевшие, ухаживают за стариком, Чжоу Сян мог только представить, как она заботилась о нём эти два года. Сколько боли перенесла эта женщина ради своего сына, а он, очнувшись, даже не заговорил об этом. Он не мог не думать: если бы его родная мать была жива, не пришлось бы ли ей так же изводить себя за него?

В его сердце постепенно укоренилось чувство, что Чэнь Ин — его мать. Он даже ощущал лёгкую радость: мать, о которой он мечтал, вдруг появилась, как только он проснулся. Судьба действительно была к нему благосклонна — не только подарила вторую жизнь, но и дала мать.

Под присмотром Чэнь Ин Чжоу Сян доел еду. Она обмахивала его веером, с любовью глядя на него. Чжоу Сяну стало неловко от её взгляда, и она тут же сказала:

— Сынок, хочешь посмотреть телевизор?

— Хорошо, — ответил он.

Чэнь Ин включила телевизор, но оба не смотрели его. Чжоу Сян спросил:

— Мам, когда я смогу выписаться?

Он видел, что Чэнь Ин небогата, и чувствовал, что уже поправился — нет смысла оставаться в больнице.

Чжэн Индао успокаивающе сказал: «Не спеши, все эти годы мы тратили большие деньги, так что что значат эти несколько дней? Мама хочет только одного — чтобы ты вышел отсюда здоровым. Давай прислушаемся к врачам. Те, кто тебя лечат, хорошие люди. Они скажут, когда тебя выписывать, и тогда ты выпишешься.» Чжоу Сян кивнул: «Мам, расскажи мне о нашей семье. Врачи тоже говорили, что, если ты расскажешь, может, я вдруг всё вспомню.» Едва произнеся «мам», Чжоу Сян почувствовал, как сердце начало биться быстрее — то ли от радости, то ли от внутреннего напряжения.

Чэн Ин улыбнулась: «Это не к спеху. Когда тебя выпишут, я найду твои детские фотографии, и мы вместе посмотрим, а я всё тебе расскажу. Врачи сказали, что тебе нельзя перенапрягать мозг. Просто отдыхай, ни о чём не думай.» Чжоу Сян не стал настаивать и случайно перевёл взгляд на экран телевизора. Там как раз шла трансляция презентации нового фильма. Камера сделала крупный план, и на экране появилось знакомое лицо.

Чжоу Сян широко раскрыл глаза. Ван Юйдун! Режиссёр дал этому актёру крупный план, и перед зрителями предстал невероятно красивый мужчина: изящный, утончённый, с идеально скроенным **костюмом**, подчёркивающим его стройную и подтянутую фигуру. Лёгкая улыбка на губах излучала тепло, способное растопить любое женское сердце. Чжоу Сян слишком хорошо знал этого знаменитого актёра — он не раз был его дублёром в боевиках, так как у них были похожие фигура и осанка.

Если бы не это, Янь Минсю никогда бы не обратил на него внимания. Жаль, что тогда он не знал об этом. Если бы знал, то, возможно, просто остался бы с Янь Минсю друзьями с привилегиями, и им не пришлось бы расставаться так болезненно.

В груди снова возникла тупая боль. Это сердце, казалось, не принадлежало ему, но всё равно болело из-за тех глупых событий. Чжоу Сян усмехнулся с горькой иронией: «Мам, переключи канал.»

«Хорошо,» — Чэн Ин обернулась и бросила взгляд на экран. «А это разве не Ван Юйдун?»

«Ты его знаешь?» — удивился Чжоу Сян.

«Да что ты, я ещё не настолько стара, чтобы не смотреть телевизор,» — Чэн Ин улыбнулась и косо посмотрела на него. «Ван Юйдун — кто его не знает? Это же знаменитый актёр. Ещё в начале этого года, когда он женился, дочка вашей соседки, тёти Чжан, рыдала как на похоронах. Не понимаю, что сейчас творится в головах у молодёжи.»

Чжоу Сян вздрогнул: «Он… женился?»

Чэн Ин удивлённо посмотрела на него: «Сынок, ты его помнишь?»

«Нет, не помню… просто, мужчины-звёзды обычно позже женятся, а ему, кажется, всего тридцать с небольшим.»

«Да, в газетах писали, что они встречались несколько лет. Говорят, у невесты очень загадочное прошлое, из очень влиятельной семьи. Журналисты так и не смогли ничего толком раскопать. Помню только, что у неё необычная фамилия — Янь, но не та, что означает ‘ласточка’, а другая…»

Что бы ни говорила далее Чэн Ин, Чжоу Сян почти не слушал. Его мысли были заняты одним: Ван Юйдун и Янь Минмэй поженились. Они поженились… А как же Янь Минсю? Будет ли он рыдать, искать смерти, сходить с ума? Ведь он так безумно влюблён в Ван Юйдун. Видеть, как любимая девушка твоей сестры становится твоим зятем — это же безумие. Ха, смешно. Если говорить о Янь Минсю, то, хоть мы и не одного поля ягоды, у нас есть одна общая черта — оба всегда стремимся к тому, что нам не принадлежит.

☆

Глава вторая

Проведя в больнице ещё два дня, Чжоу Сян почувствовал себя хорошо и больше не хотел оставаться в этих стенах. Он снова заговорил с Чэн Ин о выписке. Та обещала спросить у врачей.

Чжоу Сян остался ждать в палате. Рядом на койке лежал старик, который, скорее всего, никогда уже не придёт в сознание. Иногда ночью, когда он пытался заснуть, зная, что рядом лежит человек, не издающий ни звука, это действовало на нервы.

В этот момент дверь палаты открылась. Чжоу Сян подумал, что вернулась Чэн Ин, но вместо неё вошёл мужчина лет сорока. Увидев его, Чжоу Сян застыл на месте.

Цай Вэй?

Цай Вэй тоже на мгновение замер, а затем с удивлением воскликнул:

— Ты… ты очнулся?

Чжоу Сян моргал, ещё больше пораженный, чем Цай Вэй. Он не ожидал, что, проснувшись всего несколько дней назад, увидит здесь своего старого знакомого.

Цай Вэй в два шага подошёл к нему. Этот грубоватый мужчина, с красным от волнения лицом, крепко сжал плечо Чжоу Сяна, так что тому стало даже немного больно. Он взволнованно сказал:

— Брат, ты меня не помнишь, но я-то помню тебя.

Он указал рукой, в которой держал сумку с едой, на соседнюю койку:

— Это мой отец. Он пролежал здесь больше полугода. Каждый раз, когда я прихожу, я вижу тебя. — Цай Вэй тяжело вздохнул. — Ну, с моим отцом всё понятно, ему уже столько лет, но ты-то ещё молод. Если бы ты остался так лежать на всю жизнь, твоя мать бы не пережила. Но ты очнулся, молодец!

Он крепко хлопнул Чжоу Сяна по плечу, и на его лице появилась искренняя, открытая улыбка.

Сердце Чжоу Сяна сжалось от волнения. Он схватил Цай Вэя за руку, так что не мог вымолвить ни слова. Ему хотелось крикнуть: «Брат Вэй!», но для нынешнего Цай Вэя он был всего лишь незнакомцем по имени Чжоу Сян.

Цай Вэй с недоумением посмотрел на него:

— Брат, что с тобой? Тебе плохо? Позвать врача?

— Нет, не надо. Просто… не сдавайся. Возможно, твой отец тоже когда-нибудь придёт в себя.

Цай Вэй положил сумку на стол рядом с койкой отца и сел на стул, тяжело вздохнув:

— Надежды почти нет. В его возрасте инсульт… Сейчас он просто так висит между жизнью и смертью. Видеть его в таком состоянии больно всей семье, но мы не можем просто так смириться с его смертью.

Цай Вэй бросил взгляд на отца:

— Как бы там ни было, он ещё жив.

Его голос был тусклым и усталым, и это пронзило Чжоу Сяна до глубины души. В их кругу Цай Вэй держался неплохо: занимался разными делами, умел все организовать, да и связей у него было предостаточно. Многие новички в этой среде вынуждены были оглядываться на него, поэтому доходы у Цай Вэя были вполне приличные. Однако, помимо содержания жены и детей, ему приходилось заботиться и о престарелом отце. Ежедневные счета за больницу стали невыносимым бременем. Прошло всего два года, но Чжоу Сяну казалось, что Цай Вэй постарел на десяток лет.

Чжоу Сян хотел было утешить его парой слов, но боялся, что, заговорив, выдаст себя. Ведь кто поверит нормальный человек, что в этом теле живёт кто-то другой?

Цай Вэй молча посмотрел на него, затем тяжко вздохнул, провёл рукой по лицу, на котором застыло болезненное выражение. Чжоу Сян осторожно спросил:

— Что случилось?

— Чжоу Сян, — произнёс Цай Вэй, и в его голосе прозвучало то же, что и раньше, когда он впервые окликнул его. Чжоу Сян внутренне вздрогнул. — Знаешь, у меня раньше был брат, тоже звали Чжоу Сян. Если бы он был жив, то сейчас ему было бы тридцать пять… Такой молодой, такой честный, такой хороший брат. — На лице Цай Вэя появилось выражение, одновременно похожее на улыбку и плач, голос его дрогнул. — Твоя мама сказала, что ты попал в беду два года назад? Мой брат тоже попал в беду два года назад. Только ты очнулся, а его даже тело не нашли. Ту работу ему нашёл я…

Цай Вэй шумно всхлипнул.

— Если бы не я…

Он не смог договорить, но его вина и печаль, казалось, растворились в воздухе, создавая вокруг Чжоу Сяна тяжёлую, давящую атмосферу.

Чжоу Сяну страстно хотелось ударить Цай Вэя, крикнуть, что тот несёт чушь: какое ему дело до его смерти? Тогда он нажил себе врага в лице Ван Юйдуна, и в их кругах ему уже не было места. Только Цай Вэй заботился о нём, изо всех сил уговаривая устроить его в съёмочную группу, отправившуюся в горы Ушань на съёмки документального фильма. Погода подвела, и он попал в беду. Если бы он и вправду умер, то ладно, но теперь, очнувшись, он узнал, что Цай Вэй всё это время винил себя в его смерти. Это знание причиняло Чжоу Сяну ещё большую боль, чем самому Цай Вэю.

Цай Вэй обычно не был тем, кто раскрывает душу перед незнакомцами, но сейчас эмоции взяли над ним верх. Этот молодой человек перед ним вызвал в памяти столько горьких воспоминаний. Ему стало неловко, и он быстро прокашлялся:

— Не обращай внимания, просто вспомнил старое. Меня Цай Вэй зовут. Если не против, зови меня брат Вэй. У нас, можно сказать, судьба, так что в будущем будем друг за друга горой.

Голос Чжоу Сяна дрогнул, когда он произнёс:

— Брат Вэй…

Ему так хотелось схватить Цай Вэя и помчаться в ближайший ресторанчик возле больницы, заказать несколько блюд, взять пару бутылок белого вина и напиться до беспамятства, как они делали когда-то. В те времена, когда они оба учились в спортивной школе, Цай Вэй всегда заботился о нём. После окончания учёбы, когда Чжоу Сян не мог найти хорошую работу, он без зазрения совести обратился к Цай Вэю, и тот устроил его помощником на съёмочную площадку, где он выполнял разную чёрную работу. Позже Чжоу Сян начал работать дублёром в опасных сценах и зарабатывать неплохие деньги. Они всегда хорошо ладили, и для Чжоу Сяна Цай Вэй был почти как родной брат.

Цай Вэй улыбнулся:

— Скажу по правде, не думай лишнего. Ты вызываешь у меня такое тёплое, знакомое чувство, не знаю, может, потому что тебя тоже зовут Чжоу Сян, но мне кажется, что ты как-то похож на него.

Чжоу Сян тоже улыбнулся. Как Цай Вэй мог знать, что он и тот Чжоу Сян — одно и то же лицо.

Как раз в этот момент вернулась Чэнь Ин и сказала: «Сяо Цай, пришёл навестить отца.»

«Эй, тётя Чэнь, почему не сказала мне, что ваш Чжоу Сян очнулся? Надо же как следует отпраздновать! Когда его выпишут? Я отвезу вас в ресторан.»

«Да что ты, у тебя столько работы, как же я могу тебя беспокоить?»

«Какие могут быть неудобства? Ты же всё время помогаешь сиделке ухаживать за моим отцом. Этот долг я не смогу отдать всю жизнь.»

«Что ты говоришь! Я всё равно без дела сижу, а тебе нужно зарабатывать на жизнь. Со мной, бездельницей, не сравнишь. Не говори таких вежливых слов. Если будет время, заходи почаще к отцу. Может быть, и он когда-нибудь очнётся.»

Цай Вэй улыбнулся: «Да, может, и нам передастся ваше счастье.»

Лицо Чэнь Ин засияло радостью, она вся светилась от счастья: «Сяо Цай, иди, ешь фрукты.»

Трое посидели, поболтали около часа. Цай Вэй пробыл больше часа, переодел отца в чистую одежду, подстриг ему волосы и ушёл.

Когда он ушёл, Чэнь Ин сказала Чжоу Сяну: «При нём я не стала говорить, не хотела его обременять. Врач сказал, что тебя завтра уже выпишут.»

Чжоу Сян радостно ответил: «Отлично!»

«Я соберу вещи, а ты отдохни как следует. Завтра мы уже вернёмся домой.»

Чжоу Сян тихо сказал: «Мама, ты так устала.»

Чэнь Ин, улыбаясь, провела рукой по его немного отросшим волосам: «Стоило того, лишь бы ты очнулся.»

На следующее утро они рано встали, чтобы оформить выписку. Неожиданно пришёл Цай Вэй.

Цай Вэй улыбнулся: «Тётя Чэнь, ну ты даёшь! Выписываешься и не говоришь мне. Пришлось самому у врачей спрашивать. Ничего не говори, не церемонься. Сегодня я пришёл, чтобы помочь вам с выпиской и устроить небольшой праздник.»

Чэнь Ин было очень неловко, она несколько раз вежливо отказывалась, но не смогла устоять перед натиском энтузиазма Цай Вэя и согласилась.

Цай Вэй активно помогал им с оформлением выписки. Чжоу Сян сложил все вещи в его машину. Два года в больнице — выписка почти как переезд. Без машины Цай Вэя им было бы действительно сложно.

Проработав всё утро, все устали. Чэнь Ин волновалась за здоровье Чжоу Сяна, но на самом деле он чувствовал себя прекрасно. Его тело, пролежавшее два года, теперь нуждалось не в отдыхе, а в движении.

Цай Вэй повёз их с матерью в довольно дорогой ресторан кантонской кухни. Глядя на его новую машину и размах, Чжоу Сян понял, что за эти два года Цай Вэй преуспел, и искренне порадовался за него.

Чжоу Сян не церемонился, ел и разговаривал одновременно.

Чэнь Ин не очень втягивалась в разговор, вскоре замолчала, и остались только двое, продолжающие беседу. Через некоторое время Цай Вэй странно посмотрел на него.

Чжоу Сян внутренне вздрогнул: «Что такое?»

«Ты мне действительно напоминаешь кого-то… очень знакомого. В чём же дело?»

Чжоу Сян быстро пробежался мыслью по своим последним словам — не сказал ли он чего лишнего? Он старался быть осторожным, так что, скорее всего, всё в порядке. Рассмеяясь, он ответил:

— Да это же ты сам сказал, брат Вэй, что у нас с тобой судьба.

Цай Вэй покачал головой и улыбнулся:

— Да, наверное, я зря беспокоюсь. Просто ты случайно оказался полным тёзкой моего брата.

Он тяжело вздохнул. Чжоу Сян, опасаясь, что Цай Вэй снова погрузится в воспоминания, быстро налил ему бокал вина:

— Давай, брат Вэй, выпьем.

После третьего тоста их лица порозовели от алкоголя. Цай Вэй спросил:

— Чжоу Сян, а какие у тебя планы на будущее?

— Наверное, поискать работу, — ответил тот.

— А чем ты раньше занимался?

Чжоу Сян действительно замялся, обернулся к Чэнь Ин:

— Мам, а чем я раньше занимался?

Цай Вэй хлопнул себя по лбу:

— Ах да, я забыл, ты же ничего не помнишь. Значит, всё, чему ты учился раньше, пропало зря?

— Вот именно, — подтвердил Чжоу Сян.

Чэнь Ин, видимо, вспомнила что-то неприятное, её лицо потемнело:

— Ты раньше… фотографировался для журналов, работал моделью на автошоу. Говорил, что хочешь стать звездой, даже на какие-то курсы ходил. Я тогда уговаривала тебя быть реалистом, но ты не слушал… — Она тяжело вздохнула, осознав, что слишком много говорит, и, опустив голову, продолжила есть.

Чжоу Сян замер на мгновение. Он не ожидал, что прежний хозяин этого тела лелеял мечту о славе. Внешние данные тела были неплохими, но в Пекине красивых парней — пруд пруди, и он не выделялся чем-то особенным. За годы работы в этой сфере Чжоу Сян видел множество талантливых молодых людей, которые в итоге уходили ни с чем. Чтобы добиться успеха, мало одного таланта — нужна удача.

Цай Вэй улыбнулся:

— Ты хочешь стать звездой? Это как раз моя специализация. Старший брат может помочь.

Чэнь Ин подняла голову:

— Не надо. Сколько людей мечтают стать звёздами, а сколько из них добиваются успеха? Лучше найти нормальную работу.

Чжоу Сян кивнул:

— Брат Вэй, я не хочу становиться звездой. Я и сам понимаю, что у меня нет для этого данных. Я знаю, что ты работаешь в развлекательной компании. Если хочешь помочь мне, устрой меня на какую-нибудь работу в своей фирме — помощником, администратором, я согласен на всё.

Цай Вэй кивнул:

— Без проблем. Наш начальник недавно купил модельное агентство, и на окраине, у шестого кольца, оборудовал фотопавильон площадью больше тысячи квадратных метров. Работы там предостаточно. Если ты не боишься трудиться, то сможешь прокормить себя и мать.

Чжоу Сян решительно кивнул:

— Тогда благодарю тебя, брат Вэй.

Если всё сложится так, как он надеется, и Цай Вэй действительно поможет ему с работой, то сейчас, когда он никого не знает, возможность сразу получить источник дохода — это именно то, что ему нужно. Умерев однажды, он теперь должен делать всё, чтобы выжить.

Чэнь Ин приоткрыла рот, чтобы что-то сказать, но, видя твёрдость Чжоу Сяна, промолчала, лишь её глаза наполнились тревогой.

Трое закончили обед и вышли из ресторана как раз в тот момент, когда солнце стояло в зените, безжалостно паля в два часа дня. Чжоу Сян прищурился, подняв глаза к небу, и увидел, что огромный LED-экран на торговом центре напротив отделяло от него лишь одна улица. На экране шла коммерческая реклама, а контражур большого здания на несколько секунд делал изображение почти неразличимым. Внезапно набежавшее темное облако закрыло солнце, и на экране резко сменилась картинка — теперь там демонстрировалась реклама роскошных часов. Из абсолютно черного фона медленно вышел мужчина.

Лицо Чжоу Сянга резко побледнело.

Это был молодой человек чуть старше двадцати, с идеальной, стройной фигурой, облаченной в белоснежный костюм, который ярко контрастировал с темным фоном. Он слегка поднял голову, обнажив невероятно красивое, но совершенно безэмоциональное лицо. Его взгляд был ледяным, а сжатые губы излучали неприступную холодность. Он застегнул на запястье часы с бриллиантами — этот простой жест он исполнил с такой аристократической грацией, что заставил многих прохожих остановиться или обернуться, лишь бы еще раз взглянуть на него.

Острая боль пронзила сердце Чжоу Сянга, и он побледнел, глубоко вдохнув.

Янь Минсю? Почему… как он мог сняться в рекламе? С его происхождением, ему не нужно выставлять себя напоказ на экранах!

Рядом Цай Вэй презрительно фыркнул, его голос был полон ненависти.

Чжоу Сян резко очнулся, поспешно скрывая свои эмоции, чтобы Цай Вэй ничего не заметил. Цай Вэй знал о его отношениях с Янь Минсю, и за два года его ненависть к тому не уменьшилась.

Похоже, влияние одного человека на другого действительно не так легко исчезает.

Для Цай Вэя прошло уже два года, но для Чжоу Сянга все, что произошло между ним и Янь Минсю, казалось, случилось всего неделю назад. Он даже помнил их последний телефонный разговор, каждый его оттенок. Он все еще мог отчетливо вспомнить запах Янь Минсю, его властные и капризные требования, его эгоистичную натуру, не считающуюся с чувствами других, его улыбку, его гнев, его несомненную любовь к Ван Юйдун — все это стояло перед глазами, как будто произошло совсем недавно. Все, что он так хотел забыть, казалось, только что произошло. Говорят, время — лучшее лекарство, но он принимал его слишком мало. Он думал, что начал новую жизнь, что не будет видеть и думать о нем, что сможет забыть этот неудачный роман, но не ожидал, что уже в первый день после выписки из больницы он снова вынужден увидеть Янь Минсю. И в предсказуемом будущем ему придется видеть его снова и снова.

Чэнь Ин, заметив, что Чжоу Сян и Цай Вэй смотрят на рекламу, тоже взглянула туда и восхищенно произнесла:

— Как человек может быть настолько красивым? Он просто невероятно красив!

Цай Вэй презрительно бросил:

— Красота — не главное. Он просто животное.

Чжан Ин удивлённо спросила:

— Сяо Цай, ты знаком с ним?

Цай Вэй угрюмо ответил:

— Да, знаком.

— Что с ним не так? Нехороший человек?

Цай Вэй с трудом выдавил улыбку:

— Тётя, в мире шоу-бизнеса всё очень запутано, хороших людей там почти нет.

Чжоу Сян сдержал порыв расспросить Цай Вэя о Янь Минсюе. Он понял: чем меньше он будет знать, тем лучше. Лучше всего, если Янь Минсюэ навсегда исчезнет из его жизни. Рекламный ролик с часами на экране закончился, и Чжоу Сян внутренне облегчённо вздохнул, но дрожь в груди не утихла. Он действительно не знал, что делать. Ссора с Ван Юйдуном, разрыв с Янь Минсюем, падение с обрыва — всё это, лишавшее его сна, произошло совсем недавно. Ему нужно время. Сейчас ему больше всего нужно именно время.

Когда Цай Вэй отвёз их домой, Чэнь Ин долго колебалась, прежде чем робко сказать:

— Сяо Цай, по сути, тётя Чэнь должна пригласить тебя зайти, но квартира-то съёмная, слишком убогая, мне неловко тебя туда приглашать. Спасибо тебе за сегодня.

Цай Вэй нахмурился, окинув взглядом старый жилой район: место отдалённое, вокруг всё запущено, действительно не лучшее место. Он мысленно вздохнул: Чэнь Ин потратила все сбережения на лечение Чжоу Сяна и ещё осталась должна. Хотя Чжоу Сян и пришёл в себя, но их с матерью тяжёлая жизнь только начиналась.

После ухода Цай Вэя Чэнь Ин отвела Чжоу Сяна наверх. Семиэтажному панельному дому было не меньше двадцати лет: тёмные лестничные пролёты, узкие ступеньки, стены, покрытые слоем грязи, от которой невозможно было разглядеть изначальный цвет.

Снятая Чэнь Ин комната площадью чуть больше сорока квадратных метров состояла из одной спальни. Она старательно прибрала её, но это не могло скрыть бедности хозяев.

Чэнь Ин с улыбкой сказала:

— Я приготовила спальню, купила новую кровать. Теперь я буду спать в гостиной.

Чжоу Сян поспешно возразил:

— Мам, я буду спать в гостиной.

— Не может быть! Ты только из больницы, тебе нужно восстанавливаться. Я привыкла спать на больничных койках, это не проблема.

— Мам, это неправильно. Я не могу позволить тебе спать в гостиной, а самому занять спальню.

После небольшой перепалки Чэнь Ин уступила ему.

Чэнь Ин заварила чай и достала толстую стопку фотографий. Усевшись на диване в гостиной, она медленно начала рассказывать о прошлом Чжоу Сяна.

Чжоу Сян вырос обычным ребёнком в центре столицы. Его отец был госслужащим, мать — бухгалтером. Жизнь их семьи была вполне благополучной, но когда Чжоу Сян учился в университете, отец умер. А в двадцать четыре года с ним самим произошёл несчастный случай. Сколько боли и горечи наполняло жизнь Чэнь Ин, можно только представить.

Ему не было особенно интересно прошлое Чжоу Сяна, но чем больше он узнавал, тем сильнее сочувствовал этой женщине.

Чжан Ин говорила, и слезы неудержимо потекли по её лицу: **»Как же несправедлива моя судьба… Я уже на пределе, сынок. Хорошо, что ты очнулся, а то я и правда не выдержала бы.»** Два года она жила в ожидании чуда, которое могло никогда не наступить. Эта хрупкая, миниатюрная женщина была несравненно сильнее, чем казалось на первый взгляд.

Чжоу Сян обнял её за плечи, позволив выплакаться в объятьях того, кто был для неё важнее всего на свете. Когда эмоции улеглись, Чжан Ин смущённо улыбнулась, глядя на здорового, полного сил сына перед собой.

— Мама, пока я был в больнице, ты, наверное, набрала много долгов? Давай посмотрим на счета, сверим всё по порядку, — спросил Чжоу Сян.

Лицо Чжан Ин снова потемнело. Она колебалась, затем встала и достала из ящика телевизора аккуратную тетрадь с счётами. Все расписки были тщательно закреплены канцелярскими скрепками — не зря она когда-то работала бухгалтером, всё было разложено по полочкам. Глубоко вздохнув, она сказала:

— Сначала у нас были некоторые сбережения, но расходы на лечение оказались слишком велики. Я продала обе наши квартиры. Тогда рынок недвижимости был не в лучшей форме. Если бы продала их сейчас, получила бы почти на миллион больше… Но тогда срочно нужны были деньги…

Чжоу Сян перелистал толстую стопку расписок и хмуро спросил:

— Сколько всего мы должны, мама?

Чжан Ин шмыгнула носом:

— Моя пенсия всего две тысячи в месяц… Потом я стала одалживать у всех, кого знала: у родственников, друзей, коллег. Теперь, когда видят мой номер, даже трубку не берут… — голос её дрогнул. — Сейчас долг составляет тридцать семь тысяч.

**Тридцать семь тысяч…**

Чжоу Сян прикинул свои прежние сбережения. Без учёта квартиры и машины у него было около двадцати тысяч. Квартира досталась от отца — старая, но в отличном районе, два года назад её можно было продать за полтора миллиона. Машина была подержанной и стоила бы всего два-три десятка тысяч. Продавать квартиру нельзя — им с матерью негде будет жить. Если собрать всё остальное, то покрыть тридцать семь тысяч долга не составит труда…

Но в этот момент его взгляд случайно упал на фотографию в альбоме. Чжоу Сян внезапно осознал: он уже не тот Чжоу Сян. Он **»умер»**. Что стало с его сбережениями и имуществом? Кто распорядился ими? Он не имел ни малейшего понятия. И как он теперь, будучи чужим для этого мира, сможет вернуть то, что принадлежало ему?

Холодный пот покрыл его тело. Получается, он не просто стал нищим — он стал нищим с долгом в тридцать семь тысяч?

Чжан Ин, заметив его бледность, сама погрустнела. Сын очнулся, но тяжёлые времена были ещё далеко не позади.

Чжоу Сян бросил на неё взгляд. Хотя эта женщина не была его родной матерью, он считал своим долгом заботиться о её второй половине жизни. Ведь он занял тело её сына, лишив её навсегда возможности обнять родного ребёнка, а сам получил шанс на новую, драгоценную жизнь. Он не мог просто брать всё хорошее — должен был нести и те обязанности, и тот долг, которые накладывает на него эта новая жизнь.

Чжоу Сян собрал свои мысли, закрыл бухгалтерскую книгу и сказал: «Мама, не волнуйся так. Мы оба живы и здоровы, деньги зарабатываются людьми, а долги рано или поздно будут погашены.» Чэнь Ин с трудом выдавила улыбку: «Ты прав. Надо быть оптимистами. Когда ты очнулся, у меня снова появилась надежда. Завтра ты с маленьким Цай отправляйся на работу, а я тоже поищу что-нибудь.»

Чжоу Сян сжал руку Чэнь Ин: «Хорошо.»

Этой ночью Чжоу Сян почти не спал, ворочаясь с боку на бок и думая, как бы раздобыть денег. В конце концов, он решил как можно скорее выяснить, что произошло с его имуществом после смерти, и затем продумать дальнейшие шаги. Утром он немного вздремнул, а проснувшись, понял, что за всю ночь ни разу не вспомнил о Янь Минсюе. Это было хорошим знаком.

Он умылся, переоделся и отправился в компанию Цай Вэя.

Четвёртая глава

Чжоу Сян пришёл в компанию очень рано.

Цай Вэй теперь был исполнительным вице-президентом компании, правой рукой их начальника. Он управлял всем: от текущих дел до стратегических решений. Начальник редко бывал в Пекине, и вся ответственность за компанию лежала на Цай Вэе. За последние несколько лет его связи и положение в кругах значительно укрепились, поэтому устроить Чжоу Сяна на работу для него не составило труда.

Два года назад — нет, для Чжоу Сяна это было лишь месяц назад — он сам работал в этой компании. Раньше Цай Вэй давал ему задания с минимальной комиссией, относился к нему очень хорошо. Чжоу Сян давно работал здесь, пользовался уважением коллег, и ему нравилась атмосфера в компании. Возможность вернуться сюда казалась ему отличным началом.

В офисном здании Чжоу Сян встретил нескольких знакомых коллег. Он едва сдержал порыв поздороваться с ними — для них он был абсолютно незнакомым человеком.

Цай Вэй провёл Чжоу Сяна в свой кабинет, предложил ему сесть и, улыбаясь, принял телефонный звонок. Закончив разговор, он взял ключи и сказал: «Пошли, я покажу тебе нашу фотостудию. Наш директор вложил более десяти миллионов в её обустройство, и сейчас это одна из крупнейших студий в Пекине. Каждый день здесь кипит работа. Ты начнёшь с подсобных дел, не бойся уставать. В таком месте, если быть активным, можно неожиданно получить шанс сняться в рекламе.»

Чжоу Сян улыбнулся: «Брат Вэй, мне достаточно, что у меня есть работа. Остальное я пока не планирую.»

Цай Вэй одобрительно взглянул на него и сказал: «Хорошо, для твоего возраста ты довольно уравновешен — это редкое качество. Работай усердно, и если будет возможность, брат Цай обязательно поможет тебе. Я знаю, что тебе с мамой пришлось нелегко, особенно из-за твоей болезни — наверняка ушло много денег. Но не торопись, жизнь всё равно идёт своим чередом, и со временем всё наладится.»

Чжоу Сян был тронут. Хотя в глазах посторонних Цай Вэй казался строгим, придирчивым, даже хитрым и циничным, Чжоу Сян знал: это всего лишь маска, которую Цай вынужден носить, чтобы выжить в этом мире, где переплелись честные и нечестные люди. На самом деле Цай Вэй был человеком, очень ценящим дружбу и верность.

Цай Вэй вёл машину в сторону района Тунчжоу и привёз его к недавно построенной студии на окраине Шестого кольца. Их босс арендовал с первого по четвёртый этажи этого здания, общей площадью более тысячи квадратных метров. Внутри всё было переоборудовано в крупную киностудию: каждый этаж разделён на две зоны с разными тематиками, которые можно было легко трансформировать.

Как только они вошли в здание, им на глаза попались несколько высоких моделей, легко одетых и с ярким, броским макияжем. Оба мужчины уже привыкли к такому зрелищу и сразу направились на второй этаж.

Они прошли мимо съёмочной группы, снимавшей семейную комедию, и направились в другую часть этажа, где снимали фантастический рекламный ролик. Мускулистый мужчина-модель в облегающем серебристом костюме, подвешенный на тросах, парил в воздухе, выполняя сложные трюки.

— Алю, — окликнул Цай Вэй белокурого парня с округлыми формами.

Тот, кого звали Алю, быстро подбежал и радостно поздоровался: «Брат Цай!»

Чжоу Сян не был знаком с этим человеком — вероятно, это был новичок в компании.

— Знакомься, это мой земляк, младший брат. Устрой его здесь на какую-нибудь работу, но не перегружай — он недавно выписался из больницы. Пусть изучит всё, что связано с работой студии. Надеюсь, ты организуешь всё как надо.

— Хорошо, без проблем, брат Цай! Не волнуйтесь, — ответил Алю.

Цай Вэй обратился к Чжоу Сяну: — Алю на два года младше тебя, зови его просто Алю. Он здесь отвечает за хозяйственную часть, решает все текущие вопросы. Следуй за ним, учись, и в будущем у тебя будет шанс стать самостоятельным продюсером или менеджером проекта.

— Алю, — Чжоу Сян улыбнулся и кивнул парню, а затем повернулся к Цай Вэю: — Спасибо, брат Цай.

— Когда он только окончил университет, он тоже скитался по студиям и съёмочным площадкам. Он отлично разбирается во всём этом, и у него больше опыта, чем у многих. Возвращение к своей специальности, пусть и нелёгкое, даётся ему легко — он мастер своего дела. Чжоу Сян был ещё более признателен Цай Вэю за заботу.

— У меня днём ещё дела, поэтому я не смогу пообедать с тобой. Мне пора, — сказал Цай Вэй.

— Брат Цай, не беспокойтесь обо мне, я справлюсь сам, — ответил Чжоу Сян.

Алю улыбнулся: — До свидания, брат Цай. Удачи!

Алюй был человеком открытым и общительным, его улыбка всегда сияла в адрес каждого встречного. После того как Цай Вэй ушёл, Алюй провёл Чжоу Сяна в фотопавильон и коротко представил его остальным: «Новый товарищ к нам присоединился, настоящий красавчик! Не завидуйте сильно, работаем дальше!» Несколько человек, занятых делом, отреагировали с усмешкой и шутливыми замечаниями.

Чжоу Сян окинул взглядом помещение, но не увидел ни одного знакомого лица. Он знал, что в этой среде люди часто меняются, но не ожидал, что всего за два года здесь не останется никого из тех, кого он помнил. От этой мысли его охватило лёгкое уныние.

Чжоу Сян широко улыбнулся и сказал: «Меня зовут Чжоу Сян. Надеюсь на вашу поддержку в будущем, ребята. Заранее благодарен!» Услышав его имя, кто-то переспросил: «Чжоу Сян?»

Человек, стоявший к нему спиной и настраивавший свет, наконец обернулся и молча взглянул на него. Чжоу Сян на мгновение замер — наконец-то он увидел знакомое лицо. Это был старший осветитель из их компании, тоже по фамилии Чжоу, которого все называли Лао Чжоу.

Лао Чжоу встал и внимательно посмотрел на Чжоу Сяна, будто пытаясь вспомнить его. Затем он вздохнул и тихо сказал: «Привет.»

Раньше у них были хорошие отношения, но сейчас, встретившись лицом к лицу, они не узнали друг друга. Чжоу Сян не знал, сколько ещё таких горьких и неловких моментов ему предстоит пережить.

Алиу сказал Чжоу Сяну: «Уже почти полдень. После обеда я покажу тебе всё вокруг, а пока можешь сам прогуляться, осмотреться. Здесь много интересного, только не трогай фотографическое оборудование — оно ужасно дорогое.»

Чжоу Сян кивнул и начал бродить по помещению, знакомясь с новой рабочей обстановкой.

Чжоу Сян всегда пользовался популярностью — с детства и до взрослой жизни. Он был человеком широкой души, но с твёрдыми принципами, сочетающим в себе великодушие и непоколебимость. Люди уважали его за честность и прямоту, за то, что он никогда не использовал свой стаж, чтобы притеснять новичков. Он был остроумен, легко находил общий язык с кем угодно, и коллеги часто обращались к нему за советом или помощью. Молодые девушки и парни, с которыми он общался, обычно симпатизировали ему. Если бы не его ориентация, он давно бы нашёл себе прекрасную жену — умную, красивую и добрую.

Благодаря своему обаянию, за время обеденного перерыва он уже успел подружиться с коллегами. После обеда, когда работа началась, он сначала помогал Лао Чжоу с освещением, а затем перешёл к помощнику реквизитора. За несколько часов он ни минуты не простаивал, и, хотя немного устал, все хвалили его за быстрое обучение. Чжоу Сян лишь незаметно притворялся простачком.

Когда съёмки рекламы закончились, было уже почти восемь вечера. Режиссёр оказался слишком придирчивым, и только сейчас остался доволен результатом. Все изголодались и торопились собрать оборудование, чтобы наконец пойти ужинать.

Помогая Лао Чжоу убирать оборудование, Чжоу Сян почувствовал на себе его взгляд. Лао Чжоу вздохнул и сказал: «Тебя зовут Чжоу Сян…»

Чжоу Сян сделал вид, что не понимает: «Что случилось?»

«У меня был младший брат, которого тоже звали Чжоу Сян,» — ответил Лао Чжоу.

«Да, я слышал об этом от Вэй-гэ,» — сказал Чжоу Сян.

«Не знаю, может, потому что у вас одинаковые имя и фамилия, но ты так похож на него… Манера говорить, характер… Возможно, я сам себе это внушаю. Он ушёл два года назад, и я уже не помню его так ясно.»

Чжоу Сян безрадостно улыбнулся, не зная, что ответить.

В этот момент Алиу получил звонок и закричал: «Сейчас?! Дама, уже восемь часов, я так проголодался, что скоро превращусь в фотографию!»

Кто-то насмешливо заметил: «Шестой брат, это твоя девушка просит купить корм для собаки?»

«Ха-ха-ха!»

Алиу раздражённо положил трубку и злобно посмотрел на шутника: «Чушь собачья! Ещё посмейся, посмотрим, как ты будешь смеяться потом!»

«А почему бы мне не смеяться?» — парировал тот.

Алюй скривил лицо в гримасе:

— Все, не убирайте ничего. Рабочий день ещё не закончен. К нам едет огромная звезда сниматься в рекламе.

— О-о-о! — раздался хор недовольных голосов. Хотя им часто приходилось задерживаться из-за расписания звёзд, сегодня всё же была суббота. Они и так работали по нефиксированному графику, и редкий выходной завтра был как глоток свежего воздуха. Все уже мечтали поскорее разойтись по домам, как вдруг — новый сюрприз. И кто знает, сколько это ещё продлится? А хуже всего то, что завтра, возможно, снова придётся оставаться.

— Кто? Кто это? — засыпали вопросами.

— Ян Дасяоер, — ответил Алюй. — Он уже внизу, настаивает сниматься сегодня.

Одна из новых ассистенток, девушка, внезапно взвизгнула, так что все вздрогнули. Она подпрыгивала от возбуждения:

— Ян Минсю! Ян Минсю! Я увижу Ян Минсю!

Кровь мгновенно отхлынула от лица Чжоу Сяна, и его руки, складывающие вещи, дрогнули.

Старый Чжоу недовольно выругался, но, заметив бледность Чжоу Сяна, нахмурился:

— Маленький Чжоу, что с тобой? Голодный, что ли?

Чжоу Сян смущённо пробормотал:

— А… да, немного.

*Ян Минсю?* Как так получилось? Он, конечно, допускал, что в этой работе может снова столкнуться с Ян Минсю, и решил избегать всех проектов с его участием. Но он никак не ожидал, что это произойдёт уже в первый день. Он совершенно не был готов к этому, и новость его просто ошеломила.

Алюй бросил взгляд на Чжоу Сяна:

— Чжоу Сян, ты в порядке? Почему такой бледный?

Чжоу Сян с трудом поднялся:

— Алюй, я недавно выписался из больницы, возможно, ещё не совсем оправился. Можно я сегодня уйду?

Он чувствовал на себе недовольные взгляды. Как новенький, он понимал, что его отказ от сверхурочной работы из-за «плохого самочувствия» вызовет осуждение. Но другого выхода у него не было.

Алюй, хоть и не хотел отпускать его, понимал: если Чжоу Сян — протеже Цай Вэя, да ещё и с нестабильным здоровьем, то придираться не стоит. Он кивнул и обратился к самому опытному в команде, старому Чжоу:

— Брат Чжоу, как думаешь? Цай Вэй говорил, что он недавно выписался, возможно, действительно чувствует себя неважно.

Старый Чжоу кивнул:

— Пусть идёт. Смотри, какой он бледный, ни кровинки в лице.

Остальные бросили взгляд на Чжоу Сяна — действительно, он выглядел плохо, едва держась на ногах. Хотя странно: целый день работал без проблем, а как только объявили о сверхурочной работе, сразу «заболел». Не очень-то убедительно.

Алюй сказал:

— Возьми такси у подъезда. Я сейчас занят, иначе сам бы тебя отвёз.

Чжоу Сян энергично махнул руками: «Не надо, я сам справлюсь. Извините всех, в следующий раз я восполню сегодняшнюю часть, извините.» Он неоднократно извинялся, затем собрался и, словно спасаясь бегством, направился к лифту. Когда он почти достиг входа в лифт, на втором этаже раздался звонкий звук, и двери лифта медленно, но неумолимо разъехались в стороны.

Сердце Чжоу Сяна сжалось — он стер пот со лба, и его мысли постепенно успокоились. Ян Минсю не узнает его, даже если они окажутся лицом к лицу. Двери лифта полностью открылись, и в самом центре стоял тот самый человек, которого он видел на LED-рекламе — Ян Минсю, двадцатитрехлетняя кинозвезда, покорившая половину мира, чья популярность была на пике. Ян Минсю изменился.

В памяти Чжоу Сяна он остался подростком, который любил носить спортивные костюмы и джинсы, источавшим молодость и дерзость. Сейчас же перед ним стоял мужчина в повседневном костюме, выглядевший сдержанным и внутренне собранным, с лицом, на котором застыло холодное выражение, почти лишенное эмоций.

За почти десять лет работы в шоу-бизнесе Чжоу Сян видел красоту во всех её проявлениях, но и три года назад, и сейчас он считал Ян Минсю самым совершенным по внешности человеком, которого ему доводилось встречать. Неудивительно, что этот человек способен покорить миллионы зрителей. Даже он сам, считавший себя опытным в общении с людьми, когда-то был очарован им.

В его голове неудержимо всплывали воспоминания о каждой мелочи, связанной с Ян Минсю: от их первой встречи до последнего телефонного разговора. Всего год — от их знакомства до последнего контакта — но для него эти воспоминания были слишком свежими. Странное чувство, будто на прошлой неделе он видел перед собой подростка, а на этой неделе тот предстал перед ним взрослым человеком. Эти два года, которые для него остались пустыми, изменили всех и всё, кроме него самого. Он потерял эти два года, но был вынужден принять изменения, произошедшие за это время.

Чжоу Сян стоял на одной линии с лифтом, и когда Ян Минсю вышел из лифта, окруженный толпой людей, их взгляды встретились. Обычно он не обращал бы внимания на незнакомца, но, увидев в глазах Чжоу Сяна невыразимо глубокий и сложный взгляд, он словно застыл, почувствовав сильное сердцебиение.

Почему этот взгляд кажется таким знакомым? Ян Минсю слегка наклонился вперед, не в силах остановить безумное биение сердца. Он не понимал, что с ним происходит. Почему незнакомец вызывает в нём такие эмоции?

Они стояли друг напротив друга на расстоянии нескольких метров. Между ними было так близко, но одновременно так далеко, будто их разделяли тысячи гор и рек.

Чжоу Сян чувствовал себя беззащитным. Встретившись взглядом с Ян Минсю, он снова перестал быть самим собой. С трудом собравшись с мыслями, он опустил голову и решил спуститься по лестнице.

Проходя мимо Янь Минсю, тот внезапно сделал огромный шаг вперёд и, под пристальными взглядами всех присутствующих, крепко схватил Чжоу Сяна за руку. Сила хватки была такой, что Чжоу Сян невольно нахмурился. Он резко повернул голову и увидел перед собой Янь Минсю, чей почти метровый девяносто рост создавал немалое давление. В глазах Янь Минсю блеснуло что-то острое, его губы слегка дрожали, а голос, холодный и не терпящий возражений, задавал неожиданный вопрос: «Кто ты?» ☆

**Глава пятая. Три года назад**

— Сян-гэ, ты не мог бы есть аккуратнее? — красивая визажистка Ми Юй поднесла пудреницу и подошла к нему.

Чжоу Сян, улыбаясь, сунул в рот кусок хлеба:

— Вини меня? Посмотри, как ты меня напудрила! Стоит пошевелиться — и всё осыпается. Я ведь даже не обедал, если сейчас упаду в голодный обморок, ты будешь отвечать.

— Твой цвет кожи отличается от цвета кожи Ван Юйдуна на целый тон, — Ми Юй косо взглянула на него. — Если я не нанесу столько пудры, эффекта не будет. Давай, ешь быстрее, у тебя пять минут, а потом я подправлю макияж. Только не дергайся больше, ладно?

— Ладно, ещё рано, главные звёзды ещё не пришли, чего ты торопишься? — Чжоу Сян отпил глоток воды, которую ему налила Ми Юй. — Пей, а то подавишься.

— Ого, Ми Юй так заботится о тебе! — маленький Лю сильно дёрнул Чжоу Сяна за ремень. — Давай, я ещё немного перетяну талию нашего Сян-гэ.

Чжоу Сян засмеялся:

— Хватит, паршивец, не мсти за старое! Ещё раз дёрнешь — извергнусь тебе на лицо.

Когда ему помогли надеть сценический костюм, Чжоу Сян повернулся на месте. Тёмно-синий строгий костюм облегал его стройное, подтянутое тело, придавая ему вид настоящего героя из древних легенд.

— Ну как, красавчик? — спросил он.

Лю Сяо усмехнулся: **»Красавчик.»** Он обошёл сзади и окинул взглядом: **»Ну-ну, Сян-ге, со спины ты просто вылитый Ван Юйдун. Если не смотреть на лицо, не отличишь. Разве что волосы чуть темнее.»**

**»Да ладно тебе, а то зачем бы меня на дублёра взяли?»** — Чжоу Сян подпрыгнул на месте. **»Хочется поскорее закончить сегодня съёмки. Эх, после работы пойдём в караоке?»**

**»Да легко! В тот заведение в Саньлитуне, где звук отличный, а куриные крылышки — просто объедение.»**

**»Сяо Люй, давай бронируй комнату!»**

**»На какое время?»**

**»Ну… на семь, восемь, девять, десять, одиннадцать…»** — Чжоу Сян рассмеялся. У них и рабочего графика-то нет, всё зависит от настроения режиссёра.

Остальные тоже засмеялись.

Ассистент режиссёра подбежал к Чжоу Сяну, предупредив, что скоро начнут снимать его боевую сцену. Чжоу Сян уже заранее обсудил все движения с постановщиком боёв — ничего сложного, он справится без труда.

Чжоу Сян работал дублёром уже шесть-семь лет. Сначала он выполнял разную чёрную работу, но вскоре один из постановщиков заметил его отличную физическую форму и выносливость. А ещё его поддержал Цай Вэй, и постепенно он стал получать эту работу. В спортивной школе Чжоу Сян занимался плаванием, а приёмы рукопашного боя выучил у соседей по общежитию. Никогда не думал, что это станет его источником дохода.

Сейчас у него в кругах хорошая репутация. Каждый месяц он получает пару заказов, а в последнее время всё чаще появляется в фильмах в небольших, но заметных ролях. Недавно ему даже предложили работу постановщика боёв в низкобюджетных проектах. После смерти родителей ему досталась квартира в престижном районе. Будучи геем, он не обременён мыслями о женитьбе и детях, поэтому даже в таком мегаполисе, как Пекин, живёт вполне безбедно.

Хотя Чжоу Сян живёт один, он по натуре оптимист, любит развлечения и умеет находить радость в мелочах. Его жизнелюбие и энтузиазм заражают окружающих, и многие молодые новички в индустрии видят в нём старшего брата. У него есть природное обаяние, располагающее к себе и внушающее доверие.

Чжоу Сян почти не шевелился, боясь, что от малейшего движения с него снова посыплется пудра, как с мешка, который катают по земле.

Вдруг позади него раздался невероятно чистый и приятный мужской голос: **»Брат Дунь!»**

Ему сразу захотелось обернуться и посмотреть, кому принадлежит этот чарующий голос, но едва он повернулся, как тень метнулась сзади, обхватив его за талию с такой силой, что он споткнулся и едва устоял на ногах, сделав несколько шагов вперёд.

За спиной он почувствовал жаркое дыхание, а сквозь одежду — мощь этого тела, упругие мышцы груди, плотно прижавшиеся к его спине.

Чжоу Сян заволновался: что это за день такой, едва пришёл на съёмочную площадку, как какой-то парень уже бросается ему на шею?

Он поскорее обернулся, чтобы увидеть, кто это.

Оба остолбенели, когда повернулись друг к другу.

Сердце Чжоу Сяна чуть не разорвалось от волнения: лицо перед ним было невероятно красивым, так близко, что невозможно было не заметить идеальную, почти фарфоровую кожу, на которой не было видно ни единой поры. Эти глаза, этот нос, эти губы… Чжоу Сян провел десять лет в мире шоу-бизнеса и видел немало красивых молодых людей, но сегодня он был полностью потрясен этим юношей. Неужели это очередная восходящая звезда, которую кто-то собирается продвигать? Если он не станет знаменитым, это будет просто несправедливо.

Янь Минсю тоже замер. Лицо, повернувшееся к нему, не принадлежало Ван Юйдуну, но спина была так похожа на него. Янь Минсю быстро отпустил руку и отступил на несколько шагов, чувствуя себя неловко из-за ошибки. Улыбка на лице Чжоу Сяна казалась насмешкой, что еще больше раздражало его. Нахмурив брови, он резко спросил:

— Кто ты такой?

Чжоу Сян не обратил внимания на его тон и улыбнулся:

— Меня зовут Чжоу Сян. Ты, наверное, ищешь Ван Юйдуна? Я его дублер по боевым сценам.

Неудивительно, что их фигуры так похожи. Янь Минсю не мог понять, почему этот человек, у которого такая же фигура, как у Ван Юйдуна, но лицо куда менее привлекательное, так раздражал его. Возможно, потому, что он сам совершил глупость, а этот парень своей мягкой улыбкой только напоминал ему об этом.

Люди вокруг не смогли сдержать улыбки. Янь Минсю выглядел недовольным:

— А где Ван-гэ?

— Он еще не пришел. Его сцена назначена через два часа, но он может прийти раньше. Если ты его знаешь, почему бы тебе не позвонить ему? Режиссер тоже хочет, чтобы он поскорее появился.

Янь Минсю бросил на него быстрый взгляд и уселся в стороне, ожидая Ван Юйдуна.

Чжоу Сян несколько раз бросил на него взгляды и не мог не восхищаться: жаль, что этот парень, похоже, не слишком расположен к нему. В конце концов, ошибся не он, а Янь Минсю. Чжоу Сян чувствовал себя абсолютно невиновным.

Он спросил у Сяо Лю:

— Кто это такой? Такой стильный.

— Не знаю. Говорит с таким высокомерием, сразу спрашивает Ван Юйдуна. Если он смог сюда войти, значит, у него есть связи. Может, он хорошо знаком с Ван Юйдуном?

Ми Ю тоже не могла отвести глаз:

— Наверное, это какой-то новичок. Такой красивый и с такой фигурой. Если он снимется в каком-нибудь сериале, он точно станет знаменитым.

Янь Минсю был одет просто: белая футболка и джинсы, но, сидя там, он как будто застыл в рамке фотографии, создавая вокруг себя невыразимую атмосферу красоты. Чжоу Сян впервые так остро ощутил, насколько сильное впечатление может производить красота одного человека.

Чжоу Сяну очень хотелось подойти и заговорить с ним, но съемки должны были начаться вот-вот, и ему пришлось сдерживать разочарование, направляясь на съемочную площадку.

Это была сцена, напоминающая знаменитый «Пир в Хунмэнь», но происходящая на дне рождения главы союза ушу. Чжоу Сян должен был исполнить танец с мечом, чтобы развлечь гостей, и воспользоваться моментом, чтобы убить левого стража союза.

Чжоу Сян взвесил меч в руке. Для реалистичности это был настоящий меч, тяжелый и серьезный. Танец с мечом не был его сильной стороной — он лучше владел кулаками и ногами, но и это не представляло для него проблемы.

Режиссёр крикнул: **»Начали! Когда скажу „на места!“, будь внимателен, сосредоточься. Старик Ван, куда ты встал? Освещение повыше!»** Чжоу Сян, следуя указаниям постановщика боёв, начал размахивать длинным мечом. Его движения были точными и изящными, но режиссёр предъявлял высокие требования — один лишь прыжок с последующим выпадом пришлось повторять четыре раза.

Янь Минсю, чьи глаза сначала блуждали где-то в стороне, постепенно привлёк Чжоу Сян. Прищурившись, он наблюдал, как стройная, гибкая фигура Чжоу Сяна ловко скользит между декорациями.

☆

**Глава 6**

Короткий эпизод продолжительностью чуть больше минуты снимали более двух часов. Этот режиссёр — известная в стране звезда, старик с причудливым характером. На съёмочной площадке он всем недоволен: даже двадцатилетнюю хрупкую девушку может так отчитать, что та расплачется. Чжоу Сян работал с ним уже в третий раз и давно изучил его нрав. Как бы ни требовал старик повторять сцену, Чжоу Сян не злился. Не то чтобы он был безэмоционален — просто он знал: если начнёт нервничать, старик разозлится ещё сильнее, и тогда им сегодня не выбраться со съёмок.

Когда сцена наконец была отснята, Чжоу Сян был мокрым от пота. Старик остался доволен им и даже запомнил его имя. После съёмок он сказал: **»В фильме ещё не хватает одного персонажа. Если у тебя есть время, поговори с Ачэном. Роль небольшая — за всё время на экране ты будешь около получаса, но гонорар тебя устроит.»**

Чжоу Сян улыбнулся: **»Спасибо вам. Вы даже уделили внимание такой мелочи — мне неловко. Какое у меня расписание? Я же всего лишь массовка. Ладно, пойду поговорю с Чэн-ге. Надеюсь, директор Ван и впредь будет вспоминать обо мне.»**

Старик бесстрастно кивнул, но тот факт, что он два часа не ругался, говорил о том, что работа Чжоу Сяна ему понравилась.

— **»О, Ван Юйдун пришёл!»** — раздался голос.

Все повернулись к двери. Ван Юйдун вошёл уверенной походкой, сопровождаемый двумя ассистентами. На нём были тёмные очки и спортивный костюм, выглядел он необычайно стильно и сразу привлёк внимание всех присутствующих.

Ван Юйдун — восходящая звезда последних лет, говорят, у него серьёзная поддержка. Его дебют в историческом сериале был специально создан, чтобы прославить его. Ван Юйдун обладал всеми качествами, необходимыми для успеха: отличная внешность, умение держаться, а ещё — те, кто его продвигал. Хотя сначала его актёрское мастерство оставляло желать лучшего, но постоянное появление в СМИ сделало своё дело. Он стремительно взлетел по карьерной лестнице и теперь был главным источником дохода для компании «Исинь Медиа».

Чжоу Сян обычно подрабатывал дублёром, но благодаря внешнему сходству с Ван Юйдуном ему тоже повезло. Теперь, если Ван Юйдуну требовался дублер, он звал именно его.

Ван Юйдун вошёл, улыбаясь, снял тёмные очки и без малейшего высокомерия поздоровался с сотрудниками. Затем он ловко подошёл к режиссёру Вану, чтобы извиниться, не объясняя причины своего опоздания, а лишь с лучезарной улыбкой признавая свою вину перед стариком. Рука не поднимется на улыбающегося человека — режиссёр Ван не смог разозлиться и велел ему поскорее отправляться в гримёрку.

Отвлёкшись от режиссёра, Ван Юйдун тут же повернулся к Чжоу Сяну:

— Эй, Асянь.

Чжоу Сянь улыбнулся и кивнул:

— Братец Дун, ты наконец-то пришёл.

Хотя Чжоу Сянь был старше Ван Юйдуна на несколько лет и имел больший опыт, их социальные роли не позволяли ему называть Ван Юйдуна по-другому. Однако Чжоу Сянь не испытывал к нему неприязни. Ван Юйдун умел ладить с людьми, и, пока их интересы не пересекались, он всегда вёл себя как настоящий джентльмен. Слухи о Ван Юйдуне Чжоу Сянь предпочитал игнорировать — в конце концов, он, простой каскадёр, никогда не столкнётся с интересами Ван Юйдуна. Им обоим было удобно сохранять нейтралитет.

Ван Юйдун ласково похлопал его по плечу:

— После съёмок сходи прими душ и переоденься. Смотри, весь в потё — заболеешь, а мне кого тогда винить?

Чжоу Сянь рассмеялся:

— Ладно, раз ты пришёл, я могу уходить. Тогда я пошёл.

— Хорошо, увидимся.

Чжоу Сянь направился разгримировываться и переодеваться, но, обернувшись, увидел того симпатичного парня, что заходил ранее — вероятно, он отлучился в туалет. Увидев Ван Юйдуна, глаза парня загорелись радостью, и он воскликнул:

— Братец Дун!

Ван Юйдун резко обернулся, его лицо озарилось счастьем:

— Минсю?! Ты как здесь оказался?

С этими словами он быстро подошёл и крепко обнял Янь Минсю.

Тот ослепительно улыбался:

— Я окончил университет.

— Окончил? И не планируешь остаться там работать? Просто так вернулся на родину?

Янь Минсю, крепко держа Ван Юйдуна за руку, счастливо смотрел на него, его глаза сияли от радости:

— Что там за границей хорошего, если ты даже не приехал ко мне.

Ван Юйдун тихо улыбнулся:

— Но твоя сестра же навещала тебя от моего имени.

Чжоу Сянь, стоявший неподалёку, услышал это и подумал, что сестра этого парня, должно быть, имеет с Ван Юйдуном особые отношения.

Янь Минсю скривился:

— Это не в счёт.

— Ладно, дома всё же лучше. Рад, что ты вернулся. Подожди меня, сегодня вечером я обязательно устрою тебе приём.

Янь Минсю взглянул на часы:

— Я думал, ты придёшь раньше, и специально ждал тебя здесь. Но уже слишком поздно, у меня сегодня вечером ужин с отцом, мне нужно спешить. Мне и так хорошо, что я тебя увидел. Приём отложим на другой раз.

Ван Юйдун с сожалением произнёс:

— Действительно, уже поздно. Как насчёт завтра? Ты выбирай время — что бы ни случилось, я всё отменю, лишь бы побыть с тобой. Хорошо?

Янь Минсю счастливо засмеялся, и Чжоу Сянь, глядя на эту улыбку, почувствовал, как у него внутри всё защекотало от зависти.

Он с легким сожалением вздохнул и, обойдя двоих всё ещё обменивающихся вежливостями, направился в гримёрку, чтобы снять грим. Не боясь возни с кожей лица, он долго тер её средством для снятия макияжа, затем быстро умылся, переоделся в свою одежду и вышел. Ян Минсюй уже ушёл, а Ван Юйдун всё ещё был в гримёрке. Подойдя, он спросил у маленького Лю: «Вам ещё придётся задерживаться?»

Маленький Лю с печальным лицом ответил: «Да, ты-то закончил, а нам…» Он кивнул в сторону Ван Юйдуна и, понизив голос, добавил: «Нам ведь ещё нужно его обслуживать.»

Чжоу Сян злобно-радостно улыбнулся: «Ну, я тогда пошёл.»

Маленький Лю скривился: «Иди, иди, только больше не возвращайся.»

Чжоу Сян шлёпнул его по голове, рассмеялся и сказал: «Да ты чокнутый! Я иду домой — принимать горячую ванну, есть закуски и играть в игры!»

Он сказал это так громко, что привлёк внимание всех вокруг. Чжоу Сян расслабил плечи, почувствовав себя гораздо свободнее. Насвистывая мелодию, с одной рукой в кармане, а другой крутя брелоком с ключами, он направился к парковке.

Ян Минсюй в это время пытался поймать такси на перекрёстке. Он только что слетел с самолёта, даже не заезжая домой, сразу направился на съёмочную площадку, узнав о графике Ван Юйдуна. Его сестра предупредила сотрудников, и они пропустили его. Ян Минсюй не хотел предупреждать Ван Юйдуна, желая сделать ему сюрприз, поэтому просто ждал. Хотя он прождал более трёх часов, возможность увидеть Ван Юйдуна того стоила.

Думая о мягком взгляде Ван Юйдуна и его улыбке, Ян Минсюй чувствовал, что вся усталость и сонливость отступают. Он соврал, что у него и его отца вечером запланирован ужин, на самом деле он провёл в самолёте десять часов, и с учётом времени на дорогу до аэропорта и ожидания рейса, он не отдыхал почти двадцать часов. Хотя он и не был на грани истощения, Ян Минсюй не хотел показывать Ван Юйдуну свою усталость, поэтому решил сначала найти отель и выспаться.

В это время как раз был час пик, и все такси либо были заняты, либо спешили на смену. Он ждал уже более десяти минут, но ни одна машина не остановилась. Ян Минсюй, уставший до такой степени, что глаза сами собой закрывались, начал раздражаться. Он хотел вызвать водителя, но боялся, что мать будет ругать его за то, что он не заехал домой сразу после прилёта. Он планировал притвориться, что вернётся только завтра.

В этот момент перед ним остановилась машина марки Фольксваген. Чжоу Сян опустил стекло, обнажив открытую улыбку, и доброжелательно сказал: «Куда вам? Подвезу, если нужно.»

Ян Минсюй несколько секунд всматривался, прежде чем понял, что это дублер Ван Юйдуна по боевым сценам. Когда он видел Чжоу Сяна ранее, тот был в историческом костюме и с ярким гримом, поэтому сейчас, без того образа, его не сразу узнал.

В голове Ян Минсюя тут же возник образ спины Чжоу Сяна, так похожей на его собственную, что даже он сам мог их спутать. Картины ловких движений Чжоу Сяна с мечом весь день крутились перед его глазами. Практически весь день он провёл, наблюдая за тем, как Чжоу Сян снимается.

Ян Минсюй слегка нахмурился, колеблясь.

Чан также не понимал, что с ним происходит: этот человек ведь ничем его не задел, но он всё равно испытывал к нему какое-то внутреннее сопротивление.

Чжоу Сян улыбнулся:

— В это время суток тебе не поймать такси. Видишь, какое небо? Сейчас дождь начнётся. Я только что закончил работу, дел нет — подброшу тебя, если не против.

Заметив его колебания, Чжоу Сян рассмеялся:

— Да чего ты боишься? Моя машина, что ли, людей ест?

Янь Минсю не нашёл причины отказаться и кивнул:

— Тогда спасибо.

Чжоу Сян открыл багажник, вышел из машины и направился к багажу Янь Минсю, чтобы помочь с вещами. Янь Минсю почувствовал, что такое усердие выглядит как-то странно, и, крепко держа сумку, сказал:

— Я сам справлюсь.

Чжоу Сян приподнял крышку багажника, указав на беспорядочное пространство внутри:

— Извини, тут немного тесно.

Он был любителем активного отдыха, и в машине лежало много снаряжения, которое он ещё не успел убрать домой. Сумка Янь Минсю была не самой большой, но всё равно едва поместилась.

Чжоу Сян наклонился, аккуратно перекладывая свои вещи, чтобы освободить место для багажа Янь Минсю. Янь Минсю наблюдал за короткой щетиной на его голове, широкими и сильными плечами, длинной и грациозной шеей — и на мгновение потерял нить реальности. Почему этот человек сзади так напоминает ему Дуня?

Освободив место, Чжоу Сян сказал:

— Давай, клади сюда.

Янь Минсю поместил багаж, и они сели в машину. Чжоу Сян с улыбкой протянул правую руку:

— Меня зовут Чжоу Сян, «парящий» Сян.

Янь Минсю слегка улыбнулся и пожал ему руку:

— Я Янь Минсю.

— Куда едем? — спросил Чжоу Сян, наблюдая, как Янь Минсю пристёгивает ремень безопасности. Его бледная рука с длинными, изящными пальцами выглядела невероятно соблазнительно.

Янь Минсю уже хотел назвать ближайший отель, как вдруг зазвонил его телефон. На экране высветилось имя его сестры — Янь Минмэй. Она попросила его сначала приехать к ней, а завтра вместе поехать к родителям. Янь Минсю совсем не хотел туда ехать: он не хотел слушать от сестры подробности о ней и Ван Юйдуне. Но она всё-таки его сестра, и он не смог придумать причину для отказа. Положив трубку, он назвал адрес на Третьем кольце — там находилась квартира Янь Минмэй, купленная для удобства поездок на работу. В будни она там и жила.

Чжоу Сян улыбнулся:

— Это недалеко от моего дома.

Он развернул машину и, выехав с парковочного места, влился в поток машин на загруженной главной дороге.

Не успели они далеко уехать, как начался дождь. Янь Минсю молча смотрел на тёмное небо за окном, не проявляя желания заводить разговор с Чжоу Сяном.

Чжоу Сян, однако, не чувствовал неловкости. Он заговорил первым:

— Ты, наверное, фанат Ван Юйдуна?

Он помнил, как Янь Минсю восторженно реагировал на Ван Юйдуна днём. За годы работы с фанатами звёзд он привык к такому поведению и не удивлялся. Ему было лишь немного жаль: этот парень выглядел таким холодным и отстранённым, но только не когда речь заходила о Ван Юйдуне. Вот она, сила настоящей звезды.

Янь Минсю, конечно, не станет рассказывать постороннему человеку, что Ван Юйдун — парень его сестры, поэтому он отделался уклончивым ответом:

— Да, я фанат брата Дуна.

Чжоу Сян, предполагая, что Янь Минсю, скорее всего, недавно подписал контракт с какой-то компанией — иначе, даже с его потрясающей внешностью, он не смог бы так свободно появляться на съёмочной площадке, спросил:

— С какой компанией ты подписался?

Янь Минсю не понял, о чём речь:

— О какой компании?

— Ну, о компании по управлению карьерой артиста, — пояснил Чжоу Сян.

Янь Минсю наконец понял, о чём идёт речь, и ответил:

— Нет, я ни с кем не подписывал контракт.

Чжоу Сян удивлённо воскликнул:

— Ты ещё не подписал? Тогда подумай о нашей компании. Мы не такие крупные, но в кругах у нас и финансовые возможности, и связи на высоком уровне.

Янь Минсю, наконец осознав, что имеет в виду Чжоу Сян, пояснил:

— Я не собираюсь подписывать контракт ни с какой компанией. Я не хочу становиться звездой.

Чжоу Сян на мгновение замер, осознав, что ошибся в своих предположениях. Он улыбнулся:

— Извини, просто с твоей внешностью я подумал, что ты новичок в этой индустрии. Жаль, с твоими данными ты точно мог бы стать популярным.

Янь Минсю рассеянно ответил:

— Мне это неинтересно.

Он увидел, как хорошее настроение Ван Юйдуна было полностью испорчено одним телефонным звонком от его сестры. Янь Минсю знал: в глазах Ван Юйдуна он всегда останется просто младшим братом своей девушки. Но для него самого это значило куда больше…

Чжоу Сян, заметив, что Янь Минсю отвечает неохотно, почувствовал, что разговор становится скучным. Хотя ему было любопытно продолжить разговор, он понял, что его собеседник совершенно не заинтересован. Даже если Янь Минсю гей, что с того? Для геев всё просто: если двое мужчин нравятся друг другу, они это быстро понимают. Кто станет тратить время на поиски внутренней красоты? Чжоу Сян, хоть и сожалел немного, не был мелочным человеком. Уже само по себе то, что в пробке под проливным дождём рядом с ним сидит такой потрясающе красивый мужчина, было приятным событием. Он позволил себе немного помечтать, но держал язык за зубами, сосредоточившись на вождении, чтобы не раздражать спутника.

Чжоу Сян перестал пытаться поддержать беседу, но, чтобы разрядить напряжённую атмосферу в машине, включил музыку.

Машина уже въехала на Пятое кольцо и медленно, как черепаха, продвигалась вперёд. Сегодня была пятница, да ещё и лил сильный дождь, так что пробки были ужасными. Крупные капли дождя громко стучали по кузову, а в салоне тихо звучала мелодичная английская песня, создавая ощущение, будто внутри машины и снаружи — два разных мира. Они ясно чувствовали, что в этом маленьком мире внутри автомобиля остались только они вдвоём. Это было странное, почти магическое чувство. Янь Минсю не удержался и повернул голову, бросив взгляд на Чжоу Сяна. Тот одной рукой держал руль, а другой подпёр подбородок, локоть упирался в край окна. Он скучающе смотрел на густой дождевой туман впереди, его взгляд был рассеянным, и непонятно, о чём он думал.

Чжоу Сян не был красавцем в классическом понимании, но обладал той грубоватой мужской привлекательностью, что сразу бросалась в глаза. Его фигура была подтянутой, а от всего облика исходила чистая мужская энергия. Особенно завораживал его профиль — в нём угадывалось сходство с Ван Юйдуном, но если внешность Ван Юйдуна отличалась изысканной утончённостью, то Чжоу Сян выглядел куда более брутально и непринуждённо.

Янь Минсюй почувствовал странное волнение, и его взгляд задержался на Чжоу Сяне на пару секунд дольше, чем следовало. Чжоу Сян уловил этот взгляд, слегка повернул голову и бросил на него взгляд, в котором читалось что-то невыразимое, но невероятно соблазнительное. Янь Минсюй на мгновение замер, сразу поняв, что в этом взгляде скрывается — голая, неукротимая страсть. Медленно отвернувшись, он снова уставился в окно, и после короткой паузы равнодушно произнёс:

— Поедем к тебе.

Теперь уже Чжоу Сян застыл в изумлении. Он резко нажал на тормоз, и машина опасно приблизилась к впереди идущему автомобилю. За спиной тут же раздались возмущённые гудки, но Чжоу Сян, медленно отпуская педаль тормоза, позволил машине продолжить движение. Он всё ещё пребывал в шоке, но не смог сдержать улыбки:

— Ладно, у меня и ближе.

Внутри Чжоу Сяна всё ликовало. Он уже думал, что ничего не выйдет — особенно после того, как увидел такое холодное выражение на лице Янь Минсюя. Он даже не надеялся, что тот согласится с первого раза, и уже не собирался просить его номер. Но внезапно всё перевернулось — Янь Минсюй сам сделал первый шаг! Какой сегодня счастливый день — провести ночь с таким идеалом красоты, о котором ещё долго будет грезить!

Янь Минсюй отправил сестре короткое сообщение, что не придёт, и выключил телефон. Ему вовсе не хотелось идти к ней — одна мысль о том, что Ван Юйдун спал в её квартире, и не с ним, вызывала у него отвращение.

Чжоу Сян обычно наслаждался пробками, особенно когда рядом был такой соблазнительный спутник, но сейчас его терпение лопнуло — он рвался домой, будто крылья за спиной выросли. К сожалению, лететь он не умел, и ему приходилось медленно ползти в потоке машин.

Родители и младший брат Чжоу Сяна погибли в автокатастрофе, когда он ещё учился в начальной школе. Его отец работал заместителем директора на государственном предприятии, и в те времена, когда завод процветал, им выделили квартиру в Северном втором кольце Пекина — скромные семьдесят с лишним квадратных метров. Тогда это не казалось роскошью, но сейчас, когда цены на недвижимость в этом районе взлетели до небес, даже старая квартира стала настоящей находкой. Чжоу Сян был доволен — в шумном Пекине у него было своё надёжное убежище.

Припарковав машину у подъезда, он заметил, что дождь почти прекратился. Чжоу Сян быстро открыл багажник, и пока Янь Минсюй выходил из машины, уже схватил его вещи и помчался к подъезду, отряхивая с волос капли воды:

— Лампочка на втором этаже перегорела, смотри под ноги.

Янь Минсюй окинул взглядом лестничную клетку. Стены здесь недавно побелили, но сделали это небрежно — в таких старых домах обычно просто наносят слой шпаклевки поверх прежних следов времени, и с каждым разом стены становятся всё толще. Он бросил взгляд на свои вещи:

— Я сам понесу.

Чжоу Сян ловко взбежал по лестнице:

— Не церемонься, твои вещи почти невесомые. Да и мой этаж — всего третий.

—

На втором этаже, как и ожидалось, не горел свет. Обычно ещё хоть луна освещала лестничную клетку, но сегодня ливень скрыл её за плотной завесой туч. Чжоу Сян знал этот пролёт наизусть — даже с закрытыми глазами он мог подняться сюда без ошибки. Но он боялся, что Янь Минсю споткнётся, и хотел достать телефон, чтобы осветить путь. Однако не успел он даже вытащить его из кармана, как сам споткнулся о чемодан Янь Минсю. Подошвы его обуви были покрыты липкой грязью, и он, потеряв равновесие, начал падать назад.

Янь Минсю, находившийся позади, молниеносно обхватил его за талию одной рукой, а другой схватился за перила. Чжоу Сян тоже успел ухватиться за них, и теперь его спина полностью прижималась к груди Янь Минсю. Смутившись, он обернулся и робко улыбнулся.

Глубокие, пронзительные глаза Янь Минсю в тусклом свете, напротив, казались особенно яркими. Он пристально смотрел на Чжоу Сяна, их лица были так близко, что дыхание одного ощущалось на лице другого. Стоило лишь немного наклониться вперед, и их губы бы встретились. Чжоу Сян одарил его легкой, едва заметной улыбкой — при такой атмосфере невозможно было не продолжить. Он слегка наклонился и поцеловал Янь Минсю в губы.

Янь Минсю на мгновение замер, слегка раздраженный, но скоро мягкие губы Чжоу Сяна и легкий привкус табака в его поцелуе заставили его сердце забиться чаще. Он нежно прикусил губу Чжоу Сяна, углубляя поцелуй. Когда они разъединились, их взгляды стали другими — полными напряжения и желания.

Хриплым голосом Янь Минсю произнес:

— Входи.

Как только они вошли, Чжоу Сян прижал Янь Минсю к стене. Длинные пальцы ласкали его гладкую кожу, нежно улыбаясь:

— Маленький Янь, ты чертовски хорош собой.

Янь Минсю протянул руку и схватил Чжоу Сяна за уже возбужденную часть тела, слегка приподняв уголок рта:

— Да, вижу, тебе очень нравится.

Чжоу Сян нежно лизнул уголок его губ и тихо прошептал:

— Нравится, конечно нравится.

Чжоу Сян прижал Янь Минсю за затылок, усиливая поцелуй. Его губы нежно, но настойчиво скользили по губам партнера, а язык проник в приоткрытый рот Янь Минсю, переплетаясь с его языком, искусно дразня и притягивая.

С тех пор как Чжоу Сян в подростковом возрасте осознал, что он гей, прошло много лет. У него было два серьезных романа, но они не оставили в его сердце особого следа. Было несколько более или менее продолжительных связей, но случайных связей было немного — он не был распутным, просто у него были здоровые физиологические потребности. Для него стабильные и искренние отношения были роскошью, недостижимой мечтой. В их кругу мало кто мог пройти весь путь до конца, и Чжоу Сян тоже мечтал встретить того, кто будет искренним. Но до тех пор, пока этого не произошло, заниматься сексом с теми, кто ему нравится, было более чем реальной потребностью.

Янь Минсю только что исполнилось двадцать, он был молод, хоть и не наивен, но его сексуальный опыт был невелик. Он не мог противостоять такой страстной и опытной игре Чжоу Сяна. Их дыхание стало тяжелым, а в переплетении губ и зубов чувствовался густой аромат страсти.

Рука Янь Минсю проскользнула под одежду Чжоу Сяна, лаская его гладкую, крепкую спину. Рука Чжоу Сяна также проникла под одежду Янь Минсю, и они взаимно ласкали друг друга, атмосфера становилась все более накаленной.

Янь Минсю запрокинул голову, позволяя Чжоу Сяну целовать его кадык и ключицы. Его рука продолжала спускаться, пока он не обхватил Чжоу Сяна за талию и не прижал его к стене, просунув руку в его штаны и сжимая упругие ягодицы.

Движения Янь Минсю становились все более властными, а Чжоу Сян, увлеченный игрой, лишь через некоторое время понял, что что-то не так. Он резко очнулся и схватил руку Янь Минсю, которая направлялась к его интимной зоне.

Янь Минсю тоже замер.

Оба осознали, что что-то пошло не так.

Чжоу Сян смущённо произнёс:

— Ты тоже **один**.

Янь Минсю не ответил, лишь нахмурился, уставившись на него. Дело уже почти дошло до самого интересного, но было резко прервано — кому угодно это не понравится, особенно такому самодостаточному человеку, как Янь Минсю. Оба словно окатило ледяной водой: страсть мгновенно угасла. Взаимное влечение — это хорошо, но когда они уже почти оказались на кровати и поняли, что оба **один**, это действительно разочаровывало.

Чжоу Сян не был принципиально против роли **ноля**, но он и не планировал этого. Нельзя же просто так, получив «оружие», сразу бросаться в бой — нужно хотя бы немного подготовиться, привыкнуть к мысли. Да и видя мрачное лицо Янь Минсю, он понял: сегодня точно ничего не получится.

Чжоу Сян был одновременно досадован и разочарован. Красавец невероятной привлекательности был так близко, они уже целовались, прикасались друг к другу, но всё застопорилось на вопросе, кто будет сверху. Даже если бы он и хотел продолжить, теперь это было бы слишком неловко.

Янь Минсю, явно раздражённый, схватил сумку:

— Я ухожу.

Чжоу Сян удержал его за руку:

— Эй, не уходи. Посмотри, какая за окном ливень! Куда ты сейчас денешься? Здесь низменность, возможно, машины уже не выберутся. Пусть у нас ничего и не получилось, но я же не стану тебя выгонять. Раз уж ты пришёл, оставайся на ночь.

Янь Минсю бросил взгляд на окно: ливень не собирался утихать, и как уйти в такую погоду — действительно вопрос.

Чжоу Сян выхватил у него чемодан и поставил у обувного шкафа:

— Давай, проходи внутрь. Мы ещё не ужинали — сначала решим бытовые вопросы.

Лишь теперь Янь Минсю смог как следует рассмотреть квартиру.

Семьдесят с лишним квадратных метров, две комнаты и две гостиные. Планировка не самая удобная, но пространство не казалось тесным. Дому уже немало лет, мебель и обстановка носят на себе отпечаток времени, но повсюду видно, как хозяин тщательно следит за чистотой и уютом. Здесь всё аккуратно, свежо и по-домашнему тепло — совсем не как у типичного холостяка. Это полностью соответствовало впечатлению, которое производил сам Чжоу Сян.

Чжоу Сян быстро взял себя в руки, делая вид, что ничего особенного не произошло, и протянул Янь Минсю тапочки.

Они разгорячились ещё в прихожей, даже не успев разуться. Вспоминая минуты страсти, оба чувствовали неловкость.

Янь Минсю вошёл в комнату, и Чжоу Сян налил ему воды, улыбаясь мягко:

— Что будешь на ужин?

— Всё равно.

— Тогда смотри телевизор, я пока приготовлю.

Янь Минсю кивнул, его лицо слегка смягчилось.

Кухня была открытого типа, совмещённая со столовой, и от гостиной её отделяла лишь прозрачная стеклянная перегородка. Янь Минсю достаточно было повернуть голову, чтобы видеть, как Чжоу Сян суетится у плиты.

Он прищурился, не отрывая взгляда от мечущейся перед глазами фигуры, и почувствовал, как внизу живота снова собирается жар.

Ему представилось, что стоит там, у плиты, и готовит ужин не Чжоу Сян, а Ван Юйдун.

Тот силуэт, невероятно похожий на Ван Юйдуна, расплылся в его сознании, а затем полностью слился с образом Ван Юйдуна, будто в следующую секунду тот обернётся, и на его изящном, утончённом лице появится нежная улыбка, а мягкий голос спросит: «Что ты хочешь съесть вечером?»

Он фантазировал, как обнимет этого человека сзади, разорвёт на нём одежду и сделает всё, что только можно представить, оставив на его теле свои метки. Но внезапно силуэт обернулся, и перед ним предстало лицо Чжоу Сяна, разбив все его грёзы. Чжоу Сян улыбнулся и спросил: «Ты перчишь?»

В груди Янь Минсюя вспыхнуло неконтролируемое раздражение, и он резко ответил: «Нет.»

Чжоу Сян, похоже, почувствовал его недовольство, но лишь пожал плечами, не придав этому значения. Янь Минсюю было лет на десять меньше, и он не собирался ссориться с мальчишкой.

После смерти родителей он жил у нескольких родственников, но это было невыносимо: его не воспринимали всерьёз, перебрасывали от одного к другому, как ненужную вещь. Не выдержав, он сбежал обратно и с четвёртого класса начал сам готовить, стирать, вести хозяйство. В бытовых делах он не имел себе равных.

Через полчаса рис был готов, а вместе с ним и три блюда с супом. Чжоу Сян поставил на стол горячую, ароматную еду и позвал: «Иди есть, уже больше восьми.»

Янь Минсюй подошёл к столу и посмотрел на блюда — простую домашнюю еду, которую он не ел много лет. Он сел и не удержался от похвалы: «Ты хорошо готовишь, очень вкусно пахнет.»

Чжоу Сян улыбнулся и слегка ущипнул его за нежную щеку: «Ещё вкуснее на вкус. Давай, ешь, а потом улыбнись Сян-ге.»

Чжоу Сян всегда был великодушен и тактичен, и Янь Минсюй не мог разозлиться. Он смущённо улыбнулся, взял палочками кусочек картошки и положил в рот.

Чжоу Сян налил ему суп: «Ну как? Вкусно?»

Янь Минсюй впервые улыбнулся естественно: «Да, вкусно.»

Чжоу Сян тоже обрадовался: «Ешь побольше. В холодильнике ещё вчерашняя груша в ледяном сахаре, оставь место для десерта.»

Они ели в приятной атмосфере, будто и не было той неловкости, что возникла, когда они только вошли.

После ужина Янь Минсюй продолжил смотреть телевизор, а Чжоу Сян ушёл убирать на кухне. Закончив, он принёс десерт и чай. В его доме давно не было гостей, и он редко приводил кого-то домой. Даже если приводил, то всё обычно ограничивалось сексом, и времени на чаепитие с беседой не оставалось.

Хотя цель и не была достигнута, провести такой дождливый вечер с Янь Минсюем, просто поговорив, было довольно романтично, и настроение Чжоу Сяна оставалось хорошим.

Чжоу Сян беседовал с Янь Минсю, расспрашивая о том, чем тот сейчас занимается. Янь Минсю поступил в университет довольно рано, и, хотя ему только исполнилось двадцать, он уже успел окончить его и теперь вернулся домой работать. Он не раскрывал много деталей, но Чжоу Сян был искренне заинтересован. Они разговаривали долго, и Чжоу Сян, будучи человеком остроумным и тактичным, сумел расположить к себе собеседника. К концу разговора Янь Минсю уже не казался таким сдержанным, а иногда даже улыбался так, что у Чжоу Сяна замирало сердце.

Глядя на него, Чжоу Сян не мог сдержать волнения — давно он не испытывал таких чувств.

Время летело незаметно, и вот уже на часах было за десять вечера. Янь Минсю зевнул, и Чжоу Сян тоже почувствовал усталость — оба порядком устали за день.

— Я тебя так долго задержал, — улыбнулся Чжоу Сян. — Ты, наверное, устал. Иди прими душ и ложись спать.

Янь Минсю открыл свой чемодан, достал чистую одежду и отправился в ванную. Когда он вышел оттуда, Чжоу Сян как раз поливал цветы. Обернувшись, он увидел Янь Минсю в просторной пижаме и шортах — тот выглядел свежим и невероятно привлекательным.

Они переглянулись, и оба почувствовали нечто особенное, но, вспомнив неловкость, случившуюся несколько часов назад, никто не решился на дальнейшие действия.

— Я нашёл чистое постельное бельё, — Чжоу Сян указал на спальню. — Сегодня тебе придётся немного потерпеть — спи со мной, потому что гостевая комната давно не убиралась и не пригодна для сна.

Янь Минсю кивнул и направился в спальню.

Чжоу Сян, выйдя из ванной, обнаружил, что Янь Минсю, казалось, уже крепко спал. Он осторожно вошёл в спальню и услышал ровное дыхание Янь Минсю. Подойдя ближе, Чжоу Сян увидел, что тот действительно уснул от усталости: длинные ресницы отбрасывали на веки полукруглые тени, а прямая линия носа и губ придавали его профилю совершенную красоту. От одного взгляда на это лицо у Чжоу Сяна забилось сердце.

Чжоу Сян не считает себя человеком, который судит о других по внешности, но не может не признать, что в кругах геев многие поверхностны. Мужчины часто больше женщин зависят от визуальных стимулов, оценивая, кто красивее, у кого лучше телосложение или кто обладает большими достоинствами. В этой среде мало кто уделяет внимание внутреннему миру. При такой внешности, как у Янь Минсю, Чжоу Сяну сложно оставаться равнодушным.

Ничего особенного сегодня не произошло, и Чжоу Сян почувствовал лёгкое разочарование. Он наклонился и украдкой поцеловал Янь Минсю в щеку, прежде чем забраться в постель и лечь рядом с ним.

Янь Минсю приоткрыл глаза, когда Чжоу Сян лёг, и в его взгляде мелькнуло что-то неопределённое.

После долгого перелёта Янь Минсю был настолько измотан, что проспал до двух часов дня. Проснувшись, он почувствовал лёгкую дезориентацию и не сразу понял, где находится. Встряхнув головой, он вспомнил: он в доме мужчины, которого знает всего один день, и чуть не лёг с ним в постель. Раньше Янь Минсю никогда не оставался на ночь у партнёров и тем более не приводил их к себе. Но вчера, без малейшего внутреннего сопротивления, он пошёл с Чжоу Сяном к нему домой. В голове неотступно стояла картина: Чжоу Сян, готовящий еду, его спина, полная спокойной уверенности.

Он тупо уставился на пустую половину кровати, ощущая странную смесь незнакомости и фантазий.

В этот момент в комнату вошёл Чжоу Сян. Увидев, что Янь Минсю проснулся, он приподнял бровь и сказал:

— Ты спал как убитый, целых четырнадцать часов.

Голос Янь Минсю был слегка охрипшим:

— Я только что прилетел, не спал больше двадцати часов.

Чжоу Сян улыбнулся:

— Я приготовил тебе новую зубную щётку и полотенце. Пойди умойся, а потом выходи есть. Я разогрею еду.

Янь Минсю, ещё не совсем проснувшийся, покачиваясь, направился в ванную. Новая зубная щётка и полотенце уже лежали на умывальнике, как будто он живёт здесь. Эта мысль вызвала у него насмешливую улыбку.

Вымывшись, он вышел из ванной, и аромат еды сразу же ударил в нос. За столько лет за границей он привык жить один, и проснуться с готовым завтраком было необычно приятно.

Чжоу Сян отодвинул стул:

— Давай, ешь, наверное, проголодался?

Янь Минсю кивнул, потянулся и сказал:

— Не думал, что просплю так долго.

Чжоу Сян сел рядом и, наблюдая, как тот ест, спросил:

— Ты сегодня возвращаешься домой? Я могу тебя отвезти.

Янь Минсю кивнул:

— Не надо, дождь закончился, я сам вызову такси.

Не за что так вежливо отказываться, сегодня мой выходной.

— Не надо, — отрезал Ян Минсю, усилив интонацию.

Чжоу Сян нехотя уступил: — Ладно, обычно здесь без проблем можно поймать такси.

После еды Ян Минсю включил телефон — на экран тут же высыпалось несколько сообщений, почти все от сестры. Ему стало дурно на душе, он поморщился, но пересил себя и перезвонил.

— Алло? Минсю? Что с тобой, почему телефон выключен?

— Села батарейка.

— Не мог в отеле зарядить? В каком ты отеле? Я же говорила, если дождь не даст вернуться, я за тобой приеду.

— Не надо, вчера лило слишком сильно, сейчас поеду домой.

— Где ты? Я за тобой приеду.

— Не надо, я уже вызвал машину.

— Что с тобой? Голос какой-то вялый, заболел?

Ян Минсю и сам не понял, почему, но голос сестры сейчас действовал ему на нервы. Ему хотелось бросить трубку, но он сдержался:

— Нет, я сам доберусь, не волнуйся.

Он положил трубку и едва слышно вздохнул.

Чжоу Сян сидел на диване и с улыбкой спросил:

— Уже уходишь?

— Да, — кивнул Ян Минсю.

— Оставь свой номер.

Ян Минсю подошёл, наклонился, взял у него телефон и набрал свой номер. Вернув аппарат, он увидел, как Чжоу Сян обвил его шею рукой и, прищурившись, улыбнулся:

— Ещё увидимся?

Ян Минсю прищурился, его свежее дыхание коснулось лица Чжоу Сяна:

— Если захочешь, чтобы я был сверху.

Чжоу Сян рассмеялся:

— Да это не проблема, но у тебя есть опыт? Я же рабочий, не выдержу травм.

Ян Минсю слегка улыбнулся:

— Попробуй — узнаешь.

Чжоу Сян нежно чмокнул его в губы:

— А почему бы не остаться сегодня?

Ян Минсю встал:

— Сегодня нужно вернуться домой, отчитаться. В другой раз.

В глазах Чжоу Сяна промелькнуло сожаление:

— Ладно, провожу тебя вниз.

Он и правда ещё никогда не уделял столько внимания своим случайным партнёрам.

Чжоу Сян проводил Ян Минсю до такси и с неохотой вернулся домой. Он вертел в руках телефон, глядя на сохранённый номер, и в мыслях уже рисовал их следующую встречу.

☆

**Глава десятая**

Чжоу Сян два дня отдыхал дома. Когда работы много, он может трудиться до глубокой ночи, а когда дел нет — не выходит из дома по неделе. За эти дни он отправил Ян Минсю два сообщения, но оба остались без ответа. Чжоу Сян разочарованно подумал, что даже если сам назначит встречу, вряд ли она состоится.

Как раз в прошлом месяце он познакомился с молодой моделью по имени А Бэй, который пригласил его на ужин и обещал привести друга. Чжоу Сян, не имея других дел, согласился.

Эти двое только-только приехали в столицу, пытаясь найти своё место под солнцем. У них были лишь симпатичные, но ещё не раскрученные лица, но не было ни денег, ни связей, ни влиятельных знакомых. Они едва сводили концы с концами, подрабатывая на съёмках для полиграфии или фотографируя наряды для интернет-магазинов. Иногда, когда им хотелось вкусно поесть, они звали Чжоу Сян, и он, всегда добродушный, с радостью угощал их чем-нибудь аппетитным. Он сам когда-то был таким же «северным дрейфером» и отлично понимал, через что им приходится проходить.

После ужина Чжоу Сян отвёз их домой. У подъезда их съёмной квартиры А Бэй потянул его за рукав, намекая на желание устроить тройственную игру. Чжоу Сян взглянул на этих двух «маленьких бесов» с их жадными взглядами и едва сдержал вздох. С одним он бы ещё как-то справился, но вдвоём — это было выше его сил. Он не хотел признаваться, что просто не потянет физически такую нагрузку, и поэтому, сославшись на неотложные дела, попытался уйти.

Новый знакомый парень недовольно надул губы:

— Брат Сян, ты что, пренебрегаешь мной?

Чжоу Сян только горько усмехнулся:

— Да что ты, у меня и правда дела.

Он же не мог сказать им правду: «Ребята, я просто не выдержу вас двоих». Как-то это слишком унизительно звучало.

А Бэй не отпускал его, цепляясь за одежду:

— Брат Сян, я же своему другу нахваливал тебя, говорил, какой ты мастер. Ну давай, поиграем немного.

Чжоу Сян ласково похлопал его по щеке:

— Хватит уже, брат сегодня и правда занят. Друзья ждут.

— Какие ещё друзья? — недовольно буркнул А Бэй. — Или у тебя дома кто-то ещё лежит, ждёт?

— Да нет же, — Чжоу Сян мягко отстранил его. — Успокойся, не капризничай.

А Бэй нехотя вздохнул и наконец признался:

— Брат Сян, нам нужно кое-что попросить тебя.

— О чём речь? — Чжоу Сян сразу понял, что тут что-то кроется. Лучше бы они сразу сказали, в чём дело.

— Ваша компания же проводит набор моделей? Помоги нам, передай наши данные куда надо.

— Ладно, это не проблема, — согласился Чжоу Сян.

— Спасибо, брат Сян, — А Бэй чмокнул его в щёку.

Чжоу Сян улыбнулся:

— Да не за что.

А Бэй жалобно протянул:

— Брат Сян, я не из-за этого хотел быть с тобой. Мне и правда нравишься ты. Ты точно не согласишься?

Чжоу Сян уже начал чувствовать головную боль и хотел что-то ответить, как вдруг его телефон зазвонил. Он достал его и увидел, что звонит Янь Минсю. От этого известия он даже обрадовался и поскорее принял вызов:

— Алло?

— Алло, ты где?

— Я… только что закончил дела, как раз собирался домой.

«Пойдём со мной поедим.» — «Хорошо, куда хочешь? Я за тобой заеду?» — «Не надо, в Гунти. Я пришлю адрес, приезжай сразу.» С этими словами трубка отключилась.

Чжоу Сян убрал телефон и поднял голову, увидев, как те двое парней с недобрыми улыбками смотрят на него. В машине было тесно и тихо, они явно всё слышали.

— Вот оно что, — насмешливо протянул А Бэй, подмигивая, — неудивительно, что ты так спешил. Голосок-то какой сладкий, певица, что ли?

Чжоу Сян лишь улыбнулся и не стал ничего объяснять.

— Раз у Сян-ге назначена встреча с красавицей, мы не будем мешать. Быстро иди, — сказал один из парней.

Чжоу Сян потёр его голову и ответил:

— Пришлите мне ваши материалы, чем смогу помочь — помогу.

Когда парни ушли, Чжоу Сян нетерпеливо помчался на машине в сторону Гунти.

Он нашёл тайский ресторан по сообщению от Янь Минсюя. Зайдя в отдельный кабинет, он увидел, что Янь Минсюй уже сидит на диване, скрестив ноги, и внимательно изучает меню, словно перед ним контракт на миллионы. Рядом стояла официантка, почтительно склонившая голову, украдкой разглядывая его лицо с блестящими глазами.

Чжоу Сян вошёл, и оба обернулись. Он радостно поздоровался с Янь Минсюем:

— Извини, я опоздал.

— Ничего, я тоже только что пришёл.

Чжоу Сян сел рядом, и официантка сразу же налила ему чаю. Вкус был необычный, возможно, это был чай из Таиланда.

Янь Минсюй закрыл меню:

— Давай закажем это.

Чжоу Сян поспешно сказал:

— Не заказывай слишком много, я перед приходом перекусил.

На самом деле он уже хорошо поел.

— Ты уже ел? — удивился Янь Минсюй.

— О, нет, просто дома перекусил, не очень голоден.

— Здесь и так не так много блюд, — сказал Янь Минсюй, передавая меню официантке.

Когда официантка вышла, в просторном кабинете остались только они двое. Чжоу Сян спросил:

— Снаружи так много народу, а нам целый кабинет? — Он подумал, что минимальный заказ здесь, наверное, недёшев.

Янь Минсюй даже не обратил внимания на его слова, а лишь странно посмотрел на его губы.

Чжоу Сян заговорил ещё раз, но, увидев, что Янь Минсюй продолжает смотреть на него, почувствовал, что атмосфера изменилась. Он прочистил горло и мягко, но настойчиво сказал:

— Почему сегодня решил пригласить меня? Я писал тебе, но ты не отвечал. Думал, ты уже забыл, кто я такой.

— Лень было отвечать, — равнодушно бросил Янь Минсюй.

Эта надменность в обычном человеке вызвала бы раздражение, но у Янь Минсюя каждая эмоция, каждый жест казались невероятно привлекательными. Даже его ленивая и равнодушная манера заставляла Чжоу Сяна внутренне трепетать. Он начал сомневаться, не слишком ли он «голоден». Может, стоило остаться с А Бэем и компанией, возможно, после того как всё закончилось бы, он не так бы фантазировал о человеке перед собой, не чувствовал себя как голодный волк.

Янь Минсюй бросил на него мимолётный взгляд. Чжоу Сян не скрывал своей привязанности и желания, и, честно говоря, в этом не было никакой необходимости — между мужчинами лучше быть прямым, каждый получает то, что хочет.

Чжоу Сян приблизился к нему и тихо прошептал:

— Так ты всё-таки забыл меня или нет?

Янь Минсюй приподнял его подбородок и едва коснулся губ:

— Возможно, только что вспомнил.

Чжоу Сян тихо рассмеялся:

— Как раз вовремя.

Он прикусил губу Янь Минсюя и слегка потянул:

— Я же каждый день думаю о тебе.

Янь Минсюй тихо произнёс:

— Думаешь обо мне? Или о том, чтобы я взял тебя?

— На самом деле, я думаю о том, чтобы взять тебя, но если ты не хочешь, мне придётся уступить.

— Ты правда никогда не был снизу?

Чжоу Сян пошутил:

— Нет. В детстве я хотел, но меня не брали — говорили, что я выгляжу слишком зрело. А когда вырос, стало ещё хуже. В нашем кругу и так «нулей» больше, чем «единиц». Столько молодых парней ждут меня, зачем мне искать того, кто возьмёт меня?

Янь Минсюй нежно просунул руку под его одежду, сжал упругую талию и хриплым голосом произнёс:

— Значит, если ты будешь со мной, это будет впервые?

Чжоу Сян хихикнул:

— Точно. Ты будешь нести ответственность?

— За что отвечать, если ещё ничего не было? Бумажки подписывать?

— Тогда бери меня. — Чжоу Сян закрыл ему рот и просунул язык внутрь. В перерывах между поцелуями он пробормотал:

— А то зачем ты пригласил меня на ужин?

Янь Минсюй не стал тратить слова понапрасну. Они оба взрослые, незачем стесняться. Он отвечал на поцелуй Чжоу Сяна с ещё большей силой, представляя, как сегодня вечером прижмёт этого мужчину к кровати и возьмёт его с неистовой страстью. Это обещало быть очень приятным.

Он будет брать его сзади, сжимая его волосы, заставляя подаваться назад. Эти ровные мышцы и изящная фигура точно разожгут его желание, потому что они так напоминают Ван Юйдуна — того Ван Юйдуна, о котором он мечтал каждую ночь.

Их страстный, влажный поцелуй достиг апогея, когда дверь в кабинет постучали. Затем вошли несколько молодых девушек с подносами.

Чжоу Сян попытался оттолкнуть Янь Минсюя. Хотя он не скрывал своей ориентации, но не хотел пугать этих девочек-подростков.

Но Янь Минсюй крепко держал его за талию, ещё сильнее прижимая к дивану, а его язык продолжал ласкать корни зубов Чжоу Сяна. По углам рта Чжоу Сяна, который не мог сомкнуть губы, проступила прозрачная слюна.

Девушки застыли в ужасе, не зная, что делать — оставаться или уходить.

Янь Минсюй наконец-то отпустил Чжоу Сяна, облизал губы и холодно бросил на девушек взгляд:

— Ставьте еду. Чего встали?

Чжоу Сян провёл рукой по губам и нежно улыбнулся девушкам, пытаясь успокоить их испуг.

Янь Минсюй прищурился, глядя на улыбку Чжоу Сяна, и вдруг понял: Чжоу Сян улыбается не только ему. Он так улыбается всем.

Эта мысль вызвала у Янь Минсюя неприятное чувство.

Девушки, изо всех сил пытаясь сохранять спокойствие, расставляли блюда на столе. Чжоу Сян, заметив их смущение, почувствовал себя неловко и сказал: «Вы можете уйти, как только расставите блюда. Ваши услуги больше не потребуются.» Девушки украдкой бросили взгляды то на него, то на Янь Минсю, и, покраснев, выбежали из комнаты.

Чжоу Сян толкнул плечом Янь Минсю и с улыбкой заметил: «Да ты и вправду смелый, не ожидал от тебя такого.»

Янь Минсю остался равнодушен: «Давай есть.»

Изначально этот кабинет был рассчитан на восемь-десять человек, но специально для Янь Минсю и его компании заменили большой стол на длинный шестиместный. Они сели друг напротив друга и стали наслаждаться таиландскими блюдами, каждое из которых было не только вкусным, но и искусно украшенным.

Чжоу Сян попробовал несколько кусочков и восхищённо произнёс: «Просто объедение! Я не раз проходил мимо этого ресторана, но так ни разу и не зашёл.»

Янь Минсю, не отличавшийся разговорчивостью, отозвался парой ничего не значащих фраз, а затем неожиданно спросил: «Сколько тебе лет?»

Чжоу Сян моргнул: «Тридцать один цветок, хотя на самом деле мне двадцать девять.»

«Твоя работа — быть дублёром?»

«Да, дублёром в трюковых сценах.»

«Это же опасно?»

«Опасность — не главное. На самом деле, опасные ситуации случаются не так часто. Просто многие актёры не могут выполнить некоторые движения, и чтобы достичь нужного эффекта, приходится привлекать дублёров.»

«Сколько ты уже работаешь?»

Чжоу Сян задумался: «Я окончил спортивную школу в девятнадцать, потом год с небольшим проработал продавцом, потом ещё какое-то время подрабатывал в киноиндустрии. Настоящая работа дублёра началась, когда мне было двадцать два. Уже почти восемь лет.»

Янь Минсю слегка нахмурился: «Обычно за такое время люди уже начинают получать роли второго плана. Ты, кажется, не слишком преуспел.»

Чжоу Сян лишь улыбнулся, не обращая внимания на его слова: «Если бы я выглядел как ты, то, возможно, и ролей было бы больше. А с моей внешностью подходят только роли простых бандитов или полицейских. У меня слишком узкий диапазон ролей. Если бы была возможность заработать побольше, я бы не отказался, но если её нет, то и работа дублёром меня вполне устраивает.»

Янь Минсю продолжил: «Ты что, собираешься делать это всю жизнь? Что будешь делать, когда тело уже не сможет справиться?»

Чжоу Сян легко отмахнулся: «Тогда переквалифицируюсь в агенты. Ведь я уже знаю все тонкости этой работы. Зачем думать так далеко?»

Он действительно жил легко и непринуждённо: без семьи, без обязательств, не обременённый заботами о родителях или о продолжении рода. Ему не нужно было думать о том, как содержать семью или растить детей, потому что он знал, что этого никогда не будет. Ему хватало того, чтобы отложить немного денег на старость.

Чжоу Сян думал, что для такого молодого человека, как Янь Минсю, с его большими перспективами и мечтами, жизнь без чёткого плана была бы непредставима. Но он и не собирался объяснять это Янь Минсю.

Чжоу Сян опустил палочки для еды после того, как немного поел. Еда была вкусная, но он больше не мог есть. Поэтому он просто сидел и болтал, одновременно помогая Мин Сю, вынимая крабовое мясо из скорлупы, обмакнивая в соус с желтым карри, и укладывая его к нему на тарелку.

Это очевидное безумное действие заставило Мин Сю чувствовать себя очень довольным, Ему служили люди с детства, поэтому он не чувствовал, что с этим что-то не так. Он действительно наслаждался тем, что Чжоу Сян служил ему.

Мин Сю видел, что Чжоу Сян очень его хочет. Чжой Сян, вероятно, один из тех редких людей, которые очень внимательны к людям и которого не хочется останавливать, потому что такая внимательность Чжоу Сяна не раздражает. Вместо этого он позволял людям почувствовать его энтузиазм и теплую нежность.

После того, как двое закончили есть, Чжоу Сян извинился, чтобы воспользоваться уборной, желая оплатить счет.

Мин Сю указал на направление окна: «В этой отдельной комнате есть комната отдыха».

«О, я тоже хотел пойти покурить сигарету». Он полагал, что эта еда, должно быть, стоила больших денег. У него хороший доход, в то время как Мин Сю только что окончил колледж и, вероятно, еще не нашел работу.

После того, как Чжоу Сян пошел в туалет, он пошел в кассу, чтобы оплатить счет.

Кассир вынул счет, чтобы посмотреть: «Сэр, ваш стол в кредит. Нет необходимости платить.»

«Что это значит?»

«В нашем ресторане действует система членства. В этой комнате забронирован участник, и ей не нужно платить наличными».

Чжоу Сян сказал «Оу». Хорошо, тогда сэкономьте мои деньги.

Когда Чжоу Сян вернулся в комнату, Мин Сю уже встал, намереваясь уйти. Рука Чжоу Сяна прижалась к двери, когда он улыбнулся и спросил его: «Сейчас только девять часов, давай найдем место, чтобы выпить?»

Мин Сю покачал головой: «Без разницы».

«Тогда куда ты хочешь пойти?»

«Твое место».

Чжоу Сян несколько раз рассмеялся, затем понизил голос и смутно спросил: «Почему я могу не видить, что ты на самом деле так хочешь (чтобы заниматься сексом)?»

Мин Сю отвечает: «Мне просто не нравятся шумные места».

«Отлично. Пойдем ко мне домой. У меня тихо.»

После того, как они вышли из ресторана, Чжоу Сян пошел прямо за своей машиной. Мин Сю обдумал, а затем позвал своего водителя, чтобы он помог забрать его машину, когда он уехал в машине Чжоу Сяна.

Дом Чжоу Сяна маленький и старый, но Мин Сю по незнанию это очень нравится. Вероятно, это связано с тем, что этот дом «домашний», и везде он полон жизни.

Когда они вернулись домой, Чжоу Сян снял куртку и бросил ее на диван, а затем повернулся, чтобы спросить Мин Сю, «Ты хочешь сначала принять душ или меня? или Он облизнул губы и лукаво улыбнулся: «Вместе?»

Мин Сю сжал подбородок. «Сначала, подожди меня в постели после того, как закончишь».

Чжоу Сян засмеялся: «Без проблем». Сказав это, он напевал небольшую песню и пошел принять душ. После душа он особенно разбрызгивал на себя немного одеколона.

Пока Мин Сю принимал душ, Чжоу Сян достал смазку и презерватив. Это то, что обычно не используется им. Для Чжоу Сян, это довольно странно. Сегодня он потеряет свою девственность. Он не знал, будет ли это больно или нет, но это его не сильно волновало. Если бы это не доставло удовольствия, не было бы так много геев, желающих быть трахнутыми мужчинами. Этот новый опыт в роли пассива обещал быть очень захватывающим.

Чжоу Сян также сознательно сжег ароматную свечу, чтобы сделать атмосферу более романтичной. Заниматься любовью — важное удовольствие. Если все сделано хорошо, это запомнится надолго, особенно с таким потрясающим человеком, как Мин Сю. Он должен принять это всерьез.

Через некоторое время вышел Мин Сю. Как только он вошел в спальню, он увидел, что Чжоу Сян, всё ещё одетый в черные трусы, сидит на кровати, улыбаясь ему. Чжоу Сян очень мужественный. Он хорошо сложен… Его мышцы красивые ровные и не слишком накачанные, и было уже видно что его член уже несколько возбуждён. И от него исходит настолько сексуальный аромат, что обычно парни не могут устоять перед ним.

Мин Сю был вполне доволен внешностью Чжоу Сяна. Гладкая и хитрая, но страстная личность Чжоу Сяна, смешанная вместе, просто идеальна. Это делает этого 30-летнего мужчину полным зрелых чар… настолько, что люди не могут помочь, но хотят приручить его.

Чжоу Сян улыбнулся ему: «Давай сначала договоримся о чем-то. Я все еще должен работать послезавтра. Если твои навыки не на должном уровне, лучше скажи заранее, не обманывай меня». Он слышал о людях, которые должны были идти в больницу с первого раза (будучи 0). Он просто хочет заняться сексом. Это все. Он не хотел смущаться. Хотя его слова звучат довольно консервативно, глаза Чжоу Сяна уже мельком поглядели на пресс Мин Сю. Его мышцы слишком красивы, а кожа настолько изящна, что осият. Мин Сю выглядит очень худым, когда он носит одежду, но это, вероятно, потому, что он такой высокий. Чжоу Сян не ожидал, что, как только Мин Сю снимет свою одежду, его тело станет таким крепким, в паре с его длинными ногами и лицом, щелкнув мышью (щелкнув языком) его настроение прямо сейчас похоже на прямого мужчину, занимающийся сексом с исключительной красотой.

Тонкие пальцы Мин Сю аккуратно развязывали узел банного полотенца.Чжоу Сяна не мог отвести взгляд от пальцев Мин Сю. Нужно только немного потянуть полотенце, и Чжоу Сян сможет увидеть то, что он так хочет увидеть.

Наконец Мин Сю развязал и отбросил банное полотенце. Размер большого члена Мин Сю между его ног, поразил воображение Чжоу Сяна. Даже в невозбужденном состоянии он был значительно крупнее чем у него.

Мин Сю медленно подошел, Чжоу Сян сел на кровати и потянул его на себя. Кровать. Чжоу Сян взобрался на него и слабо улыбнулся: «Мин Сю, ты так чертовски гипнотизируешь меня». Он говорил сладкие слова многим людям на кровати, но это предложение сегодня абсолютно душевное.

Рука Мин Сю блуждала по всему телу Чжоу Сяна, хрипло пробормотав: «Я покажу тебе, смогут ли мои навыки пройти.»

Чжоу Сян улыбнулся и прильнув к губам Мин Сюна стал их сосать, очень нежно и осторожно пробуя их. Мин Сю продолжал ласкать его тело, ему нравилась его гладкая и упругая кожа.

После того, как Чжоу Сян насытился, сося губы Мин Сю, он перешел к подбородку и осторожно укусил его зубами. Дыхание Мин Сю заметно усилилось. Он перевернулся и подмял Чжоу Сяна под себя. Затем схватил член Чжоу Сяна и стал его гладить.

Чжоу Сян также схватил большой возбуждённый член Мин Сю. Этот размер действительно доставляет удовольствие, вызывая бесконечное восхищение. Двое целовались, поглаживая друг друга с возрастающим возжелением. Сцепившись, как две змеи, катающиеся по постели, их горячие тела плотно прижимались друг к другу, в результате чего температура их тела постоянно повышалась, а кровь кипела.

Мин Сю погладил твердую задницу Чжоу Сяна: «Перевернись.»

Чжоу Сян перевернулся на другую сторону, теперь они находились в положении сверху вниз (6-9). Одной рукой он прижал бедро к Мин Сю, а другой рукой вставил его твердый пенис себе в рот. Минет Чжоу Сяна был великолепен. И уже после нескольких движений большой член Мин Сю увеличился еще больше.

В то же время вся нижняя часть тела Чжоу Сяна оказалась перед глазами Мин Сю. Мин Сю раздвинул его бедра, выдавил немного смазки на ладонь и обильно смазал дырочку в заднице Чжоу Сяна. Затем он сильнее раздвинул узкие ягодицы и тонким пальцем умело вошёл в маленькую хризантему Чжоу Сяна, медленно вводя палец всё глубже.

Чжоу Сян почувствовал себя неловко и повернул зад. Мин Сю хлопнул его по заднице: «Не двигайся».

Чжоу Сян тёрся своим членом о грудь Мин Сю, в то время как его рот всё сильнее сосал пенис одна из его рук играла с яйцами Мин Сю.

Теперь Мин Сю полностью вставил палец во всё ещё маленькую дырочку Чжоу Сяна. Под действием смазки он начал двигать палец вперёд и назад. Чжоу Сян не ощщал боли, но определенно, такое действие внутри его задницы было для него необычным. Это было неудобно. Возможно эта идея стать пассивом была не очень хорошей.

Пока Чжоу Сян все еще раздумывал над этим, он почувствовал, как Мин Сюн засунул ему в дырочку второй палец. Он и сам так делал с другими, но никак не ожидал, что он почувствует себя так, когда это будет сделано с его собственным задом.

Чжоу Сян поднял голову и ахнул: «Эй, будь нежным, это странно».

Мин Сю выгнул нижнюю часть тела: «Перестань говорить. Я гарантирую, что ты почувствовал себя немного лучше. Соси его (его член) хорошо.

Чжоу Сян отодвинул рот и намеренно высунул язык, чтобы яростно вылизать кончик его члена. Мин Сю глотнул холодного воздуха, это действие Чжоу Сяна почти заставил его кончить. Будучи спровоцированным, он с силой ударил Чжоу Сяна по заднице и снова засунул пальцы в хризантему Чжоу Сяна.

Чжоу Сян захныкал: «Черт… это немного больно, будь мягче».

Тон Мин Сю с оттенком тона осторожности, но его слова были очень эротичными: «Я еще не трахал тебя. Если ты заставляешь меня кончить сейчас, тогда я могу использовать только свои пальцы».

Чжоу Сян улыбнулся: «Если ты кончишь, значит, ты не в порядке. Не вини меня, ах.»

Мин Сю вытащил свои влажные пальцы и быстро сел. Он встал на колени позади Чжоу Сяна: «Дай мне презерватив».

Чжоу Сян взял презерватив с изголовья. Он обернулся и разорвал пакет, а затем пососал член Мин Сю, надевая презерватив.

Вены на члене Мин Сю вспухли, желание проникнуть в тело Чжоу Сяна чтобы хорошенько поиметь его стало просто невыносимым.

Чжоу Сян лежал на нем, обхватив руками шею: «Осторожно, ах.»

Мин Сю посмотрел на его лицо, странное чувство поднялось из его сердца. Он поднял Чжоу Сяна и перевернул его тело, заставив его встать в собачьем стиле.

Чжоу Сян удивительно спросил: «Тебе нравится эта позиция?»

Прежде чем Чжоу Сян закончил говорить, Мин Сю уже толкнул голову Чжоу Сяна на кровать: «Перестань говорить и сосредоточься». После того, как он сказал это, он крепко держался за талию Чжоу Сяна и схватил свой собственный член и попытаться протолкнуть свой огромный член в крошечное отверстие, которое было немного открыто.

Чжоу Сян наконец почувствовал некоторую боль. Он поморщился: «… ой… это очень больно».

В это время Мин Сю уже не мог сдерживаться. Широкие плечи Чжоу Сяна, изящные лопатки и тонкие капли пота на задней части позвоночника заставляли его кровеносные сосуды наливаться. Эта сексуальная спина мгновенно перекрыла образ Ван Юйдуна. Минсю только почувствовал, как его кровь безумно устремляется к его паху, требуя, чтобы он безжалостно трахнул этого человека и высвободил все свои желания.

Мин Сю не позволил Чжоу Сяну вырваться, когда он толкнул свой толстый член в его тело.

Чжоу Сян всасывал прохладный воздух, думая, что этот ребенок действительно хвастался. Его навыки отстой. И его сексуальный опыт очень плохой. Но в этот ключевой момент он не мог сказать Мин Сю остановиться. Он мог только пассивно принимать вход Мин Сю.

Мин Сю глубоко вздохнул, Чжоу Сян никогда не слышал такого удовлетворенного вздоха. На мгновение он был очень счастлив.

Мин Сю начал медленно двигаться входя и выходя, крепко держа за талию Чжоу Сяна, постепенно ускоряя ритм.

Чжоу Сян уткнулся головой в простыни, перенося волны постороннего вторжения в его тело. Даже при том, что это причиняет боль, он все еще мог вынести это. Но он действительно чувствовал, что иметь что-то в заднице слишком странно. Когда он трахал кого-то раньше, он никогда не чувствовал этого.

Движения Мин Сю ускорились, он умело искал уязвимое место Чжоу Сяна. Он входил в него под разными углами и, наконец, нашел место, которое заставило Чжоу Сяна закричать.

После первоначальной боли, последовавшей от толчков Мин Сю, Чжоу Сян испытал взрыв странного удовольствия. Он неосознанно покачивал бедрами, не зная, хочет ли он избавиться от этого незнакомого чувства или хочет большего.

Мин Сю начал энергично толкаться. Его сильные мускулистые бедра резко врезались в ягодицы Чжоу Сяна, создавая звуки «похлопывания». Его взгляд стали несколько размытым от растущего удовольствия. Задний силуэт Чжоу Сяна, стоящего на коленях перед ним, позволил ему свободно трахать его, и элегантный и грациозный задний силуэт Ван Юйдуна сошлись. Движения Мин Сю в нижней части тела становились все более и более сильными и быстрыми, заставляя Чжоу Сяна невыносимо стонать и задыхаться.

Чжоу Сяна так сильно трахали, что у него не было сил даже лежать на животе. Мин Сю ласкал его за талию и продолжал бить его сзади. Пот на спине Чжоу Сяна побудил его захотеть лизнуть его.

Определенно не было ощущения, что они впервые занимаются сексом, совместимость их тел была удивительна. Всю ночь Мин Сю трахал Чжоу Сяна и сделал это с ним три раза. Каждый раз это заканчивалось неописуемой кульминацией. Наконец, голос Чжоу Сяна настолько охрип, что он не мог издавать никаких звуков и мог только позволить Мин Сю снова и снова отводить его в потоки похоти, не в силах выбраться из этого захватывающего удовольствия.

Утренний свет отражался на голых плечах Чжоу Сяна. Была уже осень, но солнце все еще обжигало его кожу. Чжоу Сян наконец проснулся.

Он взглянул на настенные часы. Давно он не спал до полудня. Когда был маленьким, он любил долго поспать. Но после 30 лет он всегда чувствовал, что спать так долго — бесполезно.

Он был слишком измотан прошлой ночью. Подвигав бедрами, Чжоу Сян почувствовал, как сильно болит у него зад. Он действительно не хотел двигаться.

Мин Сю хрипло спросил над головой: «Ты проснулся?»

«Да……» Чжоу Сян повернулся: «Черт, я действительно болен. Ты, брат, я не могу сказать. Мин Сю выглядит так красиво. Как он может быть таким диким зверем в постели? Такая сила слишком жестока, эта выносливость слишком……

Мин Сю гордо фыркнул  дважды: «Мои навыки прошли?» Он не мог не протянуть руку, чтобы не замесить задницу Чжоу Сяна. Это было так здорово.

Чжоу Сян ответил: «Но мои кости разваливаются. Я так истощен. Если я не смогу завтра встать, ты должен заплатить мне за пропущенную работу».

Мин Сю случайно спросил: «Какую драму ты снимаешь завтра?»

«Все еще та, что с Ван Юйдуном.»

Мин Сю ответил: «О, он придет?»

Чжоу Сян улыбнулся: «Хочешь увидеть его? Я не знаю. Местонахождение большой звезды не будет мне открыто. Затем он спросил: «Ты знаешь Ван Юйдуна?»

«Да, мы… наши родители знакомы.»

«Не удивительно. Сначала я думал, что ты и он из одной управляющей компании. Чжоу Сян снова перевернулся и лег на кровать. С болью в пояснице он не мог ни выпрямиться, ни согнуться. Это называется дискомфорт, тихо пробормотал он.

Мин Сю положил руку на талию Чжоу Сяна и дважды помассировал ее: «Изначально я хотел, чтобы ты приготовил для меня. Я хочу есть. Но, видя, что ты даже не можешь встать с постели, давай закажем доставку».

Чжоу Сян «хамф»дважды: «Кто сказал, что я не могу встать с постели? Я просто ленивый. Давай просто позвоним в доставку… Он протянул руку и схватил телефон.» Что ты хочешь съесть?»

«Что-то легкое».

«За пределами района есть каша. Открыто двадцать четыре часа. Я часто ем там, это довольно легко.»

«Хорошо. Тогда ты заказывай, — Мин Сюй зевнул и потер гладкое лицо Чжоу Сяна, как ленивый кот.

Чжоу Сян ласкал его обнаженную спину, хотя его тело чувствовало себя не очень комфортно, у него было хорошее настроение.

Мин Сю тоже начал ласкать его тело и целовать соски Чжоу Сяна.

Чжоу Сян хотел посмеяться над тем, как с ним играли. Он поднял голову: «Сосать молоко? Вставай. Этот ресторан доставляет еду довольно быстро.»

Мин Сю облизнул губы и неохотно отпустил его.

Чжоу Сян поднял руку, его движения были особенно неловкими.

Мин Сю наблюдал, как Чжоу Сян держа себя за талию, неловко входит в ванную. Его сердце вспыхнуло от гордости и удовлетворения. Он не ожидал, что сделает это так много раз прошлой ночью. Сексуальная притягательность Чжоу Сяна гораздо больше, чем он себе представлял.

Мин Сю — был очень разборчивый человек. С самого детства он готов был наслаждаться только лучшим из лучшего. Даже его спутники в постели, когда он учился за границей, были редкими красивыми мужчинами. По сравнению с этими людьми, Чжоу Сян далеко от них. Что касается сравнения с Ван Юйдуном, то по существу нет никакого сравнения. Но этот человек (Чжоу Сян) просто нравится Мин Сю, его характер, его улыбка и даже его естественное поведение в постели.

И самое главное, что Чжоу Сян имеет — это вид сзади, который очень похож на Ван Юйдуна. Просто смотреть на него сзади и не воспользоваться им Мин Сю было уже трудно. Ему очень понравилось заниматься сексом с этим мужчиной.

После того, как Чжоу Сян вышел из душа, еду уже доставили.

Мин Сю тоже вымылся и довольный вышел из ванной. В комнате было тепло от обогревателя, и по этому он одел лишь пижамные штаны Чжоу Сяна. При этом широкие плечи и узкая талия Мин Сю выглядели очень соблазнительно.

Чжоу Сян присвистнул: «Мин Сю, если ты станешь звездой, подобной этой, я не представляю, сколько людей будут восхищаться тобой до конца жизни.»

Мин Сю находится в очень хорошем настроении, он усмехнулся и улыбнулся: «Мне сначала нужно увлечь тебя до смерти, достаточно.»

Чжоу Сян поцеловал его: «Я уже был пленен до смерти. Иди и ешь.»

Эти двое были похожи на пару, которая живёт вместе долгое время. После ночи безумной страсти они проснулись в полдень, сидя лицом к лицу, чтобы позавтракать в пижаме. Эта атмосфера была такая теплая и гармоничная.

После еды Чжоу Сяну позвонил Цай Вэй.

«Привет, Вэй Гэ», Чжоу Сян положил ложку в рот и ответил неопределенно.

Грубый голос Цай Вэя прозвучал по телефону: «Только что встал?»

«Ах, ха-ха, да».

«Чувак, куда ты пошёл веселиться вчера вечером?»

«Ты не поверишь, даже если я скажу тебе».

Цай Вэй улыбнулся и отругал: «Бесстыдник. Торопись и слушай. У меня есть для тебя работа координатора каскадеров. Хочешь взять? Это не фильм, а реклама».

«Когда?»

«Если хочешь, приходи сегодня днем, чтобы обсудить с ними.»

«Сколько?»

«Ты определенно будешь удовлетворен (с суммой).»

«Хорошо, отправь адрес на мой телефон. Я пойду после обеда».

После того, как он повесил трубку, Мин Сю нахмурился и посмотрел на него: «Тебе нужно уйти?»

«Да, кто-то предложил мне работу, Я должен пойти обсудить это с ними. Как насчет того, чтобы остаться здесь и подождать меня? Я вернусь сегодня вечером, чтобы сводить тебя вкусно поесть».

Мин Сю недовольно сказал: «Не уходи.»

Чжоу Сян был ошеломлен.

«Просто оставайся дома сегодня и будь со мной».

Чжоу Сян тоже хотел побаловать себя: «Я тоже хочу остаться здесь с тобой, но брат, я должен идти на работу. Мне нужно больше заниматься координацией боевых искусств, чтобы потом я мог постепенно перейти к этому направлению работы».

Мин Сю недовольно пробормотал: «Сколько ты можешь сделать, возможно, просто остаться дома, чтобы быть со мной».

Чжоу Сян улыбнулся: «Я определенно могу получить от него еду за два месяца. Это поле оплачивается очень быстро. Будь умницей, подожди меня. Я скоро вернусь.»

Он оделся и быстро ушел, не глядя на хмурое выражение лица Мин Сю. Он надеялся, что Цай Вэй не увидит как он странно хромает, иначе Цай Вэй определенно будет смеяться над ним.

Чжоу Сян обсуждал со сценаристом в течение двух часов. Они определились с содержанием, требованиями, а также комиссией за рекламу. После этого он встал и ушел.

Он очень не хотел выходить в выходной, чтобы поговорить о работе. Так что сейчас он спешил домой, к Мин Сю.

Цай Вэй позвонил ему, чтобы остановить его: «Эй, Сян, что за спешка? Приходи ко мне домой на ужин сегодня вечером? Твоя невестка (T / N) не видела тебя долгое время.»

T / N Эта невестка не настоящая невестка Чжоу Сяна. Его отношения с Цай Вэем похожи на братьев, поэтому Чжоу Сян назвал бы жену Цай Вэя своей невесткой.

«В другой день у меня есть кое-что, что нужно сделать сегодня вечером.»

«Черт, что? С какой маленькой молью ты недавно был связан?»

Чжоу Сян просто  сказал «хе-хе» в ответ «Вэй Гэ, ты просто завидуешь. Женатый мужчина, видящий меня таким непринужденным и свободным, должно быть, ты особенно ревнив, верно? Ооо, позволь мне поближе взглянуть на твои маленькие глаза, они красные (ревнивые)? Ревнуешь, да?»

Цай Вэй отмахнулся и смехотворно проклял: «Чушь собачья, Лаоцзы (T / N имеет хорошую жизнь с женой и детьми. Это ты ревнуешь до смерти».

T / N Laozi — это неформальный образ меня.

«Я определенно не ревную, — улыбнулся Чжоу Сян, — я так непринужден и свободен. В любом случае, когда я вернусь, я позвоню невестке. Мне действительно есть чем заняться сегодня. Мне пора.»

Цай Вэй твердо похлопал его по спине:«Проваливай».

Чжоу Сян поцеловал его: «Вэй Гэ, спасибо, что предоставил мне эту работу. Я угощу вас, ребята, обедом. Сказав это, он сразу же ушел.»

По дороге домой он купил немного пива и закусок. Так получилось, что вечером в «Реале» есть футбольный матч. Он и Мин Сю могут наблюдать за игрой вместе, как приятно.

После покупки вещей он очень хотел вернуться домой: «Мин Сю, я вернулся».

Когда он вошел в дом он увидел, что туфли Мин Сю у входной двери пропали. Чжоу Сян был мгновенно разочарован, но все же не желая сдаваться, он дважды крикнул. Дом пуст. Никто не ответил.

За последние 20 лет, кроме него, в этом старом доме не было много гостей. Он не мог вспомнить, когда он в последний раз кричал «Я вернулся», когда вернулся домой. Каково это, чтобы получить ответ, он думал, что может испытать его снова сегодня.

К сожалению, Мин Сю уже ушел, он опять один.

Чжоу Сян не мог скрыть свое внутреннее разочарование и уныло положил вещи на стол. Две оставшиеся коробки от их ланча все еще лежали на столе… что доказывало, что рядом с ним был кто-то еще.

Семья Цай Вэя очень хорошо к нему относилась, но он не хотел идти к нему домой. Цай Вэй прав. Он очень завидует радостной жизни семьи Цай Вэя. Вероятно, потому, что Чжоу Сян, естественно, рожден, чтобы жить одинокой жизнью. Вся его семья умерла, когда ему было всего десять лет. Кроме того, он — гей. Такие естественные события в жизни, как жениться и иметь детей, никогда не произойдут в его жизни. Даже найти настоящего однополого компаньона сложно. Он спал то с одним, то с другим, но никто не остался с ним.

Он действительно хотел иметь семью.

Чжоу Сян вздохнул, не зная, почему он вдруг подумал об этих удручающих вещах, заставляющие его настроение ухудшиться.

Он встал и быстро прибрал стол. Не желая сдаваться, он отправил текстовое сообщение Мин Сю. «Сегодня вечером игра в футбол. Приходи ко мне домой, чтобы посмотреть. Я купил много еды.

Это текстовое сообщение также похоже на другие отправленные им сообщения… как камень, тонущий в огромном океане, без ответа.»

Следующим утром Чжоу Сян пораньше поехал на съемочную площадку. Сегодня им предстоит снимать уличную сцену, и они все вместе встретились на съемочной площадке, что бы сесть на автобус.

Сегодняшняя сцена была немного суровой. Им нужно было снимать пяти-шести минутную драки в воде. Только съемки каскадера заняли половину времени. Сейчас уже осень, самая высокая температура в полдень около 18-19 градусов, но вода была намного холоднее.

Чжоу Сян не жаловался ни на что. Съемочная работа — это то же самое, когда приходится стискивать  зубы, чтобы работать в самых разных тяжелых условиях и в любую погоду. Зарабатывать деньги — дело непростое.

Спустя получаса, пришёл Ван Юйдон со своим помощником. В последнее время Чжоу Сян видел его намного чаще, чем раньше. Они снимались отдельно, но, услышав, что следующий фильм режиссера Вана — это 3D-фэнтезийный фильм, и из-за того, что Ван Юйдун стремился к главной роли, ему приходилось чаще приходить в студию.

Хотя актер и дублер этого не делают, нужно снимать вместе, эффект лучше, если делать вместе. Директор Ван воспринимал вещи очень серьезно и был перфекционистом. Каждый раз, он просил, чтобы Ван Юйдун и Чжоу Сян собирались вместе. Но когда у Ван Юйдуна не было сцен, он редко приходит. Поэтому, когда он пришел сегодня, настроение директора Вана заметно улучшилось.

Чжоу Сян наносил макияж во временной палатке, когда вошел Ван Юйдун. Чжоу Сян увидел его из зеркала. Он улыбнулся и поприветствовал: «Дун Гэ, ты здесь».

Ван Юйдун улыбнулся и повернулся к Ми Ю: «Мисс, покрасьте волосы на виске. Цвет его волос явно темнее моего.»

Ми Ю посмотрела на часы и поняла, что времени в обрез. Она как раз собиралась открыть рот, когда Чжоу Сян потянул ее за рукав и глазами подал знак, чтобы она молчала.

С детства Чжоу Сян чувствовал переменчивость человеческой натуры. Наблюдение за словами и действиями людей — его самый большой базовый навык выживания. С темпераментом Ван Юйдуна, Чжоу Сян мог догадаться примерно на 80-90%, если при 100% -ной уверенности, просто взглянув на то, что Ван Юйдун находится в очень плохом настроении, хотя улыбка большой звезды все еще кажется очаровательной. Вполне вероятно, что компания вынудила его прийти, чтобы успокоить директора Вана. Но из-за того, что он встал так рано, он, вероятно,  был очень недоволен.

Чжоу Сян скорее общался бы с людьми, которые раздражительны и прямолинейны, чем иметь конфликт с таким человеком, как Ван Юйдун, внешний вид которого отличается от его внутренней личности. Лучше пройти с ним как можно больше, поэтому он быстро напомнил Ми Ю, что Ван Юйдун в плохом настроении и просто намеренно использует это как оправдание, чтобы расстроить директора Ван.

Ми Ю недовольно поджала свои губы. Не смотря на то, что окрашивание волос не займет много времени, главное, что парик Чжоу Сяна был уже надет. Чтобы окрасить волосы, парик нужно снят, окрасить волосы и затем надеть снова. Это займет еще 10 минут. Уже почти пора начинать съемку. Когда директор Ван злится, естественно, что он ругает ее и Чжоу Сяна.

Ван Юйдун сидел рядом с Чжоу Сяном, как будто ничего не случилось. Его личный визажист сразу же начал наносить на него макияж.

У них не было выбора, кроме как быстро снять парик с Чжоу Сяна и начать красить его волосы. Крем для волос одноразовый. Процесс был быстрым. Сяо Лю также пришел на помощь. Они занялись делом и уже через пять мнут все забыли. Помощник директора подошел с мрачным выражением лица и нахмурился, глядя на Ми Ю, когда она надевала парик на Чжоу Сяна. Он сказал с недовольством: «Все ждут тебя».

Ми Ю извинилась за опоздание, она настолько обиделась, что ее глаза немного покраснели.

Чжоу Сян извиняюще улыбнулся: «Чжан Гэ, Мне жаль. Прошлую игру сыграли чертовски ужасно, иначе я бы встал на полчаса раньше».

Помощник директора — фанат хардкора, поэтому его внимание сразу же переключилось. Он сказал с улыбкой: «Я смог правильно предсказать и выиграл 4 000 юаней прошлой ночью».

«Ах, Чжан Гэ предсказал очень точно».

Они немного поболтали, пока Ми Ю не сказала, что его волосы готовы. Чжоу Сян быстро последовал за помощником режиссера и направился к съемочной площадке. Когда они добрались до директора Вана, помощник директора сказал несколько хороших слов. Режиссер Ван посмотрел на него и не доставил ему никаких хлопот.

Чжоу Сян вздохнул с облегчением.

-–

В этой сцене ему пришлось драться с несколькими бандитами на берегу. Затем его нужно было привязать к стальной проволоке и спрыгнуть с берега на плот. Затем с плота прыгнуть в воду, чтобы спасти актрису, которая упала в реку.

Сцена на берегу была снята очень плавно. Следующая сцена — это то, что ему пришлось держать свой меч и скользить по воде, когда он прыгнул на плот.

Эту сцену он снимал дважды, но режиссер Ван все еще не был доволен его движениями, потому что это не было достаточно грациозно.

Было трудно вынести стальную проволоку, привязанную к его телу. Наряду с низкой температурой и тонкой одеждой, Чжоу Сян чувствовал себя очень некомфортно. Он стиснул зубы, снимая эту сцену раз за разом. Так продолжалось до пятого дубля, прежде чем эта короткая десятисекундная сцена смогла пройти.

Затем пришла сцена, где он должен был прыгнуть с плота в воду.

Для того, чтобы актрисе не пришлось слишком долго оставаться в воде и чтобы ему не приходилось переодеваться в другой костюм, Чжоу Сян должен преуспеть в падении в воду с первого дубля.

Он и координатор трюков неоднократно обсуждали это, выходя на водную сцену, поэтому он чувствовал себя очень уверенно.

Как только режиссер закричал, Чжоу Сян назвал имя актрисы второго плана и затем сделал элегантный бросок и прыгнул в воду с плота. Вода в реке была настолько холодной, что казалось, будто ледяные иглы пронзают его плоть. После того как он прыгнул в воду, он сразу поплыл к актрисе. Раньше он был пловцом, поэтому его движение в прыжке в воду было особенно красивым. Через некоторое время он подплыл к актрисе и обнял девушку, которая была настолько холодной, что ее губы стали фиолетовыми.

«Очень хорошо!» Директор Ван с удовлетворением кивнул. «Снято».

Актриса вздрогнула: «Сян Гэ, очень холодно».

«Я знаю… я знаю. Будь хорошей. Просто потерпи немного больше. Вы все еще должны сделать сцену с Ван Юйдуном. Чжоу Сян не мог не посочувствовать ей. Для него одного прыжка в воду было достаточно, но эта актриса все еще должна была оставаться в воде с Ван Юйдуном для сцены «спасения красоты героем».

Голос актрисы дрожал: «Поспеши и возьми меня  на берег. Я замерзла до смерти.»

Чжоу Сян взял ее и поплыл к борту лодки, сотрудники вытащили их из воды.

Они сразу же вошли во временную палатку. Чжоу Сян быстро снял мокрую одежду, завернулся в одеяло и попал под теплый фен.

Ми Ю засмеялась и взъерошила его волосы: «Поздравляю, Сян Гэ. Вы сдали один дубль».

Чжоу Сян улыбнулся и пошутил: «Конечно. Ваш Сян Гэ должен сделать с первого дубля. Он закрыл глаза и позволил пальцам Ми Ю взъерошить его волосы. Воздух из фена очень теплый, его холодное тело постепенно восстанавливало свое тепло.

Когда Мин Сю взял еду в палатку, он увидел, как Чжоу Сян наклонился к красивой девушке, позволяя ей сушить его волосы. Его брови сжались. Он не знал, почему, но увидев эту сцену, он был крайне обеспокоен.

Чжоу Сян открыл глаза и с любопытством посмотрел на Мин Сю: «А? Почему ты здесь?»

Мин Сю посмотрел на него и холодно спросил: «Где Ван Юйдун?»

«Хм, он снимается на другой стороне реки». Он посмотрел на пакет в руке Мин Сю. На нем было напечатано название ресторана. Может быть, он специально принес еду для Ван Юйдуна? Сердце Чжоу Сяна расстроилось, они явно спали вместе, но Мин Сю смотрел на него так, словно ничего не произошло, намеренно доносившийся до сих пор, чтобы просто принести еду Ван Юйдуну. Отношение к большой звезде действительно хорошее.

Мин Сю холодно посмотрел на него, затем повернулся, чтобы идти к реке.

Ми Ю спросила с удивлением: «Ты его знаешь?»

Чжоу Сян ответил «мгм… я столкнулся с ним, когда уходил в тот день, и подвез его».

Ми Ю поджала губы: «Он довольно привлекательный. Почему он здесь?»

Чжоу Сян пожал плечами: «Кто знает».

Чжоу Сян быстро переоделся. Сцены Ван Юйдуном также были закончены. На этот раз настала очередь Ван Юйдуна дрожать перед жаровней внутри палатки. Мин Сю последовал за Ван Юйдуном и даже помог высушить тому  волосы перед Чжоу Сяном, глядя на него холодно.

Чжоу Сян не стал злиться. Я знаю, что случилось с Мин Сю, но он чувствовал, что Мин Сю относится немного холодно. Это потому, что Мин Сю злился на него за то, что он не остался вчера?

Чжоу Сян также не хотел что-либо заводить с ним в это время, поэтому он просто притворился, что они не знакомы друг с другом. Он ел свою порцию риса палочками и болтал с людьми из их компании.

По сравнению с их простыми блюдами, блюда, которые ели Ван Юйдун и Мин Сю, были намного лучше. Заказ из большого ресторана включал четыре блюда и суп. Они были хорошо упакованы в пластиковые ланч-боксы.

Чжоу Сян подумал, что семья Мин Сю должна быть достаточно богатой. Он слышал, что у Ван Юйдуна очень хорошая семья. Если их семьи знают друг друга, то семья Мин Сю определенно не будет хуже. Неудивительно, что он проявляет неприязнь к своей работе.

Чжоу Сян не слишком много об этом думал. У всех разные жизни. Единственное, что его расстроило, — это холодное отношение Мин Сю к нему. Неужели для них все кончено?

Во второй половине дня было еще несколько сцен. Сцены Ван Юйдуна в драме тяжелее, чем его. Сначала он сыграл второстепенную роль в качестве одного из разбойников, которые освободили героического персонажа Ван Юйдуна. Затем переоделся в ту же одежду, что и Ван Юйдун, и стал ждать договоренности режиссера Вана.

Все были заняты, помогая другим актерам делать макияж. Чжоу Сян был без дела, поэтому он играл со своим мобильным телефоном. Он невольно поднял голову и увидел, что Мин Сю идет к нему.

Чжоу Сян тоже встал и улыбнулся ему.

Мин Сю, «Выйди».

Чжоу Сян тупо уставился на него. Момент и он последовал за Мин Сю из палатки. Они ушли далеко от команды и спрятались за несколькими деревьями. Эти люди едва могли их видеть.

Чжоу Сян улыбнулся: «Ты все еще злишься? Я вернулся вчера, но ты ушел. Я был очень расстроен».

Мин Сю проигнорировал его жалкие слова и прямо спросил: «Ты никому не рассказал о наших отношениях с тобой, верно?»

Чжоу Сян был ошеломлен на мгновение, «Почему я должен? У меня нет желания делиться своей личной жизнью».

Выражение лица Мин Сю немного смягчилось, но он сразу подумал о чем-то и невежливо спросил: «Ты действительно гомосексуал или бисексуал?»

Чжоу Сян беспомощно ответил: «Мне нравятся только мужчины».

«Ты и эта визажистка кажетесь довольно близкими».

Чжоу Сян улыбнулся: «Ты ревнуешь? Я был тем, кто представил Ми Ю в компанию. Мы только друзья».

Мин Сю усмехнулся над словом «ревнивый.»

Чжоу Сян просто пошутил, но он не ожидал, что Мин Сю будет с таким презрением. Чувствуя себя немного неловко, он смущенно спросил: «Ты так хорошо относишься к Ван Юйдуну, особенно когда приносишь ему еду. Он тебе нравится, верно?»

Чжоу Сян спросил небрежно, но выражение лица Мин Сю стало очень мрачным. Он прямо ответил: «Он парень моей сестры. Не говори ерунды».

Чжоу Сян удивился. Так вот, что это. Неудивительно, что они так близки, но Ван Юйдун очень хорошо это скрывал. Никто не знал, что у него есть девушка.

Мин Сю холодно добавил: «Этот информация не должна быть раскрыта».

«Не волнуйся», тон Мин Сю становился все более и более невежливым. Чжоу Сян сказал, что продолжать говорить с ним бессмысленно. Хотя, у Чжоу Сяна хороший характер, обычно к людям, с которыми у него хорошие отношения. Мин Сю относился к нему так холодно, что Чжоу Сян был слишком ленив, чтобы пойти на компромисс, поэтому он просто сказал: «Мне надо идти» и ушел.

Мин Сю встал и посмотрел на силуэт спины Чжоу Сяна, его глаза слегка сузились.

Чжоу Сян и Ван Юйдун носили одинаковую одежду, даже Мин Сю чувствовал, что трудно увидеть разницу между ними сзади. Если бы силуэты спины Чжоу Сяна и Ван ЮйДуна не были такими похожими, Мин Сю действительно не обратил бы на него внимания.

Разговор с Мин Сю испортил настроение Чжоу Сяну на весь оставшийся день. Когда они снимали последнюю сцену, он ника не мог сышрать  шесть-семь дублей, все ждали, пока он закончит, чтобы они могли пойти поесть. Все были в недоумени, потому как Чжоу Сян, редко когда не мог сделать хороший кадр в течение получаса.

К счастью, у Чжоу Сяна были хорошие гармоничные отношения со всеми. Все они терпеливо ждали его. Сам Чжоу Сян был очень смущен. Он попытался изменить свое настроение и наконец закончил снимать последнюю сцену.

К тому времени, когда рабочий день закончился, Ван Юйдун и Мин Сю уже ушли. Чжоу Сян мрачно собрал свои вещи и поехал домой.

Поскольку место съемок на улице было далеко от города, ему потребовалось более двух часов, чтобы вернуться. Он был настолько голоден, что урчало в животе.

Добравшись до дома, он большими шагами взбежал по лестнице, но споткнулся, едва не уронив контейнер с едой, который он купил по пути.

Мин Сю прислонился к косяку в двери с наушниками в ушах. Видя, как он подходит, Мин Сю случайно бросил на него взгляд.

Чжоу Сян тоже немного удивился: «Почему ты здесь?» Ах, как бы это ни было неожиданно, он не мог скрыть своего приятного удивления.

Мин Сю снял наушники: «Разве мне не рады?»

«Как такое может быть? Заходи.»

Чжоу Сян открыл дверь и впустил Мин Сю в квартиру.

Глядя на тонкую шею Чжоу Сяна сзади, Мин Сю очень хотел наброситься на него и укусить, чтобы выразить недовольство в своем сердце.

Он почти три часа ехал на съемочную площадку, чтобы увидеть Ван Юйдуна, но в конце концов Ван Юйдун с улыбкой сказал, что отправляется к его сестре. Мин Сю чуть не взорвался от возмущения.

Поэтому он пошел искать Чжоу Сяна. Когда он трахал Чжоу Сяна, то мог фантазировать, что он со своим Дун Гэ, что заставило его чувствовать себя лучше.

Чжоу Сян:«Ты поел? Я только что купил фаст-фуд. Что ты хочешь съесть? Я приготовлю это для тебя.»

«Нет, но я заказал еду» . Сразу раздался звонок в дверь. Мин Сю пошел открывать. Как только Чжоу Сян увидел униформу у сотрудников службы доставки еды, он понял, что это из отеля, расположенного напротив его района.

Чжоу Сян улыбнулся и покачал головой: «Ваш маленький брат действительно знает, как наслаждаться».

Мин Сю посмотрел на Чжоу Сяна. Когда он думал о том, чтобы относиться к этому человеку как к Дун Гэ, он чувствовал себя немного глупо и не мог не сказать: «Ты должен быть очень устал после дня съемок, тебе нужно поесть что-нибудь хорошее». Чжоу Сян был очень счастлив. Он улыбнулся: «Неплохо, ты действительно умеешь хорошо обращаться с людьми». Он сел на стол и расставил посуду по одному.» Иди поешь. Пахнет очень хорошо. Чжоу Сян поцепилмясо на косточке и откусил кусочек. Это мясо очень нежное, а соус очень вкусный. Это было очень вкусно.

Мин Сю посмотрел на его довольное выражение лица и хотел рассмеяться: «Все в порядке, я могу сделать лучше».

Чжоу Сян удивлен: «Ты умеешь готовить?»

Мин Сю небрежно ответил: «Я всегда готовил для себя, когда был за границей. Мне не нравится, когда в моем доме есть посторонние».

«Приготовь для меня как нибудь, чтобы я мог попробовать твои кулинарные способности».

«Нет проблем», — подумал Мин Сю «У тебя еще есть работа?»

«Я собираюсь закончить на следующей неделе. Эта профессия хорошатем, что нет фиксированных выходных.»

«Тогда я останусь здесь», — Мин Сю посмотрел на него, не особо спрашивая, потому что знал, что Чжоу Сян определенно согласится. Он не слепой. Он мог не заметить, что Чжоу Сян очень заинтересован в нем. Кроме того, он просто не хотел идти домой, а также не хотел думать о кое-ком.

Каждый из них получит то, что ему нужно. Мин Сю понравился этот способ общения.

Чжоу Сян более чем приветствовал его. Он слегка улыбнулся: «Как долго ты хочешь остаться?» Это была редая возможность — провести свободное время с привлекательным парнем, живущим у него дома, зачем отказываться от такого.

После еды они снова занимались сексом. Они были похожи на двух яростных зверей, страстно сплетающихся друг с другом, оставляя следы секса по всему маленькому дому.

Чжоу Сян никогда не жил такой невероятной жизнью в течение долгого времени.

В этот короткий период он и Мин Сю жили и ели вместе, они почти не выходили на улицу. Каждый день у них был страстный секс, а затем они спали до полудня следующего дня. Иногда они заказывали еду на вынос, иногда они ходили в супермаркет, чтобы купить еду, что бы приготовить дома. Они смотрели фильмы и играли в игры, они оба очень хорошо ладили друг с другом.

Мин Сювсе чаще улыбался. С ним никогда не было легко ладить, и у него было не очень много друзей, потому что очень немногие могли выдержать его непредсказуемый ужасный характер. Но Чжоу Сян мог. Мало того, что он мог, Чжоу Сян также смог убедительно заставить Мин Сю чувствовать себя очень легко и комфортно. Наиболее важным являлось то, что Чжоу Сян мог терпеть незрелость и эгоизм Мин Сю. Это не было чем-то сложным для Чжоу Сяна. Мужчина всегда был очень терпелив и терпим к красивым существам. Тем более, что Чжоу Сян всегда был терпеливым и терпимым человеком. Что касается случайного плохого настроения Мин Сю, Чжоу Сян относился к нему так, как будто Мин Сю просто дразнил его, это никогда не беспокоило его.

Мин Сю чувствовал, что когда он с Чжоу Сяном, то чувствует себя очень расслабленно и комфортно.

Они были похожи на пару, которые живут вместе долгое время… живут жизнью, в которой у них есть только они друг у друга.

Чем дольше они жили вместе, тем больше Чжоу Сян понимал, что Мин Сю похож на ребенка, Пока его требования выполнеяютя, с ним очень легко ужиться. В конце концов, он не планировал жениться на Мин Сю, зачем беспокоиться о том, был ли у этого человека хороший или плохой характер?

В то время, не говоря уже о Мин Сю, даже Чжоу Сян, не принимали его серьезно.

Шесть дней мирного досуга вскоре подошли к концу. Чжоу Сяну пришлось выйти на работу с координатором каскадеров, на которую он согласился в прошлый раз. Мин Сю без конца названивал, и звал его идти домой. Наконец он отправился домой.

Чжоу Сян договорился о встрече с кем-то и должен был уйти первым. Мин Сю наблюдал, как Чжоу Сян быстро надевает свои ботинки. В его сердце хлынул поток нежелания, он схватил за руку Чжоу Сяна, развернул его, прижал к стене и страстно поцеловл.

Чжоу Сян ухватился за тонкую талию Мин Сю и закрыл глаза, чтобы ответить на горячий поцелуй, Мин Сю неосознанно протянул руку к одежде Чжоу Сяна. Он не хотел, чтобы Чжоу Сян ушел. Когда он думал о том, что Чжоу Сян уйдет на работу, которая вымотает его всего за несколько долларов, он оченьо хотел сказать Чжоу Сяну, что может поддержать его. Но он знал, что Чжоу Сяну очень нравится его работа, поэтому он не сказал это вслух.

Чжоу Сян слегка улыбнулся: «Эй. Ладно. Если ты продолжишь зажимать меня, я не смогу уйти. Ты тоже не сможешь уйти».

«Тогда не уходи, на улице все еще идет дождь».

«Я не могу, ах. Работа — это серьезное дело». Чжоу Сян улыбнулся: «Не хочешь расставаться со мной? Если так, то не уходи. Жди, пока твой старший брат (обращаясь к самому себе) вернется и подарит тебе любовь?»

Мин Сю сжал его талию: «Мне нужно домой. Вернусь в другой раз.»

«Хорошо. Добро пожаловать сюда в любое время», — Чжоу Сян облизывал его ухо и непристойно пробормотал: «Мне так приятно делать это с тобой. Даже если я тебя не вижу, мне трудно не думать о тебе».

Услышав эти кокетливые слова, исходящие из уст Чжоу Сяна, Мин Сю тоже был очень доволен. Он прикусил губы Чжоу Сяна: «Даже если тебе трудно, не занимайся сексом случайно. Если ты позволишь другим трахаться с тобой, я тебя не отпущу».

Чжоу Сян радостно засмеялся: «У меня есть ты, кого еще мне хотеть?» Он не воспринял слова Мин Сю серьезно. Он не знал, что Мин Сю серьезно относится к этому.

Мин Сю никогда не был целомудренным, но он подсознательно считал Чжоу Сяна своим. Возможно, потому что он был первый у Чжоу Сяна, или, может быть, потому, что он рассматривал Чжоу Сяна как Ван Юйдуна, чтобы не выносить Чжоу Сяна  будучи близким к другим людям. Хотя Мин Сю чувствовал, что с его мышлением есть проблемы, он был слишком ленив, чтобы вникать в причины. В своем сердце он единственный, кто может трахнуть Чжоу Сяна. После того, как Чжоу Сян ушел, Мин Сю включил свой телефон. Чтобы не было телефонных звонков его матери и сестры, он отключалил телефон на пару часов. Сразу после включения телефона появилось текстовое сообщение. Оно было отправлено час назад от Ван Юйдуна и гласило: «Дун Гэ угостит тебя обедом». Мин Сю был в восторге, его мрачное настроение от расставания с Чжоу Сяном сразу расстаяло. Он ответил на текст своим согласием. Затем он быстро принял душ, прибрался и направился прямо в ресторан.

Старик Ван Юйдуна, председатель Ван, большой босс, миллиардерсо средним образованием. Несмотря на то, что он накапливал богатства все эти годы, его нечестный характер иногда подвергался разоблачению. Он женился на очень симпатичной супермодели в очень позднем возрасте и родил прекрасного мальчика по имени Ван Юйдун. Из-за того, что ребенок был поздний, к тому же по темпераменту похож на характер его матери, председатель Ван был без ума от Ван Юйдуна.

Хотя семья Ван не испытывает недостатка в деньгах, родственники вокруг них не светские люди. Наличие денег было несопоставимо с властью. Хотя Ван Юйдун также богатый молодой мастер, но почти все знали, что у его отца новые деньги (новые богатые). Поэтому, председателю Вану все еще было необходимо постоянно целоваться с элитами столицы. Семья — это самое большое дерево, на которое они могут взобраться, чтобы повысить свой статус. Изначально, благодаря авторитету и влиятельной власти семьи, семья Ван не могла даже обедать за одним столом с главой семьи. Председатель Ван стремился быть связанным с семьей. Но у него есть сын, который очень способный. Ван Юйдун рожден в любви, и все люди вращались вокруг него. После окончания бизнес-школы Лиги Плюща он не стал заниматься бизнесом, а стал актером. Председатель Ван вложил несколько миллионов, в историческую костюмированную драму, созданную специально для него. Как и ожидалось, Ван Юйдун стал популярным. Быть популярным было не то, что заслуживало празднования, после того, как он стал популярным, молодая мисс семьи была чрезвычайно очарована ролью, которую он играл, и очень высоко ценила его. Таким образом, под агрессивным преследованием Ван Юйдуна они собрались вместе.

Глава семьи не любил актеров. В его глазах Ван Юйдун не был достоин его дочери, но он явно не противился им. Ведь молодая пара любила друг друга. Кроме того, не было проблем с финансами, внешностью, образованием или поведением Ван Юйдуна. Кроме того, он отлично знал, как умасливать людей, чтобы они постепенно его приняли.

Глава семьи только не знал, что Ван Юйдун понравился не только его дочери. Когда Ван Юйдун впервые вошел в семейный дом, глаза его 16-летнего сына (Мин Сю) также лучезарно смотрели на Ван Юйдуна.

Теперь, молодая мисс достигла брачного возраста, родители с обеих сторон планировали собраться, чтобы обсудить их помолвку и брак.

Мать Мин Сю звонила ему каждый день, и звала домой как можно скорее, чтобы две семьи могли вместе пообедать, но Мин Сю просто не хотел присутствовать на этом мероприятии. Ему бы пришлось сидеть в течение двух часов, и слушать, как его сестра и Ван Юйдун обсуждают, когда и как они проведут помолвку? Насколько это отвратительно для него?

Наконец Ван Юйдун позвонил ему. Вся семья знала, что Мин Сю слушается будущего зятя.

Мин Сю с радостью отправился на встречу с Ван Юйдуном. Но как только он вошел в дверь, он увидел сцену встречи своей семьи с семьей Ван. Выражение его лица сразу потемнело. Но поскольку там присутствовали старшие, он не хотел хлопать дверью и уходить, поэтому он мог только удрученно сесть.

Ван Юйдун немедленно сел рядом с ним. Он не мог позволить себе обидеть своего маленького будущего зятя. Если бы не миссис, заставившая его позвонить Мин Сю, он бы этого не сделал. После того, как он сел, он сразу тепло извинился:  «Мин Сю, прости. Тетя сказала, что я должен позвонить тебе, чтобы ты пришел, но я очень хочу угостить тебя обедом. Как насчет завтра?»

Мин Сю не хотел показывать ему свой нрав, но выражение его лица было мрачным: «Не нужно. У меня есть планы на завтра».

Ван Юйдун все еще хотел что-то сказать, но миссис позвала Мин Сю.

Мин Сю подошел с плохим настроением: «Послушай, что тут обсуждать? Это не я выхожу замуж, зачем ты меня позвала сюда?»

Миссис посмотрела на него: «Это чтобы обсудить помолвку твоей сестры. Разве это не будет более достойно быть со всей семьей здесь?»

«Тогда почему старший брат не пришел?»

«Твой брат в командировке, он действительно не может вернуться.»

«Тогда я тоже не могу вернуться».

Миссис выгнув брови: «Что с тобой? Насколько сложно для тебя поесть вместе с нами? Ты действительно так занят?»

«Моя компания только началась, и я также частично отвечаю за другую компанию отца. Ты не думаешь, что я занят? Не зови мне в будущем. Мне все равно на счет этого».

Миссис с горечью сказала: «Неужели я не могу просто захотеть увидеть своего сына? В Китае хороший университет, в котором ты не хотел учиться, но настоял на том, чтобы поступить в университет за границей. Я не была согласна с этим тогда. Но после того, как ты вернулся, ты даже не заглянул домой. Что, дома  настолько невыносимо?»

Когда Мин Сю увидел обиду своей матери и недовольное выражение лица, он смягчился: «Мм, это не то, что я имею в виду. Я просто очень занят.»

Дело не в том, что он считает дом невыносимым. Он просто не хотел слышать о своей сестре и Ван Юйдуне, когда он дома. Лучше всего ничего не знать. Но двое планировали обручиться позже в этом году. Каждый раз, когда  бы он не приходил домой, они только об этом и говорят. Он знал, что Ван Юйдун не будет принадлежать ему. Он просто хотел избегать этого как можно дольше и приходить в более спокойную обстановку.

Эта еда была мягкой и скучной. Он наблюдал, как Мин Мэй и Ван Юйдун сердечно улыбались друг другу. Мин Сю было скучно и хотелось уйти.

В этот момент пришло смс. Он включил экран телефона и увидел, что Чжоу Сян послал ему шутку.

У него никогда не было привычки отвечать на тексты Чжоу Сяна. Если что, он позвонит напрямую. Но в данный момент он не мог дождаться выхода из текущей атмосферы, даже если это было просто смс, чтобы отвлечь его. Он ответил: «Где ты?»

Чжоу Сян также немедленно ответил: «Съемка рекламы».

Мин Сю спросил: «Где? Я найду тебя.»

Чжоу Сян был в восторге. Мин Сю не только ответил на его смс, он также сказал, что приедет, чтобы найти его. Мин Сю действительно человек, которого трудно понять. Каждый раз, когда он чувствовал, что нет надежды двигаться вперед, Мин Сю приближался к нему. Не много, а чуть-чуть. Но этот бит сделал невозможным сопротивление сердца Чжоу Сяна, заставив его хотеть быть еще ближе к Мин Сю, желая еще больше узнать, какие еще сюрпризы преподнесет ему Мин Сю.

Первый раз, когда Мин Сю начал звонить ему… в первый раз, когда он улыбнулся ему… в первый раз, когда он ответил на его смс… все это заставило Чжоу Сяна чувствовать себя взволнованным. Это почти как повышение уровней или борьба с монстрами в игре, он испытывает удовлетворение от постепенного завоевания большого БОССА.

Маленькие вещи, которые он делал с Мин Сю, когда они вместе, и их сближение время от времени заставила Чжоу Сяна задуматься о чувствах первой любви. Хотя он уже не мог вспомнить, как выглядела его первая любовь, он вспомнил ощущение, как его сердце бьется беспорядочно.

Чжоу Сян отправил адрес своего местоположения Мин Сю. Работа трюкового координатора очень скучная. Ему нужно было постоянно корректировать последовательность трюков с нереальными требованиями режиссера, а затем руководить актерами на каждом шагу для каждого движения. Иногда, когда актеры плохо играли, он очень волновался. Так что в этой скучной обстановке он с нетерпением ждал встречи с Мин Сю. Каждый раз, когда он видит Мин Сю, его настроение становилось намного лучше.

Мин Сю не мог выдержать пытки сидеть за этим обедом. В конце концов он встал, извинился и быстро вышел, несмотря на необычную внешность главы. Как только он завел машину, он отправился искать Чжоу Сяна.

Когда Мин Сю появился на съемочной площадке более часа спустя, настроение Чжоу Сяна было похоже на получение подарка, которого он долго ждал.

Во время перерыва Мин Сю затащил Чжоу Сяна в ванную комнату и жестоко впился ему в губы.

Чжоу Сян тяжело ахнул под его интенсивными поцелуями и спросил: «Почему ты пришел? Ты не пошел домой?

Мин Сю прикусил его губу: «Перестань говорить». Его рука непристойно потянулась к штанам Чжоу Сяна.

Чжоу Сян схватил его за руку: «Ты же не думаешь делать это здесь, верно?»

«Я хочу сделать это здесь», глаза Мин Сю необычайно яркие

Чжоу Сян решительно улыбнулся: «Хватит шутить, я возвращаюсь».

Мин Сю перевернул его и прижал к дверной коробке, стягивая штаны, кусая его чувствительное ухо. «Позволь мне сделать это».

Чжоу Сян сказал, что если бы он был на 10 лет моложе, он может согласился бы заняться сексом с мужчиной в ванной комнате. Но в этом возрасте действительно неуместно делать такие сумасшедшие вещи. Он изо всех сил пытался оттолкнуть Мин Сю, но он не ожидал, что Мин Сю будет такой напористый, крепко прижимая его руки к двери.

Они только этим утром делали это. Нижняя часть тела Чжоу Сяна все еще была поддатливая, и он позволил Мин Сю завладеть им без особых усилий.

Чжоу Сян застонал и быстро предупредил: «Надень презерватив…».

Оба они все еще были одеты, только штаны Чжоу Сяна соскользнули до колен, его грудь ударилась о дверную раму, и Мин Сю преднамеренно толкнул его сзади, в результате чего его тело, которое хлопнуло по дверной раме, издавало звуки «бум, бум».

Лицо Чжоу Сяна покраснело от этого жгучего тепла. Если кто-то войдет в это время…

Мин Сю знал, что это неподходящее место, поэтому, после того, как он избавился от депрессии и неудовлетворенности, он быстро прекратил секс.

Ноги Чжоу Сяна стали мягкими. Мин Сю держал его, когда он сидел на крышке унитаза. После сильного возбуждения глаза Чжоу Сяна были немного ошалелыми. Он вытер пот со лба и, затаив дыхание, сказал: «Игра, в которую вы, молодые, играете, слишком захватывающая…»

Мин Сю коснулся его лица. Он не мог не поцеловать его красные губы. «Я думаю, тебе очень нравится это волнение».

Чжоу Сян задохнулся и несколько раз вздохнул: «О, детка. Ты обычно много не говоришь. Не знал, что ты можешь быть таким сумасшедшим… О, нет, мне нужно возвращаться». Чжоу Сян быстро потянул штаны, желая встать.

«Не торопись», Мин Сю вытянул туалетную бумагу и сделал то, что он редко когда-либо делал. Он мягко помог Чжоу Сяну протереть то место (свою дырочку). Чжу Сян был смущен, Мин Сю гораздо наглее, чем был он в двадцать лет. Мин Сю придержал его за талию, чтобы он мог встать. Затем натянул штаны и застегнул их. Потирая его (Чжоу Сяна) нос губами: «Я подожду, когда ты закончишь работу». Чжоу Сян уловил, что их отношения все больше проникают на опасную территорию. В индустрии развлечений несколько раз заниматься сексом с кем-то — не такая уж большая проблема. Но если нужно действительно влюбиться, это не так просто, как просто быть вместе. Чжоу Сян, как и большинство геев, надеялся на искренние отношения, но, в то же время, боялся их.

Чжоу Сян работал до 23 часов вечера. Глядя на Мин Сю, он казался нетерпеливым, но спокойно сидел в углу в наушниках с закрытыми глазами, ожидая его тихо.

Никто не знал, о чем он думает, несмотря на то, что все на съемочной площадке очарованы его необычайной красотой.

Иногда Чжоу Сян поворачивал голову и видел, как Мин Сю сидит сбоку с безразличным выражением лица, время от времени глядя на него.

Понимание что Мин Сю ждет его, заставило Чжоу Сяна почувствовать неописуемую эмоцию, наполняющую его сердце.

Наличие человека, ожидающего целых 8-9 часов с полудня до середины ночи только для того, чтобы он ушел с работы, Чжоу Сян не знал, о чем думает Мин Сю, но был очень тронут этим поступком.

Никогда не было никого, кто так долго ждал бы его, чтобы просто пойти вместе с ним домой. Чжоу Сян просто не знал, как описать свое волнение. Мин Сю — это человек, который сбивает с толку людей. Иногда он очень холодный, но иногда он неожиданно делает то, что заставлялот его (Чжоу Сяна) влюбиться в него. Чжоу Сяну было все труднее отводить взгляд от этого противоречивого и загадочного человека.

Как только Чжоу Сян закончил работу, то подошел к Мин Сю, который отдыхал с закрытыми глазами и прикаснулся к носу.

Мин Сю открыл глаза:«Отработал?»

Чжоу Сян мягко улыбнулся ему: «Да. Не нужно было ждать меня так долго, вернулся бы домой».

«Бессмысленно возвращаться самому», Мин Сю встал и потянулся: «Пойдем. Давай поедим что-нибудь.»

Мин Сю добавил: «Я тоже приехал на машине. Я знаю очень хорошую японскую кухню неподалеку. Как насчет того, чтобы следовать за моей машиной?»

Чжоу Сян ответил: «Хорошо, ты едь впереди».

Как только они спустились вниз, Чжоу Сян заметил, что Мин Сю водит внедорожник Lexus. Чжоу Сян посмотрел на него и улыбнулся: «Ты, детка, действительно, молодое второе поколение».

Семейный настрой заключается в том, чтобы скрывать свое истинное положение.  На публике они никогда не выставляют напоказ. Эта машина просто обычный транспортное средство. Но для Чжоу Сяна, когда такой юноша, как Мин Сю, водит машину свыше 100 000 юаней, это очень необычно.

Мин Сю небрежно ответил: «Это все мой отец».

Чжоу Сян ответил: «О» тогда я последую за тобой. Поехали. Я умираю от голода».

В это время уже не было пробок. Они прибыли к месту назначения менее чем за полчаса. Было уже почти полночь, и мало кто приходил поесть в это время. Они занимали татами, (T / N отдельную комнату.) Чжоу Сян небрежно пролистал меню, его живот постоянно урчал.

T / N татами — это тип коврика, который используется в качестве напольного покрытия в традиционных комнатах в японском стиле.

Ресторан был очень дорогой, несколько кусочков акульего плавника стоило больше 1000 юаней.

Поскольку Мин Сю в прошлый раз лечил его и так долго ждал его сегодня, Чжоу Сян хотел заплатить за эту еду. Но сколько это будет стоить?

Чжоу Сян вздохнул в своем сердце, но вскоре с этим смирился. Это просто мирское право владения? До тех пор, пока у них будет счастливая еда, все в порядке.

Мин Сю заказал семь-восемь блюд, у Чжоу Сяна даже не было интереса взглянуть на цены. Он не хотел портить себе хорошее настроение, пробуя вкусную еду.

После того, как блюда были поданы, официант закрыл дверь, оставив двоих в этой спокойной обстановке.

Чжоу Сян налил ему немного вина и улыбнулся: «Мин Сю. Я заставил тебя  так долго ждать, извини. Я видел, что ты быстро уснул, даже просто сидя там.»

«Все в порядке. Мне нечего было делать.»

«Разве ты не говорил, что начинаешь бизнес? Чем ты был занят в это время?»

«Финансы», Мин Сю не выглядел слишком готовым поговорить с ним по поводу рабочих вопросов. «Попробуй это. Это полезно для почек».

Чжоу Сян взбесился: «Почки вашего Сян Гэ довольно хороши. Учитывая твою страстность, тебе действительно нужно побольше питательных веществ». Чжоу Сян имел в виду инцидент (секс) в ванной комнате ранее днем.

Мин Сю сузил глаза, выражение его лица было неоднозначным и игривым, заставляя маленькое сердце Чжоу Сяна беспорядочно трепетать.

«Ешь побольше. Твоя работа ненормированная и опасная. Это очень вредно для твоей души.»

Чжоу Сян почувствовал запах вина и тихо спросил: «Почему ты вдруг заботишься обо мне?»

Мин Сю посмотрел на него прищуренными глазами: «Конечно ты должен быть в добром здравии, потому что мне очень нравится быть с тобой».

Чжоу Сян почувствовал, что у него загорелись щеки и сердце бешено колотится. Недолго думая, он выпалил: «Как насчет того, чтобы ты переехал ко мне?»

После того, как слова были произнесены, оба были в шоке.

Мин Сю молча смешивал васаби своими палочками для еды, в то время как Чжоу Сян с опущенной голову с чувством произнес эти слова, не задумываясь.

Мин Сю, должно быть, испугался. Они знали друг друга только две недели, и Чжоу Сян уже хотел жить с ним.

На самом деле, это не то, что думал Чжоу Сян. По крайней мере, он абсолютно не готов жить вместе с человеком, которого он не знал. Независимо от того, насколько совместимы их тела, сожительство — это вопрос, который требует тщательного рассмотрения в случае столкновения личностей двух людей и их последствий, это будет слишком неприглядно. Он уже в этом возрасте, как он может говорить так небрежно? Что с ним не так?

Чжоу Сян действительно хотел дважды ударить себя.

К счастью, Мин Сю не выразил свою позицию и намеревался использовать свое молчание, чтобы объявить о своем отказе.

В то жевремя как Чжоу Сян вздохнул с облегчением, в душеон был слегка разочарован. Он все больше чувствовал, что он не нормальный. Все решения, которые были связаны с Мин Сю, казались ему не достатосно обоснованным.

В сердце Чжоу Сяна зазвенели тревожные звоночки. Влияние Мин Сю на него так велико, он же не мог влюбиться в него, верно?

Чжоу Сян уже прошел эпоху безрассудного погружения в любовь. В возрасте 30 лет влюбиться в 20-летнего молодого человека, о котором он мало что знает и который не кажется близким или далеким, определенно не очень хорошая вещь. Чжоу Сян опустил глаза и изо всех сил старался скрыть свои эмоции.

Если ему позволено выбирать сейчас, он хотел бы продолжать дружить с Мин Сю и не вступать в отношения.

Но, видя, что все это только чтобы выдавать желаемое за действительное. Мин Сю сменил тему и дал ему суши с икрой: «Ешь это. Здесь хороший ресторан, еда очень свежая».

«Хм, ладно», Чжоу Сян быстро пришел в себя: «Это вкусно».

Как будто ничего не случилось, двое продолжали болтать и есть.

В это время внезапно зазвонил телефон Мин Сю.

Он посмотрел на телефон, и это был Ван Юйдун. Он немедленно поднял трубку: «Привет?»

«Ах, Мин Сю». Голос Ван Юйдуна звучал явно пьяным.

«Что происходит? Ты пил?»

«А, да, приходи, я угощу тебя обедом».

«Где ты? Я заеду за тобой.»

«Я в…… не знаю……»

Кто-то рядом с Ван Юйдуном взял его телефон и сказал: «Здравствуйте. Можете ли вы забрать мистера Вана? Он в Ассоциации Тан. Он слишком много выпил.»

«Я приеду туда сейчас. Позаботьтесь  о нем, — Мин Сю сразу же встал.

Голос Ван Юйдуна больше не был похож на него, поэтому Чжоу Сян мог слышать только, что кто-то пьян. Но он не знал, кто он такой. Он спросил: «Твой друг пьян?»

«Да», — ответил Мин Сю, -«Подожди меня. Я отвезу его домой и вернусь.» Сказав это, он быстро надел ботинки и выбежал.

Чжоу Сян хотел сказать ему, чтобы он не беспокоился о возвращении, что он пойдет домой. Но прежде чем он смог открыть рот, Мин Сю исчез. Он понятия не имел, что за человек на другой линии мог заставить Мин Сю так волноваться. Чжоу Сян посмотрел на недоеденную изысканную еду на столе, в его сердце она была безвкусная.

Он колебался, стоит ли платить и уходить, или, как сказал Мин Сю, ждать его возвращения?

Чжоу Сян решил продолжать есть. Он просто подождет немного, возможно, Мин Сю вернется после того, как заберет человека домой.

Это ожидание длилось два часа. Он не мог больше ждать, поэтому позвонил Мин Сю. Телефон не был отключен, но Мин Сю тут же сбросил.

Мин Сю — именно такой человек. В эту секунду он может заботиться о твоем здоровье и давать тебе еду, но в следующую секунду он мог быть настолько невнимательным к чувствам людей и забивать  на них. Такой тип изменчивой личности, даже с мягким характером Чжоу Сяна, был невыносим.

Чжоу Сян тихо вздохнул и попросил официанта счет.

Эта еда стоила больше ¥ 3000, больше, чем его месячные расходы на питание, но он не жаловался. Он никогда не был мелочным человеком. Кроме того, он изначально намеревался заплатить. Просто этот прием пищи был не слишком приятным, когда Мин Сю ушел, не съев даже несколько кусочков, и не вернулся.

Хотя, думать так — был не очень по-взрослому, но у него было ощущение, что с ним играют. Разочарованный,  Чжоу Сян пошел домой.

После того, как Чжоу Сян принял душ, он пошел спать. Взглянув на часы на стене, было уже 4 часа ночи.

Он действительно чувствовал себя измученным, но не мог спать. Его разум был в состоянии напряжения. Он не мог помешать своему разуму задержаться на том, что произошло за десять часов с Мин Сю.

Чжоу Сян был глубоко обеспокоен за себя. Неважно, насколько очарователен Мин Сю, он не должен быть похож на маленького мальчика, впервые испытывающего любовь и погружающегося в нее. Анализируя это рационально, даже несмотря на то, что Чжоу Сян мечтал о стабильных отношениях… иметь очень внимательного человека, с которым он мог бы поделиться остальной частью своей жизни… Мин Сю, очевидно, не тот человек, который может поселиться с ним. Мин Сю слишком ослепительный и слишком молод. Чжоу Сян не чувствовал, что может удержать его.

Он не должен слишком сильно нацеливаться на Мин Сю, это слишком опасно.

Чжоу Сян закрыл глаза и заставил себя уснуть.

Как раз, когда он чувствовал себя сонным, раздался звонок в дверь. Чжоу Сян сел в шоке. Он открыл глаза, чтобы посмотреть и увидел, что было уже 5 утра. Кто будет звонить в дверь в это время?

Может ли это быть……

Чжоу Сян вскочил с кровати и посмотрел в глазок, затем открыл дверь. Перед дверью стоит Мин Сю, пахнущий алкоголем.

Мин Сю всегда выглядел высокомерно и безразлично. Это определенно первый раз, когда Чжоу Сян видит его в таком пьяном состоянии.

Мин Сю посмотрел на него и сразу же бросился на Чжоу Сяна. Тихо бормоча: «Черт, что я…»

Чжоу Сян не слышал этого ясно: «Что? Что происходит?»

Мин Сю настолько высокий и тяжелый, что когда он опирался на Чжоу Сяна, Чжоу Сян чуть не оказался на земле. Он полностью поддержал Мин Сю, чтобы отвести его в спальню. К счастью, его дом небольшой, поэтому им не нужно было заходить слишком далеко.

Мин Сю все еще бормотал слова, которые Чжоу Сян не мог понять. Чжоу Сян включил свет и увидел, что Мин Сю выглядит беспомощно жалким.

Он снял одежду и обувь Мин Сю и использовал горячее полотенце, чтобы помочь ему вытереть пот с лица. Затем налил ему стакан воды, чтобы он мог спокойно принять лекарство от похмелья.

Мин Сю открыл глаза и тупо уставился на него, или он мог смотреть на кого-то еще сквозь него.

«Мин Сю? Ты не спишь или нет? Где тебе неудобно?» Сказав это, Чжоу Сян почувствовал, что он спросил что-то глупое. Как он может чувствовать себя комфортно, будучи пьяным, как это?

«Разве ты не пошел за своим пьяным другом? Почему ты тоже напился? Как твой друг вернулся? Почему ты пришел сюда? Черт, ты не ездил в состоянии алкогольного опьянения, верно? Сейчас очень строго. Ты действительно смеешь, это так опасно».

Глаза Мин Сю постепенно восстановили свое внимание, когда он хрипло произнес: «О, это ты.»

На этот раз на него уставился Чжоу Сян. Затем он беспомощно ответил: «Ты действительно слишком много выпил».

Мин Сю закрыл глаза тыльной стороной ладони, свет слишком яркий.

Мин Сю сделал все возможное, чтобы будь добрым к Ван Юйдуну. Он никогда не относился ни к кому так хорошо в своей жизни. Почему Ван Юйдун его будущий зять? Он поехал в ночной клуб, чтобы забрать его посреди ночи, но Ван Юйдун продолжал звать его сестру. Наконец пришла его сестра, и пара ушла домой.»

Ван Юйдун — ничего особенного. У него нет силы, нет влияния. Если бы он не был со его сестрой, Мин Сю уже использовал бы свои собственные средства, чтобы заполучить его. Но на самом деле в мире есть вещи, которые он, Мин Сю, не мог иметь.

Как бы хорошо он к нему не относился (Ван Юйдун) это бесполезно.

Мин Сю перевернулся и внезапно встал и отвлекся, когда почувствовал запах дешевого моющего средства на простынях.

Что он здесь делает? Он может сделать так много всего, но он тратит время на человека, у которого просто такой же задний силуэт, как у Ванг Юйдуна. Что именно он делает?

Холодная рука приземлилась на его лоб, как холодный ветерок, уменьшая боль и депрессию. Мягкий и манящий голос Чжоу Сяна звучал у него в ушах. «Я выключил свет. Спокойной ночи.» Этот голос полон мужской простоты и доброты, заставляя людей чувствовать себя очень комфортно.

Мин Сю открыл глаза. Конечно же, свет выключен, и Чжоу Сян лежит рядом с ним.

Мин Сю моргнул и не мог не повернуться и схватил Чжоу Сяна за талию, спрятав лицо на его (Чжоу Сяна) груди.

Ах, хотя Мин Сю ничего не сказал, Чжоу Сян почувствовал его удручающее настроение. Он погладил спину Мин Сю и слегка улыбнулся: «Будь хорошим. Спи. Ты почувствуешь себя лучше, когда проснешься».

Впервые они спали, обнимая друг друга, и ничего не делали.

Мин Сю не думал, что объятие Чжоу Сяна будет таким теплым, его ладони такие нежные и мягкие, а голос такой приятный. Похоже, у этого человека есть много вещей, достойных его раскрытия.

Держа его, Мин Сю чувствовал себя непринужденно.

В конце концов он расслабленно закрыл глаза.

Мин Сю разбудил приятный аромат. Он так голоден, что его живот урчит. Хотя его веки были опухшими и тяжелыми, он все еще пытался встать.

Он находится в доме Чжоу Сяна, он знаком с этой комнатой.

Одетый в одежду Чжоу Сяна, он толкнул дверь. Чжоу Сян в фартуке, готовит еду на кухне, напевая тихую мелодию.

Мин Сю прислонился к стене и долго смотрел на него. Его сердце постепенно убеждается в такой сцене. Он не может не признать, что ему нравится чувствовать себя с Чжоу Сяном. Как это должно быть сказано? Это очень удобно.

Чжоу Сян — зрелый человек, у него своя карьера, и он не будет его раздражать. У Чжоу Сяна широкий кругозор, даже если он (Мин Сю) сказал какие-то неприятные слова, Чжоу Сян вряд ли возражает. У Чжоу Сяна всегда теплая улыбка на лице. Даже если он (Мин Сю) в очень плохом настроении, Чжоу Сян не разозлится. Кроме того, заниматься сексом с ним так хорошо. Чжоу Сян — компаньон, с которым он не смог найти ни одного минуса. С таким человеком на его стороне, это действительно то, что ему нужно.

Самое главное, что быть с Чжоу Сяном, даже если бы он только обманывал себя, это могло бы немного облегчить его одержимость Ван Юйдуном.

Он подошел и постучал по стеклянному экрану.

Чжоу Сян повернул голову и показал яркую улыбку: «Ты встал. Все еще рано. Я думал, что ты будешь спать до трех-четырех часов дня.»

«Я голоден».

«Как раз вовремя. Я почти закончил готовить это.»

Мин Сю сел за обеденный стол, положив руку на подбородок, поворачивая голову, чтобы посмотреть на фигуру Чжоу Сяна, идущую взад и вперед. Даже в своем собственном доме он не чувствовал такой приятной семейной атмосферы.

Может ли быть так, что кухня в его доме слишком далеко от столовой? Или это как-то связано с человеком, который готовит?

Чжоу Сян принес роскошный завтрак.

Мин Сю посмотрел: «Ты так много приготовил?»

«Посмотри на время. Мы завтракаем и обедаем сразу. Тебе должно было быть так неловко быть пьяным вчера, поэтому сегодня ты должен питать себя.» Чжоу Сян взял со вчерашнего дня оставшиеся суши и положил их на стол. «Это все еще свежее, такая жалость, что ты не поел вчера».

Мин Сю подумал о том, как он отбросил Чжоу Сяна и ушел вчера, его сердце было немного странным. «Извини, я не вернулся вчера. Ты не слишком долго ждал меня, не так ли?»

«Все хорошо. Я ушел после того, как поел, — почти не возразил Чжоу Сян. — Каша немного горячая. Немного подуйте.»

Мин Сю выпил немного теплой воды и затем ясно сказал: «Дай мне копию ключа от твоего дома.»

Чжоу Сян тупо уставился на него.

Мин Сю поднял брови: «Ты не забыл, что сказал вчера, верно?»

Лицо Чжоу Сяна покраснело от волнения. «Ты, ты действительно…… ты действительно собираешься переехать?»

«Да», Мин Сю кивнул и увидел невероятное счастье Чжоу Сяна. Каким-то образом Мин Сю также почувствовал, как его сердце согревается: «За исключением необходимости время от времени возвращаться домой».

В это время Чжоу Сян чувствовал, что это слишком безумно. Он пригласил его за одну ночь, которого он знал только две недели, чтобы жить с ним, и другая сторона фактически согласилась.

Его обоснование говорит ему, что это неправильно. Как много он знает о другом человеке? Что если они несовместимы? Но, черт возьми, он хочет держать и целовать Мин Сю. Чжоу Сян чрезвычайно взволнован. Это было так много лет. В этом доме наконец появился второй человек. Кроме того, это человек, который очаровывает его.

Чжоу Сян радостно наклонился над столом и интенсивно поцеловал его: «Ба, теплые приветствия».

Мин Сю схватил его за подбородок и тихо произнес: «Давай сначала договоримся о некоторых вещах, ты должен пообещать мне две вещи.»

«Скажи это?»

«Во-первых, живя со мной, ты не можешь иметь никаких связей с другими мужчинами. Во-вторых, мы не вмешиваемся в жизнь друг друга».

Чжоу Сян похлопал его по лицу и слегка улыбнулся: «Договорились».

Приняв человека в свой дом, Чжоу Сян не думал, что это будет трудно даже с самого начала. Возможно, потому что Мин Сю никогда не скрывал свои недостатки намеренно, поэтому Чжоу Сян долго выдерживал его характер и привык к нему. Таким образом, можно сказать, что эти два человека прекрасно ладили.

Мин Сю привез несколько предметов первой необходимости и компьютер. Чжоу Сян услышал, что он хочет начать бизнес, поэтому он просто убрал гостевую комнату и поставил ему стол. Эта комната изначально была комнатой его детства. Теперь ее можно использовать в качестве кабинета.

В первую ночь, когда Мин Сю переехал, Чжоу Сян открыл бутылку Лаффи, которую он долго хранил. Это вино было передано ему бывшим производителем. Он не хотел пить его, но сегодня он имеет для него большое значение, потому что он привел другого человека в свою жизнь и в свой дом. Независимо от того, как далеко они могут зайти, по крайней мере, этот человек будет с ним некоторое время, поэтому он не будет таким одиноким.

Ночью они страстно занимались любовью, выражая голод друг другу самым примитивным и простым способом.

Официально началось совместное проживание двух мужчин.

-–

Оба они в настоящее время считаются работающими не по найму. Работа Чжоу Сяна обычно длится несколько месяцев. Обычно, когда ему нечего делать, он выходил со своими друзьями, чтобы выпить и посмотреть игры с мячом. Но поскольку Мин Сю находится в его доме, количество раз, когда Чжоу Сян возвращался домой, значительно увеличилось. Что касается Мин Сю, он изучает проект и часто отсутствует. Но почти каждый раз, когда он возвращался, Чжоу Сян всегда оставлял еду, приготовленную для него, в холодильнике, чтобы ему было, что поесть, когда он вернется.

С самого начала они ладили очень гармонично. Они не будут спрашивать о работе или друзьях друг друга. Чжоу Сян до сих пор не знает, что делает Мин Сю. Он только знает, что уровень жизни Мин Сю очень хороший. Он никогда не спрашивал. Он очень доволен их нынешним статусом.

В этот день Чжоу Сян получил телефонный звонок. Глядя на номер звонящего, он был поражен. Он не ожидал, что Си Жун свяжется с ним через год.

Он принял вызов со сложным настроением. Из другой стороны донесся очень хороший мужской голос, но его тон явно звучал неловко: «Сян Гэ, я вернулся».

Чжоу Сян улыбнулся: «О, ты все еще используешь этот номер? Давно не виделись.»

«Да, я продолжал оплачивать телефонный счет……»

Они неловко замолчали.

Чжоу Сян вежливо произнес: «Я. Я видел твои новости по телевизору. Съемки, должно быть, были довольно успешными. Я обязательно пойду поддержу фильм, когда он будет в кинотеатре. На днях я угощу тебя едой.»

Эти произнесенные слова явно звучали очень нерешительно. Си Жун отказался следовать ходу разговора. После минуты молчания он спросил: «Сян Гэ. Ты сегодня свободен? Давай встретимся.»

«К сожалению, у меня сегодня есть планы. Как насчет другого дня? Ты только что вернулся, поэтому, должно быть, ты устал. Хорошо отдохни.»

«Сян Гэ», Си Жун поспешно спросил: «Ты злишься на меня?»

«Что ты говоришь? Не думай слишком много. У меня действительно есть планы. Ты большая звезда прямо сейчас. Ты не можешь просто случайно встретиться с людьми. Я просто думаю для твоего же блага.»

Си Жун глубоко вздохнул: «Сян Гэ, я хочу увидеть тебя… увидимся прямо сейчас».

Чжоу Сян остановился и беспомощно ответил «Си Жун, я думаю, было бы неудобно для нас встретиться. Зачем беспокоиться? Я гей, а ты нет. То, что между нами, просто так просто. Никто не обидел другого. Ты создал себе имя, Сян Гэ поздравляет тебя. Давай просто оставим это в покое.»

«Сян Гэ», Си Жун быстро остановил его, чтобы он не успел повесить трубку, и тихо озвучил: «Я хочу извиниться перед тобой. Я не был разумным тогда.»

Чжоу Сян хмыкнул и вежливо сказал: «Я не виню тебя. Я занят. Собираюсь повесить трубку.» Сказав это, он без колебаний повесил трубку.

Чжоу Сян бросил телефон на диван и вздохнул.

Си Жун в настоящее время является крупнейшей дойной коровой в их компании. Когда он впервые дебютировал, у него были хорошие отношения с Чжоу Сяном. В то время Чжоу Сян был его старшим. Поскольку он был очень впечатлен талантами Си Жуна, он несколько раз помогал ему.

Чжоу Сян — гомосексуал. Это неизбежно, что у него будут другие мысли, когда он увидит такого исключительного мальчика. Но он никогда не думал об использовании своего старшинства для принуждения других. Чжоу Сян действительно просто хотел помочь ему. Более того, он прямо выразил ему свою заинтересованность в Си Жуне, но Си Жун неправильно понял, настолько, что с тех пор он, казалось, очень сильно пострадал от помощи Чжоу Сяна. Он также публично издевался над Чжоу Сяном, что очень смутило Чжоу Сяна.

Порядок действий Си Жуна очень незрелый, но Чжоу Сян не обвинял его. Просто эти двое постепенно стали отчужденными.

Позже Си Жун получил возможность участвовать в голливудском блокбастере. Его будущее очень многообещающе. Чжоу Сян и он больше не связывались друг с другом. Он (Чжоу Сян) почти забыл их дела.

Неожиданно Си Жун все равно связался с ним. Но сердце Чжоу Сяна очень спокойное и очень гордится достижениями Си Жуна.

После сегодняшнего телефонного звонка Чжоу Сян, очевидно, почувствовал, что Си Жун сильно повзрослел. Это сделало его очень довольным. Но, учитывая их неприятное прошлое, Чжоу Сян старался больше не связываться с ним.

К сожалению, они из одной компании, поэтому они не могут не сталкиваться друг с другом.

На следующий день ему позвонил Цай Вэй и сообщил, что компания устраивает Си Жуну праздничную вечеринку, и он должен присутствовать.

Мин Сю был рядом с ним в то время. Чжоу Сян без колебаний отказался: «Вей, у меня семейные проблемы».

Цай Вэй риторически спросил: «Какие семейные проблемы у тебя могут быть?»

Чжоу Сян улыбнулся в ответ: «У меня свидание с красотой.»

«Откажись», прямо сказал Цай Вэй. «Сегодня Си Жун специально подчеркнул для меня, что ты должен присутствовать. Он сказал, что раньше он не чувствовал себя… что ты так сильно ему помог. Без тебя у него не было бы его достижений сегодня. Он хотел извиниться и поблагодарить тебя.»

«Айя, звучит так серьезно. Я просто каскадёр. Я не особо ему помогал. Он смог стать популярным, количество людей, которых он должен был бы поблагодарить, даже не доходило до меня. Вэй Гэ, я тебя умоляю. Я ничего от тебя не спрятал. Ты также знаешь, как это неловко между нами. Я не пойду, хорошо? Вы, ребята, идите вперёд и наслаждайтесь.»

«Не могу, босс приедет сегодня вечером. Ты знаешь, что босс высоко ценит его. Если ты не придешь, разве ты не испортишь ему лицо?

Чжоу Сян беспомощно ответил: «Хорошо, хорошо, хорошо. Я знаю. Боже».

После того, как он повесил трубку, Мин Сю посмотрел на него: «Что случилось? Кого ты не хочешь так видеть?»

«Младший из прошлого. Теперь он популярен. Между нами были некоторые неприятные вопросы. Я действительно не хочу идти.»  Чжоу Сян удрученно переоделся в костюм. «Вот так, когда ты работаешь за зарплату. О, ты можешь разогреть оставшуюся еду на ужин, хорошо? Я не вернусь до позднего вечера».

Увидев, как Чжоу Сян слегка приподнял брови, сердце Мин Сю чувствовало себя немного взволнованным. «Если ты не хочешь идти, то просто не ходи. Твоя работа не имеет большого значения. Уйди, я поддержу тебя».

Чжоу Сян улыбнулся и погладил щеку Мин Сю: «Ба, я действительно люблю слушать твои слова». Но Чжоу Сян никогда не воспримет это всерьез. Он поцеловал Мин Сю, схватил свой кошелек и ключи и ушел.

Генеральный директор их компании забронировал банкетный зал в Гранд-отеле, чтобы устроить приветственный прием для Си Жуна. На самом деле Си Жун возвращался дважды, похоже, готовясь к своей записи. Но фильм действительно занял больше года, чтобы закончить съемку. После его завершения, его популярность в стране уже сильно возросла.

В этот день прибыло большинство сотрудников компании. Их компания не очень большая, но, тем не менее, там было около 70-80 человек, и их прибыль была хорошей. Их босс из слабой семьи 2-го поколения. Бизнес в его руках очень обширный, но сам он был немного странным. Тем не менее, он хороший человек, предоставлл работникам хорошие условия. Будь то Чжоу Сян или другие сотрудники, работать в этой компании было очень удобно.

Когда Чжоу Сян вошел в отель, он впервые заметил, что Цай Вэй приветствует гостей внизу. Он поприветствовал его и пошел, но Цай Вэй слишком занят, чтобы общаться с ним: «Поднимись, он на втором этаже».

В кругу развлечений многие знаменитости. Когда кто-то популярен (Си Жун) очевидно, очень легко собрать большую толпу. На нем присутствуют не менее трехсот участников и не менее десяти журналистов. Их президент Ван, очевидно, пытылся повысить интерес к Си Жуну.

Хотя Чжоу Сян — относительно неизвестный каскадёр боевых искусств, он широко известен в кругу развлечений. Сам он знает много людей. Кроме того, с его теплым характером он ладит со всеми. По пути он встретил много знакомых, неутомимо приветствуя каждого из них.

Оглядевшись после того, как он поднялся наверх, он, наконец, заметил Си Жуна и их президента Вана, окруженного группой людей посреди банкетный зал.

Си Жун выглядел точно так же, как и по телевизору… высокий и красивый, его лицо похоже на короновый нефрит с двумя видимыми ямочками, когда он смеется. Он выглядит очень очаровательно. Его свежий темперамент между мужчиной и мальчиком может действительно сделать людей такими же, как он.

Когда Чжоу Сян увидел, что Си Жун покраснел от успешного довольного внешнего вида, ему было действительно трудно почувствовать какую-либо связь с этим ребенком. Си Жун однажды был в полной растерянности со своим будущим, только что закончив киноакадемию. Это был мальчик, который всегда приходил к себе домой, чтобы поболтать и съесть горячей лапши.

Чжоу Сян бесцельно бродил.

Си Жун и президент Ван оба увидели его одновременно. Глаза Си Жуна внезапно вспыхнули, он не мог отвести глаз от Чжоу Сяна, его взгляд было встревоженным.

Чжоу Сян очень естественно и спокойно приветствовал его: «Си Жун, Сян Гэ поздравляет вас с триумфальным возвращением». Затем он улыбнулся президенту Вану: «Президент Ван, вы вернулись.» Сказав это, он сознательно овернулся и поприветствовал знакомых ему гостей, не оставляя времени для Си Жуна.

Глаза Си Жуна вспыхнули оттенком разочарования, но вокруг него было много людей, разговаривающих, поэтому он не мог просто отвлечься. Время от времени он мог лишь взглянуть на Чжоу Сяна.

Чжоу Сян шептал первоначально бледному президенту Вану: «Президент Ван, вы загорели».

Президент Ван дважды смирился: «Что случилось?»

Чжоу Сян прищурился: «(Вы) Идете в Тибет, чтобы помолиться Будде и только съели вегетарианскую пищу, не трогая мясо в течение трех месяцев, разве все не выглядят странно хорошими после вашего возвращения??»

Президент Ван посмотрел на него: «Я просто вижу, что ты выглядишь подозрительно хорошо, как насчет того, чтобы я тебя завалил (с работой)?»

Чжоу Сян улыбнулся: «Позвольте, это Я безусловно, приветствую».

Президент Ван тупо посмотрел на него: «Не глупи. Отойди, я хотел кое-что у тебя спросить».

Когда они вдвоем отошли в сторону, президент Ван спросил: «Я слышал, что ссора директора Вана и Ван Юйдуна была давольно неприятной. Ты ведь был на съемочной площадке, знаешь ли ты, что происходит?»

«Эти двое не любят друг друга. Режиссер Ван очень вспыльчив, и Ван Юйдун никогда не сталкивался с таким, рано или поздно между ними должны были возникнуть некоторые противоречия».

Президент Ван нахмурился: «Я много вложил в этот фильми не могу позволить себе никаких препятствий. Я найду день, чтобы поговорить с Сяо Ваном».

«Если вы поговорите, это определенно поможет».

Президент Ван смущенно произнес: «Не обязательно. Сяо Вана теперь нельзя сравнивать с прошлым».

«Почему?»

«Он высоко взабрался на кое-чью ветку».

«Что это значит? На чью ветку он забрался?»

Президент Ван собирался что-то сказать, но внезапно посмотрел на него: «Парень, почему ты сплетничаешь?» Чжоу Сян опешил: «Так это ты первым поднял это».

У этих двоих было еще, что сказать, но голос Си Жуна прозвучал сзади Чжоу Сяна.

«Сян Гэ».

Чжоу Сян повернул голову. Си Жун уже избавился от других людей и тихо смотрел на него. Чжоу Сян знал, что он не может спрятаться. Он почесал волосы: «Давай пойдем на балкон и поговорим?»

Они вышли на балкон и закрыли французские двери. На улице немного холодно, Чжоу Сян закурил сигарету и улыбнулся: «Си Жун, увидев тебя таким, я очень рад за тебя».

Красивые глаза Си Жуна уставились на лицо Чжоу Сяна и он тихо пробормотал: «Сян Гэ Извини, я был слишком невежественен в то время.»

«Забудь об этом. Это все в прошлом, не говори об этом».

Си Жун опустил голову и угрюмо озвучил: «Я даже не знал, что произошло в то время… Я всегда думал, что ты хорошо относишься ко мне» и помогаешь мне, потому что ты думал обо мне как о друге. Я не думал, что у тебя были другие мысли. Я страдал. На самом деле, несмотря ни на что, ты действительно мне очень помог, но я……»

Чжоу Сян выдохнул клубок дыма и ответил слабо: «Я действительно относился к тебе как к другу, на самом деле больше как к младшему братишке. Но ты с самого начала знал, что я гей. Точно так же, как мысли, которые ты бы увидел красивую девушку, особенно когда человек постоянно блуждает перед твоими глазами. В то время я хотел спросить, был ли ты натуралом или геем. Если ты не любишь мужчин, я также не буду приставать к тебе. Во всяком случае, мы все еще друзья… забудь об этом. Давай не будем упоминать прошлое. Я тоже был неправ. Я тебя напугал».

Си Жун поднял голову и эмоционально сказал: «Сян Гэ, извини. Это действительно моя ошибка. Я конечно знал, что ты гей. И мнехотелось, чтобы ты относился ко мне хорошо, ввел тебя в заблуждение. Я издевался над тобой, но ты все великодушно отпустили. Ты можешь простить меня?»

Чжоу Сян вспомнил прошлое, он действительно облажался.

В то время, когда они переживали неприятные времена, он хотел спросить Си Жуна конкретно: «Ты сказал, что ты не ГЕЙ, тогда какого черта ты всегда приходишь ко мне домой и постоянно приближаешься ко мне? Я признался тебе, но ты чертовски обиделся. Что тебе надо от меня?»

Однако даже в то время, когда Си Жун неправильно его понял, он не злился, думая, что он молод и еще не созрел. Чжоу Сян успокоился и пережил это. В конце концов, ему действительно нравился этот маленький мальчик, и он не хотел с ним ссориться. Он мог просто отдалиться. Этого было бы достаточно.

Теперь, когда Си Жун вернулся и извинился перед ним, он почувствовал, что этот вопрос был закрыт между ними.

Чжоу Сян тихо сказал: «Сян Гэ не винит тебя. Я не обвинял тебя раньше. Не думай слишком много. Мы оба из одной компании. Мы будем видеться все время. Что бы ни случилось в будущем, случится. Не заморачивайся этим, ладно?

Кайма глаз Си Жуна покраснела. Он шагнул вперед широким шагом и крепко обнял Чжоу Сяна, его голос слегка задыхался: «Сян Гэ, я так по тебе скучал все это время».

Что это снова?

Чжоу Сян был ошеломлен.

«Когда я только приехал в Америку, я даже не мог ясно говорить на их языке. Все так незнакомо. Как в то время, когда я впервые приехал в Пекин, никто не обращался со мной так хорошо, как ты. Я хотел позвонить тебе несколько раз, но не посмел. С тех пор я сожалею об этом все больше и больше. Я действительно хотел вернуться, чтобы найти тебя… Сян Гэ, извини, мы можем оставить все такими же, как раньше? Си Жун, как ребенок в руках Чжоу Сяна, рассказывает ему свои искренние мысли. Чем больше он говорил, тем грустнее он становился.

Чжоу Сян вздохнул, чувствуя себя немного мягкосердечным. Он похлопал Си Жуна по плечу: «Я действительно не виню тебя, не плачь».

Си Жун подавил всхлипывания, но его тон уже стал тише. Он вытер глаза и схватил Чжоу Сяна за руку: «Сян Гэ, мы можем быть как раньше? Могу ли я пойти к тебе домой, чтобы съесть горячей лапши?»

Чжоу Сян вспомнил, что его дом уже выращивает живое существо (Мин Сю), но он не мог отказаться от еды, поэтому он откровенно ответил: «Это не такая уж и проблема, милости просим в любое время».

Си Жун наконец-то улыбнуля.

«Эй, давай поторопимся. Все здесь, лидер не может отсутствовать».

Они вместе вернулись в банкетный зал. Ведущий с большим энтузиазмом начал рассказывать о достижениях Си Жуна. Си Жун вышел на сцену и очень вежливо поблагодарил кучу людей. Хотя это были слова для этого случая, все это было очень уместно.

Чжоу Сян испытал прилив эмоций, маленький невежественный мальчик из прошлого действительно вырос.

Потому что было так у многих знакомых. Чжоу Сян выпил так много, что потерял сознание. Си Жун заставил своего водителя отвезти его домой.

