Глава 1 - Кажется... сегодня что-то изменилось

У Сюэ Лина жутко болела голова и все тело, из-за чего он чувствовал себя так ужасно, будто его переехала машина.

Он стонал и метался на постели, не в состоянии найти в себе силы подняться. Наконец, набравшись духа, он смог открыть глаза.

Все казалось черно-белым, тусклым и неясным, показывая, насколько плохим было состояние его тела.

В поле его зрения появилась пара маленьких черных глазок-бусин, а затем белоснежная лиса фамильярно хлопнула его по щеке своей лапкой:

«Здравствуйте, хозяин».

Голос был мягким и нежным, совсем не похожим на лисий.

У Сюэ Лина возникло слабое желание закатить глаза, но, говоря откровенно, у него не было на это сил. К счастью, он был крепок душой, что помогло ему прямолинейно обращаться к лисенку:

«Помоги мне восстановиться».

«Последствия того, что хозяин пересек пространство и время, еще не исчезли. Ваше самочувствие улучшится сразу после того, как они пройдут».

Лисенок подошел к изголовью кровати Сюэ Лина:

«Хозяин, закройте глаза и придите немного в себя».

Сюэ Лин не сопротивлялся этой идее. Теперь он не удивлялся тому, что перед этим переходом, человек из прошлого предупредил его быть осторожным. Последствия пересечения пространства и времени были настолько серьезными, что в данный момент он был психически неуравновешен и крайне подавлен. Кроме того, все его тело в высшей степени пришло в негодность. Вскоре после того, как он закрыл глаза, он заснул, как будто провалился в туман.

Его сны были тоже неспокойными. Слова того человека, казалось, превратились в написанный парящий текст. Хотя, он не мог точно вспомнить, кем был тот человек, и его образ в сознании Сюэ Лина практически растворился, слова, которые он говорил, прочно засели в его памяти.

«Твой дух нестабилен, и тебе будет довольно трудно пойти против судьбы мира. Сначала я отправлю тебя в мир самого низкого уровня, чтобы ты сумел адаптироваться. Попытаешься раздобыть немного удачи. За исключением удачи, в которой остро нуждается Мир Десяти Направлений, ты можешь использовать все остальное чтобы укрепить свой дух».

«Что насчет моих хвостов?»

«Пока ты выполняешь задания, Мир Десяти Направлений будет получать дополнительную удачу. Этого будет достаточно, чтобы поддержать тебя и поможет тебе вернуть свои хвосты».

«Ты не обманываешь меня? Я не хочу работать даром».

«Между нами заключен нерушимый контракт. Зачем мне тебя обманывать?»

Сюэ Лин был Снежным лисом, который культивировал духовную силу тысячи лет. Ему нужно было сделать всего один шаг, и он стал бы Небесным лисом. В данный момент все это стало далеким воспоминанием. К сожалению, у судьбы были свои взлеты и падения.

Тысячи лет культивации были уничтожены в одно мгновение, и даже его девять хвостов были разбросаны в хаотическом времени и пространстве. Чтобы отыскать свои собственные хвосты, Сюэ Лин приложил невероятное количество усилий и потратил много времени, чтобы встретить таинственного Мастера Границ, и, наконец, он нашел этого человека…

Только вот воспоминание о том, что произошло после этого, полностью исчезло из его головы. Единственным, что он мог вспомнить, были слова того человека…

Сюэ Лин не имел возможности полагаться на его нынешнюю силу для достижения своих целей. Только собрав «удачу» за успешное выполнение заданий, он мог вновь накопить силу своей души и вернуть обратно свои хвосты.

Не ясно, по какой причине в памяти Сюэ Лина отчетливо запечатлелись условия, которые поставил перед ним Мастер Границ, но лис ясно помнил, что должен непременно их соблюдать.

Это противоречило самой его природе, потому что Сюэ Лин не был рожден для того, чтобы подчиняться правилам.

Он не знал, как долго спал, но когда Сюэ Лин снова проснулся, все перед ним стало немного яснее. Судя по слабому свету, проникающему снаружи, уже была ночь.

Наконец-то Сюэ Лин смог лучше контролировать свое тело. Он протянул руку, схватил лисенка и сказал:

«Система, восстанови мое тело и передай мне всю информацию».

Маленький лисенок беспечно дремал и внезапно проснулся из-за грубых действий Сюэ Лина. Он был совершенно растерян, и прошло некоторое время, прежде чем он медленно подполз и прижал свою маленькую головку ко лбу Сюэ Лина.

В доме вспыхнул слабый свет, и мысли Сюэ Лина медленно стали проясняться.

В его разум был загружена значительная часть сюжета, которую нужно было исправить, и он снова уютно устроился на одеяле, размышляя об этом.

Раздался скрип.

Деревянная дверь распахнулась, и в комнату тихо вошел мальчик-слуга, аккуратно неся в руках еду и лекарство. Он поставил все на маленький столик в стороне, а затем присел на корточки и прошептал Сюэ Лину на ухо:

«Молодой господин, молодой господин, пора ужинать. После еды вы должны принять ваше лекарство».

Когда Сюэ Лин слегка открыл глаза, они, казалось, вспыхнули яростным светом. Мальчик, который наблюдал за ним, был настолько ошеломлен, что его руки и ноги не могли сдвинуться с места.

Его молодой хозяин всегда был хорош собой, но обычно у него был болезненный цвет лица, его глаза выглядели безжизненными, а тело казалось совершенно бессильным, даже веки большую часть времени оставались полуприкрытыми.

Однако… кажется, сегодня что-то изменилось.

Сердце маленького слуги по необъяснимой причине забилось чуточку быстрее.

Сюэ Лин поморщился и, помогая себе руками, постарался сесть. При этом его движения были немного медленными и неуклюжими, а все еще слабый голос, был тихим и звучал очень болезненно:

«Хорошо, давай сюда кашу».

Когда слуга увидел, что хозяин может сидеть сам, он был так тронут, что его глаза покраснели, и маленький плакса разрыдался.

«Вы можете сесть, молодой господин? Превосходно! Я говорил, что небеса, должно быть, защищают вас!!! Юный господин такой хороший человек! С вами должно быть все в порядке!»

Сюэ Лин опустил глаза и не ответил ему. Он проглотил кашу и медленно выпил лекарство с помощью мальчика, а затем махнул ему рукой уходить.

Маленький прислужник заколебался:

«Неужели юному господину действительно не нужно, чтобы я помогал ему?»

Сюэ Лин покачал головой и сказал:

«Иди и подогрей немного воды, я хочу искупаться».

Мальчик быстро покачал головой.

«Молодой господин, вы болеете уже много дней и только-только начали поправляться. Как вы можете думать о купании?»

Сюэ Лин протянул руку и погладил его по голове:

«Твой молодой господин знает свое тело, все будет хорошо. Иди и вскипяти воду».

Когда дверь со скрипом закрылась, Сюэ Лин с досадой похлопал себя по груди и со вздохом посетовал:

«В мире вряд ли можно сыскать столь же никчемное и слабое тело, как это».

Мерзкий вкус лекарства заставил его лицо потемнеть, и он даже высунул язык. Ему действительно не хотелось описывать вкус препарата, который он только что выпил. Он прожил тысячи лет и, вероятно, никогда раньше не пил ничего более горького.

Думая о том, что он вынужден принимать это лекарство еще какое-то время, Сюэ Лин нахмурился и потянул мех белоснежной лисы рядом с собой.

Маленький лисенок легко запрыгнул на кровать и с тревогой посмотрел на Сюэ Лина.

Если верить лисенку, а точнее информации, переданной Сюэ Лину системой, миры, в которых ему нужно было выполнять задания, были вымышленными или виртуальными мирами, у которых были владельцы.

Это означало, что миры находятся под управлением Мира Десяти Направлений, но этим не ограничены. Главными героями историй были счастливые сыны этих миров, и задачей Сюэ Лина было отобрать удачу этих людей.

Из-за их собственной врожденной силы, маленькие миры неосознанно собирали большую часть удачи вокруг себя, что приводило к тому, что главный мир, в основном, вращался вокруг них. Это не способствовало функционированию мира.

Если бы что-то случилось с главным героем, весь мир немедленно рухнул бы, что сильно ослабило бы Мир Десяти Направлений. Это также повлияло бы на жизнь других людей. Подобно бесправному пушечному мясу, они были обречены на страдания.

Итак, Мир Десяти Направлений обязал Сюэ Лина прийти и сломать систему распределения удачи, а затем он обязан был восстановить все согласно замыслу Мастера Границ.

Сила удачи изначально была рассеяна Миром Десяти Направлений. Возвращение удачи позволит Миру Десяти Направлений, который стал хрупким из-за краха одного мира за другим, восстановиться.

Возвращение Мира Десяти Направлений в нормальное состояние, могло помочь Сюэ Лину найти его хвосты.

Это было похоже на биологическую цепочку, где Мир Десяти Направлений находился на вершине пищевой цепочки, а главные герои находились внизу. В каком-то смысле, работа Сюэ Лина состояла в том, чтобы воспользоваться удачей главных героев.

Было очень трудно вырвать удачу у детей судьбы. К счастью, Сюэ Лин был на стороне Мира Десяти Направлений. Хотя тот был слаб после всего того, что было сказано и сделано, он все еще оставался главным миром и, по сравнению со вспомогательными мирами, все еще доминировал над всем.

Поэтому, не смотря на то, что в основе заданий лежало разрушение, имелся и бонус: вслед за тем, как ломаются оригинальные сюжетные линии и меняются судьбы главных героев, Мир Десяти Направлений автоматически извлекает из этого удачу, делающую его сильнее.

Пока он восстанавливал свое болезненное тело, Сюэ Лин бегло просмотрел сюжет этой истории. Это был очень простой и заезженный текст. Неудивительно, что тот человек сказал, что ему нужно начать с мира низкого уровня - разрушить такой сюжет было не так-то просто.

Из-за того, что у него не хватало сил, даже после того, как его тело восстановилось, он все еще был котелком для поглощения лекарств, рацион которого состоял в основном из аптечных средств.

Но даже такой незначительный прогресс позволял ему жить, как нормальный человек, все еще больной, но уже не настолько серьезно, чтобы он застрял в постели, кашляя кровью весь день, не в состоянии делать что-либо еще.

Первоначальный владелец этого тела родился в семье литераторов, был очень невыразителен, так как с раннего возраста обладал слабым здоровьем. Дожить до шестнадцати лет уже было чудом для его удачи.

Первоначально он был юным господином, который хотел заниматься писательством в качестве ученого, но из-за того, что его родители были несправедливо обвинены и умерли, семейные обстоятельства ухудшились, и ему пришлось отправиться в столицу для участия в императорском экзамене, надеясь оказаться первым, чтобы одним махом избавить семью от обвинений.

К сожалению, он был бездонным сосудом с лекарствами, а путь в столицу был далек, да и дороги не так легко было пересечь. Из-за тяжелой болезни он часто останавливался и нуждался в отдыхе, а время в пути увеличилось вдвое. Он ничего не мог поделать, кроме как наблюдать за тем, что сроки имперских экзаменов становились все ближе и ближе, в то время как его собственное состояние не улучшалось.

Придя к такому финалу, юный господин, в конце концов, вздохнул, и решил передать фамильную печать своему другу и соученику. Он попросил его отправиться в столицу, чтобы найти человека, которого ранее спасла его семья, нынешнего Генерала имперский войск. Он надеялся, что Генерал сможет когда-нибудь помочь ему за былые заслуги его семьи.

К сожалению, он доверился не тому человеку.

Этот партнер по учебе был путешественником во времени. Еще с самого детства он обладал чрезвычайно эгоистичным и честолюбивым характером, так и не став зрелым человеком.

Он всегда чувствовал, что должен быть главным героем этой истории, и что юный господин был всего лишь его золотой жилой, существуя в качестве второстепенного героя только для того, чтобы помочь ему.

Его собственная жизнь только начиналась, и в его глазах молодой господин был уже не жилец на этом свете, поэтому он взял его печать и нашел Генерала, пользуясь именем юного господина.

Дальше все пошло гладко. Благодаря воспоминаниям, полученным во время путешествия во времени, а также благодаря тому, что он провел годы рядом с молодым господином, читая много его статей, он хорошо показал себя во время имперского экзамена, и одним махом стал лучшим по результатам.

Генерал заботился о нем, как о сыне своего спасителя, и поскольку, тот стал лучшим буквально по щелчку пальцев, он был очень ним впечатлен. Благодаря стечению обстоятельств, а также намеренным и случайным поступкам соученика болезненного господина, эти двое очень сблизились, и с тех пор они сметали все на своем пути. Они процветали в столице, и хотя оба были мужчинами, все равно стали прекрасной романтичной легендой.

Молодой господин болел всю дорогу, пил лекарство, как воду, и по этой банальной причине имеющиеся у него деньги быстро истратились.

Мальчика, который следовал за ним, забили до смерти, когда он доставал лекарство для своего молодого господина.

Хотя болезнь его так и не утихла, он потащился дальше, расспрашивая всюду о должнике своей семьи. Только тогда он узнал историю, касающуюся его друга и Генерала.

Он не мог в это поверить. В конце концов, они выросли вместе, и молодой господин относился к своему соученику, как к брату. Он решительно не желал верить этим сплетням. Поэтому он расспросил о местах, где их часто видели вместе, достал фамильный нефрит их семьи, чтобы продать его и раздобыть хоть немного денег, потратив их на наём людей, которые бы доставили письмо его другу. Он надеялся, что они смогут встретиться и поговорить.

Самозванец запаниковал и очень встревожился, но не смог раскрыть свой обман. Он мог только организовать для них двоих тайную встречу. Молодой господин надеялся, что сможет использовать свою личность, чтобы добиться справедливости ради своих родителей. Соученик согласился, но при одном условии: молодой господин больше не будет называться именем своей семьи, а станет просто его товарищем по учебе.

Ради того, чтобы реабилитировать своих родителей, молодой господин согласился.

Партнер по учебе увидел, что тот легко идет на поводу, но все еще тревожился, боясь, что молодой господин разоблачит его перед Генералом. Поэтому он разработал план, по которому болезненный друг должен был отправиться в особняк Генерала, чтобы найти его.

Протеже Генерала сказал людям в его особняке, что если кто-то, похожий на молодого господина, придет искать его, то нужно избить его до смерти и закопать в братской могиле.

Молодой господин умер, так и не поняв причины, а обида его родителей так и не была отплачена. Его товарищ по учебе с нефритовой печатью стал настоящим «молодым господином» из семьи литераторов.

Он обратился к Генералу и пожаловался на порочность своего товарища по учебе, утверждая, что тот не только причинил ему боль по дороге, но и нашел его в столице, угрожая ему своей родовой нефритовой печатью.

Из-за этого он попросил подчиненных Генерала избить его, но кто же знал, что они убьют этого человека так легко? Он чувствовал себя по-настоящему виноватым.

Он вел себя как идеальный белый лотос, выглядел жалко и расстроенно, и Генерал успокоил его, испытывая отвращение к «фальшивому» молодому господину, даже не потрудившись разобраться в этом деле.

Таков был первоначальный сюжет этой истории. Сюэ Лин ознакомился с этим без каких-либо эмоций, а затем прочитал оригинальную версию романа, прищелкнув языком в знак похвалы авторской версии черного и белого.

Сюжетная линия оригинального романа началась с того момента, когда партнер по учебе въехал в столицу, и была рассказана именно с его точки зрения. Он использовал личность молодого господина с тех пор, как вошел в город, и продолжал до тех пор, пока не нашел дворец Генерала, чтобы привлечь его внимание.

Для успешной сдачи имперского экзамена, он использовал свой опыт путешественника во времени, дабы придумать идеи, действуя как хитрый и привлекательный «шоу» (уке, или пассив).

Раздел рецензий на роман должен быть заполнен кучей людей, кричащих, что «шоу» был милым. Его линия поведения была плавной и непредсказуемой, в то время как поступки Генерала производили впечатление чрезвычайно отстраненного и высокомерного человека, в точности, как идеальный «гонг» (семе, или актив).

Первоначальный владелец тела Сюэ Лина был человеком, который едва ли считался случайным пушечным мясом. Несмотря на то, что в тексте упоминалось, что он действительно был молодым господином, с точки зрения «белого лотоса», именно он сам был превосходен с детства и делал все лучше, чем этот немощный бесполезный больной.

Пожилая хозяйка дома, завидовала его таланту, поэтому использовала его научную работу и отдала ее молодому господину, но этого было недостаточно, и она заставила его присутствовать на экзамене вместо молодого господина. Это было просто бесстыдно.

Такого рода тоскливые и безутешные воспоминания были очень болезненны для читателей, и вызвали у них всевозможную неприязнь к погибшему болезненному недоразумению, чье тело занял Сюэ Лин. Даже, если бы он не пытался вернуть свою личность, другие все равно сказали бы, что он был бесстыдным «белым лотосом».

Сюэ Лин почувствовал себя очень несчастным и посмотрел на маленького лисенка рядом с собой:

«Почему меня перенесли именно в это тело?»

«Мир Десяти Направлений считает, что подобное молодому господину, несчастное пушечное мясо, которое погибло напрасно, или было обижено и оскорблено, больше всего подходит для вас.

В конце концов, вы попаданец, и у вас должна быть причина существовать в этом мире. Поэтому, когда вы разрушите эту сюжетную линию, не забудьте отомстить за обиду молодого господина. Это можно считать компенсацией за использование его тела».

Лисенок зевнул и провел хвостом по руке Сюэ Лина.

«Этот юноша тоже был глупцом, интриганом до смерти, но при этом не испытывал ненависти к другим. Только вот его упорство в попытке восстановить справедливость ради его родителей было слишком сильным, поэтому Мир Десяти Направлений выбрал его».

«Кстати об этом», - Сюэ Лин прищурил глаза, и эта пара узких лисьих глаз показалась еще более пленяющей, - «почему ты появляешься в такой форме, а, система?»

Маленький лисенок задрожал всем телом, почувствовав недовольство в голосе Сюэ Лина. Лисья шерсть, торчащая во все стороны, вдруг стала пушистой.

«Это соответствует предпочтениям хозяина… Поэтому...»

Система была существом, которое Мир Десяти Направлений поместил рядом с Сюэ Лином, чтобы сообщать ему детали сюжета и оказывать внешнюю помощь. Эти два существа формально встретились, только пересекая пространство и время, но в тот момент у системы еще не было тела, а душа Сюэ Лина была полностью поглощена переходом, не имея возможности позаботиться об остальном.

Поэтому, в тот момент, когда он открыл глаза, он впервые увидел систему, и с огромным трудом сдержал свое недовольство.

Сюэ Лин поднял систему и с презрением произнес:

«Просто аватар, унижающий всех лис в мире».

…

Система возмущена: Это всего лишь форма! Это была не настоящая лиса! Хозяин, перестань смотреть так, будто хочешь содрать с меня кожу, это слишком страшно!

Глава 2 - Этот расчетливый взгляд… это все еще наш Гунцзы?

«Какой именно момент в сюжете мы сейчас проходим?»

Несмотря на крайнюю неприязнь к внешнему виду системы, приоритетом Сюэ Лина по-прежнему были его хвосты, поэтому ему, несмотря ни на что, нужно было хорошо выполнять полученные задания.

«Э-э…»

У изножья кровати система обхватила голову руками, посмотрела вверх и робко сказала:

«Плохая новость в том, что ваша фамильная нефритовая печать оказалась в руках главного героя. Хорошая новость в том, что он только недавно ушел. Если вы сейчас поторопитесь, вы еще можете отправиться в столицу, чтобы разоблачить его до начала имперского экзамена».

Сюэ Лин протянул ладонь и уставился на свои пять бледных пальцев. Вероятно, из-за постоянного письма на пальцах появились мозоли. Похоже, что первоначальный владелец тела имел необъяснимую тягу к учебе и императорскому экзамену.

«Неважно, хорошие это новости или плохие, в любой момент времени можно что-то изменить. Эта история настолько полна сюжетных дыр, что есть много мест, где нам подвернется «шанс».

Система навострила уши и посмотрела на Сюэ Лина. Увидев его слегка приподнятые губы, она немного задрожала, сама не зная почему.

По непонятным причинам возникло желание зажечь свечи за главного героя, которого они даже не встречали.

«Кстати говоря…»

Система подкинула несколько странных вопросов.

«Хозяин, ты не удивлен? Это *** роман. Оба главных героя — мужчины…»

«Я повидал много, но чувств не испытал…»

Сюэ Лин явно не хотел об этом говорить. Он положил лису рядом с подушкой и лег.

«Хотя физическая форма этого тела улучшилась, оно все еще в очень плохом состоянии. Мы должны в полной мере использовать любую возможность для отдыха».

«Эх!»

Система была очень озадачена.

«Хозяин, почему ты не думаешь, как поступить с главным героем? Как только он окажется под крылом генерала, ты не сможешь победить его со своим нынешним слабым телом!»

«Это не драка, включи свой мозг».

Долгое время у него не было тела. Теперь даже сон позволял Сюэ Лину чувствовать себя очень хорошо.

«Сейчас главный герой завладел личностью молодого господина, он много общается и преуспевает. Чтобы выступить против некоторых людей, мы должны сначала позволить им занять высокую позицию».

«О… Значит, ведущий игрок повышает для себя сложность?»

«Давай, примем все, как есть».

Сюэ Лин потянулся.

«В любом случае, имя главного героя ненастоящее, и его способности хороши лишь на словах, пока кто-нибудь не копнет глубже, тогда все будут знать, что происходит. Я не хочу тратить этот умственный потенциал напрасно».

«…»

Система потеряла дар речи.

Это было не верно, хозяин, не слишком ли небрежно ты себя ведешь? С кем мы имеем дело по-твоему?!

Сюэ Лин перевернулся, сузил глаза и улыбнулся.

«В любом случае, мне потребуется много времени, чтобы снова совершенствовать свое тело. Теперь, когда у меня есть эта физическая оболочка, я хочу сначала насладиться ею».

Система: «…»

Такой хозяин… Мог ли он действительно выполнить задание?!

Когда на следующее утро маленький слуга открыл дверь, чтобы помочь своему молодому хозяину умыться, он увидел молодого человека, который был готов покинуть комнату. Какое-то время он был сбит с толку и вообще не понимал, что происходит.

С юных лет молодой господин всегда вставал поздно из-за своей болезни. Он чаще спал днем, а ночью его мучила бессонница, поэтому он почти никогда не вставал утром.

Маленький слуга подбадривал себя каждый день стараться изо все сил для господина, но сегодня он чувствовал себя очень расстроенным.

Он опустил голову и позвал: «Юный господин».

Его хозяин был сегодня в необыкновенно бодром расположении духа. Он нарядился в давно не используемые голубые одежды, которые выглядели на нем особенно торжественно.

Один лишь взгляд на это заставил маленького слугу покраснеть.

«Как вы встали так рано? И даже не стали ждать, пока я помогу вам умыться и одеться».

После пробуждения Сюэ Лин почувствовал себя гораздо лучше и встал. Он заинтересованно изучил тело, которое ему досталось, и обнаружил, что оно оказалось неожиданно привлекательным.

Поскольку речь шла о выходце из интеллигентной семьи, он с первого взгляда вызывал у людей впечатление прекрасного юноши вкупе со слабой и нежной внешностью. Просто стоя там, он выглядел точь-в-точь как маленький белый лотос или чистое, безобидное по своей натуре существо.

К сожалению, его глаза не соответствовали этому ранимому облику. Его лисьи глаза были немного уже, чем у феникса, но, как ни странно, были отнюдь не маленькими.

В уголке глаза таилась небольшая родинка, и в паре с изогнутыми ресницами, когда его веки были слегка прикрыты, это делало его неотразимым.

Сюэ Лин коснулась нечеткого бронзового зеркала, и уставился на свое отражение, спрашивая систему: «Что с этими глазами и родинкой?»

Система последовала его примеру и посмотрела ему в лицо. Хотя она видел его раньше, когда хозяин проснулся накануне, она все еще считала, что это было очень удивительно.

«Это было решение Мира Десяти Направлений для того, чтобы хозяин не потерял себя в этом мире. Ведь когда живешь, как другой человек, легко запутаться. Поэтому у тебя остались твои глаза и твоя родинка…»

«А как же люди в этом мире? Разве никто из тех, кто видел это тело раньше, не удивятся, что мои глаза изменились?»

«Они этого не воспримут».

Система была уверена в этом. Хотя они столкнулись с сыном удачи, он, как главный герой низкоуровневого мира, все еще был во власти Мира Десяти Направлений, поэтому главный мир мог внести изменения, о которых люди этого мира не узнали бы.

«Но вы не можете быть слишком серьезным OOC*…»

Они еще разговаривали, когда маленький мальчик толкнул дверь и вошел.

Сюэ Лин протянул руку и коснулся глаз. Он повернулся и посмотрел на маленького слугу.

«Сяо Цин, приберись, и отправляемся в столицу».

«Ах!»

Руки маленького слуги, державшего завтрак, слегка дрожали. Он тут же поставил поднос и с неодобрением направился к Сюэ Лину.

«Молодой господин! Ваше тело только что поправилось, вам нужно хорошо отдохнуть. Господин Сюй уже уехал в столицу. Он разыщет генерала, чтобы позаботиться о молодом господине!»

Сюэ Лин стряхнул его руку со своего рукава и тихо вздохнул:

«Сяо Цин, я больше не молодой господин».

Маленький слуга просто винил себя за свои действия, и его лицо покраснело при словах:

«Даже если пожилой господин и его супруга были казнены, в глазах Сяо Цин молодой господин остается главой и опорой семьи!»

Сюэ Лин, наконец, понял, почему в итоге Сяо Цин погибал в этой сюжетной арке. Такой наивный ребенок должен жить в довольстве и комфорте, и иметь свою собственную жизнь.

Сюэ Лин протянул руку и погладил Сяо Цина по голове. Ради твоей верности первоначальному владельцу этого тела я возьму тебя с собой.

«Я уже не тот молодой господин, которому нечем заняться, кроме как читать каждый день».

Лицо Сюэ Лина стало серьезным. Когда он слегка опускал взгляд, то его слабый и хрупкий вид заставлял других невольно хотеть положить весь мир у его ног, чтобы подбодрить его.

«Пребывая в болезни, я осознал, что всем мои замыслы мне лучше осуществить самостоятельно. Дожидаясь здесь генерала, в случае, если он задержится, разве я из-за этого не пропущу имперский экзамен?»

Маленький мальчик-слуга был шокирован его рассуждениями и, казалось, поглупел. Он не знал, как опровергнуть слова Сюэ Лина.

Со стороны молодого господина было разумно сказать это... Казалось, в этом нет ничего плохого.

«Сяо Цин, с этого момента зови меня Гунцзы**».

Сюэ Лин открыл дверь, и солнечные лучи ворвались внутрь дома. Ранее унылая комната, казалось, обрела новую жизнь.

«Я уже не тот молодой господин, которого укрывали от ветра и дождя. В будущем, всем в семье Дуань, я займусь лично».

Дуань Цянь, первоначальный владелец тела, всегда был скромен и почтителен. Но Сюэ Лин вовсе не был скромным человеком и родился с дерзким характером. Вероятно, именно его крутой нрав стал причиной его внезапного падения. Однако сам Сюэ Лин не признавал, что с его характером что-то не так, принимая себя полностью и считая образцом.