Си Жун очень хорошо знаком с домом Чжоу Сяна. Во время своего одинокого пребывания в Америке он не знал, сколько раз он мечтал о том, чтобы принести продукты, прийти в этот знакомый дом и стучать в эту теплую дверь, когда нежный и юморной старший брат слушает и делится своими несчастьями на работе и помогает ему облегчить беспокойства и трудности.

Машина остановилась внизу, Си Жун отослал водителя. Он лично повел Чжоу Сяна наверх, намереваясь остаться в его доме на ночь.

Он вытащил ключ Чжоу Сяна и открыл дверь. В комнате было темно. Он знакомым движением коснулся выключателя на стене и включил свет.

Внезапно спереди послышались шаги. Из спальни вышел человек в свободных пижамных штанах. Си Жун посмотрел вверх и увидел Мин Сю прямо перед ним. Они оба были ошеломлены.

Си Жун, увидев одежду Мин Сю, очевидно, что этот человек живет здесь. Он….. он парень Чжоу Сяна?

Эта реальность — то, чего он не мог сразу принять. Он строго спросил: «Кто вы?» Он скорее хотел, чтобы Мин Сю был случайным вором, но он знал, что нет такого вора, который мог бы иметь такой чарующий вид, как у Мин Сю.

Мин Сю также в ярости, настолько, что у него кончики пальцев дрожали. Чжоу Сян пьяный в объятиях молодого и привлекательного мужчины… оба даже возвращаются вместе в 2 часа ночи посреди ночи!

Исходя из того, как Чжоу Сян хотел заняться с ним сексом в первый раз, когда они встретились, он знал, что Чжоу Сян — человек, которому определенно легко, но, поскольку он уже был с ним, как он посмел привести другого мужчину домой среди ночи!

Они смотрели друг на друга, сцена выглядела так как будто они готовы были  к драке.

Мин Сю холодно спросил: «Это Я должен был спросить вас об этом? Кто позволил тебе случайно войти в НАШ дом? Мин Сю четко подчеркнул слово» НАШ.

Лицо Си Жуна, которое покраснело от алкоголя, мгновенно побледнело.

У Сян Гэ есть парень… Правильно, почему бы и нет? Как Сян Гэ не может иметь парня? Зачем ему продолжать его ждать?

Си Жун испытал взрыв грусти. Он не знал, что думть. Он только знал, что ненавидел этого человека перед ним до крайности. Что дает ему право стоять в этой гостиной? Это место, где он и Сян Гэ тусуются.

Характер Мин Сю итак был взрывной, но сейчас он был настолько взбешен, что хотел веником выгнать Си Жуна. Он шагнул вперед и грубо схватил Чжоу Сяна: «Человек дома, поворачивайся и пошел нахуй».

Си Жун отказался отпустить Чжоу Сяна. Они оба потянули его в разные стороны. Потом отпустили Чжоу Сяна и  он упал.

Мин Сю сразу же подхватил его.

Си Жун посмотрел на свои пустые руки, на его сердце было невыносимо ужасно.

Мин Сю холодно посмотрел на него «Перестань быть настойчивым, у Чжоу Сяна уже есть кое-кто. Тебе не нужно беспокоиться о нем в будущем.»

Си Жун с ненавистью посмотрел на него, затем повернулся и захлопнул дверь.

Мин Сю посмотрел на Чжоу Сяна, который был без сознания в его руках. Огонь в его сердце горел все больше и больше.

Он не мог вынести, что у  Чжоу Сяна были такие мысли о других людях. Глаза Чжоу Сяна должны смотреть только на него.

Чжоу Сян давно так не напивался. Когда он проснулся и перевернулся, он почувствовал, что его тело стало светлее. Затем он упал и рухнул на землю. Сонно открыв глаза, он понял, что спит на диване с одеялом  в гостиной.

Чжоу Сян не мог вспомнить, как он вернулся домой, но оскольку он благополучно вернулся- это все, что имело значение.

«Ты встал?»

Чжоу Сян был поражен. Он повернул голову и увидел, что Мин Сю сидит перед обеденным столом и холодно смотрит на него.

У Чжоу Сяна все тело болело, он всю ночь спал на диване. Дискомфорт очевиден. «Моя талия очень сильно болит, ой». Чжоу Сян забрался на диван и пожаловался: «Ты выгнал мея спать на диване, ах».

Огонь Мин Сю еще не спал, фыркнув: «Ты воняешь. Должен ли я позволить тебе спать на кровати?»

Чжоу Сян врожденно подумал: «Это моя кровать, но напиваться действительно раздражает людей. Кстати, это и неплохо, избавляет его от необходимости стирать простыни.»

Он ошеломленно закрывает глаза, чувствуя головную боль, он даже не хотел двигаться.

Мин Сю поставил чашку на стеклянный стол и повысл голос: «Ты не собираешься спросить, как ты вернулся?»

«А? Так как я вернулся? Кто забрал меня обратно? Он думал, что это должен быть Цай Вэй.

«Молодой привлекательный парень», Мин Сю сел на диван рядом с ним и мрачно сказал: «Ты довольно очарователен. Если бы меня вчера не было дома, вы, ребята, наверное, проснулись бы сегодня вместе в постели, верно?»

Чжоу Сян старался вспомнить. Мог ли это быть Си Жун, который отвез его домой? Кроме него и Цай Вэя, никто не знает, где он живет.

Чжоу Сян закрыл подбородок и несколько раз моргнул: «Аааа, я знаю, кто это, мой коллега». Он улыбнулся: «Ревнуешь?»

Мин Сю пришел в ярость: «Не будь таким самоуверенным». Сказав это, он вскочил, схватил ключи, захлопнул дверь и ушел.

Чжоу Сян тупо уставился на пустой диван. К сожалению, ему было очень плохо. У него действительно не было сил, чтобы б том хоть немного. Он ввалился в спальню, плюхнулся на кровать и очень тут же уснул.

Когда он проснулся, солнце садилось. Чжоу Сян встал и принял душ. Затем поменял простыни и что-то съел.

Он нашел свой сотовый телефон на дне дивана, который упал во время пьянства. Когда он включил его, было несколько пропущенных звонков и текстовых сообщений от Си Жуна.

Чжоу Сян перезвонил ему. На другом конце трубки прозвучал низкий голос Си Жуна: «Сян Гэ, почему ты только сейчас включил свой телефон?»

«Мне так плохо, телефон упал под кушетку», — Чжоу Сян массировал спину. «Это ты вчера отвез меня домой? Извини, что побеспокоил тебя.»

«Почему ты так вежлив со мной?» Си Жун вздохнул и тихо спросил: «Этот человек — твой парень?»

Чжоу Сян смутно ответил: «Хмм», «Ты видел его». Мин Сю не может считаться его парнем. В конце концов, между ними никогда не было никаких обещаний обязательств. Максимум, они могут рассматриваться только как общение? Он также не знает, как определить свои отношения с Мин Сю.

«Сян Гэ, ты…»

Чжоу Сян слушал его заикающиеся слова и спросил: «Что не так?»

«Он тебе нравится?» После того, как Си Жун спросил, он хотел отречься от этого глупого вопроса, но было уже слишком поздно.

Чжоу Сян прямо ответил: «У нас все хорошо».

Си Жун на минуту замолчал «Разве ты не говорил, что собираешься угостить меня едой? Когда?»

«Дай подумать, на этих выходных я буду занят работой в ближайшие дни».

«Хорошо. Но не приводи своего парня, хорошо?»

«В чем дело?»

«Ты угощаешь меня едой, зачем тебе его приводить?»

И Чжоу Сян, и Мин Сю не вмешиваются в жизнь друг друга, поэтому он не особо задумывался об этом: «Хорошо, я его не приведу».

Си Жун вздохнул с облегчением, «Тогда я буду ждать твоего звонка».

После завершения звонка Чжоу Сян подумал о том, что Мин Сю ушел, хлопнув дверью. Он неправильно понял что между ним и Си Жуном?

Хотя у него и было плохое настроение, но мысль о том, что Мин Сю, возможно, ревновал, заставила его тайно обрадоваться. Он тут же позвонил Мин Сю.

На том конце был несколько раз гудок, а затем повесил трубку.

Ах… его настроение довольно скверное.

Чжоу Сян подумал и позвонил еще несколько раз. Наконец, Мин Сю, поднял трубку и нетерпеливо спросил: «Что?»

Чжоу Сян улыбнулся: «Я только что проснулся. Не видел твоего лица, когда я проснулся. Где ты?»

«На работе».

«Ты возвращаешься сегодня вечером на ужин?»

«Нет».

«Все еще сердишься?»

Мин Сю не ответил.

«Парень прошлой ночью был младшим братом. Он просто подвез меня домой. Ты не можешь просто увидеть симпатичного парня и думать, что между нами что-то есть, верно? Мы просто друзья.»

«Почему-то мне так не кажетчя? Этот человек смотрел на меня как на врага.»

«Как это может быть? Он тоже выпил слишком много. Когда люди пьют слишком много, они не ведут себя нормально. Не думай слишком много. Ба, ты ревнуешь?» Чжоу Сян мягко улыбнулся.

Мин Сю был немного обижен, когда холодно ответил: «Не надумывай слишком. Я просто хочу, чтобы ты помнил наше соглашение. Не встречайся ни с кем, иначе не пытайся искать меня».

Чжоу Сян хотел рассмеяться, думая о выражении лица Мин Сю на другом конце телефона: «Не волнуйся. Прямо сейчас, кроме тебя, в моем сердце нет места для кого-либо другого. Не сердись. Вернись на ужин сегодня вечером, хорошо? Что ты хочешь съесть? Я приготовлю тебе».

Мин Сю наконец-то почувствовал себя немного лучше, но все же неохотно ответил: «Делай, что хочешь».

Около 6 вечера, Мин Сю пришел домой, Чжоу Сян смотрел телевизор во время приготовления пищи. Когда он увидел его, он улыбнулся: «Ты вернулся».

Сказав это, он подошел, чтобы обнять Мин Сю, поцеловал его, щурясь на него: «Так мило, когда ты ревнуешь».

Мин Сю нахмурился: «Я сказал, что ты слишком много думаешь». Сказав это, он оттолкнул его и пошел переодеваться.

Когда он вышел, еда была готова. Чжоу Сян дал Мин Сю тарелку супа, напевая маленькую мелодию: «Приходи, пей, пока горячее».

Мин Сю посмотрел на домашнюю внешность Чжоу Сяна в фартуке, на самом деле он выглядел немного бодрым. Его длинный тонкий палец который  лежал на посуде из фарфора привнес оттенок своеобразного аромата.

По телевизору шла развлекательная программа, и голос хозяина взволнованно объявил о приглашенном сегодня госте, Си Жуне.

Чжоу Сян не мог не взглянуть на телевизор. Си Жун был одет в повседневный костюм и улыбался по телевизору.

Мин Сю тоже проследил за его взглядом и посмотрел в сторону телевизора, его лицо помрачнело.

Чжоу Сян понял, что Мин Сю расстраивается из-за человека по телевизору, поэтому он быстро повернул назад и схватил пульт дистанционного управления, намереваясь сменить канал.

Но Мин Сю немедленно схватил пульт и посмотрел яростно на него, затем повернулся, чтобы посмотреть телевизор.

Хозяин начал радостно объявлять о продажах Си Жуна за рубежом и о своем новом альбоме. Когда Си Жун рассказал о своей огромной популярности в прошлом году, он начал поочередно благодарить разных людей. Наконец, он улыбнулся и сказал, что он особенно хотел бы поблагодарить старшего брата, который особенно заботился о нем, когда он был еще безымянной моделью.

Чжоу Сян поднял бровь и опустил голову, чтобы поесть.

Мин Сю спросил:«Это ты?»

«Нет, этого не может быть. В чем ему может помочь каскадёр боевых искусств?»

Позже, когда ведущий задал ему более глубокий вопрос о своем тяжелом трудовом опыте, неизвестно, сделал ли Си Жун это намеренно или нет, он быстро заявил: «Сян Гэ». Он сказал это так быстро, что это было едва заметно, но двое людей, которые смотрели его на другой стороне телевизора, наверняка слышали это.

Чжоу Сян посмотрел на Мин Сю.

Мин Сю фыркнул: у парней очень хорошие отношения.

Чжоу Сян наконец-то немного огорчился. Ревность Мин Сю довольно восхитительна, но это очень странно и немного раздражает.

Не то, чтобы Мин Сю застал его в постели с кем-то. Это просто куча мелочей, связанных вместе. В чем смысл того, чтобы Мин Сю действовал так неразумно и нелепо? Как будто он намеренно пытался что-то расшевелить.

Чжоу Сян вздохнул: «Ему действительно было тяжело тогда. Мы оба из одной компании. Я немного помог ему. Там не было ничего особенного. Мин Сю, почему ты так реагируешь? Все еще злишься на это?

Мин Сю хлопнул палочками по столу. Чжоу Сян говорил о нем, как будто он — неразумная ревнивая жена, поэтому он не мог сдержать гнев. Его инстинкт подсказывает ему, что мысли Си Жуна о Чжоу Сяне ненормальны, определенно не так просты, как обычная дружба.

Мин Сю хотел разозлиться, но так как Чжоу Сян сказал это в такой степени. Если бы он разозлился, оказалось бы, что Чжоу Сян был прав. Он яростно сжал кулак, затем выпустил его. Он выключил телевизор и сдержал свой гнев, обернувшись и произнес: «Просто ешь».

Чжоу Сян взял для него ложку супа и тихо сказал: «Мин Сю, не расстраивайся. Я, Чжоу Сян, сделаю то, что я сказал. Поскольку я с тобой, я не буду связываться ни с кем другим.»

Мин Сю пристально посмотрел на него: «Я ненавижу этого человека. Я не хочу, чтобы вы с ним виделись, хорошо?

Чжоу Сян сказал огорченное: «Мин Сю, мы из одной компании».

«Тогда не встречайся с ним наедине».

Чжоу Сян улыбнулся «Мин Сю….. Мы договорились, что не будем вмешиваться в жизнь друг друга.»

Мин Сю выглядел разъяренным, но пытался подавить себя.

Чжоу Сян был в шоке. Он не мог поверить, что Мин Сю покажет такое жестокое выражение лица.

Мин Сю глубоко вздохнул: «Ты прав. Я не могу это контролировать», сказав это, он опустил голову и тихо поел.

Чжоу Сян также погрузился в еду. Но эта трапеза  была отягощена тяжелыми переживаниями и неприятностями. Он действительно чувствовал, что его отношения с Мин Сю изменились.

Холодная война с Мин Сю несомненно продолжалась. Он не возвращался в течение нескольких дней.

Сначала Чжоу Сян не слишком переживал, особенно когда он был глубоко погружен в работу. Но через несколько дней он начал чувствовать себя неуверенно. Дом был таким пустым без чьего-либо присутствия. Тени Мин Сю были  повсюду. Очень скоро он осознал, что действительно скучал по Мин Сю.

Хотя у Чжоу Сяна был покладистый характер, это не значит, что у него нет своих принципов. Он никогда не был так терпим ни к кому, только с Мин Сю. Даже когда он почувствовал, что не сделал ничего плохого, он не мог смириться с тем, что Мин Сю просто не возвращается домой, не отвечает на его звонки и не отвечает на сообщения.

Когда Чжоу Сян ел один ночью, еда показалась ему безвкусной. Опуская палочки для еды и глядя в пустое пространство перед ним, в его сердце внезапно прокрался страх, и Чжоу Сян отчетливо осознал, что Мин Сю уже вошел в его сердце.

Это действительно требует большой смелости для мужчины в его возрасте, чтобы признать, что ему нравится человек, особенно, если это мальчик на десять лет моложе его самого. Если бы они просто продолжали жить так, как живут, то Чжоу Сян был бы доволен тем, что есть. Но внезапное исчезновение Мин Сю из его жизни, ничего не сказав, заставило его осознать чувство кризиса, которого он никогда раньше не испытывал.

Все это время у них было все хорошо. Ему никогда не приходило в голову, что он будет чувствовать, если Мин Сю порвет с ним однажды.

Теперь, он это знал. Это ужасно жалко.

Сколько лет он не испытывал такого беспокойства по поводу отношений, которые не казались близкими или далекими? Чжоу Сян чувствовал себя так же, как юноша, впервые испытывающий любовь… его неспособность удержать себя от сближения с Мин Сю, его импульсивность в том, чтобы пригласить его жить вместе, принять его, и все уступки, которые он сделал. Наконец, он осознал, что все это поведение связано с тем, что он действительно начал ему нравиться (Мин Сю).

Неудивительно, что он так неправильно относился к этим отношениям с Мин Сю.

Чжоу Сян вздохнул, Его настроение кажется немного тяжелым, но немного взволнованным.

Чжоу Сян — смелый человек, у которого есть мужество ответственно относиться к своим действиям (т / п). Найти человека, который ему нравится, не так просто. Он так просто не сдастся. Более того, они оба уже живут вместе. Пока он старается изо всех сил, возможно, Мин Сюю он тоже понравился. Тогда разве все не будут счастливы?

T / N Смысл здесь заключается в том, что»true true» достойный человек имеет смелость принять последствия своих действий, взять на себя ответственность за это

Чжоу Сян не мог больше продолжать есть. Он начал многократно звонить и отправлять тсмс Мин Сю, делая вид, что ничего не произошло несколько дней назад, посылая ему шутки и задавая случайные вопросы. Сегодня он, наконец, показал свою слабость. Он сказал Мин Сю:»Не сердись, я очень по тебе скучаю. Иди домой. Давай поговорим.»

Если Мин Сю и теперь не вернется, он может только поискать в кабинете, чтобы посмотреть, сможет ли он узнать, где работает Мин Сю, и пойти туда напрямую, чтобы найти его, поговорить, убедиться, что тому тоже нехорошо.

К его удивлению, Мин Сю вернулся в 10 часов вечера.

Чжоу Сян был так взволнован, что обнял и сильно поцеловал его. «Ба, ты не злишься? Несколько дней, когда ты не возвращался, чего-то  не хватало в этом доме».

Выражение лица Мин Сю слегка смягчилось, но все же он еще не простил его: «Ты сказал, что хотел поговорить со мной. О чем ты хочешь поговорить? Если это то же самое, что и в прошлый раз, тогда забудь об этом.»

Чжоу Сян расчесал волосы и на мгновение замолчал. Он не знал, как правильно это произнести, поэтому он просто выплюнул: «Мин Сю, могу я ухаживать за тобой?»

«А?»

«Я хочу ухаживать за табой, — искренне сказал Чжоу Сян. «Не просто сожительство, которое у нас сейчас. Мы были вместе больше трех месяцев. Мы очень хорошо ладили. Ты мне очень нравишься. Я не знаю, что ты думаешь, но я хочу быть ближе к тебе. Я действительно хочу быть с тобой, поэтому, могу я ухаживать за тобой?»

Мин Сю был ошеломлен, с оттенком неописуемого изумления: «Я тебе нравлюсь?»

Чжоу Сян кивнул, несколько смущенный: «Мои слова и действия обычно прямые. Нет ничего плохого в том, чтобы признать, что ты мне нравишься. Ты мне очень нравишься. Ты, наверное, тоже что-то чувствуешь ко мне,  верно? Иначе ты не был бы так зол в эти дни. Я прав? Можешь ли ты дать мне шанс?

Сверкающие глаза Мин Сю смотрели на него без колебаний. Несмотря на то, что выражение его лица оставалось спокойным, эмоции в его груди неистово вздымались.

Смысл Чжоу Сяна очень ясен. Он хотел, чтобы у них были романтические отношения, а не просто сожительство мужиков.

Мин Сю почувствовал, что должен сердиться на ненасытную идею Чжоу Сяна. Если бы он знал, что их отношения будут настолько запутанными, что их невозможно будет распутать, он бы никогда не связался с ним с самого начала. Однако он не мог злиться. На самом деле, видя, что Чжоу Сян немного застенчив, с его нежным и решительным выражением, смехотворными словами, которые он намеревался сказать, он даже не мог этого сказать.

Пробыв некоторое время с этим человеком, у него действительно появились чувства, поэтому он немного не хотел этого делать.

Опять же, Чжоу Сян сказал ему, что он ему нравится, заставил его чувствовать себя таким довольным собой. Мрачное настроение, в котором он находился, медленно рассеивалось. На самом деле он не был удивлен. Он видел, как Чжоу Сян смотрел на него полными обожания глазами. Он видел такое выражение лица многих людей с самого детства. Но чтобы услышать, как он прямо сказал это, чувства все же другие.

Мин Сю слегка улыбнулся и гордо сказал: «Хорошо, тогда ты ужаживаешь за мной. Но ты не должен встречаться Си Жуном снова. Я повторяю. Он мне не нравится.»

Не зная почему, человек с фамилией Жун заставляет его чувствовать какую-то угрозу, заставлял чувствовать ненависть к этому человеку.

Чжоу Сян улыбнулся: «Мин Сю, я чувствую, что ты ему завидуешь. Просто признай это, чтобы Сян Гэ мог быть счастливым».

Мин Сю нахмурился: «Ты пытаешся сменить тему?»

«Я не смею. Хорошо, я знаю. Если мы не встретимся друг с другом на работе, я не буду с ним встречаться наедине, хорошо?»

Мин Сю с удовлетворением кивнул: «Готовь для меня, я голоден».

Чжоу Сян сказал тихо: «Уже так поздно, почему ты не поел? Сиди и жди. Я пойду готовить прямо сейчас».

Чжоу Сян приложил все усилия, чтобы смягчить Мин Сю в течение двух дней. Наконец он смог его утешить. Двое вернулись к своему прежнему образу жизни. Тем не менее, Чжоу Сян начал серьезно относиться к их отношениям.

Чжоу Сян — человек спокойный и уклончивый, но с точки зрения чувств он по-прежнему очень прост и идеалистичен. Хотя у него было довольно много сексуальных партнеров, этот предыдущий опыт просто позволяет высвободить физиологические потребности между мужчинами. Когда он понял, что ему действительно нравится человек, он может сделать свое сердце открытым только к этому человеку. Он не беспорядочный. Найдя человека, которого он действительно любит, он просто хотел сконцентрироваться на том, чтобы полностью захватить этого человека, просто встречаться и стремиться к тому, чтобы их отношения пошли еще дальше.

Он был очень доволен нынешним образом жизни его и Мин Сю. Многие люди, которые начали свои отношения с секса, также смогли продержаться. Просто думать об этом, это прекрасно. Хотя Чжоу Сян беспокоился, что образ пары с Мин Сю слишком красив, слишком заманчив, он немного помедлил, но решительно погрузился в него.

Изначально Чжоу Сян уже очень хорошо относился к Мин Сю. Теперь это было даже лучше, чем раньше. Когда Мин Сю находится дома, ему даже не нужно было поднимать палец. Их средства к существованию и все дома забота Чжоу Сяна. Мин Сю, сам не ленивый человек. Когда он жил за границей один, он очень хорошо заботился о себе. Но после того, как он был с Чжоу Сяном, ему не нужно было ничего делать. Его зависимость от Чжоу Сяна проникла во все стороны его жизни, но он даже не осознавал этого. Он только чувствовал, что, поскольку Чжоу Сян любит его, все воспринималось как должное.

Чжоу Сян был счастлив в этот период времени. У него была хорошо оплачиваемая работа и человек, которого он любит. Он искренне вложил свое сердце полностью в эти отношения. В будущем он был полон прекрасных мечтаний. В жизни ему не о чем было беспокоиться.

В тот день, когда он пришел в компанию искать Цай Вэя, он случайно наткнулся на Си Жуна.

Чжоу Сян приветствовал его и не собирался больше с ним. Он искал Цай Вэя по некоторым вопросам. Неожиданно, после того, как он и Цай Вей закончили беседу, он увидел, как Си Жун ждет его, когда он выйдет.

Чжоу Сян удивился.

Си Жун увидел, что он вышел, он поприветствовал его, улыбаясь: «Такое совпадение сегодня, давай поедим немного».

Чжоу Сян подумал о Мин Сю. Хотя это немного усложняло ситуацию, он действительно не хотел общаться слишком близко с Си Жуном. С одной стороны, у них когда-то были отношения. Во-вторых, нынешняя позиция Си Жуна уже не та, что была раньше. Это не хорошо для него, чтобы быть слишком близко. Поэтому, подумав немного, он хотел уклониться: «У меня есть кое-какие дела ещё сегодня, давай в другой раз?».

На лице Си Жуна появилось разочарованное выражение: «Сян Гэ, ты забыл, что сказал, что пригласишь меня на ужин на прошлой неделе?»

Чжоу Сян неловко ответил: «Я был слишком занят в последнее время. Я предполагаю, что ты также был очень занят, видя, что ты спешишь с уведомлением о работе каждый день. Давай потом, когда мы оба не будем так заняты.

Как Си Жун  не мог понять, что это явно общие слова? Его губы дрожали. Он не мог не сказать: «Сян Гэ, я всегда думал, что ты великодушен. Я не ожидал, что ты все еще не простил меня.»

Чжоу Сян быстро объяснил: «Ты слишком много думаешь. Я действительно давно тебя не виню.»

«Тогда почему ты так холоден со мной?» Выражение Си Жуна было полно грусти. «У нас всегда были хорошие отношения. Неужели мы не можем вернуться к тому, как это было? Сейчас вокруг меня много людей, но я отношусь к тебе только как к своему другу, потому что я знаю, что только ты честен и  добр ко мне. Сян Гэ, мы не можем вернуться в прошлое?»

Чжоу Сян вздохнул: «Си Жун. Мы не можем вернуться к тому, как это было. Ты уже давно не являешся маленькой неизвестной моделью, а я уже не одинок. Скажи, у тебя есть время дурачиться со мной каждый день? Ты не можешь и я тоже. У нас обоих есть свои дела. Но я клянусь, что на самом деле простил тебя».

Си  Жун яростно ударил по стене: «Сян Гэ, как бы ты это ни выразил, ты отдаляешься от меня из-за своего молоденького парня, верно? Он ревнует, верно?»

Чжоу Сян чувствовал себя неловко. Он был не прав. Си Жун действительно не вырос. Его слова и поступки по-прежнему настолько импульсивны, не слишком зрелы. Он посмотрел на коридор. К счастью, сейчас никого нет.

Он не хотел больше говорить, похлопав Си Жуна по плечу, он дал несколько хороших советов: «Си Жун, все, что произошло, это в прошлом, Сян Гэ, видя, что ты сейчас так популярен Я очень рад за тебя, просто мы…»

Си Жун внезапно схватил его за руку, повернулся и прижал к стене. Лицо на телевидении, которое всегда показывало милую улыбку, в это время стало искаженным из-за его обид. «Сян Гэ, я действительно сожалею об этом. Я не вернулся раньше. Ты тоже любил меня, но я был настолько глуп, что испугался и убежал. Чем твой парень лучше меня? Скажи-ка. Это все еще возможно между нами? Я хочу начать с тобой, не как друзья, не как братья, я хочу быть с тобой».

Глаза Чжоу Сяна расширились.

Глаза у Си Жуна немного покраснели. Ему только за двадцать, и он никогда по-настоящему не влюблялся ни в кого. На самом деле, он даже не знал, нравятся ли ему мужчины или женщины, но его интуиция подсказывала ему, что он не хочет никому отдавать Сян Гэ.

До того, как он достиг какого-либо уровня успеха, только Чжоу Сян был добр к нему. После того, как он стал популярным, никто из близких ему людей не был по-настоящему добр.

Чжоу Сян моргнул и быстро успокоился: «Си Жун, ты знаешь, о чем говоришь?»

«Я знаю».

«Сначала отпусти меня», Чжоу Сян немного толкнул его, но не смог заставить его отпустить. Си Жун настойчиво посмотрел на него. Чжоу Сян безнадежно произнес: «Отпусти меня. Если другие увидят нас тут, ты не знаешь, какими слухами это обернется», — Чжоу Сян очень медленно оттолкнул его.

Си Жун прищурился, наконец успокоившись: «Я серьезно, Сян Гэ. Я никому не доверяю. У всех них еть скрытые мотивы. Ты единственный, кто по-настоящему добр ко мне».

Чжоу Сян горько улыбнулся: «У меня тоже был мотив. В то время, разве я не находил тебя привлекательным?»

Си Жун улыбнулся ему: «По крайней мере, когда у меня ничего не было, только ты был готов помочь мне безоговорочно. Я знаю, что я тебе нравился раньше. А сейчас? Нет ли сейчас чувства?»

Чжоу Сян не знал, как ему это объяснить. В то время чувство, которое он испытывает к Си Жуну, можно было бы сказать как «нравится». Он ему действительно нравился. Но это было точно так же, как когда он впервые увидел Мин Сю. Его просто привлекла его внешность. Чжоу Сян никогда не избегал человека, которого он считал привлекательным. Но для того, чтобы действительно полюбить этого человека в своем сердце, должно было пройти время. Си Жун не дал ему этого времени, прежде чем поссориться с ним. Никакие романтические чувства не выдержат такой игры. У него больше не было к нему никаких чувств.

Выздоровление, у него уже есть Мин Сю.

Он чувствовал себя очень раздосадованным и безнадежным в том, что Си Жун отказался быть с ним, потому что он знал, что Си Жун не был геем.

Чжоу Сян вздохнул: «Си Жун, тебе не нравятся мужчины, перестань возиться, ладно?»

«Но ты мне нравишься».

«То, что ты чувствуешь ко мне — это не то. Это зависимость. В Пекине у тебя нет родственников или друзей, поэтому ты чувствуешь, что я заслуживаю доверия. Ты полагался на меня. Но я тебе не нравлюсь, не трать наше время».

Си Жун неохотно сжал кулаки, его губы слегка дрогнули.

Чжоу Сян тихо произнес: «Вернись и подумай об этом внимательно. Ты уже не так юн, ты должен понять это».

Си Жун хотел опровергнуть, но не знал, что сказать. Если бы Чжоу Сян был все еще одинок, он бы точно не отказал ему. Обиду в его сердце некуда излить. Он был так зол, что повернулся и пнул мусорное ведро.

У Чжоу Сяна заболела голова. Он больше ничего не сказал и просто молча прошел мимо него.

Си Жун смотрел на его силуэт с выражением полного нежелания.

Чжоу Сян поехал на съемочную площадку. В фильме с Ван Юйдуном в главной роли было несколько ударов в середине, однако он быстро приближался к завершению. Сегодня Чжоу Сян выступал в роли каскадера Ван Юйдуна на сцене драки в таверне.

Как только он прибыл на съемочную площадку, он почувствовал, что атмосфера была неправильной. Сотрудники ходили с опущенными головами, никто не произнес ни слова.

Он заглянул внутрь, директор Ван и Ван Юйдун стояли лицом к лицу. Директор Ван выглядел сердитым. Ах, хотя Ван Юйдун надел свою дежурную улыбку джентльмена, его улыбка казалась вынужденной.

Эти два человека не могут ладить друг с другом, это не что-то новое, особенно в последнее время. Уведомления о работе Ван Юйдуну приходили постоянно, летая по всей стране. Директор Ван — человек, который чрезвычайно требователен к своей работе, часто тянет его на несколько часов, задерживая поездку. Два из них были в споре за это время много раз. В конце концов, это был в основном Ван Юйдун, который пошел на компромисс, но все могли видеть, что вынужденная улыбка Ван Юйдуна не продлится слишком долго.

Чжоу Сян, видя их напряженную позицию, он определенно не настолько глуп, чтобы подбегать и быть пушечным мясом. Он схватил Ми Ю, намереваясь пойти наверх, чтобы сделать его макияж.

Когда он прошел мимо, директор Ван сразу увидел его и указал на него, крича: «Чжоу Сян!»

Голос поразил Чжоу Сяна. Он быстро подошел: «Эй, директор Ван, вы меня звали?»

Директор строго спросил: «Что у вас есть время??!»

Чжоу Сян не знал, что ответить. Он мог только ответить, что он делает.

«В следующей сцене большая звезда Ван не должен быть в ней. Измените сценарий, эта сцена будет замаскирована черной шелковой шляпой, все должны быть застрелены Чжоу Сяном!»

Лицо Ван Юйдуна немедленно изменилось. Он не ожидал, что директор Ван будет таким безжалостным.

Лицо Чжоу Сяна также изменилось, его сердце бесконечно ворчало: «Аия, перестаньте шутить директора Ван. Я просто каскадёр. Я не могу играть сцену Дун Гэ. Он бросил взгляд на Ван Юйдуна и увидел, что Ван Юйдун смотрит на него злобно.

Чжоу Сян, подумал почему ему так не повезло. Директор Ван унизил Ван Юйдуна перед многими людьми, но Ван Юйдун ничего не может с ним поделать (Директор Ван). Но сделать жизнь невыносимой такого маленького миньона, как Чжоу Сян, было бы просто. Теперь он мог только молиться, чтобы Ван Юйдун был немного более щедрым по отношению к нему. Этот режиссер Ван действительно доставлял ему немало хлопот.

Подливая в огонь, директор Ван намеренно крикнул: «У него (Ван Юйдун) нет времени! Если он не может действовать хорошо, то может  не действовать вообще. В конце концов, вы оба похожи с закрытым лицом. Вы даже можете заработать больше денег. Большая звезда Ван может иметь больше времени, разве это не здорово?!

Все сотрудники слышат его злой сарказм. Сотрудники, которые имели хорошие отношения с Чжоу Сяном, сочувственно смотрят на него.

Чжоу Сян вздохнул в своем сердце. Он планировал не говорить, все, что он скажет, будет неправильным.

Улыбка на лице Ван Юйдуна исчезла, когда он пробормотал: «Хорошо, позвольте ему снять сцену. У меня нет мнения.» Сказав это, он вынул пару солнцезащитных очков из кармана рубашки, надел их на лицо, повернулся и ушел.

Его помощник быстро последовал за ним, зовя его, извиняясь перед директором Ван.

Чжоу Сян, увидев, как ассистент Ван Юйдуна так торопится, почувствовал, что, возможно, он не самый неудачник.

Ван Юйдун стряхнул руку ассистента и ушел, не оборачиваясь.

Чжоу Сян стоял в шоке, не зная, чем это закончится.

Директор Ван был настолько взбешен, что закричал: «Что ты стоишь здесь! Поменяй скрипт! Чжоу Сян будет снимать эту сцену!»

Чжоу Сян действительно хотел встать на колени перед ним, его лицо, казалось, вопило: «Директор Ван, не связывайтесь со мной. Я действительно не могу снять эту сцену. Если я сыграю роль Дун Ге, как я смогу продолжать работать в этом кругу?»

Директор Ван просто не слышал ничего из этого: «Почему ты не сможешь? Зрители не смогут сказать. Он занят бегом со всей своей другой работой, его ум не в этом фильме. Ты его каскадёр. Если он не может этого сделать, тогда ты сможешь. Иди, сделай макияж.»

Чжоу Сян неохотно последовал за стилистом. Покинув директора Вана, он сразу же достал телефон, чтобы позвонить Цай Вэю, чтобы сообщить ему об этом.

Цай Вэй проклинал, рассказывая о том, что этот старый чудак создает ему проблемы. Но у него не было этой власти, чтобы уладить этот вопрос, поэтому он мог только позволить Чжоу Сяну снимать сцену первым. Но эту сцену нельзя ставить в кино, такого рода действия, когда второстепенный игрок отыгрывает главного актера, Ван Юйдун будет абсолютно разъярен.

У Чжоу Сяна не было другого выхода, кроме как смириться и снять сцену с вуалью.

Сцены этого фильма сняты сзади и сбоку, лицо закрыто черной вуалью. Если не было крупного плана, разницу не видно. С некоторыми дополнительными изменениями каскадер определенно может стать главным актером.

Но все на съемочной площадке знали, что он фальшивый, и эта новость распространится до наступления завтрашнего дня. Шутка, что Ван Юйдун заменен своим каскадером, безусловно, является сенсационным материалом для новостей о сплетнях.

Чжоу Сян работал в индустрии развлечений уже семь или восьемь лет и был осторожен, почти никогда никого не оскорбляя, но сегодня он был вынужден упасть.

Эта сцена заняла более девяти часов, чтобы снять. Чжоу Сян был весь измотан, когда вернулся домой.

Мин Сю был дома, читал книгу. Видя, как Чжоу Сян чем-то расстроен, он спросил: «Что случилось?»

Когда Чжоу Сян подумал о взаимоотношениях Мин Сю и  Ван Юйдуна, он не смог сказать ему, что произошло, просто ответил, что он просто устал на съемках.

Мин Сю налил ему стакан воды. В тот момент, когда Чжоу Сян пил, в дверь позвонили.

Чжоу Сян подошел, чтобы посмотреть в глазок, и увидел, что это был Цай Вэй.

Он открыл дверь, пораженный: «Вэй Гэ, почему ты здесь?»

Цай Вэй поднял подарочную коробку в руке: «Кто-то дал мне сегодня кучку больших волосатых крабов. Они все живы. Ваш невестка (его жена) велела мне принести тебе немного. Такого рода вещи не могут ждать.»

Чжоу Сян был очень тронут. Он знал, что Цай Вэй пришел из-за сегодняшних событий.

Он открыл дверь для Цай Вэя, чтобы впустить его в дом. С первого взгляда Цай Вэй увидел Мин Сю и был ошеломлен.

Чжоу Сян: «Вэй Гэ, это… мы только что начали жить вместе, не так давно. Я просто еще не сказал тебе.

«Вы двое живете вместе?» — шокированно спросил Цай Вэй.

Чжоу Сян кивнул.

«Черт. Почему ты мне раньше не сказал об этом? С точки зрения обычного человека, разве совместная жизнь пары не означает, что отношения пары в основном урегулированы?

Чжоу Сян неловко улыбнулся: «Позвольте мне объяснить это…».

Чжоу Сянь удобно составил рассказ о том, как они в конечном итоге полюбили друг друга, а затем представил их.

У Мин Сю не было никакой враждебности по отношению к Цай Вэю. Это главным образом потому, что Цай Вэй первоначально упомянул «невестку», когда он впервые вошел в дверь. Он вежливо пожал руку Цай Вэю, но выражение его лица по-прежнему было не очень дружелюбным.

Чжоу Сян также привык к такому поведению, когда он быстро привел Цай Вая в дом.

Цай Вэй взглянул на Мин Сю несколько раз. Его профессиональная привычка заставила его спросить: «Сяо, а, из какой ты компании? Почему я не слышал о вас раньше?»

Мин Сю слегка нахмурился.

Чжоу Сян быстро ответил: «Вэй Гэ, его нет в кругу».

Цай Вэй был удивлен: «На самом деле? Такие хорошие данные, почему бы не быть артистом? Просто полагаясь на эту внешность, есть ли более быстрый способ заработать деньги?»

Мин Сю покачал головой: «Я не заинтересован». Несоблюдение дисциплины его семьи уже сделало его отношения с отцом напряженными, если он действительно уйдет и станет звездой, обнажая свое лицо, его старик обязательно убьет его. Не говоря уже о том, что он не интересуется работой такого типа, которая требует от него продажи себя камерам.

Цай Вэй почувствовал малейшую жалость и вздохнул, но все же вручил ему визитную карточку и сказал с улыбкой: «Ах, Сян и я хорошие друзья, если вы хотите изменить свое мнение, вы должны прийти ко мне, не искать кого-то еще.»

С уважением к Чжоу Сяну, Мин Сю слегка улыбнулся и взял его.

Цай Вэй сказал Чжоу Сяну: «Так как у тебя есть кто-то дома, я собираюсь уйти первым. Обязательно быстро приготовьте крабов. Мы поговорим по телефону».

Чжоу Сян вспомнил, что Цай Вэй искал его из-за вопросов с директором Ван и Ван Юйдуна. Но поскольку Мин Сю здесь, это было неподходящее место.

После сопровождения Цай Вэя, Мин Сю спросил: «Он что-то хотел? Что произошло?»

Чжоу Сян неопределенно ответил: «Работа, это связано с работой, это не важно». Думая, что Мин Сю является не только будущим зятем Ван Юйдуна, но и его поклонником, он не должен говорить ему об этом. Кто знает, как он отреагирует.

Первоначально Мин Сю просто небрежно спрашивал, но нерешительное отношение Чжоу Сяна сделало его немного подозрительным. В этот момент Чжоу Сян в основном делал все как он хотел. Мин Сю, естественно, привык к этому, наслаждаясь теплом и снисходительностью от Чжоу Сяна. Так то, что Чжоу Сян что-то скрывает от него, внезапно стало трудно принять. Он с сожалением произнес: «Что ты не можешь сказать мне… что ты скрываешься от меня? Я посторонний?»

Чжоу Сян увидел, что выражение его лица изменилось, и знал, что его характер вспыхнул. Он быстро уговорил: «Как ты можешь считаться посторонним? Ты, безусловно, инсайдер», сказав это, он проницательно улыбнулся. «Не думай слишком много, это действительно ничего важного, просто несколько человек поссорились на съемочной площадке. Это на самом деле довольно сложно и из-за чего-то настолько тривиального. У тебя определенно не хватит терпения, чтобы захотеть это услышать.»

Мин Сю медленно посмотрел на слегка бледное лицо Чжоу Сяна, он почувствовал необъяснимую душевную боль. Потянув Чжоу Сяна на диван: «Ты выглядишь таким уставшим, сделай перерыв. Я буду готовить.»

Чжоу Сян выставил довольную улыбку. Он не мог не обнять Мин Сю за талию и потер живот: «Правда? Ты собираешься готовить для меня?»

Когда Мин Сю увидел, что его лицо полно ожиданий, его настроение стало намного лучше: «Разве нет крабов? Я сделаю тебе приготовленных на пару крабов.»

«Хорошо, я действительно не знаю, как готовить такие вещи. Я буду учиться у тебя».

«Ты не хочешь полежать, чтобы отдохнуть?»

«Нет. Просто глядя на тебя, я еще более проснулся», — Чжоу Сян быстро встал и наклонился к Мин Сю, затем тихо произнес: «Даже если я не увижу тебя целый день, я хочу.»

Мин Сю чувствует тошноту, слыша такие сладкие и милые слова людей. Но эти слова, исходящие из уст Чжоу Сяна, не изменили его значения, но звучание в его ушах сделало его совершенно счастливым. Каждый раз, когда Чжоу Сян игриво произносит эти сладкие слова, Мин Сю хочет запихнуть его под тело и жестоко трахнуть его. Причина в том, что рот Чжоу Сяна мог не только выплевывать слова, приятные для его ушей, он также мог издавать приятные звуки, особенно когда он постоянно страдает от острых ощущений страсти. Это заставило Мин Сю пробудиться, только подумав об этом.

Они стоят особенно близко, настолько близко, что Чжоу Сян сразу заметил, когда Мин Сю стало трудно. Чжоу Сян подсознательно сделал шаг назад и самодовольно улыбнулся: «Мин Сю, я думаю, что ты скучал по мне».

Они были вместе несколько месяцев. С тех пор, как Чжоу Сян сказал ему, что он искренне хочет быть с ним, они вступили в период любви, похожий на период медового месяца, а не в свое независимое соглашение о невмешательстве ранее. Так что обычной сладости между ними не хватает, поскольку у них есть такая мысль, они могут легко возбудиться в любое время.

Однако Чжоу Сян очень устал сегодня, не желая этого делать, а есть.

Мин Сю бросил его на диван и протянул руку к его (Чжоу Сяна) штанам, шепча: «Это ты разбудил меня…».

Чжоу Сян моргнул несколько раз, не желая чтобы настроение Мин Сю испортилось, но он действительно слишком устал. Кроме того, он все еще беспокоился о том, что произошло сегодня, поэтому он не мог прийти в себя. Мин Сю долго целовал его, прежде чем, наконец, понял, что разум Чжоу Сяна был где-то еще.

Выражение Мин Сю не очень хорошее: «О чем ты думаешь? Почему твой разум отвлекается, когда ты делаешь это со мной?»

Чжоу Сян сразу же пришел в себя, чувствуя себя чрезвычайно извиняющимся: «Мин Сю, я очень устал…»

Мин Сю посмотрел на него какое-то время.

Как раз в тот момент, когда Чжоу Сян подумал, что он все еще злится, Мин Сю поднялся с него: «Я сказал тебе лечь и отдохнуть, но ты должен был  дразнить меня. Я так возбудился, теперь ты говоришь, что устал. В следующий раз, когда ты сделаешь это, я буду трахать тебя, пока ты не сможешь принять это.»

Мин Сю ущипнул его за задницу, чтобы излить гнев, затем поправил одежду и пошел на кухню.

Чжоу Сян уставился на его спину, чувствуя, как в его сердце нарастает тепло.

Хотя у Мин Сю плохой характер, он очень волевой, Чжоу Сян, чувствуя, что сердце Мин Сю все ближе и ближе к нему. Он не так эгоистичен, как раньше, и время от времени о нем заботится. Каждый раз, когда это случается, это делает Чжоу Сяна непрестанно счастливым. Он использовал всю свою искренность, чтобы хорошо относиться к Мин Сю. В то же время он чувствовал, что Мин Сю мало-мальски вернул часть этой искренности. Это дало ему огромную мотивацию. Он знал, что на данный момент в их отношениях у Мин Сю пока нет его сердца. Но возвращение, которое он получил от всех своих усилий, заставило его почувствовать, что они однажды полюбят друг друга.

Чжоу Сян лежал на диване расслабленно и не мог удержаться от смеха.

Хотя они, несомненно, столкнутся со всевозможными трудностями в жизни, вообще говоря, он все еще очень доволен.

Лежа некоторое время, он чувствует, что он восстановил некоторые из своих энергии, поэтому он пошел на кухню, чтобы помочь. Он был настолько полезен, чтобы мешать Мин Сю, что это стало привычкой. В свою очередь, ему немного неудобно, когда Мин Сю заботится о нем.

Мин Сю повернулся, чтобы взглянуть на него, но продолжил готовить.

Чжоу Сян схватил фартук, висящий на двери холодильника и обернул его вокруг передней части Мин Сю и завязал его сзади. Завязав узел, он обнял Мин Сю за талию и прислонился лицом к его плечу.

Мин Сю на четыре-пять сантиметров выше его, поэтому опираться на него просто идеально.

Мин Сю не мог не посмеяться: «Что ты делаешь? Это помощь?»

«Я хочу посмотреть, как ты это сделаешь, в следующий раз, я приготовлю это для тебя».

«Зачем учиться? Если в будущем появится волосатый краб, я просто его приготовлю», — небрежно сказал Мин Сю.

Нежный мягкий голос Чжоу Сяна прозвучал возле Мин Сю: «Всех волосатых крабов в будущем?»

«Да», — небрежно ответил Мин Сю.

«Если в один из дней ты не захочешь быть со мной, я куплю кучку волосатых крабов и отнесу их к твоему дому и задушу тебя».

Мин Сю сделал паузу: «Пока ты не ошибаешься, я буду с тобой».

Чжоу Сян только шутил. Он не ожидал получить что-то похожее на обещание. Внезапно он разволновался и не мог не спросить: «Мин Сю, доволен ли ты тем, как мы сейчас?»

«Это хорошо», — подумал Мин Сю. Ему нечего быть неудовлетворенным, его средства к существованию улучшаются, и у него есть кто-то на его стороне. Хотя тот, кто рядом с ним, не тот, кого он хотел, у него не было другого выхода, кроме как идти на компромисс с реальностью. Чжоу Сян был следующим лучшим выбором.

Глаза Мин Сю блеснули следом растерянности, и перед ним появилась изысканная и красивая улыбка Ван Юйдуна. Он часто воображал, что за ним стоит Ван Юйдун. Но ему становится все труднее находить тени Ван Юйдуна в Чжоу Сяне, потому что личность Чжоу Сяна слишком различна. Чжоу Сян — человек с независимой личностью, поэтому ему было трудно почувствовать, что Чжоу Сян «похож на» Ван Юйдуна. Иногда Мин Сю забывал причину, по которой он первоначально согласился жить здесь, но он не хотел ничего менять. Он наслаждался всем, что ему давал Чжоу Сян.

Чжоу Сян быстро последовал, спросив: «Я никогда не осмеливался спрашивать тебя, твою семью…. Они знают (о том, что ты гей)?»

Мин Сю нарезал зеленый лук на кусочки, глядя на него, его, казалось, не особо волновало: «Немного знаю».

«Тогда… какова их реакция?»

«Я покинул страну, чтобы скрыться от них, так что ты думаешь?»

Мин Сю обнаружил, что совершенно не интересуется девушками и даже устал от их внимания, когда учился в средней школе. Но в то же время он был также в равной степени раздражен этими глупыми мальчиками того же возраста, поэтому он не осознавал, что проблема связана с его сексуальной ориентацией.

То есть до старшей школы, когда он случайно увидел Г. В. (гей видео) в интернете и понял свое стремление к тому же полу.

У него есть старший брат и старшая сестра. В семье он считается наиболее любимым человеком, и ему не нужно брать на себя бремя каких-либо важных дел. Таким образом, он крайне неуправляем в своих действиях. Когда его родители поняли, что с ним что-то не так, он немного повеселел, поэтому он собрал свои вещи и уехал в Америку. Но теперь у него есть свои взгляды и свои мысли, его родители еще больше не в состоянии его дисциплинировать. Все думали, что он жил очень комфортно, но его сердце попало в ловушку человека. Как это считается удобным?

Он никогда не забудет тот год, когда он был у входа в кинотеатр и случайно остановился, чтобы посмотреть трейлер фильма, этот изящно белый силуэт спины одновременно загипнотизировал и покорил его, шокируя его до глубины души.

Когда Чжоу Сян увидел, что он смотрит вниз, он подумал, что чувствует себя подавленным. Он не мог не смеяться над собой: «В любом случае, твои родители заботятся о тебе. Я могу только мечтать о том, чтобы кто-то контролировал меня.»

Мин Сю знал, что родители Чжоу Сяна умерли, когда он был очень молодым. Думая, что Чжоу Сян был один более 20 лет, он чувствовал, что это должно быть нелегко.

Чжоу Сян продолжал обнимать Мин Сю за талию сзади. Куда бы ни двигался Мин Сю, он также следовал позади. Они достигли невербального взаимного соглашения, чтобы не продолжать эту тяжелую тему, а вместо этого немного поговорить о волосатых крабах. Атмосфера неописуемо теплая и гармоничная.

Чжоу Сян всегда мечтал, что этот дом сможет приветствовать своего другого владельца однажды. Теперь все его ожидания стали реальностью.

На следующий день Чжоу Сян пошел в компанию, чтобы найти Цай Вэя. Он не ожидал, что президент Ван, который редко бывает в компании, действительно будет там.

Чжоу Сян думал, что это очень серьезный вопрос, поэтому он особенно нервничал.

Президент Ван знал что он думал, просто глядя на него. Он медленно сделал глоток чая: «Не нервничай, все в порядке».

Чжоу Сян почувствовал, как груз поднялся с его плеч. Президент Ван — надежный человек. Если он сказал, что все в порядке, значит, все должно быть в порядке.

«После того, как Цай Вэй сказал мне вчера, я позвонил Ван Юйдуну». Директор Ван более чем на тридцать лет старше его и является его старшим. Его характер не может быть изменен. Хотя этот старик иногда неразумен, он действительно талантлив. «Ван Юйдун должен дать ему некоторый уровень уважения. Я с ним разговаривал вчера. Он сказал, что через несколько дней извинится перед директором Ван. Со стороны директора Вана я попросил другого инвестора поговорить с ним. Вчера я разговаривал с ним долгое время, так что вам не о чем беспокоиться».

Чжоу Сян решительно улыбнулся: «Меня так беспокоит это, я всего лишь второстепенный каскадёр. Я действительно не могу позволить себе никого обидеть».

Президент Ван также улыбнулся: «Они просто бездельничают. Я молюсь, чтобы это был конец, чтобы я мог спокойно вернуть свои деньги (прибыль) и не иметь больше неудач. Помоги мне внимательно посмотреть их на съемочной площадке. Если что-то случится, немедленно сообщи мне.»

«Понял.»

«Эй, Цай Вэй сказал, что ты живешь со своим маленьким парнем? Как дела? Это действительно серьезно?»

Чжоу Сян не знал, смеяться или плакать: «Вэй Гэ, я понял, что с тех пор, как ты женился, твой рот становится все более и более свободным. Невестка кормила тебя очень хорошо.»

Цай Вэй ругался с улыбкой: «Не издевайся над мной. Разве это не хорошо? Твоя задница колебалась столько лет. Разве ты не хочешь найти настоящую любовь? Разве я не могу быть просто счастлив за вас?»

Президент Ван кивнул: «Это верно. Я не возвращадся так долго. Я чувствую, что я не синхронизирован с современным образом жизни. Ежегодное собрание компании позволяет членам семьи присутствовать. Возьми его с собой.»

«До этого еще больше месяца. Тогда мы поговорим об этом», — сказал Чжоу Сян, личность Мин Сю, который не любит общаться с людьми, поэтому, вероятно, он не захочет присутствовать.

Президент Ван поднял брови, «Что за встреча с ним? Я просто хочу посмотреть, как этот человек выглядит, этот зоркий звездный менеджер Цай Вэй высоко оценивает его красоту».

Чжоу Сян вздохнул: «Президент Ван, он действительно не хочет быть звездой. Вы могли бы также сдаться.» То, что думают две хитрые старые лисы, ясно написано на их лицах.

Цай Вэй пожал плечами: «Какая жалость. Видя его лицо, а затем, глядя на свое собственное лицо, я чувствую, что жизнь действительно слишком грустная».

Чжоу Сян немного гордился, думая, что у него есть Мин Сю. Он чувствовал, что ему очень повезло.

Он снова пошел на съемочную площадку два дня спустя. Ван Юйдун прибыл перед ним и уже делал свой макияж.

Чжоу Сян с опасением подошел и почтительно сказал: «Дун Гэ».

Ван Юйдун посмотрел на него из зеркала и улыбнулся: «Ты здесь.» Сказав это, он посмотрел на него, оценивая его с головы до ног, выражение его лица было очень пронзительным.

Чжоу Сян чувствовал леденящий воздух, поднимающийся с подошв его ног.

Он неловко ушел к туалетному столику в стороне. Ми Ю посмотрела на него с тревогой.

Ван Юйдун ответил: «Эй, подожди минутку. Поверни кругом, чтобы я смог взглянуть.»

Чжоу Сян моргнул, его сердце забилось. Он обернулся по кругу.

Ван Юйдун скромно улыбнулся: «Аааа… ты действительно похож на меня. Я смотрел сцену, которую вы снимали. Аудитория наверняка не сможет сказать, что это не я. Кажется, это здорово, что ты мой каскадёр».

Когда холодный пот начал капать, Чжоу Сян пробормотал: «Дун Гэ, не смейся надо мной. Только моя фигура немного похожа на вашу, но моя игра с моими манерами и осанкой все еще очень далека от вас. Средняя аудитория может быть одурачена, но ваши преданные поклонники наверняка будут знать, что она снята каскадером с первого взгляда. Я определенно не могу сравниться с настоящим тобой».

Ван Юйдун прищурился и улыбнулся: «То, как ты это говоришь, заставляет меня чувствовать себя так неловко. Иди, сделай макияж. Сделай это хорошо. В будущем у нас будет возможность работать вместе.»

Чжоу Сян кивнул. Улыбка Ван Юйдуна не казалась подлинной. Он чувствовал, что это будет последний раз, когда он и Ван Юйдун будут сотрудничать. Но это также заставило его вздохнуть с облегчением. Не так уж важно иметь меньшую зарплату, большая проблема в том, что если бы он случайно обидел этого великого бога круга развлечений, он мог бы даже не работать в этой области.

Не только статус Ван Юйдуна высок там, у него также есть очень хорошая поддержка. Он — номер один, кого Чжоу Сян не может себе позволить оскорбить, поэтому он предпочел бы просто остаться в стороне.

Сегодня Ван Юйдун снимает сцену в таверне. Чжоу Сян снимает другую сцену рядом со съемочной площадкой.

Он очень часто смотрел в сторону Ван Юйдуна. Просьба директора Вана так же строга, как и прежде. Любой, кто знаком с ним, знает, что он не был намеренно нацелен на Ван Юйдуна, но он так со всеми. На съемочной площадке он такой же, как император, стоящий своих слов. Но в глазах Ван Юйдуна, который горд и высокомерен, кажется, что директор Ван целится в него, особенно после инцидента, произошедшего ранее. Режиссер Ван не стал сдерживать свое отношение, все еще продолжая кричать и кричать на него, поэтому неудивительно, что Ван Юйдун будет так думать.

Хотя они неохотно заставили себя закончить съемки этой сцены, атмосфера между ними не ослабла.

Чжоу Сян смотрел со страхом. Он также молился, чтобы фильм был скоро закончен, чтобы он мог просто взять деньги и уйти.

В мгновение ока это зима.

Эта зима особенно холодная в Пекине. В начале ноября уже шел снег. Хотя погода была холодной, он и маленький дом с Мин Сю всегда были теплыми и уютными.

Чжоу Сян привык к жизни видеть Мин Сю каждое утро, когда он просыпается и ложиться с ним спать по ночам.

Сначала он думал, что с таким высокомерным и своевольным человеком, как Мин Сю, определенно будет много трений. Но на самом деле, когда он вкладывает свое сердце и душу в заботу об их повседневной жизни, в большинстве случаев это гармонично. С самого начала Мин Сю принес очень мало багажа в свой дом, но теперь его везде есть следы.

Чжоу Сян все еще живет досугом. Если бы не было работы, он бы просто отдыхал дома. После более чем полугода работы компания Мин Сю также находится на правильном пути. Времена, когда Мин Сю находится дома, становились все меньше и меньше, и большую часть времени он проводил в своей офисе.

Однако, даже когда он напряженно работает в течение дня, ночью не так много социальных взаимодействий, поэтому большую часть времени он приходил домой, чтобы поужинать с Чжоу Сяном. Чжоу Сян знал, что его личность не любит общение, но он все еще очень счастлив. Он чувствовал, что его жизнь с Мин Сю похожа на жизнь молодоженов, теплых и сладких. Он очень доволен этим стилем жизни.

Конец месяца, фильм с Ван Юйдуном в главной роли скоро будет завершен. Сцены Чжоу Сяна были сняты. Последний день будет обычным празднованием, и многие репортеры будут присутствовать, чтобы сообщить об обновлениях, создавая рекламные ролики для фильма.

Его роль настолько незначительна, что неважно, посещает он его или нет. Но он не ожидал, что директор Ван лично попросит его выпить, что заставит его чувствовать себя немного испуганным.

Когда Ван Юйдун снимал финальную сцену, появился Чжоу Сян. Многие репортеры ждали на съемочной площадке, чтобы взять интервью у Ван Юйдуна сразу после.

Чжоу Сян сидел на стороне и болтал со своими коллегами. Из дверного проема было много волнений.

Несколько человек обернулись и увидели человека, одетого в солнцезащитные очки и тяжелую черную кашемировую куртку. Несмотря на то, что он был одет в солнцезащитные очки и завернут в шарф, эти проницательные репортеры все же узнали его как Си Жуна.

Репортер бросился брать у него интервью. Си Жун снял очки и вежливо улыбнулся. Затем он медленно закрыл микрофон: «Я здесь, чтобы искать друга, все, пожалуйста, отпустите меня». Сказав это, он бросил репортеров и направился в сторону Чжоу Сяна.

Чжоу Сян встал. С тех пор, как он расстался в плохих отношениях в прошлый раз, он не видел Си Жуна более двух месяцев. Хотя Си Жун время от времени звонил ему, Чжоу Сян не знал, что ему сказать.

Си Жун тихо улыбнулся Чжоу Сяну: «Сян Гэ, я слышал, что ты сегодня закончил. Я пришел к тебе.»

Он положил на стол пироги. Затем пригласил сотрудников прийти: «Все подходите и пробуйте это. Этот мусс из манго очень вкусный».

Подошла группа людей и взяла по кусочку. Си Жун воспользовался возможностью, чтобы вытащить Чжоу Сяна из толпы.

Чжоу Сян улыбнулся: «Спасибо. Мне сегодня нечего делать, поэтому я пришел сюда, чтобы отпраздновать.»

Они стояли в углу, далеко от толпы. Си Жун сознательно повернулся спиной к журналистам, чтобы они не могли видеть его выражение лица. Он тихо пробормотал: «Сян Гэ, я очень по тебе скучал, поэтому я не мог не прийти, но пришел к тебе».

Чжоу Сян похлопал его по плечу: «Я слышал твой новый альбом. У тебя, естественно, великолепно поющий голос».

Си Жун вздохнул: «Сян Гэ, ты собираешься продолжать так пассивно относиться ко мне?»

Чжоу Сян ответил смущенно: «Я ничего не сделал. Не легко увидеть тебя, я очень счастлив.»

«Я недавно выступал с продвижением своего альбома и только вчера вернулся в Пекин. Я всегда помнил еду, которую ты обещал. Но я не думаю, что ты выполнишь это обязательство, поэтому я пришел, чтобы посетить твой праздничный пир и пообедать с тобой». Выражение Си Жуна довольно одинокое.

Чжоу Сян чувствовал себя очень смущенным. Несмотря на это, в прошлый раз он действительно не упомянул об этом из вежливости, но искренне пообещал угостить его едой. Но, в конце концов, этот человек вернулся уже более полугода, и они до сих пор не собрались вместе на эту еду. На самом деле, если бы Си Жун не признался ему, и в то время, когда Мин Сю мог забыть о Си Жуне, он бы позвонил Си Жуну, чтобы прийти и потусоваться. Это было бы не так уж важно, но с тех пор, как Си Жун произнес эти слова, теперь все по-другому.

Он не знал, как встретиться с Си Жуном, поэтому мог держаться лишь на некотором расстоянии. Но, видя изнуряющую внешность Си Жуна с темными кругами вокруг глаз, он считает, что Си Жун не получил достаточного отдыха после своей рекламной деятельности. Чжоу Сян — человек с чрезвычайно мягким сердцем. Видя, что Си Жун специально пришел к нему сегодня, он тем более почувствовал, что ему следует поесть с ним.

Он почесал волосы: «Мы можем пойти поесть после работы. Это хорошо, если это только ты, но это также привлекает внимание больше людей».

Си Жун кивнул: «Сян Гэ, здесь слишком душный. Можете ли вы пойти со мной на некоторое время вниз?»

Чжоу Сян знал, что было бы неудобно смотреть на стольких людей, поэтому он мог только согласиться: «Подожди, пока я возьму мою куртку».

Чжоу Сян надел куртку и пошел к двери с Си Жуном. Чжоу Сян не привык к такому количеству репортеров, которые смотрели на него с таким восторгом. Он чувствовал, что даже не знал, куда поставить свою ногу. К счастью, репортеры поняли правила и просто небрежно снимали (фотографии).

Когда они вдвоем подошли к двери, перед ними появился человек, присоединившись к ним на своих фотографиях.

Чжоу Сян был удивлен, тупо уставившись на Мин Сю.

Мин Сю посмотрел на него, а затем посмотрел на Си Жуна, выражение его лица сразу изменилось.

В это время журналисты и сотрудники рядом с ними также заметили необычно напряженную атмосферу между этими тремя.

У Мин Сю холодное лицо, лицо Си Жуна замерзло, а Чжоу Сян выглядел совершенно потерянным.

Хотя они не знают Мин Сю и не могут догадаться, что происходит между ними, любой может увидеть, что Си Жун есть какой-то раздор с этим красивым парнем, который только что появился.

Возможно, это станет сенсационной историей о сплетнях. Все взволнованы, поскольку сосредоточились на развитии своей напряженной ситуации.

Чжоу Сян пошел и схватил руку Мин Сю: «Мин Сю, почему ты здесь? Я только что встретился с Си Жуном и собирался пойти покурить. Давай выйдем и поговорим. Когда он говорил это, его глаза намекали Мин Сю, чтобы заметить количество репортеров вокруг них.

Си Жун также быстро восстановил свою нормальное лицо. Какой бы разлад между ними ни был, он не позволит этим людям воспринимать это как новости о сплетнях.

Мин Сю отмахнулся от руки Чжоу Сяна и прямо сказал: «Я не пришел искать тебя». Он подошел к Ван Юйдуну.

Лицо Чжоу Сяна полно неловкости. Си Жун был чрезвычайно зол на отношение Мин Сю, но он отчаянно пытался подавить свои эмоции от показа. Он слегка подтолкнул Чжоу Сяна: «Сян Гэ, давай выйдем и покурим».

Чжоу Сян посмотрел на силуэт спины Мин Сю. Это не подходящее время, чтобы преследовать Мин Сю, чтобы успокоить его. Слишком много людей смотрят. Си Жун медленно вытолкнул его за дверь. Двое мужчин побежали в угол за зданием. Видя, что никто не последовал за ними, они вздохнули с облегчением.

Си Жун скривил брови: «Сян Гэ, нрав вашего маленького парня действительно ужасен. Я бы сказал, что он напрашивается на неприятности. Каждый раз, когда он видит меня, у него такое враждебное отношение». Он забыл, что он также смотрел на Мин Сю  с враждебностью, когда они впервые встретились.

Чжоу Сян издевался: «Это просто недоразумение. На самом деле, с ним очень легко ладить». Чем больше Чжоу Сян говорил, тем больше ему не хватало этой уверенности. Очевидно, что эти два человека никогда не говорили больше нескольких слов, но они готовы вцепиться друг другу в глотку, увидев друг друга. Может быть, он слишком обаятельный? Он не знал, смеяться или плакать, просто думая об этом.

Си Жун не курил, а смотрел на выдувающий дым Чжоу Сяна, а затем смотрит, как он невнимательно направил взгляд внутрь. Зная, что Чжоу Сян, очевидно, думает о Мин Сю, его сердце стало больно.

«Сян Гэ, я знаю, что ты очень терпимый человек, но с нравом некоторых людей не нужно смиряться. Он просто станет все более и более неразумным. Я не хочу, чтобы ты страдал».

Чжоу Сян улыбнулся: «Что ты говоришь? Два человека могут собраться вместе, потому что они подходят. Иначе они бы давно расстались. Почему страдать или не страдать? Си Жун, мы очень хорошо ладим. Это не то, что ты думаешь, не волнуйся.»

«Не волнуйся?» Си Жун с горечью сказал: «Скорее, вы, ребята, расстаенетесь раньше».

Чжоу Сян неловко отводит лицо. У него больше нет того расслабленного чувства, которое он чувствовал, когда общадся с Си Жуном. Популярность Си Жуна не только сильно отличается от прежней, но и отношение к нему становится все более странным. Он просто не знал, что делать с этим должным образом.

Си Жун обернулся и серьезно посмотрел на Чжоу Сяна: «Сян Ге, у меня такое чувство, что ты и он не продержитесь долго. Не обвиняй меня в том, что я проклинаю вас, ребята. Его вид снисходительного высокомерного человека, у которого только красивое лицо, не достоин тебя. Я жду тебя. Когда вы закончите, вы увидите, что я все еще жду вас. Я действительно не люблю мужчин, но ты мне очень нравишься. Я чувствую себя очень легко, находясь с тобой».

Чжоу Сян погасил сигарету и тихо произнес: «Си Жун, гомосексуализм — это не очень весело. Не утоните в этой мутной воде. У вас есть родители, зачем? Плюс, он и я очень хорошо ладим. То, что ты чувствуешь ко мне, — это твое смущение. Рано или поздно вы встретите хорошую девушку. Тогда ты поймешь».

Си Жун не желает принимать эту реальность. Он сказал с большим трудом: «Сян Гэ, ты не знаешь. Я много думал в прошлом году… о тебе… забудь об этом. Ты все равно не поверишь тому, что я говорю. Я только надеюсь, что ты не будешь скрываться от меня и все еще сможешь относиться ко мне как к другу».

Чжоу Сян улыбнулся: «Си Жун. Я буду относиться к тебе как к другу, но надеюсь, что ты больше никогда не будешь упоминать эти слова».

Особенно его слова о том, что он надеется, что он и Мин Сю скоро расстанутся, он действительно не хочет слышать это.

Си Жун опустил голову, его плотно сжатые губы показали его нежелание принять эту реальность.

Чжоу Сян добавил: «Давай вернемся. Слишком холодно, чтобы оставаться здесь слишком долго. Сказав это, он обнял свой пиджак и пошел назад.

Си Жун знал, что он сам завидует Мин Сю. Его завистливая ненависть к Мин Сю растет все больше и больше.

Они оставались на улице не более десяти минут. Когда он вернулся в комнату, все его тело было уже холодным.

Мин Сю ждал не слишком далеко от входа в дверь. Ван Юйтун был занят. Они даже не сказали больше, чем несколько слов. Несмотря на то, что он не выходил из комнаты, Чжоу Сян мог видеть, что воздух вокруг него намного теплее, чем раньше.

Чжоу Сян бросил Си Жуна и подошел, чтобы сесть рядом с ним, улыбаясь: «Мин Сю, ты здесь, чтобы искать Ван Юйдуна? С тех пор как ты приехал, почему ты так и не сказал?»

Мин Сю посмотрел на него: «Если бы я сказал это заранее, вы, ребята, просто сменили место для курения?»

Чжоу Сян закрыл глаза на его сарказм, сохраняя самообладание: «Мин Сю, сегодня финальная сцена для фильма. Многие люди пришли. Я также не знал, что он придет».

Мин Сю повернулся, чтобы взглянуть на Си Жуна, и увидел, что Си Жун смотрел на них с глубоким и тяжелым выражением лица, гнев нарастал в его сердце. У этого человека другие намерения в отношении Чжоу Сяна. Он уверен в этом. Он подтолкнул Чжоу Сяна: «Иди сюда».

Двое мужчин вышли из задней двери комплекса, снаружи — закрытый балкон, но окна не закрыты. Холодный свежий воздух, поступающий внутрь, никто не будет выходить зимой.

Мин Сю сердито посмотрел на него:«Зачем вы, ребята, выходили, чтобы поговорить?»

«Просто курил. На улице довольно холодно, о чем мы можем говорить? Поэтому я просто поспешил вернуться к тебе».

«Есть ли у него другие намерения по отношению к тебе? Иначе почему он всегда так на меня смотрит? Лицо Мин Сю показало след отвращения.

Чжоу Сян попытался успокоить его: «Нет, ты слишком много думаешь. Я уже говорил, что он прямой. Должно быть какое-то недопонимание между вами двумя. Он слишком много выпил той ночью и имел плохое отношение. Вы оба, глядя друг на друга, вероятно, вызвали некоторое трение. Это определенно недоразумение».

Видя, что Чжоу Сян выглядит настолько уверенным в этом, Мин Сю почувствовал легкое сомнение.

Чжоу Сян бросился затягивать шарф, котором был на Мин Сю: «На улице так холодно, как ты можешь так легко одеваться?

Мин Сю «хм»,«Этот пуховик очень теплый».

«Правда? Но это кажется таким тонким», — Чжоу Сян сжал руку, а затем опустил ее, чтобы коснуться штанов. «Ты носишь только эту пару брюк? Так холодно, как ты можешь носить только пару (штанов)?»

«Еще не так холодно».

«Это время года леденит до костей. Я принесу тебе теплое нижнее белье, ты должен носить его».

Они начали становиться близкими. Чжоу Сян прижал Мин Сю к стене и поцеловал его в губы, пробормотав: «Твои губы холодные, что делать, если ты заболел».

Мин Сю сказал, что Чжоу Сян просто пытается сменить тему. Как раз когда он собирался что-то сказать, Чжоу Сян прикрыл рот и засунул язык.

Мин Сю неосознанно обнял Чжоу Сяна за талию.

Каркас тела у Чжоу Сяна не маленький, но его талия чрезвычайно тонкая. Даже в толстой куртке Мин Сю чувствовал его талию. Он не может не коснуться, и потянулся, чтобы погладить его теплую кожу.

Чжоу Сян испуганно замерз, он нахмурился. Ничего не говоря, он просто протянул руку, так чертовски холодно».

Мин Сю чувствует, как его тело дрожит. Его настроение стало немного лучше, когда он насмехался: «Если ты будешь кричать, я тебя здесь раздену».

Чжоу Сян погладил лицо Мин Сю и прислонился к нему:«Так… что после того, как я разденусь??»

Мин Сю хрипло ответил: «После этого, конечно… пойдешь на хуй. Каждый раз, когда я трахаю тебя, твое тело особенно жарко, идеально, чтобы согреть меня».

Чжоу Сян злобно засмеялся: «Мы должны иногда делать это на улице, хотя немного холодно, это должно быть очень захватывающе».

«Ты все еще действительно хочешь попробовать… что делать, если мы замерзнем вместе», — Мин Сю погладил его стройную талию, целуя его.

Чжоу Сян подумал, что если бы они в двоем замерзнут во время секса, это было бы так неловко. Он не мог удержаться от смеха.

Двое неприлично говорили заигрывающими словами, которые можно было сказать только друг перед другом. Хотя температура вокруг них очень низкая, с их крепкими объятиями, их грудь крепко прижимается друг к другу, их губы сжаты вместе, ни один не чувствует ни малейшего холода. Вместо этого тепло от их тел до их сердец.

В это время странный голос, похожий на звук грома, рухнул, разбив их сладкий маленький мир.

«Мин Сю?!

Двое повернули головы и увидели, что Ван Юйдун в шоке смотрит на них. Он до сих пор не снял свое платье, одетый в наряд героя, и выглядел очень впечатляюще, но выражение его лица полно ужаса. Его брови загибались, как будто он не мог поверить всему, что видел.

Мин Сю почти не колебался, оттолкнул Чжоу Сяна. Его сила была так сильна, что Чжоу Сян чуть не упал.

Чжоу Сян перевел взгляд с Ван Юйдуна на Мин Сю, совершенно потерянный.

Ван Юйдун заставил себя успокоиться и посмотрел на Чжоу Сяна. В его глазах было нескрываемое предупреждение и презрение. Он мрачно сказал Мин Сю: «Мин Сю, иди со мной».

Мин Сю сжал кулаки, все его тело не могло перестать дрожать. Он даже не посмотрел на Чжоу Сяна, когда он сделал большие шаги, следуя за Ван Юйдуном.

В мгновение ока оба вошли в комнату.

Чжоу Сян все еще стоял на балконе. Все произошло так быстро, что у него не было времени, чтобы среагировать.

Реакция Мин Сю раньше, похоже, не имела к нему никакого отношения. Эта мысль наполнила его беспокойством. Он думал, что Мин Сю, возможно, был слишком взволнован от того, что его поймали с будущим зятем. Он мог только утешить себя таким образом. Несмотря на то, что он знал Мин Сю так долго, он никогда не видел, чтобы он волновался ни о чем.

Но Чжоу Сян очень сбит с толку.

Глаза Ван Юйдуна, полные осторожности, заставляли его чувствовать себя неловко. Замкнутое отношение Мин Сю также заставляло его чувствовать себя неловко. Он задавался вопросом, может быть, это естественная реакция, когда семья узнает о его сексуальной ориентации.

Он продолжал говорить себе не думать слишком много. Но, тем не менее, он не мог забыть силуэт Мин Сю перед тем, как уйти. Мин Сю даже не оглянулся на него.

После того, как они закончили снимать финальную сцену, все были измотаны, но взволнованы.

Кто-то ранее вытащил вверх праздничный баннер, желая успеха фильма.

Ван Юйдун дал ряд интервью с журналистам на съемочной площадке и сделал несколько снимков с баннером и персоналом. Затем он забрал Мин Сю.

Вечером команда заказала несколько столиков в ресторане, чтобы отпраздновать завершение съемок. Ван Юйдун не участвовал, но он сделал все, что от него ожидали, по этому случаю.

Чжоу Сян изначально был в приподнятом настроении, но после ухода Мин Сю он не мог избавиться от чувства депрессии. В конце концов, это был Си Жун, кто сопровождал его к обеду.

Они пили до поздней ночи. Многие люди оказались пьяными, став абсолютно неуправляемыми и дикими. Все усердно работали от семи до восьми месяцев. В середине было много проблем, особенно с напряженными отношениями между режиссером и главным героем, которые создали много дополнительной работы для этих черных сотрудников. Теперь, когда все наконец закончилось, все в восторге, они неизбежно будут пить до глубины души.

Напротив, Чжоу Сян, который обычно может пить, на самом деле мало пил. Он и Си Жун только что сидели рядом и болтали о прошлом. Мысли Чжоу Сяна немного отвлечены, но присутствовало слишком много людей, поэтому он действительно не мог уйти.

Си Жун, наконец, не мог не спросить: «Сян Гэ, каковы отношения между твоим парнем и Ван Юйдуном?? Они просто ушли вместе».

Чжоу Сян ответил: «Ааа, они знают друг друга».

Си Жун скривил брови.

Чжоу Сян немедленно попытался объяснить: «Это не так, то что ты думаешь».

Си Жун добавил: «Действительно? Я не думаю, что это так просто.»

Чжоу Сян не может просто так сплетничать о Ван Юйдуне с ним. Но то, что произошло раньше, с предупреждающим выражением лица Ван Юйдуна перед тем, как он ушел, заставило его почувствовать некоторое раздражение от предположений Си Жуна. Наконец он мрачно озвучил: «Не надо слепо спекулировать, это действительно не то, что ты думаешь».

Си Жун с удивлением увидел мрачное выражение лица Чжоу Сяна, чувствуя себя немного опечаленным: «Сян Гэ, ты злишься на меня??»

Чжоу Сян вздохнул: «Нет…»

«Тогда, даже если я высмеивал твои намерения по отношению ко мне, ты даже не злился на меня. Я был действительно невежественным в то время, но ты все еще терпел меня. Теперь ты действительно сердишься на меня из-за того, что я неумышленно сказал. Сян Гэ, я ошибся. Тебе действительно нравится этот «парень», верно? Выражение лица Си Жуна было очень мрачное.

Чжоу Сян тихо произнес: «Си Жун, он мне очень нравится. В противном случае я не буду жить с ним. Но об этом не говори другим. Он не из круга, и я также не хочу косвенно иметь какие-либо связи с Ван Юйдуном.

Си Жун не говорил, но угнетающе налил чашку ликера. Затем сказал с горечью: «Сян Гэ, неужели мы не можем вернуться в прошлое?»

Чжоу Сян тоже не был в настроении утешать его. Сам он был расстроен, не зная, как обстоят его дела с Мин Сю.

Праздничный ужин не заканчивался до 10 вечера. Чжоу Сян не пил слишком много, поэтому мог просто уйти и уехать. Но Си Жун не мог. Был ли он намеренно пьян или нет, он опирался на тело Чжоу Сяна, настаивая на том, что он не может оставить его.»

Независимо от того, мог ли он уйти или нет, от него несло алкоголем. Так что было очевидно, что он не сможет вести машину. Си Жун пришел на это собрание из-за Чжоу Сяна, поэтому у того не было иного выбора, кроме как взять на себя ответственность забрать его домой.

Си Жун выглядит очень худым, но он высокий и пьяный, поэтому он особенно тяжел. Чжоу Сян затаил дыхание, обильно потея в эту зимнюю погоду, когда отвел его домой по указанному адресу.

Открыв дверь, он увидел, что это двухуровневая квартира площадью более 200 квадратных метров. Декор простой, но очень стильный.

Чжоу Сян не мог не подумать о небольшом доме, когда-то арендованном Си Жуном. Теперь, это мир различий, он немного завидовал.

Прямо, когда он был ошеломлен, тело Си Жуна сильно наклонилось вперед.

Чжоу Сян быстро попытался удержать его, но вместо этого ему ударили по длинным ногам и он потерял равновесие. Он и Си Жун, оба упали на чистый деревянный пол.

Си Жун задохнулся, наклонившись над телом Чжоу Сяна. Его типичная пара миндалевидных глаз особенно ослепительна. Когда он улыбается, они выглядели чистыми и знакомо теплыми, очаровывая всех, кто его окружал.

Но в это время его глаза были полны пьянства и желания.

Чжоу Сян чувствовал, что это будет плохо поэтому он быстро оттолкнул Си Жуна, чтобы он встал.

Си Жун немедленно опустил руку, опустил голову и прикрыл губы губами Чжоу Сяна.

Чжоу Сян нахмурил брови.

От Си Жуна несло перегаром, но это не главное. Суть в том, что это, вероятно, был первый раз, когда он целовал мужчину, ему совершенно не хватало навыков, он кусал и скрежетал губами, даже сталкиваясь с зубами Чжоу Сяна.

Чжоу Сян спокойно ударил его под дых.

Боль заставила Си Жуна свернуться в позе зародыша.

Чжоу Сян быстро оттолкнул его и поднялся с земли, угрюмо говоря: «Не пей так много в следующий раз. Ты обычно не пьешь.» Он знал, что Си Жун не пьян, потому что у пьяниц не было бы такой огромной силы.

Си Жун хрипло сказал: «Сян Гэ. Почему ты не дождался меня?» Он произнес эту фразу так тихо, что словно говорил это для себя, чтобы услышать.

Чжоу Сян не ответил ему, когда он поднял свой сотовый телефон, упавший на землю. Он ушел, не оборачиваясь.

Он думал, что Мин Сю определенно не придет домой сегодня вечером, поэтому он не ожидал, что дома зажгутся яркие огни.

Когда Чжоу Сян попал наконец домой, в доме Мин Сю сидел на диване, не смотрел телевизор и не читал, а сидел так, словно задумался. Видя, что он вернулся, он взглянул на него, и его лицо побледнело.

Чжоу Сян стоял в дверях с недоверием: «Ты… ты вернулся».

Мин Сю сказал холодно: «Разве я не должен говорить это? Вы обедали до сих пор? Ресторан не нужно было закрывать?»

Мин Сю посмотрел на часы на стене, было уже почти два часа.

Чжоу Сян ответил: «Мы пошли пить после еды. Эти люди слишком дикие. Если бы я знал, что ты дома, я бы вернулся раньше».

«Почему бы мне не быть дома?» Мин Сю спросил.

Чжоу Сян колебался: «Сегодня, Ван Юйдун…»

Лицо Мин Сю еще более мрачное: «Это не имеет к тебе никакого отношения, не упоминай об этом».

Чжоу Сян сменил обувь на тапочки, снял пиджак и повесил его на вешалку, внимательно наблюдая за лицом Мин Сю, когда он сел рядом с ним.

Мин Сю сказал с угрюмым лицом: «Я звонил тебе несколько раз. Почему ты не поднял трубку?»

«О, в телефоне не осталось заряда. Экран этого телефона использует много батареи.»

Чжоу Сян также сознательно достал из кармана свой мобильный телефон, желая доказать, что он только что сказал. Но вместо этого, одним нажатием кнопки, экран загорелся. Чжоу Сян был потрясен, когда посмотрел на заставку, которая оказалась модной фотографией Си Жуна.

Острые глаза Мин Сю также заметили это. С молниеносной скоростью он схватил телефон с крайне неприглядным выражением лица.

Чжоу Сян сразу понял, как это могло произойти. Тот год был первым выпуском iPhone. Это было так горячо популярно. Индустрия развлечений полна людей, желающих следовать тенденциям. Чжоу Сян также неизбежно чувствовал давление, поэтому он также получил его.

Теперь большинство людей вокруг него используют его. Это все те же телефоны, поэтому иногда легко запутаться.

Увидев фотографию Си Жуна, Чжоу Сян почти сразу подумал об этом. Его разряженный сотовый телефон все еще находится в кармане его пальто. Но он по ошибке схватил телефон Си Жуна, думая, что это его собственный телефон.

Как он собирается это объяснить?

Мин Сю покачал телефон в руке с яркой заставкой, его лицо было немного жестким, «Ты не хочешь объяснить это?»

Чжоу Сян быстро подумал, но затем решил сказать правду. «Да…. он напился и не мог ехать, поэтому я отвез его домой. Его телефон упал на землю, и я взял его, думая, что это мой.»

Мин Сю очень яростно сказал: «Чжоу Сян, ты не слушаешь то, что я говорю? Я, блин, сказал тебе, чтобы ты больше не общался с ним!»

Гнев Мин Сю, накопленный за весь день, взорвался. Он взял сотовый телефон и безжалостно бросил его на землю.

Чжоу Сян посмотрел на телефон на полу. Он опустил голову и не говорил.

Он не хотел спорить с Мин Сю, но он также устал объяснять. Почему он должен был страдать от такого недоверия близкого человека только из-за того, что он просто отвез домой пьяного друга? Воля и высокомерие Мин Сю мучали его изо дня в день, но сегодня это было особенно невыносимо для него. Возможно, это из-за того, что происходило в течение всего дня, он не мог выбросить из головы попытку Мин Сю создать впечатление, что они не имеют никакой связи. Несмотря ни на что, что он все-таки пытался найти аргументы, чтобы объяснить все, но становилось лишь хуже и хуже.

Когда Мин Сю увидел, что Чжоу Сян ничего не говорит, он разозлился. Его разум непрерывно вызывал легкий вздох Ван Юйдуна и совершенно непонятное выражение лица, спрашивая, почему он заставляет себя связываться с кем-то вроде Чжоу Сяна.

Это выражение похоже на иголки, пробивающие его.

Он начал смущаться. Почему он с Чжоу Сянем? Только потому, что его силует сзади похож на Ван Юйдуна? Это потому, что он не может иметь Ван Юйдуна, поэтому он мог найти только замену. Когда он стал таким жалким?

Хотя Чжоу Сян — просто замена, который неоднократно говорил ему, что он ему нравится, он также нарушал их соглашение за его спиной (имея в виду встречу Чжоу Сяна).

Мин Сю никогда не был так унижен. Огонь внутри него взорвался. Молчание Чжоу Сяна не уменьшило его гнев. Напротив, это подразумеваемое утверждение из за его молчания, сделало его еще более разъяренным.

Мин Сю яростно произнес: «Черт возьми! Ты пообещал мне в то время, что не будешь с ним общаться, если не встретишь его в компании. Ты, блядь, гадил на меня? Ты даже пошел к нему домой! Он такая большая звезда, почему никто не может отвезти его домой, почему это должен быть ты?!» В этот момент это не просто вопрос с Си Жуном, Мин Сю просто нуждался в некоторой причине, чтобы выразить свои сильные эмоции.

Чжоу Сян посмотрел вверх, его лицо больше не было его обычным легкомысленным улыбающимся я, он просто тихо ответил: «Мин Сю, давай прекратим ссориться хорошо? Я отвез домой только пьяного человека, тебе нужна такая большая реакция?» Его голос полон усталости. Усилия, которые потребовались ему, чтобы подавить недовольство в своем сердце, достаточно, чтобы истощить всю его энергию.

Мин Сю холодно ответил: «Ты уже привел его к нему домой, зачем возвращаться? Я слышал от людей, что вы оба постоянно общаетесь вместе. Он может просто быть случайно в твоем доме в любое время. Если это не было потому, что я здесь, разве вы двое не продолжили разжигать свои любовные отношения?»

Чем больше говорил Мин Сю, тем больше ему казалось, что он был неразумным мудаком. Но он не мог остановить себя. Он как странник, беспомощно глядя, как его рот выплевывает эти слова. Он не знал, о чем думал. Возможно он хотел видеть, как Чжоу Сян злится, может быть, он просто хочет разозлить Чжоу Сяна. Этот человек сбивает его с толку, делая расстояние между ним и Ван Юйдуном все дальше и дальше друг от друга. Даже когда Ван Юйдун видел, как они (Мин Сю и Чжоу Сян) обнимали друг друга, и он, очевидно, знал, что между ним и Ван Юйдуном нет никакой надежды, он никогда не хотел, чтобы Ван Юйдун знал о делах его и Чжоу Сяна. Это разозлило его, вызвало панику и желание сразу же все уладить.

Чжоу Сян неожиданно встал с мрачным выражением лица. «Мин Сю, я не хочу спорить с тобой. Подумай об этом сам, чтобы понять, разумен ты или нет. Я уйду на ночь.» Он схватил свою куртку, намереваясь уйти, не желая оставаться ни на секунду. Чем дольше он остается, тем больше он боится, что будет…..

Мин Сю схватил его за плечо и толкнул его к стене, злобно глядя на него: «Ты смеешь уходить?» Его удивительная сила пугает, Чжоу Сян чувствовал, как ломаются кости его плеч.

Чжоу Сян ухватился за руку Мин Сю и крикнул: «Отпусти! Когда, черт возьми, ты собираешься остановить это дерьмо!»

Мин Сю был на мгновение поражен. Они знали друг друга почти год. Чжоу Сян никогда не давал ему такого отношения, не говоря уже о том, чтобы на него кричать. Мин Сю был настолько взбешен, что его руки дрожали.

Как будто недостаточно того, что он чувствовал себя невыносимым перед Ван Юйдуном, теперь даже Чжоу Сян осмелился разозлиться на него из за кого-то вроде Си Жуна, который был похож на девушку!

Он не успел ни о чем подумать, прежде чем ударить Чжоу Сяна в лицо. Его губы дрожали: «Ты злишься на меня из-за него?»

Чжоу Сян был шокирован этим ходом, он недоверчиво посмотрел на Мин Сю.

Поговорка гласит: никогда не бей кого-то по лицу. Этот удар по лицу чрезвычайно неприятен в данных обстоятельствах, что видно по яркому выражению лица Чжоу Сяна.

Он сразу же оттолкнул Мин Сю и крикнул: «Когда ты вырастешь! Если бы я действительно хотел, чтобы что-то происходило с Си Жуном, ждал бы я этого до сих пор? Как я, Чжоу Сян, относился к тебе, ты действительно не видишь этого? Даже не доверяя мне, все мои гребаные усилия в это время направлены на то, чтобы кормить собаку!»

«Ты сожалеешь об этом? Сожалеешь, что не был с твоим разумным Си Жуном?»

«Какое отношение это имеет к нему? Между нами никогда ничего не было. Все это у тебя в голове. Я также хотел спросить тебя, когда мы сегодня оба были на балконе, что это было, черт возьми? Ты даже не боишься, что твои родители знают, но боишься, что Ван Юйдун знает? Тебе так стыдно быть со мной?» Чжоу Сян высвободил все, что подавляло его сердце, чувствуя облегчение. Но, глядя на неприглядное лицо Мин Сю, его сердце тупо болело. Он не знал, будет ли это концом между ним и Мин Сю. Они были вместе так долго и никогда не имели никаких аргументов, поэтому у него не было возможности даже предсказать последствия такого спора.

Как раз когда Чжоу Сян упомянул Ван Юйдуна, все существо Мин Сю хотело взорваться, его выражение его лица застыло, когда он указал на нос Чжоу Сяна, крича: «Мое дело не о том, чтобы ты говорил о том, что, черт возьми, ты думаешь!»

Губы Чжоу Сяна дрожат. Он хотел опровергнуть, но его сердце, похоже, что-то поймало, поэтому он не мог этого сказать.

Мин Сю возлагает на него все эти ожидания, хотя все это кажется очень незрелым, но он хотел, чтобы Мин Сю позаботился о нем. Тем не менее, даже в этот момент он все еще не имеет права подвергать сомнению дела Мин Сюя.

После почти года совместной жизни это серьезное противоречие впервые так ясно предстает перед Чжоу Сяном. Настолько, что, хотя он хотел уклониться, теперь он не может закрывать глаза.

Поскольку Мин Сю так беспощаден.

Пробыв вместе так долго, Чжоу Сян думал, что они были на правильном пути. Но, в конце концов, все это было его заблуждением. Мин Сю слишком горд и слишком высокомерен. Разве всего того, что он сделал, все еще недостаточно?

Чжоу Сян больше не хотел продолжать спорить, иначе это стало бы еще ужаснее.

Он кивнул: «Я, Чжоу Сян, ничто.» Он убрал руку Мин Сю, которая вцепилась в его руку, затем схватил куртку и вышел за дверь.

Он полностью забыл, что это на самом деле его дом. На самом деле, он также давно думал об этом как о доме Мин Сю. Но теперь, он полон разочарования и грусти, он действительно не может заставить себя больше оставаться.

Мин Сю почувствовал свою пустую ладонь, когда он посмотрел на спину Чжоу Сяна. Он не мог видеть, как он уходит просто так. Он бросился и схватил Чжоу Сяна: «Куда, черт возьми, ты идешь?»

Чжоу Сян слабо ответил: «Мин Сю, я не могу контролировать тебя, но ты также не можешь контролировать меня. Твои двойные стандарты не могут быть такими серьезными.» Он оттолкнул Мин Сю и ушел, не оборачиваясь.

Мин Сю посмотрел на совершенно пустой коридор, чувствуя только холодный ветер, хрипящий, рвущий его кожу.

Чжоу Сян бесцельно разъезжал по городу, не имея желания никуда идти.

Если бы это было раньше, он определенно не колеблясь поехал бы к дому Цай Вэй, будь то кровать или диван, ему просто нужно было место для сна на ночь.

Однако у Цай Вэя теперь есть семья, и его жена беременна. Чжоу Сян не может быть настолько бесчувственным, чтобы идти туда, чтобы нарушить их спокойствие. Когда человек формирует семью, может показаться, что его заворачивают в невидимую пленку, он больше не принадлежит самому себе и, конечно, больше не принадлежит друзьям. Постепенно время, когда Чжоу Сян и Цай Вэй собирались вместе, становится все меньше и меньше. Чжоу Сян больше не будет просто свободно звонить Цай Вэю посреди ночи, чтобы сказать ему, чтобы он встал, чтобы играть в игры.

Поскольку окружающие его друзья постепенно начинают жить своей жизнью, Чжоу Сян чувствовал себя все более и более одиноким. Это было, если люди вокруг него исчезают один за другим, оставляя только его одного.

Он также хотел иметь семью, хотел жениться, но ему не хватало условий (так как он гей). Потому что после 30 лет, когда многие из его друзей уже женаты или имеют устоявшуюся карьеру, люди, естественно, захотят принадлежать кому-то. Даже без чьих-либо побуждений он неизбежно чувствовал себя немного взволнованным. Но найти человека, чтобы успокоиться, слишком сложно. Очевидно, он знал, что Мин Сю не тот человек, но он действительно любит его. Он просто хочет… просто хочет сыграть в эту игру один раз, попытаться, чтобы потом не пожалеть.

Он всегда чувствовал, что у него все хорошо. Но сегодняшние вопросы ясно показали ему, сколько стоили все его усилия.

Это слишком больно. Чжоу Сян не знал, что делать.

Чжоу Сян, наконец, не выдержал и нашел гостиницу для ночлега. Это место, очевидно, является его домом, но, похоже, его выгнали.

Он спал до полудня, прежде чем проснулся от голода.

После того, как он встал, он сел на кровать в этом незнакомом отеле, долгое время размышлял обо всем, что произошло накануне. Чем больше он думал, тем сильнее болела голова.

Он умылся и спустился вниз, чтобы проверить. Это самое шумное время во второй половине дня. Солнечный свет пронзил его глаза. В такую хорошую погоду его настроение все еще было таким мрачным.

Он долго сидел в машине, наконец решив пойти домой.

Он не может просто продолжать не идти домой. Несмотря ни на что, бежать не имеет смысла.

Он немного пожалел, что вчера поспорил с Мин Сю. Он, очевидно, знал, что нрав Мин Сю такой, но он все еще спорил с ним. Но если бы он действительно сдержался вчера, слова, сказанные позже Мин Сю, сделали бы его еще труднее контролировать себя.

Он больше не злился. Его чувство обиды прошло.

Когда он успокоился и обдумал это, он все еще не хотел расстаться с Мин Сю так. Он уже приложил немало усилий к этим отношениям, как может быть так легко его отпустить? Даже если Мин Сю его не любит, он не может сдержать симпатию Мин Сю.

Поэтому он решил пойти домой. Если Мин Сю дома, они спокойно сели бы и мирно обсудили. Между ними просто какое-то недоразумение. Пусть все будет хорошо после того, как они поговорили об этом. Поэтому он быстро поехал домой. Но его разочаровало то, что Мин Сю даже не было дома.

Как только он вошел в дом, он увидел брошенный на землю сотовый телефон. Он подошел, чтобы поднять его. Экран треснул, но он все еще включен. Тем не менее, он не может расшифровать информацию на экране, потому что она была слишком разбита, но он все еще мог видеть, что было много пропущенных вызовов.

Чжоу Сян зарядил свой собственный телефон, желая позвонить Си Жуну. Но когда он собирался позвонить, он вспомнил, что сотовый телефон Си Жуна находится в его руках. Он не знал, смеяться ему или плакать.

Он просто взял чей-то мобильный телефон. Думая, что Си Жун такой занятой человек, должно быть много звонков для многих важных вещей. Он не знал, какое вмешательство это могло вызвать для Си Жуна.

Он быстро позвонил Цай Вэю, чтобы переслать звонок помощнику Си Жуна. После подключения звонка Си Жун действительно был со своим помощником.

«Эй? Сян Гэ? В голосе Си Жуна появляется намек на удивление.

«Си Жун, прости. У меня твой телефон».

«Что?»

«Когда я забрал тебя домой вчера вечером, твой телефон упал на землю, и, поскольку у нас та же модель телефона, я подумал что это был мой телефон, поэтому я взял его. Но я случайно уронил его и сломал».

Когда Си Жун услышал это, он почувствовал облегчение. «О, это просто здорово, что это не потеряно. Состояние телефона не так уж важно. Самое главное, что там много других телефонных номеров и информации. Если бы кто-то схватил его, это будет хлопотно».

«Мне очень жаль. Я все перепутал вчера. Где ты? Я пойду, куплю новый телефон и отправлю его тебе.»

«Не нужно Сян Гэ. Все хорошо. Я вернусь к тебе домой, чтобы получить его обратно… Или я могу вернуть его откуда угодно. Тебе не нужно покупать мне новый. Так много фанатов дают мне мобильные телефоны, я даже не могу ими пользоваться».

Чжоу Сян особенно смущен: «Это неправильно, я куплю тебе новый. В конце концов, именно я это сломал».

«Сян Гэ. Ты действительно не должен. У меня дома много сотовых телефонов. Это будет пустая трата, даже если ты купишь мне один. Мне нужна только карта внутри. Как насчет этого, давай встретимся в кафе, в которое мы ходили?»

«Хорошо, все в порядке».

Чжоу Сян принял душ и что-то съел. Затем поехал в кофейню не слишком далеко от своего дома. Время было как раз подходящее.

Он сидел не слишком долго, пока не прибыл Си Жун. Си Жун все еще носил подобную одежду с прошлого раза, огромные черные очки с шарфом, покрывающим рот, его лицо было почти полностью скрыто. Если человек не смотрит на него внимательно, он не может сказать, кто он вообще.

В это время в кафе было очень мало посетителей. Двое сидели в укромном уголке. После того, как Си Жун сел, он снял свои солнцезащитные очки и шарф, затем расслабленно оглядел кафе. Он вздохнул: «Здесь почти нет изменений».

«Да», Арендованная квартира, в которой Си Жун жил, была недалеко отсюда. У него не было подключения к интернету, поэтому он часто приходил сюда, чтобы выходить в интернет. Чжоу Сян пришел бы потусоваться с ним, если бы у него не было никаких дел. Это был очень свободный период в их жизни. Но сейчас, когда Си Жун находится напротив него, Чжоу Сян будет беспокоиться, если его узнают.

Чжоу Сян вернул ему телефон: «Мне очень жаль. Отдаю тебе телефон с трещинами вот так. Я также выпил слишком много вчера».

Си Жун улыбнулся и сказал: «Сян Гэ. Это действительно хорошо. Я был очень взволнован после того, как понял, что сегодня утром пропал телефон. Но, к счастью, он у тебя. Если это попадет в руки людей со злым умыслом, это будет хлопотно».

Чжоу Сян дразнил: «Почему, там есть какие-то сексуальные фото?»

«Нет сексуальных фото просто много сплетен, достойных таблоидов».

Чжоу Сян с сожалением сказал: «Очень жаль, что экран треснул».

Си Жун улыбнулся: «Сян Гэ. Даже если ты прочитаешь это, я не боюсь. Ты не тот, кто сплетничает. Ты заслуживающий доверия человек».

Чжоу Сян улыбнулся: «Надеюсь, это не слишком помешало твоим делам.»

«На самом деле это не так. Мой помощник не смог связаться со мной сегодня, поэтому пришел ко мне домой, чтобы разбудить меня. Сян Гэ, ты действительно бессердечный, ты только вчера оставил меня на полу».

Чжоу Сян смущенно: «Ты совсем не был пьян».

«Но ты не должен был просто оставил меня на полу. В любом случае, ты должен был отвести меня на диван».

Как раз, когда Чжоу Сян собирался заговорить, два официанта взволнованно подошли и прошептали: «Извините, вы Си Жун?»

Си Жун посмотрел на них и взглянул на них, затем слегка улыбнулся.

Две маленькие девочки покраснели и заикались. «На самом деле, ты действительно он? Не могли бы вы дать нам автограф?

Си Жун взял книгу, переданную им. Он быстро подписал свое имя и затем мягко улыбнулся: «Дамы, я хотел бы поговорить с моим другом здесь. После этого, не могли бы вы не беспокоить нас?»

«Конечно. Конечно, спасибо.» Они двинулись назад и ушли.

Чжоу Сян усмехнулся: «Я действительно не ожидал, что у тебя будет такой день».

Си Жун тоже улыбнулся: «Я тоже не ожидал этого. Еще год назад я получал только 1500 юаней за работу по моделированию. К счастью, у меня был ты в то время. В противном случае было бы так невыносимо находиться в одиночестве в Пекине».

Двое мужчин потягивали ароматный кофе и медленно вспоминали свое прошлое, иногда они громко смеялись, иногда они были очень эмоциональны. Это первый раз, когда они встретились с такой гармоничной атмосферой, сидели и болтали, без извинений, безвыходных намерений, без споров, только с друзьями в разговоре.

Они разговаривали три часа. В это время зазвонил телефон Си Жуна. Он упомянул, что у него было общественное собрание, чтобы присутствовать ночью. Но, увидев выражение лица Чжоу Сяна, казалось бы, удрученное, он спросил, не хочет ли он уйти.

У Чжоу Сяна еще много чего на уме. У него действительно не было настроения общаться, поэтому они ушли по отдельности.

После того, как Чжоу Сян вернулся домой, он понял, что Мин Сю все еще не вернулся. Он колебался снова и снова, но все еще позвонил Мин Сю. Чего он не ожидал, так это того, что телефон был выключен.

Он разочарованно отбросил телефон в сторону. Он чувствует себя подавленным. Хотя он чувствовал, что он был очень не умел, он все еще волновался. Он беспокоился о том, что Мин Сю разорвется с ним именно так… но он никогда не хотел так легко сдаваться.

Чжоу Сян получил звонок от Цай Вэя вечером. Цай Вэй был очень взволнован, сказав ему, что режиссер Ван может снова работать с Ван Юйдуном над его следующим фильмом, и что компания Ван Юйдуна все еще хотела, чтобы он был его каскадером.

Чжоу Сян был очень удивлен: «Режиссер Ван все равно будет работать с Ван Юйдуном? Как это может быть, когда они едва могут ладить?»

«Директор Ван не хочет, но инвестор хотел использовать Ван Юйдуна. Касса будет гарантирована с ним. Сейчас они ведут переговоры по этому вопросу. В конце концов должен быть компромисс».

Чжоу Сян немного истощился: «Вэй Гэ, на этот раз я не хочу быть в этом фильме».

«Что? Почему?»

«Ты знаешь, что случилось в прошлый раз. Ван Юйдун определенно не увидит, что я рад его глазам. Я также чувствую себя немного неловко. Ты понимаешь, что произойдет, если двое из них пойдут на это и используют меня в качестве козла отпущения? Мне бы не повезло. Этих денег я скорее не заработаю. Я не хочу утонуть в этой грязной воде».

«Ваша озабоченность также разумна, но наш президент Ван также является одним из основных инвесторов на этот раз. Он не был бы таким мелким».

«Я чувствую, что он считает меня отягчающим, может также избежать этого. Я действительно не хочу этого делать». Если бы только из-за того, что произошло в прошлый раз, Чжоу Сян не слишком беспокоился. Но Ван Юйтун уже узнал о нем и Мин Сю. Если бы он не дал ему это отвратительное выражение, это было бы странно. Не говоря уже о совместной работе, он предпочел бы держаться как можно дальше от него.

Цай Вэй с сожалением сказал: «Хорошо, это твое личное дело. В любом случае, у меня есть другая работа для тебя».

«Кстати, Си Жун сыграет второстепенную мужскую роль. Сейчас он единственный популярный артист компании. Президент Ван действительно приложил немало усилий».

«Это хорошо. Этот ребенок может нести вес. Он никогда не отказывался оправдать ожидания президента Вана».

Цай Вэй повторил свои слова: «Правильно, он действительно думал, что ты останешься каскадером Ван Юйдуна, и был в восторге, говоря, что вы, ребята, будете играть в одних и тех же сценах. Даже если ты не можешь раскрыть свое лицо, он все равно был счастлив. Этот ребенок очень благодарен, желая отплатить тебе. Он очень добр к тебе».

Чжоу Сян улыбнулся: «Как это можно рассматривать как совместную работу? Он должен сосредоточиться на своей игре. Я каскадёр боевых искусств, как я могу играть с ним в одних и тех же сценах?»

«Ты можешь решить это самостоятельно, когда он придет и расскажет тебе».

Эти двое из них поболтали о других вещах, а затем закончили разговор.

Чжоу Сян посмотрел на календарь. Прошло три дня с момента его ссоры с Мин Сю. Мин Сю не вернулся и не отвечал на его звонки. Он всегда такой, полностью игнорирует и пренебрегает людьми, когда ему это нужно. Чжоу Сян ничего не может с этим поделать.

Как раз когда он собирался найти что-нибудь поесть, он услышал звуки, исходящие из входной двери. Кто-то открывает дверь снаружи.

Чжоу Сян заскочил в гостиную и, конечно же, Мин Сю открыл дверь и вошел.

Чжоу Сян был немного взволнован:«Ты вернулся».

Мин Сю холодно посмотрел на него: «Нужно что-то забрать». Когда он говорил это, он пошел в кабинет, чтобы взять папку из ящика.

Чжоу Сян последовал за ним в кабинет и закрыл дверь. Он серьезно сказал: «Мин Сю, давай поговорим об этом?»

«Нет времени», Мин Сю не поднял голову. Он проверил содержимое папки и намеревался уйти.

Чжоу Сян остановился перед дверью и неумолимо сказал: «Мин Сю, давай поговорим».

Мин Сю посмотрел на него: «Мы не должны иметь ничего общего друг с другом, верно? Тут не о чем говорить».

Чжоу Сян горько улыбнулся: «В тот день я очень волновался. Мы оба не были спокойны. На самом деле, это просто недоразумение. Можем ли мы просто обсудить это? Я буду первым, чтобы поклясться, что между Си Жуном и мной ничего нет. У меня только ты в моем сердце. Мы были вместе так долго, действительно ли мы позволим этому недоразумению вызвать непоправимый разрыв между нами?»

Холодная броня Мин Сю медленно рассеялась, но он все еще сердито смотрел на Чжоу Сяна.

Недостаточно уверенный в себе, Чжоу Сян спросил: «Тебе я тоже нравлюсь?»

Мин Сю был ошеломлен. Он не знал, как на это ответить. Подобно? Человек, которого он любит, это тот, кто никогда не может принадлежать ему, Ван Юйдун. Не замена.

Как он мог заставить Чжоу Сяна так думать? Что заставило Чжоу Сяна думать, что он ему нравится? Это заставило его ужаснуться. Когда Чжоу Сян задавал такой вопрос, он чувствовал себя обиженным. Это, очевидно, вызвало некоторые сомнения в его чувствах (по отношению к Ван Юйдуну).

Это потому, что он и Чжоу Сян слишком близки? Так близко, что он забыл держать это расстояние? Он никогда не хотел, чтобы у Чжоу Сяна была такая иллюзия.

Чжоу Сян уже привык молчать, чтобы не получить ответ, который он хотел услышать, но это никогда не заставляло его чувствовать себя подавленным ни разу.

Он него даже есть ощущение, что независимо от того, сколько усилий он приложит, он все равно не сможет сдвинуть сердце Мин Сю. Эти отношения действительно похожи на бездонную яму. Он многое вложил, но другая сторона даже не хотела дать ему слово ободрения. Когда это когда-нибудь закончится?

Даже для Чжоу Сяна, который всегда был оптимистичным и непредубежденным человеком, он также испытал горькую неудачу в этой ситуации.

В то же время, что и Чжоу Сян Мин Сю тоже был очень расстроен. Ему нравилось жить с Чжоу Сяном, но он не хочет быть с ним романтичным. Согласиться жить с ним изначально было безрассудным и неправильным решением для начала. Теперь, когда проблема возникла, ему нужно быстро ее исправить.

«Я думаю, что мне пора уходить».

Когда Мин Сю сказал это, его ладонь вспотела. Губы тяжелые. Почему он колеблется?

Чжоу Сян неожиданно посмотрел на него с выражением полной паники: «Мин Сю!» Плечи Чжоу Сяна удручающе опущены. Не то чтобы он не знал, что думает Мин Сю. Мин Сю только хотел иметь компаньона и не быть эмоционально вовлеченным. Это полностью отличается от его (Чжоу Сяна) намерения. Случайные броски в кругу — очень распространенное явление. Люди, собравшиеся вместе с этим легкомысленным менталитетом, спящие вокруг, имеющие просто спутника, их средства к существованию не считаются одинокими, но они никогда не думали, что это будет продолжительным. День за днем, пока один из них не придет время подумать, что пора прекратить это, они просто спокойно и мирно покончат с этим. Это очень гармоничные отношения без каких-либо горьких последствий. С самого начала, когда он и Мин Сю начали жить вместе, у них тоже был взаимосогласованный менталитет. Именно он отклонился от этих границ. Он не был удовлетворен такими отношениями, потому что ему нравится Мин Сю. Он хотел большего, но Мин Сю, он не понравился ему.

Это потому, что он нарушил правила, и теперь он ничего не мог сделать, чтобы заставить другую сторону следовать за ним?

Он не хотел заканчивать это, Мин Сю, как это. Он даже не может принять это. Он может только мучительно убеждать: «Мин Сю, это просто я слишком много думаю. Не уходи. Можем ли мы просто вернуться к тому, как мы были, как раньше, хорошо?

Он не хочет… он действительно не хочет. Если можно так легко расстаться с кем-то, кого они так любят, сколько слез будет спасено?

Сердце Мин Сю особенно болело, он даже не мог дышать ровно. Он хотел избавиться от этого незнакомого чувства Уныло опустив голову: «Давай поговорим об этом позже». Сказав это, он держал этот документ, намереваясь уйти.

Чжоу Сян сразу же обнял его: «Мин Сю, мы все время хорошо жили вместе. Надеюсь, ты не уйдешь.»

Чжоу Сян никогда не просил никого о подобном. Самому ему действительно стыдно, но он ничего не может с этим поделать. Щеки Мин Сю погладили волосы Чжоу Сяна, легкие и мягкие. Это было немного зудящим, сотрясая его сердце каждый раз.

Этот человек так сильно любит его, он действительно хочет, чтобы эта семья увидела это.

Обида, которую он таил в себе, потому что Си Жун исчез в одно мгновение. Мин Сю погладил волосы Чжоу Сяна и приглушенно сказал: «Тогда ты и эта фамилия, могу ли я еще не сказать?»

«Как ты не можешь?» Чжоу Сян беспомощно произнес: «Ты — мой предок».

Выражение лица Мин Сю наконец смягчилось.

Чжоу Сян потребовалось время, чтобы сказать много слов. Этот кризис наконец-то смог пройти гладко.

Только Чжоу Сян знал это сам, что чем ближе он к Мин Сю, тем больше он хотел его. Но чем больше он хотел его, тем больше он должен сдерживать себя. Продолжать жить с Мин Сю определенно не очень хорошая идея, но он действительно не желает расставаться.

Он надеется, что однажды он сможет свободно и легко отпустить Мин Сю.

Очень скоро это было почти новогодние праздники. Чжоу Сян понял, что настроение Мин Сю с каждым днем становится все хуже и хуже. Иногда он часто прятался в кабинете надолго. Иногда он просто сидел перед телевизором, не говоря ни слова.

Однажды Чжоу Сян, наконец, не смог удержаться от вопроса, как дела у него идут хорошо. В конце концов, обычно конец года очень занят.

Он на самом деле никогда не знал, что делает Мин Сю. Похоже, это связано с финансами или инвестиционно-банковской деятельностью и тому подобное. Но это то, чего Чжоу Сян не понимает и всегда ленится спрашивать. Он знал, что Мин Сю имеет хороший доход. Вещи, которые он покупает, всегда самые лучшие. Эти двое никогда не разделяли свои расходы на дом, они всегда были теми, кто покупал все, что им нужно, и ни один из них не преувеличивал по финансовым вопросам.

Занимая славу Мин Сю, Чжоу Сян также использовал много хорошего.

Как правило, есть много неотложных вопросов, которые необходимо решить в конце года, поэтому занятость неизбежна. Даже Чжоу Сян, которому обычно не нужно идти на работу, должен был помочь подготовиться к ежегодному собранию компании в эти дни. Видя выражение лица Мин Сю, он явно был перегружен.

Мин Сю покачал головой: «Ничего», после чего он угрюмо вошел в комнату.

Чжоу Сян хотел помочь ему, но даже с благими намерениями он был бессилен.

Рано этим утром Чжоу Сян снова пошел в компанию. Цай Вэй сделал его помощником, чтобы помочь с планированием и подготовкой ежегодного собрания. Место проведения отеля еще не определено. Чжоу Сян вместе с организатором мероприятия охватил несколько отелей, но им еще не удалось найти подходящее место.

Он только что вошел в дверь компании, когда Цай Вэй увидел его и остановил, его лицо было полно осторожности. Когда он произнес: «А Сян, я действительно не думал, что ты способен на это».

Чжоу Сян сбит с толку.

«Ты знал, что директор Ван назначил тебя принять участие в съемках этого нового фильма? Он сказал, что даст вам второстепенную роль».

Чжоу Сян был удивлен: «Правда?»

«Да, действительно. Как ты убедил этого старого сумасшедшего?»

«Я тоже не знаю, может быть, потому что я могу относительно терпеть его сумасшествие?»

Цай Вэй усмехнулся и сказал: «Это возможно, независимо от того, Ты не можешь упустить эту возможность. Сколько людей хотели бы использовать этот шанс показать свои лица в его фильмах? После получения этой роли, возможно, вам больше никогда не придется быть каскадером».

Чжоу Сяну уже тридцать лет. В первые несколько лет он мечтал о том, чтобы поразить его крупной ролью. Однако, после долгого путешествия и переживания стольких вещей, он знал, что даже если он хочет стать знаменитым, и все звезды выровнены, это то, чего трудно достичь. Особенно в своих обычных условиях он не думал, что такая возможность действительно появится.

Желание Чжоу Сяна быть звездой невелико, но он хотел заработать больше денег. Стремление к лучшему качеству жизни — это человеческая природа. Ах, хотя Чжоу Сян не сильно материалистичен, он не хотел упускать возможность зарабатывать деньги.

«Но Ван Юйдун…»

«Эй, какое ему дело? На этот раз ты не его каскадёр. Это директор Ван, который настаивал на тебе. Ты не играешь ту же роль, что и он. Ты не можешь его обидеть. Президент Ван также поддерживает тебя. Ты просто готовся пригласить сценариста на обед, чтобы он мог дать тебе и Си Жуну еще несколько сцен». Цай Вэй радостно похлопал его по руке: «А Сян, Вэй Гэ всегда надеялся привести тебя в лучшее место, ты сам по себе, ты должен делать столько денег, сколько можешь, пока ты еще молод».

Чжоу Сян сказал с улыбкой: «Спасибо, Вэй Гэ, тогда… тогда, я должен связаться с помощником директора Вана?»

«Да, иди, они в конференц-зале».

«Что? Кто?»

«Президент Ван, директор Ван и люди со стороны Ван Юйдуна. О, есть также два других инвестора. Так уж сложилось, что они здесь для встречи. Но Си Жун имеет обязательство и не может прийти».

«Это не слишком уместно, верно? На собрании так много людей, что я буду там делать?»

«Чего ты боишься? Ты не участвуешь в актерском составе? Просто иди, — Цай Вэй затащил его в конференц-зал.

Президент Ван кивнул ему. Чжоу Сян поприветствовал их. Наконец, он улыбнулся директору Вану. Этому большому директору было чрезвычайно сложно угодить. Чжоу Сян смиренно чувствовал себя немного ошеломленным.

Директор Ван все еще обычный, отвечая, но не обращая внимания: «Сядьте…»

Ван Юйдун слабо взглянул на него, выражение его лица было очень холодным.

Сердце Чжоу Сяна дрогнуло. Кажется, что запрещающее мнение Ван Юйдуна о нем настолько велико, что он даже не потрудился проявить вежливость. В конце концов, Мин Сю — его будущий зять. Кто хотел бы, чтобы его зять был гомосексуалистом, а также был рядом с кем-то, кто рядом с ним? Просто думать об этом неловко.

Чжоу Сян также просто не смотрел на него, пытаясь уклониться от него как можно больше. Ван Юйдун смотрел не на него, а на президента Ван и директора Ван.

Атмосфера встречи была очень странной. Несколько инвесторов пытались согласовать отношения директора Вана и Ванг Юйдуна. Директору Вэну уже шестьдесят в этом году, поэтому никому не стыдно было с ним пообщаться. Но Чжоу Сян, видя выражение лица Ван Юйдуна, явно не выглядит искренним. Он чувствовал, что что-то, вероятно, повторится снова в этом фильме. Когда придет это время, он будет держаться от них как можно дальше.

После собрания директор Ван ушел с несколькими людьми. Люди из компании также разошлись. Президент Ван хотел сказать ему несколько слов, но затем увидел, что Ван Юйдун ждет Чжоу Сяна не слишком далеко.

Чжоу Сян знал, что он хотел сказать. Он наверняка не хотел идти.

Президент Ван посмотрел между ними: «Юйдун, ты ищешь Чжоу Сяна?»

Ван Юйдун кивнул.

«Я порекомендую другого каскадера для вас. Я знаю один, который вполне подходит.»

Ван Юйдун вежливо улыбнулся. «Спасибо, Ван Гэ, я посмотрю на это, когда у меня будет время».

Президент Ван поднял бровь: «Тогда вы, ребята, продолжайте. Чжоу Сян, вы приходите ко мне в кабинет после того, как закончите».

Сказав это, президент Ван и Цай Вэй ушли.

Оставив только двоих в конференц-зале, Чжоу Сян улыбнулся вежливо: «Дун Гэ, в чем дело?»

«Я слышал, что в этот раз ты не хотел быть моим каскадером?»

Чжоу Сян кивнул: «Я работал слишком много в последнее время, слишком занят…»

«Чжоу Сян, хватит врать. У этой вспомогательной роли гораздо больше сцен, чем у моего каскадера. Так у тебя есть время?»

Чжоу Сян неловко улыбнулся: «Дун Гэ, мне нелегко получить роль, можешь ли ты быть немного более понимающим?

«Как я могу этого не делать, но мы все-таки работали вместе несколько раз. Вы просите меня перейти на кого-то другого в этот момент, я немного озабочен этим. Что делать, если новый каскадер не так квалифицирован, как вы? Это снизит мою производительность в фильме. Как мне может быть все равно?»

Чжоу Сян холодно вспотел: «Дун Гэ, ты думаешь…»

«Не то, чтобы я думал. Разве ты не делаешь это из-за дела с Мин Сю, желая спрятаться от меня? Круг развлечений настолько велик, ты действительно сможешь спрятаться?»

Чжоу Сян ничего не сказал.

«С вопросами Мин Сю разумно сказать, что я не имею права чтобы сказать, но я не смею сообщить его сестре. У Мин Сю впереди многообещающее будущее, и он не может продолжать с тобой общаться».

Чжоу Сян тайно сжал кулак, но все еще не говорил.

«Чжоу Сян» Ван Юйдун сказал с искренностью: «Честные люди не говорят лживых слов. Я знаю, что ты замышляешь. Чтобы быть частью семьи, ты не будешь беспокоиться всю свою жизнь. Но ты умный человек. Как ты можешь не знать? Вы оба мужчины. Можете ли вы иметь его ребенка? Или выйти за него замуж? Если ты провоцируешь их семью, никто не сможет тебя защитить. Мы знакомы уже три-четыре года. Я искренне даю тебе несколько предостерегающих слов. Для тебя иметь возможность получить эту роль уже очень хорошо. Остановись, пока можешь.»

Замечания Ван Юйдуна были довольно грубыми. Чжоу Сян был так взбешен, что дрожал. Зачем бить вокруг кустов, мучая людей, было бы гораздо приятнее просто указать ему в нос и сказать, что он хочет жить за счет семьи.

Проблема в том, что… он даже не хочет, черт даже не знает что-нибудь о семье Мин Сю.

Ван Юйдун посмотрел на выражение лица Чжоу Сяна, презрительно улыбнувшись: «Чжоу Сян, сестра Мин Сю и я будем помолвлены на Новый год. В это время наши отношения будут объявлены. Я буду считаться частью семьи. Ты говоришь, что если бы люди выкопали эту новость и узнали, что мой будущий зять и мой каскадер участвуют, разве этого недостаточно, чтобы развлекать их в течение полугода? Будешь ли ты нести последствия? Я не верю, что ты хочешь».

Чжоу Сян мрачно сказал: «Мы никогда не собирались, чтобы публика знала о нас, вы слишком много думаете».

Ван Юйдун насмешливо сказал: «Как многие секреты в этом кругу вынуждают вовлеченные стороны быть разоблаченными независимо от их нежелания?»

Чжоу Сян сжал кулак, опасаясь, что он не сможет контролировать себя от желания поклясться на ком-то. Он не наивный и неопытный, он знает, кого не может обидеть.

Ван Юйдун посмотрел на него: «Что касается вопроса с моим каскадером, вам все же лучше сделать это. Я не доверяю другим. В этот фильм сильно вложено. Для меня очень важно выйти на азиатский рынок. Я не хочу, чтобы мой имидж пострадал, потому что боевые искусства не на высоте. Я все еще доверяю тебе больше. Ты останешься доволен оплатой. Я сказал это так как есть, вы не можете не дать мне лицо?»

Чжоу Сян терпел и терпел так сильно, что он подавлял свое сердце и легкие от взрыва.

Он сказал себе, что таков мир и жизнь.

Он кивнул, стиснув зубы: «Дун Гэ сказал так, я не смею».

Ван Юйдун кивнул удовлетворенно, когда он посмотрел на выражение лица Чжоу Сяна. Он знал, что его две цели были достигнуты сегодня. Он подошел и похлопал Чжоу Сяна по плечу. «То, что я сказал вам сегодня, вернитесь и подумайте. Я не против, если вы работаете больше, но я советую вам расстаться с МИн Сю раньше. Возможно, тебе не нравится слышать эти слова, но я действительно говорю это для твоего же блага».

Вскоре после того, как Ван Юйдун ушел, Чжоу Сян не смог прийти в себя. Он долго стоял в конференц-зале, пока его ноги не затекали. Он засмеялся и отвернулся от зала заседаний, направляясь прямо в кабинет президента Вана.

Президент Ван читает книгу со скрещенными ногами. Чжоу Сян сел на диван рядом с ним. Президент Ван: «В этом нет ничего важного, я просто хотел сказать несколько вещей. Во-первых, если есть какие-либо проблемы с директором Ван и Ван Юйтуном, дай мне знать немедленно. Во-вторых, я пытаюсь увеличить твое экранное время, ты должен воспользоваться этой возможностью. На самом деле, ты совершенно уникален. Использование этой возможности может сделать тебя популярным.

Чжоу Сян кивнул, его сердце билось очень быстро. Обдумав это снова и снова, он, наконец, не мог не спросить: «Президент Ван, могу я упомянуть немного сплетен?»

«Ооо? Что за сплетня?»

«Относительно подруги Ван Юйдуна. Он сказал мне, что он обручается.»

«О, ты тоже это знаешь, да, на Новый год, меня тоже приглашают».

«Он… семья его подруги, что ее фон? Я слышал, что это очень впечатляет?

Президент Ван с улыбкой покачал головой. «Эта новость слишком старая. Это не особо большой секрет. Возможно, это было раньше, но теперь, когда они стабильны, Ван Юйдун не может дождаться, когда мир узнает».

Чжоу Сян только почувствовал, как у него вспыхнуло волнение: «Президент Ван, не надо играть со мной в эту игру в угадайку, просто скажи мне прямо».

Президент Ван прищурился и смущенно произнес: «Это так сложно угадать? Сколько семей имеет фамилию в Пекине? Разве нет только одного?»

Чжоу Сян моргнул, и его внезапно осенило: «… Децзян?»

«Да, какая другая семья может сделать Ван Юйдуна таким высокомерным, хамом». Президент Ван фыркнул и усмехнулся. «Этот симпатичный мальчик действительно вошел в влиятельную семью, в этом раунде он должен чувствовать себя буйным».

Все тело Чжоу Сяна источало холодный пот.

Если он даже не знает Дэцзяна, который время от времени появляется в новостной сети, то он напрасно живет в этом информационном веке.

Хотя раньше он думал, что «фамилия» была совершенно уникальной, но даже если бы он одолжил и соединил десять умов, он никогда бы не догадался, что Мин Сю будет внуком Децзяна. Этот сильно ослабленный персонаж в Пекине, как они могут быть одного мира?

Это просто смешно, совершенно нелепо.

Президент Ван увидел побледненное лицо и удивился: «Что случилось? Это так шокирует, верно? Просто мужчина-бог (имея в виду Ван Юйдун) женится».

Чжоу Сян покачал головой: «Я просто не думал…»

«Кто бы мог подумать, что тогда когда отец Ван Юйдуна хотел послать несколько подарков (например, чтобы поднять социальное положение семьи он даже не смог прикоснуться к этим дверям. Им больше не нужно беспокоиться об этом. Он действительно воспитал хорошего сына (так как его сын женился в престижной семье)». Тон президента Вана немного презрительный. Он также из слабой семьи третьего поколения, но не того же уровня, что и семья. Для Ван Юйдуна, который раньше также зависел от него, прямо сейчас, он может использовать свои отношения с семьей, чтобы подавить его. Он чувствовал некоторое недовольство.

Они некоторое время болтали. Президент Ван рассказал много о том, насколько напыщенным стал Ван Юйдун после знакомства с этой мисс. У Чжоу Сяна не было настроения слушать. Его мысли были постоянно сосредоточены на Мин Сю.

Он наконец понял, как уникальный персонаж Мин Сю был образован. Ему должно быть трудно быть готовым втиснуться в старый домик площадью не более 70 квадратных метров (753 квадратных футов) с ним. Скоро будет год. Чжоу Сян почувствовал, что это становится все более нереальным.

По дороге домой Чжоу Сян был в полном оцепенении, настолько, что едва не попал в машину, которую преследовал. Он думал об этом всю дорогу домой, наконец решив притвориться, что не знал. За исключением самого Мин Сю… он ничего не знал. Поскольку Мин Сю не сказал ему, ему не нужно было спрашивать. Продолжать, как это тоже хорошо.

Когда Мин Сю вернулся вечером, он обнаружил, что Чжоу Сян странно смотрит на него.

Мин Сю был взволнован постепенным приближением своей сестры и церемонией помолвки Ван Юйдуном, поэтому он действительно не смотрел на Чжоу Сяна в течение многих дней. Он поднял брови: «Что случилось? Почему ты так смотришь на меня?»

Чжоу Сян быстро отреагировал: «Это ничего. Я вижу, что ты недавно был рассеянным. Даже если ты занят на работе, не стоит так волноваться».

Мин Сю слабо ответил: «Да».

Чжоу Сян подошел и похлопал по лицу. «Это так на тебя не похоже. Почему бы тебе не взять несколько выходных? Боюсь, что в твоем состоянии ехать не безопасно.

«Я в порядке».

Мин Сю схватил его за руку и положил за спину, затем уткнулся лицом в шею, осторожно кусая его сексуально привлекательную ключицу.

Чжоу Сян тихо спросил: «Ты уже поел?»

«Да», Мин Сю прижал его к дивану и поцеловал, пока потянув его за одежду. Эти двое не делали этого в течение четырех-пяти дней, поэтому, как только они коснулись тел друг друга, их жажда мгновенно вспыхнула.

Когда Мин Сю энергично толкнул его сзади, Чжоу Сян задохнулся и тихо засмеялся: «Почему тебе так нравится задняя позиция?

Движение Мин Сю замедлилось. Чжоу Сян невыносимо застонал, когда он был вынужден почувствовать, как Мин Сю опалил горячий пульсирующий член внутри него.

Мин Сю опустил голову и хрипло произнес: «Можно проникнуть глубже таким образом». Его рука задержалась, нежно ласкала и погладила обнаженную спину Чжоу Сяна, его блестящая гладкая спина, постоянно изогнутая в соблазнительные линии от его толчков, пробудила его желания к невероятной высоте.

Хотя их спины очень похожи, Мин Сю также явно осознавая, что он становится все менее способным притворяться, что Чжоу Сян — это Ван Юйдун. Когда он страстно впивается в этого человека, он больше не представлял, что человек, находящийся под ним, — это Ван Юйдун. Он знал, что человек, который может доставить ему острые ощущения удовольствия, человек, чье тело поразительно совместимо с его, — это Чжоу Сян.

Поскольку Чжоу Сян был занят ежегодным собранием, его больше не было часто каждый день. Иногда, когда Мин Сю приходит домой и не видит его, он испытывает волнение.

В эту ночь, когда Мин Сю вернулся домой, Чжоу Сяна снова не было дома, поэтому он просто пошел в кабинет, чтобы выйти в интернет.

Просматривая веб-сайт, он случайно наткнулся на историю о сплетнях, которая была более полмесяца назад. Заголовок гласил: «Си Жун и его друг пьют кофе, радостно общаются». Фотография была явно сделана тайно без их ведома. Несмотря на то, что лицо человека очень размыто, Мин Сю сразу понял, что человек, сидящий напротив Си Жуна, — это Чжоу Сян. Глядя на дату, это был второй день их большого боя.

Мин Сю не позволил себе закрыть веб-страницу. Его рука долго колебалась между мышью и телефоном. Но, в конце концов, он не позвонил Чжоу Сяну, чтобы спросить его об этом. Однако его опасения и неприязнь к Си Жуну усилились днем.

Хотя Чжоу Сян пообещал ему, что между ним и Си Жуном ничего не было, Мин Сю никогда не мог забыть выражение, которое он впервые увидел на Си Жуне, когда они впервые встретились, такого рода враждебный, ненавистный взгляд. Он определенно не верит, что Си Жун видел в Чжоу Сяне только друга.

Когда Мин Сю думал о двух принадлежащих к одной компании и может встречаться в некоторых местах, которые он не может видеть, смеяться и говорить как они в этой картине, он хотел, чтобы Чжоу Сян подал в отставку. Отсутствие возможности получить Ван Юйдуна уже заставило его расстроиться. Но если он даже не может контролировать Чжоу Сяна, то он, Мин Сю, полный неудачник.

Просто так случилось, что в это время Чжоу Сян вернулся домой. Мало того, что он вернулся, он также принес Мин Сю в свой поздний перекус.

У Мин Сю не было аппетита. Открыв дверь, он спросил: «Ты видел Си Жуна 28-го числа прошлого месяца?»

Чжоу Сян был немного поражен, пытаясь вспомнить. Потом он вспомнил, что это был день, когда он отдал Си Жуну его мобильный телефон. Он осторожно наблюдал за выражением лица Мин Сю, опасаясь, что снова разозлится.

Он тихо пробормотал: «Я возвращал ему телефон. Как ты узнал об этом?»

МИн Сю саркастически улыбнулся: «Это уже в сплетнях о развлечениях. Почему? Вы так увлечены беседой, что даже не подозревали, что кто-то тайно сделал вашу фотографию?»

Чжоу Сян слабо вздохнул. Он действительно устал иметь дело с характером Мин Сю. Он просто хотел повернуться и уйти.

К счастью, на этот раз Мин Сю не собирался усложнять ему задачу. Он просто безо всякого выражения взял ночной перекус из своей руки и пробормотал: «Хорошее время, я голоден».

Чжоу Сян вздохнул с облегчением, но в то же время начал беспокоиться о чем-то еще. Что если Мин Сю узнает, что он и Си Жун будут сниматься в одном фильме? Что произойдет?

Однако он не прочитал сценарий. Будь он и Си Жун не будет никаких сцен вместе. Несмотря ни на что, он никогда не отказался бы от такой хорошей возможности. Кроме того, на этот раз он также должен быть каскадером боевых искусств Ван Юйдуна. Даже если он хочет скрыться, он не может избежать Си Жуна. Если он может скрывать это от МИн Сю изо дня в день, он просто хочет продолжать это делать.

Чжоу Сян был очень измотан, когда он подумал о том, что Мин Сю станет неуправляемым, узнав об этом.

Так как он узнал о семейном происхождении Мин Сю, он почувствовал, что расстояние между ними достигло точки, где он очень далеко. Он больше не питал надежды на то, что его отношения с МИн Сю будут длиться долго, и при этом он не знает значения того, что они продолжают участвовать в этом моменте.

Даже если он понимает, он не может убедить себя отказаться, Поэтому с каждым успокаивающим мирным днем Чжоу Сян особенно дорожил этим. Он действительно не хотел, чтобы что-то усложняло ситуацию.

Конец года быстро приближался, Чжоу Сян был чрезвычайно занят. Уже одной закупочной деятельности уже достаточно, чтобы он был занят непрерывно в течение нескольких дней. В эти дни он действительно видел президента Вана, который редко появлялся в компании, дважды. Услышав от него, Чжоу Сян узнал, что помолвка Ван Юйдуна будет проходить во время новогодних праздников. После праздника Ван Юйдун отправится в отпуск со своей невестой. Это как раз совпало с церемонией запуска нового фильма, с этой датой, уже установленной ранее. Директор Ван очень недоволен. Было слышно, что он даже разорвал свое свадебное приглашение.

Когда президент Ван сказал эти слова, он был очень недоволен. «Так много артистов и средств массовой информации будут присутствовать на церемонии запуска, как бы это выглядело, если бы мужской лидер не присутствовал? Эта дата была определена мастером удачи и была решена всеми. Только потому, что у него были планы на отпуск с мисс, он попросил всех нас изменить время. Насколько это разумно? Теперь эти двое зашли в тупик, не зная, может ли фильм даже начать плавную съемку».

Президент Ван, вероятно, думал, что Чжоу Сян не тот, кто сплетничает и ему можно доверять. Суть дела в том, что Чжоу Сян не имел никакого влияния в кругу, поэтому он расскажет ему о вещах, о которых он обычно не говорит другим. Чжоу Сян повторил слова президента Ван. Во всяком случае, он также был недоволен Ван Юйдуном.

Президент Ван вдруг что-то вспомнил. «Привет? Разве ты не говорил, что не хочешь быть его каскадером? Почему я слышал, что Цай Вэй сказал, что ты собираешься это сделать? В прошлый раз, когда он попросил вас остаться, это об этом вы говорили?»

Чжоу Сян ответил: «Да, он сказал, что боится, что у новичков не будет опыта. Он все еще надеялся, что я сделаю это».

Президент Ван похлопал его по плечу: «Это тоже не плохо, просто немного утомительно. Цай Вэй договорился об очень хорошей плате за вас, гарантированно, чтобы вы остались довольны».

Чжоу Сян неохотно улыбнулся: «Я доволен, пока могу зарабатывать деньги».

Перед Новым Год поступила, новость о предстоящем участии Ван Юйдуна уже широко распространилась в Интернете, привлекла много внимания и также предоставила его поклонникам достаточную психологическую подготовку. Ван Юйдун публично признал, что он будет помолвлен на Новый год. Чтобы защитить частную жизнь своей невесты, на церемонию помолвки будут приглашать только близких родственников и друзей. Он не хотел причинять им беспокойство.

Как только эта новость появилась, многие из его фанатов были убиты горем. Все пытались угадать, кто таинственная невеста Ван Юйдуна. Хотя большинство новостей о сплетнях не очень надежны, одно можно сказать наверняка, то есть, эта история женщин не является незначительной. До конца года Ван Юйдуну снова удалось привлечь внимание к другой горячей теме.

Когда Чжоу Сян вернулся домой, Мин Сю был дома. Чжоу Сян не мог не спросить его: «Твоя старшая сестра обручается с Ван Юйдуном?»

Мин Сю повернул лицо, спокойное выражение, которое он демонстрировал ранее, внезапно изменилось: «Почему ты спрашиваешь об этом?

Чжоу Сян подумал, что Мин Сю опасался его (Чжоу Сяна) потому что он спрашивал о делах своей семьи, поэтому он сразу же сказал: «Разве она не твоя старшая сестра? Я просто случайно спрашиваю. Если ты не хочешь говорить, это нормально».

Мин Сю был ужасно расстроен и растерян, настолько, что даже не хотел идти на церемонию помолвки. Он беспокоился, что не сможет контролировать себя. С большим трудом он спросил: «Какие слухи ты слышал?»

Чжоу Сян покачал головой и сделал вид, что не знает: «Я ничего не слышал».

Мин Сю не сделал вид, что поверил ему. Даже в Интернете есть много предположений относительно личности его сестры. Чжоу Сян в кругу развлечений, как он мог не знать? Мин Сю не намеренно скрывал личность своей семьи от него. Тогда он просто не думал, что Чжоу Сян должен знать, а теперь, как он не хотел говорить Чжоу Сяну. Он обеспокоен тем, что отношение Чжоу Сяна к нему изменится. Если Чжоу Сян начнет вести себя, как все остальные, и ругаться на него, он будет чувствовать отвращение.

Однако, увидев, что Чжоу Сян ведет себя так, как будто он ничуть не обеспокоен, он заинтересовал Мин Сю. Он не мог не спросить:«Так много людей пытаются выяснить, кто моя сестра, разве ты не хочешь знать?»

Чжоу Сян выпил воды и небрежно ответил: «Должно быть, хорошо подходят с Ван Юйдуном.»

Мин Сю поднял брови, с позиции Чжоу Сяна, это действительно спасло его от неприятностей (потому что он не хотел говорить ему). Но это также заставило его чувствовать себя смущенным.

Чжоу Сян посмотрел на него, словно узнав, о чем он думает. Он подошел, чтобы сесть на колени и улыбнулся, притянув шею ближе:«Мы были вместе почти год, ты даже не упомянул свою семью, поэтому я собираюсь догадаться, что ты не хочешь говорить. Я тоже не хочу спрашивать. Это ни на что не влияет, верно?

Мин Сю прищурился и тихо сказал: «Верно».

Чжоу Сян наклонился и облизнул губы. Мин Сю слегка поднял подбородок, и их поцелуй задержался. Тогда, как и ожидалось, это превратилось в эпизод интенсивного страстного секса.

Мин Сю теперь еще больше зависит от Чжоу Сяна. Раньше он искал тень Ван Юйдуна в Чжоу Сяне. Теперь он рассчитывал, что Чжоу Сян забудет о Ван Юйдуне и его сестре. Этот сильный контраст между предыдущим и настоящим, фактически произошел неожиданно очень мирным образом, настолько мирным, что он даже не знал, когда произошло это изменение в его сознании. Он только знал, что когда он и Чжоу Сян занимаются страстной любовью, он может забыть о многих неприятных вещах.

Глава 31 - Две бодающиеся головы Ван

Ежегодное собрание компании состоялось за неделю до Рождества. Помимо сотрудников компании, было много людей из СМИ. До этого дня Чжоу Сян все еще был занят закулисной работой.

Си Жун, который должен был находиться в банкетном зале, обнаружил его в задней части отеля.

Подкрадывался к курящему. В перерыве Чжоу Сян увидел его и удивленно спросил: «Почему ты здесь?»

Си Жун улыбнулся: «Я искал тебя всю ночь, не ожидал, что ты спрятался здесь».

«Я не прячусь здесь. Я работал там. Скорей назад, кто-то должен искать тебя в ближайшее время».

«Я вышел, чтобы сделать передышку». Си Жун тепло посмотрел на него: «Сян Гэ, ты много работал».

«Это ничего. Я не работаю бесплатно». Чжоу Сян погасил сигарету.

«Я не ожидал, что мы сможем сыграть вместе в фильме. Я действительно с нетерпением жду возможности сыграть с тобой», — сказал Си Жун с некоторым ожиданием.

Чжоу Сян тупо уставился: «У нас есть сцены вместе?»

«Да, ты не читал сценарий.»

«О, ты играешь роль младшего брата Ван Юйдуна. Мы определенно будем взаимодействовать».

«Нет, это не та часть, где вы его каскадёр. Поддерживающую роль, которую вы играете, мы будем взаимодействовать».

Чжоу Сян улыбнулся: «Я не знаю. Моя роль не такая тяжелая. Директор Ван не дал мне сценарий.»

«Это потому, что скрипт еще не закончил редактирование. Президент Ван помог подготовить еще несколько сцен для вас. Я прочитал старый сценарий. Твоя роль хорошо освещена. Сян Гэ, я действительно с нетерпением жду этого». Глаза Си Жуна искрились, когда он смотрел на него, не моргая.

Сердце Чжоу Сяна также немного взволновано, но он стесняется показать это: »Я спрошу сценариста об этом через несколько дней».

«После Рождества будет собрание, ты можешь спросить его снова».

«Хорошо».

Си Жун слабо улыбнулся: »Сян Гэ, как вы проводите Рождество? С твоим…… парнем?»

«Да, должно быть. Мы оба слишком заняты, поэтому еще не говорили об этом». Ах, хотя Чжоу Сян сам думал об этом, ему еще нужно было спросить Мин Сю. Он не знал, будет ли ему отказано.

Си Жун уныло опустил глаза: «Сян Гэ, если ты не строил планы на Рождество, проведи его со мной. Мы можем съесть горячий горшок».

Чжоу Сян улыбнулся: «Ты так занят, я не думаю, что у тебя есть время».

«Если ты собирешься провести его со мной, я все отменюю Я серьезно», — Си Жун посмотрел на него очень серьезно.

Чжоу Сян неловко опустил голову: «Давай поговорим об этом позже».

Двое людей небрежно сказали несколько слов, взгляд Си Жуна за его часами и неохотно вернулся в банкетный зал. Чжоу Сян курил одну сигарету за другой. Он посмотрел на синее небо, его разум был в хаосе, думая обо всем, но никакого решения не было.

Когда он вернулся домой той ночью, было почти два часа. Он был занят целый день и чрезвычайно истощен.

К его удивлению, Мин Сю не спал и, казалось, ждал его, заставляя Чжоу Сяна чувствовать себя очень тронутым.

Мин Сю налил ему чашку горячей воды: «Подойди и выпей воды».

Чжоу Сян снял пальто и сел за стол, его холодная рука держала теплую чашку.

Мин Сю посмотрел на его замерзшее красное лицо, протянул руку и погладил его, нахмурившись: «Ты не ездил? Вот так и заморозишь себя».

«Я пошел, чтобы помочь кое-что перенести после окончания ежегодного собрания».

Мин Сю определенно не понравилось видеть исчерпывающее выражение лица Чжоу Сяна. Независимо от того, насколько ослепительным может быть круг развлечений, по мнению Мин Сю, ценность работы, которую выполняет Чжоу Сян, слишком мала. Но, тем не менее, Чжоу Сян наслаждается этим.

Он тихо спросил: «Присутствовал ли Си Жун на вашем ежегодном собрании?»

Чжоу Сян застыл, «Хм».

«Вы, ребята, ребята? говорили?»

«…… Нет, он был в банкетном зале. Я был занят за кулисами. Я его не видел. Чжоу Сян немного Гуй. Думая о том, что Си Жун сказал ему сегодня, он был еще более обеспокоен. Он ждал возможности рассказать Мин Сю, что он хочет участвовать в фильме Ван Юйдуна и что Си Жун также участвует в фильме. Но, увидев отношение Мин Сю, он еще больше боится говорить.

Мин Сю удовлетворительно кивнул, а затем переместил руку от лица к ушам: «В будущем то, что ты не должен делать, не принимай активное участие в этом. К чему ты стремишься? Заставить себя так замерзнуть».

Чжоу Сян, естественно, ответил: «Они мои коллеги, это нормально, помогать».

Мин Сю покачал головой:«Иди прими душ и ложись спать пораньше».

Чжоу Сян закончил пить воду и пошел принять удобный горячий душ. Когда он вошел в спальню, он увидел, что Мин Сю уже лежал.

Он лег в постель и обнял Мин Сю сзади, тихо пробормотав: «Минсю, у тебя есть какие-нибудь планы на Рождество?»

Мин Сю:«Что ты хочешь делать?»

Чжоу Сянь улыбнулся:«Ты позволяешь мне планировать Рождество? Тогда ты выделишь мне свое время в тот день?

Мин Сю кивнул: «Этот вид отдыха не имеет ничего общего, ничего особенного».

«Присоединяйся к веселью. Пойдем покушаем, а потом посмотрим фильм? В прошлый раз друг порекомендовал западный ресторан, сказав, что в нем отличная атмосфера. Существует трехмесячный лист ожидания бронирования. Этот мой друг знает босса. Я могу найти его, чтобы договориться?»

«Хорошо, ты делаешь это». Мин Сю не заинтересован в подобных праздниках, но, видя, насколько это важно для Чжоу Сяна, он также готов сопровождать Чжоу Сяна в волнении. Он добавил: «Тогда я забронирую отель. Давайте изменим место……»

Изменить место, чтобы сделать что?… Естественно само собой разумеется, что заниматься сексом нужно в другом месте. Чжоу Сян злобно улыбнулся: «Хорошая идея. Я просто хочу это сказать.»

Мин Сю положил руку ему на талию, его темные черные глаза тихо смотрели на Чжоу Сяна сквозь лучи лунного света.

Чжоу Сян сам был поглощен выражением лица Мин Сю. Настолько, что он не мог отвести взгляд. Они оба смотрели друг на друга так безмятежно. Они долго пристально смотрели друг на друга.

Чжоу Сян понизил голос: «О чем ты думаешь?»

«Ни о чем».

Чжоу Сян улыбнулся слегка: «Мин Сю, я чувствую себя очень счастливым сейчас. А ты?»

Мин Сю моргнул и мягко «хмм»звук. Он не сказал ни «да», ни «нет», просто «хмм».

Чжоу Сян улыбнулся и закрыл глаза.

Мин Сю наклонился ближе и крепко обнял спину Чжоу Сяна, почти желая взять Чжоу Сян на руки. Несмотря на форму тела Чжоу Сяна, эта поза немного смешная, Мин Сю чувствовал дыхание Чжоу Сяна на своей шее. Он чувствовал себя очень тепло.

Давайте просто будем такими, в этом нет ничего плохого.

—–

На Рождество Мин Сю вернулся рано. Чжоу Сян ждал его дома. После того, как Мин Сю изменился, они воспользовались временем и начали уходить рано.

Этот день — и праздник, и пятница. Пробки на дорогах настолько плохи, что они медленнее, чем ходьба. К счастью, ресторан недалеко от них. Расстояние, которое обычно занимает у них 15 минут, сегодня занимает час.

Ресторан также переполнен сегодня, но атмосфера внутри очень тихая, резко контрастирует с толпой на улице.

Многие пары сидели вокруг них. Двое взрослых мужчин, которые ужинают при свечах лицом друг к другу, немного неловко. Особенно с внешностью Мин Сю, это еще более привлекательным. Почти все должны были взглянуть на них.

Чжоу Сян не ожидал такой неловкой сцены, поэтому он продолжал обращать внимание на выражение лица Мин Сю, опасаясь, что он рассердится.

Но Мин Сю действовал так, как будто вокруг никого не было. Видя, как Чжоу Сян смотрит на него, он даже смеялся: «Почему ты так нервничаешь? Не позволяй незнакомцам влиять на твое настроение».

Только тогда Чжоу Сян почувствует облегчение. Он улыбнулся:« Ты привык что люди  смотрят на тебя?»

Мин Сю слегка пожал плечами и не стал комментировать.

«Просто из-за твоей спокойной и собранной натуры жаль, что ты не звезда».

Мин Сю покачал головой с улыбкой: «Я ненавижу такие карьеры, которые по сути не имеют личной жизни. Делать что-либо неудобно».

Чжоу Сян, «Да, ты не можешь себе этого представить. Некоторые репортеры ужасны. Они могут даже выкопать старые дела более десяти лет назад, о которых забыла даже вовлеченная сторона. Быть звездой на самом деле не то, что люди могут сделать. Величайшая вещь в мире — иметь деньги без ведома других.»

Чжоу Сян поболтал с Мин Сю о некоторых типичных сплетнях, происходящих в кругу развлечений. Они обычно не говорят об этих вещах, потому что Мин Сю не выглядел слишком заинтересованным. Но сегодня он слушал с большим интересом. Они долго не болтали. Эта еда была очень приятной.

После того как они поели, они пошли на подземную парковку. Как раз, когда они собирались сесть в машину, сзади вдруг прозвучал женский голос: «Мин Сю?»

Когда они оба обернулись, они увидели высокую и красивую женщину, держащую мужчину, в паре солнечных очков, стоящих за ними.

С первого взгляда Чжоу Сян увидел, что человек, носящий очки, — это Ван Юйдун.

Когда Мин Сю увидел двух человек, выражение его лица сразу изменилось. Он смутно сказал: «Джи (T / N)».

T / N Старшая сестра

«Мин Сю, ты тоже пришел сюда поесть? Почему я не видел тебя раньше? Мин Мэй спросила, когда она подошла к нему. Но когда она заметила Чжоу Сяна, она сделала паузу.

Ван Юйдун также снял свои солнцезащитные очки. Он посмотрел на Чжоу Сяна с осторожным выражением лица.

Чжоу Сян на мгновение настолько смутился, что не знал, где спрятаться. Он мог только заставить себя успокоиться и вежливо улыбнуться Мин Мэй.

Мин Мэй не улыбнулась. Она почти сразу начала сомневаться в отношениях своего брата с этим человеком. Не то чтобы Мин Мэй не знала о сексуальной ориентации Мин Сю, но, как и ее родители, она всегда выбирала забыть об этом.

Она посмотрела на Чжоу Сяна и затем посмотрела на Мин Сю: «Мин Сю, это твой друг?»

Губы Мин Сю немного дрожали. Его глаза были сосредоточены на руке Мин Мэй на руке Ван Юйдуна. Независимо от того, как он выглядел, это бельмо на глазу.

Ван Юйдун держал Мин Мэй за талию и тихо пробормотал: «Этот человек — коллега, с которым я сотрудничал. Я был тем, кто представил их».

Мин Мэй, казалось, вздохнула с облегчением, но все еще беспокойно повернула голову, чтобы вопросительно взглянуть на Ван Юйдуна.

Ван Юйдун посмотрела на нее успокаивающе: «Им, вероятно, есть чем заняться сегодня» он Мин Мэй прямо сказал: «У нас еще есть дела, мы уйдем первыми».

«Хэй», Мин Мэй потянула его: «Что за спешка? Ван Юйдун и я собираемся посмотреть фильм. Пойдем вместе.» Она все еще боялась и хотела наблюдать за отношениями между ними.

Мин Сю нетерпеливо сказал: «Я сказал, что у нас еще есть чем заняться, нет времени смотреть фильм. Вы двое идите вперед.»

Мин Мэй проницательно почувствовала колебания настроения Мин Сю. Нахмурив брови: «Что с тобой? Что за спешка?»

Мин Сю резко подчеркнул: «Я занят». Сказав это, он нажал, чтобы отпереть двери машины, и сказал Чжоу Сяну: «Пойдем». Затем сел на место водителя.

Чжоу Сян не повернул голову, когда сел на пассажирское сиденье. Он посмотрел на него двумя парами глаз.

Они не пошли смотреть фильм, как ожидал Чжоу Сян.

По пути было очень тяжелое настроение. Мин Сю не сказал ни слова, выражение его лица было очень плохим.

Чжоу Сян думал, что Мин Сю обеспокоен тем, что его сестра узнает, что он гей, поэтому он тоже ничего не сказал. Он даже не мог ничего сказать, чтобы успокоить его. Он мог следовать только в тишине.

Мин Сю поехал домой и сразу вошел в кабинет, войдя в дом. Затем захлорнул дверь кабинета.

Чжоу Сян посмотрел на закрытую дверь. Он знал, что он снова заперт в сердце Мин Сю. И все же он не мог видеть, как он может проникнуть в его сердце.

—–

После инцидента на Рождество они больше не упоминали об этом, как будто ничего не произошло, но Мин Сю успокаивался.

За два дня до Нового года директор Ван созвал еще одну встречу. Для незначительной роли, такой как у Чжоу Сяна, ему не нужно было присутствовать, поэтому никто не уведомил его. Именно после того, как президент Ван приехал и понял, что его не было, он специально позвонил, чтобы сказать ему, чтобы он приехал, и попросил его связаться с некоторыми людьми.

Чжоу Сян бросился после получения звонка, но он все еще опоздал на полчаса. Он не ожидал, что после того, как он войдет, он увидит сцену режиссера Вана и Ван Юйдуна в жарком споре.

Как только он вошел, все посмотрели на него. Чжоу Сян пожелал, чтобы он стал невидимым человеком. В это время, кто хотел бы привлечь порох?

Президент Ван не ожидал, что эти два человека закончат спорить. Он быстро использовал свое сдержанное выражение, чтобы подать сигнал Чжоу Сяну, чтобы он нашел место, чтобы сесть.

Чжоу Сян опустил спину и подбежал, чтобы сесть рядом с президентом Ван.

Ван Юйдун холодно говорит: «Моя помолвка это главное событие в жизни. Другие согласились отложить церемонию запуска фильма. Почему директор Ван не может просто принять это? Я должен поехать в этот отпуск, надеюсь, что директор Ван сможет понять».

Режиссер Ван хлопнул рукой по столу:«Эта дата была назначена два месяца назад. Вы думаете, что можете просто сказать измениться, и это может измениться?! Это задерживает многие вещи! Дата не может быть изменена. Если ты не придешь, то твоего имени не будет в списке актеров!»

Поскольку эти слова произнесены в такой степени, отношения между ними почти непоправимы. Все три инвестора выглядели мрачными. Президент Ван закатил глаза, как будто ему лень заботиться.

Ван Юйдун настолько взбешен, что мышцы на его лице немного искажены: «Хорошо. Директор Ван может найти кого-то еще, чтобы заменить меня тогда. Надеюсь, вы найдете подходящего кандидата.»

«Есть много людей, которые могут заменить вас!» Режиссер Ван настолько взбешен, что бородал своими бородами с явными глазами. Он взглянул на Чжоу Сяна, который только что сел, и строго сказал: «Чжоу Сян!»

Чжоу Сян был так напуган, что трясся, все смотрели на него.

Режиссер Ван тяжело вздохнул.«Гм» и сказал: «Я думаю, что Чжоу Сян это хорошо. Вы всегда были каскадером Ван Юйдуна и также знаете, как действовать. На этот раз вы можете взять на себя роль Ван Юйдуна, а не как каскадер. Я хочу, чтобы вы были лидером».

Как только прозвучали эти слова, у всех расширились глаза, и весь конференц-зал затих. Чжоу Сян был напуган до безумия, он не смел дышать.

Люди, у которых хорошие отношения с Чжоу Сяном, сочувственно смотрели на него.

Все могли понять, что режиссер Ван сказал, что это не потому, что Чжоу Сян талантлив и не очень квалифицирован. Это было просто в наибольшей степени унизить Ван Юйдуна.

Если заменить его своим каскадером, если это подтвердится, Ван Юйдун станет величайшей шуткой во всей индустрии развлечений.

Это движение Режиссера Вана, действительно безжалостен, подталкивая Чжоу Сян к сердцу их борьбы.

Глава 32 - Оскорбление Ван Юйдуна

Неожиданно лицо Чжоу Сяна побледнело. Он не смел поднять голову. Он чувствовал на себе много пар глаз. Эти пронзительные глаза похожи на иголки, из-за которых он не может ни сидеть, ни стоять из-за своей нервозности.

Он проклинал режиссера Ван и Ван Юйдуна сто раз в своем сердце. Эти двое ублюдков сражаются, почему они всегда должны привлекать его?

Президент Ван попытался успокоить атмосферу:«Аия. Режиссер Ван, успокойся. Между вами есть недопонимание. Давайте обсудим способы ее решения. Не нужно так волноваться».

Режиссер Ван далек от волнения, он хотел встать и захлопнуть стол: «Тут нечего обсуждать. Я думаю, что Чжоу Сян это хорошо. Я рекомендую ему быть лидером. Чжоу Сян, ты смеешь принять роль?»

Чжоу Сян поднял голову, и глаза Ван Юйдуна были как нож, который резко упал ему на лицо. Чжоу Сян неохотно улыбнулся: «Режиссер Ван, вы, должно быть, шутите».

«Кто с вами шутит, я никогда не шучу. Я провел всю свою жизнь, снимая фильмы. Моя оценка людей довольно хорошая. Если я чувствую, что вы можете взять это на себя, тогда вы определенно можете. Согласитесь с этим сейчас. Пока вы согласны, главная роль за вами!»

Несколько инвесторов не смогли сидеть на месте и стали посредниками между конфликтующими сторонами.

Они вложили деньги в фильм и публично продвигали Ван Юйдуна в качестве ведущего актера. Так что в последнюю минуту сменить главную роль на просто неизвестного каскадера, кого это устроит? Даже президента Вана не было бы.

Чжоу Сян действительно хотел, чтобы он мог встать и уйти в это время. Теперь он даже не хочет ни копейки или какой-либо вспомогательной роли. Он просто хотел быть дальше от этой производственной команды. Власть Ван Юйдуна теперь процветает. Кроме того, у него есть поддержка семьи, если он обидел Ван Юйдуна, сможет ли он по-прежнему работать в индустрии развлечений в будущем?

Он просто хотел зарабатывать на жизнь, он не хотел бить, он большой со значительными взлетами и падениями.

Ван Юйдун безоговорочно спросил: «Чжоу Сян, какова твоя позиция? Режиссер Ван так настойчиво рекомендует вам, что вы не можете его подвести, не так ли?

Цай Вэй хотел помочь Чжоу Сяну, но прежде чем он успел даже открыть рот, президент Ван остановил его. Цай Вэй не имеет достаточного веса, и тот, кто говорит в это время, может стать пушечным мясом.

Президент Ван встал с неприглядным выражением лица и не очень вежливым тоном: «Мы уже сотрудничали в этом вопросе. Затраты были израсходованы, а бюджет также уже вложен, иметь такие последствия в это время никому не выгодно, верно? Теперь, когда все три инвестора присутствуют, прямо скажем, боссы — это те, кто вкладывает деньги. Жалобы, которые у вас есть, являются личными. Как насчет нас, инвесторов? Не позволяйте своим эмоциям влиять на ваше решение и приносить ваши личные обиды на работу, хорошо?»

Не следует недооценивать происхождение президента Вана. С учетом вышесказанного, никто не осмелился оскорбить его, и конференц-зал снова замолчал.

Через некоторое время Ван Юйдун сказал: «Ван Гэ (имеется в виду президент Ван) я определенно не осмелюсь не дать вам лицо, но режиссер Ван действительно зашел слишком далеко. Говоря о том, что поставлено на карту, я тоже человек с престижем. Режиссер Ван уже передал эту роль кому-то другому, я не могу быть настолько постыдным, чтобы требовать ее от него».

Эти слова означали, что режиссеру Вану придется проглотить слова, которые он выплюнул.

Режиссер Ван, этот упрямый старик полон решимости не идти на компромисс. Он выпил немного воды и медленно произнес: «Президент Ван, я не позволяю своим эмоциям влиять на мое решение. В моем сердце, Чжоу Сян больше подходит для этой роли, чем Ван Юйдун. Я могу дать вам много причин, а также убедить всех вас».

«Это определенно не первый случай, когда новичок используется для моих фильмов. Пока это мой фильм, я несу ответственность за него до конца каждый раз. Ни разу это не разочаровало инвесторов. Я не могу сотрудничать с Ван Юйдуном. Заставив нас сделать это, я не могу сделать этот фильм по своему вкусу. Даже если это не Чжоу Сян, это будет кто-то еще. Короче говоря, это точно не будет Ван Юйдун.

Ван Юйдун настолько взбешен, что его губы дрожат. Если бы не его помощник, который его держал, он бы уже встал и ушел.

Режиссер Ван посмотрел на Ван Юйдуна с преднамеренной провокацией, а затем сказал инвесторам: «Я не говорю глупостей. Чжоу Сян может взять на себя эту роль. На самом деле, он может сделать это хорошо. Этот фильм можно хорошо снять. Мне не нужен Ван Юйдун. Я определенно никогда не буду сотрудничать с ним снова. Проще говоря, это либо он, либо я. Вы, ребята, можете заменить меня».

Никто не смел заменить режиссера. На этот раз режиссер Ван действительно настроен.

Несколько инвесторов обменялись беспомощными выражениями. Лицо Ван Юйдуна багровое. Он хотел встать и уйти несколько раз. Другие даже не смели тяжело дышать.

Директор Ван спросил Чжоу Сяна:«Чжоу Сян? Скажите что-то. Ты смеешь принять эту роль? Если ты примешь роль, твоя ценность немедленно возрастет, и у тебя будет все».

Чжоу Сян не глуп, как он может легко поверить этим словам. Чтобы получить популярность от съемок этой роли, безусловно, есть возможность, однако, самая большая и вероятная возможность состоит в том, что он будет проклятым фанатами Ван Юйдуна и оттеснит других в кругу развлечений. Никто не посмеет сотрудничать с ним после съемок этого фильма. Так что, в конце концов, он мог найти только другой способ заработать на жизнь.

Если подумать об этих последствиях, то онемение головы он оцепенел.

Чжоу Сян — просто второстепенный актер. Хотя он мечтал стать большой звездой, но, столкнувшись с такой возможностью, что это действительно может произойти, его первым инстинктом стал страх.

Президент Ван тяжело вздохнул:«Этот вопрос не может быть решен сейчас. Вы также должны дать Чжоу Сяну время. Давайте закончим это сегодня. Режиссер Ван, я поговорю с тобой завтра. Сказав это, он вытащил Чжоу Сяна и ушел. Цай Вэй внимательно следил за ними.

—–

Войдя в кабинет президента Вана, он (президент Ван) был настолько взбешен, что отбросил свой стул и набросился: «Старый тупой трах и молодой тупой, ебать! Черт, да проблемы Лаоси!»

Они оба боялись дышать.

Говорили, что президент Ван вложил в этот фильм более 10 миллионов, и это один из его Основных инвестиционных проектов на следующий год. Как он может не волноваться?

Президент Ван долго ходил взад и вперед, прежде чем он, задыхаясь, вернулся к своему стулу и сел, прищурив глаза на Чжоу Сяна.

Чжоу Сян также взглянул на он и тихо произнес:«Президент Ван, можете ли вы указать мне в каком-то направлении? Я все еще хочу зарабатывать на жизнь в кругу. Я не хочу, чтобы меня использовали в качестве чьих-либо боеприпасов».

Президент Ван постучал пальцем по столу, выглядя очень раздраженным: «Возвращайся первым. Дай мне подумать об этом. Я поговорю с режиссером Ван завтра. Если он действительно настаивает на том, что не хочет Ван Юйдуна, то он должен найти кого-то еще. Я думаю, что это, вероятно, не ты. Но если он настаивает на том, чтобы использовать вас, тогда просто возьмите это, лучше, чем предоставить кому-то это преимущество».

Чжоу Сян тихо пробормотал:«Президент Ван, я не могу взять на себя роль главного героя. Я всегда был каскадером».

«Если у вас есть сердце, чтобы быть каскадером всю свою жизнь, то вы слабак». Президент Ван постучал по столу:«Возвращайся. Дай мне подумать. Я позвоню тебе через два дня».

Чжоу Сян повернулся, чтобы уйти, и Цай Вэй тоже хотел последовать за ним, но президент Ван остановил его:«ЦайВэй, ты останься».

Цай Вэй мягко пожал плечо Чжоу Сяна, его заботливое выражение заставили Чжоу Сяна почувствовать себя немного лучше. Чжоу Сян насильно улыбнулся, опустил голову и ушел.

—–

Через два дня наступит Новый год, но настроение Чжоу Сяна все время было тяжелым.

В эти дни он полон страха и трепета, ожидая телефонного звонка президента Вана. Но звонок так и не пришел. Более того, Мин Сю в эти дни не пришел домой, даже не позвонив ему. Чжоу Сян предположил, что он, вероятно, уехал домой на каникулы. После праздников ему все еще приходится посещать помолвку Ван Юйдуна, поэтому он не должен возвращаться на несколько дней. Обычно Чжоу Сян определенно звонил или отправлял ему текстовые сообщения, но его разум сейчас находится в хаосе, не имея настроения это делать. Кроме того, он, вероятно, не сможет связаться с МИн Сю.

Цай Вэй позвонил ему. Его слова были очень прямыми и грубыми, по сути говоря, он говорит о том, что до тех пор, пока режиссер Ван настаивает, Чжоу Сян должен будет взять на себя эту роль, потому что даже если Чжоу Сян не займет эту роль, Ван Юйдун уже обижен. Его будущие дни не будут легкими. Если Чжоу Сян возьмет на себя эту роль, по крайней мере, есть шанс, что он сможет стать популярным, и с этого момента его карьера будет расти астрономически. Тогда Ван Юйдун не сможет связываться с ним. На самом деле это игра, игра на то, есть ли у Чжоу Сяна такая жизнь (чтобы быть популярной).

Чжоу Сян сказал, что слова Цай Вэя звучат разумно. Затем он спросил Цай Вэя, является ли это идеей президента Вана.

Цай Вэй долго колебался, только чтобы сказать «нет», и это его собственная идея.

Чжоу Сян не высказал свою позицию в этот раз он только сказал, что подумает об этом. На самом деле он особенно надеялся, что президент Ван может дать ему какое-то руководство. Он действительно не может обдумать это. Он надеялся, что обычно мудрый, дальновидный и знающий президент Ван сможет принять это решение за него. Поэтому он с нетерпением ждал звонка президента Вана.

Во второй день Нового года, который также является днем помолвки Ван Юйдуна, ему все еще не звонил президент Ван. Но ему позвонили с телефона Мин Сю.

Было уже около двух часов ночи. Чжоу Сян уже уснул, но его разбудил звонок.

Когда он увидел, что это Мин Сю, он не задумываясь нажал кнопку ответа. Из другой стороны прозвучал странный голос: «Здравствуйте, владелец этого телефона — ваш друг?»

Другой участник добавил: «Ваш друг пьян. Этот номер телефона является его самым частым контактом. Приходите забрать его, у нас еще есть час, прежде чем мы закроемся.»

Чжоу Сян вздохнул: «Пьяный? Он один?»

«Да, он пришел один».

Когда Чжоу Сян надевал штаны, он сказал:«Пожалуйста, отправьте адрес на мой телефон».

Чжоу Сян быстро поехал в бар. Только сотрудники оставались в баре, мыли полы и чистили стекла, готовясь закрыться. Мин Сю лежал на диване рядом с ним совершенно пьяным.

Чжоу Сян присел на корточки рядом с ним и похлопал по его ярко-красному лицу. У Мин Сю не было никакой реакции.

Он спросил бармена:«Как долго он пил?»

«Он приехал чуть позже 9 вечера, ничего не сказал, но продолжал пить.»

Это, очевидно, признак употребления алкоголя, чтобы заглушить его печали. Он понятия не имел, почему Мин Сю делает это. Разве сегодня вечером его сестра и Ван Юйдун не помолвлены? Почему он не остался дома?

Чжоу Сян оплатил счет и посадил Мин Сю в свою машину с помощью бармена.

Чжоу Сян живет на третьем этаже, а в старом доме нет лифта. Поэтому, когда он привел Мин Сю в дом, он уже обильно потел даже в зимнюю погоду.

После того, как Чжоу Сян бросил Мин Сю на кровать, он долго сидел на кровати и тяжело дышал. Мин Сю слишком тяжелый.

После перерыва он встал, чтобы снять пиджак, брюки, обувь и носки Мин Сю, пока он не остался только в нижнем белье. Затем он положил его под одеяло. Он боялся, что Мин Сю простудится, поэтому он включил электрическое одеяло.

Чжоу Сян пошел, чтобы вытащить полотенце из ванной, пропитанный горячей водой, а затем выжал воду, чтобы вытереть лицо Мин Сю.

От Мин Сю пахло алкоголем. Он вытер его лицо несколько раз. Мин Сю перевернулся и даже медленно открыл глаза, но выражение его лица было очень ошеломленным без какого-либо внимания.

Чжоу Сян мягко произнес: «Мин Сю?»

Мин Сю открыл рот, у него перехватило горло, странные звуки. Чжоу Сян не мог слышать это ясно.

Чжоу Сян собирался встать, чтобы налить ему стакан воды, но Мин Сю схватил его. На этот раз Чжоу Сян услышал грубые слова изо рта Мин Сю.

Чжоу Сян наклонился, желая услышать, что сказал Мин Сю. Мин Сю схватил его за шею и слегка пробормотал: «Дун Гэ».

Глава 33 - Обнаружение, что он заменитель Ван Юйдуна

Чжоу Сян безучастно смотрел и думал, что услышал неправильно.

Мин Сю выкрикнул «Дун Гэ». Не зная, что Мин Сю внезапно получил силу броситься на Чжоу Сяна и закричал «Дун Гэ», когда он поспешно поцеловал Чжоу Сяна.

Все тело Чжоу Сяна чувствовало себя так, будто его ударило молнией, настолько, что он не мог отреагировать так, как он позволил Мин Сю поцеловать его несколько раз.

«Дун Гэ? Кого он звал?

Стало туманно перед Чжоу Сяном. Изысканный и элегантный облик Ван Юйдуна постоянно задерживался перед его глазами. Выражение, которое Мин Сю дает Ван Юйдуну, очевидно, сильно отличается от его обычного выражения. Как он мог не заметить этого раньше? Только потому, что Мин Сю является зятем Ван Юйдуна?

Почему Мин Сю был с ним? Почему каждый раз, когда они это делают (занимаются сексом) ему всегда нравилось использовать заднюю позицию? Почему он пьян в день помолвки Ван Юйдуна? У всего теперь есть ответ.

Чжоу Сян чувствовал только пронзительное сердце, пронзенное ножом, все его тело было пропитано кровью.

Он никогда не испытывал такой мучительной боли.

Он мог принять что Мин Сю не любил его, даже если он не любит его на всю жизнь. Это никто не понравится. Но относиться к нему… как к замене?

Мало того, что Чжоу Сян разбит сердцем, но он также испытал беспрецедентное унижение.

Он отстал от Ван Юйдуна во всех аспектах. Когда Ван Юйдун издевался над ним, он мог страдать только в тишине. Чтобы зарабатывать на жизнь, у него не было другого выбора, кроме как стать каскадером Ван Юйдуна. Но почему он также заменяет его в личной жизни? Что он должен, чтобы Ван Юйдун унизил до такой степени?!

Чжоу Сян никогда не был растоптан в своей жизни, как этот кто-либо. Он просто не знал, как реагировать.

Он резко оттолкнул Мин Сю и отчаянно убежал… сбежал из своего дома.

Бесцельно двигаясь, он непрерывно кружил по улицам на этом холоде и спокойной зимней ночи. Чем больше он кружил, тем больше он волновался. Он не знал, куда ему идти.

Его глаза постепенно стали размытыми, он не мог видеть то, что было перед ним, поэтому он мог припарковать свою машину только на обочине дороги. Отопление в машине очень хорошее, но он все еще чувствует себя холодно. Его рот был немного горьким. Он не испытывал слез в течение многих лет. Его жизнь была мирной и довольной раньше… вряд ли в его эмоциях были огромные колебания. Но с тех пор, как он встретил Мин Сю в этом году, он испытывал всевозможные тревоги: тоски, подозрения, раздражительность и грусть.

Стыдно сказать, как он может влюбиться в мальчика, который на десять лет моложе его самого?

Его тщательно разыграли. Независимо от того, какие усилия он приложил, Мин Сю не хотел бы его. В глазах Мин Сю он всегда ищет Ван Юйдуна через него. Он, Чжоу Сян, не тот человек, который будет выделяться в глазах Мин Сю и, конечно, не будет иметь места в его сердце.

С самого начала у него даже не было шансов, но он все еще глупо фантазировал в течение года.

Чжоу Сян, ты действительно тупой ебать

Он вытер слезы на лице и посмотрел на тускло освещенные улицы, совершенно в растерянности. Его сердце слишком сильно болит, настолько больно, что он не знал, что делать.

Ему действительно нравится Мин Сю. Но каждый миг с ним и каждый раз, когда они занимаются любовью, Мин Сю относился к нему как к кому-то еще. И этот кто-то другой — человек, которому Чжоу Сян глубоко противен. Когда он подумал об этом, он почувствовал, что его сердце и легкие вот-вот взорвутся.

Спортивная машина неслась с противоположной полосы движения, а затем посреди ночи на этой пустынной улице громко зазвучали тормоза.

Чжоу Сян подумал, что произошла автомобильная авария. Он сразу же повернул голову и увидел, что машина развернулась и припарковалась рядом с ним.

Глядя в свое окно, Чжоу Сян видит Си Жуна, который был одет только в свитер, выпрыгивает из машины и идет к его машине. Чжоу Сян быстро вытер лицо и открыл дверь.

Си Жун все еще выглядел немного нерешительным, но когда он увидел Чжоу Сяна, он с удивлением сказал: «Сян Ге, это действительно ты? Когда я ехал, я думал, что твоя машина выглядит знакомо. Почему ты остановился на улице посреди ночи? В этом районе ночью много грабежей.»

Чжоу Сян вышел из машины и тихо сказал: «Выпил немного алкоголя, чтобы отдохнуть».

Си Жун подошел ближе и почувствовал, что Чжоу Сян, похоже, врет.

Тело Чжоу Сяна было окрашено небольшим количеством алкогольного запаха от Минсю, но он не выглядел немного пьяным. Вместо этого Си Жун сразу понял, что у него мрачное настроение.

Си Жун поднял брови и сделал несколько шагов вперед. Он протянул руку и коснулся глаз Чжоу Сяна. Он был шокирован: «Сян Гэ, что не так?» Что может заставить человека, который обычно с оптимизмом, сбегать на улицу посреди ночи и плакать?»

Чжоу Сян смущенно опустил голову:«Это ничего. Иди к своей машине и надень куртку. Ты можешь простудиться.»

Си Жун сжал подбородок, заставив его посмотреть вверх, и сердито спросил: «Ты думаешь, что я дурак? Что, черт возьми, происходит?»

Чжоу Сян убрал руку:«Оставьте меня в покое. Я пойду».

Си Жун схватил его за плечо и прижал к машине, строго сказал:«Ты вступил в спор со своим маленьким парнем? Так ты выбежал посреди ночи? Это твой дом, почему ты не сказал ему уйти!»

«Не думай слишком много…»

«Хм! Мое предположение правильно, верно? Си Жун показал печальное выражение:«Сян Гэ, ты мог бы плакать за него, ты действительно тот Сян Гэ, которого я знаю?»

Чжоу Сян вздохнул. В это время он не хотел ни с кем встречаться, не говоря уже о том, чтобы услышать их скептицизм. Он хотел оттолкнуть Си Жуна:«Ты можешь оставить меня в покое? Я хочу побыть наедине. Разве ты не можешь притворяться, что не видел меня?»

Си Жун отказался отпустить его:«Нет, я не могу притворяться, что не видел тебя. Возвращайся со мной в мой дом.»

«Нет. Си Жун, я повторяю, отпусти меня», — сказал Чжоу Сян, смущенный и раздраженный, он просто хотел спрятаться.

«Что, если я не отпущу? Ты собираешься ударить меня?» Си Жун непоколебимо уставился на Чжоу Сяна: «Если хочешь ударить меня, ударь. Я действительно в долгу перед тобой.»

Чжоу Сян увидел, что его губы были бледными, а рот дул холодным воздухом, но все еще не отпускал его. Он не мог не чувствовать себя тронутым, но на самом деле он не в настроении с ним общаться.

Он опустил плечи, печально бормоча: «Си Жун, отпусти меня, хорошо? Я действительно просто хочу побыть наедине. Смотри, как я тебя умоляю. Я уже чувствую себя смущенным, неужели ты можешь оставить меня в покое?»

Рука Си Жуна, которая его схватила, дрожала, с тяжелым сердцем и беспомощностью, видя удрученное выражение лица Чжоу Сяна, его сердце также сжалось.

Чжоу Сян оттолкнул его, затем повернулся, чтобы сесть в машину и быстро уехал.

Из зеркала заднего вида он все еще мог видеть Си Жуна, стоящего на том же месте, наблюдая за ним, пока он не повернулся и не исчез.

Чжоу Сян бесцельно ехал всю ночь, не сонный, но не полностью настороже. Наконец он отвез машину в компанию и оставался в машине два часа. В это время небо прояснилось. После того, как двери компании были открыты, он пошел в офис Цай Вэя и лег на диван.

Цай Вэй пришел в 9:00. Когда он вошел в кабинет и увидел его, он был шокирован.

Чжоу Сян вообще не спал, поэтому он был очень измотан. Как бы он ни старался, он не мог уснуть. Когда он услышал движения, он сел:«Вэй Гэ».

Цай Вэй удивленно посмотрел на него:«Ты… Что происходит?»

Он посмотрел на исчерпывающий и опустошенный вид Чжоу Сяна, он (Чжой Сян) явно не выглядит нормально

Чжоу Сян не боялся смеха Цай Вэя над ним:«Поспорил с ним, вышел немного успокоиться».

Цай Вэй пробормотал: «О», поскольку он не думал, что это было большое дело. Как не может быть никакого спора, когда два человека вместе? Он даже дразнил: «Я не видел тебя так много лет. Это действительно освежает. Дайте-ка подумать. Айя, даже плакал? Подумаешь? Когда мы с твоей невесткой поженились, каждые три дня у нас был большой бой, а каждые два дня — маленький. Разве все это не прошло? Просто пройди через этот период, и все будет хорошо». Цай Вэй также похлопал Чжоу Сяна по голове.

Эти слова не успокоили Чжоу Сяна. Он не мог сказать Цай Вэю правду о том, что он услышал и узнал прошлой ночью. Он может гарантировать, что это невыносимо для всех. Его разум все еще гудит прямо сейчас, он не мог сосредоточиться, и его сердце болит.

Цай Вэй посмотрел на его неподвижное выражение и понял, что это не просто обычный аргумент. Отбросив свой шутливый менталитет, он тихо спросил:«Это очень серьезно?»

Чжоу Сян покачал головой:«Вэй Гэ, не спрашивай. Могу ли я остаться здесь на некоторое время?»

«Конечно. Просто останься тут.» Цай Вэй налил ему стакан горячей воды: «Попей немного воды, твои губы потрескались».

Чжоу Сян держал чашку и смотрел на плитки на полу, оцепенев разумом.

Видя Цай Вэй боялся, что эти два человека могут расстаться, поэтому он хотел отвлечь свое внимание. Он действительно не может привыкнуть к тому, что Чжоу Сян выглядит так. Он спросил: «Президент Ван связывался с тобой в последние несколько дней?»

Чжоу Сян покачал головой, как он может вспомнить президента Ван.

Цай Вэй вздохнул:«Он сказал, что связался с вами, но Вы не ответили на звонок. На самом деле, он просто хотел, чтобы я сказал тебе. Это о фильме режиссера Вана. Президент Ван сказал мне сказать вам, что директор очень оптимистично настроен по отношению к вам, и вы сами решаете».

Чжоу Сян удивлен:«Что? Что ты имеешь в виду, дать мне решить?»

«Именно тебе решать, хочешь ты принять роль или нет. Вполне вероятно, что эти два Вана не смогли убедить стороны и не хотели оскорбить их, поэтому они выдвинули тебе решение».

Это очень сложное затруднение для Чжоу Сяна. Он выпил немного воды и заставил свой ум немного протрезветь:«Это, позволить мне решить? Я не знаю…»

Цай Вэй серьезно посмотрел на него:«Чжоу Сяна, ты должен знать. Ты должен принять решение».

Чжоу Сян насильно улыбнулся: «Вэй Гэ, я сейчас действительно не в настроении. Более того, я действительно не знаю, должен ли я принять эту роль. Честно говоря, я немного напуган».

Цай Вэй резко похлопал его по спине: «Только потому, что у вас, двух влюбленных, есть аргумент, это не может задержать реальный бизнес. Этот вопрос напрямую влияет на твое будущее. Это должно быть твоим первым приоритетом.

Чжоу Сян заставил себя быть немного воодушевленным. Он знал, что то, что сказал Цай Вэй, разумно. Без любви жизнь все еще должна продолжаться. Он спрашивает: «Вэй Гэ, что, по-твоему, я должен сделать?»

Выражение Цай Вэй решительно: «Прими это».

«Принять?»

«Да, ты должен принять это. Как я уже говорил в прошлый раз, ты уже обидел Ван Юйдуна. Независимо от того, принимаешь ли ты роль, новости того дня уже распространились. Все знают, что вы берете на себя роль Ван Юйдуна. Какой статус у Ван Юйдуна в кругу развлечений и какой у тебя? Как ты думаешь, кто-нибудь предложит тебе работу в будущем? Кто хочет обидеть Ван Юйдуна из-за тебя? Этот вопрос уже решен окончательно. Если ты не примешь роль, ты полностью исчезнешь из круга. Но если ты примешь это, может быть, ты сможешь быть популярным. Президент Ван и режиссер Ван будут продвигать тебя, особенно режиссер Ван. Из того, что я вижу о манерах этого старика, он полон решимости унизить Ван Юйдуна, несмотря ни на что. Если ты играешь роль, даже если ты не пользуешься популярностью, по крайней мере, ты получишь огромную сумму денег и тебе  не придется работать в кругу развлечений в будущем. Ты можешь инвестировать в другие предприятия. Так что ты не можешь упустить эту возможность».

Каждое предложение, которое Цай Вэя звучало разумно, особенно предложение «решительно унизить Ван Юйдуна», заставляло сердце Чжоу Сяна биться особенно быстро.

Если он заменил роль Ван Юйдуна, Ван Юйдун, безусловно, будет в ярости. Ван Юйдун всегда думал, что Чжоу Сян может быть только его каскадером. Теперь, когда положение изменилось, и он стал ведущим актером, даже если это было только в фильме, Чжоу Сян все еще был счастлив. Даже если бы он был только заменой Ван Юйдуна до конца своей жизни в глазах Мин Сю, на самом деле такое время, когда такой каскадер мог заставить Ван Юйдуна чувствовать себя подавленным.

Чжоу Сян почувствовал внезапный всплеск искривленного удовольствия.

Если не для чего-то еще, кроме как быть способным бороться за оправдание перед Ван Юйдуном, и иметь возможность слегка поднять голову перед Ван Юйдуном, и не быть ниже его и не огорчаться до такой степени, Чжоу Сян также готов принять эту роль, в которой он не был уверен.

Его сердце невольно трепетало. Он действительно хотел увидеть выражение лица Мин Сю, когда узнает, что украл главную роль Дун Гэ.

Он, Чжоу Сян, является только каскадером Ван Юйдуна, он не должен быть его заместителем вне съемок!

Цай Вэй спросил: «Ты уже решил?»

Чжоу Сян повернулся чтобы взглянуть на него и четко произнести каждое слово: «Вэй Гэ, я приму».

Глава 34 - Не желая отпускать Чжоу Сяна

Чжоу Сян в ту ночь спал в доме Цай Вэя. Изначально он не хотел туда идти, так как жене Цай Вэя всего три месяца с момента ее беременности. Он боялся их потревожить, но Цай Вэй отвел его домой, не дав ему колебаться.

Цай Вэй поговорил с режиссером Ван, чтобы выразить решение Чжоу Сяна. Режиссер Ван был в восторге, заявив, что Чжоу Сян должен приехать в ХХ Отель, чтобы присутствовать на церемонии запуска фильма в субботу. Они объявят о смене ролей в средствах массовой информации в то время.

После разговора с режиссером Ван Цай Вэй снова позвонил президенту Вану. Двое мужчин долго разговаривали. После завершения разговора выражение лица Цай Вэя выглядело не очень хорошо. Чжоу Сян знал, что президент Ван не хотел, чтобы он играл ведущую роль. Ведь он бизнесмен. Он был обеспокоен кассовым сбором, но у него не было уверенности, чтобы противостоять этому. Он думал, что Чжоу Сян отступит, не ожидая, что он действительно согласится. Президент Ван задумался над этой ситуацией и почувствовал, что это определенно имеет отношение к Цай Вэю, поэтому он был естественно недоволен.

Цай Вэй — человек, который чрезвычайно предан своему братству. Он почти ничего не сказал Чжоу Сяну, за исключением того, что он должен прибыть вовремя в субботу. Чжоу Сян знал это в своем сердце. Он особенно благодарен Цай Вэю.

Когда он спал в гостевой комнате той ночью, зазвонил телефон Чжоу Сяна. Он поднял трубку и увидел, что это от Мин Сю.

Мин Сю редко проявлял инициативу, чтобы позвонить ему. Разумно сказать, что он не может его искать, потому что он не уезжал домой ни на день, ни на два, верно? Если это так, разве Мин Сю не почувствует, что это необычно?

Чжоу Сян сделал несколько глубоких вдохов, все еще чувствуя удушающую боль в сердце, он ответил дрожащими пальцами.

«Эй? Чжоу Сян, — четкий голос Мин Сю очень ясен в спокойной ночи.

«Да, это я». Чжоу Сян оперся на кровать. Он не включил свет. В темноте ночи его глаза бесцельно смотрели на темный потолок над ним.

«Где ты был эти два дня? Почему ты не возвращаешься домой?»

Чжоу Сян слабо произнес:«Есть дела».

«Где ты? Почему ты не позвонил, чтобы сообщить мне, что ты не придешь домой? Вернись прямо сейчас.»

Чжоу Сяну было тяжело дышать. Он сел прямо и изо всех сил пытался сделать глубокий вдох, прежде чем заставить себя произнести следующие слова: «Я не вернусь на время. Всякий раз, когда ты уезжаешь, дай мне знать». Чжоу Сян почувствовал, что его тело стало вялым. Он никогда не думал, что однажды он положит конец их отношениям. Он думал, что постыдно попросит Мин Сю остаться, пока Мин Сю больше не захочет смотреть на него.

Телефон замолчал, и затем тихий голос Мин Сю прозвучал: «О чем ты говоришь?»

«Я сказал, дай мне знать, когда ты уедешь, чтобы я мог пойти домой».

«Ты знаешь, о чем, черт возьми, ты говоришь? Чжоу Сян. Ты меня выгоняешь?! Ты на самом деле меня выгоняешь!»

Не видя его, Чжоу Сян также знал, как разъяренный Мин Сю находится на другой стороне телефона. К счастью, ему не нужно было видеть его своими глазами. Просто по телефону он уже чувствовал, что его кожа головы немеет.

Чжоу Сян сказал как можно более спокойно: «Мин Сю, я относился к тебе искренне, но то, к чему ты обращаешься со мной, ты прекрасно знаешь в своем сердце. Просто уйди из моего дома. Считай, что я бесстыдно дешевый, давай просто мирно расстанемся».

Мин Сю в ярости: «О чем, черт возьми, ты говоришь? Черт, скажи это ясно».

Чжоу Сян горько ответил:«Хорошо, я скажу это тебе ясно. Человек, который тебе нравится, твой зять, большая звезда Ван Юйдун, я прав?»

Телефон на другой стороне внезапно замолкает.

Такая тишина похожа на нож который вонзился в сердце Чжоу Сяна.

Мин Сю даже не опроверг это, что неудивительно. Мин Сю никогда не пытался даже сказать ему какую-либо белую ложь (T / N). Этот вид честности достаточно жесток.

T / N — безобидная или банальная ложь, особенно тот, который говорят, чтобы не задеть чьи-то чувства.

Чжоу Сян ничего не мог поделать, но его эмоционально душило:«Мин Сю, ты уверен, что умеешь попирать людей. Мне стыдно сказать, что я тебе не подхожу. Я сдаюсь. Я не хочу быть заменой Ван Юйдуна как на работе, так и вне ее. Просто уйди. Так скоро, как возможно. Я тоже хочу скоро вернуться домой». Сказав это, он сразу же повесил трубку. Он не смел слышать голос Мин Сю. Было бы слишком унизительно, если бы он случайно заплакал. Он не хотел быть более постыдным, чем сейчас.

Повесив трубку, Чжоу Сян продолжал ворочаться и не мог заснуть. Как только он закрывал глаза, его разум вспоминал о кусочках воспоминаний о времени, которое он провел с Мин Сю в прошлом году.

Время действительно прошло слишком быстро. Настолько быстро, что даже прежде чем он успел среагировать, он уже слишком глубоко погрузился в эту ловушку. Если бы Мин Сю не раскрыл правду в своем пьяном угаре, он действительно не знал, как долго продержался в этом заблуждении… не придя в себя.

Это хорошо. Все кончено… все охрененно.

Чжоу Сян мучительно закрыл глаза.

Чжоу Сян оставался в доме Цай Вэй в течение двух дней. Его удрученная внешность делала Цай Вэя невыносимым, поэтому Цай Вэй отвел его в компанию и помогал ему в решении некоторых общественных вопросов.

Вскоре после прихода в компанию Чжоу Сяна, Сяо Лю подошел и сообщил ему, что кто-то искал его.

Чжоу Сян спросил, кто это. Сяо Лю сказал, что этот человек очень привлекателен, но, похоже, не идет с добрыми намерениями.

Интуиция говорит Чжоу Сяну, что этот человек — Мин Сю, но он не думал, что Мин Сю когда-нибудь станет инициатором прихода, чтобы найти его. Его слова Мин Сю были очень резкими. Поскольку Мин Сю был таким гордым и высокомерным человеком, он давно бы ушел.

Чжоу Сян задумался над этим, а затем попросил Сяо Лю отвести этого человека в приемную. После того, как он закончил свой рабочий телефонный звонок, он пошел в комнату.

Когда он держит ручку двери в приемную, он чувствует, как его ладонь вспотела. Поворачивая его, ручка не поворачивалась, потому что его ладонь была слишком скользкой.

Когда он попытался снова повернуть ручку, дверь открылась изнутри, и перед ним появился Мин Сю, глаза которого пронзили его, как холодный нож.

Кожа вокруг глаз Мин Сю темная. Он выглядел измученным, но это все еще не уменьшало его высокомерия.

Он схватил Чжоу Сяня за запястье и потащил его в комнату, затем хлопнул дверью.

Чжоу Сян молча посмотрел на него.

Губы Мин Сю долго дрожали, прежде чем, наконец, произнести: «У тебя есть яйца, и ты не идешь домой так много дней».

Просто глядя на него, Чжоу Сян уже чувствовал такую огромную боль, что  не мог даже дышать. В этой маленькой приемной все клетки его тела, кажется, вдыхают ауру Мин Сю, что делает невозможным ему уклониться.

Чжоу Сян глубоко вздохнул, неохотно заставляя себя казаться спокойным, он спросил: «Ты уже съехал?»

Мин Сю яростно ответил: «Ты думаешь, что можешь просто сказать, чтобы я въехал, а я вхожу, уходи и я ухожу? За кого черт возьми ты меня воспринимаешь?»

Голос Чжоу Сяна дрожал:«Тогда как ты меня воспринимаешь?»

Лицо Мин Сю злобное,«Что касается вопроса Ван Юйдуна… это не имеет ничего общего с тобой. Ты сказал, что мы возвращаемся к нашим прежним отношениям, мы просто чертовы приятели, какое у тебя право так интересоваться!»

Чжоу Сян хрипло ответил:«Я не смею интересоваться. Я просто хочу закончить это с тобой. Даже если мы просто трахаемся, я не хочу, чтобы со мной обращались как с кем-то другим».

Мин Сю крепко сжал кулак: «Чжоу Сян, мне нравится Ван Юйдун, но между нами. Я готов быть с тобой до тех пор, пока ты перестанешь упоминать это снова. Иди домой со мной сейчас.»

Чжоу Сян недоверчиво посмотрел на него: «Мин Сю, я действительно такой дешевый в твоих глазах? Иди и найди кого-нибудь, с кем можно связываться. Я не хочу быть таким человеком».

Если бы он действительно считал Мин Сю парнем на одну ночь… компаньоном в постели, ему было бы наплевать, кого он (Мин Сю) имеет в виду, когда они занимаются сексом. Но когда ему действительно понравился Мин Сю, он не может этого вынести. Мало того, что он хочет сбежать от Мин Сю, он даже ненавидит Ван Юйдуна.

Мин Сю скрипел зубами:«Чжоу Сян, когда ты произносил эти слова, это даже не приходило тебе в голову? Что плохого в том, как мы сейчас? Я привык быть с тобой. Можем ли мы быть как раньше? Хочешь быть звездой, я буду в тебя вкладывать. Ты можешь играть любые роли, которые ты хочешь. Находясь со мной, выгода намного больше, чем ты думаешь. Ты действительно хочешь порвать со мной?»

Если бы не его неправильное настроение, Чжоу Сян действительно хотел громко рассмеяться.

Если бы Мин Сю сказал ему об этом раньше он был готов инвестировать в его фильмы, он с готовностью согласился бы. Но для того, чтобы Мин Сю сказал это сейчас, он только унизил бы себя.

Он, Чжоу Сян, просто обычный человек. Он не благороден и не добродетелен, но, по крайней мере, он знает, что значит быть бесстыдным.

Чжоу Сян горько улыбнулся:«Мин Сю, повторюсь, я действительно не такой дешевый. Ты не можешь получить Ван Юйдуна, это не причина для вас топтать других. Если бы я только хотел поиграть с тобой, я уже получил достаточно от тебя. Но я не. Я, Чжоу Сян, был вполне удовлетворен. Я очень доволен своей жизнью. Я не стремлюсь, чтобы ты мне что-то дал. Я просто буду относиться к этому (их отношениям) так, как будто я ослеп, что влюбился в тебя». Когда Чжоу Сян сказал эти слова, его сердцу стало очень больно. Если бы он не добрался до этого шага в этот момент, он никогда бы не узнал, как сильно он любит Мин Сю.

Мин Сю настолько разозлен, что его лицо смертельно белое. Он указал на нос Чжоу Сяна и строго сказал:«Хорошо. Чжоу Сян, у тебя есть яйца. Не жалей потом о том, что ты сказал сегодня.»

Чжоу Сян не посмел остаться ни на секунду дольше. Он боялся, что сломается.

Он открыл дверь и повернулся, чтобы уйти.

Дверь позади него плотно закрылась… как будто он закрывал его сердце.

В следующую секунду дверь захлопнулась, и Мин Сю выскочил из комнаты. Он сразу же схватил Чжоу Сяна за плечо и прижал спиной к стене.

У Мин Сю налились кровью глаза, как будто его разозлило до бреда. Он силой сжал подбородок Чжоу Сяна и холодно произнес: «Я никогда не видел такого чертовски бесчувственного человека, как ты! Разве это не ты преследовал мою задницу все это время? Я заставлял тебя? Какое ты имеешь право обвинять меня сейчас? Может быть, твои чары больше, чем у Ван Юйдуна? Что заставляет тебя думать, что ты все это? Ты на самом деле, черт побери, меня выгоняешь?!»

Все время у Чжоу Сяна впечатление о Мин Сю было с холодным безразличием, окрашенным следами высокомерной личности ребенка и с огромным характером. Его слова немного подлые, и он определенно очень эгоистичен. Но, проведя некоторое время с ним, он понял, что Мин Сю не такой холодный, как кажется на первый взгляд. Он на самом деле любит улыбаться, когда он дома, и страстно любит заниматься любовью. Иногда он даже флиртовал и дразнил Чжоу Сяна.

По мнению Чжоу Сяна, Мин Сю еще не полностью созрел, что полностью отличается от того человека перед ним, который полон злобы, выглядя так, как будто он был зажжен порохом. Чжоу Сян схватил Мин Сю за руку и отбросил. Вырвавшись на свободу, он хотел уйти.

Это место… этот человек, он не хотел оставаться ни на секунду.

Мин Сю схватил его за руку и прижал к себе спиной. Не заботясь о том, что они в данный момент находятся в коридоре компании. Он схватился за Чжоу Сяна, растерялся и раздраженно отказался отпустить его. Он чувствовал, что как только он отпустит Чжоу Сяна, это не будет… это будет не правильно. Он не может сказать, что не так, но, короче говоря, он не хотел отпускать Чжоу Сяна.

Хотя Чжоу Сян — каскадёр боевых искусств, все, что он узнал, — все для показа. Очень редко он действительно сражался с кем-то. Поэтому он довольно легко подавил Мин Сю в несколько шагов.

Чжоу Сян сердито набросился: «Отпусти, ты знаешь, где мы?!» Если кто-то должен был прийти прямо сейчас, где он мог бы спрятаться?

Мин Сю скрежетал зубами:«Ты боишься быть опозоренным? Почему ты не боялся, когда преследовал меня? Не смей притворяться, притворяйся сейчас! Ты думаешь, что можешь так легко меня отвергнуть, как ты ко мне относишься?

Чжоу Сян собирался что-то сказать, когда услышал позади себя шаги. Затем давление, охватившее его руку, ослабло, и он услышал стон, когда и он, и Мин Сю упали на землю.

Чжоу Сян встал, чтобы посмотреть. Си Жун неосознанно прыгнул и яростно смотрел на Мин Сю.

Мин Сю мгновенно поднялся с земли и даже не колеблясь начал избивать Си Жуна. Его налитые кровью глаза, его манеры выглядят так, как будто он хотел убить Си Жуна.

Двое мужчин боролись в узком коридоре, сотрудники компании все бросились, Чжоу Сян быстро бросился вперед, желая развести их, но также несколько раз беспомощно попали по нему.

Люди вокруг пытались развести двух людей, вероятно потому, что они боялись быть услышанными другими людьми. Они даже не шли навстречу друг другу, они были погружены в эту напряженную борьбу. Те, кто пытался их разорвать, не смогли. Сцена очень хаотичная.

Цай Вэй и президент Ван были последними. Лицо Цай Вэя стало бледным, когда он спросил:«Что происходит?!»

Мин Сю и Си Жун ничего не сказали, а просто смотрели друг на друга с яростной враждебностью. Чжоу Сян был зол и беспокоился. Стоя перед серьезным взглядом президента Вана, он уже не мог произнести ни слова.

Президент Ван посмотрел на Си Жуна, а затем посмотрел на Мин Сю. Выражение его лица сразу изменилось. Он подошел к нему и спросил:«Вы Мин Сю?» Никто не может винить его в том, что он вообще не узнал Мин Сю, видя, что он выглядел таким разложенным и смертоносным, далеко от обычного образа гордого молодого мастера.

Мин Сю поднял голову и едва заметным взглядом взглянул на него. У президента Вана головная боль. Молодой мастер из семьи фактически избивает арстиста в своей компании. Если этот вопрос будет распространен, последствия будут колоссальными. Он немедленно схватил Мин Сю за плечо: «Мин Сю, я не знаю, что случилось, но должно быть какое-то недопонимание. Давай, давай поговорим в моем офисе. Сказав это, он не дал Мин Сю возможности поколебаться, прежде чем оттолкнуть его.

Мин Сю повернулся и указал на Чжоу Сяна, его голос дрожал:«Это еще не конец». Он внимательно посмотрел на него, прежде чем уйти с президентом Ван.

Когда Цай Вэй и Си Жун увидели отношение президента Ван к Мин Сю, они сразу поняли, что личность Мин сю необычна. Цай Вэй с любопытством посмотрел на Чжоу Сяна. Чжоу Сян отвернулся.

У Си Жуна действительно не было времени так много думать. Он схватил Чжоу Сяна за руку и тихо произнес:«Сян Гэ, иди сюда».

Он затащил Чжоу Сяна в ванную сотрудника и закрыл дверь. Чжоу Сян посмотрел на его опухшее лицо, его сердце поднялось от раскаяния. Си Жун сделал несколько глубоких вдохов и спросил:«Скажи, что происходит?»

Чжоу Сян тихо ответил: «Мы расстались».

Си Жун на мгновение был шокирован, а затем решительно выразил: «Отлично!!»

Чжоу Сян вздохнул, не желая произносить ни слова.

Си Жун сказал с разочарованием:«Я действительно сожалею, что не нанес ему еще несколько ударов».

«Си Жун…» Чжоу Сян мягко пробормотал:«Ты не должен был действовать так импульсивно. Его личность действительно необычная. Я не хочу, чтобы на твою карьеру повлияли мои проблемы».

Си Жун нахмурился:«Что ты имеешь в виду? Кто он?»

Чжоу Сян неоднократно колебался, но все еще не говорил ему:«Не спрашивай, я просто надеюсь, что ты не будешь вовлекаться в наши дела в будущем. Я уже рассталась с ним…» добавив… «Это не имеет значения». Чжоу Сян стиснул зубы, когда произносил это последнее предложение. В его голове всплыли пара очень красных глаз Мин Сю и его неописуемое выражение лица перед тем, как уйти.

Си Жун поджал губы и затем тихо произнес:«Президент Ван так вежлив с ним. Он определенно не обычный человек. Но я этого не боюсь. Не беспокойся обо мне. Но Сян Ге? Зачем тебе быть с ним? Я не верю, что ты такой человек».

Чжоу Сян не собирался отвечать. Он просто слегка покачал головой:«Си Жун, в будущем тебе не нужно заступаться за меня. Это мое личное дело. Я не хочу тебя вовлекать. Сегодня… спасибо. Сначала я уйду».

Си Жун тут же схватил его и твердо сказал:«Я не отпущу тебя сегодня. Или ты уходишь со мной, или я ухожу с тобой».

Чжоу Сян вздохнул:«Не усложняйте мне это, хорошо?»

«Как бы ты это ни говорил. Пойдем поешь со мной сейчас, или я буду продолжать следовать за тобой».

Чжоу Сян осторожно оттолкнул его и вышел из ванной, направляясь прямо в офис Цай Вэя. Конечно, Си Жун действительно последовал за ним, как и сказал.

Цай Вэй действительно ждал его в офисе.

Чжоу Сян держал Си Жуна за дверью. Как только он вошел в офис, он столкнулся с мрачным выражением Цай Вэя.

Чжоу Сян низко произнес:«Вей, извини, я доставил тебе неприятности».

Цай Вэй хлопнул рукой на столе:«Хорошо, что ты это знаешь! Вы два придурка на самом деле боролись всю дорогу в компании? И ввязался ли Си Жун? У тебя, блин, есть мозг?!»

Ум Чжоу Сяна совершенно сбит с толку, даже основные мыслительные способности утеряны.

Видя его обезумевший вид, Цай Вэй немного смягчился, но все еще злился:«Это твой парень, что он за человек? Скажи мне честно».

Чжоу Сян пробормотал:«Он будущий зять Ван Юйдуна».

Глаза Цай Вэя внезапно расширились:«Что ты сказал? Будущий зять Ван Юйдуна?.. Из этой «семьи»?

Чжоу Сян удрученно посмотрел на свои туфли и слегка кивнул.

Цай Вэй глубоко вздохнул:«А Сян, ты действительно… как ты с ним познакомился, да?? Можем ли мы просто случайно встретиться с такими людьми? Как ты вообще можешь так увлекаться с ним?»

Чжоу Сян не мог объяснить ему это, поэтому он мог только хранить молчание.

«Ваша борьба, это имеет какое-то отношение? с вами в роли Ван Юйдуна?»

Чжоу Сян кивнул и снова покачал головой.

Цай Вэй вздохнул:«Это будет очень хлопотно… Это… ты должен действительно подумать об этом. Никто не может тебе помочь. Но я все же надеюсь, что ты сможешь принять участие в съемках. Помни, что если ты не приедешь на церемонию запуска фильма в субботу, никто не сможет тебе помочь. Я знаю, что давление на тебя определенно велико, но, по моему мнению, ты не можешь повернуть назад. Не влияй на других, ты должен планировать сам».

Чжоу Сян кивнул и мрачно ответил:«Вэй Гэ, я буду там. Я никогда не откажусь от этой возможности. Это может быть единственный шанс, который он имеет в своей жизни, чтобы победить Ван Юйдуна. Хотя эта мысль нелепа и иррациональна, но это его самая большая движущая сила, которая позволит ему облегчить страдания и боль в сердце.

Глава 35 - Отказ от расставания

После того, как Чжоу Сян решил, что у него действительно нет выхода. Либо он никогда больше не работает в сфере развлечений, либо идет ва-банк. Поэтому, даже если он не сможет стать популярным, по крайней мере, на этот раз зарплаты от фильма будет достаточно, чтобы он занялся другими делами.

В этот критический момент действительно не время размышлять над этими чертовыми отношениями. То, о чем он действительно должен беспокоиться, это как заработать на жизнь. Он совершенно беззаботен ни с какой другой семьей, если он даже не может содержать себя, никто не может ему помочь.

Когда Чжоу Сян вышел из офиса Цай Вэя, Си Жун ждал его в коридоре. Он держал в руках пакет со льдом. Для знаменитости его лицо — самое важное оружие. Кулаки Мин Сю были сосредоточены исключительно на лице Си Жуна. Это наверняка преднамеренно.

Чжоу Сян и Си Жун, оба сильно успокоились. Они долго смотрели друг на друга. Си Жун был первым, кто громко рассмеялся: «Сян Гэ, я действительно никогда не ожидал вступить в борьбу из-за ревности в моей жизни из-за этого человека». Его смех, должно быть, усугубил травмы на его лице. Это стало немного искаженным.

Чжоу Сян подошел, чтобы проверить раны на его лице, и вздохнул:«Не будь таким импульсивным в следующий раз. Тебе все еще нужно побеспокоить Вэй Гэ, чтобы помочь тебе решить этот вопрос на этот раз. Даже если ты сейчас в хорошей позиции, ты все еще новичок. Ты не должны быть оклеветан негативными новостями.

«Я знаю, Сян Гэ. Ты все еще так заботишься обо мне.» Си Жун посмотрел на него глубоко.

Видя выражение лица Си Жуна, Чжоу Сян почувствовал себя крайне неловко: «Вернись и отдохни, я…» Чжоу Сян не мог думать о том, что ему следует делать на мгновение. Он действительно хотел пойти домой, но он не знал, выехал ли Мин Сю.

Си Жун произнес: «Я кое-что услышал от Вэй Гэ. Прямо сейчас ты живешь у него дома? Невестка собирается родить, тебе не удобно жить с ним. Приходи ко мне домой.»

Чжоу Сян покачал головой. Если Си жун все еще считает его близким другом, для него нет ничего страшного в том, чтобы на несколько дней уехать к нему домой. Но теперь, когда вопросы его и Мин Сю все еще в беспорядке, он не может допустить двусмысленности между ним и Си Жуном в это время. Это действительно усложнит ситуацию.

Си Жун искренне посмотрел на него: «Сян Гэ, у меня нет другого значения. Ты просто не можешь оставаться в отеле каждый день. Раньше я тоже все время оставался в твоем доме. Я просто хочу отплатить тебе за всю твою доброту. Ты видел мой дом, он достаточно большой. Для тебя есть место где угодно».

Чжоу Сян вздохнул: «Си Жун, спасибо, но я действительно не могу пойти к тебе. Я собираюсь остаться у Вэй Гэ на ночь и завтра поеду домой. Мин Сю такой гордый и высокомерный человек, он, должно быть, сейчас переехал. Я приготовлюсь к выходу на церемонию запуска фильма в субботу.

Си Жун неумолимо: «По крайней мере, поужинай со мной. Ты пообещал мне давным-давно, не мог бы ты успокоить меня однажды?»

Чжоу Сян посмотрел на наполовину ушибленное лицо Си Жуна и его напряженные обнадеживающие глаза. Слова отказа, которые были на кончике его языка, он не мог сказать это. Он просто пробормотал: «Хорошо, Сян Ге сегодня угостит тебя едой».

Си Жун счастливо улыбнулся.

Чжоу Сян и Си Жун поехали в основанный на членстве ресторан, открывшийся известным агенством. Люди, которые приходят и уходят сюда, все знаменитости из индустрии развлечений. Им не нужно беспокоиться о том, чтобы их беспокоили, а атмосфера приятная с вкусной едой. Есть много знаменитостей, которые приходят сюда каждую ночь.

После того, как они вошли, они действительно видели нескольких знакомых, но все они были «знакомыми» Си Жуна. Это люди, о которых только знал Чжоу Сян. Скорее всего, они не бросали ни одного второго взгляда на пеонов (второстепенных персонажей) таких как Чжоу Сян.

Они были проведены в укромный угол. Си Жун заказал стол с едой. Хотя Чжоу Сян упомянул, что будет угощать, но Си Жун не собирался позволять Чжоу Сяну платить.

Чжоу Сян не был настроен есть. Его разум полностью сосредоточен на словах, сказанных Мин Сю, и его искаженном сердитом выражении лица. Каждое его слово пронзило его сердце. До сих пор Чжоу Сян не  оправился от этой конфронтации с Мин Сю. Иногда он изумленно думал, что спит. Очевидно, все шло действительно хорошо. Очевидно, его жизнь с Мин Сю была уже очень стабильной. Как все изменилось в мгновение ока? Как он и Мин Сю пришли к тому, что стали разрывать друг друга?

Думая о себе и о том молодом человеке, которого он любит, не имея возможности вместе пообедать, приютившись вместе, чтобы смотреть телевизор и играть в игры, и страстно касаясь друг друга в каждом уголке дома, он почувствовал, как его сердце разрывается в большую зияющую дыру, и ничто не могло заполнить этот пробел.

В его голове даже был голос, говорящий, что он делает неправильно. Если бы он не раскрыл все это, по крайней мере, он и Мин Сю все еще могли бы ладить друг с другом. Почему он не сделал вид, что не знал, и продолжил мирно жить? Какой вред это сделало бы ему? Чтобы они дошли до такого уровня сегодня!

Однако Чжоу Сян знал, что даже если это повторится, он все равно не может притворяться, будто ничего не произошло, и продолжать жить с Мин Сю.

Нет грандиозной причины, просто потому, что он любит Мин Сю. Он не может стоять за Мин Сю, чтобы он относился к нему как к замене кого-то еще.

Видя, что Чжоу Сян отвлекся, Си Жун очень переживал. Но он знал, что Чжоу Сян только что расстался с Мин Сю, поэтому он не может выздороветь так скоро. Ему нужно было время, чтобы внимательно рассмотреть этот вопрос.

Он махнул рукой перед Чжоу Сяном и пробормотал:«Сян Гэ, ты снова думаешь о нем?»

Чжоу Сян пришел в себя и неуклюже взглянул на Си Жуна с мрачным выражением лица.

Си Жун вздохнул: «Однажды ты перестанешь думать о нем. В то время это будет лучший шанс для меня».

Чжоу Сян, похоже, не слышал его, когда он полностью погрузился в еду. Все его тело, казалось, будто его дух покинул его тело.

Си Жун также опустил палочки для еды, его рука подпирала подбородок, глядя в окна, его лицо выглядело немного пустынным.

Двое закончили есть в тишине. После этого Чжоу Сян поехал в дом Цай Вэя. После того, как он вошел в дом, он почувствовал себя еще более неловко из-за того, что Цай Вэй не вернулся домой, только одна невестка (жена Цай Вэя) была дома одна. Несмотря на то, что он гей, и эта невестка относилась к нему с любовью, Чжоу Сян неизбежно чувствовал себя неловко. Он сделал предлог, чтобы спуститься вниз, чтобы купить сигареты, чтобы избежать этой неловкой атмосферы и особенно уклониться от этой невестки от исследования его личной жизни. Он просто подождет, пока Цай Вэй вернется домой, прежде чем вернуться.

Он стоял возле небольшого супермаркета по соседству. Погода холодная, но он не хотел идти в дом. Он хотел немного очистить свой разум.

В это время Цай Вэй позвонил ему, и Чжоу Сян ответил: «Вэй Гэ, ты уже дома?»

Цай Вэй ответил с плохим настроением, «Не говоря уже о возвращении домой, я даже не могу выйти из компании».

Сердце Чжоу Сяна упало, думая, что президент Ван отругал его: «Что случилось?»

«Мин Сю находится у двери моего офиса, не давая мне уйти. Он непреклонен, он хочет увидеть тебя».

Чжоу Сян глубоко вздохнул, не имея возможности некоторое время говорить.

Когда он и Си Жун ушли, Мин Сю все еще разговаривал с президентом Ваном в его кабинете. Не похоже, чтобы он его останавливал, но вместо этого он мешает Цай Вэю уйти.

Чжоу Сян заставил себя сохранять спокойствие: «Вэй Гэ, я… я сейчас перейду».

«Не делай этого. Я знаю, что ты не хочешь его видеть. Видя его таким, вы, ребята, просто будете сражаться, когда встретитесь. Эй… даже президент Ван не может убедить его. Президент Ван позвонит тебе через мгновение, те не должен поднимать трубку, только притворяться, будто ты не знаешь».

«Тогда, что ты собираешся делать?»

«Я буду спать в офисе этой ночью. Я не верю, что он не уйдет всю ночь».

Чжоу Сян ответил:«Нет, невестка должна быть в любое время, кто-то должен быть дома. Просто вернись».

«Я не могу уйти, помоги мне присматривать за ней».

Чжоу Сян глубоко вздохнул:«Вэй Гэ, возвращайся. Я извиняюсь перед тобой. Теперь я даже доставил тебе неприятности».

«Какое дерьмо ты извергаешь?»

Чжоу Сян повесил трубку, а затем позвонил Мин Сю.

Мин Сю быстро поднял трубку телефон. Его голос был холоден: «Где ты?»

«Хватит доставлять неприятности Вэй Гэ. Почему ты ищешь меня?»

«Чжоу Сян, я уже говорил. Это еще не конец.»

«Мин Сю, что еще ты хочешь?»

«Иди домой прямо сейчас».

Чжоу Сян молчит.

«Чжоу Сян, не думай, что от меня, Мин Сю, так легко избавиться. Вернись прямо сейчас, или это еще не конец».

Чжоу Сян только чувствовал, что все его тело похолодело, настолько похолодело, что его руки неуправляемо дрожали. Он мрачно ответил: «Хорошо, я сейчас вернусь. Мы закончим с этим раз и навсегда сегодня вечером.»

Глава 36 - Горячий аргумент… Благосклонность Ван Юйдуна

Чжоу Сян поехал домой.

Это дом, в котором он жил, когда он родился… последние 30 лет. И теперь из-за одного человека он не осмеливался идти домой в течение нескольких дней.

Именно он отвел этого человека домой, но теперь он должен выгнать этого человека. Гордый и высокомерный Мин Сю, вероятно, не сможет противостоять унижению, когда его выгнали.

В сердце Мин Сю, возможно, он был просто компетентной домработницей и напарником, совершенно необязательным.

Когда он вернулся домой, свет был включен. Мин Сю уже вернулся.

Чжоу Сян глубоко вздохнул и открыл дверь своим ключом.

Мин Сю сидел на диване, холодно глядя на него.

Чжоу Сян сделал что он обычно делал, когда приходил домой, он снял пиджак и повесил его возле двери, сменил обувь на пару тапочек и положил ключи на верхнюю часть подставки для обуви. Каждый раз, когда он приходит домой, это то, что он будет делать. Мин Сю видел это много раз. Эта знакомая сцена перед ним, как будто между ними ничего не произошло, только то, что Мин Сю вернулся до него домой.

Чжоу Сян использовал величайшую решимость своей жизни, оставаясь спокойным на поверхности, и подошел, чтобы осмотреться дома, затем равнодушно спросил:«Ты еще не собрал вещи? Я помогу тебе».

Выражение лица Мин Сю резко изменилось. Он соскочил с дивана, схватил Чжоу Сяна за воротник и поднял кулак, приближаясь к удару.

Чжоу Сян немедленно схватил его за запястье и посмотрел на него, неохотно показывая свою слабость.

Мин Сю сжал свои зубы: «Что, черт возьми, на самом деле происходит с тобой? Ты с ума сошел? Ссориться до этого!»

Чжоу Сян отмахнулся и мрачно заявил:«Ты был пьян той ночью. Ты вернулся, обнял и поцеловал меня, но твой рот звал «Дун Гэ». Я просто каскадёр. Я не могу сравниться с твоим «Дун Гэ», но у меня все еще есть гордость. Человек, о котором ты думал все время, пока ты меня трахал, это тыой «Дун Гэ». Это я не могу принять. Любой нормальный человек не сможет принять. Эти слова должны быть достаточно ясными, пожалуйста, уйди. Иди к своему «Дун Гэ».

Мин Сю злился. Хотя он уже догадался, что, должно быть, он сказал что-то такое, чего не следовало бы сказать той ночью в своем пьяном состоянии, он вообще этого не помнит. Церемония помолвки между его сестрой и Ван Юйдуном очень расстроила его, но также принесла ему чувство облегчения. Он чувствовал, что он должен наконец отпустить. Вещи, которыми никто не мог обладать, всегда казались очень увлекательными. Но независимо от того, насколько он этого желает, это не то, чего он может коснуться. Он не может украсть мужа своей сестры. Они брат и сестра. Он мог только сдаться. Той ночью он выпил свои неудачи и разочарования. Не то чтобы он хотел что-то излить. Он просто хотел поразмышлять о своем прошлом, подумать о времени, когда он был подростком и все еще испытывал страх перед своей истинной ориентацией, такого рода завораживающим и тоскующим чувством, которое он испытывал, когда увидел Ван Юйдуна на экране.

Это была чисто белая и гладкая гладкая спина, изящно падающая в воду. Холодная речная вода под лунным светом пропитала его мантию, обнажив его едва различимые широкие плечи, узкую линию талии и пухлые ягодицы, источая такую манящую сексуальную привлекательность. Мин Сю может даже вспомнить, как его кровь бушевала в то время. Раскрытие этого очаровательного силуэта спины, когда человек медленно поворачивался, определенно не разочаровывало. Это заставило его разбудить видение тела мужчины. Для Мин Сю, которому тогда было всего шестнадцать лет, это было огромным шоком. С тех пор он видел всевозможных прекрасных людей, но никогда не забывал о своем первоначальном всепоглощающем интенсивном пленении от Ван Юйдуна.

В то время он никогда не думал, что этот человек станет объектом, которого невозможно постичь.

Когда Ван Юйдун и его сестра провели церемонию помолвки, это было похоже на заявление о провале Мин Сю, из-за чего он чувствовал себя крайне подавленным. Он даже не помнил, как вошел в паб, как напился или как Чжоу Сян отвел его домой.

Естественно, он не помнил, что сказал и сделал той ночью. Однако Чжоу Сян сказал ему. Кроме того, это было недалеко от того, что он догадался.

Но он никогда не предполагал, что у Чжоу Сяна будет такая огромная реакция.

Когда он увидел пару, счастливо улыбающуюся на церемонии помолвки, он чувствовал только холодное тело. Он хотел вернуться в дом, которым он делил с Чжоу Сяном. Он хотел обнять Чжоу Сяна, потому что Чжоу Сян может утешить его. У него никогда не было момента, когда он испытывал такую сильную потребность видеть и чувствовать Чжоу Сяна.

Потому что Чжоу Сян всегда рядом. Неважно, что он говорит или делает… Чжоу Сян не уйдет.

Но даже Чжоу Сян ушел.

Когда он пришел в себя, не было ни теплого тела, ни сухих полотенец, ни горячего завтрака.

В то время, когда он был полностью пьян и испытывал тошноту, Чжоу Сян не был его стороной, заботящейся о нем. Его никогда не лечили с такой равнодушной холодностью. Он был так зол, что у него болела голова целый день.

Он думал, что Чжоу Сян ушел, потому что что-то случилось в компании, но он не ожидал, что Чжоу Сян не вернется на всю ночь. Он терпел и терпел. Он, наконец, больше не мог этого выносить. Итак, на второй день он позвонил Чжоу Сяну, желая услышать его объяснение. Но то, что он услышал, было требованием Чжоу Сяна чтобы он ушел.

Чжоу Сян, который был настолько послушным в этом году, на самом деле выгнал его!

Мин Сю не хотел признать это, но должен был признать, что у него сейчас такое чувство, что его бросили. Это не имеет никакого смысла. Только он может устать от таких отношений. Какое право имеет Чжоу Сян, чтобы бросить его!

Чжоу Сян увидел, что выражение лица Мин Сю было немного искажено, как будто он мог напасть и кусать его в любое время. Он осторожно отступил: «Если тебе нужна моя помощь, я помогу тебе собрать вещи. Если тебе это не нужно, я вернусь через несколько дней».

Мин Сю мрачно ответил: «Вернешься через несколько дней? Где ты был эти несколько дней? Не думай, что я не знаю. Ты ушел с Си Жуном. Если бы я не сказал тебе возвращаться, разве ты не остался бы сегодня вечером у него? Ты так хочешь выгнать меня именно из-за него, верно?»

Чжоу Сян чувствует головокружительную боль: «Проблемы между мной и тобой не имеют к нему никакого отношения».

«Ты все ближе к нему и хочешь порвать со мной. Ты смеешь говорить, что это не имеет к нему никакого отношения». Мин Сю не мог поверить, что Чжоу Сян останетсяс ним. Единственная возможность состоит в том, что он запутался в этом симпатичном мальчике Си Жуне.

Чжоу Сян глубоко вздохнул и яростно посмотрел на Мин Сю, произнося слово «Это не имеет… ничего общего с ним! Мин Сю, ты можешь быть более неразумным? Причина, по которой мы находимся в этом месте, все из-за тебя! Человек, который тебе нравится, это Ван Юйдун. Почему ты должен унизить меня?!»

Мин Сю пришел в ярость: «Когда я унизил тебя! Я никогда не говорил, что ты мне нравишься. Я не обязан любить тебя. Ты сам это знаешь. Мы были вместе так долго, какое право ты имеешь сейчас, чтобы быть недовольным? Что плохого в том, как мы есть?»

Чжоу Сян закрыл глаза и почувствовал, что его сердце полностью замерзло. Каждое слово, исходящее изо рта Мин Сю, пронзало его сердце, настолько, что он даже не мог выкрикнуть. Он хрипло пробормотал: «Хорошо, ты действительно… не обязан любить меня. Иди, как твой Дун Гэ, отпусти меня».

Мин Сю сжал кулак и посмотрел на него. Он не мог убедить себя захлопнуть дверь и уйти. Он не желает отпускать это. Почему даже Чжоу Сян осмелился оттолкнуть его?

Мобильный телефон Мин Сю зазвонил, когда они замерли. Их душевное состояние мгновенно возвращается к реальности.

Мин Сю раздраженно вытащил свой телефон, намереваясь бросить его на пол, но когда он увидел имя на номер звонящего, он сделал паузу и нерешительно удержал звонок

Чжоу Сян бессознательно открыл рот: «Это Ван Юйдун. Почему ты не берешь трубку?» Он не знал, почему он знал, но он догадался.

«Прими вызов. Позволь мне внимательно посмотреть на выражение твоего лица, когда ты разговариваешь с Ван Юйдуном, чтобы я мог полностью сдаться».

Мин Сю посмотрел на Чжоу Сяна и все таки ответил: «Привет, Дун Гэ»

Голос Ван Юйдуна, звучал немного удрученно: «Мин Сю, ты можешь сейчас говорить?»

Мин Сю посмотрел на Чжоу Сяна,  Чжоу Сян тоже наблюдал за ним. Эта квартира маленькая, темная ночь была смертельно тихой. Чжоу Сян ясно слышал голос Ван Юйдуна.

Чжоу Сян показал слегка саркастическую улыбку, улыбку, полную отчаяния.

Мин Сю почувствовал, что улыбка Чжоу Сяна была чрезвычайно яркой. Он собирался пойти в комнату, чтобы поговорить, но сейчас не хотел вообще двигаться. Он посмотрел на Чжоу Сяна и спокойно сказал: «Все хорошо, давай поговорим».

Тон Ван Юйдуна очень исчерпывающий:«Мин Сю, ты знаешь, что я буду сотрудничать с режиссером Ван в новом фильме?»

«Ваши новости в кругу, о которых я мало что знаю».

«Я прерву их. После того, как я обручилась с Мин Мэй, многие в кругу завидуют. Я сейчас нахожусь под все большим давлением. Многие хотят видеть меня униженным. Этот режиссер Ван — сумасшедший. В последнем фильме он сознательно усложнил мне все. На этот раз он хочет, чтобы я отказался от церемонии помолвки с Мин Мэй для участия в церемонии запуска фильма. Конечно, Мин Мэй — мой приоритет. В качестве результата режиссер Ван использовал это в качестве предлога, чтобы заменить ведущую роль, которая уже была ранее определена».

Мин Сю настолько взбешен и растерян в это время, что почти не слушал что Ван Юйдун говорил. Он сосредоточился только на изменениях в выражении лица Чжоу Сяна. Он, очевидно, увидел выражение презрения в выражении лица Чжоу Сяна, когда он (Чжоу Сян) услышал слова Ван Юйдуна и очень хотел узнать, что означает это выражение. Настолько, что в первый раз он (Мин Сю) даже испытывал нетерпение по поводу звонка Ван Юйдуна. Он сказал: «Дун Гэ, с этим вопросом, что, по-твоему, является правильным способом справиться с этим? Я могу мобилизовать ресурсы для вас так, как вы хотите, или я мог бы помочь моему старшему брату, он лучше знаком с индустрией развлечений».

Ван Юйдун вздохнул: «Я на самом деле ищу тебя, чтобы помочь мне с одолжением.»

«Я? Чем я могу вам помочь?»

«Ты знаете, на кого режиссер Ван заменяет мою главную роль?»

Мин Сю приподнял брови и быстро спросил: «Кто?»

Ван Юйдун глубоко вздохнул:«Чжоу Сян».

Мин Сю был шокирован и расширил глаза на Чжоу Сяна.

Чжоу Сян также бесстрашно посмотрел на Мин Сю. Он не видел это неправильно. Ван Юйдун действительно двуличный злодей, выплевывая ложь снова и снова. Он думал о том, что он подавлен таким человеком повсюду, и даже человек, которого он любит… любит такого человека. Он почувствовал, как его сердце обливается кровью… настолько ненавистно, что заставило его скрежетать зубами.

Мин Сю посмотрел на Чжоу Сяна глубоко и тихо сказал:«Дун Гэ, скажи это».

«Чжоу Сян изначально мой каскадёр. Теперь директор Ван хочет, чтобы он заменил мою роль. Если это произойдет, я буду так унижен. Любой может заменить меня, кроме Чжоу Сяна ты понимаешь? Я был бы отодвинут на задний план моего собственного каскадера. Я, Ван Юйдун, был в индустрии развлечений столько лет, что за клевету я не перенес. За исключением такого страха… я действительно не могу этого вынести».

Мин Сю посмотрел на спокойное выражение лица Чжоу Сяна и у него в сердце много вопросов: «Дун Гэ, Чжоу Сян не имеет поддержки. Его так легко заменить, почему ты так нервничаешь?»

Ван Юйдун горько улыбнулся:«У Чжоу Сяна действительно нет опыта, но директор Ван настойчиво рекомендует его просто чтобы унизить меня. А его начальник, также с фамилией Ван, является сыном министра Вана. Ты видел его. Позиция этого президента Вана очень неоднозначна, что позволяет Чжоу Сяну решать за себя. Прямо сейчас президент Ван активно продвигает звезду своей компании, Си Жуна. Си Жун также будет участвовать в этом фильме. Если Чжоу Сян будет играть ведущую роль, их компания будет монополизировать мужские и вспомогательные мужские роли. Сегодня я слышал, что Чжоу Сян уже согласился».

Скулы Мин Сю резко сжались. Новость о том, что Си Жун играет второго мужского лидера, особенно трогательна для его сердца.

Чжоу Сян и Си Жун в одном фильме! Чжоу Сян не упомянул об этом дерьме!

Мин Сю скрежетал зубами и спросил:«Когда это было?»

«Началось до Рождества. Послезавтра состоится церемония открытия и пресс-конференция в отеле XX. Если Чжоу Сян придет, меня действительно превратят в шутку». Ван Юйдун вздохнул: «Мин Сю, я знаю твои отношения с Чжоу Сянем. На этот раз ты должен мне помочь, ты не можешь его отпустить.

Мин Сю и Чжоу Сян посмотрели друг на друга, воздух был полон необычного аромата. Глаза Мин Сю полны ледяного мороза, он просто не пробил дыру в Чжоу Сяне.

Мин Сю решительно посмотрел на Чжоу Сяна, его голос был холодным: «Дун Гэ, не волнуйся, я не буду отпускать его».

Чжоу Сян немедленно встал с дивана.

Ван Юйдун почувствовал облегчение: «Мин сю, спасибо. Я планирую закончить отпуск с Мин Мэй раньше и вернуться домой завтра вечером, чтобы присутствовать на церемонии запуска послезавтра».

Мин Сю повесил трубку. Чжоу Сян посмотрел на него, его глаза наполнились безнадежным отчаянием, но он все еще твердо произносил каждое слово:«Я обязательно пойду».

Мин Сю холодно улыбнулся:«Даже не думай идти куда-либо. Если я позволю тебе сниматься в том же фильме, что и этот симпатичный мальчик, Си Жун, то я поменяю свою фамилию».

Глава 37 - Домашний арест

Ширина Чжоу Сяна стала нестабильной, поскольку его грудь яростно вздулась. Он посмотрел на человека перед собой, чувство такое незнакомое. Его зрачки слегка покраснели от крайнего разочарования, когда он очень медленно открыл рот: «Мин Сю, ты знаешь важность этой роли для меня? Я обидел Ван Юйдуна. Для меня нет места в кругу развлечений. Все мои ставки на эту роль. Только если я смогу преодолеть этот барьер сам, я смогу получить поддержку в этой отрасли».

Мин Сю не принимал его опасения близко к сердцу. Он не мог дождаться, когда Чжоу Сян покинет индустрию развлечений. В конце концов, исчезновение маленького персонажа, такого как Чжоу Сян, не принесло бы никому огромной потери. Но для него это может гарантировать, что Чжоу Сян больше не будет иметь никаких связей с Си Жуном. Не говоря уже о том, что для него нет ничего сложного в поддержке Чжоу Сяна.

Мин Сю бросил телефон на диван сказал:«Ты переоцениваешь себя. Что заставляет тебя думать, что ты можешь играть роль Дун Гэ? Когда этот фильм выйдет, он даже не будет прибыльным. Сможешь ли ты утвердиться? Ты будешь еще более подавлен».

Чжоу Сян усмехнулся:«В твоих глазах, Ван Юйдун — это Бог. Но это не то, что я думаю. Могу ли я играть эту роль, судить не тебе. Ты не имеешь права останавливать меня».

Мин Сю яростно посмотрел на него:«Ты можешь попробовать и посмотреть, сможешь ли ты выбраться отсюда. Твои несколько приемов только для показа. Даже если мне придется связать тебя, я не отпущу тебя».

Чжоу Сян не может сдержать печаль, которая поднимается в его сердце:«Мин Сю… ты любишь Ван Юйдуна с такими глубокими чувствами, я не могу больше ничего не говорить. В твоих глазах, кроме него, нет никого другого. Даже если мы были вместе целый год, в твоих глазах это не стоило и дерьма».

Губы Мин Сю изогнулись, увидев печаль в глазах Чжоу Сяна, его сердце внезапно вздрогнуло. Он стиснул зубы: «Чжоу Сян, зачем пытаться украсть его роль? Какой смысл его унижать? Более того, это роль с Си Жуном! Ты хочешь снять фильм или хочешь быть ведущим, я тебя удовлетворю. Ты можешь выбрать любого известного режиссера и сценариста в стране, я заплачу, чтобы адаптировать для тебя фильм или сериал. Ты доволен этим?»

Выражение лица у Чжоу Сяна, как будто он хотел плакать:«Мин Сю, мы были вместе так долго, почему ты не думал дать мне что-нибудь в это время? С твоей престижной семьей, это не должно было иметь никакого значения. Если бы я не угрожал твоему Дун Гэ, ты бы за меня не подумал, не так ли?»

В этих отношениях между ними Чжоу Сян всегда был тем, кто постоянно вкладывал усилия… постоянно вкладывал усилия. Ни разу Мин Сю не дал ему ни малейшего взаимного ответа. Чжоу Сян на самом деле ничего не ожидал взамен за хорошее отношение к нему. Он даже полагал, что причина, по которой Мин Сю не помог ему в прошлом, не в том, что он не хотел тратить деньги. Это было просто потому, что он был слишком ленив, чтобы предпринимать какие-либо усилия для него… потому что, даже если Мин Сю ничего не делал, он, Чжоу Сян, все равно беззастенчиво относился бы к нему. Зачем Мин Сю тратить энергию впустую?

Чжоу Сян не знал, что он сам такой чертовски жалкий. Если бы он знал на раннем этапе, что Мин Сю рассматривал его только как замену, он бы справился с отношениями между ними совершенно по-другому и определенно не позволил бы себе влюбиться в этого человека. Но сейчас, все слишком поздно.

Мин Сю резко ответил: «Ты сознательно искажаешь мой смысл. Независимо от того, есть ли Дун Гэ, я не позволю тебе и Си Жуну иметь возможность сниматься в одном фильме…»

Неожиданно Чжоу Сян закричал на Мин Сю: «Не притворяйся, не притворяйся!! Я знаю тебя больше года. Только с вопросами, касающимися Ван Юйдуна, ты не будешь спокоен. Только с вопросами, связанными с Ван Юйдуном, ты станешь ненормальными. В твоих глазах Ван Юйдун — это Бог. Я ни с кем не трахаюсь. Почему ты не можешь признать это!!? Почему ты привлекаешь к этому Си Жуна? Это не имеет никакого отношения к нему от начала до конца. Отныне я, Чжоу Сян… с кем бы я ни был, в каком бы фильме я ни был, как я живу… я не буду иметь с тобой ничего общего! Мне также все равно, будут ли унижен твой Дун Гэ. Я должен сыграть эту роль! Убирайся из моего дома прямо сейчас!» После того, как Чжоу Сян сказал эти слова, его слезы уже упали.

Это просто невыносимо. Безусловная защита Мин Сю Ван Юйдуна заставила его скрежетать зубами от ненависти к Ван Юйдуну. Нет, может быть, это не ненависть, а ревность. Он так завидует Ван Юйдуну, что сходит с ума.

У Ван Юйдуна есть все… внешность, талант, отличная семья, статус и даже искренние чувства Мин Сю.

Какие из них есть у Чжоу Сяна? Он ревнует к Ван Юйдуну, имеющему что-то, что находится за пределами его досягаемости. Сила ревности побудила его взять на себя роль Ван Юйдуна, чтобы унизить Ван Юйдуна. Даже если он сможет побить Ван Юйдуна хотя бы немного, этого достаточно, чтобы он почувствовал себя счастливым.

Хотя он знал, что никогда не победит Ван Юйдуна.

В глазах Ван Юйдуна, он — просто счастливый ублюдок, которого режиссер Ван удобно использует в качестве оружия, тот, кто даже не достоин быть его противником. Он определенно не знал бы, что то, чего Чжоу Сян отчаянно стремился получить и чего хотел, на самом деле было сердцем Мин Сю, которое также принадлежало ему (Ван Юйдуну).

Он, Чжоу Сян, всегда будет просто каскадером Ван Юйдуна. Аплодисменты и слава, которые Ван Юйдун получает перед людьми, а слава и привязанность, которые он получает за кулисами, не имеет ничего общего с его каскадером (Чжоу Сянем).

В его жизни никогда не было момента, когда он такой посредственный, такой скромный. Слава Ван Юйдуна, которая иногда проникала через его темный угол, уже достаточно, чтобы пронзить его сердце, заставляя все его тело чувствовать такую огромную боль, не говоря уже о том, что Мин Сю снова и снова наносил ему удары ножом.

Он не сделал, он просто получил глубокую травму и душераздирающий опыт от Мин Сю, ему также было очень стыдно.

Хотя он знал, что это только усугубит ситуацию и не принесет ему никакой пользы, он все еще хотел конкурировать с Ван Юйдуном для этой роли. В противном случае он не сможет пройти сам. Он также хотел взять что-то от Ван Юйдуна, чтобы сохранить эту последнюю самооценку, которая находится на грани краха.

Но все это, Мин Сю не поймет.

Он понял, что в глазах Мин Сю, он теперь просто скромный человек, который осмелился обидеть Ван Юйдуна. Мин Сю, не колеблясь, приманит его огромными суммами денег в обмен на репутацию Ван Юйдуна.

Он абсолютно не согласится с этим.

Мин Сю с изумлением посмотрел на слезы на лице Чжоу Сяна и сказал: в первый раз.

Он никогда не видел, как Чжоу Сян плакал. У Чжоу Сяна всегда была улыбка… щедрая и искренняя улыбка… нежная улыбка и внимательная улыбка. В глазах Мин Сю Чжоу Сян — человек, который, кажется, никогда не беспокоится и может справиться с чем угодно. По крайней мере, Чжоу Сян никогда не проявлял своего каприза перед ним.

Но за одну ночь все изменилось. Он увидел безразличие и сопротивление Чжоу Сяна. И теперь он также увидел беспомощные слезы Чжоу Сяна.

Мин Сю сразу почувствовал, как его сердце сжалось. Он действительно не знал, что с ним происходит. Видеть, как Чжоу Сян безутешно плачет, очень неприглядно.

Он не знал, как опровергнуть слова Чжоу Сяна.

Причина, по которой он это сделал, не только для Ван Юйдуна. По просьбе Ван Юйдуна он действительно не может отказаться. Но главная причина в том, что он не может выступать за то, чтобы Чжоу Сян снимался с Си Жуном, особенно когда их отношения находятся на грани краха. Си Жун обязательно воспользуется этой возможностью, чтобы собраться вместе с Чжоу Сянем. До этого он слышал от Ван Юйдуна, что этот новый фильм будет сниматься в северо-западной пустыне в течение трех месяцев. Это очень отдаленный район, где нет развлечений. Что будет, когда  Чжоу Сян и Си Жун проведут в этом месте более трех месяцев? У Чжоу Сяна будет изменение в сердце? Будет ли он по-прежнему нравиться ему (Мин Сю)?

Он не может рисковать. Он не может ясно видеть свое сердце. Единственное, что он точно знает, это то, что он не хочет, чтобы Чжоу Сян покинул его. Он привык к тому, что Чжоу Сян на его стороне. Он привык наслаждаться всем, что ему дал Чжоу Сян. Особенно после того, как его обман с Ван Юйдуном разрушился, он нуждался в Чжоу Сяне, чтобы оставаться на его стороне еще больше. Чжоу Сян — единственный человек, который может его утешить, и единственный, кто может его успокоить.

Он никогда никому не отдаст Чжоу Сяна. Он абсолютно не позволил бы Чжоу Сяну сниматься в этом фильме!

Чжоу Сян вытер слезы с лица, поднял ключи и повернулся, чтобы пойти к двери.

Мин Сю крикнул:«Куда ты идешь?!»

Чжоу Сян не ответил и пошел прямо к двери.

Мин Сю быстро догнал его. Но Чжоу Сян, казалось, был готов и настороже. Внезапно он повернулся и поднял кулак в сторону Мин Сю.

Мин Сю не думал, что Чжоу Сян ударит его. Чжоу Сян не думал, что он нанесет удар первым, но, не задумываясь, его кулак уже был выброшен. Хотя он и колебался, он все же ударил Мин Сю по лицу.

Тело Мин Сю ударилось об обувной шкаф, застонав, когда он мгновенно схватил обувной шкаф, чтобы удержать свое тело от падения на землю.

Чжоу Сян отчаянно выдохнул и быстро потянулся к дверной ручке, желая поскорее покинуть это место.

Мин Сю внезапно обнял его сзади, заставив упасть на пол в гостиной.

Тело Чжоу Сяна хлопнулось об пол. Он изо всех сил пытался встать.

Мин Сю сразу же оказался на нем. С его бесконечной силой он сразу же поймал Чжоу Сяна в ловушку. Он даже не мог пошевелиться.

Чжоу Сян не знал, откуда взялась сила Мин Сю, когда он энергично пытался встать, но руки Мин Сю схватили его за руку, как пару железных щипцов.

Чжоу Сян посмотрел на Мин Сю с налитыми кровью глазами:«Отпусти меня, ты сумасшедший!?»

Мин Сю посмотрел на него снисходительно и твердо сказал:«Не думай уходить».

Чжоу Сян был взволнован, крича:«Даже если ты будешь лучше относиться к Ван Юйдуну, он не будет с тобой! Он твой зять! Какого черта ты это делаешь?! Ты не будешь ему нравиться, он никогда не будет твоим!»

«Я знаю это», — спокойно ответил Мин Сю. Он знал все эти причины, но никогда не думал, что кто-то скажет ему это. Он думал, что уйдет от унижения, но он этого не сделал. Он чувствовал, что принял эту реальность очень мирно. Возможно, потому, что он слишком долго разочаровывался, поэтому не мог даже чувствовать грусти.

Единственная мысль, которая пришла ему в голову, — это как остановить Чжоу Сяна.

Чжоу Сян отчаянно боролся, так сильно что он задыхался и обильно потел:«МИн Сю, ты действительно жалок, для кого-то, кто тебя не любит…» Он хотел сказать что-то вызывающее, чтобы спровоцировать его, но он не может сказать это, потому что каждое слово и каждое предложение кажется, насмехается над собой.

Для человека, которому он не нравится, он превратил себя в такого жалкого дурака, какие у него качества, чтобы говорить о других?

Мин Сю вытащил веревку, используемую для скакалки из-под кофейного столика. Это было очень старое и, казалось, было более десяти лет. Он давно не использовался, но очень удобен. Он схватил Чжоу Сяна за руки и связал их.

Чжоу Сян увидел, что Мин Сю серьезно относится к этому, и запаниковал, крикнув:«Мин Сю, отпусти меня!! Ван Юйдун просто потерял только роль. Если я не уйду, моя карьера в кругу развлечений за все эти многие годы полностью закончена, я должен уйти!»

«Если все кончено, пусть будет так. Я поддержу тебя, — спокойно и холодно сказал Мин Сю.

У Чжоу Сяна налились кровью глаза, когда он яростно уставился на Мин Сю.

После того, как Мин Сю закончил связывать его, он схватил его за подбородок и спросил:«Чжоу Сян, я тебе нравлюсь?»

Чжоу Сян не говорил. Он просто смотрел на него.

Мин Сю нежно поглаживал молодую щетину на подбородке Чжоу Сяна и тихо пробормотал:«Продолжай любить меня, ты можешь иметь все».

Он наклонился и слегка коснулся губ Чжоу Сяна:«Я дам тебе то, что ты хочешь, но тебе нельзя думать о других».

Чжоу Сян закрыл глаза, повернув лицо в сторону, чувствуя себя полностью опустошенным.

Глава 38 - Потеряв всю надежду

Мин Сю перенес Чжоу Сяна в спальню и бросил его на кровать. Затем он продолжил снимать верхнюю одежду и верхние штаны Чжоу Сяна.

Мин Сю непрерывно пинал и избивал Чжоу Сяна. С этой серией ударов, его лицо также было в синяках, и выражение его лица было очень неприглядным. Это усилие покорить Чжоу Сяна заставило его обильно потеть.

После того, как Чжоу Сян был связан и не мог двигаться, он мог только холодно смотреть на Мин Сю.

Мин Сю полностью игнорировал его леденящее выражение лица, когда он удалял остальную часть одежды Чжоу Сяна, за исключением его нижнего белья и накрыл его одеялом: «Просто оставайся таким на ближайшие два дня. Не думай выходить на улицу. Я буду присматривать за тобой».

Чжоу Сян сказал: «Мин Сю, ты, ублюдок».

Мин Сю коснулся его взволнованного разъяренного лица: «Я отпущу тебя после церемонии запуска фильма. Я сделаю то, что сказал, отвезу тебя на встречу с режиссером Чжан Линем. Он искал инвесторов некоторое время назад. Я рекомендую тебя быть ведущим актером. Эта роль ничуть не хуже роли Дун Гэ. Чем еще ты можешь быть недоволен?»

Темные глаза Чжоу Сяна посмотрели на него без колебаний: «Мин Сю, если я скажу, что все, что я хочу, — это роль Ван Юйдуна?»

Мин Сю нахмурил брови и холодно ответил: «Ты действительно хочешь роль Дун Гэ или ты хочешь сниматься в сценах с Си Жуном?»

«Я хочу роль Ван Юйдуна! Ты дашь ее мне?» Чжоу Сян посмотрел на него со стиснутыми зубами.

Лицевые мышцы Мин Сю несколько искажены. Он не может понять, почему Чжоу Сян такой параноик. Спустя долгое время он ответил: «Роль Дун Гэ — это не та роль, которую ты можешь сыграть. Кроме того, теперь он считается частью моей семьи, поэтому мы не можем потерять лицо».

Чжоу Сян решительно улыбнулся и саркастически произнес: «Ты прав. Какое я имею право играть роль Ван Юйдуна? Я полностью запятнаю его образ».

«Хорошо, что ты это знаешь. Ты только был дублером Дey Гэ несколько раз. Ты действительно думаешь, что ты мог бы сыграть ведущую роль? В то время, когда ты чувствуешь себя некомпетентным, ты просто стыдишься себя». Это не значит, что Мин Сю не видел игру Чжоу Сяна. Несмотря на то, что он был только дублер, чтобы войти в роль, нужно также координировать свои действия, чтобы сделать соответствующие выражения лица и произнести реплики. Чжоу Сян — это обычный каскадёр со средними актерскими способностями, он несопоставим с уровнем мастерства Ван Юйдуна. С имиджем Чжоу Сяна он не подходит для выполнения роли бескорыстного нетребовательного героя, который не заботится о мирском мире. Поэтому для того, что он захотел сыграть роль Ван Юйдуна, он почувствовал, что Чжоу Сян просто переоценивает себя. Мин Сю может также потратить деньги, чтобы создать подходящую ему роль. Это может сделать его популярным. Несмотря на то, что он вообще не хочет, чтобы Чжоу Сян стал популярным, но, похоже, сам Чжоу Сян хотел этого. Он готов удовлетворить его как способ компенсации ему.

Мин Сю считал, что его расположение было разумным. Он не понимал, почему Чжоу Сян так настойчив. Чжоу Сян просто не знал, что для него хорошо.

Чжоу Сян хрипло сказал: «Хотя эта роль мне совсем не подходит, я сам получил эту возможность. Мин Сю, я не собираюсь принимать твою помощь. Я хочу расстаться с тобой. Надеюсь, ты сможешь это понять».

Мин Сю прищурился: «Скажи это снова?»

Чжоу Сян бесстрашно посмотрел на него:«Я сказал, что хочу порвать с тобой, ясно».

Мин Сю перевернулся и надавил на него сверху. Он ущипнул Чжоу Сяна за подбородок. Из-за его чрезмерной силы Чжоу Сян испытал боль. Мин Сю холодно ответил: «Чжоу Сян, не делай себя таким бесстыдным».

Чжоу Сян скрежетал зубами:«Отпусти меня!!!»

Мин Сю непреклонно ответил:«Это невозможно».

Чжоу Сян повернул талию, желая оттолкнуть его от тела, но Мин Сю даже не сдвинулся с места. Вместо этого он наклонился и положил локти с обеих сторон лица Чжоу Сяна, снисходительно глядя на него, пара глубоких темных глаз пристально смотрели на Чжоу Сяна.

Их носы почти касались друг друга.

Мин Сю тихо вздохнул:«Чжоу Сян, ты не знаешь, что хорошо для тебя. Я уже сказал это, что еще ты хочешь?

Чжоу Сян закрыл глаза. Он знал, что они никак не могли общаться.

Мягкие губы коснулись губ Чжоу Сяна. Чжоу Сян открыл глаза и увидел, что Мин Сю целует его губы, мягко посасывая их, его черные зрачки смотрят на него с нетерпением.

Чжоу Сян хотел повернуть лицо, но Мин Сю схватил его за подбородок, поэтому Чжоу Сян был вынужден принять этот слегка затянувшийся поцелуй.

Мин Сю нежно ахнул и смягчил свой тон. Впервые в истории он использовал переговорный тон: «Сян Гэ, давай прекратим сражаться. Мы всегда хорошо ладили. Разве не хорошо быть такими, какими мы были раньше?»

Чжоу Сян горько рассмеялся: «Можешь ли ты мне нравиться, так как ты любишь Ван Юйдуна?»

Мин Сю молча посмотрел на него. Ему не нравилось, когда Чжоу Сян сравнивал себя с Ван Юйдуном. Они совершенно разные. Ван Юйдун — его первая любовь, драгоценное сокровище, которое он никогда не мог иметь, а также его зять. Чжоу сян — это…

Что такое Чжоу Сян?

Чжоу Сян — человек, который готовил ему всякую вкусную еду. Это человек, который сначала ложится на кровать, чтобы согреть одеяла зимой, чтобы, когда он выходил из душа, он мог сразу же спать спокойно и уютно. Он — первый человек, которого он видит, когда приходит домой, и тот, кто может мгновенно заставить его расслабиться. Он тот, у кого всегда была улыбка на лице. Он — человек, который чрезвычайно совместим с ним в занятии любовью, доставляя ему непревзойденное интенсивное удовольствие.

Чжоу Сян и Ван Юйдун — не одно и то же. Ван Юйдун, кажется, существует только в его фантазии, но Чжоу Сян реален.

Улыбка на лице Чжоу Сяна чрезвычайно мрачна:«Не так ли? Тогда мы не сможем быть такими же, как раньше».

Мин Сю только растерялся. Есть некоторые иррациональные слова, которые он хотел сказать, чтобы опровергнуть это, но не мог. Что он хочет делать с Чжоу Сянем? Каково место Чжоу Сяна в его сердце? Даже он сам не знает.

Единственное, что он знает, — это то, что он не хочет быть отделенным от Чжоу Сяна.

Чжоу Сян посмотрел на безмолвное выражение лица Мин Сю и почувствовал полное разочарование.

Если Мин Сю скажет ему, что он «любит его» в этот момент, даже если он просто лжет ему, возможно, он может колебаться и передумать.

Но, как и ожидалось, Мин Сю не сделал этого, даже не пытался солгать ему. Такого рода откровенная тупость просто пугает.

Чжоу Сян закрыл глаза и повернул голову. Он больше не хотел говорить ни слова.

Он почувствовал, как Мин Сю тихо садится под одеялом, обхватив обеими руками его за талию, лаская каждый дюйм его обжигающей горячей кожи.

Мин Сю тихо пробормотал за его спиной: «Чжоу Сян… я немного по тебе скучаю».

Чжоу Сян пассивно лежал, когда его нижнее белье снималось, а бедра раздвигались. Мин Сю лежал рядом с ним, знакомый с телом Чжоу Сяна, он без особых усилий втиснул свой член в узкий проход Чжоу Сяна.

Чжоу Сян сдерживал себя от любых звуков. Никогда еще не было времени, чтобы из-за секса он чувствовал себя таким несчастным, как сейчас. Тем не менее, у него не было сил сопротивляться.

Мин Сю крепко обнял его за талию. Молчание Чжоу Сяна заставило его бесконечно волноваться. Он медленно ахнул и невыносимо произнес в уши Чжоу Сяна: «Чжоу Сян… Я скучаю по тебе».

Его голос даже слегка оттенял обиду, но, тем не менее, он не получил ответа. Чувствуя себя немного взбешенным, он перевернул их и встал на колени на кровать, поставив их в собачью манеру, схватившись за бедра Чжоу Сяна и безжалостно толкнув его сзади.

Чжоу Сян уткнулся лицом в одеяло и крепко сжал губы, не желая издавать звук. Чем больше Мин Сю хотел унизить его, тем больше он не позволял Мин Сю добиться своего.

Но он знал, что Мин Сю может легко подорвать его самооценку. Потому что до этого момента Мин Сю все еще отказывался смотреть на его лицо во время секса. Вся ценность Чжоу Сяна для Мин Сю заключается в том, что у него был задний силуэт, очень похожий на Ван Юйдуна.

Чжоу Сян открыл глаза. Выражение его лица яснее, чем когда-либо.

Он мог отпустить Мин Сю. Достаточно времени, он мог отпустить Мин Сю.

Мин Сю не продолжал делать это с ним до середины ночи, как он обычно делал. Вместо этого он остановился после одного раза. Безответный секс заставил его чувствовать себя ужасно. Как бы ни было удовлетворено его тело, его сердце было пусто. Он действительно скучает по тем дням, когда он и Чжоу Сян занимались интенсивной страстной любовью, видом беззаботного, беспрепятственного мокрого секса. Сможет ли он испытать это снова?

Мин Сю вытер влажным полотенцем нижней части тела Чжоу Сяна, а затем обнял его под одеялом.

Спина Чжоу Сяна первоначально была обращена к нему, но это заставило его почувствовать себя довольно неудобно, поэтому он перевернул Чжоу Сяна.

Чжоу Сян посмотрел на него и медленно закрыл глаза.

Мин Сю держал его властно в своих руках и тихим голосом сказал, что только они вдвоем могли слышать: «Сян Гэ, я больше не буду относиться к тебе как к Вань Юйдуну».

Чжоу Сян ничего не сказал.

Смертельно тихая ночь.

Когда Си Жун позвонил на телефон Чжоу Сяна, Мин Сю хотел бросить его телефон на землю, но он сдержался и занес Си Жуна в черный список.

Мин Сю действительно сделал то, что сказал. Он принудительно поместил Чжоу Сяна под домашний арест на два дня. Но он не связывал Чжоу Сяна все время. Вместо этого он запер дверь снаружи и спрятал ключи и его телефон. Если только Чжоу Сян не сбросит осторожность и не захочет бесстыдно просить о помощи в доме, в противном случае Мин Сю постоянно смотрел на него. У него не было возможности сбежать из этой квартиры.

Он жил в этом месте в течение 30 лет. Не было ни одного соседа, который бы его не знал. Он не мог позволить себе быть таким бесстыдным.

Во второй половине дня церемонии запуска фильма Си Жун, Цай Вэй и президент Ван по отдельности несколько раз звонили в Чжоу Сяну. Телефон всегда был занят, все трое были заняты своей работой, поэтому у них не было времени заняться его делами или уделить ему много внимания.

В 8 часов вечера Чжоу Сян сделал это, он не появился на пресс-конференции. Вместо него появился Ван Юйдун, безупречно одетый, выступающий в роли главного актера. Как будто ничего не случилось. Все они были ошеломлены.

Перед таким большим количеством камер и десятками репортеров режиссер Ван не мог ссориться с Ванг Юйдуном. Так же, как это было отрепетировано, у них была, казалось бы, радостная церемония запуска фильма. Ничего не изменилось, как будто сложных вещей, которые произошли вне церемонии, не произошли. Слухи о замене главной роли Ван Юйдуна были полностью дискредитированы.

Все довольны.

Только Чжоу Сян наблюдал, как время медленно тикало, как будто кровь в его теле полностью истощилась и становилось все более холоднее и холоднее.

Он уже сдался.

Положение ведущего актера, ему, возможно, придется проложить новый путь, чтобы его получить. Но у него явно не было такой жизни. У него нет жизни ведущего актера. Он мог только естественным образом смириться с тем, что был каскадером. Независимо от того, как сильно он к этому стремился и боролся за получение ведущей роли, в конце концов, это только доказывало, что он просто дурак.

Он мог быть только каскадером.

Чжоу Сян не чувствовал ничего, ни разочарования, ни злости, ни сожалений… потому что Мин Сю дал ему два дня, чтобы мысленно подготовиться к этому финалу. Он спокойно принял это.

На следующее утро Мин Сю вернул ему ключи и телефон и сказал, что он отвезет его к режиссеру Чжан Линю.

«Я сделаю то, что я сказал и дам тебе роль, которая подходит для тебя. Каким бы  популярным ты хотел бы быть , я выполню это за тебя».

Чжоу Сян не сопротивлялся, когда его притащили к машине.

Мин Сю договорился встретиться с Чжан Лином в отеле в кафе. Они прибыли десять минут назад. Они сидели на диване, ожидая Чжан Лина.

Чжоу Сян сказал, что ему нужно пойти в уборную.

Чжоу Сян казался очень спокойным, и Мин Сю не слишком много думал, и поэтому он отпустил его. Он не знал почему, но когда он смотрел на силуэт спины Чжоу Сяна, вплоть до тех пор, пока Чжоу Сян не исчез за углом, эта спина ничем не отличалась от обычной, все еще очень похожей на спину Ван Юйдуна, но Мин Сю больше не мог думать о Ван Юйдуне, поскольку он смотрит на это обратно. Он ясно осознал, что это Чжоу Сян.

Если бы он знал в тот момент, что это будет последний раз, когда он видит Чжоу Сяна, он был бы готов заплатить любую цену, чтобы вернуться в тот день.

Глава 39 - Последний телефонный звонок

Жена Цай Вэя неважно себя чувствовала, поэтому он остался дома в этот день, чтобы быть с ней. Увидев Чжоу Сяна, он на мгновение был поражен. Затем он сразу же схватил его за воротник и закричал: «Где ты черт возьми был последние два дня! Если ты не был мертв, я хочу услышать, как ты объяснишь это!»

Чжоу Сян выглядел измученным, когда он толкнул Цай Вэя в грудь, чтобы ввести его в дом: «Вэй, давай поговорим внутри».

Цай Вэй также понял, что выражение лица Чжоу Сяна ужасно бледное, как будто он пережил какую-то трагедию. Это заставило его еще больше волноваться.

Он знал Чжоу Сяна более десяти лет. Чжоу Сян очень ответственный и надежный человек. То, с чем согласился Чжоу Сян, он никогда не отступит. Там должна быть какая-то причина. Даже если бы он в последний момент передумал, он не выключил бы свой телефон и просто исчез бы без причины. Он обязательно скажет ему, чтобы они могли быть готовы. Единственная возможность состоит в том, что что-то произошло вне контроля Чжоу Сяна.

Поэтому Цай Вэй был в панике, боясь, что Чжоу Сян мог попасть в аварию. Он планировал пойти к дому Чжоу Сян вчера вечером, но был беспомощен, его жена плохо себя чувствовала. Он не спал всю ночь и не мог уйти. В это время Си Жун уже отправился в дом Чжоу Сяна.

Прежде чем услышать что-то от Си Жуна, Чжоу Сян действительно появился у него дома.

Цай Вэй втянул его в свой дом и толкнул на диван. Его жена вышла из спальни и с тревогой посмотрела на них.

Цай Вэй заставил свою жену вернуться в комнату и закрыл дверь. Затем он сел на диван рядом с Чжоу Сянем и серьезно спросил:«Что, черт возьми, происходит?»

Чжоу Сяну было слишком лениво, чтобы оправдываться в это время. Он медленно пробормотал: «Мин Сю не отпустил меня».

«Мин Сю не отпустил тебя? Почему?» Цай Вэй быстро отреагировал. Мин Сю — будущий зять Ван Юйдуна.

Чжоу Сян посмотрел на него, подтверждая то, что он (Цай Вэй) подозревал: «Ван Юйдун позвонил ему и попросил его остановить меня. Он… короче. Я бы не смог этого сделать».

«Черт, он действительно чертовски использует силу, чтобы запугивать людей!!» Цай Вэй настолько был взбешен, что чуть не разбил журнальный столик: «Как он тебя остановил? Возможно, он же не связал тебя?»

Чжоу Сян не произнес ни слова, молча признавая это.

Цай Вэй был возмущен: «Что за херня!! Вы, ребята, были вместе так долго, разве он не чувствовал к тебе немного чувства? Не говоря уже о том, что Ван Юйдун официально еще не женился на его сестре, даже если они и имеют отношения, он не может быть таким безжалостным к тебе!»

Чжоу Сян вздохнул: «Вэй Гэ, бесполезно говорить, что сейчас, режиссер Ван и со стороны президента Вана, я не знаю, как это объяснить. Я не смею их видеть».

«Они тоже не хотят тебя видеть. Режиссер Ван в ярости, как и президент Ван. А Сян, я уже говорил ранее. Если ты не придешь, ты больше не сможешь работать в индустрии развлечений, понимаешь?» Цай Вэй внимательно наблюдал за выражением лица Чжоу Сяна, боясь, что он не сможет это принять.

Когда Чжоу Сян только что закончил школу, ему было 20 лет, Цай Вэй организовал для него выполнение скудной случайной работы с командой. Первая из них была трудоемкой с низкой оплатой труда. Постепенно некоторые задания начали сливаться с некоторыми ролями, которые могут раскрыть лицо, или может появиться линия или две. Через три-четыре года он начал увлекаться боевыми искусствами по профессии каскадера. Несмотря на то, что каскадёр боевых искусств считается относительно низкооплачиваемой карьерой в индустрии развлечений, по крайней мере, с точки зрения дохода, он намного лучше, чем у обычных служащих. У Чжоу Сяна не было бремени заботы о жене или заботы о старших (так как его родители умерли) так что этого дохода ему было достаточно, чтобы жить хорошей жизнью. Он также был доволен этим. Тем не менее, в последние годы, с тех пор как он получил связи со многими людьми, он начал подбирать некоторые вспомогательные роли в боевых искусствах и работу координатора каскадеров. Его перспективы определенно стал лучше. Все это он накопил за годы своих усилий. Но из-за этого все было уничтожено.

Чжоу Сян не только оскорбил Ван Юйдуна, но и оскорбил режиссера Ван и ввел в заблуждение их президента Вана. Он такой низкоуровневый работник, как он мог продолжать существовать в этом кругу?

Чжоу Сян насильно улыбнулся: «Вэй Гэ, как я мог не понять, но у меня нет другого пути…»

Цай Вэй вздохнул, его сердце было полно жалости. Чжоу Сян был его другом с тех пор, как они познакомились в школьные годы. У них всегда были хорошие отношения. Он действительно не хотел, чтобы Чжоу Сян потерял свою работу.

Чжоу Сян опустил голову и удрученно сказал: «Вэй Гэ. Я знаю, что больше не могу быть каскадером. Я хотел спросить, не мог бы ты найти мне другую работу. Мне просто нужно заработать немного больше денег. Я и смогу открыть магазин позже».

Цай Вей вздохнул: «Не торопи вещи, просто отдохни сначала на несколько дней».

Чжоу Сян показал отчаянное выражение: «Вэй Гэ, я не могу не беспокоиться. Прямо сейчас я… Мин Сю остается в моем доме, отказываясь уходить. У меня нет другого пути. Я хочу избежать его в данный момент».

Цай Вэй был в шоке: «Мин Сю? У тебя дома и отказывается уходить? Что, черт возьми, этот бессовестный ублюдок все еще хочет?»

«Я не знаю. Я хочу спрятаться от него. Через некоторое время он может уйти, поэтому, если я еще что-нибудь смогу сделать прямо сейчас, я хочу сделать это прямо сейчас. Я не хочу сидеть сложа руки. Он будет слишком много думать, если у него будет слишком много свободного времени. Он уже прошел эпоху сожалений. Самым важным сейчас должна быть не эта нереальная любовь, а его средства к существованию.

Цай Вэй долго думал, потом с большим трудом сказал: «Есть одна работа, но она слишком суровая». После того, как он сказал это, он долго не решался, казалось бы, он не хотел это говорить.

«Вэй Гэ, я не могу терпеть трудности. Скажи-ка. Пока я смогу заработать немного денег. Даже если я должен найти работу сейчас, у меня нет других навыков. Я могу только попросить тебя. Только ты можешь познакомить меня с некоторыми подходящими работами».

Цай Вэй не выдержал его настойчивости, поэтому у него не было выбора, кроме как сказать ему: «Я знаю человека, который специализируется на съемках документальных фильмов. На этот раз они углубляются на гору ШиВан, чтобы отследить загадочное первобытное племя, которое никогда не спускались с горы, и записать их жизненный уклад, традиции и тому подобное. Он пытается собрать группу людей прямо сейчас. Ты работал в составе съемочной группы в течение многих лет, какие места съемок на открытом воздухе ты не видел? Ты именно тот, кто им нужен. Но условия съемки документального фильма очень суровые. Это полностью отличается от яркой жизни работы в кругу развлечений. Их целью является не получение прибыли, а получение научных данных, а их средства поступают от государства и некоторых гражданских организаций. С ними определенно не обращаются как с обычными актерами. Кроме того, им часто приходится сталкиваться с большими трудностями, просто чтобы снять определенную сцену, не говоря уже о том, что это неизвестное место может сопровождаться множеством опасностей». Цай Вэй  посмотрел на него глубоко: «Это может занять месяцы или даже год или два. Чжоу Сян, я действительно не хочу, чтобы ты уходил, но это единственное, о чем я мог подумать прямо сейчас».

Чжоу Сян на мгновение подумал: «Я пойду. Эта работа очень подходит для меня. Сейчас не время выбирать работу, а работа выбирает меня».

Цай Вэй непрерывно вздохнул: «А Сян, подумай об этом еще раз. Работа в глухом лесу будет очень тяжелой, и им придется нести много оборудования и тому подобное. Я советую тебе подумать об этом еще несколько дней. Тогда я помогу тебе спросить. Пока ты можешь жить в моем доме некоторое время». После того, как Цай Вэй закончил говорить, он действительно пожалел об этом. Он все еще не хотел, чтобы Чжоу Сян уходил. Хотя в этом участвует много людей, и проблема безопасности не должна быть проблемой, это глубоко в лесу, кто знает, что может  произойти? Чжоу Сян прожил в городе всю свою жизнь. Сможет ли он выдержать это? Он действительно сожалел, что открыл рот так быстро.

Чжоу Сян покачал головой: «Вэй Гэ, это здорово. В самом деле. Отпусти меня. Съемочная группа имеет очень мало контактов с индустрией развлечений. Они не отказались бы от меня из-за Ван Юйдуна. Я все еще могу специализироваться на этом виде работы. Это можно считать опытом для меня. Вэй Гэ. Не волнуйся. Я позабочусь о себе.

Цай Вэй долго колебался и, наконец, поддался повторному запросу Чжоу Сяна. Он позвонил ответственному за группу и кратко представил Чжоу Сяна. Цай Вэй несколько престижен в кругу развлечений. Люди, которых он представил, очень надежны, поэтому другая сторона очень быстро согласилась. Чжоу Сян будет в ближайшие два дня. Кроме двух комплектов сменной одежды он больше ничего не может взять. Все приготовления были сделаны, чтобы идти в горы. Нормальная повседневная одежда там бесполезна. Команда, кажется, спешит уходить.

Цай Вэй не ожидал, что они уйдут так быстро, это также застало врасплох Чжоу Сяна. Цай Вэй еще раз спросил, действительно ли он собирается идти.

Чжоу Сян подумал о своей ситуации и подумал о леденящем настроении Мин Сю. В конце концов он кивнул.

После встречи с ответственным лицом он непосредственно сел на рейс в Гуанси.

За это время его телефон был выключен. Он знал, что Мин Сю и Си Жун будут искать его, но в данный момент он не хотел никого слышать. Он просто хотел вкладывать всю свою энергию в свою работу. Может быть после того, как он вернется через полтора года или около того, все бы успокоилось. В это время он снова рассмотрит планирование своей жизни.

Единственный человек, с которым он все еще поддерживал связь, был Цай Вэй. Он именно через Цай Вэя связался с ответственным лицом, который затем связался бы с ним. Цай Вэй знал, почему он не хочет включать свой телефон. Но это вызвало у Цай Вэя много головных болей, потому что его телефон постоянно подвергался бомбардировке звонков от Мин Сю И Си Жуна.

Хотя Цай Вэй не знал, что они (Мин Сю и Си Жун) знают, они очевидно, думают, что Цай Вэй знал, где находится Чжоу Сян.

Чжоу Сян находился в низшей точке своей жизни. Цай Вэй предполагал, но он не говорил ему об этих вещах. Он просто напомнил ему, что он должен заботиться о себе. Через год, когда все об этом забудут, может, он снова вернется и продолжит работу каскадером боевых искусств. Все может случиться, если он позаботится о себе и вернется здоровым и энергичным.

Этот телефонный звонок был сделан по дороге на гору. В тот момент он никогда бы не подумал, что его ждет таинственная судьба.

В начале все шло гладко. Они постепенно развивались во главе с местными гидами. Наконец, они поселились в глухом отдаленном районе округа ШиВан. Это место далеко от мира, но пейзажи прекрасны, а воздух свеж. Это было довольно шокирующим для нескольких сотрудников, которые выросли в городе.

Еще на расстоянии более ста километров от места назначения, они могут оставаться в деревне. Деревня все еще может получать сигналы мобильного телефона. Но чтобы пройти все глубже и глубже в горы в течение двух дней, не говоря уже о сигнале сотового телефона, они даже не смогут увидеть курицу. В это время им придется начать жить жизнью великой дикой природы. Но все были воодушевлены и довольны тем, что посвятили себя гуманитарным наукам при выполнении этого вида работ. Все очень гармонично ладили друг с другом, помогая друг другу в этом незнакомом странном лесу. Это заставляло Чжоу Сяна чувствовать себя намного лучше, чем съемки в кругу развлечений. По крайней мере, в этом месте нет борьбы и интриг друг против друга. Будь то ученый, который одержим естественными науками, или страстный искатель приключений, их сердца относительно просты.

Проведя с ними несколько дней в окружении дикой природы, Чжоу Сян считает, что его весь облик намного лучше. Из-за того, что он истощается каждый день, время, которое он тратит на размышления о Мин Сю, также меньше. Это определенно счастливый случай.

На восьмой день входа в горы они остановились в последней деревне, которая имела связь с внешним миром. В перспективе больше нет дорог общего пользования. Они могли нести свое тяжелое снаряжение и идти пешком.

В эту ночь все много ели, а потом рано ложились спать. Они уйдут на следующий день, когда солнце взайдет.

Чжоу Сян лежал на кровати и не мог заснуть, как бы ни старался. Он не знает, что у него на уме, что преследует его, заставляя его ворочаться, не в силах заснуть.

Он посмотрел на часы, и было только десять часов вечера.

Он не мог не взять свой телефон и планировал позвонить в Цай Вэю. Он не знал почему, но он был очень взволнован. Он боялся, что что-то могло случиться с невесткой (женой Цай Вэя). В конце концов, дата ее родов близка.

Это уже последнее место, где есть сигнал телефона. Когда они войдут глубже в горы, он не сможет вступить в контакт. В это время было бы слишком поздно связываться с ним.

Он быстро зарядил телефон в течение 20 минут, а затем отнес его к самой высокой точке в деревне, где сигнал самый сильный.

В тот момент, когда его телефон был включен, он издавал десятки текстовых сообщений и пропускал звонки, шокируя его.

Все эти звонки и текстовые сообщения были от Мин Сю и Си Жуна. Он не посмотрел ни на одно из этого. Он боялся увидеть то, что не хотел видеть.

Он набрал телефон Цай Вэя, но не ожидал, что Цай Вэй выключит свой телефон.

Он не знал, что Цай Вэй выключил свой телефон, потому что к нему постоянно приставали Мин Сю и Си Жун. Вместо этого он подумал, что его страхи сбылись, и он мог только молиться в своем сердце, чтобы невестка и малышь были в безопасности.

Он посмотрел на оставшуюся батарею на своем телефоне и решил позвонить Си Жуну. Он также знал, что Си Жун очень переживал.

Звонок быстро соединился с криком Си Жуна: «Сян Гэ! Куда ты пропал? Почему ты не отвечаешь на свой телефон! Ты знаешь, как я волновался!! Вэй Гэ просто упомянул, что ты нашел на работу, но не сказал мне, куда ты пошел. Ты мне не доверяешь?»

Под конец он особенно огорчился.

Чжоу Сянь сказал:«Я действительно нашел работу. Я был очень занят в последнее время, поэтому не включал свой телефон…..»

«Ты даже лжешь мне. Вэй Гэ уже рассказал мне об этом. Ты выключил свой телефон, чтобы спрятаться от Мин Сю. Я ходил к тебе домой в тот день, но дома никого не было. Если бы я увидел его, я бы избил этого бессердечного ублюдка до смерти».

Чжоу Сян вздохнул:«Си Жун, считай, что Сян Гэ умоляет тебя, держись подальше от него. Он не из тех людей, которых мы можем спровоцировать. Я уже расстался с ним. Ты также должен притвориться, что его не существует. У меня сейчас все хорошо. Мне очень нравится эта работа. Я вернусь через несколько месяцев. Тогда мы встретимся снова.

Си Жун вздохнул: «Услышав твой голос, я почуствовал облегчение. По крайней мере, скажи мне, что ты делаешь, где ты?»

Чжоу Сян коротко рассказал ему немного.

Услышав это, Си Жун забеспокоился: «Это место безопасно?»

«Все хорошо. У нас в команде более 20 человек. Это только немного сложнее, но это большой опыт обучения. Тебе не нужно беспокоиться обо мне. Мой телефон почти разряжен. Завтра, когда мы пойдем в горы, у меня не будет телефонного сигнала, поэтому я свяжусь с тобой, когда вернусь. Не беспокойся обо мне».

Си Жун неохотно сказал ему несколько слов и наконец пробормотал: «Я жду, что ты вернешься».

Чжоу Сян знал значение этого предложение, но он не в настроении дать какой-либо ответ в данный момент. После того, как он вернется через полтора года и сможет отпустить Мин Сю, он подумает о том, чтобы быть с Си Жуном. Но сейчас он даже не хочет об этом думать.

Сразу после того, как он повесил трубку, сразу же поступил звонок Мин Сю. Чжоу Сян колебался, но в конце концов поднял трубку.

Голос Мин Сю прозвучал измученным, слегка окрашенным гневом: «Ты наконец-то включил свой телефон».

Чжоу Сян слегка почувствовал, что этот звонок слишком случайно совпал с этим временем и он не мог не выпалить:«Ты следишь за моим телефоном?»

«Да, или мне придется звонить на твой телефон в течение 24 часов?»

Чжоу Сян был слишком зол говорить.

«Ты зашел так далеко, чтобы спрятаться от меня?» Мин Сю был настолько истощен этим вопросом с Чжоу Сянем в эти последние дни, что он даже не мог разозлиться, когда он услышал «дружеский» разговор между Си Жуном и Чжоу Сянем через программное обеспечение для прослушивания, его сердце почувствовало слабую пульсирующую боль, зная, что Чжоу Сян никогда не начнет звонить ему.

«Я делаю это для своей работы» Чжоу Сян попытался успокоиться.

Мин Сюй исчерпывающе сказал: «Чжоу Сян, возвращайся, почему ты должен идти против меня?» Что в этом хорошего?»

«Я не иду против тебя. Я иду в горы на работу. Мин Сю, ты переехал из моего дома?»

Мин Сю сжал зубы: «Нет, я останусь в твоем доме и буду ждать твоего возвращения».

Чжоу Сян угрюмо пробормотал, «Почему ты не можешь просто отпустить меня?»

Мин Сю на мгновение замолчал: «Я хочу начать с тобой все сначала. Мне нравится чувствовать себя с тобой. Достаточно ли хороши эти причины?»

Разум Чжоу Сяна находится в полном хаосе: «Если бы ты сказал эти слова, прежде чем называть меня именем Ван Юйдуна, обнимая меня, я бы на все согласился».

«Чжоу Сян! Может хватит. Что ты хочешь от меня?»

Чжоу Сян посмотрел на темно-черный лес, его голос звучал немного глухо: «Мин Сю, ты не понимаешь… ты не понимаешь, что это значит для меня, что ты относишься ко мне как к замене Ван Юйдуна. Ты также не понимаешь, насколько важна была эта роль для меня. Мы не можем общаться друг с другом, давай просто оставим это в прошлом».

«Чжоу Сян!» Мин Сю знал, что он повесит трубку, поэтому он быстро остановил его. Тон Мин Сю был окрашен чувством обиды: «Ты все еще любишь меня?»

Чжоу Сян чувствовал острую боль в своем сердце.

Мин Сю медленно спросил: «Ты все еще любишь меня? Сян Гэ, продолжай любить меня. Я больше не буду относиться к тебе как к Ван Юйдуну, потому что я уже……»

Звонок внезапно прервался.

Чжоу Сян посмотрел на темный экран, очевидно, с разряженным аккумулятором.

Он долго смотрел на телефон, прежде чем вернуться в свою комнату. Лежа на кровати, не мог спать всю ночь.

Когда он впервые увидел Мин Сю, он был загипнотизирован. Это стало целым изображением в его голове, заставляя его чувствовать такую сильную боль, как будто нож скручивался в его сердце.

После возрождения Чжоу Сяна последние несколько дней его предыдущей жизни были днями, которые он очень не хотел вспоминать.

На четвертый день после того, как они вошли в гору, внезапно пошел ливень. Сильный дождь смыл грязную дорогу. Им было трудно передвигаться. Все полагались на свое сильное желание двигаться вперед, потому что в этом месте негде было отдохнуть. Даже гиды совершенно не разбирались в этом.

В середине ночи они пережили ужасный оползень. Вся команда была в хаосе и дороги были заблокированы. В темноте все сбились с пути. Чжоу Сян не был исключением.

Чжоу Сян был со второй половиной команды. Когда произошел оползень, все разбежались и разбежались во всех направлениях. Он также убежал глубоко в горы. После того как он был в безопасности, он понял, что потерял связь со всеми и не знал, где находится.

Он нес фотооборудование стоимостью более 1,6 миллиона юаней и весом более десяти килограммов. Он не смел расслабляться и мог полагаться только на свою память, чтобы продолжать идти.

Поскольку ему не хватало опыта выживания в дикой природе, он не знал, насколько серьезной была его ситуация. В это время он тоже запаниковал. Возможно, если бы был человек, сопровождающий его, он не принял бы неправильное решение. Но в темноте, заполненной неизвестными существами, скрывающимися в древнем лесу, суждения, которые может сделать городской человек, в основном затрагивают страх. Он все больше и больше паниковал. Направление компаса в основном перекрыто ущербом, нанесенным проливным дождем. Он мог только продолжать идти в обход. В конце концов он был истощен и полностью потерялся в лесу.

Чжоу Сян никогда не мог забыть, как его нога приземлилась на что-то вроде пустого воздуха, чувство быстрого падения — своего рода страх, глубоко укоренившийся в человеке, в его костях.

Он даже не знал, что находится на краю обрыва. Он не мог видеть землю под ногами. Затем, с проливным дождем, он был как воздушный змей с оборванной линией, падающий в вниз.

У него не было времени ни бояться, ни кричать. Его разум быстро прошел через 30 лет его жизни. Затем…. он больше не мог ничего чувствовать.

Глава 40 - Предупреждение Цай Вэя

[СЦЕНА ЛИФТА ИЗ РЕЗЮМЕ ГЛАВЫ 4]

Все те вещи, которые произошли в прошлом, похожи на скачки лошадей, опережающие одну за другой мысли в голове у Чжоу Сяна.Но его нельзя было обвинять в том, что он помнил все слишком хорошо. Ведь для него все эти вещи произошли совсем недавно. Его сердце все еще учащенно билось при виде Мин Сю. Когда Мин Сю схватил его за руку, он замер и перестал дышать.

Возможно ли, что Мин Сю узнал его?

Это невозможно… Все думали, что он мертв. Как мог Мин Сю догадаться, что он очнулся в чужом теле?

Мин Сю пристально смотрел в лицо Чжоу Сяна. Этот был для него совершенно чужой, на первый взгляд обычный человек, ничего особенного. Мин Сю даже не мог вспомнить, где он видел этого человека. Но когда он встретился с ним взглядом,то почувствовал, что его сердце отчаянно застучало в груди.

Эта мучительная боль в сердце заставила его почувствовать растерянность. Он инстинктивно схватился за этого человека, желая понять, почему так произошло.

Чжоу Сян приложил все свои силы, чтобы оставаться спокойным на поверхности. Сохраняя самообладание, он тихо спросил: «Мистер, что-то случилось?»

Ян Минсю ошеломленно смотрел на него. Действительно, что с ним происходило?

Мин Сю все еще хотел спросить, кто он, но не смог. Ведь они никогда не встречались раньше до этого момента. Этот вопрос был еще более бессмысленен. Как он мог ему ответить?

Чжоу Сян кивнул ему и медленно отпустил его руку.

Мин Сю продолжал смотреть на него, рука в его руке очень тонкая. Хотя тело этого человека не маленькое, но он слишком худой и выглядит болезненным.

В этом человеке не было ничего достойного, чтобы его выделяло от других.

Когда Чжоу Сян повернулся и направился к лифту, Мин Сю внезапно понял, что силуэт спины этого человека немного похож на «его (т / п)», но он слишком худой, настолько худой, что выглядит немного деформированным (худым, как метла) ).

T / N Здесь «он» имеет в виду старшего Чжоу Сяна.

Мин Сю никак не удаётся успокоить частые удары своего сердца.

Чжоу Сяну тяжело далось показное спокойствие, когда он входил в лифт.

Подняв глаза на медленно закрывающиеся двери лифта Чжоу Сян снова увидел пристальный взгляд Мин Сю.

Их взгляды снова столкнулись в воздухе.

Как только дверь лифта закрылась, ноги Чжоу Сяна настолько ослабели, что ему пришлось держался за стену лифта, чтобы не упасть. Шок от того, что он снова увидел Мин Сю, был слишком велик. Хотя у него сейчас совершенно другое лицо, под взглядом Мин Сю он все еще чувствует, что ему негде спрятаться, как будто он совершенно голый.

Он никогда… никогда больше не хотел иметь ничего общего с Мин Сю.

Бог дал ему вторую жизнь не для того, чтобы погрузиться обратно в ошибки и сложный беспорядок из его предыдущей жизни, а чтобы жить новой жизнью. Этот секрет не должен быть раскрыт Мин Сю.

Ему нужно держаться подальше от Мин Сю.

Он вернулся домой очень бледным. Дом был пропитан запахом ароматного мяса, на плите кипел горшок из которого поднимался пар. Этот простой запах заставил Чжоу Сяна почувствовать тепло и покой в своём сердце.

Чэнь Ин высунула голову из кухни и улыбнулась: «Сынок, ты вернулся».

Чжоу Сян стоял у двери и смотрел как улыбалась ему эта нежная и заботливая женщина, с любовью, готовящая своему сыну кастрюлю с куриным супом.

Он немного огорчился и быстро ответил: «Мгм, я вернулся».

«Ты еще не поел, верно? Даже если ты поел, иди выпей миску супа. Ты только что покинул больницу. За последние два года ты не ел ничего приличного. Твое тело очень слабое, тебе нужно много пищи».

В последние два года это тело полагалось исключительно на питательные растворы и жидкую диету для поддержания жизни, поэтому оно определенно не здоровое. Чжоу Сян также считает, что это тело очень худое, но его состояние не плохое. С этим молодым телом, это всего лишь вопрос времени, когда он полностью выздоровеет.

Двое ели вкусную и горячую еду за простым обеденным столом. Чжоу Сян рассказал Чэнь Ин о том, что произошло, и о том, что он узнал сегодня на работе.

Чэнь Ин слушала с большим энтузиазмом, ее глаза сияли, полные блеска. Такое выражение очень легко понять, оно полно надежды… надежды на будущее.

После еды Чжоу Сян позвонил Цай Вэю. В конце концов, это был Цай Вэй, который предоставил ему работу. Несмотря ни на что, он должен проконсультироваться с ним в первый день, а также поблагодарить его.

Цай Вэй выслушал его краткий отчет о работе за день и был очень рад за него: «А Лю также позвонил мне и сказал, что ты очень хорошо ладил со своими коллегами и что ты очень быстро учишься. Все очень тебя любят. Но потом ты плохо себя чувствовал вечером и ушел первым. Теперь ты в порядке?

Чжоу Сян улыбнулся: «Ничего страшного. Возможно, мне просто не хватало питательных веществ в последние два года, поэтому мое тело немного ослабло. Моя мама думает о том, как помочь мне питаться. Если через некоторое время я смогу набрать вес, это было бы хорошо.»

«Действительно, ты слишком худой. С работой тебе не нужно беспокоиться. Если ты не чувствуешь себя хорошо, просто вернись на отдых. Я не буду платить тебе меньше. Твоя ситуация отличается от других, я позабочусь о тебе».

Чжоу Сян ответил с благодарностью: «Вэй Гэ, спасибо». Независимо от того, было ли это в его предыдущей или нынешней жизни, Цай Вэй всегда был его благодетелем. Он всегда тот, кто отвлекает его, когда у него возникают проблемы, и тот, кто ставит его на правильный путь.

«О да, я слышал, что ты столкнулся с Мин Сю сегодня?» Цай Вэй сделал вид, что по неосторожности спросил.

Конечно же, этого от Цая Вэя не получилось бы скрыть, подумал Чжоу Сян. Мин Сю сегодня произвел на всех впечатление своим поведением в лифте. Для молчаливого человека, каким считали Мин Сю, который относился ко всем с холодным безразличием, внезапно ухватиться за незнакомца и не отпускать — это действительно очень странно. Неудивительно, что эти новости дошли и до Цай Вэя.

Чжоу Сян попытался осветить ситуацию: «Да, мы видели друг друга».

«Почему Мин Сю заинтересовался тобой?» Цай Вэй был сбит с толку. Мин Сю, снисходительный и высокомерный, зачем ему хвататься за руку Чжоу Сяна и не отпускать?

Чжоу Сян ответил: «Не знаю, мог ли он принять меня за кого-то другого?»

Цай Вэй на мгновение замолчал, а затем предупредил: «Чжоу Сян, держись подальше от этого человека. Я знаю, что твоя ситуация сейчас не очень хорошая. Есть определенные люди, которые могут помочь, ты наверняка можешь обратиться к ним. Но это не то же самое с этой «фамилией». Он происходит из очень влиятельной семьи. В кругу развлечений он ни о ком не говорит. Ты не только не заслужишь его благосклонность, но и можешь навредить себе. Скажу честно, я очень обижен на этого человека. Есть также проблема с характером этого человека. Круг развлечений на самом деле очень маленький, ты снова столкнешься с ним. Но независимо от его мотивов заинтересованности в тебе, ты не должен подходить к нему слишком близко. Вэй Гэ не причинит тебе вреда. Помни мои слова, понял?»

Чжоу Сян твердо ответил: «Не волнуйся, Вэй Гэ. Людей, которых не надо провоцировать, я точно не буду. Я буду следовать твоим словам».

Цай Вэй вздохнул с облегчением: «Это хорошо. Этот вопрос, я больше обращу внимание на это. Это слишком странно…»

Двое мужчин немного поговорили, а затем повесили трубку.

Чжоу Сян немного нервничал, и он не знал, откуда взялась эта тревога.

Он подумал про себя, возможно, это из-за его долга в 370 000 юаней.

Глава 41 - Взгляд в прошлое

На следующий день Чжоу Сян отдыхал дома. Он продолжал думать снова и снова. В конце концов он решил пойти в интернет-кафе и найти информацию, о вещах которые произошли два года назад, и посмотреть, как сообщалось о его происшествии. Сидя перед компьютером, после ввода имен группы, страница была перенаправлена. В этот момент его сердце буквально остановилось.

Никто в мире не может понять его чувства. На самом деле он просматривает свой собственный отчет о смерти.

Хотя это случилось два года назад, еще было много сообщений об этой аварии. Чжоу Сян посмотрел на это один на один. Его сердце болело все сильнее.

В то время он был не единственным, кто попал в аварию. Был еще очень разговорчивый молодой человек лет двадцати, который был похоронен под оползнем. Несколько групп получили ранения. Те, которые были разбросаны, были спасены в ходе последующей операции в Сошане. Ожидания и энтузиазм команды, когда они вошли в гору, были разрушены.

После того, как он упал со скалы, спасательная команда не могла найти никаких подсказок, потому что сильный дождь уже смыл все следы. После поисков в течение недели они все еще не могли найти его тело, поэтому они могли рассматривать его только как исчезновение. Но никто не верил, что он все еще жив, иначе почему бы ему не появиться через два года?

Чжоу Сян также хотел знать, где находится его тело. Когда он думал о своем теле, лежащем в глубине гор, подверженном воздействию всех природных стихий, превращающемся в груду костей, он испытывал такую огромную боль, что он захотел плакать.

Впервые он явно чувствовал, что действительно «мертв», но у него даже не было возможности похоронить его тело.

Если возможно, он действительно хотел бы вернуться и найти свое тело. Но куда он шел той ночью, он даже не знал. Даже команда спасателей не могла его найти, как он сможет?

Чжоу Сян долго смотрел на экран компьютера и все еще не мог избавиться от этой тяжелой сентиментальной эмоции. Это тело, которое сопровождало его в течение тридцати лет, было величайшим подарком, оставленным его родителями. Это было тяжело и полно жизни. Без этого тела это похоже на то, что единственное, что осталось от его родителей в мире, исчезло.

Чжоу Сян долго сидел. В его сердце была неописуемая боль, но не было никого, с кем он мог бы поговорить.

Ему потребовалось много времени, чтобы скорректировать свои эмоции и найти другой важный контент, но его не было.

Чжоу Сян решил найти что то о Си Жуне. Он узнал, что после аварии два года назад Си Жун уехал, чтобы развивать свою карьеру за границей, и лишь изредка возвращался в Китай. Он уже горячая звезда китайского кино в Голливуде. Хотя он еще не получил шанс сыграть главного героя, немногие китайские актеры могут сравниться с ним с точки зрения международного влияния.

Чжоу Сян очень обрадовался за Си Жуна.

Из-за этого двухлетнего перерыва у него было слишком много вопросов.

Потом он решил узнать новости и о Ван Юйдуне.

В конце концов, Ван Юйдун не снялся в этом фильме. Но причина неудачи определенно не в том, что режиссер Ван изменил его роль. Ван Юйдун с сожалением удалился по «физическим причинам». Отсутствие этого никак не повлияло на карьеру Ван Юйдуна. Фактически, после полугододового молчания, он снялся в нескольких фильмах, доведя свою актерскую карьеру до пика, получив один приз. Ах, хотя Чжоу Сян ненавидел его, он должен был признать, что Ван Юйдун — естественно талантливый актер. Его актерское мастерство проникло во все стороны жизни, помогая ему достичь желаемых результатов… независимо от того, было ли это на большом экране или в его межличностных отношениях. С умом Ван Юйдуна в общении с людьми, некоторые люди даже не смогут достичь с практикой целой жизни.

Ван Юйдун не только сделал полноценную карьеру, но и успешно женился на своей невесте шесть месяцев назад. Личность его невесты всегда была загадочной. Только в день свадьбы все узнали, что его жена — единственная любимая внучка Децзяна. Срок полномочий Децзяна закончится на XX Конференции в этом году, и он уйдет в отставку, его влияние по-прежнему нельзя недооценивать. Не говоря уже о том, что его сын сейчас восходящая звезда на политической арене. Ван Юйдун стал частью этого возвышающего дерева, которое не падает, делая его положение в индустрии развлечений несопоставимым с другими.

Смотря на эту гордую самодовольную улыбку Ван Юйдуна Чжоу Сян не мог не чувствовать ревность.

Ван Юйдун, можно сказать, имеет плавную жизнь, окруженную бесконечными триумфами. Но для него Чжоу Сяна его жизнь закончилась несчастным случаем.

Чжоу Сян горько засмеялся над собой. Если бы не Мин Сю, он никогда не стал бы сравнивать себя с Ван Юйдуном. Ему даже пришлось с ним соперничать из за роли. Всё это случилось из-за Мин Сю. Успех Ван Юйдуя напоминает насмешку над его неудачами, хотя, конечно, Ван Юйдун уже давно забыл о нём.

Чжоу Сян трепетал, когда он вводил имя Мин Сю в поисковик. Через пол года после аварии Мин Сю неожиданно снялся в рекламе. Из-за огромных сумм денег, потраченных на рекламные акции, в дополнение к его чрезвычайно привлекательной внешности, короткое пятнадцатисекудное рекламное объявление сделало его безумно популярным. С тех пор это никогда не заканчивалось. Можно сказать, что ему не нужно было делать больше, чем несколько шагов, чтобы стать суперзвездой.

В этом сила денег. Это может сделать невозможное возможным.

В то же время, Мин Сю также очень противоречивый человек. Он едва улыбается перед камерой, выражение его лица всегда холодное и безразличное. Он не дает автограф для фанатов и не участвует в каких-либо шоу. У него не было скандалов, и ему не нужно было продвигаться. Как будто, кроме того, чтобы снимать рекламу и сниматься в каких-то подходящих ролях, ему не нужно было ничего делать. Он был уже очень популярен, не прилагая слишком больших усилий к его славе.

Общественное мнение по отношению к нему всегда было неоднозначным. Некоторые люди любили его «хладнокровие» до крайности, другие думали что он совершенно бесполезный.

Но, тем не менее, все знают, что он знаменитый пекинский принц. Независимо от того, насколько скептически относятся к тому, как он стал знаменитым, никто не посмел быть напыщенным перед ним.

Точно так же Мин Сю процветал в индустрии развлечений, используя этот странный способ.

Чжоу Сян смотрел на высокомерный вид Мин Су на фотографиях на веб-странице и почувствовал, что этот человек ему незнаком.

Несмотря на то, что Мин Сю раньше был надменным, но он все еще улыбался. Неужели брак Ван Юйдуна с его сестрой стал для него таким тяжелым ударом? Почему он стал звездой? Когда Чжоу Сян шутил, что Мин Сю может стать популярным, Мин Сю был полон презрения к этой профессии.

Но какие бы не были эти причины, всё это уже не имеет к нему никакого отношения.

Теперь он только хочет быстро заработать деньги, погасить свой долг и затем жить хорошо с Чэнь Ин в лучшем доме.

Кондо!

Чжоу Сян подумал о своей бывшей квартире.

Это было что его родители оставили ему. После того, как он «умер», кто помог ему справиться с этим? А теперь, на чье это имя?

У него есть желание вернуться и посмотреть. Он никогда не собирался продавать эту квартиру, потому что она полна его детских воспоминаний и является единственной связью между ним и его родителями. Но когда он думал о том, как будет управляться квартира после его исчезновения, его сердце было полно беспокойства. Он решил вернуться и проверить сегодня. Даже если она уже принадлежала кому-то другому, ему нужно было увидеть это своими глазами.

Он вышел из интернет-кафе и сел на автобус до района, где он жил. Он очень знаком с этим местом. Потому что для него, он только что уехал несколько недель назад.

В районе произошли некоторые изменения, но это не очевидно. В конце концов, это старый жилой район. Он вошел в свой подъезд, лестницы были темными и старыми, но для него близость, которую он чувствует, действительно несравненна. Он хотел продолжать жить здесь. Поднявшись наверх, он столкнулся лицом к лицу с дядей (T / N). Чжоу Сян собирался открыть рот, чтобы крикнуть «Дядя Чжан», но внезапно остановился. Он всегда должен напоминать себе, что он больше не тот Чжоу Сян, которого знали многие люди, но теперь это тот Чжоу Сян, которого они не знают.

Дядя T / N — также термин уважения к пожилому мужчине

Дядя Чжан, кажется, думает, что этот молодой человек, который смотрел на него, очень странный. Он вежливо кивнул и прошел мимо него.

Сердце Чжоу Сяна несколько раз подпрыгнуло, когда он с трудом поднялся на третий этаж. Он стоял перед его дверью. В эту дверь не было внесено никаких изменений, это все еще старомодная защитная дверь с ржавой медью.

Чжоу Сян не мог удержаться от прикосновения к своей двери. Он хотел вытащить ключ и открыть дверь. Этот теплый дом был бы как обычно… приветствуя его возвращение.

Но он не посмел.

У него не было никаких контактов с его родственниками, поэтому он использовал, чтобы положить запасной ключ в ящик гидранта и спрятал его в расщелине огнетушителя. Он сразу же хотел открыть пожарный гидрант и посмотреть, был ли там ключ, но он боялся, что кто-то был в доме.

В момент его колебания раздавались шаги из комнаты, отделявшей дверную панель.!

Чжоу Сян был ужасно шокирован и запаниковал. Даже не задумываясь, он поднялся наверх и спрятался на лестничной клетке.

Через некоторое время дверь открылась, и изнутри вышел человек в темных очках и кепке. Он развернулся, чтобы аккуратно запереть дверь и ушёл.

Несмотря на то, что он немного замаскировался, Чжоу Сян узнал его с первого взгляда. Это был Мин Сю.

Сердце Чжоу Сяна сразу сжалось.

Глава 42

Ян Минсю не знал, что за ним кто-то наблюдает. Натянув капюшон, он запер двери и спустился вниз.

Чжоу Сян склонился над лестницей. Он боялся даже сделать глубокий вдох. Только когда Ян Минсю вышел из подъезда, он осмелился встать. Когда он смотрел на закрытую бронированную дверь, его сердце билось в бешеном ритме.

Почему Ян Минсю здесь? Он не должен здесь жить. Даже если бы он очень хорошо маскировался, ежедневно приходя и уходя из этого места, его непременно бы обнаружили окружающие люди. Ни одна знаменитость никогда не жила в таком густонаселенном старом районе. Это, безусловно, вызывало бы в жизни знаменитостей неудобства.

Но во время их последнего телефонного разговора перед несчастным случаем, Ян Мнисю сказал:

- Я останусь в твоей квартире, и буду ждать твоего возвращения.

Чжоу Сян не мог забыть его слов. Таким образом, он на самом деле ясно помнил каждое слово, которое сказал Ян Минсю. Он мог даже вспомнить его тон голоса.

Может ли быть так, что он действительно ждал его возвращения все это время?

Подумав об этом, Чжоу Сян сразу же отверг эту мысль.

Он уже мертв. Зачем Яну Минсю ждать его? Люди, которые переоценивают себя, всегда живут тяжелее. Появление Яна Минсю здесь очень вероятно, так как он вернулся, чтобы что-то забрать. В конце концов, он жил здесь год. В этой квартире полно его вещей.

Какой бы ни была правда, ему нужно было просто открыть дверь, войти и посмотреть. Но Чжоу Сян не посмел. Он и так уже испугался, увидев, как Ян Минсю внезапно выходит из квартиры.

Чжоу Сян решил проверить и убедиться, что запасной ключ все еще находится в коробке с пожарным гидрантом, а затем все тщательно спланировать.

Он пробрался вниз по лестнице, как вор. Его глаза бегали по сторонам, а уши старались различить любые, даже едва уловимые, звуки. В конце концов, он теперь считается «кем-то другим». Если он поспешно войдет, то его воспримут за вора.

Определив, что вокруг никого нет, он быстро открыл коробку пожарного гидранта и протянул палец к месту, где был спрятан ключ. Несомненно, одним касанием он почувствовал маленький кусочек металла. Он достал его и увидел, что это действительно его ключ!

Единственным человеком, который знал о местонахождении этого запасного ключа, был Ян Минсю. Однако он упоминал об этом Яну Минсю только однажды, когда тот только переехал к нему. Скорее всего, Ян Минсю уже давно забыл об этом. Таким образом, после несчастного случая ключ просто остался там.

Чжоу Сян неожиданно обрадовался. Он действительно хотел открыть дверь прямо сейчас и посмотреть, какие изменения произошли с его квартирой. Казалось, что это невыносимое волнение вырывалось из его тела, но он приложил все силы, чтобы подавить в себе это желание.

Положив ключ на прежнее место, он планировал подождать до тех пор, пока не сочтет возвращение безопасным. Если в квартире кто-то есть…. Если кто-то внезапно вернется…. Это риск, на который он не мог пойти.

Чжоу Сян покинул свой прежний дом.

Он решил разобраться, как распорядились с его имуществом, а особенно с активами после его смерти. На банковском счету было двести тысяч иен. Эти деньги были честно заработаны многолетним трудом. Он должен был найти способ вернуть их. В противном случае, имея скудную зарплату в три тысячи иен, ему все равно придется платить арендную плату и содержать двух взрослых людей. Кроме того, долг, который у него появился за время пребывания в больнице, до сих пор не погашен.

Вернувшись домой он увидел, что Чэн Ин читает объявление. Чжоу Сян подошел и заметил, что это объявление о работе от клирингового агентства.

Чжоу Сян нахмурился.

- Мама, тебе почти шестьдесят. Ты все еще хочешь работать домработницей?

Чэн Ин пристально посмотрела на него и ответила:

- Не домработницей, а сиделкой. Сегодня, я столкнулась в супермаркете со своей бывшей коллегой. Ее невестка недавно родила ребенка. Ты знаешь, какая зарплата у сиделки?

(используемый термин «сиделка» относиться к человеку, который нанят для ухода за новорожденным и его матерью в течение месяца после рождения)

Чжоу Сян покачал головой.

- Шесть тысяч иен, - вздохнув, сказала Чэн Ин.

- Это действительно хорошие деньги. Поработав в течение месяца, я смогу их заработать. Я хочу пройти обучение, чтобы стать квалифицированной гувернанткой.

- Мама, для такого обучения нужны деньги? Работодатель заплатит шесть тысяч иен, но из этой суммы будут вычтены посреднические услуги. Максимум, что ты сможешь заработать, это половину этой суммы.

- Половина – это тоже неплохо. Все же это лучше, чем просто сидеть и ничего не делать. Небольшой заработок не помешает.

Глядя на бледное лицо Чэн Ин и ее хрупкое тело и подумав о том, что ей нужно беспокоиться о своем заработке в таком возрасте, Чжоу Сян загрустил.

Но он не мог ее остановить. Они действительно отчаянно нуждались в деньгах. Чэн Ин была права. Любой заработок был кстати. Он перевернул объявление и понял, что оно выглядит слишком просто.

- Мама, это не надежно и может быть мошенничеством. Я должен сходить с тобой.

- Как насчет понедельника?

- Я не могу, мне надо работать.

- Агентство работает только в будни дни. Что нам делать?

Мгновение подумав, Чжоу Сян ответил:

- Я только начал работать. Мне нельзя брать выходных. Давай подождем пару недель, и я смогу сходить с тобой. Ты заботилась обо мне все это время, поэтому заслуживаешь отдых.

- Хорошо, - нахмурившись, ответила Чэн Ин.

Поужинав, Чжоу Сян позвонил Цай Вэю. Он только недавно начал работать, поэтому никто не думал о том, чтобы повысить ему зарплату. Чжоу Сян хотел попросить Цай Вэя предоставить ему какую-нибудь черную работу по выходным. Он был согласен на любую работу, только лишь бы заработать немного денег.

Обычный человек никогда не согласился бы помочь в таком деле, зная человека лишь несколько дней. Но, возможно, из-за того, что Чжоу Сян слишком хорошо знал Цай Вэя, он подсознательно решил попросить его о такой помощи.

Цай Вэй мог бы мгновенно отказать ему, но, почему-то, ему особенно хотелось помочь Чжоу Сяну.

Чжоу Сян искренне рассказал ему, что матери пришлось продать две их квартиры, чтобы оплатить его лечение в больнице, а также о том, что они имеют большой долг и он очень нуждается в дополнительном заработке.

Выслушав Чжоу Сяна, Цай Вэй загрустил. Возможно, Чжоу Сян казался ему знакомым…. Возможно, потому что Чэн Ин много раз помогала ему в уходе за отцом…. Или, может быть, потому что его также звали Чжоу Сян и он постоянно думал о своем друге, чье тело до сих пор не было найдено. Размышляя о своем друге, он чувствовал вину. Он хотел заставить себя избавиться от этого чувства, помогая другому Чжоу Сяну .

Короче, Цай Вэй согласился.  У него было много свободных вакансий. Все новые сотрудники были под его контролем. Он слышал от Чэн Ин, что Чжоу Сян хотел стать звездой до его аварии. Сейчас, самое время помочь ему.

Цай Вэй организовал для него прослушивание в воскресенье. Эта была печатная реклама в журнале для мужчин по уходу за кожей.

Чжоу Сян был очень счастлив. Он никогда не думал о таком виде рекламы. У этого молодого Чжоу Сяна было красивое лицо. Несмотря на отсутствие отличительных черт, он вполне подходил для съемок в этой недорогой рекламе.

На следующий день, Чжоу Сян пришел на прослушивание на полчаса раньше. Войдя в офис, он понял, что это была квартира, модифицированная под фотостудию. Площадь была небольшой и выглядела непрофессионально.

Двое других юношей, также пришедших на прослушивание, выглядели разочарованными. Чжоу Сян мог понять их менталитет. Новички, которые только что вошли в эту индустрию, всегда имели нереалистичные фантазии о своих карьерных перспективах, а затем разочаровывались, сталкиваясь с пробелом в реальности перед ними.

Этот вид недорогой печатной рекламы даст брокерской компании максимум от шести до семи тысяч иен. Модель сможет получить оставшиеся две тысячи иен. Но даже если бы это было не ради денег, многие люди боролись за шанс показать свое лицо. Даже если бы это было лишь несколько фотографий в грязной студии для непопулярного журнала, существовала конкуренция.

Реальность была жестокой.

Эти два парня, очевидно, смотрели свысока на такое потрепанное рабочее место. Именно поэтому, проходя прослушивание, они неизбежно выражали свое недовольство, вызывая раздражение персонала. Чжоу Сян же, напротив, вел себя гораздо спокойнее и непринужденнее. Его речь была вежливой, он выглядел искренним и ответственным. Несмотря на то, что он был старше своих конкурентов, а его внешность была не так хороша, он без труда получил эту работу.

Чжоу Сян провел весь день в этой маленькой студии. Он улыбался часами ради трех фотографий в журнале. Мужчина настолько старался, что от улыбки у него уже болели щеки, а от одинаковых фраз язык. Он сделал более четырехсот фотографий.

Закончив работу, Чжоу Сян потащил свое уставшее тело домой.

После обеда Цай Вэй позвонил ему и поинтересовался его успехами. Чжоу Сян все рассказал. Цай Вэй был в восторге, сказав, что даст Чжоу Сяну пятьдесят процентов от зарплаты. Если он продолжит работать также хорошо, Цай Вэй пообещал ему найти способ повысить цену.

Чжоу Сян был бесконечно благодарен Цай Вэю. У их компании были жесткие правила. На основании этих правил Цай Вэй мог принять решение о том, какой процент выплачивать модели. Вообще для новичка получить тридцать процентов уже считалось успехом. Управляющая компания получала агентское вознаграждение. Но Цай Вэй дал ему половину этого, так как определенно заботился о нем.

Цай Вэй всегда был таким. Когда Чжоу Сян раньше работал каскадером, Цай Вэй давал ему большую долю, обычно двадцать-тридцать процентов. Без Цай Вэя Чжоу Сян не знал, сколько бы рабочих мест ему бы пришлось поменять, чтобы иметь стабильный доход после окончания университета. Это был Цай Вэй, который дал ему возможность зарабатывать на жизнь и не беспокоиться о средствах к существованию. Теперь, когда он умер и снова ожил, ему по-прежнему помогал Цай Вэй.

Одни только рекламные съемки принесли ему месячную зарплату. Если он сможет иметь постоянную подработку, его жизнь с Чэн Ин значительно улучшится.

Он решил, что получив деньги, он купит телевизор, чтобы Чэн Ин не было дома слишком скучно.

Глава 43

В понедельник Чжоу Сян, как обычно, пошел на киностудию. Все еще находясь на стадии обучения, он мог выполнять лишь несколько несложных задач. Такого рода работой он занимался почти десять лет назад. Неожиданно, ему пришлось начинать все заново.

Прибыв на съемочную площадку, он увидел, что многие из коллег уже были там. Он слышал, как несколько девушек постоянно о чем-то болтали.

- Этого не может быть, правда? Ян Минсю что-то говорил?

- Да, я никогда не слышала от него даже слова! Может ли он быть немым? Может быть, приятный голос в фильме был озвучкой дублера?

- Он не немой, а просто не любит разговаривать, вот и все. Ян Минсю такой крутой….

- Крутой? Я думаю, что он ненормальный. Есть ли в индустрии развлечений человек, который никогда не улыбается и не разговаривает? Если бы не влияние его семьи и его привлекательной внешности, он бы не был так популярен.

Чжоу Сян прошел мимо девушек и, слегка улыбнувшись, сказал:

- Дамы, в кругу развлечений много людей. Такое можно обсуждать в кругу друзей, но не здесь. Не позволяйте другим услышать ваши разговоры.

Девушки были ошеломлены. Они не могли понять, как новичок посмел читать им лекции.

Чжоу Сян подсознательно понял, что он уже не старший, но не мог сдержаться.

Хотя он действительно не мог помочь, ему хотелось предупредить этих наивных глупых девушек о том, что он не хочет ничего слышать о Яне Минсю. К сожалению, он понимал, что это невозможно. Работая в индустрии развлечений, он вынужден узнавать различные новости о Яне Минсю.

К счастью, к ним подошел Ау Лю и разрядил обстановку.

- Дамы, будьте милыми. Как вы можете так небрежно говорить о Яне Минсю? Знаете ли вы, из какой семьи он походит? Немедленно приступайте к работе!

Девушки разбежались. Каждая из них отправилась заниматься своей работой.

Чжоу Сян помог Лао Чжоу переместить осветительное оборудование. Занимаясь работой, он был немного погружен в свои мысли. Он думал о холодном, невыразительном лице Яна Минсю на большом экране.

Он действительно не ожидал, что Ян Минсю станет таким. У Яна Минсю, похоже, не была энтузиазма в этом деле. Но тогда…. Почему он занимался им?

- Осторожно! – закричал Лао Чжоу, схватив Чжоу Сяна.

Чжоу Сян внезапно пришел в себя. Оступившись, он чуть не упал со ступенек. То, что он мог упасть не имело значения, ведь в его руках было оборудование и он не мог его повредить.

Лао Чжоу осуждающе посмотрел на Чжоу Сяна и забрал у него оборудование.

- Что происходит? О чем ты думаешь?

Чжоу Сян извиняющиеся улыбнулся. Следуя своей естественной индивидуальности, он любил шутить, когда чувствовал себя неловко, поэтому выпалил:

- Я просто задумался о сладких свиных ребрышках, которые готовит твоя жена.

Как только эти слова были произнесены, они оба замерли. Чжоу Сяну захотелось себя ударить. Сколько времени ему понадобиться, чтобы привыкнуть к тому, что он это уже другой человек?

Но его нельзя было в этом винить. В его памяти он все еще оставался Чжоу Сяном. Всего за месяц он стал другим Чжоу Сяном. Ему нужно было изменить свой стиль разговора и действий, а также делать вид, что люди, с которыми он общался раньше, ему совершенно незнакомы. Только при этом он сможет чувствовать себя непринужденно в любое время. Но когда его разум отвлечен, это легче сказать, чем сделать.

Лао Чжоу посмотрел на него широко раскрытыми глазами.

- О чем ты говоришь?

- Цай Вэй рассказывал мне об этом. Он восхвалял кулинарные навыки твоей жены, - быстро ответил Чжоу Сян.

- Он был у меня дома как минимум два года назад. О да, точно, в то время Чжоу Сян еще был с ним, - скептически посмотрев на него, сказал Лао Чжоу.

- Да, да, Цай Вэй говорил об этом. У меня такое же имя, как и у его приятеля, который скончался. В тот день я позвонил Цай Вэю, чтобы рассказать ему о своих успехах на работу и сказал, что ты особенно запомнился мне. Просто упомянув об этом, Цай Вэй сказал, что у Чжоу Сяна тоже были с тобой хорошие отношения. Иногда, они ужинали у вас дома, поэтому я просто…. Я просто пошутил над тобой.

Чжоу Сян чувствовал, что его объяснение звучит правдоподобно, но все еще очень нервничал.

- О, вот в чем дело. Если выпадет подходящая возможность,  я попрошу жену приготовить для вас, ребята, обед.

- Хорошо, я буду очень рад!

После того, как Лао Чжоу ушел, Чжоу Сян тайно напомнил себе, что не имеет права на подобные ошибки.

Будучи занятым все время с раннего утра до ночи, Чжоу Сян получил звонок от Цай Вэя.

- Чжоу Сян, у меня есть работа, ты должен немедленно приехать! Думаю, ты сможешь с этим справиться! – быстро сказал он.

- Сейчас? Но я еще на работе!

- Просто скажи об этом Ау Лю. Вызывай такси, я напишу тебе адрес.

- Хорошо.

Услышав о возможности заработать денег, Чжоу Сян уже не чувствовал себя уставшим. Поговорив с Ау Лю, он быстро отправился к месту, адрес которого ему написал Цай Вэй.

Добравшись до пункта назначения и оглядевшись, Чжоу Сян понял, что это было офисное здание. Оно сдавалось в аренду журнальному издателю, специализирующемуся на консультациях по играм по боевым искусствам.

Когда его провели в кабинет, он догадался, что она временно используется в качестве гримерки. Там ждал его Цай Вэй.

Цай Вэй попросил гримера поторопиться, одновременно усаживая Чжоу Сяна на стул и похлопывая его по плечу.

Чжоу Сян бросил взгляд на человека, который стал наносить ему макияж. Он догадывался, что происходит.

- В этом журнале есть игра для празднования первой годовщины. Они хотят снять видеоклип. Я думаю, что твой имидж полностью совпадает с персонажем игры, поэтому позвонил тебе, - объяснил Цай Вэй.

- Спасибо, Цай Вэй, я действительно не знаю, как тебя отблагодарить, - улыбнувшись, сказал Чжоу Сян.

- Этот видеоклип может заработать больше денег, чем печатный журнал. И как только ты попадешь в игровую индустрию, у тебя появится много возможностей в будущем получить работу, если ты, конечно, будешь стараться. Квалифицированных и талантливых людей очень ценят. Однако, чтобы заработать на жизнь в этой нише, большинству приходится полагаться на открытость социальных сетей.

В те годы Цай Вэй шаг за шагом вводил в эту область. Прямо сейчас он делал тоже самое, что и раньше. Но теперь у Цай Вэя было больше влияния и возможностей. Чжоу Сян был полон ожиданий своего будущего.

- Не надо меня благодарить. Увидев, что у тебя с твой матерью хорошая жизнь, я только вздохну с облегчением. Итак, слушай внимательно. На этот раз на прослушивание пришли еще несколько человек. Большинство из них  имеет небольшой опыт боевых искусств, поэтому их движения будут выглядеть более эффектно, чем твои. Ты должен немного успокоиться. Фактически, эти движения может сделать любой человек. Ты должен сосредоточиться на деталях и не сравнивать себя с ними.

Чжоу Сян кивнул, думая, что даже если он просто сделает это для шоу, он не проиграет. Но он все еще должен был помнить о том, что не мог работать слишком хорошо, иначе вызовет подозрения.

Переодевшись в костюм и сделав макияж, Чжоу Сян посмотрел на себя в зеркало. Он чувствовал себя немного странно.

Цай Вэй одобрительно взглянул на него и сказал:

- Неплохо, очень красиво, но ты слишком худой. Ешь больше, тебе не идет худоба.

- Я уже поправился на пять килограмм с тех пор, как меня выписали из больницы. Через некоторое время я смогу достигнуть оптимального веса.

Чжоу Сян улыбнулся и покрутился.

Цай Вэй остановился и ошеломленно посмотрел на Чжоу Сяна.

- Что случилось? – удивившись, спросил Чжоу Сян.

- Ты…. Ты покрутился, - пробормотал Цай Вэй.

Чжоу Сян услышал только тихий вздох Цай Вэя.

- Цай Вэй, что не так? – спросил Чжоу Сян.

- То же имя…. Похожий силуэт…. Те же жесты…. Судьба действительно странная штука, - широко улыбнувшись, ответил Цай Вэй.

- Ты говоришь, что я очень похож на твоего приятеля? – ошеломленно уточнил Чжоу Сян.

- Да, похож. Раньше ты был слишком худым, и не напоминал мне его, но теперь, немного поправившись, ты становишься все больше и больше похожим на моего покойного друга. Он был таким же, как и ты, только его телосложение было плотнее твоего.

Чжоу Сян почувствовал печаль.

Силуэт….. Снова силуэт…. Если бы у него не было спины, похожей на спину Ван Юдуна, его судьба была бы совершенно другой. Вероятно, он бы не потерял свою жизнь в возрасте тридцати лет.

- Пойдем, я отведу тебя туда. Не волнуйся. Если бы у меня не было такой большой уверенности в твоих силах, я бы не пригласил тебя, - неохотно улыбнувшись, сказал Цай Вэй.

Он провел Чжоу Сяна в кабинет, где стояло две камеры. За столом сидели несколько человек, а другие, одетые в такие же костюмы, как и он, стояли сбоку.

Сотрудник выпустил видеоклип игры, показывающий повторяющиеся действия игровых персонажей в течение примерно четырех-пяти секунд. Они должны были подражать этим действиям.

Это было всего несколько обычных ударов ногой и ударов кунг-фу. Чжоу Сяну эони показались чрезвычайно простыми. Он мог легко запомнить их последовательность, просто посмотрев один или два раза.

Пришедшие на кастинг парни один за другим выходили на сцену. Придя на прослушивание, они были уверены в себе. Их движения были неплохими, но все же намного хуже, чем у профессионального каскадера, как Чжоу Сян.

Когда пришла очередь Чжоу Сяна быть на сцене, он сознательно снизил свою производительность, чтобы выглядеть менее заметным. Но он действительно хотел поучить эту роль, поэтому его последовательность один в один совпадала с видеоклипом. Не совершив даже малейшей ошибки, он поверг в шок всех судей, а также Цай Вэя.

Хотя эти движения занимали всего четыре-пять секунд, было чрезвычайно сложно сделать все движения плавно, последовательно и красиво. Просмотрев видеоролик всего несколько раз, Чжоу Сян смог достичь этого уровня, что, безусловно, казалось невероятным.

Люди, которые не знают тех, кто имеет опыт боевых искусств, в лучшем случае подумали, что Чжоу Сян изучал движения кунг-фу. Только Цай Вэй, который, в некоторой степени, знал их происхождение, понимал, насколько то было удивительно.

Чжоу Сян никогда не говорил ему, что изучал боевые искусства. Более того, несмотря на то, что эти несколько ходов были немного грубыми, то, как они были сделаны, немного похоже на…. На движения его хорошего приятеля, которого уже не было в живых.

Сердце Цай Вэя выскакивало из груди, когда он думал об этих невероятных совпадениях. Может быть, Бог послал ему этого Чжоу Сяна, чтобы он мог помочь ему?

Чжоу Сяну легко удалось получить эту роль. Несмотря на то, что Чжоу Сян появится в этом коротком игровом ролике не более чем на десяти секунд, а его лицо будет лишь на нескольких снимках, он был счастлив. Его оплата за этот короткий игровой клип составит более десяти тысяч иен.

После кастинга сотрудники сообщили ему время официальной съемки. Цай Вэю пришлось уйти раньше времени. Договорившись о времени, Чжоу Сян планировал идти домой.

Когда он подошел к выходу, кто-то окликнул его. Он повернулся, и увидел женщину лет тридцати. Он была одной из судей отборочной комиссии.

- Привет, моя фамилия Чжан, можешь звать меня Чжан Цзе, - улыбнувшись, сказала она.

- Привет, Чжан Цзе.

- Ты только что дебютировал? Я никогда не видела тебя ранее, - спросила Чжан Цзе.

- Я не могу считать, что дебютировал. Я просто разнорабочий Чжоу Сян. Цай Вэй заботиться обо мне, давая мне немало шансов найти себе какую-нибудь подработку, - улыбнувшись, ответил Чжоу Сян.

- Подойди, присядь, поговорим, - сердечно сказала Чжан Цзе.

- Наблюдая за твоими движениями, я была действительно поражена!

Чжоу Сян ничего не понимал. Скорее всего, она предложит ему другую работу, поэтому последовал за ней и присел на диван.

- Ты когда-нибудь думал о том, чтобы стать каскадером? – прямо спросила Чжан Цзе.

Чжоу Сян был шокирован, поэтому мгновение не мог подобрать слов для ответа. Он не только думал об этом, он был им около семи лет.

- У тебя неплохая фигура, но будет лучше, если ты наберешь вес. Когда ты поворачиваешься, твои плечи, шея, уши, форма головы очень похожи на одного человека. Другие этого не заметили, но я сразу обратила внимание на вашу схожесть.

Чжоу Сян занервничал. Он ничего не знал, но у него было зловещее предчувствие.

- На кого? – осторожно спросил он.

- На Вана Юдуна, ты же его знаешь? – самодовольно улыбнувшись, ответила Чжан Цзе.

Глава 44

В это мгновение Чжоу Сян ощутил огромный спектр эмоций.

Он хотел смеяться, плакать, переворачивать столы и бить стену кулаками.

Ван Юдун…. Снова Ван Юдун! Каскадер…. Опять каскадер!

У него действительно не было сомнений, что он проклят. Даже с совершенно новой жизнью он все еще не мог избавиться от того, чтобы быть тенью Ван Юдуна. Вполне вероятно, что это проклятие наложено на его душу и не имеет ничего общего с его физическим телом.

Он ненавидел Ван Юдуна, ненавидел быть его заменой, будь то в фильмах или в жизни.

В тот момент у него было только ощущение того, что Бог над ним издевается. Казалось, что-то невидимое тянет его вперед, делая невозможным его побег. Он чувствовал, что окружен тяжелыми барьерами и не может дышать.

Он глубоко вздохнул и улыбнулся.

- Конечно, я знаю кто он. Чжан Цзе, большое спасибо.

- Это беспроигрышная ситуация, - улыбнувшись в ответ, сказала Чжан Цзе.

Она была уверена, что Чжоу Сян, безусловно, согласиться. Не говоря уже о том, что он будет щедро вознагражден за то, что был каскадером суперзвезды Ван Юдуна. Многие люди отчаянно боролись за такую возможность, даже отказываясь от денежной платы. Даже если им удавалось засветить свое лицо в кадре, возможность стать частью съемочной группы Ван Юдуна и познакомиться с ним уже казалось огромной удачей. Это была прекрасная возможность. Чжоу Сян – просто рабочий, как он мог отказаться?

Однако, она не ожидала, что Чжоу Сян вежливо скажет:

- Чжан Цзе, это действительно очень хорошая возможность, но я должен обсудить это с Цай Вэем.

- С Цай Вэем?

- Да, я работаю на него. Цай Вэй не позволит мне самому принимать предложения работы. Я должен получить его согласие.

Чжан Цзе рассмеялась.

- Ты…. Ты действительно….

Она хотела назвать его наивным, но, в конце концов, так этого и не сказала.

- Сян, какая твоя фамилия?

- Чжоу.

- Ну, Чжоу Сян, позволь мне дать тебе совет. Просто слушай и не перебивай меня, хорошо?

Чжоу Сян догадывался, о чем она хотела ему сказать. Эта женщина была на несколько лет старше его, но методы, которые она использовала, не так хороши, как она сама, поэтому он молча кивнул.

- Цай Вэй – хороший человек, который всегда заботиться о своих подчиненных. Но с этот вопрос обсуждать с ним не стоит. Прими решение сам. Ты станешь каскадером Ван Юдуна. Тебе даже не нужно будет показывать в фильме свое лицо. Это всего лишь несколько выстрелов со спины. И если ты захочешь, твоего имени не будет даже в титрах. И ты все еще сможешь заработать много денег. Кто узнает, что это ты? Я знаю, что у каждой компании свои правила, и ты должен им следовать. Это так хлопотно. Ты просто не должен рассказывать о моем предложении другим. Цай Вэй никогда не узнает. И если ты станешь сотрудничать с нами через компанию, то получишь максимум тридцать процентов, ты согласен на это? Я думаю, что тебе не стоит этого делать.

У Чжан Цзе были свои соображения. Если Чжоу Сян действительно хотел работать через свою управляющую компанию, то, у нее, действительно, не появится убытков. Но, в соответствии с отраслевыми правилами, поскольку именно компания представляла Чжоу Сяна, кроме того, ей бы пришлось платить комиссионные своей брокерской компании. Таким образом, Чжоу Сян заработал бы очень мало. Она также была обеспокоена тем, что Чжоу Сян не захочет работать за такую маленькую зарплату. Однако, если бы он согласился принять ее предложение в частном порядке, то ее вступительный взнос был бы определено больше.

Чжоу Сян хорошо понимал ее. Но он никогда не согласиться на это.

Во-первых, не информировать Цай Вэя о приеме на работу – это просто жадность до мелкой выгоды. Это глупо. Так поступают только новички. Эта Чжан действительно эгоистична, чтобы саботировать новых людей ради денежной выгоды. Индустрия развлечений была не такой уж большой. Влиятельность Цай Вэя настолько широко распространена, что шанс взять подработку и остаться незамеченным был равен нулю. Если бы он сделал это, Цай Вэй бы крайне разочаровался в нем. Это похоже на его инициативу проложить свой альтернативный путь в будущем. Самое главное, он определенно не хотел снова становиться каскадером Ван Юдуна. Он даже не хотел снова его видеть. Только вспомнив лицемерную улыбку этого мужчины, Чжоу Сян уже хотел ударить его.

- Чжан Цзе, то, что вы говорите, очень разумно. Но Цай Вэй очень хорошо ко мне относиться. Скрыв это от него, я определенно не смогу себя чувствовать непринужденно. Я все еще хочу обсудить это с ним. Я думаю, что он согласиться. Давайте так и поступим. Почему бы нам не обменяться нашими телефонными номерами? Я перезвоню. С вами все в порядке?

Чжан Цзе выглядела не очень хорошо, но ответила:

- Хорошо. Поговори с ним и перезвони мне. Но ты действительно должен хорошо подумать над моими словами, хорошо?

Чжан Цзе набрала номер мобильного телефона Чжоу Сяна, а затем ушла.

Чжоу Сян потащил свое истощенное тело домой. У него не было времени на отдых, так как он весь день работал не покладая рук.

Войдя в дом, он услышал чей-то плачь. Чжоу Сян был ошеломлен. Присмотревшись, он увидел лежащую на диване Чэн Ин.

- Мама? Что случилось? – обеспокоенно спросил Чжоу Сян.

Чэн Ин увидела, что он вернулся.

- Ты вернулся, я забыла приготовить….., - быстро вытерев слезы, ответила она.

- Мама, все в порядке. Я не голоден, почему ты плачешь? Что произошло?

Чэн Ин просто смотрела на него и молчала. После неоднократных вопросов, она снова расплакалась и рассказала ему, что вчера она пошла в агентство, чтобы подать заявку на обучение. В конце концов, это оказалось обманом. Она внесла залог в триста иен, но эти люди исчезли.

Хотя сумма не была большой, они жили в бедности, и Чэн Ин была действительно удручена.

Эта женщина уже пережила столько несчастий в своей жизни,  что любая мелочь могла глубоко ее ранить.

Чжоу Сян чувствовал невыносимую боль. Он не мог обвинить Чэн Ин в том, что она не дождалась его. Он приходит домой крайне уставшим, поэтому, видимо, Чэн Ин догадалась, что он не может найти время для похода с ней в агентство и пошла сама. Она на самом деле не ожидала, что ее могут обмануть.

Деньги…. Учитывая отсутствие денег, все действительно казалось сложнее.

Дело не в том, что Чжоу Сян не мог терпеть страдания. Он потерял своих родителей еще в начальной школе и много лет жил один. Однако, с тех пор, как он повзрослел, ему никогда не приходилось беспокоиться о деньгах. Его родители оставили ему квартиру и свои банковские сбережения. Кроме того, ответственная за несчастный случай сторона платила компенсацию, а также погашала все расходы на воспитание и оказывала денежную поддержку. Хотя большая часть этого была потрачена к его совершеннолетию, к тому времени он уже стал сам зарабатывать себе на жизнь, поэтому никогда не был обременен долгами. Таким образом, он никогда не чувствовал такого отчаяния и беспокойства из-за денег.

Он ощущал тяжесть, мешающую ему дышать.

- Я думала, что когда ты проснешься, кошмар закончится…. Но…. Когда мы сможем погасить такой огромный долг?

Чжоу Сян обнимал эту хрупкую женщину и утешал ее. Несмотря на свою физическую и умственную истощенность, он не мог оставить мать в покое. Это было слишком неправильно с его стороны. Он не мог этого сделать. Неважно, насколько это трудно, он мужчина, сын и единственная надежда Чэн Ин. Он должен был стиснуть зубы и вынести все трудности.

Чжоу Сян вспомнил о своей собственной банковской карте. Получив свою карту, он может ввести пароль и снять деньги. Но он уже «мертв». Что он сможет сделать, если его банковский счет уже аннулировали? Он не знал, как распорядились его имуществом после смерти. У него не было родственников, которые могли бы помочь ему разобраться с этими вещами.

Он знал, что квартиру вернуть уже невозможно. Но он должен был найти способ вернуть свои деньги, свои банковские сбережения. До тех пор, пока он получит триста тысяч иен, оставшиеся десять тысяч иен могут быть погажены в течение двух-трех лет, если он будет жить также скромно.

Это была его  самая большая надежда.

На следующий день он ушел с работы на час раньше и пошел в местный полицейский участок, чтобы посмотреть на свое свидетельство о смерти. Он взял реквизит своей компании – фальшивую идентификационную карточку репортера и вклеил в нее свою собственную фотографию. Затем, он сообщил сотруднику гражданской полиции, что является репортером, желающим продолжить рассказ о съемочной группе документального кино, с которой два года назад случился несчастный случай во время проливного дождя и оползня в горах.

Он сознательно решил пойти в участок за пять минут до его закрытия. Единственным сотрудником, который остался в полицейском участке, была молодая женщина. Вполне вероятно, что она недавно начала работать и еще не знала всех правил. Так как все ушли, ей не у кого было спросить совет. Она немного нервничала. Чжоу Сян терпеливо уговаривал ее, произнося много хороших слов. Он был красивым и умел заговаривать зубы, поэтому с поддельной идентификационной карточкой девушка-полицейский позволила ему посмотреть документы.

Он долго рылся в бумагах, но так и не смог найти свое собственное свидетельство о смерти. Он искал, используя свой домашний адрес, имя и даже идентификационный номер, но все равно ничего не находил.

У него не было свидетельства о смерти? В сердце Чжоу Сяна загорелся проблеск надежды.

Затем он пошел в интернет-кафе и проверил. Если он исчез по воле несчастного случая, должно пройти два года, чтобы считать его пропавшим без вести. С момента аварии прошло уже два года, поэтому ему уже должны были оформить свидетельство о смерти. Вопрос в том, кто будет инициировать его выдачу? Никто бы не пришел сюда для того, чтобы сделать это для него. Если его родственники не были проинформированы и не хотели забирать его имущество, так как они не общались в течение многих лет. Возможно, они даже не знали о его кончине.

Если нет свидетельства о смерти, не означало ли это, что его активы не были разделены, а его банковский счет аннулирован? Он может снять деньги по пути домой? Сердце Чжоу Сяна выскакивало из груди. Подумав о своей банковской карте, которая, возможно, все еще могла быть в его квартире, он очень обрадовался. Его глаза загорелись.

Вернувшись домой, он намеренно купил фрукты.

Он не рассказал Цай Вэю о разговоре с Чжан Цзи. Во всяком случае, он все равно не планировал принимать ее предложение.

Утром, когда он пришел в компанию, его позвал к себе в кабинет Цай Вэй.

Цай Вэй спросил его, когда будет сниматься видео для игрового журнала. Чжоу Сян ответил ему, что шестнадцатого числа.

Цай Вэй похлопал себя по бедрам, и сказал:

- Это прекрасно. Отправляйся послезавтра в киностудию, у меня есть для тебя небольшая роль в драме эпохи республики. Это займет у тебя два дня, так что ничего не планируй.

Глаза Чжоу Сяна засияли. Он не ожидал, что сможет снятья в кино так скоро. Цай Вэй давал ему возможность сняться везде, где только было можно. Он действительно не знал, как его отблагодарить.

- Прекрати, не благодари меня снова. Я делаю это не для тебя. Я просто хочу, чтобы твоя мама жила немного лучше. И еще, я чувствую, что у тебя с моим приятелем предопределенная связь. Когда я вижу тебя, я всегда думаю о нем.

Чжоу Сян мог понять мышление Цай Вэя, желая сделать это для него. Но он действительно не хотел, чтобы Цай Вэй чувствовал вину. Его несчастный случай определенно случился не по вине Цай Вэя.

- Цай Вэй, это была не твоя вина, почему ты винишь себя? – не выдержав, спросил Цай Вэй.

- Как ты узнал об этом? – удивившись, спросил Цай Вэй.

- Я….Я немного слышал, к тому же, ты сам упоминал об этом. Также, я почитал об этом случае в интернете…..

- Ты не понимаешь….., - вздохнув, сказал Цай Вэй.

- Иди, продолжай работать….

Чжоу Сян посмотрел на мрачное выражение лица Цай Вэя и ощутил мучительную боль.

Двенадцатого он отправился в киностудию на окраине Пекина на работу. Эта киностудия была открыта за последние два года. Сейчас в ней снималось много древних драм. Там могло быть от двух до трех съемочных групп, которые работали одновременно.

Чжоу Сян нашел ответственного за команду, но он был очень занят. Осмотрев его с ног до головы, он просто дал быструю оценку и преувеличенно щелкнул пальцем:

- Да, квалифицирован. Иди, переоденься и нанеси грим первым. Скоро твоя сцена. Если тебе скучно, можешь прогуляться, но не уходи далеко.

Мужчина выплевывал слова, как пулемет. Прежде чем Чжоу Сян успел отреагировать, его уже не было.

Чжоу Сян беспомощно улыбнулся и взял на себя инициативу отправиться в гардеробную. Такой хаотичной команды он уже давно не видел. Весь студийный набор был хаотично занят. Порядка не было вообще. Если бы он был управляющим, то точно не организовал бы все так, как было здесь. Он даже не мог найти того, кто мог бы сказать ему, какова его роль и где его костюм.

Потратив больше часа, он переоделся и сделал макияж. Наступило время обеда. Пообедав, он понял, что его сцена начнется нескоро и решил осмотреться. Он впервые видел такую киностудию.

Он прогуливался по студии, где снимали старинный фильм. Стоя перед точной копией старинного здания, он внимательно рассматривал тщательную резьбу на карнизе и был поражен тем, насколько хорошо была спроектирована студия.

Он был так зациклен, что даже не заметил позади себя шаги. Прежде чем он успел среагировать, кто-то жестко схватил его за плечо, заставив повернуть тело.

Увидев перед собой лицо Яна Минсю, он расширил глаза.

Казалось, что время стерлось, а пространство исказилось. Мальчик, который три года назад обнимал его, совпадал с лицом человека, который сейчас на пол головы выше него. Его черты лица не изменились, все еще настолько красивые, что люди не могут отвести взгляд. Однако, юношеская наивность и высокомерие исчезли. Вместо этого на его лице появилось леденящее выражение.

Кроме того, расстояние между ними изменилось от их ранее близкого совокупления до расстояния между жизнью и смертью.

Схватив Чжоу Сяна, губы Яна Минсю дрогнули.

Не он. Это, действительно, не он.

Очевидно, он понимал, что это невозможно. Но, увидев подобный силуэт сзади, он все еще хранил каплю надежды на чудо.

Но…

Лицо Яна Минсю побледнело.

Тело Чжоу Сяна также дрожало. Ян Минсю держал его за плечо так сильно, что доставлял боль, но он ничего не говорил ему. Ему нужна была эта боль, чтобы напомнить себе, что нужно оставаться спокойным.

Его ноги стали ватными. Снова столкнувшись с Яном Минсю, он уже не мог оставаться спокойным. Он хотел бежать, чтобы уйти от него как можно дальше. В противном случае, он бы стал кем-то, кто не является самим собой.

- Ты…. Что ты делаешь? – спросил Чжоу Сян.

Ян Минсю сразу же взял его за руку и холодно посмотрел на него.

Это не он, просто незнакомец. Но он уже однажды встречал его. Обычно, Ян Минсю не запоминал посторонних людей, но он явно помнил первую встречу с этим парнем. Ритм его сердца был подобен ритму бушующих волн, поднимающих бурю на море. Два раза подряд этот человек заставил его потерять над собой контроль. Кто он такой?

Помощник Яна Минсю тупо уставился на него. Почему он так заинтересовался этим человеком во второй раз?

- Минсю, ты знаешь его? – тихо спросил помощник.

Ян Минсю неподвижно стоял и смотрел на Чжоу Сяна.

- Не знаю, - холодно произнес он.

Он хотел повернуться и уйти, но не мог сдвинуться с места. Этот человек дарил ему неописуемое чувство, заставляя его испытывать необъяснимое чувство.

Чжоу Сян тайно ущипнул себя. Боль заставила его очнуться.

- Ян Минсю, я знаю вас, но вы точно не знаете меня. Что вы от меня хотите? – спокойно спросил он.

Ян Минсю промолчал. Он посмотрел на него с головы до ног, еще раз удостоверившись, что перед ним не тот человек, который заслуживает его внимания.

Как раз, когда он повернулся, желая уйти, издалека донесся голос:

- Чжоу Сян, теперь твоя очередь, иди, готовься!

Тело Яна Минсю снова остановилось. Он уставился на Чжоу Сяна и спросил:

- Как тебя зовут?

Чжоу Сян сжал кулак, а на его лбу выступил холодный пот.

- Меня зовут Чжоу Сян.

Глава 45

- Тебя зовут Чжоу Сян? – стиснув зубы, переспросил Ян Минсю.

Имя Чжоу Сяна на самом деле было достаточно распространенным. В нем не было ничего особенного. Но этот человек вызывал у него эмоции, которых он никогда раньше не испытывал. Он не мог объяснить, почему обратил внимание на  этого незнакомца. Его также зовут Чжоу Сян?

Имя «Чжоу Сян» - это проклятие, которое может мгновенно нанести его сердцу сильную боль. Почему, почему этого человека также зовут Чжоу Сян? Бог хочет ему что-то передать?

Чжоу Сян прошел мимо Яна Минсю и быстро побежал к съемочной площадке драмы эпохи республики. Он бежал очень быстро, не оборачиваясь, пытаясь оставить позади все свои страдания и душевное равновесие вместе с этим человеком, который заставил его нервничать.

Ян Минсю неподвижно стоял в течение нескольких минут.

Его помощник с тревогой непонимающе смотрел на него.

- Посмотри на него, - сказал ему Ян Минсю.

Роль Чжоу Сяна была очень проста для этой драмы. Он просто должен был сыграть одноклассника, который помогает главному герою завоевать сердце героини. Когда главный герой будет изо всех сил стараться проявить свою любовь к девушке, он должен будет просто дать ему несколько советов, а затем сыграть какие-то эмоции. Все.

Сюжет довольно прост, но  было семь дублей.

Когда каждый снимал свои сцены за один-два дубля, его поведение явно вызывало недовольство у других. Его незаменимая вспомогательная роль впустую тратила время. Лицо Чжоу Сяна вспыхнуло от стыда. Чем сильнее он хотел оправиться от шока от столкновения с Яном Минсю и успокоиться, тем больше он не мог этого сделать.

Он либо забывал свои слова, либо застывал посреди сцены. Будучи каскадером в течение стольких лет, он играл десятки вспомогательных ролей, которые требовали от него показать свое лицо. Такой ситуации никогда не случалось ранее. Это побуждало в нем желание дать себе пощечину.

Если бы не Цай Вэй, то ответственное лицо уже давно бы выгнало его.

В конце концов, он смог принудительно завершить съемки, положив конец пыткам этого дня.

Неожиданно, после того, как работа была закончена, пришел Цай Вэй. Чжоу Сян волновался по поводу своей сегодняшней работы. Он чувствовал, что опозорил Цай Вэя, но Цай Вэй все же пришел к нему. Это вызывало еще больший стыд. Ответственное лицо, должно быть, позвонило Цай Вэю, чтобы пожаловаться на него, поэтому он пришел.

Увидев его, Цай Вэй сразу же улыбнулся.

- Я знаю, что ты хочешь сказать, но тебе не нужно ничего говорить. Впервые все нормально. Позволь мне рассказать тебе шутку. Она о моем приятеле Чжоу Сяне. Впервые, он снимался в кино в сцене с моделью, почти такой же высокой, как и он. Режиссер положил ему под ноги коробку, но он забыл о ней, когда началась стрельба, и упал прямо на модель, которая была в ярости. Хахаах. Он чувствовал себя еще более неловко, чем ты.

Чжоу Сян уставился на Цай Вэя. Впервые взяв на себя эту второстепенную роль семь или восемь лет назад, он действительно случайно упал на модель. Цай Вэй в то время стоял в стороне, наблюдал за съемками и все время смеялся над ним. Затем, они пошли в бар и напились. В то время это не казалось чем-то особенным. Пока там были спиртные напитки и их дружба, они просто весело проводили время.

Куда исчезла эта героическая смелость? Могла ли она умереть вместе с его телом?

Чжоу Сян покраснел и чуть  не расплакался.

Увидев его красные глаза, Цай Вэй произнес:

- Почему ты плачешь? Этим ты сильно отличаешься от моего приятеля. Он бы никогда не стал плакать из-за чего-то подобного.

- Ты не должен плакать! Перестань!

Чжоу Сян покачал головой и улыбнулся.

- Конечно, нет! С чего бы мне плакать?

Похоже,  он совсем не такой, как «Чжоу Сян». Он был оптимистичным и непредубежденным человеком. Он всегда придерживался беззаботной перспективы во всем и обычно был свободен от своих забот. По его мнение в мире не было чего-то более болезненного и страшного, чем его потеря родителей. Он уже преодолел это. Что еще могло сбить почву из под его ног?

Ка он мог позволить себе стать кем-то вроде обиженной на мужчину женщины, и даже бросить свою жизнь?

В чем заключалась задолженность в триста семьдесят тысяч иен? Будучи живым, он может ее погасить. Так что, если жизнь немного сложнее? По крайней мере, он может бегать, двигаться и видеть мир вокруг себя. Возможность снова жить – самый большой подарок, который преподнес ему Бог.

В этот момент Чжоу Сян почувствовал, что его настроение немного улучшилось. Несмотря на подавленность от разговора с Яном Минсю и долгов, он начал учиться балансировать, просвещать себя и думать о позитиве. У него была мать, а также хороший приятель Цай Вэй.

Цай Вэй похлопал его по плечу.

- Это действительно хорошо. Ты впервые снялся в фильме. То, что у тебя не все получилось, нормально. Спустя несколько съемок, у тебя все будет хорошо.

- Цай Вэй, я так счастлив, что встретил тебя, - кивнув, сказал Чжоу Сян.

- Да, тебе очень повезло. Будь оптимистом. Все трудности пройдут. Пошли. Я приглашаю тебя на ужин к себе домой. Я уже сказал своей жене, что собираюсь сегодня прийти на ужин с другом.

- Замечательно. Я очень хочу увидеть твоих близнецов.

Он погиб как раз незадолго до родов жены Цай Вэя. Согласно результатам узи было известно, что у них родятся девочки-близнецы, которых Чжоу Сян видел как своих крестных дочерей. Он чувствовал, что никогда не станет отцом, поэтому хотел заботиться о детях Цай Вэя, как о своих собственных. Неожиданно, все пошло не по его плану. Теперь, вспомнив об этом, он понял, что девочкам уже два года.

Удивительно, но Цай Вэй был в шоке. Он странно посмотрел на Чжоу Сяна и переспросил:

- Близнецы?

Чжоу Сян был ошеломлен. Он вспомнил, что это действительно были девочки-близнецы. Но не ошибся ли он?

- Кто тебе сказал, что у меня близнецы? – приподняв бровь, спросил Цай Вэй.

Чжоу Сян внезапно занервничал. Что он сказал не так? Он только понял, что сказал слишком много.

- Слышал…. Слышал об этом от других.

- У моей жены были близнецы, но она родила одного ребенка. Другой умер еще в утробе. Об этом никто не знал. Откуда ты это знаешь? От кого ты это услышал?

Чжоу Сян почувствовал, что у него темнеет в глазах. Он не ожидал, что, будучи таким осторожным, закончит тем, что скажет не то. Он никогда не думал, что сделает такую небрежную ошибку.

Цай Вэй ничего не заподозрил. Он просто подумал, что коллеги узнали тайну его семьи. Смерть одного из детей было болезненной утратой для их пары. Они не хотели, чтобы кто-то знал об этом. Он всегда думал, что об этом никому не известно. Он не ожидал, что секрет, который он так тщательно хранил, не являлся таковым. Как даже такой новичок, как Чжоу Сян, узнал об этом?

Это сделало его разъяренным и подозрительным.

Если Чжоу Сян знал об этом, то, как он мог не знать, что один из них не родился? Неужели он действительно не знал об этом, или прослушал?

Цай Вэй пристально посмотрел на него.

- Кто тебе сказал об этом?

Чжоу Сян побледнел.

- Я забыл, может быть, я все перепутал. У Бай Цзе только что родился ребенок? В тот день все говорили о детях, и кто-то упомянул, что у тебя близнецы. Я определенно что-то неправильно понял. В тот день было слишком много людей. Я запутался. Должно быть, я тебя с кем-то перепутал.

Цай Вэй действительно не верил такому объяснению. Он думал, что Чжоу Сян боится его расстроить, поэтому намеренно скрывал правду. Но даже занявшись этим вопросом, он бы ничего не добился, поэтому Цай Вэй решил не продолжать допрос. Он просто счел это странным. Как эта информация просочилась?

О состоянии его жены знал только Чжоу Сян. Кроме него никто не знал о том, что его жена беременна двойней. Чжоу Сян определенно не был болтуном. Он знал этого парня в течении многих лет и был в нем уверен.

Так кто же мог это сказать? Как мог узнать об этом этот молодой человек? Цай Вэю показалось это очень странным. Но он не мог сказать, что не так, поэтому смог скрыть свои истинные эмоции.

- Если люди будут сплетничать обо мне в будущем, не забудь сообщить мне об этом.

Чжоу Сян кивнув, подумав, что в будущем ему следует хорошо обдумывать свои слова. Он не должен совершить такую ошибку снова.

Чжоу Сян сел в машину к Цай Вэю. Неподалеку в машине сидел Ян Минсю со своим помощником. Взгляд Яна Минсю был прикован к Чжоу Сяну, пока их машина не исчезла с его поля зрения.

Он тоже работает под руководством Цай Вэя?

Почему так много совпадений с Чжоу Сяном? Эти совпадения слишком странные. Как будто бы их жизненные пути пересекаются…..

Ян Минсю еще больше заинтересовался этим человеком.

- Сделай так, чтобы он снимался со мной в одной сцене, - сказал он своему помощнику.

Помощник Цзян кивнул, приняв к сведению инструкции Яна Минсю.

Глава 46

Чжоу Сян в доме Цай Вэя увидел маленькую девочку. Она бегала повсюду и казалась очаровательной. Гость ей понравился особенно, поэтому она прилипла к нему, как только он вошел.

- Странно, моя малышка обычно ведет себя очень сдержанно с незнакомыми людьми. Она никогда ни с кем так не сближалась. Ты первый, - улыбнувшись, сказал Цай Вэй.

Держа маленькую девочку на  руках, Чжоу Сяна переполняли эмоции. Когда она была еще в животе жены Цай Вэя, он нежно к ней прикасался. Он даже мог вспомнить ее едва уловимые движения внутри живота. Но сейчас этот ребенок стал уже таким большим. Чжоу Сян умер и вернулся к жизни, а маленький человек на его руках – это чисто новая жизнь. На мгновение, на него нахлынули всевозможные чувства.

Во время ужина Чжоу Сян чувствовал себя очень неловко. В конце концов, он был очень близок с Цай Вэем и его женой. В течение дня он уже сказал лишнее. Теперь, он стал еще более осторожен. Жена смеялась над ним, говоря, что он очень застенчив. У Чжоу Сяна действительно были невыразимые страдания.

После обеда Чжоу Сян отказался от предложения Цай Вэя отвезти его домой. Вместо этого он  сел на автобус.

Когда он вернулся домой, было уже десять вечера. Чэн Им все еще ждала его, чтобы накормить куриным лечебным  супом.

Чжоу Сян понимал, что испытывать такую материнскую любовь было величайшим подарком со времени его перерождение. Это было самым ценным для него.

Помощник Яна Минсю Сяо Цзян связался с Цай Вэем наследующий день. Мужчины были знакомы, но не слишком близко. Однако, Сяо Цзян был уверен, что Цай Вэй определенно согласится на его предложение. В конце концов, сняться в рекламе с Яном Минсю для новичка огромный подарок Небес.

Он никогда не думал, что Цай Вэй категорически откажется.

Сяо Цзян был шокирован. Что не так с Цай Вэем, не нанесет ли его решение вреда карьере Чжоу Сяна? Выпадет ли ему еще раз в этой жизни такая возможность?

Сяо Цзян допрашивал Цай Вэя, однако Цай Вэй не посмел признаться в своей ненависти к Яну Минсю. Цай Вэй был шокирован тем, что Ян Минсю заинтересовался Чжоу Сяном, поэтому подсознательно отказывался.

- Я полностью заполнил время Чжоу Сяна работой, поэтому он очень занят. Более того, он плохо себя чувствует и не может работать слишком много, - сделав паузу, просто ответил Цай Вэй.

Эти слова были, очевидно, его нерешительным ответом. У Сяо Цзяня были свои сомнения, но он не хотел прямо указывать на это. Так как Цай Вэй высказался подобным образом, он не мог заставить его передумать. Он мог только повесить трубку и обсудить свои дальнейшие действия с Яном Минсю.

Этот телефонный звонок помощника Цзяня сделал Цай Вэя еще более настороженным. Услышав о предыдущем инциденте с Яном Минсю, когда ему не позволили дойти до лифта, он уже был очень взволнован. Он не понимал, что не так. На этот раз Ян Минсю лично приглашал Чжоу Сяна сняться с ним в рекламе. Эти два человека настолько далеки, что даже не могут стоять рядом, почему Ян Минсю выбрал именно Чжоу Сяна?

Цай Вэй не хотел, чтобы Чжоу Сян знал об этом, потому что он ненавидел Яна Минсю. Ян Минсю косвенно убил Чжоу Сяна. Он не хотел, чтобы и этот Чжоу Сян пострадал от его рук. Он чувствовал, что это плохое предзнаменование.

Именно поэтому Цай Вэй ничего не рассказал Чжоу Сяну. Он боялся, что Чжоу Сян соблазнится деньгами.

….

В конце концов, Чэн Ин нашла законного агента и начала обучаться работе гувернантки. Найдя себе занятие, она воспарила духом. Чжоу Сян был очень рад видеть ее такой.

Спустя месяц у Чжоу Сяна была нормальная зарплата с дополнительным доходом от рекламы и короткометражных фильмов. В целом, она составляла более десяти тысяч иен. Чжоу Сян был очень доволен таким началом. Если он сможет поддерживать такой доход, то погашение долго не за горами.

Чжоу Сян проводил свое свободное время на тренировке. Чэн Ин ежедневно его откармливала куриным лечебным супом. После двух лет лежания в постели его мышцы были очень слабыми, и он не мог ловко двигаться. Он почувствовал это, снимаясь в игровом видео. В будущем, он хотел достигнуть уровня производительности своего прошлого.

Он все еще надеялся работать каскадером, если это будет возможно. Хотя столкновение с Яном Минсю и Ван Юдуном в индустрии развлечений очень вероятно, эти опасения не так важны по сравнению с пропитанием. Быть актером боевых искусств – его основной навык. Это то, в чем он наиболее компетентен и хорош. Он делал это в течение восьми лет и полагался на эти умения в качестве своего дохода. Чжоу Сян не знал, чем ему заниматься, кроме этого.

Если бы не встреча с Цай Вэем и его помощь, ему бы было сложно устроиться на такую работу. У него не было диплома, дополнительных навыков и знакомств. Возможно, он бы смог устроиться охранником или продавцом. Такая жизнь была бы определенно сложнее, чем сейчас.

Теперь, проснувшись в молодом и привлекательном теле, он надеялся попасть в индустрию развлечений с помощью Цай Вэя. Даже работая второстепенным актером доходов будет достаточно, чтобы содержать себя и Чэн Ин.

Он позиционировал себя как актер боевых искусств. В этом была его самая большая сила. Для достижения этой цели он должен был ежедневно тренировать свое тело.

В субботу Чжоу Сяну позвонил Цай Вэй и попросил его прийти в компанию.

Чжоу Сян поинтересовался причиной.

- Наш босс возвращается из-за границы и хочет тебя видеть, - радостно ответил Цай Вэй.

Президент Ван?

- Почему президент Ван заинтересовался мною? – спокойно спросил Чжоу Сян.

- Я только что упомянул ему о тебе. Приезжай и познакомься с шефом. Прояви себя. О, кстати президент Ван также привел кое-кого, ты, наверное, его знаешь.

- Кого?

- Столп нашей компании, Лан Сиронг.

Сердце Чжоу Сяна сжалось.

Повесив трубку, он быстро вышел из дома. Находясь в автобусе, он посмотрел на свое отражение в лобовом стекле и подумал: «Ты уже не тот Чжоу Сян. Будь осторожен, когда говоришь».

Никто бы не смог поверить, что душа мертвого человека переродилась в чужое тело. Он не должен об этом говорить.

Прибыв в компанию, Чжоу Сян пошел в знакомый кабинет президента Вана. Войдя в кабинет, он увидел трех общающихся между собой людей.

Наигранно занервничав, он поздоровался с президентом Ваном. Тогда, он не мог не обратить внимания на Лан Сиронга.

Лан Сиронг за два года не сильно изменился. У него было все тоже детское улыбающееся лицо. Он выглядел очень мило. Казалось, годы не оставили на нем никакого следа, кроме непостижимых бездонных глаз.

Лан Сиронг мельком взглянул на него и нахмурился.

Он уже слышал от Цай Вэя, что этого человека также зовут Чжоу Сян и у него много общего с его другом, но он не верил этому. Чжоу Сян – распространенное имя, что его Чжоу Сян отличался от всех остальных.

Однако, увидев этого человека, его сердце дрогнуло.

Лицо было другим, но тело действительно очень похоже…. А его темперамент…. Его спокойствие и холодность…. Он молод, но внушает доверие.

Когда их взгляды соприкоснулись, выражение лица Чжоу Сяна проявило непостижимую фамильярность, которая заставила Лан Сиронга почувствовать себя несколько неуверенно.

Цай Вэй был прав. Этот парень очень похож на Чжоу Сяна.

Лан Сиронг мгновенно помрачнел, почувствовав боль в груди. Чжоу Сян….

Президент Ван долго смотрел на  Чжоу Сяна, а затем тяжело вздохнул и сказал:

- Судьба. Это судьба.

- Президент Ван, жизнь этого парня не легка. Мать Чжоу Сяна была вынуждена одолжить много денег на его лечение, поэтому если есть какая-то работа, пожалуйста, предложите ее ему, - указав на Чжоу Сяна, сказал Цай Вэй.

- Я понял. Сиронг, в твой клип не требуется актер мужского пола? Его фигура подойдет?

- Да, - пристально посмотрев на Чжоу Сяна, ответил Лан Сиронг.

-  Я тоже так подумал. Тем более, он выглядит не так хорошо, как ты, - пошутил президент Ван.

- Нет человека более привлекательного, чем он, - воспользовавшись возможностью, польстил Чжоу Сян.

Все любят лесть, особенно президент Ван. Чжоу Сян раньше полагался на его слова, делая его счастливым. Вследствие этого президент Ван обеспечивал его работой. Иначе, как незначительный каскадер мог находиться в теплых отношениях с президентом Ваном?

Президент Ван любил людей, которые знают свое место, поэтому улыбнулся и скаазал:

- Пусть Чжоу Сян возьмет эту работу, но, прежде, позвольте мне сказать.

- Чжоу Сян, ты должен сделать все идеально. Этот клип отличается от тех небольших подработок, которые ты имел раньше. Это один из главных клипов для альбома Лан Сиронга. Его продажи достигли миллиона. Многие люди мечтают о второстепенной роли. В дань уважения к Цай Вэю и моему бывшему сотруднику Чжоу Сяну, я дам тебе эту возможность. Если ты не справишься, то немедленно отказывайся от этой роли.

Чжоу Сян был настолько взволнован, что чуть не подпрыгнул.

Иметь возможность засветиться в клипе Лан Сиронга было эффективнее в съемках сотни рекламных роликов.

- Твой взгляд сносен. Почему бы тебе не сделать двойные веки. Я даже оплачу тебе операцию по коррекции подбородка!

Чжоу Сян был шокирован. Он не хотел делать пластическую операцию. Он знал, что его лице довольно привлекательно.

- Президент Ван шутит с тобой, - рассмеявшись, сказал Цай Вэй.

- Все в порядке, - внезапно сказал Лан Сиронг.

- Ты действительно должен постараться и хорошо отработать, - мельком взглянув на Чжоу Сяна, продолжил он.

Сказав это, Лан Сиронг вздохнул, повернулся и вышел.

- Что с ним сегодня? Он ведет себя так странно…., - нахмурившись, сказал президент Ван.

- Он был в очень хороших отношениях с Чжоу Сяном. Эти двое были как братья. Когда с Чжоу Сяном случилась трагедия…. Вы сами знаете, что он чуть не сошел с ума…

Президент Ван кивнул.

- Но прошло уже два года. Этот парень слишком сентиментален.

Чжоу Сян опустил голову и вздохнул.

Президент Ван и Цай Вэй должны были поговорить наедине, поэтому Чжоу Сян вышел. В коридоре он наткнулся на Лан Сиронга.

Лан Сиронг просканировал его взглядом.

- Господин Лан, я очень рад, что у меня появилась возможность сняться в вашем клипе. Спасибо вам, за предоставленный шанс! – улыбнувшись, сказал Чжоу Сян.

- Называй меня просто по имени и на «ты». Ты ведь старше меня, верно?

- Да, мне почти двадцать семь, я немного старше тебя.

Лан Сиронг вытащил свой мобильный телефон и сказал:

- Оставь мне свой номер мобильного телефона. Я попрошу своего помощника проинформировать тебя о графике.

- Хорошо.

После того, как они обменялись номерами телефонов, Лан Сиронг снова посмотрел на него. На его губах появилась ироничная улыбка.

- Тебе очень повезло.

Чжоу Сян был ошеломлен.

- Если бы у тебя было другое имя….. Если бы ты не был  так похож на него…. Никто бы не стал помогать тебе. Ты должен быть благодарен Чжоу Сяну.

- То, что ты сказал, правда, - опустив глаза, сказал Чжоу Сян.

Лицо Лан Сиронга на мгновение побледнело. Он вздрогнул, сунул телефон в карман и сказал:

- Уходи. Я хочу некоторое время побыть один.

Заметив его выражение лица, Чжоу Сян почувствовал себя крайне расстроенным. Сопротивляясь желанию утешить его, он пошел в противоположном от Лан Сиронга направлении.

Так как он в сознании каждого был «мертвым», просто позвольте ему умереть.

Глава 47

Чжоу Сян получил звонок от президента Вана в субботу утром. В то время он спал, но, увидев имя звонящего, мгновенно проснулся.

- Доброе утро, президент Ван!

- Ах, Чжоу Сян, ты еще спишь?

- Да. Я вчера слишком устал.

- Боюсь, сегодня ты устанешь еще сильней. Вставай. Я договорился для тебя о рекламе. Сейчас же отправляйся туда.

- А? Сейчас?

- Да, большая звезда хочет видеть только тебя. Он даже лично позвонил мне!

Голос президента Вана прозвучал несколько странно.

- Кто это?

- Ян Минсю.

- Ян Минсю? – настороженно переспросил Чжоу Сян.

Президент Ван принял его настороженность за волнение.

- Да, Ян Минсю. Я не знаю, что он разглядел в тебе, но это прекрасная возможность. Тебе очень повезло…. Сниматься с Яном Минсю, а также в клипе Лан Сиронга небывалая удача. Твое будущее станет намного ярче. Однако, клип Лан Сиронга все еще находится на этапе планирования и до начала съемок пройдет еще несколько месяцев. Сейчас, ты можешь заняться этой работой. Поскольку удача на твоей стороне, поторопись и отправляйся на съемки.

- Это…. Цай Вэй ничего не говорил мне.

- Кто знает, о чем думает Цай Вэй, не позволяя тебе соглашаться на эту работу. Позже, я сам узнаю у него причину отказа. Вставай и собирайся.

Чжоу Сян думал о том, как отказаться.

- Президент Ван, я не смогу, у меня сегодня есть кое-какие дела, - озвучил он.

- Какие дела?

- У меня есть…. У меня есть еще одна работа сегодня.

- Это пустяки. Пусть Цай Вэй отправит кого-то другого. Это мелкая подработка, с которой справится любой другой красивый парень. Твое присутствие там необязательно. Ян Минсю выбрал тебя, поэтому ты должен идти. Не хочу больше ничего слушать. Поспеши и будь готов. Я пришлю за тобой водителя.

- Но президент Ван….

Чжоу Сян знал, что говорить что-либо еще бесполезно. Конечно, президент Ван не мог отказать Яну Минсю в этой маленькой услуге. Но теперь Чжоу Сян должен был терпеть боль в своем сердце, находясь в непосредственной близости со своим бывшим парнем.

Чжоу Сян встал, умылся и похлопал себя по щекам, чтобы как можно скорее успокоиться.

Услышав шум, к нему подбежала взволнованная Чэн Ин и шокировано спросила:

- Сынок, что ты делаешь? Не нужно бить по лицу так сильно!

- Все нормально. Я должен идти на работу и пощечины помогают мне поскорее проснуться, - улыбнувшись, ответил Чжоу Сян.

- С тех пор, как ты начал работать, у тебя практически не было выходных. Конечно, нам нужны деньги, но твое здоровье намного важней. Если ты снова заболеешь, все будет бессмысленно. Не пренебрегай своим здоровьем, чтобы работать так неустанно, - сказала Чэн Ин.

- Мама, ты слишком много об этом думаешь. Моя работа не утомительна. Я просто делаю несколько движений перед камерой, разве это сложно?

- Но ты…. Ты должна побольше отдыхать. В последнее время твое лицо очень бледное.

Посмотрев на Чэн Ин, Чжоу Сян подумал о питательных веществах куриного бульона. Несмотря на то, что он набрал некоторый вес, Чэн Ин также пила его, но почему-то выглядела очень плохо.

- Твоей матери почти шестьдесят. У меня не может быть кожа, как у молодой девушки, верно? Мне вообще не нужен отдых. Дома сидеть скучно. Возвращайся сегодня пораньше. Я собираюсь приготовить креветок.

Что-то бормоча, Чэн Ин вытирала с полу воду, которую разбрызгал Чжоу Сян. Чжоу Сян опустил голову и посмотрел на хрупкий выпуклый позвоночник Чэн Ин, чувствуя боль в своем сердце.

Не думай о Яне Минсю…. Думай о деньгах. Приняв предложения Яна Минсю, ты сможешь заработать хорошие деньги. Это то, о чем тебе следует думать.

Он был крайне озадачен тем, почему Ян Минсю настаивал на съемках с ним.

Через полчаса водитель, которого отправил президент Ван, уже ожидал его около подъезда.

Сидя в машине Чжоу Сян размышлял над тем, почему Цай Вэй не позволил ему взять эту работу. Может быть, он ненавидел Яна Минсю? Но Цай Вэй действительно принес пользу президенту Вану, потому что теперь он мог недорого оказать услугу Яну Минсю. Что касается его чувств и трудностей, то, очевидно, такой человек, как президент Ван, совершенно не думал об этом.

По мнению президента Вана, участие в рекламе с Яном Минсю для такого человека, как Чжоу Сян, действительно подарок.

Чжоу Сян саркастически улыбнулся.

Прошло более двух месяцев с тех пор, как он проснулся в новом теле. Изначально, ему было неудобно и неловко. Теперь, он, наконец, чувствовал себя полностью интегрированным в это тело.

Последние два месяца он дрожал от страха. Фактически, он не имел личного мнения, особенно встречаясь со знакомыми людьми. Он боялся сказать что-то не то и вызывать подозрения. Несмотря на неоднократные напоминания себе о том, что больше не является Чжоу Сяном, он все же несколько раз ошибся, даже будучи очень осторожным. Для полностью зрелого человека подсознательно измениться и заставить себя приспособиться к новой идентичности – чрезвычайно трудная вещь. Это было за гранью его воображения, но он постепенно справился с этим.

Признав это тело, он также постепенно вернулся к своей прежней личности. Он, Чжоу Сян, не должен выглядеть трусом с нечистой совестью, встречаясь с кем-либо. Никто не сможет поверить в такую невероятно странную вещь, как переселение души. Это будет секретом его жизни. Но это не означает, что теперь ему придется всю жизнь жить в тени. Он должен выйти и показать свое прежнее спокойное и оптимистичное «Я», чтобы начать новую жизнь. Он моложе предыдущего Чжоу Сяна, поэтому имеет большее количество преимуществ. Теперь, у него даже есть семья. Как бы он на это ни смотрел, ему повезло, потому что могло быть и хуже. Единственное, что ему нужно было сделать, это полностью отказаться от своего прошлого и полностью вычеркнуть из своей жизни Яна Минсю. Этот процесс будет чрезвычайно болезненным, но он все равно сделает это. В противном случае…..

Первый шаг, который он должен был сделать – это спокойно противостоять ему. Он должен был встретиться с человеком, с которым он жил и которого когда-то безответно любил. Он должен был полностью забыть об этих неудачных отношениях и позволить им стать настоящими незнакомцами.

Проведя тщательный психологический анализ по дороге в студию, Чжоу Сян почувствовал себя намного лучше, чем сразу после получения звонка.

Выйдя из машины, он увидел помощника Яна Минсю. Глубоко вздохнув, он спокойно улыбнулся и сказал:

- Привет, я Чжоу Сян. Кажется, мы уже виделись, не так ли? Как вас зовут?

- Моя фамилия – Цзян. Мы примерно одного возраста, поэтому можешь меня называть Цзян Сяо.

Учитывая то, что Цзян Сяо являлся помощником Яна Минсю, его положение нельзя было недооценивать. Однако, столкнувшись с Чжоу Сяном, Цзян Сяо не осмелился вести себя претенциозно.

- Цзян Сяо, ты очень скромен. Я никогда не снимался в рекламе, поэтому, пожалуйста, проинструктируй меня.

Чжоу Сян достал сигарету и передал ее помощнику Цзяну.

- Цзян Сяо, не хочешь покурить?

- Я не курю. Идем. Минсю уже ждет нас, - покачав головой, ответил Цзян Сяо.

Сердце Чжоу Сяна затрепетало. Тайно сжав кулак, он пошел на съемочную площадку, разговаривая и шутя с помощником Цзяном.

Они должны были снять рекламу для фирменного костюма. Сюжет должен подражать «людям в черном». Основная идея заключалась в том, чтобы люди в солнцезащитных очках и Ян Минсю, возглавляющий группу людей в черных костюмах, прошли мимо друг друга.

Несмотря на то, что сцена выглядела глупо, после включения компьютерных спецэффектов они будут выглядеть так, как будто  бы путешествуют взад и вперед в космосе с невероятной силой.

Прибыв на место съемок, Чжоу Сян понял, что является одним из дюжины актеров в черных костюмах. Он вздохнул с облегчением. Находясь в толпе, он будет менее заметным.

Когда он вошел в студию, Ян Минсю вышел из гримерной. Он уже был одет в черный костюм, а его лице был нанесен грим. Ему не нужно было носить солнцезащитные очки, поэтому уголки его глаз были окрашены очевидными тенями. Как описать макияж его глаз? Уголки были слегка приподняты, подходя красивому безупречному лицу Яна Минсю. Его внешний вид оставлял очень странное и чарующее чувство. Поднимая глаза, он очаровывал людей, словно злой дух и сводил людей с ума.

Хотя Чжоу Сян спал с ним в течение года, бывали случае, когда он все же был ошеломлен его внешностью. Сегодняшний день не был исключением. Красота – это вечная радость. Никто не мог уклониться от этой нормы. Если бы Ян Минсю не выглядел так, Чжоу Сян не захотел бы сблизиться с ним.

Ян Минсю пристально смотрел на него несколько секунд. Этого было достаточно, чтобы Чжоу Сян вспыхнул в холодном поту.

Чжоу Сян не хотел показаться пассивным, поэтому, прежде чем Ян Минсю успел среагировать, просто подошел к нему и широко улыбнулся.

- Господин Ян, мы встретились снова. Я действительно не ожидал, что вы станете искать меня для совместных съемок. Я не знаю, как вас благодарить. Хотите сигарету?

Он знал, что Яна Минсю больше всего на свете раздражала лесть людей. Чжоу Сян хотел вынудить Яна Минсю отказаться от желания увидеть его снова.

Если бы он мог время от времени видеть неописуемую непревзойденную красоту Яна Минсю, а Ян Минсю никогда не знал, что в этом мире существует такой человек, как он, это был бы лучший конец их истории.

Конечно же, Ян Минсю был ошеломлен. Возможно, из-за того, что инициатива и энтузиазм Чжоу Сяна полностью отличались от предыдущих двух встреч, Ян Минсю счел его поведение странным. Способ, с помощью которого он пытался угодить ему, был похожим на методы других людей. Как Минсю мог подумать, что этот человек похож на Чжоу Сяна? Ян Минсю был зол.

Он молча посмотрел на Чжоу Сяна, а затем прошел мимо него так, как будто бы не был обеспокоен увиденным.

Рука Чжоу Сяна все еще оставалась висеть в воздухе. Он не чувствовал смущения. Спокойно опустив руку, он повернулся и пошел в гримерку.

Меняя одежду, нанося макияж и получая реквизит, Чжоу Сян готовился к съемкам так же, как и десять остальных актеров, одетых в черные костюмы.

Чжоу Сян постепенно успокоился. Независимо от того, что цель Яна Минсю состояла в том, чтобы он пришел, теперь он (Ян Минсю) даже не смотрел на него. Чжоу Сян был раз сняться в рекламе, забрать деньги и уйти.

Надев костюм, он  посмотрел на себя в зеркало, отметив, что ему очень идет. Еще находясь в больнице, он отметил, что лицо этого молодого парня довольно симпатичное. К сожалению, он был очень худым. Теперь, прибавив в весе, а также благодаря физическим упражнениям, его фигура становилась более выраженной. Глядя на себя сейчас, он понимал, что его рост и фигура практически такие же, какие были  в прошлой жизни.

Мужчины с одинаковым ростом и фигурой выглядят примерно одинаково, верно? Мужское тело не похоже на женское, где размер груди является очевидной характеристикой.

Несмотря ни на что, Чжоу Сян не хотел признавать, что его спина все еще похожа на спину Ван Юдуна. Он не мог видеть свой собственный силуэт спины, и не хотел его видеть.

Когда подошел сценарист, все направились в студию. Сценарист проинструктировал о том, как и в какое время идти. Затем десять с лишним человек выстроились в ряд и стали практиковать скорость ходьбы, частоту шагов, а также учиться контролировать выражение своего лица, чтобы оставаться бесстрастным.

Многие не могли сдержаться и смеялись, так как толпа мужчин в черных костюмах выглядела действительно смешно.

Чжоу Сян стоял впереди. За исключением Яна Минсю он занимал лучшую позицию. Однако, неудобство доставляло то, что Ян Минсю время от времени поглядывал на него. Его настороженное выражение лица заставило его почувствовать себя очень неловко.

Они провели все утро за тренировками. При ходьбе им следовало придерживаться последовательности и двигаться одновременно. Это стало большой проблемой для группы только что встретившихся молодых людей.

Ян Минсю был более расслаблен. Попрактиковавшись несколько раз, он уже знал, что делать, поэтому присел в стороне. Иногда он оглядывался и смотрел на Чжоу Сяна.

Чжоу Сян вспомнил, что три года назад Ян Минсю также, как и сейчас, сидел в стороне и смотрел, как он снимается. В тот день они занимались любовью в тускло освещенном туалете. После этого Ян Минсю ждал его с утра до вечера. Эта бешеная страсть ушла навсегда, но оставила воспоминания в его разуме. Неужели он действительно хочет снова погрузиться в былые чувства?

Он должен был подавить в себе эти нелепые импульсы.

После съемок в течение всего дня, реклама, наконец-то, была готова.

Чжоу Сян сознательно наблюдал за Яном Минсю во время съемок. Ян Миню нельзя было назвать талантливым актером. Во многом, это было связано с отсутствием каких-либо эмоций на его лице. Но, он очень нравился фанатам. Он определенно был единственным, кто завоевал публику благодаря своему безразличию.

Говорили, что Ян Минсю улыбался только будучи приглашенной звездой на премьеру фильма своего зятя. Некоторые люди ходили на премьеру только для того, чтобы увидеть улыбку своего кумира.

Чжоу Сян, конечно, мог представить, как улыбается Ян Минсю при встрече с Ван Юдуном.

После съемок Чжоу Сян переоделся, умылся и намеревался пойти домой.

- Чжоу Сян! – окликнул его помощник Цзян, когда он только вышел со съемочного павильона.

- Цзян Сяо, спасибо за сегодняшний день. Я не доставил вам проблем, верно? – ответил Чжоу Сян.

- Чжоу Сян, ты слишком скромен. Ты сказал, что новичок, но я заметил, что ты очень хорошо знаком со съемками. Твое выступление было лучшим.

- Отлично. Мне пора! – улыбнувшись, сказал Чжоу Сян.

- Эй, подожди….

Помощник Цзян отвел его в сторону. Убедившись, что его никто не слышит, он сказал:

- Чжоу Сян, наш Минсю хочет пригласить тебя на обед. Он ждет тебя в подземном гараже, иди.

- Это…. Зачем? – с удивлением спросил Чжоу Сян.

Помощник Цзян непонимающе посмотрел на него.

- Ты должен спросить об этом у себя. Откуда я знаю?

Чжоу Сян решительно улыбнулся.

- Я тоже не знаю. Ты не ошибся?

- Это невозможно. Поторопись! Ян Минсю не любит ждать. Будь осторожен с ним во время еды. У него плохой характер. Когда он будет говорить, просто соглашайся.

- Ты… Ты не собираешься пойти со мной?

Сердце Чжоу Сяна замерло.

- Что мне там делать? Поторопись и иди! – подтолкнув его, сказал помощник Цзян.

Чжоу Сян тяжело вздохнул и спустился на лифте в подземную парковку. Он сразу же заметил низкопрофильный Lexus Яна Минсю.

По его мнению, столичные принцы, как правило, выставляли напоказ  свою идентичность тем, что обычные люди не могли себе позволить. По меньшей мере, их машины были очень дорогими. В то время, как еда и одежда Яна Минсю должны были быть высшего качества, он не должен был выделяться. Если бы Чжоу Сян не прожил с ним в течение года, он бы не знал, что Ян Минсю изначально был таковым.

Став звездой, Ян Минсю казался еще более скромным. Машина такой марки была действительно безопасной. Никто не поверит, что такая выдающаяся звезда, как Ян Минсю, будет ездить внутри такой машины. Только Чжоу Сян знал об этом, так как они занимались сексом в этой машине много раз.

Он подошел, открыл пассажирскую дверь и присел.

- Господин Ян…

Ян Минсю посмотрел на него и спросил:

- Ты хочешь есть?

- Да.

Ян Минсю завел машину и выехал со стоянки.

Это был первый раз, когда они встретились наедине после возрождения Чжоу Сяна.

Сердце Чжоу Сяна безудержно билось. Он неоднократно спрашивал себя:

- Почему? Почему Ян Минсю выделяет его? Может быть, он что-то заметил? Нет. Это невозможно. Он не мог ничего заподозрить, верно?

Единственная возможность состояла в том, что….

Чжоу Сян вспомнил тот день, когда он столкнулся с Чжан Цзе во время прослушивания. Он все еще помнил его слова: «Твоя спина очень похожа на спину Ван Юдуна».

Сердце Чжоу Сяна замерло.

Глава 48

Ян Минсю отвез его в ресторан для членов клуба, в котором он раньше бывал с Лан Сиронгом. Все постоянные клиенты работали в индустрии развлечений, поэтому были защищены от преследования со стороны публики.

Казалось, что слава принесла много неприятностей в жизнь Яна Минсю. Трудно представить, чтобы такой человек, как он, эгоистичный и безразличный, оказался бы в кругу развлечений, где ощущалось полное отсутствие уединения. Хотя сплетни, касающиеся его персоны, были очень редки, ему все равно приходилось скрывать свое лицо. Размышления о такой жизни заставили Чжоу Сяна думать, что его жизнь трудна, особенно учитывая его сложный характер.

Официант провел их в укромное место и вежливо предложил им меню.

- Ян, пожалуйста.

Ян Минсю, казалось, часто там бывал, поскольку быстро выбрал несколько уже знакомых блюд.

Приняв заказ, официант ушел. Они сидели друг напротив друга и не знали, что сказать. Атмосфера была очень неловкая.

Чжоу Сян непреднамеренно посмотрел на Яна Минсю и был ошеломлен депрессивным выражением его лица.

Черты лица Яна Минсю не изменились, в отличие от его темперамента. От яркого, смелого на вид, высокомерного и упрямого юноши до этого замкнутого, холодного, отстраненного и неулыбчивого молодого человека.

Только один человек мог заставить его измениться до такой степени.

Несмотря на то, что с течением времени многое изменилось, на самом деле они снова сидели вместе. Но Ян Минсю не знал, кто он. Эта сцена, казалось, изменилась мгновенно, и изысканный ресторан стал старым семейным домом Чжоу Сяна, где они оба сидели лицом к лицу за столом, дегустируя блюда, которые он готовил.

В то время Ян Минсю улыбался….. Его улыбка исходила из самого сердца.

Глядя на Яна Минсю, который теперь ему так незнаком и у которого неизвестно что на уме, а затем, подумав о своем уже «мертвом» я, он мог смотреть на жизнь только через чужие глаза. Он смотрел в глаза когда-то близкому Яну Минсю, но он больше не знал его. Его внутренняя боль и печаль была подобна бурному потоку реки, который яростно заливал его сердце.

Этот момент был неописуемо болезнен.

Люди, которые не испытали подобного, никогда не смогут понять, насколько грусть, сожаление и беспомощность укоренились в его сердце.

Он отчаянно успокаивал себя, чтобы контролировать свое поведение, хотя его сердце болело, как после ударов в него ножом.

Тонкие пальцы Яна Минсю постучали по  деревянному столу.

- Тебя зовут Чжоу Сян? – тихо спросил он.

Чжоу Сян глубоко вздохнул, кивнул и ответил:

- Да.

«Ян Минсю все еще помнит меня», - подумал Чжоу Сян

Некоторое время пристально посмотрев на него, Ян Минсю отвернулся. Его полузакрытые глаза скрывали бесконечное множество эмоций.

«Он похож на него? Не похож? Спина немного похожа. Почему я заинтересовался этим человеком? Находясь рядом с ним, я испытываю странные чувства. Как будто бы что-то тянет меня к нему и заставляет за ним следить. Почему? Кроме того, у него точно такое же имя, как у Чжоу Сяна! Почему я надеюсь на это жалкое утешение?» - думал Ян Минсю.

Сердце Яна Минсю сжалось.

«Никто…. Никто не сможет заменить его», - пришел к выводу Ян Минсю.

- Господин Ян, почему вы пригласили меня на ужин? Я немного смущен.

Ян Минсю молчал. Он не знал, что ответить. Он просто чувствовал, что ему что-то нужно от этого человека, но не знал что именно. Он даже не мог объяснить это странное чувство самому себе, как он мог объяснить это кому-то еще?

- В каких ты отношениях с Цай Вэем?

Он подумал о вопросе, который хотел задать все время. Когда Сяо Цзян сказал Яну Минсю, что Цай Вэй отклонил его предложение, он очень удивился. Изначально совпадения Чжоу Сяна с Цай Вэем было достаточно, чтобы заставить его задуматься. Теперь, поведение Цай Вэя делает его еще более подозрительным.

- Вэй…. Я сотрудник Цай Вэя. Он очень заботиться обо мне.

- Почему?

- Может быть, потому что у меня такое же имя, как и у его покойного приятеля, - тихо пробормотал Чжоу Сян.

Ян Минсю хлопнул своей вилкой по фарфоровой тарелке. Его шея скованно пошевелилась.

- Что ты о нем знаешь?

Чжоу Сян тщательно обдумывал каждое слово, которое собирался сказать.

- Мне о нем немного рассказывал Цай Вэй.

- Цай Вэй…. Что он тебе рассказал?

- Только то, что он снимался в горах, с ним случилась трагедия, вследствие которой он погиб….

- Он не погиб! – внезапно закричал Ян Минсю, шокировав Чжоу Сяна.

Глаза Яна Минсю внезапно налились кровью.

- Кто тебе сказал, что он умер?

Чжоу Сян был настолько потрясен, что вспотел. Что на самом деле знает Ян Минсю?

Поведение Яна Минсю заставило его еще больше бояться говорить.

- Я не знаю…. Это то, что сказал Цай Вэй.

Казалось, Ян Минсю осознал, что потерял надо собой конроль. Он воспользовался салфеткой, чтобы изящно вытереть губы, и попытался подавить свои эмоции.

- Он не умер. Возвращайся, и скажи Цай Вэю, чтобы он не говорил полную чушь.

Эти слова были не только предупреждением для Цай Вэя, но и предупреждением для него. Чжоу Сян, безусловно, мог понять значение его слов. Он хотел спросить Яна Минсю, почему он так уверен в том, что Чжоу Сян не умер, ведь было очевидно, что он мертв. Настолько мертв, что его душа обрела чужое тело. Есть ли в этом мире кто-нибудь еще, кто может знать о своей жизни и смерти больше, чем он сам?

Но то, что он не умер, было правдой. Его душа была все еще живой.

Но почему Ян Минсю так уверен?

Размышляя, он все же не решался задать этот вопрос. Он боялся вызвать у Яна Минсю подозрения.

- Чжоу Сян не умер. Однажды, н вернется. Ты должно быть рад, что вернулся с того света. В противном случае, почему бы Цай Вэй заботился о тебе? – тихо сказал Чжоу Сян.

Это тоже правда. Цай Вэй  - это тот, кто поддерживает кодекс братства, но не является полностью сострадательной Святой Матерью. Единственная причина, по которой Цай Вэй помогал ему, по большей части заключалась в том, что Цай Вэй хотел заставить чувствовать себя лучше. Даже при том, что он никогда не винил Цай Вэя за свою смерть, Цай Вэй все еще чувствовал себя виноватым в случившейся трагедии.

- Вы правы, - угрюмо ответил Чжоу Сян.

Еда была мягкой и безвкусной. Чжоу Сяну было все равно, так как его сердце страдало от невыразимых мучений.

К счастью, Ян Минсю не продолжил эту тему. Казалось,  он относился к нему так, как будто бы он был невидимым. Ян Минсю молча закончил есть свою еду.

Вспоминая бесчисленные совместные приемы пищи, Чжоу Сян никогда не думал, что им придется вместе есть такую странную еду.

Чжоу Сян понял, что его психологическая защита недостаточно сильна. Все эти счастливые и грустные воспоминания все еще проникали сквозь трещины в его сердце, пронзая его и пронизывая дырами.

Было бы неплохо, если бы он действительно пролежал в кровати более двух лет, чтобы избавиться от этих негативных эмоций. К сожалению, хотя в действительности и прошло два года, в его сознании он спал с этим парнем всего три месяца назад. Он рано вставал, чтобы приготовить завтрак, а затем с радостью вытаскивал Яна Минсю с постели, чтобы тот поел.

Резкое изменение. За такое короткое время он испытал радикальные изменения.

Если время лечит все, то дозы, которую он принял, было явно недостаточно.

После еды Ян Минсю, похоже, не собирался приглашать его домой. Чжоу Сян также хотел уйти по отдельности, поэтому, выйдя из ресторана, они разошлись в разных направлениях.

Чжоу Сян достал свой сотовый и позвонил Цай Вэю.

Он подумал, что ему необходимо сообщить о съемках рекламы. Будучи загруженным весь день, он даже не успел проверить свой телефон.

Цай Вэй действительно ничего не знал о съемках рекламы с Яном Минсю. Президент Ван не считал нужным информировать об этом Цай Вэя. Когда Чжоу Сян рассказал об этом Цай Вэю, он был совершенно поражен.

- Почему ты не хотел, чтобы я снимался в этой рекламе? – спросил Чжоу Сян.

Цай Вэй не хотел, чтобы Чжоу Сян неправильно его понял, поэтому объяснил:

- Дело не в том, что я не хотел обеспечить тебя работой. Я просто не хотел, чтобы ты сближался с Яном Минсю.

- Цай Вэй, должно быть, у тебя были веские основания для такого решения. У меня нет повода не доверять тебе, просто любопытно, - быстро сказал Чжоу Сян.

- Ян Минсю несет огромную ответственность за несчастный случай, случившийся с моим приятелем. Я не хочу об этом говорить. Держись от него подальше, так как общение с ним не принесет тебе ничего хорошего, - глубоко вздохнув, сказал Цай Вэй.

- Цай Вэй, не волнуйся. Я запомню твой совет, - сказал Чжоу Сян.

Очевидно, что Цай Вэй обижался на Яна Минсю. Действительно, причина, по которой он попал в аварий отчасти связана с Яном Минсю.

Сказать, что он не ненавидел Яна Минсю было невозможно. Но, возродившись, появилось множество вещей важнее недовольства. Не говоря уже о том, что он не хотел иметь никаких отношений с Яном Минсю.

Чжоу Сян не сказал Цай Вэю, что обедал с Яном Минсю. Естественно, он также не упомянул предупреждение Яна Минсю (о том, что Цай Вэй говорит чепуху касаемо смерти Чжоу Сяна). Цай Вэй не болтун. Более того, сказанное Яном Минсю действительно сбивает с толку.

Однако так как Ян Минсю был уверен в том, что Чжоу Сян жив, вещи в его доме, скорее всего, были на месте. Естественно, Ян Минсю не станет оформлять свидетельство о смерти. У него не было родственников в Пекине. Если свидетельство о смерти не выдано, Бюро общественной безопасности может рассматривать это только как исчезновение. Он боялся, что его родственники имели законное право управлять его активами, но они никогда не узнают, что он скончался.

Следовательно, наличные и банковские карты, оставленные дома, скорее всего, остались в том же месте. Ян Минсю не стал бы интересоваться этими вещами. Он должен вернуться как можно скорее.

Чжоу Сян посмотрел номер мобильного телефона помощника Цзяна. Он стал планировать, как с ним сблизиться, чтобы узнать о ближайшем маршруте Яна Минсю. А затем выбрать время, когда он будет отсутствовать, чтобы вернуться домой.

Глава 49

Получив звонок от Чжоу Сяна, помощник Цзян удивился. Было много людей, которые хотели с ним связаться. Тем не менее, он не приравнивал Чжоу Сяна к остальным. Его хозяин лично пригласил его на обед. Он работал с Яном Минсю более года и никогда не видел, чтобы он уделял кому-то так много внимания. Кто знал, о чем думал его босс. Он только понимал, что не может обидеть Чжоу Сяна.

Некоторое время поболтав, Чжоу Сян воспользовался случаем, чтобы попросить помощника Цзяна представить его другим. В конце концов, он успешно узнал маршрут Яна Минсю.

Чжоу Сян знал точное время. Ян Минсю планировал лететь в Чунцин в следующий четверг. Но эта работа не была связана с индустрией развлечений. Это касалось его собственного бизнеса.

Большинство людей в кругу развлечений называли Яна Минсю «господин Ян», потому что Ян Минсю отличался от большинства актеров, которых постоянно приглашали принять участие в различных типах программ или общественных мероприятиях. У Яна Минсю был свой бизнес. На самом деле, он был довольно успешным.

Помимо съемок и реклам, Ян Минсю не участвовал в каких-либо социальных мероприятиях. Похоже, он не заботился о своей популярности, время от времени работая над тем, чтобы публика не забыла его.

По словам помощника Цзяня, Ян Минсю будет отсутствовать, по крайней мере, до воскресенья.

Чжоу Сян больше не сомневался. Он решил действовать в четверг вечером.

После ужина в четверг вечером Чжоу Сян, как обычно, смотрел телевизор с Чэн Ин. Вскоре, после десяти часов вечера, под предлогом встречи с другом, он собрался выйти на улицу. Изначально, он планировал выйти ночью и ничего не рассказывать Чэн Ин, но понял, что она уже крепко спит. Все бы гораздо усложнилось, если бы она все узнала.

Он подготовил ряд вещей: шляпу, солнцезащитные очки, маску, фонарик, плоскогубцы и т.д.

Используя все это, некто не подумает, что он вернулся в «свой дом». Они подумают, что он вор.

Чжоу Сян чувствовал себя жалким и смешным. Он должен был проникнуть в свой дом, чтобы забрать свои с трудом заработанные деньги. Ему нужно было их украсть. Другого пути не существовало. Если его поймают, то наверняка примут за вора.

Добравшись до двери своей собственной квартиры, он, некоторое время постояв около нее, набрался смелости. Убедившись, что вокруг никого нет, он быстро вытащил запасной ключ из противопожарной коробки и использовал его, чтобы открыть дверь.

В квартире было темно. В ней никого не было, но он настолько нервничал, что даже дрожал.

Бронированная дверь его квартиры была такой же, как и раньше. Ее было не так легко открыть. Даже вставив ключ, ему нужно было повернуть ручку вверх, чтобы ключ идеально вошел в замочную скважину. Звук вращения механизма звучал особенно громко посреди ночи, поэтому Чжоу Сян занервничал еще сильней.

Дверь открылась!

Чжоу Сян снова оглянулся. Быстро провернув руку, он вошел внутрь и тихо закрыл за собой дверь.

В квартире было душно. Чжоу Сян немедленно пришел к выводу, что никто не приходил сюда в течение некоторого времени. Если окна не открывались в течение нескольких дней, появлялся такой удушающий запах. Казалось, что Ян Минсю тут не жил.

Чжоу Сян не посмел включить свет. Вместо этого, он включил фонарик и осмотрел комнату. Свет фонарика и мерцающая луна позволили ему снова увидеть свой дом.

Все выглядело так же, как он помнил. Казалось, что прошедшие два года – это иллюзия. Он уехал на три месяца и вернулся. Его дом, место, в котором он жил с рождения, оставалось таким же, как и раньше.

В этой квартире повсюду были его воспоминания. Он и его родители, он и Ян Минсю, его жизненные истории концентрировались в этой старой квартире настолько, что каждая стена имела вкус воспоминаний.

Чжоу Сян почувствовал боль. Ему хотелось плакать.

Ему хотелось вернуться домой, как он делал бесчисленное количество раз, а не находиться здесь в качестве вора.

У Чжоу Сяна не было времени на размышления. Хотя Ян Минсю находился в другом городе, он все же не смел оставаться здесь слишком долго. Вероятно, его мучала совесть.

Обернув в полиэтиленовый пакет свои ботинки, он  осторожно вошел внутрь. То, что мебель покрывал лишь небольшой слой пыли доказывал, что здесь иногда убирали. Может быть, Ян Минсю чувствовал к нему прежнюю привязанность, поэтому приглашал людей для уборки. Таким образом, квартира не была заброшенной.

Пройдя через прихожую, он пошел прямо в спальню, где хранились его деньги.

Он имел привычку откладывать оставшиеся деньги в тумбочку. Их было немного, всего четыре-пять тысяч юаней, но эта сумма все же была больше, чем его нынешняя месячная зарплата. Он был готов взять наличные и вернуться в гостиную, чтобы найти свою банковскую карту.

Войдя в спальню, он увидел, что все выглядит так же, как и раньше. Даже постельное белье было тем, которое он купил с Яном Минсю. Чжоу Сян не мог удержаться, поэтому подошел и прикоснулся к шелковому одеялу, которое было мягким и гладким. Чжоу Сян помнил это ощущение комфорта на своей голой коже, особенно когда Ян Минсю поворачивался и укутывал его в это одеяло.

Чжоу Сян горько улыбнулся, вернув уголки одеяла на место. Он быстро открыл тумбочку. Конечно же, деньги, которые он случайно бросил туда, все еще были там.

У Чжоу Сяна была довольно хорошая жизнь. Он не считал четыре-пять тысяч большой суммой. В то время он мог небрежно водить свою машину, подвозить незнакомых парней, покупать еду и дарить им подарки. В его жизни не было никаких забот, пока он не встретил Яна Минсю.

Но теперь, эти деньги могли его спасти. Чтобы сэкономить деньги на проезд на автобусе, Чэн Ин полчаса шла пешком с кучей продуктов под палящим жарким солнцем. Чжоу Сян также был вынужден избавиться от привычки покупать вещи, не глядя на цены. Вместо этого он старательно пытался сэкономить.

Эти четыре-пять тысяч иен уже стали приятным сюрпризом для Чжоу Сяна.

Он быстро положил деньги в карман и вернулся в гостиную. Однако он не ожидал, что фонарик сломается. Свет вспыхнул несколько раз, а затем погас. Чжоу Сян был разъярен. Он мог использовать только свет своего мобильного телефона. Через некоторое время свет телефона всегда гаснет, поэтому Чжоу Сяну было очень сложно.

Отправляясь в экспедицию, он взял с собой карту для экстренного использования. Фактически, следуя в команде, ему не нужно было беспокоиться о пропитании. Кроме того, в горах негде было тратить деньги, поэтому он на самом деле сэкономил немалую сумму. Он не мог вспомнить, сколько было денег на карте. Конечно, сумма не была большой. Карта с большой суммой денег находилась в ящике. Там также лежала куча счетов, документы, книги и т.д. Там было даже свидетельство о браке его родителей.

Обернувшись, Чжоу Сян услышал, как проворачивается замок двери.

У Чжоу Сяна встали волосы дыбом.

Кто-то пришел? Ян Минсю? Это невозможно! Разве он не в командировке? Как он мог быть таким невезучим, что его так открыто поймали!

Если его здесь увидит Ян Минсю, что он ему скажет? Даже имея десять голов, он бы не знал, как это объяснить!

В момент отчаяния Чжоу Сян был в полном недоумении от того, что делать. Схватив свою банковскую карту, он сунул ее к себе в карман. Затем, он быстро закрыл ящик. В панике, он планировал пробраться в кабинет, чтобы спрятаться в кабинете, но не ожидал, что в спешке произойдет непредвиденное. Он споткнулся о маленькую табуретку и грохотом упал на пол.

Входная дверь уже открылась. Возле двери появилась высокая фигура.

- Кто здесь?!

Глава 50

Услышав голос, Чжоу Сян был ошеломлен. Как это могло быть возможным?!

Он сразу вспомнил, что кроме Яна Минсю о его запасном ключе знал еще один человек. В то время он имел с ним очень хорошие отношения и часто приходил к нему домой. Лан Сиронг!

Однажды Чжоу Сяна не было дома, а Лан Сиронг пришел к нему. Именно тогда Чжоу Сян сказал ему, где лежит запасной ключ. В конце концов, он доверял Лан Сиронгу. Тот раз был единственным. С тех пор, он всегда был дома, поэтому Лан Сиронгу не приходилось открывать дверь ключом.

Лишь после встречи с Лан Сиронгом в своей квартире, он внезапно вспомнил об этом.

Что делать?!

Лан Сиронг быстро включил свет в гостиной. Он подумал, что в квартиру забрался вор. Конечно же, человек в кепке, солнцезащитных очках и прикрывающей лицо маске упал на пол. Когда он падал, с его кармана выпало несколько банкнот и сто юаней.

- Как ты, черт возьми, смеешь грабить эту квартиру! – сердито закричал Лан Сиронг.

Он поспешно бросился к Чжоу Сяну, не давая ему возможности среагировать.

Чжоу Сяну было настолько больно, что он чуть не вскрикнул.

Лан Сиронг наклонился, собираясь поднять его. Чжоу Сян вспомнил, что позади него стояло большое растение в горшке, поэтому потянулся к нему, выхватил из него горсть земли и, не колеблясь, бросил ее в лицо Лан Сиронга.

Лан Сиронг не был готов к этому, поэтому на мгновение не мог открыть глаза.

Чжоу Сян воспользовался возможностью, чтобы сорваться с земли и ударил Лан Сиронга по ноге, а затем быстро перепрыгнул через него и скрылся за дверью.

Глаза Лан Сиронга слезились. Он насильно повернул голову и увидел спину убегавшего вора. Его ноги были слегка наклонены, но Лан Сиронг почувствовал, что эта фигура ему знакома.

Чжоу Сян выбежал из района. Спускаясь по лестнице, он заметил, что несколько соседей включили свет. Вероятно, они были разбужены криком.

Убегая, он снял с себя вещи и выкинул их в мусорный бак. Это были вещи, которые он надел, чтобы замаскироваться. В это время большинство людей спали, но на главной улице было еще многолюдно. Окружающие могли  легко счесть его поведение подозрительным.

Отбежав за сотню метров он понял, что Лан Сиронг не гонится за ним, поэтому почувствовал облегчение.

Казалось, что его сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Чжоу Сян никогда в своей жизни так не волновался. Он не мог представить, как бы все объяснил Лан Сиронгу. Ему бы пришлось во всем признаться?

Подумав об этой возможности, Чжоу Сян занервничал еще сильней. Возможно, Лан Сиронг смог бы поверить в это?

Нет, он не мог подвергаться такого рода рискам. Причина, по которой Чжоу Сян не осмеливался сказать правду, по большей части состояла в том, что он хотел защитить себя. Реакция людей могла быть непредсказуемой. Несмотря на то, что он все еще доверял Цай Вэю и Лан Сиронгу, он не мог решиться сделать это.

Чжоу Сян долго прятался за углом. Он уже находился в полукилометре от своего дома. Но, находясь прямо перед окрестностями, он ясно видел ворота дома. Изначально, он планировал вернуться домой, но прежде хотел узнать, обратиться ли Лан Сиронг в полицию.

Чжоу Сян прождал около получаса, но полицейская машина так и не подъехала. Лан Сиронг тоже не выходил. Похоже, он не звонил в полицию.

Внезапно, мимо него проехала Audi Q7. Несмотря на тусклый свет, Чжоу Сян рассмотрел ее номерной знак.

Это была машина Цай Вэя!

Чжоу Сян наблюдал, как машина Цай Вэя свернула за угол. Он был шокирован, понимая, что его план полностью провалился.

Лан Сиронг не знал, что в квартире был Чжоу Сян. Даже несмотря на это, мужчина был шокирован, столкнувшись с вором. На мгновение, он не знал, как с этим справиться, поэтому позвонил Цай Вэю.

Долго думая, они все равно понимали, что после драки останутся следы, по которым Ян Минсю, наверняка, обо всем узнает.

Ян Минсю определенно усилит охрану квартиры. Как минимум, он сменит замки. Для Чжоу Сяна это означало, что он больше не сможет вернуться домой.

Чжоу Сян вытащил из кармана карточку, которую быстро сунул в карман.

К его разочарованию, Чжоу Сян понял, что взял не ту карту. На этой карте было около пяти тысяч иен.

Более того, после такой неприятности, он не осмелился ею воспользоваться. На всякий случай, два человека сообщили полиции об утере карточки. Он знал, что банковская система подключена к сети, поэтому, он мог сразу же попасть в ловушку.

Положив карту обратно в карман, он подсознательно проверил наличие купюр, чтобы хоть немного себя утешить.

Несмотря на то, что он не достиг желаемого результата, он получил больше, чем ничего.

Ему было больно осознавать, что он не мог воспользоваться своими деньгами и жить в своей собственной квартире.

Чжоу Сян посмотрел на время и увидел, что уже очень поздно, поэтому решил возвращаться домой. Он планировал завтра пойти в компанию и непреднамеренно получить какую-либо информацию от Цай Вэя относительно сегодняшнего инцидента. Цай Вэй доверяет ему, поэтому может все рассказать.

Рано утром Чжоу Сян прибыл в компанию.

- Чжоу Сян, ты пришел к Цай Вэю? – схватив его за плечо, спросил Ау Лю.

Все знали, что Чжоу Сян и Цай Вэй друзья.

- Да, а что? – кивнув, ответил Чжоу Сян.

- Подожди, - понизив голос, сказал Ау Лю.

Чжоу Сян также неосознанно понизил голос и спросил:

- Что случилось?