Слова господина несколько промыли мозги Сяо Цина. Он кивнул головой и сказал:

«Да, Гунцзы! Пойду собираться!»

Сюэ Лин пристально посмотрел на Сяо Цина. На самом деле изменение характера Сюэ Лина могло быть замечено с первого взгляда любым, кто действительно долгое время общался с ним, но, в конце концов, он был всего лишь закулисным пушечным мясом.

Если бы весь мир вращался и менялся вокруг его жизни, даже большие изменения воспринимались бы как должное.

Попросив Сяо Цина достать оставшееся серебро, Сюэ Лин проверил состояние своего кошелька. Он был болен и пил лекарства, которые изначально готовились дома. Он еще не ослабел до такой степени, чтобы снова обратиться к врачу, поэтому поездка в столицу будет отличаться от путешествия на грани нищеты подлинного господина Дуань.

Здоровье этого тела было плохим, и оно не подходило для верховой езды, поэтому Сюэ Лин вычеркнул эту идею из плана и заставил систему заново рассчитать время прибытия. Если бы он нанял хорошую карету и гнал лошадей сутки, не останавливаясь, они еще могли успеть к экзамену.

Поскольку он имел право участвовать в имперском экзамене, опираясь на уровень образования Дуань Цяня, Сюэ Лин считал, что сможет преуспеть в этом. Это подталкивало его использовать оставшиеся деньги без оглядки, чтобы успеть на экзамен.

Собрав багаж, он попросил Сяо Цина нанять хорошую карету и приготовить простые и дешевые закуски в дорогу. Затем Сюэ Лин отправилась в столицу.

Пора давно прошедшей юности Сюэ Лина припала на древние времена. Лис был редким гением, который мог изменить свою внешность, чтобы выглядеть как человек юного возраста.

Когда ему надоедало бездельничать дома, он выходил исследовать улицы города, поэтому знал кое-что о древнем быте людей и не испытывал дискомфорт во время теперешней адаптации.

Однако его маленький слуга всю дорогу тревожился, что беспрерывная и долгая тряска в карете плохо скажется на здоровье его Гунцзы.

Хотя его тело не разболелось хуже прежнего, когда они прибыли в столицу, Сюэ Лин действительно чувствовал себя истощенным телом и духом, и нуждался в восстановлении.

Поскольку приближались имперские экзамены, многие люди путешествовали в столицу и из нее. Сюэ Лин и Сяо Цин чудом нашли гостиницу, чтобы переночевать. Они не собирались привлекать чье-либо внимание перед имперскими экзаменами.

Сяо Цин недоумевал, почему его Гунцзы не отправился во Дворец Генерала, но когда они сидели в вестибюле и ждали, пока Сюэ Лин поест, они услышали кое-какие любопытные сплетни.

Говорили, что в генеральском дворце недавно принимали красивого молодого человека, элегантного и лощеного. Он написал изумительную поэму и был удостоен премии великого секретаря.

Пабы и обычные гостиницы были отличными местами, чтобы услышать новости. Сюэ Лин прислушался и собрал всю информацию, которую хотел знать, в то время как лицо Сяо Цина постепенно чернело.

Наконец, когда они закрыли дверь в свою комнату, он повернулся и сказал Сюэ Лину:

«Гунцзы, почему вы не дали мне разобраться с этим? Человек, о котором они говорят, это же А Сюй! Вы только что слышали это стихотворение? Разве не вы написали эту поэму в прошлом году? Вы расстроились, что это было недостаточно хорошо, поэтому велели А Сюю сжечь записи! Как же вышло, что теперь это стихотворение принадлежит этому Сюю?»

Сюэ Лин не одобрял происходящее. Он даже напомнил слуге их разговор:

«Сяо Цин, видишь теперь, если бы мы не приехали в столицу и все еще ждали, пока Генерал заберет нас сюда, мы бы, наверное, ничего не узнали».

Сяо Цин был так зол на спокойное отношение его Гунцзы, что чуть не впал в истерику. Он покраснел и, наконец, сказал: «Дуань Сюйян, этот парень! Что он думает о себе?!»

Дуань Сюйян был одним из главных героев этой книги, или, если быть точным, он был шоу*** романа. Хотя его имя казалось немного обычным, оно было хорошим описанием его солнечной внешности, в сочетании с описанием его в романе, как маленького милашки, читателям это имя очень нравилось.

Напротив, Сюэ Лину это все было не по душе. «Он пустое место. Не сердись, Сяо Цин».

В последнее время характер его Гунцзы сильно изменился, и он больше не был холодным и отстраненным весь день, или застывал в одной позе с выражением горя на лице.

Теперь он часто улыбался слуге, и маленький мальчик осмелел достаточно, чтобы заговорить с Сюэ Лином. «Гунцзы, пойдем к Генералу и разоблачим этого мудака Дуань Сюйяна!»

Сюэ Лин погладил его по голове и сказал: «Давай пока оставим это».

Сяо Цин не мог сдержать копившийся в нем гнев. Он посмотрел на Сюэ Лина, и его глаза покраснели от досады. «Гунцзы…»

Сюэ Лин ущипнул его маленькую круглую щечку, и беспомощно сказал:

«Как ты хочешь, чтобы я разоблачил его? Ведь мы выросли вместе, и я вижу в нем брата. Не только он пострадает, когда придет время явиться и разоблачить его».

Разум Сяо Цин внезапно прояснился, когда он понял смысл слов Сюэ Лина.

«Тогда Гунцзы сделает это после экзамена. Пусть теперь Дуань Сюйян попробует списать у Гунцзы ответы во время экзаменов!»

Сюэ Лин от души рассмеялся, и Сяо Цин, который как раз собирался сказать, что его Гунцзы был мягкосердечным, увидел его улыбку и заколебался. Слова, которые он собирался произнести, были взяты обратно.

Было бы еще более странно, если бы его считали мягкосердечным.

Примечание:

*ООС – отхождение от канона. Описывает ситуацию, когда попаданец ведет себя не так как его оригинальный персонаж, нарушая тем самым его линию поведения.

** Гунцзы – обращение к молодым аристократам, или богатым молодым людям мужского пола.

***шоу (shou) – роль пассива в однополых отношениях мужчин (то же, что и «уке»).

Глава 3 - Мой любимец был непослушен и потревожил Генерала

Вскоре настало время императорского экзамена, и многочисленные студенты собрались у входа в экзаменационный зал. Гостиница Сюэ Лина находилась недалеко от этого места. Он прислонился к окну, и Сяо Цин звал его посмотреть на молодого человека, одетого в зеленую одежду.

Здания были невысокими, а у Сюэ Лина было хорошее зрение, поэтому он ясно видел лицо молодого человека в зеленом.

Если бы мы действительно хотели поговорить о внешности Дуань Сюйяна, можно было бы назвать его красивым и нежным. Он стоял, гордо выпрямившись, как бамбук, его губы слегка изогнулись в улыбке, поэтому другим было легко чувствовать себя хорошо, глядя на него.

Он был окружен группой людей, смеющихся и шумных, и казалось, что период кропотливого общения и налаживания связей с лихвой окупился: он был очень хорошо принят окружающими и влился в здешнее общество.

Это был человек, который не раскрывал своих тайных мыслей и был очень хорош в поверхностном поведении. В силу того, что ему положено было стать главным героем сюжета, ему требовалось прикладывать меньше усилий, чем другим, чтобы опередить их и вырваться вперед.

Душа Сяо Цина была полна беспокойства. Он хотел спуститься и немедленно поспорить с молодым человеком, защищая хозяина, но Сюэ Лин удержал его.

«Гунцзы?!»

Сяо Цин не мог понять: «Он был так хорошо одет, и вокруг него было так много людей! Все это должно было принадлежать вам, Гунцзы!»

Сюэ Лин улыбнулся и сказал: «Достаточно того, что мы знаем, и он знает, кому все это принадлежит. Куда ты так торопишься?»

Сяо Цин озадаченно посмотрел на Сюэ Лина. Раньше он хорошо понимал мысли и поведение своего Гунцзы, но с тех пор, как тот серьезно заболел, он, казалось, понимал его все меньше и меньше.

Тем не менее, это не имело значения. Его Гунцзы все еще оставался его обожаемым господином, и до тех пор, пока он оставался тем же человеком, кем бы он ни стал, Сяо Цин мог принять это. И эта версия Гунцзы была намного лучше, чем хрупкая и мрачная из-за болезни версия господина из прошлого.

Просто его темперамент казался еще хуже. Он всегда хотел подшутить над слугой или что-то в этом роде…

«Гунцзы хочет подождать?»

«Спор с ним в данный момент ничего не докажет, и сейчас вот-вот начнется экзамен, что тут обсуждать? Все, что нам нужно сделать, это найти Генерала».

Сюэ Лин поправил свою одежду, повернулся и сел. Он сделал неторопливый глоток чая, прежде чем добавить: «Начинается. Мы спустимся вниз после того, как он войдет».

Сяо Цин кивнул и посмотрел вниз на Дуань Сюйяна. Его глаза были полны отвращения.

Платить черной неблагодарностью за доброту, используя личность Гунцзы, было действительно бесстыдно.

Сюэ Лин медленно допивал свой чай, и время от времени наслаждался закусками. Он вообще не потрудился взглянуть на главного героя внизу.

Чтобы получить достаточно энергии и вернуть свои хвосты, Сюэ Лин планировал форсировать события сюжета, а не вяло плестись по нему, как могло показаться вначале.

Дискредитировать главного героя и отрезать ему все пути к отступлению – вот, что было его основной целью в данный момент.

Время для имперского экзамена было объявлено. Только когда время входа подходило к концу, Сюэ Лин неторопливо спустился вниз, заставив прислужника странно взглянуть на него. В конце концов, все студенты в гостинице бросились туда, сломя голову, а этот был таким неторопливым.

По сравнению с предыдущими студентами, которые беспокойно занимались зубрежкой каждый день, этот казался действительно расслабленным.

Имперский экзамен этого вымышленного мира должен относиться к древней имперской экзаменационной системе государства Z. Все сдавали экзамен в закрытом помещении, оставаясь там, в течение трех дней, пока не закончат свои работы.

Сяо Цин приготовил много еды для Сюэ Лина, которую внимательно изучили, едва он вошел в экзаменационный зал. Сюэ Лина также тщательно обыскали, чтобы убедиться, что у него нет возможностей для мошенничества на экзамене, и только потом его впустили в зал.

Сюэ Лин знал тему экзамена еще тогда, когда изучал сюжет, и в его голове уже были некоторые идеи для блистательно завершения испытания. Первоначальным владельцем теля был молодой гений.

Он прошел тест на талант в юном возрасте и имел возможность продолжать расти. Если бы его тело не было ужасающе болезненным, он бы уже был на пути к тому, чтобы занять почетное и высокое место в этом мире.

Все статьи главного героя были написаны им самим, но из-за того, что он не был удовлетворен, в конечном счете, они были сожжены. Характер молодого человека был странным: он сжигал все работы, которые ему не нравились, поэтому количество оставленных невредимыми произведений было жалким.

Кроме того, поскольку он не любил публиковать свои произведения, очень немногие знали о его стихах и статьях. Видимо здесь, это должно быть результатом того, как мир автоматически справляется с сюжетом, чтобы завершить его.

Главный герой Дуань Сюйян был его товарищем и партнером по учебе. Он был на несколько лет старше его и уже стал взрослым, но сдал экзамен на два года позже молодого мастера. Его литературный талант был неплох, и у него были близкие отношения с молодым господином.

На самом деле, изначально он не собирался подменять молодого господина. Он приехал в столицу под его именем, чтобы защитить свою собственную безопасность, а также потому, что не хотел, чтобы люди повсюду презирали его.

Подмена произошла в тот момент, когда Генерал опрометчиво принял его за другого. Дуань Сюйян заколебался, видя, что высокопоставленный человек не знаком с настоящим владельцем нефритовой печати и никогда не видел его лица. Тогда-то самозванец и вошел в роль, заняв чужое место.

Была и другая причина так поступить: самозванец любил мужчин и был сильно очарован Генералом.

В этом сюжете было много ошибок. Например, когда Генерал был молод, его спасла семья Дуань, и он подарил своим спасителям фамильную печать. Но когда он получил печать обратно, он не попросил людей проверить как дела у семьи Дуань.

Вместо этого он доверился непосредственно Дуань Сюйяну. Родители Дуань Цяня умерли с обидами, но это было лишь козырем, подчеркивающим доброту Дуань Сюйяна в оригинальной истории на более позднем этапе. Чтобы свергнуть премьер-министра, Дуань Сюйян упомянул родителей Дуань Цяня на более поздней стадии сюжета.

Дуань Сюйян сказал, что он перенес унижение и был почти превращен в товарища по учебе, и, чтобы смыть обиды своих родителей, Генерал охотно протянул руку помощи, став, таким образом, ключевой фигурой для свержения премьер-министра, предотвращения восстания и завоевания доверия Императора, что, наконец, привело к прекрасной и очаровательной истории этих двоих.

Можно было видеть, что проблемы семьи Дуань были лишь малым двигателем рассказа, позволяя, оттолкнувшись от них, проложить путь для сюжета. Молодой господин, в конце концов, умер, так ничего и не поняв. Он ничего не получил, но все же сумел умереть без обид – это было действительно удивительно.

Сюэ Лин не утруждал себя исправлением ошибок в авторском сюжете. Теперь ему нужно было следовать своему собственному плану, послушно сдавать трехдневный экзамен, а затем ждать объявления результатов.

Через полмесяца после объявления будет проведен дворцовый экзамен. Это было то, чего ждал Сюэ Лин.

Сюэ Лин имел на руках козырь в виде оригинального сюжета. Поэтому он знал, какую работу напишет главный герой. Он написал ту же статью, что и Дуань Сюйян, но разница была в том, что статья Сюэ Лина содержала более глубокие идеи.

Достаточно было взглянуть на него, чтобы понять его точку зрения, и, в конце концов, различные перечисленные способы и средства были гораздо более изощренными, чем в поверхностной статье соперника, в которой упоминалась только простые идеи из оригинальной рукописи.

Обе статьи будут странно похожи, поэтому проблемы, в конечном счете, всплывут на поверхность. Сюэ Лин не был уверен, решит ли Император проблему до дворцового экзамена или найдет другие способы после того, как обнаружит проблему. В любом случае, если бы обман и плагиат были раскрыты, будущий путь Дуань Сюйяна был бы сокращен наполовину.

Даже если бы Генерал помог ему, он никогда не смог бы влиться в мир чиновников в этой жизни. Как только об этом станет известно, его талант и репутация будут полностью уничтожены. Единственное, что он мог бы сделать, - это положиться на помощь Генерала в осуществлении его передовых идей о переселении душ.

Сюэ Лин в данный момент не собирался сворачивать со своего пути к обогащению, потому что не знал, каковы были намерения Генерала.

Поскольку деньги, принесенные этими двумя людьми, только тратились, а не зарабатывались, Сяо Цин ломал голову над использованием серебра. Видя, что он всегда ходит с нахмуренным лицом, Сюэ Лин долго размышлял, затем нарисовал несколько картин и добавил на них несколько стихов, позволив Сяо Цину выставить их на продажу.

Сяо Цин была немного ошеломлен его талантливыми картинами и стихами. Хотя его Гунцзы и раньше был очень удивительным, такие практические усилия были действительно очень странными.

В конце концов, глядя на его возраст и опыт, хотя он и был довольно талантлив, он всегда был не удовлетворён, поэтому каждая картина была сожжена. Глядя на работу Гунцзы сейчас, казалось, что все изменилось.

«Гунцзы, как изменилось ваша техника…»

Движения Сюэ Лина замерли, и он рассмеялся, прежде чем сказать: «Те, кто возрождается из Нирваны, всегда благодарны за свое пробуждение. Ты не понимаешь «что это нормально».

Сяо Цин, казалось, смутно что-то понимал, но это не мешало ему поклоняться своему Гунцзы все сильнее и сильнее.

Итак, в столице началась волна каллиграфии и живописи.

Сяо Цин развесил каллиграфию и картины в соответствии с инструкциями своего Гунцзы, нигде не упоминая о ценах. Повесив работы на обочине дороги на три дня, спустя короткое время этот прилавок стал невероятно популярен.

Сяо Цин отвечал только за присмотр за ларьком, говоря всем, кто приходит спросить, что картины были от его Гунцзы, который приказал ему продать их за деньги. Больше он ничего не знал.

Если бы кто-нибудь спросил его, кто такой его Гунцзы, он бы не ответил. Если бы кто-то спросил цену за картину или произведение каллиграфии, он бы тоже не ответил. Если кто-то был груб, он молча собирал коллекцию картин и каллиграфии, закрывал киоск и уходил.

Многие люди преследовали слугу, чтобы попытаться выяснить, кто был его Гунцзы, но, в конце концов, ничего не смогли выяснить.

Сюэ Лин написал пять картин. По его приказу они были проданы в руки двух принцев, старейшин двух семей и людям из дворца Генерала. Слава об этом таинственном прилавке, которая гремела в течение нескольких недель, была, наконец, отодвинута на задний план известиями о начале императорского экзамена.

Во дворце Генерала, в его кабинете, стоял озадаченный генерал-лейтенант. Он басовито спросил своего Генерала: «Господин, в чем тайна этой картины? С тех пор, как вы купили ее, вы не сводите с нее глаз уже несколько дней. Что же вы увидели на этом полотне такого особенного?»

Полководца этой династии, который не знал поражений на поле боя с тех пор, как ему исполнилось тринадцать лет, звали Цун Хуэй и его справедливо называли Богом войны. В этот момент он придирчиво изучал картину. Услышав слова своего заместителя, Генерал оглянулся и, наконец, выплюнул два слова: «Ты невежда».

Его называли Богом войны, но Генерал не был грубым человеком. По крайней мере, он выглядел не так, как его массивный заместитель, который смотрелся очень свирепо.

Генерал же был высоким, красивым, стройным и сильным, как натянутый лук. Поскольку он находился у себя дома, на нем были не тяжелые доспехи, а удобная длинная мантия черного цвета. Носить ее было так же приятно, как и попытаться описать этот мягкий шелк.

Цун Хуэй был героем этой книги и большой любовью автора. У него были все преимущества: он хорошо играл в шахматы, рисовал и был знатоком каллиграфии. Он также написал одну или две поэмы, и многие люди высоко оценили их.

Хотя его основной задачей было убивать и сражаться, автор, казалось, вложил в него все навыки, которые он мог придумать, а затем насыпал еще несколько приятных моментов.

Итак, Генерал был похож на большинство гонгов*, играющих главную роль. Он говорил очень мало, но умел проникать в сердца людей. Когда он ухаживал за кем-то, то был способен на глубокие чувства и привязанность. Хотя он дорожил своими словами, как золотом, каждое слово было подобно клятве.

В последние дни Генерал каждый день занимался военными делами. Кроме этого, единственное, что он любил делать больше всего, - это запираться в своем кабинете и наслаждаться картинами, которые он собирал. Он мог смотреть на них целый день, но из-за того, что он редко комментировал свои увлечения, никто не знал, почему он так увлечен.

На самом деле, это было не что иное, как просто исследование картины. Чем глубже он вглядывался в полотно, тем сильнее его интересовала личность художника. Он послал много людей на разведку, но не смог получить никаких новостей – это еще больше удивило и заинтриговало его.

Как самый уравновешенный человек в этой книге, Генерал Цун Хуэй не должен был проявлять любопытства по поводу таких вещей, но его сердце действительно испытывало волнующий зуд из-за этой картины. И та маленькая часть его души, которая любила чужой талант, постоянно давала о себе знать, требуя довести дело до конца.

Это любопытство достигло своего апогея, когда ему в руки прыгнул маленький лисенок, сбежав от своего хозяина – первого по результатам имперского экзамена, красавца.

Это случилось в тот момент, когда Генерал неспешно ехал на своей лошади по главной улице. Мужчина был удивлен произошедшим и схватил лисенка рукой.

А сам хозяин проказника скромно извинился: «Ах, мой любимец был непослушен и потревожил Генерала!»

Маленького лисенка держали за загривок. Изящный молодой человек в красной мантии победителя прижал ладони к пылающим щекам, изображая невинность и смущение. Растерянный взгляд Генерала был направлен сверху вниз.

Он увидел завораживающий блеск лисьих глаз молодого человека и нежные красные губы. Его белоснежная кожа на фоне красного одеяния выглядела еще более блистательно и божественно.

В тот момент Генерал понял, что пропал.

Глава 4 - Нельзя просто так взять и нагнуться!

Система в форме милого лисенка, которую так беспощадно раскрыли и швырнули в лицо Генералу, буквально потеряла дар речи!

Генералу тоже пришлось взять себя в руки, чтобы сохранить лицо…

Тем временем, мысли системы были примерно следующие:

«Боже мой, этот мир - не лучшее место для жизни, так жестоко обращаться с системой, не боишься удара молнии?

Хозяин, я вижу тебя насквозь! Ты мудак!»

В свою очередь на площади была немая сцена: великолепный молодой человек в алом наряде самым очаровательным образом смотрел на Генерала, опираясь о подоконник, а Генерал не мог оторвать взгляд от прекрасного видения.

Система больше не могла следить за происходящим. Ее хозяин даже использовал медовую ловушку для выполнения задания. Казалось, что таких вещей, как высокие моральные принципы, просто не существовало, пока он следовал за этим хозяином!

К счастью, моральные устои и душевное состояние Генерала можно было считать довольно твердыми. Пусть ранее он отвлекся и растерялся, но быстро пришел в себя.

Сначала он уставился на дрожащего белого лисенка в своей руке, затем перевел взгляд на человека в красном на подоконнике.

Сегодня был опубликован список успешных кандидатов, прошедших имперские экзамены, и единственным человеком, который мог бы так одеться, должен был быть тот, кто занял первое место.

После общих экзаменов следовали дворцовые экзамены. Император еще не назначил ученого номер один, но если бы не было сюрпризов, то это был бы этот лучший кандидат.

Хотя во дворце Генерала был юноша, который также принимал участие в императорских экзаменах в этом году, Генерал столько лет проработал в центральном правительстве и чувствовал, что нет особой разницы, пополняется общество учеными или нет, и свысока смотрел на кандидатов, как на ненужных людей.

Они не были незаменимыми, и поэтому в этом году он не уделял особого внимания ситуации, не говоря уже о том, чтобы тратить время на составление рейтингов. Судя по внешнему виду этого человека, сейчас он должен торопиться на дворцовый экзамен. В таком случае…

Зачем ему бросать в него лису в этот момент?

На самом деле Сюэ Лин хотел бросить в Генерала цветок, но, поразмыслив, решил, что цветок - это слишком кокетливо. В случае, если Генерал рассердится, это того не стоит.

К сожалению, у него не было ничего подходящего, чтобы бросить; если он небрежно уронит опору окна, неважно, попадет ли он в генерала или нет, ключевым моментом было то, что сам Сюэ Лин чувствовал всевозможную запутанность и нерешительность.

В конце концов, сюжет, казалось, все больше и больше развивался по канону золотого лотоса.

Пока он думал об этом, генерал, как раз проехал под его окном. Сюэ Лин приказал системе показать себя, схватил ее и швырнул вниз, напугав лисенка почти до полусмерти.

Хотя это было немного нелепо, молодой человек уже обратил на себя внимание.

Сюэ Лин неторопливо улыбнулся, поправил рукава и проворковал:

«Сегодня день экзаменов во дворце, но человек, который пришел сообщить мне, не сказал, как войти во дворец. Поскольку генерал проезжал мимо, почтенный мог только с надеждой потревожить вашу честь, и уповать, что Генерал будет достаточно великодушен, чтобы показать дорогу».

Одним махом он развеял все слова, которые ранее вертелись на языке у мужчины. Он посмотрел на ученого немного озадаченным взглядом и в конечном итоге издал тихий вздох:

«Что еще придумал Император?»

Сюэ Лин пожал плечами, невинно говоря:

«Я тоже не знаю, но мне нужно найти дорогу во дворец, от чего у меня немного болит голова».

Хотя он родился обворожительным, когда на его лице мелькало невинное выражение, он выглядел чрезвычайно чистым. Эти два темперамента, столкнувшиеся вместе в его теле, заставили Цун Хуэя, который впервые встречался с таким типом людей, начать довольно сильно волноваться за свой душевный покой.

«Я подумал, что, поскольку у меня есть некоторые связи с Генералом, вы, вероятно, не откажете мне в помощи», - наконец, добавил Сюэ Лин.

Цун Хуэй был ошеломлен. Он совершенно не мог вспомнить, где он мог встретиться с этим странным и очаровательным существом до того, как на него бросили лису.

Видя его искренне недоумение, Сюэ Лин еле сдержал улыбку:

«Неужели Генерал забыл? Несколько дней назад, прелестная картина, с которой я не желал расставаться дольше всех, хотя все ее безмерно желали, вошла во дворец Генерала».

Цун Хуэй был удивлен, а его глаза заблестели, когда он устремил откровенно алчный взгляд на Сюэ Лина. Но подобные взгляды были совершенно бесполезны против тысячелетнего духа лисы, и Сюэ Лин оставался спокоен.

«Прошло совсем немного времени с тех пор, как ваше превосходительство забрали картину, а теперь вы собираетесь отвернуться и заявить, что ничего не было?»

В последнее время, помимо решения военных вопросов, свой досуг Цун Хуэй посвятил этой картине. Он всегда хотел найти художника, чтобы как следует обсудить полотно, но теперь, когда этот человек появился прямо перед ним, у него вдруг возникло чувство, что он не знает, что делать.

«Ваше превосходительство, Генерал?»

Сюэ Лин спустился по лестнице, принял из рук мужчины лисичку и погладив систему по голове. Потом нежно прошелся по мягкой шерстке, но все еще не мог добиться, чтобы система перестала обижаться.

«Забирайтесь на лошадь».

После долгого молчания, Генерал принял решение.

Сюэ Лин выглядел напряженным, немного смущенно моргая: «Этот почтенный не умеет ездить верхом на лошади...»

Цун Хуэй посмотрел ему в лицо. Глаза Сюэ Лина были совершенно другими, чем раньше. Он выглядел неловко, потому что был действительно смущен. Молодой человек молча отвернул лицо, а кончики ушей покрылись стыдливым румянцем.

Система тихо ныла в глубине души, что ее хозяин не жалеет себя и разыгрывает хорошую пьесу. Как будто на самом деле он был невинен и честен.

Лицо генерала вспыхнуло, и он почувствовал, что с ним сегодня что-то не так.

«Ты можешь ехать позади меня?»

Как главному мужскому герою этого мира, Генералу обычно все давалось легко. Хотя он испытывал странную нежность к человеку, стоявшему перед ним, на самом деле с ним было весьма сложно разговаривать.

Сюэ Лину также не нравился обеспокоенный вид Генерала, не мог ли он немного пошевелить мозгами? Он также не очень хотел приближаться к нему. Умер бы генерал, если бы согласился на его просьбу раньше?

Причина, по которой нечто подобное произошло сегодня, на самом деле была очень простой. Рукопись, которую подготовил Сюэ Лин, была замечательной во всех отношениях, и в ней было спрятано много хорошего.

Если внимательно прочитать текст, люди смогут почерпнуть из него много информации. В своей статье он не только четко ответил на заданную тему, но и заставил людей, которые ее читали, почувствовать себя просвещенными.

Так, что им захотелось поговорить с ним о государственных делах. Он также скрыл часть своей собственной истории жизни, заявив, что знал, что в экзаменационной комнате будет кто-то, кто напишет ту же статью, что и он.

Он надеялся, что Император даст ему возможность побеседовать с человеком, который скопировал его статью во время экзаменов.

Он сделал свои намерения настолько очевидными, что, Император принял решение использовать одаренного молодого человека для нужд двора, поэтому позволил ему играть в свои игры на экзамене.

Но Император все еще оставался Сыном неба, в конце концов, и для него было неуместно так легко принимать правила игры Сюэ Лина, что привело к сегодняшним событиям.

Хотя студентов уведомили, что им необходимо войти во дворец и выдали праздничные мантии, им не дали никаких инструкций или транспорт, чтобы доставить их во дворец.

У Дуань Сюйяна в доме Генерала не было таких забот. Хотя Генерал еще не вернулся, как только молодой человек объяснил ситуацию экономке, она заложила карету, чтобы доставить его во дворец.

Хотя на открытом месте за ними никто не следил, на самом деле людей посылали тайно наблюдать. Судьба всех кандидатов была в руках Императора.

Среди них Дуань Сюйян, самый ранний, и Дуань Цянь, которого привел Генерал, были теми двумя, о которых больше всего размышлял Император.

Сын неба был поражен, когда чиновники, которые рассматривали бумаги, впервые принесли их ему. Прочитав работу Дуань Сюйяна, он почувствовал, что молодое поколение превзойдет старшее, но после прочтения работы Дуань Цяня, Император мог только изумленно вздохнуть, что некоторые люди - гении от рождения.

Хотя эти две рукописи имели разные подписи и почерк, они обе разделяли схожие взгляды. Только одна статья остановилась после обсуждения вопроса с поверхностной точки зрения, позволив Императору оценить, но не восхищаться глубоко.

Кроме того, у пожилого старейшины, отвечавшего за маркировку бумаг Дуань Цяня, был в своем распоряжении фрагмент его каллиграфии.

После того как Император прочитал их вместе, он был поражен еще больше. Талант этого молодого человека, как национального ученого, не имел себе равных, и Император уже начал думать о том, куда он мог бы направить его, чтобы наилучшим образом использовать его способности после того, как он был удостоен звания победителя.

Чтобы быстро разобраться в этой сумятице, Сюэ Лин уже выложился по полной и достиг серьезной стадии ООС*.

Система заявила, что не может больше на это смотреть. Хорошие вещи не произошли бы только потому, что его хозяин слишком стремился к успеху!

Цун Хуэй, в конечном счете, не может упорствовать в своих бесстыдных поступках, и после того, как другая сторона смущенно почесала затылок и, наконец, пообещала ему еще одну картину, Генерал, наконец, был удовлетворен и распорядился, чтобы люди подготовили карету, лично отправив юношу во дворец.

В каком-то смысле поведение Генерала действительно было похоже на поведение жулика.

Он послал Сюэ Лина через все дворцовые ворота, но даже если бы он был Генералом, нелегко было войти во дворец без приказа Императора, поэтому он мог только наблюдать, как новоиспеченный ученый шаг за шагом входил во дворец.

Забавно было то, что молодой человек казался очень недовольным тем, что Генерал воспользовался своим преимуществом, чтобы выторговать еще одну картину, поэтому на лице Сюэ Лина не было и тени благодарности. Он выпрыгнул из кареты и только презрительно фыркнул перед уходом.

Генерал слегка нахмурился. Почему ему показалось, что лицо молодого ученого стало еще бледнее, чем раньше?

Сюэ Лина проводили во дворец, и он всю дорогу жаловался невидимой системе:

«Это тело действительно ужасно, просто едешь в обычной карете, едешь немного быстрее, дорога немного ухабистая, и кровь уже бурлит. Я должен благодарить небеса за то, что меня не стошнило кровью в этой поездке».

Система также была беспомощна:

«Другого пути нет, сила, которую Мир Десяти Направлений может предоставить, чтобы помочь улучшить вашу физическую форму, ограничена. Я могу использовать только вашу будущую жизненную силу в обмен на ваше текущее живое состояние. Вот почему, хотя я и не останавливал вас, я не согласен с вами в том, чтобы спешить. Держитесь крепче, это тело долго не протянет».

Сюэ Лин надул губы. Он уже мчался на всех парусах и был готов встретиться с главным героем этого сюжета. Стоит им увидеться, как можно считать, задача наполовину выполнена.

После этого удача главного героя будет унесена Миром Десяти Направлений, и в обмен он получит энергию, чтобы поддерживать это болезненное тело в течение определенного периода времени и изменить судьбу главного героя.

Сюэ Лин очень ясно понимал, что необходимо поймать момент и провернуть все, до того, как главный герой «шоу» западет в душу Генералу.

По этой причине он второпях швырнул лисенка и специально подстроил со своим слугой, чтобы его картина оказалась в коллекции Генерала.

Каждый шаг, который делал Сюэ Лин, был полон расчета, и маленькая система под видом белой лисы, которая следовала за ним, даже не знала, как она должна его критиковать.

В наши дни было трудно найти такого преданного хозяина. Какую сделку заключил с ним Главный?

Но он все еще был слишком уверен в себе… С чего бы ему думать, что, попавшись на глаза Генералу, он разубедит его испытывать теплые чувства к Дуань Сюйяну?

Хотя это был не высокоуровневый мир, и обязательная сюжетная линия была не очень сильной, было бы не так просто заставить главного героя отклониться...

Зал для аудиенций Императора был великолепен, как и он сам. Император этой династии усердно трудился, чтобы хорошо управлять, и именно благодаря этой обстановке Генерал мог так хорошо жить при дворе и не рассматриваться троном как враг из-за своей власти.

Именно благодаря странному аргументу, что Генерал и Дуань Сюйян были влюблены, но не имели детей, обладали военной силой, но не имели причин узурпировать трон, эти двое не рассматривались как угроза или помеха.

Сюэ Лин прибыл последним. Когда его назвали по имени, Дуань Сюйян, очевидно, на мгновение заколебался, однако он был очень хорош в актерской игре и знал, что ему не следует делать никаких глупых движений в зале аудиенций Императора, поэтому он склонил голову и ничего не сказал.

Скорее, другие кандидаты с некоторым любопытством смотрели на дверь холла, желая увидеть появления этого выдающегося ученого.

А потом они все были поражены.

Перед всеми предстал юноша, одетый в красную одежду, красивый, как изящный нефрит, с прямой осанкой; губы изогнуты в легкой улыбке.

Он обвел своими красивыми глазами собравшихся, и куда бы ни был направлен его взгляд, кандидаты краснели и, замечая, как учащается их сердцебиение, чувствовали, что с ними что-то не так.

О нет, сила его подавляющей ауры была сокрушительна, так что у них совершенно не было возможности противостоять его харизме, достоинству и красоте.

Глава 5 - Вверенный заботам генерала

После того, как прибыл Сюэ Лин, император, наблюдавший за представлением со стороны, естественно, должен был показаться двору, поэтому при звуке появления императора зал упал на колени.

В конце концов, Сюэ Лин смог вытянуться и согнуться, и встал на колени с нормальным лицом. Хотя в душе он проклинал императора, что из-за него может потерять свою жизнь, его лицо было кротким и выглядело необычайно почтительным.

«Все вы, пожалуйста, не нужно так волноваться».

Смех императора был ярким. Это был мужчина средних лет с привлекательным лицом, на котором годы оставили следы в виде сеточки морщин в уголках глаз и пары седых волос в бровях, но это не умаляло благородной ауры этого сановника.

Сюэ Лину показалось, что позади него парит огромный золотой дракон. Ци* этого императора не уступала Ци Сына Судьбы, как у главного героя.

Но это не имело никакого отношения к миссии Сюэ Лина. Этот лис не стал бы лезть в чужую Ци.

Быть демоном - это тоже достоинство, и это та точка зрения, которой Сюэ Лин все еще предпочитал придерживаться.

«Я позволил себе разыграть несколько маленьких хитростей. Но с радостью наблюдал, что все избранные смогли войти во дворец для дальнейшего испытания. Я воистину восхищен молодыми людьми, которые смогли выполнить сложные задания в этом году».

Император сердечно улыбался, и если бы Сюэ Лин не знал, что он собирается сделать сложный ход, он бы не разглядел истинное состояние его души под маской благодушия.

Профессия императора действительно требовала больших актерских способностей.

В конце концов, претенденты были в том возрасте, когда люди полны амбиций. Они сдавали сложные экзамены, а затем проходили проверку у самого Сына Небес, поэтому, когда император похвалил их, все они немного зарделись.

Дуань Сюйян не знал почему, но чувствовал, как в сердце нарастает необъяснимая тревога.

«Получив ваши рукописи, я внимательно прочитал их. Должен заметить, что некоторые идеи по управлению империей принесли мне большую пользу. На ваше рассмотрение я выбрал два эссе, и пусть каждый прочитает их как следует».

Нормальный процесс экзамена во дворце императора определенно был не такой. Однако в этот раз император лично изменил процедуру испытания, поэтому подчиненные не смели сомневаться в его решениях.

Дворцовые слуги внесли копию эссе, которая принадлежала Дуань Сюйяну. Когда молодой слуга положил рукопись перед Сюэ Лином, тот слегка улыбнулся, что заставило маленького евнуха покраснеть и отступить назад.

Чтение статьи заняло время, и в зале воцарилась исключительная тишина, так что было слышно, как падает булавка.

Сюэ Лин также последовал примеру остальных, чтобы прочитать эту статью, и чем больше он ее изучал, тем белее становилось его лицо, а система держалась за его плечо.

Видя, как он неустойчиво стоит на ногах, словно бумажный человечек, пытающийся не согнуться, у системы болело сердце, если можно так выразиться. Система иногда бросала взгляды на Дуань Сюйяна, полные презрения и ненависти.

Статья была очень хороша.

Глаза императора неотрывно смотрели на группу людей, уголки его рта слегка искривились, и когда несколько человек перед ним в волнении подняли головы, чтобы что-то сказать, он махнул рукой, показывая, чтобы они молчали, и приказал внести еще одну статью.

После чтения второй рукописи, все были потрясены.

Хотя это было невероятно, несколько человек все же прочитали всю статью полностью, после чего они выглядели бледными и возмущенными.

Сюэ Лин не стал читать свою статью. Он вздохнул и поднял голову, чтобы посмотреть на небо, затем, словно случайно заметив взгляд Дуань Сюйяна, оглянулся.

В его глазах было столько всего: беспомощность, злость, сожаление о своей неспособности бороться, разочарование, сожаление, печаль, все виды эмоций, спутанные вместе.

Даже если Дуань Сюйян в данный момент испытывал к нему бесконечную ненависть, он на мгновение застыл на месте, когда встретил взгляд Сюэ Лина.

Их взгляды не укрылись от глаз императора и великого генерала, которого император пригласил присоединиться к происходящему.

Император дал копию этих двух статей Цун Хуэю для прочтения. Даже обычный человек, увидев две такие статьи, без труда определил бы, кто является их владельцем, поэтому Цун Хуэй  выглядел немного странно. Его душа металась между Сюэ Лином и Дуань Сюйяном, не зная, как описать свои чувства.

Один из ученых, обладающий несдержанным нравом, с возмущением швырнул рукопись на землю и встал на колени прямо перед императором.

«Ваше Величество, произошли недопустимые вещи! Я умоляю вас провести тщательное расследование!»

Это был знаменитый второй Ученый при дворе, который так ценил эссе и литературу, что не мог видеть, как подобные вещи вообще происходят, и его лицо было синим от гнева.

Император откинулся на спинку драконьего кресла, подперев щеку рукой, и с улыбкой сказал:

«Поскольку все избранные сегодня здесь, я, естественно, должен тщательно расследовать это дело и восстановить справедливость».

Два других ученых, чьи лица также были расстроенными, вздохнули с облегчением, услышав, что император намерен довести дело до конца.

Когда они прочитали первое эссе, то поняли, почему проиграли такому гению, но когда они увидели второе, они полностью осознали разницу между собой и автором рукописи.

Это удивительное эссе было бесстыдно скопировано, и ни один Ученый с мозгами не сомневался бы в этом.

Когда эти две статьи лежали рядом, не было необходимости думать о том, какая из них лучше или хуже, и не было ничего странного в том, что люди сильно возмущались.

Дуань Сюйян выглядел бледным, он упал на колени и низко поклонился императору.

«Я прошу мудрости Вашего Величества!»

Император усмехнулся и сказал:

«Если у тебя есть какие-то оправдания, просто скажи об этом, и я, естественно, дам тебе четко объясниться».

Сюэ Лин чувствовал глубоко в душе, что император на троне был просто человеком, который с помощью дружелюбного тона и доброго лица в конечном итоге издевается над людьми.

Дуань Сюйяна это тоже не волновало. Его положение внезапно стало очень опасным. Ему нужно было победить, не имея и половины шансов на успех.

Но он не будет сидеть, и ждать смерти, лучше оправдываться, чем позволить императору утащить его прямо вниз и забить палкой до смерти.

Лучше ему выделиться и выступить первым. Он решил бороться за собственную жизнь.

Это уже был самый быстрый способ, который Сюэ Лин могла придумать для решения проблемы главного героя.

Пока Дуань Сюйян нес на своей спине великое преступление - обман императора - сегодня, у него не было шансов вывернуться, даже если он будет играть дальше.

В конце концов, за такое преступление полагается отсечение головы, а поскольку он еще не взобрался на такое большое дерево, как генерал, то приговор для него был бы поистине безвыходной ситуацией.

«Ваше Величество, первая статья - это моя скромная работа. Я могу пересказать каждое слово задом наперед. Второе сочинение было прочитано мной только сегодня, так что меня обидели!»

Хотя он был в списке победителей экзамена, но сейчас он еще не был ученым, Дуань Сюйян был действительно человеком с низов.

«О? Ты хочешь сказать, что автор второй статьи скопировал твою писанину?»

«Я не смею. Хотя я не знаю, почему наши взгляды и идеи так похожи. Но второе эссе действительно более проницательное, чем мое. Я не смею судить, было ли оно скопировано или нет».

«В золотом дворце, при императоре, Дуань Сюйян, ты лжешь без остановки. Разве тебе не стыдно?»

Сюэ Лин, наконец, медленно заговорил, повышая голос.

Выражение лица Дуань Сюйяна не изменилось, он не сдвинулся с места, но ответил:

«Я не знаю, что имеет в виду Ученый».

«Ты хочешь сказать, что не знаешь меня?»

Сюэ Лин холодно рассмеялся.

«Как нелепо! Я помню, что моя семья воспитывала тебя десятилетиями. Я относился к тебе как к родному брату. Если я не смогу заставить тебя считать меня семьей, даже если ты не можешь относиться ко мне, как к семье, ты все равно должен испытывать ко мне какие-то чувства. Я не ожидал, что ты будешь в таком отчаянии…»

Дуань Сюйян не мог признаться в этом, даже если бы прикусил язык, иначе ему действительно пришел бы конец.

В этот момент все в зале узнали, кто авторы этих двух статей. Даже если Дуань Сюйян кричал о несправедливости, другие ученые не хотели больше стоять рядом с ним, один за другим они все отошли в сторону, и вскоре сторона Дуань Сюйяна опустела.

Его лицо окончательно побелело. Даже если бы сегодня ему это сошло с рук, он боялся, что его жизнь будет разрушена.

«Не знаешь меня?»

Сюэ Лин усмехнулся и сказал:

«Тогда как же ты взял жетон моей семьи и пошел в резиденцию генерала просить, чтобы тебя приняли?»

«Это нефритовый кулон моей семьи! Не задирай людей слишком сильно, Ученый!».

«Я единственный сын семьи Дуань».

Лицо Сюэ Лина было мрачным, он бросил нефритовый кулон к ногам Дуань Сюйяна.

«Кроме меня, у которого есть фамильный нефритовый кулон, кто еще осмелится назвать себя сыном семьи Дуань. Ты смешон, ты готов на все ради власти и богатства, должен ли я благодарить тебя за то, что ты не прибрал к рукам и мое имя, или ты просто не успел?»

Выражение лица Дуань Сюйяна было жалким и бледным, но он скрежетал зубами, когда все дошло до правды.

«Я не понимаю, о чем вы говорите, мой жетон - это моя семейная реликвия, неужели Ученый собирается его отнять?»

«На самом деле расследовать такие вещи довольно просто».

Сюэ Лин присел рядом с ним, шепча ему на ухо свои поэмы, которые широко распространились в столице, и, протягивая руку, чтобы коснуться его все более бледного лица.

«Как не благородно с твоей стороны, я же ясно сказал тебе сжечь эти стихи, они были просто неполноценными, а ты даже прославил их под своим именем, чтобы рассмешить людей».

Все тело Дуань Сюйяна готово было взорваться от его прикосновения, он упал на землю и посмотрел на Сюэ Лина, словно на дьявола.

«Ты не Дуань Цянь! Ты не Дуань Цянь! Дуань Цянь не может быть такой!»

Сюэ Лин сузил глаза, а маленький лисенок рядом с ним несколько обеспокоенно прошелся вокруг:

«Не переборщите с OOC, хозяин! Легко автоматически стать отвергнутым и вышвырнутым из мира, если ваша личность будет раскрыта главным героем! Хотя это мир низкого уровня, но у самого мира есть собственное самосознание, и если тебя вышвырнут напрямую, то все будет кончено!»

«Конечно, я Дуань Цянь».

Сюэ Лин с трудом сдержал кровь, которой неожиданно наполнился его рот. Ему было все труднее выстаивать в этой схватке, так что уголок его губ окрасился маленькой капелькой пролившейся крови.

«Без тебя, кем бы был Дуань Цянь сегодня».

Он мрачновато улыбнулся и протянул руку, прикрывая грудь так, что казалось, будто он вот-вот потеряет половину своей жизни.

«С моей стороны было глупо восстанавливать силы, ожидая, пока ты приведешь великого человека, в которого я верил. Не ожидал, что ошибусь в тебе, все еще утешая себя, я оправдывал тебя, но когда приехал в столицу и услышал эти стихи, я вдруг понял, что ты просто пытался прославить себя. В надежде, что это недоразумение, я собирался дать тебе шанс сегодня».

Пошатываясь, он поднялся на ноги, и казалось, что он вот-вот упадет, когда его тело обхватила пара больших рук.

«Подумайте о своем здоровье». Цун Хуэй поднял его на руки и сказал:

«Обиды семьи Дуань еще не возмещены, ты не можешь умереть прямо здесь».

Сюэ Лин едва устоял на ногах и поднял голову, чтобы улыбнуться генералу, а затем снова посмотрел на Дуань Сюйяна.

«Мы знали друг друга так много лет, но когда дело дошло до этого момента, наша любовь закончилась, верно?»

Все существо Дуань Сюйяна пережило шок и возмущение, когда он увидел генерала, который внезапно появился. Цун Хуэй был его последним козырем, но теперь, с этим появлением, было очевидно, что все его запасные пути были отрезаны.

Император, который наблюдал за шоу с самого начала, наконец, заговорил.

«Ты все сказал? Если у тебя больше нет слов, я помогу тебе понять твою ситуацию».

«...»

Неверующий взгляд Дуань Сюйяна встретился с лицом императора, только чтобы почувствовать, как его тяжелая аура давит на него до такой степени, что он не может поднять голову, он склонился, полностью смирившись со своей участью.

Как только он опустил голову, мощная Ци, окружавшая его, начала бурно вращаться, а затем, не задумываясь, устремилась прямо в небо и исчезла в воздухе.

Сюэ Лин снова прижал руку к груди, понимая, что это конец Ци его главного героя и его уже не спасти.

Он холодно рассмеялся, жестом попросил генерала отпустить себя, опустился на колени перед императором и отдал ему тяжелый салют.

«Спасибо, ваше величество, за то, что вы справились с этой низостью».

Император сразу же встал, спустился по ступенькам и помог Сюэ Лину подняться на ноги.

«У А-Цяня такой талант в управлении страной, его нельзя хоронить из-за какого-то злодея».

Сюэ Лин сдержал улыбку, затем сделал два шага назад и с непревзойденной точностью упал в обморок на руки Цун Хуэя, кровь текла у него изо рта, делая все его тело похожим на трепещущий лист бумаги, который готов исчезнуть от легкого прикосновения.

Цун Хуэй посмотрел на человека на своих руках с сожалением и твердой решимостью, подхватил его прямо на руки, как принцессу и сказал императору:

«Ваше Величество, семья Ученого оказала мне неоценимую услугу, когда я был молод. До этого я был слеп и защищал не того человека. Теперь, когда здоровье Ученого подорвано, я прошу разрешения забрать его к себе домой, чтобы он восстановился, таким образом, я смогу отплатить за доброту его родителей».

Император погладил свои усы, окинул Цун Хуэя глубоким взглядом, улыбнулся и сказал.

«Я позволяю вам сделать это и отправлю несколько имперских врачей в вашу резиденцию, чтобы помочь осмотреть его. Этот Ученый - мой будущий премьер-министр, генерал Цун должен хорошо позаботиться о нем, если будет хоть малейшая ошибка, я прикажу вас наказать».

«Я подчиняюсь приказу».

Экзамен во дворце был похож скорее на театр, и после большой суматохи он закончился.

Сюэ Лина забрал Цун Хуэй, остальные в недоумении смотрели друг на друга, а затем под смех императора получили официальные должности и документы.

Только Сюэ Линь, занявший первое место, был награжден, но не получил официального титула. Император, вероятно, предполагал, что его жизнь все еще в опасности, поэтому пока не собирался привлекать его к государственным делам.

Лучше не принуждать такого гения.

Примечание:

*Ци – жизненная энергия.

Глава 6 - Генералу нужно больше времени

Порядком ослабевший Cюэ Лин пришел в себя под аккомпанемент плача Сяо Цина. Молодой господин кашлял, каждый вздох отдавался болью в груди, но он смог выдавить из себя подобие улыбки:

"Разве должен мужчина так горько плакать?"

Сяо Цин поспешно поднял заплаканное лицо и прекратил лить слезы. Хотя его голос еще срывался, он быстро взял себя в руки и помог Сюэ Лину сесть на постели.

"Вы наконец-то проснулись, мой господин".

Сюэ Линь снова кашлянул, огляделся вокруг и спросил: "Что это за место? Как долго я был без сознания?"

"Ваше превосходительство было без сознания три дня и три ночи, Сяо Цин решил, что если вы не очнетесь, он умрет вместе с вами".

Сяо Цин не мог остановить слезы, а страх последних нескольких дней превратился в панику в этот момент. Такого пугающего чувства он не испытывал с тех пор, как господин в последний раз серьезно заболел.

Сюэ Лин сказал с улыбкой: "Почему ты так голосил, как будто твой Гунцзы может умереть в любой момент?"

Глаза Сяо Цина покраснели, но он ничего не сказал. На самом деле, согласно словам императорского врача из дворца, жизнь Гунцзы действительно будет недолгой.

Он думал, что его господин никогда больше не встанет после этого сна, и действительно решил, что хочет последовать за ним в смерти.

"Это резиденция генерала, кстати, он просил сообщить, когда вы очнетесь".

Сюэ Лин был немного удивлен. Хотя он и решил потерять сознание в объятиях генерала, он не ожидал, что этот человек возьмет на себя заботы о нем.

Он махнул рукой и сказал.

"Если это резиденция генерала, то он и так обо всем узнает, нет нужды беспокоить его".

Сяо Цин был ошеломлен, а затем увидел, как генерал, одетый в строгий черный костюм, вошел с суровым лицом.

Сяо Цин поспешно вытер слезы с лица и привел себя в порядок.

"Ваше превосходительство только что проснулись, я пойду на маленькую кухню, чтобы приготовить для вас легкую еду".

Сюэ Лин кивнул и позволил ему уйти, после чего внимательно взглянул на генерала.

Хотя он всегда знал, что Цун Хуэй был красив, холоден и ослепителен, но ощущение, что противник силен, а он слаб, было не очень приятным.

Сюэ Лин хотел использовать свою собственную ауру и не быть подавленным другой стороной, но его тело было слишком слабым, чтобы помочь ему в этом.

Завидев генерала, система в виде лисенка мгновенно исчезла, поскольку у нее уже имелась психологическая травма от первой встречи с ним.

Сюэ Лин и генерал некоторое время молча смотрели друг на друга, а затем медленно расплылись в простой, невинной улыбке.

"Господин генерал, я благодарен вам за то, что заботились обо мне эти несколько дней".

Цун Хуэй спокойно сказал:

"Почему вы не пришли ко мне раньше?"

Сюэ Лин был ошеломлен, и только после того, как быстро обдумал его вопрос, он понял, что этот великий бог выразил в простых и кратких словах.

«Дело в том, что у меня не было уверенности, что я смогу вызвать ваше доверие»

Лицо генерала внезапно исказилось из-за досады.

"Это потому, что я плохо разбираюсь в людях".

Сюэ Лин улыбнулся и махнул рукой, как будто его совсем не волновал этот вопрос, и сказал:

"Я тоже не знал всех деталей заговора и нечаянно причинил генералу много хлопот".

Он немного пошевелился, чувствуя, что должен быть в порядке, и был готов встать.

"Не стоит беспокоить ваше превосходительство дольше, поэтому мне лучше уйти".

"Его Величество разрешил вам пока остаться в моей резиденции".

Цун Хуэй остановил его попытку и сказал.

«Вам хорошо известно ваше состояние».

Выражение лица Сюэ Лина слегка изменилось. Чтобы сохранить ему жизнь на некоторое время, система напрямую извлекала жизненную силу из резервов этого тела, чтобы позволить ему успеть закончить задание.

Это привело к тому, его тело стало еще хуже после того, как он изменил судьбу этого мира, а время смерти было перенесено на более ранний срок.

Сюэ Лин немного расстроился.

"Действительно, здоровье этого господина было плохим с юных лет. Но некоторое время он смог жить и радоваться каждому дню. Я думаю, это потому, что небеса не хотели, чтобы я умер так несправедливо".

Цун Хуэй, который, казалось, немного смущался упоминать слово "смерть", нахмурился и сказал:

"Врач сказал, что у вас уже старая болезнь, и в тот день в зале вы были измучены. Вам нужно позаботиться о себе.

Его Величество разрешил вам не приступать к официальным обязанностям, так что вы можете просто остаться в моей резиденции, чтобы восстановить силы".

Сюэ Лин нахмурился, с таким-то эссе, как это, невозможно, чтобы император не разрешил ему стать чиновником, здесь должен быть какой-то скрытый умысел.

Увидев, что он нахмурился, Цун Хуэй вздохнул в своем сердце и объяснил так:

"Намерение Его Величества состоит в том, чтобы, пока вы выздоравливаете, вы могли бы написать больше статей со своим собственным пониманием вещей.

Но ваше здоровье не позволяет вам работать слишком много, поэтому вы не имеете право жаловаться на такое решение государя".

Сюэ Лин кивнул головой и все понял.

"Его Величество хочет, чтобы я писал как можно больше, пока я еще могу, поэтому я должен излагать больше своих идей".

Цун Хуэй сказал с напряженным лицом:

"Его Величество хочет как лучше".

Сюэ Лин рассмеялся и радостно сказал:

"Я благодарен Его Величеству за то, что он сделал это для меня, поэтому я сделаю все, что смогу».

«Доктор сказал, как долго продержится мое тело?»