- Господин Ян здесь. Лан Сиронг тоже. Они о чем-то спорят. Ты что хочешь стать пушечным мясом?

Ян Минсю занервничал.

- Ян Минсю? Сюда пришел Ян Минсю?

Ау Лю знал Чжоу Сяна уже некоторое время, поэтому без колебаний ответил ему:

- Да, он только что пришел. Ты, наверное, не знаешь, но Лан Сиронг и Ян Минсю не ладят. Они даже когда-то подрались. В любом случае, после того, как Ян Минсю стал работать в индустрии развлечений, Лан Сиронг уехал заграницу. Вполне вероятно, что он хотел избежать встреч с ним. Не знаю, что происходит сегодня, но Ян Минсю неожиданно пришел в компанию и потребовал встречи с Цай Вэем и Лан Сиронгом.

Ау Лю покачал головой. Его тон был обеспокоенным.

- На самом деле была драка? Об этом узнал президент Ван? – поддерживал разговор Чжоу Сян.

- Никто не посмел, даже Цай Вэй! Короче, просто не ходи туда. Все притворяются, что ничего не знают, в конце концов, это не наше дело, - сказал Ау Лю.

Чжоу Сян кивнул.

- Я понимаю. Пойду, покурю.

Чжоу Сян избавился от Ау Лю и направился к кабинету Цай Вэя.

Глава 51

В кабинете Цай Вэя.

-Сиронг, у тебя есть совесть? Если бы не Чжоу Сян, тебя бы вообще здесь не было.

Взглянув на Лан Сиронга, Ян Минсю скривился.

Чтобы не отставать, Лан Сиронг насмешливо сказал:

- Я знаю, что твоя семья очень влиятельна, но ее влияние не распространяется заграницей. Тебе не стоит мне угрожать. Я не зарабатываю на тебе. Что ты имеешь в виду, упрекая меня Чжоу Сяном? Ты просто чувствуешь себя виноватым. Если бы не ты, Чжоу Сян бы не умер!

- Черт побери, я тебя убью! Чжоу Сян не умер. Мы не видели его тела, поэтому он должен быть жив! Ты, ублюдок, фактически ворвался в наш дом. Ты – вор! – сердито закричал Ян Минсю.

Он получил звонок от Цай Вэя посреди ночи. Цай Вэй сообщил ему, что вор проник в дом Чжоу Сяна и ограбил его.

После несчастного случая с Чжоу Сяном ключ от его квартиры всегда был с Яном Минсю. Ян Минсю не позволял никому перемещать какие-либо вещи Чжоу Сяна, ведь он ждал его возвращения. Приходя время от времени в квартиру, он иногда задерживался на некоторое время или несколько дней. Всякий раз, почувствовав, что ему стало легче, он уходил.

По его словам, это квартира, порядок в которой не должен был быть нарушен. Это место, где хранились его воспоминания и воспоминания Чжоу Сяна, принадлежащие только им двоим. Не говоря уже о воре, Ян Минсю хотел убить Лан Сиронга и Цай Вэя, за то, что они вошли в этот дом.

Цай Вэй знал, что Ян Минсю владеет всеми вещами Чжоу Сяна. Когда Лан Сиронг позвонил ему, чтобы он пришел в квартиру, они долго обсуждали, как решить этот вопрос. Лан Сиронг хотел позвонить в полицию, не желая сообщать Яну Минсю. Он так и не согласился с тем, что Ян Минсю имеет право на эту квартиру. Однако, после неоднократных размышлений Цай Вэй уведомил обо всем Яна Минсю. Если бы они обратились в полицию, все бы вышло из под контроля, и Ян Минсю все равно бы обо всем узнал. Не только это, но и разоблачение любого из них было бы достаточным поводом для сплетен СМИ в течение нескольких месяцев. Если бы они действительно сообщили в полицию, чем бы это все закончилось? Цай Вэй должен был учитывать не только давление  со стороны Яна Минсю, но и имидж Лан Сиронга.

В конце концов, Ян Минсю в ту же ночь отправился обратно в Пекин. Цай Вэй знал, что он сразу же приедет. Он ненавидел Яна Минсю, но не осмелился оскорбить его. Лан Сиронг обладал невежеством новорожденного теленка. Он не боялся тигров. Во-первых, он был молод. В течение двух лет его карьера была централизована в Европе и Америке. Яну Миню будет нелегко внушить ему перед собой страх. Уже было достаточно хорошо, что Лан Сиронг не набросился на Яна Минсю.

Цай Вэй мог быть только посредников между ними.

- Эта встреча предназначена для обмена информацией и обдумывания способа поймать вора, чтобы мы могли вернуть вещи Чжоу Сяна…. Какого черта вы, ребята, добьетесь, продолжая спорить? – закричал Цай Вэй.

Услышав слова Цай Вэя, они немного успокоились.

Ян Минсю сел на диван, опустил голову и слегка вздрогнул.

Лан Сиронг сделал несколько глубоких вдохов.

- Позвонив в полицию, мы не раскроем себя. Цай Вэй, это сделаешь ты. Этот район слишком стар. Вероятно, в нем нет камер наблюдения. Но за пределами этого района есть улица, на перекрестках которой есть камеры. Может быть, его схватили.

Цай Вэй посмотрел на Яна Минсю и спросил:

- Вы проверяли вещи Чжоу Сяна? Что-то пропало?

- Деньги из тумбочки и несколько его карточек.

Цай Вэй нахмурился.

- Взять деньги разумно, но зачем брать карты?

- Я предполагаю, что он хотел взять все вещи из ящика, но запаниковал, когда я открыл дверь, поэтому схватил все, что мог. Когда я вошел в комнату, он был так потрясен, что споткнулся обо что-то и упал.

- Ты даже не смог поймать вора, который споткнулся!  - холодно произнес Ян Минсю.

Лан Сиронг сделал вид, что не услышал его замечание. Он также чувствовал себя немного глупо, но все еще отказывался показывать свою слабость.

- Достаточно. Давайте поговорим о чем-то серьезном. Этот вопрос должен быть передан в полицию, но не подлежит разглашению. Господин Ян, вы можете справиться с этим и найти кого-то надежного. Вы же также не хотите быть разоблаченным….

Ян Минсю кивнул, по-видимому, соглашаясь с Цай Вэем.

- Сиронг, ты единственный, кто видел этого вора. Позже, тебе придется сообщить полиции информацию о внешности этого человека. Ты прав. В наше время уже практически везде установлены камеры наблюдения. Он должен был быть особенно заметным, потому что убегал. Возможно, его схватили.

Лан Сиронг пытался вспомнить спину этого человека. На мгновение он почувствовал, что действительно где-то видел ее раньше, но понятие не имел где именно. Возможно, это было плодом его собственного воображения. Он был просто сбит с толку, поэтому умолчал об этом.

Когда Чжоу Сян тихо подошел к двери кабинета Цай Вэя, случилось так, что они внутри обсуждали сообщение об этом инциденте в полицию, а также упомянули о камерах наблюдения на перекрестках.

Чжоу Сян окаменел и мгновенно вспотел. Он совершенно об этом не подумал.

Однако, выбегая из района, его лицо все еще было скрыто. Кроме того, он был одет в недавно купленную одежду, так что, даже будучи запечатленным на видео, было вполне вероятно, что его не узнают. Зная, что может случиться непредвиденное, он тщательно подготовился. Основываясь на том, что узнал из полицейских фильмов, он сделал несколько действий, которые должны были ввести следователя в заблуждение. Он считал, что найти человека в стоге сена практически невозможно, поэтому практически не беспокоился о том, что его поймает полиция.

Больше его беспокоило то, что он больше не сможет вернуться домой.

Чжоу Сян боялся, что его заметят, поэтому, простояв некоторое время, он отошел от двери.

Спустя некоторое время он увидел, как из кабинета в ярости выходи Ян Минсю, а еще спустя несколько минут Лан Сиронг.

Чжоу Сян встал и пошел искать Цай Вэя.

Увидев его, Цай Вэй снова подумал о Чжоу Сяне. Он покачал головой и вздохнул.

- Цай Вэй, что случилось? – спросил Чжоу Сян.

Цай Вэй выпустил кольцо сигаретного дыма и ответил:

- Чжоу Сян, я не должен тебе этого говорить, но я так расстроен. Я отношусь тебе как к своему другу, поэтому пообещай мне, что сохранишь все в секрете.

- Не волнуйся, я могила, - кивнул Чжоу Сян.

- Квартиру Чжоу Сяна ограбили.

- Со времени несчастного случая с Чжоу Сяном и до сих пор его тело не найдено. Так что его смерть может быть расценена только как исчезновение. Квартира Чжоу Сяна до сих пор является его собственностью. Он и Ян Минсю когда-то были парой, поэтому у Яна Минсю остался ключ от его квартиры. Но, по каким-то причинам, прошлой ночью Сиронг приехал в квартиру Чжоу Сяна. Я говорил тебе, что до того, как Лан Сиронг стал знаменитым, он очень дружил с Чжоу Сяном. Он знал, где находится запасной ключ, и использовал его, чтобы войти. Случилось так, что он наткнулся на вора, копающегося в вещах Чжоу Сяна. Разве это не совпадение? В день, когда Ян Минсю находился в другом городе, а Лан Сиронг решил воспользоваться запасным ключом, в квартиру проник вор. Разве такое совпадение возможно? Может быть, Бог также испытывает сожаление по поводу моего приятеля, поэтому хотел помочь сохранить то, что он оставил после себя.

Чжоу Сян также считал это все большим совпадением. Он не пошел накануне или на следующий день. Лан Сиронг тоже не пошел ни до, ни после. Они оба пришли в то время, когда им предстояло противостояние. Иногда он чувствовал что-то вроде злого рока над собой, что-то вроде судьбы, которая имеет невидимую руку и контролирует их жизнь.

- И что вы собираетесь делать? – пробормотал  Чжоу Сян.

- Ян Минсю все решит. В конце концов, он был парнем Чжоу Сяна. На самом деле, Сиронг….

Цай Вэй хотел сказать, что Лан Сиронг любил Чжоу Сяна, но сразу понял, что это неуместно, поэтому замолчал.

- Может быть, ему понадобится профессионал, чтобы разобраться в этом. О таком явно не сообщают в полицию. То, что оставил Чжоу Сян, исчезло, ааааа……

Услышав слова Цай Вэя, Чжоу Сян понимал, что полиция будет бессильно, но все равно почувствовал напряжение. В конце концов, он был законопослушным гражданином более тридцати лет. Когда дело дошло до критической точки, вернувшись в свою квартиру, он почувствовал себя виноватым.

Он больше не мог вернуться к себе домой. Тщательно все продумав, он положил запасной ключ на место. Полиция может не догадаться, что он открыл дверь с помощью ключа. В конце концов, могущественные слесаря и воры умеют открывать дверь, не взламывая замок. Однако теперь Ян Минсю обязательно сменит замок….

- Давай больше не будем говорить об этом. Зачем ты меня искал? – спросил Цай Вэй.

- Ничего особенного. Я просто хотел сообщить, что получил деньги за последнюю подработку. Я справился очень быстро.

- Да, компания работает очень хорошо. Ах да, реклама, в которой ты снялся с Яном Минсю…. Средства будут переведены тебе в течение двух дней.

- Отлично, - улыбнувшись, сказал Чжоу Сян.

- Ян Минсю действительно не разговаривал с тобой в тот день? – подозрительно посмотрев на него, спросил Цай Вэй.

- Почти ничего. Там было более полудюжины людей. Я все время тренировался.

- Неужели он действительно позвонил тебе, потому что ты просто подходил для рекламы?

Тогда как объяснить тот факт, что он позвонил лично президенту Вану? Любой мог справиться с такой незначительной ролью. Зачем ему оставаться должным президенту Вану, настаивая на том, чтобы эту роль сыграл именно Чжоу Сян. Просто потому, что у него такое имя?

Чжоу Сян непреднамеренно улыбнулся.

- Цай Вэй, ты определенно слишком много об этом думаешь. Попав туда в тот день, я понял, что фигуры парней похожи на мою. Так как сроки поджимали, и они стремились к совершенству, Ян Минсю обратил на меня внимание. Иначе, какова может быть другая причина?

Цай Вэй кивнул, неохотно приняв объяснение Чжоу Сяна. О чем на самом деле думал Ян Минсю? Его голова разрывалась от мыслей, но он все еще не мог понять намерений господина Яна.

Чжоу Сян потер руки.

- Цай Вэй, для меня еще есть работа?

Цай Вэй улыбнулся.

- Ты действительно не можешь сидеть без дела. Работая так много, ты рискуешь жизнью. Ты вообще отдыхал на прошлой неделе? Ты только недавно выписался из больницы, а уже хочешь так много работать. Не подрывай свое здоровье ради денег.

- Не волнуйся, Цай Вэй, я лежал в постели в течение двух лет. Я прекрасно себя чувствую и готов работать.

- Сколько ты еще должен? – спросил Цай Вэй.

- Сумма пока не изменилась. За последние несколько дней я вернул лишь несколько тысяч. Я хочу сэкономить немного денег и снять другую квартиру. Нынешняя обстановка очень плохая.

- Успокойся. Ты еще молод. Пока ты здесь и здоров, у тебя не может быть нерешаемых проблем, - ответил Цай Вэй.

Чжоу Сян кивнул.

Пообедав в компании, он взял реквизит для съемок и пошел в машину Ау Лю. Сидя в машине, Чжоу Сян был очень сонным. Внезапно, он проснулся от звука своего мобильного телефона.

Он вынул его и посмотрел на экран. Это было текстовое сообщение со странного номера.

«Ты закончил с этим? Время никого не щадит».

Чжоу Сян долго размышлял. Глядя на этот странный номер, он немного заволновался. Просматривая свой журнал телефонных звонков, он обнаружил, что с этого номера ему звонили в прошлом месяце. Чжоу Сян тщательно вспоминал тот день. Затем до него дошло, что именно Чжан Цзе хотел завербовать его на роль каскадера Ван Юдуна.

Чжоу Сян, не задумываясь, удалил сообщение. Снова быть каскадером Ван Юдуна – хуже пощечины. Он лучше умрет, чем снова станет с ним работать.

Отнеся реквизит в студию, Чжоу Сян собрал группу людей, чтобы начать установку. Они отчаянно работали под палящим жарким солнечным светом.

В три часа дня Чжоу Сяну неожиданно позвонила мама.

- Привет, мама, - спрятавшись в тени, ответил он.

- Добрый день. Вы Чжоу Сян?

Доносящийся с трубки голос был голосом незнакомца.

- Да. А вы кто?

- Я менеджер сервисной компании Daxie Home Economics. Чэн Ин ваша мать?

Сердце Чжоу Сяна внезапно подпрыгнуло.

- Да, что не так с моей мамой?

- Во время тренинга Чэн Ин внезапно потеряла сознание. Она сейчас отдыхает. Приезжайте, и заберите ее домой.

Повесив трубку, Чжоу Сян сразу же рассказал все Ау Лю. Ау Лю был с ним в хороших отношениях, поэтому сразу сказал:

- Я одолжу тебе машину. Поторопись!

- Спасибо, приятель, но у меня нет водительских прав. То, что ты мне поможешь закончить работу, уже огромная помощь. Извини, за эту непредвиденную ситуацию. Если будет возможность, я обязательно вернусь.

- Поспеши к матери, и не нужно возвращаться! – похлопав Чжоу Сяна по плечу, сказал Ау Лю.

Выбежав из студии, Чжоу Сян вспомнил, что находится в пригороде, где ездит очень мало машин. Он с тревогой бежал по улице, прежде чем нашел частное такси. В это время он не удосужился узнать у водителя стоимость проезда, а лишь запрыгнул в машину и направился в город.

Глава 52

- Результаты анализов будут готовы через несколько дней. Вы можете забрать свою маму домой. Согласно моему многолетнему опыту в медицинской практике, скорее всего заболевание связано с нарушением функций почек.

Доктор снял очки и передал Чжоу Сяну список лекарств.

- Доктор, это может быть рак? – дрожащим голосом спросил Чжоу Сян.

- Не будьте таким пессимистичным. В данный момент делать выводы рано, так как нет результатов анализов. После их получения, я советую вам отвезти мать в больницу для более детального обследования. Но вам, как ее сыну, не хватает здравого смысла. Разве вы не замечали, что ваша мать очень плохо выглядит? У людей ее возраста действительно кожа с желтоватым оттенком, но не до такой степени. Это не нормально. Это признак болезни.

Чжоу Сян опустил голову. Ему казалось, что большой невидимый камень давит на его плечи.

Как это могло произойти?

Почечная дисфункция? Что бы это могло быть? Воспаление почек? Уремия? Диабет? Почечная недостаточность? Чжоу Сян имел поверхностное представление о болезнях почек, но любая мысль о них вызывало у него волнение.

Чэн Ин потеряла мужа в среднем возрасте. Затем, она родила сына, который два года пролежал в больничной койке в вегетативном состоянии. Ее сила была мотивирована спящим сыном. Теперь, когда он проснулся, она слегла.

Более того, она никогда не узнает о том, что в теле ее сына живет душа другого человека. Несмотря на то, что это не являлось выбором Чжоу Сяна, он все еще чувствовал вину и душевную боль по отношению к Чэн Ин, поэтому никогда бы не позволил ей узнать, что ее сына нет. После его пробуждения его смущало многое, но было кое-что, в чем он был полностью уверен:  независимо от суровости жизни, он всегда будет играть роль сына Чэн Ин.

Он никогда не думал, что у Чэн Ин, возможно, не останется времени насладиться своей новой жизнью после погашения долгов. Возможно, она даже покинет этот мирской мир с сожалением и разочарованием.

Подумав об этом, Чжоу Сян испытал неописуемую сердечную боль.

Почему этой женщине выпало столько испытаний? Чжоу Сян крепко сжал медицинскую карту, его тело слегка вздрогнуло.

Доктор похлопал его по плечу и сказал:

- Я сказал, не будьте таким пессимистичным. Может быть, все не так плохо, как вы думаете.

Чжоу Сян сделал глубокий вдох и медленный выдох.

- Доктор, спасибо. Я приду послезавтра, - встав, сказал он.

Выходя из кабинета врача и возвращаясь к Чэн Ин, он, должно быть, сын, который сможет поднять небо для этой женщины.

После капельницы Чэн Ин пришла в себя. Врач не настаивал на том, чтобы она оставалась в больнице. Ее сопровождала женщина, с которой она познакомилась на курсах. Они ждали Чжоу Сяна в зоне для отдыха. Когда Чэн Ин увидела Чжоу Сяна, ее глаза загорелись.

- Мама, как ты себя чувствуешь? – спросил Чжоу Сян, быстро подойдя к Чэн Ин.

- Я в порядке. Спала некоторое время. Мне уже намного лучше.

- Чжоу Сян, что с ней? – нервно спросила женщина.

- Врач сказал, что результаты анализов станут известны только послезавтра. Он велел нам возвращаться домой и ждать.

Чэн Ин прижала руку сына к груди и дрожащим голосом сказала:

- Ах, Сян, что если я….

- Мама, - прервал ее Чжоу Сян.

- Мама, не думай об этом. Результатов еще нет. Может быть, это обычное воспаление почек.

Чжоу посмотрел на желтую пигментированную кожу Чэн Ин. Слова доктора зазвучали в его ушах. Его интуиция подсказывала ему, что это не просто воспаление почек.

В это время Чэн Ин не знала, что думать. Услышав слова Чжоу Сяна, она пыталась подавить в себе плохие мысли. Она не хотела, чтобы Чжоу Сян расстроился, увидев ее волнение.

Отблагодарив женщину, которая сопроводила Чэн Ин в больницу, Чжоу Сян собрался с матерью домой.

Они остановили такси, но Чэн Ин не хотела садиться, поэтому Чжоу Сяну пришлось заставить ее силой.

Придя домой, Чжоу Сян сказал Чэн Ин:

- Мама, больше не ходи на курсы. Просто отдыхай дома. Ты столько лет беспокоилась о том, чтобы заработать денег, теперь моя очередь.

Чэнн Ин расплакалась.

- Ах, Сян, почему наша жизнь такая тяжелая?

Чжоу Сян нежно погладил ее по спине и, улыбнувшись, сказал:

- Мама, у нас все хорошо. Что в нашей жизни тяжелого? Только проблемы с деньгами. С каждым месяцем мой доход будет повышаться. Тебе не о чем беспокоиться. Просто позаботься о своем здоровье.

Чэн Ин обнимала сына и плакала. Если бы не он, она бы уже умерла. Она не думала, что Бог может быть таким жестоким. Он думала, что как только ее сын проснется, все трудности закончатся. Женщина не ожидала, что как только ее сын выздоровеет, заболеет она сама. Чэн Ин понимала, что ее состояние ухудшается, но она ничего не говорила сыну и терпела. Хорошо зная свое тело, она понимала, что это не простое воспаление почек. Ее будущее было полно страхов и обид.

Чжоу Сян долго успокаивал Чэн Ин, прежде чем она уснула. Увидев ненормально окрашенное лицо Чэн Ин,  а также ее сморщенные брови, Чжоу Сян почувствовал невыносимую боль в груди.

Независимо от того, чем больна Чэн Ин, они будут вынуждены тратить деньги. Чэн Ин не могла работать, поэтому ему, вероятно, придется нанять кого-то для ухода за ней. Сколько все это будет стоить? Просто подумав об этом, Чжоу Сян понял, что его путь вперед становится мрачным и удручающим.

От его перерождения до настоящего времени не было ни дня, чтобы ему не приходилось беспокоиться о деньгах. В прошлой жизни он никогда не испытывал подобных трудностей. Чувствуя, что он совсем не похож на предыдущего Чжоу Сяна, он не мог дышать. Его оптимистичная личность прошлого – не то, что он мог себе позволить в данный момент.

Теперь он просто бедняк, который усердно работает, чтобы заработать на жизнь.

Чжоу Сян подумал о текстовом сообщении Чжан Цзе.

Какие условия он хочет предложить? Чтобы получить работу, которая принесет хорошие деньги, ему было необходимо без колебаний согласиться.

Когда человек беден, у него должны быть низкие ожидания. Теперь, Чжоу Сян полностью осознал смысл этих слов.

Как раз этим утром он презирал принятия этого предложения (стать каскадером Ван Юдуна). Но теперь он понимал, что должен использовать любую возможность для заработка. В  любом случае, для лечения Чэн Ин им понадобятся деньги.

После того, как Чэн Ин уснула, Чжоу Сян позвонил Цай Вэю.

Цай Вэй быстро поднял трубку.

- Я только что закончил съемки и собирался позвонить тебя. Ау Лю сказал, что тетя Чэн упала в обморок! Вы были в больнице? Как она себя чувствует?

Цай Вэй задал подряд ряд вопросов.

- Мы не знаем. Она сегодня сдала анализы, врач сказал, что результаты будут послезавтра, - почувствовав сильную головную боль, мрачно ответил Чжоу Сян.

- Не может быть…. С ней ведь ничего серьезного, верно? – взволнованно спросил Цай Вэй.

- Не уверен, Цай Вэй. Я звоню тебе по другому поводу.

- По какому?

- Недавно я встретил девушку Чжан из той же компании, что и Ван Юдун. Она хотела порекомендовать меня как каскадера Ван Юдуна. Я хотел, чтобы ты знал.

Чтобы не случилось, он не мог взять подработку за спиной Цай Вэя. Это бы подорвало доверие к нему.

Цай Вэй долго молчал. Спустя некоторое время, он словно пришел в себя, и спросил:

- Каскадером кого?

- Ван Юдуна.

Чжоу Сян знал, о чем думал Цай Вэй. Он понимал, что в это трудно поверить. Он стал другой личностью, но, тем не менее, казалось, что он шел по старому пути.

Впервые попав в мир каскадеров боевых искусств, он мог получать только второстепенные роли. До тех пор, пока он не стал каскадером Ван Юдуна. В то время Ван Юдун также только дебютировал, но из-за огромной финансовой поддержки стал целью инвестиционной компании. Поэтому, дебютировав, он сыграл главную роль в фильме о боевых искусствах. Когда они искали каскадера для формирования божественного образа Ван Юдуна, была предложена двойная плата, чтобы имя каскадера (Чжоу Сяна) не было в титрах фильма. Фильм был представлен так, будто бы все сцены были сыграны именно Ван Юдуном. В то время Чжоу Сян также был новичком, поэтому без колебаний согласился. Позже, он очень пожалел об этом, так как фильм стал очень популярным. В фильме было несколько сцен боевых искусств, большинство из которых были сыграны Чжоу Сяном. Сцены, которые были организованы координатором боевых искусств, навыки съемки у кинографа и последующая постановка; в целом эффект в фильме был превосходным. Эти сцены были великолепными. Если бы Чжоу Сян настоял на том, чтобы его имя указали в титрах фильма, просто благодаря репутации и популярности фильма, он бы получил некоторую известность и, вероятно, не был бы недооценен. Ему бы не пришлось бороться за свое место под солнцем еще в течение нескольких лет. К сожалению, он уже подписал контракт. Несмотря на то, что людей, которые знали об этом, было не так много, это было не тем, о чем он мог рассказать публике.

Однако позже, даже после того, как Ван Юдун стал известным, он продолжал пользоваться услугами каскадера. И он, и Цай Вэй, не соглашались удалять его имя из титров, но Вана Юдуна это не интересовало. Двое продолжали сотрудничать. Таким образом, он шел по стопам популярности Вана Юдуна. Можно сказать, что находясь рядом с Ван Юдуном, он получил много возможностей. Ван Юдун в то время не мог сравниться с Ван Юдуном сейчас. Он принес ему много пользы. Прямо сейчас у Чжоу Сяна действительно не было денег из-за отсутствия связей. Если бы у него не было столько проблем, он бы отказался.

Несмотря на то, что Чжоу Сян глубоко ненавидел Ван Юдуна, реальность была такова, что он был вынужден принять это решение.

Цай Вэй вздохнул и тихо пробормотал:

- Что это за жизнь? Как это могло произойти….?

Чжоу Сян сделал вид, что растерялся.

- Что?

- Ты не знаешь? Мой друг, Чжоу Сян, также был каскадером Ван Юдуна. Они вместе работали над несколькими фильмами, и он был практически его главным дублером.

- Я слышал об этом, - тихо пробормотал Чжоу Сян.

- Ах, Сян, я не советую тебе с ним работать.

- Почему?

- Потому что у моего приятеля был с ним очень неприятный опыт. Как ты думаешь, Ван Юдун поладит с другим каскадером «Чжоу Сяном»? Неважно, что ты думаешь, но это будет неловко.

- Цай Вэй, учитывая мою ситуацию, я воспользуюсь любым шансом заработать деньги. Даже если мне нужно будет пройти через огонь, не говоря уже об этом. Тебе не стоит беспокоиться. Эта Чжан Цзе знает только мою фамилию. Я изменю имя, когда придет время знакомства. Пока ты не расскажешь об этом, все будет хорошо.

Цай Вэй подумал о долге более чем триста тысяч иен, а затем о матери Чжоу Сяна, которая сегодня упала в обморок. Он не мог ничего сказать, чтобы остановить его.

Чжоу Сян был прав. В данный момент он действительно не имеет права препятствовать ему из-за собственных опасений.

- Дай мне номер этой женщины. Я помогу тебе связаться через компанию. Все будет хорошо. Благодаря Ван Юдуну, ты сможешь завести много полезных знакомств, - неохотно сказал Цай Вэй.

- Спасибо, Цай Вэй, - мягко ответил Чжоу Сян.

Глава 53 - Минсю попросил о роли

Чжан Цзе позвонила ему на следующее утро. Она долго жаловалась Чжоу Сяну по телефону, говоря, что он должен был послушать ее, и что он не должен был обсуждать это с Цай Веем. Теперь, когда это продлилось так долго, сторона Ван Юдуна уже нашла дублера.

Чжоу Сян только сейчас понял, что ЦайВэй возложил на него ответственность за задержку времени. Он мог только извиниться. Он думал, что в этот раз у него не будет шансов.

Он не ожидал, что Чжан Цзе все равно попросит его поехать туда. Она сказала, что если он выступит лучше, чем другой каскадёр, он может заменить его. Ван Юдун никогда не заботился о деньгах, но он всегда был требователен к качеству.

Чжоу Сян бросился на съемочную площадку до полудня по ее просьбе.

Чжан Цзе ждала его у входа. Увидев его, она быстро сказала:»Наконец-то вы пришли. Честно говоря, шансы невелики. Все зависит от тебя. Если у тебя получится, не забудь обо мне».

Чжоу Сян кивнул:» Определенно, не забуду. Спасибо, Чжан Цзе.

Когда двое вошли, Ван Юдун обсуждал сценарий с режиссером. Чжоу Сян посмотрел на этого человека, с которым он был очень хорошо знаком. Ван Юдун был таким же красивым и утонченным, как и всегда. Куда бы он ни шел, от него исходит аура, от которой люди не могут пренебречь, однако Чжоу Сян очень его ненавидел. Чжоу Сян никогда не мог обвинить Ван Юдуна в том, что он делает что то плохое. Люди полностью оправданы, чтобы заботиться только о своих собственных интересах. Ван Юдун также просто присматривал за собой. Просто Чжоу Сян дико ревновал . Из-за истории с Минсю Чжоу Сяну было слишком стыдно, чтобы показать свое лицо перед Ван Юдуном.

Он отчаянно хотел забыть прошлое, но прошлое не оставит его в покое. Вместо этого он даже приближается к нему. Теперь он снова стоит с WangYuDong и будет его каскадером. Для него это действительно произошло не так давно.

Когда они приблизились, Ван Юдун посмотрел на них.

Чжоу Сян сдержал себя от паники. Так же, как когда он впервые вступил в контакт с WangYuDong прежде, он с уважением обратился к»Dong Ge».

Он довольно много знал о WangYuDong. WangYuDong особенно любит быть польщенным.

Когда Чжоу Сян подумал о своей лицемерной улыбке, он начал ненавидеть себя.

WangYuDong»хм», и любезно улыбнулся:»Вы были тем, кто Чжан Цзе говорил о? Как тебя зовут?»

«Чжоу…… Чжоу г».

«Ой. Чжан Цзе был полон похвал за вас, но Цзюсин ответил слишком поздно. Моя сторона уже рекомендовала кого-то. Но если ты действительно будешь лучше его, я выберу лучшее. Конечно, компенсация также сделает вас очень довольным. Это зависит только от того, есть у вас способности или нет». Ван Юдун похлопал его по плечу и улыбнулся:»Не нервничай. Выполнить хорошо. Мои работы всегда стремились к совершенству».

Чжоу Сян кивнул:»Я буду стараться изо всех сил».

«Сяо Гу, возьмите его, чтобы нанести макияж и дать ему костюм каскадера. Спешите.»

Девушка ответила, когда она вытащила Чжоу Сян и ушла.

Через полчаса, одевшись на роль, он последовал за Сяо Гу на съемочную площадку.

Чжоу Сян знал этого режиссера раньше. Но сейчас, конечно, этот директор его не знает. Чжоу Сян кивнул:»Режиссер Чжао».

Режиссер Чжао посмотрел на него:»Кто это?»

Сяо Гу объяснил:»Каскадёр Донг Ге».

«Разве там уже один? сказал человек, стоявший недалеко от директора Чжао, и нахмурился, оглядываясь.

Сяо Гу тихо произнес:»Я тоже не знаю. Чжан Цзе, иди сюда».

Чжан Цзе и WangYuDong собрались вместе, и WangYuDong быстро объяснил этот вопрос.

Директор Чжао сказал:»Тогда приходи и попробуй. Сначала покажите нам несколько случайных движений, чтобы я мог увидеть эффект на экране».

Чжоу Сян немного прогрелся, а затем выполнил серию шагов самообороны перед камерой.

Когда он был в школе, он занимался плаванием, но у него не было таланта, поэтому он не продолжал. В то время приятель в его общежитии занимался боевыми искусствами. Он чувствовал, что это было весело, поэтому он часто учился нескольким вещам вместе с ним. Хотя его скорость и сила были не так хороши, он великолепно получил позы, которые выглядели красивее, чем рисунки. Он не ожидал, что это позже станет его карьерой. После того, как он стал каскадером, он последовал за учителем, чтобы узнать о съемках боевых искусств. Концентрация класса была на том, чтобы научить их делать боевые искусства хорошо выглядеть. Чжоу Сян нужно было только сделать шаг, прежде чем все его чувства вернулись к нему. Кроме того, он занимался физическими упражнениями, когда у него было время, поэтому в это время он не чувствовал, что его тело было таким же напряженным, как когда он впервые проснулся, поэтому его движения были очень плавными.

Камера слегка повернулся к нему. Чжоу Сян почувствовал, что вернулся к этому беззаботному и эмоционально безудержному чувству перед камерой. На мгновение он увлекся, полностью погрузившись в себя.

Когда он закончил исполнять серию поз по боевым искусствам из своей памяти, он повернул назад и увидел, что несколько человек, включая режиссера, тупо уставились на его.

Чжоу Сян очень уверен в своих профессиональных навыках, поэтому он слабо улыбнулся:»Это нормально?»

Еще до того, как WangYuDong даже начал говорить, директор уже щелкнул пальцем:»Это ты.

Чжан Цзе была так взволнована, что осторожно подняла ему палец вверх.

Только Ван Юйдун задумчиво посмотрел на Чжоу Сяна. Он чувствовал, что видел эту серию подвижных движений Чжоу Сяна раньше, но не мог вспомнить, где.

Режиссер Чжао сказал Чжоу Сяну:»Идите туда, чтобы найти координатора каскадеров и обсудить это с ним. Поскольку роль каскадера не была решена в течение самого долгого времени, сцены боевого искусства отстали. Спешите и уходите.

Чжоу Сян ответил нормально. Когда он бросился искать координатора каскадеров, он прошел мимо человека, неуверенно поглядывающего на него.

Чжоу Сян ошеломлен. Но потом он вспомнил, что этот человек был другим каскадером, которого нашел Ван Юйдун. Его роль занял Чжоу Сян. Чжоу Сян не повернул голову, чтобы взглянуть на него, и просто прошел мимо, не давая реакции. Индустрия развлечений всегда была выживанием сильнейших, поэтому жаловаться не на что.

Координатор трюков был очень недоволен последними сменами режиссера, потому что он уже давно разговаривал с предыдущим каскадером..

Однако вскоре он обнаружил, что этот молодой человек был гораздо более профессионален, чем предыдущий. Ему вообще не нужно было упоминать о многих действиях, потому что Чжоу Сян может понять это сразу, и он даже предложил некоторые модификации, подходящие для преимущества роли. Координатор трюков удивительно спросил его:»Сколько лет вы работали каскадером?»

Чжоу Сян смутно ответил:»Не слишком долго».

«Я чувствую, что вы работали долгое время, очень профессионально».

Помимо того, что он был каскадером, в последние несколько лет он также начал участвовать в работе по координации каскадеров. Конечно, он профессионал. Человек перед ним не знает его, поэтому он (Чжоу Сян) может раскрыть свои способности без каких-либо оговорок.

Чем больше они говорили, тем больше они соглашались и даже модифицировали более половины предыдущего действия. эпизоды.

Режиссер Чжао попросил сначала попытаться снять часть. Чжоу Сян выбрал первую сцену. Человек, который должен был сниматься с ним в этой первой сцене, вскоре пришел. Чжоу Сян взял меч и остановился между ними. Использование меча не было его сильной стороной. Это было то, что он позже узнал. В прошлом, когда он снимал фильмы ВанЮДонга, использовался другой каскадёр, если бы требовались навыки владения мечом. Но эта часть была относительно короткой, поэтому Чжоу Сян сделал это сам.

После съемок режиссер Чжао был вполне доволен им:»Неплохо. Мы начнем официальную съемку во второй половине дня».

Чжоу Сян подумал, что на этот раз он может получить от 40 000 до 50 000 иен, поэтому он был глубоко тронут и очень счастлив.

В этот момент был шум в дверь. Чжоу Сян оглянулся и увидел, как Минсю подходит к помощнику Цзяну.

Чжоу Сян сначала был шокирован, но не мог удержаться от улыбки. Минсю появляется в месте, где находится WangYuDong, это совсем не странно. Он слегка отвернул голову, так как не хотел, чтобы Минсю увидел его. Он догадался, что Минсю пришел на съемочную площадку.

Он не ожидал, что глаза помощника Цзяна были такими острыми, и сразу же увидел его:»Эй, разве это не Сяо Чжоу?

Чжоу Сян мог только неловко повернуться к ним, — сказал Цзян Гэ, президент.

Минсю с удивлением посмотрел на него.

WangYuDong улыбнулся:»Вы, ребята, знаете друг друга?»

Минсю тихо спросил:»Почему ты здесь?»

Прежде чем Чжоу Сян успел заговорить, WangYuDong ответил:»Он мой новый каскадёр. Его выступление довольно хорошее. После аварии в Чжоу Сяне я не нашел каскадера, который мне нравился. Он пока лучший».

Выражение лица Минсю и Чжоу Сяна изменилось, одно было неприглядным, а другое нервным.

Когда WangYuDong увидел выражение лица Минсю, его глаза вспыхнули, его рот ухмыльнулся слабая улыбка:»Минсю, что случилось?»

«Ничего», Минсю протянул ему вещи в руке.»Я отправился в Чунцин, чтобы заняться бизнесом, и только что вернулся. Моя сестра тоже случайно оказалась в командировке, но ей придется вернуться в следующем месяце. Она попросила меня передать это вам.

Ван ЮйДун передал вещи помощнику:»О, хорошо. Я позвоню ей сегодня. Когда я закончу работать, я пойду к ней».

Минсю был немного ошеломлен и не слышал, что сказал WangYuDong. Вместо этого его взгляд остановился на Чжоу Сяне.

Чжоу Сян вытер пот:»Директор Чжао, я собираюсь взять коробку на вынос. Можно мне пойти поесть?»

«Идите прямо».

Чжоу Сян пошел на другую сторону съемочной площадки.

Как раз, когда он получил свою коробку с выносом, кто-то похлопал его сзади. Он повернулся и увидел, что это был помощник Цзяна.

«Эй, Цзян Гэ, ты уже поел?»

«Нет, вот-вот». Помощник Цзян улыбнулся и сказал:»Какое совпадение».

«Да», Чжоу Сян жестко улыбнулся.

«Минсю велит вам найти его в комнате отдыха».

«А?»

«Принеси ему дополнительную еду. Вы, ребята, можете есть вместе. Помощник Цзян странно посмотрел на Чжоу Сян. Он действительно не знал, что с этим парнем, чтобы иметь возможность сблизиться с Минсю. Может быть, его шеф любит Чжоу Сян? Помощник Цзяна был очень неуверен. Он был с Минсю в течение долгого времени и заметил, что его не интересуют ни мужчины, ни женщины.

Чжоу Сян мог принести с собой только дополнительную еду.

Помощник Цзян остановил его:»О Сяо Чжоу Позвольте мне сказать вам, настроение Минсю очень плохое в эти два дня. Вероятно, потому, что его дом был ограблен вором, поэтому будьте осторожны, когда говорите с ним.

«Вор? Это было когда он был в Чунцине? Чжоу Сян надеялся получить некоторую информацию от помощника Цзяна.

«Да, Минсю только что прибыл в Чунцин, когда получил новости. Затем он бросился обратно ночью и затем в полдень на следующий день улетел обратно в Чунцин. Так утомительно. Я вижу, что он очень устал и его настроение очень плохое, поэтому будьте осторожны.

Чжоу Сян кивнул. Видя, что он не может получить никакой информации, он пошел в комнату отдыха с выносом.

Чжоу Сян осторожно постучал в дверь. Низкий голос Минсю прозвучал изнутри:»Входите».

Он толкнул дверь, чтобы войти. Минсю сидел на стуле, прислонившись головой к стене, с закрытыми глазами.

Чжоу Сян положил еду на стол:»Президент Цзян Гэ сказал, что вы не ели».

Минсю открыл глаза и взглянул на него.

Чжоу Сян все еще был в своем костюме, который был чисто белым героически благородным костюмом с немного естественным и безудержным поведением.

Минсю поднял подбородок:»Садись.»

Чжоу Сян сел напротив него, занимаясь своим делом, когда он выносил еду на вынос. Он чувствовал, как глаза Минсю смотрят на его голову, полные беспокойных мыслей.

«Почему вы стали каскадером Донг Ге?»

Чжоу Сян немного задохнулся. Он поднял голову и спокойно ответил:»Чжан Цзе представил меня».

Глаза Минсю смотрели на него пронзительно:»Я только что видел твою видеозапись, твои движения…… кто тебя научил?»

Чжоу Сян осторожно ответил:»Я ходил на занятия по боевым искусствам, когда был моложе. Это то, что мне нравилось с детства». Все это правда. Чэнь Ин показал ему фотографии Чжоу Сяна, когда он был ребенком на уроке боевых искусств.

Минсю подумал, что парень лжет. Кто на самом деле этот человек? Почему у него и у прежнего Чжоу Сяна так много общего? У них одинаковые точные имена и фамилии, они принадлежат агентству CaiWei, а сейчас Чжоу Сян также стал каскадером WangYuDong. Кроме того, каждый раз, когда он рядом с ним, возникает ощущение узнавания, которое ошеломляет, заставляет терять самообладание и не даёт сосредоточиться на своих действиях.

Этот человек похож на прежнего Чжоу Сяна, очень похож на него. Это было заметно с первого взгляда, но с каждой новой встречей сходство становится все очевиднее.

Как это могло быть?

Минсю отчаянно сдерживал свое желание громко расспрашивать его. Он стал все более и более любопытным в отношении этого человека. Находясь с»этим», Чжоу Сян лишает его возможности думать о»нем (старшем Чжоу Сяне)».

Минсю спросил:»Откуда ты знаешь CaiWei?»

«Мы… мы встретились в больнице.»

«Как вы познакомились?» Пронзительные вопросы Минсю уже превзошли уровень их знакомства, но он все еще смотрел на Чжоу Сяна настойчиво, заставляя его ответить.

Чжоу Сян знал, что с его нынешним положением он действительно не может позволить себе обидеть его. Он ответил нерешительно:»У отца Вэй Ге был инсульт, и он был парализован. Моя мама заботилась о нем в больнице».

Он подсознательно не хотел, чтобы Минсю знал, что он находился в коме в больнице в течение двух лет, потому что у этого (младшего) Чжоу Сяна и того (более старшего) Чжоу Сяна были свои несчастные случаи в тот же день. Раньше он не верил ни в какие паранормальные явления, но теперь он убежден, что в мире существуют сверхъестественные силы. Когда у них обоих произошли несчастные случаи в одно и то же время, его душа вошла в тело этого человека.

Это непостижимо для обычных людей. Поэтому даже с самыми близкими ему людьми он не может заставить себя сказать им, не желая, чтобы у них были какие-либо подозрения.

Минсю посмотрел в глаза Чжоу Сяна и почувствовал, что все еще пытается что-то замаскировать. Он решил отправить кого-то для расследования этого человека. Он не знал, почему уделит этому человеку исключительное внимание. Это почти как… как будто он может слегка чувствовать»его» в этом (младшем) Чжоу Сяне.

Чжоу Сян очень быстро поел, но палочки Минсю даже не двигались. Он продолжал смотреть на Чжоу Сян с пристальным вниманием. Эта еда была действительно безвкусной для Чжоу Сян.

После еды Чжоу Сян ушел первым. По совпадению, директор Чжао позвонил ему, желая поговорить с ним в то время.

Когда он подошел, Минсю также последовал за ним и прямо спросил директора Чжао и Ван Юйдуна:»Этот фильм не плохой. Есть ли подходящая роль для меня (T / N)?»

T / N Минсю попросил роль, потому что он хотел поближе познакомиться с Чжоу Сян.

У обоих в удивлении открылись рты. WangYuDong быстро отреагировал и сразу же улыбнулся:»Конечно, есть роль, которая подходит вам». Помимо фильмов, в которые он вложил деньги, Минсю почти никогда не участвовал в фильмах других людей, потому что он отказывался улыбаться перед камерами. Из-за этого есть много ролей, в которых он не может сыграть. В настоящее время только ВанЮдун может убедить Минсю сыграть камео в своем фильме на несколько минут. Более того, с улыбкой достаточно выражения продолжительностью менее двух секунд, чтобы заставить кассовые сборы превысить ожидаемые 30% продаж. Чтобы Минсю мог участвовать в его фильме, он не мог просить большего.

К сожалению, он просил довольно долго в прошлый раз, прежде чем Минсю согласился. На этот раз он даже не осмелился думать об этом. Неожиданно Минсю фактически взял на себя инициативу, чтобы спросить. Это взбодрило WangYuDong и режиссера Чжао.

В этом фильме не было подходящей роли для Минсю, но если бы им удалось только добавить роль в последнюю минуту, это бы гарантировало кассовые сборы.

Режиссер Чжао сказал человеку, стоящему рядом с ним:»Спешите, позвоните сценаристу. Как еда может так долго питаться? Быстро!»

Чжоу Сян повернул голову и вопросительно посмотрел на Минсю, Минсю тоже тихо посмотрел на него с проницательным пытливым взглядом.

Глава 54 - Ты гей?

Днем, когда Чжоу Сян повторяет падающую последовательность, Минсю остался на стороне, наблюдая, как он чувствует себя очень неловко.

Во время перерыва он слышал, как режиссер Чжао беседовал со сценаристом, говоря, что он хочет добавить вспомогательную роль для Минсю как младшего брата главного героя. Роль хилого больного человека, который все время лежит на больном ложе, но в то же время — ученый с большим талантом. В конце он умрет в руках врагов главного героя. Это играет решающую роль в разжигании важного сюжета об изменении характера главного героя.

Когда они обсуждали сценарий, Минсю также был на стороне и сделал некоторые комментарии. Чжоу Сян слышал только часть контента, но в основном он это понимал. Чтобы добавить больше времени на экран для фильма Минсю, режиссер Чжао может сказать, что ему пришлось мучительно ломать голову. На самом деле, он не должен был делать это таким образом. Чжоу Сян полагал, что, пока Минсю может снимать многие свои сцены с WangYuDong, Минсю определенно не откажется.

Чжоу Сян некоторое время работал в индустрии развлечений. Очевидно, он бы услышал много сплетен. Говорят, что Минсю никогда не снималась в фильмах других людей. Единственным исключением был его зять Ван Юйдун. Если есть первый раз, неизбежно будет второй раз. По сравнению с другими людьми WangYuDong, естественно, отличается.

Глядя на образ Минсю и WangYuDong в глубоких дискуссиях, сердце Чжоу Сяна наполняется неописуемыми эмоциями. Когда двое мужчин стояли вместе, это можно сравнить с многочисленными великолепными спецэффектами фильма. На самом деле не нужно беспокоиться о кассе.

После того, как Чжоу Сян закончил снимать короткую сцену, он пошел в угол коридора, чтобы покурить и отдохнуть. Его мысли всегда были в тяжелом состоянии Чэнь-Иня, поэтому он весь день был неспокойным.

В это время по другой стороне коридора раздавались шаги. Было очень тихо. Прямо рядом со стороной Чжоу Сян находится ванная комната. Он думал, что кто-то идет в ванную, но неожиданно шаги остановились на углу. Вскоре после этого с другой стороны стены прозвучал голос Минсю.

«Эй, начальник бюро Цинь, ты мне звонил?»

«Ты нашел надежного человека? Когда мы сможем встретиться?»

«Я знаю, что сообщил об этом в полицию слишком поздно. Во-первых, я не могу никому рассказать об этом. Во-вторых, я был занят работой компании в последние несколько дней. Я действительно не могу уйти. Я волнуюсь, что средства массовой информации поймут это, поэтому я должен найти надежного человека, чтобы разобраться в этом».

«Нет, я не заходил в комнату. Сцена была сохранена как есть. В то время у меня были важные дела за границей, поэтому на следующий день мне пришлось быстро уехать в командировку. Я только выглянул наружу из двери, но еще не вошел в комнату. Кроме того, в то время в гостиной ходили два человека, но они не заходили в комнаты. Они не должны были ничего трогать. При необходимости я могу вызвать их для участия в расследовании.

«Это здорово. Увидимся в окрестностях завтра в четыре часа дня.

Чжоу Сян не смел дышать. Только когда Минсю повесил трубку и вернулся на съемочную площадку, Чжоу Сян осмелился выдуть дым изо рта.

Минсю действительно нашел кого-то для расследования. Чжоу Сян постоянно беспокоился. При найме профессионального следователя по уголовным делам для расследования этого простого случая»кражи» действительно слишком много сомнительных моментов.

Настолько, что Чжоу Сян может это просчитать.

Неразрушенная блокировка может неохотно быть интерпретирован как превосходные навыки вора в разблокировке замка. Но как только он вошел в комнату, он пошел прямо к тумбочке в спальне, чтобы получить наличные деньги, а затем сразу же вернулся в гостиную, чтобы получить банковскую карту. Любой обычный вор, входящий в квартиру, наверняка перевернул бы дом с ног на голову и разграбил его. Если этот вор не был знаком с домом, как он мог точно знать, где эти вещи? Просто этот пункт уже странный. Чжоу Сян действительно не знал, к каким выводам они придут. По крайней мере, люди с нормальным IQ будут подозревать, что это было сделано кем-то внутри. Аххоу, Чжоу Сян не верил, что они заподозрят мертвого человека, он все еще был не в своей тарелке.

Чжоу Сян размышлял и размышлял, чем больше он думал, тем больше он начинал бояться.

Завтра во второй половине дня Минсю доставит профессионального следователя на предполагаемое место преступления. В то время они наверняка увидят много сомнительных лазеек. Но хотя Чжоу Сян не чувствовал, что его заподозрят, его сознание все еще заставляло его чувствовать себя очень напуганным.

Он выдвинул невероятно смелую идею. И это вернуться сегодня вечером и уничтожить сцену. Согласно тому, что сказал Минсю, они осознают, что защищают сцену, и не вошли туда по своему желанию. Если он сможет вернуться до завтра и немного испортить сцену, они не смогут найти эти подозрительные следы.

Сразу же, когда он подумал об этой идее, Чжоу Сян буквально выпрыгнул из его кожи, его Рука, держащая сигарету, дрожала. Всю свою жизнь он был хорошим гражданином и всегда был честным и честным человеком. Он никогда не совершал этих подлых поступков, но реальность заставляла его снова и снова рисковать.

Чжоу Сян долго бледно стоял на краю ванной комнаты. Наконец он решил вернуться сегодня вечером. Он должен испортить сцену и не оставлять слишком много следов для Минсю.

Чтобы сделать это, ему сначала нужно было узнать о местонахождении Минсю. Ахо, Чжоу Сян не думал, что Минсю вернется сегодня вечером, но после неудачного опыта в прошлый раз, он хотел убедиться. В противном случае у него не хватило бы смелости войти в свое старое окружение.

Он вернулся на съемочную площадку и продолжил снимать (свои сцены).

Ночью после выхода из работы, Чжоу Сян спросил сотрудников, хотят ли они петь и пить вечером. Эти люди все молодые и любят шумное оживление. Очень скоро люди откликнулись. Чжоу Сян также пытался подлизываться к Минсю:»Президент, я не знаю, можете ли вы оказать мне услугу? Но на первый взгляд я вижу, что вы очень заняты, сегодня вечером у вас должны быть какие-то социальные встречи?»

«Нет». Минсю слабо посмотрел на него:»Я присоединюсь к вам, ребята».

Все смотрели на Минсю с широко открытыми глазами. Даже в своих снах они не думали, что он согласится.

С участием Минсю, как другие крупные и второстепенные актеры не посмели их сопровождать? В конце концов, даже WangYuDong и директор Чжао приходят. Небольшое собрание превратилось в приветственную вечеринку для Минсю. Месторасположение изменилось с KTV на ночной клуб.

Чжоу Сян подумал, что это тоже хорошо, Минсю плохо переносит алкоголь. У него есть уверенность, чтобы напоить его.

Как только работа была закончена, более 20 человек с энтузиазмом бросились в ночной клуб.WangYuDong действовал как хозяин и зарезервировал большую отдельную комнату. Менеджер ночного клуба пригласил пятнадцать юных леди и пять юных джентльменов. Все они выглядели довольно красиво. У посохов, греющихся на свету, наслаждаясь своим временем, все сияло. Даже девочки последовали за ним и стали шумными.

Один из молодых людей по каким-то причинам сел рядом с Чжоу Сяном.

Чжоу Сян посмотрел на него и подумал, что глаза этого ребенка довольно проницательны. Он только несколько раз взглянул на него, и этот ребенок уже мог определить его сексуальную ориентацию? Чжоу Сян подумал про себя, у него явно не было таких мыслей вообще, но его естественный характер не может быть изменен в конце концов.

Мальчик улыбнулся и спросил:»Джи, какой ликер ты пьешь?»

Чжоу Сян слегка улыбнулся:»Я не пью. Это просто безалкогольный напиток. Вы помогаете мне пить (ликер).»

«Это должно быть ложью. Просто взгляд, и можно сказать, что вы можете пить. Ты не хочешь пить со мной? Бедро мальчика коснулось его бедра. Внезапно он наклонил голову ближе:»Гэ, ты из тех, кто мне нравится. Я не такой, только ради денег. Я не возьму твои деньги. Пригласите меня сегодня вечером? Вам просто нужно заплатить за отель».

Чжоу Сян улыбнулся и ответил:»У меня уже есть то, чем нужно заняться сегодня вечером, в другой раз».

Мальчик удивленно посмотрел на него:»Аия, ты даже не хочешь, за бесплатно. Я видел неправильно? Тебе нравятся большие груди?

Чжоу Сян улыбнулся и посмотрел в сторону Минсю.

Мальчик чутко ухватился за что-то, понизив голос:»Да, у тебя не может быть такой плохой привычки, верно? Тебе нравится эта большая звезда?»

Чжоу Сян тупо посмотрел на него:»Что за чушь ты говоришь?»

«Что? Вы не думаете, я видел все стороны общества? Каждую ночь эти большие и малые звезды приходят к нам волнами. Прямые они или изогнутые (голубые) это можно увидеть с первого взгляда. Этот молодой мастер»» определенно не интересуется мужчинами. Не думай о нем, просто думай обо мне».

Чжоу Сян действительно не мог вынести его настолько самонадеянным, поэтому он толкнул его:»Принеси мне бутылку зеленого чая».

Он не ожидал, что мальчик вдруг обнимет его за руку. Почти половина его тела была в его объятиях. Улыбаясь:»Ge, сколько тебе лет? Вы только что дебютировали? Я никогда не видел тебя раньше.

Чжоу Сян уже собирался что-то сказать, когда увидел, что лицо мальчика вдруг стало очень странным. Чжоу Сян повернул голову назад и увидел, что Минсю стоит с мрачным лицом позади него.

«Президент…»

Минсю схватил его за руку и поднял с дивана.

отдельная комната очень большая. Для того, чтобы всем было легче наслаждаться и прекрасно проводить время, свет особенно темный. Мало кто заметил, что происходит в углу, но Чжоу Сян все еще неосознанно оглядывался:»Президент, в чем дело?

Минсю холодно взглянул на маленькую утку (мужскую проститутку) и вытащил с собой Чжоу Сян.

Чтобы они выглядели немного естественно, Чжоу Сян мог только захватить Минсю, чтобы он выглядел как будто два человека выходят близко, не то чтобы его вытаскивали.

После выхода из отдельной комнаты в коридоре ходили официанты взад-вперед.

Чжоу Сян схватил Минсю за плечо»Президент? Президент?»

Минсю отпустил его и указал на конец коридора:»Иди туда, мне нужно кое-что спросить у тебя».

Чжоу Сян мог только качнуть головой в знак согласия и следовать за ним.

Двое прошли в укромный угол. Минсю прищурился и спросил.»Ты гей?»

Чжоу Сян пожал плечами:»Да». Это то, что он никогда не скрывал.

Губы Минсю немного дрожали.

Почему? Почему существует так много общего… одно за другим (между пожилым и младшим Чжоу Сяном)? Что на самом деле происходит? Это просто невообразимо. Он не может не спросить:»Кто ты на самом деле?»

Чжоу Сян шокирован, заставляя себя успокоиться:»Президент, что ты имеешь в виду?»

«Вы…»Минсю глубоко вздохнул.»Вы сказали мне, что вас зовут Чжоу Сян, но вы сказали Донг Ге, что вы Чжуг? Как вы это объясните? Как на самом деле твое имя? Кто ты на самом деле?!»

Чжоу Сян оставался спокойным:»Меня действительно зовут Чжоу Сян. Это Вэй Ге, который сказал мне не говорить Донг Ге мое настоящее имя. Он сказал, что Донг Ге определенно не нанял бы меня, если бы услышал это имя».

Это объяснение разумно. Сомнения МинСю слегка развеяны. Он продолжал спрашивать:» Как много Цай Вэй рассказал тебе о деле с Чжоу Сяном?»

«Он мало что рассказал. Просто он был каскадером Донг Ге и обидел его «. Когда Чжоу Сян говорил это, он заметил выражение лица Минсю. Несмотря на то, что он выглядел так, словно это было ничто, его сердце внезапно забилось.

Минсю глубоко посмотрел на него и холодно сказал: «Не стоит интересоваться Чжоу Сяном, не нужно знать слишком много. Это не имеет к тебе никакого отношения.»

«Президент, я никогда не спрашивал об этом».

«Это хорошо», — Минсю вернулся к себе и обернулся, намереваясь вернуться в приватную комнату. Внезапно он остановился и вспомнил, что маленькая утка была привязана к Чжоу Сяну. На мгновение ему стало не по себе. Он хотеть высмеять Чжоу Сяна, но не знал, какое у него право на это. Он долго стоял на месте, а потом, наконец, ушел.

Только после того, как Минсю ушел, Чжоу Сян смог спокойно дышать и вернулся в отдельную комнату.

Минсю сидел в углу. Он мало разговаривал и не участвовал в чужих делах. Как будто все это не имело ничего общего с ним. Никто не станет провоцировать или отвлекать его.

Чжоу Сян взял бутылку вина и перед всеми глазами повернулся к стороне Минсю. Его губы изогнулись в улыбке:»Президент, выпей». Он налил стакан, полный ликера, и передал его Минсю.

Люди вокруг него думали, что Чжоу Сян будет полностью проигнорирован. Неожиданно Минсю просто посмотрел на него и на самом деле взял стакан ликера.

Чжоу Сян также налил себе стакан:»Президент, спасибо за ваше преференциальное обращение, я вас утешу».

Он должен вырубить Минсю сегодня вечером.

Глава 55 - Поцелуй пьяного Минсю

Сначала Минсю не понимал, что Чжоу Сян хотел напоить его. В конце концов, он не думал, что кто-то настолько наглый, что осмелится сделать что-то подобное.

Когда он понял, что происходит, он уже выпил три стакана спиртного и почувствовал головокружение. Его терпимость к алкоголю действительно плохая. Обычно он не пьет много.

Минсю хмыкнул: «Что ты делаешь? Хочешь напоить меня?»

Чжоу Сян улыбнулся: «Президент, не будьте таким серьезным. Все пьют, присоединяйтесь к веселью. Если вы действительно не хотите пить, это нормально. Но я вижу, что вы также не хотите играть или петь. Просто сидеть слишком скучно. Поэтому я выпью с вами».

Один сотрудник было слишком много выпил, и в итоге он запел, как будто вопил и выл. Несколько человек были уже нокаутированы, плюхаясь друг на друга с некоторыми дамами. Многие были нетрезвыми. Только Ван Юйдун, у которого были опасения из-за присутствия его зятя, не разговаривал с юными леди. Вместо этого он и директор Чжао и другие соревновались в пьянстве.

Минсю действительно не интересуется этими вещами. Вместо этого он хотел увидеть, что хочет сделать Чжоу Сян.»Что ты собираешься делать, если ты напоил меня? Позвольте мне сказать вам, что моя алкогольная толерантность не очень хорошая, возможно, я заставлю вас отплатить, когда я проснусь на следующий день»

Чжоу Сян слегка улыбнулся в ответ:»Будь президент, забыл бы меня, как только ты проснешься. Я просто никто, не достойный того, чтобы президент помнил». Возможно, это было потому, что Минсю выпил слишком много, или, может быть, потому, что сам (Чжоу Сян) пил слишком много, но мысли Чжоу Сяна стали смелее, даже его обычная осторожность была почти забыта.

Глядя на этого пьяного Минсю, чувствуя себя сбитым с толку его взглядом, Чжоу Сян не мог не сравнить эту сцену с тем же пьяным человеком, который когда-то держал его, взывая к своему»Донг Гэ». Хотя он никогда не хотел вспоминать эту сцену в своей жизни, он не мог не вспомнить ее. Когда он сказал эти слова Минсю, его тон был полон недовольства, которого даже сам он не знал.

Минсюй тупо посмотрел на него. В тот момент Минсю не знал, были ли его мысли слишком чувствительными или медленными. Одним словом, он испытал некоторые странные эмоции. Его грудь бесконечно угнетена. Чем больше он вступал в контакт с этим человеком (младшим Чжоу Сяном тем больше он думал о старшем Чжоу Сяне. Но он не может позволить себе приблизиться к этому человеку (младший Чжоу Сян).

Минсю посмотрел на ликер перед ним, может быть, это (ликер) сейчас самое лучшее. Он поднял стакан и вылил эту жидкость, которая ему никогда не нравилась, в горло.

Двадцать с лишним человек праздновали до трех часов утра, большинство из них были уже пьяны и не могли ходить. Только помощник Цзян имел это чувство ответственности. Когда он увидел, что Минсю пил, он знал, что он будет водителем сегодня вечером, поэтому он не пил, и поэтому был трезвым.

У Чжоу Сяна была повышенная устойчивость к алкоголю, и хотя его ходьба немного колебалась, ум был все еще ясен.

Группа людей ушла один за другим. Некоторые призывали кого-то их забрать, другие приветствовали такси. WangYuDong кого-то забрали домой.

Помощник Цзян беспомощно посмотрел на Минсю и Чжоу Сяна. В конце концов его взгляд упал на Чжоу Сяна:»Сяо Чжоу ах. Вы напоили его, это действительно беспокоит меня.

В этот момент Минсю был настолько пьян, что лежал на диване. Несмотря на то, что он был очень тихим, лежал там с закрытыми глазами, не теряя при этом прохладного и безразличного образа, этого было достаточно, чтобы шокировать помощника Цзяна. Он никогда не был с пьяным Минсю.

Чжоу Сян улыбнулся и поднял руку, держась за стул, чтобы поддержать:»Мы играем в маму».

«Можете ли вы еще ходить? Помоги мне поставить Минсю в машину. Я также отвезу тебя домой, пока я там.»

«Ты все еще можешь водить машину?»

«Я мало пил. Все хорошо, поехали. Помощник Цзян подтянул Минсю. Пьяные люди особенно тяжелые, особенно Минсю, такой высокий и сильный. Два человека держали каждую сторону Минсю и вышли наружу.

Чжоу Сян держался за талию, он, казалось, слабо помнил чувства удерживания Минсю.

Они посадили Минсю на заднее сиденье. Чжоу Сян сонный и усталый. Он был слишком ленив, чтобы переместиться на сиденье переднего пассажира, поэтому он втиснулся на заднее сиденье.

Во время этой темной и тихой поездки Чжоу Сян заснул.

Не зная, сколько времени прошло Помощник Цзяна толкнул его:»Чжоу Сян. Просыпайся. Помоги мне поднять Минсю наверх.

Чжоу Сян открыл глаза и понял, что машина остановилась на подземной парковке. Помощник Цзян толкнул его и указал пальцем на лифт неподалеку.

Чжоу Сян покачал головой и немного протрезвел. Он быстро вышел из машины и помог ассистенту Цзяну вытащить Минсю из машины. Затем двое мужчин отвезли Минсю в лифт и поднялись в его квартиру.

Помощник Цзян достал ключи, в то время как он держал Минсю, его движения в шуме. Когда дверь открылась, Чжоу Сян быстро схватил Минсю и отвел его в дом, а помощник Цзян поспешно вытащил ключ. Темпы двух мужчин (Чжоу Сян и Минсю) не соответствовали друг другу, из-за чего масса тела Минсю внезапно упала на Чжоу Сян. Минсю слишком тяжёлый, и колени Чжоу Сяна подогнулись, заставив его упасть у входа, тело Минсю склонилось над ним.

Помощник Цзян с тревогой вскрикнул:»Чжоу Сян!

В результате этого сильного столкновения с грохотом упавший на пол Минсю пробормотал что-то. Услышав слова»Чжоу Сян», его сердце подпрыгнуло, и он мгновенно»протрезвел».

Он медленно открыл глаза. Хотя его глаза не сфокусированы, он смотрел на человека под ним.

«Чжоу Сян?» Минсю тихо бормотал, но двое присутствующих не слышали его ясно.

Помощник Цзян хотел помочь поднять Минсю вверх, но Минсю отвел руку. Опустив голову, его нос приблизился к лицу Чжоу Сяна, словно ощущая его запах.

Чжоу Сян ошеломленно смотрел в потолок и пытался оттолкнуть его, но у него кружилась голова. Это не головокружение от выпивки, а головокружение от падения. Короче говоря, его руки не координировались. Он тихо пробормотал:»Президент…»

Без слов что-то мягко прижалось к его губам. Когда он понял, что это поцелуй Минсю с оттенком алкоголя, все его тело напряглось.

Помощник Цзян также ошеломлен. Он стоял у двери и смотрел, как Минсю поцеловал Чжоу Сян. Он не знал, уйти или нет. Он просто подумал, что это его воображение.

Чжоу Сян ухватился за лицо Минсю, желая оттолкнуть его, но он не знал, где пьяный Минсю так сильно набрался сил. Его так властно целовали, как будто Минсю хотел проглотить губы Чжоу Сяна.

У края глаз Чжоу Сяна было жгучее ощущение, не зная, что у него есть импульс плакать.

Минсю неоднозначно спросил:»Это ты (T / N)?» а затем он обнял Чжоу Сяна и заплакал.

T / N Он имеет в виду пожилого Чжоу Сяна.

Чжоу Сян настолько потрясен, что не может ничего сказать.

Помощник Цзян в ужасе. Как умный и рациональный помощник, он принял решение, которое он считал наиболее правильным. Он закрыл дверь и убежал. Знание слишком большого количества вещей босса — нехорошая вещь, поэтому лучше сделать вид, что не знает.

Чжоу Сян посмотрел на плотно закрытую дверь, думая о решительном»отступлении» помощника Цзяна. Эта серия событий произошла всего за минуту. Когда он отвратительно повернул голову назад, Минсю на самом деле уснул. Только слезы на его лице и его руки, которые крепко держатся за его руки, являются единственным признаком того, что все, что произошло раньше, не является иллюзией.

Минсю плакал. Почему?

Это ты?

О ком он говорит?

Когда они впервые попали в дом Минсю, он звал его (старшего Чжоу Сяна)? Но Чжоу Сян не был слишком уверен, все было слишком размыто.

Несмотря ни на что, Чжоу Сян не мог зайти так далеко, чтобы переоценить себя, полагая, что Минсю плачет за него. Будто Минсю просто слишком много выпил, заставляя его настроение сильно колебаться. Когда Чжоу Сян напился раньше, он даже плакал о том, что влюблен в этого мальчика в средней школе. Но когда он проснулся, он даже не мог вспомнить ни имени этого человека, ни того, как он выглядел.

Алкоголь может бесконечно усиливать эмоции человека. Почему Минсю такой? Он понятия не имел. Чжоу Сян знал только, что он мог спровоцировать некоторые неприятности.

Он переместил свое тело и попытался сесть, но Минсю все еще цепляется за него, поэтому он не мог двигаться.

Несмотря на погоду в этом сезоне не слишком холодно, если бы он спал на полу целую ночь, разве он не заболел? Его самая главная цель напоить Минсю состоит в том, чтобы гарантировать, что его план сегодня вечером был бы абсолютно безопасен. Несмотря на то, что он чувствует, что все еще довольно трезв, ему нужно было просто выпить немного воды и подышать свежим воздухом, не должно быть никаких проблем с возвращением в его квартиру. Но как он может выбраться из этого места (дома Минсю)?

Что если его движения слишком велики, и это разбудит Минсю?

Чжоу Сян долго размышлял, не зная, что делать.

Тело Минсю лежало на нем сверху, горячее и тяжелое, а его рука все еще держала Чжоу Сяна так сильно, как будто он держался за что-то очень важное, отказываясь отпускать даже в своем состоянии.

Чжоу Сян тихо вздохнул, он терпел и терпел, и, наконец, он не мог не протянуть руку. Эта рука мягко упала на спину Минсю.

Сквозь рубашку Минсю, ладонь Чжоу Сяна почувствовала его палящую силу, согревающая энергия его кожи просочилась сквозь ладонь и проникла в его сердце.

Это… Минсю.

Это Минсю, с которым он был очень близок, их тела объединялись много раз. Они были очень близки. Он все еще помнил запах бритья этого человека, мягкость его волос, жар на коже и вкус их поцелуев.

Теперь они снова обнимают друг друга. Но они уже не Чжоу Сян и Минсюй.

Чжоу Сян ошеломленно чувствует жар на ладони. Он не смел пошевелиться. Он боялся, что, если он двинется, сцена перед ним рухнет, и он обнаружит, что все это всего лишь иллюзия.

Он моргнул глазами, край его глаз был непрерывно болезненным.

Глава 56 - Кто поможет ему?

Чжоу Сян лежал на полу целых 20 минут. После подтверждения того, что Минсю действительно был в глубоком сне, он осторожно оттолкнул руку Минсю от его талии и отодвинул тело от объятий Минсю.

Чжоу Сян потер лицо. Его голова немного болит. Он действительно хотел упасть и долго спать.

Увидев, что Минсю все еще лежит на полу, Чжоу Сян поднялся, налил себе стакан воды и глубоко вздохнул. Затем он присел на корточки и вытащил Минсю вверх. Он собирался забрать Минсю в спальню, но, оглядывая квартиру, комната, похожая на спальню, была далеко от него. У него действительно не было силы, чтобы тащить Минсю так далеко. Поэтому он просто вытянул Минсю на диван. Это было такое короткое расстояние, но он был настолько измотан, что его голова вспотела от напряжения.

Если он не пил спиртное, он все равно мог нести Минсю на спине. Но, к сожалению, после питья его ноги немного ослабли. Это было уже хорошо, что он мог стабилизировать свои шаги. Чтобы быть в состоянии переместить человека, который является 184 фунтами. было бы слишком напряженно.

После того, как он положил Минсю на диван, то увидел, что на балконе высыхает одеяло, поэтому схватив его и накинул на Минсю.

Чжоу Сян посмотрел на часы. Было уже 4 утра. Если он не уйдет сейчас, небо скоро станет ярким.

Ах, хотя он решил пойти на этот риск в течение дня, его сердце продолжало биться. Множество плохих мыслей текло в его голове, заставляя его чувствовать, что ему было бы неправильно идти, но также и ему было бы неправильно не идти. Но после того, как у него в желудке было немного бокалов спиртного, он стал намного смелее С течением времени он встал и без колебаний ушел.

Он взял такси обратно в район своего бывшего дома. Было только 5 утра, небо уже становилось ярче. Утренние уборщики под уличными фонарями делают все возможное, чтобы убирать улицы.

Чжоу Сян попросил водителя припарковать машину у заднего входа в окрестности. Он вспомнил камеру наблюдения, о которой упоминал КайВей в прошлый раз, поэтому он старался быть еще более осторожным. Эта задняя дверь находится в очень отдаленной области. Это дверь, которую уборщики часто используют, когда собирают мусор. Чжоу Сян входит сюда, в основном его никто не увидит.

Он вошел в свое здание и осторожно поднялся.

В коридоре особенно тихо. Это время, когда люди крепко спят, так что это относительно безопасное время.

Чжоу Сян действительно удалось достать запасной ключ из коробки с пожарным гидрантом. Похоже, они не подозревали, что»вор» действительно использовал запасной ключ. XiRong также положил ключ обратно. В конце концов, если бы он сам не знал, где находится ключ, кто бы мог подумать об этом? С ключом, сердце Чжоу Сян намного более улажено, чем раньше. Похоже, бог дал ему путь к спасению.

Он осторожно открыл дверь и вошел в квартиру.

Гостиная выглядела так же, как и когда он совершил свой поспешный побег, даже почва, которую он бросил в лицо СиРонга, была разбросана по земле.

Чжоу Сян глубоко вздохнул и быстро прошел в спальню. Он нарочно обыскал шкаф и прикроватную тумбочку, а затем пошел в кабинет, чтобы открыть все ящики, чтобы создать иллюзию того, что он рылся.

Единственная комната, которую он действительно не трогал, — это гостиная. Согласно тому, что он услышал в тот день, трое из них решили остаться только в гостиной, чтобы сохранить место преступления. Итак, как выглядела гостиная, они запомнят.

К счастью, в доме нет ничего ценного. В противном случае первая реакция обычного человека после осознания того, что он был ограблен, состоит в том, чтобы проверить и посмотреть, что потеряно. Кроме того, Минсю и другие смогли сохранить спокойствие и в наибольшей степени сохранить сцену.

Чжоу Сян провел менее 10 минут с момента входа в квартиру до его ухода. Он также знал, что мог оставить лазейку. В конце концов, он не настоящий вор или следователь по уголовным делам. Но он смог сделать самое простое, что мог придумать, чтобы помешать решению дела. Он считает, что создание этого хаоса определенно сработает.

После всего этого Чжоу Сян быстро ушел. На полпути вниз по лестнице его телефон внезапно зазвонил, напугав его до безумия.

Чжоу Сян не посмотрел и быстро повесил трубку. Звук звонка не был слишком пронзительным в тихом коридоре.

Он не смел бросить бежать до того момента, как покинул окрестности. Только когда он добрался до того места, где считал себя безопасным, он достал свой мобильный телефон. Чэнь Ин позвонил ему.

Чжоу Сян перезвонил.

«Чжоу Сян, а, ты еще не вернулся?» Очевидно, что Чэньин только что проснулся, ее голос звучал немного неясно.

«Да, я только что закончил пить со своими коллегами. Я сейчас приду домой. Ты не могла спать (потому что его не было дома)? Не жди меня».

«Я уснула. Я видела, что ты не вернулся, когда я встала, чтобы воспользоваться ванной. Я не беспокоюсь. Это нормально, пока ты возвращаешься. Не выходи так поздно в будущем. Ты будешь очень уставшим — зевнула Чэнь Ин.

Чжоу Сян повесил трубку. В это время день уже становился все ярче. Чжоу Сян сел на самый ранний автобус, чтобы спешить домой.

Вернувшись домой, он был слишком ленив, чтобы умыться. Он просто уснул на односпальной кровати в гостиной.

Когда он проснулся на следующий день, это было уже в полдень.

Он открыл глаза и посмотрел на часы. Сначала он почувствовал, что опаздывает на работу и хотел быстро встать. Но потом вспомнил, что уже просил у CaiWei выходной, потому что собирался сдать экзамен ChenYing.

Это сегодня.

Сердце Чжоу Сяна начало дрожать.

«Чжоу Сян, ты проснулся?» — сбоку тихо спросила Чень Ин.

Чжоу Сян сел и кивнул головой: «Мам, почему ты не разбудил меня?»

«Скажите, что вам делать? Ты вернулся так поздно вчера. Чэнь Ин дала ему полотенце:»Сначала помой лицо, а потом иди».

Чжоу Сян просто принял душ, потому что его тело пахло алкоголем. Запах был действительно плохим. Хотя эта дешевая небольшая квартира очень обветшала, ChenYing — женщина, которая любит быть чистой. Квартира внутри очень организованная и очень чистая. Там нет области, которая грязная. Чжоу Сян, стоящий в квартире, потому что он находится в конфликте со свежим воздухом в квартире.

После того, как он вымылся, Чэньин уже переоделся в особенно опрятный и приличный наряд, сидя на диване, спокойно глядя на подержанном телевизоре, который купил Чжоу Сян, даже если он не был включен.

«м», тихо позвал Чжоу Сян.

ЧэньИН обернулся и улыбнулся:»Ешь сначала. После того, как вы поедите, мы можем пойти в больницу».

Чжоу Сян подошел и присел перед ней, держа ее за руку:»М, не уходи, я пойду сам».

«Я пойду с тобой, моя собственная болезнь. Мне нужно знать больше, чем кому-либо еще.

Чжоу Сян все еще хотел убедить ее, но Чэнь Ин поднял ее руку и погладил его влажные волосы.»Не убеждай меня. Ах, Сян, твоя мать намного сильнее, чем ты думаешь. Даже если доктор скажет, что у меня рак, я тоже не боюсь. Видя, что ты проснулся до того, как я умер, и у меня тоже такая хорошая работа, я могу спокойно сопровождать твоего отца, зная, что ты сможешь жить хорошо.

Губы Чжоу Сяна задрожали, ободок его глаза немного покраснели.

Чэнь Ин похлопал его:»Поторопись и иди кушай».

Чжоу Сян неохотно подавил свои эмоции и небрежно прочесал волосы. Он пошел, чтобы съесть особенно богатый завтрак, приготовленный Ченином. После этого он пошел переодеться, а затем они оба вышли за дверь.

На этот раз Чжоу Сян хотел поехать на такси, и Чэнь Ин не остановил его. Чжоу Сян не может вынести удручающего настроения Чэньин, по-видимому, принять ее смерть. Он отчаянно пытался подбодрить ее. Она улыбнулась, но это было с неохотой.

Они два часа стояли в очереди в больнице. Наконец настала их очередь. Они вошли в кабинет того же доктора с прошлого раза и закрыли дверь. В комнате было тихо. Доктор посмотрел на них и указал на стулья перед ними:»Сядьте».

Двое сели.

Доктор сообщил им о результатах, используя множество медицинских терминов. Чжоу Сян совершенно не понял. На самом деле, это был не только он. Даже Ченинг, которая, кажется, внимательно слушает, ее голова гудит, а глаза расплываются.

Но они не пропустили последний термин — уремия (T / N).

T / N Уремия — это состояние с высоким уровнем мочевины в крови. Лечение заключается в проведении диализа или пересадке почки. Классическими признаками уремии являются прогрессирующая слабость и легкая усталость, потеря аппетита из-за тошноты и рвоты, мышечная атрофия, тремор, нарушение психической функции, частое поверхностное дыхание и метаболический ацидоз. Без вмешательства посредством диализа или трансплантации почки уремия из-за почечной недостаточности будет прогрессировать и вызывать ступор, кому и смерть. Поскольку уремия является в основном следствием почечной недостаточности, ее признаки и симптомы часто возникают одновременно с другими признаками и симптомами почечной недостаточности.

Доктор торжественно посмотрел на мать и сына.»Вы можете пойти в большую больницу для второго мнения. Но уремию не сложно диагностировать. Мы, конечно, можем диагностировать это здесь. На самом деле, вы должны быть благодарны, потому что уремия не является неизлечимым заболеванием. Пока пациентка продолжает лечение диализом, она может определенно продлить свою жизнь.

Чжоу Сян вывел Чэньин из кабинета врача. В мрачном больничном коридоре ходят разные врачи и пациенты. У них всех могут быть невыразимые боли. Все выражения выглядят очень мрачно. Обычный взгляд отчаяния на эту обычную мать и сына не привлекал внимания окружающих.

Чен Ин пробормотал:»Почему это заболевание? Почему это? Она два года ухаживала за Чжоу Сян в больнице и видела все виды болезней. Для семьи, живущей в бедности, финансовое давление уремии невозможно вынести.

Доктор сказал, что ее состояние более серьезное и предложил ей делать диализ два раза в неделю. Каждый раз, плата составляет 400 юаней. Через месяц расходы составят более 3000 юаней. Более того, уремические пациенты не могут выполнять тяжелый физический труд. Она в основном потеряла способность работать. Чжоу Сян только начал работать, как он мог поддержать их обоих, одновременно лечить ее?!

Чжоу Сян посмотрел на пестрые стены больницы. Он хотел что-то сказать, но это застряло у него в горле.

Считается ли это удачей или неудачей? По крайней мере, до тех пор, пока лечение соблюдается, есть много людей с уремией, которые могут прожить десять или два года. В этом году Ченьин уже 60 лет. Чтобы человек мог дожить до 70 или 80 лет, его жизнь уже считается выполненной. Однако, где он может взять деньги?

800 юаней требуется в неделю, это не включает стоимость других лекарств и питательных продуктов. Он может зарабатывать в среднем только шесть или семь тысяч каждый месяц, и ему все равно придется платить за аренду, питание, транспорт и т. д. Они все еще должны более 300 000 юаней долгов. Кроме того, если они найдут донора почки для трансплантации, это будет дополнительные 100 000 юаней. Где он может взять деньги?

Если бы он был бывшим Чжоу Сян, он решительно продал бы свою квартиру и получил бы более двух миллионов, чтобы преодолеть это затруднение. Но что у него сейчас? У него ничего нет, только больная мать, которая отчаянно нуждается в деньгах для ухода.

Чжоу Сян никогда не чувствовал себя таким отчаявшимся.

Тонкий голос Чен-Ин звучал так, как будто он был не из ее тела. Она сказала:»Я не собираюсь проходить лечение».

Чжоу Сян посмотрел вверх:»м…»

Чэн Ин устало покачала головой. Как будто она смирилась и приняла ситуацию:»Я не могу тебя обременять. Эта болезнь — бездонная яма. Мы не можем позволить себе лечить это. Ты все еще молод и еще не женат. Я не собираюсь проходить лечение……» Чэнь Ин продолжала качать головой, слезы текли по ее лицу.

Чжоу Сян глубоко вздохнул и мрачно ответил:»М, вы должны пройти курс лечения. Если не по какой-то конкретной причине, а по той простой причине, что ты не можешь оставить меня в покое. Наша жизнь была средней, но, по крайней мере, мы все еще здесь. Если человек ушел, даже если жизнь хороша, какая польза от этого? м, вы должны лечиться. Ты не можешь сделать это со мной. Чжоу Сян отказывался верить, что ему не суждено быть матерью в этой жизни. Его настоящая мама умерла, когда он был очень молодым. Будучи рожденным свыше, он фактически получил маму. Но сейчас этой маме грозит неминуемая смерть, он не может ее принять. Он определенно не может принять это. Его настоящая мама умерла от несчастного случая, это он не может предотвратить. Но с Чэн Ином, по крайней мере, есть надежда спасти ее. Единственная проблема — с деньгами… ничего, кроме денег.

Чен Ин только покачала головой со слезами на глазах. Ее глаза полны отчаяния. Она действительно хотела умереть, чем быть живой и обременять своего сына.

Чжоу Сян не позволил ей отказаться. Он выполнил все процедуры для ее первого диализа.

Когда Чен Ин лечилась, Чжоу Сян спросил, есть ли у нее какая-либо медицинская страховка или что-то подобное, что можно использовать.

Чен Ин безнадежно покачала головой. После того, как ее муж умер, она эмоционально упала в обморок и не могла работать, поэтому она рано ушла на пенсию. Позже Чжоу Сян был также госпитализирован. Ее медицинская страховка была истощена в какое-то неизвестное время. Может ли это быть использовано сейчас, она сама в этом даже не уверена.

Чжоу Сян ломал голову, чтобы придумать способы заработать деньги, но там ничего нет.

Он даже хотел признаться в своей личности Цайвэй. Тем не менее, уремия — это заболевание, которое нужно лечить бесконечно. Это может быть не просто с десятками тысяч юаней, а с затратами в несколько миллионов долларов. После того, как он открыл этот рот Цай Вэя, тот очень заботится об их дружбе и все еще чувствует себя с ним (его смерть он, безусловно, может одолжить ему деньги. Но он определенно не может вернуть его. У Цай Вэя есть жена и дети, чтобы поддержать, и отец, который перенес инсульт. Давление на его плечи не намного меньше его. Как он может открыть этот рот, чтобы спросить Цай Вэя? Он не признался раньше или позже, но сделал это, когда ему были нужны деньги? Используя силу и дружеские отношения Цай Вэя, чтобы заставить его, такого рода вещи, он действительно не может этого сделать. Кроме того, Цай Вэй может быть не в состоянии понять. В конце концов, Чэньин не его настоящая мать. Он размышлял над этим снова и снова, но все же чувствовал, что не должен вовлекать Цай Вэя. Он не хотел, чтобы Цай Вэй ненавидел его.

Итак, кто еще может ему помочь?

СиРонг? Один или два миллиона, может быть, не так много для него…

Нет… ни за что. СиРонг был очень опечален из-за его смерти. Как он мог сказать ему правду, когда ему нужны были его деньги? Кроме того, он и СиРонг не близки к этому. Какие квалификации он должен использовать СиРонг?

Кроме того, самое важное, что он знал, что он не сможет вернуть деньги. Независимо от того, насколько успешен XiRong, деньги не просто дуют от ветра. В то время, что он должен компенсировать СиРонг?

Диализ Ченина занял целых пять часов. Чжоу Сян остался рядом с ней, не покидая ее, но он не поднял голову.

В это время… кто действительно может ему помочь…..?

Глава 57 - Чувство отчаяния

Чжоу Сян договорился с доктором, чтобы его почка была проверена на совместимость в следующий раз, когда он придет. Это он сделал тайно за спиной Ченина. Даже если его почка совпадает, во-первых, у него нет денег на операцию, а во-вторых, он боится, что Чэньин скорее умрет, чем согласится принять его почку.

Но несмотря ни на что, он должен попробовать. По крайней мере, есть еще надежда спасти ее.

Ах, хотя Чжоу Сян немного боялся возможности удалить почку, у него не было причин отступать. Это тело не было его началом, но принадлежало этому мальчику по имени Чжоу Сян. Он был просто умирающим человеком, которому посчастливилось разместить свою душу в этом теле, чтобы продолжать жить своей жизнью. Этот мальчик — сын Чэньин. На этом теле, в котором находилась его душа, каждая прядь волос, кожи и даже эта жизнь происходили из Чэньин. Он самый близкий родственник Ченина. Он не может уклониться и не может быть эгоистичным.

После того, как они оба вернулись домой, атмосфера в маленькой квартире похожа на темное облако, давящее на них, оно чрезвычайно тяжелое. Чжоу Сян пошел на кухню и быстро приготовил две миски с горячей лапшой.

Его кулинарные навыки всегда были хорошими, но после перерождения об этих тривиальных вещах всегда заботились Чэнь Ин. Ему никогда не позволяли заниматься домашним хозяйством. Эта упрямая женщина всегда прилагает все усилия, чтобы делать то, что мать должна делать для Чжоу Сян.

Чжоу Сян часто думал, что если бы его собственная биологическая мать была жива, она, вероятно, тоже была бы такой.

Чжоу Сян долго уговаривал ее, прежде чем она, наконец, съела половину миски лапши.

Чжоу Сян,»м, теперь тебе придется делать диализ дважды в неделю. Вы не можете пропустить ни одного.

ЧэньИН мучительно покачала головой.

Сегодняшняя диализная процедура заняла почти пять часов. Во время лечения каждая минута и каждая секунда были мучительными, особенно если бы человек жил так два раза в неделю, может быть, более десяти лет, любой чувствовал бы себя безнадежным. Неспособность что-либо сделать или пойти куда-либо, добавляя к необходимости тратить огромные усилия и затраты. Жить так… Чэньин предпочла бы, чтобы у нее был рак, чтобы она могла просто умереть рано и не обременять своего сына.

Чжоу Сян могла почти догадаться, что у нее на уме, увидев выражение ее лица. Это заставило его бесконечно паниковать. Он все еще должен работать, поэтому он не может каждый раз ездить с ChenYing. Если он не уйдет, он боится, что ChenYing определенно не пойдет. Размышляя снова и снова, он решил найти смотрителя. Хотя это дополнительные расходы, смотритель может позаботиться о Ченьин и отвезти ее в больницу. Это обязательный счет. Кроме этого, у него нет других путей.

Он подумал о тетушке, которая в последний раз отвезла его в больницу. Тетя также проводила ежемесячные тренировки с ChenYing и упомянула, что она также хотела бы быть смотрителем. Она казалась очень восторженной, сильной и здоровой, поэтому она должна подходить для этой роли. Чжоу Сян немедленно решил позвонить этому смотрителю завтра.

Но если бы он нанял смотрителя, эта квартира была бы слишком маленькой. Было бы лучше перейти на большее место. Он не может заставить их всех втиснуться в одну маленькую комнату, верно?

Чжоу Сян сразу же испугался и огорчился. Чем больше он думал, тем больше это становится возмутительным. Где он собирается получить столько денег? Если бы он действительно нанял кого-то, чтобы позаботиться о Ченине сейчас, это уже превысило бы его лимит. Деньги, которые он зарабатывал за это время, могли поддерживать их только в течение двух-трех месяцев, а то и дольше……

Через два-три месяца у него не будет денег для лечения болезни Ченина. Даже еда и проживание станут проблемой. В то время, что он должен делать? Что он должен сделать? Что ему делать?

Голова Чжоу Сяна вот-вот взорвется.

В этот момент зазвонил его мобильный телефон. Чжоу Сян посмотрел на него и увидел, что на самом деле это был Минсю.

Сегодня он был в беспорядке, поэтому вопросы с Минсю и его квартирой уже были забыты. Глядя на время сейчас, Минсю, вероятно, уже привел бы следователя в квартиру. Когда люди сталкиваются с трудностями, очень легко думать пессимистично. Кроме того, в этот момент зловещее предчувствие продолжало расти в сердце Чжоу Сян. Он действительно хотел ругаться… чтобы увидеть, как много еще Бог хотел с ним связать.

Даже не задумываясь, он немедленно повесил трубку. Прямо сейчас у него действительно не было сил, чтобы справиться с Минсю.

Утешив Чэньин, он уснул на диване в гостиной и курил одну сигарету за другой.

Он ломал голову и не мог придумать способов получить много денег за короткий промежуток времени, если только он не выиграет в лотерею, если деньги не упадут с неба, в противном случае…

Запрашиваемая CaiWei абсолютно невозможен. Он не мог беспокоить CaiWei. Но кроме него, сколько богатых людей он знает, которые могут одолжить ему деньги?

XiRong? Не может… они не близки к этой степени. Его нынешняя личность не близка с XiRong. Если он сообщит XiRong о своей истинной личности, XiRong может помочь ему, но он должен ему пожизненно. Он не может представить, что произойдет в будущем.

Президент Ван? будь он может попробовать. Президент Ван может быть готов помочь ему с парой десяти тысяч юаней, но это только решит его насущную потребность.

Есть вариант…. и это сначала попросить CaiWei одолжить несколько десятков тысяч. Это не должно быть слишком большой проблемой. Затем попросите президента Вана одолжить еще несколько десятков тысяч, что составит 100 000 иен. По крайней мере, это может поддержать их до конца года. Что касается остальных денег, кто еще? Кто еще может ему помочь? Кто еще богат и не заботится о деньгах…

Минсю?

Тень Минсю внезапно появилась в уме Чжоу Сяна.

Он очень встревожен.

Почему он подумал о Минсю!

Однако, это действительно так. Если он скажет Минсю, кто он на самом деле, по крайней мере… по крайней мере, он сможет вернуть свою квартиру!

Хотя его квартира была старой и маленькой, его отцу было передано государственное предприятие. Расположение лучшее во втором кольце. В таком прекрасном месте, продать его за два миллиона вообще не проблема.

Если квартира продана, он может…

Продажа квартиры…… Сердце Чжоу Сяна сильно сжалось.

Это был последний актив, оставленный его родителями, место, где он прожил 30 лет, и единственное место, где хранятся воспоминания его и его родителей. Однажды он поклялся никогда не продавать свою квартиру всю свою жизнь. Даже если он был слишком беден и не мог есть, по крайней мере, ему еще есть где жить. Как он мог продать этот дом!

Взвешивание этого дома привело к тому, что его родители оставили Ченина в масштабе, какая сторона тяжелее (важно)? Чжоу Сян схватил его за волосы и не смог найти ответ.

Если он не раскроет свою истинную личность, он не сможет вернуть квартиру. Как он может смотреть и позволить Чэньин умереть? Но если он вернул квартиру?… Он впал в глубокое противоречие.

Его мобильный телефон снова зазвонил в темноте. Чжоу Сян боялся, что это разбудит Чэньин, она уже долго не могла уснуть, поэтому он быстро поднял трубку. Звонок был из CaiWei.

Он принял звонок и пошел на кухню, закрыв дверь, и слегка прошептал:»Вэй Гэ».

«Все ли сделано?» Голос CaiWei был немного тяжелым.

Чжоу Сян»хмм» звук. Будучи пойманным в такую бесконечную отчаянную дилемму, он действительно хотел обнять и заплакать с CaiWei.

«Как… как все прошло?»

голос Чжоу Сяна дрожал:»Это уремия».

ЦайВэй тяжело вздохнул и долгое время ничего не говорил.

Чжоу Сян слабо пробормотал:»Я собираюсь взять еще один выходной. Прямо сейчас я действительно…»

КайВей вздохнул:»Вам не нужно приходить на этой неделе. Просто оставайся дома и будь со своей матерью. Твоя мать… ее жизнь слишком трудна».

Чжоу Сян хрипло ответил:»Да, она……»

CaiWei долгое время молчал:»Ах, Сян, способность Вэй Ге действительно ограничен. Я могу дать вам 50 000 йен».

Чжоу Сян эмоционально вздрогнул:»Вэй Гэ, я не могу вернуть тебе деньги……»

«Я не собираюсь просить их назад, если вы не разбогатеете позже. Уремия — это болезнь, которая требует много денег. Я знаю, что эти деньги не могут решить большую проблему. Я спрошу президента Ван. Президент Ван может помочь вам немного больше.

Чжоу Сян, честно говоря, никак не мог отказать. Сейчас ему действительно нужны были деньги, поэтому он мог только ответить:»Вэй Гэ, спасибо.

CaiWei также работает для кого-то еще. Для того, чтобы он ослабил свой кошелек и был так щедр к совершенно не связанному с ним человеку, с которым он встречался менее полугода, Чжоу Сян не знал, как его поблагодарить. С того момента, как он открыл глаза, и до сих пор Цай Вэй помогал ему и заботился о нем. Если есть какие-то положительные стороны от новой жизни, она снова может встретиться с CaiWei.

Повесив трубку, Чжоу Сян долго оставался на кухне. Его ноги начали болеть, но он чувствовал, что такое маленькое пространство дало ему чувство безопасности.

В этот момент телефон снова зазвонил. Звонил помощник Цзян. Чжоу Сян не хотел его обидеть, поэтому он принял звонок. Он не ожидал, что мрачный голос Минсю прозвучит с другойстороны:»Вы сознательно не поднимаете мой телефон?»

Голова Чжоу Сяна жужжала. Он подсознательно ответил:»Нет… Не видел этого».

«Тогда вы видите это сейчас?»

«…… Да…… что-то не так?» Тон Чжоу Сяна был низким, звучал слабым и подавленным.

«Что с тобой случилось? Все еще не трезвый?»

Чжоу Сян действительно надеялся, что все, что происходит сейчас, является всего лишь иллюзией от алкоголя, но, к сожалению, это не так.

Он решительно улыбнулся:»(Я) Трезвый, Почему Президент ищет меня?»

«Я хочу, чтобы вы пришли ко мне прямо сейчас».

«Почему?»

«Никаких особых причин. Я хочу увидеть тебя.»В глазах Минсю Чжусян все еще неизвестный новичок, который определенно не осмелится оскорбить его.

голос Чжоу Сяна дрожал:»Президент, мне сегодня очень плохо. Я не собираюсь выходить на улицу. Как насчет другого дня?»

«Где ты? Я хочу, чтобы Сяо Цзян забрал тебя».

Мысли Чжоу Сяна были в хаосе. Каждое предложение, сказанное Минсю, приводило его к нетерпению. Он раздраженно ответил:»Я не знаю. У меня нет времени видеть тебя. У меня нет времени. У меня нет энергии. Минсю. Не мучай меня! После того, как он сказал это, он повесил трубку.

В это время ему было все равно, сказал ли он что-нибудь неправильно или обидел Минсю. Он чувствовал, что его сердце и легкие взорвутся. Когда он разговаривал с Минсю, казалось, что ему постоянно было напоминать, что это был человек, который заставил его впасть в отчаяние без выбора, кроме как присоединиться к съемочной группе документальных фильмов. Иначе он бы не умер. Он по-прежнему будет жить естественно и свободно со своей истинной личностью как Чжоу Сян… не испытывая всего этого…… всего этого, что заставляло его чувствовать огромную боль.

Это он!

Чжоу Сян не сделал не хотел с ним разговаривать, не хотел его видеть, не хотел его трогать. Он надеялся, что все вещи, связанные с Минсю, полностью исчезнут в этом мире, и он никогда их не вспомнит.

Если бы Минсю любил его с самого начала, все было бы по-другому, и вся эта печаль не имела бы того что произошло.

Он никогда не ненавидел Минсю так сильно, как в этот момент.

Глава 58 - Как заставить Чжоу Сяна увидеть Минсю

На следующее утро Чжоу Сян позвонил тете с фамилией Ван и рассказал ей о состоянии Чэньин. Его главным намерением было нанять ее, чтобы она присмотрела за Чен Ин и отвезла ее в больницу на лечение.

Тетя Ван плакала по телефону, услышав о состоянии Ченина, и сказала, что жизнь матери и сына на самом деле не было легко. Она согласилась на это.

Наконец, они согласились, что она будет приходить два раза в неделю, чтобы пойти с Чэнь Ин в больницу. Кроме того, она также поможет Ченину убирать квартиру. Каждый раз, когда она приезжает, ей платят 80 иен.

Пока Чэнь Ин придерживался диализной процедуры, обычная кулинария и другие работы не были проблемой. Из-за ограниченных денег Чжоу Сян не может позволить себе работать смотрителем полный рабочий день. Поскольку заработная плата зависит от того, сколько раз приходит опекун, если у него есть время в субботу, он может сам взять ChenYing и сэкономить деньги. Но на самом деле у него никогда не было полных выходных после того, как он начал работать.

Теперь он должен повернуться, как волчок, чтобы найти способы заработать больше денег. В то же время он найдет немного свободного времени, чтобы проверить и выяснить, сможет ли Чэньин получить какие-либо медицинские льготы.

Он почувствовал, что когда он сейчас открывает глаза, его ждет множество вещей, которые ждут его. Он никогда не чувствовал себя таким истощенным и не работал так усердно.

Он прибыл в компанию немного позже. CaiWei вызвал его прямо в офис.

CaiWei вручил ему банковскую карту:»Внутри 50 000 йен. Используйте это, чтобы заботиться о неотложных потребностях сначала. Президент Ван отправился в Тибет за своим буддийским уединением. Никто не может связаться с ним в это время. Когда он вернется, я обязательно поговорю с ним. Я верю, что он обязательно поможет. Однако вы, ребята, не имеете никаких отношений, поэтому помощь президента Ван будет ограничена. Вы все еще должны быстро найти способ. Я представлю вам как можно больше работы, но вы не должны случайно говорить другим в компании, иначе другие люди будут завидовать».

С тех пор, как он вошел в компанию, CaiWei позаботился о нем. Другие люди были неизбежно подозрительны. Чжоу Сян слабо почувствовал, что слишком многим должен Кайвэю.

Если этого не произойдет, возможно, через полтора года, после того, как он адаптируется к своей личности и отбросит все свои слои защиты, может быть… возможно он скажет CaiWei правду. В конце концов, с таким большим секретом, тяжело утяжеляющим его сердце, он не знал, рухнет ли он однажды. Но он определенно не может раскрыть это сейчас. Он не хотел причинять CaiWei какую-либо несправедливость.

Выражение CaiWei очень глубокое:»Ах, Сян, ты должен быть сильным. В конце концов, вы молоды, поэтому не расстраивайтесь из-за будущего».

Чжоу Сян решительно улыбнулся:»Я понимаю…»

Он, естественно, понимает, но реальность слишком жестока.

Настольный телефон CaiWei зазвонил. Он потянулся к трубке:»Привет? Да, это я…… что? CaiWei нахмурился и посмотрел на Чжоу Сян, его глаза были полны удивления.

Чжоу Сян спросил:»Что это?»

CaiWei повесил трубку с странным выражением лица.»Цзян Юань ждет вас внизу и сказал, что Минсю ищет вас по некоторым вопросам».

«Внизу?»

«Да, внизу».

Чжоу Сян посмотрел на его мобильном телефоне не было никакого сообщения. Казалось, что Минсю знал, что нужно сделать, чтобы заставить его сдаться.

Цай Вэй раздраженно постучал по столу:»Чжоу Сян, что, черт возьми, с тобой? Ты… ты что-то скрываешь от меня? Глаза Цай Вэя ярко вспыхнули, уставившись на Чжоу Сяна.

Чжоу Сян с силой улыбнулся:»Вэй Гэ, что Минсю хочет сделать, я действительно не знаю. Я тоже очень запутался».

В голове ЦайВея возникли странные мысли. Может ли это быть…… может ли быть так, что Минсю принял»Чжоу Сян» как»его»?

Хотя у них много общего, они не одно и то же лицо. Минсю не может быть таким слепым, верно?

Если это так, то этот Чжоу Сян перед ним все еще не знает, насколько ему повезло. Сердце Цай Вэй дрогнуло, но он знал, что не может ничего остановить. Он мог только предупредить Чжоу Сян, чтобы он не подходил слишком близко к Минсю. Но даже после того, как он много раз предупреждал Чжоу Сяна, Чжоу Сян все еще связывался с Минсю.

Чжоу Сян не хотел создавать никаких проблем для CaiWei, поэтому он быстро ответил:»Я пойду первым.Минсю ищет меня, вероятно, как-то связано с фильмом».

Глаза ЦайВея следовали за его спиной, когда он уходил, беспокойство в его сердце значительно возросло.

—-

«Цзян Гэ» Чжоу Сян сел в машину и кивнул ЦзянЮаню на сиденье водителя.

Цзян Юань нахмурился. Он не ожидал, что Чжоу Сян будет таким спокойным. Он осмелился предположить, что Чжоу Сян не спал прошлой ночью. Несмотря на то, что его шаги были неустойчивы, его разум был настороже, поэтому он не должен был забывать, что произошло в тот день.

Он также не знал об изменениях, окружающих Чжоу Сян. Если это было раньше, Чжоу Сян все еще должен был потеряться, поцеловавшись с Минсю, однако его ум сейчас полон денег. Этот вид шока по сравнению с шоком от получения диагноза Чэньин просто незначителен.

Чжоу Сян посмотрел на Цзян Юаня:»Цзян Гэ?»

Цзян Юань пришел в себя и завел машину. Он улыбнулся:»Сяо Чжоу, у тебя хватит смелости повесить трубку».

Мысль Чжоу Сяна немного прояснилась. Думая о его вчерашних действиях, это было очень иррационально. Он попытался объяснить:»Что-то серьезное появилось дома вчера. Я был очень взволнован и не мог контролировать свои эмоции. Цзян Гэ, пожалуйста, не обижайся».

«О, почему вы мне это объясняете? Вы должны объяснить это Минсю. Не я одержим тобой, а он. Цзян Юань вздохнул:»Вы также должны знать, что происхождение Минсю очень необычно. Никто никогда не осмеливался провоцировать его. Даже знаменитости с большим рвением с самым странным характером все равно проявят к нему некоторый уровень уважения. Я действительно восхищаюсь тобой за то, что ты такой смелый, но это не очень хорошая вещь.

Чжоу Сян усмехнулся. Не очень хорошая вещь. Что Минсю может с ним сделать? Он до сих пор знаком Минсю до некоторой степени. Хотя у него (Минсю) плохой характер, он горд и высокомерен, он не из тех, кто стремится отомстить за тривиальные вопросы. Это был просто телефонный звонок, Чжоу Сян не слишком волновался.

Цзян Юань посмотрел на безразличное выражение лица Чжоу Сяна и вздохнул в его сердце. Он работал на Минсю больше года. Несмотря на то, что он не тот, кто, как считается, полностью понимает Минсю, он несколько знаком с его характером. Минсю никогда не проявлял особого интереса ни к кому, как к Чжоу Сян. На самом деле, он даже сделал много вещей, которые никогда не делал раньше. Основываясь на своей оценке в качестве профессионального агента и помощника, он почувствовал, что Минсю запал на Чжоу Сян.

Хотя его новости очень хорошо информированы, лишь немногие знают о прошлых отношениях Минсю с кем-то по имени Чжоу Сян. И по каким-то причинам эти несколько человек никогда никому не скажут, поэтому Цзян Юань не мог определить, влюбился ли Минсю в Чжоу Сян, основываясь на этом. Только его интуиция говорит ему, что это так. Почему, он не мог догадаться.

Он чувствовал, что внешность Чжоу Сяна была неплохой. Он несколько красив, но не выдающийся. Особенно по сравнению с Минсю, это как небо и земля. У Чжоу Сяна не было никаких необычных привлекательных личных качеств или каких-либо особенно хороших качеств. Он просто обычный человек. Независимо от того, как сильно ЦзянЮань почесал голову, он не мог понять, что же видит Минсю в Чжоу Сян. Ему нужно было только подтвердить это, тогда он может помочь своему боссу убрать все препятствия и скрыть все плохие новости.

Чжоу Сян не знал, о чем думал Цзян Юань, так как он все еще поглощен своими собственными мыслями.

Машина быстро добралась до престижного района. Когда Чжоу Сян поднял глаза, он сразу понял, что именно здесь жил Минсю.

Когда он забрал Минсю в ту ночь, он утверждал, что Минсю не жил в своем доме. У Минсю действительно не было причин жить в своем доме. Конечно, Минсю вернулся в то время, чтобы получить некоторые из его вещей. Чжоу Сян действительно несчастлив. С тех пор, как он проснулся в этом теле, он возвращался домой три раза. В первый раз он увидел Минсю, во второй раз он столкнулся с XiRong, и в последний раз ничего не произошло.

Чжоу Сян почувствовал некоторое беспокойство:»Цзян Гэ. Это где президент живет?»

«Да», Цзян Юань остановил машину и привел его к лифту.

«Цзян Ге. Чего хочет президент? Можешь немного рассказать? Когда Цзян Юань отвел его в квартиру Минсю, Чжоу Сян наконец почувствовал себя немного нервным.

Цзян Юань покачал головой и пожал плечами:»Я не знаю, я просто ответственен за то, что привел тебя сюда».

Чжоу Сян все еще хотел что-то сказать, но Цзян Юань внезапно повернул голову и положил его рука на плече Чжоу Сян. Он улыбнулся:»Ах, Сян, я тебе советовал, — мудрый человек знает, когда подчиняться его обстоятельствам. — Ты поймешь мои слова в будущем».

Когда Цзян Юань сказал эти слова, Чжоу Сян стал еще более озадачен.

Цзян Юань провел его к входной двери и нажал на дверной звонок. Минсю открыл дверь, одетую в повседневную одежду. С того момента, как дверь открылась, Минсю уставился прямо на Чжоу Сян.

JiangYuan улыбнулся:»Минсю, я уйду первым».

Минсю даже не посмотрел на него, но холодно сказал: Чжоу Сян,»Входите».

Чжоу Сян посмотрел на Цзян Юаня, который только что повернулся и ушел, точно так же, как он сделал в ту ночь, с такой позицией, что это не его дело. Чжоу Сян не мог сдержать нервозность.

Минсю не мог вспомнить, что целовал его правильно? Может ли это сказать ему Цзян Юань?

Когда Чжоу Сян был в оцепенении, Минсю уже потащил его за руку и нетерпеливо втянул в свой дом.

Глава 59 - Предложение

Чжоу Сян отбросил руку и встал у двери, так как не собирался входить. Он пытался подавить его мрачность и лицемерно льстивую улыбку, но он не мог даже притворяться. Вместо этого у него было пустое выражение:»Президент, у меня действительно есть семейные дела, которыми нужно заниматься. Это просто пустяки по семейным делам, которые не могут себе представить такие превосходные люди, как вы. Но для меня это не то, от чего я мог бы отвлекаться. Вы не можете обижаться на меня, потому что я был одержим вами, верно?» или можно сказать, что это настоящий он. будь то неожиданное неожиданное происшествие, поэтому он был слишком ленив, чтобы даже выразить ему благоговейное, уважительное выражение лица… немедленно сменившись на злобное, даже издеваясь над ним этим тоном.

Минсю не верил любые плохие чувства между ними, так откуда же взялась его смелость. Самое главное, откуда возникла его враждебность, когда он так с ним разговаривал?

Тон Минсю звучал неприятно:»Что вы имеете в виду?»

«Президент, что вы имеете в виду? Что приказываете мне приехать сюда? Просто чтобы сказать это? Мне действительно нужно идти домой. За последние два дня настроение Чен-Ин было очень нестабильным, иногда плакала без остановки, а иногда сидела молча, не разговаривая. С таким психическим состоянием ей действительно нужно, чтобы кто-то присматривал за ней. Чжоу Сян действительно боялся, что она не сможет смириться и принять их положение (и навредить себе или самоубийству). Он не мог принять это, чувствуя невероятную вину.

Поэтому он действительно не хотел держать лицо и быть вежливым и послушным по отношению к Минсю. Он просто хотел поторопиться и уйти.

Минсю холодно посмотрел на него:»Хорошо, я буду прямолинеен. Это ты отвез меня домой прошлой ночью?»

«Это Цзян Гэ, я просто помог ему».

«Я знаю, что есть Цзян Юань. Что я спрашиваю, так это в конце концов, ты был со мной? Минсю пристально смотрел в его глаза, как будто он срочно хотел получить ответ от его глаз.

Чжоу Сян не ожидал, что Цзян Юань что-то спрячет для него, чтобы он мог только сказать правду.»Да, но я ушел очень скоро».

Минсю внезапно схватил его за подбородок, очень близко подвинув его тело, его длинная фигура давала Чжусяну чувство угнетения.

Рука, которая схватила Чжоу Сяна за подбородок, слегка подтянула ближе, его сила огромна, Чжоу Сян молча смотрел на него. Он хотел посмотреть, что же сделает этот человек.

Минсю внезапно вытянул большой палец и коснулся губ. Его движение очень легкое, а выражение лица немного ошеломлено.

«Это ты? Почему это ты?

Чжоу Сян просто хотел открыть рот, но Минсю внезапно приблизился и прикрыл его губы, своими.

Чжоу Сян даже не думал. Он использовал свой удар слева, чтобы оттолкнуть его, но Минсю мгновенно схватил его за руку и прижал к стене, затем сильно и яростно прикусил нижнюю губу.

Прежде чем Чжоу Сян даже успел среагировать, Минсю уже выпустил его. Выражение его лица настолько сложное, что даже Чжоу Сян не может догадаться. Кажется, он удивлен, растерян и даже немного отвращен.

Да, отвращение.

После того, как Минсю поцеловал его, он провел тыльной стороной ладони, чтобы с силой вытереть губы.

На вкус он как он, но не он. В конце концов, это не он.

Чжоу Сян был настолько зол, что хотел ударить его. Но он сдержал желание сделать это, сердито произнес:»Президент, это выход за рамки. Я не знаком с вами до такой степени.

Минсю отпустил его. Он отступил назад и оценил его с головы до ног.

Если бы он держал его на своей стороне, у него был бы тот же опыт, что и прошлой ночью?

Оказалось, что только в его пьяном состоянии это теплое и знакомое чувство оказалось таким реальным. Для него это огромный соблазн. Это просто хороший дождь после долгой холодной засухи или замерзшей морозной зимы.

Он не умер. Он определенно не мертв. Но когда он вернется?

После такого долгого и полного ожидания скептицизма, Минсю не знал, когда он полностью рухнет. Появление этого человека перед ним — лишь крошечный источник тепла, но он может временно помешать застыть его костям.

Минсю принял решение.

Он открыл рот, но на его лице застыло холодное, высокомерное выражение. Как будто он был королем, издававшим приказ, который не позволял бы никому отказываться. Он спросил Чжоу Сян:»Ты хочешь быть популярным?»

Чжоу Сян не знал, что происходит. Он неосознанно отступил. Если бы он не заботился о том, чтобы по-прежнему зарабатывать на жизнь в индустрии развлечений, он бы просто обернулся и ушел.

«Чего ты хочешь? Какие роли вы хотите играть, как далеко вы хотите пойти и как высоко вы хотите достичь? Я удовлетворю тебя. Будь со мной (T / N).» Минсю сказал это медленно. Он полагает, что в мире есть люди, которых нельзя искушать, но у этого человека явно нет такого хорошего характера.

T / N Минсю предлагает купить Чжоу Сян как надежного любовника. Он заплатит и возьмет на себя все его расходы, но Чжоу Сян станет его сексуальным рабом, чтобы выполнять его команды и желания, быть в его распоряжении и вызывать его.

Чжоу Сян в шоке, когда он смотрел на Минсю в недоумении.

Минсю… хочет…

Минсю уставился на изменение лица Чжоу Сяна.»Скажи это. Чего ты хочешь? Там должно быть что-то, что вы хотите».

Голос Чжоу Сяна дрожал:»Почему?» Вершина его сердца кровоточит. Почему? Ответ он знал яснее, чем кто-либо другой.

Минсю не уклонялся и прямо отвечал:»Ты выглядишь как кто-то (T / N но это не имеет к тебе никакого отношения».

T / N относится к пожилому Чжоу Сяну

Если бы не его внутренние органы были поражены этой мучительной болью, Чжоу Сян, вероятно, сделал бы что-то сумасшедшее, такое как громкая ругань, такая как безжалостно выбивая из себя дерьмо, используя все, что мог, чтобы Минсю испытать боль, в которой он находится.

Две жизни, он думал, что ему уже дают обновленную жизнь. Он не ожидал, что это была просто смена тел и что он все еще будет страдать от таких же мучений.

Теперь он может заключить, что Бог с ним связывается. Душа в этом теле была проклята, проклята, чтобы быть заменой другим в его жизни, чтобы принести свою ценность. Независимо от того, сколько раз он умер, независимо от того, сколько раз он возрождается в теле, повторяя одни и те же циклы, его судьба никогда не менялась. Он лишь слегка повернулся и вернулся к своей первоначальной дорожке.

Он думал, что смерть может переписать его судьбу, но он серьезно ошибся. С того момента, как он проснулся и увидел Цай Вэя, его незаметно контролировали. Будучи сильно избитым в процессе, он все еще не мог выбрать другой путь. Он все еще заканчивал тем, что шел своим старым путем, все еще заканчивал тем, что был запутан с Минсю, и все еще рассматривали его как замену Ван Юн Дуну!!

Вся личность Чжоу Сяна легко испугалась из-за травмирования его прошлого опыта. Он внезапно вскочил, его рука поднялась в кулак и яростно ударила по лицу Минсю.

С этим ударом Минсю был сбит с ног. Он не сразу вскочил, чтобы дать отпор. Он просто холодно посмотрел на Чжоу Сян. Он думал, что Чжоу Сян глубоко унижен, но это сопротивление совершенно нелепо в его глазах. У него есть много способов заставить Чжоу Сян подчиниться. Он больше не тот же самый молодой мастер, что раньше… тот юноша, который даже не знал своего собственного сердца… тот юноша, который был глупым дураком, уже мертв.

все тело Чжоу Сяна дрожало, когда он изо всех сил пытался повернуться и пойти к двери.

Минсю встал, его холодный голос звучал позади него:»Вы можете согласиться, или у меня будут способы заставить вас согласиться. Короче говоря, все, что я хочу, я обязательно получу».

Ладонь руки Чжоу Сяна, которая хватает ручку двери, начала потеть. Он знал, что должен открыть дверь и немедленно уйти, уходя как можно дальше.

Но когда он вышел из этой двери, он действительно мог только выйти из этой двери.

Он будет столкнуться с непреодолимыми препятствиями, как только эта дверь закрылась на его лице. В конце концов, ему некуда было бы идти.

Не нужно было никого предупреждать его, он также знал, какое значение имеет фамилия Минсю (T / N).

T / N в основном означает что семья является влиятельной и влиятельной семьей.Минсю может сделать все, чтобы заставить его подчиниться.

Он взял свою руку назад и показал мучительную горькую улыбку на лице. Обернувшись, он холодно посмотрел на Минсю.

Минсю медленно вытер кровь с уголка рта и снисходительно посмотрел на него, как будто смотрел на пустое место.

«Тогда мне нужны — деньги»- жестко сказал Чжоу Сян.

Брови Минсю поднялись:»Сколько ты хочешь?»

«Дом и два миллиона наличных». С этим самые большие проблемы будут немедленно решены. Как смешно. В этой самой отчаянной и бесконечно болезненной ситуации, пока такой человек, как Минсю, открывает рот, его легко разрешить.

Кто, черт возьми, он?

Минсю издевался:»Почему ты думаешь, что стоишь этого?»

«Это то, что я хочу. Ты думаешь, что сможешь трахнуть меня бесплатно? Глаза Чжоу Сян налиты кровью. Каждое слово, которое он произносил, он чувствовал, как в его сердце сочилась кровь.

«Прекрасно. Я согласен.

Чжоу Сян протянул руку:»Сначала заплати деньги».

Минсю взял со стола свою чековую книжку и быстро написал сумму, затем разорвал ее и бросил в него.

Держа этот чрезвычайно тонкий лист бумаги, рука Чжоу Сяна дрожала беспорядочно.

Это так просто, так просто. Болезнь Чэньин и его проблемы были решены. Почему он не подумал об этом раньше? Почему он не подумал об этом раньше? Что такой человек, как он, на самом деле стоит денег?

Чжоу Сян действительно хотел смеяться.

Минсю ожидал, что у Чжоу Сян будет немного больше целомудрия, но он не ожидал, что Чжоу Сян так легко согласится. Презрение в его сердце стало еще хуже.

Это не имеет значения. Он никогда не ожидал, что этот человек будет благородным. Он (младший Чжоу Сян) просто замена. Когда он нуждается в нем, он появится вовремя, это не более того.

Минсю ответил:»Завтра, я заставлю JiangYuan подготовить квартиру для тебя. немедленно. Я пойду туда, чтобы найти тебя.

«Нет». Чжоу Сян решительно отказался:»Эту квартиру я использую, чтобы жить с моей мамой. Вы не можете туда идти».

«Это ваше дело. Вам нужно будет найти решение», — прямо сказал Минсю.

Чжоу Сян холодно посмотрел на Минсю, больше не споря с ним, а вместо этого спросил, что ему больше всего хотелось бы знать:»Как долго?»

Минсю поднял брови.

«Как долго вы хотите, чтобы я был с вами?»

«Я не знаю», — ответил Минсю прямо.

«Мне нужен крайний срок», саркастически улыбнулся Чжоу Сян.»Кондо и деньги, как вы думаете, как долго я хочу заниматься с вами сексом?»

Минсю холодно ответил:»Один год — это хорошо».

«Год, хорошо!». Чжоу Сян осторожно сунул чек в карман, затем повернулся и ушел.

Спустившись вниз, он уставился на этот более чем 30-этажный жилой дом, настолько удручающий, что это неописуемо.

Он пробыл там всего полчаса, и это разрешило кризис, который потребовал бы ему полжизни тяжелой работы… но он продал себя.

Однако эта бизнес-операция считается хорошей сделкой. Чжоу Сян подумал о желтом тоне и усталом выражении лица Ченина, ее жизнь, которая, кажется, отмирает в любое время, является его самой большой заботой в данный момент. Он погладил чек в кармане и засмеялся над собой.

Просто вопрос секса с кем-то… это действительно не так уж и много.

Эта сделка стоит того… очень стоит это.

Глава 60 - Попытка убедить Чэньин

Чжоу Сян отправился домой на обед.

Тетя Ван и Чэнь ИН не ожидали что он вернется так рано. Чэнь Ин спросила: «Сян, ты не пошел на работу?»

Чжоу Сян улыбнулся ей и постарался успокоить»Вэй Гэ дал мне несколько выходных. Я останусь с тобой на этой неделе.»

«Тебе не обязательно быть со мной. Я не прикована к постели. Идти на работу. Ты только что получили работу, не берите выходной.»

«Мама, выходные дни утверждены. Мне нет смысла возвращаться. Не волнуйся. Это всего лишь несколько дней».

Когда тетя Ван увидела, что он вернулся, она сказала им, что уйдет.

Чжоу Сянь проводил ее до двери и сказал ей:»Тетя Ван Я просто одолжил немного денег, поэтому я не такой уж и жесткий. Я подумала об этом и хочу нанять тебя, чтобы позаботиться о моей маме. Я снимаю большую квартиру. Он будет включать в себя еду, проживание и один выходной день в неделю. в-третьих, оплата составит 1800 иен, как вы думаете? Обычно меня не так много, поэтому вам нужно позаботиться о моей матери и пойти с ней в больницу».

Тетя Ван очень быстро согласилась. После того, как она ушла на пенсию, ей нечего было делать. У нее было так много времени, что она паниковала.

Чжоу Сян уже спланировал все это по дороге домой. Кондо, которое ему даст Минсю, он не может позволить Чэньин жить там. Он мог арендовать только одно место для Чэньин, в котором есть 3 спальни. Он будет жить там, но если Минсю захочет увидеть его… тогда он пойдет в эту квартиру.

Говоря прямо, Минсю купил его, поэтому, когда Минсю хотел его трахнуть, ему просто нужно будет служить ему. Он думает, что Минсю не захочет быть с ним каждый день, поэтому большую часть времени он все еще может идти домой.

С этими 2 миллионами иен Чжоу Сян почувствовал, что весь его человек взбодрился. В настоящее время он не хотел думать о Минсю. Он думает только о проблемах Ченина. Эти деньги не только погасили все долги, но и достаточны, чтобы поддержать лечение Ченина в течение десяти-двадцати лет и даже пересадку почки. Даже если этого недостаточно, он все равно продолжит зарабатывать деньги. У него все еще есть тот дом, который он мог продать. Короче говоря, их будущие жизни не будут слишком тяжелыми. ChenYing не будет нести тяжелый умственный барьер, отягощающий его.

После отсылки тети Ванг Чжоу Сян вернулся домой.

ChenYing проверяет кастрюлю супа. Прошло почти полгода с момента выписки Чжоу Сяна из больницы. Хотя их жизнь всегда была очень суровой, ChenYing жил бы скромно, но все же без колебаний потратит деньги на питательный суп, чтобы питать здоровье Чжоу Сяна. Ченьин сэкономила на всем, но она готова тратить деньги на еду. По ее мнению, она не могла ничего предложить сыну, кроме еды. У нее все еще есть возможность обеспечить сыну хорошее питание.

После того, как Чжоу Сян вошел в квартиру, Чэнь Ин вытерла руку и вышла. Она посмотрела на Чжоу Сян с серьезным выражением:»Ах, Сян, ах, мне действительно нравится быть с тетей Ван, но мне не нужно, чтобы она заботилась обо мне. У меня есть руки и ноги, и я могу делать все, что угодно. Мне стыдно сказать ей. Иди и скажи ей, что ей не нужно приходить. У нас нет денег».

Чжоу Сян улыбнулся и успокаивающе сказал:»М, кроме того, что заботиться о тебе, самое главное, чтобы она пошла с тобой в больницу на лечение диализом и была твоей компаньон, так что вам не будет так скучно. Ваш диализ занимает четыре-пять часов каждый раз, и мне обычно приходится работать сверхурочно. Тебе так скучно быть собой. Я не только не уволу ее, но и найму ее, чтобы она позаботилась о вас все время».

Чэнь Ин в шоке:»Чжоу Сян. Хватит шутить, вы абсолютно не можете!»

Чжоу Сян схватил ее за руку:»Мм, мама, послушай меня. Просто послушай меня.»

ЧэньИН посмотрел на него с подозрением.

«Я сегодня вышел и одолжил немного денег».

«Занимать деньги? От кого?»

«Вей Ги, наш начальник и… бывший друг».

«Какой друг? Сколько ты одолжил? Ах Сян, мы все еще должны деньги. Если вы продолжите брать кредиты, мы не сможем погасить их всю свою жизнь».

«Мой друг, у нас очень хорошие отношения. Более того, он большая знаменитость и у него много денег, поэтому он действительно не заботится об этих нескольких сотнях тысяч юаней. Он не спешит, чтобы я вернул его.»

«Большая знаменитость?» ChenYing ошеломлен. Затем она внезапно схватила рукава Чжоу Сяна и сказала резким тоном:»Какой друг! Это TanYin!?»

TanYin?

Чжоу Сян сбит с толку. Кто это? Он никогда не слышал о нем.

Чэнь Ин с недоумением посмотрел на его лицо и вдруг вспомнил, что Чжоу Сян уже потерял память после того, как проснулся, поэтому он не мог вспомнить. Хотя она много раз видела мальчика по телевизору, но он сменил имя. более того, он в центре внимания, он не должен иметь ничего общего с ее сыном.

Конечно, Чжоу Сян спросил:»М, кто такой Тань-Инь?»

Ченьин, как она Выкопав собственную могилу, она заикалась:»Нет… ты не помнишь. Вы познакомились с ним, когда были моделью. Я… я забыл. Так как ты не помнишь, просто оставь это. Если это не он, тогда все в порядке».

Чжоу Сян не выразил это близко к сердцу. Человек, которого владелец этого тела знал раньше, не имел с ним никаких отношений. Он объяснил:»Я не помню, о ком вы говорили раньше, но это определенно не тот человек. Друг — это тот, кого я встретил после того, как проснулся. Он… он буддист, очень добрый и очень щедрый. Я встретил его сегодня в компании и рассказал о своих проблемах. Он одолжил мне 500 000 йен».

Чжоу Сян попытался сделать это как можно ближе к истине, но он все еще чувствовал, что его рот и язык были сухими. Несмотря на то, что он уже значительно уменьшил сумму, он все еще чувствует, что его история полна лазеек.

Конечно, ЧэньИН все еще скептически смотрит на него.

«М, это правда. Я тоже думаю, что мне попалась такая хорошая вещь. Он сказал, что я могу медленно его отплатить, но он одолжит мне деньги в первую очередь на наши неотложные нужды. Эти деньги для него ничего не значат. Деньги, которые мы должны, мы можем вернуть часть их в первую очередь. Я буду усердно работать. Это определенно станет лучше в будущем. Итак, вы не должны иметь никакого бремени. Вы должны соблюдать процедуры. Только если вы живете, у нас может быть надежда, ладно?»

голос Ченина дрожал:»Есть ли действительно такие хорошие люди? Как могут быть такие хорошие люди?»

Чжоу Сян улыбался и подтверждал этот вопрос снова и снова, только чтобы Ченьин почувствовал себя так же легко. Если бы она знала, что он согласился на такую сделку… он не посмел бы подумать о последствиях.

Если бы это было его прежнее тело, он мог бы не чувствовать себя таким ужасным. Он не женщина, не говоря уже о том, что он переспал с Минсю раньше.

Однако это тело было не его. Хотя они так долго сходились, Чжоу Сян все еще не мог полностью принять это тело. Использование тела сына Чэньиня для этого заставило его сердце наполниться чувством gui. более того, когда он думал о том, что Минсю использует это тело как (замену)…… он не мог описать свои чувства.

Смущенный, неловкий и обиженный. Сердце Чжоу Сяна полно негативных эмоций.

Постепенное отчаяние в глазах ChenYing и ее растущая надежда — единственная мотивирующая сила, которая заставила его чувствовать себя лучше в это время.

Глава 61 - В поисках нового дома

На следующее утро Цзян Юань взял на себя инициативу связаться с ним, естественно, сказав ему, что он придет забрать его и возьми его, чтобы проверить квартиру, которая готовится для него. Его тон звучал очень обыденно, ничего необычного. Если бы все было так, как должно быть. Он совсем не удивился.

В индустрии развлечений каждый день происходят всевозможные возмутительные поступки, вытекающие из личных интересов. Не говоря уже о JiangYuan, даже Чжоу Сян знал, что это обычное явление. Цзян Юань смотрел стоически, в то время как Чжоу Сян действовал еще более безразлично. У него даже не было намека на румянец на его лице, когда он разговаривал с ЦзянЮанем в машине.

Цзян Юань пытался пробормотать такие мысли в своем сердце. Он чувствовал, что этот человек действительно не похож на новичка. Он (Чжоу Сян) не казался немного смущенным этим. Цзян Юань даже не мог сказать, критик этот человек (гей) или нет, но это не его дело. Ему нужно было только хорошо выполнять свою работу и получать свою месячную зарплату.

Неудивительно, что для Минсю, будь то что-то для его собственного использования или для других, это все хорошо. Эта квартира, расположенная в центре города, имеет рыночную стоимость не менее пяти миллионов юаней. Чжоу Сян не ожидал, что он будет таким щедрым. Или, может быть, это ничего не в глазах Минсю. Все предметы первой необходимости в квартире были полностью подготовлены. Это место в основном готово для проживания каждого.

Цзян Юань объяснил:»Минсю изначально подготовил эту квартиру для своего старшего брата, поэтому все хорошо оборудовано. Старейшина Янг Мастер (старший брат Минсю) в ближайшем будущем будет переведен обратно в Пекин, поэтому Минсю специально решил купить эту квартиру возле своего рабочего места. Но теперь это дано тебе. Минсю очень хорошо к тебе относится.

Чжоу Сян ничего не сказал. Он действительно не заботился об этом вообще.»Цзян Гэ, я просто пришел за ключом. Я уже знаю это место, спасибо.

«Вы не хотите зайти внутрь, чтобы проверить квартиру? Она очень красивая», — Цзян Юань посмотрел на люстру ручной работы на потолке, его голос был полон зависти. Он также происходил из средней официальной семьи второго поколения. Он сын старого подчиненного Дэцзяна. В противном случае он не имел бы квалификации, чтобы стать помощником Минсю. Но нет сравнения с их позициями. Он не может позволить себе такую квартиру. Минсю даже не моргнул и просто заплатил за тайного любовника. Цзян Юань немного завидовал.

Что сделало его самым безмолвным, так это то, что Чжоу Сян совсем не выглядел счастливым. Он просто слегка взглянул на него и очень хотел уйти.

Чжоу Сян покачал головой:»В следующий раз. У меня все еще есть чем заняться сегодня».

Цзян Юань не мог не взглянуть на него:»Куда ты идешь? Дома? Я возьму тебя».

«Нет, я… я собираюсь прогуляться вокруг, чтобы познакомиться с этим районом.

Независимо от того, насколько красива эта квартира, Чжоу Сян это не интересует. Он только пытался оценить ценность квартиры. После того, как это соглашение с Минсю закончится, он продаст квартиру. Зачем ему такая хорошая квартира? У него нет такой жизни, чтобы наслаждаться этим. Теперь, когда местоположение квартиры было определено, он снимет квартиру рядом со своей матерью и тетей Ван. Если Минсю здесь нет, он вернется туда.

Он и JiangYuan разошлись вниз.

Прогуливаясь по окрестностям, он нашел много агентств по прокату. Он должен идти на работу послезавтра, так что лучше бы урегулировать ситуацию с жильем сегодня. Затем они могут начать двигаться. Место, где они сейчас живут, очень плохое. Это определенно не подходит для пациента.

Он проверил четыре квартиры днем и выбрал одну. Проведя день, снимая квартиру, он поспешил домой и позвал тетю Ван, чтобы он пришел и помог им собраться и переехать.

Чэнь Ин не думала, что Чжоу Сян будет настолько быстрым и решительным в своих действиях. Только вчера он упомянул о том, что они должны переехать, и уже сегодня собирают свой багаж. Тем не менее, Чэнь Ин никогда не была женщиной, которая имеет свое собственное мнение. Ее личность легка и дружелюбна. После того, как умер ее муж, ее опорой стал постепенно выросший сын.

Три человека быстро собрали все вещи за одну ночь. У них было много вещей. Несмотря на то, что это не стоило многого, оно отражало воспоминания семьи за последние двадцать-тридцать лет.

Рано утром следующего дня прибыл грузовик из транспортной компании, нанявшей Чжоу Сян. В одной поездке трое из них и весь их багаж были доставлены на новое место.

Недавно арендованная квартира все еще несколько старая, но очень чистая. Мебель и бытовая техника укомплектованы. Арендная плата составляет 3000 иен в месяц. В Пекине, где земля настолько дорогая, возможность найти такую дешевую трехкомнатную квартиру в таком идеальном месте — удача Чжоу Сяна. Если бы не потому, что домовладелец должен был покинуть страну и хотел сдать его в аренду, он не отдал бы его Чжоу Сяну по этой цене.

Они целый день были заняты уборкой и уборкой. обрабатывать все, что нужно было сделать. В конце концов, они обустроили все в этом новом доме.

Чэнь Ин коснулась чистых и красивых узоров на шторах в гостиной, ее лицо впервые за эти несколько дней показало искреннюю улыбку.

В воскресенье вечером Чжоу Сян остался в своей недавно арендованной квартире и получил звонок от Минсю.

Когда он увидел удостоверение личности звонящего, его сердцебиение стало необычно быстрым. Разумно сказать, что он не должен нервничать. В конце концов, это просто секс. Он не женщина, и это не значит, что он никогда раньше не занимался безумным сексом. На самом деле, он даже жил с этим человеком в течение года. Чтобы заплатить такую маленькую цену, чтобы ChenYing могла прожить остаток своей жизни хорошо, он должен быть рад.

Так о чем он так нервничает?

Чжоу Сян колебался только немного. Звонок по телефону заставил ChenYing выкрикнуть:»Ах, Сян, твой телефон».

Чжоу Сян быстро подключил звонок:»Привет, президент».

Минсю сразу понял,»Вы проверили квартиру?»

«У меня есть. Спасибо Президенту за то, что он такой щедрый».

«Это ничего. В этом коротком уведомлении нет подходящей квартиры. Вы въехали?»

«В ближайшие два дня», — смутно ответил Чжоу Сян.

«Приходите завтра на съемочную площадку. Режиссер Чжао даст вам вспомогательную роль, которая раскроет ваше лицо».

Само собой разумеется, это происходит из-за того, что мы отдаем лицо Минсю. Чжоу Сян решительно улыбнулся:»Президент, я попросил у вас денег. Эта коммерческая сделка считается заключенной. Тебе не нужно беспокоиться обо мне. Я знаю свой вес (важность).

Минсю не воспринимал это всерьез:»Это просто кусок пирога (T / N)».

T / N 舉手之勞 — что-то это можно сделать без усилий, так же просто, как поднять руку человека.

Чжоу Сян слишком ленив, чтобы сказать что-то еще. Похоже, что Минсю не нужно было, чтобы он приходил сегодня в квартиру, что заставило его почувствовать облегчение.

Минсю добавил:»Приходи завтра на съемочную площадку в девять часов».

—

Чжоу Сян не имеет привычки спать поздно. Он встал рано и бросился на съемочную площадку.

Съемки городских сцен еще не были завершены. Это хорошая вещь для Чжоу Сян. Говорят, что сцены на открытом воздухе будут сняты в Гуйчжоу. В это время он действительно не хотел уходить куда-то далеко.

Он подумал, что добрался до съемочной площадки достаточно рано, но не ожидал, что когда он придет туда и осмотрится, директор Чжао будет в тяжелом пальто, завтракать. Пока он ел, он велел команде сменить обстановку реквизитов.

Сезон уже ранний, поэтому утро особенно холодное. Чжоу Сян подошел и поприветствовал директора:»Доброе утро, директор Чжао, утро Ван Гэ…»

Как только директор Чжао увидел его, он указал палочками на гримерку:»Иди, подожди в очереди. Эти маленькие девочки-визажисты действительно не могут терпеть никаких трудностей, все еще не здесь в это время».

Эта палатка была временно установлена в городе-студии и открыта со всех четырех сторон. Чжоу Сян сжал шею и направился в гардеробную. Он ждал своей очереди, чтобы закончить макияж. У этих небольших вспомогательных ролей нет эксклюзивных визажистов, поэтому они могли только спешить и спешить, чтобы выстроиться в очередь.

После того, как он оделся, прошло два часа. Выйдя из раздевалки, ВанЮдун и Минсю уже были там и находились в разгар дискуссии с режиссером.

Минсю подал ему знак, чтобы он подошел.

Чжоу Сян подошел. Директор Чжао упомянул, что он даст ему роль, которая покажет его лицо. Это роль злодея. Первоначально было три подчиненных, сейчас один изменен, а два добавлены. Один из них — он, а другой — новичок, который продвигается в качестве управляющей компании WangYuDong.

WangYuDong расторг контракт с его оригинальной управляющей компанией более года назад и открыл собственную компанию, привлекая множество художников. Его бизнес процветал в Пекине, и его карьера процветала. Кого бы он ни хотел продвигать, это очень легко сделать.

Чжоу Сян знал, что независимо от того, как сильно он проклинал Ван Юдуна в своем сердце, он не мог даже растрепать половину тонких волос на своем теле. Они оба из совершенно разных миров. Какие ресурсы он должен ревновать к WangYuDong? Смешно даже говорить это вслух.

WangYuDong все еще так же умен в отношениях с людьми, как и прежде. По отношению к Чжоу Сян он очень вежлив. Любой, кто только что встретил его, почувствует, что с ним приятно разговаривать, изящные и грациозные манеры благородного сына, такие нежные и вежливые, что никто не может чувствовать себя чрезвычайно польщенным.

Вполне вероятно, что Чжоу Сян единственный, кто мог видеть сквозь него змею (T / N что он есть.

T / N это означает, что Чжоу Сян — единственный, кто знает его как двуличного лицемера, просто как змея, которая потеряет свою оригинальную кожу.

Чжоу Сян провел все утро, снимая сцены каскадеров. Требования директора Чжао и WangYuDong очень высоки, постоянно предъявляют различные требования на месте. Тело Чжоу Сяна не может сравниться с ним раньше. У него было много последовательностей действий, которые он чувствовал, что мог сделать, но это оказалось неудовлетворительным.

WangYuDong иногда был удовлетворен, но иногда качал головой. Через некоторое время он неожиданно улыбнулся и сказал Минсю:»Он (младший Чжоу Сян) сильно отличается от предыдущего Чжоу Сян. Как жаль.

Чжоу Сян был далеко и не слышал, что они сказали. Он просто пытался повторять предыдущие действия снова и снова перед камерой.

Выражение лица Минсю сразу изменилось, его тон стал необычайно холодным:»Не упоминай его мне». Затем он повернулся и ушел.

WangYuDong был поражен. Скорее всего, он не ожидал, что Минсю так его ругает. Выражение его лица было немного неловким, а глаза — с оттенком беспокойства. Он колебался пол секунды и сказал директору Чжао:»Вы, ребята, продолжайте». Сказав это, он повернулся и направился в сторону Минсю.

Вскоре после того, как Чжоу Сян все еще задыхался, он увидел, как дверь раздевалки распахнулась, и Минсю вышел из гиганта, даже не повернув его. его лицо выглядело крайне неприглядным.

WangYuDong догнал и однажды крикнул»Минсю. Он смотрел и смотрел, как Минсю уходит.

Чжоу Сян не знал, что происходит, только что между ними произошло что-то неприятное, потому что Ван Юйдун также вышел с мрачным лицом.

Никто не будет вмешиваться в семейный бизнес. Все молча делали вид, будто ничего не видели, занимаясь своими делами.

После обеда в полдень Чжоу Сян на некоторое время закрыл глаза. Позже днем ему нужно примерить платье для роли злодея. Эта часть макияжа очень раздражает, потому что ему действительно неудобно, не говоря уже о постоянном надевании и снятии (макияжа и головных уборов).

В разгар сонливости его телефон звучал с текстовым сообщением. Чжоу Сян достал свой телефон, чтобы проверить. Это сообщение от Минсю, содержание очень простое слово:»Сегодня вечером».

Волосы на всем теле Чжоу Сяна встали.

Сегодня вечером…

Что такое случиться сегодня вечером? Это очень очевидно.

Чжоу Сян больше не в настроении для отдыха. Он встал, полный беспокойства. Он чувствует, что ему самому смешно. Почему он так переживал и пугался, как маленькая девственница? Но он не мог сдержать себя от нервозности, потому что это Минсю.

Не кто-нибудь еще… кроме Минсю.

«Чжоу Сян, иди и попробуй одеться!»

Визажист зовет его.

Чжоу Сян потер лицо, глубоко вздохнул и пошел в гримерку.

Как только он выходил из двери, примеряя платье, он столкнулся с человеком и врезался в его руки.

Чжоу Сян был напуган до ума, когда он быстро произнес:»Сожалею.» Он немного толкнул этого человека, намереваясь уйти, но неожиданно его плечо внезапно сжалось сзади.

Чжоу Сян с удивлением повернул голову и увидел очень красивого мальчика, уставившегося на него широко раскрытыми глазами.

Чжоу Сян попытался вспомнить. Он видел этого человека по телевизору. Он новичок, который становится все более популярным с удивительной скоростью. Но Чжоу Сян забыл его имя.

«Чжоу Сян!» Мальчик выпалил.

На этот раз настала очередь Чжоу Сяна удивляться:»Да? Вы…..

Мальчик внезапно схватил его за руку и силой вытащил его.

«Эй? Что ты делаешь?» Чжоу Сян хотел вырвать руку, но он боялся обидеть этого человека, поэтому он мог только следовать за ним в сторону.

Когда мальчик повернул лицо, на его прекрасном лице намек на отвращение:»Что ты здесь делаешь?»

Чжоу Сян ошеломлен:»Конечно, это значит снимаюсь в фильме».

«Ты? Снимаешься в фильме? Это не плохо, Сян Гэ. Вы наконец получили свой день, чтобы сиять (T / N). Мальчик ухмыльнулся и покачал головой.»Но что-то из прошлого, я надеюсь, вы не будете сплетничать об этом».

T / N 出頭 означает бедного человека, который, наконец, мог видеть дневной свет, выходя из затруднительного положения.

Чжоу Сян вздохнул и медленно вырвал руку из своей руки:»Брат, ты меня знаешь, но я тебя не знаю».

Мальчик в шоке, затем саркастически улыбнулся,»Интересно, это какой-то новый трюк? Сян Гэ, даже не ходи туда, прошло два года, ты тоже должен отпустить».

Чжоу Сян просто хотел закатить глаза. Прямо сейчас у него действительно нет времени иметь с ним дело. Он указал на свою голову:»Я попал в аварию два года назад и получил сотрясение мозга. Я действительно ничего не помню. Я предполагаю, что вы тоже не хотите, чтобы я помнил, верно? Так что давайте просто оставим это на этом. Чжоу Сян даже не взглянул на него, когда он повернулся и ушел. Он обычно очень добр к людям. Но этот мальчик, будь то выражение его лица или сказанные им слова, крайне раздражает. Должна быть какая-то связь между ним и первоначальным владельцем этого тела, но это не имеет к нему никакого отношения.

Мальчик совершенно ошеломлен, когда он посмотрел на спину Чжоу Сяна и увидел, как он решительно уходит.

Глава 62 - Чувственное возбуждение Чжоу Сяна

Чжоу Сян сразу понял, что человек, с которым он только что разговаривал, — чрезвычайно популярный новичок, которого в настоящее время продвигает компания WangYuDong. TanYuXuan. Неудивительно, что он был знаком, хотя не слишком много смотрел телевизор. Люди, у которых был слишком высокий уровень воздействия, другие всегда будут невольно помнить.

Несмотря ни на что, TanYuXuan казался сценическим псевдонимом. Чжоу Сян только сейчас вспомнил, что ChenYing упомянул человека по имени TanYin. Человек, которого знал первоначальный владелец этого тела.

Он подсознательно чувствовал, что это один и тот же человек. Вполне вероятно, что первоначальный владелец этого тела и этот Таньин не просто знали друг друга.

Он думал, что это немного странно. Он чувствовал, что ChenYing очень скрытный и многое скрыл с предыдущими переживаниями этого тела. Особенно, когда он использовал шутливый тон, чтобы проверить ее, спрашивая:»У меня была девушка?» ChenYing был еще более уклончивым в нежелании отвечать. Два дня назад, когда он упомянул, что одолжил деньги у друга-знаменитости, реакция ChenYing была крайне высокой, добавив к тону TanYin только что, в голове Чжоу Сяна сформировалась смутная мысль. Первоначальный владелец этого тела и этот человек с фамилией Тан, возможно, были парой.

После того, как пришел к такому выводу, у Чжоу Сяна возникла головная боль. Если бы он следовал этим рассуждениям, то это могло бы полностью объяснить, почему Ченинг так скрытно относился ко многим вещам из своего прошлого, не желая ему рассказывать. Для нее ее сын потерял память. Так что, возможно, он также забудет, что он гомосексуалист. Это было бы хорошо. Она никогда бы не поняла, что гомосексуализм — это естественный инстинкт.

Если это действительно так, то Чжоу Сяну нужно немного отойти от этой фамилии Тан. К счастью, этот Танин не хотел быть слишком близко к нему. Ведь сейчас он популярен и должен внимательно следить за своим имиджем. Таким образом, Чжоу Сян не особо задумывался об этом. Он просто дикая душа, которая заняла гнездо. У него нет квалификации, чтобы судить о прошлом первоначального владельца.

Поэтому, когда пришёл TanYin, Чжоу Сян выглядел как обычно, как будто он его совсем не знал. На самом деле, он действительно не знает его — поскольку он пожал ему руку, когда WangYuDong представил их, только когда он сказал свое имя, это было немного расплывчато (T / N). В любом случае, Чжоу Сян и Чжоу звучали почти одинаково. WangYuDong, возможно, забыл, как его зовут.

T / N TanYin знал, что он был Чжоу Сян, но он сказал WangYuDong, что его звали Чжоу.

похоже, это не похоже на WangYuDong пришел в себя после поспешного ухода Минсю. Выражение его лица было не очень хорошим. Его глаза даже не выглядели так, как будто он их видел. Передав их (Чжоу Сян и Тань Инь) директору Чжао, он быстро дал ТаньЮн слово совета,»хорошо выступай» и ушел.

Тань Инь очень уважительно относится к ВангЮдуну и директору Чжао, но по отношению к Чжоу Сяну выражение его лица было очевидно враждебный.

Чжоу Сян полностью проигнорировал его и говорил только с режиссером Чжао относительно первых сцен его роли вспомогательного персонажа.

Впервые он увидел четырех подчиненных, устроенных для злодея БОСС в этом фильме. Все они очень красивые молодые мужчины, большинству из них чуть больше двадцати. Чжоу Сян — самый старый и наименее выдающийся с точки зрения внешнего вида.

Однако, исходя из действия и интерпретации последовательности действий в боевых искусствах, никто не мог сравниться с ним. Очень скоро, кроме Танина, двое других стали называть его»Ге». Он помог им скорректировать свои движения, избавив директора и координатора боевых искусств от множества неприятностей.

ТанЯн недоверчиво посмотрел на него. На его памяти у Чжоу Сяна такой способности не было. Если он это сделал, то почему он не смог стать популярным в прошлом? Не говоря уже о том, что не было исполнителей, готовых подписать его.

Когда они вышли из работы, два мальчика пригласили Чжоу Сяна на обед. Если бы это было раньше, Чжоу Сян не отказался бы от приглашения таких молодых и красивых мальчиков. Хотя с того момента, как он проснулся, его мысли никогда не были направлены на подобные вещи (налаживание других отношений). Но так он жил раньше, и это давно стало привычкой. Тем не менее, в это время, когда он выходит с работы, его ждет нечто более важное. Он должен был пойти на встречу с Минсю.

Одна лишь мысль о Минсю, разум Чжоу Сяна снова начала дрожать. Он попытался подавить пульсацию в голове, поскольку он отказался от приглашения от двух мальчиков. Он бросился снимать платье и переоделся в одежду, намереваясь уйти.

Сегодня он ушел поздно. Он даже не закончил снимать свою косметику, выскочив, вытирая лицо влажным полотенцем, подаренным ему визажистом.

«Чжоу Сян!»

Чжоу Сян мгновенно почувствовала нетерпение. Он не тот человек, которого считают похотливым. Но как мужчина и мужчина, который любит мужчин, он имеет естественную привязанность к тем, кто выглядит красиво. Однако с того момента, как он увидел Таньин, он не чувствовал себя комфортно. Кажется, что-то из глубины его души заставляет его хотеть избегать этого человека. Возможно, это желание первоначального владельца этого тела.

К сожалению, TanYin не позволил бы ему сделать, как он хотел. Он догнал его за несколько шагов. Чувствуя бешенство от игнорирования, он энергично схватил Чжоу Сян и толкнул его к стене:»Почему ты бежишь!» Таньинь яростно впился взглядом в Чжоу Сян.

(мысли ТаньЯн) Неужели это правда? Что он потерял память? В противном случае, как мог этот человек, который любил его глубоко раньше, игнорировать его до такой степени. Но потеря памяти — такая ерунда. Может ли это действительно произойти в реальности? Есть только одна возможность, то есть он притворяется!

Чжоу Сян резко схватил его за запястье:»Тань-ин, что, черт возьми, ты делаешь?»

Глаза Тань-Яна загорелись, когда он яростно ответил.»Вы действительно притворяетесь, вы знаете мое настоящее имя».

«Моя мама сказала мне ваше настоящее имя, когда мы увидели вас по телевизору. Я повторяю. Я был в больнице в течение двух лет. Я ничего не помню. Если вы мой друг, сначала вы должны отпустить свою руку».

Таньин неохотно отпустил его руку и серьезно посмотрел на Чжоу Сян:»Ты… ты полностью изменился».

Предыдущий Чжоу Сян был человеком, который был очень нежным и даже немного слабым. Самое главное, он никогда не смотрел на него с таким незнакомым выражением.

«Я действительно похож на двух совершенно разных людей из прошлого», — сказал Чжоу Сян с каламбуром. Он успокоился:»TanYin, я не знаю, какие у нас были отношения, но я действительно не помню тебя. Если я обидел тебя раньше, не принимай это близко к сердцу. Для нас также редкая судьба снимать фильм вместе. Давай просто позаботимся друг о друге в будущем.

ТанЯн посмотрел на него ошеломленно. Глядя на этого человека, используя это лицо, с которым он когда-то был так знаком, говоря что-то, что полностью противоречит их ранее глубоко любящим чувствам… этот вид незнакомства и равнодушия заставил Таньин чувствовать себя очень неловко.

Под успокоением Чжоу Сяна выражение, он не знал, как ответить.

«Давайте просто оставим это так. Мы можем выпить, когда есть свободное время. У меня все еще есть неотложные вопросы, я собираюсь уйти первым. Чжоу Сян похлопал его по плечу, затем повернулся и убежал.

ТанЯнь остался, глядя на его спину. Его губы слегка дернулись, его брови сжались.

-–

Чжоу Сян вынул ключ и открыл дверь в квартиру.

Было уже больше девяти часов вечера. Часы. Он еще не ел. Закончив работу, он спешил вернуться. Его живот пуст, но он, очевидно, знал, что это чувство паники не из-за голода, а просто потому, что он не знал, как реагировать на Минсю.

Как только он прошел через дверь, Минсю пришел внизу. На нем был халат, а волосы все еще были мокрыми. Видимо, он просто принял душ.

Когда Чжоу Сян действительно увидел его, эта сильная паника, в которой он находился, быстро успокоилась.

Зачем так много думать? Минсю заплатил деньги, он просто должен сделать, как ему сказали. Правильно… ему не нужно думать ни о чем другом. Он Чжоу Сян, но не Чжоу Сян. По крайней мере, пока между ним и Минсю не было никаких отношений.

Минсю равнодушно посмотрел на него:»Сейчас только что ушел с работы?»

«Да», Чжоу Сян использовал тапочки, чтобы скрыть свои эмоции.

«Просто ушел с работы сейчас? Он слышал эту фразу много раз, когда жил с Минсю. Каждый раз, потому что он вернулся домой очень поздно. Тон Минсю был бы слегка недовольный. В то время Чжоу Сян был счастлив, что кто-то позаботился о том, чтобы он пришел домой поздно, и это было для него приятным чувством.

«Вы поели?» Минсю также спросил.

Чжоу Сян ответил:»Да»

Он стоял посреди гостиной и посмотрел на Минсю, ожидая его следующих слов.

Минсю бесстрастно сказал:»Душ внизу. Тогда поднимайся. Сказав это, он повернулся и пошел наверх.

Чжоу Сян вошел в ванную внизу. Когда теплая вода стекала по его холодной коже, он почувствовал, как напряженность в его сердце немного расслабилась.

Чжоу Сян. Не будь таким трусом. Просто будь спокоен. Подумаешь? Это не имеет большого значения.

Чем больше он успокаивал себя, тем решительнее и устойчивее чувствовал его сердце.

После того, как он принял душ, он поднялся наверх, завернутый только в банное полотенце. Отопление в комнате было очень хорошим, он совсем не чувствовал холода, но его шаги были немного тяжелыми.

Минсю сидел на кровати и читал книгу. Мягкий свет ударил по боковому профилю его совершенно красивого лица, настолько красивого, что он невероятно взволнован.

Не удивительно, что многие люди потеряли свои души для него. Чжоу Сян подумал:»Разве он не один из них?»

Когда Минсю услышал его шаги, он повернулся и посмотрел на него. Затем положите книгу на изголовье.

Чжоу Сян стоял у двери. Некоторое время он не знал, что делать, поэтому просто стоял там.

Минсю сказал:»Подойди сюда».

Чжоу Сян пошел в кровать.

Минсю посмотрел на свою обнаженную грудь. Эмоции в его глазах колебались, когда он схватил Чжоу Сяна за руку и толкнул его на кровать, надавливая на него сверху.

Они ахнули, глядя друг на друга. Порыв сложной и странной ауры протекал между ними.

разум Минсю сильно дрожал. Это снова такое выражение, такое выражение, которое заставляет его чувствовать это чувство знакомства, которое заставляет его сердце быстро биться. Что на самом деле означает это выражение? Почему он, кажется, проникает в его душу и бесконечно его шокирует?

Он трепетал, касаясь лица Чжоу Сяна.

Чжоу Сян жестко посмотрел на него.

Выражение лица Минсю внезапно исказилось. с проблеском невыразимой боли. Он приподнял тело, как будто он очень устал.

Затем он оттолкнул Чжоу Сян и повернулся, чтобы лечь рядом с ним на кровать.

Чжоу Сян деревянно посмотрел на потолок. задолго до того, как очень медленно сказать:»Президент…»

«Не беспокой меня. Не разговаривай. Низкий голос Минсю прозвучал сбоку, как будто он подавлял свои эмоции.

Чжоу Сян, т. е. тело, которое было в непосредственной близости от него, его сердце полно всевозможных противоречивых чувств.

Глава 63 - Редкая ночь мирного сна

Поскольку Минсю не хотел, чтобы его беспокоили, Чжоу Сян, естественно, не взял на себя инициативу коснуться ему. Прямо сейчас их взгляды уже заставляли его чувствовать боль. На мгновение он почувствовал, что Минсю видел это… пронзил его кожу и проникло в глубины его души.

Но очень быстро Минсю отрицал это. Правильно… он мог видеть, что глаза Минсю перешли от смущения к ясности, а затем снова потеряли смущение.

Он (Чжоу Сян) не знает, может ли быть так называемая»невидимая связь» между двумя люди, которые не связаны кровью. В конце концов, они были очень близки, их тела физически объединились и соединились как одно целое. Когда Минсю посмотрел на него, у него не было бы следа этого знакомого чувства?

Чжоу Сян не знает. Минсю также не сказал бы ему. Только то, чего он ожидал (секс не произошло, что заставило его вздохнуть с облегчением.

Он лежал рядом с Минсю, задаваясь вопросом, что ему делать дальше. Он хотел уйти, но он не знал, было ли это уместно в это время. Подумав долго, он наконец перевернулся и захотел встать с кровати с другой стороны. Но когда он сел, холодный голос Минсю прозвучал:»Куда ты идешь?»

Чжоу Сян в шоке, затем нерешительно ответил:»Президент, я могу вернуться домой?»

Минсю открыл глаза и нахмурил брови:»Ты здесь не живешь?

«С моей мамой нехорошо. Я не могу жить здесь каждый день».

«Но ты должны остаться здесь сегодня», — тон Минсю не позволил ему отказаться.

Чжоу Сян просто лег назад. Кто сказал ему, чтобы он продал себя Минсю?

Минсю снова закрыл свои утомительные глаза.

Чжоу Сян посмотрел в потолок. Двое людей находятся в этой странной тишине, и время медленно уходит.

Внезапно Минсю медленно вздохнул в этой тихой комнате:»Вы пользовались средством для мытья тела в синей бутылке?»

Чжоу Сян был поражен. В ванной комнате было несколько бутылок для мытья тела, но он обычно использовал ту марку, которую он чаще всего использовал раньше. Он ответил:»Да».

Через некоторое время Минсю тихо пробормотал:»Это запах».

Чжоу Сян не понял, поэтому ничего не сказал.

Минсю затем сказал:»Повернись на другую сторону».

Чжоу Сян был снова поражен. Затем он последовал его указаниям и повернулся спиной к Минсю.

Тонкая рука Минсю внезапно обернулась вокруг его талии, а горячая грудь прижалась к его спине. Тело Чжоу Сяна замерло, когда Минсю держал его в объятиях.

Минсю прошептал»Чжоу Сян» хрипло низким голосом. Затем он перестал говорить. Но с этими двумя словами Чжоу Сян не смог успокоиться дольше всего. Кажется, эти два слова содержат чувства, которые он не может понять. Ах, возможно, Минсю, возможно, только что случайно назвал его имя, эти два слова проникли сквозь барьеры через время и тело, прямо в глубины его души. У него даже было чувство, что Минсю зовет его… настоящего (старшим Чжоу Сян).

Однако многочисленные факты говорят ему, что он когда-то был против нелепых снов.

Когда Минсю сказал чтобы он обернулся и обнял его сзади, он ясно знал, что Минсю думает о Ван Юн Дуне, из-за чего Минсю был готов заплатить за него.

Он должен быть благодарен, что, по крайней мере, теперь он ясен в этих устоявшихся отношениях с Минсю, а не с тем, что было раньше, он неясен с каждым шагом, не в силах отступить.

Чжоу Сян закрыл глаза. Он чувствовал, что должен спать сегодня вечером.

Он действительно надеялся, что сможет немедленно заснуть прямо сейчас. Иначе дыхание Минсю… его запах… температура его тела, каждый его след войдет в его сознание. Его сердце мгновенно захлестнуло это бушующее горе.

Если люди смогут забыть прошлое, у них точно не будет больше забот. В это время Чжоу Сян надеялся забыть обо всем, что когда-либо происходило между ним и Минсю в тот год, когда они были вместе, особенно воспоминания о многочисленных временах засыпания с Минсю. Это для него теперь стало большой катастрофой.

Он не может притворяться, что Минсю не существует, но он знал, что Минсю использует его только в качестве замены другого человека. Такое отчаяние и унижение долго мучили его бесконечно. После того, как он снова приблизился к Минсю, эта пытка стала еще хуже.

Он почувствовал, что Бог с ним играет, и он слишком взволнован этим. Иначе, как он мог вернуться на свой старый путь после повторного возрождения? Ему дали новую жизнь, но он не должен был вести совершенно другую жизнь, а продолжать дразнить его.

Тлеющая горячая грудь позади него подобна палящему жару, разжигающему бушующее пламя внутри него, пронзая его сердце зияющими дырами.

-–

Чжоу Сян проснулся очень рано. Он не помнил, когда заснул прошлой ночью. Когда он проснулся, небо было несправедливо ярким.

Он двигался. Он думал, что все еще спит на боку, но в какое-то неизвестное время он лег на спину. Тем не менее, Минсю все еще обнимал его, его высокий нос прижимался к его лицу, а его теплая ширма покрывала его кожу настолько близко, что между ними практически не было расстояния.

В тот момент это было так, как будто это было целую жизнь назад… как будто ничего не произошло, он все еще был (старше) Чжоу Сяном. Ему просто снился кошмар. Когда он снова просыпается, человек, которого он любит, все еще спит рядом с ним. Эти горько разочарованные воспоминания будут похожи на фрагменты мечты, которая безжалостно разрушена.

Если это так… если это так…

Постепенно настороженные глаза Чжоу Сяна уставились на роскошную люстру над его головой. Это не принадлежало старому дому, в котором он жил 30 лет. Все не сон. Это реально.

Чжоу Сян чувствовал боль, его губы неудержимо дрожали.

Он повернул лицо. Глубоко спящее лицо Минсю находится в непосредственной близости от его лица. Это лицо — чудо от Создателя. Чжоу Сян так загипнотизирован каждый раз, когда видит это.

Минсю крепко спал. Чжоу Сян никогда бы не узнал, что Минсю не мог спать так долго в течение долгого… долгого времени.

Чжоу Сян неохотно пришел в себя, желая оторвать руку Минсю, чтобы встать. Когда он двигался, рука, которая держала его за талию, внезапно сжалась. Минсю нахмурил брови, пока спал, как будто он цеплялся за свою спасительную соломинку, используя такую мощную силу, чтобы обнять его, с глубоко зарытой головой в шею.

Чжоу Сян не хотел разбудить его, но он хотел встать с кровати. После нескольких попыток он, наконец, разбудил Минсю.

Минсю долго и пристально смотрел на него, прежде чем постепенно сфокусировать свое внимание, его хриплый голос:»Это ты».

Чжоу Сян посмотрел на него. он молча, а затем попытался снова встать.

Минсю не помешал Чжоу Сяну встать с постели на этот раз, но вытащил руку назад и уставился на свою руку.

Чжоу Сян получил свободу и пошел в ванную.

Место рядом с Минсю опустело, теряя тепло покинувшего его только что тела. В этот момент Минсю пронзило то же ощущение, что и два года назад, когда он узнал новость, что разрушила его. В этот момент его оглушила пустота и в панике он издал вопль:»Вернись!»

Чжоу Сян был шокированно напуган. Его нога уже вошла в ванную. Он повернулся, чтобы посмотреть на Минсю.

Минксю посмотрел на него кровавыми глазами.

Этот человек… он все больше и больше был не способен понять.

После аварии Он не смог хорошо выспаться ночью. Долгое время он не испытывал, каково это — спать спокойно, без каких-либо ограничений. Но вчера он просто обнял этого человека и смог спокойно спать без снов. Как и в эту ночь, он мог компенсировать весь недостаток сна. Он чувствовал облегчение и комфорт. Он знал, что он инстинктивно держался за этого человека, или, возможно, его инстинкт знал, что этот человек может принести ему.

Почему!!

Он не Чжоу Сян. У них просто одно и то же имя, просто похожая фигура, просто… но он не Чжоу Сян!

Лицо Минсю побледнело, боль в его глазах уже нельзя было скрыть.

Он упал до такой степени, что ищет тень этого человека в замена. Это его наказание. Когда он подумал, что он использует Чжоу Сян в качестве замены Ван Юдуна, он не знал, какой именно человек вошел в его сердце.

Он потерпел неудачу с этим методом, но все еще не мог удержаться от желания попробовать. Других причин нет. Просто ему было слишком больно. Он не может больше терпеть.

Он был непреклонен в том, что Чжоу Сян не мертв, но никто не мог это подтвердить. Этот маленький сомнительный голос в его сердце становится все громче и громче, но грубо подавляет его снова и снова. Чтобы постоянно быть настойчивым с этой мыслью, ему нужно было много силы воли. Он знал лучше, чем кто-либо еще. Даже если этот Чжоу Сян мог принести ему немного утешения, он хотел быть рядом с ним, как давно замерзший человек, желающий быть рядом со спичкой.

Это не может спасти его… но он не мог» Я не могу не принять это маленькое тепло.

Он исчерпывающе посмотрел на Чжоу Сяна, который стоит перед ванной и ждет, когда он что-нибудь скажет. Он тихо пробормотал:»Я хочу есть, готовь для меня».

Глава 64 - Совпадения ошеломляют

Чжоу Сян оделся и спустился вниз как можно быстрее, а затем пошел на кухню готовить.

В холодильнике полно продуктов. Чжоу Сян предположил, что их привез Цзян Юань. Он даже думает, что никто из этих людей не знает трудностей жизни. Как два человека могут есть столько еды? Некоторые могут испортиться на следующий день. Видя это, он почувствовал себя мрачно.

Чжоу Сян надел фартук и занялся кухней. Он готовил очень быстро, работал умело. Вскоре аромат еды проник в комнату.

Чжоу Сян не знал, когда Минсю спустился вниз. Минсю стояла как каменная скульптура, наблюдая, как Чжоу Сян усердно готовит еду на кухне. Эта широкая спина, завернутая в передник с узкой талией и тонкими длинными ногами, слегка обнаженной бледной шеей и короткими щетинами, с его умелыми и эффективными быстрыми движениями заставила Минсю чувствовать себя так, словно он вернулся три года назад.

Он не знал, сколько раз он сидел за обеденным столом и смотрел, как Чжоу Сян готовит, чувствуя запах аромата, исходящего из кухни, от которого его живот гремел от голода. Много раз он терял терпение и шел на кухню, чтобы обнять мужчину сзади, призывая его поторопиться. В ответ он получит особенно нежную улыбку.

Бессознательно он встал и шагнул на кухню.

Человек перед ним внезапно повернул голову, но это не то лицо, что в его уме. В тот момент сердце Минсю дрожало, его тело удрученно поникло.

Чжоу Сян,»Президент, сядь и подожди немного».

Минсю снова сел. Он пытался успокоиться, принимая большие ширины.

Он действительно не знал, что с ним происходит. Просто будучи с этим Чжоу Сяном, все его естество не могло успокоиться.

Через некоторое время Чжоу Сян принес на стол рис, три блюда и тарелку супа.

Минсю только что успокоился, и теперь его сердце снова начало биться беспорядочно. Чаша для риса расположена слева, а большая суповая чаша справа, мясное блюдо посередине и вегетарианские блюда с обеих сторон — все выстроились перед ним. Большая миска супа была на другой стороне. То, как эти продукты были размещены, точно так же, этим человеком! Даже пищевые блюда, обычно также стояли на обеденном столе и раньше.

Минсю дрожал, поднимая палочки для еды и кладя кусочек салата в рот. Затем он швырнул палочки на стол и яростно уставился на Чжоу Сяна.

Чжоу Сян только что поднял свою миску и напугал его, нахмурив брови:»Что случилось? Не на ваш вкус? Этого не должно быть. Это то, что обычно ест Минсю.

Все это становится все более и более необъяснимым для Минсю.

Если бы он закрыл глаза и не смотрел в лицо, в чем разница с сидением напротив (более старого) Чжоу Сяна? Как могло быть так много совпадений в мире? Настолько, что два человека могли делать одинаковую точную еду.

Этот аромат… он не мог забыть даже во сне.

Минсю произнес сквозь зубы:»Кто научил тебя готовить?»

Чжоу Сян ошеломленно ответил:»Моя мама».

«Откуда твоя мать?»

«Местная». Чжоу Сян в замешательстве посмотрел на него:»Президент, в чем дело? Если это не удовлетворит ваш аппетит, я могу приготовить другую еду. В холодильнике много продуктов.

Минсю продолжал пристально смотреть на него.

Может быть, он слишком много думает? Или у него все еще может быть это предвзятое мнение о том, что все, что он (младший Чжоу Сян) делал, было похоже на (старшего) Чжоу Сяна?

В конце концов, это два совершенно разных человека. Он никак не мог объяснить это самое большое противоречие.

Минсю посмотрел на стол, полный домашней еды, особенно подходящей его аппетиту, но он не мог ее съесть. Он просто попробовал каждое блюдо. Чем больше он пробовал, тем страшнее становился. Затем он просто отложил свои палочки для еды.

Чжоу Сян не мог угадать, о чем он думал, и не хотел пытаться. Его последний прием пищи был вчера в полдень. Он не ел в течение 20 часов, поэтому он был очень голодным. Когда Минсю взял свой мобильный телефон и вышел на балкон, чтобы позвонить, Чжоу Сян просто уткнулся головой в посуду и съел большую часть ее.

«Здравствуйте, руководитель группы Ван, это я».

«Привет, президент, привет… привет».

«Руководитель группы Ван, был ли достигнут какой-либо прогресс?»

«Я хотел позвонить вам. Итак, так как вы не хотели тревожить соседей, это действительно вызвало огромную проблему для нашей работы. Вы, вероятно, этого не знаете, но когда люди из нашего бюро подошли к расследованию, они как маленький вор, крадущийся, хехехе.»

Минсю не был в настроении шутить с ним, Он прямо спросил:»Лидер команды Ван, просто скажите мне о текущем прогрессе напрямую?»

Лидер команды Ван Фе разочаровался и больше не пытался приблизиться. Он ответил более профессиональным тоном:»Согласно последнему докладу, мы обнаружили особенно большую лазейку. Казалось, есть признаки того, что сцена была подделана дважды.

«Что вы имеете в виду? Мы не вмешивались в сцену».

«Да, вы, ребята, были очень осторожны, поэтому влияние на сцену было минимальным. Но в гостиной было еще какое-то повреждение. Это то, что мы называем в первый раз. То, что я говорю как второй раз, это всего лишь несколько дней спустя. По степени осаждения пыли это было как минимум через три дня. Есть доказательства того, что кто-то, возможно, вошел в квартиру, но во многих местах мы не можем сказать, когда была вызвана сцена.

«Ты говоришь, что вор снова вернулся туда?!» Когда Минсю услышал эту часть, он уже собирался взорваться.

«Это… не было подтверждено, был ли это вор, и еще более сомнительно, был ли это тот же самый вор. Но много свидетельств на поверхности указывало на то, что кто-то еще был на месте происшествия через несколько дней после инцидента. Так как вы сказали, что кроме той ночи, вы не вернулись в квартиру, это очень подозрительно. Возможно ли, что именно два человека обнаружили вора?»

«Я подтверждаю это с ними», Минсю сжал кулак. У него были некоторые подозрения, что Сиронг сделал это. В конце концов, XiRong также знал, где Чжоу Сян спрятал свой запасной ключ, так что ему было легко войти. Причина, по которой Минсю не вынул ключ из коробки с пожарным гидрантом, была просто потому, что…

потому что он думал что Чжоу Сян может вернуться однажды.

Он не ожидал, что человек, которого он ждал, не пришел, вместо этого пришел вор и соперник по любви.

Минсю так разъяренный, что его глаза стали налиты кровью. Если он поймает вора, он обязательно заставит его заплатить.

Лидер команды Ван продолжил:»Другой момент — это только наше предварительное предположение, но оно не дает окончательных результатов».

«Говорите».

«Речь идет о замке двери. Поскольку президент неоднократно просил нас не тревожить соседей, наши люди могут только закрыть дверь и работать изнутри дома, но это затрудняет изучение дверного замка. Люди приходят и уходят днем, а освещение плохо ночью, поэтому мы не смогли провести тщательное расследование по поводу дверного замка. Мы просто смотрели на это. По словам товарищей, которые знакомы с преступлениями с замками, дверной замок не был поврежден и не было никаких признаков использования инструментов для разблокировки. Кажется более вероятным, что дверной замок был открыт с помощью ключа. Однако это не исключает, что вор мог использовать более продвинутый инструмент разблокировки, который не оставил бы никаких следов. Мы просто не чувствовали, что это необходимо, поскольку он уже порылся в доме. Даже не глядя на замок, вы уже знаете, что в доме был вор. Это то, что сбило нас с толку. Если вы хотите, чтобы это было подтверждено, мы должны снять замок и вернуть его в лабораторию для дальнейшего изучения. Было бы лучше, если бы мы также сняли защитную дверь…»

«Нет!» Минсю категорически отказался:»К двери нельзя прикасаться. Замок… позвольте мне подумать об этом.

Сердце Минсю сново забилось беспорядочно.

Открыто с помощью ключа?

Как это могло быть? Если кто-то не знал, где находится запасной ключ, как он может узнать, что ключ спрятан в свернувшемся водяном шланге в коробке с пожарным гидрантом? И этот шланг для воды свернулся в несколько раундов, так что спрятать маленький ключ легко, но какой вор этот умный, чтобы знать это?

Слишком много лазеек с этим.

Сначала Минсю сомневался XiRong. В конце концов, он не видел вора своими глазами. Это все рассказал ему XiRong. Более того, когда он и его команда Ванг вернулись на сцену в тот день, и он пытался проверить, что было потеряно, он действительно не мог сказать, что действительно было потеряно. На самом деле, он даже мог бы сказать, что на первый взгляд, кроме кондо, кажущегося хаотичным, похоже, ничего не пропало.

Он слишком много знал об этой маленькой кондо. Каждая мелочь в доме была запечатлена в его уме. С информацией, предоставленной XiRong, он с большим трудом обнаружил, что наличные Чжоу Сян на тумбочке отсутствовали, но он вспомнил, что денег было немного. Были также зеркальная камера Чжоу Сян стоимостью более 20 000 йен, несколько объективов и ноутбук. Это вещи, которые вор должен был взять. Тем не менее, все они остались на прежнем месте. Поведение этого вора действительно сбивает с толку.

Если, как он подозревает, с самого начала не было никакого вора, что все это был самонаправленный и самодействующий XiRong, то есть слишком много вещей, которые не не имеет смысла. Например, зачем XiRong делать это? Как ему могло понадобиться пара тысяч юаней? Кроме того, почему он должен информировать себя (Минсю)? Если бы он не сказал этого, он бы ничего не знал.

Итак, каковы другие возможности?

Голова Минсю быстро кружится, думая о любой другой возможности.

Если дверной замок действительно открывается ключом, то люди, которые знали о местонахождении запасного ключа, это он (Минсю XiRong и…

Чжоу Сян?!

Минсю почти не мог дышать. Руководитель группы Ван несколько раз звонил ему с другой линии, но он по-прежнему не отвечал.

Если… если это действительно Чжоу Сян… но возможно ли это? Он… он жив? Он вернется? Если он вернулся, почему ему пришлось прятаться?

Минсю не позволил себе думать дальше, потому что он знал, что когда человек отчаянно надеется на что-то, он позволяет своему воображению иссякать. Он будет обманут своими заблуждениями и потеряет беспристрастное суждение. Он не может быть таким, ему нужно сохранять спокойствие.

«Президент?.. Здравствуйте?…. Президент?»

«Лидер команды Ван». Голос Минсю дрожал:»Дай мне подумать об этом. Я найду время для нас, чтобы вернуться туда вместе. Вы можете снять замок, но вы должны изучить его в доме. Вы не можете снять замок. После того, как вы закончите, вставьте его обратно. Кондоминиум должен оставаться точно таким же, понимаете?»

Руководитель группы Ван ошеломленно ответил:»Это…»

«Руководитель группы Ван Это возможно?»

Руководитель группы Ван с горечью ответил:»Хорошо, другого пути действительно нет».

Минсю тяжело вздохнул:»Руководитель группы Ван, у меня есть кое-что еще» Я хотел попросить вас о помощи.»

«Что это?»

«Помогите мне исследовать человека.Минсю посмотрел через французскую дверь и посмотрел на человека, едящего в доме. Его глубокие глаза открыли непостижимое значение, он мрачно ответил:»Его зовут Чжоу Сян…»

Глава 65 - Другое предупреждение

После еды Чжоу Сян пошел убирать кухню.

В это время Минсю был также закончил свой телефонный звонок и вернулся в гостиную.

Чжоу Сян схватил свое пальто, выглядя так, словно хотел уйти, но все же попросил разрешения Минсю:»Президент, могу я сначала пойти домой?»

Минсю посмотрел на него, но не ответил.

Чжоу Сян снова одел пальто и дождался ответа Минсю.

Минсю неожиданно спросил:»Где твой дом?»

«Это… близко». Чжоу Сян не знал, почему он спросил это, и добавил:»Президент, если вы… позвоните мне, я могу прийти в любое время». После того, как Чжоу Сян сказал это, он показал насмешливую улыбку. Оно было очень слабым, но Минсю все еще поймал его.

Минсю встал:»Я отвезу тебя обратно».

«… не ну Это очень близко… всего десять-двадцать минут ходьбы, я мог бы вернуться сам».

Минсю не позволил ему отказаться и уже начал одеваться. Он настойчиво добавил:»Я отвезу тебя».

Чжоу Сян не мог отказаться.

После того, как Минсю отвез его в район, он не собирался уходить. Вместо этого он последовал за Чжоу Сяном из машины и, естественно, сказал:»Ты сказал, что твоя мама больна? Я хочу зайти в гости».

Выражение лица Чжоу Сяна слегка изменилось:»Президент… Это не правильно, верно? Мой дом такой маленький, как он может вместить твоего дворянина……

Минсю махнул рукой и предупреждающе посмотрел на него:»ЧжоуСян, если ты снова так со мной поговоришь, я закрою твой рот»». Иногда он чувствовал, что, когда Чжоу Сян говорит с ним очень вежливо и уважительно, это также в то же время окрашивается следом сарказма. Но он не понимал почему. Кажется, у Чжоу Сяна не было особого противодействия тому, чтобы быть его игрушкой для мальчика, поэтому ему не нужно быть эмоционально неуравновешенным, верно?

Чжоу Сян действительно закрыл рот. Независимо от того, что у Минсю было намерение пойти к нему домой, у Чжоу Сяна не было способов остановить его. Он не мог уговорить его уйти.

Только потому, что Минсю дал ему квартиру и деньги, он должен был согнуть свой позвоночник перед Минсю в этот раз.

Двое мужчин забрали лифт наверх. Когда Чжоу Сян открыл дверь, голос ChenYing сразу прозвучал:»XiuFen (тетя Ван)?»

«Это я, м».

Чжоу Сян привел Минсю в дом, когда ChenYing вышела из комнаты. Гуляя, она ворчала:»Сюфэнь ходила по магазинам, и это было давно…… О? Это……»Ченинг увидела Минсю и была совершенно поражена.

Когда обычные люди встречают Минсю, они, естественно, пленяются его небесным обликом. Поражаться на самом деле не так много.

Чэнь Ин никогда не видел такого привлекательного мужчину в реальной жизни, настолько красивого, что, кажется, он вышел из картины. В любом случае, она также была интеллектуалом, но даже не могла найти подходящего прилагательного, чтобы описать свое потрясение при виде Минсю. Она быстро пришла в себя. Минсю, кажется, знаменитость. Она оставалась дома весь день и проводила большую часть времени за просмотром телевизора, поэтому неудивительно, что она узнала Минсю.

ЧэньИН была немного взволнована:»Разве он не такая знаменитость?» Ее взгляд метался между Чжоу Сяном и Минсю и, наконец она посмотрела на сына:

Чжоу Сян улыбнулся и ответил:»М, он считается моим начальником. Фильм, в котором я сейчас снимаюсь, он вложил в него. Мы пошли на съемочную площадку и не могли вернуться вчера. Он подвез меня сегодня. Когда он услышал, что у тебя плохое здоровье, он захотел приехать и навестить тебя.

Минсю также любезно кивнул ChenYing, положив тоник в руке на землю. Он всегда получал подарки от других, с которыми ничего не делал, поэтому его просто оставили в багажнике. Достать несколько предметов было легко.

Волнение, вызванное видением знаменитости, заставило Чэньин покраснеть:»Айя, ты слишком скромен. Приходите и присядьте. Ах, Сян, почему ты не позвонил? Дом такой грязный. Я даже не кипятил воду. Айя…… Чэньин бросилась кипятить воду, так как не знала, как устроить Минсю. Даже если Минсю просто стоял на месте, она думала, что Минсю — человек из другого мира.

Как только ChenYing отвернулась, улыбка на лице Чжоу Сян сразу исчезла. Он действительно хотел знать, почему Минсю сознательно пришел сюда, чтобы мучить его и его маму.

Он получил свой ответ очень скоро.

В разгар разговора ChenYing с Минсю он непрерывно спрашивал о Чжоу Сяне. мимо. Хотя его вопросы не были очевидны, Чжоу Сян понимающе осознает это.

Чэнь Ин также не глуп. Поговорив больше получаса, она тоже заметила. Все, что она не чувствовала, было уместно, она также не сказала этого. После того, как она оправилась от первоначального шока, увидев Минсю, ее сомнения постепенно углубились.

После того, как Минсю поняла, что она сопротивляется, углубляясь в прошлое Чжоу Сяна, он перестал спрашивать и нашел причину, чтобы уйти.

Сразу после того, как он ушел, Чэньин и Чжоу Сян остались безмолвными, уставившись друг на друга.

В этот момент на лице Ченина уже не было первоначального возбуждения, вместо этого выражение ее лица стало удручающе тяжелым.

Чжоу Сян тщательно проверен,»м? В чем дело?

Чэньин прикусила губы, а затем решительно спросила:»Вы и он, каковы ваши отношения?» Даже такая домохозяйка, как она, редко выходящая на улицу, знает, что личность Минсю необычна. Если бы не по какой-то особой причине, почему у него было свободное время, чтобы приехать сюда, чтобы навестить ее? Заслуживает ли она особого визита из-за такого большого удара?

Независимо от того, как она об этом подумала, это должно быть из-за ее сына. Но ее сын просто неизвестный второстепенный актер. Что у него есть того, что достойно такой большой звезды, как он, прилагает эти усилия? Чем больше Ченьин думал об этом, тем более неприглядным становилось ее выражение лица, и тем больше она волновалась.

Чжоу Сян был ошеломлен и на мгновение почувствовал себя как мужчина:»Я говорил вам… он инвестор в фильме, в котором у меня есть второстепенная роль».

«У тебя второстепенная роль, почему он решил отвезти вас домой? Даже если он подвез тебя, зачем заходить ко мне? ChenYing изменила свою обычную слабость, чтобы внезапно стать немного агрессивной.

Чжоу Сян редко видела ChenYing таким. Первый раз был, когда упоминался»ТанЯнь». В другой раз сейчас. Мысль постепенно сформировалась в его уме. Он успокоился и объяснил:»Мы хорошо ладим, вот и все».

Чэнь Ин, очевидно, не поверил ему. С дрожащим голосом:»Ах, Сян, скажи маме правду. Вы…… вы……»

Чжоу Сян схватил Чэньин за руку и спокойно спросил:»М, Таньин, о котором вы упоминали в прошлый раз, был ли он моим бывшим парнем?»

Выражение лица ЧенИнг внезапно изменилось, она побледнела, ее тело неконтролируемо трясло, она уклонилась от его взгляда, молча подтверждая его догадку.

Конечно, это то, что он думал. С демонической очаровательной внешностью TanYin любой может сказать, что он ГЕЙ с первого взгляда. тем не менее, он все еще имеет много навыков в своих руках, зная, как себя использовать.

В сочетании с реакцией ChenYing и тем, что сказал TanYin, Чжоу Сян уверен, что TanYin — пара с первоначальным владельцем этого тела, В конце концов, владелец этого тела не смог стать популярным, но TanYin воспользовался возможностью, и они разошлись. Эти факты в индустрии развлечений не редкость. Женщины могли положиться на свои тела, чтобы подняться по лестнице. Мужчины тоже могут поступить так же. На самом деле, это происходит даже чаще, чем часто. Хотя он и не был уверен, что Тань Инь такой человек, но после того, как он стал популярным, он растоптал свою старую любовь. Так что он определенно способен на это.

Лицо Чэньин слегка исказилось:»Ах, Сян, я знаю, что не могу этого скрыть от вас. Вы говорили мне раньше, что гомосексуализм — это не болезнь, которую нельзя вылечить. Вы сказали, что это ген, с которым человек изначально родился, это его природа. Я была против этого. Я хотела избавиться от этого гомосексуального гена из твоего разума. Но после того, как вы были в состоянии комы, я понял, что ничто неважно, кто ты, пока ты здоров и жив, это самое главное. Итак, я… у меня больше не будет никаких возражений (о том, что Чжоу Сян — гей). Я знаю, что если это действительно так, как вы сказали, даже если вы потеряли свои воспоминания, вы все равно хотели бы мужчину в будущем. Но… но Сяо Тан этого не сделает. Моральное поведение этого ребенка нехорошее. Когда он был с тобой раньше, он просто хотел быть знаменитым. Его чувства к тебе не настоящие. Я просто беспокоюсь, что когда твоя карьера взлетит, ты столкнешься с ним. Я всегда вижу его по телевизору. Внешность этого ребенка выглядит хорошо, он умеет сладко говорить и умеет льстить людям, чтобы все его одурачили. Но… вы должны быть осторожны с ним. Неважно, с кем ты, это не должен быть он».

Чэнь Ин сказала много вещей. В конце концов, она немного волновалась. Ее внутреннее смятение все написано на ее лице.

Чжоу Сян вздохнул и спокойно улыбнулся:»Мама, ты слишком много думаешь. Я действительно не помню этого Tан Ин. Ты много говорила. Хотя я не помню вещей из прошлого, у меня действительно нет чувств к женщинам. Но я запомню твои слова и не подойду слишком близко к Тану. Он подумал, что если бы Чен Ин знала, что он уже встретил Тан Ина, она была бы ещё больше расстроена. Но это то, что он не может скрывать долго. Чен Ин рано или поздно узнает, что он и Тан Ин играют вспомогательную роль злодея в фильме.

Но как бы долго он ни скрывал это от нее, пусть так и будет. Он не хотел расстраивать Ченина так скоро.

Чэн Ин глубоко вздохнула и с тревогой сказала:»Ах, Сян, этот президент…»

«Мама,мы определенно не вместе. Там нет такой вещи. Кто-то, такой как он, как он мог любить меня? Мы просто коллеги». Возможно, потому что он был мужиком, он сказал все эти слова очень быстро. После этого он почувствовал, что переоценил. Это неизбежно, что он выглядел так, будто пытался это замаскировать. Но невозможно вернуть то, что было сказано. Он чувствовал, что, хотя у него нет большой мудрости, он всегда был умным… за исключением вопросов, связанных с Минсю. Только с вопросами, связанными с Минсю, он, казалось, всегда мог выйти из-под контроля, делая его настолько безнадежно глупым.

Конечно же, в глазах Чен Ин вспыхнули следы порока. Она знала, что принуждать Чжоу Сян бесполезно, поэтому просто сказала:»Ах, Сян, ты прав. Такой человек, как он, не может смотреть на нас с нашими корнями. Мне все равно, что происходит с вами двумя, но сын… вы должны помнить, вы должны ясно видеть в сердце человека. Будьте умны и не позволяйте людям играть с вами».

Беспокойство в глазах ChenYing совершенно очевидно. Это беспокойство происходит от матери, которая глубоко заботится о своем сыне, независимо от всего остального. Это взволновало Чжоу Сян.

Если он может быть похож на любого обычного человека, имея опытных родителей, которые немного его предупредят, возможно, он не потерян так.

К сожалению, он этого не сделал есть это. Кроме того, он погрузился в полный беспорядок.

Находясь в оцепенении, ChenYing ласкал его лицо:»Сын, мама не возражает против того, чтобы ты нашел парня. Вы тоже не молоды. Если есть хороший мальчик, вы могли бы… вернуть его обратно. Пока у него хороший характер и надежность, мама не будет возражать». После того, как Чэньин закончила говорить, она глубоко вздохнула.

Глава 66 - Сомнения Сиронга

Сиронг вернулся в страну.

Он не планировал возвращаться по крайней мере до следующего месяца, но телефонный звонок Минсю заставил его так разозлиться, что он изменил свое расписание. Он отодвинул свою работу на месяц вперёд и вернулся раньше.

Минсю поставил под сомнение его слова о том, что случилось той ночью, и то, каким тоном это было сказано, было похоже на то, что он намекает, будто СиРонг сам руководил и действовал с самого начала, будто он был настоящим»вором». И хотя он решительно опроверг это по нескольким причинам, но он не мог скрыть тот факт, что он действительно был первым, кто обнаружил кражу в эту ночь. И ЦайВэй, и Минсю просто слышали это с его точки зрения.

Поскольку было слишком поздно в ту ночь, и большинство людей уже спали, даже соседи не могли сказать, слышали ли они движения от соседней двери. Сам вор не оставил никаких конкретных следов. В общем, у СиРонга действительно не было ничего существенного, что он мог бы использовать, чтобы опровергнуть заявления Минсю.

Когда Минсю спросил его, почему он пошел в дом Чжоу Сян, он был достаточно честен, чтобы признать, что он случайно проходил мимо и просто хотел пойти и посмотреть. Минсю был еще менее убежден в этом объяснении, но это факт.

В тот день, когда он просто проезжал по этой дороге, улицы были чистыми и пустыми, что позволяло ему видеть вид улицы из его памяти. Он мог вспомнить, как много раз он и Сян Гэ покупали (продукты) ингредиенты в супермаркете, болтали по пути, когда они шагали по ступенькам из старой плитки пола к дому Чжоу Сяна, каждый из этих шагов был глубоко запечатлен в его сердце.

Когда он пришел в себя, он уже неосознанно въехал в окрестности.

Он все еще помнил тоску и горе, которые он испытывал, когда смотрел на окна дома Чжоу Сяна снизу. Он надеялся, что свет будет включен, чтобы он мог просто подняться и постучать в дверь, и мужчина, как обычно, предстанет перед ним, мягко улыбаясь и называя его»СиРонг».

Его отношения (T / N наполненные невежеством и тревожными факторами, никогда даже не начинались. Даже у него самого были свои сомнения и растерянность (по поводу отношений). Но все это полностью закончилось несчастным случаем Чжоу Сяна.

T / N отношения, о которых говорит СиРонг, это романтические»любовные» отношения, которые он хотел с Чжоу Сяном.

Он никогда не забудет, как он себя чувствовал в тот день, когда он получил звонок (о несчастном случае Чжоу Сян) от ЦайВэй. Боль была настолько мучительной, что он не знал, что делать. Он долго плакал, запираясь в своей комнате, отказываясь видеть кого-либо в течение нескольких дней. Он действительно не мог принять это. Этот человек был совершенно в порядке. Он только что говорил с ним по телефону, и теперь он ушел.

Он полностью исчез из этого мира, даже его тело не было найдено.

В начале он все еще держался за иллюзию, надеясь, что поисково-спасательная команда сможет найти Чжоу Сян. будь он просто в ловушке и еще жив. Но прошла неделя. Затем прошло две недели. Под безумной настойчивостью Минсю поисково-спасательная команда искала больше месяца, но так и не смогла найти след.

В конце концов, все потеряли надежду. Только Минсю безумно и упорно настаивал на том, что Чжоу Сян не умер. Поскольку его тело не найдено, он все еще должен быть жив.

В то время XiRong впервые почувствовал, что между Минсю и Чжоу Сян действительно были настоящие чувства. более того, это было намного глубже, чем он представлял, настолько глубоко, что опустошило Минсю до такой степени, что он (Минсю) полностью изменился. Как будто его прежнее»я» было полностью уничтожено этой аварией.

Он (СиРонг) никого не мог ненавидеть. Он мог только отчаянно уйти, чтобы спрятаться за границей, иначе он вспомнил их прошлые воспоминания (между ним и Чжоу Сяном).

Лишь недавно он, наконец, смог спокойно принять факт смерти Чжоу Сяна. Только теперь он осмелился попытаться войти в дом Чжоу Сяна в глубокой ночи, чтобы посмотреть на вещи, с которыми он был знаком, и вспомнить о человеке, которого он когда-то действительно любил.

Сегодня он, наконец, решился.

Но он не ожидал, что он действительно столкнется с вором. Он действительно не знал, был ли он в ярости или удаче. По крайней мере, он не позволил вору забрать многие вещи, оставленные Чжоу Сяном.

Он также обращал внимание на ход дела в течение этого времени. Просто он не мог напрямую общаться с Минсю. Он мог получить только часть информации через CaiWei, поэтому он знал очень мало. Так что на самом деле хорошо, что он возвращается в это время. В противном случае, этот вопрос будет у него на уме, и он всегда будет беспокоиться об этом.

ЦайВэй отправил кого-то в аэропорт, чтобы забрать его, а также позвонил ему, чтобы обсудить его новый музыкальный MV. Он также спросил, не начнет ли он сниматься после его возвращения, потому что президент Ван лично пообещал организовать Чжоу Сяна в качестве второго актера в MV. ЦайВэй должен будет согласовать обе стороны, как только он обсудит это с СиРоном.

СиРонг обсудил это со своим помощником и согласился. Когда ЦайВэй упомянул имя Чжоу Сян, СиРонг был немного ошеломлен. Хотя он знал, что этот Чжоу Сян не был тем самым Чжоу Сяном, но это имя имело огромное влияние на него и он не мог спокойно с этим смириться. Он работал и был занятым человеком. Его график также должен быть проверен. Например, ход съемок фильма слегка совпал со съемками MV СиРонга, особенно если им придется поехать в Гуйчжоу, чтобы снять определенную сцену в следующем месяце. Эта сцена является одной из самых важных сцен для сюжета истории. Он должен был остаться как минимум на полмесяца.

После обсуждения с ЦайВэем он решил закончить съемку MV, прежде чем уйти. График СиРонга был также очень плотным. У него не было причин ждать Чжоу Сян. В то же время, Чжоу Сян не хотел упускать эту возможность.

Теперь, когда Чжоу Сян официально подписал контракт с СиРонгом, СиРонг начнет обучать его как артиста. Хотя Чжоу Сян всегда чувствовал, что он не того же калибра, но с помощью ЦайВея и под крылом СиРонга, для него не будет проблемой зарабатывать на жизнь, став каскадером или актером. Он также не должен быть на работе с 9 до 5 и не должен выполнять другие побочные работы. Его доход также был бы намного выше, чем раньше.

По сравнению с соглашением с Минсю, он определенно хотел зарабатывать деньги самостоятельно. Тем не менее, он не материалистичный человек, поэтому, если это будет похоже на то, что было раньше (до его смерти с ним все в порядке. Слишком большая слава — это бремя.

Хотя у него в руках деньги, он не смел быть небрежным. Уремия — это болезнь, когда деньги будто бросают в бездонную яму. Состояние ЧенИн было плохим. Долгая депрессия и скромная жизнь истощили и ослабили её тело. Теперь, когда она серьезно больна, это почти уничтожило ее. Менее чем за месяц они уже потратили десятки тысяч юаней. Только лекарства и питательные вещества стоят несколько тысяч. Чжоу Сян сделал приблизительный подсчет: с ежемесячной арендной платой, водой, электричеством, едой, визитами к врачу и сиделкой ежемесячные расходы семьи почти составили 20 000 иен. Теперь Чжоу Сян боится тратить деньги.

Но сейчас он все еще планирует купить машину, иначе приходить и уходить было бы слишком неудобно. Имея долг в 370 000 иен, он не осмелился ни разу погасить его, потому что боялся, что люди будут подозрительными. Но эта сумма должна быть зарезервирована. Рассчитав это так, есть много областей, на которые нужно потратить деньги. Два миллиона подобны песочным часам, их может быть недостаточно на несколько лет.

Чжоу Сян обычно зарабатывал по крайней мере от 20 000 до 30 000 иен в месяц. Хотя в Пекине это не считается большим заработком, ему нужно было содержать лишь себя. Он действительно не экономил деньги, но при этом он не был расточительным. Он купил много страховок, поэтому, даже если бы он заболел, он не боялся. Как результат, он никогда не учился тратить деньги осторожно. Он потратил все, что заработал. Хотя его сбережения были небольшими, но у него не было никакого чувства кризиса.

Однако, теперь, когда у него в руках так много денег, он не осмеливался их случайно потратить. Каждый юань нужно было тщательно рассчитать, прежде чем тратить. Чжоу Сян почувствовал, что со времени его перерождения его личность настолько изменилась, что он даже не знаком с нынешним им.

Сняв сцену в роли каскадера Ван ЮДона утром, он быстро схватил коробку с ланчем и бросился на место съёмки MV СиРонга. Когда он туда добрался, было почти 2 часа.

Если бы не потому, что WangYuDong, Минсю, и что интрига TanYin не появляется сегодня, Чжоу Сянь верил, что окончательно снять фильм в утро.

Место съемки было в школе. Когда он прибыл, большая часть персонала прибыла за исключением СиРонга. Чжоу Сян сначала пошел поговорить с режиссером и продюсером.

В последнее время он был слишком занят. Съемка этого MV была решением в последнюю минуту. Чжоу Сян даже не посмотрел на сценарий. Это был просто короткий MV без каких-либо сценариев, поэтому сейчас не поздно взглянуть на сценарий.

Его роль в MV — главная роль актера, а это СиРонг — романтический соперник, сражающийся за девушку. Этот MV больше сосредоточен на школьной жизни кампуса. Он должен был одеться как негодяй и разбить бутылку пива по голове СиРонга.

Сразу после того, как Чжоу Сян прочитал сценарий, он потерял дар речи. Будто специально, чтобы понравиться молодым фанатам, эта песня на самом деле была создана для такого мелодраматического сюжета.

Что его смутило, так это то, что СиРонгу в этом году всего 24 года, и у него есть торговая марка. Актрисе, которая играет главную роль, нет и 20-ти. Для этих двоих, сниматься в тематическом MV о школьной жизни кампуса, определенно не проблема. Но не для Чжоу Сяна, ему почти 27 лет, и он не особенно молод. Он подумал, что если бы президент Ван знал о содержании этого MV он бы не согласился, чтобы он в нем участвовал.

Конечно же, когда режиссер и продюсер увидели его, было очевидно, что они не были слишком довольны и чувствовали, что Чжоу Сян недостаточно молод. Но в этот критический момент они не могли возразить. Поэтому они заставили его быстро одеться на роль.

Чжоу Сян посмотрел на сценарий, когда наносил макияж.

Когда он закончил с макияжем, эффект был очень хорошим. Он выглядел на несколько лет моложе, источая уверенность, что выглядело довольно привлекательно.

Директор нашел нескольких пеонов в качестве последователей этой роли негодяя, они переодевались.

В это время Сиронг медленно прибыл.

Как только он вошел в дверь, он увидел, что Чжоу Сян одет в белую рубашку с воротником с тремя открытыми пуговицами, его волосы уложены гелем, а пластырь на его лице демонстрирует улыбку впереди. зеркала. Полуденное солнце пробивалось сквозь большие окна в классную комнату, создавая слой бледно-желтого свечения для всего тела Чжоу Сяна.

В этот момент СиРонг ошеломлен. Казалось, он видел очень знакомого человека, стоящего недалеко, на расстоянии, которое находится в пределах его досягаемости. Если бы он просто сделал шаг вперед, он смог бы твердо схватить этого человека.

Громкий крик мгновенно вернул СиРонга к реальности. Он ошеломленно уставился на Чжоу Сяна перед ним. Он видел ясно? Но это явно новый Чжоу Сян, а не тот, прежний Чжоу Сян. Это заставило его почувствовать такую горькую ненависть.

Чжоу Сян также обернулся и поприветствовал СиРонга.

СиРонг все еще смотрел на него с выражением, которое Чжоу Сян не мог понять.

Продюсер подбежал и убедил:»XiRong иди переоденься. Сначала мы снимаем сцену и проверим, чтобы увидеть результат.

Сиронг покачал головой, чтобы выйти из этого депрессивного настроения, и пошел к другому классу.

Когда Сиронг закончил одеваться, он вернулся в классную комнату. Чжоу Сян снимался в сцене, где он издевается над одноклассниками в классе. Хотя он впервые играл такую маленькую детскую роль, он справился хорошо.

Сняв сцену в классе, они переместили место съемки во внешний коридор, чтобы снять сцену, где Чжоу Сян будет вести кучу пеонов с метлами в погоню за ведущим мужчиной.

Поскольку режиссер не был удовлетворен несколькими дублями, он велел им бежать снова и снова, пока СиРонг действовал с героиней в классе.

Когда XiRong закончил съемку, он пошел в коридор, чтобы посмотреть на прогресс Чжоу Сян.

С одной стороны, экран кинокамеры неоднократно воспроизводил сцену преследования Чжоу Сян.

«Я думаю, что это хорошо, здесь хорошо, и он не заблокирован. Вы могли видеть, что его спина обнажена».

«Но человек сбежал со сцены. Я все еще думаю, что четвертый дубль лучше…»

Пока режиссер и продюсер обсуждали, глаза XiRong внезапно сфокусировались на экране на дисплее.

Он прошел по шагу, с его глазами, смотрящими на вид сзади человека, бегущего быстро на экране. Это заставило его чувствовать себя странно знакомым.