Он посмотрел на него с непонятным выражением.

Однако в глазах другого человека он не увидел страха.

Может быть, для него не имело значения, жив он или нет?

"Если вы будете хорошо восстанавливаться, то два или три года у вас будут".

Сюэ Лин выдохнул «ох» и поднял бровь.

"Тогда, ради того, чтобы служить Его Величеству своим больным телом, я хотел бы узнать, не будет ли ваша милость столь любезна, чтобы провести для меня расследование в отношении моих невинных и обиженных родителей и восстановить доброе имя моей семьи?"

"Я уже приказал кое-кому разобраться в этом, новости не заставят себя долго ждать".

Цун Хуэй не мог видеть его в таком виде и сказал это с открытым лицом.

Он был так откровенен, когда говорил это, что ему было невыносимо видеть его таким.

Он как будто говорил, что это его последнее желание, и надеялся, что оно не превратится в предсмертную просьбу.

Поэтому он попросил генерала оказать ему услугу.

"До тех пор вы можете отдохнуть здесь".

Сказал Генерал, а затем повернулся и ушел.

Сюэ Лин подождал, пока не стихнет шум его шагов. Только после этого он вывел систему из тени.

"Что происходит?

Почему судьба Цун Хуэя не изменилась, хотя он свободен и может взять свой поводок обратно?»

Система грациозно перешагнула через одеяло на теле Сюэ Линь и наступила на него, нашла удобное положение и присела на корточки.

Только после этого она медленно сказала.

"Изменение судьбы человека делится на два способа. Раньше Дуань Сюйян занимался плагиатом перед императором, что разрушило его карьеру и лишило возможности искупить вину, а Цун Хуэй стал свидетелем всего происходящего, что привело к разрушению их любви.

Изначально счастливый и благословленный карьерой и любовью человек, потерял все это, поэтому его удачу очень легко отнять. Хотя вы разрушили любовь между главной парой, вы не изменили его карьеру и будущее, поэтому вы все еще не можете покинуть этот мир".

Сюэ Лин цокнул, немного недовольный: "Так хлопотно".

"Разве не должны были меня ознакомить со всеми правилами этого мира в самом начале?"

"Вырвать у него удачу, убить его или изменить его изначально успешную жизнь?"

"Как это возможно, ведь он - главный герой мира. Если он не многоликий злодей, заслуживающий наказания, он все равно будет гордостью небес, даже если потеряет свою удачу. Более того, Мир Десяти Направлений - это не тот, кто насильно грабит. Удача Цун Хуэя может улетучиться, когда он умрет".

"Это может быть и так".

Сюэ Лин задумался и обнаружил, что в этом своде правил было много лазеек. Если посмотреть на это, то замысел Мира Десяти Направлений становится очень очевидным.

Есть люди, которые не могут позволить себе носить титул божьего любимчика, и есть люди, на чью жизненную траекторию повлияли эти "божьи любимчики" или "короли удачи". Что ему нужно сделать, так это вернуть на место сюжет, затянутый главными героями.

Откуда взялись все эти меняющие мир фениксы, воспетые народом героические юноши? Успех протагониста всегда зиждется поверх груды трупов пушечного мяса.

Некоторые из этих несчастных виновные и заслуживающие такой участи люди. Но другие – ни в чем не повинные случайные жертвы. Что он должен примерно сделать, так это помочь этим невинным набить морду счастливчикам.

"Верно".

Система вспомнила один момент.

"Этот мир - пробный, поэтому сюжет относительно простой, и требования к хозяину относительно небольшие, но вы не можете быть таким в следующем официальном мире".

"Что я сделал..."

"Скорость слишком велика, OOC слишком серьезен, и в этом случае невозможно дожить до возраста этого пушечного мяса. Смотрите, вы даже не можете помочь пушечному мясу умереть естественной смертью".

Система подсчитывала недостатки своего хозяина.

"Но это понятно, вы впервые выполняете такую работу. В следующий раз не будьте слишком нетерпеливым".

Сюэ Лин закатил глаза.

"Это необходимо, чтобы они жили до конца своей естественной жизни?"

"Да, будьте уверены, здешний мир не сравнится с событиями вашего собственного мира. Независимо от того, как долго вы пробудете в этих мирах, в вашем собственном мире это всего лишь вопрос трех или двух дней".

Губы Сюэ Лина дрогнули. Если он действительно пойдет по этому пути, сколько времени ему понадобится, чтобы собрать свои девять хвостов?!

Его сердце сжалось.

"Независимо от этого, мы должны сначала изменить будущее генерала".

О том, что будет потом, он сможет побеспокоиться, когда перейдет в другой мир, сейчас же перед ним стоит проблема, которая ждет, когда он ее решит.

"Как мы можем изменить его будущее?"

"Ну... Согласно предустановкам, требуется, чтобы он женился и завел детей, живя счастливой и полноценной жизнью, тогда все будет хорошо".

Сюэ Лин на мгновение замолчал:

"Ваш хозяин действительно ужасен".

У системы не оставалось другого выбора, кроме как сказать:

"У каждого мира свои требования, другого пути нет. Счастье и блаженство не является большим требованием, пока вы выполняете первый пункт, мы можем спокойно покинуть этот мир".

Сюэ Лин выдал "хаха" и громко рассмеялся, имея в виду, что у него осталось очень мало времени, успеет ли он увидеть, как Цун Хуэй устроит свой брак и родит детей, сможет ли больной человек повлиять как-то на эти вещи?

Система выразилась, что другого пути нет, поэтому придется двигаться вперед.

Сюэ Лин мучительно размышлял некоторое время, и тут к его облегчению явился Сяо Цин с едой. Поэтому он решительно отказался от столь хлопотного дела, как вершить судьбу главного героя немедленно, и вместо этого поел.

В последующие дни все вернулось в нормальное русло.

Сюэ Лин старательно лелеял свое здоровье в генеральском дворце, и каждый день жил, не выходя из дома. Он не совсем пребывал в заточении, иногда отправляясь в генеральский сад, чтобы погреться на солнышке.

Генерал приходил к нему каждый день, и они просто бесцельно беседовали, в процессе чего Сюэ Лин обнаружил, что этот главный герой действительно был любимцем автора, потому что он был действительно хорош во всем.

Если бы на месте Сюэ Лина оказался прежний владелец тела, он бы точно поклонялся Цун Хуэю со звездами в глазах каждый день.

Вскоре после этого пришли результаты расследования о семье Дуань и новая информация о родителях первоначального владельца. Сюэ Лин знал, что это затишье перед бурей, но не знал, было ли это частью заговора, но генерал нашел несколько улик.

Попутно выяснилось, что крупный чиновник, замешанный в этом деле, предположительно попытается узурпировать трон в ближайшем будущем.

Сюэ Лин не хотел быть вовлеченным в это дело, поэтому он просто вел себя как тихий и красивый человек. Каждый день писал статьи, передавая императору часть оригинального труда владельца и свои собственные идеи, так что каждый раз, когда император видел его статью, мог только громко воскликнуть "гений", и сетовать, что, к сожалению, его жизнь была недолгой.

Во дворец генерала постоянно присылали награды и ценные лекарственные травы от императора, в оплату его труда и как выражение восхищения. Все это время Сюэ Лин лениво загорал во дворе и понятия не имел, какие события происходят снаружи.

Тем временем столицу охватил большой скандал, затрагивая интересы всех.

В то утро, когда Цун Хуэй пришел позавтракать с ним, он выглядел как обычно и ни о чем не упоминал. После обеда на улице прошел слух, что «левые» министры взбунтовались.

Солдаты генеральского дворца крепко охраняли его, тайная стража Цун Хуэя окружила дом Сюэ Лина, опасаясь, что с этим важным человеком может что-то случиться.

Сюэ Лин получил новости и снабдил их одной-двумя стратегиями, после чего вернулся в свою комнату и лег вздремнуть.

Он не очень беспокоился о том, какие беспорядки вызовет переворот, и был спокойнее, чем даже старожилы Пекина, услышавшие новости.

Охранники понятия не имели, о чем думает этот человек. Посмотрев друг на друга, они могли только успокоить себя: все будет хорошо, пока он послушно остается во дворце генерала.

Если с ним что-нибудь случится, генерал наверняка сойдет с ума.

Глава 7 - Военная компания

Ночью Сюэ Лин внезапно пробудился от сна.

Открыв глаза, он встретился взглядом генералом, чьи глаза неясно отсвечивали во тьме.

Сюэ Линь: «...»

Цун Хуэй: «...»

Было уже три часа, свет в доме погас, и в комнате было темно.

Если бы не хорошие душевные качества Сюэ Лина, который не раз притворялся призраком посреди ночи, чтобы напугать людей, он бы закричал так, что его услышали бы все люди в резиденции генерала.

Сюэ Лин на некоторое время растерялся, хотя лицо с другой стороны было лишено выражения, но он мог видеть смущение под этим парализованным лицом.

Только спустя долгое время он потрогал свой нос и сказал:

«Я не знаю, генерал, какова причина вашего визита в столь поздний час».

Расправившись с мятежными людьми и конным отрядом, генерал поздно ночью мчался обратно без остановки.

Он сменил залитую кровью одежду и отправился проверить Дуань Цяня, потому что волновался и кое-что еще, но такое никогда бы не вышло из уст Цун Хуэя.

Поэтому он размышлял некоторое время, прежде чем сказать: «Спасибо тебе за то, что произошло сегодня».

Дело в том, что Сюэ Лин, полагаясь на свои знания о конкретном заговоре, послал Цун Хуэю множество подсказок, разрушив при этом немало договоренностей его  противника и позволив генералу сохранить много людей и лошадей.

Но даже если вы хотите поблагодарить человека за помощь, вы не должны приходить к кому-то в комнату посреди ночи и пялиться на него...

Сюэ Линь без выражения ответил:

«Это мой долг, как слуги императора и генерала, не говоря уже о кровной обиде моей семьи и моих родителей, которые погибли напрасно.

У меня тоже были свои причины, чтобы вмешаться в это дело, так что нет необходимости благодарить меня, генерал».

Цун Хуэй опустил глаза, хмыкнул и поднялся, чтобы сказать:

«Спасибо, что спасли мне жизнь. Уже поздно, ложитесь пораньше».

Сюэ Лин: «...»

Я бы и так хорошо спал, если бы ты не пришел...

Но с таким человеком, как генерал, который имеет в виду десять предложений и, в конце концов, произносит только одно, очевидно, он не может так говорить, - Сюэ Лин наблюдал, как собеседник повернулся и вышел за дверь.

Протянув руку, он поднял спящую Систему.

«Система, вставай!»

Все это время система спала спокойно.

После того как ее подбросили в воздухе, она повернулась и проснулась с ошарашенным видом.

«Что-то случилось?»

Сюэ Лин сказал с серьезным лицом:

«У тебя есть функция предупреждения, не так ли?»

«Для того чтобы обеспечить безопасность носителя, есть такая возможность.

Просто этот мир только начального уровня, поэтому не так много функций было открыто, у меня есть много возможностей которые, можно использовать, так что хозяин может просить больше».

Эти несколько слов были похожи на заученный рекламный текст, и были проигнорированы Сюэ Лином.

«Тогда почему, когда только что явился Цун Хуэй, я был разбужен совершенно ничего не понимая, а ты спала как дохлая свинья?»

Сюэ Лин испытывал необычайное отвращение к работе системы.

«Я был почти до смерти напуган посреди ночи».

Система мгновенно перепугалась до смерти:

«Что? Великий генерал был здесь!?»

Сюэ Лин: «...»

В очередной раз убедившись в несостоятельности системы, он поджал губы.

Система все еще кружила по комнате, как помешанная и причитала:

«Это не нормально, ах... как так могло произойти!»

Сюэ Лин махнул рукой и беспомощно сказал:

«Забудь, ты уже не в первый раз облажалась».

Система была чрезвычайно подавлена.

«Я очень ненадежная, простите меня... и сейчас середина ночи, уже три часа, что здесь делал генерал?»

«Я не знаю».

Сюэ Лин нахмурился и сказал:

«Теперь я что-то подозреваю».

«Хм?»

«В конце концов, я не какой-то там человек с низким эмоциональным интеллектом. Просто генерал ведет себя не слишком очевидно...», - потирая подбородок, сказал Сюэ Лин.

«Сколько еще продержится это тело?»

«Самое большее, два-три месяца».

«Догадки - это просто догадки, я сделаю вид, что ничего не знаю, если он не скажет это вслух».

Сюэ Лин сузил глаза, полностью игнорируя замешательство системы, и повернулся, чтобы укутаться.

«Вали спать!»

После подавления мятежа император еще больше доверял Цун Хуэю, а на Сюэ Лина, добившегося больших успехов, награда обрушилась как приливная волна.

Если бы Сюэ Лин действительно выдержал, император, возможно, сразу же назначил бы его на должность своего министра.

Режим выздоровления Сюэ Лина оставался прежним, но он заметил, что генерал стал все чаще посещать его двор, иногда просто для того, чтобы молча поработать рядом с ним, и им обоим нравилось проводить время в одном месте.

Хотя у них было много общих тем для разговоров, но пересечение границ полностью отсутствовало, за исключением той единственной ночи.

Сюэ Линь и сам был вынужден задуматься, не слишком ли он чувствителен, в конце концов, Цун Хуэй был прям и откровенен, когда дело касалось главного героя.

Из ситуации было ясно, что он являлся доверенным лицом императора в том, что касалось заботы о больном ученом, и что его собственные желания были слишком мелодраматичными, чтобы им можно было следовать.

Месяц спустя сюжет приблизился к кульминации, когда две соседние страны объединились и вместе сражались на границе.

В оригинальном тексте главные персонажи вместе отправляются на войну и становятся героями страны в этом сражении, после чего Цун Хуэй добровольно отказывается от поста военачальника и покидает столицу вместе с возлюбленным, чтобы путешествовать и жить как небожитель, и сюжет подходит к концу.

Но в данный момент сюжет пришел к тому, что лишенный благоволения главный герой, ожидает своей казни, которая состоится осенью, а генерал один готовится отправиться на войну.

Учтя все эти аспекты, Сюэ Лин подал прошение о том, чтобы присоединиться к военному походу вместе с генералом.

После вызова ко двору он даже заявил, что жить ему осталось недолго, поэтому он может внести большой вклад в развитие страны и умереть на поле боя, что будет считаться возвращением его долга императору и стране.

Император, зная степень его гениальности, и, учитывая его слова, а также ради блага страны, в конце концов, назначил Сюэ Лина военачальником, несмотря на противодействие великого полководца, и позволил ему сопровождать армию до самого сражения.

Система сообщила Сюэ Лину, что с этим телом он сможет прожить еще два месяца.

На обратном пути от императора лицо Цун Хуэя не предвещало ничего хорошо, но Сюэ Лин посчитал это забавным, и решил поддразнить полководца:

«Кто расстроил нашего великого генерала, что у него такое мрачное лицо?»

Все слуги вокруг молчали, говоря про себя:

«Это ты? Кто, кроме тебя, осмелился бы провоцировать его?»

Цун Хуэй бросил на него взгляд и отвернулся, его голос звучал так, словно исходил из самых глубин, подавляемый с большой силой.

«Почему вы так поступаете? Ваше тело явно не выдержит напряжения путешествия, не говоря уже о сражении».

Сюэ Лин рассмеялся.

«Я и вы - оба мужчины, что плохого в том, чтобы быть мужественным и служить своей стране?»

Цун Хуэй снова посмотрел на него, в его глазах вспыхивали сложные эмоции, которые в итоге превратились в полнейший мрак.

«Верно».

«О чем я и толкую».

Сюэ Лин всегда улыбался и совсем не переживал по поводу того, что не проживет долго.

«Даже если мне придется умереть, это лучше, чем оставаться здесь, в столице, ждать, пока солдаты будут сражаться и умирать за меня. Я готов отдать свою жизнь в обмен на душевное спокойствие».

Цун Хуэй холодно фыркнул и сказал:

«Говоря так, скольких людей в этой столице, которые останутся в стороне от войны, вы осудили?»

Сюэ Лин вздохнул: «Ох!», и сказал с улыбкой:

«Кто знает, в любом случае, я ухожу,  и их месть мне не страшна».

Цун Хуэй: «...»

Правда и то, что он так и не смог его разубедить, как и Его Величество, не говоря уже о других.

Сяо Цин заплакал, когда узнал, что Гунцзы придется идти на войну с армией.

«У вас и так слабое здоровье, так зачем вам идти на войну?

Генерал действительно был слишком мягок, он даже не остановил вас!»

Сюэ Лин погладил его по голове с некоторым весельем и сказал.

«Я уже говорил тебе, ты - мужчина, какой смысл плакать как маленькая девочка весь день».

«Мой господин собирается подвергнуть свою жизнь опасности, а мне нельзя плакать?»

«Не будь таким. Твои слезы, как и твое сопровождение не прибавит твоему Гунцзы и пары лишних дней жизни».

Сюэ Лин погладил его по голове.

«Разве не хорошо с моей стороны позаботиться о тебе, пока я еще могу держаться?»

«Гунцзы...»

«Я не возьму тебя с собой, и я уже попросил генерала аннулировать твой договор о найме.

Если ты согласен, то можешь отправиться в столицу и найти работу, если нет, то оставайся в доме генерала, он обещал хорошо к тебе относиться».

Сяо Цин был ошеломлен, он никогда не думал, что его господин придумал для него выход, теперь было ясно, что Гунцзы явно был намерен умереть на войне!

Хотя было верно и то, что он не проживет долго, оставаясь дома. Это был настоящий тупик.

«Мой господин, Сяо Цин хочет последовать за вами на поле боя».

«Ерунда».

Сюэ Лин неодобрительно нахмурился.

«Ты думаешь, что каждый может пойти на войну? Просто будь хорошим мальчиком и сиди дома, никуда не уходи. Я попрошу генерала, чтобы за тобой кто-нибудь присмотрел».

Сяо Цин: «...»

Так серьезно?

Даже если вы отказываетесь, вы не должны быть так безжалостны...

Сюэ Лин всегда был человеком слова, и после отказа Сяо Цину, он действительно позволил Цун Хуэю найти кого-нибудь, чтобы следить за ним.

В день отъезда он позволил его проводить. Посмотрев на мальчика с красными от слез глазами, Цун Хуэй спросил Сюэ Лина, нахмурившись:

«Почему бы вам не пустить его следом, вы ведь тоже остаетесь в тылу и не пойдете на поле боя».

Сюэ Лин поджал губы. В своей последней жизни Сяо Цин умер из-за первоначального владельца. Несправедливость, постигшая Дуань Цяня, была и его несчастьем обрекшим его на смерть.

Он не мог изменить свою судьбу, и он все еще был ребенком, было нехорошо позволить ему столкнуться с такими фактами, как смерть его собственного господина.

«Естественно, у меня есть свои причины, он - единственная семья, которая у меня осталась, я не могу позволить, чтобы с ним снова что-то случилось, даже если есть малейший шанс, я не хочу рисковать».

Цун Хуэй долго молчал, махнул рукой и повел большую группу людей прочь.

Сюэ Лин путешествовал в карете, и, заботясь о его здоровье, император специально приставил к нему лекаря, который следовал за ним и заботился о его состоянии в трудном пути.

Цун Хуэй специально подготовил карету, отличающуюся от других, с очень роскошным интерьером, чтобы Сюэ Лин не чувствовал неровностей дороги и тягот пути.

Хотя у солдат были некоторые сомнения по этому поводу, они не могли не согласиться с решением генерала.

Поэтому сплетни не достигли ушей Сюэ Лина.

Время, проведенное в дороге, всегда было унылым и скучным, и Сюэ Лин знал, что в пути придется провести полтора месяца.

Он занимался схемой сражения, в соответствии с которым менялся план формирования армии. Сюэ Лин не скупился на использование современного опыта, а генерал охотно выслушивал его мысли.

Он также узнал о двух странах от Хуэя, и у него был более или менее продуманный план.

Невозможно было закончить битву за пару недель. Сюэ Лин вяло передвигался в карете, и был намного медленнее кавалерии ведущих войск.

Каждый день он полагался на помощь людей, предоставленных полководцем, чтобы передать разработанные им стратегии на поле боя, и таким образом он смог помочь генералу, который только что прибыл на поле боя, выиграть две битвы, пока строил планы.

Когда и сам Сюэ Лин прибыл на поле боя, все смотрели на него так, словно увидели члена семьи, отчего у него мурашки бежали по коже, забыв о том, что совсем недавно они недоумевали, почему им приходится брать в бой умирающего человека.

Исход сражения становился все более благоприятным, но хмурый взгляд евнуха-врача, ухаживающего за телом Сюэ Лина, становился все хуже и хуже.

Сюэ Лин, которого утром вырвало полным ртом крови, спокойно вытер кровь из уголка рта, отложил в сторону окровавленную белую ткань, и спокойно слушал, что ему говорит доктор.

«Единственное, что вы можете сделать для своего тела - это хорошо заботиться о себе: не засиживаться допоздна, обдумывая военные планы, пить лекарства вовремя, не стоит из-за горечи лекарства отворачиваться от лечения, вы не дорожите собственным телом, которое нужно лелеять».

Сюэ Лин пропустил слова мужчины мимо ушей, как обычно, подождал, пока евнух-врач окончательно успокоится, только потом улыбнулся и сказал:

«Я знаю, пожалуйста, попросите позвать генерала, чтобы он приехал за мной, хорошо? Мне еще нужно кое-что с ним обсудить».

Доктор был так зол на него, что его борода завернулась, и он вышел в ярости, с полным недоумением, хочет его пациент жить или все же нет.

Сюэ Лин пожал плечами, он все равно не рассчитывал на чудо, так зачем лишний раз истязать себя лечением?

Глава 8 - Миссия завершена – начало новой истории

Когда Цун Хуэй, наклонившись, вошел в палатку, запах крови уже почти рассеялся, но после стольких лет сражений на поле боя, он все еще чувствовал этот запах, и его лицо мгновенно исказилось, не говоря уже о том, что он увидел белую ткань на кровати в крови.

Сюэ Лин позвал его и сказал:

«Вчера вечером я придумал еще несколько тактик, подойдите и давайте посмотрим, какие из них больше подходят для текущей ситуации».

Цун Хуэй с суровым лицом сказал:

«Доктор Лин сообщил мне, что прошлой ночью вы опять не спали допоздна».

Сюэ Лин рассмеялся в ответ: «Так вы пришли меня отчитать? Меня только утром рвало кровью, доктор должен быть к такому привычным».

«Военная тактика не имеет такого значение, как ваше тело» - подчеркнул Цун Хуэй, сдерживая эмоции.

Прошло не так много времени с их первой встречи, когда генерал был потрясен румяным и жизнерадостным молодым человеком с лисьими глазами. Он тогда был в красной мантии, и весь его облик лучился счастьем, а его улыбка заставляла генерала смущаться.

С тех пор, как они оказались на поле боя, его лицо становилось только бледнее, а тело сильно исхудало. Это был очень стремительный процесс. Сейчас от его красивого лица остались только тени под глазами и его губы теперь всегда бледные и почти синюшные.

Сюэ Лин взглянул на встревоженного мужчину. Его напряжение и беспокойство было таким сильным, что хотелось как-то утешить его, разрядить обстановку. Сюэ Лин сказал тихим и мягким голосом, как человек, полностью принявший свою судьбу:

«Разве не всех нас ожидает смерть? Поэтому помочь кому-то перед смертью может оказаться полезным».

Сюэ Лин поднял и опустил руку:

«Давайте не будем тратить время зря, я придумал хитрость, которая вам может понравиться».

Цун Хуэй долго стоял у входа в палатку в раздумьях, борясь с собой, но, в конце концов, смог только беспомощно вздохнуть и сказал: «В таком случае...»

Теперь ему оставалось лишь одно – ускориться и попытаться переломить ход битвы, выиграв войну до того, как тело Дуань Цяня вконец угаснет.

Сюэ Лин тоже был заинтересован в том, чтобы поскорее решить проблему. Система сообщила ему, что через два дня это тело умрет, и он автоматически покинет этот мир!

Сюэ Лин еще не думал о том, каково это позволить генералу провести остаток жизни в одиночестве. К счастью, он не думал об этом.

В любом случае, отобрав удачу одного человека, остальные не имеют значения, верно?

Система была шокирована его негативным отношением и сказала:

«Черт, неужели это все еще мой хозяин!»

Сюэ Лин закатил глаза. Ему придется сделать несчастным человека, который не обижал его ни в прошлом, ни в будущем, и никому не был врагом без причины.

Он мог только надеяться, что его усилия принесут пользу, потому что видел, как искренне и сердечно относится к нему генерал.

План ученого заключался в том, чтобы заманить врага в ловушку, а затем уничтожить их всех, что было довольно трудно осуществить.

Войска были немедленно мобилизованы, и все остальное зависело от генерала. Сюэ Лин, наконец, почувствовал облегчение.

Если этот их план действительно сработает, то он должен успеть стать свидетелем победы в этой войне до своей смерти.

Поле боя постоянно менялось, и план Сюэ Лина учитывал почти все риски, поэтому с первого до последнего шага, он позволил армии пройти весь путь до вражеского лагеря и захватить их командира.

Поле битвы было полно ликования, но Цун Хуэй чувствовал, что что-то не так.

Сзади на быстрой лошади подъехал молодой солдат, тут же спешившийся на землю. Его лицо было залито слезами.

Он был младшим офицером, отвечавшим за безопасность Сюэ Лина. Он всегда наблюдал, как полководец дает советы генералу и тот выигрывает сражения, поэтому его восхищение им было запечатлено у него глубоко в сердце.

Теперь его лицо было залито слезами, и как только он потянул поводья, он сразу же рухнул с лошади, спотыкаясь и оступаясь, чтобы доложить Цун Хуэю:

«Генерал! Господин ученый! Он умер!!!»

Его голос не был громким среди окружающих его возгласов, но для ушей Цун Хуэя он был подобен ужасающему громовому раскату, и в это время радость победы покинула его, когда он повернул коня и направился в главный лагерь.

Но ни один быстрый конь не мог угнаться за скоростью угасания жизни одного человека. К тому времени, как генерал добрался до палатки Сюэ Лина, он увидел лишь печаль на лице врача.

«Мои соболезнования» - сказал доктор, и больше никаких слов произнести не удалось.

В комнате больше никого не было, весть о победе на поле боя на фронте, казалось, совершенно не успела заразить главный лагерь в тылу, а из-за смерти военачальника многие молчали и опустили головы с печальным лицом.

Подчиненные, последовавшие за генералом, тоже молчали. Эта война не закончилась бы так быстро без полководца, а теперь, когда она была выиграна, полководец ушел, даже не успев отпраздновать победу, и никто не мог принять такой конец.

Хотя он знал, что этот день наступит, его руки все еще дрожали, когда он подходил к нему.

Мужчина спокойно лежал на кровати, улыбка не сходила с его лица, как будто он все держал под контролем, явно находясь в тылу, но четко понимая детали всего происходящего.

Эти красивые, соблазнительные глаза закрылись навсегда, его лицо было бледным, а губы почти бескровными.

Цун Хуэй мог видеть скулы на его лице, и если бы он протянул руку и коснулся их, он знал, что его одежда была пустой, действительно кожа да кости, и это был подвиг - пройти так далеко, пока не закончилось масло в его светильнике.

Он никогда раньше не видел никого подобного ему, словно ярчайшая звезда вдруг засияла перед его глазами.