Где он видел это раньше? Должно быть, он где-то видел это.

Сначала он почувствовал, что из-за того, что фигура этого Чжоу Сяна похожа на Сян Ге, поэтому их взгляды сзади немного похожи. Но найти сходство задних взглядов с кем-то еще не особенно сложно, просто эта сцена заставила XiRong почувствовать знакомость не только спины, но и движущихся движений…..

Где именно он это видел до? Почему он так заботится об этой сцене? Он отчаянно пытался вспомнить. Это действительно странно. Где он видел этот бегущий вид сзади?

На СиРонге рассвета вспыхнула вспышка света, и выражение его лица внезапно изменилось.

Внезапно он вспомнил тот день в доме Чжоу Сяна, когда столкнулся с этим вором. Это панически бегущее видение спины совпало с этим бегом назад, пришло ему в голову.

Это выглядит так похоже!

После короткого шока XiRong сразу почувствовал, что это просто совпадение. Это должны быть две одинаковые спины, которые очень похожи друг на друга. Это Чжоу Сян имеет законную карьеру и доход. Он не мог быть связан с вором. Независимо от того, как обычный человек смотрит на это, они не будут связывать эти две совершенно не связанные вещи.

XiRong, что он, должно быть, был слишком истощен недавно и имел слишком много мыслей, так что он работает дико, Нельзя сказать, что это очень сомнительно, потому что у них похожие взгляды.

Хотя спина этого Чжоу Сяна и спины Сян Ге очень похожи, и с того момента, как он увидел этого человека, этот человек дал ему чувство фамильярности, заставляющее его хотеть углубляться в понимание его, он слишком волновался, вместо этого заставит его сомневаться в том, что делать дальше.

Он чувствовал, что его человек действительно имеет судьбу с Сян Ге. Это единственная причина, о которой он мог подумать.

-–

После окончания работы большинство людей уже ушли.

Так как вокруг было меньше людей, XiRong на этот раз подошел к Чжоу Сян и спросил:»Ты свободен после работы? Хочешь пойти выпить со мной?»

Сердце СиРонга распухло. Хотя он верил, что этот Чжоу Сян не будет вором, он все еще хотел что-то подтвердить. После того, как он сказал это, он немного пожалел об этом, но он почувствовал, что если этот человек (Чжоу Сян) не согласен, он все равно не сдастся.

Чжоу Сян также ошеломлен. Затем он улыбнулся:»Хорошо, а как же ты хотел пить со мной? Я не слишком уверен. Не могу винить его за подозрение людей. На самом деле он не знал, почему XiRong сделал это, потому что он чувствовал, что у него нет ничего достойного XiRong, чтобы быть заинтересованным.

«Никаких особых причин. Мы из одной компании. Более того, вы с Вэй Ге в неплохих отношениях. Я уже позвонил ему. Он скоро придет.

Чжоу Сян вздохнул с облегчением. Оказалось, что он слишком много думал.

«Хорошо. Поехали. Я давно не пью. Алкогольная устойчивость Wei Ge довольно хорошая. Нам определенно понравится сегодня вечером». Чжоу Сян выразил смелое, энергичное выражение, но в глубине души он немного волновался. Хотя он не боится XiRong, но алкогольная терпимость CaiWei лучше, чем его. Он не мог победить CaiWei в выпивке, поэтому боится, что он случайно скажет неправильные вещи, выпив слишком много.

Он сел в машину СиРонга, чтобы пойти в бар. CaiWei уже был там в ожидании их. Он также взял с собой Ах Лю. У них у обоих был стол с ликером.

Когда Чжоу Сян увидел ликер, он ворчал в своем сердце. CaiWei легко не пить, но когда он это делает, он изо всех сил напивается на других.

Пока Ах Лиу пил и выл, когда пел, трое из них просто болтали. К счастью, это были просто сплетни о вопросах, связанных с работой, ничего важного.

После некоторого неизвестного времени Чжоу Сян действительно больше не мог пить.

XiRong очень умный. Он знал, что его алкогольная толерантность не была хорошей, поэтому он иногда обманывал КайВэй или даже заставлял его (Чжоу Сян) пить за него. СиРонг мог сделать это, но он (Чжоу Сян) не мог. Он действительно не мог выучить испорченный, но серьезный тон и отношение СиРонга, из-за чего людям было трудно отказаться от него. После нескольких раундов СиРонг не пил много, но ЦайВэй все еще уговаривал их. Он (Чжоу Сян) был почти до такой степени, что он больше не мог принимать (ликер).

Музыка в комнате вместе с воплями и криками А-Лю постоянно становилась все громче и громче. Как раз, когда шум пронзает его уши, Чжоу Сян не знал, как, но он все еще мог слышать, как звонит его собственный мобильный телефон.

Он все еще не был пьян, но у него кружилась голова. Внезапно он вспомнил, что не говорил матери, что опаздывает домой. Было уже почти двенадцать часов. Его мать определенно обеспокоена.

Он быстро вытащил свой мобильный телефон, но его рука дрожала, и мобильный телефон упал на землю.

Чжоу Сян собирался поднять его, но его тело пошатнулось, и он упал в объятия XiRong. В этом пахнущем алкогольной среде освежающий запах проникал в его нос, заставляя его немного протрезветь.

СиРонг похлопал его по спине: Вы не можете достичь этого. Я заберу это для тебя. Сиронг наклонился и поднял трубку из-под кофейного столика. Телефон очень прочный. Он не пострадал и все еще звонил. СиРонг непреднамеренно взглянул на экран и увидел трех символов», -МинСю».

XiRong на мгновение ошеломлен. Он знал, что эти двое сотрудничали, но они уже близки к тому, чтобы позвонить друг другу в полночь?

Чжоу Сян все еще думал, что это его мать. Он потянулся к мобильному телефону, не подумав:»Привет, м……»

Минсю скривил брови:»Ты пьешь?»

«А?» Чжоу Сян долгое время не реагировал. Первое, что он понял, было не то, что Минсю звонил ему, а то, что его живот сжался. Оказалось, что он все еще упал на бедра СиРонга. Колени СиРонга на животе. Он пробормотал, подползая:»Привет?»

«Чжоу Сян!» Минсю сказал тяжелым тоном:»Где ты?»

«В XX».

«С кем?»

«С Вей Гэ и ими». Чжоу Сян выпил немного воды, чтобы сделать себя более трезвым:»Президент, есть что-нибудь?»

Этот»президент», никто не слышал этого в такой обстановке. Только СиРонг знал, кто этот человек, поскольку он продолжал смотреть на Чжоу Сян.

«Здравствуйте? Иди в тихое место! Минсю неприятно ругал.

Чжоу Сян мог только подняться и пошатнулся в ванную, чтобы поговорить. В то же время он крикнул:»А, Лю! Ах, Лю! Потише.» После того, как он сказал это, он держался за стену и прошел в ванную.»Привет, президент, ты меня сейчас слышишь?»

Как раз, когда он хотел закрыть дверь, он почувствовал некоторое сопротивление. Когда он обернулся, то увидел, как СиРонг держит дверь в ванную, сжимает его и захлопывает дверь, закрывая большую часть шума снаружи.

Чжоу Сян с удивлением посмотрел на него.

С пустым выражением лица СиРонг выхватил телефон из руки Чжоу Сян и холодно сказал:»Минсю, я СиРонг, мы пьем сейчас. Чжоу Сян выпил слишком много. Вы могли бы позвонить ему в другой день.

Минсюй был напуган в течение полсекунды, стиснув зубы:»Фамилия, почему, черт возьми, ты не можешь просто уйти?» Сказав это, он повесил трубку.

на этот раз Чжоу Сян также схватил свой телефон, крича:»СиРонг, что ты делаешь!»

СиРонг не знал, о чем он думает, Как будто он ненавидел то, что Минсю близко к»Чжоу Сян», даже если это просто человек с тем же именем.

Глава 67 - Не забывайте, кому вы принадлежите

После того, как Минсю повесил трубку, атмосфера двух людей в ванной немного напряглась.

Чжоу Сян сунул свой мобильный телефон в карман и вопросительно посмотрел на СиРонга, спрашивая его смысл, стоящий за этим. В конце концов, это его мобильный телефон и его личные дела. Ах, хотя XiRong имеет много обид против Минсю, это не имеет к нему никакого отношения. То, что он делает это, слишком странно.

На лице СиРонга появились следы смущения, когда он неловко ответил:»Я видел, что ты даже не мог встать, поэтому я просто был мил, помогая тебе ответить на твой телефон.». Сказав это, его взгляд отвелся в сторону.

Чжоу Сян не знал, смеяться или плакать. Даже если бы он был виноват в XiRong, ничего бы не случилось, поэтому он просто оттолкнул его, открыл дверь ванной и вышел.

CaiWei странно посмотрел на них, а затем немедленно насмехался:»Черт, сколько лет ребята, вы все еще писаете вместе… закончили сравнивать (размер члена)? Кто больше?»

СиРонг улыбнулся, отвечая:»Вэй Гэ, разве ты не можешь быть таким вульгарным. Чжоу Сян ушел, чтобы ответить на звонок. Ванная комната скользкая. Я просто боялся, что он поскользнется.

Это звучало немного убедительно. Шаги Чжоу Сяна были немного шаткими.

Чжоу Сян слишком ленив, чтобы сказать что-нибудь еще, когда он сел на диван и махнул Цай Вэю:»Вэй Гэ, я больше не могу пить, действительно больше не могу пить. Позвони… моей маме. То, что я занята… на самом деле… извините, чтобы дать ей понять, что я не пойду домой сегодня вечером.

Он настолько пьян, что его мама будет заботиться о нем, а не отдыхать. Он просто не вернется сегодня и вместо этого планировал пойти в квартиру, которую дал ему Минсю.

CaiWei взял свой телефон и выпил глоток воды, чтобы его голос звучал менее пьяным. Затем он вышел, намереваясь пойти в тихое место на улице, чтобы позвонить.

Чжоу Сян был настолько пьян, что ему было немного лень даже двигаться. Его глаза расплывались, видя различные смешивающиеся цвета на экране ЖК-телевизора, который предположительно показывает видео о песнях о любви, но он остановился у него в голове. Лирика и мелодия не в духе, что звучит как грустная песня.

из-за того, что он слишком много выпил или, возможно, слишком долго сдерживал его, у Чжоу Сяна сейчас есть невероятный импульс, чтобы раскрыть все тайны, спрятанные в себе. Он слишком устал, чтобы продолжать прятаться. Это слишком трево Он действительно хотел рассказать всем. Тогда ему не пришлось бы хранить эти секреты.

К сожалению, он не посмел.

Сиронг увидел, что он не выглядел нормально, поэтому он открыл бутылку минеральной воды и положить его на губы.»Чжоу Сян, ты в порядке? Пейте немного воды.

Чжоу Сян взял бутылку и небрежно налил ее в рот, но большая часть воды пролилась на всю его рубашку.

«Черт, — сердито выругался Чжоу Сян как он похлопал воду по лацкану.

СиРонг вздохнул, схватил бутылку минеральной воды в руку и отложил в сторону, затем достал немного ткани, чтобы помочь ему вытереть.

Хотя нагрев в баре очень хороший, ношение рубашка с длинными рукавами даже немного горячая, но как только они выходят на улицу, холодный воздух от дующего холодного ветра гарантированно немеет, не говоря уже о том, что Чжоу Сян промочил переднюю часть рубашки и брюк.

Сиронг вытер его несколько раз, но, увидев, что папиросная бумага на его одежде не вытерла воду, он почувствовал, что это не сработает. Его одежда была впитана в его грудь, это определенно неудобно, поэтому он предложил:»Почему бы тебе не снять верх и надеть мой свитер? У меня внутри рубашка.

Чжоу Сян продолжал натягивать рубашку спереди, чтобы она не прилипала к его груди. Посмотрев на одежду СиРонга, он кивнул, соглашаясь. СиРонг снял внешний свитер и бросил ему.»Иди, положи его в ванную».

Чжоу Сян схватил свитер и пошатнулся, пытаясь встать. Но его ноги стали мягкими, и он внезапно упал назад.

Ах, Лю дразнил его:»Зачем идти в ванную, просто переоденься здесь. Здесь нет девушек, и даже если это так, это не имеет большого значения. У Сяна отличное тело, ну, давай, покажи его, удовлетвори тягу этих парней».

С тех пор, как Ах Лю узнал его, он все больше и больше говорил без оговорок. В его словах всегда было немного вульгарности, поэтому Чжоу Сян привык к этому.

Чжоу Сян улыбнулся:»Смотреть не проблема, но это будет стоить 100 иен за каждый взгляд, и я беру только наличные». После того, как он закончил говорить, он протянул руку, чтобы расстегнуть его рубашку.

Ах Лю заорал на стороне, пели немного порнографического песню, не имея представления, где он узнал, что из.

Zhouxiang быстро взлетел его мокрая рубашка. Затем вытер его грудь бумажным полотенцем и надел кашемировый свитер СиРонга. Его тело внезапно стало намного более комфортным.

В это время CaiWei вернулся. Выражение его лица выглядело немного странным.

Чжоу Сян взял свой телефон обратно и спросил:»Что случилось?»

Цай Вэй сел на бок и глубоко посмотрел на него:»Вы и Минсю очень близки?»

Сердце Чжоу Сяна подпрыгнуло. CaiWei видел его текстовое сообщение? Но он ничего не сказал Минсю в текстовом сообщении.

CaiWei ответил:»Он просто позвонил и сказал, что придет, чтобы забрать тебя».

Чжоу Сян поражен. На мгновение он не знал, что сказать.

СиРонг услышал это сбоку и прищурился, притворяясь, что невольно спросил:»Я могу просто забрать тебя обратно. Зачем ему отправляться в путешествие, просто чтобы прийти за тобой?»

Чжоу Сян нерешительно ответил:»О, я только что понял, что должен идти завтра на съемочную площадку. Возможно, он боялся, что я задержу прогресс. Я… я пойду, чтобы позвонить ему.

CaiWei потянул его:»Не нужно звонить ему. Он очень близко к Рабочему стадиону и будет здесь очень скоро».

Выражение лица Чжоу Сяна слегка изменилось. Он беспокоится, что, если Минсю придет, их отношения будут разоблачены. Если бы это был кто-то другой, это было бы хорошо. Но он определенно не хотел когда-либо сообщать об этом CaiWei. CaiWei неоднократно предупреждал его, чтобы он не подходил слишком близко к Минсю, но он уже… он действительно не хочет видеть разочарование CaiWei в нем.

Чжоу Сян встал:»Я… я просто позвоню, скажу, чтобы он не приходил, пустая трата времени…»

Он схватил свой телефон, вышел из отдельной комнаты и начал набирать номер Минсю, но Минсю не отвечал.

Он подумал… будет ли Минсю сердиться? В конце концов, он и СиРонг никогда не ладили. Он даже сразу повесил трубку.

Чжоу Сян яростно дважды ударил головой о стену, пытаясь заставить себя быть немного трезвым. Он должен подумать о том, что сказать позже, чтобы другие люди не увидели ничего плохого.

Когда он вернулся в отдельную комнату, Цай Вэй и Ах Лю продолжали пить. Ах, Лю всегда был простодушным и почти ни о чем не думал, но у всех трех других были опасения.

Примерно через десять минут дверь в частную комнату неожиданно открыли, и все четверо повернули головы, чтобы увидеть, как Минсю в тяжелом пальто стоит в дверях и выглядит совершенно измотанным. Свет в зале вошел через дверь, образуя круг подсветки на его теле. Кажется, они могут видеть, как озноб исходит по всему его телу.

Минсю сразу увидел пьяное покрасневшее лицо Чжоу Сяна.

Сиронг сидел неподвижно и просто холодно смотрел на него.

Независимо от того, как сильно Цай Вэй ненавидит Минсю, на поверхности он не может его обидеть. Видя, что никто не говорит, он может быть первым, кто что-то скажет.

«Президент, ты здесь, это действительно быстро».

Минсю подошел и выключил телевизор. Пение в кладовой исчезло мгновенно. Первая шумная музыка извне изолирована, так что теперь тишина в этой комнате немного странная.

Минсю указал на Чжоу Сян и сказал с мрачным лицом:»Встань, я отведу тебя назад».

Чжоу Сян мог только сказать остальным:»Мне все еще нужно идти на съемочную площадку завтра. Я уйду первым. Вы, ребята, продолжаете. Затем он сознательно сказал Минсю:»Президенту придётся беспокоить тебя».

Он держался за стол, желая встать. Минсю сразу же схватил его за руку, потянув на себя все лицо.

Выражение лица Минсю выглядело неприглядно, настолько, что любой, кто мог видеть, мог сказать. Если это только из-за враждебности между ним и СиРонгом, многие в кругу уже знали, что это неудивительно. Однако с тех пор, как вошел Минсю, его взгляд не был на XiRong. Кроме того, между ними не было никакой конфронтации, так что холодное отношение Минсю действительно сбивает с толку.

Чжоу Сян схватил свое пальто и надел его. Он быстро взял свою рубашку и быстро сделал несколько шагов, поворачиваясь к трем людям, чтобы неуклюже извиниться. Затем он был твердо вытащен из Минсю.

Ах, Лю не знал слишком много деталей, поэтому он не слишком задумывался над этим, но СиРонг и КайВэй разные. Двое из них посмотрели друг на друга, их выражения были немного сложными.

После того, как Минсю толкнул Чжоу Сян в машину, он не спешил водить машину, но мрачно спросил:»Чья одежда на тебе?»

Чжоу Сян тупо смотрел:»Почему?»

«Это XiRong?»

Не было необходимости говорить о мокром верхе в руках Чжоу Сян. Минсю очень хорошо знаком с кашемировым свитером, который он носит. Он вспомнил, что спонсор только что прислал ему книгу с партией одежды на прошлой неделе. Кашемировый свитер и рубашка внутри были установлены. Он заказал набор и только что получил его вчера, но у него не было времени его надеть. Чжоу Сян носит кашемировый свитер этого комплекта, в то время как XiRong носил соответствующую рубашку.

Несмотря на то, что он мог догадаться, что Чжоу Сян превратился в него, потому что его верхушка промокла, его сердце все еще было раздражено до крайности.

Он ненавидел XiRong. Он чувствовал, что причина, по которой он и (старший) Чжоу Сян достиг этой точки, определенно связана с этим ублюдком СиРонгом. Любой, кто жаждет его вещей, должен умереть, независимо от того, сколько на самом деле весит этот (младший) Чжоу Сян в своем сердце, он не позволит своим вещам коснуться малейшего вздоха СиРонга.

Он прямо сказал:»Держись подальше от Си Ронга в будущем, я его ненавижу.

Чжоу Сян молчит. Слышать это звучало слишком знакомо.

Минсю увидел, что он не разговаривает, и подумал, что он расстроен. Он повернулся и схватил Чжоу Сяна за подбородок рукой и безо всякого выражения сказал:»Не забывай, кому ты, блядь, принадлежишь. Не зли меня».

В тусклом свете видна только мрачная улыбка Чжоу Сяна, когда он слабо произнес:»Президент… что бы вы ни говорили, я обязательно подчинюсь. Я, Чжоу Сян, конечно, не забуду, что ты тот, кто владеет мной».

Глава 68 - Вызов имени Чжоу Сян

Чжоу Сян лежал на пассажирском сиденье, его тело мягко поднимался и опускался от движений автомобиля вперед. Под влиянием алкоголя его чувство сознания постоянно исчезало из его разума. Иногда он открывал глаза и не знал, где находится, иногда он находился в оцепенении.

Половина осознанно его вытащили из машины Минсю. Он чувствовал, как лифт поднимается по этажам. Он знал, что они добрались до своего места.

Минсю поместил его в гостевую комнату внизу. Чжоу Сян плюхнулся на кровать, изо рта издавались бормочущие звуки, которые невозможно понять.

Минсю был настолько измотан, что обильно потел. Он снял пальто и пошел погладить по щекам Чжоу Сяна:»Встань, чтобы принять душ».

Чжоу Сян посмотрел на него с полузакрытыми глазами:»Нет… душ, я буду спать».

«Вставай. Ты воняешь.» Минсю не терпел его запаха и ненавидел то, что он был одет в одежду XiRong. Даже если он воспитывал собаку, она должна была носить одежду в соответствии с его предпочтениями.

Он вытащил Чжоу Сяна из постели, в то же время поднимая его руки вверх, стаскивая с него свитер, а затем яростно бросая его на пол в отвращении.

Чжоу Сян был немного нетерпелив и сказал смело:»Президент, вы можете просто дать мне поспать?» Его веки борются, чтобы оставаться открытыми.

Минсю неизменно подтянул его:»Нет, иди умойся.»Когда он говорил это, он держал его и тащил в ванную:»Я предупреждаю вас, если вы снова будете пьяны в будущем, я выкину вас с улицы».

Чжоу Сян фыркнул:»Я не просил, чтобы ты меня забрал».

потому что спиртное давало ему смелость, все слова Чжоу Сян ругали его, делая Минсю чрезвычайно бледным. Он всегда чувствовал отвращение к людям, которые сильно пьяны. Они ужасно воняют, и их умы становятся отсталыми, не говоря уже о том, что они будут говорить грубо.

Он схватил насадку для душа и повернул водопроводный кран, разбрызгивая воду над головой Чжоу Сяна. Но он забыл, что горячая вода не придет так быстро. Первым, что вылилось из насадки для душа, была холодная вода, заставляющая Чжоу Сяна гневно кричать, когда он подсознательно использовал свои руки, чтобы заблокировать его.

С этим блоком насадка для душа упала на землю, вода разбрызгивалась повсюду и повсюду.

Минсю сдерживал себя от крика, но вода на коже была действительно неудобной.

Чжоу Сян наклонился, чтобы попытаться поднять ее. Минсю опустился, чтобы выключить кран, но двое мужчин столкнулись с громким ударом, и оба упали на землю.

Чжоу Сян уже шатался из за своего пьяного состояния. На этот раз он всем своим весом упал на Минсю. Он не мог встать даже после нескольких попыток.

Сердце Минсю снова бешено колотилось. Его сердце выкрикивает имя человека. Поскольку он держит этого человека в своих руках, знакомый вес, знакомый запах и даже знакомое ощущение волос этого человека заставили его вернуться к сумасшедшим вещам, которые он делал с Чжоу Сян три года назад. Все это так ярко в его голове.

Душевая головка уже начала разбрызгивать горячую воду, пропитывая обе их одежды. Чжоу Сян усиленно пытался поддержать себя. Он посмотрел на глубоко темные глаза Минсю.

Минсю также смотрит на него. Нет… эти страстные глаза определенно смотрели не на него, а на кого-то еще сквозь него. Он много пил, но он более чувствителен, чем когда-либо.

Чжоу Сян немного пошевелился и почувствовал, что ему стало тесно в штанах. Прошло полгода с момента его возрождения. У него не было никаких сексуальных действий в течение всего этого времени. Можно сказать, что с момента его сексуального опыта в подростковом возрасте никогда не было больше полугода, что у него не было секса.

Не то чтобы он не хотел, но он просто не хватает энергии или времени. Когда человек находится под сильным экономическим давлением, его ум будет полностью сконцентрирован на зарабатывании денег. У него не было свободного времени, чтобы думать о сексе. Поэтому, когда его плотно прижали к нижней части тела Минсю, он совсем не удивился, что у него возникла реакция.

Он изначально был чрезвычайно загипнотизирован, но не говоря уже о том, что он нормальный человек. Он жаждал беспрепятственного интенсивного секса, очень жаждал этого.

Минсю также почувствовал, как мужская власть Чжоу Сяна давит на него. Это очень жарко и очень тяжело. Минсю немного взволнован. Реакция Чжоу Сян на самом деле быстрее, чем он. Кто на самом деле кого удовлетворяет?

Чжоу Сян с легкой улыбкой сказал:»Президент, не хотите ли вы насладиться купленными вами товарами (предлагая себя)?

Минсю хрипло ответил:»Вы очень опытный, со сколькими (ребятами) вы были?»

«Не помню. У меня было сотрясение мозга. Ничего не помню из прошлого. Хотя это только половина правды, Чжоу Сян искренне надеялся, что это правда. Иногда способность забыть — одна из величайших способностей.

Минсю наблюдал за ним несколько секунд, затем схватил насадку для душа и распылил ее по голове. Чжоу Сян закрыл глаза и не увернулся, он был слишком ленив, чтобы двигаться.

Через некоторое время он почувствовал, что горячая вода исчезла. Его схватили за Минсю и бросили на кровать.

Когда Минсю схватил его за плечо, чтобы перевернуть, он охотно согласился повернуться к нему спиной. Он не нуждался в том чтобы Минсю напомнил ему. Он знал, кем он был (заменитель ВанЮдуна).

Минсю снял мокрую одежду. Отопление в комнате достаточно. Двое людей не чувствовали холода, но их сердца не были тёплыми.

Минсю прижал голову и заставил его поднять зад.

Чжоу Сян услышал, как Минсюй очень ясно сказал:»Не надо» не поворачивай голову… не издавай ни звука.

Чжоу Сян даже не издал ни звука. На самом деле, по сравнению с тем дураком, которым он был раньше, он чувствовал себя намного счастливее с теми отношениями, которые у них сейчас есть. Ничего, кроме секс приятелей. Все остальные чувства совершенно бессмыслица.

Минсю поспешно расширил дыру, а затем грубо воткнул свой член.

Чжоу Сян почувствовал огромную боль, но он ничего не сказал. Если он рассматривал эти отношения между ним и Минсю как деловую сделку, то удовлетворение потребностей клиента является самым основным принципом.

Он знаком с частотой действий Минсю, знаком с его силой и вкусом, знаком со всем этим человеком в постели и в его средствах к существованию. Поэтому он (Чжоу Сян) попытался найти свое собственное удовольствие и освободиться в этом одностороннем вентиляционном сексе. Ему действительно не нужно было усложнять себе жизнь.

Движения Минсю становились все сильнее и жестче. Чжоу Сян чувствовал себя не в своей тарелке, хотя все еще был довольно пьян. Он находится на грани краха и теряет сознание. Все, что перед ним, уже не ясно, даже шум, звучащий в его ушах, безусловно, также является галлюцинациями, потому что Минсю определенно не будет вызывать»Чжоу Сян» при занятии любовью. Похоже, он не делал это раньше, так как он мог теперь?

Должно быть, он давно упал в обморок. Иначе почему у него такая сильная иллюзия.

Сексуальная и алкогольная стимуляция привела его к вершине кульминации. Вся его личность чувствовала себя так, как будто он плавает в мягком шелке, но также борется в горячей реке. Все сенсорные раздражители внезапно казались далекими, но близкими, казались настоящими, но фальшивыми, заставляя его почти забыть, кто он.

«Чжоу Сян… Чжоу Сян…»

Кто-то зовет его? Этот голос, кажется, плачет (T / N).

Плачет, потому что он умер? Как жаль, что я расстраиваю людей даже после смерти.

T / N Минсю действительно кричал на Чжоу Сян и плакал во время этого одностороннего провокационного секса, но Чжоу Сян думал, что он галлюцинирует.

Его тело невыносимо оцепенело, как будто он в раю в одну секунду и в ад в следующую секунду. Как долго продлится это постоянное мучительное желание?

Чжоу Сян? Он не Чжоу Сян. Нет… он Чжоу Сян. Кто такой Чжоу Сян? Он Чжоу Сян? Какой он Чжоу Сян?

У него на глазах постепенно темнело.

Глава 69 - Вопрос об аварии

Чжоу Сян спал более десяти часов. Когда он проснулся, скоро должно было зайти солнце.

Не то чтобы он выспался, но проснулся, в основном, чтобы пописать. Он покачал своей пульсирующей головой и встал с кровати. Как только его нога приземлилась на землю, его ноги стали мягкими. Если бы не его руки, поддерживающие кровать, поддерживающую его, он определенно упал бы на землю.

Ноющая боль в определенной нижней части его тела смущающе напоминала ему о том, что произошло прошлой ночью.

С большим трудом Чжоу Сян приподнял свое тело, шатнулся в ванную и тщательно вымылся.

В доме очень тихо. Минсю ушел некоторое время назад. Чжоу Сян оделся и вышел из комнаты, держа его за талию. Глядя на часы, было уже четыре часа дня.

Он вдруг вспомнил, что ему следует позвонить Чен Ин.

Он набрал ее телефон. В настоящее время ChenYing проходит диализ в больнице. Сразу после ответа на звонок она пожаловалась:»Как ты мог сейчас просто звонить? Я звонила тебе несколько раз этим утром. Я знаю, что ты очень занят на работе, но должно быть время, чтобы ответить на телефонный звонок, верно? Я бы не волновалась».

Чжоу Сян с сожалением извинился:»Я обязательно позвоню вам раньше времени, если не приду домой в будущем».

«Тогда вы вернетесь сегодня?»

«Сегодня…»Чжоу Сян на мгновение изумлен. Должен ли он сначала спросить Минсю? Этот большой босс, очевидно, нуждается в его доступности в любое время. Он думал об этом.»Если мне нечем заняться сегодня вечером, я обязательно вернусь».

Его ответ равносилен тому, чтобы ничего не говорить. ChenYing закончил разговор разочарованно.

После того, как Чжоу Сян повесил трубку, он проголодался, поэтому он сделал для себя миску лапши и съел ее в пустой комнате.

Хотя он был пьян в последний раз Ночью он действительно мог вспомнить многие детали. Просто некоторые жестокие действия Минсю заставили его чувствовать себя незнакомым. Казалось, он смог почувствовать отчаяние, исходящее от тела Минсю, и это чувство затронуло его дюйм дюйм, заставив его впасть в какое-то необъяснимое безумие.

Минсю действительно сильно изменился. Но разве он тоже? Время… действительно может полностью изменить человека.

Даже после того, как он закончил есть, Минсю до сих пор не позвонил. Чжоу Сян не думал, что сегодня будет что-то происходящее, поэтому он оделся и вернулся домой. Вернувшись домой, он некоторое время сопровождал Чэньин. Затем он вошел в комнату, чтобы отдохнуть. У него все еще было похмелье. Его голова пульсирует. Поскольку ему не нужно было сегодня сниматься, он должен хорошо отдохнуть.

Вскоре после того, как он лег, его телефон зазвонил. На первый взгляд это было странное число. Он колебался, прежде чем подключить звонок.

Звучал странный голос:»Здравствуйте, это Чжоу Сян?»

Чжоу Сян немного задумался. Кажется, это TanYin. Он притворился, что не слышит его, так как не хотел иметь никаких связей с этим человеком:»Это я, могу я спросить, кто это?»

Телефон на другой линии неожиданно остановился, а затем произнес неудовлетворительный»скрипучий» звук:»Вы действительно не можете сказать? Или вы обдумываете?»

Чжоу Сян ничего не сказал, хотя он был немного нетерпелив.

ТанЯн сказал, что это было неинтересно, и беспомощно ответил:»Это я ТанЮнь.

«О, привет.»

ТанЯн неловко ответил:»Мы тусуемся. Почему бы тебе не присоединиться к нам? Ах, Ву и Сяо Цай здесь.»

«Я не знаю этих людей».

«Вы знаете их раньше».

«Я не знаю» их сейчас».

«Что плохого в том, чтобы выйти, чтобы узнать их тогда?» TanYin немного недоволен:»Выходи, все хотят тебя видеть».

Чжоу Сян сказал с терпением:»Сяо Тан, мне все еще нужно идти на съемочную площадку завтра. Я очень устал сегодня. Мне нужен отдых. Люди, которых вы упомянули, я действительно не знаю их. Если бы они действительно хотели меня видеть, я полагаю, что за два года, что я был в больнице, не было бы того, чтобы никто не приходил ко мне. Я не понимаю, в чем сейчас смысл».

С этими словами лицо Таньин изменилось. Прежний нежный и даже несколько слабый Чжоу Сян действительно мог исчезнуть. Этот человек никогда не будет ругать его косвенно, как это.

Чжоу Сян ответил:»Давайте просто оставим это в покое. Вы, ребята, наслаждайтесь, е е. Сказав это, он решительно повесил трубку.

Он может представить, что Таньин настолько взбешен, что его голова вот-вот взорвется. Это также можно сказать как помощь первоначальному владельцу этого тела и ChenYing излить немного их обиды. Хотя он мало что знает, его интуиция подсказывает ему, что этот Таньин — высокомерный и напыщенный человек с сомнительной личностью. Он определенно причинил много боли владельцу этого тела.

Несмотря на то, что Чжоу Сян любит красивых мальчиков, ему нравятся те, которые немного очаровательны. Хорошо, если они немного интриги, но чрезмерно экстремальные в этом отношении отвратительны.

С тяжелым умом, Чжоу Сян бессознательно заснул.

Когда он пришел на съемочную площадку на следующий день Минсю и WangYuDong не пришли, но TanYin прибыл рано. Когда он увидел Чжоу Сяна, он яростно уставился на него.

Чжоу Сян сделал вид, что не видит его, и пошел одеваться, чтобы снять свои сцены. Только в три часа дня работа закончилась.

Когда он собрался, готовый уйти, координатор планирования дал ему листок бумаги.

Чжоу Сян посмотрел на него. Это график съемок в следующем месяце. Он удивлен:»Уже уезжаете на следующей неделе?»

Координатор планирования ответил:»Да, маршрут немного напряженный, потому что мы хотим подготовить его к летнему перерыву в следующем году, поэтому мы должны отправляйтесь в горы, прежде чем начнется снег.

«Я вижу, что мои сцены не начинаются до 4-го числа, я могу пойти туда через несколько дней?»

«Почему?»

«Моя мама чувствует себя не хорошо. Мне неудобно выходить слишком надолго «.

«Это не сработает, ах. Будет специалист, который доставит команду в горы. Он не может просто пойти и забрать тебя отдельно. Но вам не нужно беспокоиться. После съемок ваших сцен я отправлю вас обратно. Даже если это закончится рано, я также договорился, чтобы вы уехали в тот же день, что и Минсю.»

«…. Минсю тоже собирается?»

«Да, но его сцен не так много».

Чжоу Сян немного обеспокоен. В дикой местности, где он так малонаселен, эти десятки людей видят друг друга каждый день и так тесно сотрудничают, что-нибудь странное, что происходит, будет легко заметить с первого взгляда. Он обеспокоен тем, что его отношения с Минсю будут обнаружены людьми.

Координатор планирования похлопал его по плечу:»Короче, просто приготовься заранее».

Чжоу Сян кивнул.

С той ночи Минсю не связывался с ним. Как будто он исчез из своей жизни.

Вместо этого СиРонг звонил ему дважды. В первый раз он спросил, благополучно ли он вернулся домой той ночью. Во второй раз он попросил его приехать и выстрелить в MV.

Во второй раз, когда Чжоу Сян пошел снимать MV, он принес очищенный кашемировый свитер, чтобы вернуть его в XiRong. Первоначально это был очень обычный ход, но у команды создалось впечатление, что их отношения очень хорошие. Как таковой, он получил еще один рекламный ролик во второй половине дня.

Чжоу Сян запутался и снял несколько рекламных роликов, но ни одна из них не привела к славе. Но после выхода MV XiRong и фильма, в котором он участвовал с WangYuDong, он станет знакомым для некоторых зрителей. Слава — это просто вопрос того, чтобы быть увиденным и быть известным еще большему количеству людей. Пока он открыт, его внешний вид на самом деле не главное.

Позволить другим ошибочно предположить, что у него хорошие отношения с XiRong, также является хорошим фасадом. По крайней мере, он может слегка коснуться этого центра внимания. Хотя он знал, что XiRong только немного вежлив с ним, потому что они являются сотрудниками одной компании, и он бросается лицом к CaiWei.

Он не знал, что чем больше у XiRong контактов с ним чем больше он чувствует, что у него есть тени (более старого) Чжоу Сяна, и его выражение по отношению к нему становится все более и более странным.

Прежде чем отправиться в Гуйчжоу на съемки, Чжоу Сян наконец-то закончил снимать свои сцены для М. В.

За день до отъезда ему позвонил Минсю, который не связывался с ним в течение полугода.

«Президент», Чжоу Сян старался сохранять спокойный голос, хотя он чувствовал себя немного неловко.

«Приходите, не ваше место, а мой дом».

«Ваш дом?»

«Да, вы были здесь.

Чжоу Сян все еще помнил место, где он в то время забрал пьяного Минсю. Когда он подумал о напоминании Ченюна о том, что он должен вернуться домой пораньше, чтобы поесть крабов ночью, он не мог не вздохнуть.

Когда он мчался к дому Минсю, он позвонил Ченюну. Он добрался до дома Минсю менее чем за полчаса. Как только он вошел в дверь, он увидел Минсю в повседневной домашней одежде, равнодушно глядя на него:»У меня есть кое-что спросить у вас».

«О? Mnnn..President спросить.

Минсю отвернулся и посмотрел в окно. Он не хотел, чтобы Чжоу Сян видел его выражение. Хотя он уже заставил себя успокоиться, он все еще боялся раскрыть свои эмоции. Его, казалось бы, спокойный голос медленно произнес.»Позвольте мне спросить вас. Вы попали в аварию более двух лет назад и пролежали в больнице два года?»

Чжоу Сян ошеломлен. Минсю расследует его?

Он подавил беспокойство в своем сердце:»Да».

«Какое конкретное время вашей аварии?» Минсю тайно сжал кулак, хотя уже знал дату. Это дата, которую он никогда не забудет всю свою жизнь, но он все еще хотел услышать это из уст Чжоу Сяна.

Тревога в сердце Чжоу Сяна еще сильнее.»Я… я не помню».

«Вы не помните? Как ты мог не вспомнить?»

«После того, как я проснулся, я потерял все свои предыдущие воспоминания. Я действительно не помню.

Минсю внезапно обернулся, выражение его лица было немного резким:»Было ли это 13 августа X года?»

Шок Чжоу Сяна вспыхнул.

Это тоже дату, которую он никогда не забудет в своей жизни, потому что это дата, когда он»умер». Он был убежден, что, поскольку время его аварии совпало с точно таким же временем, когда первоначальный владелец этого тела получил травму, добавив, что оба у них одинаковые точные имена, поэтому мог произойти феномен обмена душами.

Если должно быть объяснение, он думает, что общее убеждение будет таковым, когда Король Ада (T / N) собирал души, он заканчивал тем, что собирал не ту. Первоначально умер только один из них (более старый Чжоу Сян). Но Король Ада собрал две души (обе ЧжоуСянги поэтому, когда он позже понял, что одна из них еще не умерла (младшая Чжоу Сян он выпустил одну из них обратно в жизнь. Но как результат того, что у них были одинаковые имена, он выпустил не ту душу назад (более старый Чжоу Сян) к жизни. Так что это возобновилось в сегодняшней ситуации.

T / N В соответствии с идеями даосизма, буддизма и традиционной китайской народной религии, после смерти душа войдет в Дию, которая является чистилищем, которое служит для наказания и обновления духов в подготовке к реинкарнации. Все пойдут в Дидзюю после смерти, но период времени там остается неопределенным, в зависимости от тяжести совершенных грехов. Король Ада (король Ямы) является правителем этого места. В этой истории Чжоу Сян думает, что король ада перепутал двух Чжоу Сян и отправил мертвого (пожилого) Чжоу Сяна обратно в живых вместо раненого младшего Чжоу Сяна.

Ему было все равно, что причина была в том, что причиной сегодняшней ситуации. Есть одна вещь, в которой он уверен: он не хочет умирать. Он не жил достаточно. Он совсем не хотел умирать. Даже если бы он был в чужом теле, он хотел бы жить.

Поэтому он всегда очень боялся этого вопроса. Что касается его необычной личности, он даже не хотел говорить. Он боится, что, как только этот феномен станет утечкой, его воздействие будет непредсказуемым.

Когда Минсю посмотрел на него с таким искаженным выражением, он внезапно почувствовал страх. Он боялся, что кто-то узнает, особенно Минсю.

Он заставил себя сохранять спокойствие. Он считает, что средний человек не поверит в эти возмутительные вещи. Его самая большая уверенность в том, что он и (младший) Чжоу Сян действительно два совершенно разных человека, независимо от того, сколько совпадений между ними!

Он сделал вид, что не знает, и покачал головой:»Я только знаю, что это было два года назад, конкретно в какое время? Я не помню Я также не спрашивал мою маму. Я боюсь, что это ее опечалит. Президент, почему вы вдруг заботитесь об этом?

пронзительные глаза Минсю переместились взад-вперед на его лице. Он совершенно мистифицирован невинное, спокойное выражение лица Чжоу Сяна.

В конце концов, даже он сам не знал, к чему он относится скептически. Что это за огромное подозрение в его сердце, которое скоро заставит его рухнуть? Он понятия не имеет!

Глава 70 - Мин Сю настроен скептически

Двое людей смотрели друг на друга так, оба с тяжелыми мыслями, нависшими над их умами. Не двигаясь и не сказав ничего другого, Минсю попытался что-то увидеть в выражении лица Чжоу Сяна, но озадаченное выражение лица Чжоу Сяна лишь спокойно посмотрело на Минсю.

Он никогда не позволит Минсю узнать, что он (более старый) Чжоу Сян. Он не хочет, чтобы кто-то знал, что этот (более старый) Чжоу Сян снова жив и все еще идет по тому же пути, по которому он шел раньше.

Минсю не собирался отпускать его, настойчиво спрашивая:»Не спрашивай почему. На что я спрашиваю, ты отвечаешь. Скажите мне, что вы знаете».

Чжоу Сян решил до конца не знать:»Тогда спросите».

«Как вы попали в аварию?»

«Моя мама сказала, что это произошло из-за того, что во время работы было сломано тяжелое оборудование».

«Раньше вы работали по контракту с JiNian Media. С кем ты общался?»

«Президент, я уже говорил, что потерял память, я действительно не помню».

Лицо Минсю очень неприглядное. Он хотел расшифровать выражение лица Чжоу Сяна, говорил ли он правду или нет. Он всегда чувствовал, что что-то вроде потери памяти не должно было случиться с ним (Чжоу Сян но исследование показало, что его симптомы потери памяти подтверждаются больницей.

У этого человека и (старше) Чжоу Сяна слишком много сходства и слишком много совпадений. Настолько, что Минсю определенно не верил, что все это просто»совпадения». Он чувствовал, что перед ним толстый слой сатиновой марли. Если он сможет открыть эту атласную марлю, он сможет увидеть правду. К сожалению, это то, что он не может сделать. Этот вопрос превзошел его воображение. Он не может принять эффективное решение. Он даже задавался вопросом, не бредит ли он от отчаянного желания увидеть Чжоу Сяна живым. Не желая сдаваться, Минсю настойчиво спрашивал:»У тебя… были ли у тебя сны, когда ты был в коме? Вы были в сознании?

Чжоу Сян покачал головой.»Вовсе нет, моя память остановилась в день моего происшествия».

Без каких-либо доказательств Минсю не может определить, говорит ли Чжоу Сян правду. Вскоре его с ума сходит от этой странной фантазии.

Чжоу Сян снова спросил:»Президент, почему вы спрашиваете об этом?» Он мог догадаться, что Минсю, вероятно, сомневался в его личности. Ведь эти совпадения действительно странные. Но разве выражение лица Минсю должно выглядеть таким искаженным?

Возможно, ему очень не повезло видеть тень»мертвого человека» в живом человеке.

Минсю знал, что не может получить более конкретные ответы от него, чтобы он просто разочарованно опустил голову, не давая ответа.

Чжоу Сян просто сидел тихо. Его многолетний актерский опыт в этой карьере принес ему пользу не только способности поддерживать себя, но и определенного уровня актерского мастерства. Хотя волны в его сердце похожи на приливы, пока он не паникует, он может казаться спокойным на поверхности.

Он верит, что может обмануть людей, исходя из того, что он абсолютно не паникует.

Минсю поднял голову, его голос был полон утомления:»Мы собираемся в Гуйчжоу завтра, вы закончили упаковку??»

«Все готово».

Минсю указал на свою спальню:»Иди и помоги мне собрать вещи. Багаж находится наверху шкафа».

Чжоу Сян стремился уйти как можно быстрее. Он вошел в спальню и начинает складывать в багаж несколько комплектов одежды, подходящей для этого сезона. В горах должно быть очень холодно, поэтому он добавил пуховик. Добавив пуховик, он подумал, что ему следует добавить теплые штаны. Но он не мог найти штаны, в которых лежала пижама. Этот шкаф имеет три уровня, все переполнены одеждой. Если кто-то не знаком, было бы нелегко найти что-либо.

Он отказался от своего плана, спросив об этом Минсю, и вместо этого пошел сам искать его. Он оглянулся, но все еще не мог найти его, поэтому вытащил ящик, который, кажется, предназначен для нижнего белья. Внутри ящика были также некоторые аксессуары. Маленький черный ящик привлек его внимание.

Он нерешительно взял коробку и осторожно открыл ее.

Внутри пара алмазных запонок. Он подарил это Минсю.

Он любил дарить маленькие подарки мальчикам, с которыми встречался, но это никогда не было слишком дорого. Он не был слабым человеком и не имел денег, чтобы быть экстравагантным. Это был просто подарок, исходящий из его сердца. Эта пара бриллиантовых запонок стоила ему более 20 000 йен в то время и является самым дорогим подарком, который он когда-либо делал. Он никогда не думал, что такая вещь понравится Минсю. Но он просто думал, что это (подарок) не будет достоин Минсю, если он не даст ему что-то хорошее.

В конце концов, то, что он считал хорошим, даже не привлекло внимание Минсю. в это время. Он был расстроен из-за того, что потратил на него деньги.

Он не ожидал, что Минсю принесет их сюда. Не значит ли это, что Минсю действительно немного понравилась эта вещь (алмазные запонки)?

Минсю долгое время не слышал никаких движений из шкафа, поэтому он подошел посмотреть. С первого взгляда он увидел, что Чжоу Сян держит маленький черный ящик.

Выражение его лица сильно изменилось, он сразу же бросился вверх, схватил маленький ящик назад и резко крикнул:»Что ты делаешь!» Выражение его лица было похоже на то, как другой человек испортил эту маленькую коробочку.

Чжоу Сян на мгновение испугался:»Я… я искал что-то.

Минсю настолько взбешен, что забыл, что сказал Чжусяну собрать вещи для него. Он сказал противоречиво:»Не трогай мои вещи!»

Чжоу Сян неловко пробормотал:»Я просто искал пару теплых штанов. В горах будет очень холодно.

Минсю яростно посмотрел на него. Затем он вытащил ящик с левой стороны, вытащил коробку с нераскрытым тепловым износом и бросил его в него.

Чжоу Сян не хотел ссориться с ним и не имел на это никакого права. Он молча поднял его, повернулся к багажу и продолжил собирать там другие вещи. Пока он набивал вещи, он думал… В настоящее время он все еще беспокоится о том, что Минсю похолодает в горах. Это просто его забота о людях или он сошел с ума?

Минсю стоял на том же месте, ошеломленно глядя на маленькую коробочку в руках.

Двое человек не могли видеть друг друга из-за шкафа между ними. Чжоу Сян спрятал голову, упаковывая вещи в багаж, издеваясь над собой. На лице Минс Сю появился невыразимый уровень боли. Он мягко поцеловал обычную маленькую коробочку, ободок вокруг глаз слегка покраснел, как будто он не мог выдержать эту сильную боль в сердце. Его тело начало дрожать все больше и больше, настолько, что ему пришлось держаться за ящик руками, чтобы стабилизировать свое тело.

-–

Чэнь Ин неоднократно предупреждала Чжоу Сян, чтобы он был осторожен в путешествии, прежде чем она наконец спустила Чжоу Сяна вниз по лестнице. Как она могла не волноваться? Ее сын был в коме в течение двух лет после несчастного случая. Этот кошмар длился два года. Она никогда не хотела испытывать это снова, поэтому неоднократно предупреждала Чжоу Сяна, чтобы он обращал внимание на свою безопасность и возвращался домой в целости и сохранности.

На следующий день Цзян Юань организовал, чтобы водитель приехал, забрал его и отправил его напрямую. в аэропорт.

Многие члены экипажа уже собрались, потому что знаменитости могут вызвать безумство в аэропорту. Несмотря на то, что расписание этого места не было публично объявлено, фанаты получили новости. В аэропорту было полно людей, в основном это были молодые девушки, в том числе многие прохожие, которые наблюдали за волнением, так много людей, что за дверями контрольно-пропускного пункта было полно народу.

Для этих маленьких девочек это не так. Неважно, видели ли они знаменитость, которую хотели увидеть. Пока приходил красивый парень, они начинали безумно кричать. Чжоу Сян, по редкому случаю, почувствовал себя»звездой».

Команда зарезервировала маленький самолет, достаточный для 30 или около того человек. Режиссер и очень популярные звезды, естественно, сидели в первом классе. Чжоу Сян случайно нашел место сзади, чтобы положить свой багаж, и сел на подоконник.

Как раз когда он смотрел на эвакуатор, буксирующий весь багаж, на его месте было движение.

Он повернул голову и увидел красивое бледное лицо Танина перед его.

Чжоу Сян слегка нахмурился:»Ринг…»

На ТанЯне была повседневная спортивная одежда, наполненная молодостью и красотой, чрезвычайно завораживающая для всех. К сожалению, у него не было хороших чувств к этому красивому мальчику, который раньше был из тех парней, которые ему нравились.

ТанЯн указал на сиденье рядом с ним.»Я собираюсь сидеть здесь.» Сказав это, он не стал ждать согласия Чжоу Сяна и просто сел.

Чжоу Сян не мог понять, что думает Тань Инь. Когда они впервые встретились, TanYin отчаянно пытался разорвать их отношения. Как можно повернуться назад, чтобы хотеть приблизиться к нему сейчас?

Таньин повернулся, чтобы открыть крышку минеральной воды, и сделал глоток. Он сказал неопределенно:»Из всей этой команды, кажется, я только знаком с тобой. Помните ли вы это или нет, мы будем некоторое время оставаться в горах, давайте позаботимся друг о друге».

Чжоу Сян улыбнулся и ответил:»Прекрасно». Сказав это, он обернулся и продолжил чтобы выглянуть в окно.

Таньин посмотрел на него, его глаза сияли выражением, которое трудно интерпретировать.

Глава 71 - Он просто не хочет возвращаться

Вполне вероятно, что Таньин знал, что люди рядом — это люди, которых он знал, поэтому он не знал Ничего не говорите во время полета, давая Чжоу Сяну какое-то спокойное время.

После приземления самолета сотрудники уходили один за другим. Когда Чжоу Сян прошел зону первого класса, он увидел, как Минсю читает на своем месте книгу. Минсю указал подбородком на сиденье рядом с ним и приказал ему»сесть», когда он увидел его.

Чжоу Сян может только сесть.

Минсю сказал:»Я не принес мой помощник В эти несколько дней вы можете просто взять на себя эту роль и стать моим помощником».

Незначительные актеры и актрисы вокруг них все услышали это и немедленно с завистью посмотрели на Чжоу Сяна, желая, чтобы они могли заменить его. Таньинь, вышедший из-за спины Чжоу Сяна, был ошеломлен, когда он смотрел на него немыслимо, его разум тайно что-то замышлял.

Чжоу Сян:»Почему ты не привел помощника Цзяна?»

«Он должен помочь мне с другими вещами.»

«Тогда…… ты никого не привел?» Один WangYuDong принес девять человек. Ведущая актриса также знаменитость, и она привела с собой четырех человек. Минсю неожиданно никого не привел.

Минсю слабо ответил:»Я не привык, что за мной следуют незнакомцы».

Видя, что большинство людей ушло, Минсю сказал:»Пойдем.

Чжоу Сян сознательно схватил багаж Минсю, один человек взял два чемодана и вышел из самолета. К счастью, у мужчин не так много вещей. Он просто принес с собой два комплекта одежды. Похоже, Минсю не знал, что он большая знаменитость, даже его багаж был забит Чжоу Сяном.

Покинув аэропорт, они сели на автобус и отправились к месту съемки.

Хотя все уже устали, у них не было много времени на отдых. Пребывание дополнительного дня за городом будет стоить дополнительный день расходов. Директор попросил их прибыть на место съемки сегодня.

Чтобы добраться до горного соединения между Гуйчжоу и Гуанси, потребовалось более семи часов езды. После прибытия к месту назначения было уже два часа ночи.

Место не было полностью закрыто. Из-за прекрасного пейзажа и отличных условий сюда съехались три-четыре съемочных группы, чтобы привлечь внимание местной индустрии туризма. Несколько отелей были куплены здесь в прошлом году. Они поселились в новейшем. Из-за сложности с транспортировкой материалов даже самые лучшие номера были оценены только в трехзвездочный стандарт. Эти ограниченные комнаты были переданы режиссеру Минсю, ВанЮДону и главной актрисе.

Когда ассистент производства раздавал ключи от комнаты, Чжоу Сян достал из чемодана свою куртку. В горах действительно холодно, как только они вышли из машины, холодно и холодно.

Ассистент постановки пригласил Чжоу Сяна и члена съемочной группы находиться в одной комнате. Чжоу Сян как раз собирался получить карточку комнаты, когда Минсю внезапно произнес:»Подождите минутку».

Его голос не был громким, но все замолчали.

Минсю указал на Чжоу Сян:»Он мой временный помощник и останется со мной (как в той же комнате)».

Ассистент производства ошеломлен и неловко пробормотал:»Президент. В этой комнате только большая односпальная кровать.

«Я мог просто спать на полу». Чжоу Сян вмешался, прежде чем Минсю успел ответить. Чжоу Сян сделал это, чтобы помешать Минсю сказать то, что он не должен был говорить. Но на слух у других людей кажется, что Чжоу Сян боялся, что Минсю не хочет делиться с ним комнатой.

Ассистент производства мог только передать карточку комнаты Минсю Чжусяну и добавил:»У вас нет спать на полу. Я попрошу их отправить в номер дополнительную кровать.

Чжоу Сян последовал за Минсю в комнату.

В комнате только двуспальная кровать размером 2,2 метра. Декор очень обычный, но очень чистый. главное, это очень просторно. Стоимость земли в этом месте не стоит не денег. Кроме того, это все сельскохозяйственные угодья. Фермеры могут свободно развиваться, но никто не отвечает. Поэтому этот номер, являющийся одним из лучших, имеет площадь не менее тридцати-сорока квадратных метров (до 430 кв. Футов).

Минсю сел на кровать и приказал Чжоу Сяню:»Повесь мою одежду и убери вещи».

Чжоу Сян был независимым человеком с детства, поэтому он эксперт в заботе о себе и о других. Как только Минсю открыл рот, Чжоу Сян уже открыл их багаж и начал вешать одежду и убирать все туалетные принадлежности. За короткое время он распаковал все и убрал.

В это время в дверь постучали, Чжоу Сян ответил:»Кто это?»

«Здравствуйте, сэр, Мы пришли, чтобы доставить дополнительную кровать».

Чжоу Сян уже собирался открыть рот, когда Минсю сказал:»Не нужно».

Человек замешкался за дверью,»Мистер, ты уверен?»

Минсю ответил:»Нет необходимости. Вы, ребята, можете вернуться.

Чжоу Сян ничего не сказал. Это было не то, что он может решить. Кроме того, не стоит спать на такой большой кровати. Он не такой гордый.

Минсю встал и пошел принять душ. После того, как он вышел, Чжоу Сян вошел в душ. Когда вышел Чжоу Сян, Минсю уже лежал на кровати. Он казался очень уставшим.

После дня суеты вокруг все устали. Чжоу Сян также планировал поспать, потому что не знал, насколько они будут заняты завтра.

Чжоу Сян забрался в кровать и выключил свет.

Когда погас свет, в комнате стало темно.

Минсю медленно потянулся и обнял его за талию сзади. Его теплый и приятный запах доносился до носа у Чжоу Сяна.

Он почувствовал, что если он не думает ни о чем… не думает о прошлом или будущем, а просто лежит в объятиях Минсю, он как будто они самая близкая пара. Такое чувство действительно опьяняет.

Чжоу Сян намеревался расслабиться. Сейчас ему больше всего нужен хороший отдых.

Минсю говорил прямо сейчас. Его голос звучал очень слабо и очень мягко:»Чжоу Сян, ты что-то скрываешь от меня?»

Чжоу Сян не знал, что это значит для Минсю. Он осторожно спросил:»Я не понимаю, что имеет в виду президент».

Минсю:»Чувства, которые вы мне даете, слишком знакомы. Как будто я знаю тебя и жил с тобой раньше. Почему это так?»

Чжоу Сян заставил себя ответить:»Будь это судьба».

Если бы это было не потому, что им суждено, они не были бы в затруднительном положении сегодня… с отношениями, которые так неясны как в прошлых, так и в нынешних жизнях.

«Чжоу Сян. Скажите мне… Если человек пропал без вести более двух лет, как вы думаете, он все еще жив?»

Чжоу Сян напрягся и улыбнулся,» что, вероятно, невозмо Если бы он еще был жив, он бы уже вернулся.

«Почему он не может быть живым? Возможно, он не вернулся, потому что не хочет возвращаться».

Чжоу Сян на мгновение молчит:»Президент, вы говорите о другом Чжоу Сяне?»

Чжоу Сян ясно почувствовал, что тело Минсю напряглось. Тогда Минсю спросил:»Как много ты о нем знаешь?»

«Я вообще ничего не знаю. Я только что услышал из того, что сказали другие».

Минсю тихо спросил:»Тогда вы знаете, какие у меня отношения с ним?»

Сердце Чжоу Сяна сжалось, какие отношения? Вы говорите, какие отношения?

Он стиснул зубы в темноте:»Я не знаю».

Голос Минсю похож на шелест, холодный и пустой:»Я чувствую, что он не умер. Он просто не хочет возвращаться».

Чжоу Сян услышал, как его собственный голос отделился от его мыслей, и автоматически спросил:»Почему он не захочет вернуться?»

Минсю не ответил на его вопрос, вместо этого он крепче обнял Чжоу Сян.

-–

На второй день все сотрудники начали работу и начали выбирать наиболее подходящее место для стрельбы. Чтобы сделать сцену для входа лучшей и наиболее гармоничной, им потребовалось два дня, чтобы выбрать место.

Отношение окружающих людей к Чжоу Сяну становилось все более и более вежливым и дружелюбным. Это потому, что они хорошо ладили или долгое время, а также были связаны с тем, что Чжоу Сян мог оставаться в одной комнате с Минсю.

В последние два дня Минсю не приходилось участвовать в каких-либо сценах, поэтому он, по сути, большую часть времени оставался в комнате. Кажется, все привыкли к его»нелегко доступной» личности. Даже его еда готовится отдельно.

Когда Чжоу Сян помогал съемочной группе перемещать оборудование, Таньинь подошел к нему и тихо спросил:»Чжоу Сян, когда ты связался с президентом? Я недооценил тебя. Его тон полон обиды.

Чжоу Сян опустил голову, чтобы собрать и установить раму, слишком ленив, чтобы ответить.

ТанЯн присел на корточки и на мгновение посмотрел на него, затем обнажил красивую улыбку:»Ты все еще злишься за то, что я расстался с тобой? У меня тоже не было выбора тогда. Компания потребовала, чтобы я не участвовал в этой области (гей).

Чжоу Сян даже не посмотрел на него:»Я уже сказал, я не помню».

«Гм. Вы думаете, что я действительно верю в вашу историю с амнезией, которая появляется только в корейской драме? Таньин улыбнулся:»Я знаю, что ты меня помнишь, ты просто сердишься на меня».

Чжоу Сян беспомощен в этом Тане. Нельзя ругаться с ним или бить его. Но, тем не менее, ему приходится проводить с ним еще полмесяца, у Чжоу Сяна действительно болит голова.

Видя, что никого нет рядом, Таньинь наклонился к Чжоу Сянгу и внезапно прижал губы к уху и за те коснулся его щеки:»Сян Гэ, почему ты все еще такой наивный?

Чжоу Сян немного попытался отклониться от него. Видя насмешки в глазах ТаньЯн, он почувствовал, что уклонение не сработает.

Он встал с земли и поднял Таньин:»Подойди, мне нужно поговорить с тобой».

Тан Инь ошеломлен, когда Чжоу Сян потянул его к лесу. Это место очень обширное, но малонаселенное. Все заняты, поэтому отсутствие одного или-двух человек едва заметно.

Войдя в лес, Чжоу Сян зажег сигарету и прямо спросил:»Сяо Тан. Скажи мне, что ты хочешь?

TanYin естественно протянул руку, взял сигарету, сунул ее в рот и вдохнул. Затем он наклонился к Чжоу Сян, используя свою талию, чтобы тереться о талию Чжоу Сян. Он ответил смутно:»Сян Гэ, ты так любил меня, я не верю, что ты забыл».

Чжоу Сян улыбнулся:»Я действительно забыл. Давайте не будем говорить о прошлом, просто поговорим о настоящем. Чего ты хочешь? Хочешь спать со мной?»

«Да, я хочу спать с тобой». Тань Инь потянул Чжоу Сяна за шею и кокетливо рассмеялся:»С тех пор, как компания начала меня поддерживать, моя личная жизнь очень строго контролировалась. Я давно не веселился… мне это все наскучило до смерти.» Тан Инь протянул руку и коснулся нижней части тела Чжоу Сян и подул на его щеку:»Сян Ge, ты хочешь трахнуть меня? Тебе тоже тяжело».

Чжоу Сян схватил его за руку:»Конечно, мне тяжело, потому что ты касаешься меня. Он положил руку Танина за спину и прищурился:»Сяо Тан, я действительно не помню тебя, но моя мама знает. Моя мама сказала, что вы человек злой природы и сказала мне не связываться с вами. Скажи-ка. Разве я не должен слушать мою маму?»

Выражение лица Таньиня мгновенно изменилось, когда он ослабил руку на шее Чжоу Сяна. Он усмехнулся:»Чжоу Сян, я просто хочу жить немного лучше. Таким, каким ты был тогда, у тебя никогда не получится. Я приехал в Пекин, потому что у меня были ссоры с родителями. Ты знаешь, как тяжела была моя жизнь? Вы знаете, как отчаянно мне нужна была слава и успех? В самом деле, вы действительно помогли мне в то время и позаботились обо мне, но я не могу провести остаток жизни с вами, да? Кроме того, ваша мама не одобряет нас. Но теперь все по-другому, у меня есть вес и слава. Я мог бы выбрать……

Чжоу Сян поднял руку, чтобы остановить слова:»Все, что ты выберешь, не имеет ко мне никакого отношения. Сяо Тан, я уже сказал это так ясно. Вопросы из прошлого, я никогда не буду сплетничать с другими людьми, чтобы вы могли быть уверены. Что касается будущего, я также не хочу иметь с вами ничего общего. Поскольку у нас есть эта возможность работать вместе, мы просто должны извлечь из этого максимум. Если мы сталкиваемся друг с другом, мне достаточно просто кивнуть головой. Так что не надо больше меня беспокоить. Давайте не будем иметь никакого ненужного взаимодействия.

Лицо Таньина побагровело, его голос дрожал:»Раньше ты не был таким, я не верю этому… ты сказал, что будешь ждать меня, ты сказал, что будешь…»

Я повторяю, я — не помню. Чжоу Сян поправил одежду:»Если больше ничего нет, я вернусь первым». Сказав это, он прошел мимо разъяренного Танина и вышел из леса.

Сделав всего несколько шагов, Таньинь внезапно обнял его сзади, его голос задыхался от эмоций:»Сян Гэ, эти несколько лет Я дал все это только для того, чтобы добраться туда, где я сегодня. Я был с (T / N) старыми и некрасивыми мужчинами, а также женщинами. Я жил нечеловеческой жизнью, но я не жалею об этом. Я просто хочу наступить на всех тех людей, которые смотрели на меня свысока. Вы понимаете? Вы — местный житель, у вас есть место для жизни и еда дома. Вы спали в мокром и темном подвале за 300 иен? Вы никогда не спали в грязном отеле с одеялом, полным тараканов, верно? Твоя мама также готовит для тебя каждый день… Тебе просто нужно иметь фиксированную зарплату каждый месяц, и ты можешь жить комфортно. Но я не могу. У меня нет выхода. Сян Гэ, ты мне нравишься. Я действительно любил тебя раньше. Только вы… только вы искренне хорошо относились ко мне и лелеяли меня. Только ты был добр ко мне, когда я был никем. Но я… все эти годы я не смею тебя видеть. У меня нет лица, чтобы увидеть тебя. Я думал, пока я не увижу тебя, мои воспоминания о тебе… ты все еще будешь держать и защищать меня. Но сейчас ничего нет. Даже ты не хочешь меня. Сян Гэ, ты меня так ненавидишь? У меня все есть сейчас. Я куплю тебе то, что тебе нравится, я могу представить тебе известных режиссеров. Давай вернемся вместе, хорошо? Мне нужно, чтобы ты лечил меня одной десятой своих чувств, хорошо?»

T / N Быть в этом контексте намекает на секс, будучи чьей-то игрушкой

Чжоу Сян потерял дар речи и не знал, что сказать на мгновение. Он много раз встречался с такими людьми, как Таньин. Те, кто приехал в этот блестящий и ослепительный большой город, полный мечтаний стать знаменитостями, в конце концов, поймут, что разрыв между реальностью и их идеалом слишком велик. Некоторые люди усердно работали в течение нескольких лет, поглощая свою молодость, и все еще не могли получить ведущую роль. Чтобы стремиться к небольшой славе, они готовы пожертвовать чем угодно.

Чжоу Сян, как правило, сочувствует этим детям, но не слишком сильно. Ведь путь человека был выбран самим. Если они хотят жить обычной жизнью, они все равно могут жить хорошо. Но поскольку они хотят жить более энергичной жизнью, они должны заплатить определенную цену.

Услышав эти слова, исходящие от TanYin, Чжоу Сян не полностью поверил в это. Но грусть в его тонах вполне реальна. будь этот мальчик действительно так думает в своем сердце.

Чжоу Сян схватил его за руку, обернулся и вздохнул:»Сяо Тан, жить не так уж легко для всех. будь ты мне действительно нравился раньше, и ты мне тоже могла бы нравиться, но… не важно, веришь ты этому или нет, я правда не помню. Итак, мне очень жаль. Я больше не смогу быть с тобой.

Таньин удивленно посмотрел на него. Его слезы текли по его прекрасному лицу, и выражение его лица казалось удивленным.

Чжоу Сян похлопал его по лицу:»Теперь ты в порядке. Рано или поздно вы встретите кого-то, кто может хорошо с вами пообщаться, того, кто думает как вы. Я не помню. Это все, что я скажу. Я серьезно. Поэтому мы должны просто сохранить наши отношения как коллеги в будущем».

Чжоу Сян выставил извиняющееся выражение. Он кивнул ему, затем повернулся и ушел.

ТанЯн посмотрел на его спину на расстоянии. Постепенно он опустил голову, сжав кулак.

Два часа спустя Чжоу Сян последовал за съемочной группой вверх по склону. Этот холм является одним из съемочных площадок. Режиссер попросил их полюбоваться пейзажем после захода солнца. Они начнут снимать завтра. У каждого была очень важная миссия.

-–

После того, как Чжоу Сян ушел, Таньинь пошла в комнату ВанЮдуна и с уважением спросила:»Дун Гэ, ты искал меня?»

WangYuDong»mnnn» и потягивал чашку чая:»Я слышал, что вы были с Чжоу раньше, и вы, ребята, долго болтали?»

TanYin в шоке,»Да». Он чувствовал, что Ван Юдун неправильно произносил имя Чжоу Сян, но он не исправил его. Это не так уж и много.

«Вы знакомы?»

«Мы…… все снимаем……»

«Я сейчас не говорю, вы, ребята, знакомы друг с другом с того момента, — его тон проясняется, констатируя факт.

TanYin быстро ответил:»В прошлом мы подписывались на одну и ту же модель компании. В то время мы действительно знали друг друга, но не очень близко……

«Хорошо, Сяо Тан. Когда я подписываю человека в свою компанию, вы не думаете, что я глубоко загляну в его прошлое? Вы были связаны с ним, верно?»

Лоб ТаньЯна вспыхнул в холодном поту,»Мы…»

«Это ничего. Молодые люди, верно? ВанЮдун тепло улыбнулся:»Не надо так напрягаться. Это все в прошлом. Я знаю, что вы сейчас очень послушны».

Таньин посмотрел на WangYuDong в замешательстве:»Донг Гэ, какие у тебя инструкции для меня?»

«Вы знаете, он и мой младший зять немного близок».

Танин не знал, почему WangYuDong сказал это.

Тон WangYuDong немного похолодел:»Это важно, мне нужно узнать больше. Минсю, он не любит женщин. Не удивляйся. Говорить вам, что это не очень хорошая вещь, но я не думаю, что вы осмелились бы рассказать об этом другим.»

«Донг Гэ, я точно не скажу.»

«Ну вот хорошо. Я его зять в конце концов. В связи с этим мне нужно присмотреть за ним от имени его сестры. Я не могу позволить запутанному человеку оставаться рядом с ним только потому, что он хочет оставаться рядом с ним. Мне нужно, чтобы ты сделал мне одолжение. Помогите мне подтвердить отношения между ними. Я не могу спросить это напрямую. Вы понимаете, верно?»

«Донг Гэ, но… я не близко к Чжоу Сян, как я могу подтвердить…..?»

WangYuDong просто думал об этой проблеме. Внезапно он почувствовал, что в том, что только что сказал ТанЙин, было что-то странное.»Подожди, как ты его назвал?»

Тань Инь был ошеломлен:»Чжоу Сян?»

«Чжоу Сян? Разве он не назвался Чжоу?»

«Донг Гэ, мы говорим об одном и том же человеке? Тот, который сейчас действует в качестве помощника президента…»

«Это он». Выражение лица WangYuDong утонуло:»Его зовут Чжоу Сян? Какой Сян?»

«Сян из Фэй Сяна (чтобы расправить крылья и летать)».

Чайная чашка, которую держал ВанЮдун, врезалась в мраморный пол.

TanYin — это так потрясен, что его трясло.

WangYuDong настолько взбешен, что выражение его лица изменилось. Этот несовершеннолетний каскадер называется Чжоу Сян? На самом деле его также называют Чжоу Сян? Это несчастливое имя, почему оно не исчезнет!

Он обиженно достал свой мобильный телефон и долго просматривал телефонную книгу, прежде чем наконец нашел имя CaiWei. Немного подумав, он наконец понял, что происходит. Этот младший каскадер не был бы настолько смел, чтобы лгать ему. Это должно быть спровоцировано CaiWei. В противном случае он не использовал бы другого каскадера с именем»Чжоу Сян».

Звонок не мог быть подключен к телефону CaiWei.

WangYuDong повесил трубку и холодно сказал TanYin:»Я оставлю этот вопрос вам. Мне все равно, какие методы вы использовали, подтвердите его (Чжоу Сян) отношения с Минсю и немедленно приходите и скажите мне».

ТанЯн совершенно сбит с толку, но он мог только бормотать, соглашаясь.

Глава 72 - Пропавшая схема Танина

Чжоу Сян встал, чтобы сделать макияж в 4 часа утра. Незначительный актер, такой как он, у которого нет выделенного визажиста, должен рано вставать, иначе он задержит процесс съемок.

Ему было очень трудно покинуть комнату. Не знаю, что происходит с Минсю, но он сказал, что может уснуть только рядом с Чжоу Сян. Даже когда Минсю в полусне, он не отпускал его. С того момента, как Чжоу Сян проснулся и до того, как он покинул кровать, потребовалось более десяти минут борьбы, чтобы вырваться из объятий Минсю. Пока Минсю полностью не проснулся и не увидел ясно, кто он, наконец, отпустил его.

WangYuDong находился в непосредственной близости и Чжоу Сян не знает, что чувствует Минсю в данный момент, но, вероятно, что это не очень приятные переживания.

Как ни странно, но побыв с Минсю в течение какого-то времени Чжоу Сян вместо тревоги, которую неизменно ощущал вначале, стал чувствовать себя намного спокойнее. Можно сказать, что в нем не было никакой ненависти к Минсю. В конце концов, как бы то ни было, Минсю дал ему деньги, чтобы ему и ChenYing не пришлось впадать в отчаяние. Что касается того, является ли он заменой, то Минсю разъяснил их отношения с самого начала. Вероятно из-за этой определенности отношений, он, как ни странно, чувствовал себя довольным.

Если бы, в свое время, Минсю откровенно сказал ему, что «мы просто приятели», то многие из будущих событий не произошли бы. Он не был бы настолько глуп, чтобы продолжать мечтать о большем. Таким образом, с ясностью вещей, Чжоу Сян чувствовал, что все нормально. Его отношения с Минсю — просто равный обмен. Пока он помнил об этом, он чувствовал, что он полностью вооружен, и никто не может причинить ему боль.

Единственное, что доставило ему некоторые проблемы в последнее время, — это Таньин. Разговор в тот день, возможно, оказал небольшое влияние, но это все еще недостаточно очевидно. Танин все еще приближался к нему намеренно или непреднамеренно. Чжоу Сян, в конце концов, опытный старший в индустрии развлечений и понимал что TanYin, говоря эти слова, отчасти был прав. Но с его знанием таких людей, Чжоу Сян понимал что у TanYin есть другая цель, и это главным образом связано с Минсю.

Чжоу Сян действительно просто хотел терпеть его в течение этих нескольких дней и затем избавиться от него после того, как фильм закончится.

Примерно в 5 часов после того, как он сделал макияж, Чжоу Сян ждал в забронированном отеле. Несколько номеров на первом этаже отеля были преобразованы в раздевалки и комнаты отдыха. Чжоу Сян сонно прислонился к кровати, обмотав его пальто. Почувствовав запах мужского одеколона он понял, что кто-то подошел.

Чжоу Сян открыл один глаз и увидел Тань Инь. Затем он закрыл глаза, желая не обращать на него внимания.

Тэньин наклонился на бок и тихо спросил: «Чжоу Сян, одолжи мне свой мобильный телефон, батарея моего телефона разряжена.

«О», раздосадованый Чжоу Сян вытащил свой телефон и бросил в него лишь бы тот поскорее ушел.

TanYin мгновенно схватил свой телефон.

Первоначально, Чжоу Сян был настолько ошеломлен, что у него не было особой реакции. Но не услышав никаких движений вокруг него в течение более десяти секунд, он открыл глаза и увидел, что Таньин ушел.

Чжоу Сян немедленно встал с кровати и выбежал из комнаты, чтобы найти его.

Он вспомнил сообщение, которое Минсю отправил ему несколько дней назад. Он забыл удалить его. Хотя содержание сообщения на самом деле мало что говорит, но не хотелось бы чтобы его увидел кто-то наблюдательный.

В коридоре никого не было. Чжоу Сян плотно обернул свое пальто и схватил мужчину из отеля, чтобы спросить, видел ли он Таньин. Мужчина сказал, что Таньин вышел.

Чжоу Сян быстро выбежал из отеля. Конечно, Тань Ин стоял рядом с дверью, склонив голову над мобильником.

Чжоу Сян подбежал: «Сяо Тан».

Тань Инь внезапно повернул голову и торопливо нажал кнопки телефона несколько раз. Похоже, он не знал, как пользоваться этим старым мобильным телефоном.

Чжоу Сян подошел и выхватил свой телефон из рук Тань Ина, нахмурив брови: «Так ты собираешься звонить?»

«Да, на улице хороший сигнал».

Чжоу Сян включил экран телефона и, конечно же, никаких вызовов не было. Он фыркнул: «Тогда почему ты не позвонил?»

«Я не знаю, как пользоваться такой рухлядью!»,- глаза TanYin выглядели несколько странно.

Чжоу Сян ответил,»Скажи мне номер, я помогу тебе позвонить».

TanYin был удивлен:»Забудь об этом. Я не собираюсь звонить. Слишком холодно. Я хочу войти. Сказав это, он намеревался вернуться в отель.

Чжоу Сян резко схватил его за руку и толкнул в стену. Он действительно злится. TanYin неоднократно провоцировал его, как будто он намеренно просит неприятностей.

Выражение лица TanYin выглядело немного напряженным.

Чжоу Сян холодно спросил:»Что вы действительно хотели увидеть?»

«Увидеть?»

«Скажи правду. Не относись ко мне как к идиоту.» Чжоу Сян внезапно сжал руку. Он никогда не любил применять насилие, но на этот раз ему действительно нужно было его напугать.

Тэнъин был похож на петуха, которому наступили хвост, когда он сердито парировал: «Я не знаю, о чем ты говоришь, У тебя психическое расстройство? Что искать в твоем гнилом старом телефоне? И что там есть такого, что стоит посмотреть?»

«Если там нечего посмотреть, какого черта ты ищешь?» Чжоу Сян грубо проклинал: «Послушай Тан. Хватит меня беспокоить. Я уже не раз высказался довольно ясно. У тебя нет ушей? Позвольте мне сказать, что если ты действительно разозлишь меня, то я заставлю тнбя сожалеть об этом.»

Лицо Таньин внезапно изменилось. Через некоторое время его глаза внезапно покраснели. «Я просто хотел узнать, каковы отношения между вами и Минсю!»

Чжоу Сян был шокирован, но спокойно ответил:»Я временный помощник президента».

«Я не верю в это. Ты любишь мужчин. Говорят, что сексуальность Минсю очень неоднозначна. Для работы личным помощником у тебя нет никакого опыта. Почему он позволил тебе быть его помощником? К тому же, просто будучи его помощником, как ты можешь спать в его комнате? Как такая знаменитость, как он, могла спать в одной комнате с помощником?» Тань Инь схватился за ремень Чжоу Сяна, выражение его лица было печальным и яростным: «Чжоу Сян, я изначально думал, что ты отличаешься от меня. Что ты не продашь себя, чтобы подняться. И что я вижу сейчас? В конце концов, насколько ты лучше по сравнению со мной? Какое ты имеешь право смотреть на меня свысока? Если бы не Минсю, ты думаешь, что смог бы получить эту роль? Не оставаясь с ним в одной комнате?

Лицо Чжоу Сяна стало бледным. Он сжал подбородок ТаньЯн и яростно возразил:»Какое отношение имеет к тебе мое дело? Какое чертово право ты имеешь право вмешиваться в мои дела? Я уже говорил, что у нас нет никаких отношений. Сколько раз вам нужно, чтобы я повторил это, чтобы вы поняли?»

«Так ты это признаешь?» Голос Таньин дрожал: «Чжоу Сян, ты это признаешь? Вы действительно с Минсю?»

Чжоу Сян сразу же оттолкнул его и холодно ответил:»Вы начинаете любые слухи о президенте, будьте осторожны, что вы не сможете выдержать последствия».

Не смотря на то, что Таня била нервная дрожь, он все еще презрительно усмехнулся: «Слух это или нет, ты сам это прекрасно знаешь. Чжоу Сян, я неправильно оценил тебя, ты… ты не намного лучше меня».

Чжоу Сян действительно не хотел продолжать ссору с ним. Он пристально посмотрел на него. Затем повернулся, чтобы вернуться в отель и продолжил ждать в комнате, чтобы начать снимать свои сцены. Несмотря на рассвет, небо было зловеще сумеречным. Его телефон зазвонил. Это от Минсю.

сонный голос Минсю прозвучал из другой строки:»Поднимайся».

Чжоу Сян пробормотал:»Хорошо», и немедленно поднялся на лифте наверх.

Когда он вошел в комнату, это было еще не 7 утра. Минсю все еще лежит на кровати. Его голос звучал тихо:»Помоги мне выбрать наряд, я не знаю, холодно ли на улице».

«Очень холодно». Чжоу Сян с перерывами отвечал, когда получил теплые брюки и пуховик Минсю:»Президент, тебе пора вставать».

«Сколько времени до начала съемок?»

«Твоя сцена назначена на 9 часов утра. Вымойся, я принесу тебе завтрак.

Минсю кивнул и перевернулся, чтобы встать.

В это время зазвонил телефон в гостиничном номере.

Минсю нахмурился и поднял трубку. «Здравствуйте? О, Дон Ги… Что?» Минсю прищурился, глядя на Чжоу Сян. Его тон полностью изменился: «Хорошо, я спрошу его».

Рука Чжоу Сяна, державшая одежду, остановилась. Он почувствовал, что ничего хорошего не будет, «Что?»

Взгляд Минсю был очень холоден: «Какие у вас отношения с TanYuXuan?»

Чжоу Сян не понял: «Ранее мы работали в одной модельной компании. Но, после аварии я не вспомнил его.»

«Это так? WangYuDong только что сказал мне, что кто-то видел, что у вас возник спор с TanYuXuan возле отеля полчаса назад. Теперь он пропал. Многие ищут его.

Чжоу Сян глубоко нахмурился. Теперь он действительно хочет взять в руки этого смутьяна Таньин и выбить из него все дерьмо.

Он может только попытаться сказать, что они прекратили свои отношения: «Я действительно был с…»

«Почему вы спорили?»

«Мы… он упомянул прошлое, но я не помню. Он разозлился, вот и все.

Минсю усмехнулся:»Это так? WangYuDong сказал мне, что вы, ребята, были парой раньше. Многие люди также знали об этом. Ты действительно забыл?»

«Я действительно забыл». Чжоу Сян не мог понять, какую роль в этом деле сыграл Ван Юйдун, но в его сердце поселилась обида. По крайней мере, из опыта его прошлой жизни, все, что связано с WangYuDong, не было хорошим.

Минсю вскочил с постели с выражением ужаса:»Спустись первым и посмотри, что происходит. Я скоро буду внизу.

Чжоу Сян приготовился спуститься вниз. Многие люди собрались в вестибюле отеля. WangYuDong выглядел расстроенным и раздраженным, говоря что-то. Все выглядели занятыми, но когда они увидели Чжоу Сян, они все уставились на него.

WangYuDong также увидел Чжоу Сян. Он сердито приказал:»Иди сюда».

Сердце Чжоу Сяна упало. Он уже знал, что происходит. TanYin принадлежит компании WangYuDong. WangYuDong использует эту возможность, чтобы доставить ему неприятности. Но причину он так и не понял. Еще вчера WangYuDong был в порядке. Почему сегодня он вдруг так изменился? Мог ли он угадать? Неужели это просто TanYin все испортил?

«Dong Ge. Что происходит?»

«Что происходит?!» Голос WangYuDong был не громким, но довольно внушительным, чтобы все вокруг могли его услышать. «Я не контролирую ваши личные дела, но должны быть границы того, как вы решаете свои личные вопросы. То есть, это не может повлиять или задержать работу. Особенно, это не может повлиять и задержать работу каждого по вашим личным причинам! Ваши предыдущие отношения с Сяо Таном я не хочу обсуждать. Было бы бесчеловечно, если бы я набросился на тебя из-за этого, но что теперь? Вы, ребята, являетесь частью коллективной рабочей группы. Ваши личные конфликты не должны влиять на рабочий процесс. Прямо сейчас, потому что Сяо Тан спорил с вами, его эмоции вышли из-под контроля, и мы даже не знаем, куда он пошел. Мы скоро начнем снимать. Вы скажете мне, как мы можем решить это? А?

Все глаза вокруг него пронзили его тело, словно иголки.

Щеки Чжоу Сяна горели. Он втайне сжал кулаки, хотя не мог сказать ни слова опровержения. Это не значит, что ему нечего опровергать, но если он осмелится открыто противоречить WangYuDong, все будет только хуже. Как и в тот год, его роль настолько незначительна, что он только мог заставить себя терпеть молча. Ему нельзя противоречить.

Он абсолютно не верил, что ТанЙин «эмоционально выйдет из-под контроля» из-за нескольких сказанных им слов. Даже если бы ему было дано огромное мужество, Таньин не посмел бы исчезнуть между съемками. Кроме того, здесь присутствует его большой босс и если бы он был таким наивным, он бы сегодня не занял свою позицию. Это дело определенно спровоцировано WangYuDong, иначе он никогда бы не посмел это сделать.

Но почему WangYuDong снова нацелился на него? Как он мог не знать, что он снова мешает пути WangYuDong?

Происходящие вещи идут по пути двухлетней давности. Чжоу Сян не может помочь, но немного боится, хотя все еще заставляет себя успокоиться. Он мрачно сказал:»Донг Ге, я попал в аварию два года назад и потерял память. Даже если бы у нас были отношения раньше, сейчас я не помню. Но я не думаю, что мое объяснение имеет значение. Лучше сначала найти Сяо Таня. Я буду противостоять ему тогда.

Режиссер, кажется, тоже в ярости, сидя на боку с черным лицом:»Первое, с чем это связано, — это то, что Сяо Тан должен нести ответственность. Что касается кого, подождите, пока он вернется, а затем поговорите об этом. Независимо от того, имел ли Чжоу Сян с ним спор, для него уходить из-за таких личных вопросов определенно безответственно. Такое поведение должно быть строго наказано».

WangYuDong яростно взглянул на Чжоу Сян: «Поговорим после того, как найдут Сяо Тана».

«Что происходит, а?» внезапно раздался низкий голос. Все повернули головы и увидели Минсю, стоящего за ними, холодно взирая на окружающих

В это время никто не осмеливался вмешиваться. WangYuDong повторил ему упрощенную версию ситуации.

Минсю ответил:»Тогда мы должны сначала найти человека. Кто бы это ни была проблема, или проблема с ними обоими, мы ясно узнаем, когда он будет найден».

Директор также добавил: «Все, оставьте свою текущую работу и отправляйтесь на поиски. Когда он ушел, было еще темно. Будет неприятно, если он попадет в аварию. Всем разделиться в команды по три человека и начинайте поиски в разных направлениях. Вы должны вернуть его.»

«Директор, директор! Сяо Тан вернулся!»

«Что?»

Все повернули головы и увидели, что ТанЯнь действительно вернулся. Одежда на его теле была грязной. Казалось, что он несколько раз катался по земле, выглядел очень пафосно, а его глаза все еще были покрасневшими.

WangYuDong быстро произнес:»TanYin! TanYuXuan! Куда вы пошли?»

«Я…»взгляд Тань-ин переместился с ВанЮдуна на Чжоу Сян, а затем с Чжоу Сяна на Минсю. Затем он прикусил губу и не говорил. Выражение его лица казалось обидным, и он выглядел жалким.

«Скажи что-нибудь».

«Я….. пошел гулять… и упал».

«Бред сивой кобылы.» WangYuDong сердито пробормотал:»Скажи правду, что на самом деле происходит?»

TanYin задыхается от рыданий:»Dong Ge, не спрашивай, просто прими это, как будто я упал».

Два человека повторили слова друг друга. Это было даже более эффективно, чем TanYin, прямо обвиняющий Чжоу Сян. Нндоговоренность в словах TanYinвызывает у всех любопытство, а также заставляет людей предполагать, что он боится Чжоу Сян, потому что у Чжоу Сян есть Минсю в качестве его покровителя (сторонника поэтому он боится высказываться.

Чжоу Сян был в бешенстве, его била мелкая дрожь которую он не мог унять. Никто не не подумал, что человек, который действительно не может говорить, это он.

Если бы Минсю был действительно его сторонником, это было бы здорово. Он мог полностью дискредитировать WangYuDong и TanYin перед всеми, но, к сожалению, он не решается. Минсю не только его покровитель, но даже его (Минсю) сердце всегда было направлено на WangYuDong. Он, Чжоу Сян, никто не трахает. Несмотря на то, что он не понимал, почему WangYuDong вдруг захотел усложнить ему задачу, независимо от того, что WangYuDong делает с ним, он не может дать отпор. Он мог только терпеть.

Он мог только терпеть это.

Все вокруг неловко смотрели на него с всевозможными спекуляциями, возникающими в их умах.

WangYuDong мрачно озвучивал:»Директор, это… независимо от того, что, если Сяо Тан сделал что-то не так, он мой человек, это было пренебрежение обязанностями с моей стороны. Я прошу прощения от его имени. Когда мы вернемся, компания наложит на него внутреннее наказание. Но сейчас наш график установлен. Осуществлять наказание в это время нецелесообразно. Я заставлю его пойти одеться. Он хорошо выступит, чтобы компенсировать этот шум. С тобой все в порядке?

слова WangYuDong не дали директору никаких других побочных эффектов. Директор, естественно, больше ничего не сказал бы. Первоначально он беспокоился только о ходе съемок. Личные дела других людей, ему было лень заботиться, поэтому он кивнул:»Сяо Тан, Ю Донг умолял тебя. Это ваше благословение иметь такого хорошего босса. Не делай этого снова. Торопись и иди готовься.

Таньин кивнул. Он поспешно посмотрел на Чжоу Сян. Выражение его лица было очень сложным.

Чжоу Сян холодно посмотрел на него. Он хотел посмотреть, чем закончится это шоу и что хотел сделать WangYuDong.

Другие наблюдают за Минсю, ожидая его выступления. Он ничего не сказал, а другие ничего не могут сказать о Чжоу Сяне.

Только ВанЮдун схватил Минсю и сказал:»Минсю, так как Чжоу Сян — человек, которого вы порекомендовали, Донг Ге ничего не скажет. Давайте не будем откладывать время и начнем снимать. Я пойду к тебе сегодня вечером, и мы сможем поговорить наедине».

Чжоу Сян действительно хотел наброситься на него и убить Ван Юдуна. Этот лицемерный двуличник, пытающийся действовать самоотверженно и беспристрастно и внимательно ради общего блага, эта высокая и могучая большая звезда с великолепным публичным имиджем, почему он постоянно усложняет ему жизнь?

Минсю не смотрел на WangYuDong, но слегка поглядел Чжоу Сян взглядом.»Работай первым. В этом вопросе нам действительно нужно поговорить об этом.

На лице ВанЮдонга мелькнули следы неловкости, выражение его лица было немного мрачным.

Глава 73 - Недооценка чувств Мин Сю к Чжоу Сяну

Из-за волнения с утра атмосфера съемок в первый день после прибытия на гору была немного нервная. Не говоря уже о директора, лицо которого было мрачным весь день. Лица Ван Юдонга и Минсюня также были хмурыми. Сотрудники даже не осмеливались шутить и все ходили на цыпочках.

В такой напряженной обстановке прошла первая половина рабочего дня. Все были в эмоциональном напряжении, так как боялись совершить какую-нибудь ошибку и усугубить ситуацию. Но ход съемок был достаточно обычным. После работы все собрались поужинать в ресторане отеля.

Mинсю отказался идти вниз, чтобы поужинать со всеми, поэтому Чжоу Сян быстро закончил есть и заказал еду на вынос чтобы поинести ему наверх.

Когда он вошел в комнату, Минсю разговаривал по телефону, обсуждая деловые вопросы. Свет в номере отеля немного тусклый. Синий свет экран ноутбука, лежавшего у Минсю на коленях, отражался на его лице, заставляя выглядеть ещё мрачнее, особенно когда он смотрел на Чжоу Сян.

Чжоу Сян положил еду на стол, сел на кровать и включил телевизор. Он лежал неподвижно, глядя на экран телевизора, где шёл какой то фильм, на котором он никак не мог сосредоточиться, так как его мысли всё время возвращались к событиям утра.

Он думал целый день, злясь на Ван Юдонга и ТанЯна, с грустью понимая, что он ничего не может с этим поделать. Он подумал, что, поскольку он не может ответить Ван Юдонгу, то по крайней мере, ему нужно хотя бы проучить ТанЯна. Но с другой стороны, если бы ТанЯн не получил инструкций от Ван Юдонга, он вряд ли осмелился бы что то подобное выкинуть. Необходимость всё время подавлять себя, без возможности выдохнуть, заставляет Чжоу Сяна чувствовать себя воздушным шариком, переполненным обидой, ещё нсколько вздохов и он взорвется.

Более того, это дело видимо еще далеко от завершения. Он не знал, что скажет или сделает Минсю. Во всяком случае, если будут какие нибудь последствия, он просто не будет участвовать в этом фильме и просто вернется к работе, которую ЦейВей подготовил для него. Так что он все еще сможет содержать свою семью.

Mинсю долго обсуждал свои рабочие вопросы с человеком на другой линии, прежде чем наконец повесил трубку.

Чжоу Сян взглянул на него и спокойно сказал:»Твой ужин на столе».

Минсю хмуро ответил:»Твое прошлое не имеет ко мне никакого отношения, но если ты осмелишься встречаться с кем то за моей спиной, я тебе это не спущу. Его голос был не громким но таким мрачным, что его угрозу было невозможным игнорировать.

Выражения лица Чжоу Сяна не изменилось, его глаза не отрывались от экран телевизора. Он сказал: » Не знаю, почему ТанЯн это сделал. Я уже давно разорвал с ним отношения.» Не было никакого смысла далее что то объяснять про Ван Юна — эти оправдания были бы бесполезны, так как Чжоу Сяну трудно было представить что Минсю будет на его стороне, что только ещё больше унизит его.

Mинсю отодвинул ноутбук в сторону, и указав подбородком на еду сказал:» Убери это. У меня нет аппетита.»

Чжоу Сян встал, взял еду и поставил ее за дверь. Затем он повернулся назад, чтобы закрыть дверь.

В этот момент сквозняк из коридора захлопнул дверь с таким грохотом, что, казалось, затряслись стены.

Минсю поднял брови:»Ты, кажется, чем то недоволен?»

Чжоу Сян пожал плечами:»Это всего лишь сквозняк, президент».

Минсю прищурился:»Чжоу Сян, мне кажется, что ты от меня что то скрываешь».

Чжоу Сян ответил:»Президент, мне нечего скрывать от вас. Всё что касается меня, не заслуживает вашего интереса».

«А что, если я хочу знать?»

Чжоу Сян улыбнулся:»Спрашивайте президент. Я отвечу на все ваши вопросы.»

«Что же, тогда давай поговорим о TанЯне. Вы сказали, что не помните его, но даже Ван Юдун знает, что вы, ребята, были вместе. Ты должен знать об этом и сам. В чём тогда была причина вашего спора сегодня утром?»

«Он хотел бы возобновить отношения, но я не хочу».

Минсю издал длинный звук «ооооо!» Затем изменил тему и холодно спросил:»Тогда может ты скажешь, почему Ван Юдон так настроен против тебя?»

Чжоу Сян с удивлением посмотрел на него.

«Что? Ты думаешь, что я поверю, что ТанЯн, который является новичком, находясь под управлением Ван Юдона, был бы настолько смел, чтобы самовольно уйти? В чём на самом деле причина? Кто как не ты повлиял на это…

Еще до того, как Минсю закончил говорить, Чжоу Сян уже знал, что он хотел сказать. Кто он такой, чтобы Ван Юдон тратил на него свое время, всего лишь незначительный актёр Единственная объяснение состоит в том, что он видимо как то обидел Ван Юдона, и Минсю хочет знать как это произошло.

Чжоу Сян саркастически улыбнулся:»Президент, я так же озадачен, как и вы. Я не знаю, как я мог обидеть Донг Ге. Ваша СЕМЬЯ так единодушна, если вы поможете мне разобраться, возможно, я исправлю свои ошибки».

Когда Чжоу Сян упомянул»семью», он особенно подчеркнул это более вызывающим тоном. Выражение лица Минсю сразу помрачнело. Он схватил свой мобильный телефон и бросил его в лицо Чжоу Сяна, попав в скулу, которая мгновенно распухла.»Ты постоянно говоришь со мной с этим насмешливым сарказмом. Даже если бы я потратил деньги, чтобы вырастить собаку, она и то бы лаяла, увидев меня. Кто ты, по-твоему, такой? Если бы это было не из-за того, что ….. ты бы тогда не стоил и несколько юаней!!!

Чжоу Сян потёр себя по ушибленной щеке, чувствуя, как воздух продолжает выходить из его и так опустошенного сердца. Но он ничего не чувствовал. Он не чувствовал себя униженным, не говоря уже о грусти. Он чувствовал, что то, что сказал Минсю, совершенно верно. Если бы это было не потому, что он был немного похож на Ван Юдона, будь то раньше или в настоящем, как он мог иметь возможность стоять перед Минсю!

Спустя столько времени он смог принять этот факт и смириться с ним.

Он улыбнулся:»То, что сказал президент, правильно. Я признаю, что я не прав. Независимо от того, что делает Донг Ге, у него должны быть свои причины.

Минсю высоко поднял брови. Улыбка на лице Чжоу Сяна заставила его чувствовать себя некомфортно, не только некомфортно, но и просто бросалось в глаза. Он инстинктивно чувствовал, что видел это выражение раньше откуда-то, это выражение заставляло его сердце дрожать.

Минсю не знал, как он может преподать этому человеку по имени Чжоу Сян урок, потому что этот человек слишком неприручен. Но в то же время между этим Чжоу Сяном и тем Чжоу Сяном так много общего, что он всегда подсознательно терпим к нему.

Он неоднократно прощал ему его слова и даже дал квартиру, которую он приготовил для своего старшего брата. Он знал, что он не «его»Чжоу Сян, но из-за того, что между ними было так много пересекающихся деталей, он потерял рассудок.

Он не знал, чего он ожидает от этого фальшивого»Чжоу Сяна».

Чего именно он ожидал???

Он холодно посмотрел на Чжоу Сяна и приказал:»Разденься».

Чжоу Сян слегка испугался, а затем проворно снял часть одежды.

Минсю прижал Чжоу Сяна к кровати и раздвинул его бедра. Затем он начал жёстоко и страстно трахать его. Спина Чжоу Сяна была мучительно напряжена, мышцы сильно дрожали от пугающей скорости Минсю, пот стекал по бокам и щекам на простыню.

Чжоу Сян стиснул зубы, пытаясь с трудом удержать себя чтобы не издавать никакие звуки, которые в его горле превращались в удушающие стоны.

Телефон рядом с кроватью неожиданно зазвонил. Чжоу Сян медленно поднял голову и тупо взглянул на него.

Минсю сразу же прижал его голову к одеялу и хрипло приказал:»Не дай мне увидеть твое лицо!»

Лицо Чжоу Сяна было заставлено одеяло. Он ненавидел то, что не мог прямо похоронить себя под кроватью.

Минсю поднял трубку, его толкающие движения замедлились, но он все еще бил в Чжоу Сяна — он вхолил и выходил из него. Назад и вперед его горячее оружие неоднократно попадало в тело Чжоу Сяна. Это странное чувство заставило его все тело дрожать.

«Привет».

Голос Ван Юдона донесся с другой линии:»Mинсю, это всего лишь маленький отель в горах. Звукоизоляция здесь не очень хорошая. Донг Гэ, я с другой стороны вашей стены. Вы можете быть немного более сдержанным? Хотя его слова были спокойными и очень вежливыми, в них чувствовались неприкрытые гнев и насмешка.

Звукоизоляция действительно очень плохая. Движения Минсю неоднократно заставляли изголовье громко врезаться в стену. Любой среднестатистический сосед знал, что происходит в комнате по соседству.

Чжоу Сян почувствовал, что его лицо быстро становится горячим, когда он крепко сжал кулак.

Минсю слабо ответил:»Я поменяю завтра комнату.

«Mинсю!» ВанЮдун мрачно ответил:»Это не проблема с комнатой. О чем ты на самом деле думаешь?»

Минсю ответил:»Дон Гэ, в чем дело?»

Ван Юдон подавил свой гнев:»Я хочу поговорить с тобой об этом сегодня утром.»

«Хорошо, я скоро подойду в твою комнату.» Сказав это, он немедленно повесил трубку.

Держась за талию Чжоу Сян, он продолжал насильно толкать его. Во время всего этого испытания не было сказано ни слова. На самом деле, между нами не было ни малейшего намека на тёплую атмосферу, это был просто проветривание секса.

После того, как Минсю закончил, он пошел в ванную и принял душ. Затем переоделся и вышел, закрыв дверь.

Чжоу Сян долго лежал в кровати, прежде чем смог спокойно дышать. Он также встал, принял душ и переоделся. Как будто ничего не произошло, он расправил простыни, лёг на кровать и сделал свой обычный ежедневный звонок матери — Чэньин.

Когда он услышал нежный и любящий голос Чэньин, он почувствовал, что его настроение становится спокойнее.

-–

Ван Юдон налил Mинсю чашку чая, поставил ее на стол и затем торжественно посмотрел на него.

Минсю равнодушно взглянул на него,»Шурин, я знаю, что ты хочешь мне сказать, но я советую тебе даже и не начинать. Даже мой папа и мой старший брат не могут контролировать меня, зачем тратить время?»

Ван Юдон вздохнул:»Mинсю! Вы называете меня зятем, это доказательство того, что мы одна семья. Хотя я давно знал, что вы перестали слушать то, что я сказал, но я не хочу, чтобы вы продолжали теряться в своих отношениях. Я хочу видеть тебя нормальным, жениться и иметь детей, чтобы мама, папа и старший брат, а также твоя старшая сестра могли чувствовать себя спокойно и перестать волноваться.

Минсю бросил на него мимолетный взгляд.»Если это то, что вы хотели сказать, я вернусь первым.

«Mинсю…» ВанЮдон нахмурился и тихо пробормотал:»Раньше ты не был таким, но из-за этого Чжоу Сяна ты отдалился от меня ……»

Минсю поднял руку и холодно произнёс:»Я уже много раз повторял — не упоминай при мне о Чжоу Сяне».

Ван ЮйДун стиснул зубы, немного рассердившись:»Минсю, ты все еще не проснулся? Прошло почти три года. Почему вы продолжаете ошибочно настаивать на том, чтобы сделать это так тяжело для себя, даже сейчас находя того, у кого такое же точное имя…»

Минсю тут же встал и холодно произнес:»Замолчи». WangYuDong мгновенно схватился за ворот Минсю, выражение его лица противоречиво, и его глаза мерцали. Внезапно он показал выражение раскаяния и вздохнул:»Минсю, ты становишься таким, какой ты есть сегодня — это фальшивка Донг Ге. Я знаю, что у тебя есть ко мне чувства, но я всегда избегал этого. В то время я просто думал, что вы еще молоды, рано или поздно вы поймете… Донг Ге не справился с этим вопросом, не обращая внимания на вашу проблему, поэтому я в конечном итоге подтолкнул вас к кому-то вроде Чжоу Сян…» Выражение его лица было очень пугающим:»Ты слишком много думаешь. Это уже все в прошлом. Тебе просто нужно хорошо относиться к моей сестре, не заботься о моих делах.

Тело Ван Юдуна задрожало, когда он нахмурился:»Минсю, я только надеюсь, что мы сможем вернуться в прошлое. Ты мой единственный маленький зять, я только хочу, чтобы ты мог бы жить нормальной жизнью».

В данный момент даже дополнительная секунда — это слишком много для Mинсю. Он покачал головой и повернулся, чтобы выйти за дверь.

«Mинсю!»

Mинсю не обернулся.

Ван Юдон прищурился. Он подумал, что если он скажет все это, то на сколько он обидит Минсю? Это может быть хорошая возможность проверить можно ли этим шантажировать Mинсю.

Он вздохнул:»Mинсю! Чжоу Сян уже мертв. Когда вы собираетесь принять эту реальность?!»

Тело Минсю сразу застыло. Он медленно обернулся. Его глаза налились кровью, он был страшен. Он произнес «Попробуй сказать это снова!!!».

Ван Юдон был ошеломлен его внушительной манерой, он не только не осмелился говорить дальше, даже его тело не могло двигаться.

Минсю указал на него, а его голос казался убийственным, словно холод замерзшего ада:»Никто не может это говорить! И в первую очередь ты, Ван Юдун. Причина, по которой Чжоу Сян ушел в горы, заключается в том, что он узнал от меня о тебе. Я отпускаю тебя только потому, что ты мой зять. Если ты продолжишь говорить эту глупость, не обвиняйте меня в том, что я не забочусь о том, что мы семья».

Ван Юдун чувствовал только озноб от подошв ног до макушки глава. Все его тело было ледяным, настолько, что он даже не мог говорить.

Он знал, что переоценил привязанность Минсю к нему и недооценил упорную настойчивость Минсю к Чжоу Сяну.

Он действительно ненавидел Чжоу Сяна. Из-за Чжоу Сяна он потерял своего самого благотворного помощника в семье.

Независимо от того, как сильно МингМей любит его, она, в конце концов, женщина. Независимо от того, что происходит дома, если Минсю не может быть на его стороне (как в поддержке его как прежде, то ряд реальных сил, которых он хотел достичь в этой семье, будет более сложным.

Из-за этого Ван Юдон даже ненавидел фальшивого»Чжоу Сян» по соседству.

Глава 74 - Кто НАСТОЯЩИЙ заменитель…

Пока Чжоу Сян разговаривал с Ченином по телефону, он смутно слышал аргументы из комнаты ВанЮдуна. Это было кратко, а затем последовал звук захлопнувшейся и закрытой двери. Вскоре Минсю вернулся.

Чжоу Сян снова напомнил ChenYing несколько вещей и повесил трубку.

Видя, что Минсю выглядит очень неприглядно, он подумал, действительно ли они спорили. Если это так, то это действительно редко.

Чжоу Сян перевернул одеяло и планировал идти спать после выключения телевизора. Ему и Минсю было нечего общаться друг с другом, и он ничуть не заинтересован в споре между ними. В это время он даже не хотел касаться тонких волос на голове Минсю, что могло создать ему проблемы.

Когда он поднял пульт, его внимание было переключено на экран телевизора. Внезапно он понял, что он транслирует первый фильм, над которым он сотрудничал с WangYuDong в роли каскадера. Это было шесть-семь лет назад, и это был первый фильм, который привел WangYuDong в суперзвезду. Этот фильм о боевых искусствах все еще считается классическим.

Пока Чжоу Сян смотрел этот фильм, эту технологию нельзя сравнивать с сегодняшним временем, будь то визуальные или специальные эффекты, но его глаза не могли оторваться. яркие прыжковые сцены или очень знакомые лица команды в это время.

Глаза Минсю были также очарованы сценами на маленьком 23-дюймовом телевизоре.

Появился герой свободного досуга, изящно одетый в белое платье, даже без пылинки. Его изящно утонченная внешность вместе с его элегантным и великолепно возвышающимся телом стали одним из классических экранных изображений того года, благодаря чему имя WangYuDong мгновенно стало популярным по всей стране.

Однако никто не знал, что более половины из этих потрясающе захватывающих боевых сцен, которые были похожи на плавающие облака и текущую воду (естественную и гладкую были сделаны Чжоу Сян. Особенно самая красивая, классическая и художественная сцена фильма, где герой грациозно ушел в воду. Вся последовательность была сделана им (Чжоу Сян WangYuDong просто показал свое лицо, когда герой обернулся.

В этом можно было винить только Чжоу Сян за то, что он был слишком молод и неопытен в то время. Он ничего не знал, кроме как зарабатывать деньги. Однако, если бы он не согласился удалить свое имя из титров, он боялся, что съемочная группа не будет продолжать использовать его в качестве каскадера с единственной целью продвижения WangYuDong.

После фильма стал хитом, некоторые люди когда-то убеждали его воспользоваться этой возможностью, чтобы вызвать спекуляции, но он не согласился на это. Огромная сумма пеней за нарушение контракта на самом деле не была проблемой, потому что, пока он становится популярным, эта сумма денег была бы несущественной. Причина, по которой он не был согласен в то время, была в основном потому, что он был слишком молод и имел чувство праведности. Он считал, что это было бы неправильно.

Если бы через несколько лет это было изменено на Чжоу Сян, он, вероятно, не справился бы с этим. Но потом прошло время и уже было слишком поздно что-либо говорить. Кроме того, он действительно не сожалел о том, что не воспользовался этим шансом для саморекламы.

По крайней мере, до того, как он встретил Минсю, он никогда не сожалел об этом.

Но теперь, увидев, как Минсю молча смотрит телевизор В глубокой задумчивости уголки рта Чжоу Сяна изогнулись в насмешливой улыбке:»Это не WangYuDong».

Хотя он знал, что он не будет мстить WangYuDong, он невыносимо подавлял себя от всех обид за последние несколько дней и не мог удержаться от того, чтобы просто выпалить его.

Он даже не ожидал, что Минсю будет иметь некоторую реакцию.

Однако, не только ответил ли Минсю, его реакция была чрезвычайной.

Минсю внезапно повернул голову и яростно посмотрел на Чжоу Сяна:»Что ты сказал?»

Водная сцена, показанная по телевизору, почти закончилась. Чжоу Сян посмотрел на знакомый экран и засмеялся над собой:»Я сказал, что это был не ВанЮдун, а каскадёр».

Тело Минсю неуверенно дрожало.

Не WangYuDong? Но каскадёр?

Этот человек говорит ему, что человек, которого он полюбил с первого взгляда, богоподобный героический Ванюдонг того времени, на самом деле был НЕ он, а каскадёр?

В В этот момент Минсю больше не мог сказать, влюбился ли он впервые в этого человека из-за своей спины или он был очарован после того, как человек перевернул лицо. Но это уже не ва Важно то, что если эта спина действительно принадлежала каскадеру, то его чувства в то время были совершенно нечистыми. Человек, который ему нравился, был всего лишь его заблуждением, а может быть, даже не человеком!

голос Минсю дрожал:»По какой причине вы говорите, что это не ВангЮдонг? Там нет упоминания каскадера, используемого в этом фильме. Рекламная акция гласила, что все сцены были исполнены лично WangYuDong».

Чжоу Сян равнодушно ответил:»Эти шаги в боевых искусствах не сложны для выполнения, но требуют серьезных навыков фундамента. Если бы у ВанЮдуна был месяц или два практики, он мог бы сделать большую часть этого. Но если бы он действительно имел эту способность, он бы не нуждался во мне (чтобы быть его каскадером). Эти действия определенно были сделаны не им, а каскадером».

Минсю внезапно бросился и схватился за ошейник Чжоу Сян с его тихим ревом:»Какова причина, по которой вы говорите, что это каскадёр! Если ты посмеешь говорить дерьмо…»

Чжоу Сян получил след извращенной мести, увидев искаженное и безумное выражение лица Минсю. Чтобы хоть немного подорвать фантазию Минсю о Ван Юйдуне, он счастливо рассмеялся бы. Я уверен, что это был не WangYuDong, а каскадёр. Если вы мне не верите, поскольку президент знает так много людей, найдите кого-нибудь надежного и спросите?»

Каскадер… невозможно, как это может быть каскадёр… Кто? Кто этот каскадер в этом фильме?

Разум Минсю сразу подумал об имени, такая возможность заставила его сердце пропустить несколько ударов.

Нет… это не он… он может» быть им…

Минсю безжалостно оттолкнул Чжоу Сяна и схватил телефон со стола. Он быстро перерыл телефонную книгу. В конце концов он позвонил человеку, который наверняка узнает внутреннюю историю. Этот человек раньше был помощником ВангЮДонга.

После того, как ВангЮдонг основал свою собственную развлекательную компанию, он был назначен на должность генерального директора компании. Он следовал за WangYuDong в течение многих лет. С того времени, когда WangYuDong дебютировал с настоящим. Все вопросы, касающиеся WangYuDong, никто не знал, что это лучше, чем он.

Телефон быстро соединился.

«Привет президент приветствия». Голос на другом конце линии звучал немного польщенно (потому что Минсю позвонил ему).

«Лао Ву, я собираюсь спросить тебя кое о чем, и не вздумай мне лгать. Если солжешь, клянусь, сделаю все, чтобы разрушить твою жизнь.

Лао Ву был ошеломлен, заикающийся голос с головой выдал его страх когда он пролепетал:»Президент, ты… ЮДонг… ты хочешь…».

«Откажись от дерьма, ответь мне одну вещь.

«Ты… спрашиваешь… пока я могу сказать…»

«Был ли действительно каскадёр в первом фильме WangYuDong?»

Когда Лао Ву услышал это вопрос, он облегченно вздохнул. Он думал, что Минсю поймал WangYuDong делать что-то сомнительное. Как оказалось, он просто задавал такой поверхностный вопрос.

В то время они проделали большую работу, скрывая эту информацию, чтобы продвигать WangYuDong. Но теперь уже не важно, использовал ли ВанЮдун каскадера или делал эти сцены сам. Ничто из этого не могло повлиять на статус WangYuDong на данный момент.

Поэтому Лао Ву честно ответил:»Президент, каскадер действительно использовался тогда. Но чтобы увеличить рекламный эффект, мы сказали СМИ, что он сам снимался во всех сценах. Что касается каскадера, то было решено заплатить ему.

«Кто был каскадером?» Когда Минсю задал этот вопрос, его лицо выглядело отвратительным, его глаза были налиты кровью, а кулаки сжаты, как зверь, оказавшийся в отчаянном положении. Он только ждал момента лобового столкновения, затем он…

«О… это был Чжоу Сян мах. Позднее ЮДонг сотрудничал с ним больше всего. Они оба работали над четырьмя-пятью фильмами вместе. Чжоу Сян всегда был нашим первым выбором.

Телефон с глухим стуком упал на пол, и взрыв мрачной тьмы поглотил Минсю. Пульсирующая боль в теле не давала возможности вздохнуть. Его разум все продолжал и продолжал гудеть, а пространство перед ним становилось кроваво-красным, реальность в его глазах окутывалась черным мороком и разбивалась вдребезги.

Чжоу Сян……

Почему Бог так с ним связывается?!

Когда ему было шестнадцать лет, он остановился перед кинотеатром и видел трейлер этого фильма семь-восемь раз. Сцена спины героя, грациозно падающего в воду, оставила его в восторге и глубоко загипнотизирован. Тем не менее, этот человек на самом деле был Чжоу Сян, на самом деле Чжоу Сян!

Это был не ВанЮдун, ни кто-либо другой, но был Чжоу Сян, Чжоу Сян!

По иронии судьбы, он рассматривал Чжоу Сяна как замену Ван Юйдуна. Кто, черт возьми, заменит кого!?

Этот шаг… он ошибался с самого начала и продолжал идти по этому пути, пока не стемнеет. Наконец, дело дошло до невозврата, и он потерял все. Даже его молитва о возможности исправить ситуацию была недостижима.

Чжоу Сян исчез. У него есть много вещей, которые он хотел сказать ему… много вещей, которые он хотел сделать с ним… и долгая жизнь, которую он хотел разделить с ним. Но Чжоу Сян просто так исчез. Из-за своих ошибок он шаг за шагом толкнул Чжоу Сян на путь, который разделял их.

Он ранил человека, которого любил больше всего. Теперь все стало расплатой за себя.

Минсю так сильно болит, что он хотел умереть. Он действительно хотел исчезнуть на месте. Тогда, возможно, он и Чжоу Сян могли появиться в одном месте.

Он начал терять равновесие. В это время его обоснование уже находится на грани краха. Этот огромный удар заставил его испытать панику и огромное горе в то же время

Чжоу Сян никогда не мог предположить, что Минсю будет иметь такую огромную реакцию. Он (Чжоу Сян) был ошеломлен на месте, в полной растерянности глядя на Минсю.

Минсю ошеломленно подошел к двери, почти механически открыв дверь, и быстро выскочил.

Дверь отеля открылась и затем захлопнулся, захлестнул холодный ветер, пробудив Чжоу Сяна от его чувств.

Он не понимал, что происходит с Минсю. Было ли это что-то, что ему было трудно принять?

Он был ошеломлен на несколько минут, прежде чем вспомнил, что Минсю был одет в свою пижаму, только когда уходил. Куда он идет в эту морозную погоду? Очень холодно, даже просто стоя в коридоре. Выйдя так, он совершенно замерзнет.

Он быстро оделся, взял пальто Минсю и выбежал из комнаты.

Глава 75 - В поисках Минсю

Чжоу Сян сначала обошел отель. Он думал, что, если Минсю не покинет отель, он вернется в комнату, чтобы поспать. В любом случае он не замерзнет до смерти. Поэтому он гулял по отелю, но он настолько большой, что никого не нашел. Тетушка на стойке регистрации была настолько поглощена разговором о QQ, что когда он спросил ее, видела ли она кого-нибудь, выходящего в пижаме, она пробормотала, что не знает.

Наконец, тетя проверила дверь и подтвердил, что кто-то вышел. Эта дверь не работает должным образом, и люди не знали, как ее использовать, поэтому они не знают, как плотно закрыть ее.

Чжоу Сян немного запаниковал. Если что-то случится с Минсю, несчастным будет его так называемый»помощник» (он сам). Тем более, что ВанЮдун не отпускал его.

Он позаимствовал у тетушки фонарик и вышел.

Люди в деревне спали рано, поэтому не было много домашних хозяйств с включенными огнями в 11 вечера. Вся деревня абсолютно черная. Чжоу Сян долгое время стоял в одном и том же месте, так как не знал, с чего начать.

Он не мог кричать и не мог пугать других людей, в противном случае, когда Минсюй вернется, он, скорее всего, быть тем, кто попадет в беду. Он плотно обернул свое пальто вокруг себя и пошел в деревню, покачивая фонариком взад-вперед, тихо зовя Минсю. Когда он добрался до конца деревни, он встретил молодую пару, которая встречалась среди ночи. Свет от фонарика напугал двух людей, и Чжоу Сян воспользовался возможностью, чтобы спросить их, видели ли они человека в пижаме.

Они долго думали, а потом женщина вдруг вспомнила:»Кажется, что кто-то ушел в горы».

Чжоу Сян быстро спросил:»Сколько времени прошло?»

«Только сейчас».

Чжоу Сян дико побежал в направлении, которое они указали. Если Минсю действительно вошел в гору, это было бы слишком опасно. У него инстинктивный страх перед этим темным лесом, потому что он был похоронен внутри горы.

Ночная прогулка по твердой траве в этом горном лесу ночью со свистящим в ушах ветром действительно заставляет людей чувствовать себя так холодно, что их скальпы онемели. Он не мог себе представить, как далеко мог сбежать Минсю в тонком слое шелковой пижамы.

Зачем это делать? Неужели Минсю трудно принять, потому что этот фильм снимали не только WangYuDong, но у него был каскадёр?

Чжоу Сян, что это так жалко и нелепо. Минсю действительно ласковый человек.

«Минсю! Минсю!» Чжоу Сян повысил голос и громко крикнул. Он не осмеливался бежать слишком глубоко в горы, опасаясь, что он потеряется, но, потратив десять минут на поиски, он не смог найти Минсю. Он хотел вернуться в отель и попросил людей прийти на поиски. Если что-то случилось с Минсю, он не может нести ответственность.

Решившись, он пошел по пути назад.

Горный лес не спокойный. Птицы, которые парили над небесами, казались испуганными, когда они издавали пронзительные звуки и с тревогой взлетали в небо. Услышав эти звуки, Чжоу Сян почувствовал вспышку паники.

Как только он поднимался по высокому склону, дрожь внезапно поднялась со дна его ног, а затем все его тело неудержимо покачнулось. Ноги Чжоу Сяна, ступавшие на камень, стали шататься, и он внезапно скатился по склону.

Землетрясение!!

Только природа может собрать силу от сотрясения земли, которая заставляет людей бояться, Чжоу Сян никогда не думал, что в это время он столкнется с землетрясением. Хотя амплитуда не особенно высока, но Чжоу Сян слишком нервничал, он даже не мог встать.

Листья и крошечные ветки упали на него. Он отчаянно пытался встать и выбежал из леса.

Большая встряска прекратилась, но время от времени все еще случаются небольшие толчки, которые присоединялись к сердцу Чжоу Сяна. Соседство ярко освещено, и громкие крики бесконечны.

После того, как Чжоу Сян прошел через болотистую местность, он увидел знакомую фигуру. Это Минсю. Минсю, казалось, стоял в лесу в оцепенении, как будто он только что понял, где он находится.

«Минсю!!» Чжоу Сян закричал и бросился на него.

Минсю повернул голову. Под светом его кожа выглядела необычно синего и беловатого цвета, его губы замерзли пурпурным, а глаза — красными. Он выглядел очень растерянным и беспомощным.

Чжоу Сян не мог описать свои чувства в то время. Это, вероятно, мучительно. Он действительно презирал любовь Минсю к Ван Юдону. Его от этого тошнило.

Чжоу Сян сунул пальто, которое он принес Минсю, и строго сказал:»Вы чертовски сумасшедший?! Вы знаете, как опасно бежать в кромешные горы?! Ты можешь умереть, ты действительно умрешь!»

Минсю даже не поймал пальто, но вместо этого позволил ему упасть на землю. Он смотрел на Чжоу Сяна пустым взглядом, как будто он не понимал, о чем говорил Чжоу Сян.

«Разве вы не чувствуете землетрясение? Спешите и уходите. Здесь слишком опасно, если дерево упадет……

Чжоу Сян с раздражением поднял пальто и накинул его на тело Минсю, а затем вытащил его. Потянув его на несколько шагов, Минсю внезапно освободил его руку и крепко обнял его за талию с такой силой, что сбил их обоих на землю.

Чжоу Сян настолько разозлился, что хотел ударить его до смерти, Он стремится покинуть это место и добраться до открытой равнины. Если бы был еще один сильный толчок… эта вторая жизнь, которую он получил с большим трудом… даже несмотря на то, что она полна депрессивных вещей, он все равно не хотел умирать.

Он мог слышать только слабый голос Минсю, идущий сзади, кричащий»Чжоу Сян».

Чжоу Сян в шоке, его кулак крепко сжал сорняки.

Минсюй позвал снова»Чжоу Сян». Чжоу Сян никогда не слышал, чтобы Минсю так называл его. Никогда раньше и не в настоящем. То, как он звал его, было похоже… как будто он просил о помощи.

Чжоу Сян не понял, но голос Минсю шокировал его, заставив почувствовать, что его руки и ноги были связаны, скованы и неспособны двигаться.

Через некоторое время Чжоу Сян почувствовал только горячую грудь Минсю, но не услышал ни звука. Он немного обернулся и понял, что Минсю заснул, как будто все, что произошло раньше, было только его (Минсю) лунатизмом.

В таком месте, где очень холодно и только что произошло землетрясение, Минсю на самом деле заснул!

Он похлопал Минсю по лицу. Ледяной.

Он действительно спит? Он спит или без сознания?

Чжоу Сян также не был уверен. Он только знал, что ему нужно как можно быстрее вывести Минсю отсюда, но теперь это стало сложной задачей. Чтобы вытащить такого человека, который выше и тяжелее его самого, из этого невыровненного леса, даже если они недалеко от деревни, достаточно измотать его.

Чжоу Сян вздохнул и сказал себе: Ты мой чертов предок.

Он надел пальто на Минсю и поднял его на спину. Вес Минсю почти сокрушил его, каждый шаг, который он делал, с трудом переносил Минсю. Горная тропа длиной более 200 метров сделала его таким уставшим, что он собирался опуститься на колени. Наконец, он вытащил Минсю из леса.

Кажется, что многие члены команды ищут их. Множество фонариков светили к ним не так далеко, так ярко, что Чжоу Сян не мог открыть глаза.

«Прямо здесь! Прямо здесь!

«Президент! Zhouxiang!» Несколько сотрудников сбежали. Видя, что Минсю потерял сознание, они испугались.

Режиссер тоже подбежал и быстро спросил:»Что происходит! Где вы были?! Землетрясение, знаете ли вы, насколько оно опасно?»

Ван ЮйДун также подошел и стащил Минсю со спины Чжоу Сяна. Он похлопал Минсю по лицу и закричал:»Минсю? Минсю? Положите его на носилки и быстро вызовите доктора».

Чжоу Сян открыл рот и хотел сказать, что с ним (Минсю) все в порядке. Но видя, как все нервничают, ему бессмысленно говорить это, поэтому он просто отступил в сторону.

WangYuDong яростно посмотрел на него и суровым голосом спросил:»Чжоу Сян, что происходит!»

Чжоу Сян холодно ответил:»Я вышел на прогулку с президентом. Затем произошло землетрясение, и президент ударил его по голове».

«Что с прогулкой посреди ночи?!»

Чжоу Сян также выразил свое разочарование. Обид в нем было слишком много. Если он не решится, он может сделать что-то еще более экстремальное, поэтому он саркастически ответил:»Если президент хочет прогуляться, я не могу отказаться».

Все вокруг вздохнули холодного воздуха. Никто в кругу развлечений не смел так разговаривать с WangYuDong. WangYuDong также ошеломлен. Он никогда не ожидал, что Чжоу Сян посмеет ответить ему. Его первая реакция заключается в том, что Чжоу Сян просто был высокомерным из-за его отношений с Минсю.

другие люди тоже так думали. Особенно те, кто предположил, что отношения Чжоу Сяна и Минсю ненормальные. Они странно смотрят на Чжоу Сяна.

Чжоу Сян покачал головой и повернулся, чтобы уйти в отдаленное место. Он нашел открытое пространство и сел на землю.

Видя, что он не может сейчас вернуться в комнату, он ничего не мог сделать, поэтому он просто сел на бок, держа колени как Дикобраз с шипами по всему телу. Он наблюдал, как группа людей издалека усердно помогала Минсю. Тревожное выражение лица ВанЮДуна необычайно ярко выражено.

Глава 76 - Не могу остановить повторение истории

Поскольку магнитуда землетрясения не была высокой, деревня не пострадала. серьезные потери. Просто некоторые люди, у которых были проблемы с ходьбой, получали легкие травмы во время бега. Несмотря на это, никто не осмелился принять это легко. Люди в деревне перенесли матрасы, постельные принадлежности и тому подобное на открытое пространство снаружи. Даже если погода была холодной, они все же планировали провести ночь на улице.

В местах, где люди малонаселены и здания в основном низкие, ущерб от землетрясения был незначительным. Но больше всего они боятся, что землетрясение может привести к тому, что деревня будет полностью изолирована от внешнего мира, и что никто не будет знать, что происходит в это время.

Чжоу Сян также достал два набора постельных принадлежностей из комнаты и положить его на верхнюю часть подушек, создавая ватный матрас. Затем он опустился и закрыл глаза.

люди не могли спать. Чжоу Сян продолжал слышать дрожащие голоса вокруг него, которые заставляли его чувствовать себя очень взволнованным. Он не мог успокоиться. Но он снимал весь день и всю ночь носил Минсю на спине. Он был уже очень истощен. Очень скоро его глубокое истощение, наконец, поглотило его сознание. Он сонно уснул.

После рассвета свет был слишком ярким и слишком шумным вокруг. Он быстро проснулся. Все вокруг были заняты. Чжоу Сян прищурился и увидел пару ног, идущих к нему.

Он качнул головой и сел, его нос был застывшим.

Подошел ассистент и однажды толкнул его,»Возвращайся в отель, теперь все должно быть в порядке».

Чжоу Сян изумленно встал, схватил свое постельное белье и направился в отель вместе с остальной толпой.

Как только он вошел в комнату, он увидел Минсю лежа на кровати. Похоже, он не проснулся. WangYuDong сидел в кресле на кровати и смотрел новости.

Увидев, что вошел Чжоу Сян, WangYuDong холодно посмотрел на него:»Уходите. Пусть отель предоставит вам другую комнату.

Чжоу Сян ничего не сказал. Он повернулся, чтобы уйти.

«Чжоу Сян», — прозвучал сзади холодный голос ВанЮдуна:»Не принимай себя слишком серьезно, ты точно знаешь, кто ты».

Чжоу Сян насмешливо улыбнулся самому себе и ушел, не оборачиваясь.

Конечно, он знает, кто он. Ему не нужны были другие люди, чтобы напоминать ему.

У него есть комната, которая находится этажом выше Минсю. Когда он вошел в комнату, он включил телевизор. Было уже шесть часов утра. Многие люди до сих пор не знают, что произошло землетрясение, но об этом уже сообщалось по телевидению.

Как выяснилось, эпицентр землетрясения фактически произошел в горной местности вдоль границы между Гуйчжоу и Гуанси. Величина была 4.7 в масштабе, но из-за обширной территории и рассредоточенного персонала не было сообщений о крупных обмороках и потерях имущества. Эксперты из Сейсмологического бюро анализируют масштабы землетрясения и предсказывают, что в ближайшие два-три дня еще могут быть небольшие толчки.

Похоже, что землетрясение не вызвало огромных потерь, поэтому экипаж План съемок не должен существенно измениться. Он не хотел возвращаться в это место во второй раз.

После просмотра новостей было уже почти семь часов. Он решил, что Ченинг должен быть на связи, поэтому решил позвонить ей, чтобы сообщить ей о его безопасности, прежде чем она увидит это в новостях. Затем он пошел спать. Он ворочался всю ночь и плохо спал, поэтому очень устал. Он спал до полудня, когда кто-то пришел, чтобы заставить его продолжить съемку.

Деревня уже вернулась к порядку во второй половине дня. Они использовали это за несколько часов до заката, чтобы снять часть контента.

В этот день, даже когда Чжоу Сян вернулся в комнату, чтобы отдохнуть, он все еще не видел Минсю.

Для в следующие несколько дней Минсю, казалось, все время оставался в своей комнате, совсем не выходя.

Чжоу Сян снимал с утра до вечера каждый день. Он должен был не только терпеть скептицизм своих коллег, но и остерегаться уловок Танина. Самое неприятное, что пока WangYuDong на съемочной площадке, каждую его сцену нужно было переснимать семь-восемь раз. Несмотря на то, что у него не было много сцен, и время, в течение которого WangYuDong остается на съемочной площадке, недолгое, это происходило один или два раза в день. Этого достаточно, чтобы сделать его настолько измученным, что он едва мог дышать.

Все могли видеть, что Чжоу Сян оскорбил Ван Юйдуна, поэтому они проявили инициативу, чтобы говорить с ним все реже и реже.

Чжоу Сян не стал бы быть подавленным и подавленным такими вопросами. Что действительно заставляло его чувствовать беспокойство, так это то, что он чувствовал себя так, словно попал в странный круг… странный круг повторяющихся переживаний из своей прошлой жизни. Все, что происходит сейчас, повторяет те же ошибки, что и раньше. Он беспомощно смотрел на то, что произошло в его прошлой жизни, повторяя одно в настоящем. Хотя специфика иная, общее направление было одинаковым. Он выталкивает невидимую силу на свой старый путь и даже не может остановиться.

Он немного напуган.

Он человек, который однажды умер. Он боится смерти. Он боится, что, если он продолжит, конечный результат будет таким же, как и в его предыдущей жизни…

Может ли быть, что он получил новую жизнь только для того, чтобы повторить ошибки своей предыдущей жизни? Тогда какой в этом смысл?

Чжоу Сян хотел остановить все это, но оказался беспомощным в этом. Он больше не мог контролировать ход событий.

-–

Два дня спустя он наконец увидел Минсю. Согласно маршруту, сцены Чжоу Сяна в горах почти завершены. Он вернется с Минсю.

Минсю было очень мало сцен, которые закончатся через день или два. Поскольку его состояние не было хорошим, его прогрессирование было очень медленным. Никто не смеет его торопить. Спрос режиссера на него был невысок, Минсю нужно было только обнажить его лицо.

Их место съемки не на том же месте. Чжоу Сян посмотрел на Минсю очень издалека. Минсю также случайно повернул голову и увидел его. В тот момент, когда их глаза встретились, Чжоу Сян почувствовал, как его сердце утонуло. Глаза Минсю глубокие и тяжелые, как бездонная яма, которая заставляет людей чувствовать депрессию, когда они смотрят в нее. Он не мог сказать, что это было, только что его сердце было расстроено.

После того, как Минсю посмотрел на него, он обернулся. Чжоу Сян также круто обернулся.

Экипаж приготовил для них машину. Они уедут на следующий день, в то время как остальные продолжат оставаться, чтобы завершить съемку остальной части горных сцен.

После того, как Чжоу Сян закончил собирать свой багаж той ночью, он планировал идти спать. В это время зазвонил телефон в гостиничном номере.

Он посмотрел на удостоверение личности звонящего, оно было из комнаты Минсю.

Он немного поколебался, прежде чем ответить»Привет».

«Иди прямо сейчас». Сказав это, Минсю повесил трубку.

Чжоу Сян вздохнул, оделся и спустился вниз.

У него все еще была одна из комнатных комнат Минсю. Он колебался, но все же сначала постучал в дверь.

Минсю сказал:»Входите».

Чжоу Сян открыл дверь и вошел в комнату.

Минсю сидел на кровать, его лицо выглядело очень бледным, а губы выглядели ненормально серыми. Он выглядел так, словно все еще болел. Это худшее, что Чжоу Сян видел, как он смотрел.

Минсю указал на стул:»Садись».

Чжоу Сян сел.

Ахо, выражение лица Минсю не выглядело хорошо, его зрение все еще было острым. Те глаза, которые могли бы поразить мое женское сердце, теперь сосредоточены, без колебаний уставившись на Чжоу Сяна, когда он медленно произнес:»Почему вы были так уверены, что каскадер использовался в этом фильме ВанЮдонга?»

Конечно же, это об этом.

Чжоу Сян тихо ответил:»Я только догадывался».

«Не думайте, что меня убедят такие оправдании. Когда WangYuDong критиковал вас в вашем присутствии, вы даже не осмелились произнести ни единого слова. Такая неразумная вещь, как ты смеешь случайно сказать это? Кроме того, вы были на месте. Вы должны что-то знать.

Конечно, Чжоу Сян знал. Потому что он действительный человек. Но, к сожалению, он не мог этого сказать.

Он мог только ответить:»Я слышал некоторые слухи раньше, добавив, что эти действия на самом деле не то, что мог сделать WangYuDong.

Минсю прищурился:»Чжоу Сян, я думаю, что ты неправ мне по многим вещам. Если однажды я обнаружу, что вы скрываете что-то важное от меня, я вас не отпущу».

Чжоу Сян не мог смотреть прямо в его глубокие глаза… глаза, которые, казалось, проникали сквозь него его.

Минсю снова спросил:»Я собираюсь задать вам вопрос, подумайте, прежде чем вы ответите».

Чжоу Сян кивнул.

«Вы и это ( старше) Чжоу Сян слишком много общего. Вы оба примерно одинакового размера, у вас одинаковый опыт, оба вошли в компанию президента Вана, оба работают под руководством CaiWei, выполняют одинаковую работу и, что самое важное, дата аварии Чжоу Сян точно такая же, как у вас».

Дыхание Чжоу Сяна ускорилось, а сердце забилось беспорядочно. Он не знал, почему Минсю внезапно переключил тему с WangYuDong на него.

Голос Минсю немного резок:»Я хотел спросить, почему это?!»

Глава 77 - Для открытия двери использовался ключ

Чжоу Сян улыбнулся:»Президент, как я могу ответить на такой вопрос?»

«Я не хочу слышать такой поверхностный ответ».

Не зная, Минсю уже встал с кровати и подошел к нему, его тонкие пальцы сжали подбородок Чжоу Сяна, заставляя его смотреть верх.

голос Чжоу Сяна хриплый:»Я действительно не знаю, как ответить. Я также не знаю почему.

«Ты лжешь!!» Минсю огрызнулся. Медленно сжав пальцы, Чжоу Сян почувствовал, как его подбородок был раздавлен.

Глаза Минсю становятся кровавыми. Человек, оказавшийся в такой безнадежной ситуации, будет иметь такое поведение. Его сердце чувствует себя слишком хаотично. Есть что-то, что беспокоит его и продолжает проходить через его разум. Он не может ухватиться за это, как бы он ни пытался, и он отказался оставить его. Он считает, что должен схватить его, пока он сможет схватить его, он будет спасен.

Он не верит, что в этом мире может быть так много совпадений. Должен быть какой-то план в этой невидимой вселенной, который заставил этого человека по имени Чжоу Сян, который полон знакомых сигналов, появиться перед ним. И в то время, когда он (Минсю) наиболее отчаянный и беспомощный.

Этот Чжоу Сян не должен быть просто прохожим, он…… как он может быть так похож на него»? Это почти как если бы они были одним и тем же человеком……

Один и тот же человек……

Когда Минсю впервые подумал об этом, то шокирован своей собственной мыслью.

Этот Чжоу Сян был очевидно моложе и красивее, этот человек совершенно не был похож на его Чжоу Сяна. Очевидно, что это два совершенно разных человека. Как вообще ему могло прийти подобное в голову? Как нормальный человек мог поверить во что-то такое странное?

Кроме того, этот человек вообще не признавался в этом.

И самое главное, сбивающее с толку Минсю, если этот новый Чжоу Сян действительно его Чжоу Сян, почему он не признается ему?

Минсю тщательно придумали этот вопрос бесчисленное количество раз, но все же не осмеливались прийти к какому-либо заключению, потому что каждый аргумент нелогичен и несостоятельн. Он боится возлагать большие надежды только на то, чтобы в конечном итоге быть ужасно разочарованным.

В последние годы он полагался на фразу»Он не умер», чтобы поддержать себя. Хотя мастер также сказал следующую фразу:»Но нет в живых», он решил поверить первой фразе. Он не верил, что Чжоу Сян мертв. Строго говоря, он не должен принимать смерть Чжоу Сяна. Пока он не видел тело Чжоу Сяна, он никогда бы не признал, что Чжоу Сян мертв.

Принимать смерть Чжоу Сяна равносильно тому, что он душит себя.

Он рухнет. Он полностью рухнет.

Особенно после того, что он испытал за последние несколько дней, осознав, что фигура, оставившая его загипнотизированной и влюбленной, на самом деле была Чжоу Сяном. Он даже не желает принимать это… в то время, когда он признавал, что любит этого человека, он также полностью потерял возможность любить вечно.

Он не примет это, он не признает что он потерял шанс любить Чжоу Сян навсегда. Никогда.

Чжоу Сян с небольшой силой схватил Мингсю за запястье. Его подбородок был настолько болезненным, что сломался бы, если бы он (Минсю) сжал его сильнее. Он схватил Минсю за запястье, намекая, чтобы тот отпустил.

Эта тупая боль вернула Минсю в чувство. Он взглянул на Чжоу Сяна перед собой и медленно выпустил его руку.

Чжоу Сян вздохнул с облегчением и встал, немного отстраненно отозвавшись:»Президент, эти вещи, которые вы говорите, слишком абсурдны. Я действительно не знаю, как ответить. В мире так много совпадений. Боюсь, что вы просто думаете, что мы похожи из-за вашей предвзятости. Поэтому независимо от того, что я делаю, вы почувствуете, что мы похожи. Но я… я полностью отличаюсь от него.

Чжоу Сян стиснул зубы, произнося это последнее предложение. Эти слова предназначены не только для Минсю, чтобы услышать, но и для себя. Он должен стать совершенно другим человеком от предыдущего»Чжоу Сян». Он никогда не будет повторять одни и те же ошибки.

Люди не могут попасть в одну и ту же ловушку дважды, это просто пиздец.

После того, как Чжоу Сян закончил говорить, он хотел немедленно уйти.

Минсю держал его за плечо:»Куда ты идешь? Просто оставайся здесь».

Чжоу Сян заставил себя сесть и мрачно сказал:»Президент, не усложняйте мне».

Минсю поправил пижаму и вернулся к кровати. Его хриплый голос прозвенел в тихой комнате.»Чжоу Сян, я не могу принять такое объяснение. Однажды я узнаю, что вы скрываете».

Чжоу Сян не поднял глаза и посмотрел прямо на землю.

Минсю ответил:»Спи, мы возвращаемся к Завтра Пекин.»

—

Есть два других актера, которые возвращаются с ними в Пекин. На этот раз, позаимствовав часть света Минсю, сиденье Чжоу Сяна было модернизировано, так как он мог сидеть с Минсю.

В первом классе было от трех до четырех человек. Они сидели в первом ряду, оба глубоко погруженные в свои мысли, и все время даже не произносили ни слова.

В частности, Минсю сидел в том же положении, что и статуя, его глаза продолжали смотреть в окно. Вся его личность, казалось, была окутана удручающим воздухом.

Теперь Минсю казался деревом, которое засохло внутри. Чжоу Сян больше не находил в нем энтузиазма высокомерной молодости прошлого. Остались только эта мрачность и холодное равнодушие — полная противоположность его 23-летнему возрасту.

Чжоу Сян ревновал и ненавидел человека, который заставил Минсю измениться до такой степени.

После приземления самолета Цзян Юань пришел за ними. Сначала Цзян Юань отправила домой Минсю, а затем отправила домой Чжоу Сяна.

Не видя Чэньин несколько дней, ее цвет лица выглядел намного лучше. Чжоу Сян спросил ее о ее недавнем лечении и сказал, что он может немного расслабиться и заснуть.

Наконец он проснулся, когда было почти время обедать. После выхода из полета он был так занят, что забыл включить телефон. Когда он, наконец, включил его, прозвучало несколько пропущенных звонков, все из CaiWei.

Он быстро перезвонил.

Голос CaiWei звучал несколько удрученно:»Чжоу Сян. Публично заявить. У меня есть кое-что к тебе спросить.

Сердце Чжоу Сяна упало. Он подозревал, что его отношения с Минсю, вероятно, достигли ушей CaiWei. Это неудивительно, учитывая невообразимую широкую сеть контактов CaiWei.

Когда Чжоу Сян подумал об этом, он не захотел пойти к нему и просто проигнорировал это. Но когда он подумал, что ему все еще придется доложить в компанию завтра, затягивать его бесполезно, он мог только взять себя в руки, чтобы прямо согласиться.

[Минсю встречается со следователем]

«Президент, ты здесь». Лидер команды Ван встал, чтобы пожать руку Минсю.

Минсю также пожал ему руки. Затем с небольшим нетерпением:»Лидер команды Ван, я бросился сюда после выхода из рейса, пожалуйста, расскажите мне о последнем статусе этого дела».

Минсю находится в офисе лидера команды Вана. На его столе перед ним куча фотографий и более десяти фотографий, размещенных на доске. Все они — фотографии, связанные с домашним ограблением Чжоу Сян.

Лидер команды Ван не стал беспокоиться о чепухе и сразу понял:»Мы тщательно проанализировали этот дверной замок и пришли к выводу, что замок не был поврежден. Цилиндр замка был старый, но серьезных царапин не было. Существует 90% вероятность того, что это могло быть открыто с идеально подобранным ключом, а оставшиеся 10% могли быть средством разблокировки высокого уровня ura, но мы все больше склонны к первой возможности».

Минсю подавил пульсацию в его сердце:»Вы говорите, что этот замок мог быть открыт с помощью ключа?»

«Очень высокая вероятность того, что это так».

Минсю подумал о XiRong, подумал о CaiWei, а затем подумал о Чжоу Сян.

Это единственные люди, которые знают запасной ключ, тогда человек, который отпер дом…

Минсю тихо ответил:»Завтра я тебе кое-что дам. Это запасной ключ к этому замку. Посмотрите, сможете ли вы найти какие-нибудь подсказки».

Руководитель команды Ван похлопал себя по бедрам:»Президент, почему вы не дали нам такую важную вещь раньше!

Минсю мало что знал о расследовании уголовного дела. Он просто не хотел брать ключ от его первоначального места, потому что он все еще питал мечту, что Чжоу Сян вернется однажды, и боялся, что этот сон разрушится, если он не сможет открыть дверь…

В этот критический момент, если он сможет взломать эту оболочку, он сможет разрешить свои самые большие и самые важные сомнения. Он не может думать слишком много. Он рассказал руководителю команды Ван о своих предположениях относительно СиРонга и КайВэй, но он скрыл их имена.

«Президент, если вы так говорите, то мотивы и подозреваемые по этому делу должны быть пересмотрены, более того, вы сказали, что один из них видел подозреваемого сзади. В этом случае, можете ли вы попросить его помочь нам в просмотре некоторых видеозаписей наблюдения с перекрестка, чтобы выяснить, сможем ли мы найти подозреваемого в розыске? У нас уже есть доступ к двум видео наблюдениям, которые могли запечатлеть окрестности в течение этого периода времени. Всякий раз, когда он может прийти, мы могли бы наблюдать за этим».

Минсюй на мгновение подумал:»Хорошо, я дам ему знать. Мы будем смотреть это вместе.

Глава 78 - Почему вы так похожи на моего брата Чжоу Сяна?

Местом, куда ЦайВэй позвал Чжоу Сяна, был небольшой ресторан Синьцзян, который они часто посещали в те несколько лет после выпуска, пока боролись за свое становление. По слухам, этот ресторан существовал уже не менее 20 лет. Его вход был скромно оформлен старомодным декором, но он пользовался популярностью. И менеджером, и поваром там был толстый дядя уйгурской национальности, громкий смех которого можно часто было услышать издалека.

В свое время, они с ЦайВэем частенько после работы приходили сюда, чтобы поесть, выпить немного вина и поговорить о том, как они будут жить, если разбогатеют в будущем.

В итоге, ни он, ни ЦайВэй не стали очень богатыми людьми, но жизнью своей они были довольны. Испытывая к этому маленькому ресторану сентиментальные чувства, они часто посещали его. Однако, со временем, они появлялись здесь все реже и реже. Тем более, что ЦайВэй привык назначать встречи с различными крупными боссами и знаменитостями в роскошных отелях и ресторанах. Сидеть в темном заведении, подобном этому, в костюме стоимостью в несколько тысяч, было бы неуместным.

Чжоу Сян не ожидал, что ЦайВэй назначит ему встречу здесь.

Этот маленький ресторан остался таким же, как и прежде. Чжоу Сян заметил это издалека.

Он прошел прямо в заказанный кабинет, где его уже ждал CaiWei за столом, полном еды, которую они любили и часто заказывали в прежние времена. В центре стола выстроились шесть-семь бутылок пива и две бутылки белого вина.

Чжоу Сян была хорошо знакома подобная обстановка — Цай Вэй был настроен напиться.

«Вэй Гэ», Чжоу Сян немного нервничал. Интуиция подсказывала, что CaiWei разыскивал его с целью выяснить несколько вопросов, связанных с Минсю.

CaiWei посмотрел на него внимательно:» Присаживайся, я уже сделал заказ».

Чжоу Сян сел отдалившись на безопасное расстояние от ЦайВея. Он сделал это подсознательно, но ЦайВею показалось, что это произошло преднамеренно.

CaiWei открыл бутылки и каждому налил по бокалу пива и спиртных напитков.

Чжоу Сян кивнул:»Вей Гэ, ты выглядишь для меня сегодня…

Цай Вэй стиснул очки:»Снизу вверх».

Губы Чжоу Сяна слегка задрожали. Эта знакомая атмосфера заставила его чувствовать себя немного беспомощным.

Чтобы подавить свои страхи, он схватил бутылку и решительно наполнил большой стакан.

ЦайВей спросил:» До меня дошли слухи о вас с Минсю. Скажи мне, они правдивы? Если ты действительно относишься ко мне, как к брату не скрывай этого от меня».

T / N Тесная дружба CaiWei и Чжоу Сян почти такая же, как у братьев, поэтому они с любовью использовали бы братьев, чтобы обращайтесь друг к другу в этом смысле. Вот почему Чжоу Сян обращается к жене Цай Вэя как к золовке.

Чжоу Сян вытер рот. Он не осмеливался взглянуть на ЦайВэя, и потому направил взгляд на горячие блюда на столе:»Это правда».

Рука КайВэй, державшая бутылку вина, замерла, но затем он сильно ударил ею по столу, и, яростно хлопнув Чжоу Саня по голове, воскликнул:» Ты совсем тупой!!»

Чжоу Сян опустил голову и, сжав губы, промолчал.

«Зачем? Чего ты добиваешься? Статуса? Скажи мне, чего ты хочешь?»

Чжоу Сян медленно повернулся и посмотрел на ЦайВея слегка покрасневшими глазами:»Нет».

Увидев выражение его лица, ЦайВэй был ошеломлен. Затем он опустил руку, сразу почувствовав свое бессилие.

голос Чжоу Сяна дрожал:»Вэй Гэ, извини, я тебя подвел».

КЦайВэй тяжело вздохнул, его сердце было полно беспомощности.

«Сукин сын. Ну нет же,……», — пробормотал ЦайВей — «Твоя мать лучше?»

Чжоу Сян кивнул.

ЦайВэй с грустью сделал несколько глотков:»Ты сам выбрал этот путь. Не сожалей после».

Чжоу Сян покачал головой:»Ничего не стоит… стоит сожалеть».

«Тогда я дам тебе совет, просто возьми деньги, но не надейся на что-то большее. У Минсю уже в сердце кто-то есть (T / N), и другим туда нет дороги.

T / N CaiWei знает, что человек, у которого Минсю в сердце, старше Чжоу Сян

Чжоу Сян усмехнулся про себя: «Хорошо».

Это ощущение… никто не сможет понять его лучше, чем он, переживший это в течение двух жизней.

Цай Вэй качнул бутылку вина и ударил ею по старому столу, горько улыбнувшись:»Чжоу Сян, Чжоу Сян, Чжоу Сян…… Скажите мне, это это имя проклято? Почему оно всегда попадает в руки этого человека, почему… блин, почему?»

Чжоу Сян молча налил вино. Сейчас оно было кстати. Алкоголь поможет забыться.

ЦайВэй коснулся стола: «А знаешь, что это за место?» Спросил он, но тут же ответил: «Это место, где мы с моим братом (старшим Чжоу Сяном) часто тусовались. Я очень хотел бы снова выпить с ним.»

Чжоу Сян вдохнул носом. Ему захотелось сказать ЦайВэю правду: » ЦайВэй, я…»

Именно в этот момент ЦайВэй неожиданно повернулся, взглянув на него. У него было сложное и мрачное выражение лица, будто он что-то подозревает.

«Чжоу Сян, иногда я чувствую, что ты действительно не так прост».

Чжоу Сян изумился: «Вэй Гe?» Он не понял, что хотел сказать ЦайВэй.

Чжоу Сян не знает, что хотел сказать КайВэй. — Вообще убрать этот абзац, т.к. при корректировке он слился с предыдущим.

«У меня бывает чувство… Вы слишком похожи с ним. Настолько, что иногда нам с СиРонгом кажется, будто вы вдвоем — один и тот же человек.

Чжоу Сян был ошарашен.

Цай Вэй похлопал Чжоу Сяна по плечу: «Есть вещи, о которых я никогда не спрашивал, но умалчивание удушает. Во-первых, я никогда не говорил тебе, что иду к Лао Чжоу, чтобы поесть. Как ты узнал, что его жена готовит сладкие и кислые свиные ребрышки? Так же, ты сказал Лао Чжоу, будто я рассказал об этом. Чжоу Сян, к чему эта ложь?»

ЦайВэй всегда поражал выносливостью в отношении алкоголя, даже при смешивании пива с вином. К этому моменту он уже опьянел, наравне с Чжоу Сян. Они так и не притронулись к еде. Они пришли пить, и теперь были пьяны.

Он решился спросить потому, что Чжоу Сян уже был нетрезв.

Чжоу Сян непроизвольно сжался и невнятно ответил: «Я… я слышал от других».

«Слышал от кого?»

Чжоу Сян покачал головой:»Я не помню».

«Этого ты не помнишь… Тогда как на счет моей дочери? Это ты помнишь? Так как у нас родился один ребёнок, никто во всей компании не в курсе, что моя жена была беременна двойней. Кроме Чжоу Сян. Никто, кроме моего брата Чжоу Сян, не знал. Откуда это известно тебе? А? Откуда ты, блядь, узнал?

ЦайВэй надвигался все ближе и ближе, наконец он схватил Чжоу Сяна за воротник. Лёжа половиной своего тела на груди Чжоу Сяна, он воскликнул:»Чжоу Сян! Чжоу Сян, брат, который Чжоу Сян ты!? Почему ты так похож на моего брата!? Какого черта ты должен быть так похож на моего брата!? Кто ты, Чжоу Сян?!

«Вей Ге, Вей Ге, ты слишком много выпил. Я отвезу тебя домой, хорошо?

ЦайВэй, держа его за воротник, притягивал все ближе и ближе к себе, и, наконец, Чжоу Сяна увидел взгляд, который заставил почувствовать сильную боль. Он хрипло пробормотал:»Вей Ге, прости меня».

«К чему эти сожаления? Скажи мне, как ты узнал об этих вещах?» ЦайВей, крепко сжав руку Чжоу Сяна, пристально смотрел в его глаза.

Чжоу Сян глубоко вздохнул:»Вэй Гэ, я сначала отведу тебя назад, я…»

ЦайВэй не позволил себя увести, лишь хрипло произнес: «Эти вещи… Я не собирался ни говорить, ни спрашивать, но я не ожидал, что ты будешь с Минсю. Как может быть так много совпадений в мире? Одно за другим…» Речь ЦайВея стала неразборчивой, а лицо ученика постепенно выходило из фокуса.

Они быстро опьянели, и теперь у обоих кружилась голова. Чжоу Сяна тоже захлестнули сильные эмоции, и он, рыдая, повторял снова и снова: «Вэй Гэ, извини, извини меня».

«Извини мою задницу…» Чжоу Сян оплатил счет и поддержал его из ресторана, чтобы приветствовать такси.

В машине ЦайВэй продолжал бормотать. Он беспорядочно говорил, в одно мгновение вспоминая их прошлое, а в следующее утверждая, что Чжоу Сян был плохим другом.

Пока они добирались до дома ЦайВэя, Чжоу Сян подавил свое желание всё рассказать. Он не решился остаться и, после того, как ЦайВэй устроился, сказал несколько слов своей невестке и ушел.

Он спустился на улицу, где холодный зимний ветерок взбодрил его, заставляя трезветь. Двигаясь в направлении своего дома, он всерьез раздумывал, стоит ли сознаваться ЦайВэю или нет.

Сначала он не осмеливался никому рассказывать, опасаясь, что ему не поверят. А наоборот, будут относиться к нему как к иностранцу. В конце концов, как можно просить других поверить в нечто, настолько невероятное? Позже не решался потому, что у него возникли финансовые затруднения и он не хотел»вынуждать» ЦайВея помогать ему. Сейчас эти проблемы были смягчены. Независимо от того, что ЦайВей думал обо всем этом, он всегда был самым надежным другом. И раньше, и в настоящем, CaiWei постоянно оказывал ему поддержку. Чжоу Сян также мучился, думая о том, что КайВэй чувствует себя обманутым, при этом испытывая боль из-за его смерти

Рассказав все ЦайВею, он освободит их обоих от этих мучительных ощущений.

По крайней мере, Цей Вейне перестанет винить себя из-за него. Что касается его, то можно будет избавиться от бремени этого большого секрета. Человеку, которому ты доверяешь, можно открыться в том, что он, Чжоу Сян, когда-то был другой личностью. Это также можно считать искуплением для себя.

Быть может, с помощью ЦайВея ему удастся вернуть вещи своих родителей. У него больше не было надежды вернуть квартиру, но вещи, оставшиеся в ней, были заполнены его детскими воспоминаниями и он хотел получить их обратно.

Чжоу Сян размышлял снова и снова. В конце концов, он решил улучить подходящий момент, чтобы рассказать ЦайВею правду. Он просто подождет… подождет, пока ЦайВей не протрезвеет. Затем он принесет две бутылки хорошего вина, найдет тихое место и расскажет ему обо всем, надеясь, что друг сможет простить его.

На следующий день Чжоу Сян не пошел в компанию. Он догадывался, что ЦайВей не сможет встать, поэтому (Чжоу Сян) просто решил не идти.

Он уезжал из дома на две с лишним недели, поэтому следовало провести некоторое время с Чэнь-Ин. Сегодня днем он отправился вместе с Чэнь-Ин в больницу на лечение диализом.

Чэнь-ин успешно выздоравливала, но необходимость делать диализ дважды в неделю действительно истощает человеческую силу воли. Она не могла долго ходить и выполнять тяжелую работу. Будто вся ее жизнь зациклилась в больнице. Чэнь-ин не жаловалась, но Чжоу Сян всегда замечал, как она непроизвольно вздыхает.

По дороге домой Чэн Ин снова вздыхала. Чжоу Сян не мог не спросить:»Мама, почему ты всегда вздыхаешь в последнее время, разве у нас не все хорошо сейчас?»

Чэн ИН улыбнулась:»Я думаю… я думаю о том, когда ты сможешь жениться?»

Чжоу Сян улыбнулся:»Это…»

«Я не говорю о женитьбе на женщине. Будет хорошо, даже если ты найдешь хорошего парня. В этом году тебе исполняется двадцать семь лет. Нехорошо быть одному. Мама не сможет быть рядом всегда. Ты не сможешь всегда оставаться со старушкой.

«Что вы говорите? Пока вы продолжаете лечение, у вас не будет проблем с тем, чтобы прожить еще два-три десятилетия».

Ченинг усмехнулась:»Я не хочу так долго жить. Это пытка. Ах Сян, ты действительно не нашел никого совместимого? Не бойся. Я действительно не против. За два года, что ты провел в коме, я многое поняла. Будет ли это мужчина или женщина, будут ли внуки или нет, нет ничего важнее, чем твоё здоровье и счастье. В тот период я осознала, что, пока, даже оставаясь парализованным, ты можешь открывать глаза и смотреть на меня, я готова заботиться о тебе всю жизнь. Так что твоя гомосексуальность не имеет особого значения, я давно не переживаю об этом. Пока ты счастлив с кем-то, кто тебе нравится, приводи его домой для знакомства. Я не буду возражать».

Чжоу Сян решительно улыбнулся: «Если найдется подходящий человек, я обязательно приведу его домой, чтобы познакомить вас. Сейчас у меня действительно нет времени, чтобы найти кого-то. Я слишком занят работой».

Чэнь-ин, не желая сдаваться, ответила: «Главное найди порядочного человека, лишь бы он не носил юбки и макияж».

Чжоу Сян был ошеломлен: «Вот как ты начинаешь думать …»

-–

«Все здесь,» — сказал Минсю руководителю команды Ван, посмотрев на СиРонга и ЦайВея.

СиРонг вернулся в Нью-Йорк, но не прошло и полмесяца, когда ему позвонили из CaiWei. Он тут же бросил свою работу и бросился обратно. Ничто не не может быть важнее, чем поимка вора.

Он хотел, чтобы вещи Чжоу Сяна вернулись в прежнее сосотояние.

Руководитель команды Ван кивнул и жестом приказал подчиненному начать воспроизведение видео наблюдения..

Несколько человек сидели за компьютером и сосредоточились на экране.

Руководитель Ван пояснил: «По словам господина Лана, подозреваемый появился около 3:30 утра. Это одна из трех камер наблюдения на перекрестке. Поскольку невозможно определить, когда именно подозреваемый вошел в дом, мы начнем наблюдать с 2:00 ночи. Если господин не сможет опознать предполагаемого подозреваемого, станем искать ранее 2:00 ночи. Тогда нам придется просмотреть записи с 10:00 вечера предыдущего дня, а может быть, даже раньше или позже. В случае, если мы не обнаружим его на этой камере наблюдения, есть еще две. Так как вряд ли подозреваемый упал с неба, то он не сможет избежать захвата этими тремя камерами. Но все… это довольно трудоемкое занятие, поэтому будьте морально готовы. Вам, господин Лан, придется сконцентрироваться еще больше, поскольку вы единственный свидетель.

СиРонг кивнул: «Нет проблем, включайте».

Минсю мрачно взглянул на него: «Смотрите внимательно. Определите вора, или сами станете подозреваемым».

СиРонг посмотрел на него, но не ответил, решив сфокусироваться на экране.

ЦайВей тоже внимательно присмотрелся. Он постоянно вспоминал извинения Чжоу Сяна, звучавшие в ушах с момента, когда они выпивали на днях. Его не покидало ощущение, будто нечто давит на его сердце, то, что нельзя проглотить, и от этого ему очень неуютно. Он чувствовал, что соприкоснулся с чем-то, покрытым густым туманом. Вглядываясь в видеозапись, оказавшейся очень размытой из-за тусклого уличного освещения, он не мог избавиться от странного ощущения, что сейчас что-то прояснится.

С отметки 2.00 часов, присутствующие сосредоточились на экране.

Поскольку в это время прохожих было относительно немного, им удавалось рассмотреть людей, мелькавших время от времени. Но, к сожалению, в период с 2.00 до 4.00 часов СиРонг не увидел и тени подозреваемого из своих воспоминаний.

Руководитель группы Ван сказал: «Следующее видео мы посмотрим, начиная с решающего периода времени. Если же на всех трех камерах наблюдения в период с 2.00 до 4.00 часов утра, ничего не обнаружится, мы расширим временной диапазон, вернувшись вновь к первому ролику».

После того, как он сказал это, на экране появилось второе видео, снятое камерой наблюдения.

Некоторые из них уже устали от просмотра видео, особенно СиРонг, который едва осмелился моргнуть.

Когда видео воспроизводилось на отметке 3:30 ночи, на экране внезапно появился человек, выходящий из боковой двери. Он суетливо передвигался, переходя с быстрой ходьбы на бег. В это время он был единственным пешеходом на центральной улице. Его торопливый вид выглядел очень подозрительно.

Сердце СиРонга тревожно вздрогнуло. Он только собирался открыть рот, как руководитель группы первым крикнул: «Стоп!»

Младший полицейский немедленно остановил видео.

Присутствующие задержали дыхание и посмотрели на командира Вана. Ян МинСю спросил: «Что? Это он?»

«Увеличьте, увеличьте и присмотритесь». Командир Ван посмотрел на СиРонга: Господин Лан? Действия этого человека слишком подозрительны. Присмотритесь. Это он?»

МинСю смутно почувствовал, будто спина этого человека ему знакома, но судя по тому, как этот человек бежал, он немного прихрамывал. МинСю не мог разглядеть походку, а изображение было настолько темным и размытым, что четко увидеть не получалось

СиРонг уставился на экран. Он пытался сделать выводы об одежде человека. Как и в тот вечер, вор был в джинсах и синей рубашке с длинными рукавами, но мужчина на экране был без шляпы и солнцезащитных очков. Освещение оказалось слишком темным, а человек слишком далеко от камеры. Что еще более важно, человек на экране двигался почти отвернувшись от них, поэтому лица его не было видно.

Чем больше увеличивалось изображение, тем менее четким оно становилось.

Но даже не имея возможности рассмотреть лицо, СиРонг был уверен, что это был тот самый вор.

Он отметил, что знакомой выглядела не только спина. Походка хромала, припадая на одну ногу, как только человек ступал на неё. Этого он определенно не забудет.

Снова рассматривая спину этого человека, СиРонг даже подумал, что это очень напоминает сцену М. В., которую он видел в тот день, когда Чжоу Сян бежал назад. Похож не только рельеф спины, но даже осанка… Как возможно такое сходство?

В сердце СиРонга зародился ряд вопросов. Главный из них — может ли Чжоу Сян действительно оказаться этим вором? Пусть даже это был всего лишь вид сзади, в данный момент сознание СиРонга больше не могло удержаться от всевозможных диких мыслей.

Имя этого человека, его манера говорить, его карьера…

И то, что сказал руководитель группы Ван: «Дверной замок был открыт запасным ключом».

Все эти, казалось бы, разрозненные фрагменты информации, собравшись воедино, породили в голове СиРонга шокирующее предположение. Из-за подобного предположения он не мог ответить правдиво.

СиРонг, скрыв бурлящие эмоции, спокойно сказал:»Не он. Тот вор был в другой одежде.».

Руководитель команды Ван удивился: «Господин Лан, вы уверены? Мы наблюдали за этим долгое время. Он наиболее подозрителен.

МинСю тоже сдвинул брови после слов СиРонга. Он никогда не доверял ему и, поэтому, сейчас тот казался еще более подозрительным. Но пока не было возможным выяснить, говорил ли СиРонг правду или нет.

СиРонг спокойно ответил: «Нет, это не тот человек. Фигура и одежда совершенно другие».

Разочарованный руководитель Ван беспомощно пробормотал:»Тогда давайте продолжим просмотр».

ЦайВей пристально посмотрел на СиРонга. Он сидел ближе всех. И, когда человек появился на экране, он ясно увидел, как изменилось выражение лица Сиронга, как он наклонился вперед. Если бы не руководитель группы Ван, первым сказавшим»стоп», это слово сорвалось бы с губ Сиронга. Он знал, что СиРонг лгал. Что касается причины этой лжи, он должен выяснить.

Они смотрели записи допоздна, пока у них не закружилась голова, и уже больше не было сил вглядываться. Смотрели очень сосредоточенно, но все же не заметили никого подозрительного. В связи с этим им следовало бы продолжить просмотр видео, но было очевидно, что ни один из них уже не в состоянии. Тогда, определив с ними время следующего просмотра, руководитель группы Ван выпроводил всех троих за дверь.

Когда они подошли к двери, МинСю посмотрел на СиРонга и холодно поинтересовался: » Вы точно уверены, что у Вас нет проблем со зрением?»

СиРонг хмыкнул в ответ: «У меня очень хорошее зрение. Я не ошибусь в человеке и не упущу то, что не должен упускать».

МинСю помрачнел. Он не стал оспаривать злорадного замечания СиРонга. Но, наоборот, глаза его выражали бездонную печаль и уныние, эмоции настолько глубокие, что СиРонг и ЦайВэй были потрясены до глубины души.

Он безжизненно взглянул на двух людей: «Сообщите мне сразу же, как только у вас появится информация». Сказав это, он сел в машину и уехал

СиРонг посмотрел вслед отъезжающей машине, и тихо вздохнул.

ЦайВей схватил сзади Сиронга за плечо и сказал:»Сиронг, я сидел рядом с тобой и видел и выражение твоего лица, и реакцию. Тебе не удалось скрыть это от меня. Ты лгал. Я хочу знать почему».

СиРонг медленно обернулся, его голос дрожал: «Вэй Гэ, я не знаю, как это объяснить. Мои мысли сейчас в беспорядке».

ЦайВэй не собирался его отпускать: «Давай найдем место. Я буду сидеть и ждать, пока ты мне все не растолкуешь!»

Глава 79 - Чжоу Сян встречается с МинCу

Чжоу Сян только что вернулся домой с ЧенИн, когда зазвонил телефон. Подняв трубку, он увидел СМС сообщение от МинСю, с просьбой прийти прямо сейчас. В его планах было самостоятельно заняться готовкой, но теперь ему пришлось уйти под вымышленным предлог.

Когда позже он зашел в квартиру, Ян МинСю еще не вернулся. Чжоу Сян вспомнил, что не успел поесть, и поэтому включил плиту, чтобы приготовить себе лапшу. Пока он готовил, раздался дверной звонок.

Вымыв руки, Чжоу Сян пошел открывать дверь. Он мельком посмотрел в глазок и, решив, что МинСю забыл ключ, отворил дверь. Как только дверь открылась, он замер и оторопело уставился. Приглядевшись, становилось очевидным, что человек, стоящий на пороге, вовсе не МинСю, но очень похож на него, только несколько старше. Как и МинСю, он производил впечатление невозмутимого и замкнутого человека. Подобно МинСю, он своим внешним видом не располагал других людей к сближению, но все же, не был настолько мрачным

Было вполне очевидным, что это старший брат МинСю.

Мужчина, стоявший в дверях, вскользь взглянул на него, совсем не выказав удивления. Он произнес: «Я старший брат МинСю, меня зовут МинСу».

Чжоу Сян кивнул: «Пожалуйста, входите». В большей степени он догадывался о цели появления МинСу. Он слышал, что это очень преуспевающий и многообещающий молодой человек, и в будущем его карьера обещала невероятно далеко продвинуться.

МинСу вошел так, словно это был его дом. Осмотревшись, произнес: «Я слышал, что эта квартира когда-то предназначалась для меня. МинСю бывает таким неразумным. Зачем мне так много места, пока я живу один?»

Он посмотрел на Чжоу Сяна и намеренно подчеркнул: «Но после он поступил куда более опрометчиво».

Чжоу Сян небрежно ответил: «Присядьте. Он скоро вернется. Взаимоотношения с братом Вам стоило бы обсуждать только с ним».

Его совершенно не встревожило появление МинСу, поскольку деньги он уже получил. Сделка по передаче квартиры еще не завершилась, но он не волновался, достанется ли она ему. Обладая такими деньгами и работой, он сможет следить за ходом лечения ЧенИн и оказывать помощь. Естественно, что их отношения с МинСю вовсе не являются той безмерной любовью, когда каждый полагается на другого. Он очень надеялся, что, подобно сценам из мелодраматических сериалов, случится ситуация, в которой старший брат из семьи Ян швырнет ему в лицо чек. И тогда он с радостью обналичит его и исчезнет.

Он мечтал быть как можно дальше от МинСю. Находиться так близко оказалось слишком болезненным. Не будь ЧенИн, он никогда не стал бы мучить себя подобным образом.

МинСу, пожалуй, немного удивился. Парень, который не выглядел встревоженным или смущенным, заставил его чувствовать себя довольно неожиданно. Он действительно не мог понять, то ли у Чжоу Сяна полностью отсутствовал стыд, то ли его сердце действительно было защищено таким мощной броней.

Сев на диван, МинСу спросил: «Как тебя зовут?»

«Чжоу Сян».

МинСу прищурился:»Что?»

«Чжоу Сян. Чжоу, который из герцогства Чжоу, и Сян из «летящего Сяна». Указав на кухню, он продолжил: «У меня готовится лапша, посидите, пока я схожу проверить ее.»

Минсу посмотрел на силуэт спины Чжоу Сяна.

Чжоу Сян? Этого человек тоже зовут Чжоу Сян?

Это имя однажды стало запретным для них с Минсю. В то время, когда бестолковый братец был на грани смерти, ему постоянно приходилось слышать именно это имя от МинСю. Он был чрезвычайно загружен работой, но был вынужден присматривать за братом, скрыв происходящее от семьи. Тогда он даже испытывал желание убить МинСю.

Но не мог этого сделать. Воскрешать мертвых ему пока не дано.

Наконец, ему ничего не оставалось, кроме как обратиться к своему Учителю в надежде, что тот сможет вразумить МинСю. Никто не знал, что Учитель сказал МинСю, но он нашел способ отвести брата от края пропасти. Только это не остановило превращения МинСю из человека в ходячего мертвеца, которым он оставался и по сей день.

Чжоу Сян.

Имя, которое наполняло его ненавистью… имя, которого он избегал, вновь было у него на слуху.

Если бы он не знал, как выглядит Чжоу Сян, возможно, сейчас у него и возникли бы сомнения в его гибели, учитывая навязчивый бред Ян МинСю, не примирившегося с такой реальностью.

Теперь стало понятным, почему брат приблизил этого человека к себе.

Взгляд, которым он смотрел в направлении Чжоу Сяна, оставался бесстрастным; в сердце его царил хаос.

Причиной его визита послужил слух о том, будто МинСю, по сути, «купил» малоизвестного актера в качестве тайного любовника, и к которому следовало присмотреться. Если вдруг этот «некто» окажется человеком надежным, с искренним сердцем, то он готов закрыть глаза на происходящее. Лишь бы только МинСю выбрался из пропасти «Чжоу Сян», что стало намного важней, чем его неприязнь к женщинам.

Но он никак не думал, что, даже спустя три года, МинСю не только не смог выбраться из этой бездны, а, наоборот, погружался в неё все глубже и глубже.

Его охватили отчаяние и безысходность от того, что происходило с младшим братом.

Спустя немного времени Чжоу Сян принес миску лапши: «Господин Ян, Вы уже ели?»

«Я не голоден».

«А я ещё не ел. Вы не возражаете?»

МинСу изучающе взглянул снизу вверх: «Прошу вас».

Чжоу Сян вовсе не чувствовал неловкости, сев за стол и уткнувшись головой в миску с лапшой. Он решил, что ему абсолютно все равно, о чем будут говорить эти двое, и это не то, из-за чего он будет волноваться. И если эта миска лапши станет последней едой в данной ситуации, он с удовольствием съест ее.

МинСю появился до того, как он закончил есть.

Он был явно ошеломлен, увидев МинСу. Затем он кивнул и еле слышно произнес: «Да Ге»

Т / Н Да Ге — старший брат.

Увидев изможденное лицо брата, МинСу почувствовал лишь гнев и обиду. Он указал на Чжоу Сяна: «Как давно это у вас продолжается?»

МинСю холодно ответил: «Несколько месяцев».

«Я только вернулся, а ты уже заставил меня волноваться. Что всё это значит?»

Не ответив, Ян МинСю спросил: «Как я могу встретиться с Мастером ЦзиКун? Мне нужно его увидеть».

МинСю нахмурился: «Мастер в ретрите. Тебе придется подождать»

«Мне необходимо увидеться с ним после».

МинСу подавил свой гнев: «Давай выйдем. Я хочу тебя кое о чем спросить».

Он поднялся и вышел первым.

МинСю недовольно посмотрел на Чжоу Сяна: «Кто позволил тебе открыть ему дверь?».

Чжоу Сян ответил: «Вы слишком похожи. Я взглянул в глазок и просто решил, что это ты». Он отложил палочки для еды: «Я, наверное, пойду».

МинСю, подняв руку, остановил его: «Иди наверх, подожди там».

Чжоу Сян хотел что-то сказать, но передумал. В конце концов, он привел себя в порядок и поднялся наверх. Спор, доносящийся снизу, был едва слышен. Долетавшие звуки оказались совсем тихими, указывая на хорошую звукоизоляцию в доме. И вряд ли бы ему удалось заметить этот факт, не прислушивайся он так старательно. Но даже так ему не удавалось расслышать, о чем велся спор

Что бы ни послужило причиной размолвки, это не его забота. Чжоу Сян посмотрел на часы. Было уже поздно, поэтому он решил принять душ и готовиться ко сну.

Прежде, чем окончательно заснуть, он взглянул на календарь в мобильном телефоне. До годовщины смерти его родителей оставалось всего четыре дня. Время действительно пролетело незаметно.

Проверив свое расписание, он выяснил, что именно на эту дату ЦайВэй организовал для него кастинг в журнале. Он решил перенести его на день позже. В годовщину ему хотелось находиться ближе к своим родителям и провести время на кладбище

Чжоу Сян заснул, лишь только его голова коснулась подушки. Ночью, сквозь сон, он ощутил какое-то движение сбоку. Открыв глаза, он уловил, как темный силуэт скользнул на кровать, пахнув алкоголем.

Чжоу Сян включил прикроватный светильник: «МинСю?»

МинСю, не ответив, растянулся на кровати, обхватив тонкой рукой его талию.

Чжоу Сян поинтересовался: «Когда ты вернулся?» Но тут же понял, что МинСю не был озябшим и находился в той же одежде, в которой появился днём. Стало очевидным, что ему неоткуда было возвращаться, так как он вообще никуда не выходил.

Неужели, всё это время он пил внизу?

МинСю схватил его за отворот и, проигнорировав его вопрос, пробормотал: «ЧжоуСян… знаешь ли ты?… Знал бы ты … Как сильно я по тебе скучал.

Джоу Сян содрогнулся всем телом.

«Ты знаешь? Конечно, ты не знаешь… они тоже в это не верят, только я знаю… ты…» Словно ребенок, МинСю уткнулся лицом в Чжоу Сяна, обняв и отчаянно прижавшись так, как будто он пытался проникнуть в его тело.

Чжоу Сян был растерян, в голове творился полный хаос.

Он зовет Чжоу Сяна… действительно его?… не прежнего владельца этого тела, но… настоящего его? Эти слова можно было понять только так.

МинСю скучал по нему? Неужели? Это потому, что он погиб?

Быть может, Ян МинСю действительно испытывает к нему некоторую привязанность. Всё же, они год прожили вместе. И он никогда бы не узнал об этом, не окажись вдруг»мертвым». В сердце Чжоу Сян перемешались чувства. Он бы не смог точно сказать, какое из них он ощущает. Услышав такие слова в прошлом, он был бы очень счастлив. Вероятней всего, после этого он отдался бы МинСю полностью, и неважно, что тот готов был сделать с ним. К сожалению, вплоть до аварии, МинСю даже не давал ему и проблеска надежды. Теперь же… услышав подобное, он ощутил лишь мурашки по коже.

В неожиданной смерти обнаружились и свои достоинства. Многое из того, чего он жаждал в прошлом, сейчас перестало быть важным.

Тело МинСю, когда он прижался, оказалось очень жарким. Большей часть он лежал сверху, не давая возможности пошевелиться. Позволив Ян Минсю крепко обнять себя, он рассеянно смотрел в потолок. Несмотря на усталость и сонливость, заснуть не получалось.

Чжоу Сян, как сильно мне тебя не хватало…

Насколько он, прежний, был бы рад услышать эту желанную фразу раньше, даже окажись это пьяной болтовней.

Теперь… Уже слишком поздно Он больше не нуждался в этом.

-–

Чжоу Сян ушел ещё до рассвета.

Ему все равно нужно было идти на работу, где он, вероятно, будет занят весь день.

В офисе, куда он зашел за своими вещами, они столкнулись с ЦайВэем.

ЦайВэй казался напряженным, но он открыто посмотрел ему в глаза.

Чжоу Сян уже принял решение, что, после годовщины смерти родителей, он расскажет ЦайВэю правду. Сохраняя свою тайну, он дошел до предела возможностей. Что бы ни случилось потом, сейчас он хотел открыться и стать свободным, также освободив ЦайВэя.

Подобные соображения, облегчив чувство вины и укоры совести, принесли с собой некоторое ощущение покоя и уверенности. Он спросил первым: «Вэй Гэ, с тобой все было в порядке в тот день? Ты много выпил».

Хмыкнув, ЦайВэй ответил: «Я слишком много выпил. Не обращай внимания на то, что я сказал».

«Все хорошо. Я тоже много пил и мало что помню». Чжоу Сян тепло улыбнулся, взглянув на ЦайВэя так же, как в прежние времена.

ЦайВэй, вздрогнув, спросил: » Ты зашел что-то купить?»

«Да, я должен вернуть реквизит съемочной группе»Мэйин». Ай Лю велел мне принести счет».

«Хорошо, иди выполнять свою работу», ЦайВэй развернулся, чтобы уйти.

«Вэй Гэ».

«Мннн?»

«Кое-что случилось, и я не смогу пойти на прослушивание, которое вы организовали для меня 16-го».

Шестнадцатое…

ЦайВэй невольно сжал кулаки и тихо произнес:»Все в порядке». Ответив, он быстро ушел.

Чжоу Сян проводил взглядом спину ЦайВэя. Он чутко уловил, что тот воспринимает их как незнакомцев. Ему было неловко от неизвестности, будет ли ЦайВэй винить его, узнав правду, и сможет ли он простить его.

Чжоу Сян, потерев лицо ладонями, собрался с духом. Затем он пошел выполнять работу, которую ему надо было закончить.

Глава 80 - Первое чувство сексуального удовлетворения

Не успел Чжоу Сян передать документы Ай Лю, как ему позвонил МинСю.

Ответив на звонок, он услышал пьяный голос МинСю. Казалось, что тот еще не пришел в себя с прошлой ночи, но сейчас был уже пятый час вечера. Может ли быть, что он пил до сих пор?

«Чжоу Сян, приди… приди».

«Президент Ян? Вы все это время пили?»

«Не твоё дело, приходи… прямо сейчас».

Чжоу Сян вздохнул: «Хорошо, скоро буду».

И, торопясь вернуться, заказал такси. Когда он вошел в квартиру, его чуть не вынесло обратно сильным запахом перегара.

МинСю сидел на диване. На кофейном столике перед ним перемежались несколько бутылок красного и белого вина. С зардевшимся лицом он откинулся на спинку.

Повернув голову на звук открывшейся двери, он посмотрел на Чжоу Сяна: «Ты здесь. Приготовь мне что-нибудь поесть».

Увидев, что МинСю еще не отключился, Чжоу Сян облегченно вздохнул. Ему совсем не хотелось возиться с пьяным: «Что Вы хотите поесть?»

«Что-нибудь из того, что лежит в холодильнике», МинСю нетвердо встал и пристально посмотрел на него: » Приготовь свои лучшие блюда».

Чжоу Сян кивнул и направился на кухню, чтобы приступить к стряпне.

Ян МинСю прислонился к дверному косяку и пытливо уставился на спину Чжоу: «ЦайВэй рассказал тебе? О том, что дом Чжоу Сяна был ограблен?»

Замерев на мгновенье, Чжоу Сян пробормотал: «Он упоминал об этом».

«Я сомневаюсь, что это вор».

Чжоу Сян, безмолвно охнув, произнес: » Если это не вор, то кто же?»

Взляд МинСю озарился теплым светом: «Я думаю, что это сам Чжоу Сян».

Чжоу Сяна будто оглушили. Обернись он в тот момент, и посмотри на МинСю, то заметил бы ненормальный лихорадочный блеск в его глазах. Но сейчас он не осмелился повернуть головы. Он старался скрыть свои бурные эмоции, продолжая нарезать овощи.

«О чем ты говоришь? Разве этот Чжоу Сян уже не …»

«Руководитель группы Ван упомянул, что не выявлено следов взлома дверного замка. Его открыли ключом, и единственными, кто знал о местонахождении ключа, оказались — я, этот Лань, и сам Чжоу Сян».

Чжоу Сян не смог сдержаться, и усмехнулся «Ерунда. Как мог мертвый человек вернуться и открыть дверь?»

МинСю гневно крикнул: «Он не мертв!!»

Чжоу Сян испуганно вздрогнул. Он обернулся и столкнулся с направленным на него яростным взглядом. ЧжоуСян попытался хоть что-нибудь произнести, но слова застряли в горле и у него ничего не получилось.

Почему МинСю так уверен, что он не погиб? Решать, умер он или нет, будет сторона, действительно причастная к этому. Ему очень захотелось отвесить Ян МинСю оплеуху. Лао-цзы, черт возьми, мертв уже почти три года. Как, черт возьми, он может быть жив, если давным-давно умер? Да, было бы здорово, оставайся он в живых! Этим телом его одарили родители, а теперь он не знал, сможет ли найти их в новом обличии, когда отправится в Дию (T / N).

T / N Как объяснено ранее, согласно идеям даосизма, буддизма и традиционной религии китайского народа, после смерти, душа войдет в Diyu, который является чистилищем, который служит для наказания и обновления духов в подготовке к перевоплощению. Все пойдут в Диджу после смерти, но период времени там неопределенный, в зависимости от тяжести совершенных грехов.

Не мёртв, эти слова «не мёртв». Именно МинСю подтолкнул его к краю гибели, какое право он имеет произносить их сейчас?

Оба мужчины смотрели друг на друга, не желая уступать. В их взглядах бушевала буря эмоций.

Наконец, сделав усилие, Чжоу Сян улыбнулся: «Как скажете, президент Ян. В общем, я, конечно, не знаю». Сказав это, он отвернулся и продолжил готовить.

МинСю тоже замолк и продолжил стоять у двери, украдкой рассматривая Чжоу Сяна и пытаясь понять, что происходит в его сердце.

Когда МинСю покончил с едой, они занялись любовью.

Поначалу все было, как обычно — половой акт в полном безмолвии, приносящий удовлетворение лишь одному. Чжоу Сян, как всегда, по-страусиному зарылся лицом, скрывая эмоции. МинСю, как всегда, вошел в него с силой, не произнеся ни слова. Он толкнулся своим телом с такой мощью, что голова Чжоу Сяна едва не ударилась об изголовье.

С мастерством и мощью Янь МинСю в постели он был знаком давно. Раньше они часто занимались этим ночи напролет, наслаждаясь, и ублажая друг друга. Теперь же, МинСю стремился к удовлетворению только своих желаний и потребностей. Чжоу Сян, в свою очередь, считал это работой и никогда не жаловался. Сделка оказалась удачной и приносила каждому из них желаемое.

Но сегодня с МинСю происходило что-то странное. Намеренно или случайно, он несколько раз погладил его тело. Эти прикосновения были похожи на… на попытку прочувствовать. Места, которых касался МинСю, были чувственными точками его, прежнего, Чжоу Сяна. Он сделал открытие, что, даже находясь в другом теле, именно в этих же местах он оставался уязвимым. И вскоре новые ощущения поглотили его. Инстинкт подсказывал, что МинСю сомневается в нем и пытается проверить. Такое уже случалось не раз и не два; но неожиданным оказалось, что МинСю воспользуется таким методом…

Чжоу Сян изо всех сил контролировал себя, стараясь и не издавать ни звука, но МинСю, казалось, намеренно затягивал свои толчки, сначала очень медленно проникая, а затем плавно выходя, чем окончательно пошатнул его силу воли.

Впервые Чжоу Сян испытал удовольствие, и это его серьезно напугало. Он пытался подавить реакцию своего тела, но сопротивляться нарастающим бурным волнам сильного удовольствия не смог.

С МинСю тоже происходило необычное, его дыхание стало особенно тяжелым, будто он пытался сдерживаться.

Чжоу Сян хрипло произнес: «Хватит… ты слишком много выпил».

Янь МинСю пропустил его слова мимо ушей и продолжил, меняя направление толчков. Он с жаждой проникал в это тело, впервые получая настолько приятные ощущения. Словно человек под ним оказался тем, кто постоянно занимал его мысли.

Возможно ли остановиться в такой момент?

И было все равно, окажется ли это пьяным бредом или чем-то еще, сейчас он просто хотел крепко ухватиться за это чувство. Уже долгое время он не получал такого наслаждения.

Они оба оказались охвачены состоянием небывалого экстаза. Разум был поглощен лишь желанием. И то, с кем именно они занимаются сексом, сейчас оказалось несущественным.

Чжоу Сяну казалось, что он вот-вот захлебнется. Он крепко сжал простыни, сдерживая острые ощущения, которые, казалось, давно отделились от его тела. Сейчас он бы не смог сказать, в каком из тел находится, и в какой из жизней, прошлой или настоящей. Это знакомое чувство заполонило все его воспоминания, заставляя забыться.

В этот момент для него стало не важным, в каком из тел он находился.

-–

Под воздействием спиртного МинСю заснул очень крепко и даже не заметил того, как Чжоу Сян встал и тихо вышел.

Закутавшись в пальто, Чжоу Сян направился к дому. Квартира, которую он снимал, находилась неподалеку, дойти можно всего за 20 минут. Но из-за безудержного секса, которому он предавался всю ночь, ноги непрерывно дрожали. Каждый сделанный шаг напоминал ему о случившемся минувшей ночью

Это было слишком безумно… Не оставайся у него зачатков разума, он решил бы, что вернулся в прошлое.

Он не знал, почувствовал ли разницу Ян МинСю. Оставалось надеяться, что тот был настолько пьян, что полностью забудет обо всем после пробуждения. Иначе невозможно представить, как можно будет объяснить безупречную совместимость их тел.

Ситуация может оказаться довольно ироничной. Если поразмыслить, то, возможно, МинСю затягивает текущее противостояние между ними из-за секса, что был довольно приятным. Тогда, в прежнее время, мысли Чжоу Сяна были полностью заняты Ян МинСю, так, вдруг, и Ян МинСю сейчас не готов отпустить по такой же причине. Мужчины все одинаковы.

Сейчас Чжоу Сян слишком устал, чтобы размышлять о будущем. Каждый день ему приходилось решать такое количество проблем, что времени расслабиться попросту не оставалось. Иногда в его голове вертелся такой объем нерешённых вопросов, что хотелось просто забыть о них, и обрести, хоть ненадолго, немного покоя.

По возвращении домой, Чжоу Сян принял душ и заснул. Проснулся он уже в полдень. Они с ЧэньИн отправились в больницу на очередной курс диализа. Затем они провели спокойный день за покупками, готовкой и просмотром телевизора вместе.

На следующее утро Чжоу Сян вышел из дома, полностью одетый в черное.

Он купил букет цветов, спиртных напитков и сигарет и затем вызвал такси на кладбище в пригороде.

Когда его родители умерли, государство не было строгим в управлении кладбищами, даже заплатив за похороны. В отличие от него, он не может позволить себе быть похороненным здесь.

Пройдя по кладбищу вдоль рядов безмятежных надгробий, он приблизился к месту захоронения родителей. Это место он никогда не забудет.

Опустившись на землю, Чжоу Сян вгляделся в близкие, но, в то же время, далекие лица на надгробии.

Он думал, что после стольких лет уже давно смирился. Но, пережив так много всего в эти дни, ему необходимо было поделиться своими обидами. Он сидел перед могилой родителей, и на душе у него было особенно неуютно.

«Папа, мама, я здесь, чтобы увидеться в вами. Вы не узнаете меня в таком виде, но я Чжоу Сян. Я действительно Чжоу Сян. Я ваш сын. Неважно, как я выгляжу…» В конце концов, эмоции так его захлестнули, что неожиданно захотелось заплакать.

Глава 81 - Друзья находят выход

«Папа, мама, извините, я не смог сохранить данное вами тело. Не знаю, как это объяснить. Я умер, а затем очнулся в теле другого человека. На самом деле, смерть — это пустяк. Я мог бы воссоединиться с вами обоими. Но поскольку, пусть и в чужом теле, я все еще жив, то хочу жить хорошо. И я знаю, вы обязательно хотите, чтобы мне жилось лучше…»

Чжоу Сян пил, прерываясь на рассказ о случившейся абсурдной ситуации. Его сердце хранило слишком много секретов, которыми не с кем было поделиться. Теперь он хотел открыть всю правду и рассказать своим родителям о том, что его угнетало.

Он совершенно забыл о времени и месте, в котором находится.

До тех пор, пока не услышал шаги позади себя. Он хотел оглянуться, но тут раздался знакомый голос, дрожащий и полный недоумения:»А, Сян?»

Чжоу Сян замер.

ЦайВэй всматривался в спину этого человека в черной ветровке, сидящего на земле перед ним. Огромная надежда и, одновременно, страх, почти заставили выпрыгнуть его сердце из груди.

Чжоусян обернулся и увидел Лан СиРонга с тем же выражением лица. Не встречаясь взглядом, воспаленными глазами СиРонг пристально изучал его спину, губы его побледнели, став бескровными.

Никогда раньше Чжоу Сян не подумал бы, что может потребоваться столько мужества лишь для того, чтобы повернуться. Воспользовавшись остатками сил, он заставил себя развернуться. Он смотрел на двух знакомых ему людей, Цайвэя и Лан СиРонга. В тот же момент он почувствовал, как немеет кончик носа. В глазах всё поплыло.

Состояние ЦайВэя сменилось с испуганного на восторженное, а затем на свирепое. Буквально через секунду он подбежал, повалил Чжоу Сяна на землю и, взревев»Чжоу Сян!», ударил его кулаком по лицу.

Чжоу Сян и ЦайВэй были знакомы более десяти лет. На его памяти, они подрались лишь однажды, в их первую встречу. Он даже не помнил почему. После той стычки они пошли выпить, и с тех пор оставались большими приятелями.

Когда тяжелый кулак опустился на его лицо, Чжоу Сян подумал: насколько же сильна рука у ЦайВея?

По лицу ЦайВэя текло из глаз и носа, но он продолжал безудержно наносить удары по Чжоу Сяну, бессвязно проклиная его:»Я, блядь, убью тебя, мудак! Ты ублюдок! Ты сукин сын! Чжоу Сян, ты гребаный мудак …». Когда у ЦайВэя иссякли силы, двое мужчин обнялись и заплакали.

СиРонг, присев на корточки, попытался разнять их, но его руки не были достаточно сильны. Наконец, он сдался и, следуя за ними, заплакал.

Утром на кладбище было пустынно. Холодный и мрачный воздух заполнил все его уголки. Сцена, когда трое мужчин обнимаются и плачут, выглядела странной, но поток эмоций, похожий на прорыв плотины, невозможно было остановить, как бы они не хотели.

После сумасшедшей эмоциональной скачки, трое устало сидели в кафе, заняв отдельную комнату. Им было о чем поговорить, но они не знали, с чего начать. Чжоу Сян уже потерял счет всем «Прости», что он произнес сегодня. Короче говоря, у него уже пересохло в горле.

Наконец, ЦайВэй мрачно произнес: «Не будь мы сегодня перед твоими родителями, я бы убил тебя».

Промолчав, Чжоу Сян опустил голову.

Лан СиРонг глубоко вздохнул: «Давайте сначала успокоимся и поговорим о … Расскажи нам, что происходит. Прямо сейчас я все еще…. все еще не могу в это поверить».

Они с ЦайВэем обсудили бесчисленное количество вариантов, и в итоге, остановившись на самом невероятном, но, в то же время, показавшимся наиболее логичным, пришли проверить свои догадки. Он не ожидал, что их подозрения оправдаются. На мгновение восторг и ярость сошлись воедино; наряду с благоговением перед чем-то столь непостижимым, ему было трудно привести свое состояние в равновесие.

Все, случившееся сегодня, было похоже на сон.

Сян Ге не умер, но проживает жизнь в теле другого человека!

Выпив немного воды, Чжоу Сян пробормотал: «Я… давайте начнем с самого начала». Он вспомнил свою панику и страхи, когда он, еще будучи своим истинным «я», затерялся в ту дождливую ночь. «После того, как мы вошли в горы, начался ливень, который и вызвал оползень. Наша команда, из более, чем 20 человек, разделилась. Я сбился с пути и растерянно бродил по горам. Мой мобильный телефон был разряжен. Я соскользнул со скалы. Эти…… я думаю, что вы, ребята, наверняка понимаете.»

«Команда спасателей больше месяца обыскивала место, где произошел несчастный случай, и все же не смогла найти тебя….»

Чжоу Сян покачал головой: «Я не знаю. Тогда я полностью потерял чувство направления. В итоге, я потерял сознание. Очнулся я уже в больнице, оказавшись в этом теле с этой личностью. А затем узнал, что прошло целых два года.»

ЦайВэй глубоко вздохнул и болезненно схватился за голову: «Почему ты мне не сказал? Почему? Ты был… Мы встречались в больнице. Почему ты не сказал мне, Чжоу Сян!?»

ЛанСиРонг тоже разозлился: «Сян Гэ, может быть, ты нам не доверяешь? Почему тебе нужно было скрывать это от нас?»

Чжоу Сян хрипло ответил: «Вэй Гэ, я не мог этого сказать. Вы, парни, поверили бы в это? Вы смогли бы поверить в такое?»

ЦайВэй и Лан СиРонг одновременно замолчали.

Смогли бы они поверить в это, расскажи им Чжоу Сян в самом начале. Вероятней всего, нет. Если бы не такое количество аргументов, вызвавших у них глубокие подозрения, и запустившие в их сердцах процесс, который позволил им постепенно принять такую возможность, скорее всего, любой человек не смог бы поверить в такую невероятность.

Даже у них, лично убедившихся в этом, в глубине души оставались сомнения. Они по-прежнему сомневались, считая, это слишком невероятным.

Случись с ними подобное, вряд ли они решились бы поделиться этим с кем-то другим.

Лан СиРонг вздохнул: «Вэй Гэ, давай больше не будем об этом. Ты уже ударил его… Самое главное, что Сян Гэ все еще жив». Его глаза покраснели, и он был готов расплакаться.

ЦайВэй вытер лицо; он был настолько взволнован, что не мог говорить. Безусловно, им нужно было многое обсудить, но они не знали, как приступить. Сейчас все трое подумали этом. ЦайВэй заказал много спиртного, и они, отбросив все свои опасения, напились вволю, до полного бесчувствия. В течение этого времени они совершенно не осознавали, что делали или говорили.

Устроившись на диване этой простой отдельной комнаты, и проспали всю ночь.

Чжоу Сян не помнил, как он вернулся домой в тот день. Чэнь Инь сказала, что его привел коллега. По описанию стало понятно, то им оказался Ай Лю. Позвонив Ай Лю, он выяснил, что ЦайВэй позвонил тому, чтобы развезти их по домам.

Тело Чжоу Сяна было грязным, и дурно пахло. Он принял душ и перекусил. Его разум тут же прояснился, а с глаз спала пелена. В этот момент он ощутил,будто возродился заново. Его тело испытало небывалую безмятежность. Тень, окутавшая его сердце, казалось, исчезла. Осознание того, что он избавился тяжкого от бремени, вызывало у него опрометчивое желание выбежать на улицу и закричать. Насколько же приятно это ощущение, когда больше не нужно скрываться. Больше не нужно беспокоиться из-за своих тревог, чувства вины и недоверчивости, которые часто не давали заснуть. Можно говорить и поступать без оглядки на страх, что другие узнают, что его существовании невозможно объяснить наукой. И самое главное, что в этом мире кто-то может доказать, что он, Чжоу Сян, прежде существовал в другом теле, данном ему родителями. Даже окажись он совершенно другим человеком, есть те, с кем бы он мог вспомнить своё прошлое.

Он очень пожалел, что не рассказал об этом раньше. Это чувство облегчения — вот чего он жаждал больше всего за прошедший год.

Чжоу Сян почувствовал себя другим человеком, как будто он внезапно стал невесомым. Когда Чэн Ин заметила эту перемену в нем и спросила: «Сынок, что делает тебя таким счастливым?»

Чжоу Сян мягко улыбнулся:»Многое».

Когда Чэн Ин увидела сияющую улыбку Чжоу Сяна, она удивилась.

С тех пор, как Чжоу Сян пришел в себя, она никогда не видела, чтобы он так улыбался. Казалось, нечто, угнетавшее его, исчезло. После пробуждения ее сын не только утратил свои прежние воспоминания, но и сильно изменился характером. Предыдущий Чжоусян был слабым и вздорным, не имел собственного мнения, любил играть и был очень незрелым. Большей частью он находился на её содержании. Но теперешний Чжоу Сян был очень ответственным, пусть и сам себе на уме. Он выглядит не юнцом, а мужчиной, способным прокормить семью. Она всегда чувствовала, что постоянная хмурость Чжоу Сяна вызвана печальными переменами, случившимися после ее болезни. И даже получив деньги, он не расслаблялся, а работал еще усерднее. Ведь эти деньги были взяты взаймы. Но сейчас Чжоу Сян совсем другой. Она действительно не знала, что именно сделало ее сына таким жизнерадостным, но если он счастлив — это здорово.

Чен Ин улыбнулась: «Например, что?»

«Похоже, в последнее время у меня все наладилось с работой. Похоже, что самочувствие моей мамы налаживается».

«И ничего другого?»

Чжоу Сян коснулся ее седых волос:»Наши дни протекают гладко, разве не это ли счастье?»

Чен Инг улыбнулась: «Счастье… счастье».

«Мам, давай сегодня поужинаем не дома. Я собираюсь сводить вас с тетей Ван в ресторан».

Чжоу Сян пригласил двух пожилых дам поесть сычуаньской кухни. Пока они ели, ему позвонил Лан СиРонг.

Чжоу Сян все еще не знал, как вести себя с СиРонгом. Он поднял трубку и вышел из ресторана: «Привет, СиРонг».

Голос СиРонга звучал очень хрипло. У него был невероятно приятный, бесценный тембр. Но сейчас он пострадал от частых выпивок, что, вероятно, привело к простоям в работе. СиРонг произнес: «Сян Гэ, я хочу тебя видеть».

Чжоу Сян вздохнул:»Сегодня?»

«Чем скорее, тем лучше».

«Тогда сегодня. Прямо сейчас я ем. После этого отвезу маму домой и найду тебя».

«Где ты? Я заеду за тобой, а, заодно, и ее отвезу домой».

Чжоу Сян дал ему адрес.

В тот момент, когда он повесил трубку, рекламный щит на противоположной стороне улицы замерцал в свете фонарей. Он с удивлением обнаружил, что это была реклама с его участием, выпущенная в прошлом месяце для одного застройщика. Он не ожидал, что ее будут демонстрировать в таком посещаемом месте.

Очевидно, рассматривая билборд с широко раскрытым ртом, он привлекал к себе внимание. Проходившая мимо пара не могла не заметить его. Девушка быстро перевела взгляд с него на рекламный щит и удивленно воскликнула:»О! Вы и есть та самая модель».

Чжоу Сян внезапно почувствовал себя немного смущенным и улыбнулся:»Ах, да».

Мужчина улыбнулся:»Брат, ты красивее, чем предыдущий».

«Спасибо».

«В самом деле, посмотри на себя».

После того, как они ушли, Чжоу Сян продолжал испытывать волнение. Много лет он был дублером на второстепенным ролях, и его никто никогда не узнавал. Он впервые столкнулся с подобным в своей жизни. Возможно, после выхода в эфир видеоклипа СиРонга на него обратят больше внимания. Он действительно надеялся, что сможет добиться хоть какого-то признания; слава напрямую связана с деньгами.

Глава 82 - Возможно, его тело найдено

СиРонг прибыл очень скоро, но в ресторан заходить не стал. Вместо этого он подождал их на парковке. Будет очень неприятно, если в итоге его узнают.

Опасаясь, что мама может неправильно понять, Чжоу Сян, прежде чем они сели в машину, сказал, что Лан СиРонг ему просто друг.

СинРонг припарковался в углу стоянки и остался ждать у машины.

Увидев приближающихся Чжоу Сяна, его маму и тетушку, он опустил шарф, закрывавший половину его лица, и улыбнулся, подойдя для приветствия:»Сян Гэ, тетушка.»

«О, эй, разве это не…» слишком громко вскрикнула тетя Ван.

Глаза Чэнь Ин тоже расширились при виде его. Зная, что сын работает в сфере развлечений, она все равно думала, что ему далеко до общения с селебрити. Ей так казалось потому, что она еще не видела Чжоу Сяна по телевизору. Все известные ей знаменитости бывали на телевидении, и она не думала, что кто-то из них может находиться рядом с ее сыном. Она и тетя Ван частенько оставались дома без дела и просмотр телевизора оставался их единственным развлечением, поэтому им было знакомо большинство звезд. Этот молодой человек произвел на них глубокое впечатление, потому что он слишком красив и приятен. Когда он улыбается, то лучится светом и теплотой, становясь ещё привлекательней. Люди любого возраста были бы рады иметь такого сына.

СинРонг, приветствуя тетушек, продемонстрировал свою профессиональную улыбку и его глаза изогнулись в форме полумесяца, когда он обратился к ним так ласково.

И ЧеньИн, и тетя Ван были им очарованы, и всю дорогу задавали ЛаньСиРону всевозможные вопросы, например, сколько ему лет, есть ли у него вторая половинка, как он может так хорошо говорить по-английски, есть ли у него другие члены семьи и т.д. Чжоу Сян, по сути, оказался зрителем.

Доставив двух старушек домой, Чжоу Сян вздохнул с облегчением, чувствуя себя немного смущенным: «Обычно они ни с кем не общаются… не обращай на них внимания».

СирРонг повернул голову и пристально посмотрел на него: «Сян Гэ, тебе не обязательно быть таким сдержанным со мной».

Чжоу Сян пока не привык к тому, что СиРонг уже знает о его личности. Он почувствовал себя неловко и с усилием улыбнулся.

СиРонг отстегнул ремень безопасности и приблизился.

Чжоу Сян моргнул, немного насторожившись.

«Я хочу посмотреть на тебя, — тихо сказал СиРонг, заглянув Чжоу Сяну в глаза.

Чжоу Сян вздохнул:»Посмотреть на что».

СиРонг протянул руку и коснулся его лица: «Посмотреть на тебя… посмотреть на твое лицо, я хочу поскорее привыкнуть к нему».

Молодое и красивое лицо СиРонга совсем близко, настолько, что Чжоу Сян мог разглядеть тонкие волоски на его лице в тусклом свете. Его янтарные глаза были полны надежд и печали, словно они готовы пронзить его сердце.

«СиРонг… «

Лан СиРонг протянул руку и обнял его, слегка дрожа телом. «Сян Гэ… Сян Гэ… Это действительно ты? Это ты? Ты действительно жив? Я все еще не могу в это поверить. Я не смею верить, что мне так повезло и ты на самом деле все еще жив. Сян Гэ… — всхлипнул СиРонг. Он обхватил еще сильней, будто боялся, что Чжоу Сян ускользнет.

Он действительно очень скучал по этому человеку. Он никогда не забудет ту безмерную боль и отчаяние, которые испытал три года назад, услышав те сокрушительные новости. Он был в полной растерянности. Он не мог забыть Чжоу Сяна. Он не мог забыть этого человека, подарившего ему столько заботы и тепла в самые отчаянные времена. Он не мог забыть, что не оправдал этой доброты, и не мог забыть свою собственную невежественную, неразборчивую, но искреннюю любовь к этому человеку.

Чжоу Сян провел руками по своим мягким волосам: «СиРонг. Мне жаль. Я не хотел скрывать это от тебя». Когда в мире всего лишь два человека знают кто ты, то любые переживания и чувства одного из них вызывает внутреннее тепло.

«Это не важно, пока ты жив ничто не имеет значения. СиРонг вдохнул тепло Чжоу Сяна, его сердце было полно благодарности.

Пока ты жив…

Лан СинРонг был так тронут, что не сдержал слез.

Чжоу Сян долго утешал его, прежде чем Лан СиРонг отпустил его. Уголки его глаз уже покраснели, а он все не отводил взгляда, старательно всматриваясь в его лицо.

Коснувшись своего лица, Чжоу Сян улыбнулся: «На самом деле, так лучше. Я моложе и красивее, чем раньше».

СиРонг с усилием приподнял уголки рта в слабой улыбке:»Мне все еще нравится, как ты выглядел раньше». Сказав об этом, он тут же немного пожалел. Все же для Чжоу Сяна это, должно быть, более болезненно. Он быстро добавил: «Но так тоже хорошо…»

Чжоу Сян бездумно улыбнулся: «Мне тоже нравилось, как я выглядел раньше. Но я уже привык к этому лицу. Но в целом, это все хорошо… если я могу жить».

На лице СиРонга показалась улыбка сквозь слезы.

Чжоу Сян тихо произнес несколько утешительных слов. Только что успокоившийся Лан СиРонг внезапно о чем-то вспомнил и сошел с лица. Он мрачно спросил: «Сян Гэ, ты и Янь МинСю…» СиРонг стиснул зубы, но больше ничего сказать не смог.

Он не мог понять, почему, даже оказавшись в чужом теле, Чжоу Сян продолжал общаться с Ян МинСю. Вне зависимости от обстоятельств, тот всегда оказывался на шаг впереди него….

Чжоу Сяна слегка изменился в лице и удрученно произнес: «Ты и об этом знаешь».

Индустрия развлечений всегда являлась средой без секретов. За каждым движением и словом здесь следит множество пар глаз. И это тем вернее, чем известней человек. Очевидно, что эти люди не посмеют неосторожно высказаться о Ян МинСю, поэтому они, закономерно, станут указывать пальцем на него. Несмотря на его отсутствие в компании в эти дни, он понимал, что новость об их»любовной» связи с Ян МинСю, несомненно, получит скандальную огласку в WangYuDong.

Но не это его заботило. Сейчас его интересовало только то, что может оказаться пользу. А что может быть надежнее денег? Более того, его не оставляло ощущение, будто он живет в чужой»шкуре». Любое нападение на себя он воспринимал как нечто, его не касающееся. Используя этот довольно эффективный механизм защиты, он, тем самым, успокаивал себя.

Голос СиРонга зазвучал пронзительней: «Сян Гэ, почему ты был с ним? Он все еще тебе нравится? Это именно он погубил тебя! Почему он все еще тебе нравится?!»

Чжоу Сян слабо ответил:»Он мне не нравится, мне нужны только деньги».

«Тогда почему ты не пришел ко мне?»

Чжоу Сян горько улыбнулся: «СиРонг, ты хочешь, чтобы я нашел тебя и сказав, что я Чжоу Сян, занял кучу денег? Я, даже иногда бывая довольно бессовестным, действительно не смог бы открыть рот».

Лицо Лан СиРонга приняло глубоко обиженное выражение:»Почему ты жертвуешь собой? Тетя Чен, она… она не твоя…(настоящая мать)…»

«СиРонг, твоя семья гармонична, цела и невредима. Ты можешь не понять, но я тебе очень завидую. Я особенно хочу иметь мать. Не смотря на возраст, я все еще хочу иметь мать. В результате, когда я проснулся, она у меня действительно оказалась. И пусть в действительности она мне не родная, я все равно хочу заботиться о ней. В конце концов, я занял тело ее сына; ее сын полностью исчез из этого мира. Я не могу бросить ее, будь тому причиной эмоции или расчет. Она больна, и я сделаю все, чтобы вылечить ее. Я должен заботиться о ней, пока она не скончается, и выполнить все, что должен был сделать ее сын».

«Почему это должен быть МинСю, почему это должен быть он? Сян Гэ, разве ты не ненавидишь его?»

Чжоу Сян вздрогнул и медленно пробормотал: «Дело не в том, ненавижу я его или нет. Я просто сделаю то, что должен сделать. Я буду с ним полгода. Через полгода все закончится».

Схватив его за плечо, СиРонг пронзительно посмотрел: «Сколько ты должен? Я заплачу. Ты порвешь с ним прямо сейчас».

«СиРонг… «

Лан СиРонг сурово произнес: «Сян Гэ, раз уж ты воскрес из мертвых, тебе следует начать новую жизнь. Почему ты хочешь продолжать общение с ним?! Я помогу тебе расплатиться с долгом. Мне не нужно, чтобы ты как-то рассчитывался со мной. Если ты захочешь вернуть долг, тогда ладно, если нет, то ничего страшного. Я только прошу тебя больше не связываться с Ян МинСю. Дай мне шанс. Сян Гэ, я всегда думал о тебе. Посмотри на меня. Сейчас, ты можешь просто посмотреть на меня?»

Чжоу Сян схватил его за руку и серьезно сказал: «СиРонг. Между мной и Ян Мин Сю скоро будет заключена сделка. Для меня будет одинаково, получу я что-то от него или от тебя. Ты понимаешь? Я не хочу быть никому обязанным.

«Я не считаю, что ты мне что-то будешь должен, я просто хочу…»

«СиРонг, я знаю, что ты хочешь мне помочь. Просто помоги мне сохранить это в тайне. Это моя самая большая просьба. Позволь мне самому решать свои проблемы. СиРонг, твой»Сян Гэ» не обладает особыми талантами, но в том, что я могу сделать, я не хочу полагаться на других. Не беспокойся обо мне, ладно?»

«Это невозможно», — глаза СиРонга налились кровью, когда он уставился на Чжоу Сяна. «Сян Гэ, ты хочешь, чтобы он снова тебя убил? Как ты мог не усвоить такой урок?….Ты…» Подспудно он не верил, что Чжоу Сян пошел к Мин Сю из-за отсутствия других вариантов. Если МинСю не будет, то Чжоу Сян пойдет и найдет его. Только бы Янь МинСю был… Он подозревал, что Чжоу Сян так и поступит. Главное, чтобы этим человеком являлся Янь МинСю, а все остальное — просто оправдания, которые Чжоу Сян нашел для себя.

Однако, похоже, что сам Чжоу Сян даже не подозревает об этом. Сейчас его главным преимуществом было незнание МинСю о том, что нынешний Чжоу Сян — это тот, прежний (старший) Чжоу Сян. Страдать всю жизнь потому, что он потерял Чжоу Сяна, — вот лучшее наказание для МинСю за гибель Чжоу Сяна.

Сейчас самое важное — разорвать связи между Чжоу Сяном и Ян МинСю. Если уж возникают подозрения у людей, мало общающихся с Чжоу Сяном, то Ян МинСю, тем более, может о чем-то догадаться. Они должны быть разделены, должны быть……

Мозг СиРонга лихорадочно работал, отчаянно пытаясь придумать способ развести этих двоих подальше.

Как раз в тот момент, когда они остановились, в тишине машины внезапно зазвонил телефон Чжоу Сяна.

Чжоу Сян вздрогнул и поспешно взял трубку. Звонок был от ЦайВэя.

«Привет, Вэй Гэ».

«Чжоу Сян, ты сейчас где?»

«Я внизу своего дома».

«Внизу? Что ты делаешь внизу в такой холодный день?»

Чжоу Сян ответил: «А, ко мне зашел СиРонг».

ЦайВэй на мгновение замолк: «Парни, подождите меня там. Я сейчас приеду. Мне нужно обсудить с вами кое-что важное».

В тесном пространстве машины его слова были отчетливо слышны. Тон ЦайВэя прозвучал особенно веско. Отключив трубку, они переглянулись, не понимая, что происходит.

ЦайВэй прибыл чуть более чем через 20 минут. Он, не выходя из машины, велел им следовать за ним.

СиРонг поехал следом за ЦайВэем, тот привел их в отель, в гостевую комнату.

Пройдя в комнату, Цай Вэй ничего не сказал. Первым делом он направился, чтобы налить каждому по бокалу спиртного.

Они вдвоем так ничего и не поняли, пока шли следом и смотрели на ЦайВэя.

ЦайВэй еще не отошел от своего гнева, и поэтому,при всей радости, не был приветливым с Чжоу Сяном. Но сегодня его отношение было значительно мягче. Когда он смотрел на Чжоу Сяна, выражение его лица становилось нерешительным и полным сочувствия…..

Чжоу Сяну становилось все более и более неуютно. Он схватил бокал, протянутый ЦайВэем, и изобразил подобие улыбки:»Вэй Гэ, что это значит?»

ЦайВэй кивнул на бокал: «Сначала выпей».

Проглотив напиток одним махом, Чжоу Сян уставился на ЦайВэя.

ЦайВэй сел напротив. Он взглянул на него, затем на СиРонга и, снова перевел взгляд на Чжоу Сяна. Он открыл рот и мрачно произнес: «Ах, Сян, я хочу вам кое-что рассказать. Надеюсь, вы морально готовы.»

Чжоу Сян немного нервничал, но сохранял внешнее спокойствие: «Вэй Гэ, скажи уже. Я уже однажды умер, и теперь нет ничего, чего бы я не смог вынести».

ЦайВэй тяжело вздохнул: «Ты помнишь землетрясение, которое произошло на границе между Гуйчжоу и Гуанси в прошлом месяце?»

«Конечно, помню. Я как раз в то время был в горах».

«То землетрясение… поскольку магнитуда была небольшой, то разрушений оказалось немного, и было не слишком много серьезных последствий. Но… Сегодня мне позвонила съемочная группа, с которой вы тогда ездили снимать документальный фильм.»

Губы Чжоу Сяна задрожали, он уставился на ЦайВэя, лицо его стало напряженным.

ЦайВэй кивнул: «Землетрясение вызвало некоторые изменения в горах. И, возможно, местные жители нашли… твое… тело».

ЦайВэю, по привычке, хотелось сказать»труп», но сейчас это показалось неуместным. В любом случае, как бы он ни выразился, это не изменит эффекта, который окажет эта находка на Чжоу Сяна.

Чжоу Сян медленно наклонил голову и осторожно обхватил ее руками.

Глава 83 - План осмотра тела

Чжоу Сян и подумать не мог, что однажды ему придется забирать свой собственный «труп». Но ситуация, настолько абсурдная и жестокая, действительно произошла с ним.

Эта новость была настолько шокирующей, что Чжоу Сян не знал, хватит ли у него мужества увидеть собственное мертвое тело.

Глубоко в сердце он еще цеплялся за маленькую иллюзию, надеясь, что, где-то там, его тело лежит в целости. И что однажды Бог будет настолько добр, и позволит ему вернуться в собственное тело. Он воспринимал случившееся, как сон. Но, услышав эту новость, последняя надежда разлетелась вдребезги.

По словам ЦайВэя, установить личность погибшего по внешнему виду было уже невозможно. Строить предположения можно было только по одежде и фото-оборудованию, обнаруженного рядом. Для окончательного подтверждения требуется анализ ДНК. Рассказав это, ЦайВэй хотел узнать, захочет ли он поехать в Гуанси и посмотреть на это. Всё же, это было тело Чжоу Сяна.

СиРонг все это время молчал. Очевидно, что он еще не пришел в себя от потрясения. Он просто положил руку на спину Чжоу Сяна, мягко поглаживая ее.

Спустя долгое время Чжоу Сян поднял голову. Его глаза покраснели, он выглядел очень взволнованным, когда хрипло пробормотал: «Вэй Гэ, пожалуйста, возьми меня с собой. Я… я должен посмотреть. Это тело дано мне моими родителями, поэтому я должен пойти… чтобы справиться с этим.» Он вздохнул -«Пойдем со мной. Боюсь, я не выдержу этого один, — Чжоу Сян прикрыл глаза. Он чувствовал настолько сильную боль, что не знал, как быть.

T / N Китайская поговорка означает, что наши тела — до каждого волоска и кусочка кожи — достались нам от наших родителей, и мы не должны позволять себе причинять им боль. Это из»Книги о сыновней почтительности» Конфуция

Того, что он пережил, никто другой не смог бы испытать и за целую жизнь.

Он увидит тело, которое служило ему более 30 лет, и является свидетельством того, что когда-то он жил и существовал в этом мире. Он знает об этом теле всё. Он — настоящий Чжоу Сян, и это тело справлялось с таким бременем. Когда-то оно было здоровым и энергичным. Но, возможно, сейчас он столкнется с грудой костей. Он просто не знал, как описать свои чувства. Страх? Грусть? Отчаяние? Это все не то, или же…… это так.

СиРонг тихо сказал:»Сян Гэ, я пойду с тобой. Я всегда буду тобой».

ЦайВэй вздохнул: «Конечно, я пойду. Иначе, учитывая, кто ты сейчас, ты не сможешь даже и приблизиться».

Опустошив еще полстакана,Чжоу Сян немного пришел в себя. Он произнес: «Вэй Гэ, я всегда хотел спросить у тебя. Как прошли мои похороны? Вы сообщили моим родственникам?»

Лицо ЦайВэя приняло странное выражение: «Организацией твоих похорон… занимался Ян МинСю».

«Что?» Чжоу Сян был потрясён.»Почему именно он занялся этим? У тебя же есть номер телефона моей тети, верно? В то время……»

ЦайВэй перебил:»Я тогда сообщил твоим родственникам. Те, с которыми ты еще поддерживал связь, приехали. Они хотели унаследовать кое-что из твоих вещей, но Янь МинСю не позволил, так как происшедшее с тобой расценивалось, как дело о пропаже человека. Без свидетельства о твоей смерти, да еще и под давлением МинСю, они ничего не могли сделать. И, так получилось, что все твои вещи находятся в его руках».

«Почему он так поступил?» Чжоу Сян нахмурился: «Может быть, он действительно верит, что я еще жив?»

СиРонг холодно добавил: «Если бы, помогая Ван ЮДуну, он не помешал тебе пойти на церемонию открытия, то тебе не пришлось бы сниматься в том документальном фильме. Ян МинСю чувствует свою вину, поэтому сохранил твои вещи».

Чжоу Сян пригладил волосы: «Вэй Гэ, у есть ли какой-нибудь способ вернуть мою квартиру?»

ЦайВэй покачал головой:»Я действительно не вижу никакого выхода».

Лан СиРонг удрученно пробормотал: «Может быть, есть возможность выкупить её обратно?»

чжоу Сян на мгновение задумался:»Верно. Теперь, когда они нашли мое (тело)…… то могут выдать свидетельство о смерти, и моя тетя унаследует дом, а я смогу выкупить квартиру снова.»

ЦайВэй вздохнул: «Это бесполезно. Минсю никому не отдаст твою квартиру».

Чжоу Сян нахмурил брови:»Почему?»

ЦайВэй уже собирался открыть рот, но Лан СиРонг остановил его своим выражением лица, намекая, что больше ничего говорить не стоит. Он не сомневался, что ЦайВэй так же не хочет, чтобы Чжоу Сян и Минсю снова были вместе. Будет лучше, если Чжоу Сян никогда не узнает о чувствах Янь Минсю к нему.

Ожидаемо, что ЦайВэй сменил тему:»Главная проблема не в этом. Возможно, ты не сможешь позволить себе квартиру».

Чжоу Сян ошеломлено замолчал.

ЦайВэй был прав. Он определенно не может позволить себе квартиру. Средняя цена старой квартиры в этом районе составляет более 20 000 йен за квадратный метр. И хоть площадь его квартиры чуть больше 70 квадратных метров, ее покупка обойдется почти в два миллиона. Он действительно не может себе этого позволить.

СиРонг ответил:»Я куплю её».

Чжоу Сян посмотрел на него:»СиРонг, я не могу позволить тебе…»

«Сян Гэ, — с улыбкой прервал его Лан СиРонг, — я могу рассматривать это как инвестицию, верно? Тебе действительно так необходимо со мной торговаться? В этой квартире хранятся мои воспоминания. Сколько раз я там ел? Сколько раз я смотрел там телевизор? Как и вы, я не хочу расставаться ни с чем в этой квартире. Если все пойдет хорошо и твои родственники смогут продать квартиру, я обязательно куплю ее. Не пытайся меня переубедить.»

Чжоу Сян понимал, что это, вероятно, единственный способ сохранить оставшееся в квартире. Он знал, что Лан СиРонг легко это сделает, так как два-три миллиона для него действительно сущий пустяк. Было бы здорово, если все действительно пройдет так гладко, как они думали. Но, учитывая слова ЦайВэя, Чжоу Сян испытывал некоторые опасения. Он не понимал, почему Ян МинСю держится за эту квартиру. Может ли это быть потому, что МинСю действительно чувствовал свою вину перед ним?»

CaiWei не дал ему времени подумать:»Я уже договорился. Мы пойдем в GuangXi завтра. Чжоу Сян, возвращайся и готовься. Я заберу тебя завтра в 7:30″.

СиРонг присоединился к разговору и добавил: «Вэй Гэ, завтра я пойду с Сян Гэ на встречу с тобой. Тебе не обязательно нас забирать».

«Это сработает. А Сян, не забудь попросить выходной у Ай Лю. Он отвечает за персонал».

Чжоу Сян кивнул, в голове у него царил хаос. Он вытер лицо:»Я собираюсь в туалет». Сказав это, он встал и направился в ванную. Ему нужно было умыться и протрезветь. После того, как он закрыл дверь, СиРонг сразу же спросил: «Янь МинСю знает?»

Цай Вэй кивнул с мрачным выражением лица:»Раньше меня. Он, вероятно, уже в Гуанси».

«(тело)… все еще в горах?»

«Да, в том месте около сорока километров, закрытых для транспортного движения. Все это горные тропы, поэтому передвигаться можно только пешком. Сейчас его вывозят. Сегодня его следует перевезти в ближайший к горе город».

СиРонг слегка нахмурился: «Если мы явимся туда вот так, что мы будем делать, если Сян Гэ столкнется с Ян МинСю?»

«Я постараюсь, чтобы этого не произошло. Мне тоже не хочется, чтобы они встречались, — выражение лица ЦайВэя было немного неуверенным. — Однако я действительно боюсь, что с Ян МинСю может что-то случится. Три года назад он……»

Лан СиРонг пристально посмотрел на него: «Вэй Гэ, не забывай, кто сделал это с Сян Гэ. Только не говори мне, что ты ему сочувствуешь?»

ЦайВэй покачал головой: «Я просто думаю, что всё не так просто, как кажется».

Лан СиРонг встал: «Как бы то ни было, сначала я должен попытаться предотвратить их встречу. Боюсь, что Сян Гэ дрогнет…… После получения результатов ДНК, мы сообщим родственникам Сян Гэ, чтобы они занялись организацией похорон. Чем скорее, тем лучше».

ЦайВэй глубокомысленно изрек: «Мы постараемся……» У него было слишком много забот, которые сгустились тяжелыми тучами над головой.

Выйдя из ванной, Чжоу Сян откинул свою мокрую челку и сказал СиРонгу:»Пожалуйста, отвези меня обратно домой».

СиРонг подошел и, мягко улыбнувшись, похлопал его по спине. «Сян Гэ, я все время буду рядом с тобой. Не бойся».

Чжоу Сян нехотя улыбнулся:»Я не боюсь».

Глава 84 - Освидетельствование тела

Следующим утром они, первым же рейсом, втроем вылетели в Гуанси. Из самолета они пересели в машину и поехали в сторону гор Сивань. Прошло более десяти часов, прежде, чем во второй половине следующего дня они добрались до ближайшего к деревне места.

У Чжоу Сяна еще были свежи воспоминания об этой деревне. Она оказалась последним местом, где они остановились в прошлом году для восстановления сил, прежде, чем пошли на гору. И это было тем местом, где он в последний раз разговаривал по телефону с Ян Мин Сю, будучи собой прежним.

Прошло три года. Эта маленькая деревушка совершенно не похожа на ту, которую он помнил. Изменилась не сама деревня, а то, что обычно пустые и безлюдные улочки были заполнены толпой местных жителей. Все они вышли посмотреть на прибывших.

Когда они втроем приблизились к въезду в деревню, их остановили два человека в гражданском. При этом, короткие стрижки, суровое выражение лиц, жесткий характер и вымуштрованные движения, с первого взгляда выдавали в них военнослужащих.

ЦайВэй спросил: «Дай Ге, в чем дело?»

T / N Dai Ge (大哥) используется для обращения к старшему брату или не связанному с ним старшему мужчине.

Солдат ответил: «Ребята, что вы здесь делаете? Недавно в деревне случилось происшествие, в связи с чем въезд посторонним запрещен».

ЦайВэй изумился: «Может быть, труп… уже доставлен сюда?»

Солдаты удивленно посмотрели на него:»Кто рассказал вам, что вы пришли сюда, ребята?»

«Нам сообщил один из членов команды, отвечающей за установление личности тела. Мы друзья покойного и приехали сюда, чтобы удостовериться в том, что это он и забрать тело».

Солдаты на мгновение заколебались:»Подождите немного. Я позову кого-нибудь». Затем один из них развернулся и пошел в деревню.

Трое человек ожидали у входа в деревню, переглядываясь.

ЦайВэй внушительно сказал:»Что происходит? Почему сюда стянуты войска? И, судя по их позиции, кажется, что их много».

СиРонг оглядел деревню: «Я не уверен, но могу предположить, что именно МинСю привел их сюда».

Чжоу Сян не особо прислушивался к их разговору. Стоя у входа в деревню, и думая, что его тело может быть внутри, он испытывал острую мучительную боль. Он действительно боялся увидеть свое «разложившееся» или скелетированное тело, но он должен пойти и посмотреть, даже если бы он только простился со своим телом. Чжоу Сян вообще не обращал особого внимания на то, что они говорили. Стоя на въезде в деревню, и думая, что его тело, возможно, находится внутри, он испытывал невыносимую боль. Он действительно боялся увидеть»собственные» разложившееся останки, но должен был пойти и посмотреть, даже лишь для того, чтобы попрощаться со своим телом.

Это дало бы ему возможность полностью выдохнуть. Никто в мире не смог бы понять его настроения в тот момент, эту неописуемую боль.

Через некоторое время солдат вернулся с мрачного вида толстяком.

ЦайВэй сразу его узнал — это был человек, руководивший командой в этом году. Его фамилия Сюэ. Он был отправлен сюда боссом для решения вопроса. После обнаружения тела необходимо было решить ряд вопросов, касающихся выплаты компенсации за Чжоу Сяна, и получения утерянного комплекта оборудования стоимостью более миллиона юаней. ЦайВэй слышал, что тяжбы со страховыми компаниями не прекращались, так как оборудование не было обнаружено.

— Сюэ Гэ, — ЦайВэй подошел и пожал ему руку.

Лицо Сюэ Ге было красным, как будто он только что с кем-то ссорился. Задыхаясь, он произнес: «А, ты здесь. Заходи…… А? Зачем ты привел столько людей? Я приготовил для тебя только одну комнату».

ЦайВэй ответил:»СиРонг тоже друг А Сяна. Он настаивал на том, чтобы прийти. А второй человек — из моей компании и босс хотел, чтобы он помог мне.»

Сюэ Гэ повел их в деревню, но они пошли в обход по дорогам. По пути он осторожно прошептал, как будто боялся кого-то: «Постарайтесь, чтобы люди как можно реже вас видели. Вся эта ситуация — настоящий хаос».

«Что на самом деле происходит?»

«Я расскажу, когда мы войдем в дом.» Он вздохнул:»Лао Цай, ты пришел с двумя людьми, но я действительно не могу помочь. Эта фермерская кровать — единственное, что удалось раздобыть после долгих препирательств. Войска полностью захватили этот район. Другого выхода нет и этим двоим придется спать на земле.»

Лан СиРонг ответил: «Все в порядке, на земле так на земле».

Сюэ Гэ смущенно сказал: «Мистер Лан, простите. Вам, ребята, придется немного потерпеть. Сначала отдохните».

«Не проблема».

Чжоу Сян был так встревожен, что находился на грани срыва. Он не мог оставаться спокойным и поторопился спросить:»Се Гэ, когда мы сможем…»

ЦайВэй мгновенно схватил его, заставив разочарованно замолчать.

Сюэ Гэ странно посмотрел на него, и ЦайВэй спросил: «Сюэ Гэ, когда мы сможем увидеть А Сяна? Мы здесь для того, чтобы подтвердить его личность».

«О, в подтверждении уже нет необходимости. Получены результаты анализа ДНК — это он.

В голове Чжоу Сяна стоял гул. Он думал, что подготовлен морально. Он уже смог заставить себя принять факты, но когда он услышал их подтверждение, то почувствовал, как в глазах потемнело, словно он вот-вот отключится.

СиРонг осторожно поддержал его и нежно сжал его ладонь.

ЦайВэй мрачно ответил:»Почему все произошло так быстро?»

«Входите. Пройдёте и поговорите», — Сюэ Гэ провел их в комнату, приготовленную для ЦайВэя.

ЦайВэй поспешно спросил: «Как все могло произойти так быстро? Труп… Тело обнаружили всего три дня назад. Даже если бы его доставили сюда немедленно, это заняло бы около двух дней. Медицинских учреждений здесь так не хватает, что только на отправку образцов для сравнения и их возврата, потребуется по меньшей мере два-три дня. Как результаты могут быть уже известны?»

Сюэ Гэ понизил голос и ответил: «Семья Янь сама привезла сюда врачей и медицинские инструменты. Как вы думаете, почему здесь больше дюжины солдат?»

Хотя его голос был очень тихим, все трое отчетливо его слышали.

— Чего он хочет? — выпалил Чжоу Сян.

Сюэ Гэ нахмурился, задумавшись о том, кто этот человек, открывший рот раньше ЦайВэя.

Цай Вэй обернулся и бросил на Чжоу Сяна предупреждающий взгляд. Он произнес: «Сюэ Гэ, не обращай на него внимания. Мой ассистент немного встревожен. Минсю уже здесь?»

— Он приехал два дня назад, опередив даже меня.

— Тогда прямо сейчас он…… Ах, Сян, как сейчас обстоят дела?

На лице Сюэ Гэ появилось странное выражение:»Довольно неприятная. Я пока не могу уйти. Прибыл не только МинСю, но и его старший брат».

Цай Вэй шокированно посмотрел на него.

Уже собираясь продолжить, Сюй Гэ почувствовал, что некоторые вещи нельзя обсуждать в присутствии других: «Лао Цай, пойдем ко мне. Пусть они немного отдохнут».

Цай Вэю ничего не оставалось, как отправиться вместе с Сюэ Гэ.

СиРонг и Чжоу Сян остались сидеть на ветхой кровати в доме фермера, все еще не оправившись от потрясения.

Согласно словам Сюэ Гэ и тому, что они видели собственными глазами, эта деревня, очевидно, находится под контролем семьи Янь. Что может стоить таких усилий?

Чжоу Сян не мог усидеть на месте: «Я должен пойти посмотреть».

СиРонг вцепился в него: «Сян Гэ, в деревне полно людей, которых привел Янь МинСю. Даже если ты захочешь пойти посмотреть, у тебя не получится. Просто сиди и смотри, сможет ли Сюэ Гэ придумать что-нибудь».

Выражение лица Чжоу Сяна изменилось: «Я действительно не могу ждать. Я должен пойти и посмотреть немедленно. СиРонг, ты не понимаешь, что это моё…… моё тело. Черт возьми, как могла случиться такая нелепость? Я рухну, если ничего не сделаю».

Сиронг посмотрел на его явно необычное выражение. Хотя он не мог пережить то, что переживает Чжоу Сян, он мог немного понять его чувства. Он беспомощно сказал:»Хорошо, тогда. Я пойду с тобой. Сейчас темно, мы можем посмотреть, сможем ли мы проникнуть внутрь……» СиРонг смотрел на его такое необычное выражение лица. Хотя он и не мог испытывать то же, что и Чжоу Сян, но мог отчасти понять его чувства. Он беспомощно сказал: «Хорошо. Я пойду с тобой. Уже стемнело, посмотрим, получится ли у нас прокрасться внутрь……»

«Нет, я пойду один. Двоих легче изобличить, особенно с твоим лицом; многие люди все равно узнают тебя. Если что-то случится, это повлияет на твою репутацию. Я прекрасно справлюсь один».

СиРонг поднялся:»Сян Гэ, я не могу отпустить тебя одного……»

Чжоу Сян схватил его за плечо, заставляя сесть на кровать: «Прямо сейчас ты не можешь мне помочь. Поэтому, пожалуйста, подожди меня здесь. Я пойду посмотрю сам. Я должен пойти и увидеть».

СиРонг знал, что Чжоу Сян прав. Сейчас сложилась слишком странная ситуация. Он просто подождет здесь. Если Чжоу Сян не вернется, тогда он обратиться за помощью к ЦайВэю и Сюэ Гэ.

Чжоу Сян потер лицо и энергично потряс головой, заставляя себя немного успокоиться. Затем он вышел из дома.

Эта деревушка настолько пустынна, что даже не оснащена системой электроснабжения. Электричество подается в деревню от одного генератора. В 9 часов вечера большинство людей уже спят. В деревне было настолько темно, что с расстояния двух метров почти ничего не было видно.

Чжоу Сян бродил взад и вперед по темной деревне. Здесь было всего двадцать дворов, а то и меньше. Большинство людей спали. По пути он почти никого не встречал, лишь иногда поблизости проходили несколько солдат. В конце деревни он, наконец, нашел дом, в котором расположились солдаты. В этом доме не было света, но в соседнем доме было светло, и время от времени кто-нибудь выходил.

Сердце Чжоу Сяна бешено заколотилось. Возможно, его тело находится в доме одного из этих двух фермеров.

Глава 85 - Видя себя

Чжоу Сян долго думал и все еще не знал, как ему попасть внутрь. Поскольку у двери стояло несколько человек, он определенно не смог бы пройти.

Он понимал, что Сюэ Гэ ничего не решает в этом вопросе, поэтому было бесполезно ждать, что он найдет выход. Он не мог больше ждать.

Ему не терпелось увидеть самого себя. Кроме того, он хотел узнать, почему здесь оба брата и почему с ними так много людей. Когда он был жив, то никогда не чувствовал, что Ян Мин Сю сильно заботится о нем, поэтому подобное обращение после его смерти действительно нелепо.

Немного подумав, он решил просто зайти внутрь. Будет невозможным избежать встречи с таким количеством людей, так что он может попробовать.

Он вышел из тени и направился прямо к освещенному фермерскому дому.

Прежде чем он успел приблизиться, к нему подошел солдат и спросил: «Что-то случилось?»

Чжоу Сян отчаянно пытался подавить свое нетерпение: «Я ищу Янь МнСю».

Солдат был ошеломлен, выражение его лица внезапно стало холодным, и он осторожно посмотрел на него: «Кто ты?»

«Я его…… друг».

Другой человек, услышав их разговор, развернулся и вошел в дом.

Спустя некоторое время из дома вышел стройный мужчина и посмотрев на него, Чжоу Сян разглядел в тусклом свете Янь МинСу.

МинСу мельком взглянул на него, затем тихо произнес: «Впусти его».

Чжоу Сян последовал за МинСу.

Освещение в доме было намного ярче. И оказалось, что состояние Янь МинСу было довольно скверным. Вокруг его глаз залегли тяжелые темные круги, словно он пережил какую-то пытку. Весь его облик выглядел подавленным. Он окинул Чжоу Сяна быстрым взглядом и спросил:»Что ты здесь делаешь?»

«Я приехал с ЦайВэем. ЦайВэй… друг Чжоу Сяна, мы пришли, чтобы опознать… личность».

«Опознавать нечего. Человек был мертв в течение трех лет. Как вы думаете, что осталось? Это просто кости».

Сердце Чжоу Сяна мгновенно сжалось. Человек, о котором говорит Янь МинСу, — это не просто случайный прохожий, не собака на обочине улицы, это он… это он, Чжоу Сян.

Янь МинСу не заметил перемен в Чжоу Сяне. Он казался очень обиженным, когда мрачно пробормотал:»Это уже так. Этот парень…. на самом деле, черт возьми, он не может перестать заставлять людей волноваться».

Чжоу Сяну стало так больно, что он, прижав руку к груди, присел на корточки. Он чувствовал только головокружение, как будто небо и земля неумолимо вращались, ноги едва удерживали его вес. Его лицо побледнело, казалось, в нем не осталось ни кровинки, «Кости… остались только кости…»

«А что еще, по-твоему, может быть… Что с тобой?» Янь МинСу бросил на него очередной взгляд и заметил, что с Чжоу Сяном что-то происходит.

Чжоу Сян поднял свое бледное лицо: «Господин… Янь, могу я взглянуть?»

— Взглянуть на что?

«Труп Чжоу Сяна». Он неохотно произнес эти слова. В этот момент он, наконец, осознал в своем сердце, что полностью стерт с лица земли.

«Зачем тебе нужно к нему? Кто ты для него?»

Чжоу Сян не зал, что ответить. Разве мог он сказать, что это тело принадлежит ему? Находясь всего в нескольких метрах, он не имел возможности увидеть свое собственное тело в последний раз.

Чжоу Сян уже совсем оцепенел от горя. Он настойчиво повторял: «Умоляю вас. Пожалуйста, дайте мне взглянуть».

Янь МинСу сильно нахмурился и подозрительно посмотрел на него.

Чжоу Сян поспешно добавил: «Нет, не я, а Вэй Гэ. Вэй Гэ должен увидеть».

«Это невозможно, ребята. Не получится».

Выражение лица Чжоу Сяна стало немного жестким: «Почему?»

Янь МинСу пристально посмотрел ему в глаза и произнес, чеканя каждое слово: «В той комнате мой брат. Он никому не позволяет подходить близко, и не хочет выходить сам. Даже я не могу войти, что говорить о тебе».

Чжоу Сян напряженно посмотрел на него:»Почему?»

Янь МинСу вздохнул:»Ты должен понимать, что ни одно слово, сказанное мною раньше, не должно просочиться наружу. Причина, по которой я здесь, заключается в этом. Если ты посмеешь рассказать другим, то, вряд ли, справишься с последствиями».

«Он… почему он?»

«Почему?» МинСу усмехнулся: «Потому что он сумасшедший».

«Он… он и Чжоу Сян…».

T / N Чжоу Сян имеет в виду, что Минсю поймал себя в комнате с его трупом.

«Да, он ведет себя так с тех пор, как попал сюда, не ест, не выходит из комнаты, не издает никаких звуков, просто оставаясь в той комнате».

Янь МинСу устало потер глаза: «Я намерен подождать еще один день. Если ситуация не изменится, я собираюсь силой отвезти его обратно в Пекин».

Чжоу Сян был потрясен.

Почему МинСю сторожит его кости? Почему он? Какое у него на это право?

В голове Чжоу Сяна стоял гул. Он никак не мог переварить эту информацию. Сцены из прошлого стремительно проносились перед ним. Он испытал на себе и нежную привязанность, и безжалостность Янь МинСю. Но ни разу не почувствовал, что занимает какое-то место в его сердце. Сердце МинСю до краев заполнено ВанЮдуном. Для него там не осталось места.

Но что означает странное поведение МинСю сейчас? Чувство вины? Это просто чувство вины?

Охваченный паникой, Чжоу Сян поднялся с земли и сказал: «Я пойду к нему».

Янь МинСу взглянул на него и устало сказал: «Ты можешь попытаться. Если у тебя получится заставить его заговорить или выйти, я буду у тебя в долгу».

Голос Чжоу Сяна задрожал: «Позвольте мне войти».

МинСу вывел его в соседний дом и вручил фонарик. «Внутреннее освещение поищи сам, ориентируйся по дверям».

Когда Чжоу Сян открыл дверь, его рука, державшая фонарик, сразу вспотела, став влажной и скользкой. Он не мог избавиться от этого леденящего чувства, как только вошел в дом.

Внутри дома было очень темно, в земле много выбоин. Как только он вошел, то увидел сбоку черную печь. Чжоу Сян приблизился к ней. Все, на что падал свет фонарика, выглядело устрашающе. Но ему не было страшно. Слишком много сомнений и переживаний занимало его седце. У него не было сил бояться. Он потянул за шнурок кухонного светильника, и кухня осветилась.

Чжоу Сян отбросил фонарик и повернулся к комнате, находившейся в глубине. В слабом свете он смог разглядеть, что лежало на кровати в спальне.

Его сердце учащенно забилось. Он сделал несколько больших шагов и включил свет в спальне. Комната оказалась маленькой. Он мог видеть все как на ладони, включая останки на кровати, накрытые белой тканью, и человека, сидящего на полу.

Ноги Чжоу Сяна подкосились. Он чуть не упал на землю.

Сейчас чжоу Сян был слишком занят, чтобы беспокоиться о том, жив ли Янь МинСю, сидящий в углу, или нет. Он безотрывно смотрел на скелет на кровати. Янь МинСу сказал правду: здесь не на что смотреть. Когда кожа и плоть человека исчезли, единственное, что осталось — это ужасный белый скелет мертвеца. Не важно, что этот человек когда-то был ближе некуда; сейчас, став этим, его невозможно было узнать.

По лицу Чжоу Сяна быстро и неудержимо потекли слёзы.

Его меньше всего волновало, заметит ли его Янь Мин Сю. Он забыл почти обо всём. Когда-то этот скелет принадлежал его здоровому телу; когда-то это тело было полно жизни. Он не знал, что еще в мире может быть более жестоким, чем видеть собственный труп.

Он почти рухнул. Он испытал такую огромную печаль от потери своих родителей в этом году, печаль, настолько огромную, что ее невозможно описать и не выразить.

В конце концов, Чжоу Сян не решился подойти. Он осмелился взглянуть лишь с расстояния нескольких метров. У него действительно не хватило ни смелости, ни сил приблизиться. Даже его сознательный ум теперь поглотил всю его физическую силу.

Он опустил глаза и посмотрел на Ян МинСю. Тот сидел с закрытыми глазами, прислонившись к стене. Он совсем не казался неподходящим соседом для трупа, потому что сам был похож на мертвеца: с бледным лицом и безжизненным духом. Более того, он вообще не двигался. Даже свет и звуки, проникавшие из внешнего мира, не могли вызвать у него ни малейшей реакции.

Если бы не легкий трепет ноздрей, подтверждающий, что он еще жив, Чжоу Сян действительно подумал бы, что у Янь МинСю нет сердцебиения.

Он никогда не видел МинСю таким безнадежно опустошенным. Он казался полностью истощенным, словно просто куча на земле, представляющая собой всего лишь пустую оболочку.

Неужели Янь МинСю убит горем из-за его смерти?

Чжоу Сян задрожал всем телом. Он хотел подойти к Янь МинСю и спросить его: «Ты убит горем из-за меня?» Если ты действительно так убит горем, то почему ты не сказал мне раньше? Почему ты не сказал мне, прежде чем я умру… что ты, на самом деле, тоже заботишься обо мне в своем сердце?

Почему надо превратится в груду костей, чтобы понять, что сердце Ян Мин Сю разбито из-за него?

Слишком поздно. Слишком поздно, черт возьми. Лао Цзы окончательно умер!

Слезы Чжоу Сяна продолжали безудержно литься. По сравнению с потерей любимого человека, это было более ужасно, более эмоционально, потому что он потерял самого себя. Он потерял свое прошлое… свои чувства… свою личность… свое тело… свою жизнь… все, что было им.

Хотя его душа еще жива, но это уже совсем не он.

В нём снова проснулась ненавидеть к Янь МинСю. Он никогда не хотел возлагать вину за свою смерть на него, зная, что ничего не может изменить. Думай он так, то причинял бы себе еще большую боль. Но сейчас, взирая на собственные останки, он возненавидел МинСю до крайности. Если бы не этот человек, он бы все еще жил и наслаждался своей жизнью в этом теле. Но вместо этого он подобен одинокому призраку, захватившему чужое тело. Не говоря уже о том, что ему пришлось безжалостно смотреть на собственный труп. Он больше не мог смотреть на Минсю, выглядевшего так, словно потерял душу.

Он быстро покинул дом. Выбежав, он не разбирал ни тех, с кем столкнулся, ни звуков, окружавших его. Ему просто хотелось отбежать подальше, чтобы этот долгий кошмар остался позади. Он направился к лесу, но споткнулся о камень и откатился на несколько метров. Судорожно упав на землю, он начал выть и громко кричать. Вид собственных останков не выходил у него из головы, и он не мог этого вынести; ему казалось, что он уже сошел с ума.

Настойчивые крики наполнили его уши. Кто бы ни тащил его, он оттолкнул этого человека, используя всю свою энергию для этого рывка. Он хотел продолжить бежать, но его ноги подкашивались.

Наконец, он почувствовал, как темнота поглощает его, и он рухнул на землю.

Глава 86 - Потому что я его мужчина

Первым, что увидел Чжоу Сян, проснувшись на следующий день, было лицо СиРонга.

Он посмотрел на незатейливый потолок и вспомнил все, произошедшее прошлой ночью. Ему всё это казалось сном, совершенно нереальным.

Лан СиРонг быстро похлопал его по лицу: «Сян Гэ? Ты в порядке? Ты меня слышишь?»

ЦайВэй тоже подошел и обеспокоенно посмотрел на него.

Чжоу Сян долго лежал неподвижно, прежде чем произнёс: «Я в порядке».

Оба испытали облегчение.

СиРонг помог Чжоу Сяну сесть на кровати и налил ему стакан воды.

Чжоу Сян сделал несколько глотков и осмотрелся вокруг себя. Он не знал, как описать своё состояние. Казалось, что его тело движется в пустоте, но разум оставался ясным.

Видимо, вчерашние вопли отчаяния позволили ему высвободить большую часть подавленных эмоций. Меланхолия понемногу спадала, и возвращалось здравомыслие. Он подумал, что столкнувшись снова со своими обезображенными останками, уже не убежал бы.

Он сказал себе:»Чжоу Сян, тебе необходима ясность ума. Ты должен взять себя в руки».

После того, как последняя частичка надежды полностью рассеялась и возможность вернуться назад исчезла, он стал на удивление спокоен. Он ясно понимал, что самое важное сейчас — это вернуть свои вещи и вещи родителей. Продолжать удивляться произошедшему совершенно бессмысленно, так как уже ничего не изменит.

Чжоу Сян посмотрел на обеспокоенные выражения СиРонга и ЦайВая и извинился:»Простите. Простите, что заставил вас так волноваться, я в порядке.

Увидев его настолько спокойным, они оба испугались. Вчера Чжоу Сян вел себя так, будто сошел с ума; он выглядел полностью разрушенным. Вероятно, любой, переживший нечто подобное, повел бы себя так же. Так что сейчас, глядя на его спокойствие, они почувствовали себя очень неуверенно. Контраст казался настолько разительным, что они начали опасаться, что Чжоу Сян сделает что-то еще более экстремальное.

Чжоу Сян сел на землю, надел ботинки и спокойно улыбнулся: «Со мной все в порядке. Я справился с этим. Просто вчерашний день меня очень расстроил… но… это уже не важно».

ЦайВэй покачал головой и вздохнул. «Если тебе действительно больно, то не стоит держать это в себе. Видеть тебя в таком состоянии еще страшнее».

Чжоу Сян похлопал ЦайВэя по плечу: «Вэй Гэ, отправившись вчера туда один, я мог доставить тебе неприятности».

— Это не главное. Янь МинСу хотел встретиться с тобой, когда проснешься.

Лан СиРонг схватил его за руку: «Сян Гэ, ты не обязан идти. Я знаю, что тебе очень тяжело. Если ты не захочешь остаться здесь, я вернусь с тобой. Вэй Гэ может остаться один и справиться с остальными».

КайВэй кивнул, соглашаясь: «Я могу остаться».

Чжоу Сян покачал головой. «Я хочу остаться. Я собираюсь навестить Янь МинСу и…» и МинСю, но он не сказал этого вслух. Увидев вчера Янь МинСю в таком состоянии, он был крайне встревожен. Он хотел кое в чём убедиться.

Чжоу Сян не разрешил им пойти с ним. Он пошел к МинСу один.

Когда он подошел к входной двери фермерского дома, где остановился Янь МинСу, снаружи, к его удивлению, стояли два настоящих монаха.

Чжоу Сян немного растерялся. Не слишком разбираясь в религиях и тому подобных вещах, его первой мыслью было, что их пригласили совершить какой-то ритуал, чтобы помочь душе обрести покой. Чжоу Сяну стало немного страшно. Сейчас он выглядит обычным человеком. Но ему пришла в голову невероятно абсурдная мысль. Пусть он завладел чужим телом не добровольно, но это все равно неправильно. Поэтому, увидев этих двух монахов, он особенно сильно занервничал, точно так же, как чудовища при виде даосских жрецов. Но поворачивать назад было поздно. Солдаты, стоявшие у двери, уже заметили его. Один из них развернулся и пошел докладывать Янь МинСю. Чжоу Сян мог только заставить себя идти вперед. Действительность подтверждала, что это всего лишь его воображение. Два монаха вежливо кивнули, не обращая на него особого внимания.

Через некоторое время солдат вернулся и жестом пригласил его войти.

Сразу, как Чжоу Сян вошел в дом, он почувствовал необычную атмосферу. Он не мог описать это ощущение. Как будто этот полуразрушенный сельский дом вдруг стал совсем другим. Даже воздух стал серьезно-торжественным. Войдя в спальню, он увидел, что в ней сидит не только Янь Мин Су, но и высокий худой монах лет семидесяти с отсутствующим выражением лица. Как только Чжоу Сян вошел, монах поднял голову и окинул его взглядом, бесконечно проницательным взглядом. Хотя в его выражении лица не было никаких колебаний, Чжоу Сян напрягся до предела.

Янь МинСу сказал Чжоу Сяну: «Это мой учитель, великий мастер ЦзиКонг». Янь МинСу выглядел очень почтительно, и даже манеры были скромными.

Чжоу Сян сделал буддийский поклон, которым он не посмел пренебречь.

За последнее десятилетие он познакомился со многими популярными и влиятельными людьми в индустрии развлечений. Пусть они могли и не помнить его, зато он многое знал о них. Он обнаружил, что чем влиятельнее человек, тем сильнее его потребность в вере. Например, богатый президент во втором поколении Ван — одержимый буддист, и независимо от того, насколько он занят, каждый год в течение двух-трех месяцев он проводит ретрит, чтобы полностью посвятить себя вере. В Пекине его очень уважают, но, несмотря на это, отправляясь в Тибет, он становится очень дисциплинированным. Увидев ламу Тибанга, он даже не осмелился поднять голову. И это были не слухи, а слова, с гордостью прозвучавшие из уст президента Вана. Когда он упоминал своего учителя, это было сродни восхищению богами. Для некоторых руководителей крупных государственных предприятий и частных компаний очень характерно исповедовать буддизм или другие духовные верования. Чжоусян вовсе не удивило, что у Яньминсу есть учитель.

Человек, которого Янь МинСу уважал как учителя, определенно был выдающимся великим мастером, но пока было не понятно, почему он появился в этом месте.

Мастер ЦзиКун некоторое время молча наблюдал за ним, по-прежнему ничего не выражая лицом и не произнося ни слова.

Взгляд мастера был таким проницательным, что Чжоу Сян почувствовал себя ужасно. Он сказал Янь МинСу: «Господин… Янь, зачем вы меня искали?»

Янь МинСу серьезно посмотрела на него: «Я хочу знать, что ты видел вчера, когда вошел в дом, что ты сказал и что сделал».

Чжоу Сян тихо пробормотал: «Я видел кучу костей, видел, как Янь Минсю молча сидел на земле с закрытыми глазами. Я ничего не делал, испугался и убежал».

«Правда?

«Действительно».

«Но сейчас он хочет видеть тебя.».

Чжоу Сян удивился: «Хорошо, я тоже хочу его увидеть».

Он вошел в фермерский дом во второй раз. Теперь Янь МинСю сидел за обеденным столом. Перед ним стояла тарелка с завтраком, но к ней никто не притронулся. Янь Минсю просто сидел, пристально глядя на еду.

Когда Чжоу Сян вошел, Янь МинСю посмотрел на него воспаленными глазами. Его внешний вид сейчас сильно отличался от прежнего холодного безразличия и спокойствия. За несколько дней он стал выглядеть изможденным, с растрепанными волосами и сильно похудевшим.

В сердце Чжоу Сяна что-то с силой заколотилось.

Он посмотрел в сторону комнаты с трупом, но дверь была закрыта.

Минсю заговорил, его голос хриплый:»Садись».

Чжоу Сян сел и беспокойно посмотрел на сидящего напротив Янь Минсю. Он хотел что-то сказать, но не знал с чего начать.

МинСю посмотрел на него и в его пустых глазах мелькнул таинственный огонек. Он уставился прямо на Чжоу Сяна, словно желая разглядеть сквозь плоть его внутренности, отчего тот почувствовал себя крайне неуютно.

Янь Минсю произнес: «Мне нужно кое-что сказать тебе. Очевидно, что я не могу позволить ЦайВею увидеть себя в таком виде, поэтому, тебе придется передать ему мои слова».

Чжоу Сян кивнул.

«Я позабочусь обо всем для Чжоу Сяна, пусть он не беспокоился об этом». Пока Янь МинСю произносил это, его глаза не отрывались от лица Чжоу Сяна, пытаясь уловить все промелькнувшие эмоции.

Голос Чжоу Сяна дрожал:»Что ты имеешь в виду?»

«Я имею в виду, что… Останки Чжоу Сяна и его имущество останутся в моём распоряжении.»

«Но у него все еще есть родственники…»

«Я знаю. Я уже решил этот вопрос. Теперь все вещи Чжоу Сяна — моя законная собственность».

Руки Чжоу Сяна под столом сжались в кулаки. Он опустил голову, и скрывая выражение лица. Он понизил голос: «Как вы собираетесь поступить с Чжоу Сяном и его вещами?»

«Я повезу его в Пекин для погребения».

Чжоу Сян спросил: «А что с квартирой? Выставите на продажу?»

Янь МинСю пристально посмотрел на него: «Квартиру я собираюсь переделать».

Чжоу Сян ошеломлено пробормотал:»Почему… почему…?»

Слегка постучав тонкими пальцами по столу, МинСю несколько грубовато и надменно спросил: «С чего я должен объяснять тебе, почему?»

Чжоу Сян ответил: «Потому что… Вэй Гэ сказал, что в квартире Чжоу Сяна остались некоторые вещи, которые он хотел бы забрать на память».

«Я уже сказал, что все, принадлежавшее Чжоу Сяну, теперь является моей законной собственностью. Теперь он не имеет к этому никакого отношения. Я сам разберусь со всем».

Чжоу Сян незаметно стиснул зубы: «Как вы собираетесь обращаться со всем?»

МинСю холодно ответил: «Сожгу или захороню вместе с Чжоу Сяном».

Чжоу Сян едва не вскочил на ноги. Какое право имеет Янь МинСю решать, что делать с его вещами! Это же его вещи… Но тут же подумал, что в его нынешнем положении не ему решать.

Дрожащим голосом он произнес: «Президент Янь, у Вэй Гэ действительно дружен с Чжоу Сяном, он особенно хочет вернуть некоторые вещи, тем более, что родители Чжоу Сяна…»

«Мне это не важно. Я несу ответственность за всё, связанное с Чжоу Сяном. Думаю, что в интересах Чжоу Сяна, лучше взять все это на себя».

Чжоу Сян был настолько взбешен, что у него закружилась голова. Он резко сказал:»»Зачем переделывать квартиру, может, еще и сжечь ее из-за него?!»

«Квартира неплохая, я испытываю к ней некоторую привязанность, и она находится недалеко от места моей работы. В дальнейшем я смогу там жить, но мне нужно изменить ее внешний вид, чтобы не чувствовать себя так плохо». Янь Минсю сказал это спокойно, без малейших изменений в лице, мрачно и безжалостно. Сердце Чжоу Сяна сковало холодом. Он действительно не знал, каким еще способом можно вернуть свои вещи.

Он точно не может полагаться на свою тетю. МинСю, должно быть, уже решил этот вопрос. Перед решением ЯнМинСю он беспомощен.

Янь Мин Сю протянул руку и ущипнул его за подбородок, заставив поднять глаза. «Иди и передай ЦайВэю, что мне лень отслеживать вора. Это больше не важно. Завтра, вернувшись в Пекин, я займусь похоронами Чжоу Сяна, а затем его квартирой и машиной. Скажи ему, что не нужно вмешиваться. О похоронах я ему сообщу».

Чжоу Сян встал, скрипнув зубами: «Янь МинСю, кто ты для Чжоу Сяна? Какое право ты имеешь решать, где находятся его вещи? Вэй Гэ — его лучший друг, ты должен…»

«Я — мужчина Чжоу Сяна», — орлиным взглядом Янь Минсю глубоко заглянули в его глаза. «Никто лучше меня не справится с его делами».

Чжоу Сян отступил на шаг, яростно посмотрел на него, затем повернулся и ушел.

Янь МинСю проследил за его спиной и поняв, что тот исчез из поля зрения, схватился за грудь: из-за тупой боли в сердце выпрямить спину было почти невозможно. Он медленно сжал кулаки, уставившись налитыми кровью глазами в ту сторону, где скрылась спина, и выплюнул два слова: «Чжоу Сян».

Глава 87 - Откровение

Вернувшись, Чжоу Сян сообщил ЦайВэю и Лань СиРону о планах Янь Минсю. Они оба были в ярости. Чжоу Сян не проявлял никаких эмоций и, оставаясь в удивлении, произнес: «Возвращаемся. Давайте вернемся домой прямо сейчас. Мне показалось, что ЯньМинСю лжет. Он сказал, что квартира уже оформлена на его имя, но не думаю, что это может происходитьтак быстро. Свидетельство о смерти не может быть выдано всего за несколько дней. Моя тетя еще не могла унаследовать мою квартиру, и Ян МинСю пока не смог ее купить. Возможно, у него есть долгосрочное соглашение с моей тетей, но не думаю, что квартира уже передана. Вэй Гэ, после того как мы вернемся, помоги мне связаться с тетей. Мне не нужна квартира, но мне нужно несколько вещей внутри. Мы должны попросить ее помочь мне найти способ».

СиРонг согласился: «В этом есть смысл. Эта квартира определенно все еще принадлежит тебе. Неважно, насколько велики возможности Ян МинСю, он не может просто так взять и завладеть чужой квартирой». ЦайВэй кивнул: «Что ж, это единственный выход. Давайте вернемся, пока Янь МинСю этого не сделал».

Придя к единому мнению, трое мужчин не задержались больше ни на минуту. В тот же день они отправились прямо в город и, без остановок, вылетели обратно в Пекин.

По пути ЦайВэй звонил тете Чжоу Сяна, но та не отвечала. В конце концов, она просто отключила свой телефон.

Чжоу Сян догадался, что это значит, и больше не полагался на помощь своей родственницы.

У ЦайВэя и СиРонга еще были свои дела. Перед тем как они расстались, ЦайВэй не раз повторил: «Не думай слишком много. Я найду другие способы связаться с твоей тетей. Ян МинСю пока не вернулся. У нас еще есть время».

Чжоу Сян кивнул. Он улыбнулся и похлопал ЦайВэя по руке: «Вэй Гэ, я понимаю. Не волнуйся. Спасибо, что поехали со мной, и извините, что задержал вас на несколько дней».

Си Ронг натянуто улыбнулся: «Сян Гэ, что ты говоришь? Мы даже ничем не смогли помочь.»

«Как не смогли? Я достиг своей главной цели. Я увидел себя». Чжоу Сян приподнял уголки рта в слабой улыбке, его глаза были пусты. «Мне не о чем сожалеть».

Двое посмотрели на него, ощутив легкую боль.

Чжоу Сян натянуто улыбнулся: «Ребята, возвращайтесь к делам, а позже я угощу вас».

Цай Вэй ушел, а, Лань Си, продолжая беспокоиться, отвез его домой.

Дома Чжоу Сян повел себя, так, словно ничего не случилось. Он даже не забыл привезти деликатесы из Гуанси для Чэнь Ин и тети Ван. Пока тетушка Ван ела фрукты, она без конца рассказывала, что нашла для Чжоу Сяна милую девушку из какой-то семьи, живую, разумную и тому подобное. Она всегда очень любила Чжоу Сяна, и считая, что в его возрасте у него должна быть вторая половинка, никогда не забывала об этом.

Чжоу Сян слушал улыбаясь, его глаза были устремлены прямо на экран телевизора, но изображения он не видел. В голове все время крутилась одна мысль.

Ночью, где-то после часа, все уже спали.

Чжоу Сян тихо встал с постели, переоделся в черное, надел шапку и шарф, достал из своего ящика кое-какие инструменты и тихо вышел.

К своему дому он вернулся на машине. Он бы никогда не стал так рисковать, не вынуждай его обстоятельства, но не мог придумать другого выхода. Никто не сможет оказать ему реальной помощи, потому что никто не пойдет против Ян МинСю. Но он точно не позволит Янь Минсю сжигать, выбрасывать и хоронить очень важные для него вещи.

Он опасался, что Ян МинСю сменил замок, поэтому взял с собой инструменты. Уверенности, что получится открыть, не было, но попытаться стоило. По крайней мере, будет возможность выяснить, что это за замок. Если он не справится сам, то обратится за помощью к наемному вору, заплатив.

Он был полон решимости проникнуть внутрь.

Когда он добрался до места, было уже два часа ночи. Вокруг было тихо; пышные и густые деревья заслоняли большую часть лунного света. По обеим сторонам тропинки висело несколько уличных фонарей, которые не были ни светлыми, ни темными. Подобная атмосфера навевала ощущение некоторой таинственности.

Чжоу Сян поднялся по лестнице. Взявшись за ручку двери своего дома, он включил фонарик и осмотрел дверной замок. Янь Минсю не стал менять замок, он остался прежним, а что же тогда с ключом?

Чжоу Сян тихо открыл топку и протянул руку. Очень скоро он коснулся небольшого куска холодного металла.

Ключ все еще здесь…

Ян МинСю действительно ослабил бдительность? Оставил ключ здесь? Чжоу Сян не мог не задаться этим вопросом, но времени на раздумья у него не было. Он быстро воспользовался ключом и осторожно открыл дверь.

В комнате темно. Держа фонарик, он осмотрелся. В первую очередь он решил забрать второй призовой кубок, который отец выиграл, участвуя в национальных соревнованиях по боевым искусствам. Это была самая большая гордость его отца. В детстве он часто брал его в руки и просил отца научить его. На память он нащупал второй ряд шкафов возле телевизора, открыл стеклянную дверцу и потянулся за потускневшим трофеем.

В момент, когда его пальцы коснулись кубка, тот внезапно засиял перед ним. В гостиной зажегся свет!

От испуга сердце Чжоу Сяна пропустило удар. Его глаза некоторое время не могли привыкнуть к свету. Он взволнованно опустил голову. Когда он смог открыть глаза и оглянуться, то с удивлением увидел Янь МинСю, стоящего в дверях спальни и с по-волчьи горящими глазами, как будто он в любой момент готов наброситься!

Чжоу Сян отдернул дрожащую руку и застыл на месте. Они смотрели друг на друга с расстояния в несколько метров. Очевидно, что это небольшой дом. Они были так близко, но между ними словно лежала пропасть, которую не хватало смелости пересечь.

И тут Чжоу Сян понял, что вчерашние слова Янь Минсю, подтолкнувшие его на появление здесь в попытке опередить, — все это было задумано, чтобы заставить его нервничать… чтобы заставить его проявить нетерпение и выдать себя, показавшись во всей красе.

Ему не приходили в голову другие объяснения сложившейся ситуации. Какой вор придет, чтобы украсть ржавый, никчемный трофей?

Ян МинСю с трудом дышал. Каждый вздох сопровождался сильной болью. Переживания последних дней были в миллион раз острее, чем вся боль, которую он испытал за предыдущую жизнь. Ему казалось, что его тело изрешечено дырами. Увидев теперь перед собой этого человека… Он предполагал, что убедившись в своих догадках, будет очень взволнован, но сейчас он не мог даже говорить. Он не смог даже сделать первый шаг, и уже находится на грани срыва.

Двое мужчин смотрели друг на друга более десяти секунд, это было одновременно и нелепо, и мучительно. Янь МинСю наконец с трудом выдавил из себя слова, застрявшие у него в горле: «Правда… Ты…»

Чжоу Сян не стал ничего объяснять. Он просто снял шарф и пальто, потому что сильно вспотел. Внутри него не осталось ни одного места, которое бы не болело. Ему казалось, что он вот-вот потеряет сознание. Ему больше не нужно было притворяться. Поскольку ситуация уже достигла такой стадии, он не должен уходить. Это его квартира, его дом, и он хочет, чтобы Ян МинСю вернул ему всё!

МинСю шаг за шагом продвигался вперед, становясь все ближе. Чжоу Сян, посмотрев на его чуть исказившееся лицо, бессознательно отступил назад.

Этот шаг тут же подстегнул Янь МинСю. Он бросился вперед и с силой толкнул Чжоу Сяна к стене, глядя на него налитыми кровью глазами, его голос перешел на фальцет: «Это ты… это действительно ты……».

Губы Чжоу Сяна дрогнули, и он жестко посмотрел на Янь МинСю.

Янь МинСю крепко обнял Чжоу Сяна: «Это действительно ты… Чжоу Сян… Это действительно ты. Почему, почему ты мне не сказал? Ты был так близко, но ничего не сказал!» Он мрачно воскликнул: «Я думал, ты умер! Я думал, ты умер, Чжоу Сян! Почему ты так поступаешь со мной? Ты так сильно меня ненавидишь? Почему ты так поступаешь со мной?!»

По щекам Янь МинСю стремительно потекли слёзы. Он крепко ухватился за Чжоу Сяна, как за дерево во время наводнения. Стоило ему ослабить хватку и он словно падал в бездну. Не было слов, чтобы описать, как прошли эти три года. Изо дня в день он убеждал себя, что Чжоу Сян не умер, что Чжоу Сян вернется.Поэтому он, проигнорировав возражения своей семьи, стал актером. Он думал, что Чжоу Сян сердит на него, и поэтому не хочет возвращаться. Он хотел быть на виду у Чжоу Сяна, и тогда, возможно, однажды тот вернется. Он ждал день за днем, и в каждый из них его терзали надежда и отчаяние. Все угрызения совести, въевшиеся в мозг, были подобны бездне, которая полностью вытеснила все мысли о будущем. Голос в его сердце постоянно твердил, что Чжоу Сян уже умер, но он снова и снова подавлял его. Пока он не видел тела Чжоу Сяна, его не покидала надежда, что тот все еще жив. Иначе как бы он смог это вынести?

Как это выдержать? Мир без Чжоу Сяна. Мир без человека, который подарил ему лучшие чувства, а затем полностью исчез. Можно ли это вынести?

Он проходил через это три года… три года… более тысячи дней и ночей, каждую минуту и каждую секунду тоски и боли, как он на самом деле пережил это?

Он никогда по-настоящему не был влюблен и не встречался ни с кем. И даже свою детскую любовь ассоциировал не с тем человеком. Он довольно скоро понял, что не хочет разлучаться с Чжоу Сяном. Окажись у него чуть больше времени, он бы осознал, кого любит по-настоящему. Но почему ему не дали такую возможность прежде, чем рухнули все его надежды.

Никто не мог понять его чувств, когда он узнал о несчастном случае с Чжоу Сяном.

Лучше бы он умер.

К счастью, Бог не отказался от него. Чжоу Сян действительно вернулся. Но, проведя рядом почти год, тот не признался ему.

Это было сделано, чтобы помучить его?

Если бы не такое количество подсказок, если бы не обстоятельства, заставившие Чжоу Сяна совершить такую большую ошибку, как долго бы он скрывался от него? Может ли быть, что даже в день смерти он бы не узнал, что человек, о котором он всегда мечтал… человек, о котором он всегда думал, находился рядом с ним!

Ян МинСю находится на грани того, чтобы рухнуть.

Чжоу Сян действительно так сильно ненавидел его…..

Чжоу Сян был потрясен безумным выражением лица Ян МинСю и его слезами, которые продолжали литься. Каждая из этих слезинок, словно ножом, пронзала его сердце, заставляя чувствовать себя раздавленным.

Янь МинСю коснулся своего лица и хрипло пробормотал: «Прости меня, прости… Чжоу Сян, не ненавидь меня. Я много чего сделал не так… но я так скучаю по тебе, так тоскую, что схожу с ума, не ненавидь меня…….»

Чжоу Сян непонимающе смотрел на него, его сердце сжимала невидимая рука, почти задушив. Сейчас он не мог осмыслить всего, что повергло его в шок. В голове у него было совершенно пусто.

Почему Ян МинСю такой? Разве он не был всегда влюблен в Ван Ю Дуна? Если МинСю так сильно переживает его смерть, то почему за все время, что они были вместе, он не дал ему ни капли надежды?

Он не чувствовал даже проблеска надежды на то, что может нравится Ян МинСю. Он помнил только, как продолжал добиваться, уговаривать, делать все возможное, чтобы понравиться ему, но заинтересованность того постоянно менялась, то разгораясь, то остывая. И он не сдавался до тех пор, пока не понял, кем занято сердце Янь Минсю.

А что же сейчас? Что происходит сейчас? Зачем, черт возьми, выглядеть так, что сердце разрывается?

У Чжоу Сяна пересохло во рту, в его глазах стояли слёзы. Он хотел оттолкнуть руку Янь МинСю, которая вцепилась в него, но сил не хватало даже просто пошевелиться.

МинСю крепко вцепился в него, словно боялся, что он ускользнет. Он скорбно взывал к нему: «Чжоу Сян, скажи что-нибудь. Черт возьми, скажи же что-нибудь. Я умоляю тебя. Ты знаешь, как я по тебе скучаю? Знаешь ли ты, как я провел эти три года? Я люблю тебя. Ты понимаешь? Я знаю, что сказал это слишком поздно. Но ты не дал мне шанса сказать тебе это раньше. Чжоу Сян, я больше не отпущу тебя, точно не отпущу!»

Когда Чжоу Сян услышал эти три слова, в его ушах раздался звук, с которым рушился построенный им мир.

Любовь? Ян МинСю любит его? Если МинСю любит его, тогда зачем он умер? Почему?

Чжоу Сян, наконец, смог говорить. Он растерянно посмотрел на МинСю: «Как ты можешь говорить, что любишь меня? Янь МинСю, как ты, черт возьми, можешь говорить мне такое? Когда ты трахал меня, твое сердце принадлежало Ван Ю Дуну. Хватило лишь одного телефонного звонка от него, чтобы ты связал меня и не позволил уйти. Ради Ван Ю Дуна…. Тебе было все равно, как сильно ты меня унизил….Вы…ты говоришь, что любишь меня? Янь Мин Сю, как ты смог произнести это?»

Каждое слово разрушало сердце.

Глава 88 - Я был не прав

Лицо МинСю было наполнено мучительной печалью. Любые оправдания казались бессильными и бесполезными, потому что прошлое не изменить. И пусть даже сейчас Чжоу Сян стоит перед ним, это не может отменить того, что однажды он уже умер.

И без осуждения Чжоу Сяна он раскаивался так, что хотелось умереть. Он оказался настолько слеп, не просто не узнал этого человека, но даже влюбился не в того. Если бы Чжоу Сян действительно умер, оставив его мучиться до конца жизни — это оказалось бы лучшим наказанием.

Но Чжоу Сян все еще жив, даже если это случилось невероятно странным образом, ему все равно. Ему было все равно, кем стал Чжоу Сян, пока это Чжоу Сян. Ему нужен только Чжоу Сян!

«Чжоу Сян. Не питай ко мне ненависти, дай мне шанс. Давай начнем сначала. Я совершил много ошибок, но ты все еще жив. Дай мне шанс искупить свою вину, Чжоу Сян…»

Чжоу Сян даже представить не мог, что подобные слова вырвутся из уст Янь Мин Сю. Каждое отдельное слово и предложение пронзали его сердце. Он не знал, как описать свои собственные чувства; это был смех сквозь слёзы.

До встречи с Ян МинСю у него были увлечения. Он не был распутным, но ему нравилось добиваться тех, кто его очаровывал и вызывал чувство освежающего возбуждения. После встречи с МинСю он вдруг обнаружил, что является верным человеком. По крайней мере, он никогда не думал о том, чтобы привести кого-то в дом своих родителей. Тогда он ещё искренне надеялся, что Янь МинСю останется с ним.

Он отдал 100% своей искренности. Но Янь МинСю опозорил его, использовав в качестве замены.

В той отдаленной горной деревушке в Гуанси, к моменту их последнего разговора, он уже сдался. Не смотря на сильную любовь к МинСю и не готовность отпустить его, в какой-то момент он принял решение сдаться. Он умер, отпустив Ян Минсю, и возродился без мысли о том, что будет с ним. Слова, произнесенные Янь Минсю, не то, чтобы тронули Чжоу Сяна, но он почувствовал еще большую душевную боль.

Груда ужасных костей, несомненно, запечатлелась в его памяти. Каждое предложение, произнесенное МинСю, сквозило огромной иронией.

Чжоу Сян не отличался широтой взглядов и терпимостью. Он не готов простить Янь МинСю. Конечно, в своей смерти он винил не только любовника, но без Янь МинСю не случилась бы такая степень отчаяния, когда он согласился на эти документальные съёмки. И, после того, как он превратился в скелет, для примирения с Янь МинСю, недостаточно услышать: «Я люблю тебя».

Это просто желаемое, выдаваемое за действительное.

Чжоу Сян перенес все обиды, которые хлынули в его голову, когда он схватил Минсю за руку и попытался оттолкнуть его.

В панике Ян МинСю продолжал крепко обнимать его, не желая отпускать.

«Отпусти… дай мне уйти первым».

«Нет… Чжоу Сян, нет». Он не мог отпустить его. Сопротивление Чжоу Сяна пугало его. Он не был уверен, что тот снова не исчезнет из его мира, если он отпустит его.

Он больше не вынесет.

«Ян МинСю, я не хочу тебя ненавидеть. Не заставляй меня. Позволь мне уйти. Если ты действительно чувствуешь вину передо мной, то уходи. Это мой дом. Я просил тебя уйти три года назад. Теперь… уходи».

На лице Янь Минсю не осталось и следа крови, даже губы стали ненормальной синевы. Он ошарашенно смотрел на Чжоу Сяна, на ресницах блестели капли слез, которые падали, когда он моргал.

Чжоу Сян никогда не видел, чтобы Ян МинСю плакал.

Обычно МинСю был холодно-равнодушным и высокомерным. Такое проявление слабости, с плачем и мольбой, не могло появиться на его лице. Но всего лишь за десять минут он успел увидеть всё.

Почему он не сказал ему эту фразу «Я люблю тебя» до несчастного случая? Тогда бы не случилось всей этой трагедии.

Чжоу Сян натянуто улыбнулся: «Президент Янь, я не зря говорил, что вы мой предок? Подумать только, у меня тоже наступил день, когда вы проявляете заботу обо мне. И, говоря мне это сейчас, вы думаете, что я должен расплакаться и быть глубоко признательным? Если бы я не умер, ты даже не взглянул бы на меня настоящего и всю свою жизнь был бы по уши влюблен в Ван Ю Дуна?»

«Дело не в этом». От отчаяния голос Ян МинСю зазвучал пронзительней: «В то время я уже хотел быть с тобой. Я не хочу уходить из твоего дома. Я не хочу, чтобы ты снимался в этом фильме, потому что не хочу, чтобы ты общался с Лань СиРонгом. Что касается Ван Ю Дуна… Я… то, что я тогда сделал, было дурно. Я не должен был так обращаться с тобой из-за Ван Ю Дуна. В то время…. Чжоу Сян, мне был всего 21 год. Ты должен позволить мне совершать ошибки. Пожалуйста, я прошу тебя. Дай мне шанс. То, что ты вернулся живым, — это шанс, данный мне Богом. И ты тоже можешь дать мне шанс. Давай начнем все сначала. Ты сказал, что любишь меня, Чжоу Сян…»

Чжоу Сян посмотрел на Янь МинСю, уголки его глаз болезненно заныли: «Янь Минсю, я пробудился год назад. У меня был год времени, чтобы рассказать тебе, но я никогда не собирался этого делать. Неужели ты не понимаешь, почему?»

Минсю жестко взглянул на него.

Чжоу Сян медленно и решительно оттолкнул его: «Бог дает шанс не тебе, а мне — снова жить и исправить ошибку, которую я совершил. Ты и есть эта ошибка. Я не могу упустить этот возможность». Он легонько подтолкнул Янь МинСю: «Уходи, уходи, это мой дом».

Янь Минсю не двигался, а просто неподвижно смотрел на него, с лицом, исказившимся от боли.

Чжоу Сян схватил его за куртку: «Ты не уходи. Я уйду.»». По крайней мере, Ян МинСю ничего не сделает с его квартирой. Он решил вернуться в другой день.

Янь МинСю в панике бросился на него, они оба рухнули вниз. Чжоу Сян ударился головой, и она слегка закружилась. Прежде чем он успел прийти в себя, нечто мягкое коснулось его губ в яростном поцелуе.

Глаза Чжоу Сяна расширились. Придя в себя, он ударил Янь МинСю и оттолкнул от себя.Его глаза налились кровью:»Янь МинСю, хватит, мать твою! Хватит! Я хочу начать жизнь заново. Я не хочу повторить ту же ошибку. Если ты уронишь пару слезинок, скажешь что-нибудь приятное и будешь надеяться, что я снова стану относиться к тебе как к предку, то я пожалею свою маму, что родила меня!» Он безжалостно пнул Ян МинСю, схватил пальто и опрометью бросился вон.

Было уже четыре часа утра. На улице оказалось так жутко тихо, что становилось страшно. В такой холодный зимний день почти никто не появляется на улице в такое время. Только один Чжоу Сян постоянно бегает туда-сюда. Если его увидят патрульные полицейские, они наверняка решат, что он совершил какое-то преступление.

Он не знал, как далеко убежал. Ему казалось, что он прячется от стаи зверей. В конце концов, он больше не мог бежать. Он остановился и оглянулся. Никто за ним не гнался. Пустая улица была похожа на глубокую яму, которая тянется бесконечно далеко, и он не может разглядеть ее отчетливо, как будто она может засосать людей, обреченных на вечную гибель.

Тяжело дыша, Чжоу Сян прислонился к столбу, у него потекли слезы. Температура уже была ниже нуля. На нем, конечно, был толстый пуховик, но он все равно чувствовал пронизывающий холод.

Прошло десять месяцев с тех пор, как он пробудился. За это время не было и дня, чтобы он мог почувствовать себя расслабленным. Его постоянно что-то тревожит, заставляя чувствовать себя под сильным гнётом.

Теперь, когда все, от кого он скрывал свою личность, узнали правду, ему должно было стать легче. Но МинСю вверг его в еще больший шок, заставив почувствовать себя совершенно потерянным.

Сейчас происходило то, о чем он раньше и мечтать не смел. Но он вовсе не был воодушевлен. Напротив, его сердце было мрачным и опустошенным.

Это все равно, что при приготовлении пищи ждать закипания воды в кастрюле, но, к тому времени, когда вода забурлила, ингредиенты не пригодились — состав блюда изменился.

Чжоу Сян поднял руку и ударил себя по лицу, напоминая, что когда он пробудился в этом теле, то уже отпустил его.

Он поплотнее закутался в пальто и бесцельно бродил по улицам ранним зимним утром, затем поймал такси, торопясь быстрее добраться домой.

В такси его телефон продолжал пищать от непрерывных текстовых сообщений.

Чжоу Сян увидел имя Ян МинСю и удалил все сообщения, не прочитав ни одного.

Так вот каково это — быть истощенным до предела. Ему просто хочется спрятаться где-нибудь, заснуть и долго не просыпаться.

Глава 89 - Участие в выпуске М. В. Сиронга

Чжоу Сян, бесшумно вернулся домой, и, как только он коснулся головой подушки, сразу же заснул. Он проспал до полудня следующего дня.

Чэнь Ин постучала в дверь:»Чжоу Сян, вставай. К тебе пришли».

Чжоу Сян, с трудом открыв глаза, вскочил с кровати. Его первой мыслью была, что пришел Ян МинСю. Поскольку он выключил свой мобильный телефон, тот, скорее всего, сразу же отправился его искать.

Одеваясь, он спросил: «Мама, кто там?»

«Это Лан СиРонг. Он ждет тебя, так что поторопись.»

Чжоу Сян вздохнул с облегчением. Одевшись и умывшись, он вышел из комнаты.

СиРонг сидел в гостиной и, терпеливо отвечая на всевозможные вопросы от тетушки Ван, подписывал автограф.

«СиРонг?»

Лань СиРонг повернул голову и улыбнулся: «Сян Гэ, твой телефон отключен, поэтому я сам приехал, чтобы забрать тебя».

«Ты, должно быть, забыл, ведь столько всего произошло в последнее время. Сегодня выходит мой новый альбом. Я хочу пригласить тебя».

Чэнь Ин услышала их разговор, и ее сердце застучало, словно барабан. Почему такая знаменитость, как Лан СиРонг, с таким уважением обращается к ее сыну, говоря «Сян Гэ»? Будто Чжоу Сян действительно его старший брат. Она была так счастлива, что не находила слов.

Чжоу Сяна побледнел, лицо его было измученным, но он заставил себя оживиться и смущенно улыбнулся: «Я забыл. Извини. Подожди меня немного. Я только переоденусь в костюм, и мы сразу же отправимся.»

«Не нужно. Я уже приготовил для тебя одежду в машине. Ты сможешь сделать прическу, когда мы приедем. У нас мало времени, пора выезжать».

Чжоу Сян сказал:»Хорошо, поехали».

Чэнь Ин как раз собиралась что-то сказать, когда Лань СиРонг улыбнулся и произнес: «Тетушка, переключите телеканал на XX в четыре часа дня. Мероприятие будет транслироваться в прямом эфире. Вы сможете увидеть меня и Сян Гэ».

«Хорошо, хорошо!» Две старушки были так счастливы, что не смогли сдержаться и обрадованно рассмеялись. Чэнь Ин еще больше загордилась своим сыном. Он просто замечательный, несмотря ни на что.

Чжоу Сян последовал за СиРонгом. Как только они сели в машину, улыбка, которую СиРонг демонстрировал Чэнь Ин, исчезла, сменившись серьезным выражением лица: «Сян Гэ, мы с Вэй Гэ подумали о другом способе. Это последнее средство. Раз пока нет других способов, мы можем пойти прямо в дом и забрать ваши важные вещи».

Чжоу Сян немного поколебался. Опустив голову он вздохнул: «В этом нет необходимости».

«Ты боишься, что тебя поймает полиция? Не обязательно идти тебе, я найду кого-нибудь для этого. Ты составишь список……»

«СиРонг, спасибо тебе, — Чжоу Сян, повернувшись, мягко улыбнулся, — Но я уже был там.»

Глаза СиРонга расширились, и он ударил по тормозам: «Ты уже ходил? Когда?»

«Прошлой ночью».

Лан СиРонг торопливо спросил:»У тебя получилось забрать свои вещи?»

«Нет, но теперь и нет необходимости. — Чжоу Сян протянул руку и погладил его по голове. — СиРонг, ты сильно вырос и очень помог мне. Сян Гэ очень благодарен тебе, но больше не беспокойся по этому поводу».

«Сян Гэ, что ты имеешь в виду?»

Чжоу Сян натянуто улыбнулся: «Я столкнулся там с Янь МинСю».

СиРонг оторопел. Его сердце внезапно быстро забилось. Услышав эту новость, он совершенно не знал, что делать.

То, чего он больше всего боялся… уже произошло.

Внезапно, СиРонг положил руку на плечо Чжоу Сяна и сурово сказал: «Сян Гэ, он что-нибудь тебе сделал? О чем вы говорили?»

«Ничего особенного. По крайней мере, я получил обратно принадлежащие мне вещи» — ответил Чжоу Сян. «Все к лучшему. В конце концов, эта квартира — то, о чем я больше всего беспокоюсь».

«Сян Гэ, ты ведь больше не вернешься к Ян МинСю? Тебя больше не обманет, то, как он с тобой обращался, верно?»

Лань СиРонг тревожно посмотрел на него и его красивые большие глаза были полны напряжения и мольбы.

Чжоу Сян притворно улыбнулся: «О чем ты говоришь? Как я могу? Я полностью смирился с тем, что однажды умер, особенно после того, как увидел, что от меня осталась лишь груда костей. С прошлой жизнью закончилось всё, что нас связывало с Янь МинСю».

Лань СиРонг вздохнул с облегчением, но тревога не отпускала: «Сян Гэ, я очень рад, что ты так думаешь, но от Ян МинСю будет нелегко избавиться…» — Произнеся это, он решил, что в отношении МинСю это звучит слишком мягко, поэтому тут же исправился: «Он слишком заносчив. Ты должен держаться подальше и не вступать с ним в контакт».

«Не волнуйся. Я знаю. Поехали, разве у нас не очень мало времени?»

Лан СинРонг, вдруг вспомнив о рекламной акции, завел машину заново.

Рекламное мероприятие проводилось в банкетном зале отеля. Прибыли многие звезды их компании, а также несколько друзей СиРонга и большое количество журналистов.

По тому, как в банкетном зале расхаживало более сотни человек, можно было понять, насколько велико влияние Лань Си Ронга в индустрии развлечений. Чжоу Сян, одновременно, и завидовал и очень радовался за Лань СиРонга.

Он прошел за кулисы, чтобы переодеться, а затем сделать прическу и макияж. Вскоре началось рекламное мероприятие, которое длилось около часа.

Сотрудники сообщили Чжоу Сяну, что ему нужно подождать за кулисами, а через некоторое время присоединиться к Лань СиРонгу.

Чжоу Сян знал, что Лань Си Ронг хочет его продвинуть. С появлением на этом мероприятии вместе с СиРонгом, а также с продвижением MV-трансляции, его значимость, очевидно, возрастет. Многие обладают талантами, но некоторым просто не хватает возможностей, чтобы зрители их узнали.

У Чжоу Сяна такая возможность появилась, и он должен ею воспользоваться.

В это время подбежал Ай Лю и крикнул: «А Сян. Выходи первым. Президент Ван уже здесь. Давайте все поприветствуем большого босса».

Чжоу Сян быстро встал и вышел вслед за Ай Лю. Говорили, что президент Ван только что вернулся из Тибета и специально приехал поддержать Лань СиРонга. Это наглядно показывало, насколько он ценит прибыльный проект, приносящий столько денег.

Лань СиРонг тоже подошел. Приблизившись издалека, Цай Вэй помахал им рукой. Несколько человек встали у двери, чтобы поприветствовать президента Вана.

Однако, президент Ван появился из скрытого заднего коридора бального зала, ошеломив некоторых.

Помимо нескольких сопровождающих и жены, с президентом Ваном также прибыл Янь МинСю.

Чжоу Сян застыл всем телом; с расстояния более десяти метров они встретились с Ян МинСю взглядами. Внешне Мин Сю не слишком отличался от себя обычного. Даже не смотря на худобу и некоторую подавленность, он по прежнему излучал холодное безразличие. Лишь в то мгновение, когда их взгляды пересеклись, в его темных бездонных глазах мелькнул легкий отблеск сильных эмоций.

Президент Ван выглядел загорелым и очень энергичным. Он похвалил издалека:»Айя, как Чжоу Сян стал таким красивым? Кто был стилистом? Повысьте ему зарплату».

Чжоу Сян был одет в сшитый на заказ серый костюм с металлическим оттенком, который подчеркивал его высокую стройную фигуру. Его брови были аккуратно подстрижены, а глаза — яркими и выразительными, делая его большее привлекательным. Даже стоя рядом с таким первоклассным, великолепным, сногсшибательным мужчиной, как Лань СиРонг, он лишь слегка уступал. В сравнении с юной, изысканной внешностью СиРонга, Чжоу Сян излучал ауру более зрелого очарования.

Когда Чжоу Сян вежливо улыбнулся президенту Вану, трое людей из присутствующих, которым он был близок, в это мгновение увидели тень его прежнего «я». Сейчас это двадцатисемилетнее тело больше напоминало прежнего Чжоу Сяна; от выражения лица до внешности в целом, оно все больше и больше походил на него.

На лице МинСю отразилась сильная тоска, но сейчас он мог лишь отчаянно подавлять ее.

Заметив это, СиРонг проскрипел зубами от отвращения.

«Президент Ван, Вы вернулись».

Несколько человек подошли к президенту Вану пожать руку для приветствия.

Президент Ван с гордостью посмотрел на Лань СиРонга, звезду, которую он воспитал. Он улыбнулся и сказал: «Это третий альбом. Сяо Лань, ты никогда меня не подводил».

СиРонг засмеялся: «Я не смог бы этого сделать без поддержки президента Вана».

Сказав несколько вежливых слов, президент Ван обратил свое внимание на Чжоу Сяна, оглядев его с ног до головы, он вздохнул: «Мне кажется? Почему каждый раз, когда я вижу тебя, ты все больше и больше похож на того Чжоу Сяна? Почему так происходит? Не только твой темперамент, но и черты лица все больше и больше напоминают его».

Несколько человек, знавших правду, внезапно напряглись.

У Чжоу Сяна слегка защемило сердце. Он улыбнулся: «Вероятно, это потому, что президент Ван слишком сильно скучает по Сян Гэ. Президент Ван очень отзывчивый человек. Мне крайне повезло работать у вас. С тех пор, как я пришел в компанию, Вэй Гэ, СиРонг и президент Ван проявляли особую заботу обо мне. Можно сказать — всё, что я имею сегодня, благодаря удаче, связанной с именем Сян Гэ. Не только вы скучаете по Сян Гэ, но и я очень скучаю по нему».

Эти слова оказались очень уместными, но заставили тех, кто знал Чжоу Сяна, почувствовать эмоциональную тяжесть. Не только президент Ван вздохнул, но и выражения лиц ЦайВэя и СиРонга стали скорбными. Ян МинСю особенно остро ощутил пронзительную боль в сердце.

Президент Ван вздохнул: «Раз уж такова судьба, то вам жить вместе с личностью Чжоу Сяна. Теперь, думая об этом, я действительно сожалею, что не смог продвинуть Чжоу Сяна к славе. С этого момента я буду больше работать над твоим продвижением. С таким количеством людей, оказывающих поддержку, ты должен работать усерднее. Не подведи нас».

«Спасибо, Президент Ван, я сделаю все возможное».

Президент Ван удовлетворенно кивнул. Вдруг, что-то вспомнив, он хлопнул себя по голове и с досадой сказал: «Ай-яй… смотрите, какой я забывчивый. МинСю, МинСю, подойди сюда. Прости. Я просто вспоминал старые времена. Ты ведь с ними знаком? В представлении нет необходимости, верно?»

Янь МинСю кивнул, и его взгляд упал на Чжоу Сяна.

Скрываясь из его поля зрения, Чжоу Сян молча отвернулся.

Президент Ван произнес:»Все знакомы с МинСю, не так ли? Он приехал специально, чтобы поддержать СиРонга и помочь ему с этим мероприятием. Я не вижу препятствий для того, что бы этот альбом получил миллионные продажи. Чжоу Сян, кроме этого, МинСю хочет пригласить тебя принять участие в его новом фильме; это исключительно трудная роль. Я просмотрел сценарий и уже согласился на твою кандидатуру. Но не радуйся слишком рано, у МинСю очень высокие требования.»

Чжоу Сян ошарашенно уставился на МинСю.

Президент Ван решил, что это от счастья. Он громко рассмеялся: «Не стоит так волноваться. Мы обсудим детали позже. Сегодня ты просто покажешь свое лицо. Чжоу Сян, твое будущее безгранично».

Для малоизвестного актера, получившего возможность участвовать в фильме Янь МинСю, это, без преувеличения, прыжок в небо. Огромная честь и большая удача — из эпизодического актера превратиться сразу в актера первого или второго плана, поэтому президенту Вану и в голову не приходило, что Чжоу Сян, возможно, не согласится. Он и подумать не мог, что Чжоу Сян уже решает, как бы отклонить предложение.

Дело не в том, что Чжоу Сян не любил славу и богатство, но когда цена продвижения вверх зависит от Янь МинСю, то ему это определенно не нужно. Если просто двигаться вперед, твердо стоя на ногах и оставаясь предусмотрительным, однажды он сам добьется хороших результатов. В конце концов, ему помогает Лан СинРонг. Его стартовый шаг удался. Ему не обязательно быть чрезвычайно популярным, особенно когда этот успех связан с Янь МинСю.

Он должен найти способ отказаться, но сейчас не время. Президент Ван уже пригласил МинСю в банкетный зал.

За ними последовали и остальные.

Чжоу Сян, Цай Вэй и Лань СиРонг шли позади.

ЦайВэй нахмурился: «Этот Янь МинСю действительно знает, как использовать свое влияние. Ему просто нужно было ухватиться за президента Вана, и тогда ты, Чжоу Сян, можешь быть только в его власти».

СиРонг усмехнулся в отчаянии:»Он действительно вредитель, который не хочет уходить. Такой бесстыжий ублюдок……»

Чжоу Сян удрученно сказал: «Не будем об этом говорить сейчас. Я найду способ справиться с этим. СиРонг, сегодня твоя промоакция. Поторопись. Помни, ты не должен выглядеть несчастным перед прессой».

Цай Вэй сказал:»Не волнуйся. СиРонг понимает, что важно».

Лан СиРонг хотел сказать еще что-то, но в итоге лишь опустил плечи. Испытывая личную неприязнь к Янь Минсю, он не мог игнорировать выдающееся положение президента Вана. Не имея возможности остановить МинСю от сближения с Чжоу Сяном, он чувствовал себя очень подавленным и беспомощным.

Чжоу Сян подавил негативные эмоции в своем сердце и похлопал Лань СиРонга по плечу: «Пойдем. Надень свое милое улыбчивое лицо, которое все любят».

Лан Си Ронг натянуто улыбнулся. Увидев, что кроме них никого нет, он прошептал: «Сян Гэ, можно я тебя поцелую?»

Чжоу Сян удивленно ответил: «Что?»

Отчетливо услышав это, ЦайВэй с улыбкой пожурил:»Посмотрите на него…» И, покачав головой, ушел.

Чжоу Сян чуть насмешливо спросил:»Ты сопляк… ты действительно так нервничаешь?»

«Я не нервничаю. Я просто хочу поцеловать тебя».

Лан СиРонг сделал такое лицо, словно избалованный ребенок выпрашивает конфету. Такое выражение, в сочетании с красивым детским личиком, придавало ему немного несчастный вид. Поэтому, людям было трудно отказаться. Неудивительно, что женщины всех возрастов, увидев Лан СиРонга, готовы взять его на руки и побаловать.

Чжоу Сян приподнял брови: «Куда ты хочешь поцеловать?»

«А куда хочешь ты?» — взволнованно спросил Лан СинРонг.

Чжоу Сян коснулся пальцами свои губ, поцеловал их и послал ему воздушный поцелуй: «Ладно, пойдем». Сказав это, он повернулся и отошел.

Лань СиРонг остался недоволен его полусерьезным ответом. Он шагнул вперед, быстро чмокнул Чжоу Сяна в губы, а затем лукаво улыбнулся: «Сян Гэ, не обманывай так людей».

Чжоу Сян покачал головой и беспомощно сказал: «Проходи, хватит терять время».

СиРонг пристально посмотрел на него: «Сян Гэ, пойдем. Пока я имею право голоса в своих будущих фильмах и альбомах, я хочу, чтобы ты был частью этого».

Чжоу Сян улыбнулся: «Спасибо».

Они вошли в банкетный зал из-за кулис. Как только они переступили порог, на них обрушились бесчисленные вспышки. Лан СинРонг к этому привык. Он продемонстрировал свою фирменную улыбку и поприветствовал всех. Чжоу Сян пока не привык к свету. Из-за постоянных вспышек он почти не мог открыть глаза, поэтому ему оставалось только следовать за СинРонгом на сцену.

Вскоре Лан СиРонга окружили несколько репортеров. Ведущий на сцене неоднократно повторил: «Не окружайте СиРонга. Не торопитесь. У вас будет достаточно времени, чтобы задать любые вопросы. Не торопите остальных. Не блокируйте вход. Дайте Си Ронгу пройти первым».

Чжоу Сяна оттеснили назад, перед ним оказалось несколько репортеров, хотевших подойти поближе к Лан СиРонгу. Телохранители СиРонга бросились его спасать.

Чжоу Сян беспомощно хотел обойти, но не смог найти способа, поэтому был в растерянности.

В момент, когда на сцене воцарился небольшой хаос, за спиной Чжоу Сяна послышался шум. С помощью своих помощников и телохранителей Ян МинСю прорвался сквозь окружение репортеров и направился к Чжоу Сяну.

Глава 90 - Эмоциональный разговор

Репортеры повернули головы одновременно. Увидев МинСю, идущего со своими телохранителями, никто не осмелился препятствовать и они расступились.

Ян МинСю был довольно нетипичным человеком для этого круга. Он являлся не только актером, но и представителем одной из самых влиятельных и престижных семей в столице, поэтому никто бы не осмелился рассердить его. И пусть он ведет себя холодно-безразлично и высокомерно, ни одно из СМИ не отзовется о нем плохо. Заметив его неприветливый вид, никто, естественно, не посмел преградить ему путь.

Янь МинСю посмотрел прямо на Чжоу Сяна. Спокойно подойдя к нему, он мягко взял его за руку и негромко сказал: «Пойдем».

Его голос был очень тихим, но в воцарившейся тишине произнесенное слово отчетливо расслышали все.

Что же касалось новичка Чжоу Сяна, то в последнее время количество сплетен о нем росло в геометрической прогрессии. Часто его связывали с такими знаменитостями, как Лань СиРонг, Ван Ю Дун и Ян МинСю. Не осмеливаясь обсуждать это публично, многие не отказывались посплетничать за закрытыми дверями. По крайней мере, новость о том, что Чжоу Сяна «купил» Ян МинСю, уже достигла многих ушей, как только съемочная группа вернулась из Гуйчжоу. А если эти двое еще и публично общаются, то репортеры, естественно, не упустят такую возможность. Все взгляды были устремлены на них, словно прожекторы, ожидая, когда Ян МинСю повернется, чтобы они могли сделать несколько снимков.

Сохранив самообладание, Чжоу Сян улыбнулся: «Президент Янь, сначала вы, пожалуйста». Сказав это, он слегка отстранил руку Янь МинСю, которая оказалась на нем, и сделал приглашающий жест.

Мышцы на лице МинСю чуть двинулись. Бросив быстрый предупреждающий взгляд на репортеров, стоявших перед ними, он слегка приподнял брови для убедительности.

Репортеры, остановившие Лань СиРона, тут же разошлись. Чжоу Сян вежливо кивнул журналистам и поднялся на сцену.

Ян МинСю подошел сзади и осторожно провел рукой по спине. Это движение не было преднамеренным, но создавало впечатление, будто они с Чжоу Сяном близки.

Это заставило Лань СиРонга слегка нахмуриться.

На сцене оказалось несколько человек. Ведущий сначала взволнованно поблагодарил президента Вана и Янь МинСю за то, что они пришли, а затем попросил Лань СиРонга выступить первым. Каждый из них по очереди произнес свои вступительные речи.

Бывая раньше на сцене, Чжоу Сян не чувствовал волнения, но сейчас, когда на него смотрело столько людей, и светило столько вспышек, он сразу ощутил, как кожа головы онемела, а ладони вспотели.

Он с трудом представил себе, как Лан СиРонг проводит концерты на стадионе с таким количеством людей. Но всего две-три секунды хватило, чтобы он смог успокоиться и произнести подготовленную речь. Его речь была довольно лестной, он поблагодарил всех, кого следовало поблагодарить.

Далее последовала сессия вопросов. Большинство из них было посвящено Лань СиРонгу. Практически ни один не имел отношения к Чжоу Сяну. Наконец, прошли мероприятия по разрезанию торта и розыгрышу фантов. Все это заняло почти три часа.

Президент Ван организовал застолье в отеле. После окончания мероприятия все участники пошли на банкет.

Чжоу Сяна усадили за главный стол. За тем же столом расположились СиРонг и МинСю, но они находились по обе стороны от президента Вана, далеко от него.

Во время застолья кто-то постоянно подходил к главному столу, чтобы произнести тост. И за самим столом тоже поднимали тосты друг за друга. Чжоу Сян, оказавшись за ним человеком самого низшего уровня, произносил тосты за каждого. Когда он дошел до Ян МинСю, тот встал.

Это сразу придало Чжоу Сяну значимости. До этого, когда все поднимали тосты, Ян МинСю ни разу не встал.

Президент Ван поджал губы и улыбнулся: «Чжоу Сян. Съемки в Гуйчжоу с президентом Яном прошли гладко?»

Чжоу Сян кивнул: «Это не заставило президента Вана потерять лицо».

Президент Ван рассмеялся: «Когда этот фильм выйдет на экраны, твой авторитет значительно возрастет. Тогда тебе следует поблагодарить МинСю. Если бы не он, тебе не довелось бы сыграть эту роль».

Чжоу Сян улыбнулся: «Спасибо вам, президент Янь, спасибо вам, президент Ван. Я снова поднимаю тост за вас обоих».

Взяв бокал, он налил немного президенту Вану и Янь МинСю, а свой наполнил доверху и поднял: «Выпьем до дна. Вы оба продолжайте в том же духе».

Когда он уже собирался выпить, Ян МинСю схватил его за руку.

Чжоу Сян был поражен. Все, сидящие за столом, смотрели на них.

Руки Ян МинСю были сухими и теплыми. Ладони, словно у девушки, нежные и мягкие, являли собой пару изнеженных рук. Улыбка Чжоу Сяна застыла. Он не знал, что хочет сделать Янь МинСю.

Глубокими, темными глазами Янь МинСю молча смотрел на него в течение долгого времени. Затем он перелил большую часть вина из бокала Чжоу Сяна в свой и выпил его.

Остальные сидящие за столом хранили молчание.

Поступок Янь МинСю был слишком необычен, а учитывая последние слухи,- все с некоторым сомнением посмотрели на Чжоу Сяна.

Атмосфера стала немного неловкой.

Президент Ванг отхлебнул из своего бокала вина и с проницательной улыбкой посмотрел на двух стоящих людей.

Чжоу Сян улыбнулся: «Президент Ян, я в высшей степени польщен. На самом деле мой желудок уже в порядке. Я могу пить. Если я не смогу, то не осмелюсь поднять за вас тост».».

Все понимали, что это отговорка, но это был выход из неловкой ситуации. Чжоу Сян чокнулся с президентом Ван и допил вино в своем бокале.

Президент Ван улыбнулся: «При заболеваниях желудка требуются профилактические меры на протяжении всей жизни. Если сегодня ничего не болит, это не значит, что можно беззаботно терять бдительность. Помни об этом, Сяо Чжоу».

«Спасибо Президенту Вану за вашу заботу».

Не успел Чжоу Сян поставить свой бокал, как ЦайВэй тут же встал и провозгласил тост за всех присутствующих, положив конец этому необычному маленькому случаю.

После банкета все постепенно разошлись. Чжоу Сян планировал уйти с ЦайВэем или СиРонгом, но президент Ван подозвал его к себе.

«Сяо Чжоу, пойдем со мной».

Чжоу Сян ответил: «Президент Ван, я не хочу вас беспокоить. Многим коллегам здесь по пути, я могу доехать с ними».

Эй, с кем ты поедешь? Пойдем…пошли.»

Лань СиРонг хотел что-то сказать, но придержал язык. Ему оставалось только смотреть, как Чжоу Сян уходит с президентом Ваном.

Президент Ван выпил немного лишнего. Выйдя за дверь, он схватил Чжоу Сяна за руку и стал рассказывать о планах на будущее. Чжоу Сян был хорошо знаком с подобными речами президента Вана. Уста президента Вана невероятно медоречивы. Если он захочет нарисовать пирог (общий интерес) для кого-то, он обязательно описал бы пирог таким круглым и объемным, что люди мечтали бы о нем. Чжоу Сян долгое время работал у него, поэтому знал, сколько правды в его словах. Он просто слушал с улыбкой, но не принимал это близко к сердцу.

Наконец, Чжоу Сян проводил президента Вана до входа в отель. Снаружи было припарковано несколько роскошных автомобилей. Репортеров уже практически не было, поэтому крупные звезды, и звезды помельче, осмелились выехать от главного входа. Он увидел, как Лань СиРонг сел в машину, и водитель быстро уехал.

Президент Ван крепко сжал руку Чжоу Сяна и, полупьяно улыбаясь, сказал: «Чжоу Сян, я вижу, что ты не слишком стар, твой темперамент все еще довольно устойчив. Я очень оптимистично настроен по отношению к тебе, тогда пусть Ван Гэ расскажет тебе несколько истин».

Чжоу Сян кивнул.

«В этом кругу много красивых мужчин и женщин, которые приходят и уходят. Почему кто-то может стать популярным, а кто-то нет? Это потому, что те, кто не обрел популярность, либо не использовали возможности, либо даже не имели шанса встретить такие возможности. Тебе… тебе очень повезло».

Президент Ван указал на свой нос: «Чжоу Сян, тебе нужно быть умнее. Перед тобой открывается возможность, и если ты ее упустишь, то ты идиот… дурак дураком».

Чжоу Сян повернул голову, недоумевая, что имеет в виду президент Ван.

Он узнал об этом довольно быстро, потому что президент Ван помог ему спуститься по ступенькам, открыл дверь «Бентли» и впихнул его внутрь: «Ну, я и так много сказал. Президент Ян отвезет вас обратно».

С первого взгляда он увидел Ян МинСю, сидящего на другой стороне и спокойно смотрящего на него.

Чжоу Сян был ошарашен. Он попробовал встать, но в его плечи уперлись толстые руки президента Вана, помешав. Его тело, будто застыв в невесомости, не могло ни подняться, ни опуститься.

Президент Ван улыбнулся ему.

На лбу Чжоу Сяна выступили капли холодного пота. Он неохотно улыбнулся и сел.

Президент Ван похлопал его по плечу и помог закрыть дверь.

Водитель тронулся.

Чжоу Сян сидел слева, а Ян Мин Сю — справа. Расстояние между ними составляло всего лишь одно сиденье, но оно казалось непреодолимым. Никто не сдвинулся.

Чжоу Сян слегка повернул голову: «Президент Ян, мой дом на восточной стороне, а вы направляетесь к западу от Четвертого транспортного кольца».

Он произнес это для Ян МинСю, а также для водителя. Но водитель походил на кусок дерева. Он даже не повернул головы и продолжал двигаться в противоположном направлении.

Минсю тихо сказал: «Мы едем ко мне».

Чжоу Сян попытался подавить свой гнев: «Я никуда не поеду. Найди место, чтобы высадить меня.»

Янь МинСю повернулся и посмотрел на него: «Чжоу Сян, я хочу найти место, где можно поговорить с тобой по душам».

«Мы можем говорить где угодно, почему это должен быть твой дом?»

«Если ты не хочешь идти ко мне домой, мы можем пойти в твой дом. Я бы хотел повидаться с твоей матерью.»

Чжоу Сян прищурился: «Минсю, чего ты действительно хочешь?»

Ян МинСю горько усмехнулся: «Чего я хочу… ты действительно не понимаешь?»

Чжоу Сян открыл было рот, но промолчал. В машине находился еще один человек. Не то чтобы он горел желанием остаться с Янь МинСю наедине, но эти отношения касались лишь их. Он стеснялся говорить об этом в присутствии других, тем более что его история совершенно недостойна упоминания.

Они оба замолчали. Спустя более 20 минут они прибыли к месту, где жил Ян МинСю.

Чжоу Сян бывал здесь несколько раз и даже оставался ночевать. Так что, оказавшись здесь в качестве «другого человека», ничего не опасался. Тело, которое ему не принадлежит, — как самый надежный зонтик, позволяющий спрятаться в нем и делать все, что ему кажется недостойным. Прямо сейчас ему очень не хотелось входить внутрь.

Но он все равно пошел. Не приди он сегодня, рано или поздно ему все равно пришлось бы здесь появиться. Каждое слово президента Ванга отпечаталось в его сознании. Это чертова реальность.

Он решил, что… ему нужно хорошенько поговорить с Ян Мин Сю и четко высказать все, что он думал.

Войдя в дом Янь Минсю налил им обоим по чашке воды. Затем сел на диван и устало вздохнул: «Чжоу Сян, ты спрашивал, чего я хочу. Я лишь хочу получить шанс, шанс на то, что ты снова примешь меня. Ты не можешь лишить меня возможности искупить свои ошибки, приговорив к смерти. Я абсолютно не могу принять это».

Чжоу Сян покачал головой: «Янь Минсю, если бы целый год тебя воспринимали как замену другому человеку, то, при своей гордости и высокомерии, ты смог бы простить такое? Я не так амбициозен и не обладаю твоим благородством, но то, что ты сделал со мной, было намного грандиозней».

Рука Минсю, державшая чашку, дрожала.

«В тот год я изо всех сил старался угодить тебе. Я спрашивал тебя, можем ли мы встречаться с тобой. Ты не можешь не понимать, что это значит. Я серьезно хотел быть с тобой. Если ты относился ко мне только как к приятелю, ты должен был ясно сказать об этом с самого начала. Я не идиот, чтобы приставать к тебе и не отпускать. Ты вел меня за собой, одновременно пытаясь добиться ощущения, что ты с Ван Ю Дуном. Я прав?»

Выражение лица Минсю побледнело. Он не мог опровергнуть ни одно из слов Чжоу Сян.

«Вероятно, я тебе очень нравлюсь. Всё же я не так уж хорош собой, а ты можешь заполучить любого, кого захочешь. У тебя не было необходимости жить со мной в этой маленькой убогой квартирке целый год. Что же тебя во мне привлекло? Тебе понравилось, что я хорошо к тебе относился, понравилось,что я все для тебя делал и очень хорошо о тебе заботился. Но больше всего тебе нравилась моя спина, так похожая на спину Ван Ю Дуна. Поэтому, каждый раз, трахая меня, ты использовал позицию сзади. А я, блядь, думал, что это просто твоя навязчивая идея. Ведь если тот, кого ты трахаешь, Ван Ю Дун, то ты обязательно захочешь полюбоваться его красивым лицом, верно?» К концу этих слов голос Чжоу Сяна задрожал. Он долгое время сдерживался. Он хотел сказать это с того момента, как расстался с Янь МинСю. Но, к сожалению, у него не было возможности. И если бы МинСю не вынудил его, он бы всё равно никогда этого не сказал, стараясь сохранить своё достоинство. Он знал, что опозорен. И точно не хотел обсуждать то, насколько он жалок, с человеком, унизившим его.

Голос Янь МинСю охрип: «Это не так, не так, Чжоу Сян! Когда мне было 16 лет, я решил, что человек, который мне понравился, — это Ван Ю Дун. Пока я не встретил тебя. После встречи с тобой все изменилось. Но когда я, наконец, понял, кто на самом деле был в моем сердце, ты уже… прежде чем я смог сказать тебе это, тебя здесь уже не было, Чжоу Сян. Я никогда не думал унижать тебя. Тот год, что мы были вместе, был для меня самым драгоценным опытом, не заменимым никем. Я просто… я просто не понимал этого в то время, когда у меня было…..». Янь Минсю смотрел на Чжоу Сяна налитыми кровью глазами, не зная, как выразить, насколько сильно он его любит.

Его ошибки причинили Чжоу Сяну такую боль, которую невозможно стереть. Что бы он ни говорил, он не сможет изменить этот факт.

Чжоу Сян горько улыбнулся: «Ты даже не можешь этого опровергнуть, верно? Ты считаешь меня глупцом? После аварии со мной ты чувствовал вину и раскаяние. Но что толку? Что, если я не проснусь в этом теле? Даже умирая, я бы не узнал, что у тебя на самом деле все еще есть какие-то чувства ко мне.» Он прижал руку к сердцу, чувствуя, что то кровоточит. «Ян МинСю, я все еще жив, так что ты можешь забыть о своем чувстве вины. Под бескрайними небесами много дорог и каждый из нас может пойти своей. Тебе больше не нужно меня принуждать. Я уже отпустил тебя. Разве это не хорошо? Бог дал мне эту новую жизнь, пожалуйста, позволь мне начать все сначала и прожить ее хорошо».

Янь МинСю хрипло ответил: «Чжоу Сян, почему ты не веришь в мои чувства к тебе? Ты ведь любил меня раньше. Может ли быть так, что от чувств не осталось и следа? Все, что ты надеялся получить от меня, я могу дать тебе сейчас. Тебе стоит только кивнуть головой, и я сделаю для тебя все. И за это ты действительно не можешь меня простить?»

Чжоу Сян долго молчал, прежде чем ответить: «Я не смогу этого сделать. После того, как я увидел свой труп, я не смогу этого сделать».

Ян МинСю, казалось, слышал, как разбивается его сердце. Он медленно схватился за волосы, а в голове у него звучал голос, который продолжал напоминать, что Чжоу Сян отказывается простить его, снова и снова, жестоко и отчетливо.

Чжоу Сян встал. Он заставил себя не смотреть на Минсю и повернулся к двери.

Он больше не может ни слушать, ни видеть. Сердце этого, юного Чжоу Сяна было заражено одинокой душой Янь МинСю. На самом деле его сердце бесконечно жалело МинСю. Так не должно быть. Это неправильно. Его сердце должно было умереть вместе с телом.

«Чжоу Сян, не уходи», раздался глухой голос Минсю.

Рука Чжоу Сяна уже сжимала дверную ручку.

Тихо прозвучал хрипловатый голос МинСю: «Чжоу Сян, ты забыл, что у нас еще полгода до конца сделки».

Потрясенный, Чжоу Сян медленно обернулся.

Янь МинСю встал с изменившимся лицом, его глаза были воспалены. Он шаг за шагом подошел к Чжоу Сяну.

Чжоу Сян отпустил дверную ручку. Он хотел улыбнуться, но не смог: «Президент Янь, как я мог забыть?» Как он мог забыть об этом? Он забыл, что взял 2 миллиона иен и квартиру у Янь МинСю, продав ему себя на год.

Такой ценной сделки, возможно, он не заключит за всю свою жизнь, но он действительно забыл или просто не осмеливался думать об этом.

Ян МинСю подошел ближе и нежно коснулся его лица. Его глаза были полны эмоций, и он тихо прошептал: «Теперь ты вспомнил?»

«Запомнил». Чжоу Сян спокойно посмотрел на него, выражение его лица было холодным. «До мая следующего года».

Янь МинСю наклонился и нежно поцеловал губы Чжоу Сяна. Его голос охрип: «Чжоу Сян, я не хочу этого делать, но я не в силах смотреть, как ты уходишь от меня».

Чжоу Сян холодно сказал: «Мне нужны деньги. Мне не нужна квартира».

«Так не пойдет. Квартира уже была передана, ты не можешь отказаться от сделки».

Чжоу Сян слегка дрожал.

«Полгода, в эти полгода, следуя нашему договору, оставайся со мной». Янь МинСю погладил кончиками пальцев гладкое лицо Чжоу Сяна, а другой рукой обхватил его за талию, крепко обнимая.

Чжоу Сян глубоко вздохнул. Обогреватель в комнате был включен достаточно сильно, но всем телом он ощущал леденящий холод.

«Скажи что-нибудь, Чжоу Сян». МинСю целовал и посасывал его шею, оставляя на коже свои следы.

Чжоу Сян тихо произнес: «Мне нечего сказать. Президент Янь, Вы победили, воспользовавшись своим влиянием.»

Рука Янь Минсю внезапно напряглась, обняв Чжоу Сяна так крепко, что у того едва не перехватило дыхание.

«Чжоу Сян, я не хочу этого делать. Я буду добр к тебе. Будь со мной. Мое единственное желание, чтобы ты остался рядом со мной. Не продолжай ненавидеть меня. Не обижайся на меня, Чжоу Сян…» Янь Мин Сю, как ребенок, повис всем весом своего тела на Чжоу Сяна, изо всех сил удерживая его, опасаясь, что он исчезнет.

Запавшими глазами Чжоу Сян уныло смотрел на темное ночное небо за окном, не зная, что сказать.

Он ходил кругами, спотыкаясь и натыкаясь на препятствия, и, по сути, никогда ничего не контролировал.

Это просто смешно. Чем больше он чего-то хочет, тем больше реальность противостоит этому. Когда он хотел что-то, то не мог этого получить. Когда он хотел убежать от этого, он не мог этого избежать.

Неважно, в какое время, он все равно не может добиться своего.

Даже потеряв в детстве родителей, он не считал свою жизнь неудавшейся. Но теперь у него появилось жуткое ощущение, что его судьба уже предрешена, и это полный фарс.

Глава 91 - Мысли Минсю

В тот вечер Чжоу Сян не пришел домой. Он не вернулся в квартиру к Чэнь Ин, потому что Янь Минсю отвез его в его родной дом.

Чжоу Сян, не смотря ни на что, больше не владел этим домом. Его смерть констатировали, как только было обнаружено тело, и он больше не имел никакого отношения к своему прежнему имуществу.

Толкнув знакомую дверь и щелкнув выключателем, который легко мог нащупать даже с закрытыми глазами, он увидел перед собой дом, в котором прожил 30 лет, и который выглядел как прежде. Ни пылинки, ни пустоты от долгого отсутствия. Согревающий мягкий свет струился в уютную маленькую гостиную, и он почувствовал себя так же, как и в прежние годы. Не было ни малейших изменений.

Взгляд Янь МинСю прошелся по всем уголкам гостиной. Он тихо сказал: «Я прибирался здесь. Ты… после того, как ты уехал, я жил здесь долгое время. Но потом, позже, я уже не решался. Звук твоего голоса и твое лицо слышны повсюду в этом доме, я не могу здесь жить. Но каждый месяц я возвращался раз или два, чтобы сделать небольшую уборку. Все осталось таким же, как и раньше. Чжоу Сян… ты понимаешь? Я всегда ждал, когда ты вернешься.»

Сердце Чжоу Сяна сжалось от боли. Он горестно вздохнул: «Теперь я вернулся. Я хочу обменять эту квартиру на ту, которую ты мне передал. Верни мне мою, хорошо?» Чжоу Сян посмотрел на Янь МинСю искренним взглядом: «Прими это, как мою мольбу».

Янь МинСю натянуто улыбнулся: «Чжоу Сян, ты действительно способен заставить меня чувствовать себя подлым. Я готов вернуть тебе эту квартиру, но ты должен отдать мне себя».

Чжоу Сян молча повернул голову: «Полгода, всего полгода осталось до конца нашей сделки».

«Даже если пройдут эти полгода, я не сдамся». МинСю добавил: «В течение этих шести месяцев все будет как раньше, и ты должен следовать моим планам. Я даю тебе два дня, чтобы вернуться сюда, — он наклонился вперед и нежно поцеловал мягкие губы Чжоу Сяна. — Давай жить здесь вместе и начнем все сначала.»

Чжоу Сян скрипнул зубами: «Все это бессмысленно. Уже ничего нельзя вернуть назад. Если бы я был прежним Чжоу Сяном, если бы не упал со скалы, тогда, возможно, я смог бы начать с тобой все сначала. Но сейчас, Ян МинСю, сейчас, посмотри на меня, посмотри на мое лицо, мы не можем начать все сначала».

«Мы можем». Ян МинСю свирепо уставился в глаза Чжоу Сяна. Его взгляд был настолько глубоким, что выглядел немного пугающе. «Чжоу Сян, на самом деле ты никогда не знал меня, потому что я всегда оберегал себя от тебя. Я совершил огромную ошибку. Я не дал тебе понять, насколько мне нравилось быть вместе с тобой в тот год. Каждый день мне было так уютно и хорошо. Ты не понимаешь, что значишь для меня. Я тоже не понимал тогда, но за те три года, что тебя не было рядом, я яснее ясного понял, что не могу… не могу тебя отпустить».

Он не знал, осмелится ли он когда-нибудь в своей жизни рассказать Чжоу Сяну, что человек, который очаровал его в возрасте 16 лет, в которого он влюбился, и о котором он постоянно думал долгие годы, — это и есть Чжоу Сян. Перепутав, он не понял, что полюбил не того человека, и совершил ошибку, которую не мог простить себе в этой жизни. Сейчас он ничего не мог с этим поделать. У него не хватало смелости признаться Чжоу Сяну. Он боялся, что тот возненавидит его еще больше. Он сам ненавидел себя.

Если можно сказать, что изящная, естественная и непринужденная фигура человека в белом на киноэкране оказалась воплощением его юношеских любовных фантазий, то год, проведенный с Чжоу Сяном, оказался периодом, открывшем ему какие именно отношения дают ему ощущение комфорта и наполненности. Он познал, как зрелый мужчина относится к любви, при этом, влияя своей добротой и терпеливостью на другого человека, и привязывая его к себе. Именно Чжоу Сян стал его крепкой опорой. Но в то время он, ослеплённый собственной одержимостью, был слишком глуп, чтобы понять это. Ему даже казалось, что раз его сердце уже занято, то он пойдет против своих принципов, влюбившись в кого-то другого. Получая удовольствие от всего, что дарил ему Чжоу Сян, он, обманываясь сам, обманывал и Чжоу Сяна.

Поэтому он вполне понимал, почему Чжоу Сян не доверяет ему. В тот год он не дал Чжоу Сяну ни малейшей уверенности. Даже после смерти Чжоу Сяна, он не сразу понял, насколько весомое место тот занимал в его сердце.

Он потратит все оставшееся время на то, чтобы исправить все совершённые ошибки, положить конец этой трехлетней пытке и вернуть человека, которого он больше всего хотел в своей жизни… человека, который должен быть в его жизни.

Увидев в глазах Янь МинСю такую решимость и глубокие эмоции, сердце Чжоу Сяна невольно дрогнуло.

Янь МинСю очень верно отметил. Он никогда по-настоящему не понимал Ян МинСю, потому что тот никогда не давал ему такого шанса. Первые несколько месяцев он даже не знал, чем занимается Ян МинСю. В его глазах Янь Минсю был просто недавним выпускником колледжа, гордым и высокомерным; молодым человеком, из материально обеспеченной семьи, которому нелегко угодить. В то время он мало задумывался о том, каким человеком на самом деле был Янь МинСю. Первым, что его привлекло, была божественная внешность.

Когда он действительно захотел понять МинСю, было поздно — он оказался глубоко влюблен. Любые качества МинСю, и достоинства и недостатки, он считал достойными исследования. Но он уже не мог ясно разглядеть их.

Лишь переродившись в другую личность и вновь встретившись с Янь МинСю, он, наконец, очнулся. МинСю больше не тот юноша из прошлого или даже МинСю из того времени. Он не так прост, как раньше казалось. Сейчас перед ним могущественный и хладнокровный человек, которому позволено делать в сфере шоу-бизнеса всё.

Увидев невозмутимое выражение лица Янь МинСю, он ощутил озноб. Он не доверился ни единому слову МинСю, потому что не мог избавиться от ощущения, будто его пытаются проглотить. Он насмешливо сказал: «Янь МинСю, если все так, как ты говоришь… и ты не можешь забыть меня, тогда как же возникла наша сделка? По сути, ты положил два миллиона и квартиру, чтобы «купить» меня. Но ты покупал не меня, а это тело. Но даже это — ерунда. У кого нет физических потребностей? Но когда тебе нравился Ван Ю Дун, ты рассматривал меня, как замену ему. Говоришь, что я тебе нравлюсь, но, при этом, нашел замену и мне. В сущности, тебе просто не хватает кого-то, кто был бы с тобой рядом… не важно, кто это…»

Чжоу Сян не успел договорить, как лицо Янь МинСю стало крайне отталкивающим. Он порывисто прижал Чжоу Сяна к стене, его голос зазвенел от испытываемой боли: «Чжоу Сян, относиться к тебе как к Ван Ю Дуну… Я сожалею… но ты… в тот раз, когда я увидел тебя у лифта, даже несмотря на твою полностью изменившуюся внешность, я словно почувствовал притяжение, которое невозможно объяснить. В тот момент я думал только о том, что не хочу, чтобы ты уходил. Я использовал такой способ, лишь бы заполучить тебя или это тело, потому что… — МинСю захлёбывался рыданиями, — Потому что, так сильно по тебе скучая, я сходил с ума. И близость с тобой — это единственное, что могло спасти меня в то момент. Ты не понимаешь… Ты не понимаешь, как я по тебе тосковал. Ты не понимаешь, сколько я терпел каждый день. Очевидно, что ты — это ты, но ты так долго скрывал это от меня. Ты рассказал ЦайВэю, Лань СиРону, но только не мне. Ты доволен такой местью? Ты должен быть доволен. Мне гораздо больнее, чем ты думаешь!» МинСю крепко обнял его, его голос был полон отчаяния. «Чжоу Сян, даже если я заслуживаю всего, я никогда не думал предавать тебя. Просто… вы оба казались слишком похожими друг на друга. А в действительности выяснилось, что вы — один и тот же человек! Чжоу Сян, ты можешь это понять? Прошло уже три года. Я так больше не могу!»

Ван Ю Дун, оба Чжоу Сяна, замена, подмена, кто из них чей заместитель? Кто чей заменитель? Кто главный герой?! С самого начала и до сих пор все происходящее походило на шутку, затеянную Богом. Цель — просто, ради развлечения, загнать в безвыходную ситуацию, а затем посмотреть на их измученные и глупые лица.

Чжоу Сян открыл рот, на кончике языка вертелись слова, но он промолчал. Он боялся, что отворив рот, выпустит эмоции из-под контроля.

Боль и обиды Минсю заставили его чувствовать себя подавленным. Можно ли считать, что МинСю предал его? Вряд ли. Он тоже мужчина и никогда не думал, что кто-то должен хранить верность умершему человеку.

МинСю не сделал ничего плохого. В действительности, он даже помог ему. Но эмоции, запутавшиеся в его сердце, не давали покоя.

Может ли он ревновать? Тогда к кому он ревнует? Оба Чжоу Сяна — это он, но лишь отчасти. Кто кого заменяет? Кто главный герой? Даже он сам не может сказать.

Чжоу Сян закрыл глаза от боли.

Он давно понял, что пока он связан с Ян Мин Сю, его ждут немыслимая боль и страдание. Поэтому он должен, просто обязан, держаться подальше от Ян МинСю. Даже если он очень его любит, он тоже боится.

Глава 92 - Не сдавайся со мной

Чжоу Сян осторожно оттолкнул Минсю. Его ноги подкосились и он мягко опустился на диван, тупо уставившись на телевизор, от которого давно следовало избавиться.

МинСю некоторое время стоял неподвижно. Он потер лицо и вздохнул, стараясь усмирить свои эмоции, затем повернулся и пошел на кухню.

Чжоу Сян услышал звук заработавшей микроволновой печи и ошарашенно посмотрел в сторону кухни. Он не понимал, действий Янь МинСю.

Через некоторое время Янь МинСю вышел, держа в руках две миски из костяного фарфора (T/N). Маленькие фарфоровые чаши были белыми, как нефрит, и украшены бледно-розовыми цветами камелии. Они их купили, однажды неспешно прогуливаясь по улицам. Оба заметили их практически одновременно. Увидев цену, Чжоу Сян хотел уйти, но Янь МинСю просто пошел и принес набор.

T / N Костяной фарфор — это тип фарфора, который состоит из костного пепла, полевого шпата и каолина и является самым качественным из фарфора или фарфоровой керамики, обладающая очень высокой механической и физической прочностью и устойчивостью к растрескиванию, и известный своим высоким уровнем белизны и прозрачности.

Всю оставшуюся половину года их совместной жизни они пользовались им постоянно. Он, по памяти, мог представить сервиз с цветами камелии, стоящим на столе. Бледно-розовые цветы камелии, украшавшие белый фарфор, на расстеленной скатерти в красно-белую клетку, выглядели так нежно и элегантно, создавая домашнюю атмосферу.

Чжоу Сян безучастно смотрел на то, как МинСю расставляет фарфоровые чаши на кофейном столике. В них оказался суп из белых грибов (T/N).

whitefungusoup

T / N Белый гриб был оценен по его лекарственным свойствам, а именно противовоспалительными и противоопухолевыми. В китайских семьях его обычно используют в супах, приготовленных для успокаивающих целей, таких как питание тел, лечение сухого кашля и очищение легких.

«Я приготовил его сегодня, перед тем, как выехать. Я знал, что там будет алкоголь». В голосе Ян МинСю все еще слышалась хрипотца. Он мягко добавил: «Возможно, он не так хорош, как тот, что готовишь ты. Попробуй». Он поднял миску с супом из белого гриба и протянул ее Чжоу Сяну.

Чжоу Сян вытянул руки, чтобы взять ее. Вздохнув, он сделал глоток.

Минсю с нетерпением спросил: «Вкусно?»

«Президент Янь, вам не пристало заниматься этим.» — Чжоу Сян поставил миску на стол и спокойно посмотрел на Ян МинСю.

Янь МинСю скрипнул зубами: «Тебе больше не разрешается называть меня президентом Яном».

Янь МинСю не мог понять насмешку, что была в сердце Чжоу Сяна, когда тот называл его «президент Янь». Когда правда открылась, он даже почувствовал ненависть к Чжоу Сяну за то, что тот скрывался от него целый год.

Чем дольше он был в разлуке с Чжоу Сяном, тем сильнее становилась его боль. Никто не мог этого понять. Только он один знал, каково это — проводить бессонные ночи… каково это — просыпаться посреди сна в слезах… и каково это — искать кого-то по всему миру и не находить. Самое страшное — лгать себе, что этот человек не умер, а потом увидеть собственными глазами кости скелета. Это было такое опустошающее отчаяние. Если бы не напоминание Великого Мастера, он, скорее всего, не вышел бы больше из дома фермера. И когда он понял, что Чжоу Сян рядом с ним, когда узнал, что все его догадки имеют разумное объяснение, на мгновение он возненавидел Чжоу Сяна… но еще больше он возненавидел себя.

Никто не сможет помешать ему вернуть Чжоу Сяна, потому что теперь он прекрасно знал, как это — потерять человека, которого любишь больше всего на свете.

Чжоу Сян помолчал некоторое время: «Завтра я перееду сюда, но это останется между нами. Перестаньте делать на публике то, что может вызвать сплетни». Сегодня, когда Ян МинСю вывел его на сцену, он почувствовал себя неуютно.

«Никто не посмеет судачить обо мне».

«Да, но они осмелятся говорить обо мне».

«Не принимай это близко к сердцу. Чжоу Сян, все, что они говорят, не повлияет на тебя. Ты хочешь стать звездой, и я помогу тебе в этом».

«Дело не в том, что…» — начал объяснять Чжоу Сян, но понял, что это бесполезно. Он хотел быть не звездой, а актером со стабильным доходом. Излишняя популярность — это своего рода бремя. Он ленивый и легко удовлетворяемый человек. Он просто хотел зарабатывать деньги, и, в то же время, не привлекать к себе внимания. В действительности, ему не стоило работать в сфере развлечений. Но, к сожалению, у него нет других навыков. Доказывать, что он не хочет славы, бесполезно.

«Что бы ты ни хотел, просто скажи мне. Я выполню это для тебя». Мин Сю схватил Чжоу Сяна за подбородок и искренне посмотрел на него: «Просто скажи мне».

Чжоу Сян слабо сказал: «Моя карьера развивается очень хорошо. Вам больше не нужно ничего делать. Просто оставьте мне хорошую репутацию».

Пальцы Янь МинСю дрогнули: «Сейчас твоя репутация зависит от Лань СиРонга. Я не хочу, чтобы ты был связан с его именем. Не снимайся в его видеороликах, у них слишком низкий уровень. Я планирую снять фильм. Я хочу, чтобы ты сыграл главную роль, а сам буду играть второстепенную, чтобы поддержать тебя».

Чжоу Сян нахмурился: «Янь МинСю, я действительно доволен тем, что делаю сейчас, мне не нужна твоя поддержка».

«Три года назад я обещал вложить деньги в фильм для тебя, но ты тогда сбежал». В голосе Янь МинСю послышалась легкая уязвленность, ведь тогда он в последний раз видел Чжоу Сяна — настоящего Чжоу Сяна. Даже сейчас мысли об этом словно пронзают его сердце. Он хрипло произнес: «Я сказал… я возмещу тебе все, что ты потерял. Чжоу Сян, я не могу вернуть тебя к жизни, но все остальное… если только я смогу дать тебе это, я отдам тебе все».

Чжоу Сян понял, что говорить что-либо бессмысленно. Пусть в Янь Минсю многое изменилось, но единственное, что никогда не изменится, — это его сущность. Если Янь МинСю что-то решил — это окончательно. Он всегда был доминирующим и властным.

Чжоу Сян считал, что Янь МинСю исключительно горделив и вскоре, когда ему надоест угождать, он сдастся. Того факта, что мертвого человека не воскресить, нельзя изменить ни в одной жизни. Но суть совершенно меняется, когда человек еще жив. Он хотел посмотреть, как долго Янь Минсю сможет продержаться.

Чжоу Сян покачал головой: «Решать вам. Я возвращаюсь».

Минсю немедленно схватил его: «Куда ты идешь?»

«Сначала я вернусь назад».

«Не уходи. Я помогу тебе переехать завтра. Оставайся здесь на ночь». Выражение лица Янь МинСю стало настолько напряженным и серьезным, что совершенно не позволило Чжоу Сяну отказаться.

Чжоу Сян чуть не рассмеялся вслух: «Янь Минсю, ты думаешь, что в данной ситуации будет уместным заняться сексом?»

Лицо МинСю слегка покраснело: «Я не это имел в виду. Я лишь хочу, чтобы ты остался. Если ты не хочешь этим заниматься, я не буду тебя принуждать».

«Тогда что ты хочешь делать? Просто лечь и поболтать?»

Неожиданно Янь МинСю кивнул: «Достаточно просто быть рядом с тобой. Делать что угодно — это прекрасно».

Чжоу Сян раздраженно схватился за волосы и кивнул: «Я собираюсь принять ванну».

Встав, он направился в глубь дома. Узкие коридоры, простая ванная комната, простой кабинет, уютная спальня… Чжоу Сян не мог не заглянуть в каждый уголок дома. Кончики его пальцев гладили слегка грубоватые желтые стены. Знакомое и теплое чувство наполнило его сердце.

Папа, мама, я вернулся. Я действительно вернулся.

Янь МинСю незаметно наблюдал за Чжоу Сяном со спины. Образ этого человека, свободно разгуливающего по дому, стал самым ценным воспоминанием в его жизни. Теперь эти образы, наконец, всплыли снова. Раньше он не верил в Бога, но теперь считал, что судьба давно предопределена. И Чжоу Сян — тот, кто предназначен ему судьбой. Иначе Чжоу Сян не вернулся бы к нему после перерождения.

Начиная все заново, он точно не упустит шанс исправить свои ошибки.

Чжоу Сян принял уютную горячую ванну. Его ванная комната была очень маленькой, и потому жар рассеивался не быстро. Хотя летом с вентиляцией возникают проблемы, зимой было особенно тепло. Давно утраченный покой растрогал Чжоу Сяна. Все здесь казалось таким интимным.

Закончив купаться, он понял, что забыл захватить пижаму. Он уже собирался надеть ту одежду, что была на нем до этого, когда в дверь ванной тихонько постучали. Снаружи проявилась тень Ян МинСю.

«У меня есть твоя пижама. Надень её.

Чжоу Сян открыл дверь и встретился со взглядом Ян Мин Сю, державшего в руках пижаму. Оставалось только догадываться, как долго он простоял там.

Чжоу Сян взял пижаму. Рука слегка дрогнула. Это была пижама из парного комплекта, купленного им. В то время, чтобы дать МинСю некоторые мысленные подсказки, он купил множество вещей для семейных пар, это были пижамы, чашки, зубные щетки и нижнее белье. Он надеялся, что Ян МинСю почувствует себя с ним парой. Тогда Ян Минсю не отказался. И Чжоу Сян был очень взволнован, решив, что он принял его намеки. Позже он понял, что вещи, вызывавшие у него воодушевление, для Янь МинСю оказались бессмысленными мелочами. Что же так повлияло на Янь МинСю сейчас?

Было неожиданным, что, спустя время, Ян МинСю стал использовать такие же методы, чтобы вызвать в нем эти чувства. Он наконец-то понял, почему МинСю, который мог позволить себе любое жилье, настаивал на возвращении в эту квартиру 30-летней давности, площадью 70 квадратных метров. Ведь здесь повсюду их воспоминания: в каждой комнате и в каждой детали, от маленьких фарфоровых мисочек до пижамных комплектов… все это является доказательством того, что когда-то он любил Янь Минсю. Янь Минсю надеется, что он помнит об этом.

Янь МинСю не зря старался, потому что Чжоу Сян никогда не забывал эти мелочи. Все в этом месте вынуждало его снова и снова вспоминать в деталях о них с Янь Минсю. Чем больше он вспоминал, тем сильнее ощущал боль.

Конечно, постельное белье в спальне было выбрано ими когда-то вместе. Ковер на деревянном полу был куплен Ян МинСю. Торшер десятилетней давности был разбит Янь Минсю, когда он задел его, вставая посреди ночи. Его починили, но следы ремонта ещё видны. Даже выйдя из ванны, он обнаружил МинСю в такой же пижаме, как у него, только большего размера.

Все это напоминает обратное течение времени, как будто невидимая рука перенесла их на три года назад, вынуждая Чжоу Сяна пережить эти приятные и счастливые моменты из прошлого.

Волосы Ян МинСю мягко обрамляли лицо, отчего он выглядел на пару лет моложе и напомнил прежнего высокомерного и безразличного подростка, особенно этот взгляд, настолько глубокий, что не возможно было разглядеть, что за ним.

Когда их взгляды столкнулись, Чжоу Сян почувствовал, будто МинСю видит его мысли насквозь.

Ян МинСю подошел к кровати и медленно сел. Мокрая челка Чжоу Сяна прилипла ко лбу, а капли холодной воды скатывались от бровей к глазам.

Они молча смотрели друг на друга, сидя очень близко.

Ян МинСю прошептал: «Сян Гэ… спасибо, что вернулся».

Сердце Чжоу Сяна дрогнуло.

«Я хочу, чтобы ты вспомнил все, что было в этом доме, особенно свои чувства ко мне». Его тон был полон уверенности.

МинСю поцеловал мягкие губы Чжоу Сяна, нежно посасывая и разминая их, наслаждаясь освежающим вкусом. Янь МинСю впервые поцеловал его. Вернее сказать, он впервые поцеловал его в нынешнем обличье.

Он уже полгода был с Ян МинСю, но любовью они занимались всего несколько раз. Не говоря уже о поцелуях — каждый раз, когда Ян Мин Сю проявлял сексуальное влечение, он не хотел видеть его лица.

Поначалу он думал, что МинСю до сих пор принимает его за Ван Ю Дуна, но он не ожидал, что станет собственной заменой. Эта абсурдная ситуация действительно случилась с ним. Но раз он может проснуться в теле другого человека, значит, в этом мире нет ничего невозможного.

Ощущение, что его дразнит невидимая рука, становилось все более сильным, заставляя Чжоу Сяна пугаться и дрожать от страха. Он боялся, что Бог, устроив этот фарс, только и ждет, когда он слишком глубоко увлечется этим обманом, и тогда его жестоко разбудят, позволив снова упасть в руины.

Юркий язык Ян МинСю прорвался сквозь преграду зубов Чжоу Сяна, проник в рот и переплелся с его языком. Глаза Чжоу Сяна затуманились, и он невольно отпрянул от этого теплого поцелуя. Он подсознательно оттолкнул Янь МинСю, но тот схватил его за руки и с силой прижал к себе.

Чжоу Сян мог лишь отрешенно принять этот все более неистовый поцелуй. Ян МинСю превратил легкий поцелуй в глубокий, полный страстного желания и сладострастного вкуса. Бурные эмоции разожгли огонь, который охватил обоих, поглотив разум. Чжоу Сян широко раскрыл глаза; он не мог понять, как поцелуй может привести от печали к отчаянию, и почему эта печаль так заразительна.

В тот момент, когда они почти задохнулись, Янь Минсю отпустил его, обессиленно упав сверху и обхватив его за талию, пробормотал: «Ты вернулся. Ты действительно вернулся».

Чжоу Сян подавил желание прикоснуться к нему. Он лежал на кровати в полной растерянности, позволяя МинСю тяжело опираться на него.

Янь МинСю изменил позу, и руками обвил Чжоу Сяна за плечи. Его нежный и хрипловатый голос тихонько прозвучал в ухе Чжоу Сяна: «Сян Гэ, спи. Надеюсь, что в будущем я смогу вот так обнимать тебя каждый день. Не отказывайся от меня, потому что я никогда не откажусь от тебя».

Чжоу Сян устало закрыл глаза.

Янь МинСю держал Чжоу Сяна так, словно в его руках был весь его мир.

Здесь весь его мир.

Мастер Цзикун молча вглядывался в него некоторое время, его лицо оставалось безучастным, ни одна черта не дрогнула. Чжоу Сян чувствовал, как этот взгляд пронизывает его насквозь, вызывая неприятное ощущение по всему телу. Он повернулся к Янь Минсюю и спросил сдержанно:

— Господин Янь, зачем вы меня позвали?

Янь Минсюй строго посмотрел на него, его голос прозвучал холодно и требовательно:

— Мне нужно знать, что ты видел вчера, когда заходил туда. Что ты сказал и что сделал.

Чжоу Сян потупил взгляд и тихо ответил:

— Я увидел кучу костей. Увидел, что Янь Минсюй сидит на полу, закрыв глаза, и не произнес ни слова. Я ничего не сделал. Испугался и убежал.

— Правда? — недоверчиво переспросил Янь Минсюй.

— Правда, — подтвердил Чжоу Сян.

— Но он хочет тебя видеть, — сказал Янь Минсюй.

Чжоу Сян на мгновение замер, затем кивнул:

— Хорошо. Я тоже хотел его увидеть.

Второй раз войдя в тот деревенский дом, Чжоу Сян заметил, что на этот раз Янь Минсюй сидит за столом, перед ним стоит нетронутый завтрак. Янь Минсюй не прикасался к еде, просто уставившись в пустоту. Когда Чжоу Сян вошёл, Янь Минсюй поднял на него покрасневшие глаза. Внешность Янь Минсюя резко отличалась от его обычной холодной сдержанности: он выглядел измождённым, с растрёпанными волосами, и за несколько дней сильно похудел.

Что-то сильно ударило Чжоу Сяна в сердце. Он не удержался и бросил взгляд в сторону внутренней комнаты, где лежали останки, но дверь была плотно закрыта.

Янь Минсюй заговорил, его голос был хриплым и неприятным:

— Садись.

Чжоу Сян сел, с тревогой глядя на Янь Минсюя. Он хотел что-то сказать, но не знал, с чего начать.

Янь Минсюй не отрывал от него взгляда, в его пустых глазах мелькнула странная искорка. Он пристально смотрел на Чжоу Сяна, словно пытаясь проникнуть сквозь его кожу и увидеть, что скрывается внутри. Чжоу Сян почувствовал себя крайне неуютно.

— Есть кое-что, что я должен тебе сказать, — начал Янь Минсюй. — Я не хочу, чтобы Цай Вэй видел меня в таком состоянии, поэтому я говорю это тебе, а ты передашь ему.

Чжоу Сян кивнул.

— Все вопросы, связанные с Чжоу Сяном, я беру на себя. Пусть он не беспокоится, — сказал Янь Минсюй, не сводя глаз с лица Чжоу Сяна и внимательно наблюдая за каждой его эмоцией.

Чжоу Сян дрожащим голосом спросил:

— Что это значит?

— Это значит, что тело Чжоу Сяна и его имущество — всё будет мною урегулировано.

— Но у него есть родственники… — начал было Чжоу Сян.

— Я знаю. Я уже всё уладил. Теперь всё, что принадлежало Чжоу Сяну, законно принадлежит мне, — ответил Янь Минсюй.

Чжоу Сян сжал кулаки под столом, опустил голову, скрывая своё лицо, и тихо, сдавленным голосом спросил:

— И как ты собираешься… поступить с Чжоу Сяном и его вещами?

— Я отвезу его в Пекин и похороню, — ответил Янь Минсюй.

Чжоу Сян продолжил:

— А дом? Ты продашь его?

Янь Минсюй глубоко посмотрел на него и ответил:

— Я собираюсь сделать в доме ремонт.

Чжоу Сян растерялся и глухим голосом спросил:

— Зачем…?

Янь Минсюй длинными пальцами слегка постучал по столу и резко ответил:

— А почему я должен объяснять тебе причины?

Чжоу Сян сказал:

— Потому что… брат Вэй сказал, что в доме остались некоторые вещи Чжоу Сяна. Он хотел бы их сохранить на память.

«Я сказал, что теперь всё, что принадлежало Чжоу Сяну, является моей законной собственностью, — это не его забота, я сам разберусь», — ледяным тоном произнёс Янь Минсю.

Чжоу Сян стиснул зубы до боли: «И как же ты собираешься разбираться?»

«Сжечь. Или похоронить вместе с Чжоу Сяном», — ответил Янь Минсю, не дрогнув ни одним мускулом на лице.

Чжоу Сян едва не подпрыгнул от ярости. Какое право имел Янь Минсю распоряжаться вещами Чжоу Сяна?! Это же его… Но он тут же осознал: в его нынешнем положении у него нет никаких прав. Голос его дрожал: «Господин Янь, Вэй-гэ и Чжоу Сян были очень близки, он очень хотел бы вернуть некоторые вещи на память, особенно те, что принадлежали родителям Чжоу Сяна…»

«Это не моя проблема. Я несу ответственность за Чжоу Сяна, и считаю, что лучше, если он сам заберет свои вещи», — холодно ответил Янь Минсю.

Чжоу Сяна охватило такое бешенство, что у него закружилась голова. «Тогда почему ты переделываешь дом?! Почему не сжечь его вместе с ним?!»

«Дом хороший, у меня к нему некоторые чувства привязанности, да и близко к моему месту работы. В будущем можно будет там останавливаться. Хотя, конечно, нужно изменить интерьер, чтобы не вызывало неприятных воспоминаний», — сказал Янь Минсю спокойно, его лицо оставалось безупречно холодным и безжалостным. Сердце Чжоу Сяна леденело. Он не знал, что ещё можно сделать, чтобы вернуть свои вещи.

На помощь маленькой тётушки рассчитывать не приходилось — Янь Минсю, несомненно, уже всё уладил. Перед решением Янь Минсю он был бессилен.

Янь Минсю протянул руку и, схватив Чжоу Сяна за подбородок, заставил поднять голову: «Вернись и передай Цай Вэю: дело с вором меня не интересует, это уже не важно. Завтра я вернусь в Пекин, сначала займусь похоронами Чжоу Сяна, а затем его домом и машиной. Пусть не вмешивается, о церемонии я его оповещу.»

Чжоу Сян резко встал, скрежеща зубами: «Янь Минсю, кем ты приходишься Чжоу Сяну? Какое право ты имеешь решать, что делать с его вещами?! Вэй-гэ был его лучшим другом, ты должен…»

«Я был мужем Чжоу Сяна», — глаза Янь Минсю, подобно орлиным, впились в него, — «Никто не имеет большего права распоряжаться его вещами, чем я.»

Чжоу Сян отступил на шаг, бросив на него полный ненависти взгляд, и, развернувшись, ушёл.

Янь Минсю не сводил глаз с его уходящей фигуры, пока она не растворилась вдали. Затем он прижал руку к груди, тупая боль в сердце едва не согнула его пополам. Медленно сжав кулак, он уставился в сторону, куда исчез Чжоу Сян, с кровоточащими от ненависти и боли глазами, и сквозь стиснутые зубы выдохнул: «Чжоу Сян…»

Вернувшись, Чжоу Сян передал слова Янь Минсюя Цай Вэю и Лань Сижун, и оба они разозлились не на шутку, тогда как сам Чжоу Сян остался без видимых эмоций. Он лишь равнодушно произнёс:

— Возвращаемся. Сейчас же. Есть одно, что меня смущает: Янь Минсюй утверждает, будто дом уже оформлен на него. Но так быстро это невозможно. Свидетельство о смерти не могут выдать за несколько дней, а моя тётя никак не могла так быстро унаследовать мой дом. Откуда Янь Минсюй мог его получить? Возможно, они с моей тётей договорились задолго до этого, но я уверен, что дом ещё не переоформлен. Вэй, когда вернёмся, свяжись с моей тётей. Дом мне не нужен, но внутри есть несколько вещей, которые я должен забрать. Попроси её помочь мне с этим.

Лань Сижун кивнула:

— Логично. Дом точно ещё на твоём имени. Даже если у Янь Минсюя руки длинные, он не может просто так забрать чужой дом.

Цай Вэй тоже согласился:

— Хорошо, это единственный выход. Нам нужно опередить Янь Минсюя и вернуться раньше него.

Трое, договорившись, не стали терять ни минуты. В тот же день они сели на транспорт и без остановок помчались в город, а затем сразу же вылетели в Пекин.

По дороге Цай Вэй пытался дозвониться до тёти Чжоу Сяна, но та не отвечала, а потом и вовсе выключила телефон. Чжоу Сян понял, что это значит, и перестал надеяться на помощь от родственницы, с которой у него и так не было близких отношений.

У Цай Вэя и Лань Сижуна были ещё дела, и перед тем, как разойтись, Цай Вэй напомнил:

— Не зацикливайся на этом. Я попробую связаться с твоей тётей другим способом. Янь Минсюй ещё не вернулся, у нас есть время.

Чжоу Сян кивнул, улыбаясь, хлопнул Цай Вэя по плечу:

— Вэй, я всё понял. Не волнуйся. Спасибо, что сопровождали меня в этой поездке, отняли у вас столько времени.

Лань Сижун горько усмехнулся:

— Сян, мы же ничего не успели сделать, а ты ещё говоришь такие слова.

— Как ничего? Моя главная цель уже достигнута. Я увидел себя, — Чжоу Сян криво улыбнулся, взгляд его был пустым. — Мне не в чем сожалеть.

Оба смотрели на него, и на сердце у них было тяжело.

Чжоу Сян застыл в улыбке:

— Потом приглашу вас на ужин. А сейчас идите уже.

Когда Цай Вэй ушёл, Лань Сижун, неспокойный за друга, проводил его до дома.

Дома Чжоу Сян вёл себя как обычно, не забыв даже привезти Чэн Ин и тёте Ван местные деликатесы из Гуанси. Тётя Ван, уплетая фрукты, принялась болтать о том, какую девушку она ему присмотрела — и красивая, и умная. Она всегда очень любила Чжоу Сяна и считала, что ему пора уже заводить семью, поэтому постоянно возвращалась к этой теме.

Чжоу Сян слушал её с улыбкой, но его взгляд был прикован к экрану телевизора, и ни одна картинка, ни одно слово не откладывались в его сознании.

За полночь, когда все уже спали, Чжоу Сян бесшумно поднялся, переоделся во всё чёрное, надел шапку и шарф, взял из домашнего ящика с инструментами несколько нужных вещей и тихо вышел из дома.

Он вернулся домой на машине. Если бы его не загнали в угол, он никогда бы не рискнул сделать такое, но у него не оставалось другого выбора. На самом деле, никто не мог ему помочь, потому что никто не осмеливался противостоять Янь Минсю. Он ни за что не позволил бы Янь Минсю сжечь, выбросить или закопать те вещи, которые были для него невероятно важны.

Чжоу Сян боялся, что Янь Минсюй уже сменил замок, поэтому прихватил с собой инструменты, не зная, получится ли взломать его, но решил попробовать удачу — хотя бы сначала разобраться, какой это замок. Если не выйдет самому, он был готов потратиться на вора, который помог бы ему проникнуть внутрь. Он твердо решил пробраться внутрь.

Когда Чжоу Сян добрался до того квартала, было уже за полночь — два часа ночи. Вокруг царила тишина, кроны деревьев, густые и пышные, загораживали почти весь лунный свет. По обеим сторонам узкой тропинки висели тусклые фонари, едва освещавшие пространство, создавая ощущение скрытности и уединения.

Чжоу Сян, прячась во мраке, взобрался по лестнице и, схватившись за дверную ручку своей квартиры, включил фонарик. Присев на корточки, он осмотрел замок. К его удивлению, Янь Минсюй не сменил замок — он остался прежним. Но где же тогда ключ? Чжоу Сян осторожно открыл ящик с противопожарным оборудованием и, засунув руку внутрь, вскоре нащупал холодный кусочек металла. Ключ был здесь… Как же Янь Минсюй мог быть настолько беспечным, оставив ключ на прежнем месте?

Чжоу Сян почувствовал подозрение, но времени на размышления не было. Он быстро вытащил ключ и тихо открыл дверь.

Внутри было темно, и он, направляя луч фонарика, осмотрел комнату. Решил сначала забрать тот кубок второго места, который его отец получил на национальном соревновании по владению палкой. Это была самая гордость его отца, и в детстве Чжоу Сян часто просил отца научить его.

Опираясь на память, он подошел к второму ряду шкафов возле телевизора, открыл стеклянную дверцу и потянулся за покрытым ржавчиной кубком.

Именно в тот момент, когда его пальцы почти коснулись кубка, в комнате внезапно вспыхнул яркий свет — в гостиной загорелась лампа! Чжоу Сян от неожиданности едва не остановилось сердце. Его глаза не сразу привыкли к свету, и он смущенно опустил голову. Когда он медленно открыл глаза и обернулся, то увидел Янь Минсюя, стоящего в дверях спальни. Тот смотрел на него, как волк, с алыми глазами, готовый в любой момент броситься на него!

Чжоу Сян отдернул дрожащую руку и застыл на месте. Они стояли друг напротив друга, разделенные всего несколькими метрами, но в этот момент казалось, что между ними зияет пропасть, которую никто не осмеливался переступить.

Чжоу Сян мгновенно все понял. Вспомнились слова, которые Янь Минсюй сказал вчера, и теперь, когда тот перекрыл ему путь здесь, все стало ясно — это была ловушка, замысел Янь Минсюя, чтобы заставить его нервничать и выдать себя.

Теперь он не мог придумать никакого оправдания. Какой вор стал бы красть ржавый, ничего не стоящий кубок?

Янь Минсюй едва мог дышать. Каждый его вздох сопровождался невыносимой болью. Все, что он пережил за последние дни, было в тысячи раз мучительнее всего, что он когда-либо испытывал в жизни. Ему казалось, что его тело изранено до последнего кусочка. Он думал, что, увидев этого человека и подтвердив свои подозрения, он будет охвачен яростью, но в реальности он не мог произнести ни слова. Он даже не мог сделать шаг — его горло сдавило от надвигающегося эмоционального краха.

Они так комично и мучительно смотрели друг на друга более десяти секунд, прежде чем Янь Минсюй с трудом выдавил из горла несколько слов: **»Это… действительно ты…»**

Чжоу Сян не стал ничего объяснять. Он снял свой шарф и куртку, потому что был весь в поте, каждая частица его тела горела и ныла, будто он вот-вот потеряет сознание. Ему больше не было смысла носить их. Раз уж он дошёл до этого, он не должен был уходить. Это его дом, его семья, и он требовал, чтобы Янь Минсюй вернул ему всё это!

Янь Минсюй медленно приближался, шаг за шагом, и Чжоу Сян, видя искажённое выражение его лица, невольно отступил на шаг назад.

Этот шаг стал последней каплей. Янь Минсюй резко шагнул вперёд, прижал Чжоу Сяна к стене и, сверля его алыми, дико блестящими глазами, хрипло выдохнул: **»Это… действительно ты…»**

Губы Чжоу Сяна дрожали, он застыл, не в силах отвести взгляд от Янь Минсюя.

Янь Минсюй крепко обнял Чжоу Сяна, повторяя: **»Это действительно ты… Чжоу Сян… Это ты. Почему? Почему ты не сказал мне? Ты был так близко, но не захотел сказать мне!»** Он рычал, полный отчаяния: **»Я думал, ты умер! Я думал, ты умер, Чжоу Сян! Почему ты так со мной? Насколько сильно ты меня ненавидишь, чтобы так со мной поступить!»**

Слёзы хлынули из глаз Янь Минсюя. Он сжимал Чжоу Сяна, как утопающий хватается за спасительное дерево в потоке — если он отпустит, то снова провалится в бездну. Он не мог описать, как пережил эти три года. Каждый день он обманывал себя: Чжоу Сян жив, Чжоу Сян вернётся. Несмотря на сопротивление всей семьи, он стал звездой, думая, что Чжоу Сян сердится на него и поэтому не возвращается. Он хотел, чтобы Чжоу Сян всегда видел его, чтобы однажды тот всё-таки вернулся.

Он ждал день за днём, измученный надеждой и отчаянием, которые впитались в его кости. Раскаяние, выжженное до мозга костей, и бездонная тоска по Чжоу Сяну вытянули из него все мечты о будущем. Внутри него звучал голос, твердивший, что Чжоу Сян мёртв, но он снова и снова подавлял его. Он не видел тела Чжоу Сяна, он не мог не надеяться, что тот жив. Иначе как он смог бы выжить?

Как он смог выжить? В мире без Чжоу Сяна, когда тот, кто подарил ему лучшие чувства, так внезапно исчез, как он мог продолжать жить?

Прошло три года. Три года — больше тысячи дней и ночей, каждая секунда которых была пронизана тоской и болью. Как он пережил это?

Он никогда по-настоящему не любил, а свою наивную привязанность отдал не тому человеку. Но он уже почти понял — он не хотел расставаться с Чжоу Сяном. Ему нужно было всего лишь немного времени, чтобы осознать, кого он любит на самом деле. Но почему даже этой возможности ему не дали? Почему все надежды были так жестоко оборваны?

Никто не мог понять, что он чувствовал, когда узнал о случившемся с Чжоу Сяном.

Он хотел умереть.

К счастью, судьба действительно не оставила его — Чжоу Сян вернулся. Но, проведя почти год рядом с ним, он не сказал ни слова. Разве это было сделано, чтобы мучить его? Если бы не те многочисленные улики, если бы не это событие, которое выявило самую большую слабость Чжоу Сяна, как долго тот ещё скрывал бы правду? Возможно, Ян Минсюй умер бы, так и не узнав, что человек, о котором он мечтал день и ночь, был рядом с ним всё это время!

Ян Минсюй был на грани срыва. Чжоу Сян так ненавидит его…

Чжоу Сян смотрел на безумное выражение лица Ян Минсюя и на не перестающие капать слёзы, и был потрясён. Каждая слеза Ян Минсюя, словно нож, вонзалась в его сердце, заставляя его теряться.

Ян Минсюй коснулся его лица и хриплым голосом прошептал:

— Прости… прости, Чжоу Сян… Не ненавидь меня. Я сделал так много ошибок… Но я так скучал по тебе. Я скучал до безумия. Не ненавидь меня…

Чжоу Сян замер, глядя на него. Его сердце сдавило невидимой рукой, почти лишая дыхания. Он не мог осмыслить всё, что услышал — его разум был пуст.

Почему Ян Минсюй так себя ведёт? Разве он не любил Ван Юйдуна все эти годы? Если он так убивается из-за его «смерти», почему за всё время, что они были вместе, он ни разу не дал ему ни малейшей надежды? Даже крошечного намёка, что Ян Минсюй тоже испытывает к нему чувства, он не ощущал. Он помнил только, как преследовал его, как пытался угодить, а Ян Минсюй то холодел, то разгорался. И только когда Чжоу Сян узнал, кто на самом деле живёт в сердце Ян Минсюя, он смирился.

А теперь? Что всё это значит? Почему он так убивается? Что, чёрт возьми, это значит?

Чжоу Сян открыл рот, и слёзы едва не полились. Он хотел оттолкнуть руки Ян Минсюя, но не смог — ни сил, ни возможности сдвинуть их не было.

Ян Минсюй крепко держал его, словно боялся, что тот ускользнёт. Его голос, полный отчаяния, кричал:

— Чжоу Сян, скажи что-нибудь! Ради бога, скажи хоть слово! Ты знаешь, как я скучал по тебе? Ты знаешь, как я жил эти три года? Я люблю тебя, ты понимаешь? Я сказал это слишком поздно, но ты даже не дал мне шанса сказать. Чжоу Сян, я больше не отпущу тебя. Никогда!

Когда Чжоу Сян услышал эти три слова, он услышал, как рушится мир, который он построил.

Любовь? Ян Минсюй любит его?

Если Ян Минсюй любит его, то почему он «умер»? Почему?

Наконец, Чжоу Сян открыл рот. Он смотрел на Ян Минсюя сквозь слёзы и сказал:

— Как ты можешь говорить, что любишь меня? Ян Минсюй, как ты можешь произносить эти слова? Когда ты был со мной, ты думал о Ван Юйдуне. Ты привязал меня дома из-за одного звонка от Ван Юйдуна. Ты унижал меня ради Ван Юйдуна… Как ты можешь говорить, что любишь меня? Ян Минсюй, на каком основании ты можешь говорить это?

Каждое слово было пропитано болью.

Лицо Янь Минсю было искажено болью. Любые объяснения, оставленные на сегодняшний день, казались бледными и бессильными, потому что всё уже невозможно было исправить. Несмотря на то, что Чжоу Сян стоял перед ним, это не могло изменить тот факт, что этот человек уже однажды умер. Ему не нужно было ни единого упрека от Чжоу Сяна, чтобы понять, как сильно он ненавидит себя за всё, что сделал. Он не только ошибся в человеке, но и предался не тому. Если бы Чжоу Сян действительно умер, то оставить его страдать всю жизнь было бы самым суровым наказанием для него.

Но Чжоу Сян был жив, несмотря на то, что это казалось невероятным. Янь Минсю не заботил тот факт, во что превратился Чжоу Сян, — он просто хотел его. Он хотел Чжоу Сяна!

— Чжоу Сян, не ненавидь меня. Дай мне шанс, давай начнём всё сначала. Я совершил много ошибок, но ты жив. Дай мне возможность загладить вину перед тобой, Чжоу Сян…

Слова Янь Минсю, которые Чжоу Сян даже не осмеливался себе представить, каждое из них вонзалось в его сердце. Чжоу Сян не знал, как описать свои чувства: они были и печальны, и смешны одновременно.

До встречи с Янь Минсю он был человеком, склонным к увлечениям. Он не был распутником, но любил погоню за теми, кто приводил его в восторг, кто дарил ему новые, захватывающие ощущения. После встречи с Янь Минсю он вдруг понял, что может быть и верным. По крайней мере, он никогда не думал о том, чтобы приводить кого-то в дом своих родителей. Тогда он искренне хотел, чтобы Янь Минсю остался жить с ним навсегда.

Он отдавал всё своё сердце, а в ответ получал лишь позор — его использовали как замену кому-то другому.

Когда он в последний раз разговаривал с Янь Минсю в маленькой деревне в горах Гуанси, он уже всё бросил. Несмотря на то, как сильно он любил Янь Минсю, несмотря на то, что не мог сразу отпустить свои чувства, он решил полностью сдаться. Он не умер с мыслью о том, чтобы быть с Янь Минсю, и не воскрес с этой мыслью.

Когда Янь Минсю произнёс эти слова, Чжоу Сян не мог не тронуться, но больше всего он чувствовал боль. В его голове отчётливо всплывали ужасные кости, и каждое слово Янь Минсю становилось горькой насмешкой.

Чжоу Сян знал, что не настолько великодушен, чтобы простить Янь Минсю. Хотя его смерть не была полностью виной Янь Минсю, но без него он бы никогда не оказался в безвыходном положении и не взялся бы за ту работу над документальным фильмом. Он не мог… Он не мог после того, как увидел себя превращённым в скелет, просто забыть всё и снова быть с Янь Минсю из-за одного лишь «Я люблю тебя».

Это было просто невероятно.

Чжоу Сян с трудом сдерживал нарастающую горечь в носу, схватил Янь Минсю за руку и попытался оттолкнуть его.

Но Янь Минсю в ужасе крепко обнял его и не хотел отпускать.

— Отпусти… отпусти меня сначала.

— Нет… Чжоу Сян, нет.

Он не мог отпустить. Сопротивление Чжоу Сяна заставляло его сердце леденеть. Он не знал, что будет, если отпустит его — не исчезнет ли Чжоу Сян из его жизни навсегда.

Он не мог вынести больше потерь.

Перевод на русский язык с учётом инструкций:

«Янь Минсю, я не хочу ненавидеть тебя, но не заставляй меня. Отпусти меня. Если тебе действительно стыдно за то, что ты сделал, то просто уйди. Это мой дом. Три года назад я уже просила тебя покинуть его. Сейчас… просто уходи.»

Лицо Янь Минсю было лишено даже намека на румянец, даже губы приобрели ненормальный синевато-серый оттенок. Он застывшим взглядом смотрел на Чжоу Сян, ресницы которого были усеяны слезинками, готовыми упасть при каждом моргании.

Чжоу Сян никогда не видел, чтобы Янь Минсю плакал. Обычно тот был холоден и высокомерен, и такие слабые проявления, как слезы или мольбы, казалось, никогда не могли появиться на его лице. Но всего за эти короткие десять минут он увидел всё.

Почему он не сказал «Я люблю тебя» до того, как всё случилось? Тогда бы трагедии можно было избежать. Чжоу Сян будто одновременно плакал и смеялся: «Босс Янь, я всегда говорил, что ты для меня как родной дед, но даже у меня есть предел сил. Ты сейчас говоришь мне это — ты хочешь, чтобы я рыдал или благодарил тебя? Если бы я не умер, ты бы, наверное, никогда не взглянул на меня как на равного, а продолжал бы безумно любить Ван Юйдун?»

«Нет,» — голос Янь Минсю дрожал от отчаяния и был пронзительно резким. «Тогда я уже хотел быть с тобой. Я не хотел уезжать, не хотел, чтобы ты снимался в фильме — всё потому, что не хотел, чтобы ты общался с Лань Сижун. С Ван Юйдун… я ошибся. Мне не следовало так поступать с тобой из-за неё. Чжоу Сян, мне тогда было всего двадцать один год, ты должен позволить мне ошибаться. Умоляю, дай мне шанс. Ты вернулся к жизни — это шанс, который дал мне небо. Дай и ты мне шанс. Начнём всё сначала. Ты же говорил, что любишь меня, Чжоу Сян…»

Чжоу Сян смотрел на Янь Минсю, и его глаза наполнились горечью: «Янь Минсю, я уже год как очнулся. У меня был целый год, чтобы сказать тебе это, но я никогда не собирался этого делать. Ты до сих пор не понимаешь?»

Янь Минсю застыл, не сводя с него глаз.

Чжоу Сян медленно, но решительно оттолкнул его: «Это не небо даёт тебе шанс, это шанс для меня. Шанс прожить жизнь заново и исправить свои ошибки. Ты — одна из них. Я не могу упустить этот шанс.» Он слегка толкнул Янь Минсю: «Уходи. Уходи, это мой дом.»

Янь Минсю не двигался, только пристально смотрел на него, его лицо искажено от боли.

Чжоу Сян схватил куртку: «Если ты не уйдёшь, я не уйду.» По крайней мере, Янь Минсю не тронет его дом. Он решил вернуться позже.

Янь Минсю внезапно бросился на него, и оба упали на пол. Чжоу Сян ударился головой об пол и на мгновение потерял сознание. Когда он очнулся, что-то мягкое коснулось его губ, крепко целуя их.

Чжоу Сян широко раскрыл глаза, придя в себя, он оттолкнул Янь Минсю и закричал хриплым голосом: «Янь Минсю, хватит! Хватит! Я хочу начать всё сначала, не хочу повторять ошибок. Если ты думаешь, что пара слёз и красивых слов заставят меня снова обожать тебя, я не заслуживаю того, чтобы моя мать десять месяцев носила меня под сердцем!» Он сильно пнул Янь Минсю, схватил куртку и выбежал прочь.

Было уже больше четырёх часов утра, улица пугающе замерла в тишине. В такой лютый зимний месяц в это время на улице почти никого не встретишь. Только Чжоу Сян один, не останавливаясь, бежал вдоль улицы. Если бы его увидел патрульный полицейский, наверняка подумал бы, что он совершил что-то противозаконное. Неизвестно, сколько он пробежал — будто убегал от какого-то страшного зверя. Наконец, силы оставили его, и он остановился, оглянулся: никто не преследовал. Пустынная улица напоминала бездонную пропасть, уходящую вдаль, куда взгляд не мог проникнуть, словно готовая безжалостно затянуть человека в себя, не оставив ни малейшей надежды на спасение.

Чжоу Сян прислонился к столбу, тяжело дыша, от холода на глазах выступили слёзы. Воздух остыл до минусовой температуры, и, несмотря на толстую пуховицу, его тело пронзительно знобило.

С того момента, как он открыл глаза, прошло уже десять месяцев — десять месяцев, в которые не было ни одного дня, когда бы он мог расслабиться. Постоянно что-то тревожило его, заставляя нести на своих плечах тяжёлый груз.

Теперь все, перед кем он пытался скрыть свою сущность, узнали правду. Он должен был почувствовать облегчение, но Ян Минсюй нанесла ему ещё более сильный удар, заставив его сердце наполниться смешанными чувствами — радость, горечь, недоумение, и он растерялся.

То, о чём он не смел даже мечтать, теперь лежало перед ним во всей очевидности, но вместо радости он ощущал лишь пустоту и печаль. Словно ждал, когда закипит вода, чтобы приготовить еду, но когда вода наконец закипела, продукты уже испортились.

Чжоу Сян поднял руку и с силой ударил себя по щекам, напоминая себе: с того дня, как он проснулся в этом теле, он уже всё отпустил.

Он плотнее закутался в пальто и без цели побрёл по зимней улице, пока не поймал такси, чтобы вернуться домой.

В машине его телефон не умолкал — одно сообщение за другим всплывало на экране. Увидев имя Ян Минсюй, он не открыл ни одного, удалив всё без разбора.

Оказывается, вот что значит душевная усталость — хотелось свернуться где-нибудь в уголке и проспать без пробуждения.

Когда он незаметно вернулся домой, то едва коснулся кровати, как сразу провалился в сон, проспав до следующего полудня.

Чэнь Ин постучала в его дверь: «Чжоу Сян, вставай, тебя кто-то ищет».

Чжоу Сян, еле открыв глаза, внезапно вздрогнул и резко поднялся с кровати. Первая мысль — Ян Минсюй пришла. Он выключил телефон, и она могла прийти сама.

— Кто это, мам? — спросил он, быстро одеваясь.

— Лань Сижун, ждёт тебя. Давай, поторопись, — ответила мать.

Чжоу Сян облегчённо выдохнул, оделся, быстро привёл себя в порядок и вышел из комнаты.

Лань Сижун сидела в гостиной, терпеливо отвечая на многочисленные вопросы тётушки Ван и ставя автографы.

— Сижун?

Лань Сижун обернулась и улыбнулась ему:

— Брат Сян, ты выключил телефон, вот я и пришла за тобой сама.

— Что случилось?

За последнее время дел было так много, что ты, наверное, забыл, — сегодня презентация моего нового альбома, и я хочу, чтобы ты пошёл со мной.

Чэн Ин, слушая их разговор, чувствовала, как сердце у неё забилось, словно барабан. Как этот знаменитый Лань Сижун так почтительно относится к её сыну, называя его «братом Сян» — словно он действительно старший брат. От этого она была так счастлива, что не могла вымолвить ни слова.

Лицо Чжоу Сяна побледнело, он выглядел измученным, но всё же собрал остатки сил, смущённо улыбнулся и сказал:

— Извини, я совсем забыл. Подожди меня минутку, я переоденусь в костюм, и мы сразу же поедем.

— Не нужно, одежда уже приготовлена, она в машине. Причёску сделаем на месте, времени мало, поехали уже.

— Хорошо, тогда поехали, — ответил Чжоу Сян.

Чэн Ин хотела что-то сказать, но Лань Сижун с улыбкой добавил:

— Тётя, в четыре часа дня включите телевизор на канале ХХ, презентация будет транслироваться в прямом эфире, вы сможете увидеть меня и брата Сяна.

— Хорошо, хорошо! — Две старушки улыбались так, что их рты не могли закрыться. Чэн Ин с гордостью смотрела на своего сына, и он казался ей всё лучше и лучше.

Чжоу Сян и Лань Сижун сели в машину и поехали в отель.

Как только они сели в машину, Лань Сижун спрятал ту дружелюбную улыбку, которую демонстрировал перед Чэн Ин, и с серьёзным выражением лица сказал:

— Брат Сян, мы с Вэй-ге придумали ещё один способ. Это не лучший вариант, но другого выхода сейчас нет. Давай вернёмся и заберём всё самое важное.

Чжоу Сян на мгновение замер, опустил голову и тихо вздохнул:

— Не надо.

— Ты что, боишься, что тебя заметят полицейские? Не волнуйся, я найду кого-нибудь. Ты просто составь список…

— Сижун, спасибо тебе, — Чжоу Сян повернул голову и спокойно улыбнулся, — но я уже съездил.

Лань Сижун широко раскрыл глаза и резко нажал на тормоз:

— Ты… ты уже был там? Когда?

— Вчера вечером.

— И ты забрал всё самое важное? — настойчиво спросил Лань Сижун.

— Нет, и это уже не нужно, — Чжоу Сян протянул руку и потёр себе виски. — Сижун, ты сильно вырос, помог мне во многом. Я очень благодарен тебе, но об этом деле можешь больше не беспокоиться.

— Брат Сян, что это значит? — Лань Сижун замер, а затем его сердце сжалось от этого известия. То, чего он больше всего боялся, всё-таки произошло.

Лань Сижун резко схватил Чжоу Сяна за плечо и строго спросил:

— Брат Сян, он что-нибудь сделал с тобой? О чём вы говорили?

— Ничего особенного, — ответил Чжоу Сян с напряжённой улыбкой. — По крайней мере, я вернул то, что принадлежало мне. Всё к лучшему, ведь тот дом был моей главной заботой.

— Брат Сян, ты не собираешься снова мириться с Янь Минсю, правда? После того, как он так поступил с тобой, ты не будешь снова ошибаться? — Лань Сижун с тревогой смотрел на него, его красивые большие глаза были полны напряжения и мольбы.

Чжоу Сян притворно рассмеялся с лёгкостью, будто всё было пустяком:

— О чём ты? Как такое возможно? Я уже один раз умер, особенно после того, как увидел себя кучей костей. С тех пор я всё понял и принял. Моя судьба с Янь Минсю была предопределена ещё в прошлой жизни.

Лань Сижун облегчённо вздохнул, но тревога не покидала его:

— Сян, я рад, что ты так думаешь. Но Янь Минсю — это не тот человек, с которым можно просто так… — Он спохватился, понимая, что его слова делают Янь Минсю слишком глубоким и чувственным, и поправился: — Он слишком властный. Ты должен держаться от него подальше, не вступай с ним в контакт.

— Не волнуйся, я всё понимаю, — ответил Чжоу Сян. — Поехали уже, у нас мало времени.

Лань Сижун наконец вспомнил о деле, завел машину и тронулся с места.

Презентация проходила в банкетном зале отеля. На месте собралось множество звёзд их компании, пришедших поддержать мероприятие, несколько друзей Лань Сижуня, а также целая армия журналистов.

Увидев более сотни человек, снующих по залу для банкета, можно было понять, насколько велико влияние Ланьси Жун в мире развлечений. Чжоу Сян испытывал зависть, но также искренне радовался за неё. Он отправился за кулисы, чтобы переодеться, сделать макияж и уложить волосы — на всё это ушёл целый час, и вот уже презентация была готова начаться.

Сотрудник сообщил Чжоу Сяну, что ему нужно занять своё место за кулисами, чтобы вскоре выйти вместе с Ланьси Жун. Чжоу Сян понимал, что Ланьси Жун намеренно хочет его выделить. Возможность появиться на презентации вместе с ней, а также распространение нового клипа, безусловно, повысят его популярность. Многие не лишены таланта, но им просто не хватает возможности быть замеченными публикой. У Чжоу Сяна появился первый такой шанс, и он был полон решимости использовать его на все сто.

В этот момент к нему подбежал Алю и крикнул:

— Асян, выходи скорее! Приехал председатель Ван. Давайте все вместе поприветствуем большого босса.

Чжоу Сян поспешно поднялся и последовал за Алю. Говорили, что председатель Ван только что вернулся из Тибета специально для того, чтобы поддержать Ланьси Жун, что только подчёркивало, насколько важна для него эта «первая кормилица» компании.

Ланьси Жун тоже направилась к ним, а Цай Вэй, приближаясь издалека, помахал им рукой. Все вместе они двинулись к выходу, чтобы встретить председателя Вана. Однако, когда председатель Ван вошёл через скрытый коридор зала для банкетов, все замерли.

Помимо нескольких сопровождающих и своей жены, председатель Ван привёл с собой Янь Минсю. Чжоу Сян застыл на месте, и их взгляды встретились через десятки метров. Янь Минсю выглядел почти так же, как обычно, разве что сильно похудел и казался измождённым, но вокруг него по-прежнему витала ледяная аура отчуждённости. Только в тот момент, когда он увидел Чжоу Сяна, в его глубоких, обычно наполненных эмоциями глазах мелькнуло слабое сияние.

Председатель Ван загорел ещё сильнее, но выглядел полным энергии. Он громко рассмеялся ещё издалека:

— Ого, Чжоу Сян, как ты хорош! Кто тебя так стильно оформил? Надо повысить этому человеку зарплату!

Чжоу Сян был одет в идеально скроенный костюм тёмно-серого цвета, который подчёркивал его стройную и атлетическую фигуру. Его брови были аккуратно подстрижены, глаза блестели, и в целом он выглядел мужественно и привлекательно. Хотя рядом с Ланьси Жун, чья красота была просто неземной, он слегка проигрывал, но в отличие от её юношеской привлекательности, он излучал зрелую мужскую харизму.

Когда Чжоу Сян вежливо улыбался председателю Вану, несколько человек, хорошо знавших его, в тот же миг увидели в нём отголоски его прежнего «я». Это двадцатисемилетнее тело всё больше напоминало того Чжоу Сяна из прошлого — и по духу, и по облику.

Взгляд Янь Минсю был полон нежной привязанности, но, учитывая обстановку, он изо всех сил старался сдержать свои эмоции.

Ланьси Жун, заметив выражение лица Янь Минсю, стиснула зубы от ненависти.

— Председатель Ван, добро пожаловать обратно! — сказали они, подходя к нему и пожимая ему руку.

Генеральный директор Ван с гордостью смотрел на Ланьси Жун — звезду, которую он вырастил собственными руками, и с улыбкой сказал:

— Третий альбом, Сяолань, ты действительно никогда меня не подводила.

Ланьси Жун улыбнулась в ответ:

— Без вашей поддержки, директор Ван, я бы не добилась таких успехов.

После нескольких вежливых фраз внимание Ван-директора переключилось на Чжоу Сян. Он внимательно оглядел его с ног до головы и, вздохнув, произнёс:

— Или это моё воображение играет со мной злую шутку, но каждый раз, когда я тебя вижу, ты становишься всё больше похож на того самого Чжоу Сяна… Не только манерами, но даже чертами лица. Как такое возможно?

Те, кто знал правду, застыли на месте. В груди Чжоу Сяна что-то болезненно сжалось, но он лишь улыбнулся:

— Наверное, вы слишком скучаете по Сян-ге, директор Ван. Вы такой преданный человек, и мне невероятно повезло работать с вами. С тех пор как я присоединился к компании, Вэй-ге, Си Жун и вы лично проявили ко мне такое внимание. Можно сказать, что я стою на плечах Сян-ге, и только благодаря ему я достиг того, что имею сегодня. Вы не единственный, кто скучает по нему — я тоже.

Эти слова прозвучали очень уместно, но вызвали тяжёлые чувства у всех, кто знал настоящего Чжоу Сяна. Ван-директор тяжело вздохнул, брови Цай Вэя и Ланьси Жун сжались от печали, а сердце Янь Минсюя пронзила острая боль.

Ван-директор снова вздохнул:

— Ну что ж, если судьба свела вас, живи и за него тоже. Я не смог сделать его звездой, и теперь сожалею об этом. В будущем я вложу в тебя все силы. Ты должен оправдать ожидания — столько людей помогают тебе. Не подведи нас.

— Спасибо, директор Ван. Я приложу все усилия, — твёрдо ответил Чжоу Сян.

Ван-директор удовлетворённо кивнул, но внезапно хлопнул себя по лбу и с дозами раздражения воскликнул:

— Ах, какая у меня память! Минсюй, Минсюй! Прости, я так увлёкся воспоминаниями, что забыл о формальностях. Ты уже знаком со всеми, верно? Или всё же представить?

Янь Минсюй кивнул, его взгляд остановился на Чжоу Сяне. Тот незаметно отвел глаза.

— Минсюй, конечно, всем знаком, — продолжил Ван-директор. — Он специально пришёл сегодня поддержать нашу Си Жун. Я уверен, что этот альбом разойдётся тиражом более миллиона. Кстати, Чжоу Сян, Минсюй хочет пригласить тебя на главную роль в своём новом фильме. Я уже бегло ознакомился со сценарием и согласился за тебя. Но не радуйся заранее — требования Минсюя очень строгие.

Чжоу Сян замер, уставившись на Янь Минсюя.

Ван-директор, решив, что тот просто слишком взволнован, рассмеялся:

— Не волнуйся, детали обсудим позже. Сегодня просто покажись на презентации. Твоё будущее безгранично, Чжоу Сян.

Для малоизвестного актёра участие в фильме Янь Минсюя — это шанс взлететь на вершину славы. Один шаг — и он из статиста может превратиться в актёра первого или второго плана. Это невероятная честь и удача. Ван-директор даже не задумывался о том, что Чжоу Сян может отказаться. Он и не знал, что Чжоу Сян уже думал о том, как вежливо отклонить предложение.

Он был не равнодушен к славе и богатству, но если для этого нужно было использовать связи Янь Минсю, он ни за что не согласился бы. Он предпочитал добиваться всего своим трудом, шаг за шагом поднимаясь вверх, и однажды обязательно достигнет отличных результатов. В конце концов, у него была поддержка Лань Сижуна, и его стартовые условия уже были куда лучше, чем у многих. Ему не нужно было стремиться к мгновенной славе, особенно если она зависела от успехов Янь Минсю. Он должен был найти способ отказаться, но сейчас не время для этого — директор Ван уже провёл Янь Минсю в банкетный зал.

Остальные последовали за ними, входя один за другим. Чжоу Сян, Цай Вэй и Лань Сижун остались позади.

Цай Вэй нахмурился:

— Этот Янь Минсю действительно умеет пользоваться своими связями. Стоит ему заручиться поддержкой директора Вана, и ты, Чжоу Сян, окажешься в его руках.

Лань Сижун зло сказал:

— Надоедливая тень, бессовестный негодяй…

Чжоу Сян хмуро ответил:

— Хватит об этом. Я что-нибудь придумаю. Сижун, сегодня твой выпускной вечер, давай заходим. И запомни: ни в коем случае не показывай своё недовольство перед прессой.

Цай Вэй успокоил:

— Не волнуйся, Сижун знает, что к чему.

Лань Сижун хотел что-то сказать, но в итоге только безнадёжно опустил плечи. Несмотря на личную вражду с Янь Минсю, он не мог не учитывать авторитет директора Вана. Он не мог помешать Янь Минсю приближаться к Чжоу Сяну, и это наполняло его необычайным унынием и бессилием.

Чжоу Сян подавил негативные эмоции и хлопнул его по плечу:

— Пошли, покажи всем свою обаятельную улыбку.

Лань Сижун с трудом улыбнулся. Убедившись, что вокруг никого нет, кроме них, он тихо сказал:

— Сян-гэ, можно я тебя поцелую?

Чжоу Сян удивился:

— Что?

Цай Вэй всё услышал и, улыбаясь, ругнулся:

— Ну ты и вид…

Сказав это, он покачал головой и пошёл прочь.

Чжоу Сян смутился:

— Ты что, волнуешься?

— Нет, просто хочу тебя поцеловать, — признался Лань Сижун, и на его лице появилось выражение маленького ребёнка, который упрашивает дать ему конфету. Это милое, почти детское лицо, в сочетании с его красивыми чертами, выглядело настолько жалобно, что невозможно было отказать. Неудивительно, что женщины всех возрастов хотели прижать его к себе и заботиться о нём.

Чжоу Сян нахмурился:

— А где именно?

— Где хочешь, — с энтузиазмом ответил Лань Сижун.

Чжоу Сян прикоснулся пальцем к губам, поцеловал воздух и послал ему воздушный поцелуй:

— Ладно, заходим.

Сказав это, он повернулся, чтобы уйти.

Лань Сижун не удовлетворился таким поверхностным ответом, шагнул вперёд и быстро коснулся губами его щеки, после чего довольная улыбка осветила его лицо:

— Сян-гэ, нельзя так обманывать людей.

Чжоу Сян покачал головой и безнадёжно сказал:

— Давай, заходим, не задерживайся.

Лань Сижун глубоко посмотрел на него:

— Сян-гэ, пойдём. В будущем в моих фильмах и альбомах, где я смогу принимать решения, я хочу, чтобы ты обязательно участвовал.

Чжоу Сян улыбнулся:

— Спасибо.

Оба вошли в банкетный зал через заднюю дверь, и едва переступив порог, их сразу же накрыла лавина ослепительных вспышек. Лань Сижунь, привыкший к такому вниманию, автоматически одарил всех своей фирменной улыбкой и начал обмениваться приветствиями со всеми присутствующими. Чжоу Сян, напротив, ещё не успел привыкнуть к этому световому штурму — яркие вспышки бились о его глаза, заставляя щуриться, и он мог лишь неуверенно следовать за Лань Сижунем, пробираясь к сцене.

Лань Сижунь моментально оказался в окружении журналистов. Ведущий на сцене повторял снова и снова: «Прошу не обступать Сижуня, не торопитесь, скоро у вас будет возможность задать все ваши вопросы. Не создавайте давку у входа, дайте Сижуню пройти!» Чжоу Сян, оттеснённый на задний план, оказался заперт между журналистами, каждый из которых стремился приблизиться к Лань Сижуню. Телохранители Лань Сижуня пытались пробиться сквозь толпу, чтобы освободить его.

Чжоу Сян пытался найти обходной путь, но все выходы были перекрыты, и он чувствовал себя совершенно потерянным. Именно в этот момент хаоса за его спиной раздался новый шум. Янь Минсю, окружённый телохранителями и помощниками, прорвался сквозь кольцо журналистов и направился прямо к Чжоу Сяну.

Журналисты один за другим оборачивались, и, увидев приближающегося Янь Минсю с его охраной, никто не осмелился перегородить ему путь. Напротив, они автоматически расступились, освобождая ему дорогу.

Янь Минсю — самая необычная личность в их кругу. Он не просто актёр, а представитель одной из самых влиятельных семей столицы, поэтому никто не осмеливается его задевать. Несмотря на его холодность и надменность, ни одно СМИ не позволяет себе сказать о нём ни слова плохого. Когда он шёл сюда с таким мрачным выражением лица, никто не посмел встать у него на пути.

Янь Минсю пристально смотрел на Чжоу Сян, неторопливо приближаясь, а затем легко взял его за руку и тихо произнёс:

— Пошли.

Голос его был тихим, но в наступившей тишине все услышали эти два слова.

О новом актёре Чжоу Сяне в последнее время ходило множество слухов и сплетен, причём все они так или иначе связывали его с известными звёздами — Лань Си Жун, Ван Юйдун, а теперь и с самим Янь Минсю. Никто не решался говорить об этом открыто, но это не мешало слухам распространяться в узких кругах. Особенно активно обсуждалось то, что Чжоу Сян якобы содержится Янь Минсю. С тех пор как съёмочная группа вернулась из Гуйчжоу, эта новость просочилась во многие уши. Теперь, когда двое появились вместе на публике, журналисты не могли упустить такой шанс. Их глаза, словно прожекторы, неотрывно следили за каждым движением пары, готовые в любой момент схватить момент, когда Янь Минсю отвернётся, и безжалостно запечатлеть всё на фотоаппараты.

Чжоу Сян невозмутимо улыбнулся:

— Янь-гуан, прошу вас.

Он незаметно освободился от руки Янь Минсю и жестом пригласил того пройти вперёд.

На лице Янь Минсю едва заметно дрогнула мышца. Он равнодушно бросил взгляд на журналистов, всё ещё стоящих перед ними. Этот взгляд был предупреждением, но лёгкий изгиб уголков глаз придал ему невероятную привлекательность.

Журналисты, окружавшие Лань Си Жун, расступились, и Чжоу Сян вежливо кивнул им, направляясь к сцене. Янь Минсю последовал за ним, слегка поддерживая его за спину. Его движения были естественны, будто между ними всегда была такая близость.

Лань Си Жун слегка нахмурилась.

На сцене несколько человек стояли вместе. Ведущий сначала с волнением поблагодарил господина Ван и Янь Минсю за их присутствие, а затем попросил Лань Си Жун начать выступление, после чего каждый из присутствующих выступил с речью.

Когда очередь дошла до Чжоу Сяна, на него устремились взгляды более чем сотни людей. На мгновение Чжоу Сян застыл: ещё только что на сцене он не чувствовал волнения, но теперь, когда на него смотрели столько людей, когда его ослепляли вспышки фотокамер, он почувствовал, как у него зачесалась голова, а ладони вспотели.

Он даже не мог представить, как Лань Си Жун умудряется давать концерты на стадионах, где собираются тысячи людей.

Однако через пару секунд он взял себя в руки и произнёс заранее подготовленную речь — ничего особенного, просто стандартные слова благодарности.

Далее последовала сессия вопросов и ответов, но почти все вопросы были адресованы Лань Си Жун, и Чжоу Сян практически не участвовал. В конце мероприятия разрезали торт и провели розыгрыш для фанатов. Вся презентация длилась почти три часа и наконец-то завершилась.

Господин Ван организовал ужин в отеле, и после окончания мероприятия все участники поднялись на верхний этаж, чтобы продолжить вечер за столом.

Чжоу Сян усадили за главный стол. Однако Ланьси Жун и Янь Минсю сидели по бокам от директора Ван, довольно далеко от него. Во время ужина к главному столу непрерывно подходили с тостами, и сами гости за столом тоже чокались друг с другом. Чжоу Сян, будучи самым младшим по статусу за столом, обошёл всех присутствующих с тостами. Когда очередь дошла до Янь Минсю, тот неожиданно встал.

Это было невероятно лестно для Чжоу Сяна — до этого момента Янь Минсю ни разу не вставал, когда ему предлагали выпить. Директор Ван слегка улыбнулся, прикрыв рот рукой: «Чжоу Сян, съёмки фильма в Гуйчжоу с Янь Чжу проходят гладко?»

Чжоу Сян кивнул: «Не подвёл, директор Ван.»

Директор Ван громко рассмеялся: «Когда фильм выйдет, твоя стоимость вырастет в разы. Не забудь тогда как следует поблагодарить Минсю. Без него ты бы не получил эту роль.»

Чжоу Сян мягко улыбнулся: «Спасибо Янь Чжу, спасибо директор Ван. Позвольте мне выпить за вас ещё раз.»

Он налил директору Ван и Янь Минсю по чуть-чуть, а себе — полный бокал, поднял его и сказал: «Я выпью до дна, а вы, как хотите.» Он уже собирался сделать глоток, но Янь Минсю внезапно схватил его за руку.

Чжоу Сян замер, все за столом уставились на них. Рука Янь Минсю была сухой и тёплой, кожа на ладони нежной и мягкой, как у женщины — рука человека, привыкшего к роскоши. Улыбка Чжоу Сяна застыла на лице, он не понимал, что замышляет Янь Минсю.

Янь Минсю долго и молча смотрел на него своими глубокими, тёмными глазами, затем перелил большую часть вина из бокала Чжоу Сяна в свой и выпил до дна. За столом воцарилась тишина. Поступок Янь Минсю был слишком необычным, и, учитывая все слухи, все стали смотреть на Чжоу Сяна с некоторой неуверенностью.

Атмосфера стала напряжённой. Директор Ван покачал бокал с вином, глядя на двоих стоящих, и улыбнулся с намёком.

Чжоу Сян сказал: «Янь Чжу, я действительно польщён. На самом деле, мой желудок уже поправился, я могу пить. Если бы я не мог, я не осмелился бы предлагать вам тост.»

Хотя все понимали, что это лишь отговорка, она всё же немного разрядила обстановку. Чжоу Сян чокнулся с директором Ваном и выпил. Директор Ван сказал: «Болезнь желудка — это на всю жизнь. Не думай, что если сегодня не болит, то можно снова губить себя. Запомни это, Сяо Чжоу.»

«Спасибо за заботу, директор Ван.»

Как только Чжоу Сян поставил бокал, Цай Вэй тут же встал, чтобы предложить тост за весь стол, вовремя завершив этот необычный эпизод.

После ужина гости постепенно начали расходиться. Чжоу Сян собирался уехать с Цай Вэем или Ланьси Жун, но директор Ван подозвал его к себе.

«Сяо Чжоу, поедем со мной.»

Чжоу Сян ответил: «Директор Ван, не стоит беспокоиться, многие коллеги едут в том же направлении, я просто подвезусь с кем-нибудь.»

«Эх, какой там подвезтись, пошли, пошли.»

Ланьси Жун хотел что-то сказать, но лишь молча наблюдала, как Чжоу Сян ушёл вместе с директором Ваном.

Директор Ван выпил лишнего, и, выйдя на улицу, он продолжал держать Чжоу Сяна за руку, описывая ему светлое будущее.

Чжоу Сян прекрасно знал все эти уловки Ван Чжуна. У того был дар красноречия: если он хотел кого-то обольстить обещаниями, то рисовал такие заманчивые картины, что невозможно было устоять. Но Чжоу Сян давно уже научился отделять зерна от плевел в его словах, поэтому слушал с улыбкой, не принимая ничего близко к сердцу.

Наконец, Чжоу Сян поддержал Ван Чжуна до самого входа в отель. У подъезда стояло несколько роскошных автомобилей. В это время журналисты уже разошлись, и звезды разного калибра наконец-то могли беспрепятственно выйти через главный вход. Чжоу Сян заметил, как Лань Си Жун села в одну из машин, и водитель быстро уехал.

Ван Чжун крепко сжал руку Чжоу Сяна и, полупьяный, полусонный, с полуискренней, полуигривой улыбкой сказал:

— Чжоу Сян, ты хоть и молод, но у тебя характер устойчивый, несуетливый. Я на тебя смотрю с надеждой. Слушай внимательно, что я тебе скажу.

Чжоу Сян кивнул.

— В этом мире красивых мужчин и женщин — море. Почему одни становятся звездами, а другие нет? Потому что те, кто не смог пробиться, либо упустили свой шанс, либо даже не получили возможности его увидеть. А ты, Чжоу Сян, — ты очень везучий.

Ван Чжун ткнул его пальцем в нос.

— Если перед тобой появится возможность, а ты её упустишь, ты будешь идиотом, тупицей.

Чжоу Сян закатил глаза, пытаясь понять, о какой именно возможности говорит Ван Чжун.

Он скоро всё понял. Ван Чжун схватил его за руку и спустился по ступенькам, сам открыл дверь «Бентли» и почти силой посадил Чжоу Сяна внутрь:

— Ладно, я столько наговорил, пусть Янь Чжун отвезёт тебя домой.

Чжоу Сян взглянул и увидел, что Янь Минсю действительно сидит на противоположном сиденье и молча смотрит на него.

Чжоу Сян замер, пытаясь подняться, но его плечо упёрлось в массивную руку Ван Чжуна. Он застыл в неудобной полусидячей позе. Ван Чжун улыбался ему.

На лбу Чжоу Сяна выступили холодные капли пота. Он с трудом улыбнулся в ответ и снова сел.

Ван Чжун похлопал его по плечу, закрыл дверь, и машина тронулась.

Чжоу Сян сидел слева, а Янь Минсю — справа. Между ними было всего одно сиденье, но это расстояние казалось непреодолимой пропастью. Никто не решался первым нарушить молчание.

Чжоу Сян слегка повернул голову:

— Янь Чжун, я живу на востоке, а вы едете в сторону Четвёртого кольца на западе.

Он сказал это так, чтобы услышал и водитель, но тот, как деревянный, даже не шелохнулся, упрямо ведя машину в противоположном направлении.

Янь Минсю тихо произнёс:

— Мы едем ко мне.

Чжоу Сян, сдерживая гнев, сказал:

— Я не поеду. Остановите машину и отпустите меня.

Янь Минсю повернулся к нему:

— Чжоу Сян, я хочу найти место, где мы могли бы спокойно поговорить.

— Мы можем поговорить где угодно. Почему обязательно у вас дома?

— Если тебе не хочется ехать ко мне, я могу поехать к тебе. Мне как раз интересно познакомиться с твоей матерью.

Чжоу Сян прищурился:

— Янь Минсю, что ты затеваешь?

Янь Минсю горько усмехнулся:

— Ты действительно не понимаешь, чего я хочу?

Чжоу Сян приоткрыл рот, но не произнёс ни слова. В машине находился ещё один человек, и он вовсе не хотел сохранить лицо Янь Минсю, просто деликатные вопросы отношений двух мужчин неудобно обсуждать при посторонних. К тому же его собственная история была настолько неприглядной, что говорить о ней при ком-то третьем было бы вдвойне стыдно.

Оба молчали, и через двадцать с лишним минут они прибыли к месту жительства Янь Минсю. Чжоу Сян бывал здесь несколько раз, даже оставался на ночь. Раньше, приходя сюда в роли «другого», он чувствовал себя свободнее, словно чужое тело служило ему надёжным укрытием, позволяя скрываться и делать то, что он считал постыдным. Теперь же он не хотел даже переступать порог.

Но он всё-таки вошёл. Если не сегодня, то когда-нибудь его всё равно вынудят это сделать. Слова Ван Чжуна, произнесённые сегодня, впечатались в его память буквально, как неприглядная реальность.

Чжоу Сян решил, что необходимо серьёзно поговорить с Янь Минсю и выложить всё, что у него на душе.

Янь Минсю, войдя в дом, налил каждому по стакану воды. Он сел на диван, устало вздохнул и сказал:

— Чжоу Сян, ты спрашивал, чего я хочу. Я хочу лишь одного — шанса. Шанса, что ты снова примешь меня. Ты не можешь просто лишить меня возможности искупить вину и приговорить к смерти. Я не смогу этого стерпеть.

Чжоу Сян покачал головой:

— Янь Минсю, человек с таким гордым нравом, как ты, смог бы простить того, кто использовал тебя в качестве замены другому целый год? Я, возможно, не настолько горд и высокомерен, как ты, но то, что ты со мной сделал, куда хуже.

Рука Янь Минсю, сжимающая одеяло, дрогнула.

— В тот год я изо всех сил старался тебе угодить. Я спрашивал, могу ли я за тобой ухаживать, и ты не мог не понять, что я был серьёзно настроен быть с тобой. Если я был для тебя лишь временным утешением, ты должен был сказать об этом сразу. Я не настолько глуп, чтобы продолжать цепляться за тебя. Ты держал меня на крючке, пытаясь через меня найти чувства, которые испытывал с Ван Юйдуном. Разве я не прав?

Лицо Янь Минсю побледнело. Он не мог опровергнуть ни единого слова, сказанного Чжоу Сяном.

Возможно, я тебе действительно нравился, иначе зачем бы ты терпел меня? Я ведь не небесная фея, ты мог найти кого угодно, но предпочёл ютиться со мной в той убогой каморке целый год. Что тебе во мне нравилось? То, что я был добр к тебе? Или то, как я заботился о тебе, уделяя внимание каждой мелочи? А может, больше всего тебе нравился мой силуэт, так похожий на силуэт Ван Юйдуна, что можно было спутать. Поэтому каждый раз, когда ты брал меня, ты выбирал позу сзади. Я думал, это просто твоя прихоть. Но если бы ты брал Ван Юйдуна, тебе, наверное, не терпелось бы разглядеть его прекрасное лицо.

Голос Чжоу Сяна дрогнул, сорвался на фальцет. Эти слова он сдерживал в себе слишком долго, с того самого дня, когда он порвал с Янь Минсю. Но он не мог сказать их раньше — не было случая. Если бы не нажим Янь Минсю, он бы и сейчас промолчал. Ведь у него тоже есть гордость, он понимает, как унизительно звучат эти слова. Он не хотел признаваться в своей ничтожности перед тем, кто его унижал.