День Императорского экзамена был как самый яркий момент в его жизни; и все последующее время этот человек был как журчащий поток воды, медленно вливающийся в его жизнь и полностью завладевающий его сердцем, когда он даже не подозревал об этом.

Затем, когда он все больше и больше заботился о нем и решил, что после того, как эта битва будет выиграна, он  скажет ему все ясно, независимо от последствий, он тихо скончался.

Сердце словно раскололось на части, остывая с исчезновением этого человека.

Когда он протянул руку и коснулся лица, на его теле все еще оставалось слабое тепло, а глаза стали горячими.

За всю свою жизнь он не пролил ни одной слезы, но в этот момент он больше не мог сдерживаться.

Он протянул руки, заключая в объятия человека, покинувшего этот мир, слезы падали и орошали воротник его одежды.

Прошло много времени, прежде чем люди увидели своего генерала, выходящего из шатра.

Он был все так же спокоен, как и раньше, на его лице не было видно никакого выражения, но что-то казалось другим.

«Покиньте лагерь и вернитесь к войску». Его голос был низким и, если внимательно прислушаться, немного хриплым.

Это явно была победа, но атмосфера в казармах уже не была такой теплой и приподнятой, как раньше.

***

«Генерал Цун Хуэй был великим героем войны, и даже погиб в бою в преклонном возрасте, отдав жизнь за свою страну.

Говорят, что он так и не женился, потому что его возлюбленный погиб в бою, и он провел остаток жизни, вспоминая о нем и защищая свою страну, ради спасения которой он не пожалел своей жизни».

Сюэ Лин закатил глаза и сказал: «Кто дал ему право называть меня его возлюбленным?»

Маленькая лисичка обвилась вокруг шеи Сюэ Лина и тявкнула: «Так написал историк».

Сюэ Лин хмыкнул:

«Какой же он трус, он ждал два месяца до самой моей смерти, но я так и не услышал ни слова с его стороны».

Он еле выдержал это и даже боялся, что не сможет доиграть до конца миссии.

Сюэ Лин понимал, что он, наверняка, отверг бы признание в любви генерала, обрекая его на страдания и тоску по нему на всю жизнь, возможно, он бы никогда не женился из-за разбитого сердца…

В любом случае, похоже, дело сделано.

«В этот раз хозяин хорошо поработал, судьбы героев изменились, удача собрана. Вы готовы отправиться в новый мир?»

«Приступим».

На самом деле Сюэ Лин не был злым по своей природе и обладал высокой чуткостью. Он догадывался, что Цун Хуэй увлекся им и планировал признаться, но Сюэ Лин ничего не чувствовал в ответ и пойти на уступки из великодушия только – разве это не бессердечно?

Фигура Сюэ Лина вскоре исчезла в этой части пространства, но когда он ушел, следом за ним вышла другая фигура.

Провожая взглядом Сюэ Лина, его глаза немного затуманились. Как будто увидев этот взгляд, из темноты прозвучал голос:

«Ты все еще собираешься следовать за ним?»

«Собираюсь».

«Нет. Просто... ты уверен?»

«Я всего лишь собираюсь взять небольшой отпуск».

«О. Как хочешь».

«Какой мир будет его следующим?»

«Я не знаю. Что, ты все еще хочешь выбрать персонажа?»

«Неприятно постоянно быть мишенью для тебя».

«Как ты можешь винить меня за это? Ты не можешь себя контролировать и винишь меня, да?»

«Прекрати это дерьмо, и просто отправь меня туда».

«Ха-ха!»

Когда Сюэ Лин снова открыл глаза, все было белым, а его тело не было таким разбитым, как в прошлый раз.

Он просто лежал на диване некоторое время, потом встал и осмотрелся, это должна была быть гостиная или что-то вроде того.

На нем был смокинг, предположительно костюм для выступления, и Сюэ Лин повернулся и сказал маленькому лисенку, который следовал за ним по комнате: «Дай мне сюжет».

Лисичка подергала хвостом и сказала с укором: «Тогда хозяин должен лечь».

Это был современный мир, и эту историю следует рассматривать как историю восхождения человека-феникса (бедняк из деревни, ставший богатым человеком в городе).

Тело, в котором находилась Сюэ Лин, звали Вэнь Сююань, известный пианист. Его сестру зовут Вэнь Сютин, она вышла замуж годом ранее и родила ребенка, а ее муж - человек-феникс, который присоединился к их семье. Он также является главным героем этой истории.

Вэнь Сююань участвует в музыкальном конкурсе, который должен определить его судьбу. Если он одержит победу в этом конкурсе, то сможет поступить в лучшую музыкальную академию мира и учиться у профессора-музыканта, которым он всегда восхищался.

Музыка - это амбиция всей его жизни, и из-за любви к музыке у него нет желания управлять семейным бизнесом.

Чтобы поддержать его решение, родители соглашаются на вхождение героя-феникса (мужа сестры Сююаня) в семью, и оставляют управление компанией за ним.

В некотором смысле, Вэнь Сююань - артист, поскольку в его мире не существует ничего, кроме музыки.

Но его простой мир мог быть разрушен сегодня, и он мог потерять свой шанс войти в высокий мир музыки, выступая на знаменитых сценах по всему миру.

Перед началом выступления ему позвонила сестра и сообщила, что их родители погибли в автокатастрофе.

Услышав такие новости, Вэнь Сююань был дезориентирован и совершил множество ошибок во время конкурса, покинул место проведения и поспешил вернуться домой, чтобы попытаться разобраться с делами своей семьи.

Но как только он покинул концерт, он ступил в темноту…

Глава 9 - Неудачное замужество Вэнь Сютин

Сюжет истории был таков.

Спешно возвратившись домой, пианист застал пугающую картину. Его сестра находилась в очень сложном эмоциональном состоянии и была психически неуравновешенна. Несчастный случай с родителями был очень подозрительным, а его зять Юн И пытался захватить их компанию.

Когда Вэнь Сююань хотел взять на себя управление делами, то обнаружил, что большинство акций компании принадлежит мужу Вэнь Сютин по завещанию родителей.

Единственные акции, которые у него оставались, - это те, за которые в последствие его лишили жизни.

После смерти родителей его сестра впала в депрессию и покончила жизнь самоубийством в ванной комнате их дома.

Главный герой узнал, что Сюй Юн И женат на его сестре не искренне, и постоянно поддерживает отношения с «настоящей любовью».

Это была его первая любовь, и они оба были родом из одного места, где жили в нищете, поклявшись изменить свою судьбу.

Второй ребенок Вэнь Сютин, на самом деле, был девочкой, но после родов муж вступил в сговор с врачом и подменил девочку сыном своей любовницы.

Узнав это, Вэнь Сююань был так зол, что начал выяснять правду о смерти своих родителей.

Он понял, что именно его зять виновен в уничтожении его семьи. Разорение его семьи стало результатом того, что его Юн И задумал завладеть их имуществом.

После автокатастрофы родителей, трагической смерти сестры и узнав, что маленький племянник растет замкнутым и брошенным на попечение няньки, Вэнь Сююань пытается вернуть родную племянницу, но его зять не собирается отдавать ее.

Когда он предпринял некоторые действия, чтобы вернуть ребенка, его зять подстроил все так, чтобы, подставить его, и в результате неудачник Вэнь Сююань был осужден за попытку растления девочки.

На этом злоключения «пушечного мяса» не закончились.

В автомобильной аварии его руки переехала машина, и он был полностью обречен как музыкант, и, в конце концов, он утонул в водоеме, когда пытался спасти свою племянницу, которую, столкнула в воду любовница Юн И.

Такая жизнь - просто трагедия с большой буквы. Сюэ Лин почувствовал зубную боль, читая сюжет, и задался вопросом, насколько автор, написавший его, был зол на Вэнь Сююаня, чтобы так с ним обращаться.

В этой книге герой и героиня - два юных сердца, которые вместе работают над тем, чтобы покинуть горную деревушку; они влюблены, и их первая любовь сладка и приторна.

Но все это портит появление богатой красавицы Вэнь Сютин, которая влюбилась в Юн И. Она молодая, нежная и вежливая, богатая, но не капризная.

Герой разлучается с возлюбленной ради своего будущего и страстно преследует Сютин.

Именно здесь сестра Вэнь Сююаня закладывает фундамент своих будущих проблем. Герой никогда не был верен Вэнь Сютин.

Он клянется ей в чувствах и ухаживает за ней только ради получения семейного бизнеса. Семью легко увлечь собой, потому что у Вэнь Сютин есть брат, который не интересуется тем, что происходит вокруг, и поглощен только музыкой.

Годы упорного труда, доля в бизнесе, автомобильная авария с поврежденным двигателем и жена, покончившая жизнь самоубийством перед лицом домашнего насилия, которое не могла доказать.

Все идет по плану героя. В то же время его любовница всерьез занималась собственным бизнесом.

Она не берет на себя труд присматривать за маленькой девочкой, а просто оставляет ее на няню, не заботясь о том, будет ли девочка жить или умрет.

В конце истории главный герой получает компанию Вэнь и превращает ее в свою собственную, а его возлюбленная становится всемирно известным модельером и выходит за него замуж с всеобщего благословения.

У нее отличная репутация в своем кругу, потому что она напоказ хорошо относится к их детям.

Что касается изначально счастливой семьи Вэнь, то она исчезла из поля зрения из-за постоянной клеветы и поливания грязью со стороны этих двоих.

Это простая сюжетная «порнография» демонстрирует искаженное мировоззрение главного героя, да и сама идея является старой, как мир.

Помимо судьбы Вэнь Сююаня, которая особенно печальна, в этой истории, по мнению Сюэ Лина, много других недостатков.

«Каково его желание? Отомстить?» - спросил Сюэ Лин систему.

«Он хочет стать пианистом, выиграть этот конкурс и учиться у всемирно известного музыканта. А также спасти свою сестру и двух детей, и покончить с негодяями».

Система дважды обошла вокруг Сюэ Лина и сказала:

«Хозяин, ты умеешь играть на пианино?»

Сюэ Лин улыбнулся и сказал: «Почему бы и нет».

«Это хорошо, скоро начнется концерт, и, вероятно, последует телефонный звонок, так что тебе лучше подумать о том, что ты собираешься делать дальше».

«Конечно».

Сюэ Лин нахмурился и сказал: «Давай в первую очередь избавим сестру и племянника от страданий».

Маленький лисенок завилял хвостом - его хозяин был так хорош, что ему не нужно было ни о чем думать, у него была целая куча прекрасных идей.

«Ах, да»,- система запрыгнула на плечо Сюэ Лина и сказала, - «я забыла сказать тебе одну вещь. Единственный способ для тебя выбраться из этого мира - это смерть тела хозяина, ты используешь его тело, поэтому дай ему умереть в конце».

Сюэ Лин кивнул и быстро согласился, в конце концов, он был очень несчастен в своей прошлой жизни, потому что быстро умер, так как его тело было нездорово.

И поскольку его собственное тело пока не поддавалось восстановлению, для него не было большой проблемой остаться в этом мире.

Любой другой человек мог бы испугаться, что потеряется за такой долгий период времени, но Сюэ Лин уже много лет был лисой.

Жизнь человека недолговечна. Но лис ничего не почувствует за это время.

Телефон зазвонил, как и предсказывала система, Сюэ Лин кашлянул и нажал на кнопку.

«Сестра?»

«Сююань!»

Голос Вэнь Сютин все еще всхлипывал, не в силах перестать плакать, она воскликнула:

«Папа и мама погибли в автокатастрофе!»

Неудивительно, что первоначальный владелец был не в духе и потерпел неудачу в этом соревновании. Вероятно, что его сестра тоже была близка к срыву.

«Сестра» - Сюэ Лин понизил голос и он был так прекрасен, что это было похоже на магию, которая могла немедленно успокаивать людей. Даже разряд молнии теперь не мог поколебать ее умиротворенное состояние, когда Сюэ Лин волшебным образом успокоил ее, -«не тревожься, не плачь».

Вэнь Сютин вышла из истерики и сидела возле приемного покоя больницы. Рядом с ней, несколько ошеломленный, стоял ее старший сын Вэнь Мо, которого только что забрали из детского сада.

Ее муж все еще был в командировке, и она могла думать в этот момент только о своем родном брате.

«Сестра, где ты сейчас? В больнице? Зять с тобой? Кто еще с тобой?»

Сюэ Лин посмотрел в зеркало, поправил одежду и сел готовиться к выступлению, одновременно успокаивая эмоции Вэнь Сютин.

«Я...», - задыхалась Вэнь Сютин, - «я нахожусь за пределами приемного отделения больницы с Вэнь Мо, наши родители... погибли... Юн И все еще в командировке, я не могу связаться с ним... Я действительно запаниковала... и не знала, что делать...»

Вэнь Мо, старший сын Вэнь Сютин и Сюй Юн И, - исключительно замкнутый и тихий ребенок, потому что отец намеренно пренебрегал им и не любил его.

Даже когда его мать плакала, он молча стоял рядом, такой же молчаливый, как его имя.

«Сестра, послушай меня» - Сюэ Лин опустил глаза и сказал: «отправляйся домой, возьми все наличные деньги, которые можешь использовать, положи все это на новый счет. Еще возьми все документы, удостоверяющие личность тебя и Мо Мо, покинь город X, отправляйся в город Z, найди гостиницу и дожидайся там моего возвращения».

«Что?»

Когда она успокоилась, то поняла, что это как-то неправильно – поступить так, как велит ей брат, было непривычно, и она начала сомневаться.

«Но у мамы и папы все еще есть Юн И» - протестовала она.

Сюэ Лин поджал губы и сказал:

«Сестра, мое выступление скоро начнется, а после его окончания я полечу обратно, чтобы позаботиться о делах мамы и папы».

«Но... почему?»

«Сестра, авария папы и мамы не была несчастным случаем».

Сюэ Лин сказал правду так, как будто ничего не произошло.

«Тебе и Мо Мо небезопасно оставаться в городе Х, будь хорошей девочкой и послушай меня на этот раз, ладно?»

Вэнь Сютин столько лет была ему старшей сестрой, поэтому она впервые слышала, чтобы младший брат так с ней разговаривал.

После стольких лет ее брат, который всегда был погружен в свой собственный мир, казалось, вышел из него...

Вэнь Сютин чувствовала себя счастливой и одновременно печальной от того, что за такое короткое время Вэнь Сююань смог догадаться, что в обстоятельствах смерти их родителей есть что-то подозрительное.

У нее тоже были свои тайные сомнения по поводу идентичности младшего сына, поэтому она поджала губы и кивнула: «Тогда я оставлю мужа и младшего сына на тебя».

«Не волнуйся, сестренка, береги себя и Мо Мо, я заеду за тобой и поговорим позже».

«Хорошо».

Сюй Юн И был членом семьи, и в соответствии с первоначальным соглашением его первый ребенок от Вэнь Сютин должен был получить имя Вэнь.

Второй сын, Сюй Цин, был тяжестью на сердце матери, но Сюй Юн И любил его, в отличие от первого ребенка, поэтому полностью взял на себя заботы о нем и возил ее везде за собой, оберегая, как сокровище.

Вэнь Сютин сомневалась в своем сыне – Цин Цине, так как отчетливо помнила, что перед тем, как потерять сознание от боли во время родов, она слышала, как медсестра сказала, что у нее девочка. Но когда она проснулась, ее муж сказал ей, что родился мальчик.

Сначала она думала, что у нее галлюцинации от боли, и она просто не могла нарадоваться на Сюй Цина, но позже все обдумала, и в сердце закралось недоверие и страх.

Сюэ Лин закончил телефонный разговор, повернулся и открыл дверь. Работник, который пришел сообщить ему, что пора на сцену, стоял за дверью с поднятой рукой. Он явно собирался постучать в дверь, когда ее открыли.

«Господин Вэнь, ваше время пришло, пройдемте со мной за кулисы».

Сюэ Лин выровнялся и улыбнулся: «Спасибо. Пожалуйста, укажите дорогу».

Сотруднику показалось, что его глаза ослеплены этим красивым молодым человеком, и не мог без восхищения на него смотреть.

Почему на участников музыкальных конкурсов гораздо приятнее смотреть, чем на участников шоу талантов?

Родившись в известной семье, Вэнь Сююань обладал особым очарованием.

На самом деле, он всегда был очень красивым, но поскольку еще и немного замкнутым, то не производил настолько сильное впечатление на людей.

Теперь, когда Сюэ Лин заменил его, черты лица естественным образом преобразились под влиянием тысячелетнего лиса, открывая их красоту.

Родинка в уголке его глаза была так прекрасна, что от одной только улыбки на губах молодого человека, можно было упасть в обморок.

Система расположилась на плече Сюэ Лина, напоминая ему:

«Не меняйся так сильно, чтобы люди не подумали, что Вэнь Сююань ненормальный, иначе ты будешь отвергнут миром».

Сюэ Лин вздохнул и взял выражение лица под контроль. Наконец-то его игривое настроение отступило на второй план. Сотрудник, который руководил процессом, почувствовал облегчение.

Слава богу, он смог, наконец, отдышаться после того, как этот юноша перестал лучезарно улыбаться, стоя рядом с ним. Он чувствовал, что не заслуживал стоять рядом с ним, что он будет загрязнять воздух вокруг него даже своим дыханием.

Это был музыкальный конкурс, большое международное событие, проходившее в известном европейском концертном зале. Участники приехали со всего мира. Сюэ Лин поправил свой костюм и услышал, как ведущий представил следующего конкурсанта – это был Вэнь Сююань.

Первоначальный хозяин тела изливал все свои эмоции в фортепианной музыке, которая, несмотря на отсутствие идеальной техники, часто вызывала слезы на глазах слушателей.

Его игра была полна эмоций и являлась искренним восхищением красотой мира.

Сюэ Лин не собирался менять оригинальный стиль исполнителя, но был уверен, что выведет его мастерство на новый уровень.

Когда вы живете много-много лет, то все вещи вокруг становятся скучными. У Сюэ Лина было много хобби и интересов, но примерно сто лет он провел за игрой на фортепиано.

Он путешествовал по всему миру, посещая многочисленных музыкантов, вошедших в историю в тот период. В конце своего пути он стал просвещенным и ушел в уединение, а когда вышел, у него появилась новое увлечение.

Стиль может меняться со временем, но ему по-прежнему нравится, как оригинальный композитор выражает свои чувства.

Красивый, статный мужчина поднялся на сцену под аплодисменты, его волосы были аккуратно зачесаны на пробор, открывая очаровательное благородное лицо.

Приталенный костюм, который он надел, подчеркнул стройную фигуру восточного человека, не очень высокого роста, но с длинными ногами.

Он наклонился и отдал честь слушателям, а когда он снова поднял голову, все заметили его добрые глаза.

Они светились любовью ко всему миру.

Он сел и положил руки на клавиши.

Зазвучали первые звуки, и люди не могли оторвать взгляд от пианиста.

Его игра только началась, но уже потрясла всех в зале.

Глава 10 - Похоже, это будет затяжная война

Музыка нежно лилась со сцены, и все взгляды были прикованы к человеку у инструмента. Даже судьи затаили дыхание, боясь, что малейший шум потревожит гения.

Молодой человек играл произведение, которое, казалось, рождалось прямо из его души. Пара изящных рук, которые непрерывно двигались в такт музыке, увлекала за собой сердца людей, порхая над клавишами.

Золотистые глаза мужчины в зале, были намертво прикованы к фигуре музыканта, и даже его аура смягчилась из-за чарующих звуков мелодии.

Дворецкий в стороне посмотрел на своего хозяина с некоторым удивлением, затем перевел взгляд на человека на сцене и в глубине души принял решение.

Когда Сюэ Лин закончил свою песню и встал, чтобы поклониться, никто еще не оправился от оцепенения.

Он тоже, казалось, не возражал, повернувшись, чтобы сойти со сцены. Он заказал билет еще до начала выступления, и теперь ему нужно было поспешить в аэропорт, чтобы успеть на следующий рейс в Китай.

Только сойдя со сцены, он услышал аплодисменты, заполнившие концертный зал, которые бесконечно звенели у него в ушах вдогонку. Сюэ Лину было все равно, аплодируют ему или нет.

Хотя его сестра и маленький племянник уже должны были съехать из дома, Сюэ Лин все равно хотел лично встретиться с ними и успокоить их, и у него не было времени медлить.

Поэтому к тому времени, когда организаторы конкурса в спешке постучались в его комнату, она уже опустела.

У сотрудника было неуверенное выражение лица, а у господина дворецкого, который последовал за ним сюда, на лице и вовсе отразилось изумление.

Мужчина в VIP-зале, одетый в тонкий костюм, повернул кольцо на пальце и медленно встал.

Конкурсанты на сцене все еще продолжали играть, а зрители не собирались расходиться.

Но мужчина начал проявлять нетерпение и с напряженным лицом открыл дверь, чтобы встретить своего растерянного дворецкого.

Тот слегка поклонился и очень лаконично сказал:

«Мне жаль, сэр, но молодого человека здесь больше нет».

Не удостоив его взглядом, мужчина сразу же вышел, и когда дворецкий пошел следом, он услышал, как тот заговорил:

«Ты должен все разузнать».

«Да».

В это время Сюэ Лин как раз успел на свой рейс. Поскольку молодой человек торопился, он решил купить билет в первый класс, где толпилось меньше людей, и лететь было удобнее. Только когда он устроился на своем месте, он глубоко вздохнул и взял в руки систему.

«Есть некоторые вещи, которые мне еще предстоит понять».

Система послушно уселась на ноги хозяина, хотя это и лиса, но ей удавалось выглядеть, как хорошо воспитанное домашнее животное.

«Хозяин может спрашивать о чем угодно, я скажу все, что знаю, без исключения».

«Я пришел в этот мир, чтобы изменить судьбу главных героев?»

«Да, когда их судьба будет изменена, воля мира сможет отнять у них удачу».

Система подтвердила этот тезис с самого начала.

Сюэ Лин снова спросил:

«Поскольку я занимаю это тело, я должен воздать чем-то первоначальному владельцу этого тела? Выходит, когда я вселялся в это тело, были какие-то еще условия? Возможно ли, что они появятся перед самой смертью, а в следующую секунду человек уже умрет?»

Система почувствовала, что ее хозяин несколько причудлив, и, поразмыслив некоторое время, наконец, решила объяснить это Сюэ Лину.

«Если взять в качестве примера нынешнее тело взрослого человека, то полученная вами информация - это траектория судьбы всей его жизни, и воля мира позволит вам войти в тело человека только после согласования с другой стороной. Вот почему вы можете видеть его жизнь и чувствовать его негодование».

«Тогда не буду ли я бесконечно бороться с неудачей этого человека?»

«Нет, есть и другие факторы при выборе тела. Иногда тело, которое выбирается, не такое уж и невезучее, как то, которое вы получили до сих пор».

В душе Сюэ Лина пронеслась невысказанная вслух мысль и сожаление:

«Мало сказать невезучее, это был какой-то король невезения».

А вслух он сказал:

«Тогда, если я исполню их желания и разрушу счастливую судьбу главных героев, не должен ли я просто отделиться и уйти? Зачем я должен проживать за них всю жизнь? Хотя я не отвергаю такую мысль, но разве воля мира не жаждет удачи?»

«Дело не в том, что она не торопится, но если интегрировать душу в мир легко, то после больших перемен отделить ее становится все труднее. А если вы уйдете, тело умрет. Кроме естественной смерти, я не думаю, что хозяин захочет испытать другие способы».

Губы Сюэ Лина дрогнули, это не такая и хорошая мысль. Он будет усердно работать, чтобы создать себе хорошее будущее, чтобы не было беспокойства о том, что внезапно придет несчастье, Для этого он должен разрушать планы главных героев, чтобы защитить невинных людей, а потом внезапно умереть?

С какой стороны ни посмотри, кажется, что человек напрасно проделал столько работы и не насладился плодами своих трудов!

На данный момент Сюэ Лин хорошо представляет, что ему нужно делать.

Он просто должен хорошо сыграть эту роль, прожить эту жизнь и исполнить желание предыдущего владельца. Для Сюэ Лина, который всегда был капризным, это можно сказать, совершенно новый опыт.

В прошлом, хотя он и попал в общество и жил долгое время, в конце концов, это была его собственная жизнь. Жить, как кто-то другой, для него тоже может быть своего рода вызовом.

Не говоря уже о том, что система требует от него не совершать необдуманных поступков, чтобы предотвратить отторжение от мира.

Полет обратно должен был занять несколько часов, и Сюэ Лин воспользовался возможностью отдохнуть и восстановить силы. Чувство нехватки жизненной энергии и усталость от работы, которые довели его до смерти в предыдущей жизни, еще не исчезло, и на этот раз он хочет как следует насладиться своим переселением в новое тело.

Когда он сойдет с самолета, наступит момент взяться за дело.

В наше время новости распространяются быстро, тем более когда «зять» Вэнь Сююаня является движущей силой несчастного случая, он мог точно рассчитать свои действия. Не отвечать на звонки жены было частью его плана, как и то, что он специально запланировал свой рейс так, чтобы прибыть одновременно с Сюэ Лином.

Он еще не знал, что все, что, как ему казалось, было ему подвластно, находится на грани или уже начало рушиться. Напротив, он был несколько самодоволен, а на лице играла улыбка, когда он фантазировал о коварном плане, который будет реализован, как только он сойдет с самолета.

Пока они оба летели своими рейсами, Вэнь Сютин уже собрала вещи, переделила большую часть общего имущества, которым они владели как пара, забрала с собой удостоверение личности и все, что касалось ее прав, уезжая из дома со старшим сыном. Ему было всего три года, но он никак не отреагировал на то, что она делала, и не произнес ни слова.

Младший сын все еще лежал в колыбели и ждал, когда его покормят, но Вэнь Сютин полностью игнорировала его существование, оставив на попечение няньки.

Услышав слова брата, она подсознательно решила поступать, доверяя своей интуиции. Она с большими сомнениями относилась к этому маленькому существу, которое растила почти год, но не могла ощутить к нему никаких эмоций. Поскольку брат не сказал ей взять младшего ребенка, она решительно оставила его.

Вэнь Мо послушно последовал за матерью, дождался, пока они сядут в такси, и спросил у Вэнь Сютин, которая наконец-то начала успокаиваться: «Мы едем путешествовать?»

Все произошло слишком быстро, и он даже еще не успел понять, что бабушка и дедушка, которые всегда так любили его, умерли. Он только немного растерялся: почему его мать так торопится, делая эти распоряжения?

Вэнь Сютин держала на руках своего старшего сына. Очевидно, что он всего лишь трехлетний ребенок, но он ведет себя значительно тише, чем другие дети его возраста.

В прошлом, хотя ее сердце болело за ребенка, она не могла уделять ему достаточно времени каждый день из-за своей работы. Она могла только попросить мужа найти няню, которая помогала бы его растить, но она не ожидала, что ребенок будет становиться все более замкнутым и отстраненным.

Вэнь Сютин уже всерьез подумывала о том, чтобы отвести его к специалисту по неврологии или психологу после этого напряженного периода, а потом взять отпуск на работе, чтобы какое-то время хорошо о нем позаботиться...

А теперь...

Вэнь Сютин прикоснулась к маленькому личику и поцеловала его в щеку.

«Мама хочет с тобой поиграть. Но сначала мы подождем твоего дядю, а потом хорошо проведем время вместе, договорились?»