— Нет, не так! — хрипло проговорил Янь Минсю. — Чжоу Сян, с шестнадцати лет я думал, что люблю Ван Юйдуна. Но всё изменилось, когда я встретил тебя. Когда я наконец понял своё сердце, тебя уже… не было рядом. Я не успел сказать тебе об этом. Я никогда не хотел унижать тебя. Тот год, что мы провели вместе, был для меня самым ценным, его ничем не заменить. Просто… я тогда не осознавал, что уже…

Янь Минсю смотрел на Чжоу Сяна покрасневшими глазами, не зная, как выразить ту любовь, что переполняла его.

Но ошибки, которые он совершил, нанесли Чжоу Сяну нестерпимую боль. Никакие слова не могли изменить того, что уже произошло. Чжоу Сян выдавил улыбку, горше слёз:

— Ты и сам не можешь опровергнуть свои слова. Думаешь, я дурак? Мне стало плохо, тебе стало стыдно, ты растерялся. Но что толку? Если бы я не проснулся в этом теле, то до самой смерти не узнал бы, что ты всё-таки что-то ко мне чувствовал.

Чжоу Сян развёл руками, чувствуя, как его сердце истекает кровью:

— Янь Минсю, я жив. Так что оставь свою вину при себе. Давай разойдёмся, как в море корабли. Не надо больше давить на меня. Я давно отпустил тебя. Разве это не хорошо? Это новый шанс, который дал мне небесный владыка. Дай мне возможность начать всё сначала.

— Чжоу Сян, почему ты не веришь в мои чувства? — хрипло произнёс Янь Минсю. — Ты же любил меня. Разве сейчас не осталось ничего? Всё, чего ты когда-то хотел от меня, я готов тебе дать. Я сделаю всё, что ты пожелаешь. Но даже это не может заставить тебя простить меня?

Чжоу Сян долго молчал, прежде чем ответить:

— Я не могу. Когда я увидел своё мёртвое тело, я понял, что не смогу.

Янь Минсюю было слышно, как его сердце разрывается на части. Он медленно сжал свои волосы, в голове гудел неумолчный шум, и один голос безжалостно и отчетливо повторял: «Чжоу Сян не простит его, снова и снова». Чжоу Сян поднялся, заставляя себя не смотреть на Янь Минсюя, и направился к двери. Он не мог больше слушать или смотреть. Это чужое сердце, зараженное его одиноким духом, боролось за Янь Минсюя, но этого не должно было быть, это было неправильно. Его сердце должно было умереть вместе с его телом.

— Чжоу Сян, не уходи, — прозвучал пустой голос Янь Минсюя из-за спины.

Рука Чжоу Сяна уже лежала на дверной ручке.

Глухим, хриплым голосом Янь Минсюй произнес:

— Чжоу Сян, ты разве забыл? У нас осталось еще полгода по нашему соглашению.

Чжоу Сян вздрогнул всем телом и медленно повернулся.

Янь Минсюй поднялся, его глаза были красными, а на лице застыло искаженное выражение. Он медленно подошел к Чжоу Сяну.

Чжоу Сян опустил руку, его охватила леденящая дрожь. Он хотел улыбнуться, но не смог:

— Господин Янь, как я мог забыть об этом? — Как он мог забыть, что продал себя Янь Минсюю за два миллиона и квартиру на целый год? Такой выгодной сделки он, возможно, больше никогда не совершит, но он забыл об этом… Или просто не смел вспоминать.

Янь Минсюй подошел ближе и нежно коснулся его лица, в глазах его было столько нерастраченных чувств. Он тихо спросил:

— Ты вспомнил теперь?

— Вспомнил, — спокойно ответил Чжоу Сян, глядя на него ледяным взглядом. — До мая следующего года.

Янь Минсюй наклонился и слегка коснулся губами губ Чжоу Сяна, хрипло произнеся:

— Чжоу Сян, я не хочу так поступать, но я не могу просто смотреть, как ты уходишь от меня.

— Мне нужны деньги, но я отказываюсь от квартиры, — холодно сказал Чжоу Сян.

— Нет, квартира уже оформлена на тебя, ты не можешь отказаться, — ответил Янь Минсюй.

Чжоу Сян слегка дрожал.

— Полгода, — продолжил Янь Минсюй. — Эти полгода, согласно нашему соглашению, проведи со мной. — Он нежно проводил подушечками пальцев по гладкой коже Чжоу Сяна, обнимая его за талию и крепко прижимая к себе.

Чжоу Сян глубоко вдохнул. В комнате было очень тепло, но он чувствовал себя ледяным.

— Скажи что-нибудь, Чжоу Сян, — Янь Минсюй целовал и ласкал шею Чжоу Сяна, оставляя на напряженной коже свои метки.

— Мне нечего сказать, господин Янь, — тихо ответил Чжоу Сян. — Ты выиграл, взяв меня за горло.

Руки Янь Минсюя внезапно сжали Чжоу Сяна так сильно, что тому стало трудно дышать.

— Чжоу Сян, я не хочу так поступать, я буду хорошо относиться к тебе, мы будем вместе, я просто хочу, чтобы ты остался со мной. Не ненавидь меня, не вини меня, Чжоу Сян… — Янь Минсюй, как ребенок, обрушил на Чжоу Сяна весь свой вес, обнимая его изо всех сил, боясь, что тот исчезнет.

Чжоу Сян бессмысленно смотрел в чёрное ночное небо за окном, не зная, что сказать. Он кружился, спотыкался, натыкался на препятствия, но на самом деле никогда не контролировал свою жизнь. Ирония судьбы: чем сильнее он чего-то хотел, тем упорнее реальность шла наперекор. Когда он стремился к чему-то, это ускользало; когда пытался сбежать, обстоятельства преследовали его. Ни разу в жизни он не получал желаемого.

Раньше, даже потеряв родителей в раннем детстве, он не считал свою судьбу несправедливой. Но сейчас это чувство пронзило его с новой силой — будто его жизнь была заранее расписана, превратившись в фарс, в абсурдную и жестокую шутку.

Той ночью Чжоу Сян не вернулся домой. Точнее, он не вернулся в съёмную квартиру, которую делил с Чэнь Ин. Ян Минсю взял его с собой — в его настоящий дом. Хотя формально этот дом уже не принадлежал Чжоу Сяну.

Когда его тело нашли, он был официально признан мёртвым, и всё, что принадлежало его прошлой жизни, теперь не имело к нему никакого отношения. Открыв знакомую дверь и включив свет — выключатель, который он мог найти с закрытыми глазами, — он увидел комнату, в которой прожил тридцать лет. Всё оставалось неизменным: ни пылинки, ни холодного ощущения заброшенности. Мягкий свет лампы заливал уютную гостиную, как будто он ушёл всего вчера, и ничего не изменилось.

Ян Минсю медленно окинул взглядом каждый уголок комнаты и тихо произнёс:

— Я здесь прибирался. Ты… после того, как ушёл, я жил здесь один долгое время. Потом не смог больше. Здесь повсюду твой голос, твои черты… Я не выдержал. Но я приходил сюда каждый месяц — убирался. Всё осталось как было, Чжоу Сян. Ты понимаешь? Я всё время ждал тебя.

Чжоу Сяну стало тяжело дышать. Он сдавленным голосом сказал:

— Я вернулся. Отдай мне мой дом обратно, я обменяю его на тот, что ты переоформил на меня. — Он посмотрел на Ян Минсю с мольбой в глазах. — Считай, что я умоляю тебя.

Ян Минсю горько усмехнулся:

— Чжоу Сян, ты умеешь заставлять меня страдать. Дом я тебе отдам, но ты должен отдать себя мне.

Чжоу Сян молча отвернулся:

— Полгода. Мы договаривались только на полгода.

— Даже если это полгода, я не отступлюсь, — сказал Ян Минсю. — Эти полгода будут как прежде: ты должен во всём слушаться меня. Я даю тебе два дня, чтобы переехать сюда. — Он приблизился и нежно коснулся губ Чжоу Сяна. — Мы будем жить здесь вместе. Начнём всё сначала.

Чжоу Сян стиснул зубы:

— Это бессмысленно. Ничто не может начаться заново. Если бы я остался прежним Чжоу Сяном, если бы не упал в ту пропасть… возможно, я бы согласился начать всё сначала. Но сейчас, Ян Минсю, посмотри на меня. Мы не можем вернуться назад.

**»Могу.»**

Янь Минсю с неотрывно смотрел в глаза Чжоу Сяну, и в его взгляде читалась пугающая, глубокая одержимость. **»Чжоу Сян, на самом деле ты никогда не знал меня по-настоящему. Потому что раньше я всегда был настороже с тобой. Я совершил ужасную ошибку — не дал тебе понять, как я был счастлив рядом с тобой в тот год. Как каждый день наполнялся свободой, удовлетворением, счастьем. Ты не представляешь, что ты для меня значишь. Раньше я и сам этого не понимал. Но за эти три года твоего отсутствия я осознал это с кристальной ясностью: я никогда, никогда не отпущу тебя.»**

Он не знал, осмелится ли когда-нибудь признаться Чжоу Сяну, что человек, от которого он был потрясён в шестнадцать лет, в которого влюбился без памяти и о котором не мог забыть долгие годы, — это и есть Чжоу Сян. Но он ошибся, полюбив не того человека, и эта ошибка стала тем грехом, который он никогда не сможет себе простить. У него не было ни сил, ни смелости рассказать об этом Чжоу Сяну. Он боялся, что тот возненавидит его ещё больше, ведь он и сам ненавидел себя за это.

Если белый наряд и изящная фигура на большом экране воплощали его юношеские мечты о совершенном возлюбленном, то тот год, проведённый с Чжоу Сяном, стал для него откровением — что значит настоящая, комфортная и наполняющая душу любовь. Он увидел, как зрелый мужчина относится к чувствам, как он мягкостью и терпением завораживает и связывает партнёра. И он стал тем, кого Чжоу Сян крепко держал за руку.

Но тогда он был слишком глуп. Его ослепили собственные предрассудки. Он считал, что, испытывая чувства к одному человеку, но позволяя себе заинтересоваться другим, он предаёт самого себя. И так он наслаждался всем тем прекрасным, что дарил ему Чжоу Сян, одновременно обманывая себя и его, живя по принципу «как-нибудь будет».

Поэтому Чжоу Сян не верил ему, и он это полностью понимал. Ведь за тот год он так и не дал Чжоу Сяну ни капли уверенности в себе. Чжоу Сян до конца своих дней не узнал, какое место он занимает в его сердце.

Теперь он собирался использовать оставшееся время, чтобы исправить свои ошибки, положить конец этим трём годам мучений и, наконец, обрести того, кого он хотел больше всего на свете, того, кто был ему просто необходим.

Чжоу Сян, глядя на решимость и глубину чувств в глазах Янь Минсю, невольно почувствовал, как дрожит его сердце.

Янь Минсю был прав в одном: Чжоу Сян действительно никогда не знал его по-настоящему, потому что Янь Минсю никогда не давал ему такой возможности.

В первые несколько месяцев он даже не знал о прошлом Янь Минсю, не знал, чем тот занимается. Для него Янь Минсю был просто молодым человеком, недавно окончившим университет, из обеспеченной семьи, с гордым и непростым характером, которого было трудно расположить к себе. Чжоу Сян тогда и не пытался разобраться, какой он на самом деле. Вначале его привлекла лишь ослепительная внешность Янь Минсю.

Когда же он действительно захотел узнать его лучше, возможности уже не было. Потому что он по-настоящему полюбил Янь Минсю, и все его достоинства и недостатки стали для него особенностями, которые он хотел познавать. Он уже не мог смотреть на всё трезво.

До тех пор, пока он не обрёл новое рождение и вновь не встретился с Янь Минсю, его сознание оставалось словно в тумане, затуманенное сном. Лишь теперь, столкнувшись с прошлым лицом к лицу, он наконец пробудился, как будто очнулся от долгого забытья.

Янь Минсюй давно уже не тот юноша, каким был когда-то, и даже тот Янь Минсюй из прошлого был не так прост, как казалось. Теперь перед ним стоял мужчина, способный в мире денег и власти перевернуть всё с ног на голову — холодный, надменный и властный. Когда их взгляды встретились, и Чжоу Сян почувствовал этот неукротимый, пронзительный взгляд Янь Минсюя, у него по спине пробежал ледяной холод. Он не хотел верить ни единому слову, сказанному Янь Минсюем, потому что у него возникало ощущение, будто его вот-вот поглотят.

— Янь Минсюй, — сказал Чжоу Сян с насмешкой, — если ты действительно так меня не забывал, как утверждаешь, то откуда взялось наше соглашение? Ты заплатил два миллиона и отдал квартиру, чтобы купить меня. Но ты купил не меня, а это тело. В этом, в общем-то, нет ничего особенного — у каждого есть физические потребности. Но ты любил Ван Юйдуна, а меня использовал как замену. Говоришь, что любил меня, а потом нашёл ещё одну замену. На самом деле, тебе просто был нужен кто-то рядом. Кого бы ты ни…

Чжоу Сян не успел договорить, как лицо Янь Минсюя исказилось от боли. Внезапным порывом он прижал Чжоу Сяна к стене, и его голос, пронзительный от страдания, задрожал:

— Чжоу Сян, я признаю, что когда-то использовал тебя как замену Ван Юйдуну. Мне стыдно за это. Но ты… С первой нашей встречи в лифте, несмотря на то, что ты полностью изменился, я почувствовал невероятное потрясение. Моей единственной мыслью было не отпускать тебя. Я использовал такие методы, чтобы заполучить тебя, или, скорее, это тело, потому что…

Голос Янь Минсюя прервался от рыданий:

— Потому что я сходил с ума от тоски по тебе. То знакомое чувство, которое я находил в тебе, было единственным, что могло спасти меня. Ты не понимаешь… Ты не понимаешь, как сильно я скучал по тебе, как я жил каждый день. Ты скрывал от меня правду так долго, рассказывал Цай Вэю, Лань Сижуну, но только не мне. Тебе хватило этой мести? Должно быть, хватило. Я страдал больше, чем ты мог себе представить!

Янь Минсюй крепко обнял его, и в его голосе звучала безысходность:

— Чжоу Сян, даже если я заслужил всё это, я никогда не думал предавать тебя. Просто… Вы слишком похожи, вы — одно и то же лицо! Чжоу Сян, ты понимаешь? Три года… Я больше не могу так жить!

Ван Юйдун, два Чжоу Сяна, замена, замена… Кто чья замена? Кто здесь главный? С самого начала и до сих пор все события казались абсурдным фарсом, специально устроенным судьбой, чтобы загнать их в тупик боли и унижения, а затем наслаждаться их страданиями.

Чжоу Сян открыл рот, но слова застряли в горле. Он боялся, что, начав говорить, потеряет контроль над собой. Отчаянные и полные обиды слова Янь Минсюя сбили его с толку. Предал ли его Янь Минсюй? Он и сам не мог дать однозначного ответа. Будучи мужчиной, он никогда не считал, что кто-то должен оставаться верным мёртвому человеку.

Янь Минсюй не сделал ничего плохого, более того, он помогал ему. Но этот комок противоречивых чувств в груди не давал покоя, и Чжоу Сян не мог от него избавиться.

Он ревнует? Кого ревнует? Оба Чжоу Сяна — это он, но в то же время не совсем он. Кто из них двойник, а кто — главный герой, даже он сам не может разобраться. Чжоу Сян болезненно закрыл глаза.

Он давно понял: стоит ему связаться с Янь Минсюем, как его ждут невообразимые муки и страдания. Поэтому он должен, просто обязан держаться подальше от Янь Минсюя, даже если тот ему так нравится. Он просто напуган.

Чжоу Сян слегка оттолкнул Янь Минсюя, его ноги подкосились, и он опустился на диван, пустым взглядом уставившись на старый телевизор, который давно пора было выбросить. Янь Минсюй застыл на месте, провёл рукой по лицу, глубоко вздохнул и лишь тогда успокоился. Он повернулся и направился на кухню.

Чжоу Сян услышал, как на кухне заработала микроволновка. Он рассеянно бросил взгляд в сторону кухни, не понимая, чем занимается Янь Минсюй.

Через некоторое время Янь Минсюй вышел с двумя фарфоровыми чашками. Маленькие чашечки были белоснежными, как нефритовые, с нежными розовыми цветами камелии — их купили вместе с Янь Минсюем во время одной из прогулок. Оба сразу же обратили на них внимание, но Чжоу Сян, увидев цену, хотел уйти, однако Янь Минсюй всё же приобрёл этот сервиз.

Во второй половине их совместной жизни они постоянно пользовались этим сервизом. Чжоу Сян даже мог представить, как этот сервиз с камелиями стоит на их обеденном столе. Белый фарфор с нежными розовыми цветами на фоне выцветшей красно-белой клетчатой скатерти создавал такую уютную, домашнюю атмосферу.

Чжоу Сян замер, наблюдая, как Янь Минсюй ставит чашки на журнальный столик. Внутри них было желе из серебристых ушей и плодов годжи.

— Я приготовил это перед тем, как уйти сегодня, зная, что мы будем пить, — в голосе Янь Минсюя ещё слышалась лёгкая гнусавость. Он тихо добавил: — Возможно, это не так вкусно, как у тебя, но попробуй.

Он поднял одну чашку с желе и поднёс её к лицу Чжоу Сяна.

Чжоу Сян протянул руку и принял её. Он вздохнул и попробовал ложку.

Янь Минсюй с надеждой в голосе спросил:

— Вкусно?

— Господин Янь, вам не нужно так… — Чжоу Сян поставил чашку и спокойно посмотрел на Янь Минсюя.

Янь Минсюй стиснул зубы:

— Не смей больше называть меня «господин Янь».

Он не мог представить, какие насмешки скрывались в сердце Чжоу Сяна, когда тот называл его «господин Янь». Когда правда раскрылась во всей своей очевидности, он даже ненавидел Чжоу Сяна за то, что тот обманывал его целый год. Чем дольше они были в разлуке, тем сильнее становилась боль, и никто не мог понять, что он чувствовал. Только он знал, что такое бессонные ночи, что такое просыпаться в слезах, что такое искать человека по всему миру и не находить его. Самое ужасное — это обманывать себя, что тот человек жив, но увидеть своими глазами груду костей и ощутить разрушительное отчаяние, которое уничтожает всё на своём пути. Если бы не наставления мастера, он, возможно, никогда не решил бы выйти из того дома.

Когда он узнал, что Чжоу Сян находится рядом с ним, когда все его догадки обрели логичное объяснение, на мгновение он возненавидел Чжоу Сяна, но ещё сильнее — самого себя. Никто не мог помешать ему вернуть Чжоу Сяна, потому что лучше всех он знал, во что превращается человек, потерявший любимого.

Чжоу Сян на мгновение замолчал, затем сказал:

— Завтра я вернусь, но это наше с тобой дело. Не устраивай больше публичных сцен, которые дают людям повод для сплетен.

Сегодня Янь Минсюй утащил его на сцену, и это уже заставило Чжоу Сяна чувствовать себя крайне неловко.

— Никто не посмеет сплетничать обо мне, — отрезал Янь Минсюй.

— Да, но они посмеют сплетничать обо мне.

— Не обращай внимания, Чжоу Сян. Их слова не смогут повлиять на тебя. Хочешь стать звездой? Я помогу тебе в этом.

— Я не хочу… — Чжоу Сян попытался объясниться, но понял, что это бесполезно. Он не стремился к славе. Ему хотелось быть просто актером с устойчивым доходом. Слишком громкая известность — это обуременительная ноша. Он был ленив по натуре, легко довольствовался малым. Но если он хотел зарабатывать деньги и при этом не желал быть на виду, ему не следовало оставаться в шоу-бизнесе. К сожалению, у него не было других навыков. Говорить, что он не любит славу, было бы лицемерием.

— Говори, чего ты хочешь, и я исполню любое твоё желание, — Янь Минсюй приподнял подбородок Чжоу Сяна, внимательно глядя ему в глаза. — Говори же.

Чжоу Сян равнодушно ответил:

— Моя карьера развивается хорошо. Не нужно ничего делать лишнего. Оставь мне хоть немного доброго имени.

Пальцы Янь Минсюя слегка дрогнули:

— Твоя нынешняя репутация держится на Лань Си Жуне. Я не хочу, чтобы ты до сих пор ассоциировался с ним. Перестань сниматься в тех дешёвых клипах, они ниже твоего уровня. Я планирую снять фильм и хочу, чтобы ты сыграл главную роль. Я сам подберу тебе партнёров.

Чжоу Сян нахмурился:

— Янь Минсюй, мне нравится то, что я делаю сейчас. Мне не нужны твои покровительства.

— Три года назад я обещал профинансировать твой фильм, но ты тогда сбежал, — в голосе Янь Минсюя послышалась хрупкость. Это был последний раз, когда он видел Чжоу Сяна — того настоящего Чжоу Сяна. Даже сейчас воспоминания об этом пронзали его сердце острой болью. Хрипло он произнёс: — Я сказал, что верну тебе всё, что ты потерял. Чжоу Сян, я не могу вернуть тебя к жизни, но всё остальное… Всё, что в моих силах, я отдам тебе.

Чжоу Сян знал, что бесполезно что-либо говорить. Несмотря на все изменения, произошедшие с Янь Минсюем, одна черта осталась неизменной — его сущность. Если Янь Минсюй принял решение, его невозможно было переубедить. Он был властным и деспотичным.

Именно из-за его гордости Чжоу Сян был уверен, что Янь Минсюй вскоре не выдержит подобного заискивания и сам отступит. Мёртвые не воскресают — это неизменный факт на всю жизнь. Но если человек жив, всё меняется. Чжоу Сян хотел посмотреть, сколько продержится Янь Минсюй в таком состоянии.

Чжоу Сян покачал головой:

— Делай, как знаешь. Я пошёл.

Янь Минсю резко схватил его за руку: **»Куда ты?»**

— **»Я сначала вернусь домой.»**

— **»Не уходи. Завтра я помогу тебе переехать, а сегодня останься здесь.»** Взгляд Янь Минсю был горячим и глубоким, не оставляя Чжоу Сяну никакого шанса отказаться.

Чжоу Сян едва сдержал смех:

— **»Янь Минсю, ты действительно думаешь, что при наших нынешних отношениях нам стоит делить одну постель?»**

Лицо Янь Минсю слегка покраснело:

— **»Я не это имел в виду. Мне просто нужно, чтобы ты остался. Если ты не хочешь, я не буду настаивать.»**

— **»А что ты хочешь? Лежать и болтать?»**

Янь Минсю неожиданно серьёзно кивнул:

— **»Просто оставайся рядом. Что угодно, лишь бы ты был рядом.»**

Чжоу Сян раздражённо провёл рукой по волосам, затем резко кивнул:

— **»Хорошо. Я пойду приму душ.»**

Чжоу Сян направился вглубь дома. Узкий коридор, скромная ванная комната, простая библиотека и уютная спальня — он невольно окинул взглядом каждый уголок этого дома. Кончиками пальцев он коснулся слегка шероховатой, пожелтевшей стены, и это знакомое, тёплое ощущение наполнило его сердце.

*Папа, мама, я вернулся. Я действительно вернулся.*

Янь Минсю молча наблюдал за ним сзади. Вид этого человека, свободно передвигающегося по дому, был для него бесценным воспоминанием, которое наконец-то стало реальностью. Раньше он не верил ни в небо, ни в землю, но теперь верил, что каждая мелочь судьбы была предопределена заранее, и Чжоу Сян был тем человеком, который был ему предназначен. Иначе Чжоу Сян не вернулся бы к нему из мёртвых.

Этот второй шанс, возможность исправить ошибки, он не отпустит его даже ценой своей жизни.

Чжоу Сян принял горячий душ, наслаждаясь каждой минутой. Ванная была маленькой, и пар не спешил рассеиваться. Хотя летом здесь было немного душно, зимой купаться было особенно приятно — это давно забытое тепло трогало его до глубины души. Каждый предмет в ванной казался таким родным и близким.

Выходя из душа, он понял, что забыл взять пижаму. Чжоу Сян уже собирался надеть прежнюю одежду, как в дверь ванной тихо постучали. За дверью стоял Янь Минсю.

— **»Я принёс тебе пижаму. Переоденься.»**

Чжоу Сян открыл дверь и увидел Янь Минсю с пижамой в руках. Неизвестно, как долго тот стоял там.

Когда Чжоу Сян брал пижаму, его руки слегка дрогнули.

Это был один из комплектов парной пижамы, которую он когда-то купил. Тогда он приобрёл множество парных вещей — пижамы, кружки, зубные щётки, нижнее бельё — надеясь, что Янь Минсю почувствует их связь. Тогда Янь Минсю не отказался, и Чжоу Сян радостно подумал, что тот принял этот намёк. Но позже он понял, что Янь Минсю вообще не придавал значения этим мелочам. Пусть он там радуется в одиночку — что это могло изменить в Янь Минсю?

Он и предположить не мог, что годы спустя Ян Минсюй попытается пробудить его чувства тем же самым способом. Наконец-то он понял, почему этот человек, способный купить дом на любой земле у себя под ногами, настаивает на том, чтобы они переехали обратно в эту квартиру площадью чуть более семидесяти квадратных метров, построенную более тридцати лет назад. Потому что здесь, в каждой комнате, в каждой детали интерьера, в каждой мелочи — от фарфоровой чашки до домашнего халата — хранились воспоминания о его былой любви к Ян Минсюю. Ян Минсюй хотел, чтобы он вспомнил всё это.

Ян Минсюй преуспел, потому что эти мелочи он никогда не забывал. В стенах этой квартиры они обретали новую силу, заставляя его снова и снова возвращаться к воспоминаниям о времени, проведённом с Ян Минсюем. И чем больше он вспоминал, тем сильнее становилась боль.

И действительно, постельное бельё в спальне они выбирали вместе, пледы на деревянном полу купил Ян Минсюй, а настольную лампу, прослужившую более десяти лет, он сам починил после того, как Ян Минсюй однажды ночью случайно её сломал — на ней до сих пор видны следы ремонта. Даже халат, в котором Ян Минсюй вышел из ванной, был точно таким же, как у него, только на размер больше.

Всё вокруг будто перенесло их назад во времени, невидимая сила тянула их обратно, к тем счастливым дням, которые они провели вместе три года назад. Волосы Ян Минсюя мягко спадали на лицо, делая его моложе на несколько лет, напоминая того высокомерного и холодного юношу, каким он был когда-то. Только его глаза… они стали такими глубокими, что казалось, невозможно проникнуть в их тайны.

Когда Чжоу Сян встретился взглядом с Ян Минсюем, ему показалось, что тот видит его насквозь, будто знает, о чём он думает. Ян Минсюй медленно подошёл к кровати, наклонился над ним, и мокрые пряди его чёлки коснулись лба Чжоу Сяна. Холодные капли воды скатились по его бровям и остановились у глаз.

Они молча смотрели друг другу в глаза, почти касаясь лицами. Ян Минсюй тихо произнёс:

— Сян, спасибо, что вернулся.

Сердце Чжоу Сяна сжалось от этих слов.

— В этом доме я хочу, чтобы ты вспомнил всё, особенно свои чувства ко мне, — в его голосе звучала непоколебимая уверенность.

Ян Минсюй поцеловал мягкие губы Чжоу Сяна, нежно всасывая, лаская, наслаждаясь свежим вкусом. Это был первый раз, когда Ян Минсюй целовал его — точнее, целовал его таким, каким он стал теперь.

Чжоу Сян провёл с Ян Минсюем полгода, но их интимные встречи можно было пересчитать по пальцам, не говоря уже о поцелуях. Ян Минсюй всегда избегал смотреть ему в лицо во время близости. Сначала Чжоу Сян думал, что Ян Минсюй всё ещё видит в нём Ван Юйдуна, но не ожидал, что сам станет собственной заменой. Эта абсурдная ситуация действительно произошла с ним. Но если он смог проснуться в чужом теле, то что в этом мире невозможно?

Ощущение, что невидимая рука играет с ним, становилось всё сильнее, заставляя Чжоу Сяна дрожать от страха. Он боялся, что это очередная насмешка судьбы, которая в любой момент может разбудить его и снова обрушить в бездну.

Влажный язык Ян Минсюя раздвинул его зубы, проник в рот и сплелся с его языком. Чжоу Сян на мгновение потерял контроль над собой, его эмоции захлестнул этот страстный поцелуй. Он инстинктивно попытался оттолкнуть Ян Минсюя, но тот крепко схватил его руки и ещё сильнее прижал к себе.

Чжоу Сян мог только пассивно принимать этот всё более неистовый поцелуй. Ян Минсюй превратил изначально лёгкий поцелуй в глубокий, наполненный тоской и страстью. Эти бурные эмоции, словно лесной пожар, охватили их разум. Чжоу Сян широко раскрыл глаза, не понимая, как поцелуй может быть настолько пронизан отчаянием, настолько заразительным.

Когда оба почти перестали дышать, Ян Минсюй наконец отпустил его и без сил рухнул на Чжоу Сяна, крепко обхватив его талию и шепча:

— Ты вернулся, ты действительно вернулся.

Чжоу Сян сдержал порыв прикоснуться к нему, растерянно лёжа на кровати, позволяя Ян Минсюю тяжело давить на него. Ян Минсюй слегка изменил позу, почти полностью обняв верхнюю часть тела Чжоу Сяна. Его нежный, хрипловатый голос прозвучал у самого уха Чжоу Сяна:

— Сян, спи. Я хочу, чтобы каждую ночь засыпать, обнимая тебя. Не бросай меня, потому что я никогда не брошу тебя.

Чжоу Сян устало закрыл глаза.

Ян Минсюй обнимал Чжоу Сяна, как будто обнимал весь свой мир. Потому что Чжоу Сян и был его миром.

**Следующее утро**

Чжоу Сяна разбудил Цай Вэй и вызвал обратно в компанию. Когда Чжоу Сян проснулся, Ян Минсюй уже был на ногах и даже собирался приготовить завтрак, но руки его были не так проворны, как у Чжоу Сяна. Тот быстро сам приготовил, съел и поспешно вышел из дома.

Новогодние праздники приближались, дел в компании накопилось немало. Цай Вэй испытывал нехватку рук для доставки подарков, поэтому выделил Чжоу Сяну машину, поручив ему развезти несколько презентов. Чжоу Сян уже не раз выполнял подобные поручения, и Цай Вэй был уверен в нём: несмотря на первоначальное негодование после раскрытия истинной личности Чжоу Сяна, Цай Вэй не мог не заметить, как тот радовался. Чжоу Сян всегда был его правой рукой, самым надёжным помощником, и теперь, когда предстояло важное дело, выбор пал именно на него.

Закончив с доставкой подарков, Чжоу Сян позвонил Цай Вэю с просьбой одолжить машину ещё на день, обещая вернуть её завтра. Ему нужно было перевезти вещи. Хотя Янь Минсю предложил помощь, вещей в квартире, которую тот предоставил, было настолько мало, что всё легко поместилось в машину. Чжоу Сяну не хотелось постоянно зависеть от Янь Минсю — это вызывало у него тревогу.

Цай Вэй без колебаний согласился, и Чжоу Сян вернулся в ту самую квартиру. Сборы заняли меньше часа: вещей действительно было немного, и вскоре всё уже лежало в машине. Он всё ещё надеялся вернуть квартиру Янь Минсю и получить обратно свою.

Сделав всё необходимое, Чжоу Сян отправился к Чэнь Ин. Открыв дверь, он обнаружил, что в доме тихо. Вспомнив, что сегодня четверг, он понял: Ван тётя, вероятно, сопровождает Чэнь Ин на процедуру диализа. Чжоу Сян уже собирался разуваться, как из внутренней комнаты послышались шаги. Ван тётя вышла, потирая сонные глаза.

— Ван тётя? Разве вы не пошли с мамой в больницу? — удивился Чжоу Сян.

— Твоя мама пошла, а я осталась, — ответила она с заметным волнением в голосе.

— Как так? — Чжоу Сян замер, выпрямившись.

— Твой друг, тот самый Янь Минсю, знаменитость, пришёл сегодня утром и увез Чэнь Ин, — с энтузиазмом сообщила Ван тётя.

Чжоу Сян застыл, согнувшись над обувью, затем резко выпрямился:

— Вы говорите, Янь Минсю увез мою маму?

— Да, он сказал, что отвезёт её на диализ.

— И мама просто так с ним поехала? — голос Чжоу Сяна невольно стал громче.

Ван тётя почувствовала неладное и забеспокоилась:

— Сян, что-то не так?

Чжоу Сян осознал свою несдержанность, поспешно покачал головой и улыбнулся:

— Всё нормально, просто немного неловко. Ты поужинаешь сама, а я поеду в больницу за мамой.

— Ах… Сян, — окликнула его Ван тётя.

— Да?

— Они, возможно, не в той больнице, куда обычно ездят. Твой друг-знаменитость сказал, что отвезёт Чэнь Ин в лучшую клинику для обследования.

Чжоу Сян кивнул, не выдавая своих эмоций:

— Хорошо, я понял.

Схватив ключи и телефон, он вышел за дверь.

По дороге он набрал Янь Минсю. Тот ответил почти сразу.

— Алло?

— Привет, Янь Минсю, куда ты увёз мою маму?

— В больницу.

— В какую?

— В больницу ИксИкс. Я нашёл специалиста, который её осмотрит.

Чжоу Сян облегчённо вздохнул. Хотя он и сомневался в истинных намерениях Янь Минсю, отправившего Чэнь Ин в другое место, но хотя бы теперь она находилась в надёжных руках. Больница XX была лучшей в стране по лечению уремии, но до сих пор им не удавалось туда попасть. Он спросил:

— Я сейчас приеду. Ты ничего лишнего не сказал моей матери?

Янь Минсю на мгновение замолчал:

— Мы сейчас не в больнице. Диализ уже сделан. Она у меня дома.

Чжоу Сян крепче сжал телефон:

— Ты… ты что ей сказал?

— Приезжай сначала, — спокойно ответил Янь Минсю.

Чжоу Сян с раздражением бросил трубку и помчался на машине к дому Янь Минсю.

Он добрался туда в рекордные сроки. Едва переступив порог, он застыл в изумлении: оба, в фартуках, готовили хутацзы, а по дому разносился аромат куриного супа с белой редькой.

— Мама? — удивлённо произнёс Чжоу Сян.

Чэнь Ин мягко улыбнулась:

— Пришёл? Иди, помой руки, скоро всё будет готово.

Чжоу Сян бросил взгляд на Янь Минсю.

Тот ласково улыбнулся:

— Снимай верхнюю одежду, здесь жарко.

Чжоу Сян снял куртку и, немного смущаясь, подошёл ближе. Он неотрывно наблюдал за выражением лица матери, но та была полностью погружена в приготовление еды и почти не смотрела на него.

— Ладно, я пойду посмотрю на суп, — не выдержал Чжоу Сян.

Войдя на кухню, он увидел глиняный горшок с супом, который тихо бурлил на плите. За его спиной Янь Минсю сказал:

— Время почти подошло, выключай огонь.

Чжоу Сян выключил газ, приподнял крышку, и аромат супа сразу наполнил воздух. Он аккуратно перенёс горшок на стол и разлил суп по трём мискам.

Вскоре всё было готово, и трое уселись за стол. Чжоу Сян и Янь Минсю переглянулись, и в воздухе повисла лёгкая неловкость.

С момента прихода Чжоу Сяня ни он, ни Чэнь Ин не задали ни одного вопроса. Только Янь Минсю спокойно беседовал с ними, как будто всё было обыденным и они не впервые собирались вместе за ужином.

Янь Минсюй, отхлебнув суп, сказал:

— Сегодня я отвёл тётю в больницу ИксИкс. Диагноз остался прежним, но специалисты предложили более эффективные методы лечения. В следующий раз пойдём вместе, обсудим всё как следует.

Чжоу Сян сдержал порыв задать острый вопрос, лишь кивнул:

— Хорошо.

После обеда Янь Минсюй предложил отвезти их домой, но Чжоу Сян отказался:

— Не нужно, я взял машину компании. Мы сами доберёмся.

Не дожидаясь возражений, он потянул Чэнь Ин за руку и быстро вышел на улицу.

В холодную погоду сразу сесть в машину после выхода из дома — настоящее спасение от мороза. Чжоу Сян снова задумался о покупке автомобиля. Его старая машина, хоть и осталась у Янь Минсюя, давно отслужила свой срок: ещё до передачи она была подержанной, с посредственными характеристиками, а за три года простоя окончательно пришла в негодность. Теперь Чжоу Сян планировал включить покупку новой машины в список дел на следующий год.

Сев в автомобиль, Чжоу Сян не стал первым заводить разговор. Он ждал, когда заговорит Чэнь Ин.

И она действительно тихо вздохнула:

— Этот парень всё-таки неплохой.

— Мам, чем вы сегодня занимались? — спросил Чжоу Сян.

— Утром он неожиданно пришёл домой. Я видела его и раньше, думала, он за тобой, а он пришёл за мной. Сказал, что хочет отвезти меня в крупную больницу на обследование.

— И ты сразу согласилась? Почему не позвонила мне?

— Ты что, думаешь, я глупая? Если бы он не преследовал какую-то цель, стал бы так заботиться о старой женщине? Я и по новостям видела, и на той презентации заметила, как он на тебя смотрел — не как на обычного знакомого. Я давно говорила, не скрывай от меня таких вещей. Ты последнее время часто ночуешь не дома, и я не верю, что это всё из-за работы.

Чжоу Сян бессильно вздохнул:

— Мам, между мной и ним не всё так, как ты думаешь.

— А как же тогда? — не отступала Чэнь Ин.

Чжоу Сян растерялся. Он не знал, как объяснить матери их отношения с Янь Минсюем, да и не мог сказать правду — традиционные взгляды Чэнь Ин не позволили бы ей принять это. Чжоу Сян ещё сильнее забеспокоился, что какие-нибудь слухи могли дойти до неё. Вспомнив, как Янь Минсюй без предупреждения забрал Чэнь Ин, он разозлился. Собравшись с мыслями, Чжоу Сян туманно ответил:

— Мы вместе снимались в фильме, он ко мне хорошо относился. Но я считаю, что мы не подходим друг другу. Мы из разных миров.

— Ах, я тоже об этом беспокоюсь. Хотя парень и хороший, но его семья… Мы не можем тягаться с их положением. Я лишь хочу, чтобы ты нашёл того, с кем сможешь спокойно жить. Если ты свяжешься с ним, мне-то всё равно, но его семья никогда не согласится. Не хочу видеть, как ты страдаешь, поэтому сегодня ничего не сказала. Решать, конечно, вам.

Чжоу Сян слегка улыбнулся: «Мам, ты слишком много думаешь. Между нами с ним нет ничего серьёзного. Не знаю, как объяснить… Просто между мной и ним ничего не может быть. Ты просто относись к нему как к моему другу, но в будущем постарайся не беспокоить его.»

«Я поняла, — ответила она. — Сегодня я просто хотела немного его прощупать, а то ведь нельзя было занимать у человека целый день. Не ожидала, что этот парень, хоть и кажется холодноватым, но на самом деле очень хороший. Мне на диализ нужно четыре-пять часов, а он ни разу не проявил нетерпения, всё время со мной разговаривал. Эх, он действительно хороший человек — и внешне симпатичный, и понимающий. Сян, это твоё личное дело, я не буду вмешиваться. Просто помни: что бы ты ни выбрал, мама тебя всегда поддержит.»

Чжоу Сян с улыбкой взглянул на неё: «Мам, ты не обычная старушка, у тебя такой стиль!»

Чэн Ин рассмеялась, с гордостью добавив: «Мой сын скоро станет звездой, и мне нужно идти в ногу со временем.»

Чжоу Сян засмеялся вместе с ней, но в его глазах не было особой радости.

Янь Минсю не переживал, а вот Чжоу Сян — да. Он не мог представить, что почувствует Чэн Ин, услышав неприятные слухи, и как разочаруется в своём сыне. Чжоу Сян крепко сжал руль, внутренне недовольный Янь Минсю.

**Обновление 94**

Вернувшись домой, Чэн Ин отправилась болтать с тётей Ван, а Чжоу Сян заперся в своей комнате. Как только он вошёл, сразу позвонил Янь Минсю.

При матери им было неудобно говорить, и, как только тот ответил, Чжоу Сян сразу же упрекнул: «Как ты мог просто так забрать мою маму?»

Янь Минсю ответил без тени смущения: «Разве ты не хочешь, чтобы она получала лучшее лечение?»

«Сейчас у неё всё хорошо.»

«Это потому, что болезнь ещё не в запущенной стадии. На поздних этапах уремии бывает множество осложнений. Вы слишком мало знаете об этой болезни, да и больница, где она лечилась раньше, не самая лучшая. Разве ты не хочешь, чтобы она получала самое лучшее лечение?» — двумя фразами Янь Минсю поставил Чжоу Сяна в неловкое положение, как будто тот, не желая, чтобы Чэн Ин общалась с Янь Минсю, не хочет для неё лучших условий лечения. Чжоу Сян не знал, что и ответить.

Раздражённо он сказал: «Ты всегда прав, у тебя на всё есть ответы. Но я не хочу, чтобы она лишний раз волновалась. Она простая, консервативная женщина. Если до неё дойдут всякие неприятные слухи, она заболеет от одного только стресса.»

Янь Минсю спокойно ответил: «Мне кажется, она куда более открытая и понимающая, чем ты думаешь.»

«Не извращай факты.»

Янь Минсю на мгновение замолчал, а затем спросил: «Чжоу Сян, она не твоя родная мать. Тебе действительно не всё равно на неё?»

На этот раз молчал уже Чжоу Сян. Подумав, он ответил: «Хоть и не родная, но я всегда хотел иметь маму. К тому же я занял тело её сына, и не могу не выполнять его долг.»

«Понятно. Если ты относишься к ней как к матери, то и я буду относиться к ней как к своей.»

Чжоу Сян разозлился и рявкнул: **»Перестань нести черт знает что, моя мать не может позволить себе такого!»** — и с этими словами яростно бросил трубку. Больше никто не перезванивал. Чжоу Сян, вымывшись, рухнул на кровать, чувствуя, как после напряжённого дня тело отяжелело от усталости.

На самом деле, в глубине души он, конечно, надеялся, что Чэнь Ин сможет лечиться в хорошей больнице. Он сам бывал в той клинике — вставал в очередь в два часа ночи, простаивал до шести утра, но так и не получал талона. У дельцов у входа номерок стоил три тысячи — от одного этого цена его оттолкнула. Запись к специалисту через интернет была расписана на четыре месяца вперёд, да и слухи ходили, что даже если попасть на приём, на повторное посещение снова придётся ждать недели. При одной мысли о том, как сложно получить качественную медицинскую помощь, Чжоу Сян боялся, что промедление может стоить Чэнь Ин слишком дорого, и перестал пытаться пробиваться в эту систему.

Власть и деньги — они всегда открывают двери. Для таких людей больницы как домашние клиники: лучшие врачи страны всегда наготове. Чжоу Сяну это было неприятно, но он вынужден был смириться.

У него было ощущение, что Янь Минсю — как охотник, расставляющий ловушки вокруг него, выжидающий, когда он окажется в безвыходном положении, чтобы одним движением захлопнуть сеть. И тогда уже не будет шанса сбежать.

Но в эту ловушку Чжоу Сян не хотел — и не смел — шагнуть снова.

Он уже однажды рискнул — и чуть не потерял жизнь. Даже собака, обжёгшая язык о горячую миску, не полезет туда второй раз. А он — человек.

Чжоу Сян тяжело вздохнул и понял, что снова не может уснуть. Он взял книгу и некоторое время читал, пока глаза не начали болеть от напряжения. Только тогда он решил, что пора спать, но внезапно зазвонил телефон.

Он взглянул на часы на стене — уже два часа ночи. Кто может звонить в такое время? Подняв трубку, он увидел имя звонящего — Янь Минсю.

Чжоу Сян не хотел отвечать, но после некоторого колебания всё же взял трубку:

— Алло?

— Чжоу Сян, ты ещё не спишь? — послышался голос на другом конце.

— Ты меня разбудил, — лениво ответил Чжоу Сян.

— У тебя в комнате свет горит, — мягко, почти ласково произнёс Янь Минсю.

Чжоу Сян невольно выпрямился и огляделся:

— Где ты?

— Под твоим домом.

— Зачем ты сюда пришёл? — Чжоу Сян нахмурился.

Голос Янь Минсю был нежным, как шёлк:

— Я тебя рассердил, не мог уснуть и решил зайти, посмотреть на тебя. Не ожидал, что свет у тебя ещё горит.

Чжоу Сян замолчал. Такая забота вызывала у него дискомфорт, особенно в груди — сердце сжималось от непривычного ощущения. Он тихо вздохнул:

— Я собираюсь спать. Уходи.

— Можно я поднимусь? На улице так холодно.

— Почему бы тебе не сесть в машину?

— Я не хочу сидеть в машине. Из машины не видно твоего окна.

Чжоу Сян раздражённо провёл рукой по волосам:

— Янь Минсю, перестань так делать. Это не похоже на тебя.

— На кого же я похож? — тихо спросил Янь Минсю.

— Я… не знаю. Просто уходи.

— Я не хочу уходить. Я хочу подняться. Я хочу увидеть тебя.

Чжоу Сян не выдержал:

— Янь Минсю, что с тобой не так?

«Мне становится не по себе, если я не вижу тебя хотя бы день», — тихо произнёс Янь Минсю. «По-настоящему не по себе. Сян, ты был так хорош со мной раньше… Тогда я думал, что всё это само собой разумеется — ведь ты любил меня. Эти три года я жил лишь воспоминаниями о тех временах. Больше всего на свете я боюсь, что ты снова исчезнешь. Я попросил тебя вернуться, потому что хочу видеть тебя, едва переступая порог дома. Хочу просыпаться и чувствовать, что ты рядом. Я не хочу больше жить в этом кошмаре — не знать, где ты, не видеть тебя, не слышать твоего голоса. Это невыносимо.»

Рука Чжоу Сяна, сжимавшая телефон, слегка дрогнула.

— Я уже поднимаюсь, открой мне дверь, — услышал Чжоу Сян в трубке тихие шаги, раздающиеся в лестничной клетке.

— Я у двери, — напомнил Янь Минсюй.

Чжоу Сян ещё немного посидел на кровати, затем положил трубку, натянул тапочки, закутался в толстый халат и, пройдя через гостиную, открыл дверь Янь Минсюю. Тот весь продрог, уши и щёки покраснели от холода — явно простоял на улице немало времени.

Кровать Чжоу Сяна была односпальной, размером 150 на 200 сантиметров. Обычно ему на ней спалось вполне комфортно, но когда на ней улеглись двое высоких и крупных мужчин, она вдруг показалась тесной — даже перевернуться было сложно. Однако Янь Минсюй не дал Чжоу Сяну возможности пошевелиться: он крепко обнимал его, держал с некоторой властью, но от этого было невероятно тепло. В комнате Чжоу Сяна, хоть и было отопление, сквозило из щелей в окнах, но этой ночью он не почувствовал ни малейшего холодного дуновения — его тело пронизывало тепло, исходившее от Янь Минсюя, наполняя каждую клеточку.

Когда они проснулись, уже приближался полдень. Чжоу Сянь взглянул на часы и резко сел на кровати. Обычно он никогда не спал так долго — он привык вставать рано, если только не выбивался из сил… Вчера вечером он действительно измотался, иначе не проспал бы до этого часа без пробуждения.

От его движения проснулся и Янь Минсюй, потирая глаза и глядя на него. Чжоу Сянь толкнул его:

— Вставай, уже почти одиннадцать.

— Угу, — ответил Янь Минсюй, но вместо того, чтобы отпустить, ещё крепче обхватил его талию и тихо сказал:

— Да ничего не случится, давай поспим ещё немного.

Чжоу Сянь забеспокоился:

— Нет, моя мама скоро придёт звать меня есть.

Янь Минсюй не стал спорить, но ещё сильнее прижался к нему, уткнувшись головой в его грудь, и пробормотал:

— Сян-гэ, я так долго мечтал об этом дне.

Просыпаться в объятиях Чжоу Сяна казалось ему почти недостижимой мечтой. Он так хотел, чтобы этот момент длился подольше, чтобы всё осталось так, как есть.

Но мысли Чжоу Сяна были далеко не о нём. Он оттолкнул Янь Минсюя, спрыгнул с кровати, быстро натянул одежду и, немного сгорбившись, подошёл к двери, прижав ухо к её поверхности, прислушиваясь к звукам снаружи.

Снаружи доносился только звук телевизора.

Чжоу Сянь тихо сказал:

— Оденься. Я выйду, посмотрю, что там. Потом позову тебя, когда можно будет уйти. Только не шуми.

Янь Минсюй привёл в порядок растрёпанные после сна волосы, его лицо выражало глубокое разочарование.

Чжоу Сянь подгонял:

— Быстрее.

— Вот так всё? — Янь Минсюй не мигая смотрел на Чжоу Сяна яркими глазами, горько улыбаясь:

— Вчера вечером… я думал, что что-то изменится. Твоя мама и так всё давно поняла, зачем скрываться?

Чжоу Сянь сжал зубы:

— Это наше семейное дело, что она знает, а что нет. Одевайся быстрее.

Янь Минсюй разочарованно покачал головой и молча натянул одежду.

Когда Янь Минсюй оделся, Чжоу Сянь собрался открывать дверь.

Янь Минсюй ухватился за него:

— Я хочу выйти с тобой вместе.

Чжоу Сянь нахмурился:

— Не заставляй меня.

Лицо Янь Минсю слегка изменилось, и он, дрожа, медленно разжал руку. «Сян-гэ, что мне нужно сделать, чтобы ты согласился начать всё сначала? Ты же почувствовал это вчера вечером, не так ли? Между нами такое взаимопонимание, ты всё ещё что-то чувствуешь ко мне. Почему ты не можешь дать мне шанс? Всё, чего ты когда-то хотел от меня, всё, чего я раньше не давал тебе — теперь я готов отдать. Я хочу серьёзно встречаться с тобой. В этой жизни я больше никогда не буду относиться к кому-то так, как отношусь к тебе.»

Чжоу Сян отвернулся и тихо произнёс: «Ты и правда не будешь так относиться к другим. Никто не станет таким идиотом, как я.»

Янь Минсю крепко сжал зубы, и его сердце сжалось от боли — он не знал, что сказать дальше.

Чжоу Сян посмотрел на его напряжённое лицо, но сам оставался удивительно спокойным. Он отпустил дверную ручку, повернулся и сел на кровать, молча глядя на Янь Минсю. Его голос был пустым, словно сквозняк: «Минсю, мы с тобой дошли до этого, и единственное, что у нас хорошо получается, — это ладить в постели. Ты прав, у меня к тебе ещё есть чувства. Что поделать, если мужчина от природы так устроен? Но между нами осталось только это. Ты говоришь, что любишь меня, и я действительно тронут. Но, судя по прошлому опыту, отношения с тобой обходятся слишком дорого. Я с трудом спас свою жизнь и хочу жить спокойно. Если я продолжу связываться с тобой, чем это будет отличаться от моей прошлой жизни? Неужели я зря спасся? Теперь, когда ты видишь, что я жив, тебе должно быть спокойнее, и тебе не стоит чувствовать вину. К тому же, наши миры слишком разные, и мы никогда не подходили друг другу. Раньше я просто не оценил свои силы и не должен был связываться с тобой с самого начала.»

Янь Минсю слушал, и его глаза постепенно покраснели. Он пристально смотрел на Чжоу Сяна, пытаясь найти в его выражении хоть намёк на знакомую нежность и глубокую привязанность.

Чжоу Сян время от времени лениво пихал ногой свои тапочки. Он подумал, что лучше сказать всё сразу, сейчас, когда он говорит спокойно, это намного лучше, чем кричать. По крайней мере, он ясно понимал, что думает, и мог выразить это чётко: «Ты из той среды, где тебе рано или поздно придётся жениться на подходящей женщине. Ваша семья не позволит тебе так ‘играть’. Уже одно это я не могу принять. Я не люблю женщин и не хочу губить чью-то жизнь, женившись на ней. Я найду мужчину, который согласится быть со мной, а если не найду, то и не страшно. В нашем кругу мало кто доживает до старости вместе, и я не требую многого. Но этот человек точно не будешь ты. Даже не говоря о других, твой брат способен меня убить. Наша связь закончилась здесь. На самом деле, наш исход был предрешён ещё в прошлой жизни — мы разлучены судьбой. Я уже смирился с этим, и тебе стоит перевернуть эту страницу. Какой смысл продолжать?»

Янь Минсю почти проклял себя, сжимая зубы до крови. Хриплым голосом он произнёс:

— Ты что понимаешь… Всё сводится к одному: ты по-прежнему не доверяешь мне. Для тебя мои чувства — это что-то поверхностное? Если бы я не обдумал всё, я бы не ждал тебя так долго. Три года. Три года я ждал, когда ты вернёшься, чтобы мы могли жить без оглядки на что-либо. Только бы ты вернулся.

В глазах Янь Минсю боль скопилась почти до краёв, готовая пролиться наружу. Чжоу Сян дрожащим вздохом выдохнул, безнадёжно обхватив голову руками.

— Янь Минсю… Если я ещё раз позволю себе слабость, кто знает, к чему это приведёт? Я уже однажды умер. Мне страшно, что этот странный, зловещий фарс ещё далеко не закончен.

Янь Минсю коснулся уха Чжоу Сяна, голос его был хриплым и сдавленным:

— Сян-гэ, я не отпущу тебя. Никогда. Я не могу жить без тебя, даже дня. У меня достаточно времени, чтобы ждать. Я не позволю никому приблизиться к тебе. Я жду, когда ты сбросишь с себя этот груз и начнёшь всё сначала со мной.

В этот момент в дверь постучали.

Чжоу Сян вздрогнул и резко поднял голову:

— Кто там?

Снаружи раздался голос Чэнь Ин:

— Вы проснулись?

— А, только что, — ответил Чжоу Сян.

— Если проснулись, выходите есть.

Чжоу Сян замер, пытаясь вспомнить: Чэнь Ин сказала «вы»? Услышав тишину изнутри, Чэнь Ин добавила:

— Выходите, не прячьтесь. Я отправила вашу тётю Ван домой. Дома никого нет.

Чжоу Сян с отчаянием выдохнул. Теперь ему действительно нечего было сказать.

Янь Минсю, напротив, немного воспрял духом. Он приподнял подбородок Чжоу Сяна, быстро поцеловал его и серьёзно посмотрел в глаза:

— Сян-гэ, это лишь вопрос времени.

С этими словами он встал и открыл дверь, не дав Чжоу Сяну возможности остановить его.

Чэнь Ин, повязанная фартуком, спокойно смотрела на них.

Чжоу Сян хотел провалиться сквозь землю. Хотя он был гомосексуалистом от природы, в его жизни не было никого, кто бы осуждал или ограничивал его ориентацию, потому что у него не было родителей. Несмотря на то, что Чэнь Ин говорила, что понимает его, эта ситуация — быть застигнутым на месте преступления старшим — была невыносимо неловкой. Он подумал, что если бы его родители были живы, он, вероятно, чувствовал бы то же самое, стоя перед ними.

Чэнь Ин даже не подняла век:

— Я утром зашла, чтобы разбудить тебя на завтрак.

Она бросила взгляд на Янь Минсю и попыталась улыбнуться, но получилось лишь неестественное выражение лица.

Хотя она давно знала, что Чжоу Сян — гомосексуалист, увидеть собственными глазами, как её приёмный сын обнимается с другим обнажённым мужчиной в одной постели, вызвало у неё сложные чувства.

Ранее она категорически выступала против отношений Чжоу Сяна и Тань Иня, их конфликт дошёл до такой степени, что отношения матери и сына сильно ухудшились. Но после того, как с Чжоу Сяном случилась беда, где уж ей было до придирок? Позже она полностью пересмотрела своё отношение. Однако одно дело — представлять что-то в воображении, и совсем другое — увидеть это собственными глазами. Хотя она и сама была неравнодушна к этому невероятно красивому суперзвездному актёру, ей всё же требовалось время, чтобы привыкнуть.

Она решила постараться относиться к этой знаменитости получше, ведь он и её сын теперь… — Мистер Янь, присоединяйтесь к нам за столом, я приготовила пельмени, — сказала она.

— Тётя Чэн, спасибо за заботу, я сначала умоюсь, — ответил он.

— Иди, я уже приготовила для тебя новую зубную щётку.

Янь Минсюй направился в ванную.

Чжоу Сян и Чэн Ин переглянулись на несколько секунд, после чего смущённо опустили головы.

Чэн Ин стёрла с предплечья остатки муки о фартук, затем потрогала лоб Чжоу Сяна:

— У тебя немного жар, это отопление слишком сильное, легко можно перегреться.

Чжоу Сян кивнул.

— Ты уже взрослый, и с кем ты хочешь быть — это твоя свобода, не нужно стесняться, — сказала она.

Чжоу Сян благодарно посмотрел на неё:

— Мама, спасибо.

Чэн Ин печально вздохнула:

— За что благодарность? Это естественно, ничего не поделаешь.

Чжоу Сян отвернулся и с этого угла увидел часть спины Янь Минсюя, который умывался. Он подумал, что у него такая открытая мать, а у Янь Минсюя её нет. Рано или поздно Янь Минсюй отступит сам. Даже если он не отступит, та мощная сила, которую представляет семья Яней, никогда не позволит ему так безрассудно поступать. В конце концов, всё закончится ничем. Если он действительно начнёт всё сначала с Янь Минсюем, результат, скорее всего, будет таким же, а он больше не сможет пережить такое.

Лучше остановиться здесь, на этом этапе. Это будет лучшим решением.

Телефон Янь Минсюя, упавший на кровать, зазвонил. Чжоу Сян невольно бросил взгляд на экран — на нём высветилось имя: Ван Юйдун.

Чжоу Сян испытывал физиологическое отвращение к этому имени. До знакомства с Янь Минсюем он считал себя широкой натурой, человеком, не склонным к мелочности. Но только не в отношении Ван Юйдуна — к нему он испытывал неконтролируемую, почти животную ненависть. Даже самому Чжоу Сяну было стыдно за эту мелкую, ревнивую сторону своей натуры, но он не мог с ней справиться. Он думал, что если бы смог подраться с Ван Юйдуном, это, возможно, принесло бы ему облегчение. Но он не мог этого сделать, и от этого его угнетённое состояние лишь усиливалось.

Думая так, он почти машинально провел пальцем по экрану телефона, прервав звонок. «Наверное, за всю жизнь Ван Юйдун ни разу не сталкивался с тем, чтобы Янь Минсю его бросил,» — подумал он. Глядя на постепенно гаснущий экран, Чжоу Сян внезапно осознал, что только что натворил, и не смог сдержать раздражения. Как он мог так сильно завидовать Ван Юйдуну? Это было просто невыносимо унизительно.

Возможно, от стыда или желания скрыть свои чувства, когда Янь Минсю вышел из ванной, вытирая лицо, Чжоу Сян сказал ему: «Ван Юйдун звонил тебе.» С этими словами он встал и направился в ванную, едва не задев плечом Янь Минсю.

Янь Минсю слегка замер, поднял телефон с кровати и не собирался перезванивать — сейчас были более важные дела. Но в тот момент, когда он уже хотел отложить телефон, тот снова зазвонил. Ему пришлось ответить:

— Да, брат Дун.

— Минсю? Чем ты занимался?

— В туалете был.

— У тебя кто-то есть?

Янь Минсю на мгновение замялся:

— В чем дело?

— Звонок только что прервался.

Янь Минсю онемел, не удержавшись, бросил взгляд на удаляющуюся спину Чжоу Сяна:

— Нет, не знаю, что произошло. Что-то случилось?

— О, брат Дун хотел обсудить с тобой кое-что. Ты свободен днем?

— Днем у меня дела. Говори по телефону.

Ван Юйдун тяжело выдохнул, явно недовольный таким пренебрежением со стороны Янь Минсю, и продолжил:

— В последнее время государство сильно ужесточило давление на рынок недвижимости, у моего отца заморожены средства. В прошлый раз я использовал деньги кинотелевизионной компании, чтобы помочь ему, и теперь сам попал в затруднительное положение. Минсю, ты не мог бы помочь мне?

Янь Минсю нахмурился. Он тихо прикрыл дверь и сделал несколько шагов вглубь комнаты, голос его стал строгим:

— Когда я в последний раз получал информацию, я уже просил сестру предупредить тебя. Почему вы продолжаете вкладывать средства?

Ван Юйдун торопливо ответил:

— Мой отец вообще не слушает моих советов. Он все-таки мой отец, я не могу не помочь ему. Минсю, мы все-таки как семья, придумай что-нибудь.

Лицо Янь Минсю потемнело, он глубоко вдохнул:

— Сколько тебе нужно?

Ван Юйдун не ответил, как будто не хотел обсуждать это по телефону:

— Давай встретимся и поговорим. Ты свободен завтра?

Голос Янь Минсю стал холодным:

— Брат Дун, это не первый раз, когда я тебе помогаю. Если об этом узнают мой отец или старший брат, представь себе последствия. Сколько раз ты хочешь, чтобы это повторялось?

В голосе Ван Юйдуна послышалась паника:

— Минсю, я… у меня просто нет другого выхода. Минмэй беременна, я не хочу, чтобы она волновалась.

— Что?! Моя сестра беременна?! Почему ты мне только сейчас сказал?

«Это выяснилось только пару дней назад. Мама же у нас день рождения послезавтра, хотел сказать ей в тот день, устроить сюрприз. Минсю, Минмэй сейчас на самом важном этапе, ты же знаешь… Ты знаешь, как важно эмоциональное состояние женщины, когда она беременна. Не хочу, чтобы она из-за моих проблем переживала. Только, пожалуйста, не говори старшему брату, не говори отцу. Помоги мне, ты же знаешь, как это сделать,» — глухим голосом произнёс Янь Минсю.

«Хорошо, понял. Завтра утром приходи с дядей Лю в мою кинотелевизионную компанию,» — ответил он.

Закончив разговор, Янь Минсю вышел из комнаты и столкнулся с Чжоу Сяном, который как раз вышел из ванной после умывания. Чжоу Сян заметил, как Янь Минсю крепко сжимает телефон, и, очевидно, разговор был закрыт в комнате. Он недовольно нахмурился, скользнув взглядом по фигуре Янь Минсю, и, развернувшись, направился в гостиную.

Янь Минсю последовал за ним и пояснил: «Это семейные дела.»

Чжоу Сян расставлял тарелки и палочки для еды и рассеянно кивнул: «Ах, да…» Затем добавил: «Хотел передать тебе трубку, но сенсор слишком чувствительный, случайно сбросил.»

Янь Минсю спрятал телефон глубже в карман. Его и так раздражал звонок Ван Юйдуна, но эти слова Чжоу Сяна заставили его присмотреться к парню внимательнее. Он прищурился, глядя на него, и едва заметно улыбнулся: «Ничего страшного, что сбросил.»

В этот момент Чэн Ин вышла, неся большую кастрюлю, от которой по комнате разнесся аппетитный аромат.

«Мам, я помогу,» — Чжоу Сян увидел, как её худые руки едва удерживают тяжёлую посуду, и сердце его сжалось от тревоги.

Он уже собирался подойти, но Янь Минсю, находившийся ближе, быстрым шагом подошёл к Чэн Ин, легко взял кастрюлю и аккуратно поставил на стол.

Чэн Ин вытерла пот со лба: «Ой, как тяжело! Надо было в кухне разложить.»

Чжоу Сян заглянул в кастрюлю, где дымились ароматные пельмени, и, накладывая их, сказал: «В следующий раз я сам понесу. Мало ли, вдруг уронишь и обожжёшься.»

Чэн Ин смущённо улыбнулась и, бросив взгляд на Янь Минсю, тихо произнесла: «Спасибо.»

Янь Минсю кивнул: «Тётя, садитесь.»

Все трое уселись за стол и принялись за завтрак.

Чэн Ин первой нарушила молчание: «Вы двое… Давно вместе?»

Чжоу Сян застыл с ложкой во рту, бросив на неё встревоженный взгляд.

Янь Минсю спокойно ответил: «Месяца два-три, наверное.»

«Вот оно что! Неудивительно, что Сян в последнее время редко бывает дома,» — сказала Чэн Ин.

Чжоу Сян смущённо пробормотал: «Мам, давай обсудим это позже.»

Чэн Ин строго посмотрела на него: «Чего стесняться-то? Мне-то не стыдно!»

Чжоу Сян, смущаясь, опустил голову и принялся за пельмени.

Чэн Ин обратилась к Янь Минсю: «Маленький Янь, твой дедушка — не тот самый Янь Дэцзян?»

Янь Минсю кивнул.

Лицо Чэн Ин омрачилось: «Ох, если твои родственники узнают… Это же не дело.»

«Тётя, у меня есть свой план. Я не позволю, чтобы Сян столкнулся с трудностями из-за меня,» — уверенно ответил Янь Минсю.

Чжэнь Ин покачала головой и вздохнула: «Всё ещё ребёнок. Я не буду говорить о чём-то другом, но чувства родителей — это то, что я понимаю лучше тебя. Не думайте, что всё так просто. Хорошенько обдумайте всё, учитывайте будущее, не бросайтесь опрометчиво. Чувства со временем могут угаснуть, и тогда будет поздно сожалеть.»

«Мама…» Чжоу Сян не мог больше слушать. Он положил палочки для еды и с лёгкой строгостью в голосе сказал: «Хватит. Давай просто поедим, хорошо?»

Чжэнь Ин тоже поняла, что заговорилась, и безнадёжно опустила голову.

Янь Минсюй бросил взгляд на Чжоу Сяна, не сказав ни слова, но этот взгляд был настолько выразителен, что Чжоу Сян не смог встретиться с ним глазами.

После еды Янь Минсюй под предлогом работы увел Чжоу Сяна с собой. Он не обманул: действительно привёл его в кинотелевизионную компанию. Янь Минсюй всерьёз задумал создать фильм специально для Чжоу Сяна. По его мнению, Чжоу Сян, безусловно, хотел добиться успехов в актёрской карьере, и он был готов помочь ему в этом.

Все эти годы, кроме фильмов Ван Юйдуна, Янь Минсюй ни разу не снимался в качестве второстепенного персонажа. Он участвовал в двух фильмах Ван Юйдуна: первый раз — потому что Янь Мэй настояла, и он не смог отказать, а второй раз — потому что в Чжоу Сяне было что-то, что привлекало его и заставляло наблюдать за ним вблизи, хотя тогда он ещё не знал, что этот Чжоу Сян — тот самый Чжоу Сян.

Теперь он собирался полностью сопровождать Чжоу Сяна в фильме. Ему было всё равно, насколько он сам популярен. Единственная причина, по которой ему нужна была известность, — это надежда, что Чжоу Сян где-то жив и сможет увидеть его по телевизору. Теперь, когда Чжоу Сян вернулся, ему больше не нужно было появляться на публике.

Янь Минсюй познакомил Чжоу Сяна с очень популярной киностудией, возглавляемой известным режиссёром и двумя признанными продюсерами. У них были лучшие ресурсы в индустрии, и участие в их фильме сулило невообразимые перспективы.

Чжоу Сян не ожидал, что Янь Минсюй сможет найти такую известную студию, чтобы сотрудничать с таким неопытным актёром, как он. Он хорошо знал свои возможности и не мог не волноваться.

Но, похоже, Янь Минсюй уже всё обсудил. Когда они прибыли, Цзян Вань уже ждал их там, беседуя с местными, как со старыми друзьями.

Люди из студии предложили Чжоу Сяну два сценария, оба из которых были приоритетными проектами. Один из них был посвящён эпохе гражданской войны, где главный герой — простой человек, участвующий в борьбе с японскими оккупантами. Все сошлись во мнении, что внешность и характер Чжоу Сяна идеально подходили для образа скромного, но честного учителя.

Хотя фильм был серьёзной драмой, студия планировала вложить в него значительные средства, чтобы создать главную мелодию о народном герое. Это могло поднять Чжоу Сяна на небывалую высоту.

Для человека, который почти десять лет работал дублёром и ни разу не появлялся на экране своим лицом, возможность сыграть главную роль была невероятной. То чувство потери, когда ты знаешь, что твоё лицо никогда не появится на экране, было непередаваемым.

Чжоу Сян прекрасно понимал ценность этого фильма, и его это искренне заинтересовало. Янь Минсю внимательно следил за взглядом Чжоу Сяна и, заметив, как в его глазах время от времени вспыхивал живой блеск во время обсуждения, понял: его шаг был абсолютно верным. Цзян Вань с ловкостью и изяществом обсуждал детали с ответственными лицами, и вот уже время подходило к обеду. Янь Минсю решил пригласить всех на ужин. В этот момент в кабинет вошла симпатичная секретарша и, обращаясь к одному из руководителей, сказала: «Господин Чжан, Ван Юйдун и его компания прибыли.»

Янь Минсю и Чжоу Сян застыли на месте. Чжан Цзун улыбнулся и сказал: «Вы пока продолжайте, а я пойду обсужу кое-какие дела с Юйдуном. Янь, может, пойдёшь со мной?» Янь Минсю покачал головой: «Не надо, иди сам. Мы уже уходим, вечером встретимся прямо в ресторане.» «Хорошо, извините, у меня каждый день столько дел,» — ответил Чжан Цзун. После нескольких вежливых фраз он собрался уходить с людьми.

Снаружи послышался негромкий, но отчётливый голос Ван Юйдуна: «Я увидел машину Минсю внизу. Он здесь?» Янь Минсю нехотя поднялся и сам открыл дверь. Чжоу Сян тоже встал, и, когда он обернулся, дверь как раз открылась, и его взгляд столкнулся с глазами Ван Юйдуна — в них отразилось удивление, быстро сменившееся недовольством, причём всё это было необычайно ясно.

За Ван Юйдуном стоял давно не виданный Тань Инь. Увидев Чжоу Сяна, его лицо сначала выразило удивление, но затем перешло в какую-то сложноописуемую гримасу неудовольствия.

Все застыли в напряжённой тишине, глядя друг на друга через порог. Атмосфера была крайне неприятной.

Чжан Цзун оглядел всех и улыбнулся: «Что случилось?»

Ван Юйдун изобразил на лице изысканную улыбку: «Ничего. Давно не видел Минсю, какое совпадение,» — последний фраза прозвучала с явной неприятной интонацией.

Он никак не ожидал, что «дела», о которых говорил Янь Минсю, связаны с Чжоу Сяном. Это имя было для него как красная тряпка для быка — и раньше, и сейчас. Всё, что было связано с Чжоу Сяном, всегда приносило одни неприятности.

Он не мог не задаться вопросом, с какой целью Янь Минсю привёл сюда Чжоу Сяна. Даже ему самому приходилось прикладывать немало усилий, чтобы договориться о сотрудничестве со студией, и ещё неизвестно, получится ли найти подходящий сценарий. Ведь студия выбирает актёров, а он выбирает сценарии. Но вот Янь Минсю спокойно сидит с Чжоу Сяном в кабинете директора, и судя по всему, их переговоры идут очень хорошо.

Для такого никому не известного новичка, как Чжоу Сян, найти подходящую роль оказывается проще, чем для него самого. А с поддержкой Янь Минсю, Чжоу Сян вполне может получить роль, о которой он сам может только мечтать. Мысль о том, что его дублер может занять его место, вызывала у него неприятные воспоминания о событиях трёхлетней давности, когда другой Чжоу Сян, также его дублер, пытался занять его место в главной роли. Всё это было слишком знакомо, и он снова почувствовал ту же угрозу и отвращение.

Чжоу Сян не скрывал своего недовольства обоими. После инцидента в Гуйчжоу он не собирался даже поддерживать видимость вежливости с Ван Юйдуном и Тань Инем. Ведь его доброжелательность тогда привела лишь к скандалу. Зачем тратить силы на пустые формальности? Он просто стоял с безразличным лицом, глядя на них.

Такое холодное отношение Чжоу Сяна они восприняли как «зазнайство из-за покровительства». Им казалось, что с тех пор, как Чжоу Сян сблизился с Янь Минсю, он действительно сильно изменился.

Ван Юйдун холодно бросил взгляд на Чжоу Сяна и, делая вид, что не знает ответа, спросила с нарочитой наигранностью:

— Да это же Чжоу Сян. Что ты здесь делаешь?

Чжоу Сян равнодушно ответил:

— Сопровождаю генерального директора Янь.

— Минсю, так это из-за него ты говорил, что днём у тебя дела? — в голосе Ван Юйдун прозвучало нескрываемое презрение.

Янь Минсю, не стесняясь, ответил:

— Да, зять. Мы договорились встретиться завтра утром в офисе. У вас с директором Чжаном есть дела, так что продолжайте. Директор Чжан, до свидания.

С этими словами он уже собирался увести с собой Чжоу Сяна и Цзян Вань.

В памяти Ван Юйдун Янь Минсю редко называл его «зятем», разве что дома. Это обращение почему-то показалось ему чуждым, и на мгновение он усомнился, действительно ли существовал тот юноша, который когда-то с восхищением смотрел на него и называл «братом Дун». Кто этот мрачный, холодный и властный мужчина перед ним? Он не удержался и воскликнул:

— Подожди!

Сдерживая гнев, он с натянутой улыбкой продолжил:

— Минсю, я ищу тебя по срочному делу. Раз уж так совпало, давай вечером вместе пригласим директора Чжан поужинать. После ужина найдём место, чтобы поговорить. Разве это не удобно? Так не придётся завтра снова ехать ко мне.

Он встал у двери, перекрывая Янь Минсю путь.

Директор Чжан почувствовал напряжение и поспешно сказал:

— Я схожу в туалет. Сяо Вань, проводи гостей в конференц-зал, я скоро вернусь.

С этими словами он быстро вышел, даже не пытаясь вмешаться.

Когда все сотрудники ушли, Янь Минсю не стал сохранять видимость вежливости перед Ван Юйдуном и прямо заявил:

— У меня вечером дела. Договорились на завтра утро, значит, завтра утро. Я ухожу.

Он резко схватил Чжоу Сяна за руку и потянул его за собой.

Чжоу Сян неловко выдернул руку, и все взгляды в комнате устремились на его руку. Чжоу Сян, не изменившись в лице, бросил взгляд на Ван Юйдун и, не останавливаясь, вышел.

Ван Юйдун так разозлился, что сжал кулаки, а губы слегка дрожали.

Тань Инь побледнела, глядя вслед Чжоу Сяну, её взгляд был необычайно сложным.

Янь Минсю тоже прошёл мимо Ван Юйдуна и последовал за Чжоу Сяном.

Цзян Вань вышел последним. Когда он проходил мимо двери, Ван Юйдун схватил его за руку. Цзян Вань смущённо посмотрел на Ван Юйдун:

— Директор Ван, в семейные дела я лучше не вмешиваться. Не ставьте меня в неловкое положение.

— Я задам тебе один вопрос, отвечай честно, — сказал Ван Юйдун.

Цзян Вань бросил взгляд на удаляющегося Янь Минсю и быстро ответил:

— Слушаю.

— Они живут вместе?

Цзян Вань не подтвердил и не опроверг, лишь посмотрел на Ван Юйдун своими ясными глазами, и в этом взгляде была информация, которую они оба поняли.

Лицо Ван Юйдуна потемнело:

— Ладно, иди.

Цзян Вань поспешно вышел.

Ван Юйдун обернулся к Тань Инь и холодно усмехнулся:

— Кажется, ты вовсе не знала своего бывшего парня.

Тань Инь стиснула зубы:

— Брат Дун, он совсем не тот, кем был раньше. Словно полностью другой человек.

«Наверное, не мозги у него повреждены, а прозрение наступило», — легонько похлопав себя по голове, насмешливо произнёс Ван Юйдун. «Если б у тебя была хоть половина его таланта, если б ты пристроился к такому, как Янь Минсю, мне бы не пришлось волноваться за тебя.» Тан Инь побледнела, молча уставившись в пол. Ван Юйдун холодно фыркнул, в его глазах мелькнуло что-то неуловимое.

Цзян Вань вёл машину, и трое молча доехали до отеля. По прибытии до ужина с господином Чжаном оставалось ещё два часа, и Янь Минсю велел Цзян Ваню снять номер, чтобы Чжоу Сян мог отдохнуть. На самом деле оба не чувствовали усталости, но Чжоу Сян понял, что Янь Минсю хочет поговорить.

Как и ожидалось, едва войдя в номер, Янь Минсю осторожно спросил:

— Ты действительно ненавидишь Ван Юйдуна?

Чжоу Сян бросил на него быстрый взгляд и усмехнулся:

— Господин Янь, зачем вам задавать такие вопросы? Вы же только зря себя мучаете.

Лицо Янь Минсю потемнело.

— Лучше я буду мучиться, чем ты.

Чжоу Сян на мгновение замер, затем, опустив голову, задумался и сказал:

— Ненавидеть — слишком сильное слово. Просто он во всём лучше меня, и это раздражает. Если честно, я просто завидую, ничего серьёзного.

— Только это? А как насчёт той роли несколько лет назад… Ты ненавидишь его? Или… меня?

Чжоу Сян холодно усмехнулся:

— Давай не будем возвращаться к этому. Я не хочу вспоминать. В общем, мне достаточно, что мы с Ван Юйдуном не пересекаемся. Хотя сейчас… — Чжоу Сян саркастически продолжил: — Не знаю, почему он до сих пор не может смотреть на меня без раздражения. Может, поговоришь со своим знаменитым зятем? Пусть не обращает внимания на такого мелкого актёра, как я.

— Конечно, я не позволю никому причинить тебе вред. Но если у тебя есть какие-то обиды, я хочу, чтобы ты высказался. Брат Сян, я готов к долгой борьбе, хочу исправить всё, что могу. Но ты должен дать мне понять, сколько ещё я тебе должен.

Чжоу Сян нахмурился:

— Янь Минсю, даже если я не лажу с твоим Ван-ге, что ты сделаешь? Ты готов ради меня разобраться с ним? Ты способен на это? Сейчас ты на каждом шагу говоришь, что любишь меня, но я помню, как ты напился в стельку на помолвке его с твоей сестрой. Тогда твои слова о любви не казались фальшивыми. Ладно, скажу честно: Ван Юйдун вызывает во мне только негатив. Я завидовал ему, когда был его дублёром — завидовал его таланту, его успехам. Но когда ты появился, когда я понял, что человек, которого люблю, видит во мне лишь его тень… тогда зависть превратилась в ненависть. То, чего я не мог добиться, как бы ни старался, ему доставалось без усилий. Кем я был? Я до сих пор не могу забыть того унижения, когда ты принимал меня за него. Как я мечтал поменяться с ним местами! Тебе этого объяснения достаточно?

Чжоу Сян стиснул зубы, ненависть буквально кипела в нём, готовая взорвать голову.

—

Смешно, но в прошлой жизни он всегда считал себя великодушным человеком, которому чужды тревоги о потерях или успехах. Он жил легко и свободно, вызывая зависть у окружающих. Однако на узком мостике чувств он внезапно потерял равновесие. Все тёмные и негативные эмоции, скрытые в глубинах его души, внезапно вспыхнули, поразив его самого, но он не мог с ними справиться.

Сейчас он изменился до неузнаваемости — не только внешне, но и внутренне. Душа, обитавшая в его теле, стала другой.

Янь Минсюй опустил голову и глухо произнёс:

— Сян-гэ, прости меня.

Какими бы ни были его раскаяние и сожаление, случившееся уже невозможно изменить. Если раньше Чжоу Сян вёл его за собой, неся на своей спине, а он шёл лёгкой походкой, то теперь всё изменилось. Теперь каждый шаг давался ему с огромным трудом. Чтобы не отступить перед холодностью Чжоу Сяна, ему требовалась вся его воля. Он сдерживал боль, угрызения совести и самообвинения, шаг за шагом приближаясь к Чжоу Сяну. Потому что тот пытался уйти, и он не мог позволить себе расслабиться ни на миг. Он должен был идти следом, пока снова не окажется рядом.

Он не представлял, сколько времени и сил потребуется на этот путь. Он даже не знал, не напрасны ли его усилия. Не успев по-настоящему влюбиться, он уже получил сокрушительный удар по сердцу. В этом он был как школьник, не знающий, как вернуть расположение любимого человека. Ему приходилось действовать наугад, натыкаясь на препятствия, но останавливаться он не мог.

Каждое слово Чжоу Сяна, сказанное от души, причиняло ему боль, но и дарило надежду. По крайней мере, Чжоу Сян ещё готов был общаться, по крайней мере, он ещё откликался. Это было в миллиарды раз лучше, чем потерять его навсегда.

Он поднял голову и, глядя на Чжоу Сяна, твёрдо сказал:

— Сян-гэ, я действительно испытывал чувства к Ван Юйдуну, но сейчас он для меня лишь зять. В моём сердце только ты, и больше никого. Он — муж моей сестры, и я не могу ничего с этим поделать. Но всё, что ты потерял из-за него, я верну тебе. Лучшие роли, лучшие фильмы, лучшая команда — всё, чего не добьётся Ван Юйдун, будет твоим. Тебе не нужно его ревновать, и даже завидовать не стоит. Однажды ты превзойдёшь его во всём.

В глазах Чжоу Сяна мелькнуло сомнение. Насколько он может доверять словам Янь Минсюя? Раньше тот так сильно любил Ван Юйдуна — как теперь может забыть всё ради него? Или, быть может, в сознании Янь Минсюя ценным становится лишь то, чего нельзя достичь?

Чжоу Сян почувствовал, как разрывается голова от боли.

Янь Минсюй погладил его по волосам и тихо произнёс:

— Сян-гэ, поверь мне. Я дам тебе всё самое лучшее.

Чжоу Сян покачал головой:

— Я не из тех, кто способен на это. Я знаю себе цену. Мне достаточно, чтобы Ван Юйдун больше не вмешивался в мою жизнь.

—

Перевод с учётом улучшений и инструкций:

Янь Минсюй нежно приподнял его подбородок, едва коснувшись губами угла его рта, и прошептал с лёгкой улыбкой:

— Не усложняй всё так. Прославить человека — не такая уж и трудная задача. Мне лишь бы видеть тебя счастливым.

Чжоу Сян мягко рассмеялся и покачал головой, медленно отвернувшись, вздохнув: «Если бы у тебя тогда была хотя бы сотая часть того, что есть сейчас, всё было бы иначе.» Янь Минсюй смотрел на потерянный профиль Чжоу Сяна, и его сердце пронзила тупая, колющая боль.

На вечернем ужине основные моменты фильма были в целом утверждены. Хотя многие детали ещё предстояло обсудить, но поскольку деньги вкладывал главный, студия приложит все усилия, чтобы превратить Чжоу Сяна в достойного главного героя, не рискуя при этом разозлить Янь Минсюя какими-либо изменениями.

Даже когда они вернулись домой к Чжоу Сяню, он всё ещё пребывал в лёгком оцепенении, не совсем веря, что действительно станет главным актёром в фильме.

Как раз в это время шёл пик популярности нового альбома Лань Си Жуна, и музыкальное видео на его главную песню, в котором он снимался, получило множество положительных отзывов. Хотя Чжоу Сянь в последнее время не успевал следить за новостями на эту тему, но, судя по отзывам Цай Вэя, количество людей, желающих с ним сотрудничать, заметно возросло. Чжоу Сянь уже начал ощущать нечто, называемое «известностью» — это что-то окружало его, сгущалось вокруг, вызывая одновременно тревогу и предвкушение того, что произойдёт дальше.

Если фильм Ван Юйдуна будет успешно снят и выйдет на экраны, его популярность поднимется на новый уровень. Каждый новый шаг в карьере поднимал его всё выше, и он видел перед собой перспективы своего развития.

Вернувшись домой, Чжоу Сянь, собравшись с духом, позвонил Чэнь Ин и сказал, что сегодня не вернётся. Чэнь Ин не стала много говорить, только напомнила ему не простудиться.

Большую часть своих вещей он уже перевёз в свой настоящий дом. Глядя на знакомые предметы и атмосферу, он едва ли мог поверить, что когда-то уезжал отсюда.

Однажды, когда Янь Минсюй переедет, он вернёт Чэнь Ин обратно. Как раз две комнаты, и больше не придётся оставлять одну пустой.

Сзади его обняли сильные руки, твёрдый подбородок упёрся в плечо, и в ухо пролился бархатистый голос: «Принять что-нибудь от похмелья? Плохо тебе?»

Чжоу Сянь покачал головой: «Я не так много выпил.»

«Тогда давай вместе примем ванну,» — Янь Минсюй потёрся щекой о его шею, и в этом жесте чувствовалось что-то детски капризное.

Тело Чжоу Сяня напряглось, он невольно вспомнил безумную ночь, после которой его ноги до сих пор слегка подкашивались.

Янь Минсюй почувствовал его состояние, мягкие губы коснулись шеи Чжоу Сяна: «Ничего не будем делать, просто хочу принять ванну с тобой.»

«Моя ванная комната размером с ладонь, двоим там не развернуться,» — возразил Чжоу Сянь.

«Развернёмся,» — тихо сказал Янь Минсюй, его руки проскользнули под одежду Чжоу Сяна, и одним движением сняли свитер.

Чжоу Сянь почувствовал, как его тело охватывает жар, и, слегка растерянный, последовал за Янь Минсюем в ванную.

Его ванная была всего четыре-пять квадратных метров: унитаз, раковина и душевая лейка — больше ничего не помещалось. Два мужчины в таком пространстве едва могли повернуться, не задевая друг друга, и действительно было очень тесно.

Янь Минсюй, однако, не обращал на это ни малейшего внимания. Когда горячая вода полилась сверху, он прижал Чжоу Сяна к стене и страстно поцеловал, и вскоре тёплая вода промочила их обоих насквозь. Они не могли открыть глаза, и потому ощущали друг друга губами, телами и руками.

Чжоу Сян, задыхаясь, спросил:

— Ничего не будем делать?

Янь Минсюй тихо рассмеялся, ласково поглаживая его, и хриплым голосом прошептал:

— Ладно, сделаем хоть что-нибудь.

Последняя грань между ними рухнула. Когда Янь Минсюй прижал Чжоу Сяна к стене и вошёл в него, стоя, с силой, Чжоу Сян не смог сдержаться и вспомнил все те моменты в этой ванной, что заставляли его краснеть и смущаться. Ванная была маленькой и старой, но она хранила воспоминания, от которых у него замирало сердце.

Янь Минсюй своими действиями одно за другим пробуждал в нём прошлые воспоминания, опутывая их, как сетью. Чжоу Сян понимал это, но не мог вырваться.

Он начал бояться того дня, когда истечёт их полугодовое соглашение, потому что тогда он не сможет оставаться в нынешнем состоянии — ему придётся сделать выбор. Но с каждым днём ему всё больше казалось, что ничего не нужно менять, что можно просто продолжать жить так, без обязательств…

Тёплая вода попала Чжоу Сяну в глаза, и он крепко зажмурился, в душе царил хаос.

На следующее утро Янь Минсюй проснулся очень рано. Когда он встал, Чжоу Сян тоже проснулся и по привычке хотел пойти готовить завтрак.

Янь Минсюй осторожно уложил его обратно в постель и тихо сказал:

— Я поем в компании.

— Хорошо, — ответил Чжоу Сян, перевернулся на другой бок и не шевельнулся — после вчерашнего вечера у него болела спина, будто вот-вот сломается.

Янь Минсюй оделся, затем снова сел на кровать, прижавшись к обнажённой спине Чжоу Сяна, и нежно поцеловал его в шею:

— Сян-гэ, я ухожу.

— Угу, — Чжоу Сян уткнулся лицом в подушку, даже не открыв глаз.

Янь Минсюй слегка надавил на его поясницу, потираясь о тёплую кожу, и прошептал:

— Сян-гэ, не выходи сегодня, подожди меня, хорошо?

— А? — удивился Чжоу Сян.

— Ничего особенного, просто хочу, вернувшись домой, увидеть тебя.

— Ладно, — Чжоу Сян зевнул, всё ещё не проснувшись как следует.

Хотя он и не получил настоящего ответа, сердце Янь Минсюя наполнилось теплом. Видеть, как Чжоу Сян спит в пределах досягаемости, нежиться с ним перед уходом, а вернувшись, сразу увидеть его лицо — вот всё, чего он хотел. В те три года, что тянулись как вечность и были подобны аду, даже такие простые вещи казались недостижимой роскошью. Теперь же всё это было у него в руках, и он ни за что не отпустит.

После ухода Янь Минсюя Чжоу Сян не спал долго — он привык вставать рано и никогда не был ленивым. Встав с постели, он начал убирать комнату.

Это был первый раз после пробуждения, когда у него появилось достаточно времени, чтобы побыть наедине со своим домом. Он решил, что следующие два дня не будет заниматься ничем, кроме как привести в порядок каждый уголок этого дома, тщательно его убрать. Хотя раньше он привык нанимать уборщицу раз в одну-две недели, сейчас он хотел сделать всё сам. Это занятие приносило ему больше удовлетворения, чем даже зарабатывание больших денег.

Днём он вышел, купил кучу продуктов, большую часть отнёс Чэн Ин, а себе оставил немного. Несмотря на то, что он провёл весь день в хлопотах, усталости он не чувствовал. Как и много раз раньше, ему нравилось готовить себе любимые блюда, чтобы насладиться ими в выходной день. Только когда он приготовил шесть блюд и суп, он внезапно осознал, что почти всё это были любимые блюда Янь Минсю.

Вернувшись в этот дом, он почувствовал, что воздух здесь совершенно иной. Казалось, вокруг витает какая-то неуловимая, тёплая атмосфера, заставляющая его, куда бы он ни посмотрел, невольно вспоминать мелочи и моменты из жизни с Янь Минсю. Чем больше он пытался не думать об этом, тем навязчивее эти воспоминания вторгались в его сознание, погружая его в иллюзию, что всё осталось по-прежнему, и он всё ещё тот, кем был когда-то.

Это чувство было ужасным, потому что даже кратчайшая иллюзия, длящаяся тысячную долю секунды, после пробуждения приносила с собой огромное чувство потери. Он даже не мог вспомнить, в каком состоянии готовил еду, почему приготовил целый стол блюд, которые раньше часто делал, чтобы угодить Янь Минсю. Чжоу Сян просто не знал, то ли смеяться, то ли плакать.

Через полчаса вернулся Янь Минсю. Чжоу Сян не стал скрывать своих эмоций и, указав на стол, сказал:

— Ешь, это всё твои любимые блюда.

Глаза Янь Минсю тут же засверкали. У человека с идеальной внешностью любое выражение удивления или радости делало его ещё более ослепительным, настолько, что Чжоу Сян не знал, куда девать взгляд.

Янь Минсю ел с нетерпением, забыв обо всей своей обычной изысканности, словно хотел смести со стола всё до последнего кусочка. Он не пробовал таких блюд, приготовленных Чжоу Сяном специально для него, уже три года. Это возвращённое счастье вызывало в нём такие эмоции, которые он не мог выразить словами.

Чжоу Сян наблюдал, как Янь Минсю усердно ест, и его сердце наполнялось смешанными чувствами — и горечью, и нежностью. Его взгляд скользил по длинным ресницам Янь Минсю, которые слегка дрожали, и эта красота, казалось, проникала прямо в душу.

Янь Минсю, похоже, внезапно стал очень занят. Несмотря на то, что он каждый день возвращался домой, чтобы поесть, почти всё своё время он проводил вне дома.

Теперь Чжоу Сян мог позволить себе выбирать проекты, особенно те, что соответствовали образу главного героя в его новом фильме на патриотическую тему. Ему приходилось тщательно следить за качеством принимаемых работ, и хотя их уровень вырос, количество сократилось, освободив больше свободного времени. Днём он обычно возвращался домой, чтобы провести время с Чэнь Ин, особенно сопровождая её на процедуры диализа.

Те четыре-пять часов диализа были невыносимо скучными. Чжоу Сян купил ей планшет и загрузил туда множество сериалов — у Чэнь Ин не было других увлечений, кроме как смотреть телевизор. Когда он не мог быть рядом, планшет помогал ей скоротать время.

Однажды Чэнь Ин сказала ему, что видела клип, в котором он снимался. Её лицо при этих словах словно озарилось внутренним светом.

— Где ты его увидела? — улыбаясь, спросил Чжоу Сян.

— На этой штуке, что ты мне купил, — она кивнула на планшет. — Один мальчишка, который со мной на диализе сидел, научил меня пользоваться интернетом. Я попросила его найти тебя — и вот, нашла.

Чэнь Ин тяжело вздохнула:

— Жаль парнишку… Всего шестнадцать лет, а уже такую жизнь терпит. Мне-то уже шестьдесят, для меня болезнь — не такая уж беда.

Чжоу Сян мягко ответил:

— Вот поэтому, мама, тебе нужно с надеждой смотреть в будущее. Тебе ещё повезло.

— Да, я знаю, — кивнула она, а затем улыбнулась, погладив его по щеке. — Сынок, ты в том клипе так классно сыграл хулигана, прямо красавчик! И знаешь, ты очень на меня похож.

Чжоу Сян моргнул, шутливо ответив, и оба они погрузились в атмосферу безмятежного счастья.

Когда Чжоу Сян отвозил Чэнь Ин домой, на LED-экране одного из торговых центров он неожиданно увидел интервью развлекательной программы, посвящённое новому альбому Ван Юйдуна. На экране как раз демонстрировался фрагмент этого альбома. Увидев своё живое лицо на экране, Чжоу Сян ощутил прилив самых разных эмоций.

После того как Чжоу Сян отвез Чэнь Ин домой, он вернулся к себе. Сегодня Янь Минсю вернулся рано, и Чжоу Сян, бросив на него взгляд, спросил:

— Ты что будешь на ужин?

— Сян-гэ, не суетись пока, мне нужно с тобой поговорить, — ответил Янь Минсю.

Чжоу Сян сел на диван рядом с ним:

— Говори.

На лице Янь Минсю мелькнуло смущение:

— Сян-гэ, у тебя… есть какие-то пожелания насчёт твоих… похорон.

Чжоу Сян застыл.

*Похороны…*

С тех пор как они вернулись из Гуйчжоу, прошло уже больше полумесяца. Все вопросы, связанные с его последними делами, он переложил на Янь Минсю — точнее, тот сам настоял на этом. Чжоу Сян же просто хотел избежать этой темы. У него не хватало смелости самостоятельно заниматься собственными похоронами.

Теперь, вероятно, все формальности уже улажены, и пора задуматься об этом.

Янь Минсю сжал его руку.

Чжоу Сян очнулся, отдёрнул руку:

— Всё в порядке, со мной всё в порядке, — он взъерошил волосы и вздохнул. — Давай отменим похороны, просто похороните меня. Я съезжу на участок моих родителей, посмотрю, есть ли там свободное место. В детстве я не подумал оставить себе место рядом с ними, теперь, конечно, уже не получится лежать вместе.

— Я займусь этим, спрошу, — Янь Минсю внимательно смотрел на него. — Я оставлю место для нас двоих.

Чжоу Сян вздрогнул и горько усмехнулся:

— Когда будешь навещать моих родителей, заодно и меня посмотришь… Вот умора.

Янь Минсю опустил голову, его глаза были полны вины:

— Сян-гэ, я…

Чжоу Сян поднял руку, останавливая его:

— Не извиняйся больше. Я ещё раз говорю: в том, что со мной случилось, ты не виноват. Ты должен мне чувствами, а не жизнью. Но всё уже в прошлом, давай больше не будем об этом говорить.

Янь Минсю не сдавался:

— Тогда почему ты не даёшь мне вернуть долг?

— Потому что я не хочу, — Чжоу Сян пусто посмотрел на него. — И боюсь принимать.

Янь Минсю хотел что-то сказать, но Чжоу Сян уже встал и направился на кухню. Пока он раскладывал продукты, сказал:

— После похорон я ещё раз съезжу. В остальном участвовать не буду, нет смысла. И не говори ничего Цай Вэю и остальным. Если спросят, тогда скажешь…

Янь Минсю проглотил слова, которые хотел сказать, глядя на одинокую фигуру Чжоу Сяна. Ему было больно на душе.

Он подошёл и обнял Чжоу Сяна сзади, тихо прошептав:

— Давай я скажу что-нибудь, что тебя обрадует.

— Говори.

Крепкие, сильные руки обхватили стройную талию Чжоу Сяна, их тела плотно прижались друг к другу, словно неразделимые.

— Премьера фильма перенесена на двадцать четвёртое.

— Что? Разве не на Новый год?

— На Новый год столкнёмся с американским фильмом, поэтому перенесли на рождественский период.

— То есть уже послезавтра?

— Да. Ты не участвовал в предыдущей рекламной кампании, но на премьеру обязательно должен прийти.

Чжоу Сян подумал, что дело не в его нежелании участвовать — его просто никто не звал. Ведь он всего лишь эпизодический персонаж, да ещё и тот, из-за которого Ван Юйдун в съёмочной группе бушевал, как ураган. Удивительно, что ему вообще досталась хоть какая-то роль. Поэтому он колебался:

— Меня даже не упомянули в рекламе, что уж говорить о премьере.

— Я беру тебя с собой, — произнёс Янь Минсюй, слегка прикусив его мочку уха. — Всё, что связано со мной, связано и с тобой.

— Да ладно, незваным гостем быть как-то неловко, — возразил Чжоу Сян.

— Ничего страшного. Никто не посмеет сказать ни слова. После премьеры будет банкет, я познакомлю тебя с некоторыми людьми. Это важное мероприятие.

Чжоу Сян больше не спорил. Возможность присутствовать на премьере фильма, в котором он снимался, пусть и в роли второго плана, наполняла его радостью. К тому же с Янь Минсюем рядом никто не посмеет его унизить.

*Как удобно иметь надёжную опору, — с иронией подумал Чжоу Сян. — Неудивительно, что все хотят заручиться поддержкой влиятельных людей.*

Днём 24-го Янь Минсюй привёл Чжоу Сяна в известную в их кругах студию стиля, где три с лишним часа создавали его образ. Когда Чжоу Сян вышел, одетый в безупречно сидящий **костюм**, его красивое лицо излучало спокойствие и уверенность, от чего невозможно было отвести взгляд.

Янь Минсюй смотрел на него, и ему казалось, что он снова видит то знакомое лицо, всегда улыбающееся. Но он знал: этой улыбки больше не увидит. Хотя в этом теле живёт та же душа, сильное чувство потери и сожаления продолжало терзать его сердце.

Чжоу Сян подошёл к зеркалу в полный рост, посмотрел на себя пару секунд и тихо усмехнулся:

— Да, теперь выгляжу лучше, чем раньше.

В его голосе звучала горечь.

Рядом стоящий стилист не понял его и удивлённо посмотрел на него. Чжоу Сян улыбнулся ему:

— Я имею в виду этот образ.

Янь Минсюй подошёл к нему и тихо сказал:

— Кто бы ты ни был, ты всегда остаёшься собой.

*Тем, кого я люблю.*

Когда они привели себя в порядок, Цзян Вань приехал, чтобы отвезти их на премьеру.

Место премьеры — выставочный центр — было окружено журналистами, фанатами и множеством машин. Когда Янь Минсюй и Чжоу Сян вышли из автомобиля, на них обрушился поток ослепительных вспышек, микрофоны, как ножи, тыкались им в лица, а вопросы сыпались, как град. Крики фанатов за пределами оцепления добавляли хаоса. Чжоу Сяну казалось, что он попал на поле боя — только без дыма и выстрелов, но со всем остальным. От этой мысли его напряжение рассеялось, и ему даже стало смешно.

Его спокойная, тёплая улыбка привлекла внимание множества камер.

— Господин Янь, что побудило вас сняться в этом фильме? Правда, что вы соглашаетесь только на проекты с участием родственников?

— Вы дали роль Ван Юйдуну только потому, что он ваш зять?

— У господина Яня и Чжоу Сяна близкие отношения? Как вы познакомились? Не могли бы вы поделиться?

“Как вы оцениваете этот фильм и свою игру?” — со всех сторон сыпались вопросы, некоторые из них были настолько коварными, что Чжоу Сян почувствовал легкую дрожь. Они с Янь Минсю молча продолжили путь: Чжоу Сян сохранял на лице улыбку, а Янь Минсю оставался холоден и равнодушен, даже не глядя на окружающих, и просто направился прямо к входу в отель. Телохранители Янь Минсю расчищали им дорогу, и лишь когда к ним присоединилась охрана отеля, они наконец смогли прорваться через толпу и войти внутрь.

Как только они оказались в отеле, вся эта суматоха внезапно исчезла. Чжоу Сян облегченно вздохнул, почувствовав, как пот стекает по его телу.

Янь Минсю улыбнулся ему и спросил:

— Сильно нервничал?

— Немного. Раньше я только издалека наблюдал, как других так преследуют, а теперь сам почувствовал, что это такое. Ощущения… довольно пугающие, — ответил Чжоу Сян.

Янь Минсю тихо рассмеялся:

— Привыкнешь.

Цзян Вань тоже улыбаясь хлопнул Чжоу Сяна по плечу:

— Это ещё цветочки. Ты не видел по-настоящему страшного — тогда люди готовы растоптать меня, лишь бы подобраться поближе к Минсю.

Вскоре знакомые Янь Минсю, увидев их, подходили, чтобы обменяться парой слов. Организаторы мероприятия также подошли и проводили их в зал.

В зале стояли круглые столы, каждый из которых был рассчитан максимум на шесть человек, чтобы всем было удобно поворачиваться и смотреть фильм. На столах были разложены разнообразные напитки и закуски, а атмосфера была очень приятной.

Ещё издалека они увидели Ван Юйдун, который вместе с Тань Инем и другими актёрами суетился на сцене, а вокруг них сновали помощники.

Через полчаса началась премьера. Сначала на сцену вышли ключевые актёры, чтобы немного рассказать о фильме, после чего начался показ.

Янь Минсю и Чжоу Сян сидели на самых лучших местах. Чжоу Сян не сводил глаз с огромного экрана.

Когда фильм шёл уже минут пять, Чжоу Сян вспомнил, что именно здесь должен был впервые появиться главный антагонист. Он подумал, что сейчас увидит себя, и почувствовал лёгкое волнение.

Раньше он снимался в разных фильмах, но это были лишь эпизодические роли, порой даже без слов. А здесь у него было как минимум десять минут экранного времени.

Но сцена прошла, а его лица на экране так и не появилось. Вместо него появился Тань Инь, который также играл одного из подручных главного антагониста.

Чжоу Сян нахмурился, подумав, что, возможно, его сцены вырезали. Обычно после съёмок остаётся несколько часов материала, но в финальной версии остаётся всего час или два. Он ведь не главный персонаж, так что это нормально.

Янь Минсю ничего не заметил, так как не знал, какую именно роль играл Чжоу Сян, да и тот был всего лишь второстепенным персонажем, так что его редкое появление не вызывало вопросов.

Чжоу Сян продолжал смотреть фильм с надеждой, но когда картина уже подходила к середине, антагонист появлялся на экране неоднократно, окруженный подручными — Тан Инем и еще двумя людьми, но только не им. Теперь даже Янь Минсюй понял, что что-то не так. Он слегка сжал руку Чжоу Сяна под столом, наклонился к его уху и прошептал:

— Должны были быть твои кадры? Или твоя сцена еще не подошла?

Лицо Чжоу Сяна побледнело, он хмуро ответил:

— Я не знаю.

Взгляд Янь Минсюя потускнел, словно он что-то понял. Действительно, когда фильм уже почти закончился, лицо Чжоу Сяна ни разу не появилось на экране. Конечно, кадры, где он заменял Ван Юйдуна, были аккуратно смонтированы, но те изящные движения, та элегантная спина — все приписывали Ван Юйдуну. Чжоу Сян сжал кулаки.

Янь Минсюй что-то тихо сказал, но из-за громкого звука фильма Чжоу Сян не расслышал, однако по выражению лица друга понял, что это были недобрые слова. Увидев, что Янь Минсюй вот-вот встанет, Чжоу Сян резко схватил его за плечо. Цзян Вань тоже поспешно ухватила Янь Минсюя за руку, давая понять, чтобы он не поддавался эмоциям.

Янь Минсюй уже слегка приподнялся, его лицо исказилось от гнева. Он поправил лацканы костюма и снова сел.

Фильм закончился. С начала и до конца — ни одного кадра с Чжоу Сяном. Даже в финальных титрах, где указывали дублера Ван Юйдуна, стояло имя — Чжоу Ян. Горькая ирония судьбы.

Чжоу Сян был так зол, что у него в голове стоял гул. Ему казалось, что все вокруг смотрят на него, множество глаз прикованы к нему, ожидая увидеть его позор. Он понимал, что это всего лишь его воображение — большинство здесь даже не знали, что он участвовал в этом фильме, а теперь и подавно не узнают. Но Чжоу Сян чувствовал себя униженным.

Его пригласили сниматься, а потом вырезали все его сцены — такое ощущение, будто его публично ударили по лицу. Чжоу Сян никак не ожидал, что Ван Юйдун способен на такое. Он был уверен, что это сделано по указанию Ван Юйдуна. Ведь именно через Янь Минсюя он попал на съемки, и кто бы еще осмелился так оскорбить Янь Минсюя?

Янь Минсюй тоже был вне себя от ярости, его кулаки скрипели от напряжения. Не дожидаясь окончания титров, он резко встал и потянул Чжоу Сяна за руку:

— Пошли отсюда.

Чжоу Сян не хотел уходить раньше, потому что это было бы слишком заметно. Сейчас же, когда фильм закончился и многие начали расходиться, их уход не будет выглядеть странным. На самом деле, он не хотел оставаться здесь ни минуты дольше.

Чжоу Сян и Цзян Вань последовали за ним, не оглядываясь, покинув зал.

**100. Последнее обновление**

— Сян-гэ, Сян-гэ!

Чжоу Сян внезапно ускорил шаг и вырвался вперед, словно потеряв ориентацию, просто безудержно мчась вперед. Янь Минсюй догнал его и крепко схватил за руку, твердо сказав:

— Сян-гэ, успокойся. Я обязательно разберусь в этом деле и дам тебе ответ.

Чжоу Сян мрачно хмурился, его лицо омрачилось гневом. **»Объяснение?! Объяснение в том, что я, блин, должен терпеть все придирки Ван Юйдуна!»** Унижения, которые тот нанёс ему, были как удары — одно за другим, и он даже не мог сказать, какое из них ненавидел больше всего. Раньше он думал, что Ван Юйдун не имеет ничего лично против него, что он просто воспринимал его как соперника, воображаемого врага. Но в глазах Ван Юйдуна он был практически невидим, просто мелкое препятствие на пути, которое можно легко отбросить. Однако на этот раз Чжоу Сян был уверен: Ван Юйдун специально искал повод придраться к нему, и он даже не мог понять, почему.

Неужели Ван Юйдун тоже влюблён в Янь Минсю? Может быть, они тайно питают взаимные чувства, но из-за условностей не могут открыто признаться? Эта мысль пронзила Чжоу Сяна, как ледяной кинжал. Если это правда, то ему здесь точно не место. Лучше уйти подальше, чтобы не мешать Ван Юйдуну, не становиться ему помехой на каждом шагу.

Чжоу Сян чувствовал себя зажатым в тиски. Один мужчина, постоянно унижаемый другим, подавленный, вызванный на конфликт, и он ничего не мог с этим поделать! Какой позор, какой беспросветный позор!

Глядя на встревоженное лицо Янь Минсю, Чжоу Сян ощутил, как в нём закипела ярость. Холодным голосом он процедил: **»Ван Юйдун везде ищет повод меня унизить, и всем очевидно, что это как-то связано с тобой. Почему бы тебе не спросить своего дорогого зятя? Может, вы двое тайно влюблены друг в друга — какое чудесное дело!»**

Лицо Янь Минсю резко побледнело. Твёрдым голосом он ответил: **»Брат Сян, не говори ерунды. Он не любит мужчин, и я давно уже не испытываю к нему чувств. Он всего лишь мой зять. Но ты — мой любимый, и что бы ни случилось, я буду на твоей стороне, не позволю, чтобы тебя обижали.»**

Взгляд и голос Янь Минсю были полны искренности. Чжоу Сян несколько секунд не отрывал глаз от него, и постепенно его гнев начал утихать. Он тяжело вздохнул, нервно ударив блестящим носком ботинка по шине, пытаясь успокоиться. Несмотря на обиду, он не ожидал, что Янь Минсю сможет ему помочь. Ван Юйдун всё-таки был его родственником — что Янь Минсю мог сделать?

Он даже не мог чётко сформулировать, какого результата хотел бы добиться. Сдавленным голосом он произнёс: **»Ладно, дело в том, что я сам не справился. Эта роль изначально не для меня. Всё, я ухожу.»**

Янь Минсю крепко схватил его за руку. **»Брат Сян, я заставлю Ван Юйдуна лично объясниться перед тобой.»**

Чжоу Сян не слишком верил в это обещание, но одна только мысль о том, что Ван Юйдун может перед ним унизиться, наполняла его странным, почти болезненным удовлетворением. Хотя, конечно, это было лишь мечтой.

Он глубоко вздохнул, ощущая невероятную усталость. Весь день он провёл, как клоун, наряженный и полный надежд увидеть своё первое появление на большом экране. Он даже договорился с Чэнь Ин, что возьмёт её с собой в кинотеатр. Но что в итоге? Его сцены были безжалостно вырезаны, он оказался хуже статиста. Весь этот день превратился в фарс.

Янь Минсюй, увидев, что Чжоу Сян успокоился, подтолкнул его в машину и велел Цзян Вань отвезти их домой. Втроём они ехали молча, атмосфера в салоне была гнетущей. Войдя в дом, Чжоу Сян сбросил с себя костюм, сорвал галстук, растрепал тщательно уложенную причёску и рухнул лицом вниз на диван, устало закрыв глаза. Янь Минсюй сел рядом, притянул его верхнюю часть тела к себе на колени и нежно массировал виски.

Чжоу Сян, сдерживаясь изо всех сил, наконец не выдержал и сказал:

— Ван Юйдун слишком далеко зашёл. Как ты позволил ему лично дать мне объяснение?

Заставить человека младше себя «вернуть справедливость» было унизительнее унизительного, но если бы он увидел, как Ван Юйдун теряется, всё это стоило бы того. Он предпочёл бы быть мелким человеком, лишь бы не чувствовать себя ущемлённым.

Янь Минсюй поцеловал его в макушку и сказал:

— У него сейчас проблемы с деньгами, он просил меня помочь ему с оборотом средств. Я и не думал, что он осмелится на такой ход.

Янь Минсюй прищурился, его мысли стремительно кружились в голове.

Чжоу Сян не мог понять, почему Ван Юйдун так явно решил обидеть Янь Минсюя. Если бы роль досталась ему благодаря его собственным усилиям, это было бы ещё терпимо — в конце концов, в их кругах он ничто. Но эту роль для него выбивал Янь Минсюй, и Ван Юйдун, поступив так, прямо унизил Янь Минсюя. Однако, поразмыслив, Чжоу Сян понял, что Ван Юйдун, вероятно, не верит, что Янь Минсюй способен ради него, Чжоу Сяна, сделать что-то серьёзное. Да и сам Чжоу Сян в это не верил.

Он не верил, что Янь Минсюй решится противостоять Ван Юйдуну.

Хотя сейчас Янь Минсюй постоянно повторял, что любит его, Чжоу Сян не мог забыть, как когда-то Янь Минсюй точно так же любил Ван Юйдуна.

В нём внезапно возникло желание испытать Янь Минсюя — он хотел увидеть, как далеко тот готов зайти ради него. Это было похоже на весы: чем больше Янь Минсюй склонялся в его сторону, тем сильнее Ван Юйдун терял своё значение. Чжоу Сян понимал, что такие мысли опасны, но не мог сдержаться. Ему слишком хотелось узнать, какое место он и Ван Юйдун занимают в сердце Янь Минсюя. Три года назад ответ на этот вопрос был очевиден и болезнен, и он не осмеливался тогда проверять свои предположения. Но сейчас он хотел попробовать.

Возможно… возможно, Янь Минсюй любит его сильнее, чем Ван Юйдуна. Эта мысль неотступно стучала в сердце Чжоу Сяна, заставляя его жаждать доказательств. Несмотря на то, что Янь Минсюй был рядом, тень прошлого слишком глубоко въелась в его сознание, и он не мог избавиться от сомнений. Возможно, сейчас у него появился шанс увидеть, насколько сильно изменился Янь Минсюй.

Чжоу Сян приподнялся и, пристально глядя на Янь Минсюя, сказал:

— Хорошо, я подожду, пока Ван Юйдун лично мне всё объяснит.

Янь Минсюй улыбнулся:

— Завтра я отвезу тебя в свою компанию. Он тоже придёт туда.

Чжоу Сян приподнял бровь:

— За деньгами?

Ян Минсю прищурился: **»Сейчас сказать сложно.»**

Сердце Чжоу Сяна колотилось, как барабан. Столько лет прошло, и вот, наконец, у него появился шанс — единственный шанс — дать отпор Ван Юйдуну. Все эти годы он чувствовал себя ничтожеством, терзаемый завистью к этому человеку, который даже не считал его достойным соперником. Если они действительно были соперниками в любви, то в прошлой жизни он потерпел сокрушительное поражение, потеряв всё, как солдат, бросивший доспехи и оружие на поле боя. А теперь?.. Теперь всё может быть иначе.

Чжоу Сян бросил взгляд на Ян Минсю и заметил, что тот тоже смотрит на него. Он поспешно отвел глаза. Его разум всё больше сбивался с привычного пути, теряя контроль.

**Глава 101. Последние обновления**

На следующий день Ян Минсю взял Чжоу Сяна с собой в свою компанию. Это был первый раз, когда Чжоу Сян действительно увидел масштабы бизнеса Ян Минсю. Размер предприятия поразил его: как Ян Минсю удавалось управлять такой огромной компанией и при этом оставаться на виду у общественности? Насколько это должно быть изнурительно, день за днём, можно только представить.

Хотя Ян Минсю и старался держаться в стороне от публичного внимания, их машина едва въехала на территорию офисного здания, как они увидели десяток девушек, держащих баннер с его именем. Их остановила охрана у входа. Эти девушки, не боясь холодного ветра, продолжали стоять, и Чжоу Сян не смог сдержать внутреннего восхищения.

Ян Минсю казалось, что он уже привык ко всему этому, даже не взглянув в сторону. Чжоу Сян, вероятно, понимал, почему тот выбрал такую неприметную машину с полностью тонированными стеклами: лифт из подземного паркинга вел прямо в кабинет Ян Минсю.

Как только они вышли из лифта, Цзян Вань подошла к ним:

— Ян-гуан, Ван Юйдун уже здесь.

— Он в переговорной? — спросил Ян Минсю.

— Да, и ещё…

— Кто ещё? — нахмурился Ян.

— Старшая сестра тоже пришла, — ответила Цзян Вань.

Лицо Ян Минсю слегка изменилось:

— Зачем она сюда пришла?

— Не знаю, вам идти сейчас?

— Идем, — тихо ответил Ян Минсю.

Цзян Вань бросила взгляд на Чжоу Сяна. Старшая сестра Ян всегда слишком активно вмешивалась в личные дела брата, в отличие от его старшего брата, который предпочитал закрывать глаза на многие вещи. Эта пара уже не раз спорила из-за сексуальной ориентации Ян Минсю, и сейчас приводить сюда Чжоу Сяна — всё равно что подливать масла в огонь.

— Всё равно, — сказал Ян Минсю, хлопнув Чжоу Сяна по плечу. — Пошли.

Рано или поздно ему придётся всё объяснить семье. Он уже догадывался, с какой целью Ван Юйдун привёл Ян Минмэй, и чтобы получить выгоду, каждому придётся пойти на уступки.

Чжоу Сян колебался, бросив взгляд на Ян Минсю, но тот уже потянул его за собой в переговорную.

Войдя в комнату, они увидели пару, сидящую в центре дивана. Они выглядели очень гармонично, оживлённо беседуя. Увидев Ян Минсю, Ван Юйдун встал, но не отпустил руку Ян Минмэй.

Ян Минмэй тоже поднялась, и, хотя обычно она носила туфли на каблуках высотой шесть-семь сантиметров, сейчас на ней были мягкие балетки.

— Сестра, зять, — кивнул Ян Минсю, едва поздоровавшись.

С момента, как они вошли, улыбка на лице Ян Минмэй исчезла. Видимо, Ван Юйдун что-то ей сказал, потому что она с самого начала пристально смотрела на Чжоу Сяна, и взгляд её был далеко не дружелюбным.

Чжоу Сян никогда в жизни не конфликтовал с женщинами. Хотя он и не был поклонником женского общества, он всегда умел находить общий язык с подругами, и это стало его второй натурой. Несмотря на недружелюбие Ян Минмэй, он кивнул и улыбнулся.

Ян Минмэй, казалось, замерла на мгновение, неловко отвернувшись.

Ян Минсю сел на диван:

— Зять, я думал, ты сегодня пришёл по делу. Зачем привёл сестру?

— Мы поговорим, это же не мешает, — ответила Ян Минмэй, бросив на брата сердитый взгляд. — Давно не виделись.

Ян Минсю посмотрел на Ван Юйдуна:

— Тогда давай перенесём обсуждение твоего дела на другой день. Деловые и личные вопросы нужно разделять — это моё правило.

Ван Юйдун невозмутимо улыбнулся:

— Минсю, Минмэй не чужая. Я скоро отвезу её на осмотр, поэтому заодно и привёл. Я принёс контракт и некоторые документы, посмотри.

Когда речь зашла о медицинском осмотре, выражение Ян Минсю немного дрогнуло, но он так и не принял вещь, которую протягивала ему Ван Юйдун. «Если есть дела, сначала отведи мою сестру, — сказал он. — Послезавтра день рождения мамы, приходи ко мне после праздника.» Он встал, собираясь уйти, не дожидаясь ответа.

Это отношение явно не оставляло Ван Юйдуну лица. Ян Минмэй, не понимая, что происходит, с упреком сказала: «Минсю, как ты можешь так относиться к своему зятю? Даже если он просит тебя о помощи в бизнесе, мы всё равно одна семья. Что за тайны ты скрываешь от меня?»

Ван Юйдун привёл Ян Минмэй не просто так — он хотел заставить Ян Минсю как можно скорее подписать договор. Ван Юйдун ещё можно было как-то утихомирить, но вот его сестра — это совсем другое дело. Для неё деньги — всего лишь цифры, и она никогда не переживала из-за них, считая, что никогда и не будет. Она не поймёт, что значит вкладывать каждую копейку с умом. Если она узнает, что Ван Юйдун нуждается в деньгах, а он не помогает, она устроит скандал невероятных масштабов.

Недовольство Ян Минсю Ван Юйдуном росло с каждой минутой. То, что Ван Юйдун сделал вчера и сегодня, уже почти перешло все границы терпения. Раньше Ян Минсю замечал недостатки Ван Юйдуна, но не придавал им значения — ведь тогда он был без памяти влюблён и не хотел видеть правду. Лишь когда эмоции улеглись, он смог разглядеть истинное лицо Ван Юйдуна: красивая оболочка, умело поданная, но без деловой хватки и с узким кругозором.

Если бы не Чжоу Сян, он не знает, сколько ещё времени ему понадобилось бы, чтобы понять всё это.

Он не мог объяснить, почему Ван Юйдун так настроен против Чжоу Сяна, но, независимо от причин, он не позволит никому причинить ему вред. Однако он не ожидал, что Ван Юйдун пойдёт на шантаж, используя его сестру.

Голос Ян Минсю стал ледяным: «Сестра, я уже сказал: я чётко разделяю работу и личную жизнь. Дома он мой зять, но в компании — контрагент. Занимайтесь своими делами. Сегодня я не собираюсь ничего обсуждать, и дома тоже.»

«Что ты такое скрываешь?! — возмущённо хлопнула Ян Минмэй по столу. — Ты становишься всё более странным, Минсю! Как ты можешь так с нами разговаривать?! Ты изменился… Это из-за того мужчины, с которым ты? Что у тебя в голове? Родители до сих пор делают вид, что ничего не замечают, но рано или поздно они с тобой разберутся!»

Ян Минсю прищурился, его голос стал ещё холоднее: «Я уже говорил тебе много раз: занимайся собой и не лезь в мои дела.»

«Ян Минсю!» — крикнула Ян Минмэй.

Чжоу Сян усмехнулся с иронией, поднялся и вежливо сказал, сохраняя улыбку: «Господин Янь, господин Ван, и мисс Янь, раз это ваши семейные дела, мне неудобно оставаться. Продолжайте, я уйду.» С этими словами он без колебаний направился к двери.

«Стой!» — Янь Минмэй встала у него на пути. «Да, это наши семейные дела, но ты уже в них вовлечён. Я, как старшая сестра, не могу просто так наблюдать, как мой брат связывается с мужчиной и притворяется, что ничего не замечает!»

Ван Юйдун и не ожидал, что всё так обернётся. Гнев Янь Минмэй был настолько сильным, что её невозможно было остановить.

Янь Минсюй был вне себя от ярости, скрипя зубами. Сегодня он пригласил Ван Юйдуна, чтобы обсудить вопросы с фильмом. Из-за этого Ван Юйдуну придётся компенсировать убытки в несколько раз, дать Чжоу Сяну объяснение, а также перемонтировать фильм для онлайн-продажи, чтобы Чжоу Сян был хорошо представлен. Но он не ожидал, что Янь Минмэй придёт сюда и снова унизит Чжоу Сяна.

Чжоу Сян по-прежнему сохранял лёгкую улыбку на губах и молчал, опустив голову.

На самом деле, вчерашние слова были сказаны в гневе. После ночи размышлений он понял, что требовать от Янь Минсюя и своего зятя конфликта из-за него — это глупо и совершенно излишне. Ведь интересы, затрагиваемые здесь, были настолько ничтожны, что не стоило поддаваться эмоциям. Ему было бы достаточно получить компенсацию от Ван Юйдуна, что сохранило бы лицо всем и позволило бы ему чувствовать себя лучше. Однако он не ожидал, что всё обернётся так. Ещё не успев ничего сказать, он уже получил порцию критики, и это было настолько неожиданно, что ему даже захотелось смеяться.

Янь Минсюй подошёл и хлопнул Чжоу Сяна по плечу: «Брат Сян, ты выйди пока, я разберусь.»

Чжоу Сян взглянул на Янь Минмэй. Он хотел уйти, но эта упрямая девушка не давала ему уйти.

Янь Минмэй строго сказала: «Минсюй, если ты будешь продолжать в том же духе, мне придётся рассказать всё родителям. Тебе уже почти 24, когда ты перестанешь так безобразничать?»

«Сестра, хватит,» — в голосе Янь Минсюя прозвучало предупреждение.

«Ты не понимаешь, кто ты такой? В этом маленьком мире Запретного города всё известно. Ты хочешь, чтобы все смеялись над нашей семьёй?»

Лицо Янь Минсюя потемнело, он процедил сквозь зубы: «Уйди.»

Янь Минмэй широко раскрыла глаза: «Что ты сказал?»

«Я сказал, уйди.»

Выражение лица Янь Минмэй перешло от ярости к обиде, её глаза покраснели, и она дрожащим голосом указала на Янь Минсюя: «Ты… как ты можешь быть таким неразумным? Ты делаешь это ради него?» Она бросила взгляд на Чжоу Сяна. «Ради него? Ты так относишься к своей сестре?» Она злобно посмотрела на Чжоу Сяна. «Ты, мужчина, ведёшь себя как женщина, привязываясь к другим. Тебе не стыдно?»

Эти слова, словно тонкие иглы, впились в сердце Чжоу Сяна, но он по-прежнему сохранял вежливую улыбку:

— Ян Мэйми, на самом деле вам совсем не обязательно так сердиться. Это всего лишь сделка по обоюдному согласию. У любого контракта есть срок действия, и рано или поздно он истечёт. Зачем из-за этого портить семейную гармонию?

Ян Мэйми не ожидала, что Чжоу Сян останется таким спокойным, и на мгновение застыла в изумлении. Чжоу Сян, воспользовавшись её замешательством, быстро обошёл её и направился к выходу.

Лицо Ян Минсюя было мрачнее тучи. Он последовал за Чжоу Сяном, но, дойдя до двери, внезапно остановился и резко обернулся:

— Сестра, ты ведь хотела узнать, зачем Ван Юйдун приходил ко мне? Скажу тебе: он просил у меня денег в долг. Решайте сами, что с этим делать.

С этими словами он, не оглядываясь, бросился прочь.

Ян Минсюй догнал Чжоу Сяна в коридоре и силой затащил его в один из кабинетов. Внутри двое сотрудников обсуждали рабочие вопросы, но, увидев их, замерли от удивления.

— Выйдите, — тихо приказал Ян Минсюй.

Сотрудники переглянулись и тут же покинули кабинет, оставив двоих наедине.

Чжоу Сян глубоко вдохнул:

— Я и так примерно догадываюсь, что ты хочешь сказать. Не стоит, Ян. Я давно предвидел, что столкнусь с подобной реакцией твоих родных. Ничего страшного.

Чем спокойнее он себя вёл, тем сильнее мучила Ян Минсюя совесть. Сдавленным голосом он произнёс:

— Брат Сян, прости. Я не думал, что он приведёт сюда сестру. Она упрямая, как осёл, не принимай близко к сердцу её слова.

Чжоу Сян усмехнулся:

— Да ладно тебе. Вчера я просто поболтал языком, не воспринимай всерьёз. Занимайся своими делами, а я пойду, проведаю маму.

— Брат Сян… — Ян Минсюй крепко схватил его за руку и посмотрел прямо в глаза. — Брат Сян, то, что сказала моя сестра… Да, мне предстоит столкнуться с давлением семьи, но я справлюсь. Я не позволю, чтобы тебе было трудно. Ты веришь мне?

Чжоу Сян нахмурился:

— Нет, Ян Минсюй, откуда у тебя такая уверенность? Ты ещё слишком молод. Даже в обычной семье ребёнок не может просто так уйти с каким-то мужчиной. На каком основании ты думаешь, что мы сможем быть вместе? На каком основании… — Чжоу Сян глубоко вдохнул. — На каком основании ты считаешь, что с таким отношением твоей семьи ты можешь позволить себе такие вольности? Ян Минсюй, ты быстрее повзрослей!

Чжоу Сян чуть не задохнулся от злости, но заставил себя успокоиться. Он и так уже достаточно опозорился, а если ещё и не соберётся с духом, то станет полным посмешищем. Давно пора было понять: перед Ван Юйдуном он всегда оказывается в унизительном положении. Ван Юйдун никогда не вступал с ним в серьёзное противостояние, а он каждый раз проигрывал, притом позорно. Но ещё позорнее то, что он надеялся на помощь Янь Минсю, чтобы хоть как-то спасти своё достоинство. Когда же он стал настолько слабым?

От одной мысли о своих тёмных помыслах Чжоу Сяна бросало в жар.

Глядя на покрасневшие от гнева глаза Чжоу Сяна, который всё ещё пытался изо всех сил сдержаться, Янь Минсю было невыносимо больно. Он думал, что это будет его шанс проявить себя, но всё вышло наоборот — его сестра унизила Чжоу Сяна. Он наивно полагал, что после замужества, а теперь и предстоящего материнства, сестра стала более зрелой в своих поступках. Но она по-прежнему оставалась такой же властной и бесцеремонной. Янь Минсю не боялся, что Янь Минмэй расскажет родителям — рано или поздно он сам собирался обо всём объявить, просто сейчас время ещё не пришло. Он боялся, что Чжоу Сян пострадает.

Самое страшное, что могло с ним случиться — это увидеть, как Чжоу Сян терпит хоть малейшую несправедливость. Он уже отнял у Чжоу Сяна слишком много — столько, что никогда не сможет вернуть. Сейчас он изо всех сил пытался загладить вину, но как он мог допустить, чтобы трещина между ними стала ещё глубже?

Янь Минсю сожалел, что позволил Чжоу Сяну встретиться с Янь Минмэй. Их встреча была неизбежной, но сейчас было не время.

Чжоу Сян провёл рукой по лицу: «Я ухожу. У меня действительно есть дела. У меня нет времени каждый день сопровождать тебя.» С этими словами он направился к выходу.

Янь Минсю тихо сказал: «Тебе нужно сопровождать тётю в больницу? Давай пойду с тобой.»

«Не надо, Янь Минсю, дай мне хотя бы перевести дух,» — ответил Чжоу Сян и, открыв дверь, вышел.

Янь Минсю смотрел, как его торопливая, почти растерянная фигура постепенно удаляется. Вдруг его охватила паника — он боялся, что Чжоу Сян уйдёт всё дальше и дальше, пока не скроется из виду, не исчезнет из его жизни, как это случилось три года назад.

Он бросился следом, схватил Чжоу Сяна за руку и, тяжело дыша, взволнованно спросил: «Сян-гэ, ты сегодня вернёшься домой? Когда мы увидимся снова?»

Чжоу Сян удивлённо посмотрел на него.

«Вернись сегодня вечером. Если не сегодня, то завтра. Скажи мне, когда ты вернёшься,» — Янь Минсю вглядывался в него, не отводя глаз. «Не уходи просто так, не предупредив. Скажи мне, когда ты вернёшься.»

Сейчас он был как женщина, терзаемая сомнениями, но не мог с собой ничего поделать. Его сердце всё ещё сжималось от страха, что однажды Чжоу Сян снова исчезнет, и он снова разобьётся вдребезги. Каждая минута тех трёх лет была невыносимой пыткой, от которой он не мог избавиться. Только когда этот человек был рядом, он мог освободиться от отчаяния.

Поэтому он никогда не отпустит его. Ему даже хотелось запереть Чжоу Сяна, спрятать от всех.

Чжоу Сян попытался освободиться от его хватки: «Я не знаю.»

«Ты не можешь не знать.» Голос Янь Минсюя звучал пронзительно и напряжённо. «Сян, когда ты вернёшься домой? Я заеду за тобой, скажи мне.» Чжоу Сян сжал зубы: «Через три дня. Через три дня.»

Янь Минсюй с грустью опустил руку, разжав пальцы. «Хорошо, тогда я заеду за тобой…» Чжоу Сян сделал шаг назад, но Янь Минсюй приблизился, прижав его к стене, и крепко, страстно поцеловал. В коридоре в любой момент мог появиться кто-то, но Янь Минсюй будто не замечал этого, продолжая целовать его с силой, пока не отпустил с безнадёжностью в глазах.

Чжоу Сян бросил на него быстрый взгляд и, повернувшись, ушёл. Лишь когда его фигура исчезла из виду, Янь Минсюй отвёл взгляд. Он достал телефон и набрал номер дома. «Алло, тётя Сюэ, приготовься, я сегодня вечером приеду на ужин.» Больше не было смысла скрывать правду. Янь Минсюй рассеянно смотрел на экран телефона, твёрдо решив для себя.

Чжоу Сян вернулся домой с запасом фруктов на неделю. Ван тётя как раз учила Чэнь Ин вязать, и они сидели на диване, весело болтая. Картина была простой и уютной.

«Мама, я вернулся», — сказал Чжоу Сян.

«А, вернулся», — Чэнь Ин взглянула на часы. «Ты, наверное, ещё не ел? Как раз к обеду вернулся.»

«Да, я хочу твоего кисло-острый суп.»

«Ой, дома нет бамбуковых побегов, надо сходить купить, ещё успею.» Ван тётя надела куртку, обулась и вышла.

Чжоу Сян сел рядом с Чэнь Ин и нежно улыбнулся: «Днём я провожу тебя в больницу.»

«Хорошо.» Чэнь Ин отложила вязание и осторожно спросила: «Сян, а можно ли сократить до одного раза в неделю? Сейчас я чувствую себя хорошо, дважды в неделю — это и время, и деньги.»

«Мама, сколько раз в неделю делать процедуры, решает не мы, а врачи. Сейчас Янь Минсюй занимается переводом тебя в другую больницу, там придётся всё заново обследоваться, и врачи решат. Не думай об этом.»

«Да, тебе и так нелегко зарабатывать…» Чэнь Ин вдруг серьёзно сказала: «Сян, хоть мы и небогаты, но у нас есть и еда, и питьё. Слушай меня внимательно: хоть семья Яня и обеспеченная, ты не должен на них полагаться, не бери их деньги. У нас есть гордость, нельзя, чтобы нас презирали.»

Чжоу Сян виновато кивнул: «Мама, я понимаю.»

«Ну, я знаю, что ты всё делаешь правильно. Кстати, когда твой фильм выйдет в кинотеатре? Давай сходим вместе, возьмём с собой тётю Ван.»

Чжоу Сян только отмахнулся: «Кажется, отложили. Ещё не знаю. К концу года много фильмов, иногда их переносят на следующий год.»

«Ну да, не спеши. Ты ещё молод. Есть же те, кто прославился в сорок-пятьдесят. Главное — стабильный доход, а мы не торопимся.»

Чжоу Сян ещё немного поболтал с Чэнь Ин, вернулась тётя Ван, они пообедали, вздремнули, а потом днём Чжоу Сян сопровождал Чэнь Ин в больницу на диализ.

Весь день Янь Минсюй не звонил, и Чжоу Сян почувствовал себя намного легче.

На следующий день Чжоу Сян отправился в компанию. Он не появлялся там почти неделю, и это было нехорошо — нужно было обсудить с Цай Вэем несколько проектов, о которых тот говорил в последний раз. Придя на работу, Чжоу Сян заметил, что Цай Вэй выглядит уставшим и безжизненным, совсем не таким, как обычно: полным энергии и сил.

— Вэй-гэ, что с тобой? — спросил Чжоу Сян.

Цай Вэй устало взглянул на него и ответил:

— Мой отец, возможно, не доживёт до Нового года.

Чжоу Сяну вспомнился тот лежачий старик, не способный даже пошевелиться, и на сердце у него стало тяжело. Он попытался утешить друга:

— Вэй-гэ, не принимай так близко к сердцу. В таком состоянии твой отец и сам страдает.

— Я знаю, — ответил Цай Вэй. — Он болен уже так долго, вся семья морально готова. Просто когда думаешь, что он действительно уйдёт… — он покачал головой. — Рождение, старость, болезнь, смерть — никто не может этого избежать. Ладно, не будем об этом. Давай лучше поговорим о твоей работе.

— Хорошо.

— Проверь ещё раз оплату за последние проекты. Если всё в порядке, подпиши, и я закрою сделку. За тот клип для Си Жун компания выделила много средств, поэтому тебе дали восемьдесят тысяч. Для новичка это очень хорошая сумма.

Чжоу Сян удивился:

— Столько?

— Да, — подтвердил Цай Вэй. — Знаешь, кто одобрил?

— Ван-гуан?

— Да, Ван-гуан лично распорядился. Говорит, ты хорошо проявил себя.

Чжоу Сяну вспомнилось, как Ван-гуан тогда практически силой усадил его в машину к Янь Минсю. Очевидно, у того были свои цели: если несколько десятков тысяч могли сблизить его с Янь Минсю, то это было бы крайне выгодно. Однако расчёты Ван-гуана оказались ошибочными — отношения Чжоу Сяна с Янь Минсю были настолько запутанными, что сам он не мог в них разобраться.

Цай Вэй внимательно посмотрел на Чжоу Сяна и вздохнул:

— Как ты в последнее время ладишь с Янь Минсю?

Чжоу Сян смущённо отвел взгляд:

— Ну… более или менее.

— Я могу догадаться, почему ты всё ещё с ним связываешься, — продолжил Цай Вэй. — Но послушай, Чжоу Сян, человек, который дважды спотыкается об один и тот же камень, — самый глупый. Ты должен хорошенько подумать.

— Вэй-гэ… — Чжоу Сян хотел сказать что-то вроде «не волнуйся, я всё под контролем», но не смог. Он прекрасно понимал, что каждая минута, проведённая рядом с Янь Минсю, таила в себе опасность повторения прошлых ошибок. Но он был не в силах вырваться из той паутины, которую сплёл вокруг него Янь Минсю.

У Чжоу Сяна не было выбора. Янь Минсю не оставлял ему выбора.

Хотя их договор действовал ещё полгода, если быть точнее — пять месяцев, но разве Янь Минсю просто махнёт рукой и уйдёт после этого срока? Чжоу Сян был более запутан и растерян, чем когда-либо. Он не видел своего будущего, не знал, кто ждёт его в тумане впереди.

— Я не могу вмешиваться в твои дела, — сказал Цай Вэй. — Но ты действительно ранил Лань Си Жун до глубины души.

Чжоу Сян медленно опустил голову, не зная, что ответить.

После того случая Лань Си Жун звонила ему дважды, но он не ответил. Что он мог сказать? На её вопросы он не мог ответить, а любые слова лишь усугубили бы его неловкость и стыд.

На второй год твоего отсутствия Сижун заводил отношения с девушкой, но они быстро распались. Он сказал мне, что на самом деле не любит мужчин, но почему-то любит только тебя. Кого тут винить? Ты тогда так хорошо к нему относился, а он не оценил, даже будто ты его оскорбил — весь надулся, как еж. Только когда ему пришлось одному страдать за границей, он понял, как ты был добр. Если бы он тогда согласился быть с тобой, не было бы потом никакого Янь Минсю, и всего того, что случилось… Эх, если честно, это судьба, — с горькой улыбкой сказал Чжоу Сян.

— Если бы ты не напомнил, я бы и не вспомнил, — Чжоу Сян покачал головой. — Тогда я действительно восхищался им. Кто знал, что все так обернется. Вэйгэ, у тебя память слишком хорошая, это не к добру.

Цай Вэй лишь улыбнулся и покачал головой.

В этот момент в дверь постучала секретарша Цай Вэя:

— Господин Цай, Лань Сижун пришел.

Цай Вэй безнадежно усмехнулся:

— Не знаю, не подслушивает ли он за мной в компании. Ты только появился, и он тут как тут. Наверное, пришел специально, чтобы перекрыть тебе путь.

Чжоу Сян вовсе не хотел видеть Лань Сижуна, но понимал, что не спрячешься. Он решил остаться в офисе Цай Вэя, чтобы не оставаться с Лань Сижуном наедине — слишком уж это было бы неловко.

Когда Лань Сижун вошел, он окинул обоих взглядом. В отличие от ожиданий Чжоу Сяна, он выглядел спокойным, но все же сел рядом с ним.

— Сян-гэ, давно не виделись, — сказал Лань Сижун.

Чжоу Сян сухо усмехнулся:

— Всего-то неделя с небольшим.

— Ты все это время проводил с Янь Минсю? — Лань Сижун не отводил от него своих ясных, как горный ручей, глаз. Под этим пронзительным взглядом Чжоу Сян почувствовал, как сердце забилось быстрее.

Чжоу Сян кивнул:

— Да.

Глаза Лань Сижуна загорелись, губы слегка дрогнули. Он немного подумал и сказал:

— Сян-гэ, ты все еще будешь с нами встречать Новый год?

Чжоу Сян молчал. Раньше у него не было ни отца, ни матери, и с тех пор, как он познакомился с Цай Вэем, почти каждый год ездил с ним в Тунчжоу на праздник. Одиноко встречать Новый год — слишком грустно.

Лань Сижун объяснил:

— У меня в этом году важное объявление, и я не смогу вернуться домой. Останусь в Пекине. Я планирую встретить Новый год с Вэй-гэ. Ты и твоя мама тоже приходите, хорошо? Как раньше, вместе встретим Новый год.

Чжоу Сян посмотрел на Цай Вэя, тот кивнул:

— Перед Новым годом я хочу забрать отца в наш старый дом в Тунчжоу. Не хочу, чтобы он больше страдал. Когда он еще мог говорить, говорил, что не хочет умирать в больнице, а дома. Если у тебя нет других планов, можешь поехать со мной в Тунчжоу. У меня там куча родственников, будет весело.

Чжоу Сян подумал о большой семье Янь Минсю — на Новый год им, конечно, придется оставаться дома. А Ван аюнь перед праздником, скорее всего, уедет в Сычуань, к себе на родину. Ему с Чэн Ин будет скучно и одиноко вдвоем, но на всякий случай он оставил себе лазейку:

— Мне тоже хотелось бы встретить Новый год с вами. Я поговорю с мамой и дам вам ответ позже.

Ланьси Жун смотрел на него с лёгкой обидой в глазах, будто хотел что-то сказать, но не решался. Чжоу Сян не выдерживал этого взгляда — он и так был человеком с мягким сердцем, а ещё в глубине души чувствовал лёгкое угрызение совести перед Ланьси Жуном. Поэтому он поспешно встал и сказал:

— Увэй, я схожу в финансовый отдел сверить счёта. В обед угощаю вас.

Во время обеда Цай Вэй предложил Чжоу Сяну несколько заданий на выбор. Чжоу Сян пока не заговорил с Цай Вэем о премьере, равно как и не упомянул о том, что Янь Минсю его привёл в киностудию. Первое он не стал обсуждать из-за стеснения, а второе — потому что ещё ничего не было решено. Но простые и быстрооплачиваемые задания от Цай Вэя ему по-прежнему нравились, и он сразу согласился на несколько.

Он провёл с Чэнь Ин два дня, и всё это время Янь Минсю неожиданно не позвонил ни разу и не отправил ни одного сообщения, что удивило Чжоу Сяна.

На третий вечер, как и договаривались, он вернулся домой. Позвонил Янь Минсю, чтобы спросить, не хочет ли тот поужинать. Но телефон был выключен.

Чжоу Сян нахмурился, но не придал этому значения. В конце концов, он уже поужинал, поэтому просто принял душ пораньше и сел в кабинете за компьютер.

Когда наступило время спать — уже за полночь — Янь Минсю так и не вернулся. Чжоу Сян подумал: ведь это его дом, зачем так волноваться, будто он гость? Пусть Янь Минсю приходит, когда захочет.

Он выключил компьютер, умылся и лёг спать.

С тех пор как он снова стал жить один, это была его первая ночь в одиночестве. В груди зародилось странное чувство, которое он не мог описать. Словно… словно всё должно было быть иначе. Словно этот дом не должен был быть пустым.

От этой мысли его бросило в дрожь. Ведь последние двадцать с лишним лет он жил здесь один, пока не появился Янь Минсю. Привычка — страшная вещь: она незаметно проникает в сознание и меняет его.

Чжоу Сян незаметно для себя уснул. Проснувшись на следующее утро, он обнаружил, что Янь Минсю действительно не возвращался. Он снова позвонил — телефон всё ещё был выключен. Раз Янь Минсю не отвечает, он спокойно вернулся к Чэнь Ин. Не то чтобы он не хотел жить дома — просто Чэнь Ин нуждалась в заботе и компании.

Следующие несколько дней Янь Минсю так и не вышел на связь, словно растворился в воздухе, не оставив следа. Сначала Чжоу Сян чувствовал облегчение — наконец-то никто не звонит в любой момент, требуя его присутствия. Но через неделю он начал волноваться: а вдруг с Янь Минсю что-то случилось?

Он не выдержал и позвонил Цзян Вань. Та сначала не брала трубку, а когда он позвонил в третий раз, её телефон выключился.

Очевидно, она не хотела с ним разговаривать. Неопределённость и тревога в душе Чжоу Сяна только усилились.

Что произошло с Янь Минсю? Почему он не может просто сказать, в чём дело? Почему скрывается? Или с ним действительно что-то случилось?

От одной только мысли об этом возможности сердце Чжоу Сяна сжалось в комок. Через некоторое время его телефон завибрировал — с незнакомого номера пришло сообщение: «Не спрашивай меня, я ничего не могу сказать». Чжоу Сян догадался, что это от Цзян Вань, и его тревога лишь усилилась. Ничего не понимая, он чувствовал, как беспокойство разъедает его изнутри. У него не было ни малейшей зацепки, не к кому было обратиться за помощью, и он мог только ждать.

После исчезновения Янь Минсю Чжоу Сян действительно почувствовал облегчение — исчезло то давящее ощущение, будто за ним постоянно следят, но на его место пришла новая тревога: что произошло с Янь Минсю? Дни тянулись один за другим, наполненные сомнениями и беспокойством, и вот уже наступил Новый год по лунному календарю. В этом году праздник пришёл рано, в середине-конце января.

Янь Минсю пропал без вести уже две недели, и Чжоу Сяну не оставалось ничего, кроме как ждать. Если бы Янь Минсю просто сказал: «Всё между нами закончено», Чжоу Сян, возможно, почувствовал бы себя свободнее. Но эта неопределённость, неизвестность — всё это сводило его с ума. Он то и дело ловил себя на том, что беспокоится о безопасности Янь Минсю, то погружался в догадки, которые лишь усиливают его тревогу, сжимая мысли в тиски.

Чжоу Сян уже решил провести праздник с Чэнь Ин в родном городе Цай Вэя в Тунчжоу. Семья Цай Вэя — люди простые и гостеприимные, и их всегда рады видеть. Последние дни Ван айи уехала домой, и Чжоу Сян с Чэнь Ин занимались покупками к празднику, готовясь к встрече Нового года. В суете повседневных дел ему хотя бы иногда удавалось отвлечься от мыслей о том, где сейчас Янь Минсю и что с ним.

Двадцать девятого числа Чжоу Сян с самого утра подготовил всё необходимое, оставалось только дождаться вечера, когда Лань Сижун приедет за ними. Днём ему ещё предстояло сопроводить Чэнь Ин на процедуру диализа. Утром, не зная, чем себя занять, он свёл Чэнь Ин на кантонское чаепитие.

Едва они переступили порог дома, как раздался телефонный звонок. Номер был незнакомым, но почему-то сердце Чжоу Сяна забилось учащённо — интуиция подсказывала ему, что это может быть связано с Янь Минсю.

Он ответил на звонок, и в трубке раздался знакомый голос, но это был не Янь Минсю, а старший внук семьи Янь — Янь Минсюй.

— Это Чжоу Сян? — низкий голос Янь Минсюя донёсся из трубки.

— Да, — коротко ответил Чжоу Сян.

— Мне нужно с тобой поговорить.

— О чём?

— Думаю, ты догадываешься. Это касается Минсю.

Чжоу Сян глубоко вдохнул.

— Он… где он?

— Давай встретимся. Я жду тебя в кофейне на Наньлишилу. Приходи сейчас.

Чжоу Сян на мгновение задумался.

— Хорошо, я сейчас выезжаю.

Чжоу Сян оставил Чэнь Ин несколько наказов и вышел из дома. Он взглянул на часы — времени было достаточно, но для подстраховки всё же отправил Лань Сижуну сообщение с просьбой приехать за ними на час позже.

Кофейню найти было несложно. В канун Нового года многие магазины закрывались, но это заведение выделялось своим необычным цветом стен — насыщенным охристым, бросающимся в глаза.

Внутри почти никого не было. Едва Чжоу Сян переступил порог, как официант спросил, не с человеком по фамилии Янь он договорился о встрече. Чжоу Сян кивнул, и его провели в отдельный кабинет.

Янь Минсюй сидел в комнате один, его взгляд упал на Чжоу Сяна, а выражение лица было глубоким и строгим. Чжоу Сян закрыл дверь и сел напротив Янь Минсюя. Он хотел дождаться, пока тот заговорит первым, но Янь Минсюй просто уставился на него не мигая, пронзительным взглядом, от которого у Чжоу Сяна по коже побежали мурашки. Ему ничего не оставалось, кроме как собраться с духом и заговорить первым:

— Ты искал меня из-за Янь Минсюя, да? Но мы с ним не виделись уже очень давно, я даже не знаю, где он сейчас.

Янь Минсюй хмуро ответил:

— Не нужно пытаться выведать у меня что-то. Я и не собираюсь ничего скрывать: он сейчас дома.

Чжоу Сян выпрямился:

— Дома?

— Да, дома. Его запер отец.

Чжоу Сян слегка замер, удивлённо переспросив:

— Запер?

— Минмэй вернулась домой и рассказала всё о вас. Минсюй просто признался во всём, и теперь всё так запуталось. Скоро Новый год, а в доме и вокруг царит полный хаос. Отец запер его дома и не выпускает.

Чжоу Сян опустил голову, его руки слегка дрожали. Он сунул их в карманы и тихо сжал в кулаки.

— У меня есть сестра и брат. Одна нашла себе никчёмного, красивого лишь внешне и неверного человека, а другой вообще нашёл себе партнёра того же пола. Ни один из них не даёт мне покоя, — Янь Минсюй покачал головой, выглядя усталым и раздражённым.

Чжоу Сян с трудом подавил внутреннее потрясение и спокойно произнёс:

— Не знаю, зачем ты меня искал.

Он и подумать не мог, что Янь Минсюй действительно решится на каминг-аут перед семьёй. В такой семье, как у Яней, какое давление он должен был испытывать, чтобы признаться в любви к мужчине? Если Янь Минсюй действительно смог пойти на это ради него…

Сердце Чжоу Сяна задрожало. Впервые он начал сомневаться в своей решимости. Возможно… возможно, всё не так плохо, как он думал. Возможно, вернуться на старый путь не обязательно означает тупик.

Янь Минсюй всё это время наблюдал за его выражением лица и насмешливо произнёс:

— Что, тронут? Три года назад я, возможно, ещё не был уверен, но теперь могу сказать тебе прямо: когда мой брат влюблялся, он был готов на всё. Но когда этот период прошёл, ему стало всё равно, кого любить.

Чжоу Сян прищурился:

— У меня туго соображает, господин Янь, говори прямо.

— Три года назад был человек с таким же именем и фамилией, как у тебя. Он встречался с Минсюем, ты в курсе?

— Знаю.

— Когда с тем человеком случилась беда, Минсюй тоже сильно переживал. Но что в итоге? Давно всё забыл. А теперь он снова упёрся из-за тебя. Если честно, без кого-то жить невозможно, но сколько бы ни было чувств, со временем всё проходит. Если бы я захотел, у меня было бы множество способов разлучить вас навсегда. Рано или поздно он тебя забудет. Но я не хочу так поступать, потому что Минсюй будет ненавидеть меня за это. Мне бы хотелось, чтобы ты был разумнее, понял ситуацию и сам порвал с ним.

В душе Чжоу Сяна бушевал вихрь противоречивых чувств. Ему хотелось сказать Янь Минсюю, что тот ошибся: он и есть тот самый Чжоу Сян.

Он всегда считал, что Янь Минсю никогда не сможет преодолеть барьер его семьи. Даже сейчас он не верил, что Янь Минсю сможет это сделать. Но тот факт, что Янь Минсю готов был хотя бы попытаться, уже почти разрушал его психологическую оборону.

С самого детства, с того момента, как он понял, что он гей, он мечтал: если когда-нибудь найдётся человек, который ради него решится признаться родителям, выдержит давление общества и семьи и всё равно будет настаивать на том, чтобы быть с ним, он никогда не предаст этого человека. И вот этот человек появился.

Они пережили столько нестерпимых обид и ран, но именно этот человек стал тем, кто готов ради него на всё. Его чувства были настолько сложными и горькими, что он просто не знал, что делать. Что делать им с Янь Минсю? Как им быть?

Янь Минси, видя, что он молчит, спокойно смотрел на него и сказал: «Я не знаю, насколько глубоки ваши чувства, но они точно не такие сильные, как ты думаешь. Минсю всего 24 года, у него впереди долгая жизнь, он встретит ещё многих людей. Рано или поздно он поймёт, что выбор в пользу мужчины, с которым нельзя показаться на людях и у которого не может быть детей, был ошибкой. Если ты уйдёшь тогда, ты уже будешь настолько обесценен, что не сможешь себе представить. Почему бы не прекратить всё сейчас, пока не слишком больно? Я могу компенсировать все твои потери.»

Слова Янь Минси звучали не так резко, как у той высокомерной дочери семьи Янь, но всё равно заставляли его покрываться холодным потом. Зачем Янь Минси говорить это? Он и сам всё обдумал. Когда он начал ухаживать за Янь Минсю, он даже не знал, что тот из семьи Янь. Если бы знал, он бы сразу отступил, даже несмотря на все внутренние терзания. Тогда он ещё не был так сильно влюблён в Янь Минсю, чтобы совершать подобную глупость, бросаясь в огонь, как мотылек.

Но когда он узнал правду, было уже слишком поздно.

Сегодня, оглядываясь назад, он ясно видел, как труден был их путь с Янь Минсю. Они пережили всевозможные испытания и опасности, даже ад прошли вместе, чтобы выйти на свет. Он готов поклясться, что ни у кого не было таких извилистых и отчаянных отношений, как у них.

Если человек продолжает идти вперед, несмотря на все препятствия и боль, он — смельчак. Но сколько людей на самом деле смельчаки? Чжоу Сян уже давно задумывался об отступлении. Эта усталость и страх перед будущим заставляли его останавливаться, бояться каждого нового шага, который мог бы снова погрузить его в бездну.

Оставаться на месте или отступать было хотя бы безопасно. Двигаться вперед могло означать как ад, так и рай. Какой выбор мог быть более мучительным? Кто мог оставаться спокойным перед такой дилеммой?

У Чжоу Сяна раскалывалась голова, перед глазами всё плыло. Он махнул рукой и хрипло произнёс: «Министр Янь, можно мне сначала увидеть его?»

«Нет, дело не во мне, это мой отец не позволяет. Он сейчас не может выйти.»

«Тогда вы собираетесь держать его в заключении до каких пор?»

«До тех пор, пока он не сдастся.»

Чжоу Сян согнулся, упершись локтями в колени, и с силой провёл ладонями по лицу, так что кожа покраснела от трения. Долгое время он молчал, прежде чем произнёс хриплым голосом:

— Мои отношения с ним — не только моё решение. Ты давишь на меня, но это бессмысленно. Что ты хочешь, чтобы я сделал?

— Бери деньги и уходи, — отрезал Янь Минсюй, не оставляя места для сомнений.

Чжоу Сян усмехнулся с холодком:

— Невозможно. Мой дом здесь, моё дело здесь. Разве что ты бросишь меня в защитный ров, иначе я никуда не уйду.

— С деньгами можно обосноваться где угодно, можно начать новое дело где угодно, — продолжил Янь Минсюй, внимательно наблюдая за ним. — Чжоу Сян, я общался с тобой несколько раз и сложил о тебе хорошее впечатление. Ты не поверхностная и глупая звездушка. Ты умный, с головой на плечах и широким кругозором. Я изучал тебя и знаю, что тебе нужны деньги из-за ситуации с твоей матерью, поэтому ты и связался с Минсюем. Но ты умён, ты понимаешь, что Минсюй — не лучший выбор. Умный человек должен делать умные вещи. Если вы продолжите так, ты можешь остаться ни с чем.

Чжоу Сян тихо ответил:

— Не нужно мне угрожать. Я всё понимаю, но некоторые вещи я не могу объяснить. Мне просто нужно увидеть его.

— Это не в моей власти. Мне нужно обсудить с отцом, — сказал Янь Минсюй.

— Тогда обсуди, а я поеду домой встречать Новый год, — Чжоу Сян поднялся, и в тот момент, когда он выпрямился, его слегка закружило голову. Он почувствовал, что мозгу катастрофически не хватает кислорода.

Ему хотелось поскорее уйти. Аура Янь Минсюя давила невыносимо, как будто он стоял перед ним голый. Каждое слово того било точно в цель, раня его. Ему нужно было время, чтобы всё обдумать.

Янь Минсюй остался сидеть в кресле, слегка приподняв подбородок, и долго смотрел на Чжоу Сяня, прежде чем произнёс:

— Ладно, сегодня ты можешь идти. Я буду держать с тобой связь.

Чжоу Сян неопределённо кивнул и, быстро распахнув дверь ложи, вышел.

Чжоу Сян, выйдя из кафе, не мог успокоиться. Он шёл пешком в сторону дома около десяти минут, прежде чем сел в такси. По дороге он много о чём думал. Хотя он сказал Янь Минсюю, что хочет увидеть Янь Минсюя, ему было страшно от этой мысли. Что он скажет, когда они встретятся? Сможет ли он действительно оставить всё позади и снова принять этого человека? Как Янь Минсюй справится с давлением семьи? Перед ними маячило множество проблем, и Чжоу Сян чувствовал себя истощённым. Сколько бы чувств ни было, их могло стереть это накопленное за месяцы изнурение. Он знал, что Янь Минсюй сделал для него многое, что тронуло его до глубины души, но он застрял на месте, не в силах двинуться вперёд, потому что не знал, какой ценой дастся этот шаг и к чему он приведёт.

«Но, в конце концов, — иронично подумал Чжоу Сян, — никакие последствия не могут быть страшнее потери жизни.»

Он тяжело вздохнул, глядя на серое, затянутое дымкой небо Пекина, и почувствовал, как на душе стало ещё тяжелее.

Добравшись до дома, Чжоу Сян понял, что до встречи с Лань Сижун оставалось ещё более двух часов — времени было достаточно.

Вошедши в дом, он увидел Чэнь Ин, сидящую в комнате с опущенной головой — она что-то рассматривала. Услышаав шаги, Чэнь Ин подняла взгляд, и её глаза, окружённые краснотой, сразу выдавали, что что-то не так. Атмосфера в комнате была наэлектризована.

— Мама, я вернулся, — сказал Чжоу Сян, — что случилось?

Он отсутствовал всего два-три часа. Что могло произойти? Ведь ещё утром Чэнь Ин была весела и жизнерадостна, а теперь выглядела так, будто плакала.

Чэнь Ин указала на диван рядом с собой:

— Садись, мне нужно с тобой поговорить.

Чжоу Сян удивился. Чэнь Ин почти никогда не разговаривала с ним таким строгим тоном. В его памяти она всегда была нежной и заботливой женщиной, баловавшей детей сверх меры и почти никогда не проявлявшей раздражения.

Он подошёл и сел, тревожно глядя на Чэнь Ин:

— Мама, что всё-таки произошло? Тебе нездоровится?

— Здесь кто-то был, — ответила она.

Чжоу Сян нахмурился:

— Кто? Кто приходил?

— Адвокат, — Чэнь Ин посмотрела на него покрасневшими глазами, — он оставил это.

Она протянула ему папку с документами, лежавшую на столе.

Чжоу Сян взял её и, пробежавшись по первым страницам, почувствовал, как руки начали слегка дрожать. Перед ним лежали выписки из его банковского счёта. На самой первой странице бросалась в глаза крупная сумма — два миллиона наличными, лежавшая там с момента открытия счёта. Перевернув страницу, он увидел документы о переоформлении недвижимости — квартиры, перешедшей к нему от Янь Минсю.

Эти крайне личные данные, оказывается, для некоторых людей были абсолютно прозрачны.

Чжоу Сян швырнул документы на стол, не решаясь встретиться с обвиняющим взглядом Чэнь Ин. Чэнь Ин дрожащими пальцами указала на белоснежные листы бумаги, её лицо было почти такого же цвета, как и они: «Те двести тысяч на счёте… Я хорошо помню, вскоре после моей болезни ты сказал, что занял деньги у кого-то. Чжоу Сян, твоя мать состарилась, но не потеряла ясности ума. Эти деньги дал тебе Янь Минсю, не так ли? И дом тоже от него? Ты ради меня… Ты думаешь, твоя мать сможет жить счастливо, зная об этом?!»

Чэнь Ин говорила всё громче и громче, почти кричала в конце. Трудно было представить, что эта хрупкая женщина способна на такой голос. Чжоу Сян глубоко вдохнул, пытаясь объясниться: «Мама, это не так, как ты думаешь. Я знаю его давно, я просто… занял у него деньги.»

«Ты ещё пытаешься обмануть меня!» — резко воскликнула Чэнь Ин. «Он уже пришёл сюда сам! Чжоу Сян, ты мужчина, как ты мог на такое пойти?! Лучше бы я умерла, чем видеть, как ты получаешь деньги таким способом! Ты… Тебе не стыдно?!»

Чжоу Сян сжал сердце, не зная, что ответить. Чэнь Ин, глядя на его бледное лицо, тут же пожалела о своих словах. Она крепко обняла сына, её сердце разрывалось от боли: «А Сян, прости, я не должна была обвинять тебя. Это не твоя вина, это я слаба…»

Чжоу Сян, сдерживая рыдания, сказал: «Мама, не говори так, тебе не следовало знать обо всём этом.»

Чэнь Ин плакала: «Как ты мог не сказать мне? Ты мой единственный сын, ты чуть не умер… Что бы ни случилось, я не хочу, чтобы ты страдал. Я не хочу, чтобы ты терпел хоть малейшую несправедливость. Я хочу, чтобы ты жил достойно.»

Сердце Чжоу Сяна сжалось в комок, перед глазами всё расплывалось. Он не ожидал, что Янь Минсю пойдёт на такой шаг — сначала вызвать его, а затем оказать давление на Чэнь Ин. С её упрямым характером, она вполне могла отказаться от лечения.

Чжоу Сян был человеком с сильным характером, и даже после всего того, что устроила ему Ван Юйдун, он не совершал опрометчивых поступков. Но если бы Янь Минсю сейчас стоял перед ним, он бы не удержался и ударил его!

Чжоу Сян был вне себя от ярости и отчаяния, перед глазами всё темнело. Как он мог быть настолько самоуверенным? Он думал, что если он и Янь Минсю будут взаимно влюблены, то все проблемы разрешатся сами собой. Но на самом деле, если бы тогда всё дошло до этого, это стало бы лишь началом новых, ещё более серьёзных трудностей.

Может быть, ему следует быть благодарным за то, что Янь Минсю умер так рано? Иначе кто знает, сколько ещё всего могло бы произойти. Или, возможно, ему стоит винить судьбу за то, что Янь Минсю умер слишком рано. Если бы он прожил ещё год или два, Чжоу Сян, возможно, осознал бы всю сложность ситуации и отступил бы.

Но теперь всё уже невозможно изменить. Он не знал, как бы поступил на месте того, прошлого себя. Пошёл бы он до конца ради Янь Минсю, не раздумывая, или же проявил бы благоразумие и отступил? Он не знал. Он действительно не знал. Если бы не история с Ван Юйдун, возможно, он продолжал бы безоглядно любить Янь Минсю, и кто знает, может, даже стал бы великим романтиком.

Но он понимал: сейчас он уже не тот, кто способен на подобное. И действительно, события развивались так, как он больше всего опасался. Чэн Ин настояла, чтобы он вернул и деньги, и квартиру, иначе она отказывалась продолжать лечение. Чжоу Сян не имел выбора и вынужден был согласиться. Однако его текущие сбережения не выдержали бы долгого расходования в таком темпе, как тратила Чэн Ин. Он подумывал одолжить деньги у Ланьси Жун, но Чэн Ин вряд ли бы согласилась, да и как возвращать такой долг?

После долгих размышлений он снова подумал о своей квартире. Если продать её, все проблемы решились бы сами собой. Чжоу Сян не ожидал, что, пройдя через столько трудностей и усилий, он всё равно вернётся к этому решению. Но сейчас даже эта квартира не была оформлена на него — только если Янь Минсю согласится переоформить её. Всё сводилось к тому, чтобы встретиться с Янь Минсю, но как он может согласиться?.. Чжоу Сян был так раздражён, что готов был биться головой о стену. Он давно не курил, но сегодня, спрятавшись на балконе, выкурил несколько сигарет подряд. Ожог от сигареты обжёг ему пальцы, но он даже не почувствовал боли.

Выкурив семь-восемь сигарет, он достал телефон и позвонил Янь Минси.

Тот быстро ответил. Чжоу Сян хмуро произнёс:

— Янь Минси, твой ход меня действительно бесит. Ты мог бы прийти ко мне, но вместо этого ты решил давить на больную женщину, которой за шестьдесят! Какое тебе удовольствие от этого?

На другом конце провода воцарилось молчание на пару секунд.

— Я примерно понимаю, о чём ты. Но это не я. Сегодня я только искал тебя, — ответил Янь Минси.

— Как удивительно совпадает: едва ты вызвал меня, как тут же кто-то появился у моей матери. Как так точно всё рассчитано? — холодно произнёс Чжоу Сян.

— Мне нужно разобраться. Если это моя работа, я не стану отрицать. Но такой метод мне не по душе, я бы не стал его использовать. Кстати, я как раз хотел тебе позвонить. Я дома, поговорил с отцом — он разрешает тебе встретиться с Минсю. Второго числа я пришлю за тобой машину.

— Я не хочу ехать к вам.

— Мой отец не разрешает Минсю выходить из дома, так что тебе придётся приехать. Что, испугался?

— Не надо меня провоцировать. Я действительно боюсь. Ваша семья три поколения служила в армии — боюсь, что не вернусь.

Чжоу Сян говорил это серьёзно, но Янь Минси принял его слова за шутку и даже рассмеялся:

— Ты слишком много думаешь. Если бы я хотел с тобой разобраться, мне не нужно было бы приглашать тебя домой. Скоро пришлю адрес на телефон.

Всё так запуталось, что ни Чжоу Сян, ни Чэн Ин не были в настроении встречать Новый год. Он позвонил Ланьси Жун и сказал, что состояние Чэн Ин ухудшилось и они останутся дома. Ланьси Жун был разочарован, но настаивал на том, чтобы прийти к ним и провести праздник вместе. Чжоу Сян пытался отговорить его, но безуспешно, и в итоге согласился.

Услышав, что Ланьси Жун приедет, Чэн Ин собрала последние силы, чтобы привести в порядок комнату Ван Аюнь для него, чтобы он мог переночевать в канун Нового года.

Из-за пережитого потрясения настроение Чэнь Ин было подавленным. Лань Сижун, подойдя к ней, заметил её необычное состояние, но, учитывая, что она больна, не придал этому значения. Только Чжоу Сян знал, в чём дело. Видя, как она теряет аппетит и сон, как она смотрит на него с болью и виной в глазах, ему становилось невыносимо тяжело.

А это было лишь началом. Семья Янь даже ещё не начала свои действия против него. Что будет дальше? Как он будет жить дальше? Чжоу Сян стоял на балконе, продуваемом ледяным ветром, и смотрел на луну за окном. Сегодня была канун Нового года по лунному календарю. За окном кипела жизнь — город не спал, повсюду слышались оживлённые голоса людей и звуки машин, атмосфера праздника достигла своего пика. Но он чувствовал себя абсолютно чуждым этому веселью. Перед его глазами вновь и вновь возникало лицо Янь Минсю — каждое выражение на нём пронзало его сердце.

Часто он не решался признаться себе, но обмануть самого себя не мог: с тех пор, как всё началось, его чувства к Янь Минсю ни на миг не угасали. Однако слишком много эмоций, пережитых за это время, подавили и затмили его чувства. Он не лгал Янь Минсю — он действительно, действительно не хотел больше иметь с ним ничего общего. Преимущество смерти в том, что то, чего не удалось добиться в прошлой жизни, теперь уже не имело для него значения. Он просто хотел держаться от Янь Минсю подальше и жить спокойно. Возможно, найти нового человека, который ему понравится, окажется не так сложно, как он думал. По крайней мере, это проще, чем рисковать своим будущим.

— Сян-гэ? — позвал его тихий голос сзади.

Чжоу Сян обернулся и увидел за своей спиной Лань Сижуня.

— Сян-гэ, зачем ты стоял на ветру? На улице ведь так холодно, — сказал Лань Сижунь.

Чжоу Сян улыбнулся, потушив окурок, и вернулся в комнату.

Лань Сижунь бросил взгляд на пепельницу — старый цветочный горшок, в котором лежало более десятка окурков, и нахмурился.

— Сян-гэ, что с тобой?

Чжоу Сян посмотрел на окурки:

— Давно не курил.

— Раньше ты не курил так много. Что-то беспокоит? — спросил Лань Сижунь.

Чжоу Сян покачал головой.

— Это из-за Янь Минсю? — Лань Сижунь пристально смотрел на него, в его ярких глазах читались эмоции.

Чжоу Сян не стал скрывать и кивнул:

— Сижунь, тебе, возможно, трудно понять меня, и я не смогу объяснить. Просто… мы с ним связаны столькими годами, возможно, в этом действительно есть что-то роковое. Если судьба действительно существует, то, может быть, что бы я ни делал, всё уже предопределено? Всё, что я делаю, всё равно приведёт к одному и тому же результату.

Лань Сижунь замер, уставившись на него.

Чжоу Сян смущённо улыбнулся:

— Кажется, я стал слишком сентиментальным, это пугающе, да? Пошли, пойдём есть пельмени.

Ланьси Жун удержал его и тихо произнёс:

— Сян-гэ, я знаю, что он тебе нравится. На самом деле я всегда это знал. Твой взгляд, твои поступки — с самого начала я понимал, что ты любишь именно его. Даже когда ты говорил, что не будешь с ним, я чувствовал: ты просто обманываешь себя. Но, Сян-гэ, ты и сам понимаешь — вы с ним из разных миров. Даже если ты сможешь его простить, сможешь ли ты быть с ним навсегда?

Чжоу Сян горько усмехнулся:

— Я знаю. Я знаю это лучше, чем кто-либо другой.

— Сян-гэ, я понимаю, что наше время уже прошло. Тогда это я не сумел удержать тебя, и теперь, сколько бы я ни старался, я не смогу вернуть тебя обратно. Мне до сих пор больно об этом думать, но я не буду больше давить на тебя. Просто… я хочу, чтобы ты был разумнее. Не хочу видеть, как ты страдаешь.

Чжоу Сян хлопнул его по плечу, не зная, что сказать. Если судьба действительно существует, зачем сопротивляться? Что-то играет с ними, будто кукловод. Янь Минсю когда-то принял его за замену Ван Юйдуна, а когда он переродился в этом теле, всё совпало — история повторилась, только на этот раз он сам стал своей заменой. Это чей-то хитроумный спектакль или просто невероятное совпадение?

Чжоу Сян чувствовал себя измотанным. Иногда слишком ясное понимание жизни только усугубляет боль — лучше жить в блаженном неведении.

Трое встретили Новый год без особого энтузиазма. Они поели пельменей и рано легли спать.

Первого числа Ланьси Жуну пришлось идти на работу, и он ушёл с утра. Чжоу Сян занялся домашними делами, чтобы скоротать время, а Чэнь Ин сидела перед телевизором, уставившись в экран, и так незаметно прошёл весь день.

Вечером второго числа он наконец дождался звонка от Янь Минсю. Тот сказал, что машина ждёт у подъезда его дома. Чжоу Сян переоделся, спустился вниз, сел в автомобиль. Молчаливый водитель не произнёс ни слова за всю дорогу, просто довёз его до жилого комплекса для семей военных, расположенного неподалёку от дипломатического квартала.

Машина остановилась перед трёхэтажной виллой. Он вышел, и у входа его уже ждал человек, похожий на управляющего, а рядом стояли солдаты на посту.

«Господин Чжоу, добрый день, прошу, следуйте за мной», — произнёс человек, открывая дверь.

Чжоу Сян плотнее запахнул своё пальто и вошёл в дом. В комнате сидело несколько человек, все они с серьёзными лицами уставились на него. Этот день, этот момент никак не напоминали праздник — скорее, это было похоже на допрос преступника. Чжоу Сян предвидел такой приём и оставался спокойным, стоя в гостиной и ожидая, что они решат делать дальше. Его взгляд скользнул по лицам, и он сразу узнал знакомые черты Янь Минсюя, а также старшую пару — без сомнения, это были его родители.

Чжоу Сян вежливо кивнул, не проявляя ни унижения, ни высокомерия. Отец Янь Минсюя холодно фыркнул и отвернулся. Его мать, нахмурив брови, пристально разглядывала Чжоу Сяна. Прежде чем отец успел что-то сказать, Янь Минсюй поднял руку: «Папа, не говори ничего. Ты обещал, что я сам разберусь с этим делом.» Отец застыл на полуслове, бросил на Чжоу Сяна ледяной взгляд и отвернулся.

Янь Минсюй встал: «Чжоу Сян, пойдём со мной.» Чжоу Сян последовал за ним на второй этаж.

Проходя через гостиную, мать Янь Минсюя внезапно поднялась, держа в руках поднос, и подошла к Чжоу Сяню. Тихим голосом она сказала: «Молодой человек, вы не могли бы уговорить моего сына что-нибудь поесть?» У Чжоу Сяна неожиданно защипало в глазах.

Она сунула поднос в руки Чжоу Сяню: «Пожалуйста, убедите его поесть.» Чжоу Сян принял поднос, кивнул и быстро последовал за Янь Минсюем наверх.

Они поднялись на третий этаж, в самую дальнюю комнату. Янь Минсюй постучал в дверь: «Минсюй, он здесь.» Почти сразу дверь открылась, и перед Чжоу Сяном появилось лицо Янь Минсюя.

Чжоу Сян не успел среагировать, как Янь Минсюй бросился к нему и крепко обнял, и в ушах Чжоу Сяна прозвучал полный обиды голос: «Брат Сян.»

Янь Минсюй нахмурился — ему показалось, что в этом «Брат Сян» было слишком много близкости, и в его голове промелькнула странная мысль.

Чжоу Сян едва успел удержать поднос, его сердце чуть не выпрыгнуло из груди, а в носу защипало. Он растерянно застыл на месте, не зная, как отреагировать.

Янь Минсюй был на голову выше Чжоу Сяна, но сейчас согнулся, уткнувшись лицом в его плечо, жадно вдыхая его запах, пытаясь наполнить им свои лёгкие, всё своё тело, чтобы хоть как-то утолить тоску, мучившую его все эти дни. Он давно знал, что не сможет жить без Чжоу Сяна, но не представлял, насколько невыносимой будет вынужденная разлука. Каждый день он повторял себе: «Спокойствие, только спокойствие», — это была его борьба с отцом, и он не мог позволить себе проиграть. Но сколько раз он был на грани, готовый броситься вниз с этого этажа, лишь бы найти Чжоу Сяна, немедленно, сию минуту.

Он не понимал, не заболел ли он — возможно, это было не тоска, а просто паника. Когда он не видел Чжоу Сяна, его охватывал ужас, страх, что тот снова исчезнет, и он снова погрузится в ту бездонную пропасть отчаяния. Только сейчас, когда он действительно обнимал Чжоу Сяна, он чувствовал себя в безопасности.

Ян Минсюй резко толкнул их внутрь: **»Заходите, не давайте отцу увидеть.»** Трое вошли в комнату, где не горел свет. Чжоу Сян бросил взгляд на Ян Минсюя: от него исходил лёгкий аромат свежести, словно он только что принял ванну. Однако усталость на его лице не могла скрыться под водой — он заметно похудел, скулы стали резче, и это больно резало глаза Чжоу Сяну.

Ян Минсюй включил свет. Комната была безупречно чистой, с явными следами недавней уборки.

Ян Минсюй холодно фыркнул: **»Если бы он не пришёл, ты бы и впрямь спокойно жил в этой конуре.»**

Ян Минсюй уже успокоился. Он пристально посмотрел на брата и с искренностью в голосе произнёс: **»Брат, ты должен мне помочь.»**

Ян Минсюй язвительно ответил: **»Я помогаю не тебе, а твоему будущему потомству. Чтобы не оборвалась родовая линия.»**

**»Нашей семье достаточно и тебя. Мне всё равно, будут у меня дети или нет. Я не люблю женщин и не собираюсь жениться. Пусть родители смирятся с этим,»** — спокойно ответил Ян Минсюй.

**»Чушь собачья! Сколько тебе лет? Ты знаешь, чего хочешь сейчас, но знаешь ли, чего захочешь в тридцать четыре? А в сорок четыре? Пятьдесят четыре? Восемьдесят четыре? Люди, которые уже прожили эти годы, знают ответы. Ты не можешь остаться без детей. Молодость — время ошибок и заблуждений, и мы здесь, чтобы исправить тебя,»** — отрезал Ян Минсюй.

Ян Минсюй сохранял спокойствие: **»Брат, ты не веришь в мои чувства. Но я скажу тебе кое-что. Я ждал его, чтобы сказать тебе это лично. Ты недооцениваешь меня.»**

Ян Минсюй прищурился: **»Что ещё за дело?»**

Ян Минсюй указал на Чжоу Сяна: **»Это Чжоу Сян.»**

Ян Минсюй раздражённо выругался: **»Ерунда какая-то…»**

Чжоу Сян побледнел, пытаясь остановить Ян Минсюя, но было уже поздно.

Ян Минсюй на мгновение задумался, и внезапно понял, что в словах брата что-то не так.

Ян Минсюй продолжал с ледяным спокойствием: **»Это Чжоу Сян. Тот самый Чжоу Сян, о котором ты думал, что он мёртв.»**

Ян Минсюй широко раскрыл глаза и, стиснув зубы, прошипел: **»Ты… Ты понимаешь, что говоришь?! Или ты с ума сошёл от голода?!»**

Ян Минсюй дрожащим голосом продолжил: **»Брат, тебе, наверняка, интересно, что сказал мне мастер Цзикун. Ответ перед тобой — Чжоу Сян жив.»**

Ян Минсюй в шоке уставился на Чжоу Сяна. Он понимал, что его брат одержим этим человеком, и всё из-за Чжоу Сяна. Хотя он и говорил, что Ян Минсюй может изменить свои чувства, но в глубине души знал: его брат никогда не сможет забыть Чжоу Сяна. Однако он даже в страшном сне не мог представить себе столь невероятную вещь.

Этот человек явно не Чжоу Сян — он видел его фотографии… Нет, главное, что Чжоу Сян действительно мёртв!

Тогда кто этот человек, которого его брат называет «живым»?

**»Ты… Ты объясни мне толком, что ты несёшь?!»** — потребовал Ян Минсюй.

Чжоу Сян понял, что слова уже не вернуть, и смиренно опустил голову. Ладно, теперь этот секрет, который он собирался унести с собой в могилу, стал известен всем, кому нужно было знать. Его охватило глубокое чувство бессилия.

Янь Минсюй бросил взгляд на Чжоу Сяна и хриплым голосом произнёс:

— Брат, возможно, ты не веришь мне, но ты же поверишь своему учителю? Чжоу Сян действительно попал в беду. То тело, что нашли, действительно было его, но он очнулся в теле другого человека — человека с таким же именем и фамилией, который попал в несчастный случай в тот же день и в то же время. Тот, кого ты видишь перед собой, — это он.

Янь Минсюэ отступил на шаг, резко вдохнув холодный воздух, и неверяще уставился на Чжоу Сяна. Дрожащим голосом он спросил:

— Как ты можешь быть уверен? В мире столько совпадений… А если он обманывает тебя? Если он…

Янь Минсюэ не договорил. Он знал, что это невозможно. Если это правда, то это правда. Хотя Янь Минсюй и потерял голову от любви, он не настолько глуп, чтобы поверить в подобные нелепицы. К тому же, он смутно помнил, что его учитель тогда говорил какие-то туманные вещи и смотрел на Чжоу Сяна как-то странно. Теперь, вспоминая те слова, он понимал, что они имели скрытый смысл и могли быть связаны со всей этой историей.

Янь Минсюэ плюхнулся на диван. Для обычного человека даже просто услышать о таком — уже нечто невероятное, а тут ещё и увидеть своими глазами.

Он не мог не думать, что Янь Минсюй пытается его обмануть, ведь он однажды в гневе сам кричал своему никчёмному брату, что если тот Чжоу Сян воскреснет, то он благословит их союз. Возможно, Янь Минсюй просто придумал эту ложь, чтобы обойти его…

Но как же его учитель? Может быть, стоит спросить у него? Учитель никогда не обманет его.

Янь Минсюэ хотел было позвонить и спросить, но в глубине души он уже поверил. Он не думал, что Янь Минсюй станет обманывать его в таком деле. Фактически, несмотря на то, что он когда-то сказал Чжоу Сяну, что Янь Минсюй однажды забудет его так же, как забыл того Чжоу Сяна, за эти три года он собственными глазами видел, как Янь Минсюй шёл к нему. Он знал, что Янь Минсюй никогда не забывал Чжоу Сяна, и даже этот новый Чжоу Сян был найден из-за того старого. Янь Минсюй не мог быть обманут, и не стал бы обманывать его. Этот человек действительно был тем самым Чжоу Сяном.

При этой мысли Янь Минсюэ не мог даже поднять глаза на Чжоу Сяна. Всё это было слишком жутким и невероятным.

Янь Минсюй хрипло произнёс:

— Брат, ты поможешь мне? Ты же говорил, если Чжоу Сян действительно вернётся к жизни, ты согласишься на наш союз.

Лицо Янь Минсюэ исказилось от отвращения:

— Чёрт возьми, откуда мне знать, что он действительно вернётся.

Чжоу Сян серьёзно сказал:

— Об этом деле за пределами этой комнаты никому нельзя говорить, особенно моей матери. Если ты станешь шантажировать меня и она узнает, я буду бороться с тобой до конца.

Янь Минсюй холодно фыркнул: **«Ты слишком много смотришь дорам.»** Он быстро взял себя в руки, его голос снова стал ледяным и сдержанным. **«Мне нужно обдумать всё это. Эта новость… слишком неожиданная, я не могу сразу её осмыслить. Говорите, что хотели, но не слишком долго. Я буду ждать внизу.»** С этими словами Янь Минсюй резко распахнул дверь и вышел, оставив за собой тяжёлую тишину.

Как только дверь закрылась, Янь Минсю взял Чжоу Сяна за плечи и с силой прижал к стене, перекрыв его губы своим поцелуем. Их губы слились в горячем, страстном соприкосновении, наполненном знакомым, только ему присущим вкусом. Чжоу Сян раскрыл рот, позволяя влажному, настойчивому языку Янь Минсю проникнуть внутрь, исследуя каждый уголок, каждый влажный изгиб. Поцелуй Янь Минсю был полон отчаянной силы, будто он хотел поглотить его целиком, растворить в себе.

Янь Минсю делал всё, о чём мечтал последние дни: целовал, гладил Чжоу Сяна, стремясь через каждое прикосновение, через каждое интимное движение доказать, что этот человек принадлежит только ему. Никто не сможет его отнять.

Чжоу Сян крепко схватил его за плечи и медленно, но решительно оттолкнул. **«Хватит, — его голос дрожал, но был твёрд. — Я пришёл не для этого.»**

Ян Минсюй приподнял подбородок Чжоу Сяна, глядя на его бледное лицо, и внутри него зародилось тревожное предчувствие. «Что случилось? Мой брат доставил тебе неприятности?» Чжоу Сян отвернулся и покачал головой. Ему стало трудно дышать: хотя решение в его сердце уже было принято, он не мог произнести ни слова.

— Сян-гэ, что происходит? Не беспокойся о моих родителях, они в конце концов сдадутся. Верь мне, я сделаю так, чтобы мы были вместе открыто и честно.

Чжоу Сян указал на поднос:

— Съешь что-нибудь. Твоя мать приготовила для тебя.

— Не хочу.

Чжоу Сян нахмурился:

— Сколько дней ты не ел?

— Не знаю. Не волнуйся, у меня припрятано немного еды, не умру с голоду. Моя мать уже уговаривает отца.

Чжоу Сян усадил его и не удержался, погладив его исхудалое лицо. Ян Минсюй прищурился и улыбнулся:

— Сян-гэ, ты, кажется, переживаешь за меня.

— Сначала поешь.

Чжоу Сян поднял миску с кашей:

— Ешь.

Ян Минсюй нахмурился, но под настойчивым взглядом Чжоу Сяна съел кашу. Чжоу Сян не сводил с него глаз, пока тот не доел.

Было видно, что Ян Минсюй голодал несколько дней. Хотя он старался сдерживаться, ел он быстро, торопливо. Закончив, он вытер рот салфеткой и смущённо взглянул на Чжоу Сяна. Несмотря на истощение, в этом взгляде всё ещё таилась та неуловимая прелесть, от которой Чжоу Сян не мог отвести глаз.

Ян Минсюй взял руку Чжоу Сяна и нежно улыбнулся:

— Сян-гэ, я скучал по тебе эти полторы недели до смерти. Ты, наверное, звонил мне? У меня отобрали телефон и компьютер.

Чжоу Сян кивнул:

— Я ещё связывался с Цзян Вань.

— Цзян Вань точно ничего не сказал. Это ты связался с моим братом, или он с тобой?

— Он связался со мной.

— Что он тебе сказал?

— Думаю, ты и сам можешь догадаться.

— Да, мой брат понимает меня лучше, чем родители. Он обязательно поможет нам. Сян-гэ, не волнуйся. Мой отец упрям, но не устоит перед убеждениями мамы и брата. В следующем году я привезу тебя домой на Новый год.

Ян Минсюй улыбнулся, и его глаза сияли от счастья, как будто он уже видел перед собой ту самую картину, о которой мечтал.

Чжоу Сян закусил губу, опустил веки и молчал.

— Сян-гэ?

Не получив ожидаемого ответа, Ян Минсюй вдруг почувствовал тревогу:

— Сян-гэ, я дошёл до такого, а ты всё ещё не можешь мне доверять? У меня нет пути назад.

Чжоу Сян хрипло произнёс:

— Кто-то нашёл Чэнь Ин.

Ян Минсюй замер.

— Она всё знает о нас. Она велела вернуть тебе деньги и дом. Я пришёл сегодня, чтобы сказать тебе об этом…

— Нет! — резко сказал Ян Минсюй. — Что это значит?

Чжоу Сян поднял голову, и в его глазах не было никакого блеска, только пустота.

— Минсю, не знаю, кажется ли тебе странным, что я так переживаю за женщину, которая на самом деле мне не родная мать. Но я хочу относиться к ней как к родной. Ты не поймёшь, чего мне не хватало эти двадцать с лишним лет материнской любви и что это для меня значит. Сегодня, когда кто-то из твоей семьи просто поговорил с ней, она несколько дней не могла ни есть, ни спать. Если ты и дальше будешь так себя вести, я не знаю, на что ещё пойдут твои родные, чтобы защитить тебя. Но что бы ни случилось, я не смогу с этим смириться.

— Я защищу тебя. И её тоже защищу. Я не позволю…

— Минсю, — Чжоу Сян перебил его, — ты сейчас даже не можешь выйти за порог этого дома.

В глазах Янь Минсю появилась нестерпимая боль.

Чжоу Сян чувствовал, что его сердце разрывается на части. Губы механически шевелились, произнося слова, которые он давно приготовил:

— Давай закончим всё это, хорошо? Я больше не злюсь на тебя. Давай забудем всё, что было. На самом деле, у нас с тобой никогда не было судьбы. Иначе мы бы не мучились дважды за одну жизнь и всё равно не пришли бы ни к чему хорошему. С самого начала мы были из разных миров. Если бы ты сразу сказал, что ты из семьи Янь, у меня бы не хватило смелости даже приблизиться к тебе. Если мы продолжим так жить, это приведёт только к взаимному уничтожению. Давай закончим. Пусть всё закончится здесь.

Янь Минсю уставился на Чжоу Сяна красными от ярости глазами, не отводя взгляда. Он не сказал ни слова, только крепко сжал губы, почувствовав во рту вкус крови.

Всё было не так, как он представлял. Совсем не так. Почему, несмотря на все его усилия, Чжоу Сян до сих пор не может открыть ему своё сердце? Он сделал так много, неужели для Чжоу Сяна это ничего не значит? Он изо всех сил пытался заставить Чжоу Сяна поверить в его чувства. Он не верил, что Чжоу Сян не видит этого. Но почему… почему всё должно закончиться? По какому праву? То, чего хочет Янь Минсю, никогда не заканчивается просто так!

Чжоу Сян не знал, правильно ли он поступает, но ему казалось, что так будет лучше для всех. Янь Минсю заставил его усомниться, но он должен был придерживаться своего первоначального решения. Он не должен был поддаваться на провокации. Он несколько месяцев назад был куда более рациональным, чем сейчас.

Сердце Чжоу Сяна никогда ещё не было в таком хаосе. Он уже не мог сам оценить свои действия. Скорее, он не принимал решение, а просто избегал его. Но в глазах Янь Минсю это было лишь «подтверждением прежнего решения». Все его усилия за последние несколько месяцев не изменили ничего. Янь Минсю не мог принять эти слова, не мог принять решение Чжоу Сяна. Он боролся за их будущее, но Чжоу Сян не хотел идти с ним дальше. Это было такой насмешкой.

Чжоу Сян смотрел на Янь Минсю, на его красные глаза и искажённое болью лицо. Ему даже не нужно было, чтобы тот заговорил. Он не мог произнести ни слова больше. Он схватил себя за голову, которую разрывало от боли.

Янь Минсю не возбудился, а, напротив, удивительно спокойно спросил Чжоу Сяна:

— Сян-гэ, ты серьёзен?

Чжоу Сян не шелохнулся, лишь кивнул.

Глаза Янь Минсю покраснели, его ледяное выражение не выдавало эмоций:

— Я, наверное, уже четыре-пять дней ничего не ел. Только мой брат тайком приносил мне немного хлеба. Я поступил так не потому, что сошёл с ума, а потому, что ждал, когда у отца размягчится сердце. Он обязательно уступит — всё-таки я его сын. Я думал, что самый тяжёлый момент уже почти позади, но не ожидал, что самая сложная проблема по-прежнему связана с тобой.

Чжоу Сян дрожал всем телом.

— Хочешь знать, почему я влюбился в Ван Юйдуна? Мне тогда было всего шестнадцать. Я только-только понял, что девушки меня не привлекают, зато к парням испытываю странные чувства. Это пугало, но одновременно и возбуждало. Наконец-то я понял, почему, в отличие от сверстников, мне неинтересно держаться за руки с девушками. В том возрасте, когда все особенно любопытны к любви, я не был исключением. Поэтому я начал обращать внимание на мужчин. Однажды после школы я проходил мимо кинотеатра. На большом экране перед входом крутили фильм — дебютную работу Ван Юйдуна. Думаю, ты помнишь её лучше меня, ведь ты был его дублёром.

Чжоу Сян замер, медленно поднял голову.

Янь Минсю пустым взглядом смотрел на него:

— На экране снова и снова прокручивали самый культовый фрагмент фильма — момент, когда он, вынырнув из воды, обернулся. Я был сразу же очарован. Раньше я никогда не увлекался звёздами, но этот силуэт показался мне невероятно красивым. Он воплощал все мои эротические фантазии.

Чжоу Сян раскрыл рот, не веря своим ушам.

— Вот так всё и началось. Я стал следить за ним. Потом уехал за границу. Там всё было очень открыто, и какое-то время я даже позволял себе расслабиться. Честно говоря, я почти не вспоминал о нём. Но не ожидал, что однажды он станет парнем моей сестры. Ты понимаешь, когда ты видишь, что кусок торта совсем рядом, но не можешь до него дотянуться, этот торт начинает казаться невероятно вкусным. Потому что его вкус — только в твоём воображении.

Говоря это, по щекам Янь Минсю потекли слёзы.

— Когда я встретил тебя, мне ещё не исполнилось двадцати одного. Я даже не знал, что такое настоящие чувства. Я просто решил для себя, что прав, и продолжал верить в это. Мне казалось, что я люблю Ван Юйдуна, и должен любить его всегда. Поэтому я игнорировал тебя, совершал ошибки, но и расплачивался за них. Эти расплаты — то, о чём я не хочу вспоминать всю жизнь. Ирония судьбы в том, что когда-то я влюбился в Ван Юйдуна из-за того самого силуэта, но оказалось, что тот силуэт принадлежал не ему.

Чжоу Сян не заметил, как его взгляд затуманился, глаза защемило от острой боли, а по щекам покатились горячие слёзы.

Ян Минсюй, с трудом сдерживая рыдания, выдавила:

— Оказывается, это не он… Оказывается, это ты, Сян. Все это время я любила тебя, но поняла это слишком поздно, когда уже ничего нельзя исправить. Все мои ошибки обернулись против меня, Сян. Я действительно настолько непростительна?

Чжоу Сян открыл рот, но не смог произнести ни слова. Слезы, стекавшие в рот, были горькими до невозможности — горше, чем он мог себе представить. Сердце разрывалось на части, боль была настолько нестерпимой, что он просто не знал, что делать.

Кто так жестоко играет с ними? Кто распоряжается их судьбами? Кто?!..

—

Глава 106. Последнее обновление

Дверь внезапно распахнулась с такой силой, что дрогнули стены. На пороге стоял мужчина среднего роста, лет шестидесяти-семидесяти, но несмотря на возраст, он выглядел бодрым и энергичным, а его взгляд излучал естественную власть, не требующую подтверждения.

Чжоу Сяну он показался знакомым, но мозг, все еще затуманенный горем, реагировал медленно. Прошло несколько секунд, прежде чем он осознал: этот человек часто появлялся на экранах телевизоров — дед Ян Минсюй, влиятельная фигура в высших кругах власти, Ян Дэцзян.

Чжоу Сян даже не почувствовал волнения. Его лицо было мокрым от слез, но он не пытался их вытереть, просто замер, уставившись на вошедшего.

Мать Ян Минсюй, увидев, как ее дочь исхудала и заплакана, едва сдержала стон. Она поспешно вмешалась:

— Папа, вы только что пришли, сначала отдохните, с детьми мы разберемся сами.

Ян Дэцзян проигнорировал ее слова. Его взгляд медленно переместился с лица Чжоу Сяна на лицо Ян Минсюй. Когда он заговорил, его голос был медленным, но каждое слово звучало неумолимо:

— Плакать так — позор.

Ян Минсюй вытерла слезы и тихо произнесла:

— Дедушка…

— Сколько дней не ела? — Ян Дэцзян окинул комнату недовольным взглядом, нахмурив брови.

— Только что поела, — упрямо ответила Ян Минсюй, отвернувшись.

— Разве голод поможет решить проблемы? Эти твои уловки… — Ян Дэцзян фыркнул. — Твой отец тоже так поступал, когда не хотел идти в армию. Но я тогда быстро его перевоспитал.

Ян Минсюй молчала.

Чжоу Сян в этой напряженной обстановке едва мог дышать.

Янь Дэцзян бросил взгляд на Чжоу Сян и фыркнул: — Фу, молодые влюблённые, как будто весь мир рухнул! Не глупо ли? Лучше бы потратил это время и силы на что-то полезное.

В комнате и за её пределами воцарилась мёртвая тишина — никто не смел даже дышать. Янь Дэцзян обернулся к Чжоу Сян и спокойно произнёс:

— Молодой человек, можете уходить. Это наши семейные дела, посторонним тут не место.

От этих слов Чжоу Сян почувствовал себя так, будто земля ушла у него из-под ног. Механически поднявшись, он пошёл к двери, будто его тело потеряло всякую волю. Внезапно Янь Минсюй резко вскочил с дивана и преградил ему путь, вытирая слёзы и дрожащим голосом произнёс:

— Ты не смеешь уходить!

Янь Дэцзян повысил голос:

— Да ты с ума сошёл?!

Чжоу Сян попытался оттолкнуть его, но руки не слушались. Он не решался посмотреть в глаза Янь Минсюю — в них было столько боли, что это было невыносимо.

Янь Минси подошёл и отвёл брата в сторону:

— Отпусти его, так мы ничего не решим.

— Нет, брат, я не могу его отпустить! — Янь Минсюй всё ещё крепко держался за рукав Чжоу Сяна, не желая отпускать. — А если он уйдёт и не вернётся?

Янь Минси хлопнул его по лицу и, понизив голос, сказал:

— Отпусти, я что-нибудь придумаю. Отпусти же!

Все присутствующие замерли, наблюдая за этой сценой. Чжоу Сян стоял, опустив голову, его уши горели, а сам он казался замёрзшим, как баклажан после первых заморозков. Янь Минсюй же был одержим до безумия.

Янь Минси, не зная, что делать, прошептал что-то брату на ухо. Тот нахмурил брови, но в конце концов нехотя разжал руку.

Чжоу Сян дёрнул руку, будто обжёгшись, и бросился к двери. Позади раздался голос матери Янь Минсюя:

— Сынок, ты разобьёшь мне сердце…

Машина, ожидавшая его внизу, быстро увезла Чжоу Сяна. Слезы, которые он так старался сдержать, наконец хлынули потоком, неудержимо и беззвучно.

Он откинулся на сиденье, закрыл лицо руками, и слёзы продолжали литься, но он плакал без звука. В голове не переставая крутилась одна мысль: «Правильно ли я поступил? Правильно? А если нет, найдётся ли у меня смелость вернуться?»

Но ответа не было. Каждый раз, когда он представлял, как оставил Янь Минсюя одного и сбежал, сердце разрывалось от боли, будто его режут ножом.

Он даже не помнил, как добрался до дома. Удивлённый взгляд Чэн Ин не смог его отрезвить. Он сразу же прошёл в свою комнату и рухнул на кровать.

Снаружи раздался обеспокоенный голос Чэн Ин, но она не вошла. Чжоу Сян закрыл глаза и провалился в сон.

Он проспал так, будто мир вокруг исчез. Проснувшись, он увидел, что за окном царит непроглядная тьма. Голова раскалывалась от боли, а в висках стучало, будто кто-то бил молотком.

Он медленно сел, тупо уставившись в чёрное окно. За ним не было ничего, кроме пустоты.

— Сян-гэ, я всегда любил только тебя.

— Сян-гэ, разве я настолько непростительно виноват?

— Сян-гэ…

В голове Чжоу Сяна снова и снова звучал голос Янь Минсю, перед глазами стояло его лицо. Чжоу Сян чувствовал, будто на него навели порчу. У него пересохло во рту, и он вышел из комнаты, направляясь на кухню за стаканом воды. Но едва он открыл дверь, как заметил, что свет в гостиной горит, а Чэнь Ин сидит на диване, что-то просматривая. Услышав шум, Чэнь Ин обернулась и печально взглянула на него.

Чжоу Сян бросил взгляд на часы на стене — уже больше двух часов ночи. Он с трудом собрал остатки сил, но голос его оставался безжизненным:

— Ма, почему ты ещё не спишь?

— Сяо Сян, подойди сюда, — позвала Чэнь Ин.

Чжоу Сян сел рядом с ней. Он думал, что она обязательно спросит, что с ним сегодня случилось. Его глаза были так опухли, что ему было больно даже смотреть, и Чэнь Ин не могла этого не заметить.

Но вместо этого она указала на альбом перед собой:

— Это твоя фотография, когда тебе было шесть лет. Тогда твой отец ещё был с нами.

Чжоу Сян непонимающе посмотрел на неё.

— Если бы твой отец не умер, мне не пришлось бы так тяжело, и тебе не пришлось бы так мучиться, — Чэнь Ин всхлипнула. — Сяо Сян, иногда мне кажется, что лучше бы я умерла раньше, тогда не причиняла бы тебе столько хлопот.

— Ма, как ты можешь так говорить? — воскликнул Чжоу Сян.

Чэнь Ин пристально посмотрела на него:

— Сяо Сян, тогда я сказала слишком суровые слова, не принимай их близко к сердцу.

— Я не буду.

— На самом деле, ты ведь любишь его? Скажи мне правду, ты любишь его?

Чжоу Сян молча опустил голову.

— Ты любишь его, но его семья сможет принять тебя?

На этот вопрос у Чжоу Сяна уже был точный ответ. Он покачал головой.

— Ты и сам это знаешь. Поэтому, сынок, не делай глупостей, не ввязывайся в это с головой, иначе будет слишком страшно.

Чжоу Сян медленно закрыл глаза.

Новогодние каникулы длились семь дней, и они тянулись невыносимо долго. Чжоу Сян ни разу не вышел из дома, каждый день проводил в оцепенении. Цай Вэй и Лань Сижун звонили и звали его куда-нибудь, но он находил отговорки. Телефон лежал рядом, и он знал, чьего звонка ждёт, но не был уверен, действительно ли хочет его услышать.

Тревога уже почти сводила его с ума.

На третий день Чэнь Ин не выдержала и протянула ему зеркало, чтобы он посмотрел на себя.

Чжоу Сян мельком взглянул. Ему показалось, что он выглядит нормально — парень от природы красив, и даже в таком упадке в нём оставалась какая-то прелесть. Он попытался усмехнуться, но улыбка вышла кривой, хуже слёз.