На лице ребенка ничего не изменилось. Он лишь наклонил голову и спросил:

«А как же папа?»

Вэнь Сютин на некоторое время застыла. Она тоже боялась, что ребенок будет скучать по отцу, и могла только неловко сказать: «У папы пока нет времени сопровождать нас».

Неожиданно реакция сына на это предложение была очень быстрой, глаза сияли, уголки рта даже приподнялись в небольшой улыбке: «Хорошо, папе не нужно приходить».

Руки Вэнь Сютин замерли, а ее сомнения стали еще больше. Как же на самом деле ее муж, Сюй Юн И заботился о ребенке, что в результате он так о нем думает?

Вэнь Сютин – человек творческой профессии, как и Вэнь Сююань. У нее есть уже небольшая репутация и известность на родине. Недавно у Сютин прошла собственная выставка, а галерея и студия носят ее имя.

После рождения старшего сына она некоторое время восстанавливала силы, прежде чем вернуться к работе. Позже она родила младшего сына, но поскольку дома она всегда чувствовала себя эмоционально неустойчивой, большую часть времени она проводила вне, и даже путешествовала по миру.

Время, которое она тратила на заботу о своем старшем сыне, действительно можно назвать ничтожным. Поэтому сейчас, когда она держала своего мальчика на руках, ее сердце было полно чувства вины...

Она несколько впечатлительный и деликатный человек. Она чувствовала, что после свадьбы отношение мужа к ней и их сыну было немного странным, но продолжала безропотно терпеть, теряя уверенность в себе.

После рождения младшего ребенка, она стала более напряженной и испытывала послеродовую депрессию. Ей было невыносимо оставаться спать каждую ночь дома, и она решила сбежать, в результате чего ее старший ребенок тоже оказался на попечении у других.

Теперь она сожалела об этом до смерти.

Вэнь Сютин крепко обняла Вэнь Мо и утешила его:

«Да, папы с нами не будет. В будущем с тобой останется только мама».

В конце концов, она все еще была родом из влиятельной семьи, и после того, как Вэнь Сютин узнала, что автокатастрофа была подстроена, в ее голове сложилась целая картина.

Соединив вместе факт безразличного отношение мужа к ней в последние годы и свои собственные сомнения, она примерно поняла причину, по которой брат заставил ее уйти со старшим сыном.

Если бы она осталась, это было бы неприятно, и возможно, она стала бы рычагом давления на ее брата в будущем. Кроме того, безопасность ее и старшего сына оставалась под угрозой.

Ее родители уже пострадали из-за интриг, поэтому им двоим категорически нельзя допустить повторного «несчастного случая».

Сюэ Лин не знал, сколько правды уже успела понять его сестра, ведь восприятие реальности Вэнь Сютин было не очень глубоким. Он только знал, что в оригинальном сюжете Сюй Юн И эмоционально терзал жену до такой степени, что она покончила с собой прямо дома.

Ее смерть также оставила большую психологическую травму в жизни Вэнь Мо, из-за чего его племянник полностью замкнулся в себе.

Он не уверен, что Вэнь Сютин послушно сделает то, о чем он просил. Но если она проявит здравомыслие и послушается, то это будет к лучшему. Поскольку с ее уходом, у Сюэ Лина появится больше пространства для маневра и свобода действий.

В конце концов, другие люди не знакомы с Вэнь Сюйюанем, поэтому нет необходимости подделывать его характер перед ними, что позволит ему поступать так, как он хочет.

Если же сестра будет упрямиться и не согласится, то у Сюэ Лина есть альтернативные варианты для нее и его племянника.

Самолет приземлился в аэропорту города «Х», и Сюэ Лин и Сюй Юн И одновременно вышли из большого современного здания.

Несмотря на разную продолжительность полета, Сюй Юн И все же сумел идеально подобрать время. К сожалению, у него не было возможности увидеть взволнованного шурина. Более того, он даже не успел на запланированную «случайную встречу».

Даже если аэропорт в городе «X» очень большой, маршрут до больницы все равно должен быть одинаковым. Сюй Юн И думал, что они встретятся, но он полностью ошибся в своих предположениях насчет Вэнь Сююаня.

Он вообще не собирался ехать прямо в больницу. Вместо этого, он вышел из самолета и направился прямо в отель, который забронировал.

Телами родителей уже занимаются специальные люди, а он сам Сюэ Лин никуда не торопился.

Глава 11 - Человек предлагает, а Бог располагает

Приехав в отель, Сюэ Лин снял костюм, который он надевал для выступления, принял ванну и лег на кровать, чувствуя, что он все еще так же несвободен, как и в прошлой жизни.

«Система, ты можешь узнать, где сейчас находится моя милая маленькая племянница?» - он перевернулся и достал систему.

«У меня нет дара всеведения...» - донеслось жалобное нытье.

«Но я могу дать вам некоторую информацию, чтобы вы могли найти самого быстрого и надежного детектива».

«Свяжись с ним для меня».

Сюэ Лин погладил маленького лисенка по голове, используя систему как связного.

«Сначала узнай, где находится девочка, и я заберу ее завтра, когда выйду из больницы».

Система понятия не имела, что задумал Сюэ Лин. Она была в полном замешательстве, не в силах уследить за ходом мыслей своего хозяина.

«Хозяин, что ты собираешься делать?»

«Вэнь Сююань действительно жалок» - заметил Сюэ Лин.

«Сначала умерли его родители, потом скончалась сестра. Старший племянник стал не от мира сего, младшая племянница тоже погибла, и, наконец, он сам последовал их примеру и умер. Когда я вошел в это тело, я не мог спасти его родителей, поэтому я могу только попытаться как можно быстрее избавить остальных его родственников от этого мерзавца».

«Как ты планируешь это сделать, хозяин?»

«Ничего особенного, его сестра уже уехала со старшим племянником. Завтра мы продадим наши акции, заберем мою племянницу и переедем за границу».

«Э?!!!»

Система и представить себе не могла, что как только он сделает свой ход, он изменит весь сюжет!

«Так, по крайней мере, они не столкнутся с ситуациями, не зависящими от меня, только потому, что я не заметил проблему вовремя».

На самом деле, подобная организация событий практически не повлияет на первоначальный сюжет, а если и повлияет, то позволит планам главного героя-мужчины развиваться еще более гладко.

Система подумала об этом некоторое время, и, в конце концов, тоже решила, что не плохо бы спасти людей от этого мерзавца, но...

«Итак, хозяин, ты не собираешься торопиться с выполнением этого задания?»

Сюэ Лин поднял брови.

«А как иначе? Сейчас я молодой господин, который ничего не умеет делать, кроме как играть на пианино. Неужели ты ожидаешь, что сразу после возвращения в Китай я стану президентом компании, убью зятя, который много лет усердно работал на компанию, а потом буду процветать в бизнесе?»

«О... нет... это слишком OOC...»

«Поэтому мы можем действовать только постепенно».

Сюэ Лин потянул на себя одеяло и завернулся в него.

«В любом случае, мне нужно дожить до естественной смерти, нет необходимости идти и убивать его, а потом десятилетиями сидеть в тюрьме».

«Не вздумайте убивать главного героя!»

Система сильно акцентировала на этом внимание.

«Даже если они хуже подонков, ты не можешь лично идти и убивать людей! Иначе тебя сразу же вышвырнут из этого мира! В такой момент, даже если тебя будет рвать кровью по всему полу, тебя это не спасет».

«О».

«Ты очень холоден...»

«Ты очень раздражаешь».

«???»

Сюй Юн И тщательно спланировал смерть родителей жены, поэтому сразу же после приезда в город он поспешил в больницу. Хотя он выглядел так, словно был убит горем, все его действия были аккуратными и упорядоченными.

Сначала он организовал их кремацию, затем связался с похоронным бюро и нашел специального человека, который займется похоронами. Когда он закончил, небо уже посветлело. Не отдыхая, он поспешил в компанию, чтобы объяснить случившееся членам совета директоров и акционерам, попросив их сохранять спокойствие.

Он дал им чувство своей значимости и пробудил много дискуссий. Члены правления и акционеры выразили мнение, что семье Вэнь очень повезло иметь такого зятя, как он.

По сравнению с ним, Вэнь Сююань, который сначала поехал отдыхать после выхода из самолета, а на следующее утро появился в больнице, вызывал у людей неодобрение. Сюэ Лина не слишком волновали осуждающие взгляды членов совета директоров. Несколько представителей пришли в больницу вместе с Сюй Юн И. Сюэ Лин случайно оказался там, и члены правления без предисловий отругали его. Прежде чем он успел что-то сказать, Сюй Юн И уже вмешался, чтобы стать посредником между двумя сторонами.

Используя такие фразы, как «Маленький Юань был за границей, вернуться не так просто, как просто сказать и сделать это», «он также очень убит горем», «он участвовал в соревнованиях, он действительно не специально не вернулся раньше, чтобы разобраться с этими вещами», и так далее, Сюэ Лин, который слушал, очень хотел спеть ему песню «Какой прекрасный белый цветок лотоса».

После того, как Сюэ Лин в прошлый раз был отвергнут миром, он не собирался выходить из себя перед людьми, которые были с ним знакомы. Он держал голову опущенной, пока старики не успокоились, а затем робко позвал «зять».

В его голосе все еще звучали мягкие и приятные нотки юности, как у мальчика, который еще не вырос. Когда присутствующие члены совета директоров услышали это, гнев, который они копили в себе, внезапно исчез.

Они действительно ругали его строго, но забыли, что родители этого ребенка умерли всего один день назад. Его сердце должно быть разбито намного сильнее, чем у них. Ранее он молча склонил голову, а теперь, когда он поднял ее, его глаза все еще были слегка красными.

Сюй Юн И тоже взглянул на него и был потрясен. По какой-то причине он также почувствовал себя немного размякшим.

Адвокаты, которые были в стороне, независимо от своих настоящих мыслей, прочитали завещание после того, как все успокоились. Эти члены совета директоров пришли в качестве свидетелей, и все они считали, что в завещании нет ничего плохого.

По сравнению с Вэнь Сююанем, Сюй Юн И определенно больше подходил для этого руководства компанией. Логично было оставить все это ему и обеспечить сыну больше денег, но, думая о Вэнь Сююане, чьи глаза все еще были немного красными, они также чувствовали некоторую тревогу за юношу.

Кроме акций из семейного бизнеса, которые изначально были переданы ему, ему больше ничего не принадлежало.

Он просто получит дивиденды в конце года...

Сюэ Лин не стал возражать, вопреки ожиданиям, а лишь внимательно изучил документ, выслушав все. Наконец, он повернул голову к Сюй Юн И: «Зять, сможешь ли ты правильно управлять компанией?»

Сюй Юн И нахмурился, подумав: «Сейчас начнется!»

Он догадывался, что Вэнь Сююань так просто не примет завещание, и уже приготовил кучу аргументов, чтобы противостоять ему. Но неожиданно Вэнь Сююань промолвил:

«Если зять сможет хорошо управлять, то мои акции должны быть переданы ему».

Не только Сюй Юн И, но и все, включая адвокатов, были ошеломлены.

«Даже если я оставлю акции, я буду получать только дивиденды каждый год...»

Вэнь Сююань опустил голову. Когда он говорил, другие люди не могли видеть его выражения лица. Он был похож на хрупкого ребенка, говорящего очень наивные слова.

«По-прежнему носить имя акционера, иметь право голоса...»

Сюй Юн И похлопал Сюэ Лина по плечу и не удержался от радостного вопроса:

«Малыш Юань, все в порядке?!»

«Вообще-то...»

Лицо Сюэ Лина наполнилось грустью.

«Вчера я победил в музыкальном конкурсе «Бизеваль» и получил возможность учиться в музыкальной консерватории Цзыгэцзи».

Он получил уведомление только сегодня утром и действительно ничего не выдумывал.

«Мама и папа умерли, такое горе, я действительно не был готов... Я не хочу больше оставаться в этом городе... Я хочу уехать за границу... Мои акции должны быть переданы моему зятю, и я надеюсь, что он сможет дать мне хорошую цену взамен».

Один из членов совета директоров рассердился на его слова и выругался:

«Жалкое ничтожество! Вот как ты используешь акции, которые тебе оставили мама и папа?! Так стремишься отделить себя от компании!!! Неудивительно, что твой отец не согласился пустить тебя в бизнес!!! Как может быть, то, что оставили твои родители, не так важно, как музыка?! Продажа акций! Что это значит?!»

Сюэ Лин смотрел на него со слезами на глазах, еще более меланхолично.

«Если бы не эта компания, мои родители не пошли бы на встречу, а также не попали бы в аварию».

Все были потрясены его логикой, даже система, сидящая рядом с ним, была потрясена способностью своего хозяина говорить ложь с широко открытыми глазами.

Вы просто хотите продать свои акции этой компании, которая рано или поздно умрет, по высокой цене, чтобы воспользоваться своим зятем! Проворачивая эти схемы, что вы пытаетесь сделать?

«Малыш Юань, ты не можешь так говорить...»

Хотя Сюй Юн И был счастлив внутри, на его лице все еще было обеспокоенное выражение.

«Сами акции не сделали ничего плохого...»

Сюэ Лин поднял голову и возмущенно сказал:

«Зять знает, как я ненавижу эту компанию, просто скажи мне, нужны тебе эти акции или нет! Если нет, я просто продам их кому-нибудь другому».

Хотя они и сердились на Вэнь Сююаня за то, что он не оправдал их надежд, но в конечном итоге в выигрыше остались они сами, из-за чего лица нескольких членов совета директоров стали немного смущенными.

Сюй Юн И поспешно уговаривал:

«Хорошо, хорошо, я куплю у тебя акции по высокой цене. Считайте, что я придержу их для тебя, и когда ты захочешь их вернуть, просто скажи».

Система сбоку закатила глаза, подумав про себя, что главный герой действительно интриган. Слова, которые он произнес, так благородны внешне, но пусты внутри. Однако если бы он не был таким человеком, как могли родители первоначального владельца не увидеть его истинное лицо? Они много лет работали в мире бизнеса. Можно сказать, что богоподобное актерское мастерство главного героя было частью его «золотого пальца».

Сюэ Лин кивнул, затем обратился к адвокату:

«Все в порядке? Я оставлю это на ваше усмотрение».

Адвокат не ожидал встретить такого человека за всю свою жизнь. Он кивнул, несмотря на то, что все еще был ошеломлен:

«Все в порядке».

«Когда вопрос будет завершен?»

«Так как цена согласована, все может быть завершено уже завтра».

В этом аспекте адвокат был очень профессионален.

Сюэ Лин снова кивнул:

«Пожалуйста, сделайте это как можно скорее...».

После минутного молчания он добавил:

«Поскольку акции уже продаются, продайте и долю моей сестры».

Сюй Юн И был ошеломлен, не ожидая такого щедрого сюрприза. Хотя он уже был настолько счастлив, что танцевал, его лицо оставалось спокойным:

«Откуда у тебя такая неожиданная идея?»

«Моя сестра никогда не разбиралась в таких вещах, и раньше всегда зависела от мужа, поэтому мы могли бы передать акции вместе».

Лицо Сюэ Лина было полно невинности. Его глаза окинули всех собравшихся. Те, кто встретился с его глазами, увидели, что их душа трепещет, мозги пустеют, и сразу согласились с его предложением.

Система сидела на плече Сюэ Лина, выражая лишь презрение к этим глупым человеческим существам.

Он совершенно не стеснялся завораживать людей.

Подтвердив цену и подписав договор о передаче, который прислал юрист, Сюэ Лин с облегчением услышал, что его отец и мать уже вошли в крематорий.

Он не мог уехать прямо сейчас. По крайней мере, ему нужно было завершить передачу акций и принять участие в похоронах, прежде чем уехать.

В связи с переводом акций Сюй Юн И был занят больше обычного, у него даже не было времени вернуться домой. Из-за этого он не заметил, что его жена и старший сын уже долгое время отсутствовали, пока готовил все к похоронам, и лишь затем обнаружил, что не видел жену несколько дней.

Неведомо почему, Сюй Юн И постоянно чувствовал, что что-то не так, но тут раздался телефонный звонок, заставивший его метаться повсюду, практически не имея времени подумать, разыграли его или нет.

Это была его мать, звонившая сказать ему, что его маленькая дочь потерялась.

Его мать изначально звонила Бай Луцзы, главной героине, но поскольку никто не брал трубку, она могла позвонить только ему напрямую.

Хотя он не любил дочь, которая была у него с Вэнь Сютин, она все равно была его плотью и кровью. Сюй Юн И очень волновался и отправился на поиски.

В это же время Сюэ Лин получил результаты расследования детектива.

Его милая маленькая племянница была похищена и продана...

Сюэ Лин: «Какого черта?»

Глава 12 - Это моя визитка

Сюэ Лин безучастно смотрел на систему: «Это часть сюжета?»

Лицо системы также выглядело неестественно: «Э... этого... не должно быть...»

Сюэ Лин снова повернулся к телефону и продолжил разговор с детективом.

«Похищена? Вы можете ее найти?»

«Параметры поиска слишком широки. С момента ее похищения прошло несколько дней. Бабушка взяла девочку с собой, чтобы поиграть в маджонг. Большую часть дня за ней никто не присматривал, поэтому никто не знает, когда именно она пропала. На следующий день ее искали с утра и до ночи, но еще два дня не решались позвонить Сюй Юн И. Господин Сюй уже отправился на поиски».

Сюэ Лин сузил глаза. Что это была за ситуация, неужели сложность сюжета внезапно возросла?

«Понятно. В любом случае, помогите мне продолжить поиски. Сейчас я отправлю окончательный платеж, так что не забывайте держать их под наблюдением. Неважно, Сюй Юн И или Бай Луцзы, держите меня в курсе их передвижений».

«Хорошо, пока есть деньги - я сделаю, как ты скажешь».

Сюэ Лин завершил разговор с детективом, затем потер подбородок и спросил систему:

«Как, черт возьми, это произошло?»

Система нервно хихикнула под смертельным взглядом хозяина и сжалась в клубок, полный уныния.

«Хозяин, ты не можешь винить меня за это...»

«Но, если тебе нужно кого-то винить, то ладно», - добавила система.

«Когда ты пришел в этот мир, ты изменил сюжет, а затем и сюжетную линию всего мира. Это так называемый «эффект бабочки». Хотя то, что ты сделал, мало связано с основным сюжетом, похоже, что основной сюжет был каким-то образом все равно изменен, так что за этим, скорее всего, последуют проблемы».

«Так что же я такого сделал, что могло привести к похищению моей племянницы?»

Сюэ Лин не поверил словам системы.

«У тебя есть другое предположение?»

Глаза системы быстро бегали, когда она размышляла.

«Может быть, произошли другие события, не входящие в сферу моей осведомленности».

Сюэ Лин уставился на лисенка. Система сжалась в клубок и больше ничего не говорила. Решив, что система действительно больше ничего не знает, он с некоторым сожалением вздохнул. Жизнь Вэнь Сююаня действительно была тяжелой.

Если Сюэ Лин узнал об этих новостях, то, естественно, Сюй Юн И тоже был проинформирован.

Сын Бай Луцзы был подменен при рождении и воспитывался дома как сокровище, но дочь Вэнь Сютин не получила такого же хорошего обращения. Любовница Юн И не слишком заботилась о ней. Если работа затягивалась, она относилась к ней как к пустому месту. Сюй Юн И доверил свою дочь матери, но госпожа Сюй была деревенской теткой из сельской местности.

Когда она приехала в город, то научилась играть в маджонг вместе с другими, и целыми днями сидела за игральным столом. Она понятия не имела, что ее внучку похитили, и даже не заметила пропажи, пока не надумала-таки вернуться домой посреди ночи.

Боясь чужого гнева, она два дня не решалась сказать о случившемся сыну, и только когда не смогла найти ребенка, с трепетом рассказала обо всем Сюй Юн И.

Дела в руках Сюй Юн И также достигли критической точки. От этих ужасных новостей у него жутко разболелась голова. В конце концов, это все еще была его собственная дочь, и он должен был отправиться на ее поиски, однако поднятие тревоги в этой ситуации может привести к другим проблемам. Ему оставалось только скрывать эту информацию и действовать в одиночку.

«Сейчас неподходящее время. После того, как моя нынешняя ситуация стабилизируется, я найду людей для ее поисков» - так он успокоил себя и бросился заниматься организацией похорон.

Сюэ Лин закончил смотреть видеозапись его борьбы с собой, холодно рассмеялся и вышел.

Он соврал, заявив, что сестра находится под его присмотром, что она больна и прикована к постели. Сюй Юн И действительно поверил ему, только спросил, сможет ли она присутствовать на похоронах, и повесил трубку, как только получил ответ, и не стал продолжать разговор. Было ли это связано с тем, что брат и сестра уже передали свои доли ему, неизвестно.

В эти два дня Сюэ Лин также попросил Вэнь Сютин не возвращаться домой на похороны, чтобы оставаться вне досягаемости Сюй Юн И.

Когда Вэнь Сютин узнала от брата о том, какие злодеяния совершил Сюй Юн И, ее привязанность к нему угасла. Если бы Сюэ Лин не успокоил ее, она бы, наверное, отправилась убивать Сюй Юн И. Хотя сейчас она больше не сердилась, ей совсем не хотелось присутствовать на похоронах, которые этот мерзавец устроил для ее родителей. Будет лучше, если брат тоже не пойдет - она хотела разорвать все контакты с неверным мужем.

Брат сказал, что сейчас они не могут выиграть у него, а могут только планировать свою месть медленно, шаг за шагом.

Глядя на молчаливого, ничего не выражающего сына, играющего кубиками на полу, сердце Вэнь Сютин наполнилось несчастьем.

Сюэ Лин не рассказал ей о похищении дочери, опасаясь, что та может выйти из себя и поссориться с Сюй Юн И.

Хотя она была женщиной, выросшей в богатой семье, и внешне выглядела мягкой, она была волевой. Иначе она не была бы занята работой вместо того, чтобы заботиться о своей семье. Она также заботилась о своем младшем брате, который мало говорил и всегда был погружен в музыку. Теперь она полагалась на того же младшего брата, что вызывало у Вэнь Сютин странное чувство.

Именно это новое чувство заставило Вэнь Сютин поступить иначе, чем в оригинальной истории, где она сражалась в одиночку, пока не упала духом, а Сюй Юн И эмоционально издевался над ней, доведя жену до самоубийства.

Похороны прошли гладко. Выражение лица Сюэ Лина было настолько печальным, что члены совета, которые были сердиты и недовольны им, не хотели больше ничего говорить.

В конце концов, он молодой парень, который только что потерял своих родителей. Что он мог знать? После этого они должны больше заботиться о нем.

Поскольку члены совета директоров наблюдали за происходящим, Сюй Юн И пришлось купить акции Сюэ Лина по цене выше рыночной. Он все равно был рад потратить деньги, а Сюэ Лин был рад их получить.

Независимо от того, в какое время жил Сюэ Лин, излишек денег никогда не был обузой для кого-то. Это явно было не то, на что можно было жаловаться.

Общение с членами правления, друзьями и родственниками его родителей заняло весь день. Когда у Сюэ Лина, наконец, появилось время отдохнуть, к вилле через сад подъехал темный спортивный автомобиль и остановился у двери.

По воспоминаниям владельца оригинального тела, хотя компания, которой руководили его родители, была довольно успешной, они все же не были настолько богаты, чтобы повсюду ездить на спортивном автомобиле ограниченной серии, поэтому Сюэ Лину было интересно узнать, кто это.

С тех пор, как система упомянула, что будут какие-то странные «последствия и изменения», потому что он присоединился к миру и изменил сюжет, Сюэ Лин уделял особое внимание появлению неожиданных людей, опасаясь, что его план может быть нечаянно разрушен.

Передняя дверь машины открылась, из нее вышел слуга средних лет и почтительно открыл пассажирскую дверь.

Губы Сюэ Лина дрогнули.

Это появление...

Сначала в поле зрения Сюэ Лина появилась пара черных кожаных туфель, затем, поднимаясь выше, пара длинных прямых ног в черных брюках. Фигура мужчины была очень хорошей, стандартный перевернутый треугольник с широкими плечами и узкой талией - он получил бы сто баллов как манекен.

Помимо фигуры, у него было идеальное лицо, ослепительные золотистые волосы, аккуратно зачесанные назад, что придавало ему изысканный вид, и пара бледно-голубых глаз. Сюэ Лин наблюдал издалека, но с того момента, как мужчина вышел из машины, его взгляд остановился на нем.

С высоко посаженным носом и слегка приоткрытыми тонкими губами, мужчина выглядел как джентльмен. Выражение его лица было холодным и отстраненным. Но когда его взгляд упал на Сюэ Лина, он немного смягчился.

Сюэ Лин наблюдал за тем, как движутся губы незнакомца. Хотя он был далеко, он все же понял, что сказал собеседник.

«Мои соболезнования».

????

Сюэ Лин колебался. Знал ли он этого человека?

Похож ли он на персонажа этой истории?

Он встал, вышел из сада, поспешил по коридору и по пути проскочил мимо Сюй Юн И.

Сюэ Лин открыл дверь, как раз когда мужчина появился на пороге.

Он кивнул Сюэ Лину и отошел в сторону. Казалось, он хотел, чтобы Сюэ Лин вышел.

Сюэ Лину стало любопытно. Раз он не присутствовал на похоронах, зачем ему выражать соболезнования?

«Здравствуйте».

Он вежливо поздоровался, используя беглый английский, так как видел, что собеседник был из-за границы. Его лондонский акцент был пережитком того времени, когда он в молодости ездил в страну Е учиться.

«Простите, могу я узнать, кто вы?»

«Директор музыкальной консерватории Цзыгэцзи, Коул Оуэнс», - представился мужчина.

Сюэ Лин сделал паузу, он был сильно удивлен.

«Я уже забрал свои документы...»

Мужчина кивнул. «Я слышал. Но вот только, вы - гений. Я надеюсь, что вы сможете блистать в музыкальной консерватории Цзыгэцзи».

Сюэ Лин покачал головой.

«Простите... Кое-что случилось дома... Поэтому я...» - он горько улыбнулся. - «В ближайшем будущем я не буду заниматься музыкой».

Выражение его лица было трудно прочитать. Сюэ Лин даже почувствовал порыв холодного воздуха, окутавшего его, но в итоге собеседник сдержался и больше ничего не сделал, только добавил:

«Я все еще надеюсь, что вы передумаете».

Дворецкий протянул ему визитную карточку. Сюэ Лин на секунду остолбенел, а затем взял ее обеими руками.

«Я надеюсь, что мы сможем встретиться снова» - сказал другой человек.

Сюэ Лин слегка нахмурился.

Ему не нравилось чувство, которое вызывал у него этот человек. Он чувствовал себя очень неловко, как будто на него пристально смотрят.

Хотя отсутствие какого-либо выражения на его лице, когда он говорил, не позволяло определить его настроение по бледно-голубым глазам, Сюэ Лину все время казалось, что он - добыча, за которой охотятся.

Вызвав систему и убедившись, что с человеком все в порядке, Сюэ Лин отбросил свои тревоги. Возможно, это было связано с его выступлением на конкурсе. Он не участвовал в финальном награждении и отказался от приглашения в Музыкальную консерваторию, поэтому этот человек пришел к его двери.

Сюэ Лин повернулся и пошел обратно в дом. Мужчина в машине долго смотрел на его удаляющуюся фигуру, даже когда его и след простыл.