Чэнь Ин погладила его по волосам:

— Какой же ты глупый. Если это тот, кого ты любишь, я готова поддержать тебя. Но больше всего на свете я боюсь видеть тебя несчастным, боюсь, что тебе причинят боль.

Чжоу Сян взял её руку и нежно похлопал по спине:

— Ма, не волнуйся. Кто в жизни не переживает разбитое сердце? Дай мне немного времени, и всё пройдёт. Не воспринимай это так серьёзно.

Он и сам не понимал, кого пытается утешить — Чэнь Ин или себя. Только он знал, что в этой жизни уже никогда не сможет полюбить кого-то так, как любил Янь Минсю. Ведь ради этой любви он отдал всё, что у него было, — жизнь, разум, силы. Кто ещё смог бы заставить его пойти на такое?

Чэнь Ин только покачала головой и вздохнула, не зная, что сказать.

Чжоу Сян не дождался никакого звонка, но зато дождался человека — Янь Минси.

Янь Минси нажал на кнопку звонка у двери его дома. Когда Чжоу Сян открыл дверь, его сердце заколотилось, как бурное море, готовое поглотить его с головой.

— Чжоу Сян, кто там? — спросила Чэнь Ин, выходя из внутренней комнаты. Увидев гостя, она на мгновение застыла.

Янь Минси был очень похож на Янь Минсю, но отличался возрастом и взглядом — в нём не было той глубины, той пронзительности, что была у брата.

Чэнь Ин сразу всё поняла:

— Чжоу Сян, впусти человека, чего ты стоишь в дверях?

Чжоу Сян очнулся от оцепенения:

— Прошу… прошу проходить.

Он пропустил Янь Минси внутрь.

Тот, войдя, окинул взглядом скромную съёмную квартирку. Его эмоции были скрыты так глубоко, что невозможно было угадать, о чём он думает.

Чжоу Сян указал на свою комнату:

— Давайте поговорим там.

»Нет, сначала я хочу сказать кое-что твоей матери,»** — Ян Минсюй перенёс взгляд на Чэнь Ин. Он улыбнулся: **»Тётя, здравствуйте.»**

Чэнь Ин растерянно посмотрела на Чжоу Сян. В её глазах сыновья семьи Ян были людьми из высшего общества, недосягаемыми для обычных смертных, и она, простая женщина, не могла не волноваться в их присутствии. **»Ах, ты… здравствуй. Ты, наверное, старший брат мистера Яна? Вы так похожи,»** — пролепетала она.

Ян Минсюй кивнул: **»Тётя, вы часто видели Минсюя?»**

**»Видела… несколько раз. Он хороший мальчик, даже помогал мне готовить,»** — Чэнь Ин указала на диван. **»Садись, я принесу тебе воды.»**

**»Тётя, не беспокойтесь, присаживайтесь. Мне нужно кое-что вам сказать,»** — Ян Минсюй остановил её.

Чэнь Ин снова посмотрела на Чжоу Сяна. Тот взял её за руку и усадил рядом. Он с трудом сдерживал желание спросить о Ян Минсюе, но решил сначала выслушать, зачем пришёл Ян Минсюй.

Когда Ян Минсюй уселся, он с искренним выражением лица посмотрел на Чэнь Ин: **»Тётя, я пришёл специально, чтобы извиниться перед вами.»**

Чэнь Ин широко раскрыла глаза.

**»Тот солдат, который приходил к вам, был одним из помощников моего отца. Это моя мать послала его. Она поступила неправильно, но вы тоже мать, и я верю, что вы хотя бы отчасти можете её понять. Надеюсь, вы не будете на неё в обиде.»**

Чэнь Ин открыла рот, но не знала, что сказать, и только махнула рукой: **»Да ничего…»**

**»То, что сказал тот солдат, не соответствует действительности. Хотя Чжоу Сян действительно брал деньги у моего брата, но делал это ради вашего лечения. Между ними есть чувства, это не просто денежная сделка, как он сказал. Вы же видите, разве между ними всё так ужасно, как он описал?»**

Дыхание Чэнь Ин участилось, она с болью взглянула на Чжоу Сяна. На самом деле она понимала, что между молодыми людьми есть чувства. Она не могла сказать, насколько Ян Минсюй привязан к Чжоу Сяну, но видела, как её сын последние дни ходит как потерянный, и знала, почему.

Чжоу Сян всё это время молча смотрел на Ян Минсюя, не понимая, что тот замышляет и зачем пришёл говорить всё это Чэнь Ин.

Чэнь Ин смущённо опустила голову: **»Мистер Ян, я понимаю, о чём вы. Тогда я была слишком импульсивна, я никогда не сталкивалась с такими ситуациями… Но зачем вы всё это говорите?»**

Чжоу Сян хотел задать тот же вопрос.

Ян Минсюй слегка улыбнулся: **»Теперь мне нужно поговорить с Чжоу Сяном наедине.»**

Чэнь Ин вздохнула: **»Идите в комнату, Сян. Решай сам, это твоё дело. Я уже старая, иногда слишком запутываюсь, не бери в голову.»**

Чжоу Сян наклонился, чтобы успокоить её, а затем провёл Ян Минсюя в свою комнату.

Закрыв дверь, он указал на кровать: **»Комната маленькая, садись на кровать.»**

Ян Минсюй не сел, а взял со стола заколку для галстука и начал её вертеть в руках.

Тот вечер, когда Янь Минсю оставил вещь в доме Чжоу Сяна, тот так и не вернул её обратно, и она всё это время пролежала на его столе.

— Это, наверное, вещь Минсю? — спросил Чжоу Сян.

— Да, — подтвердил собеседник.

— В тот вечер, перед тем как он пришёл к тебе, мы встречались. Он попросил меня помочь найти лучшего специалиста по заболеваниям почек.

Чжоу Сян вспомнил тот день, когда Янь Минсю без разрешения забрал Чэнь Ин, и они расстались в ссоре. Тем же вечером Янь Минсю прибежал к нему домой. Это была, пожалуй, самая тёплая ночь, которую они провели вместе после его «возрождения»: без ненависти, сарказма и взаимных уколов. Они владели друг другом так, как это было в юности — первобытно, черпая тепло из тел друг друга.

Если бы время остановилось в тот миг…

Янь Минсю продолжил:

— Он действительно сильно привязан к тебе. Тогда я ещё не знал, что ты и есть тот самый Чжоу Сян. Мне казалось, что он просто смешон: ты всего лишь замена, а он пытается найти в тебе то, что потерял. Разве это возможно? Но я ничего не мог поделать, только наблюдать, как мой брат разрушает себя из-за этих чувств. Для окружающих он был успешным человеком, достойным представителем семьи Янь, но я-то знал: его сердце превратилось в пустыню. Рано или поздно его душа тоже станет безжизненной, как песок.

Чжоу Сян не мог представить, что такой холодный и строгий человек, как Янь Минсю, способен на такие проникновенные слова. И каждое из них больно отзывалось в его сердце.

— Во многом я мог ему помочь — например, найти нужные связи. Но я не мог заставить его забыть тебя и вернуться к нормальной жизни. Когда я просил тебя держаться от него подальше, то знал, кем он тебя считает. Это было бессмысленно: замена и есть замена. Рано или поздно он бы опомнился и пожалел о своих глупостях. Я не хотел, чтобы он опозорился перед семьёй. Но я не ожидал, что ты и есть тот самый Чжоу Сян.

Янь Минсю глубоко вздохнул, полный безысходности:

— Минсю никогда не менял своих чувств. Он всегда думал только о тебе. Я не знаю, как ещё его остановить. Он доказал мне, что за эти три года ни на миг не забывал тебя. Даже когда ты пропал без вести, он не сдавался. А теперь, когда ты жив и перед ним, он не отступит, даже если это убьёт его.

Руки Чжоу Сяна дрожали, он сжал одну руку другой.

Все это время он думал лишь о своей боли, своих потерях. Он никогда не пытался понять, через что прошёл Янь Минсю, потому что не хотел видеть. Он хотел убежать, спрятаться подальше от Янь Минсю, и поэтому отказывался смотреть, думать, чувствовать.

А если бы всё было наоборот? Если бы Янь Минсю три года пропал без вести, в каком состоянии был бы он? Одна только мысль об этом накрыла Чжоу Сяна волной паники и отчаяния.

Кто из них страдает сильнее — это не соревнование, но если бы можно было сравнить, как бы они определили, кто победил, а кто проиграл? Чжоу Сян прикрыл глаза ладонью, в полумраке комнаты свет казался тусклым, но резал глаза, заставляя слёзы наворачиваться на веки.

— Ты даже не представляешь, каким был мой брат в те дни, когда с тобой случилась беда, — голос Зоу Сяна дрогнул. — Если говорить откровенно, когда ты ушёл, он сам стал как мертвец. Я помню, как я срочно вернулся в Пекин из другого города специально ради него. Как только он увидел меня, он обнял меня и заплакал. Он говорил, что сожалеет, что понял, как сильно любит тебя, только когда ты умер. Он даже не успел сказать тебе об этом. Мой брат никогда не плакал с детства, потому что отец нам не позволял, но я никогда не видел его настолько разбитым.

Сердце Чжоу Сяна сжалось, глаза жгло, и он изо всех сил сдерживал слёзы.

Дянь Минсюй опустил веки, его голос стал тише:

— В те дни всё было так хаотично. Целых три-четыре месяца я вынужден был метаться между двумя городами, совмещая работу, заботу о нём и скрывая всё от родителей. На самом деле, мои родители что-то подозревали, но не знали, насколько всё серьёзно. Потом я пригласил своего учителя, чтобы он поговорил с Минсюем, надеясь, что это поможет. Но после одного разговора он действительно стал лучше, только погрузился в состояние, которое меня ещё больше напугало. Он начал настаивать, что ты не умер. Говорил, что ты, должно быть, слишком разочаровался в нём, поэтому ушёл. Он решил стать звездой, чтобы все его заметили, и однажды, когда ты увидишь его, возможно, простишь и вернёшься.

Чжоу Сян резко вдохнул, его пальцы стали влажными от слёз, а дыхание сбилось.

— Да, вы связаны на всю жизнь этой роковой судьбой, — прошептал он. — Нет, для меня это судьба на две жизни, запутанная и неразрывная, приносящая нам обоим невыносимые муки, и до сих пор нет никакого просветления, неизвестно, наступит ли когда-нибудь тот день, когда боль уйдёт, а радость придёт.

Чжоу Сян никогда не делал ничего дурного, почему же судьба так жестока к нему?

— Тогда я действительно говорил, что если ты, Чжоу Сян, останешься жив, я не стану препятствовать вам, — сказал Дянь Минсюй, положив заколку для галстука на стол с лёгким стуком, чистым и мелодичным. — Я видел, как сильно он готов бороться за тебя. Я не смогу ему помешать. Но я не думал, что ты действительно выживешь.

— Вчера вечером я разговаривал со своим учителем, и он преподал мне урок, — продолжил Дянь Минсюй. — Чжоу Сян, твоя связь с Минсюем неразрывна. Даже если ты умрёшь, Яньванди будет отправлять тебя обратно из мира мёртвых, и ты снова окажешься связан с Минсюем. Ты действительно думаешь, что сможешь убежать? Вы давно уже связаны вместе.

Чжоу Сян сжал волосы в кулаках, его голос сорвался на хрип:

— Я не знаю… я не знаю…

Чу Сян поднял лицо, и было трудно поверить, что этот мужчина почти двух метров роста может выглядеть настолько растерянным. Он с силой провёл ладонью по лицу и дрожащим голосом произнёс:

— Я хочу задать тебе один вопрос.

— Задавай, — ответил Янь Минсюй, слегка постукивая пальцем по столу.

— Если бы ты был на моём месте, что бы ты сделал?

Янь Минсюй прищурился, его пальцы отбивали нетерпеливый ритм по деревянной поверхности стола:

— Я бы разорвал все связи с этим человеком. С любой точки зрения, это неперспективное предприятие, риски слишком высоки и превышают мои возможности их переносить. Мир огромен, полон возможностей, и деньги стоит тратить на то, что действительно важно. — Он бросил на Чу Сяна быстрый, оценивающий взгляд. — Но этот ответ не для тебя. Потому что я бы смог, а ты — нет. Ты любишь моего брата. Чем сильнее ненависть, тем сильнее любовь. Даже если между вами проклятая связь, ты не сможешь сбежать, и он не позволит тебе этого сделать.

Чу Сян издавал звуки, больше похожие на рыдания, чем на смех. Его красные, воспалённые глаза уставились на Янь Минсюя:

— Янь-чжэн, ты и вправду чиновник до мозга костей. Каждое твоё слово бьёт прямо в сердце.

Янь Минсюй усмехнулся:

— Если бы тебе было всё равно, мои слова не задели бы тебя.

Чу Сян резко тряхнул головой, хрипло произнёс:

— Отведи меня к нему.

Янь Минсюй равнодушно бросил взгляд на окно и тихо сказал:

— Он внизу.

Чу Сян неуверенно переспросил:

— Внизу?

— Да.

— Он может выйти? — Чу Сян напрягся. Мысль о том, что Янь Минсюй ждёт его внизу, заставила его почувствовать, что спуститься по лестнице — это целая проблема.

Как ему встретиться с ним?

— Мой дед отпустил его, — продолжил Янь Минсюй с лёгкой улыбкой. — Он сказал, что двое молодых людей должны дать волю своим чувствам, рано или поздно всё наладится. Он вообще не верит, что вы сможете быть вместе надолго. В конце концов, Минсюю всего двадцать четыре, и все его ровесники уже сменили не одну дюжину партнёров.

Мой дед невероятно занят, у него нет времени следить за этими семейными мелочами. Он просто посчитал, что держать Минсюя взаперти — это неправильно, вот и вмешался. Я тоже убедил отца, и теперь он временно свободен. — Янь Минсюй слегка усмехнулся. — Однако в будущем вас ждёт ещё много трудностей. Будьте к этому готовы. Надеюсь, вы не станете меня беспокоить по каждому поводу.

Чу Сян горько усмехнулся, не зная, что ответить.

Слова Янь Минсюя были точными и безупречными, но Чу Сян уже запутался в них. Или, возможно, неважно, что именно сказал Янь Минсюй. Важно лишь то, что Янь Минсюй находится внизу.

Он отвергал Янь Минсюя много раз, но тот никогда не сдавался. И теперь Чу Сян был на пределе. Он слишком долго боролся между желанием двигаться вперёд и отступать. Если он не примет решение сейчас, первым рухнет он сам.

Что касается Чжоу Сяна, он решил спуститься вниз сейчас же. Они слишком долго мучили друг друга, и Чжоу Сян чувствовал себя истощённым. Эти отношения изменили его почти до неузнаваемости — не только внешне, но и внутренне, его душевное состояние теперь сильно отличалось от прежнего. Он хотел вернуться к тому, кем был раньше, и если для этого нужно было вернуться на старую дорогу, он был готов рискнуть.

В конце концов, отказаться от Янь Минсюя сейчас… это было выше его сил. Чжоу Сян поднялся, взглянул на своё отражение в стекле книжного шкафа — бледное, измученное лицо смотрело на него расплывчато. Он достал салфетку и вытер лицо, пытаясь придать себе более нормальный вид. Ему не хотелось пугать Чэнь Ин. ****

— Я пошёл, — сказал он.

— Подожди, есть ещё кое-что, что я должен тебе сказать.

— Что?

— Если ты когда-нибудь действительно станешь членом нашей семьи, не вздумай ничего замышлять против моей матери. Это всё из-за того, что Ван Юйдун нашептал ей на ухо всякие гадости, вот она и послала солдат отца за мной следить.

Чжоу Сян сжал кулаки.

— Неудивительно. Мы с этим Ваном — заклятые враги.

— В последнее время этот тип ведёт себя очень подозрительно, но, учитывая, что моя сестра беременна, трогать его неудобно… — Ян Минсюй усмехнулся. — Но всё же нужно преподать ему урок, чтобы он понял: в дела нашей семьи ему совать нос не положено.

Чжоу Сян уже не думал о Ван Юйдуне. Ему было всё равно, жив тот или мёртв. Несмотря на то, что Ван Юйдун сыграл важную роль в его жизни, он был лишь испытанием, посланным судьбой. От одной мысли о нём у Чжоу Сяна начинала болеть голова, и он предпочёл не думать об этом.

Он распахнул дверь и вышел. Чэнь Ин стояла в гостиной, словно колеблясь, стучать или нет. Увидев его, она вздрогнула.

Чжоу Сян посмотрел на неё:

— Мама, Ян Минсюй внизу.

Чэнь Ин приоткрыла рот, машинально приложив руку к груди, и вздохнула:

— Тогда иди. На улице так холодно, не замёрзни.

Чжоу Сян на мгновение замер, а затем стремительно распахнул дверь и бросился вниз по лестнице.

Чэнь Ин тяжело вздохнула, её брови сдвинулись, а в глазах застыло такое беспокойство, что оно, казалось, никогда не растает.

На улице шёл снег.

Чжоу Сян был одет лишь в тонкий шерстяной свитер, но холода не чувствовал. Увидев Ян Минсюя, прислонившегося к машине, на плечах которого уже лежал слой снега, его разум словно отключился.

Ян Минсюй поднял голову и, увидев Чжоу Сяна, заметно замер:

— Сян… Сян-гэ.

— Почему ты не сидишь в машине? — тихо спросил Чжоу Сян.

— Я хотел быть поближе к тебе, — искренне ответил Ян Минсюй, как будто в этом не было ничего необычного.

Чжоу Сян шмыгнул носом, и в глазах у него защемило.

— Почему ты так легко одет? — Ян Минсюй начал расстёгивать пуговицы на своём пальто, собираясь его снять.

— Не надо… — Чжоу Сян протянул руку, чтобы остановить его, и неосознанно опустил голову, будто не в силах вынести какого-то груза. Дрожащим голосом он произнёс: — Ян Минсюй, ты скажи мне, ты умный или глупый? Говоришь, что любишь меня, почему не понял этого раньше?

У Ян Минсюя защёлкало в носу:

— Я был таким глупцом.

— Ещё бы, — Чжоу Сян закрыл лицо руками. — Если бы ты понял это раньше, сколько боли мы могли бы избежать. Ты настоящий кретин, Ян Минсюй. И после всего этого ты даже не даёшь мне покоя. Ты хоть представляешь, что я переживаю каждый день…

Подул ледяной ветер, и Чжоу Сян вздрогнул. Снег под ногами скрипел, когда его крепко обняли тёплые руки. Ян Минсюй накрыл его своим пальто, и срывающийся на плач голос прошептал ему на ухо:

— Сян-гэ, Сян-гэ… Давай начнём всё сначала, забудем всё, что было раньше. Давай начнём с чистого листа.

Чжоу Сян тоже особенно хотел начать всё с чистого листа. Их встреча нельзя было назвать прекрасной, но она навсегда врезалась в его память, и теперь, при воспоминании о тех картинах, его сердце начинало биться чаще.

Чжоу Сян хриплым голосом спросил:

— Минсю, сможем ли мы быть вместе надолго?

— Сможем, Сян-гэ. Ты будто прожил две жизни, но обе они привели тебя ко мне. Это твоя судьба и моя судьба. Мы обязательно будем вместе надолго, — ответил Ян Минсю.

Чжоу Сян, сдерживая рыдания, произнёс:

— Ты прав. Иначе как объяснить, что мир так велик, а я, проснувшись однажды, столкнулся с Цай Вэем, а в первый день на новой работе — с тобой? Эта судьба, она хороша или плоха? Хороша или плоха? — К концу фразы его голос уже сорвался и дрожал.

Пережив смерть, он стал осторожничать во всём, взвешивать каждый шаг, думать, как обеспечить свою безопасность, как стабильно построить свою жизнь, чтобы не попасть снова в те ловушки, что преследовали его в прошлой жизни. Но он забыл спросить своё сердце, чего оно на самом деле хочет. Если отбросить все сомнения, он не мог обмануть себя: он всегда, всегда хотел, чтобы у него и Ян Минсю был шанс. Это было его самым сильным желанием в прошлой жизни, и оно не изменилось до сих пор, потому что никогда не сбывалось. Это была его самая большая нереализованная мечта, самый горький урок прошлого.

Ян Минсю крепко обнимал его, и Чжоу Сян чувствовал, как горячие слёзы пропитывают его одежду, обжигая плечо. Он больше не мог сдерживаться и протянул руки, чтобы обнять Ян Минсю. Он помнил это ощущение — обнимать Ян Минсю, и оно, как и прежде, заставляло его сердце трепетать, волноваться, и он не хотел отпускать его.

— Ян Минсю, я ставлю на этот раз. Если снова проиграю, то… тогда это моя судьба, и я смирюсь с ней, — сказал Чжоу Сян.

Сердце Ян Минсю внезапно наполнилось бесчисленными эмоциями: радость, печаль, безысходность, гнев, счастье, паника — всё смешалось в один клубок. Эти чувства разрастались, изменялись, будто вот-вот взорвутся. Ему казалось, что он стоит на облаке: ещё один шаг вперёд — и он либо останется в мягком раю, либо рухнет в бездонную бездну. Он крепко, очень крепко обнимал Чжоу Сяна, боясь, что, если отпустит, всё это окажется лишь миражом.

Он ждал этого дня больше трёх лет. Было время, когда он думал, что этого никогда не произойдёт. Он тонул в отчаянии, но продолжал цепляться за последнюю надежду. Никто не знает, как это — безумно скучать по человеку, не зная, жив он или мёртв, где он находится. Он не мог представить, как бы жил дальше, если бы Чжоу Сян не вернулся.

К счастью, к счастью, он снова мог обнять этого человека. Они ещё молоды, и у него было достаточно времени, чтобы залечить раны Чжоу Сяна, восстановить доверие и чувства, вернуться к тому, что у них было раньше.

Он никогда не отпустит его. Никогда.

Одежда Чжоу Сян совершенно не подходила для снежной погоды, и вскоре он замерз до дрожи, губы его посинели. Янь Минсю втянул его в машину, голос звучал сильно гнусаво: **»Как ты мог так легко одеться в такую погоду?»** Чжоу Сян не решался признаться, что слишком торопился, поэтому только отмахнулся: **»Говорят, когда идёт снег, не холодно.»**

— **Чушь какая!** — Янь Минсю включил отопление на полную мощность. Его онемевшие от холода пальцы скользили по лицу Чжоу Сяна, и вдруг его лицо исказилось в странной гримасе — одновременно смешной и трогательной. Даже с таким нелепым выражением лица он всё равно выглядел невероятно привлекательно.

Чжоу Сян смущённо отвернулся.

Но Янь Минсю ухватился за его подбородок и притянул к себе, прижимая холодные губы к его губам в нежном поцелуе. Чжоу Сян застыл, глядя на трепещущие ресницы Янь Минсю, которые казались невероятно соблазнительными в такой близости.

Янь Минсю моргнул и прошептал: **»Я останусь здесь на ночь.»**

Чжоу Сян чувствовал себя неловко: **»Нет, лучше возвращайся со своим братом.»**

— **Ты переедешь ко мне?** — Янь Минсю смотрел на него с надеждой в глазах.

Чжоу Сян кивнул, затем покачал головой: **»Нет, мне нужно заботиться о маме.»**

— **Мы можем жить вместе. Переедем в квартиру у Третьего кольца, и я буду помогать тебе заботиться о ней,** — предложил Янь Минсю.

Чжоу Сян задумался, затем покачал головой: **»Не стоит, моя мама не любит причинять неудобства другим.»**

— **Но я хочу жить с тобой,** — Янь Минсю слегка нахмурился.

В голове Чжоу Сяна царил хаос: **»Давай обсудим это позже…»**

Янь Минсю снова прижал Чжоу Сяна к дверце машины, выражая своё недовольство долгим, страстным поцелуем.

**Бум! Бум!**

Неожиданный стук над головой заставил обоих вздрогнуть. Чжоу Сян резко выпрямился и стукнулся головой об окно, от чего у него в глазах посыпались искры.

Янь Минсю притянул его к себе и нежно улыбнулся: **»Так сильно напугался?»** Он стёр с окна заиндевевший конденсат и увидел Янь Минсю, стоящего снаружи и смотрящего на них с безнадёжностью.

Чжоу Сян оттолкнул его и вышел из машины: **»Я пойду первым.»**

Чжоу Сян не был застенчивым человеком, но сейчас он чувствовал себя неловко. Он не знал, как теперь относиться к Янь Минсю. Ему нужно было разобраться в своих мыслях, понять, как выстроить отношения между Чэн Ин и Янь Минсю, как объяснить всё Цай Вэю и другим, и как совместить это с работой. Всё это вызывало у него головную боль.

Янь Минсю не сводил глаз с удаляющейся фигуры Чжоу Сяна, пока тот не скрылся в подъезде.

Янь Минсю вздохнул, глядя на своего непутёвого брата: **»Теперь ты доволен?»**

Янь Минсю улыбнулся, но в этой улыбке была странная грусть: **»Он действительно ещё испытывает ко мне чувства.»**

— **Так почему ты сам с ним не поговоришь?** — спросил брат.

Он сопротивлялся мне, особенно тому, чтобы снова идти по старому пути. Представь: ты идёшь по дороге, а на её конце — пропасть. Кто захочет пройти её второй раз? — Ян Минсюй поднял глаза на освещённое окно комнаты Чжоу Сян, его взгляд был сосредоточенным и полным решимости. — Но я хочу, чтобы он шёл со мной до конца, вместе, неважно, что нас ждёт впереди.

— А как ты думаешь, сколько ещё ты сможешь скрывать то, что обещал деду и родителям? — в голосе Ян Минси звучала серьёзность.

Глаза Ян Минсюя потускнели, а за его спокойным выражением лица скрывалась невыразимая боль. — Я не знаю… Но если я сейчас не удержу его, он уйдёт в тот момент, когда я буду совершенно бессилен. Если я сегодня не приду сюда, завтра он снова начнёт колебаться. Брат, он потерял родителей в восемь лет — он нуждается в безопасности больше, чем кто-либо другой. Если я не смогу дать ему эту уверенность, он выберет самый «разумный» способ защитить себя. А его «разумность» — это то, с чем я никогда не смогу смириться.

— Твои решения — твоё дело, — сказал Ян Минси, — но помни: когда твоя ложь раскроется, посмотрим, как ты будешь выпутываться.

Янь Минсюй прищурился, не отвечая. Он уже не задумывался о последствиях — сейчас ничего не могло быть хуже, чем если бы Чжоу Сян сразу же ушёл от него. Он хотел удержать Чжоу Сяна, привязать его к себе так, чтобы, что бы ни случилось в будущем, тот уже не смог покинуть его.

Когда Чжоу Сян поднялся на верхний этаж, он думал, что Чэнь Ин скажет ему что-то, но та лишь посоветовала лечь спать пораньше. Вернувшись в свою комнату, Чжоу Сян тяжко рухнул на кровать. Его сердце всё ещё бешено колотилось — из-за того, что только что произошло, из-за прошлого, из-за Янь Минсюя.

Чжоу Сян спрашивал себя: стоит ли идти вперёд, даже не зная, что ждёт впереди, в этой неясности и неопределённости? Уголки его губ дрогнули, и на лице появилась немного неуверенная, скованная улыбка. Но если это будет вместе с Янь Минсюем, то, возможно, даже такая неопределённость стоит того, чтобы попробовать.

Думая о прошлом, Чжоу Сян незаметно для себя уснул.

Посреди ночи его телефон зазвонил. Он потянулся за ним, прищурился, глядя на экран, и снова увидел вызов от Янь Минсюя. Почти рефлекторно он вскочил с кровати, отдернул занавеску и выглянул в окно. Внизу действительно стояла машина Янь Минсюя, а сам он выглядывал из неё, махая Чжоу Сяну рукой.

Чжоу Сян нажал на кнопку ответа:

— Ты опять что-то вытворяешь?

Голос Янь Минсюя прозвучал обиженно:

— Я же сказал, что хочу спать с тобой, а ты не захотел.

— Я уже сказал, что не хочу, почему ты не уходишь?

— Я ещё сказал, что хочу быть ближе к тебе.

— Ладно, я и так понимаю, зачем ты звонишь среди ночи.

— Тогда я могу подняться?

Чжоу Сян колебался пару секунд, затем вздохнул:

— Поднимайся.

Он тихо открыл дверь и впустил Янь Минсюя. Комната Чжоу Сяна была маленькой, быстро нагревалась, и здесь было даже жарче, чем в машине. Янь Минсюй, едва переступив порог, скинул свитер, оставшись в одной майке.

Чжоу Сян прищурился, наблюдая за ним.

Янь Минсюй потянул его на кровать:

— Я знаю, что у тебя нет настроения, мы просто будем спать, только спать.

Чжоу Сян внутренне облегчённо вздохнул и снова лёг.

Янь Минсюй снял штаны, забрался под одеяло к Чжоу Сяну и крепко обнял его. В комнате было так тихо, что слышно было только их дыхание.

— Минсюй.

— Мм?

— Ты помнишь, как мы встретились в первый раз?

Янь Минсюй замолчал. Конечно, он помнил. В первый раз он принял Чжоу Сяна со спины за Ван Юйдуна. Это было незначительное событие, но из-за всего, что произошло потом, оно стало запретной темой между ними.

— Ты не отвечаешь? Или забыл, как ты принял меня за него, обнял, когда дублировал Ван Юйдуна в сцене драки?

Янь Минсюй хмуро пробормотал:

— Помню.

У Ян Минсю был момент, когда он воспринимал Чжоу Сяна как замену Ван Юйдуну, и это стало не только болезненным узлом в душе Чжоу Сяна на всю жизнь, но и причиной того, что Ян Минсю каждый раз, вспоминая об этом, испытывал невыносимое чувство стыда. Однако Чжоу Сян думал, что если он теперь может говорить об этом так спокойно, то, возможно, когда-нибудь сможет полностью отпустить это прошлое.

— Ты знаешь, о чём я думаю, когда вижу тебя? — спросил Чжоу Сян.

— О чём? — отозвался Ян Минсю.

— Я думаю, что не пожалел бы ничего, лишь бы провести с тобой одну ночь, — признался Чжоу Сян.

Ян Минсю тихо рассмеялся:

— Правда?

— Правда.

— А сейчас?

Чжоу Сян замолчал на несколько мгновений, затем сказал:

— Сейчас одной ночи уже недостаточно.

Но всё изменилось.

Ян Минсю не произнёс ни слова, лишь крепче прижал его к себе.

Чжоу Сян тихо рассмеялся и вздохнул:

— Если бы можно было вернуться в прошлое, это было бы просто замечательно.

Ян Минсю ушёл ещё до рассвета. Ведь если его снова увидит Чэнь Ин, это будет неловко. Однако в девять утра он вернулся и сказал, что хочет отвести Чэнь Ин к врачу.

Чжоу Сян вспомнил, что Ян Минсю обещал найти хорошего специалиста по заболеваниям почек. Поскольку это касалось лечения, лучше не откладывать, и Чжоу Сян уговорил Чэнь Ин выйти из дома.

Чэнь Ин колебалась, её волновали финансовые вопросы. Ян Минсю понял её опасения и мягко убедил:

— Тётя, мы с Сяном всегда были как одна семья, его проблемы — мои проблемы. Ваше упрямство лишь причиняет ему боль и мучает вас саму.

Чжоу Сяну неловко было настаивать, ведь он всё ещё зависел от денег Ян Минсю, и это не придавало ему уверенности. Он мог лишь с тревогой смотреть на Чэнь Ин, надеясь, что она поймёт.

Чэнь Ин не могла вынести страданий сына, и, несмотря на то, что ей было стыдно, она всё же пошла с ними.

Ян Минсю привёл её в частную клинику в Пекине, где работал один из ведущих специалистов по заболеваниям почек в Китае, который иногда консультировал здесь.

Чжоу Сян взял с собой все медицинские документы Чэнь Ин, полный надежд.

В клинике Чэнь Ин прошла несколько стандартных обследований. Врач вместе с двумя своими учениками изучал её случай и попросил остаться в больнице на несколько дней для дальнейшего наблюдения, чтобы в течение недели разработать оптимальный план лечения.

Чэнь Ин не хотела оставаться в больнице, но после убеждений врача и Чжоу Сяна она согласилась.

Когда медсестра повела её выбирать палату, врач сказал Чжоу Сяну и Ян Минсю:

— В её случае лучше всего подойдёт пересадка почки. Вы можете начать поиск донора уже сейчас.

Выходя из больницы, Чжоу Сян всё время молча размышлял.

Ян Минсю сжал его руку и сказал:

— Сян, это действительно сложная задача, но в Китае так много людей, и у нас есть связи. Не думай об этом слишком много. Даже если не удастся найти донора, при правильном лечении многие пациенты с почечной недостаточностью живут ещё десятки лет.

Чжоу Сян слегка улыбнулся: «Я понимаю, но давай пока не будем говорить ей об этом. Лучше подождать, пока всё станет более определённым. Не хочу, чтобы у старушки появилась надежда, которая может не сбыться — боюсь, она не сможет этого пережить.»

«Понятно», — ответил Янь Минсю, бросив на него теплый взгляд. «Брат Сян, давай сходим в «Ванцзяван» недалеко от дома, купим ингредиенты для фондю. Там всегда продаются те говяжьи фрикадельки, которые ты так любишь. Давай сегодня вечером устроим фондю, хорошо?»

«Хорошо, пошли, — согласился Чжоу Сян. — Давно не ел.»

Янь Минсю почувствовал резкую боль в сердце и горько улыбнулся: «Да… давно не ел.»

Супермаркет неподалёку был их любимым местом, когда они жили вместе. Он был небольшим, но близко от дома, с широким ассортиментом товаров. Рядом располагались круглосуточный магазин 7-Eleven и закусочная, где всегда можно было купить что-нибудь на ночь. Чаще всего за ночными перекусами ходил именно Чжоу Сян.

Сейчас они вместе катили тележку между полками, выбирая продукты. Привычки Янь Минсю не изменились: он, как и раньше, брал всё, что ему нравилось, не задумываясь, пригодится это или нет. Чжоу Сян иногда незаметно возвращал часть товаров обратно на полку, пока Янь Минсю не видел. Если тот замечал, то снова брал их и клал в тележку, демонстрируя свой протест. Чжоу Сян никогда не сердился, а даже находил это детское упрямство милым.

Тогда всё, что делал Янь Минсю, казалось Чжоу Сяну невероятно обаятельным — даже когда тот капризничал или упрямился, это было по-своему очаровательно.

Сейчас Янь Минсю по-прежнему брал всё, что ему нравилось, но Чжоу Сян теперь чувствовал себя увереннее и мог спокойно обсудить с ним выбор: «Этот гайлан выглядит не очень свежим, давай возьмём другой.»

Янь Минсю достал овощи из тележки, внимательно осмотрел их и действительно заметил, что они не первой свежести. «Хорошо, выбирай ты», — согласился он.

Чжоу Сян тщательно перебрал овощи на прилавке и положил в тележку те, что ему понравились.

Рука Янь Минсюя лежала на ручке тележки — намеренно или нет, но его пальцы нежно накрыли руку Чжоу Сяна. Он повернулся к Чжоу Сяну и мягко улыбнулся, так что глаза его прищурились, и это выглядело невероятно красиво. Чжоу Сян не смог сдержаться и тоже улыбнулся: «Чему ты улыбаешься?»

Янь Минсюй слегка сжал его пальцы и сказал: «Давно мы с тобой не ходили вместе по супермаркету.»

«Раньше ты же говорил, что в супермаркетах плохо пахнет,» — напомнил Чжоу Сян.

Янь Минсюй тихо рассмеялся: «Когда ты рядом, везде хорошо.»

Чжоу Сян сдержал улыбку: «Когда ты научился так говорить? Мы же в общественном месте, следи за собой.»

Янь Минсюй не удержался и прислонился к нему, слегка толкнув его плечом своим. Даже такое простое прикосновение наполняло его удовлетворением.

Чжоу Сян давно не испытывал таких чувств. Ему казалось, что всё его тело стало лёгким и тёплым, и больше не осталось той неотступной тоски и тяжёлого гнёта. Нагрузка не исчезла, но теперь… теперь у него был кто-то, кто разделял её с ним. Ему больше не нужно было нести всё бремя в одиночку, он сделал выбор, и этот выбор приносил ему облегчение — этого было достаточно.

Быть рядом с Янь Минсюем было невероятно комфортно. Несмотря на все пережитые муки и боль, это всё ещё было тем, чего он больше всего хотел. Он не мог изменить свою природу, и ему оставалось только смириться с этим.

Они болтали и делали покупки, атмосфера была невероятно гармоничной. Янь Минсюй будто уже видел их будущую простую, но прекрасную жизнь.

После покупки продуктов они вернулись домой с тремя большими пакетами. Чжоу Сян ловко готовил ингредиенты для фондю, а Янь Минсюй установил электроплитку и начал варить бульон. Они суетились вокруг маленькой кухни и обеденного стола, и каждый раз, поворачиваясь, натыкались друг на друга, после чего улыбались.

Меньше чем через полчаса фондю было готово. Чжоу Сян первым делом положил в кипящий бульон те продукты, которые дольше всего готовятся. Они сидели вокруг бурлящего фондю и с удовольствием ели.

В маленькой квартире быстро становилось тепло, особенно когда они включили обогреватель и ещё и фондю варили. Вскоре оба вспотели и остались только в майках.

Они заговорили о сплетнях из мира шоу-бизнеса. Раньше Чжоу Сяну приходилось изощряться, чтобы найти тему для разговора с Янь Минсюем — их круги общения и привычки сильно отличались. Но теперь у них появилось много общих тем. Янь Минсюй знал немало интересного, в основном благодаря болтливой Цзян Вань, которая любила поболтать на досуге. Раньше он не обращал на это особого внимания, но теперь, видя, как Чжоу Сяну нравится слушать, он сам стал с удовольствием рассказывать. Они ели и болтали, и атмосфера была просто великолепной.

В этот момент телефон Янь Минсюя внезапно зазвонил. Он достал телефон, бросил взгляд на экран, и его улыбка застыла. Увидев имя, он без колебаний сбросил вызов.

Чжоу Сян приподнял бровь, и, не понимая почему, почувствовал, что это был звонок от Ван Юйдуна. Он неожиданно для себя сказал: «Ван Юйдун?»

Ян Минсюй равнодушно произнёс:

— Да не стоит обращать внимания. Давай лучше поедим.

С этими словами он выключил телефон.

Чжоу Сян скривил губы:

— Возьми трубку, ничего страшного.

Ян Минсюй покачал головой:

— Не хочу. Пустая трата времени.

Чжоу Сян пристально посмотрел на него, затем глубоко выдохнул и не смог сдержать смеха.

— Что такое?

— Как будто камень с души свалился. Столько лет этот ублюдок Ван Юйдун меня подавлял, а тут ты, Ян Минсюй, не взял у него трубку ради меня. Как ни крути, а приятно.

Чжоу Сян отложил палочки, запрокинул голову и сделал большой глоток ледяного пива, громко рассмеялся:

— Очень приятно!

Ян Минсюй тоже засмеялся, но затем серьёзно сказал:

— Он не достоин тебя.

Чжоу Сян налил ему полный бокал, протянув бутылку:

— Давай, выпьем этот бокал.

Он подумал, что, наконец, вышел из тени. В прошлой жизни и в этой, на сцене и за её пределами, он всегда был лишь тенью Ван Юйдуна — и в отношениях, и на работе. Это чувство унижения и подавленности могло согнуть спину, но теперь у него появился шанс поднять голову. Пусть на работе всё остаётся по-прежнему, но в личной жизни он больше не проиграет Ван Юйдуну. Даже тень может стать главным героем.

В такие моменты хочется выпить до дна, смешать все обиды с алкоголем и разжевать их, уничтожив навсегда!

Ян Минсюй выпил бокал до дна вместе с ним.

Чжоу Сян поставил бокал на стол, вытер рот салфеткой и, улыбаясь, спросил:

— Кстати, он зачем тебе звонил? Неужели просил об одолжении? Расскажи, дай порадоваться.

Ян Минсюй небрежно ответил:

— Просил денег в долг.

— Опять та же история?

— Ты ему не дал?

— Он не к тому обратился, — холодно фыркнул Ян Минсюй. — Мои родители деньгами не управляют, какой смысл ему идти к моей матери и нашептывать ей на ухо?

— Но он всё-таки твой зять, ты правда можешь его бросить?

Ян Минсюй криво улыбнулся, в его глазах мелькнула хитрая искорка, он что-то обдумывал, и Чжоу Сян даже почувствовал себя неловко.

Этот Ян Минсюй действительно способен на жёсткие шаги. Когда-то он так сильно любил Ван Юйдуна, но, потеряв чувства, готов забыть обо всех узах. Чжоу Сян понимал, что сравнивать не стоит, но в душе оставался неприятный осадок.

Ян Минсюй, словно угадав его мысли, встал, перегнулся через стол и быстро поцеловал его в губы, твёрдо сказав:

— Сян-гэ, ты не такой, как все остальные. Я всегда буду хорошо к тебе относиться.

Чжоу Сян усмехнулся:

— Надеюсь. Вечность — это такое неопределённое понятие, кто знает?

Ян Минсюй нахмурился:

— Сян-гэ, не придумывай лишнего. Я просто хочу проучить его, чтобы в следующий раз не смел лишнего болтать.

Чжоу Сян ответил:

— Я знаю. Мне будет приятно смотреть, как ты его проучишь. Не забудь устроить прямой эфир.

Ян Минсюй тоже рассмеялся.

Хотя Чжоу Сян раньше очень ждал, когда Ван Юйдун окажется в беде, его интерес к этому делу значительно ослаб. Возможно, потому что раньше перед Ван Юйдуном он всегда был в проигрышном положении, его дух соперничества был особенно сильным. Но когда он добился того, чего больше всего хотел, его зависть и ненависть к Ван Юйдуну почти полностью исчезли, потому что он просто перестал обращать на него внимание. Что бы ни случилось с Ван Юйдуном, жив он или мертв, Чжоу Сяна это больше не волновало. Его интересовало только то, как прожить жизнь хорошо и как сохранить нынешнее положение надолго.

Поэтому его мало волновало, как Янь Минсюй будет решать проблему с Ван Юйдуном — давать деньги в долг или нет. Это ведь не его деньги, зачем ему беспокоиться? Ван Юйдун все-таки зять семьи Янь, и Чжоу Сян был уверен, что в конце концов Янь Минсюй поможет ему. Чтобы Янь Минсюй не чувствовал себя обязанным перед ним, Чжоу Сян успокоил его:

— Ваши семейные дела решайте так, как считаете нужным. Не обращайте на меня внимания. Что с Ван Юйдуном, меня это действительно не касается. Я не настолько мелочен, как ты думаешь.

Янь Минсюй понял, что он имел в виду, и почувствовал себя спокойнее.

— Сян-гэ, я не позволю никому снова причинить тебе вред, — сказал он.

Чжоу Сян громко рассмеялся:

— Даже если ты захочешь содержать меня как канарейку, я все равно останусь воронушкой по природе. Давай не будем так, хорошо? Давай будем, как раньше.

Янь Минсюй тоже расслабленно улыбнулся:

— Хорошо, будем, как раньше.

Возвращение к прежней жизни было их самой заветной мечтой.

На следующее утро Чжоу Сян приготовил завтрак для Чэнь Ин и отнес его ей в больницу. Он пробыл с ней около получаса, а затем отправился в компанию.

Днем ему предстояло помочь Цай Вэю с организацией тендера на материалы для ремонта фотографии. Поскольку контракт стоил более семи миллионов, Цай Вэй не справлялся один и доверял только Чжоу Сяну.

Чжоу Сян, естественно, не мог отказаться. Он потратил все послеобеденное время, чтобы изучить несколько компаний, участвующих в тендере, а затем вместе с другими сотрудниками обсудил условия для выбора победителя.

Вечером Цай Вэй, закончив с другими делами, вернулся и захотел угостить их ужином. Чжоу Сян подумал о том, что дома его ждет еще один человек, и позвонил Янь Минсюю, чтобы сообщить ему, что не вернется на ужин.

Но Янь Минсюй не ответил на звонок.

Чжоу Сян не придал этому значения и с удовольствием отправился на ужин с Цай Вэем.

За ужином неизбежно выпили немного вина. Все немного выпили, кроме Цай Вэя, которому вечером предстояла встреча с клиентом. После ужина Цай Вэй предложил отвезти Чжоу Сяна домой.

Чжоу Сян почувствовал некоторую неловкость: если Цай Вэй отвезет его домой, то узнает, что он снова переехал к себе. И хотя причина, по которой он смог вернуться, была очевидна, Чжоу Сян не хотел вдаваться в подробности.

Однако, поскольку Цай Вэй был его лучшим другом, он рано или поздно узнал бы об этом. Поэтому Чжоу Сян не стал отказываться и, сев в машину, назвал адрес своего дома.

Машина Цай Вэя только тронулась с места, как он резко нажал на тормоз, и Чжоу Сян, весь подавшись вперёд, едва не врезался в лобовое стекло. Цай Вэй удивлённо уставился на него:

— Ты… ты вернулся обратно?

От этого неожиданного вопроса Чжоу Сян мгновенно протрезвел, даже последних следов опьянения как не бывало. Он кивнул:

— Да, вернулся.

— А… а Янь Минсю? — Цай Вэй не унимался.

Чжоу Сян тихо вздохнул и с лёгкой улыбкой ответил:

— Он теперь живёт со мной.

— То есть как? Вы действительно помирились? — Цай Вэй не скрывал удивления.

Чжоу Сян потер нос и, понизив голос, признался:

— Брат Вэй, не знаю, поймёшь ли ты, но я сам долго ломал голову над этим. Кажется, судьба всё за нас уже решила.

Цай Вэй со всей силы ударил по рулю и злобно выругался:

— Я просто не могу этого понять! Ты забыл, что он с тобой сделал раньше? В конце концов, это из-за него ты чуть не погиб! Как ты можешь снова с ним мириться? Да и семья Янь — они что, простые люди? Они тебя примут? Или ты готов снова играть роль тайного любовника?

Чжоу Сян горько усмехнулся:

— Я не забыл ничего из того, что ты сказал. Но и он не забыл. Мне кажется, если мне больно, то и ему не легче. Когда думаешь так, он уже не кажется таким ненавистным. К тому же, сейчас он действительно искренен со мной, я это вижу. А что касается его семьи… Вэй, я и сам не знаю, что делать. Будем жить одним днём.

— Чжоу Сян, ещё пожалеешь, — бросил Цай Вэй.

Чжоу Сян потёр виски и снова горько усмехнулся:

— Вэй, не проклинай меня. Сам не понимаю, что со мной. Обычно я не чувствую себя глупым, но когда дело доходит до этого… будто теряю голову. Знаешь, иногда я вспоминаю всё, что было, и так злюсь, что готов его прибить. Но когда вижу, как он плачет, мне снова становится больно.

— Псих, — фыркнул Цай Вэй, бросив на него сердитый взгляд. Он резко повернулся, заведя машину. — Если снова вляпаешься, я, блин, даже не стану тебя вытаскивать.

Чжоу Сян уставился на улицу за окном и тихо произнёс:

— Если вляпаюсь снова, то потеряю только свою жизнь.

Цай Вэй подвёз Чжоу Сяна к подъезду. Когда тот уже собирался выйти, неожиданно обернулся и спросил:

— Вэй, может, поднимешься на минутку? Давно у меня не был.

Цай Вэй хотел было огрызнуться, но, встретив его взгляд, не смог произнести ни слова. Он буркнул:

— В другой раз.

Чжоу Сян кивнул и уже собрался выйти, но Цай Вэй внезапно схватил его за руку.

Чжоу Сян наклонился:

— Вэй?

Цай Вэй тяжело вздохнул:

— Залезай обратно. Мне нужно кое-что сказать.

Чжоу Сян снова сел в машину.

Цай Вэй задумчиво закурил, приоткрыв окно на пару сантиметров:

— Раз уж ты решил начать всё сначала, скажу тебе честно: Янь Минсюй — подлец, но к тебе… он, похоже, действительно неравнодушен. Знаешь, когда ты тогда пропал, поисковая команда обычно ищет неделю, максимум две. А он рванул в Гуанси, нашёл связи и заставил их искать тебя больше месяца. Это, конечно, не по правилам — поисковая команда не его личная собственность. Я тогда был рядом, хотел его остановить, но он… он будто с ума сошёл. Совсем не был похож на себя. Если бы ты видел его тогда, не подумал бы, что это тот же человек.

Чжоу Сян опустил веки, и его сердце слегка дрогнуло. Об этих событиях он узнавал отрывочными фрагментами из чужих уст, и хотя ему не довелось увидеть всё собственными глазами, он словно мог почувствовать отчаяние Янь Минсю через эти обрывки воспоминаний. Стоило ему лишь представить себя на месте Янь Минсю, как он сразу понимал, насколько невыносимой может быть боль, когда судьба любимого человека неизвестна. Поэтому он просто не мог продолжать ненавидеть — ведь Янь Минсю уже получил своё наказание.

— Тогда, — сказал Цай Вэй, высунув сигарету в щель окна и слегка щёлкнув по ней, — мы с Си Жун лишь тогда поверили, что его чувства к тебе были настоящими. Иначе один несчастный случай не смог бы так разрушить человека, — холодный ветер, ворвавшийся через щель, принёс с собой пепел, который залетел Чжоу Сяну в нос. Он сморщился, и от носа до глаз разлилась кислая щекочущая боль.

— Вот и всё, что я хотел сказать. Если ты решил быть с ним, начните всё заново, серьёзно. Хотя я и не верю в ваш успех, но кто знает — может, влюблённые действительно смогут быть вместе. В конце концов, я вижу, что даже после смерти ты не оставил своих чувств. Ты безнадёжен, — Цай Вэй хлопнул его по голове. — Ладно, убирайся отсюда, паршивец. Умереть и помолодеть на несколько лет — тебе повезло.

Чжоу Сян рассмеялся и, повернувшись, пошёл наверх.

Вернувшись домой, Чжоу Сян не нашёл Янь Минсю — неизвестно, где тот пропадал. Он сел на диван в гостиной и внимательно осмотрел каждый уголок, каждую деталь обстановки. Повсюду были следы присутствия Янь Минсю. Сидя здесь, он думал о них двоих, и всё казалось таким, будто ничего не произошло. Но правда была в том, что всё случившееся уже невозможно было изменить.

Он резко тряхнул головой, не желая больше думать об этом. Встал, принял душ и лёг спать раньше обычного.

Посреди ночи дверь скрипнула.

— Минсю? — пробормотал Чжоу Сян.

— Это я, — ответил голос.

Янь Минсю сбросил одежду и сразу же залез под одеяло. Чжоу Сян спал, лёжа на животе, и Янь Минсю придавил его своим весом, из-за чего тому стало трудно дышать. Он почувствовал запах алкоголя.

— Ты что, пил? Или это мой запах? Нет, я же принимал душ… Ты действительно пил?

— Ага.

— С кем?

— …С отцом.

Чжоу Сян перевернулся, пытаясь в темноте разглядеть лицо Янь Минсю, но почти ничего не увидел, лишь его пьяные глаза.

— Ты в порядке?

— Сян-гэ, что бы ни случилось, ты останешься со мной?

— Что с тобой?

— Пообещай мне.

— Обещаю что?

— Обещай, что не покинешь меня, что бы ни случилось.

«Что с тобой не так?» — Чжоу Сян не привык к пьяному Янь Минсю. У того не было крепкой головой к алкоголю, и каждый раз, когда он напивался, это приносило Чжоу Сяню проблемы. Самый яркий и незабываемый случай произошёл в ночь, когда Ван Юйдун объявил о помолвке. Янь Минсю напился и, лёжа в своей постели, звал имя Ван Юйдун. Это так сильно отвратило Чжоу Сяня, что с тех пор он всегда чувствовал дискомфорт, когда Янь Минсю пил.

«Брат Сян, я не могу без тебя, я действительно не могу,» — Янь Минсю крепче обнял Чжоу Сяня за талию. «Почему ты так хорошо ко мне относишься, хотя я раньше был к тебе так плох.»

Начал нести околесицу… Чжоу Сян был в полной растерянности. Он попытался оттолкнуть Янь Минсю, но тот, словно змея, обвился вокруг него и не отпускал.

Вдруг Янь Минсю, со слезами в голосе, сказал: «Брат Сян, ты ни в коем случае не должен меня покидать.»

Чжоу Сян вздохнул: «Хорошо, я не покину тебя. Но можешь хотя бы отпустить меня? Мне трудно дышать.»

Янь Минсю, услышав это, сполз с Чжоу Сяня, но всё ещё не отпускал его. Как ребёнок, лишённый чувства безопасности, он уткнулся головой в грудь Чжоу Сяня и, найдя удобное место, крепко заснул.

Чжоу Сян слишком рано лёг спать, и из-за этого шума не мог уснуть. Он слушал ровное дыхание Янь Минсю и сам того не замечая, крепче обнял его за талию.

На следующее утро, когда Чжоу Сян проснулся, Янь Минсю всё ещё крепко спал. Сегодня Чжоу Сян должен был встретиться с людьми из телевизионной студии, которую ему порекомендовал Янь Минсю, чтобы подготовиться к съёмкам. Говорили, что нужно будет научиться ездить верхом и сбросить несколько килограммов ради образа главного героя. Поэтому он проснулся рано и начал готовиться.

После душа он вышел и увидел, что Янь Минсю, кажется, начинает просыпаться: тот повернулся, потянулся и начал искать что-то руками. Чжоу Сян нашёл его движения забавными.

В следующую секунду Янь Минсю резко открыл глаза, огляделся вокруг кровати и, увидев Чжоу Сяня, обёрнутого полотенцем и стоящего в дверях, облегчённо вздохнул.

Чжоу Сян рассмеялся: «Ты спишь очень беспокойно.»

Янь Минсю перевернулся на бок: «Мне плохо…»

«Сам виноват, не надо было пить,» — Чжоу Сян налил ему стакан воды и помог приподняться. «Выпей воды, голос у тебя совсем охрип.»

Янь Минсю даже не потянулся за стаканом, а просто ухватился за край зубами, и Чжоу Сян был вынужден поить его.

Выпив, Янь Минсю обнял Чжоу Сяня за талию. От Чжоу Сяня исходил свежий аромат геля для душа, и Янь Минсю не смог удержаться, чтобы не подойти ближе и не вдохнуть этот запах. Он пробормотал: «Ты уходишь?»

«Да, после еды уйду. Встань, разогрей еду и поешь.»

«Куда?»

«Люди из студии позвали меня, чтобы подготовиться к фильму. Говорят, нужно научиться ездить верхом и похудеть. Я и так худой, но им нужен образ измождённого героя,» — Чжоу Сян безнадёжно улыбнулся. Он похлопал Янь Минсю по голове: «Отпусти меня, я пошёл.»

Перевод на русский язык с учётом инструкций:

Янь Минсюй слегка задел подбородком, покрытым короткой щетиной, горячую обнажённую грудь Чжоу Сяна и нехотя разжал руки.

**Улучшения:**

1. **Описание прикосновений:** Заменено на более яркое и живое описание, подчеркнуто физическое взаимодействие и тактильные ощущения.

2. **Динамика и движение:** Добавлено описание нерешительного движения, чтобы передать эмоциональное состояние персонажа.

3. **Сенсорные детали:** Подчеркнуты тактильные ощущения (горячая, обнажённая грудь) и текстура (короткая щетина).

Чжоу Сян едва сдерживал улыбку — в свои двадцать четыре он точно не был таким, а вот Янь Минсю ведёт себя как ребёнок. «Не забудь поесть, а если остынет — разогрей», — сказал он, переоделся и вышел из дома.

После встречи с командой из студии его отвезли на ипподром, где профессиональный тренер начал обучать его верховой езде. Чуть позже предстояло выполнять на лошади несколько опасных трюков. Эта сцена, занимающая всего три-четыре минуты в фильме, была невероятно важна, и студия требовала, чтобы он отработал её до совершенства.

Раньше Чжоу Сян уже катался на лошадях — однажды с коллегами он отправился на Кансийские степи, но тогда это было просто развлечение. У него не было высокой зарплаты, и через десять минут он слез, посчитав это слишком дорогим. Тогда он думал, что езда верхом — что тут сложного? Действительно, пока сидел, особого дискомфорта не чувствовал, но после получаса в седле его ноги отказывались слушаться — он едва мог ходить.

К счастью, тренер не стал его мучить и составил план тренировок, дав достаточно времени на адаптацию. Весь день Чжоу Сян провёл на ипподроме, и только к пяти часам вечера сотрудник студии, проезжавший мимо, подбросил его домой.

Выходя из машины, Чжоу Сян заметил у подъезда своего дома огромный военный джип с бросающейся в глаза раскраской. Ему показалось, что он уже где-то видел этот автомобиль.

Внезапно окно джипа опустилось, и из него высовылась голова водителя в военной фуражке. Тот бросил на Чжоу Сяна быстрый взгляд и снова спрятался внутрь. Затем мужчина вышел из машины, отдал ему честь и спросил:

— Товарищ Чжоу Сян?

— Да, — ответил Чжоу Сян, вспомнив, что видел этот джип, когда был в гостях у Янь Минсю. Он не помнил номер, но форму и окраску узнал сразу.

— Начальство хочет с вами увидеться, — сказал военный.

Чжоу Сян напрягся. Он заглянул в салон, но ничего не разглядел.

— Кто… именно? — неуверенно спросил он.

Офицер вернулся к задней двери, открыл её и что-то сказал внутри.

Через мгновение из машины вышел человек — отец Янь Минсю. Чжоу Сян вспомнил, как накануне, движимый странным порывом, искал в интернете информацию о нём. Среди множества впечатляющих военных заслуг он нашёл его имя — Янь Фэй.

Руки Чжоу Сяна в карманах вспотели. Ему хотелось позвонить Янь Минсю и попросить его срочно вернуться, но он понимал: если бы это было возможно, его не стали бы поджидать в отсутствие Янь Минсю.

Это было направлено против него.

За всю свою жизнь Чжоу Сян общался с важными людьми, но не выше уровня генерального директора Ван. Он никогда не имел дел с военными, и теперь, глядя на суровое, жёсткое лицо Янь Фэя, он не мог не волноваться, представляя, как тот отнесётся к их ситуации.

Чжоу Сян успокоил себя, вежливо наклонился и попытался обратиться к Янь Фэю:

— Товарищ Янь…

Но как правильно его назвать? Слишком официально — неловко, слишком фамильярно — самоуничижительно.

Янь Фэй махнул рукой, не дав ему времени на размышления:

— Проводи меня наверх, посмотрю, как ты тут живёшь.

— Наверх? — переспросил Чжоу Сян.

Да, место, где ты живёшь с ним, — подтвердил Чжоу Сян. Он на несколько секунд застыл на месте, крепче сжав ключи в кармане, после чего молча двинулся вперёд, показывая дорогу. Ян Фэй, переступив порог, остановился в прихожей и медленно оглядел комнату: «Вы здесь и живёте?» Чжоу Сян даже не задумался о том, нравится ли гостю их обстановка — всё-таки жить здесь не ему, — и просто кивнул с непринуждённой откровенностью: «Да. Просто, скромно — и хорошо.»

Ян Фэй шагнул в гостиную, но тут же спохватился, что обут, отступил назад, сменил туфли на домашние тапочки и лишь затем вошёл внутрь. «Присаживайтесь,» — предложил Чжоу Сян, но Ян Фэй уже занял место, продолжая осматривать комнату, словно не веря, что его сын действительно живёт в таких условиях.

Чжоу Сян налил из термоса два стакана горячей воды и поставил их на стол, после чего сел рядом с Ян Фэем.

Тот бросил на него быстрый взгляд: «Сколько тебе лет?»

«Двадцать семь.»

«Ты старше Минсю на четыре года?» — Чжоу Сян подумал, что разница была куда больше — если считать по настоящему возрасту, то все девять лет.

Ян Фэй покачал головой: «Не понимаю, что вы, молодые, себе думаете. Гонитесь за модой? Ищете острых ощущений?»

Чжоу Сян спокойно ответил: «Мы просто, как все обычные люди, ищем партнёра и строим отношения.»

«Чушь! — рявкнул Ян Фэй. — Два мужчины могут быть партнёрами? Могут строить отношения? Если бы так, человечество давно бы вымерло!» Голос его не был громким, но звучал глухо и мощно, словно неся в себе невидимую угрозу, от которой у Чжоу Сяна закололо кожу на голове.

Он горько усмехнулся: «Дядя Ян… как бы ни казалось это вам извращением, мы сделали этот выбор, несмотря на все давления. Не думаю, что вы действительно считаете, будто мы просто гонимся за модой или ищем острых ощущений. Вы же знаете, Минсю серьёзно относится к этому, и я… я тоже.»

Ян Фэй холодно фыркнул: «Два мужчины вместе — ты понимаешь, как это позорно? И как вы собираетесь заводить детей?»

Чжоу Сян нервно потер руки: «Если когда-нибудь захотим, можем усыновить…»

«Усыновить?! — перебил Ян Фэй. — Разве в нашем роду не могут рождаться сыновья? Зачем усыновлять? Усыновлённый ребёнок, когда вырастет, будет считать вас своими родителями? Будет заботиться о вас в старости?»

Чжоу Сян глубоко вдохнул: «Говорите прямо, в чём дело.»

Ян Фэй пристально посмотрел на него: «Похоже, Минсю ещё не говорил с тобой.»

Губы Чжоу Сяна дрогнули: «О чём… о чём он должен был сказать?»

«Он пообещал мне жениться и родить внука.»

Свет лампы был ярким, но Чжоу Сян почувствовал, как перед глазами всё потемнело.

Значит, свобода, которую получил Ян Минсю, была обменяна на это обещание отцу? Ян Минсю, неужели ты действительно способен на такую двойную игру, чтобы получить всё и сразу?

Чжоу Сян дрожащим голосом произнёс: «Об этом… я действительно не знал.»

Я сомневаюсь, что он осмелился бы тебе сказать, — фыркнул Янь Фэй, — трусливый, не мужик, одним словом.

Янь Фэй громко заявил: — Это уже моя самая большая уступка вам. Как только он женится, мне станет неинтересно вмешиваться в ваши дела. Продолжение рода для семьи Янь — его долг как представителя нашего клана. Если ты хоть немного понимаешь, что к чему, то должна знать, как поступить.

Чжоу Сян выдавила бледную улыбку. — Я понимаю.

Янь Фэй удовлетворённо кивнул. — Ты тоже снимаешься в сериалах?

— Да.

— Молодёжи можно и порезвиться пару лет, но ваша профессия живёт на молодости. Потом нужно остепениться, помогать Минсюю управлять домашними и внешними делами. С твоим статусом лучше не выделяться.

Чжоу Сян уже онемела от всего этого, механически кивая. Всё, что говорил Янь Фэй, для него не имело значения — ни одно из его требований не могло быть выполнено так, чтобы старший остался доволен. Поэтому он и не собирался пытаться их выполнять.

Быть с Янь Минсюем было сложно само по себе. Преодолеть внутренние барьеры — тяжело, справиться с давлением извне — ещё тяжелее. Но он даже не предполагал, что всё окажется в разы сложнее, чем он думал.

Он успел побыть беззаботным всего три дня, и вот — удар по голове, напоминание, что реальность не изменилась. Бегство не решает ничего.

В конце концов, ему придётся столкнуться со множеством вещей, которые раздражают, тревожат, а порой и заставляют отступить.

Например, с тем, что происходит сейчас.

Если бы Янь Минсюь тогда сказал ему прямо, что ценой его свободы станет согласие на брак, который требует отец, он бы просто развернулся и ушёл.

Но Янь Минсюь промолчал, не проронил ни слова.

Если бы не отец, пришедший лично, когда бы он узнал об этом? В день свадьбы Янь Минсюя? Это был бы самый большой фарс, а он — самый жалкий клоун в этой комедии.

Янь Фэй, видя, что сказал всё, что хотел, поднялся. — Всё, что я хотел сказать, я сказал. Раз вы в таких отношениях, обсудите это как следует. Если ты действительно хочешь быть с Минсюем, наша семья не обделяет своих.

С этими словами он направился к двери.

Чжоу Сян встал, чтобы проводить его. Хотя эмоции затуманивали разум, он помнил о базовых правила приличия.

Когда Янь Фэй ушёл, Чжоу Сян рухнул на диван, ощущая, как из него уходит последняя сила.

Вечером Чжоу Сян получил сообщение от Янь Минсю, в котором тот коротко сообщал, что срочно уезжает в командировку, самолёт вот-вот взлетит, и он перезвонит завтра, советуя Чжоу Сяну не ждать и ложиться спать. Чжоу Сян уставился на экран, долго пребывая в оцепенении, механически провел пальцем по экрану, ответив одним словом: «Хорошо». После чего выключил телефон.

Когда Чжоу Сян принял душ и лёг на кровать, уже был одиннадцатый час. В комнате царила непроглядная тьма, и кроме него не было слышно ни единого звука дыхания. Тишина стояла абсолютная, все условия для крепкого сна были соблюдены, но он никак не мог уснуть. Казалось, с тех пор как он пробудился в этом теле, прошло уже больше восьми месяцев, и ни разу за это время он не ложился спать беззаботно, без тяжелых мыслей, просто отключаясь от всего. Он иронично подумал, что, хотя после «возрождения» он и стал моложе на несколько лет, постоянные переживания, вероятно, сократят ему жизнь.

Ему хотелось отбросить все эти проблемы в сторону, забыть о них навсегда и никогда больше не возвращаться к ним. Но он знал, что это тёмное облако всё ещё висит над его головой, и как бы он ни старался, избавиться от него не удастся. Рано или поздно ему придётся с этим столкнуться.

Чжоу Сян не смог больше лежать. Он встал с кровати и сел в неосвещённой гостиной, одна за одной выкуривая сигареты. Сначала курение его бодрило, но постепенно мысли начали путаться, и в конце концов он уснул на диване.

На следующее утро его разбудил телефонный звонок. Сначала он не понял, что происходит, но затем внезапно очнулся и понял, что это звонит стационарный телефон. Этот аппарат не звонил с тех пор, как он переехал сюда, и Чжоу Сян давно забыл о его существовании.

Он потянулся к другому концу дивана и поднял трубку:

— Алло?

— Чжоу Сян? — голос Цай Вэя из трубки звучал слегка взволнованно.

— Брат Вэй? Почему не позвонил на мобильный?

— Твой мобильный выключен.

— Ах да, — только сейчас Чжоу Сян вспомнил.

— Давно я не звонил на этот номер, но, представь, я всё ещё помню его, — сказал Цай Вэй.

Чжоу Сяну стало немного тепло на душе:

— Ты раньше часто звонил.

— Да, но сейчас не время для воспоминаний. Слушай, я тебе такой сплетни расскажу, ты точно обрадуешься.

— Какую сплетню?

— Вчера вечером я сопровождал директора Вана на ужине с клиентами, и они говорили, что с Ван Юйдуном и его отцом, кажется, что-то стряслось. Говорят, их обвиняют в незаконном сборе средств. Кто-то из пострадавших подал на них в суд, и теперь, по слухам, вмешались правоохранительные органы, собирают доказательства.

Чжоу Сян моментально проснулся:

— Незаконный сбор средств? Разве его отец не очень богат? — Отец Ван Юйдуна контролировал как минимум две публичные компании и имел доли в крупных зарубежных энергетических компаниях. Да и сам Ван Юйдун всегда преуспевал в бизнесе. Как он мог заниматься чем-то подобным?

Чем богаче, тем выше риски — это понятно. Мы на работе ошибаемся, и максимум, что грозит, — это потеря части зарплаты. А у них в бизнесе, если что-то пойдёт не так, могут испариться десятки, а то и сотни миллионов. В последние два года международная обстановка нестабильная, так что они, конечно, пострадали. Хм, по-моему, на этот раз Вану придётся несладко. Те, кто вчера ужинают с директором Ваном, не стали бы болтать зря, если бы не были уверены в своих словах.

Чжоу Сян и сам не мог точно описать свои чувства — где-то внутри теплилось ожидание зрелища. У Ван Юйдуна в их кругах репутация была не самой плохой, но он любил покрасоваться, особенно после того, как стал зятем семьи Янь. Его статус резко возрос, и вместе с ним выросло высокомерие, что вызывало зависть у многих. В такие моменты желающих посмотреть на его провал было предостаточно. Но только Чжоу Сян, наслаждаясь предвкушением чужой беды, одновременно испытывал тревогу. Ему казалось, что всё это как-то связано с Янь Минсюем. Не так давно Ван Юйдун просил помощи у Янь Минсюя в бизнесе, а теперь, спустя совсем немного времени, всплыла история с незаконным сбором средств. Как ни крути, ситуация выглядела подозрительно.

Какую роль в этом играет Янь Минсюй? Неужели он действительно отказался дать деньги, и Ван Юйдуну не оставалось ничего, кроме как пойти на незаконные махинации? Вряд ли. Хотя Чжоу Сян и не был глубоко вовлечён в бизнес, но он знал: чтобы собрать средства, нужно время. Не может быть, чтобы сегодня попросил денег, а завтра они уже сами посыпались. К тому же, по словам Цай Вэя, обманутые инвесторы поняли, что произошло, лишь недавно. Значит, всё это, скорее всего, началось гораздо раньше. С учётом авторитета Ван Юйдуна и его отца в столице, никто бы не подумал связывать их с мошенничеством. Вероятно, долгое время инвесторы считали, что вкладывают деньги, а не становятся жертвами сбора средств.

Если даже слухи об этом разлетелись, то Янь Минсюй, несомненно, знал об этом давно. Но он ни словом не обмолвился… Чжоу Сян ещё раз расспросил Цай Вэя о деталях, но тот тоже знал немного — просто позвонил, чтобы поделиться новостями, ведь Цай Вэй из-за Чжоу Сяна и сам недолюбливал Ван Юйдуна.

Закончив разговор, Чжоу Сян заметил, что на улице ещё только восемь утра. Он открыл телефон и увидел, что Янь Минсюй прислал два сообщения, спрашивая, проснулся ли он и позавтракал ли. Чжоу Сян ответил: «Когда возвращаешься?»

Янь Минсюй быстро ответил: «Завтра вечером.»

Едва Чжоу Сян получил сообщение, как раздался звонок от Янь Минсюя. Чжоу Сян ответил, и в трубке раздался приглушённый смех: «Брат Сян, ты соскучился?»

Чжоу Сян с трудом сдерживал эмоции, нахлынувшие при звуке его голоса, и тихо спросил: «Чем занимаешься?»

«На совещании. Я ненадолго выскользнул. Соскучился по тебе,» — Янь Минсюй, казалось, был в хорошем настроении и смеялся. «Я привёз тебе много вкусностей.»

Чжоу Сян, не меняя выражения лица, ответил: «Мне нужно с тобой поговорить. Подождём, когда вернёшься.»

«О чём?» — поинтересовался Янь Минсюй.

«Займись пока делами. По телефону неудобно.»

Янь Минсюй дышал неравномерно, сбивчиво. — Шангэ, что случилось? У тебя какой-то странный голос.

Чжоу Сян на мгновение замолчал. — Подожди, поговорим, когда вернёшься.

— Шангэ…

Чжоу Сян положил трубку. Он глубоко вдохнул, чувствуя, как в голове начинает гудеть, и всё тело обмякло на диване, не желая шевелиться. Так он просидел добрых десять минут, прежде чем смог справиться с тем леденящим холодом, что пронзил его до костей. Наконец, он поднялся, натянул куртку и решил ехать в больницу.

Сегодня он планировал забрать Чэнь Ин домой. Она звонила ему каждый день, умоляя выписаться, говорила, что тоскует по дому. Вероятно, все анализы уже были готовы, а тётя Ван вернулась из деревни — самое время забирать её. Последние дни он ездил на машине Янь Минсюя, но, когда привычно взял ключи, неожиданно вспомнил слова Янь Фэя: «Тебе нужно обосноваться, помогать Минсюю управлять домашними и внешними делами. С твоим положением не стоит слишком выделяться». Словно он какая-то баба.

Чёрт…

Между мужчинами обычно не принято церемониться — они без зазрения совести пользуются вещами друг друга, порой даже не спрашивая. Тем более они с Янь Минсюем пара. Но после слов Янь Фэя, да ещё и с учётом того, сколько он должен Минсюю, Чжоу Сяну стало не по себе. Он швырнул ключи на стол и решил, что, как только получит номер, сразу купит подержанную машину — подходящую его статусу, на которой он будет чувствовать себя свободно.

Он вызвал такси и отправился в больницу, чтобы забрать Чэнь Ин. Устроив её дома, он поехал на конюшню продолжать тренировки. Планировал вернуться вечером, чтобы поужинать с Чэнь Ин, но едва он закончил тренировку, как позвонил Янь Минсюй.

Чжоу Сян, растирая ноющие от усталости мышцы ног, поднял трубку. — Алло?

— Шангэ, где ты?

— На конюшне.

— Я уже дома.

— Ты же говорил… Ладно, я сейчас вернусь.

— Мне подъехать за тобой? Я вижу, ты без машины.

— Не надо, жди меня, — мрачно бросил Чжоу Сян и отключил звонок.

Когда он вернулся домой, Янь Минсюй приготовил целый стол ужина. Едва переступив порог, Чжоу Сян увидел, как тот, затянутый в синий, запачканный жиром фартук, выглядывает из кухни. Этот фартук, казалось бы, такой простой, на нём смотрелся так естественно, что Чжоу Сян подумал: если человек так хорош собой, как Янь Минсюй, то и мешок на нём будет выглядеть стильно.

Однако Чжоу Сяну было не до красоты. Ведь Янь Минсюй не обязательно принадлежит ему, и от одной этой мысли всё удовольствие испарилось.

Янь Минсюй улыбался, глядя на него. — Устал, наверное? Видно, что тренировался весь день. Иди, прими душ, потом поедим.

— Не надо, — обычно такой аккуратный и собранный, Чжоу Сян даже не потрудился повесить своё промёрзшее пальто, а просто швырнул его на спинку дивана.

Улыбка на лице Янь Минсюя застыла. Он почувствовал в воздухе что-то неладное. Сердце сжалось от тревоги — ему было чего бояться, ведь он виноват.

Чжоу Сян вытащил из кармана пальто сигарету, зажигая её, спросил с ледяной усмешкой: «Просто интересно, когда ты собирался сообщить мне о своём предстоящем браке? Или планировал просто прислать приглашение на свадьбу?»

Лицо Янь Минсюя мгновенно побледнело: «Кто тебе что-то сказал?»

«Твой отец приходил ко мне. Почему ты так удивлён? Ты действительно думал, что сможешь это скрыть? Янь Минсю, я не понимаю, ты что, считаешь меня настолько глупым, что я спокойно отнесусь к твоей свадьбе? Ты думаешь, я смогу наблюдать, как ты, окружённый женой и детьми, гордо возвышаешься, а я буду твоей тайной любовницей?!» Чжоу Сян ткнул его пальцем в нос и закричал с яростью: «Не думай, что ты такой великий, просто потому что твоя фамилия Янь! Кого ты, чёрт возьми, считаешь идиотом?!»

«Сян-гэ, успокойся, дай мне объясниться, хорошо?» — умоляюще произнёс Янь Минсю.

Чжоу Сян глубоко затянулся сигаретой, горячий дым обжёг ему горло, вызывая неприятное жжение: «Что ты хочешь объяснить? Уговорить меня смириться?»

«Нет!» — резко воскликнул Янь Минсю. «Это лишь временная мера, я просто…»

«Просто обманываешь своего отца? Просто играешь с ним в свадьбу, чтобы потом развестись, когда всё получится?» Голос Чжоу Сяна стал пронзительным: «Мне действительно интересно, какую гениальную стратегию ты придумал, чтобы всё уладить!»

Лицо Янь Минсю стало смертельно бледным: «Сян-гэ, я не хочу жениться ни на ком.»

Ты не выполнил обещание, данное своему отцу, и не смог переубедить его, что уж говорить о ситуации, когда ты его слово дал. — Голос Чжоу Сяна сорвался на хриплый шёпот: — Ты и впрямь думаешь, что твой отец глупец? Янь Минсю, вот это твоя мечта о нашем счастливом будущем? Вот это твоё «вернёмся к прежнему»? На самом деле, ничего не изменилось. Я знаю, о чём ты думаешь. Если бы ты действительно не собирался жениться, ты бы сказал мне об этом сразу, но ты скрывал это, потому что тебе было стыдно. Спроси себя сам, о чём ты думал? Ты хотел решить всё так, чтобы я ничего не узнал. Ты хотел… Ты ведь и впрямь думал о браке, да?

Чжоу Сян поднял голову и молча смотрел на него. Его глаза были как бездонные озёра, и Янь Минсю почувствовал, что под этим взглядом ему некуда спрятаться. Он перебрал в голове множество способов решить проблему, и действительно думал об этом… Стыдливо опустив голову, Янь Минсю молчал.

Чжоу Сян всё ещё надеялся, что тот найдёт веское оправдание, хотя бы для того, чтобы не сталкиваться с этой горькой правдой. Но Янь Минсю не сказал ни слова, лишь молчаливо согласился. В тот момент Чжоу Сян был готов разрыдаться. Он чувствовал себя невероятно измотанным.

В этом мире множество гомосексуалов, которые под давлением обстоятельств и по разным причинам выбирают брак с женщинами, к которым не испытывают никаких чувств, лишь бы избежать осуждения. Чжоу Сян не одобрял этого, но ничего не мог поделать. Однако это не означало, что он сам готов это принять. Он никогда не смирится с тем, что Янь Минсю женится на женщине и при этом будет пытаться сохранить их отношения.

Чёрт возьми, ни за что.

Чжоу Сян уже не чувствовал боли — если бы боль можно было материализовать, его сердце давно бы превратилось в решето, и он боялся, что каждый новый шрам лишь усугубит это.

Он указал на дверь: — Уходи. Сейчас я просто не хочу тебя видеть.

Янь Минсю снял фартук и серьёзно сказал: — Брат Сян, я признаю, что действительно думал об этом. Давление, которое я испытываю, слишком велико, и мне нужно было найти способ всё уравновесить. Но я не сказал тебе не потому, что хотел принять решение втайне, а потому что не хотел причинять тебе боль. Мой окончательный выбор — не жениться на ком-то, а добиться компромисса с отцом. Брат Сян, поверь мне…

— Не верю. Уходи.

Чжоу Сян рухнул на диван, настолько обессиленный, что даже пальцем пошевелить не мог. — Быть с тобой слишком тяжело, честно. Зачем мне это?

Лицо Янь Минсю побледнело, как бумага, и дрожащим голосом он сказал: — Брат Сян, ты не можешь прогнать меня, особенно сейчас, на этом этапе. Ты не можешь сдаваться.

— Какой ещё этап?! Янь Минсю, до каких пор мне нужно всё это терпеть? Может, мне стоит дождаться дня, когда ты пришлёшь мне свадебное приглашение, и самому искать себе оправдания?! — Чжоу Сян устало произнёс: — Уходи. Пожалуйста, уходи. Я больше не могу этого выносить.

Янь Минсю отступил на шаг и застыл, как камень, чувствуя, что его сердце истекает кровью.

Чжоу Сян всё так же сидел, уткнувшись взглядом в пол; пепел от сигареты уже упал ему под ноги, обжигая идеально чистый ковёр, но он этого даже не замечал. Ян Минсю глубоко вдохнул и сказал:

— Сян-гэ, я придумал способ, но не уверен, сработает ли он. Поэтому и не говорил раньше. Хочешь услышать?

Чжоу Сян покачал головой:

— Сейчас… не хочу. Мне просто нужно побыть одному.

— Хорошо, я дам тебе время побыть одному. Завтра вечером вернись сюда. Если не вернёшься, я сам за тобой приеду.

Чжоу Сян поднял голову, его покрасневшие глаза бессмысленно уставились на Ян Минсю:

— Уходи пока.

Ян Минсю отвернулся, взял свою одежду и вышел за дверь. На лице Чжоу Сяна застыло выражение, похожее одновременно и на плач, и на улыбку.

Что же пошло не так — они сами или всё вокруг них? Почему всё всегда развивается так, как он меньше всего хочет видеть? Они с Ян Минсю изо всех сил пытались вернуть всё в нормальное русло, но каждый раз всё только ухудшалось. Словно какая-то сила противостояла им, заставляя прикладывать все усилия, но так и не позволяя вырваться.

Наверное, не у всех любовь такая сложная, как у них. Это просто нелогично сложно. Чжоу Сян даже начал испытывать невыразимое раздражение ко всему, что происходило с самого начала. Он не мог смириться с тем, что они с Ян Минсю стали марионетками в руках других, что они так бессильны, что…

Он отдал всю свою жизнь, но так и не смог освободиться от этих чувств. Он заплатил слишком высокую цену, и не для того, чтобы в итоге остаться ни с чем.

Как он может смириться?

Чжоу Сян резко встал, схватил куртку и выбежал за дверь. На улице он поймал такси и назвал адрес — район посольств, улица, где жили многие бывшие и действующие высокопоставленные чиновники. Это было не так далеко от его дома. Он был там однажды и думал, что никогда в жизни не окажется там снова, тем более по собственной воле. Но сейчас внутри него всё кипело, и вся его злоба была направлена именно туда.

Пока он не передумает, нужно сделать всё, что он задумал.

В конце концов, он не видел, как ситуация могла стать ещё хуже.

Через десять минут он уже стоял у ворот жилого комплекса. Молодой солдат у входа потирал покрасневший от холода нос и спросил:

— Кого вы ищете?

— Я ищу генерала Яня.

— Как ваше имя?

— Чжоу Сян.

— Подождите минутку.

Солдат вошёл внутрь и что-то сказал дежурным в охранном пункте. Те подняли трубку телефона. Через некоторое время солдат вернулся с блокнотом:

— Запишитесь, пожалуйста.

Чжоу Сян вписал своё имя и цель визита, после чего его пропустили внутрь.

Вдалеке к нему приближалась фигура в военном пальто. Подойдя ближе, Чжоу Сян узнал в нём адъютанта, который обычно сопровождал Янь Фэя.

— Чжоу Сян? Следуй за мной, — сказал адъютант.

Чжоу Сян шумно втянул воздух носом и молча последовал за ним.

Весь семейный квартал был необычайно тих. Ни шума ночного Пекина, ни суеты его улиц сюда, казалось, не проникало ни на йоту. Эта тишина заставляла сердце Чжоу Сяна биться с необычайной силой. Охранник провёл его в то же здание, где он был в последний раз. Во дворе стояли большой джип и чёрная «Волга». Чжоу Сян знал, что Ян Дэцзян и его дети — два сына и дочь — обычно не жили здесь, но если бы сейчас дома оказался хотя бы Ян Минсюй, это, возможно, немного смягчило бы его напряжение.

Он действительно пришёл. Мать Ян Фэя и Ян Минсюя сидела в просторной гостиной и ждала его. Даже сняв военную форму, Ян Фэй сохранял ту естественную властность, которая заставляла окружающих невольно почтительно замирать. Он нахмурился и резко спросил:

— Зачем ты пришёл ко мне домой?

В тот момент, когда Чжоу Сян увидел его, на него неожиданно накатила волна спокойствия.

— Товарищ генерал, вы ведь тоже были у меня дома, — спокойно ответил он.

Ян Фэй замялся, его лицо потемнело от раздражения.

— Ты пришёл ко мне? Минсюй здесь не живёт.

— Я пришёл к вам. Мне нужно кое-что сказать.

Ян Фэй приподнял брови, его голос стал суровым:

— Говори.

Мать Ян Минсюя слегка потянула его за рукав, бросив укоризненный взгляд. Ян Фэй резко обернулся к ней и оттолкнул её руку.

Чжоу Сян стоял у двери. Ян Фэй явно не собирался приглашать его внутрь, да и сам Чжоу Сян не планировал задерживаться. Он просто хотел высказать всё, что накопилось, — здесь не было ничего, что могло бы заставить его остаться.

Чжоу Сян спокойно начал:

— Товарищ генерал, верите вы или нет, но я и Минсюй относимся друг к другу серьёзно. В этом мире есть многое, во что вы не хотите верить, чего не хотите понимать, но это не значит, что этого не существует.

Ян Фэй со всей силы ударил кулаком по столу, его дыхание участилось, и он с яростью процедил:

— Продолжай!

— Мне нечего добавить. Минсюй не женится ни на ком. Если бы он хотел, меня бы здесь не было. Да, я не могу родить детей, потому что я не женщина. Я нахожусь рядом с ним как мужчина, у меня есть своё дело, у него — своё, и мы не мешаем друг другу. Я не смогу стать незаметной, покорной женой, особенно после его свадьбы, чтобы играть такую роль. Всё, чего вы от меня ждёте, я, возможно, не смогу выполнить. Но есть одно, что я гарантирую: я всегда буду считать его самым важным человеком в своей жизни, и даже смерть не заставит меня изменить этому. Я надеюсь… вы сможете уважать выбор своего сына.

Родители Ян Минсюя оцепенели, не в силах сразу осознать услышанное.

Чжоу Сян поклонился им, затем развернулся и вышел, закрыв за собой дверь.

Снег на земле ещё не растаял, и под ногами раздавался хруст — звонкий, почти музыкальный. Чжоу Сян слушал этот звук, и ему казалось, что это самая прекрасная мелодия.

Вероятно, он сошёл с ума. Или просто решил, что раз бить нечего, то и беречь нечего. Он выплеснул всё, что копилось в душе, прямо в лицо Ян Фэю, и это принесло невероятное облегчение. Пусть будет, что будет. Что может быть хуже того, что он уже пережил? Ничего. Поэтому ему нечего было бояться.

Он поймал такси и назвал водителю знакомый адрес. Через десять с лишним минут он уже стоял у дверей дома Янь Минсю. Оказалось, что добраться сюда было не так уж и сложно. Его рука замерла над кнопкой звонка, и в этот момент дверь вдруг распахнулась изнутри. Янь Минсю, не взяв даже куртки, торопливо выходил наружу и неожиданно врезался в Чжоу Сяна.

— Братец Сян? — не веря своим глазам, уставился на него Янь Минсю.

Чжоу Сян с трудом растянул застывшие от холода губы в подобии улыбки:

— Куда это так спешишь?

Звонок от отца прервал его: «Папа сказал мне…» Но Чжоу Сян перебил его: «Что я уехал? Да, уехал. А потом вернулся.» Янь Минсюй тяжело выдохнул, почти задыхаясь от эмоций: «Зачем ты пошёл? Что ты сказал?» Чжоу Сян потёр лицо и мягко, но твёрдо ответил: «Я сказал, что ты не женишься ни на ком, кроме меня. Тебе это не противно, правда?»

Выражение лица Янь Минсюя было сложно описать: в нём переплелись горечь и безудержная радость, и Чжоу Сяню стало невыносимо больно от этого зрелища. В следующее мгновение Янь Минсюй резко втянул его за дверь. Спина Чжоу Сяня с силой ударилась о стену, от чего у него помутнело в глазах. Мягкие губы Янь Минсюя с отчаянной, почти безнадёжной силой прижались к его, жадно целуя.

Пальцы Чжоу Сяня запутались в волосах Янь Минсюя, и он, забыв обо всём, страстно ответил на поцелуй…

«Ты… ты планировал всё это?» — «Я просто воспользовался ситуацией. Принуждать к незаконному сбору средств — это не я заставлял его.» Янь Минсю расставил на столе белоснежную рисовую кашу и небольшие закуски. «Давай быстрее ешь, ты наверняка ничего не ел с прошлого вечера.»

Лицо Чжоу Сяна побледнело. Он внезапно почувствовал, что Янь Минсю действительно немного пугает. Даже если Янь Минсю не заставлял заниматься незаконным сбором средств, то, по крайней мере, это как-то связано с тем, что он отказался помогать. Хотя Чжоу Сян не обязан сочувствовать Ван Юйдуну, он просто думал… думал, что у Янь Минсю сердце слишком жестокое и чёрствое.

Янь Минсю легонько хлопнул его по щеке и серьёзно сказал:

— Сян-гэ, многие вещи я не могу объяснить тебе до конца, и тебе не стоит об этом думать, хорошо? У меня всё под контролем. Я не собираюсь отправлять Ван Юйдуна в тюрьму — тогда моя сестра пострадает. Но я обязательно воспользуюсь этой ситуацией, чтобы они перестали мешать нам. Ты веришь мне, да?

Чжоу Сян покачал головой и вздохнул:

— В бизнесе я не разбираюсь и не хочу вникать. Я просто хочу спросить: что ты собираешься делать с этой свадьбой? Использование Ван Юйдуна действительно заставит твоего отца передумать?

Лицо Янь Минсю слегка изменилось. Он тихо ответил:

— Сян-гэ, изначально я планировал встретиться с женщиной, которую отец мне представил, чтобы их успокоить…

Тело Чжоу Сяна напряглось.

Янь Минсю поспешно добавил:

— Сян-гэ, не волнуйся, я точно не женюсь ни на ком. У меня всё под контролем. Не думай об этом, ладно?

Чжоу Сян долго смотрел ему в глаза, прежде чем с трудом произнёс:

— Ладно.

Янь Минсю облегчённо вздохнул, сжал кулаки и твёрдо сказал:

— Сян-гэ, пока ты со мной, я всё смогу изменить ради тебя, всё смогу сделать для тебя. Но ты ни в коем случае не должен уходить. Если ты покинешь меня, я не знаю, на что буду способен. Ты понимаешь?

Чжоу Сян почувствовал, как от его тёмного взгляда по коже пробежала дрожь, и кивнул.

Янь Минсю улыбнулся и поцеловал его:

— Давай быстрее есть.

Чжоу Сян решил не думать ни о чём. Он уже был готов ко всему. Сегодняшний день проживём на полную — если в будущем Янь Минсю действительно его предаст, он просто уйдёт. Он не зависит от Янь Минсю. Никто не зависит от кого-то навечно.

Когда Янь Минсю вышел, Чжоу Сян тоже вышел из дома.

Сначала он зашёл домой, пополнил запасы необходимых вещей, немного отдохнул, а днём отправился в спортзал. Чжоу Сян всегда относился к работе ответственно: если студия просила сбросить пять-шесть килограммов за два месяца, он это сделает.

После тренировки он принял душ и направился в раздевалку, чтобы переодеться. Его телефон всё это время лежал в ячейке с кодовым замком. Когда он достал его, то увидел несколько пропущенных звонков от Янь Минси.

Первой мыслью было, что с Янь Минсю что-то случилось. Он быстро перезвонил, и после нескольких гудков трубку подняли.

— Алло? Что произошло?

— Почему ты так долго не отвечал? — голос Янь Минси звучал недовольно.

Что, чёрт возьми, случилось в спортзале? — подумал Чжоу Сян.

— Минсюй избили. Серьёзно. Приезжай в больницу, — сказал голос в трубке.

Чжоу Сян сжал зубы так, что челюсти заболели, и со всей силы ударил кулаком по металлическому шкафчику. Дёшевый железный лист прогнулся внутрь с оглушительным лязгом, оставив вмятину. Он быстро собрал вещи и помчался в больницу.

Сначала Чжоу Сян думал, что Ян Минсюй преувеличивает. Как бы там ни было, а отец — это отец, кровь от крови. Ну сколько можно избить собственного сына? Он, конечно, чувствовал себя подавленным, но особо не волновался. Однако, едва переступив порог больничной палаты, Чжоу Сян застыл на месте, не веря своим глазам.

Лицо Ян Минсюя было без единой царапины, но его рука, закованная в гипс, безжизненно лежала на одеяле. Глаза были плотно закрыты, брови нахмурены, а губы подёргивались от боли. Ян Минсюэ сидел у кровати, сосредоточенно работая за ноутбуком. Увидев Чжоу Сяна, он приложил палец к губам, призывая к тишине, затем закрыл ноутбук и вывел друга в коридор.

— Он только что уснул, — прошептал Ян Минсюэ. — Пойдём поговорим здесь.

— У него перелом?! — Чжоу Сян едва сдерживал крик.

— Да, перелом, — спокойно ответил Ян Минсюэ, будто речь шла о погоде. — Ещё два ребра треснули.

Чжоу Сян побледнел:

— Это… это твой отец сделал?! Да как он мог?! Наказывать сына — это нормально, но чтобы так?! Как он мог поднять руку на собственного ребёнка?!

— Да, это он, — Ян Минсюэ бросил взгляд на дверь палаты. — Он редко бьёт, но когда бьёт, то не контролирует себя. Отец использует дубинку.

Чжоу Сян смотрел на закрытые глаза Минсюя, и сердце сжималось от боли. Он опустил плечи, прислонился к стене и замер, не зная, что делать. Всё тело пронзила беспомощность.

— Не переживай так сильно, — сказал Ян Минсюэ, глядя на друга. — Отец не бьёт по жизненно важным местам. В детстве я часто нарывался на неприятности, но это были мелочи. Минсюй редко провинился, но каждый раз — по-крупному. Если бы отец не сдерживался, он бы уже давно убил кого-нибудь из нас.

Он пожал плечами:

— Всё же есть и плюсы. После каждого такого случая мама устраивает отцу скандал, и потом какое-то время нам жить становится легче.

Чжоу Сян скрипнул зубами:

— Это что, отец?! Настоящий?! Как он может так…

— Мы живы, значит, настоящий, — бесстрастно ответил Ян Минсюэ.

— Я зайду к нему?

— Да, иди. Он ждал тебя. Не выдержал и уснул только что.

Чжоу Сян тихо вошёл в палату и сел у кровати. Бледное, измученное лицо Минсюя вызывало невыносимую боль. Если бы его избил кто-то другой, он бы уже мчался мстить с дубиной в руках. Но как бороться с отцом Минсюя? И что может сделать сам Минсюй?

Чжоу Сян знал, почему Минсюй получил это. Всё из-за их безрассудного визита в дом Ян, из-за тех опрометчивых слов, что он выпалил, не подумав о последствиях. Он проявил свою отвагу и упрямство, но не подумал о том, чем это обернётся для Минсюя.

Как он посмел насмехаться над Ян Минсюем, называя его глупцом? В этих отношениях никто не был умнее другого — все проиграли с разгромным счётом. Чжоу Сян протянул руку и едва коснулся его щеки, желая лишь кончиками пальцев почувствовать тепло Ян Минсюя. Тот был слишком бледен, почти без кровинки в лице.

От этого лёгкого прикосновения Ян Минсюй сразу открыл глаза. Его взгляд, сначала расплывчатый, постепенно прояснился, и, узнав стоящего перед ним человека, он мягко улыбнулся:

— Сян-гэ, ты пришёл.

Чжоу Сян тихо ответил:

— Я был в спортзале днём, не услышал звонка.

— Ничего страшного, главное, что ты здесь, — сказал Ян Минсюй и, протянув левую руку, сжал руку Чжоу Сяна.

Чжоу Сян хрипло произнёс:

— Минсюй, я действовал, не думая о последствиях. Всё из-за меня, прости.

Ян Минсюй усмехнулся:

— Не извиняйся. Ты сделал всё правильно. Нам нужно было показать отцу свою позицию. Я уже высказался, теперь твоя очередь. Только так он поймёт, что наши чувства не шутка. Даже лучше, что всё так вышло. Мой отец — человек, которого могут усмирить только дед и мама. В детстве он бил даже сестру, а меня… — Ян Минсюй пожал плечами. — Чем сильнее бьёт, тем лучше. Мама из-за этого будет ругаться с ним минимум три месяца, и у него не останется времени на нас.

Чжоу Сян вздохнул:

— Но это не оправдывает средства. Если бы ты вернулся домой вчера…

— Не думай лишнего, — перебил его Ян Минсюй. — На самом деле, дело не в том, что я пришёл с тобой домой. Я рассказал ему про Ван Юйдун, вот он и разозлился. — Он усмехнулся. — Я устрою ему хорошее представление. Согласен он на наши отношения или нет, его сын уже гей. А если он не согласится, то и его зять станет для него позором.

Чжоу Сян коснулся его лба:

— Будь осторожнее. Всё-таки он твой отец. Если он заболеет от злости, в итоге пострадаешь ты сам.

Ян Минсюй фыркнул:

— Я знаю меру. Судя по тем ударам, что он мне вчера нанес, со здоровьем у него всё в порядке.

В этот момент в комнату вошёл Ян Минсюйси с пакетом напитков и фастфудом:

— Наверное, ещё не ели? Давайте перекусите.

— Где ты это взял? — с отвращением посмотрел Ян Минсюй на коробку с едой.

— Не твое дело, где я это взял! Ешь и не придирайся. У меня куча дел, а ещё приходится отрываться, чтобы решать твои проблемы. С таким братом, как ты, я, наверное, накликал на себя беду на восемь поколений вперёд!

Ян Минсюй улыбнулся:

— Это не моя вина.

Ян Минсюйси поставил еду на прикроватный столик:

— Ешьте, если хотите. Я ухожу.

Чжоу Сян спросил:

— Ты не останешься с нами пообедать?

Ян Минсюйси взглянул на часы:

— У меня вечером деловой ужин. Я ухожу, — сказал он и направился к двери.

— Брат! — окликнул его Ян Минсюй.

— Что? — Ян Минсюйси, уже держась за дверную ручку, обернулся.

— Спасибо.

— Фу, не за что, — бросил Ян Минсюйси и, не оглядываясь, вышел.

Ян Минсюй пожал плечами, взял банку с напитком, но вдруг опечалился, вспомнив, что сейчас у него работает только одна рука.

Чжоу Сян не мог не завидовать тем, у кого были братья или сёстры: вместе расти, вместе стареть, и даже когда родителей не станет, они смогут поддерживать друг друга — это, несомненно, должно быть прекрасно. Он взял напиток из рук Янь Минсюя, вставил в него трубочку и аккуратно вставил её ему в рот.

Янь Минсюй пробурчал:

— Одной рукой так неудобно.

— Ну да, это очевидно, — ответил Чжоу Сян, открывая контейнер с едой. Он положил кусочек тушёной свинины и поднёс его к губам Янь Минсюя.

Янь Минсюй улыбнулся, с наслаждением ожидая, пока Чжоу Сян будет кормить его ложка за ложкой. Они почти не успели поесть, как дверь палаты резко распахнулась. Оба замерли и одновременно повернули головы к двери: мать Янь Минсюя ворвалась в комнату с взволнованным видом и застыла, глядя на них.

— Мама… — начал Янь Минсюй.

Чжоу Сян уже видел мать Яня ранее, и каждый раз она производила впечатление женщины, от которой исходило благородство — её внешность и манеры были безупречны. В её возрасте она излучала зрелую, почти гипнотическую привлекательность. Два брата из семьи Янь унаследовали её черты лица, и даже Янь Минмэй, хоть и была красива, не могла сравниться с ними.

Но сейчас её лицо выражало лишь тревогу, брови были напряжены, волосы слегка растрёпаны — явно она была не в лучшей форме. Она быстро бросила взгляд на Чжоу Сяна, но тут же снова перевела его на сына и быстро подошла к нему:

— Минсюй, как ты? Где твой брат?

— Со мной всё в порядке, всё уже улажено. У брата вечером дела, — ответил Янь Минсюй.

— Какие дела могут быть важнее собственного брата?! — возмутилась мать. — Я же сказала ему оставаться с тобой!

Чжоу Сян встал, уступая единственный стул в комнате, кивнул матери Яня и молча отошёл в сторону.

Мать Яня раньше не рассматривала этого молодого человека внимательно, но теперь, подумав, что он, возможно, станет её «невесткой», она присмотрелась к нему повнимательнее.

Чжоу Сян был совсем не похож на тех мужчин, которых она представляла способными «сбивать с толку» — в её старомодных представлениях такие мужчины должны были напоминать женщин: накрашенные, в облегающей одежде. Но Чжоу Сян выглядел как настоящий джентльмен — элегантный и уверенный в себе. Она видела его однажды по телевизору и тогда подумала, что он симпатичный парень. Конечно, он не был так красив, как её сыновья, но в нём было что-то такое — спокойная, непринуждённая харизма, которая располагала к себе.

Неизвестно почему, но она не могла заставить себя испытывать к нему антипатию.

Мать Яня села на стул и нежно погладила гипс на руке сына, её глаза покраснели:

— Какой же ты упрямый отец, такой жестокий! И ты, почему не стал просить пощады? Хоть немного смягчил бы его, а ты специально злил его, противостоял ему. Зачем тебе это было нужно? До чего довёл себя…

— Да ничего страшного, кости скоро срастутся, мам. Прошу тебя, не плачь, у меня от твоих слёз голова болит, — сказал Янь Минсюй.

— Маленький негодяй… — мать Яня вытерла слёзы и, увидев их еду, нахмурилась: — Что это вы тут едите? Это твой брат принёс?

— Угу, — согласилась мама Янь. — Твой брат такой: всё ему нипочём. Она достала телефон, собираясь позвонить дежурному солдату.

— Мам, не надо, мы уже половину съели, — остановил её Янь Минсю.

Мама Янь вздохнула:

— Что же делать? Ты с отцом на ножах, на всё остальное ты не реагируешь, и мы уже не пытаемся тебя контролировать, но это… — Она вспомнила, что Чжоу Сян стоит рядом, и бросила на него быстрый взгляд.

Чжоу Сян равнодушно сказал:

— Вы поговорите, я выйду, куплю что-нибудь.

Янь Минсю с трудом протянул левую руку и ухватился за край его одежды, серьёзно глядя на него:

— Брат Сян, тебе не нужно уходить. Садись на кровать.

Мама Янь удивлённо посмотрела на сына, затем на Чжоу Сяна.

Чжоу Сян почувствовал себя неловко.

— Ну тогда садись на кровать, — сказала мама Янь.

Чжоу Сяну ничего не оставалось, как сесть, хотя ему очень хотелось выйти подышать свежим воздухом.

Мама Янь пристально посмотрела на него:

— Чжоу Сян, сколько тебе лет? Откуда ты родом?

— Двадцать семь. Я местный.

— А твои родители? Чем они занимаются?

— Они оба работали в государственных учреждениях. Папа умер несколько лет назад, а мама на пенсии, сейчас сидит дома.

— Больше никого нет?

— Нет.

— Тогда… — Мама Янь слегка сжала губы. — Твоя мама не вмешивается… не вмешивается в твои отношения с…

Чжоу Сян мягко улыбнулся:

— Тётя, около трёх лет назад я попал в аварию. Два года пролежал в постели, почти как овощ. До этого мама была категорически против того, что я не хочу жениться на женщине. Но после того случая она сказала, что ничто не важнее моего здоровья, и перестала вмешиваться. Она просто хочет, чтобы я был счастлив.

Мама Янь замерла, затем медленно опустила голову.

— Тётя, больше полугода назад мама заболела — у неё почечная недостаточность. Когда я лежал в больнице, мы набрали много долгов. Мы и так были в минусе, а болезнь мамы стала последней каплей. Вы, наверное, не представляете, как это было: моя зарплата составляла чуть больше трёх тысяч, плюс какие-то заработки от выступлений — в месяц максимум шесть-семь тысяч. На лечение мамы уходило почти три тысячи, ещё аренда жилья, еда, долги… Тогда я был в отчаянном положении. Поэтому я занял денег у Минсю. Но между нами не такие отношения, как вы, возможно, думаете. Когда мои дела пойдут в гору, я всё верну.

Чжоу Сян говорил искренне, и его слова шли от сердца. Он не отводил взгляда от мамы Янь и видел, как её отношение постепенно смягчается.

Чжоу Сян всегда нравился женщинам всех возрастов. По их словам, он был нежным, великодушным, с чувством юмора и заботливым. Сам он не считал, что обладает какими-то особыми качествами, но всегда был терпелив и снисходителен к женщинам. С годами он понял, что женщины постарше особенно хорошо к нему относятся.

Тетя Янь, похоже, тоже не стала исключением — она смотрела на него совсем другим взглядом. Она спросила:

— А как сейчас твоя мама?

Чжоу Сян вздохнул:

— Состояние стабильное, но каждую неделю ей нужно делать диализ дважды, по четыре-пять часов за сеанс. Практически всё свободное время уходит на больницу.

Тетя Янь кивнула и тихо сказала:

— Да, тебе тоже нелегко приходится.

Чжоу Сян улыбнулся:

— Тетя, я и правда чувствую вину за то, что увел вашего сына, но мы действительно не можем жить друг без друга.

Янь Минсюй крепче сжал руку Чжоу Сяна и улыбнулся ему. Чжоу Сян ответил ему тем же. Эти мелкие жесты не ускользнули от внимания тети Янь. Она смущённо опустила голову и пробормотала:

— Я не могу принимать решения за вас, мне важно лишь то, хорошо ли моему сыну.

— Мам, только с ним я могу быть по-настоящему счастлив. Если ты заставишь меня жениться на человеке, к которому я ничего не чувствую, разве я смогу быть счастлив?

— Я просто боюсь, что у тебя не будет детей. Сейчас ты, возможно, думаешь, что без них жить легко, но когда состаришься, поймёшь, как больно жить без детей.

— Мам, мы можем усыновить ребёнка, воспользоваться суррогатным материнством. Есть много способов решить эту проблему. Да, дети важны, но мы живём не ради них.

Чжоу Сян мягко добавил:

— Тетя, действительно существует множество способов решить этот вопрос, но самый неразумный — это причинять боль другой женщине, зная, что ничего не получится.

Тетя Янь вздохнула:

— Я не могу спорить с вами… Поговори об этом со своим отцом, ведь не я в доме главная.

Янь Минсюй снова сжал её руку:

— Мам, нам важно, чтобы ты просто не была против нас.

Тетя Янь неохотно ответила:

— Я слишком балую тебя.

Тетя Янь оставалась в больнице до позднего вечера, и только после многократных напоминаний съесть завтра хороший завтрак нехотя ушла. После её ухода Чжоу Сян провёл с Янь Минсюем всю ночь в больнице.

Палата, которую выбрал Янь Минсюй, была одноместной, но с большой двуспальной кроватью, и они спали, прижавшись друг к другу. Правая рука Янь Минсюя была обездвижена, и он левой нежно положил её на руку Чжоу Сяна. Их пальцы переплелись, и в местах, где кожа соприкасалась, ощущалось приятное тепло.

На следующее утро Янь Минсюй настоял на выписке. Чжоу Сян посоветовался с врачом и оформил все необходимые документы. Цзян Вань, получив звонок, приехал на машине и отвёз их домой.

Цзян Вань впервые привёз их к дому Чжоу Сяна. Увидев это место, он явно удивился — вероятно, не ожидал, что Янь Минсюй и Чжоу Сян будут жить в таком старом районе, не соответствующем статусу Янь Минсюя.

Это определенно был дом Чжоу Сяна. Все усилия, которые Янь Минсюй приложил ради Чжоу Сяна, убедили его в том, что Чжоу Сян — человек необычный. Поэтому Цзян Вань стал относиться к нему с большим уважением.

По возвращении домой перед ними встала задача организации быта Янь Минсюя.

У него была сломана правая рука, множество ушибов по всему телу, а на рёбрах обнаружились трещины. Он не только с трудом передвигался, но и элементарные действия, такие как уход за собой, стали для него настоящей проблемой. Единственным человеком, способным позаботиться о нём, очевидно, оставался Чжоу Сян. Тот не видел другого выхода, кроме как взять отпуск на работе, сославшись на болезнь Янь Минсю, чтобы отвлечь Чэнь Ин и избежать необходимости возвращаться в ближайшее время. Теперь Чжоу Сян оказался свободен от обычных дел, и его основной задачей стало круглосуточное наблюдение и уход за Янь Минсю.

Из-за травмы правой руки Янь Минсюю было сложно даже удержать палочки для еды, и во время трапезы он пользовался ложкой. Но и ложка не всегда слушалась, поэтому Чжоу Сян кормил его, поднося еду прямо ко рту. После такого обеда Чжоу Сян чувствовал себя вымотанным. Однако это было лишь начало.

Вечернее купание стало настоящим испытанием. Чжоу Сян долго стоял в дверях ванной, прежде чем, наконец, обернувшись к Янь Минсюю, безнадежно произнес:

— Может, будешь мыться раз в три дня?

Янь Минсюй нахмурился и покачал головой:

— Неприятно.

— Если ты будешь мыться каждый день, нам больше ничего не останется делать, — возразил Чжоу Сян.

— Всё равно тебе нечем заняться, а мне и подавно, — Янь Минсюй усмехнулся, слегка прикусив губу. — Давай, помоги мне уже помыться.

Чжоу Сяну ничего не оставалось, кроме как осторожно снять с него одежду. Чтобы не намочить себя, он тоже разделся догола, затем взял душевую лейку, отрегулировал напор воды и начал аккуратно обмывать Янь Минсюя.

Ванная в доме Чжоу Сяна была крошечной, едва вмещающей унитаз и душ. Два взрослых мужчины в тесном пространстве чувствовали себя неуютно. Тела их почти соприкасались, воздух становился всё более горячим, а атмосфера — всё более напряжённой.

Чжоу Сян старался не задеть повреждённое место на руке Янь Минсюя, но тот всё время дёргался и ёрзал, мешая ему. Чжоу Сян никогда ещё не чувствовал такой усталости от купания. Он с улыбкой пробурчал:

— Хватит уже, ты ведёшь себя так, будто хочешь, чтобы я намочил твои раны. Если это случится, не обессудь — я не буду нести ответственности.

Янь Минсюй провёл рукой по его стройной талии и тихо произнёс:

— Кто тогда будет?

— Не моя проблема, если ты сам напрашиваешься на неприятности. Сиди смирно, — Чжоу Сян слегка толкнул его, но неожиданно задел рёбра. Янь Минсюй резко втянул воздух от боли.

— Ничего страшного? Где болит? — встревожился Чжоу Сян. Мужчины обычно не знают меры в силе, но сейчас, когда речь шла о травме, любое прикосновение могло причинить сильную боль.

Янь Минсюй с горькой улыбкой махнул рукой:

— Всё нормально.

— Вот видишь, не слушаешься, — Чжоу Сян стал ещё осторожнее.

Янь Минсюй, однако, не собирался останавливаться. Его пальцы продолжали скользить по телу Чжоу Сяна, будто пытаясь ухватить то, что было так близко, но недостижимо.

Чжоу Сян тихо рассмеялся:

— Если не перестанешь, я тебя свяжу.

Янь Минсюй многозначительно ответил:

— Можно попробовать.

— Да ты совсем оборзел! — Чжоу Сян наконец-то закончил мыть Янь Минсюя. Оба были раскрасневшиеся, несмотря на неудобства, они успели насладиться прикосновениями, пусть и не в полной мере, но всё же утолили часть желания.

После купания они уселись на диване, чтобы посмотреть фильм. Когда картина была на середине, телефон Чжоу Сяна неожиданно зазвонил. Он был полностью погружён в происходящее на экране и лишь мельком взглянул на дисплей, увидев незнакомый номер. Не задумываясь, он ответил:

— Алло?

На том конце провода молчали.

— Алло? Кто это? — Чжоу Сян приглушил звук телевизора.

Наконец, оттуда раздался низкий, мрачный голос:

— Это Ван Юйдун.

Чжоу Сян внезапно насторожился и резко выпрямился. — Янь Минсю вместе с тобой?

Янь Минсю удивлённо посмотрел на него: — О ком ты говоришь?

Чжоу Сян хотел остановить Янь Минсю, но было уже поздно — Ван Юйдун услышал голос Янь Минсю. Тон Ван Юйдуна был полон властности: — Пусть Минсю берёт трубку.

Чжоу Сян нахмурился: — Тебе что от него нужно?

— Это не твоё дело, — резко ответил Ван Юйдун. — Передай ему телефон.

Чжоу Сян холодно фыркнул: — Ван-бос, ты звонишь на мой номер, и хотя это не моё дело, кому пользоваться моим телефоном, решаю я. — С этими словами он бросил трубку.

Янь Минсю тут же напряжённо посмотрел на Чжоу Сяна: — Это был Ван Юйдун?

— Да, — кивнул Чжоу Сян, запихивая в рот кусочек говядины. — Ты не будешь с ним говорить?

— По крайней мере, ещё несколько дней пусть поволнуется, — ответил Янь Минсю. — Пока огонь не подберётся к бровям, они не поймут, насколько он велик.

— Он уже дозвонился до… — Янь Минсю не успел договорить, как телефон снова зазвонил. Чжоу Сян взглянул на экран — опять Ван Юйдун.

Он колебался, брать ли трубку, но Янь Минсю сказал: — Возьми, слушай меня.

Чжоу Сян кивнул и ответил: — Алло, Ван-бос.

Ван Юйдун, сдерживая гнев, процедил: — У меня срочное дело, мне нужно срочно поговорить с Минсю.

Чжоу Сян внутренне ликовал, представляя, как Ван Юйдун злится, и это приносило ему удовлетворение. Он холодно ответил: — Ван-бос, я не могу заставить кого-то разговаривать с вами. Вы ставите меня в неловкое положение.

— Ты! — взорвался Ван Юйдун. — Не думай, что из-за твоих связей с ним ты можешь тут распоряжаться. В конце концов, кто ты такой?

Чжоу Сян усмехнулся: — Ван-бос, если говорить о том, кто на кого опирается, мы с вами на равных.

— Ты ищешь смерти! — Ван Юйдун бросил трубку с угрозой, явно выйдя из себя.

Чжоу Сян, положив трубку, задумался. Ему казалось, что Ван Юйдун сильно изменился за последние два года. Когда они познакомились лет шесть-семь назад, Ван Юйдун был настоящим баловнем судьбы: из хорошей семьи, с отличной внешностью, высоким образованием — у него было всё, чтобы сводить женщин с ума. Он умел ладить с людьми, и на поверхности всё казалось гладко, мало с кем конфликтовал.

Но после того, как Ван Юйдун стал зятем семьи Янь, обрёл мощную поддержку, он изменился. Его самооценка выросла, он стал высокомернее, нажил себе немало врагов.

Чжоу Сян помнил, что раньше восхищался Ван Юйдуном, возможно, даже немного завидовал ему, но не более. Если бы не история с Янь Минсю, он, возможно, и не дошёл бы до открытой конфронтации. Любовь делает людей узколобыми и чувствительными. Многие события того времени, оглядываясь назад, можно было решить иначе, не прибегая к столь разрушительным методам. Но время ушло, всё уже случилось, и назад пути нет.

Они с Янь Минсюем дошли до сегодняшнего дня, оставив за собой море сожалений и боли, что уж говорить о Ван Юйдуне — этом «сопернике в любви». Янь Минсюй тихо спросил:

— **Сян-гэ, ты в порядке?**

Чжоу Сян опомнился, поняв, что только что застыл в задумчивости, и поспешно ответил:

— **Всё нормально…**

Но сразу же горько усмехнулся:

— **Он, в общем-то, прав. Раньше я бы никогда не осмелился так с ним разговаривать, если бы хотел оставаться в этой среде.**

Янь Минсюй кивнул:

— **Это правильно. Мы с тобой навсегда связаны.**

Чжоу Сян покачал головой:

— **Давай лучше фильм посмотрим.**

— **Хорошо.**

Чжоу Сян сжал в руке пульт, но не торопился нажимать кнопку. Он опустил руку и, после паузы, спросил:

— **Минсюй, а как ты собираешься поступать с этой историей с Ван Юйдунем?**

— **Дело коммерческое, если рассказывать подробно, ты, возможно, не всё поймёшь. Вкратце: я контролирую нескольких инвесторов, и теперь от меня зависит, подавать ли иск на отца Ван Юйдуня или нет. Если подам, его отец проведет в тюрьме не меньше десяти лет.**

Чжоу Сян нахмурился:

— **Я не сочувствую Ван Юйдуню, но ты всё-таки из семьи Янь. Как ты думаешь, твои родители одобрят такой шаг?**

— **Я поступаю так не только ради нас. Я уже обсудил это с братом. Это также урок для Ван Юйдуня и его отца. Последние несколько лет они наживались на имени нашей семьи, подрывая репутацию Яней. Ты знаешь, что в этом году предстоят выборы. Если кто-то воспользуется этим, чтобы напасть на моего деда, это будет не просто вопрос репутации — это может обернуться серьёзными проблемами. Мой брат уже предпринял меры против них, иначе они бы не дошли до того, чтобы собирать деньги с людей. Но эти двое не раскаиваются, их долги только растут, и теперь отец Ван Юйдуня должен будет отдать всё, чтобы хоть как-то уладить дело. А те части, которые уладить невозможно, остаются в наших руках с братом. Это мой главный козырь. Мой отец, даже если не ради лица, то ради судьбы семьи, поддержит меня.**

— **Если ты так поступишь, твой отец вряд ли останется доволен.**

—

Мой отец — военный, человек, который всю жизнь следовал армейским догмам, не любивший отклоняться от привычного курса мышления. Домашними делами он никогда не занимался, слушая лишь двух людей на свете: моего деда, чьи слова для него были законом, и мою мать, чьи шёпоты могли поколебать его железную волю. Моя мать — человек мягкий, особенно когда дело касалось моей сестры. Сейчас она снова беременна, и стоит им с мужем устроить истерику у матери, как та, в свою очередь, станет умолять отца о снисхождении. Тогда всё может закончиться тем, что Ван Юйдун и его отец останутся безнаказанными. Но если позволить им продолжать свои манипуляции, семья Янь действительно окажется под угрозой. Ведь каждая мелочь, связанная с Ван Юйдуном, находится под пристальным вниманием множества глаз. Я поступаю так не только ради себя, но и ради всей моей семьи.

Янь Минсюй прижался к Чжоу Сяну, закрыл глаза и слегка улыбнулся, в голосе прозвучала уверенность:

— Сян-гэ, не волнуйся. Я не из тех, кто не умеет расставлять приоритеты. Я найду лучший способ добиться цели и навсегда устранить угрозу.

Чжоу Сян вздохнул:

— Воды в вашей семье действительно глубокие.

Янь Минсюй удобно устроился у него на руках, левой рукой обхватив шею Чжоу Сяна, и тихо добавил:

— Глубже, чем ты думаешь. Не мучай себя лишними размышлениями.

— Да, твоих проблем и так хватает, — Чжоу Сян слегка коснулся гипса на его руке.

— Мне надоело просто сидеть сложа руки. Я хочу действовать, — Янь Минсюй широко раскрыл глаза, полные надежды.

— Брось, — отмахнулся Чжоу Сян.

— Сян-гэ… — протянул Янь Минсюй.

Чжоу Сян рассмеялся:

— Ладно, ладно. Что же ты собираешься делать, однорукий герой?

Янь Минсюй притянул его голову ближе, прошептав на ухо с многозначительной улыбкой:

— Садись сверху. Хочу посмотреть, как ты сам будешь двигаться.

Чжоу Сян лениво улыбнулся: **»Устал до невозможности, моя старая спина не выдерживает.»**

— **Сян-гэ, давай, сделай это,** — не отставал тот.

Чжоу Сян бросил на него быстрый взгляд и резко прикрыл его губы своим ртом.

В те дни, когда Чжоу Сян ухаживал за Янь Минсюем, он почти не выходил из дома, кроме как за покупками. У него было достаточно времени, чтобы вникнуть в сценарий. Это был его первый опыт в роли главного героя, и он до сих пор не мог поверить в это. Чжоу Сян считал, что его таланта недостаточно, и если бы не Янь Минсюй, у него, возможно, никогда не появилось бы такой возможности. Поэтому он относился к подготовке с особой строгостью.

Иногда Янь Минсюй просто молча сидел рядом, наблюдая, как Чжоу Сян снова и снова повторяет реплики из сценария, пробуя разные интонации и эмоции в зависимости от контекста. Они могли так просидеть весь день, и никому это не надоедало. Чжоу Сян чувствовал, как его сердце наполняется теплом.

Ему не нужно было делать ничего особенного — просто тихо жить рядом с Янь Минсюем: просыпаться утром, завтракать, дремать днём, отдыхать после обеда и засыпать вечером. Эти обычные, повседневные дела становились необычными, потому что рядом был тот самый особенный человек. Каждая минута, проведённая с Янь Минсюем, наполняла Чжоу Сяна счастьем.

Иногда он думал, что их дом — это тайное пространство, где, если оставаться здесь навсегда, как когда-то давно, они смогут продолжать жить в этом тихом, счастливом мире. Но стоит только выйти за порог, как их накроет волна бесконечных забот.

Чжоу Сян понимал, что нельзя убежать от проблем, но всё же в душе надеялся, что эти дни продлятся подольше.

К сожалению, этой идиллии не суждено было продлиться и недели. Янь Минсюй уже не мог сидеть сложа руки — в его компании накопилось множество дел. Когда рёбра почти зажили и боль стала терпимой, Цзян Вань приехал, чтобы забрать его на работу.

После его ухода Чжоу Сян вернулся к своим обычным занятиям: тренировкам верховой езды, изучению сценария, снижению веса — подготовке к съёмкам, которые должны были начаться через два месяца.

После выхода клипа, снятого вместе с Лань Си Жун, его имидж значительно улучшился, и он начал приобретать известность. Работа посыпалась одна за другой. Чжоу Сян не упускал ни одной возможности заработать, и Цай Вэй помогал ему устраивать встречи.

Он думал, что только тогда, когда вернёт Янь Минсюю те два миллиона, сможет действительно гордо смотреть в глаза семье Яней.

В тот день он вернулся в компанию, чтобы обсудить один проект, и, проходя мимо офиса, его окликнули коллеги.

А Люй хлопнул его по плечу и улыбнулся: **»Сян-гэ, ты давно не заглядывал к нам!»**

— **Да уж, вы, наверное, соскучились?** — Чжоу Сян передразнил интонацию учителя Фэна.

Все рассмеялись. Старый Чжоу стукнул кулаком по столу: **»Чжоу Сян, ты теперь не простой парень! Уже почти звезда! Теперь тебе не придётся таскать моё оборудование!»**

«Чжоу-гэ, ты что такое говоришь, будто мы с тобой чужие? Если тебе нужно, чтобы я помог перевезти оборудование, я всегда наготове,» — Чжоу Сян всегда любил эту компанию за то, что в ней царила атмосфера, которую не часто встретишь в обычных развлекательных компаниях: здесь было по-настоящему человеческое тепло. Его двусмысленные отношения с Янь Минсюем давно перестали быть тайной, но, несмотря на это, люди продолжали общаться с ним без тени осуждения. Одно это уже трогало Чжоу Сяна до глубины души.

Алюй таинственным шёпотом позвал Чжоу Сяна: «Сян-гэ, иди сюда, поговорим о сплетнях.»

Чжоу Сян рассмеялся: «Какие ещё сплетни? Ты что, так взволнован?»

«Ван Юйдун попал в беду, ты в курсе?» — Алюй бросил слова, будто кинув камень в тихий пруд.

Чжоу Сян действительно удивился — и это удивление было не наигранным. Его поразило, что новости уже дошли до Алюя, а значит, об этом знает весь шоу-бизнес.

«Что случилось?» — спросил он.

«Да ты вообще от мира отстал! — воскликнул Алюй. — Если быть точным, проблемы не у него, а у его отца. Ты же знаешь, кто его отец? Большой босс, у которого пальцы во всех пирогах: только одних публичных компаний у него две. Так вот, в прошлом квартале у него убытки составили более восьмисот миллионов, акции рухнули почти до эмиссионной цены. А теперь ещё и слухи ходят, что он вместе со своим братом незаконно привлёк инвестиции на сумму более трёхсот миллионов. Компания Ван Юйдуна тоже пострадала, сейчас он в полной растерянности — все его проекты в развлекательной сфере заморожены.»

Чжоу Сян кивнул: «Так серьёзно?»

«Ещё бы! — продолжил Алюй. — Наш Ван, звезда первой величины, всегда был как гордый белый павлин, но, если честно, он не такой уж и противный. С теми, кто ниже его по статусу, он всегда был щедр. Просто слишком яркий, слишком заметный, и это всегда вызывает зависть и ненависть. Теперь, когда он в беде, найдётся немало желающих понаблюдать за его падением.»

Чжоу Сян скривился: «По-моему, сейчас самое время подлизаться к нему. Ты думаешь, Ван Юйдун так легко сдастся? Кто стоит за его спиной? Разве семья Яней позволит ему потерять лицо? Кто не умеет добавлять красоты в хорошие времена, но вот поддержать в трудную минуту — это настоящее чувство. Кто поумнее, тот не станет избегать его, а наоборот, постарается сблизиться.»

«Сблизиться? — усмехнулся Алюй. — Легко сказать! Сейчас он будет просить о помощи, просить денег в долг. Ты что, готов одолжить?»

«Конечно, одолжу,» — ответил Чжоу Сян.

«Да ладно тебе, Чжоу-гэ, не неси чушь,» — рассмеялся Алюй.

«Ну, конечно, это чушь. У меня и своих-то денег нет, чтобы ему одолжить,» — Чжоу Сян рассмеялся вместе с ним.

В этом вихре сплетен и обсуждений Чжоу Сян понял, что такое «лежит труп — и все его бьют». Хотя он и не сочувствовал Ван Юйдуну, но всё же почувствовал на себе, как быстро может измениться отношение людей.

Проведя некоторое время в офисе, он отправился к Цай Вэю, чтобы обсудить предстоящие проекты. С тех пор как у него появилось больше заказов, процент отчислений компании тоже вырос — это было прописано в правилах, и Чжоу Сян не имел никаких претензий. Наоборот, благодаря взаимовыгодному сотрудничеству, уровень его проектов становился всё выше.

После обсуждения работы Цай Вэй снова с интересом заговорил о Ван Юйдуне — о том скандале, который потряс весь шоу-бизнес и стал главной темой для обсуждений.

Чжоу Сян, хоть и был в курсе внутренних дел, не считал возможным раскрывать их, поэтому лишь предостерег Цай Вэя, чтобы тот не поддавался на провокации других: Уан Юйдун не упадёт, в конце концов, он зять семьи Янь. Цай Вэй понял, что Чжоу Сян знает больше, но не стал спрашивать, просто внимательно выслушал его.

Вечером, вернувшись домой, Чжоу Сян получил от Янь Минсю сообщение, что тот сегодня не вернётся. Чжоу Сян не придал этому значения, заметив, что дома почти не осталось еды, накинул пальто и решил сходить в магазин за продуктами. Едва он вышел из подъезда своего дома, как перед ним резко затормозила машина с военными номерами. Из неё вышел офицер и сказал: «Господин Чжоу, прошу пройти в машину.»

Чжоу Сян сразу понял, от кого исходит этот «приглашение», и с иронией заметил: «Это что же, похищение?» Офицер даже бровью не повел, механически повторив: «Прошу пройти в машину.»

«Можно хотя бы переодеться?» — Чжоу Сян приоткрыл пальто, демонстрируя спальный халат, который был на нём под верхней одеждой. «Извините, у меня есть полчаса, чтобы доставить вас, времени в обрез, прошу пройти в машину.»

Ладно, придётся ехать так. Чжоу Сян низко наклонился, чтобы сесть в машину, думая, что сейчас ему предстоит увидеть очередную комичную ситуацию. В конце концов, Янь Фэй не питает к нему особых надежд, так что ему всё равно. Он даже не предполагал, что эта «шутка» окажется такой серьёзной.

Сначала он думал, что его снова везут в тот большой двор, но вскоре понял, что маршрут другой. Вспомнив, как Янь Фэй «воспитывал» Янь Минсю, Чжоу Сян не мог не волноваться, что тот способен сделать с ним. Если он может так обращаться со своим сыном, то что уж говорить о ком-то постороннем, к кому он испытывает отвращение. Чжоу Сян действительно начал беспокоиться за свою безопасность.

Он спустился за покупками, взяв с собой лишь пару сотен юаней и ключи, даже телефон не захватил. Сейчас он не мог позвонить Янь Минсю, чтобы узнать, что происходит. Внутренне он смеялся над своей мнительностью, но в то же время чувствовал, что ситуация может быть действительно серьёзной.

Машина с военными номерами привезла его в незнакомое место. Они проехали три поста охраны — явно здесь жили важные персоны. Чжоу Сян, сжимая свои коралловые флисовые штаны для сна, наконец начал чувствовать себя неловко.

Машина свернула во двор и остановилась. Перед ним предстала трёхэтажная вилла. Он помнил, что за последние несколько минут они проехали мимо нескольких таких же вилл, но все они находились на значительном расстоянии друг от друга.

«Господин Чжоу, выходите», — сказал офицер.

Чжоу Сян плотнее закутался в пальто. Март уже вступил в свои права, и погода стала теплее, но он машинально хотел скрыть свой серый полосатый халат.

Войдя в дом, Чжоу Сян остолбенел. В комнате находились все, кого он когда-либо видел из семьи Янь, от старших до младших, собравшиеся вокруг стола. Только Янь Минсю отсутствовал. Янь Дэцзян сидел на главном месте и, держа в руках чашку с чаем, внимательно разглядывал его. Все остальные тоже уставились на Чжоу Сяна.

Неловкость Чжоу Сяна была невыразима.

Янь Дэцзян обратился к офицеру, который привёз Чжоу Сяна: «Чжан У, как ты мог допустить, чтобы он пришёл в таком виде?»

Чжан У, не меняя выражения лица, доложил:

— Докладываю, вы сказали доставить его за полчаса.

— Ну хоть мог бы велеть ему переодеться!

— Докладываю, на переодевание уйдёт больше получаса.

— Чёрт побери, у тебя в голове вместо мозгов — дубовый чурбан, — махнул рукой Янь Дэцзян. — Иди лучше поешь.

Военный повернулся и вышел, оставив Чжоу Сяна одного неловко стоять у двери. В комнате находились члены семьи Янь, и хотя все они были в обычной одежде, никто не осмеливался явиться в спальном халате. Чжоу Сян выпрямился, пытаясь выглядеть менее неуклюже.

Янь Минсюй улыбнулся ему:

— Пойдём, я провожу тебя, у меня в машине всегда лежат два запасных костюма.

— Ах, хорошо, — согласился Чжоу Сян.

Янь Минсюй уже собирался встать, но Янь Дэцзян остановил его жестом:

— Да ладно, здесь же свои.

Янь Минсюй замер на мгновение, затем быстро подмигнул Чжоу Сяну:

— Брат Сян, проходи, садись. — Он встал и отодвинул стул рядом с собой.

Когда Чжоу Сян сел, он обнаружил, что напротив него сидят Ван Юйдун и Янь Минмэй — супружеская пара, прищурившая глаза и смотрящая на него с презрением. Чжоу Сян отвел взгляд и не стал обращать на них внимания.

Янь Дэцзян хлопнул по столу:

— Начинаем трапезу.

Две тётушки начали выносить из кухни блюда и вскоре стол ломился от еды — простой домашней кухни, совсем не такой, какой Чжоу Сян представлял себе у этих людей.

Янь Дэцзян указал пальцем на стол:

— Тебя Чжоу Сян зовут? Где работаешь?

— В кинотелевизионной компании, — ответил Чжоу Сян.

— Ах, ты актёр, да?

— Да.

Янь Дэцзян кивнул и взял палочки:

— Ну давайте, все кушайте.

Только после того, как он начал есть, остальные последовали его примеру.

Чжоу Сян украдкой оглянулся на Янь Минсюя, вопросительно глянув на него. Тот, незаметно сжав его руку под столом, прошептал:

— Всё нормально, ешь спокойно.

Янь Фэй резко повернул голову и холодно посмотрел на них.

Янь Минсюй не отреагировал. Поскольку одна рука оставалась неподвижной, Чжоу Сяну пришлось класть ему еду в тарелку и помогать есть ложкой. Обычное на первый взгляд действие из-за их двусмысленных отношений стало выглядеть странно в глазах остальных.

Чжоу Сян чувствовал, как несколько пар глаз то и дело бросают на них взгляды, и весь ужин прошёл для него как на иголках.

Наконец, Янь Дэцзян заговорил. Его голос был необычайно спокойным, а речь медленной, но никто не осмеливался перебить его:

— Сколько вы знакомы?

— Год, — ответил Янь Минсюй.

— Всего год? — Янь Дэцзян усмехнулся. — Всего год, а уже решили связать судьбы? Дети всё-таки остаются детьми.

Янь Минсюй невозмутимо вытер рот салфеткой, не глядя ни на кого и не собираясь отвечать.

Янь Дэцзян громко произнёс:

— Минсюй, ради этого дела ты перевернул всю семью вверх дном, сам получил взбучку — оно того стоило?

Ян Минсюй тихо произнёс:

— Стоит.

Ян Дэцзян хмыкнул с усмешкой:

— Если ты считаешь, что стоит, то ладно. Но если потом пожалеешь, никто за тобой уборку не сделает.

Ян Минсюй серьёзно кивнул.

Ян Дэцзян обратился к Ян Фэю:

— Тебе уже столько лет, почему ты всё ещё не можешь отпустить? Пусть дети сами прокладывают свой путь. Я уже стар, сил осталось мало, не смогу работать ещё долго. Хочу посвятить оставшиеся силы государству, у меня нет времени заниматься вашими делами. Ян Фэй, не приставай ко мне с этим в будущем. Советую и тебе отпустить ситуацию. Если ты сам отпустишь, тебе станет легче.

Ян Фэй возмущённо воскликнул:

— Папа, ты так его балуешь?

— Мне просто лень вмешиваться, — ответил Ян Дэцзян, бросив взгляд на Ян Минмэй. — Минмэй — другое дело. Она девушка, ты должен о ней позаботиться, не давать её в обиду. А эти двое парней пусть сами разбираются, как хотят. Зачем ты так переживаешь? Надоело уже?

Ян Фэй просто не знал, плакать ему или смеяться:

— Папа, если бы я тридцать лет назад привёл домой парня, что бы ты сказал?

— Тридцать лет назад я ещё так не думал. Я сказал всё, что хотел. Хочешь заниматься их проблемами — занимайся, но я не буду. Ты сам не можешь справиться со своим сыном, зачем мне вмешиваться? Советую тебе: иди домой, спи, если хочешь есть — ешь, а если есть свободное время, сходи сыграй в бильярд. Не ищи себе лишних проблем.

Ян Дэцзян неторопливо отпил глоток чая, прищурился и посмотрел на Ян Минсюя и Чжоу Сяна:

— Да и эти двое… Знакомы всего год, а уже не могут друг без друга. Впереди ещё столько всего интересного будет, зачем тебе торопиться?

Ян Минсюй и Чжоу Сян обменялись взглядами, и их руки под столом сжались крепче.

Возможно, в глазах Ян Дэцзяна они были просто молодыми людьми, у которых чувства быстро приходят и быстро уходят, без постоянства. Он был уверен, что рано или поздно, даже без постороннего вмешательства, они разойдутся. Но Ян Дэцзян не знал, что они пережили за это время больше, чем другие за полжизни. Если после всех испытаний они остались вместе, то что может их разлучить в будущем?

Выражение лица Ян Дэцзяна внезапно стало серьёзным. Он посмотрел на Ван Юйдун и Ян Минмэй:

— Минмэй.

— Дедушка, — ответила Ян Минмэй, её обычное высокомерие исчезло, и она выглядела невероятно послушной.

Ян Дэцзян даже не взглянул на Ван Юйдун, медленно произнёс:

— У твоего отца только одна дочь, и вся семья её оберегает. Но есть принципиальные вопросы, особенно когда речь идёт об интересах семьи или ещё более серьёзных вещах. Ты должна чётко понимать, куда идёшь, не забывать, чья ты кровь. Если что-то случится, не удивляйся, что старшие не будут снисходительны. Вы сами сделали свой выбор.

Последние слова прозвучали крайне сурово. Ван Юйдун даже вздрогнул от страха, не смея поднять голову, и застыл на месте.

Ян Минмэй дрожащим голосом ответила:

— Дедушка, я понимаю.

— Хорошо, — Ян Дэцзян отпил глоток чая. — После еды разойдитесь по домам. Все уже взрослые, у каждого своя семья. Ян Фэй, останься, сыграй со мной партию в шахматы.

— Хорошо, папа.

Ян Минсю встал, колебался некоторое время, прежде чем тихо произнёс: «Папа.» Ян Фэй не обернулся, но его тело на мгновение застыло. Ян Минсю вздохнул и, пытаясь найти тему для разговора, сказал: «Если останешься здесь на ночь, не забудь сказать маме.»

Ян Фэй фыркнул, даже не обернувшись, и последовал за Ян Дэцзяном на второй этаж. Ян мама только вздыхала: «Не обращай на него внимания, он всегда такой.» Ян Минсю не придал значения её словам и повернулся к Чжоу Сяну: «Сян-гэ, ты уже не нервничаешь, да?» Чжоу Сян глубоко вздохнул: «Трудно сказать, давай лучше поскорее уйдём.»

Ван Юйдун холодно фыркнул и бросил на Чжоу Сяна злобный взгляд. Чжоу Сян встретил его взгляд с такой же холодностью, не собираясь уступать. Он схватил Ян Минсю за руку: «Пошли, ты на машине?» «Цзян Вань подвёз меня.» «А где он?» «Пошёл есть с дядей Чжаном, не беспокойся о нём. Ты веди.» «Хорошо.»

Они уже собирались уходить, как вдруг Ван Юйдун окликнул: «Минсю.»

Ян Минсю бросил на него взгляд, ожидая продолжения. «Мы давно не виделись, и ты всё время не берёшь трубку. Я не понимаю, что это значит. Разве так трудно поговорить со мной?» Ян Минсю холодно смотрел на него, не произнося ни слова.

Ян мама и Ян Минмэй напряжённо наблюдали за ними.

«Я хочу поговорить с тобой о моём отце. Я уже обращался к старшему брату, но ты знаешь его отношение — с ним невозможно договориться. Только ты можешь мне помочь. Неужели ты действительно оставишь меня в беде?» Ян Минсю равнодушно ответил: «Помочь тебе будет стоить больших усилий, я тоже не печатный станок.»

Ван Юйдун торопливо сказал: **»Мы же одна семья!»**

Янь Минмэй вставила: **»Да, Минсю, случилось такое, как вы можете оставаться такими равнодушными один за другим!»**

Янь Минсю холодно ответил: **»Дедушка же сказал — это вы сами наделали. Зять, ты и твой отец за эти два года что натворили, вы сами знаете. Отец не вмешивается в эти дела, но я и старший брат всё прекрасно видим. Именно потому, что вы нам родня, мы закрывали глаза, но вы только усугубили ситуацию, совершенно не думая о последствиях. В этом году предстоят выборы, дедушка скоро уйдёт в отставку. Пока он на посту, никто не посмеет бунтовать, но что будет потом? Ваши глаза только на деньги и наживу, а о большом деле вы думали?!»**

Лицо Ван Юйдуна побледнело до мертвенной бледности, он не мог вымолвить ни слова.

Янь Минсю ледяным голосом продолжил: **»Теперь, когда случилась беда, вспомнили о нас? Где вы были раньше? Мы ещё подумаем, как поступить. Не думайте, что мы просто так поможем. Ваш отец до сих пор не хочет вложить деньги — он что, нас за дураков держит? Если не хотите платить, тогда готовьтесь сесть в тюрьму.»**

Ван Юйдун вздрогнул всем телом и с глухим стуком рухнул на стул.

Янь Минмэй тревожно взглянула на мать, но та лишь безнадежно покачала головой, демонстрируя своё бессилие. Тогда она умоляющим взглядом обратилась к брату. Янь Минсю бросил на неё быстрый взгляд: **»Сестра, не будь такой предвзятой. Твоя семья — это семья, но и наша семья — тоже семья. Включи голову, подумай о большом деле. Я сказал всё, что хотел. Решайте сами. Если через неделю деньги не появятся, я больше не буду вмешиваться.»**

Янь Минсю потянул Чжоу Сяна: **»Брат Сян, пошли.»**

Чжоу Сян последовал за ним, не отставая ни на шаг. Перед тем как выйти, он обернулся и бросил взгляд на Ван Юйдуна. Он никогда не видел его в таком удручённом состоянии. Это событие, очевидно, нанесло ему сокрушительный удар.

Чжоу Сян когда-то думал, что если увидит Ван Юйдуна в таком положении, то будет рад. Но на самом деле он не почувствовал ничего — будто Ван Юйдун был для него совершенно чужим человеком. И действительно, он был ничем не связан с ним.

Чжоу Сян понял, что его внутренний мир сильно изменился. Это было хорошим знаком.

Как только они сели в машину, Чжоу Сян наконец смог заговорить. Он торопливо спросил: **»Что сегодня произошло? Чёрт, я был в пижаме и хотел сходить в магазин за едой, но едва вышел из подъезда, как меня запихнули в машину. Я уже думал, что это похищение!»**

Янь Минсю в ответ крепко обнял его и с волнением сказал: **»Брат Сян, мы временно освободились.»**

— **»Правда?»**

— **»Правда. Сегодня было семейное собрание, мой дедушка вызвал тебя. Ты всё ещё не понимаешь?»**

Чжоу Сян наконец сообразил. Он задумался: **»Но твой дедушка тоже не сказал ничего хорошего.»**

Мой дед видит только крупные дела, а наши проблемы для него — мелочи, он не хочет в них вникать. Но с детства он особенно любил мою сестру. То, что он сделал сегодня, — это его уступка мне от имени отца. Он не вмешивается в наши дела, но я должен помочь Ван Юйдуну пережить трудные времена.

Чжоу Сян замер на мгновение: «Ваши семейные дела… действительно сложные.»

Янь Минсюй крепко поцеловал его: «Теперь это и твои семейные дела.»

«Нет, это ваши дела. Я связан только с тобой, не хочу иметь дело с твоей семьёй — там слишком глубокие воды, я не смогу переплыть.»

Янь Минсюй тихо ответил: «Не волнуйся, я рядом. Не дам тебе утонуть.»

Чжоу Сян улыбнулся, и его глаза стали полумесяцами, поцеловал его в ответ: «Может, теперь мы сможем жить спокойно и долго?»

«Да,» — Янь Минсюй крепче обнял его за талию и хриплым голосом сказал: «Сян-гэ, я мечтаю быть с тобой без всяких препятствий.»

Чжоу Сян тихо рассмеялся: «Я тоже хочу.»

И всегда хотел этого сильнее, чем ты.

**Обновление**

Этой весной тепло пришло позже обычного. Лишь в начале марта погода начала набирать тепло, и все деревья и цветы стали распускаться. Во дворе жилого комплекса, где жил Чжоу Сян, было посажено множество цветов и деревьев, и в это время года всё вокруг дышало жизнью.

После того дня, когда они вернулись от Янь Дэцзяна, Янь Фэй действительно перестал их беспокоить. Многие проблемы, которые раньше вызывали тревогу, постепенно разрешились. Хотя Янь Фэй по-прежнему отказывался разговаривать с Янь Минсюем, отношение его матери быстро смягчилось. Однажды она даже пригласила Янь Минсюя и Чжоу Сяна на отдельный обед и подробно расспросила о Чжоу Сяне.

Когда они ехали домой после обеда, Янь Минсюй сказал Чжоу Сяну: «Моя мама очень тебя любит.»

Чжоу Сян моргнул: «Откуда ты знаешь?»

«Моя мама любит красивых парней. Раньше она очень любила Ван Юйдуна, но за последние два года он стал делать слишком много опрометчивых поступков. Моя мать, когда видит твои рекламные ролики по телевизору, не может отвести глаз.»

Чжоу Сян засмеялся: «Тогда этой зимой я буду усердно заниматься в спортзале, а летом покажу твоей маме свои мышцы. Эффект будет лучше, не так ли?»

Янь Минсюй многозначительно ответил: «Не только для моей мамы, но и для меня эффект будет отличным.»

Чжоу Сян прищурился: «Когда твои травмы заживут, тебе тоже нужно усердно тренироваться. Иначе летом, когда мы поедем отдыхать, наши планы рухнут. Я сам пойду знакомиться с красивыми парнями. Как отличный гей, я не могу стоять рядом с парнем, у которого нет восьми кубиков пресса.»

Янь Минсюй фыркнул: «Сколько у меня кубиков, ты скоро сможешь посчитать.»

— Не считается то, что есть сейчас. Тебе нужно держаться в таком режиме ещё четыре-пять месяцев. Посмотри на себя: я кормлю тебя с ложечки, ты даже руку не поднимаешь, чтобы помыться, одежду тебе я одеваю. Вроде как гипс уже сняли, а ты всё такой же изнеженный. За последний месяц ты набрал четыре килограмма, и если так пойдёт дальше…, — хихикая, сказал Чжоу Сян.

— Не говори, что тебе придётся уйти из шоу-бизнеса. Твои фанаты сами от тебя отвернутся, — продолжил он.

Янь Минсюй потянулся и слегка ущипнул его за талию, скривив губы в полуулыбке:

— А ты? Ты тоже отвернёшься? Даже если я превращусь в толстяка, ты не станешь ухаживать за каким-нибудь другим красавцем?

Чжоу Сян расхохотался:

— Да ты просто ревнивец! Это же шутка. Но если серьёзно, когда же твоя рука наконец заживёт? Вечно кормить тебя и одевать — это слишком расточительно для моего времени. Мы могли бы жить эффективнее.

Янь Минсюй прищурился, довольная улыбка расплылась по его лицу, как у сытой лисы, наевшейся до отвала:

— Заживёт, когда я скажу, что заживёт.

— Ах ты, хитрец! — Чжоу Сян покачал головой.

Янь Минсюй лишь молча улыбался.

Чжоу Сян уже собирался подколоть его ещё, как вдруг зазвонил телефон. Он достал наушники из кармана, сунул их в ухо и, не глядя на экран, нажал на кнопку ответа, продолжая вести машину:

— Алло?

— Брат Сян, это я, — послышался голос.

— Ах, Си Жун, — Чжоу Сян слегка удивился и невольно бросил взгляд на Янь Минсюя, чьи брови тут же нахмурились.

— Брат Сян, чем занимаешься?

— За рулём.

— Тогда буду краток. Завтра я улетаю в Америку, и, возможно, не вернусь несколько месяцев. Можешь встретиться перед моим отъездом?

Хотя Янь Минсюй не слышал слов Лань Сижуна, по колеблющемуся выражению лица Чжоу Сяна он понял, что тот хочет встретиться. Не раздумывая, он потянулся, чтобы выхватить наушник у Чжоу Сяна.

Чжоу Сян резко отвернулся, тихо одёрнув:

— Не балуй.

Лань Сижун на другом конце провода замялся:

— Ты с ним?

— Да, мы как раз едем домой.

Лань Сижун замолчал, а затем горько усмехнулся:

— Я всё равно не смогу с ним сравниться.

Чжоу Сян внутренне вздохнул. Ему приходилось одновременно уворачиваться от Янь Минсюя и управлять машиной, и это казалось слишком опасным. Он свернул на обочину и остановился.

Прикрывая наушник от назойливых попыток Янь Минсюя вмешаться, он тихо произнёс:

— Сижун, спасибо за помощь в последние месяцы. Без тебя и Вэй-ге я бы не справился.

— Ты знаешь, что я хочу услышать не эти вежливые слова, — голос Лань Сижуна был невероятно приятным: чистым и прозрачным, но ничуть не женственным. Он буквально источал молодость и энергию. Неудивительно, что он был рождён для сцены и музыки — в нём всё привлекало. Чжоу Сян когда-то действительно испытывал к нему тёплые чувства. В памяти тот парень был таким чистым и милым, что просто невозможно было не влюбиться. Но теперь он уже не мог вспомнить того трепета и симпатии, что испытывал тогда.

Если бы Ланьси Жун смог принять его тогда, всё сложилось бы иначе. Но в жизни нет места слову «если».

Чжоу Сян вздохнул:

— Это не просто вежливость, Сихун. Я искренне благодарен тебе. И я рад твоим успехам. Такой человек, как ты, заслуживает быть с женщиной невероятной красоты. Забудь про своего брата Сяна.

Ланьси Жун тяжело вздохнул, и в этом вздохе было столько горечи и печали, что Чжоу Сяну стало не по себе.

— Брат Сян, я завтра уезжаю. Неужели ты действительно не можешь встретиться со мной?

Чжоу Сян задумался:

— Ты же ещё вернёшься. Давай встретимся, когда ты снова будешь здесь. Хорошо?

Он думал, что когда Ланьси Жун вернётся, ему будет проще принять его отношения с Янь Минсю. Возможно, тогда не будет этого неловкого чувства.

Голос Ланьси Жуна дрогнул:

— Брат Сян, надеюсь, на этот раз ты не ошибся в своём выборе.

Чжоу Сян улыбнулся, его взгляд невольно скользнул по Янь Минсю. Он спокойно ответил:

— Я тоже на это надеюсь.

Когда Чжоу Сян положил трубку, он повернулся и увидел, что Янь Минсю весь напряжён, едва сдерживая эмоции. Едва Чжоу Сян завершил разговор, как Янь Минсю тут же спросил:

— О чём вы говорили? Он хочет с тобой встретиться? Этот парень когда-нибудь перестанет лезть в нашу жизнь? С самого начала и до конца у него нет к нам никакого отношения, почему он не может просто исчезнуть?

Чжоу Сян мягко ответил:

— Не говори так, он просто волнуется обо мне.

Янь Минсюй холодно хмыкнул, пробормотав:

— Сидел бы себе честно в Америке, зачем соваться сюда?

Чжоу Сян легонько шлёпнул его по щеке:

— Не веди себя как ребёнок. Сколько тебе лет уже?

С этими словами он собрался снова завести машину.

Но Янь Минсюй резко схватил его за руку, прикусив губу и устремив на Чжоу Сяна взгляд. В салоне не горели фонари, лишь тусклый свет уличных фонарей просачивался внутрь, едва освещая пространство. В этом полумраке глаза Янь Минсюя казались необычайно яркими, словно способными проникнуть в самую душу.

— Что случилось? — спросил Чжоу Сян.

— Сян-гэ, — голос Янь Минсюя дрогнул, — какие бы хорошие люди ни были вокруг, ты не должен смотреть на них, не должен думать о них.

Чжоу Сян усмехнулся:

— О чём ты говоришь…

— Я серьёзно. — Янь Минсюй крепко сжал его руку. — Я знаю, что раньше у тебя с тем, кто носит фамилию Лань, были хорошие отношения. Ты, наверное, испытывал к нему какие-то чувства. Мы оба геи, я знаю, о чём думают мужчины. Не верю, что он каждый день крутился вокруг тебя, а у тебя не было других мыслей.

Чжоу Сян смущённо потрогал волосы:

— Ну… да.

Янь Минсюй подхватил подбородок Чжоу Сяна, заставив их взгляды встретиться:

— Сян-гэ, но всё это в прошлом. Теперь у тебя есть я. Кто бы это ни был — он или кто-то ещё, ты должен смотреть только на меня, думать только обо мне. На этом свете нет никого, кто нуждался бы в тебе больше, чем я. Не заставляй меня волноваться, хорошо?

Чжоу Сян молча вглядывался в Янь Минсюя, в эти глаза, в которых читались простые и искренние чувства. Он нежно погладил его по щеке и тихо сказал:

— Не волнуйся, в моих глазах всегда был только ты.

Янь Минсюй наконец улыбнулся. Он обхватил лицо Чжоу Сяна и с почти благоговейной нежностью поцеловал его мягкие губы. Чжоу Сян сам обнял его, и в тесном пространстве машины они отдались этому поцелую — влажные губы, тёплые рты, знакомый, успокаивающий запах друг друга. Всё это придавало простому поцелую совсем иной смысл.

Это был человек, которого они по-настоящему любили, с которым можно было не стесняясь прижаться друг к другу в этот переменчивый, то тёплый, то холодный день, черпая друг в друге опьяняющее тепло. Какое это счастье — даже один поцелуй способен погрузить в этот мир без остатка.

Сначала они планировали сразу ехать домой, но Чжоу Сян вдруг вспомнил, что мама Яня принесла им сегодня свежего марлина — больше десяти фунтов, и они не смогут съесть всё это. Он решил отнести часть рыбы Чэн Ин, и они свернули к её дому.

Чэн Ин уже давно приняла их совместное проживание. Она не звонила Чжоу Сяну, если он не приходил домой, понимая, что рано или поздно ей придётся свыкнуться с тем, что сын вырос и уехал жить отдельно. Даже если бы он выбрал не мужчину, а настоящую невестку, этот день всё равно наступил бы.

Хотя в душе Чэн Ин было грустно, она не показывала этого, лишь напомнила Чжоу Сяну, чтобы он, если не будет слишком занят, раз в неделю приходил на обед.

Обычно с ней была тётя Ван, так что Чэн Ин не чувствовала себя слишком одинокой. Но когда она увидела, что они вернулись вместе, её охватила радость. Едва переступив порог, она сразу спросила:

— Вы уже поели?

«Мам, уже больше восьми, ты, конечно, уже поела. Мама Минсюя принесла немного макрели — замороженной, но всё ещё свежей. Нас двоих слишком много, так что отдадим вам половину.»

«Ах, какое добро! Тётя Ван, положи-ка её в холодильник», — сказала мама, и тётя Ван с радостью окинула взглядом Янь Минсюя и Чжоу Сяна, не сводя с них глаз, как будто они были её собственными детьми. Услышав слова Чэнь Ин, она с неохотой отправилась на кухню, бережно неся рыбу.

Чэнь Ин надела очки и достала свою медицинскую карту. «В последние дни я всё время смотрю на неё, но почерк врача такой неразборчивый, что многие слова даже угадать невозможно.»

«Тётя, не нужно гадать. Если есть вопросы, просто спросите врача во время следующего диализа», — сказал Чжоу Сян.

«Да я просто боюсь их беспокоить, они и так так заняты», — вздохнула Чэнь Ин.

«Мам, лечение — не время для стеснения», — после небольшой паузы продолжил Чжоу Сян. «Мам, есть кое-что, о чём я давно думаю. Сегодня я хочу поговорить об этом.»

«Говори.»

«Речь идёт о пересадке почки.»

Чэнь Ин кивнула: «Ах, это… говорят, шансы очень малы, если только…» Внезапно её глаза широко раскрылись, и она резко посмотрела на Чжоу Сяна: «Слушай, Чжоу Сян, не вздумай даже думать о тестах на совместимость для пересадки почки! Я ни за что не возьму твою почку, даже не думай об этом!»

Чжоу Сян не ожидал такой бурной реакции от матери: «Мам, позволь объяснить… у человека две почки…»

«Не говори мне этого! Я всё знаю! Но я категорически против! Как можно отрезать часть тела и не нанести вреда? Я не верю! Мне уже за шестьдесят, а тебе всего двадцать с небольшим. Ты ещё так молод, у тебя вся жизнь впереди. Даже если мы подойдём друг другу, стоит ли менять мою почку на твою? Конечно, нет! Я никогда не соглашусь, и ты даже не думай об этом! Лучше умру, чем позволю сыну пожертвовать своим здоровьем ради меня. Я проживу и без пересадки, ничего страшного. Но если ты из-за меня потеряешь здоровье, мне лучше умереть прямо сейчас!» Голос Чэнь Ин дрожал от волнения, её позиция была непоколебима.

Янь Минсюй мягко, но уверенно вмешался: «Тётя, я понимаю ваши опасения. Я тоже не поддерживаю идею, чтобы Сян отдал вам свою почку, хотя это может звучать эгоистично. Но я верю, что вы поймёте. Я обещаю, что найду донорскую почку по всему миру. Верьте, шансы есть.»

Чжоу Сян вздохнул, глядя на решительное выражение лица Чэнь Ин и мягкий, но твёрдый взгляд Янь Минсюя. Он понял, что этот путь зашёл в тупик.

Он понимал чувства Чэнь Ин: если бы он был на её месте, то тоже не позволил бы своему молодому ребёнку рисковать. Но в глубине души он чувствовал себя в долгу перед ней — ведь это тело он «одолжил» у её сына.

Чэнь Ин крепко сжала его руку: «А Сян, ты должен понять меня. Если ты действительно хочешь моего блага и чтобы я прожила подольше, не думай об этом. Только так я смогу быть спокойна. Обещай мне.»

Чжоу Сян, уступив решительному взгляду Чэнь Ин, безнадежно кивнул.

Чэнь Ин облегченно вздохнула и лишь тогда улыбнулась: «Вы когда ужина́ли? Уже переварилось? Мы с тётей Ван вчера учились по телевизору и приготовили один десерт. Сейчас я достану его из холодильника.» Двое остались и немного пое́ли десерт, посидели с Чэнь Ин перед телевизором, поболтали о семейных делах, и только после десяти вечера вернулись домой. Когда Чэнь Ин провожала их до двери, она вздохнула, а затем улыбнулась: «Сын вырос, обзавелся семьёй… как быстро всё.»

Чжоу Сян опустил голову и улыбнулся, а затем внезапно обнял Янь Минсю за шею: «Мама, считай, что у тебя появился ещё один сын.» Глаза Чэнь Ин покраснели, и она ласково улыбалась.

Автор хочет сказать: Я подумал и решил, что после завершения основного текста сначала напишу дополнительную главу с точки зрения Янь Минсю, начиная с момента, когда произошла беда с братом Сяном. Вероятно, будет очень тяжело… Да, будет очень тяжело. Потом напишу ещё одну дополнительную главу, сладкую и милую, о том, как они вместе тушили мясо, и на этом всё закончится. Основной текст завершится завтра или, в крайнем случае, послезавтра. Дополнительные главы я начну писать после того, как проведу квартальное собрание, то есть вернусь на следующей неделе, отдохну пару дней и приступлю к работе. Эти две недели я был настолько занят, что днём на работе почти не было времени писать, а после работы только и мечтал, что рухнуть на кровать и заснуть. Видели ли вы когда-нибудь компанию, где квартальное собрание длится четыре дня до и после?

121. Заключительная глава

Вернувшись домой, Чжоу Сян только что снял одежду и хотел как следует обсудить с Янь Минсю вопрос лечения Чэнь Ин. Но не успел он повесить одежду на вешалку, как Янь Минсю обнял его сзади, левой рукой проникнув под одежду и лаская его тёплую, крепкую грудь.

Чжоу Сян расслабленно прислонился к нему и с насмешливой улыбкой сказал: «У меня было серьёзное дело, о котором я хотел поговорить с тобой.»

«Это тоже серьёзное дело,» — ответил Янь Минсю.

«Ты, кажется, немного торопишься… Эй, не кусай меня за шею, ты не знаешь меры.»

Чем больше Чжоу Сян говорил, тем больше Янь Минсю аккуратно оставлял ряд ровных отметок зубов вдоль его шеи. Чжоу Сян почувствовал, что сзади его уже что-то твёрдое прижимается к нему. Он специально потёрся, думая лишь слегка поддразнить, но не ожидал, что Янь Минсю не собирается сдерживаться. Он резко опрокинул Чжоу Сяна на диван, торопливо срывая с него одежду, и дождь поцелуев обрушился на грудь Чжоу Сяна.

«Что случилось?» — Чжоу Сян явно почувствовал, что Янь Минсю гораздо более возбуждён, чем обычно, хотя в последние дни они не воздерживались.

Янь Минсю поднял голову, его глаза блестели: «Брат Сян, ты сегодня сказал, чтобы Чэнь Ин считала меня ещё одним сыном.»

Чжоу Сян кивнул: «Я сказал.»

Янь Минсю обнаружил лукавую улыбку: «Ради этого я сегодня особенно хорошо позабочусь о тебе.»

«Ты… Чёрт, если хочешь позаботиться, сначала сними с меня штаны. Так заботятся?»

«А как ты хочешь, чтобы я заботился?» — Янь Минсю, ухмыляясь, дёргал его за пояс штанов, глядя на него прищуренными глазами, полными страсти.

Чжоу Сян на мгновение замер, потом безнадежно сказал: «Ладно, снимай.»

Перевод с учётом инструкций:

Янь Минсю без колебаний разделоголого Жоу Сяна, его губы жадно нашли губы партнёра, а руки неумолимо скользили по телу, исследуя каждую его линию. В глазах Жоу Сяна мелькнула ослепительная вспышка, и он воскликнул: «Твои руки зажили!»

— Мм, — пробормотал Янь Минсю, не отрываясь от поцелуев, его голос приглушённо вибрировал у самого уха Жоу Сяна.

— Да чтоб тебя, Янь Минсю! — Жоу Сян сдавленно выругался, пытаясь отстраниться. — Ты только и умеешь, что издеваться надо мной!

«Мне нравится, когда ты кормишь меня.»

«Да ты что, ещё не отучился от груди?»

«Просто мне нравится, когда ты меня кормишь. Дай сегодня мне наесться досыта.»

Сильные руки Янь Минсюя раздвинули тело Чжоу Сяна, и он с непреодолимой силой овладел им, как будто стремился поглотить его целиком. В этом мире не осталось никого, кто мог бы причинить ему такую пронзительную боль, кто мог бы заставить его испытывать эту мучительную тоску. Он хотел посвятить всё своё время этому человеку, полностью обладать им, и никто не смог бы их разлучить.

Через три месяца подготовки фильм Чжоу Сяна наконец-то начал съёмки. Ради этой роли он два месяца занимался верховой ездой и сбросил семь килограммов. Его фигура и так была почти идеальной, но теперь он выглядел заметно худее. Тем не менее, он был доволен своим новым образом. Когда он примерял грим, его лицо в зеркале приобрело выражение строгости и честности, с оттенком аскетичной благородности.

Из-за сезона все первые съёмочные дни проходили в павильоне. Впервые Чжоу Сяню не нужно было махать мечом или стрелять, но он не почувствовал облегчения. Наоборот, ему казалось, что это даже тяжелее, чем быть дублёром. Всё просто: когда он работал дублёром, ему нужно было лишь правильно выполнить движения. Но когда он стал главным героем фильма, требования режиссёра к нему были несравнимо выше.

Актёрское мастерство Чжоу Сяна всё ещё оставляло желать лучшего, и он не всегда мог удержать внимание на сцене. В свободное время он почти всё время проводил за изучением роли, репетируя перед зеркалом. Но на съёмках многие сцены приходилось снимать снова и снова. Сначала у него почти ни разу не получалось с первого дубля, и он задерживал всю съёмочную группу.

Чжоу Сян не мог терпеть, когда из-за него у других возникали проблемы. От волнения у него даже на губах появились пузыри, а по ночам он часто не мог уснуть и вставал, чтобы учить сценарий.

После двух-трёх таких случаев Янь Минсюй не выдержал и специально взял три выходных, чтобы остаться дома и помочь ему отрепетировать сцены.

Чжоу Сян не мог объективно оценить актёрское мастерство Янь Минсюя, потому что тот почти никогда не демонстрировал эмоций на лице. Однако его присутствие само по себе создавало атмосферу, удерживающую внимание. Если бы Янь Минсюю пришлось сниматься в комедии, он, скорее всего, провалился бы. Но когда он играл роль, которую выбрал сам и которая ему подходила, его игра была исключительно яркой.

К сожалению, Янь Минсюй был совершенно равнодушен к своей репутации в шоу-бизнесе. Он уже решил, что в будущем будет сниматься только ради того, чтобы поддержать Чжоу Сяна, и не станет принимать участия в других фильмах. Сейчас же он специально отложил все дела, чтобы помочь Чжоу Сяну постепенно вжиться в роль.

Чжоу Сян был тронут и одновременно чувствовал себя неловко.

Однако терпение Янь Минсюя действительно помогло ему справиться с трудностями. Когда съёмки возобновились, дела у Чжоу Сяна пошли намного лучше, и процесс съёмок стал проходить гладко.

Слухи об их отношениях уже давно перестали быть тайной в их кругу, а в сети появилось множество сообщений. Ян Минсю всегда относился к этим сплетням с отвращением, но однажды он наткнулся на фотографию, где Чжоу Сян тащит его за руку через дорогу. Ян указал на экран и сказал: «Сян-гэ, это фото получилось неплохо, у меня такие длинные ноги.» Чжоу Сян фыркнул и рассмеялся: «Да ты просто красуешься. Дай-ка я посмотрю.» Он подошёл поближе, бросил взгляд и сказал: «Ничего так, но ракурс неудачный — по сути, ничем не отличается от того, как помогают перейти дорогу старушке.»

Ян Минсю прищурился: «Ты смеешь называть меня старушкой?»

«Ни одна старушка не бывает такой наглой,» — Чжоу Сян чмокнул его в щеку. «Давай, иди принимай душ, я хочу лечь пораньше. Завтра нужно вставать ни свет ни заря.»

«Ради этого фильма ты встаёшь до рассвета и возвращаешься затемно. Честно говоря, я уже жалею, что познакомил тебя с этой съёмочной группой. Тебя теперь дома не видно, а в холодильнике одни остатки,» — Ян покачал головой.

Чжоу Сян улыбнулся: «Если хочешь что-то конкретное, просто скажи, я приготовлю.»

Ян скривился, крепко обхватил его за талию: «Мне не нужна твоя еда, мне нужно твоё время.»

«В этом нет никакой проблемы,» — нежно ответил Чжоу Сян. «Всё время, когда я не на съёмках, принадлежит тебе. Ты — моё единственное сокровище, с кем же ещё мне проводить время?»

Ян прищурился и улыбнулся: «Ты по-прежнему так умело говоришь.»

«Мои губы умеют не только говорить,» — Чжоу Сян приблизился и прикоснулся к его губам, нежно целуя, прихлёбывая и втягивая мягкие лепестки губ.

Ян закрыл глаза, наслаждаясь этим нежным поцелуем. Когда Чжоу Сян закончил, он моргнул, улыбаясь с многозначительным видом: «Давай, принимай душ, сегодня я готов пожертвовать собой ради тебя.»

Глаза Ян Минсю загорелись, и он повалил его на кровать: «Сначала сделаем дело, потом вместе примем душ.»

«Сначала душ, я ещё не… ммм…»

В комнате воцарилась атмосфера страсти и неги.

Несмотря на напряжённый график съёмок, в их жизни предстояло ещё одно важное событие — ремонт дома. Чжоу Сян был очень привязан к этому старому дому, но время действительно оставило на нём свой отпечаток, и многие элементы требовали обновления. Чжоу Сян когда-то спрашивал мнение Ян Минсю: не хочет ли тот переехать, ведь они могли бы найти другое место. Он беспокоился, что обстановка здесь может угнетать Ян Минсю.

Ян Минсю решительно покачал головой и сказал, что ему очень нравится здесь, и для двоих семидесяти с лишним квадратных метров вполне достаточно. Если понадобится, они всегда могут жить на две квартиры. Он тоже был привязан к этому дому, ведь здесь хранились их первые воспоминания.

Итак, Чжоу Сян решил сделать небольшой ремонт: обновить старые стены и плитку, купить новую мебель, перепланировать пространство и сделать целую стену книжных полок, чтобы Ян Минсю мог работать. На время ремонта они переехали жить к Ян Минсю.

Из-за постоянной занятости обоих, часть обязанностей по надзору за строительством была передана Цзян Вань, но как только у них появлялось свободное время, они обязательно возвращались, чтобы проверить прогресс и высказать свои замечания. Не успели они оглянуться, как прошло уже полгода. Дом был полностью отремонтирован, а фильм Чжоу Сян был снят лишь на треть. С наступлением лета съёмки на натуре участились, и Чжоу Сян, простояв на открытом воздухе всего десять минут, уже покрывался потом, как после ливня. Вся съёмочная группа изнемогала от усталости, и он не был исключением.

Янь Минсюэ навещал съёмочную площадку дважды, и оба раза не скрывал своих отношений с Чжоу Сяном: здоровался с членами группы, как и положено. Их отношения уже не были тайной для окружающих, хотя никто не осмеливался говорить об этом в их присутствии. Несмотря на то, что популярность и гонорары Чжоу Сяна росли, карьера Ван Юйдуна пострадала из-за скандала с нелегальным сбором средств его отцом. Уже долгое время у него не было новых работ, и он редко появлялся на публике. Однако Чжоу Сян был уверен, что при таланте Ван Юйдуна ему не составит труда вернуться на прежние позиции, но сейчас это его абсолютно не волновало.

Он был доволен своей нынешней жизнью. Когда он чувствовал полное удовлетворение, в его сердце не оставалось места для жалоб и зависти.

За эти полгода они с Янь Минсюэ навещали Чэн Ин два-три раза в месяц, а вот в дом Яней они вернулись всего один раз. Янь Минсюэ наконец-то начал восстанавливать отношения с отцом. Отец стал менее категоричен, хотя при встрече с Чжоу Сяном не скрывал своего недовольства, но хотя бы делал вид, что его не замечает. Чжоу Сян не питает особых иллюзий: если семья Яней примет его, это будет идеально, но он не верит, что это возможно. Если нынешнее положение дел сохранится, он и Янь Минсюэ уже смогут считать это успехом. Он думал, что все, кто надеялся увидеть, как они разойдутся на полпути, в итоге проиграют. Потому что в его сердце не существовало чувства, способного преодолеть преграды смерти, превратить невозможное в возможное и, несмотря ни на что, чудом объединить двоих. Их связь с Янь Минсюэ не смогла разорвать даже его смерть, и он не мог представить, что ещё может им помешать.

Даже после смерти, даже после загадочного возрождения, даже после всех трудностей и унижений на их пути, его сердце по-прежнему стремилось к тому мальчику, который когда-то поразил его до глубины души. И это никогда не менялось.

Рядом раздались тихие шаги, затем матрас слегка прогнулся. Тёплое тело, покрытое испариной, скользнуло под одеяло и естественным движением обняло его за талию.

Чжоу Сян тихо сказал:

— Ты вернулся.

Янь Минсюэ мягко ответил:

— Вернулся поздно, разбудил тебя.

Чжоу Сян прижался к нему, хотя из-за своего крупного телосложения не мог выглядеть как хрупкая птица, но ему нравилось это ощущение полного соприкосновения. Оно дарило ему спокойствие и удовлетворение.

— Ничего страшного, я и сам только что заснул. Только не возвращайся так поздно, это небезопасно.

Янь Минсюэ поцеловал его в лоб:

— Хорошо, я знаю. Ты тоже весь день работал?

— Ещё бы, устал до смерти.

Ян Минсю легонько растирал поясницу: «Тогда ложись пораньше, в это воскресенье я проведу тебя домой.»

Чжоу Сян улыбнулся — мягко, нежно, почти незаметно: «Хорошо.»

Он развел руки и обнял Ян Минсю за талию, их тела прижались так близко, что оба могли почувствовать биение сердца друг друга. Каждый удар сердца отзывался в груди, словно бился только для другого.

———— Основной текст завершён ————

**Авторские слова:**

Завершено! ~~Разбрасываю цветы~~ ~~Как же я счастлива~~ ~~

Спасибо всем за поддержку! Этот текст завершился действительно быстро, не правда ли? Меньше чем за три месяца! Скорость старой тысячи снова выросла! ~~И снова подтвердилось, что у старой тысячи бездонная яма для идей.~~

Когда в этом месяце наступит выходной, я напишу дополнительные истории, а новое произведение начну в следующем месяце. О чём оно будет — пока секрет (на самом деле, эта особа ещё не придумала, ORZ). ~~

Люблю вас всех =3=

—

**122. Дополнительная история: Прошлое 1**

На самом деле, он начал замечать, что Чжоу Сян занимает в его сердце особенное место, ещё несколько месяцев назад. Однако тогда он не придал этому значения. Ведь Чжоу Сян был первым, кого он позволил приблизиться к своей жизни, даже жить вместе с ним. Конечно, это должно было быть немного иначе, и это отличие, без сомнения, объяснялось тем, что Чжоу Сян был очень похож на Ван Юйдун.

Когда Ван Юйдун обручился с его сестрой, он уже был готов сдаться. Преследовать безнадёжные чувства — это неразумно, к тому же продолжение могло бы ранить его собственную сестру, и он не хотел этого допускать. Кроме того, он понял, что, когда Чжоу Сян рядом, он больше не чувствует себя пустым. Ему казалось, что он уже получил почти всё, даже больше, чем достаточно.

Именно тогда он решил, что может попробовать принять Чжоу Сяна.

Но он и предположить не мог, что Чжоу Сян узнает всё, да ещё и отреагирует так бурно. В конце концов, ему пришлось сделать выбор: пожертвовать интересами Чжоу Сяна ради Ван Юйдуна или наоборот. Когда Ван Юйдун лично заговорил об этом, у него не осталось никаких оснований для отказа. У него были свои доводы: если дополнительная ценность этой роли для Ван Юйдуна равнялась десяти, то для Чжоу Сяна она значила все сто. Потеряв эту роль, Чжоу Сян потерял бы максимум десять, тогда как Ван Юйдун — целых тысячу. Кроме того, он мог предложить Чжоу Сян более выгодные роли, проложить ему более гладкий и успешный путь. Но самое главное — он ни за что не позволил бы своим людям сниматься вместе с человеком по фамилии Лань. Он ненавидел, когда другие присматривались к его вещам, не говоря уже о том, чтобы на них позариться.

С его точки зрения, он мог дать Чжоу Сян всё, что тому было нужно: хорошие роли, отличные условия, и, что самое важное для Чжоу Сяна, — своё отношение. Чжоу Сян так сильно любил его, что должен был с радостью принять всё это. Поэтому он почти не раздумывал, когда принимал это роковое решение, о котором впоследствии будет сожалеть всю жизнь.

После двух дней, проведённых Чжоу Сяном в закрытом помещении, он связался с одним режиссёром, чтобы предложить Чжоу Сян роль даже лучше той, что досталась Ван Юйдуну, — в качестве компенсации. Он не был мастером выражать свои чувства, но думал, что таким образом Чжоу Сян почувствует, как он его ценит. Ему и в голову не приходило, что Чжоу Сян не оценит его жест, более того, накажет его самым жестоким способом за все ошибки.

Когда Чжоу Сян под предлогом похода в туалет скрылся из виду, он даже во сне не мог представить, что видит этого человека в последний раз. С этого момента у него не будет ни единого шанса снова увидеть то нежное и терпеливое выражение на его лице.

Чжоу Сян ушёл, и он не стал сразу же бросаться в погоню, решив, что несколько дней в одиночестве пойдут тому на пользу. Но он не ожидал, что Чжоу Сян просто выключит телефон и исчезнет без следа.

Первый день, второй, даже третий он ещё мог терпеть, но потом терпение лопнуло. Он использовал свои связи, заставил Цай Вэя сказать правду и, наконец, узнал, что Чжоу Сян взялся за съёмки документального фильма в горах Ушань, уйдя вглубь десятитысячных гор.

Его охватило уныние. В горах плохая связь, и связаться с Чжоу Сяном было невозможно. Тот мог не появляться месяцами. С тех пор, как они встретились, они никогда не расставались так надолго. Мысль о том, что, возможно, он не увидит Чжоу Сяна два-три месяца, да ещё и после столь неприятного расставания, вызывала у него сильное беспокойство. Через несколько дней это беспокойство переросло в физическую боль.

Вернувшись домой и не увидев Чжоу Сяна, не попробовав его еды, не обняв его перед сном, он понял, как сильно привык ко всему этому. То, на что он раньше не обращал внимания, теперь стало невыносимо болезненным отсутствием.

Впервые он осознал, что ему нужен кто-то рядом — не Ван Юйдун, не кто-то другой, а именно Чжоу Сян. Когда эта мысль пришла к нему, он даже подумал отправиться в горы, чтобы найти Чжоу Сяна. Это желание стало ещё сильнее после того, как он чуть не взорвал телефон Чжоу Сяна звонками и наконец-то смог с ним связаться — разговор был прерывистым, с ужасным сигналом, да и сам он не принес никакой радости.

Он начал активно заниматься текущими делами и, не предупреждая Чжоу Сяна, связался с съёмочной группой, чтобы те помогли ему пробраться в горы. Он хотел увидеть Чжоу Сяна лично. В тот момент его главной мыслью было прижать Чжоу Сяна к себе, жестко и властно, чтобы тот понял, кто здесь главный в этих отношениях. Он не позволит Чжоу Сяну уйти от него, он хотел сказать ему, что они начнут всё сначала, на этот раз всерьёз.

Он так сильно скучал по Чжоу Сяну, что хотел немедленно оказаться рядом с ним, не теряя ни минуты. Но он не успел даже тронуться в путь, как получил известие, которое стало для него кошмаром: с Чжоу Сяном в горах что-то случилось.

Ему трудно вспомнить, что он чувствовал, когда услышал этот звонок. Сначала он не верил ни единому слову, всё казалось ему бредом. Он думал, что его обманывают: как может Чжоу Сян попасть в беду? Какие там ливни, какие оползни — он не верил ничему. Он представлял себе тысячи сценариев их новой встречи, но только не этот.

Тогда он ещё не терял самообладания, ведь Чжоу Сян просто пропал без вести, вместе с несколькими другими людьми. Они, скорее всего, застряли где-то, их обязательно найдут.

Он бросил все дела и сразу же вылетел в Гуанси, чтобы как можно быстрее добраться до гор. Его единственной мыслью было найти Чжоу Сяна первым и убедиться, что с ним всё в порядке. Он даже не мог допустить мысли о том, что Чжоу Сян может навсегда исчезнуть.

Он не смел об этом думать.

Дни тянулись один за другим. Первый день, второй день — он ещё мог сохранять спокойствие. Но когда на третий день спасатели нашли тело одного из членов съёмочной группы, он оказался на грани срыва. Каждый понимал: чем дольше длится поиск, тем меньше шансов найти пострадавших живыми.

Глядя на изуродованное, едва узнаваемое тело, он представил, что Чжоу Сян может выглядеть так же, и это едва не свело его с ума. Возможно, это было от того, что он несколько дней не ел, возможно, от перенапряжения, возможно, от страха и отчаяния, которые постепенно разъедали его изнутри — он потерял сознание.

Когда он очнулся, рядом был его брат. Наступил пятый день с момента исчезновения Чжоу Сяна. Спасатели уже начали завершать поиски, полагая, что Чжоу Сян, скорее всего, погиб в неизвестном уголке этих бескрайних гор. Ведь как можно найти одного человека в такой огромной и дикой местности?

В тот момент ему казалось, будто весь мир перед его глазами раскололся на тысячи осколков. Он забыл, кто он такой, кто находится рядом, что происходит вокруг — всё превратилось в ничто, в призрачные пузыри, которые могут исчезнуть в любой момент. Только одно оставалось реальным: непреклонное решение найти Чжоу Сян.

Он не верил, что Чжоу Сян мёртв. Он чувствовал, что тот жив, хотя и не мог объяснить почему. Его старший брат считал его сумасшедшим, но он просто знал — Чжоу Сян должен быть жив, должен…

Он заставил спасателей искать целый месяц, обыскав каждый сантиметр в радиусе десяти километров, но безрезультатно. Он хотел расширить зону поисков.

Его старший брат тогда избил его, назвал безумцем, обвинил в растрате ресурсов. Но ему было всё равно. Если бы перед ним предстало изуродованное тело Чжоу Сян, он, возможно, действительно сошёл бы с ума. Но он должен был получить ответ, иначе не смог бы жить дальше.

Однако судьба подарила ему самое жестокое и безнадёжное — неизвестность между жизнью и смертью.

123, Дополнительные воспоминания 2 (окончание)

Мир так велик, а Чжоу Сян исчез. Все считали, что он погиб, но без тела он не мог окончательно потерять надежду. Эта надежда, как искра, разгоралась в его сердце всё сильнее, готовая однажды превратиться в пламя.

Он погрузился в бездну отчаяния, безнадежно тонул в вопросе, на который не было ответа: жив ли Чжоу Сян? Он не ел, не пил, не спал. Ему казалось, что небо над головой рухнуло.

Тот человек, которого он никогда не ценил должным образом, тот, кого он считал само собой разумеющимся, кто всегда будет рядом, теперь, когда его не стало, оказался для него всем.

Он начал снова и снова вспоминать каждую мелочь из их совместного прошлого, каждое слово, каждую интонацию, каждое выражение лица Чжоу Сян. Чем больше он вспоминал, тем сильнее ощущал его доброту, и тем сильнее разрывалось его сердце.

В те дни для него не существовало ни дня, ни ночи — только бесконечная бездна отчаяния. Он так хотел проснуться и понять, что всё это лишь кошмар. Хотелось протянуть руку и почувствовать тепло тела Чжоу Сян, обнять его крепко-крепко и никогда не отпускать.

Он был готов отдать всё, что у него есть, лишь бы Чжоу Сян снова стоял перед ним — живой и здоровый.

Он думал, что его жизнь закончена.

Он не понимал, как можно быть настолько глупым, чтобы осознать ценность того, что потерял, только когда уже ничего нельзя вернуть.

Почему он осмелился признаться себе в том, что в какой-то момент незаметно проникся чувствами к Чжоу Сян, привык к тому, что тот обосновался в его внутреннем мире, стал неотъемлемой частью его жизни, лишь после того, как Чжоу Сян исчез безвозвратно? Всё произошло слишком поздно. Всё, что он сейчас осознаёт, всё, что ему ещё предстоит пережить, уже не имеет никакого значения. Сколько бы он ни страдал, сколько бы ни раскаивался — Чжоу Сян этого не узнает, и ничего нельзя вернуть назад.

Ему даже хотелось исчезнуть вместе с Чжоу Сяном. Если бы он смог оказаться там, где сейчас Чжоу Сян, возможно, это стало бы выходом. Он не знал, сколько времени прошло в этой беспросветной тьме, где не ощущалось ни течения времени, ни перемен в окружающем мире. Его сердце постепенно отмирало — что ещё имело значение для него в этом мире?

Он не мог сказать, сколько времени прошло, когда перед ним вдруг возник монах. За это время мимо него проходили многие люди, он едва ощущал их присутствие, не слышал их голосов, не видел их лиц. Он не хотел ни слушать, ни смотреть. Но облик этого монаха отчётливо запечатлелся в его сознании, а голос пробился сквозь туман, словно лучи зари, достигнув его слуха.

Он знал этого монаха. Это был наставник его старшего брата — мастер Цзикун, мудрый человек, с которым он встречался однажды.

В тот момент у него промелькнула мысль: когда все научные и теоретические методы оказались бессильны вернуть Чжоу Сяна, он начал возлагать надежды на сверхъестественное, на религиозные силы. Возможно, этот монах сможет помочь… Возможно, у него есть способ…

Мастер Цзикун не стал долго говорить. Усевшись, он спокойно произнёс:

— Он не умер.

Эти слова словно взорвали его изнутри. Он бросился к мастеру Цзикуну, не в силах произнести ни звука — горло горело огнём, не позволяя вымолвить ни слова. Он мог лишь впиться взглядом в монаха, требуя продолжения.

Мастер Цзикун перебирал чётки, его голос звучал отрешённо:

— Он не умер, но и не жив. Я получил поручение от твоего брата и могу сказать лишь это. Как поступить дальше — решай сам.

Он сжал полы одежды монаха, дрожа от волнения. Он не понимал, что значит «не умер, но и не жив», но верил: Чжоу Сян не умер. Он всегда верил в это, а теперь его убеждённость укрепилась. Кто-то подтвердил его надежды, и он должен верить ещё сильнее.

Ему было всё равно, что скрывается за словами «не жив». Даже если Чжоу Сян стал инвалидом или впал в вегетативное состояние, он найдёт его. Ему достаточно будет ощущать тепло тела Чжоу Сяна, прикасаться к краю его одежды. Главное — Чжоу Сян не умер!

Он готов потратить всю свою жизнь на поиски и ожидание. Чжоу Сян не умер, не умрёт, не покинул его навсегда. Если он будет ждать, однажды Чжоу Сян обязательно вернётся к нему.

Он приходил в себя день за днём. Его старший брат привёз его обратно в Пекин и провёл с ним два месяца, прежде чем он хоть как-то начал приходить в «нормальное» состояние. Он действительно чувствовал вину за то, что заставил брата волноваться более трёх месяцев, хотя сам был погружён в оцепенение, словно потерял душу. Тем не менее, он старался изо всех сил показать брату ту «нормальность», которую тот хотел видеть.

Когда старший брат, немного успокоившись, наконец уехал, он связался с другом, владеющим развлекательной компанией, и сказал, что хочет сниматься в фильмах, участвовать в рекламе — он мечтает стать звездой. Друг был крайне удивлён и не понимал, зачем ему это, но одновременно не скрывал радости от такой перспективы.

Его мотив был прост: он хотел стать настолько известным, чтобы Чжоу Сян, где бы тот ни находился на этой планете, имел шанс увидеть его по телевизору. Пусть даже Чжоу Сян ненавидит его и не желает мириться — он верил, что, появляясь день за днём на экранах, когда-нибудь сможет растопить лёд в его сердце. Если Чжоу Сян жив, однажды он обязательно вернётся к нему.

Ему приходилось держаться именно так, ожидая возвращения Чжоу Сяна — это была главная сила, которая поддерживала его. Каждый день без Чжоу Сяна погружал его в бездну тоски и раскаяния, мучая невыносимой болью, но он не мог сбежать, не мог упасть. Чжоу Сян не умер, не мог умереть. Однажды он обязательно вернётся, и он должен дождаться этого дня, потому что только эта надежда делала терпимой его жизнь без Чжоу Сяна, полную мучений.

Он начал безумно браться за съёмки в рекламе и коммерческие мероприятия. Его семья и друзья не понимали его мотивов, да ему и не было нужды, чтобы кто-то понимал. Ему было важно, чтобы где-то в мире, в каком-то уголке, был хотя бы один человек, который мог бы его увидеть.

Прошёл год. Прошло два года. От Чжоу Сяна всё ещё не было вестей. Он не понимал, как пережил эти семьсот с лишним дней и ночей, но единственной силой, поддерживавшей его, была надежда — далекая, почти неосязаемая.

Вероятно, на всём свете только он один продолжал верить, что Чжоу Сян жив. Он не знал, откуда в нём бралась эта стойкость, но он верил. Пока его сердце билось, он верил.

Однажды его график был настолько плотно забит, что ему пришлось вечером, после семи, ехать на съёмки рекламы. Когда он зашёл в студию, двери лифта открылись, и перед ним стоял мужчина.

Это был обычный человек, на которого в обычной жизни он бы и не взглянул. Но когда они оказались в двух метрах друг от друга, его сердце испытало невероятный, невыразимый толчок — словно что-то впереди мешало ему двигаться дальше, но в то же время безумно притягивало его. Когда их взгляды встретились, его тело будто пронзило электрическим разрядом, и он не мог пошевелиться. Сердце сжалось от острой боли, почти не давая ему устоять на ногах.

Какой это был взгляд — он до сих пор не мог описать его. Взгляд был слишком глубоким, слишком тяжёлым, словно наполненным безграничной печалью и болью. Эмоциональная сила этого взгляда была настолько велика, что он не мог сдвинуться с места. Через невидимую связь он чувствовал боль этого человека, и эта боль казалась ещё сильнее его собственной.

Кто этот человек?! Почему от него исходило такое странное ощущение?! Эта нахлынувшая знакомость, словно невидимая рука, сдавила его горло. В этот момент он подумал о том, кто причинял ему невыносимую боль — о Чжоу Сяне.

Их взгляды встретились лишь на мгновение, и человек уже собирался пройти мимо. Почти не задумываясь, он схватил этого мужчину за руку.

— Кто ты?! — сквозь стиснутые зубы вырвался вопрос.

Кто ты на самом деле?!

**124. Внесерийная глава: День зимнего солнцестояния**

Чжоу Сян спал мёртвым сном, когда внезапно раздался звонок телефона. Переход от глубокого сна к пробуждению казался невероятно долгим. Он открыл глаза, голова была словно деревянная, и он машинально потянулся к источнику звука.

Тёплая и сильная рука крепко сжала его запястье, и в ухо прозвучал нежный голос Янь Минсю:

— Не бери, спи дальше.

Чжоу Сян зевнул, мягко опустив голову на живот Янь Минсюю.

— Сколько я уже спал? Голова просто раскалывается от сна.

— С прошлого вечера и до сейчас… где-то шестнадцать-семнадцать часов.

— Не может быть, так долго, — Чжоу Сян покачал головой, пытаясь прояснить мысли. — Ладно, давай я встану. Дай мне телефон.

Янь Минсюй взял телефон Чжоу Сяна, бросил взгляд на экран и смахнул вызов:

— Это Цзян Вань. Не бери, ты же говорил, что после окончания промо-тура возьмёшь отпуск.

С тех пор как Янь Минсюй практически ушёл из шоу-бизнеса, а карьера Чжоу Сяна пошла в гору, Цзян Вань стала ещё и его менеджером.

Чжоу Сян вздохнул:

— Даже если промо-тур закончился, ты не должен так меня изводить. Я просто выбился из сил.

Рука Янь Минсюя скользнула под одеяло, слегка ущипнув его за талию. В голосе послышалась обида:

— Ты последние пару месяцев мотаешься по всей стране, я даже не могу тебя поймать. Наконец-то представился случай, а ты не думаешь, что должен как-то компенсировать мне всё это?

Чжоу Сян перевернулся, потирая его лицо и улыбаясь:

— Всё же закончилось, теперь можно отдохнуть подольше. Куда торопиться?

Янь Минсюй отложил книгу, наклонился и нежно поцеловал его:

— Давай куда-нибудь съездим.

Чжоу Сян горько усмехнулся:

— Нет, никуда не хочу. Сейчас мечтаю только о том, чтобы месяц-другой не выходить из дома. Три города в день на промо-туре — это просто убийственно.

— Хорошо, останемся дома. Но договоримся — в течение трёх месяцев не брать никакой другой работы.

Чжоу Сян рассмеялся:

— Да как ты скажешь, так и будет. Ты сам мне менеджера назначил.

— Я так сделал, потому что боюсь, что ты переработаешь. На самом деле, в этом нет необходимости. Тебе нужно играть только те роли, которые тебе нравятся, не нужно изнурять себя ради денег.

— Я знаю, буду выбирать сценарии, — Чжоу Сян обнял его за шею и тихо сказал: — Давно не готовил тебе ничего вкусного. Что хочешь на ужин?

— Сян-гэ, не уходи от темы, — длинные пальцы Янь Минсюя закрутили его волосы. — Пообещай мне, что будешь сниматься только в одном фильме в год.

Чжоу Сян горько усмехнулся:

— Но я действительно хочу зарабатывать больше. Не хочу пользоваться твоими деньгами.

— Мои деньги — твои деньги.

— Всё равно это неправильно. Если мама узнает, она опять начнёт переживать.

— Даже если ты будешь сниматься только в одном фильме в год, этого будет достаточно, чтобы обеспечить семью. К тому же, если ты будешь слишком занят, как ты сможешь заботиться о тёте, как проводить время со мной? Ты думаешь только о том, чтобы зарабатывать, но не о том, чтобы быть рядом с семьёй, — Янь Минсюй смотрел ему в глаза, говоря это с полной серьёзностью.

Чжоу Сян, глядя на его серьёзное выражение, не выдержал и рассмеялся:

— Ладно, хватит. Я и так знаю, о чём ты думаешь. Но ты прав, я тоже не хочу так изматывать себя. Хорошо, один фильм в год.

Янь Минсюй облегчённо улыбнулся:

— Утром мама прислала креветок, очень свежие. Как будешь готовить?

— А ты что хочешь?

— Ты знаешь, какой сегодня день?

«Какой сегодня день?» — Чжоу Сян слегка напрягся. Он особенно боялся забыть о каком-нибудь важном дне, например, о дне рождения Янь Минсю, потому что тот точно не оставил бы это без внимания. Однако, обдумав, он вспомнил: день рождения Янь Минсю летом.

Янь Минсю сказал: «Сегодня Дунчжи.» — день зимнего солнцестояния.

«Ах, да, как быстро зимнее солнцестояние наступило, может, лепить пельмени?» — предложил Чжоу Сян.

«Да, давай лепить пельмени,» — согласился Янь Минсю.

«Ой, тогда надо домой ехать,» — сказал Чжоу Сян.

«Ты забыл, что тётя с Ван-ши поехали в Сычуань отдыхать? Подождём, пока они вернутся,» — напомнил Янь Минсю.

«Я совсем замотался,» — Чжоу Сян потянулся, встал с кровати. «Проспал весь день, всё тело затекло. Ты всё это время сидел у изголовья и читал?»

Янь Минсю тихо ответил: «Так теплее, когда рядом ты.»

После того как Чжоу Сян привел себя в порядок, они вместе спустились вниз за продуктами.

Хотя Лицю — начало осени — было всего два дня назад, погода уже заметно похолодала. Янь Минсю не надел куртку, и Чжоу Сян прижимался к нему особенно близко. Они шли медленно, словно даже поход за продуктами был для них драгоценным временем, которое стоило наслаждаться каждой секундой.

Чжоу Сян купил огромную капусту размером с голову, а также другие овощи и мясо. Его фирменные пельмени — с начинкой из свежей капусты и креветок. Когда они готовы, ни один не остаётся в кастрюле: стоит только откусить, как из них брызжет ароматный и насыщенный бульон. Даже Чэн Ин не может сравниться с ним в этом искусстве.

Когда они возвращались домой с покупками, Чжоу Сян внезапно сказал: «А давай пригласим тётю пообедать с нами.»

Янь Минсю удивлённо спросил: «Мою маму?»

«Да,» — ответил Чжоу Сян.

Янь Минсю немного засомневался: «Хорошо?»

«Что в этом плохого? Ведь креветки она нам прислала. Ты живёшь у меня так долго, а она ни разу не была здесь. Наверняка ей интересно посмотреть, где живёт её сын. К тому же, сегодня Дунчжи — это вполне уместно.»

Янь Минсю сказал: «Не факт, что мама согласится прийти.»

«Спроси её,» — предложил Чжоу Сян.

Янь Минсю позвонил матери, и, к их удивлению, она согласилась прийти.

Через час, когда они уже готовили пельмени, раздался звонок в дверь. Янь Минсю открыл её, и его мать с любопытством оглядела квартиру.

«Мама, проходи,» — пригласил Янь Минсю.

Чжоу Сян выглянул из кухни и улыбнулся: «Тётя, вы пришли.»

Мать Янь Минсю слегка нахмурилась: «Я не понимаю, почему вы живёте в таком маленьком помещении? Не то чтобы я требовала роскоши, но… у нас же есть средства получше.»

Чжоу Сян поднял руку, испачканную в муке, и провёл ею по лбу, оставляя белый след на коже. В его голосе прозвучала тёплая ностальгия: «Это место для нас двоих особенное. Мы не живём здесь постоянно — иногда перебираемся к Минсю, получается примерно пополам.»

Янь Минсю, кивнув, поддержал: «Мам, дом и так просторный, зачем нам больше? Да и транспорт здесь удобный — всё под рукой.»

«Ладно, ладно, — махнула рукой мама Янь, снимая пальто и засучив рукава. — Вы тут с ума сойдёте от работы. Ну что, уже лепите? Дайте и мне помочь!»

«Не надо, мам, — улыбнулся Чжоу Сян, — сиди лучше. Нам двоим и так справиться, а на кухне тесно — не развернёшься.»

Мама Янь рассмеялась, покачав головой: «Да уж, сама знаю, что тесно… Ладно, пойду посмотрю, что у вас в комнате, а вы тут не ленитесь!»

Прошло минут пятнадцать, и пельмени уже булькали в кипятке, наполняя дом густым, аппетитным ароматом — таким, что слюнки сами текли.

Ян Минсю крепко обнял его за талию. Несмотря на усталость, физическое и эмоциональное удовлетворение наполняло его полностью, словно заполняя весь его мир. Он мягко рассмеялся: «С тобой я всегда найду силы.»

Чжоу Сян потрогал его волосы и пробормотал: «Чёрт, как я устал… Совсем нет сил, сейчас усну.»

— «Ты не хочешь помыться?»

— «Даже шевелиться не хочу.»

— «Я помогу тебе, хорошо?»

— «Мм…» — Чжоу Сян проворчал, — «Ладно, не надо…»

Ян Минсю крепче прижал его к себе и тихо сказал: «Если останешься мокрым, простудишься. Подожди, я немного отдохну и помогу тебе помыться. Ты пока спи.»

— «Хорошо… Только не буди меня.»

— «Не разбужу.»

— «Минсю.»

— «Да?»

— «Сегодня я должен был попросить тётю принести нам пельменей. Возможно, твой отец бы их попробовал. Они ведь такие вкусные…»

— «Да, его упущение.»

— «Эх, как же я забыл…» Голос Чжоу Сяна становился всё тише.

— «Ничего страшного, скоро Новый год.»

— «Да, на Новый год тоже сгодится.»

Ян Минсю нежно поцеловал его в уголок губ: «Сян-гэ, я люблю тебя.»

— «Мм, я тоже тебя люблю.»

— «Скажи ещё раз.»

— «Что?»

— «Я люблю тебя.»

— «Я тоже тебя люблю.»

Ян Минсю счастливо обнял его крепче. Для него было достаточно просто так держать Чжоу Сяна на руках — этого хватило бы на всю жизнь. Если счастье может наполнить человека полностью, то в его сердце не осталось ни единой трещинки.

Спасибо судьбе, что вернула Чжоу Сяна к нему.

Страница книги Профессиональный дублёр в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

1 - 20

1 - 21

1 - 22

1 - 23

1 - 24

1 - 25

1 - 26

1 - 27

1 - 28

1 - 29

1 - 30

Глава 31 - Две бодающиеся головы Ван

Глава 32 - Оскорбление Ван Юйдуна

Глава 33 - Обнаружение, что он заменитель Ван Юйдуна

Глава 34 - Не желая отпускать Чжоу Сяна

Глава 35 - Отказ от расставания

Глава 36 - Горячий аргумент… Благосклонность Ван Юйдуна

Глава 37 - Домашний арест

Глава 38 - Потеряв всю надежду

Глава 39 - Последний телефонный звонок

Глава 40 - Предупреждение Цай Вэя

Глава 41 - Взгляд в прошлое

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53 - Минсю попросил о роли

Глава 54 - Ты гей?

Глава 55 - Поцелуй пьяного Минсю

Глава 56 - Кто поможет ему?

Глава 57 - Чувство отчаяния

Глава 58 - Как заставить Чжоу Сяна увидеть Минсю

Глава 59 - Предложение

Глава 60 - Попытка убедить Чэньин

Глава 61 - В поисках нового дома

Глава 62 - Чувственное возбуждение Чжоу Сяна

Глава 63 - Редкая ночь мирного сна

Глава 64 - Совпадения ошеломляют

Глава 65 - Другое предупреждение

Глава 66 - Сомнения Сиронга

Глава 67 - Не забывайте, кому вы принадлежите

Глава 68 - Вызов имени Чжоу Сян

Глава 69 - Вопрос об аварии

Глава 70 - Мин Сю настроен скептически

Глава 71 - Он просто не хочет возвращаться

Глава 72 - Пропавшая схема Танина

Глава 73 - Недооценка чувств Мин Сю к Чжоу Сяну

Глава 74 - Кто НАСТОЯЩИЙ заменитель…

Глава 75 - В поисках Минсю

Глава 76 - Не могу остановить повторение истории

Глава 77 - Для открытия двери использовался ключ

Глава 78 - Почему вы так похожи на моего брата Чжоу Сяна?

Глава 79 - Чжоу Сян встречается с МинCу

Глава 80 - Первое чувство сексуального удовлетворения

Глава 81 - Друзья находят выход

Глава 82 - Возможно, его тело найдено

Глава 83 - План осмотра тела

Глава 84 - Освидетельствование тела

Глава 85 - Видя себя

Глава 86 - Потому что я его мужчина

Глава 87 - Откровение

Глава 88 - Я был не прав

Глава 89 - Участие в выпуске М. В. Сиронга

Глава 90 - Эмоциональный разговор

Глава 91 - Мысли Минсю

Глава 92 - Не сдавайся со мной

1 - 93

1 - 94

1 - 95

1 - 96

1 - 97

1 - 98

1 - 99

1 - 100

1 - 101

1 - 102

1 - 103

1 - 104

1 - 105

1 - 106

1 - 107

1 - 108

1 - 109

1 - 110

1 - 111

1 - 112

1 - 113

1 - 114

1 - 115

1 - 116

1 - 117

1 - 118

1 - 119

1 - 120

1 - 121

1 - 122

1 - 123

1 - 124

1 - 125

1 - 126

1 - 127

1 - 128

1 - 129

1 - 130

1 - 131

1 - 132

1 - 133

1 - 134

1 - 135

1 - 136

1 - 137

О книге