«Господин?» - тихо позвал дворецкий.

Мужчина обернулся, делая вид, будто это не он, а его мысли блуждают.

«Едем».

Дворецкий издал звук облегчения и дал знак водителю быстро уезжать. Это было не его дело - говорить что-либо своему хозяину.

Он понятия не имеет, какое безумие творилось в голове его господина, когда он преследовал кого-то и проделал долгий путь до страны H. Однако неожиданно хозяин даже не показал своих намерений, лишь попросив передать визитную карточку перед отъездом...

Он действительно не мог понять...

Глава 13 - Мистер Оуэнс столкнулся с проблемой

После нескольких напряженных дней похороны официально завершились. Большое количество людей, постоянно толпившееся вокруг, разъехалось по домам, и Сюэ Лин вздохнул с облегчением.

Сюй Юн И все же нашел время, чтобы подойти и поинтересоваться его самочувствием:

«Сяо Юань, как ты, держишься?»

Сюэ Лин поджал губы: «Я в порядке, просто немного устал».

«Если ты устал, возвращайся и отдохни. Я тоже не был дома несколько дней. Твоей сестре лучше? Может, мне вернуться с тобой, чтобы увидеть ее?»

«Нет необходимости, маленький Цин не видел тебя несколько дней. Ты должен вернуться и присмотреть за ним. А я вернусь и присмотрю за сестрой сам, так как ее настроение не очень хорошее».

«Это тоже подходит. Вы с сестрой всегда были близки, позаботься о ней для меня. Я заберу ее завтра».

Наблюдая за тем, как его зять уходит, продолжая изображать дружеские и родственные чувства, Сюэ Лин холодно фыркнул. Он готов был поспорить, что этот человек даже не знает, где он сейчас живет, но все равно открыл рот, чтобы сказать, что беспокоится о своей жене.

Одного упоминания о том, что Сюй Цин ждет его дома, было достаточно, чтобы заставить его уйти.

Должно быть, он сильно переживал после того, как несколько дней не видел своего драгоценного сыночка, и не хотел тратить лишнюю энергию на жену и старшего сына Вэнь Мо.

Накануне Сюэ Лин купил билет, чтобы сегодня же уехать из города. Попрощавшись на время с Сюй Юн И, он уничтожит его, когда вернется.

Он не мог уехать раньше, потому что ждал новостей от детектива.

Отыскать похищенного ребенка было непросто, но деньги могут заставить этот мир крутиться в обратную сторону. Деньги, которые предоставил Сюй Юн И, позволили многое узнать.

Вечером он получил свежие новости и, не оглядываясь, отправился в город, где ждала его сестра.

Его бедной маленькой племянницы больше не было в городе. Похоже, что ее похитители были частью картеля, занимающегося организованным попрошайничеством. Они похищают детей и калечат их, а затем оставляют на различных оживленных трассах, чтобы те просили деньги. Или они берут детей с собой, когда устраивают подставные автомобильные аварии,

чтобы выманить деньги на возмещение ущерба у невинных граждан. Они используют всевозможные уловки для обогащения, используя похищенных детей.

Когда Сюэ Лин получил эту новость, он очень разозлился. Он как раз собирался пойти и разнести это логово воров, когда получил еще одно сообщение.

На первый взгляд его маленькая племянница казалась крайне невезучей, но на самом деле ее показатель удачи был максимальным. Человек, похитивший ее, был вообще не профессионал и решил сцепиться с машиной, в которой находился кто-то, с кем не стоит связываться. В результате их поймали и отправили в полицейский участок еще до того, как они начали выпрашивать деньги.

Пострадала маленькая девочка, которая была совсем юной. После некоторого расследования они выяснили, что она была похищена, но не имела возможности опознать себя. Она не плакала даже в такой ситуации, и ее было очень жалко.

Очевидно, что она была в том возрасте, когда ее нужно обнимать и утешать, но она совсем не вела себя как ребенок. Ее лицо оставалось спокойным даже тогда, когда она была напугана, как будто она боялась, что люди бросят ее из-за ее беды, словно это заразная болезнь.

Похоже, девочка оказалась настолько милой и умной, что владелец пострадавшего автомобиля захотел удочерить ее и уже завершил процедуры по ее вывозу за границу.

Из-за тщательно скрываемой личности этого человека, детектив может вести расследование только до этого места и не дальше.

Сюэ Лин, столкнувшись с таким фантастическим развитием сюжета, вдруг почувствовал, что это действительно абсурд.

Он спросил притихшую систему: «Ты надо мной шутишь???»

Если бы у системы был черепаший панцирь, ее голова уже была бы полностью спрятана внутри. Лисенок энергично закрыл мордочку двумя лапками, хныча от всего сердца:

«Это не моя вина! Срыв сюжетной линии - это не моя вина, как бы вы на это ни смотрели!»

«Тогда это моя вина?» - Сюэ Лин злобно рассмеялся.

«Да что же это такое! Эта девочка родилась только в прошлом году, сейчас она должна уметь только ползать! Я понимаю, что ее похитили, потому что любовница этого осла не присматривала за ней должным образом, но почему ее похитили ради аферы?

Разве это не делает сюжет все более драматичным и горестным? Кто использует маленького ребенка, который даже не может говорить, чтобы обманывать других? Ну, в этом все же есть какой-то смысл, на воспитание детей нужно время. Даже если ее оставить на улице, она не сможет попрошайничать. Выгоднее организовать аферу с ней, верно? Прекрасно. Но теперь ее усыновил иностранец, серьезно?!»

«И где мне теперь ее искать?!»

Система подняла свой лисий хвост, прикрывая мордочку, ее голос дрожал, когда она говорила:

«Эм... основываясь на судьбе?»

Сюэ Лин: «...»

У него не осталось слов.

Система почувствовала облегчение, видя, что хозяин притих. Она быстро опустила хвост и утешила его:

«Хозяин, тебе нужно привыкнуть к этому. Сюжетные изменения иногда могут быть довольно большими, но пока основное направление сюжета в порядке, это не повлияет на твою задачу, верно? Не злись, это вредно для твоего здоровья».

К сожалению, кроме системы, никого не было рядом, чтобы увидеть это.

Сюэ Лин успокоился. Выполнения заданий в одном или двух мирах было недостаточно для достижения его цели, его ждало еще много миров. Если уже здесь его настроение колеблется из-за этих проклятых сюжетных линий, то, когда он встретит еще более фантастические ситуации, не будет ли он действительно обречен?

Его цель - вернуть культивацию, чтобы восстановить свое тело, вернуть хвосты, а потом...

И что потом???

Стать Небесным лисом?

Почему-то казалось, что в его подсознании есть что-то еще, о чем он забыл…

Но что с того? Сегодня есть сегодня, о завтрашних проблемах он может побеспокоиться завтра.

Сюэ Лин сел в самолет, летящий в город Z. Тем временем Сюй Юн И погрузился в свою прекрасную мечту - владение контрольным пакетом акций компании.

Радуясь, что Вэнь Сютин нет рядом, он пригласил Бай Луцзы, которая только что вернулась из командировки, пожить с ним в особняке семьи Вэнь. Они вдвоем с ребенком счастливо наслаждались семейной жизнью.

Бай Луцзы - честолюбивая женщина. У нее живой энергичный взгляд, а на каждой щеке есть ямочки. Ее улыбка мила, а когда она была приветливой, то неизменно располагала к себе других. Сейчас она всего лишь помощник модельера, но через несколько лет она будет владеть собственным брендом одежды и станет известной властной женщиной в индустрии.

Надо сказать, что ее внешность принесла ей много очков, к тому же она не из тех, кто подлизывается к начальству, и у нее были амбиции, которые явно толкали ее бороться за свое собственное положение, чтобы однажды она могла на равных стоять бок о бок со своим возлюбленным.

К сожалению, Сюэ Лина это не волновало. Судя по тому, что эта любовница, помогла Сюй Юн И довести его жену до самоубийства, убила Вэнь Сююаня и его маленькую племянницу, видно, что эта особа вовсе не невинна, красива внешне, но презренна внутри.

Эта пара ненавистных мерзавцев была достаточно бессердечна, чтобы наступить на невинные кровь и плоть семьи Вэнь, которой не повезло стать их избранной ступенькой. Отбирать все, что принадлежало другим, уже подло, но они даже посягнули на жизни людей!

Что это, ненависть или обида? Разве это преступление - быть богатым?

«Вэнь Сютин, наверное, с ума сходит!» - Бай Луцзы, услышав, что она даже не пошла на похороны родителей, а осталась в доме брата, усмехнулась. Она опустошила полбокала вина, покачивая сына в колыбели, и небрежно добавила:

«Я не ожидала, что Вэнь Сююань будет таким испуганным и робким, быстро продавая акции за деньги. Знал ли он, что ты пытаешься сделать?»

Сюй Юн И действительно сейчас живет без проблем, он беззаботно рассмеялся, отвечая:

«Даже если он знает мое истинное лицо, что с того? Компания семьи Вэнь уже моя, и скоро будет называться соответственно именем Сюй. Он сам продал мне акции, как он может вернуться и обвинить меня? Члены совета директоров видели, что он сам об этом заговорил. Если он потом пожалеет об этом, все, что он может сделать, это бить себя в грудь и топать ногами».

«Хахаха, этот молодой человек действительно глуп до безобразия, не знаю, перевернулась бы старая чета Вэнь в могиле, если бы узнала».

Оба посмотрели друг на друга и улыбнулись, скрывая свое самодовольство.

Захват власти еще не произошел полностью, и самоуверенность все еще может привести к провалу.

Поскольку они, как главные герои, уже прошли по этому пути, они особенно проницательны.

«Что ты собираешься делать теперь?» - спросила Бай Луцзы.

Она не хотела выходить замуж за Сюй Юн И в данный момент. Она не только не имела сил стоять рядом с ним, но и не хотела, чтобы Вэнь Сютин так быстро пала духом.

«Завтра я пойду и приведу Вэнь Сютин и этого неразговорчивого ребенка обратно. Так будет безопаснее присматривать за ними».

Бай Луцзы наклонилась и поцеловала его в щеку, и они вместе свернулись под простыней. Младенец в колыбели надул маленький пузырь, повернулся и продолжил спать.

***

На борту самолета мистеру Оуэнсу довелось оказаться перед лицом сложнейшей задачи – как-то подбадривать тихо плачущую девочку.

Похожий на айсберг Коул Оуэнс, обычно проницательный и решительный, в последнее время сталкивается с неожиданными вещами: начиная с посещения музыкального конкурса, где его заинтриговала музыка, исполняемая молодым человеком, затем путешествия за тысячи миль, чтобы догнать его в другой стране...

А потом он и вовсе зашел в тупик, потому что не мог понять, что сказать этому юноше...

Молодой человек, похоже, не узнал его и не захотел поддерживать связь, к разочарованию мистера Оуэнса. Вслед за этим его машина столкнулась на дороге с аферистом. Инцидент, который казался не более чем простым дорожным происшествием, вскоре обернулся проблемой, в которую вовлечена общенациональная банда похитителей и торговцев людьми.

Находясь в плохом настроении, мистер Оуэнс поприветствовал мэра города, отправил электронное письмо одному из лидеров страны H и удочерил маленькую девочку, чем-то похожую на того самого юношу...

Хотя происхождение ребенка было загадкой, мистеру Оуэнсу она необъяснимо сильно нравилась... Его чувства были теплыми и нежными, как будто это был родной человек.

Дворецкий был немного встревожен этим вопросом, опасаясь, что хозяин перенес свои чувства к молодому человеку, которые не мог реализовать, на этого ребенка.

Несмотря ни на что, такая любовь к детям запрещена, сэр!

Оуэнс не слишком задумывался об этом. Он все равно был геем, и в его жизни не будет собственных детей. Рано или поздно ему пришлось бы усыновить ребенка. Вполне естественно не отпускать малышку, когда она ему уже приглянулась.

Так что нынешняя ситуация выглядит следующим образом: глядя на ребенка, непривыкшего к самолету, нервничающего и плачущего, но все же еще совсем маленького, мистер Оуэнс был несколько растерян и не знал, с чего начать.

Он твердо поднял девочку и взял бутылочку, которую передал дворецкий, но девочка не захотела ее брать, отказываясь пить и продолжая тихонько лить слезы. Выражение ее маленького личика было настолько душераздирающим, что даже дворецкий за нее переживал.

Из какой семьи она родом, что в один год стала таким умным ребенком? Она такой милый ангел, как кто-то может ее обижать?

Теперь эту девочку звали Элейн Оуэнс. У нее также было красивое китайское имя - Оу Ляньюань. Дворецкий не знал, что означает это китайское имя, но он все равно никогда не мог уследить за ходом мыслей своего хозяина. Он знал только, что когда хозяин произносил это имя, он выглядел очень нежным по неизвестной причине.

Хотя прошлое годовалой девочки было полно трудностей, о которых никто не знал, ее будущие дни могли бы вызвать зависть у других.

В конце концов, господин Оуэнс - не только директор музыкальной консерватории.

***

Сюэ Лин не знал, как обстоят дела у его маленькой племянницы. Он только что сошел с самолета и прибыл в город Z. В аэропорту он встретился со своей сестрой и племянником, которые привезли с собой все свои вещи. Они оба были удивлены, когда встретились, не ожидая, что их боевой дух будет в такой хорошей форме.

Вэнь Сютин была рада, что ее брат повзрослел, а Сюэ Лин понял, что его сестра оставила все позади и взяла себя в руки.

Он улыбнулся с облегчением и обнял Вэнь Сютин, а затем притянул к себе Вэнь Мо.

«До посадки на самолет в страну М еще несколько часов. Давай сначала найдем место для отдыха».

«Хорошо».

При взгляде на младшего брата, который был выше ее самой и держал на руках ее сына, глаза Вэнь Сютин не могли не покраснеть. Но вместо того, чтобы заплакать, она улыбнулась.

«Не держи маленького Мо, он может ходить сам».

Сюэ Лин посмотрел на племянника, который от начала и до конца не реагировал на его движения. Слегка прищурившись, он сказал:

«Все в порядке. Я счастлив держать его на руках».

Он наклонился и поцеловал Вэнь Мо в щеку. Вэнь Мо был потрясен. Он добавил:

«Я не только держу его, но и целую. Разве я не могу побаловать своего племянника?»

Вэнь Сютин была беспомощна. Раньше ее брат мало разговаривал и не был очень близок с ними. Сейчас они поддерживали тесную связь, и она тоже постепенно заметила изменения в своем брате. Будь это связано с семейными делами или другими проблемами, она была рада, что он изменился.

Она лишь надеялась, что так будет и впредь...

Глава 14 - В конце концов, они вернутся

У Сюэ Лина с самого начала был план.

По его мнению, месть абсолютно невозможна для человека без мощной поддержки. Даже если он пришел из другого мира, в этой ситуации, когда он не может использовать магию, кроме помощи системы, он совершенно обычный человек во всех остальных аспектах.

Без сильных ресурсов, стоящих за ним, нет смысла говорить о том, чтобы что-то делать.

Если бы он пришел в этот мир раньше, он бы попытался работать в компании Вэнь, но, к сожалению, он пришел слишком поздно. Его родители уже скончались, а Вэнь Сютин никогда не принимала в этом участия. Не имея никого, кто мог бы проложить путь, ему было бы слишком трудно уничтожить главного героя-мужчину изнутри компании.

Поэтому он был рад продать акции и его, и его сестры и обменять их на деньги, получив возможность развиваться с нуля. Это также причина, по которой он вывез сестру и Вэнь Мо из страны.

У главного героя-мужчины сейчас слишком много преимуществ, и он может только избегать его до поры до времени. Сюэ Лин не хочет идти на ненужный риск.

Пока он уезжает из страны, и перед ним открываются бесконечные возможности. Через несколько лет трудно будет сказать, кому на самом деле принадлежит инициатива.

Сюй Юн И обнаружил, что Вэнь Сююань пропал только на следующий день.

Его старшего сына и жены тоже не было. Вернувшись домой, он обнаружил, что Вэнь Сютин перевела большую сумму денег, а также забрала различные документы старшего сына и свои. Очевидно, все это было заранее спланировано.

В это время в голове Сюй Юн И зародилась мысль...

Может ли быть так, что Вэнь Сююань с самого начала знал, что Юн И подстроил смерть супругов Вэнь, но все равно спокойно разговаривал с ним, присутствовал на похоронах и продал ему акции?

Он даже ушел с благосклонной улыбкой на губах. Если это правда, то Вэнь Сююань действительно представляет собой страшную угрозу. Если его не убрать немедленно, то в будущем обязательно возникнут проблемы.

Он рассказал Бай Луцзы о своих опасениях, но она с усмешкой отвергла их. «Разве ты не знаешь, что за человек Вэнь Сююань? Человек может сойти с ума под воздействием стимуляции на короткое время, но в итоге его разум остается прежним. Вместо того чтобы говорить, что это план Вэнь Сююаня, я предпочитаю верить, что это дело рук Вэнь Сютин. В конце концов, эта женщина не проста...»

«Экономка сказала, что в последний день она видела ее, когда узнала о смерти этой бесполезной пары... Именно тогда она должно быть начала строить планы по отъезду. Она также должна была сказать Вэнь Сююаню, чтобы тот продал свои акции тебе...»

Бай Луцзы потерла подбородок. Чем больше она говорила, тем больше ей казалось, что ее предположения верны. «Похоже, она не хочет иметь с тобой ничего общего...»

«Тогда не лучше ли нам просто развестись...»

«Как она отомстит тебе, если вы разведетесь?» Бай Луцзы беспомощно посмотрела на него: «Если бы она хотела увидеть тебя снова, она бы не стала избегать похорон».

«Что же нам теперь делать?»

«Если она действительно все знает, то именно она должна была забрать девочку». Бай Луцзы постучала пальцами по столу и продолжила: «Мы, вероятно, не сможем найти их в ближайшем будущем. У тебя сейчас тоже нет таких возможностей».

«Как насчет...» Сюй Юн И опустил бокал с вином. «Раз уж они уходят, давайте сделаем так, чтобы они никогда не вернулись. Даже если они вернутся, они не смогут ни на что здесь повлиять».

«Хм?»

«Раз их здесь нет, разве я не могу говорить все, что хочу?»

«Эта пара, брат и сестра - подонки, бессовестно обманувшие меня и забравшие мои деньги. Никто не сможет опровергнуть мои слова, я могу говорить все, что захочу».

Сюй Юн И почувствовал, что он гений. «Мы поступим так. Посмотрим, как они справятся с этим, если вернутся».

Хотя это немного похоже на добивание раненых, это все же хорошее решение. Бай Луцзы кивнула, по ее лицу медленно расползалась улыбка.

Ну и что, что Сютин из хорошей семьи? Столкнувшись со смертью обоих родителей и отчуждением мужа, она все равно вынуждена бежать далеко-далеко.

Будет лучше, если она никогда не вернется, иначе у нее есть способы уничтожить ее!

Вэнь Сютин - бельмо на глазу для Бай Луцзы. Хотя ее любовник женился на ней со скрытыми мотивами, в конечном итоге первая жена ее возлюбленного - не она сама. Они были явно влюблены друг в друга, но ей приходилось быть отвергнутой, наблюдая, как ее возлюбленный на публике милуется с другой.

Каким бы хорошим ни был ее нрав, он все равно будет ущемлен подобными вещами.

Более того, Бай Луцзы не была беззащитной и слабой женщиной. Она никогда не жалела сил, чтобы отомстить тем, кто ей не нравился. Смерть Вэнь Сютин в оригинальном тексте была напрямую связана с ее желанием возмездия.

В то время как эти два главных героя планируют очернить брата и сестру Вэнь... эти два человека уже улетели в страну М.

Благодаря системе, процесс смены гражданства прошел очень гладко. Поскольку система существовала на более высоком уровне, чем мир, в котором они находились, ей было легко взломать правительственные системы. Семья Вэнь получила грин-карты очень быстро.

Сюэ Лин выбрал город L, который известен как финансовая столица мира. Хотя вначале здесь будет трудно развиваться, будущее будет блестящим, если он сможет добиться успеха.

Сначала они втроем остановились на ночь в гостинице, а на следующий день Сюэ Лин нашел им апартаменты в высотном здании в центре города. Нижняя половина здания была коммерческой, заполненной всевозможными фирмами. Верхняя половина была жилой. Поскольку здание находилось на самом верху, компании, расположенные под ними, никак не влияли на жителей.

Хотя Вэнь Сютин не знала, почему ее брат выбрал именно это место, она не задавала вопросов.

Квартира была полностью готова к заселению, и им оставалось только занести вещи, чтобы обустроиться. Дом был просторным, в нем была комната для его маленькой племянницы на случай, если им удастся найти ее и вернуть.

Сюэ Лин подождал, пока они закончат переезд, а затем поговорил с Вэнь Сютин и все ей рассказал.

Хотя он знал, что его сестра сможет принять эту новость, Сюэ Лин все равно был ошеломлен ее заплаканными покрасневшими глазами:

«Сестра, не плачь, я же сказал, что верну ее...»

Вэнь Сютин вытерла слезы на лице и утешила брата, сказав: «Я знаю, я верю тебе, но...»

Когда она думает о том, что ее дочь, которую должны любить и лелеять, была в страшном пренебрежении, страдала от плохого обращения и вынуждена вести себя более послушно, чем положено в ее возрасте, Вэнь Сютин не могла сдержать слез и сильно расстроилась...

Чем больше она переживала, тем сильнее было ее желание увидеть Сюй Юн И разрубленным на тысячу кусков.

Сюэ Лин также понимал, что матери невозможно не грустить о своей дочери, поэтому он мог только успокаивать ее таким образом:

«Ее удочерил добрый человек из-за границы. Теперь ее жизнь должна быть беззаботной, и она больше не будет подвергаться насилию. До тех пор, пока мы сможем вернуть ее, все будет хорошо...»

Вэнь Сютин чувствовала себя все более несчастной. При взгляде на ребенка, который играл с кубиками, полностью изолированный от окружающего мира, ее голова начала болезненно пульсировать.

Сюэ Лин, видя ее страдания, помогал ей помассировать виски и продолжал ее утешать:

«Сестра, мы только что покинули это место и можем начать все сначала. Ты не думала, что нам делать с Мо-Мо...»

С этими словами Вэнь Сютин наконец-то взяла себя в руки. Она с тревогой посмотрела на Вэнь Мо: «Характер маленького Мо...»

«Я отведу его завтра к врачу». Сюэ Лин улыбнулся: «Сестра, ты можешь спокойно оставаться дома и рисовать. Мы накопим денег за несколько лет, а потом я устрою для тебя выставку».

Вэнь Сютин нахмурилась: «Ты действительно... собираешься открыть компанию?»

Ее младший брат учился музыке с раннего возраста. Видя, как он забрасывает любимое дело ради мести, ее сердце сжалось от боли: «Как насчет того, чтобы сделать это...»

Сюэ Лин махнул рукой: «Хотя у меня нет опыта, отец подбирал мне хороших учителей прошлом. В этом отношении, я все еще могу считаться образованным. Сестра, не волнуйся, мы точно не потеряем деньги».

Вэнь Сютин все еще очень волновалась, но лицо Сюэ Лина было полно решимости, не оставляя места для переговоров, и она не могла сказать ничего больше. Ее брат и отец очень похожи в этом плане: как только решение принято, его нельзя изменить. Хотя она не хочет просто наблюдать со стороны, она верит, что ее брат точно добьется успеха и все это не пустая болтовня.

Она протянула руку и коснулась головы Вэнь Мо: «Сейчас я просто хочу, чтобы Мо-Мо и ты были здоровы, а также поскорее найти мою дочь... У меня нет других просьб, и насколько успешным ты станешь, не имеет значения».

Она протянула руку и обняла Сюэ Лина: «Если ты не сможешь добиться успеха, возвращайся домой. Независимо от того, буду ли я писать картины, или ты станешь музыкантом, мы все равно сможем прокормить себя».

Сюэ Лин кивнул, опустив ресницы и выпятив губы, и, казалось, кротко согласился с сестрой.

В это время мистер Коул Оуэнс снова столкнулся с трудной проблемой...

Как уговорить маленькую девочку заснуть?

Уже наступило время, когда семейный доктор сказал, что дети должны ложиться спать, но из-за смены часовых поясов маленькая Элейн все еще моргает своими большими глазами, совершенно не собираясь спать.

Дойл Оуэнс чуть не расхохотался, глядя, как его старший брат стоит рядом с кроватью принцессы с игрушкой в руках, на его лице застыло выражение «я могу управлять миром, но почему не тобой».

«Хахахахахахахаха! Венберт, где старший брат нашел эту милашку? Это удивительно, она даже может заставить старшего брата показать такое выражение лица, хахахахаха!»

Дворецкий Венберт почтительно встал в сторонке и сказал: «Второй господин, вам лучше говорить тише. Если вы побеспокоите госпожу, хозяин заставит вас всю ночь стоять на коленях возле дома».

Пока он говорил, Коул повернул голову, и его обычно холодные глаза казались особенно ледяными, способными раздуть снежную бурю до самого Эвереста.

«Что ты здесь делаешь?»

Услышав звук его голоса, маленькая Элейн радостно лепетала и протягивала руку.

Возможно, потому, что от этого человека не исходило чувство нетерпения и отвращения, маленькая девочка вела себя с ним очень тепло, казалось, что он не хочет спать, а хочет, чтобы с ней поиграли.

Коул поднял маленькую куклу, которая лежала на боку, и положил ее на руки Элейн. Он нежно поцеловал ее нежное личико, аккуратно поправил одеяло и подал знак служанке, стоявшей поодаль, чтобы та подошла и подержала ребенка, а затем повернулся, чтобы уйти.

Его шаги были очень легкими, и он вышел из комнаты, прежде чем посмотреть на своего брата холодным и ледяным взглядом: «Если ты не пришел искать меня по какой-то конкретной причине, нет необходимости оставаться в замке сегодня вечером, просто проведи ночь в саду».

«... Не может быть... Я только что вернулся из страны М!!!» Дойл хотел заплакать, но слез не было. Даже если он младший брат, с ним нельзя так обращаться!

«И что?»

Притворно кашлянув, Дойл торжественно сказал: «Обсуждения о сотрудничестве на этот раз были очень успешными. Я привез много оборудования и талантов на деньги, которые вы мне дали».

Сказав это, он несколько неловко поправил галстук и спросил: «Брат, ты действительно хочешь развиваться в стране М? Хотя в стране Е возможности для развития нашей промышленности ограничены, но начинать развиваться в стране М так быстро - это немного импульсивно... Рынок страны М не так уж велик».

«Рынок страны Н имеет наибольший потенциал». Мужчина посмотрел на ребенка в комнате, на мгновение закрыл глаза и сказал: «Страна М - это просто переходная точка. В конце концов, они вернутся в страну Е».

Что он имел в виду, было неясно. Дойл некоторое время ошарашенно смотрел на удаляющуюся спину брата, а затем спросил у Венберта: «Он только ненадолго побывал в стране Н. Не говоря о том, что он нашел маленькую принцессу, что еще произошло?»

Венберт сдержанно улыбнулся: «Мне не позволено сплетничать со Вторым Мастером о том, что произошло».

Дойл закатил глаза, чувствуя себя особенно подавленным.

Есть ли смысл оставаться здесь, с этой семьей? Нет!

Люди его брата повсюду!

Его сердце так устало!

Он хочет поехать в филиал компании «Кантри М»!

Подальше от брата!

Глава 15 - Мистер Оуэнс, рад видеть вас снова

Сюэ Лин никогда не задумывался о течении времени, но, наблюдая за тем, как маленький племянник, который вначале доходил ему только до бедер, понемногу растет, достигая уже талии, он вдруг понял, что означает выражение "время летит".

Но скорость, с которой растет Вэнь Мо, заметно отличается от развития его речи...

В последние два года, независимо от ветра и дождя, Сюэ Лин раз в две недели возил Вэнь Мо в клинику психиатра. Сопротивление Вэнь Мо внешнему миру постепенно уменьшилось благодаря лечению и заботе его семьи. Хотя он по-прежнему любит полностью погружаться в музыку и отгораживаться от окружающего мира, по крайней мере, у него нет проблем с общением с другими людьми.

Просто он очень не любит разговаривать.

Сначала врач дал понять, что его симптомы несколько серьезны, предложив Сюэ Лину уделить ему особое внимание. Лучше всего, если бы он мог сопровождать его каждый день и обеспечивать ему чувство безопасности, чтобы он не испытывал еще больше отвращения по отношению к миру и не продолжал замыкаться в себе.

Хотя Сюэ Лин был занят созданием бизнеса и зарабатыванием денег, он все равно находил время, чтобы быть с Вэнь Мо, что привело к обнаружению его музыкального таланта.

По сравнению с талантом его матери к живописи, ему больше подходила музыка. Через музыку он мог плавно передать свои трудно выразимые чувства окружающим его людям.

Вэнь Сютин после прослушивания одной из его песен долго плакала, и Сюэ Лину пришлось потратить почти весь день, чтобы утешить ее, прежде чем она успокоилась. Но этот случай также позволил ей забыть о беспокойстве за сына.

Теперь, к их облегчению, ребенок был похож на миниатюрного взрослого. Он выглядел невероятно милым, сидя на диване и читая музыкальные партитуры.

"Маленький Мо".

Доктор Уолтер откинула назад свои длинные светлые волосы и мягко сказала мальчику, который сидел на диване в ожидании своего дяди:

"Твой дядя сказал, что он задержится. Что-то случилось, поэтому он попросил тебя сначала немного подождать здесь".

Улыбаясь, она излучала нежность, ослабляя защиту детей, которые приходят сюда на лечение, но это преимущество никогда не было полезным с Вэнь Мо. Если вы хотите увидеть улыбку этого миниатюрного взрослого, то эффективнее будет дразнить его дядю, чем дразнить его самого.

"Не хочешь ли ты чего-нибудь поесть? У меня здесь есть несколько маленьких пирожных".

Глаза Вэнь Мо оторвались от музыкальной партитуры. Сегодня был назначен сеанс психотерапии. Его дяде пришлось уехать из-за непредвиденных обстоятельств после того, как он привез его на прием, и с тех пор мальчик ждал здесь.

«Я просто продолжу ждать. Вам не нужно беспокоиться обо мне, доктор Уолтер".

Доктор Уолтер пожала плечами: "Хорошо, малыш, раз ты настаиваешь. Я оставлю вкусную выпечку для маленькой девочки".

Поскольку ее график приема был заполнен, скоро здесь появится еще один маленький гость, и у нее не будет времени присматривать за этим ребенком.

Но она знала, что ей не нужно беспокоиться. С ним все будет в порядке, если она даст ему место, где можно присесть. Судя по двухлетнему знакомству с Вэнь Мо, он не был близок ни с кем, кроме своего дяди.

Даже его биологическая мать всегда казалась немного сдержанной рядом с ним.

Этот ребенок действительно мог позаботиться о себе сам.

Клиника расположена на вилле в деревенском стиле. В дверь позвонили как раз в тот момент, когда доктор Уолтер расставляла закуски.

Она только что налила стакан сока, когда помощник привел гостей.

На самом деле у этого маленького ребенка нет никаких психологических проблем, но ее семья беспокоилась, потому что она слишком умна и хорошо себя ведет. Поэтому они время от времени отправляли ее на сеанс «на всякий случай».

Доктор Уолтер всегда была рада развлечь ее, так как девочка был действительно прекрасной во всех отношения. Каждый раз, когда приезжала маленькая принцесса, она заранее пекла пирожные и готовила послеобеденный чай.

Сегодня они были пунктуальны, как всегда. Доктор Уолтер улыбнулась, собираясь поприветствовать ребенка, но неожиданно увидела серьезное, внушительное лицо.

Ее движения на секунду замерли, улыбка исчезла, и она вежливо поприветствовала: "Мистер Оуэнс, давно не виделись".

Мистер Коул Оуэнс кивнул, затем погладил маленькую девочку, спящую у него на руках. "Элейн вчера допоздна гуляла с дядей и не хотела просыпаться после дневного сна, поэтому я сразу отправил ее сюда".

Губы доктора Уолтер дернулись, он подумала, что это человек очень мягкосердечен, не желая будить ее и неся на руках. "Ничего страшного. Мы просто болтаем каждый раз, когда она приходит, поэтому можно дать ей немного отдохнуть".

Взгляд Коула переместился и упал на Вэнь Мо, который сидел и тихо читал.

Доктор Уолтер пригласил его сесть и объяснил: "У дяди мальчика что-то случилось, и он заберет его позже, поэтому он здесь, чтобы немного подождать".

Услышав голоса, Вэнь Мо ненадолго поднял голову, чтобы посмотреть на сидящего рядом мужчину. Его взгляд был равнодушным, хотя выражение лица было мягким. Он слегка нахмурил брови, похоже, не желая, чтобы кто-то приближался к нему.

Мистер Коул понял его настороженность и тихонько отодвинулся чуть дальше, давая ему больше личного пространства.

Он такой же, как его дядя, если он подойдет хоть немного ближе, он будет недоволен, хмуриться и презирать.

Из его рук показалась маленькая головка.

Маленькая девочка вцепилась в его руку, моргнула своими большими черными глазами и посмотрела на маленького мальчика, который был недалеко от нее. Когда она встретилась с черными глазами, похожими на ее собственные, она, казалось, удивилась, но все же улыбнулась ему.

Она была милой девочкой, совсем юной, всего три или четыре года, в светло-фиолетовой юбке, черные волосы длиной до плеч, лицо мягкое, когда она улыбается, в уголках ее рта появляются две милые ямочки. Ее лучшая черта - глаза, влажные, темные, как у кошки, если бы она была немного старше, уголки ее глаз были бы шире...

Возможно, она была бы очень похожа на определенного человека.

Вэнь Мо подсознательно ответил на улыбку девочки, мысли немного отвлеклись, когда он задумался, почему она выглядит так знакомо...

Увидев его улыбку, глаза девочки загорелись, она с трудом высвободилась из рук мужчины и потянула его за руку. "Дорогой Коул, не могли бы вы спустить меня, чтобы я могла поговорить с этим старшим братом?"

Коул все это время наблюдал за их передвижениями. Он без слов посмотрел на Вэнь Мо, склонил голову и поцеловал девочку в лоб, прежде чем опустить ее на землю. "Отлично, иди, играй".

Сюэ Лин заехал за своим маленьким племянником. Ранее он спешил вернуться в компанию из-за технического сбоя. На красном светофоре ему позвонила сестра.

Остановившись, Сюэ Лин достал телефон и перезвонил ей, потирая лоб в усталом жесте: "Сестра, я тебе зачем-то нужен?"

"Сяр Юань, ты заехал за Сяо Мо? Я только что вернулась из супермаркета. Давай сегодня поедим дома". Голос Вэнь Сютин раздался в трубке, ее улыбка была очевидна. Двух лет ей хватило, чтобы пережить неудачный брак и снова влюбиться.

Недавно она познакомилась с новым парнем, и они кажутся очень милыми вместе. Она уже говорила, что хотела бы привести его домой, чтобы познакомить с Сюэ Лином, похоже, сегодня как раз тот случай.

"Звучит неплохо, тебе нужно, чтобы я что-нибудь принес?"

"Нет, я уже все купила".

"Хорошо, сестра собирается сделать мне и Сяо Мо сюрприз?"

Он представил слабый румянец, который появился на лице Вэнь Сютин при этих словах.

"Если ты уже догадался, то, как это может быть сюрпризом?"

"Хотя прошло уже больше года с тех пор, как вы двое официально вместе, я все еще впервые встречаюсь с ним. Я должен подготовиться, как следует. Будет нехорошо, если я позволю своей сестре потерять лицо".

"Это не имеет значения. Ему тоже все равно".

Вэнь Сютин замолчала, как будто кто-то говорил с ней на стороне. Через некоторое время ее голос вернулся. "Хорошая новость в том, что поскольку его брат и племянница тоже сегодня в стране М, наши семьи могут официально встретиться".

Сюэ Лин на мгновение замолчал, прежде чем снова ответить.

Клиника доктора Уолтер находилась в пригороде. Сюэ Лин приехал в три часа дня, на два часа позже. Он отстегнул ремень безопасности и вышел из машины, обнаружив, что в гараже стоит еще один автомобиль – дорогой и показавшийся ему знакомым.

Вспомнив о контракте сотрудничества, который был разорван сегодня утром, Сюэ Лин почувствовал себя немного побитым и оскорбленным. Он похлопал себя по лбу, глубоко ощущая, что жизнь действительно очень трудна.

Хотя он жил уже долгое время, он впервые самостоятельно управлял компанией. От выбора отрасли для развития до подбора персонала, ему пришлось постоянно бороться с самого начала, пройдя через множество взлетов и падений. Сейчас он достиг того момента, когда может обсуждать планы сотрудничества с международными конгломератами.

Пока вливание капитала проходит гладко, будущее его компании будет светлым, и его план возвращения на родину, чтобы уничтожить Сюй Юн И, все еще может осуществиться.

Ослабив галстук, Сюэ Лин позвонил в дверь, немного рассеянно размышляя о том, почему такая большая компания предоставила прекрасную возможность для маленькой фирмы, как у него...

Хотя было очевидно, что другая сторона наблюдала за ним в течение двух лет, он никогда не понимал, почему. Сюэ Лину всегда казалось, что он не может разгадать намерения этого человека.

Ассистентка открыла дверь, и Сюэ Лин поприветствовал ее улыбкой, заставив ее покраснеть и даже немного потерять равновесие, пока она шла вперед.

Несмотря на то, что она хорошо знакома с этим гостем, она не может удержаться от слабости, когда он поднимает глаза и улыбается ей. Ей каждый раз хочется встать на колени и лизать его сапоги! (〒_〒)

Как кто-то может так хорошо выглядеть! Это преступно!

Была зима, но внутри было уютно и тепло. Когда Сюэ Лин проходил через вход, он услышал смех в комнате и удивился, что дети, пришедшие к доктору Уолтер, могут так радостно смеяться.

Он думал, что все они будут похожи на его Вэнь Мо, который весь день ведет себя тихо и серьезно, как маленький взрослый. Он и сам не знает, откуда это у него.

Войдя в гостиную, Сюэ Лин сузил глаза.

На полу лежал толстый ковер. Вэнь Мо сидел в центре и с беспомощным выражением лица помогал маленькой девочке играть. Маленькая девочка одной рукой поставила чашку чая в руку Вэнь Мо, а другой поднесла печенье прямо ко рту Вэнь Мо и, улыбаясь, спросила:

"Старший брат, тебе правда не нравится? Оно очень вкусное и сладкое".

Элейн, как и ее приемный отец, любила сладкое. К счастью, дома они строгие и разрешают ей есть только небольшое количество каждый день. Она не могла понять, как кто-то вообще может не любить сладкое.

Вэнь Мо просто не любил сладкое...

Действительно не любил...

Его лицо было строгим, но он не осмелился отказать девочке, боясь, что заставит ее плакать из-за своих негативных слов. На какое-то время он действительно растерялся. Его лицо все еще оставалось немного сдержанным, как будто этот кусок печенья был **.

Голос мужчины был очень низким и ровным, он обратился к девочке:

"Милая, если тебе это нравится, это не значит, что это понравится старшему брату. Ты не можешь заставлять других любить то же, что и ты, это невежливо".

Девочка кивнула, подняла голову и увидела Сюэ Лина, стоящего у двери в гостиную.

Пара больших черных глаз ярко блестела.

"Коул!" воскликнула она с некоторым удивлением, "Это прекрасный старший брат! Прямо как я!"

Ее слова были немного невнятными, но Сюэ Лин точно знал, что она имела в виду.

Маленькая девочка перед ним очень похожа на него внешне. Если бы он не знал историю жизни первоначального владельца этого тела и свои собственные действия в последние годы, он бы засомневался, что это его плоть и кровь.

Он может быть абсолютно уверен, что это не его дочь, но это означает...

Сюэ Лин перевел взгляд на мужчину, сидящего на диване.

Он был одет в тот же костюм, что и на утренней встрече, волосы аккуратно зачесаны назад. Каждое его движение можно было прочитать в учебнике для джентльменов и описать только как "благородный" и "высший класс".

Просто...

Сюэ Лин открыл рот, чтобы сказать: "Мистер Оуэнс, рад видеть вас снова".

Глаза мужчины казались очень непринужденными, когда они повернулись в его сторону. Он слегка кивнул и ответил:

"Здравствуйте".

Глава 16 - Клубок запутанных семейных отношений

Это была не первая встреча Сюэ Лина с мистером Коулом Оуэнсом.

Он получил его визитную карточку еще два года назад, перед тем как покинуть страну H. За последние два года они несколько раз «сталкивались» друг с другом, часто на одних и тех же мероприятиях. Несмотря на то, что они никогда не общались, у Сюэ Лина сложилось неизгладимое впечатление об этом человеке.

Сегодня утром переговоры о сотрудничестве велись лично с ним. Этот господин - босс международного конгломерата. Если быть точным, этот человек был чертовски богат. Он был известным деловым магнатом из страны Е, достаточно могущественным, чтобы взять под контроль экономику страны.

В современном обществе присутствие такой влиятельной фигуры могло бы легко повлиять на мировую экономику, но казалось, что у него нет конкретных целей, и он лишь медленно расширяет бизнес. В последние годы цели его развития переместились в страну М, и высшее руководство компании часто прилетало и улетало...

Сюэ Лин всегда чувствовал, что этот человек опасен, и что лучше держаться от него подальше. Поэтому, хотя они часто виделись, он редко проявлял инициативу, чтобы начать разговор.

Тем не менее, новости и слухи об этом человеке всегда доходили до него. То, что он сказал в самом начале о том, что является директором музыкальной консерватории Цзыгэцзи, не было ложью - его семья финансировала более половины колледжа. Они также были одним из главных спонсоров конкурса, в котором участвовал Сюэ Лин, поэтому ему было нетрудно получить информацию.

Теперь, тщательно вспоминая, почему казалось, что он был везде?

И эта маленькая девочка!

Вэнь Мо повернул голову, увидел Сюэ Лина и явно расслабился. Он встал и улыбнулся девочке.

«Мой дядя пришел забрать меня, и я больше не могу играть с тобой. Мне очень жаль».

Элейн покачала головой, ее щеки зарумянились. «Этот красивый старший брат - твой дядя? Он выглядит очень хорошо! Могу ли я с ним подружиться?»

Вэнь Мо молча посмотрел в сторону Сюэ Лина.

Сюэ Лин улыбнулся, присел на корточки и посмотрел на девочку, взяв протянутую ею руку и поцеловав ее в знак приветствия.

«Мне очень приятно дружить с такой прекрасной леди».

Глаза маленькой девочки были яркими, и казалось, что она была немного польщена поцелуем. Она повернула голову в сторону мистера Коула Оуэнса, но неожиданно обнаружила, что Коул, похоже, в плохом настроении.

Как бы там ни было.

«Меня зовут Элейн, а тебя?»

Хотя ей всего три года, ее речь была совершенно ясной. Элейн, полная благородства, также старалась сдерживать счастливое выражение на своем круглом маленьком личике, чтобы не позволить своему волнению проявиться слишком сильно.

«Ты похож на меня...»

Сюэ Лин кивнул.

«Да, мы очень похожи. Меня зовут Вэнь Сююань. Приятно познакомиться с вами, мисс Элейн».

Доктор Уолтер вышла из кухни и была удивлена, увидев эту сцену.

«Господин Вэнь тоже здесь. Это редкость, чтобы столько людей было здесь в одно и то же время».

«Здравствуйте, доктор».

Сюэ Лин повернулся и слегка коснулся головы Вэнь Мо. Он помог ему разобраться с одеждой, подхватил его небольшой рюкзак и собрался уходить:

«Я здесь, чтобы забрать Мо-Мо».

Доктор Уолтер кивнула.

«В последнее время состояние Вэнь Мо становится все лучше и лучше. Я не ожидала, что он даже сможет играть с Элейн».

Сюэ Лин посмотрел на молчаливого Вэнь Мо и со смехом сказал:

«Элейн такая красивая, она понравится любому. Вэнь Мо, естественно, не исключение».

Элейн уже бежала к Коулу, растягивая его одежду и карабкаясь по нему, словно обезьянка. В отличие от того, как хорошо она обычно себя ведет, сегодня она была удивительно озорной.

«Коул, Коул, старший брат Вэнь сказал, что я красивая».

Мистер Коул поцеловал ее в лоб и тихо ответил: «Не называй его братом, зови его дядей».

«А?» Маленькая девочка на мгновение замешкалась. «Но брат младше моего дяди».

В его глазах появился намек на смех, когда мистер Коул коснулся головы маленькой девочки. Он встал с ней на руках.

«Доктор Уолтер, я думаю, нам пора уходить».

«А?» Доктор Уолтер был ошеломлен. «Уже?»

«У меня сегодня еще одна встреча с Элейн. Нам нужно вернуться и подготовиться».

«Что ж, надеюсь, ваша встреча пройдет хорошо».

Доктор Уолтер передала Сюэ Лину отчет о течении лечения ребенка. «Это записи Вэнь Мо. Он уже может прекрасно интегрироваться в общество, и ему больше не нужно посещать наши занятия. Отныне вам предстоит ежедневно следить за его настроением и не торопиться».

«Хорошо».

Коул прошел мимо них с Элейн на руках, но его ноги замедлили шаг по настоянию Элейн.

Сюэ Лин снова почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд...

«Прекрасный старший брат, если младший брат больше не будет приходить сюда, смогу ли я снова увидеть тебя?»

Сюэ Лин посмотрел на милую девочку на руках, издал небольшой вздох и достал из визитницы карточку. Он написал на ней номер телефона и протянул ее девочке. «Вот моя визитная карточка и мой личный номер телефона. Вы можете звонить мне в любое время».

Элейн с радостью приняла визитку, затем потянулась и поцеловала Сюэ Лина.

Ах, Коул, кажется, снова разозлился?

Коул нес Элейн и шел впереди, а Сюэ Лин следовал позади. Еще до того, как они сели в машину, он почувствовал, что она ему знакома...

Казалось, он где-то видел эту машину, или, на самом деле, видел ее во многих местах...

Водитель не знал, почему босс был так холоден, как только сел в машину. Он задрожал и вывел машину, прежде чем спросить:

«Сэр... Куда мы едем?»

«Сначала вернемся на виллу».

Будучи состоятельным человеком, мистер Коул имел резиденции по всему миру. Кроме того, в последние два года он часто ездил в страну М, поэтому у него там было постоянное место жительства.

Элейн коснулась визитной карточки в своей руке, уголки ее рта слегка приподнялись. Она выглядела очень счастливой.

Коул погладил ее по голове. «Он тебе очень нравится?»

Элейн кивнула. «Да».

«Почему?»

«Потому что... он красивый?» Элейн покачала головой: «И похож на меня».

Коул коснулся ее лица и тихо прошептал: «Да... Очень похож...»

Он наблюдал, как ее лицо становилось все более похожим на его... Раньше он также боролся с собой по поводу того, стоит ли возвращать этого ребенка, поскольку Вэнь Сююань постоянно искал новости о ребенке, даже когда заботился о своей сестре и племяннике и одновременно начинал бизнес... Хотя его сердце болело за него, в конечном итоге он был немного эгоистом.

Раньше он заботился только о своей музыке. Почему же теперь все не так?

Сюэ Лин, похоже, тоже был озадачен. Он сел на водительское сиденье, но не стал заводить машину.

Вэнь Мо сел на заднее сиденье, пристегнул ремень безопасности и долго молчал, прежде чем спросить: «Это... моя младшая сестра?»

Сюэ Лин издал изумленный звук, внезапно вернувшись в реальность. Повернув голову и посмотрев на племянника на заднем сиденье, он натянуто улыбнулся.

«... Я надеюсь, что она...»

Он потратил много денег за эти годы, долго искал в Стране Н и прокручивал оригинальную сюжетную линию в поисках любой потенциальной подсказки. Каждый раз, когда он думал, что нашел ее, те девочки, которых удочерили, оказывались не той, кого он искал. Теперь же эта девочка была единственной, чьи черты были так похожи на его брови...

Его внешность сильно отличалась от Вэнь Сютин, но кто знает, когда дело доходит до генетики? Вполне возможно, что его маленькая племянница была похожа на него.

Система, расположившаяся на переднем пассажирском сиденье, была слишком ленива, чтобы пренебрежительно отзываться о своем хозяине.

Очевидно, он уже был уверен, что она его маленькая племянница, как только увидел ее, но он все еще борется с бессмысленными вещами. Неужели он просто не хотел идти против этого человека? Ее усыновитель - всего лишь обычный человек, о чем тут беспокоиться?

Ее внутренний монолог был прерван взглядом Сюэ Лина, и она тихо свернулась в клубок.

«Она вызывает у меня совсем другие чувства...» Вэнь Мо немного помолчал и добавил: «Я очень хочу быть с ней рядом».

То, что Вэнь Мо произнес такие слова, говорило о том, что он действительно считает ее родственницей.

Ведь он никогда не чувствовал близости ни с кем, кроме своих родственников.

«Да».

Сюэ Лин завел машину и вдруг вспомнил еще одну вещь. Он должен был сначала сказать об этом, чтобы Вэнь Мо мог немного подготовиться.

«Твоя мать нашла тебе нового отца, и ты встретишься с ним, когда мы вернемся домой. Ты должен быть морально готов».

Вэнь Мо молча наблюдал, как его дядя, который также был его учителем, сосредоточился на вождении.

«Ты сказал это так, будто сообщил мне, что мама взяла в дом кошку».

«Не думаю, что для тебя есть большая разница».

Сюэ Лин пожал плечами. Он очень хорошо знал своего племянника, он действительно похож на маленького взрослого. Чем относиться к нему как к маленькому ребенку, который ничего не понимает, лучше относиться к нему как равному.

Несмотря на это, ему часто удавалось контратаковать после нескольких фраз.

Иногда Сюэ Лин даже терял дар речи, жалея, что недооценивал этого малыша.

У входа стояла пара мужских туфель, явно дорогой марки. Вэнь Мо некоторое время спокойно стоял у дверей, видимо, мысленно готовясь. Сюэ Лин подождал его, и они вместе вошли в дом.

На кухне царила суета. Вэнь Сютин вышла в фартуке, ее глаза загорелись, когда она увидела их.

«Вы вернулись! Скорее укладывайте вещи, ужин почти готов. Я приготовила китайскую еду, а Дойл - западную. Сегодня будет много блюд».

Шаги Сюэ Лина замедлились. Он знал, кто был «парнем» его сестры, но не был готов к тому, что все так внезапно обернется.

Сегодняшний вечер была обречен стать беспокойным. Чтобы Вэнь Мо не остался голодным, Сюэ Лин принес ему немного еды, чтобы подкрепить желудок.

Вэнь Мо понимал, что у него должны быть свои причины, поэтому, хотя поведение дяди показалось ему странным и несколько пренебрежительным, он послушно съел пачку печенья и отнес свой маленький школьный портфель в комнату, чтобы приступить к выполнению сегодняшнего домашнего задания.

Мужчина из кухни наконец-то вышел. Это был высокий и статный иностранец с золотистыми волосами, показывающий при улыбке ряд белых зубов. Он выглядел немного глуповато, но все же надежно. Когда Вэнь Сютин встала рядом с ним, они удивительно хорошо смотрелись вместе.

Сюэ Лин улыбнулся ему. Второй участник вытер руки и представился:

«Я Дойл Оуэнс. Я познакомился с господином Вэнем сегодня утром».

Вэнь Сютин была несколько удивлена, но Дойл поцеловал ее в лоб, давая понять, что объяснит все позже.

Сюэ Лин пожал руку другой стороне:

«Я, конечно, не ожидал, что наши отношения, помимо сотрудничества, будут настолько близкими, господин Оуэнс».

Дойл несколько неловко почесал голову и рассмеялся: «Наверное, это судьба».

На самом деле, он изначально сблизился с Вэнь Сютин, потому что хотел войти в контакт с Вэнь Сююанем. Однако он не ожидал, что его сестра окажется такой очаровательной и интересной женщиной, и в конечном итоге он влюбится.

Несмотря на то, что старший брат продолжал посылать в его сторону воображаемые ледяные стрелы, он не мог отказаться от мысли жениться на Вэнь Сютин.

Через год можно было считать, что ему удалось достичь своей первоначальной цели и немного уладить ситуацию, но по-прежнему оставался оттенок неловкости...

В будущем было бы очень сложно определить, какую форму обращения использовать.

Мистер Дойл Оуэнс был очень дальновидным.

По совпадению, в это время раздался звонок в дверь.

Вэнь Сютин пошел открывать дверь. Сюэ Лин поднял брови и многозначительно улыбнулся мистеру Дойлу Оуэнсу.

Глава 17 - Давайте обсудим, кого легче разводить - овец или лис

Хотя Сюэ Лин не мог контролировать основные события этого мира, все, что происходило вокруг него или было связано с ним, было ему подвластно. Исходя из того, что он знал, можно было легко предположить, что произойдет дальше.

Поэтому, когда он увидел мистера Коула Оуэнса, входящего с Элейн на руках, Сюэ Лин ничуть не удивился. Он кивнул и очень спокойно поздоровался. Дойл на некоторое время был разочарован, так как хотел увидеть немного шоу.

«Это мой брат и патриарх нашей семьи, Коул Оуэнс. Малышка у него на руках - наша маленькая принцесса, Элейн Оуэнс. Она дочь Коула».

Видя, что ситуация развивается не в том направлении, в котором он предполагал, Дойл вышел вперед, чтобы представить обе стороны.

На первый взгляд казалось, что все друг друга не знают и впервые встречаются сегодня вечером. Но на самом деле, вода здесь была очень глубокой, и все присутствующие, кроме Вэнь Сютин и Элейн, которые действительно ничего не знали, были актерами высокого уровня.

Даже Вэнь Мо чувствовал, что на этом званом ужине «пахнет жареным», радуясь в душе, что он прислушался к словам своего дяди и съел что-нибудь, чтобы подкрепить желудок.

Было ли поданное блюдо к столу съедобным – еще придется проверить.

Еда все еще стояла на плите, и Вэнь Сютин немного робела при виде величественного и внушающего страх старшего брата своего жениха. Изящно поприветствовав его, она нашла предлог оставить развлечение гостей на Сюэ Лина и потянула Дойла за собой на кухню.

Сюэ Лин давно не видел, чтобы его сестра вела себя так незрело, и необъяснимо почувствовал некоторое волнение. Он легко замечал любые изменения в ее настроении и понимал, о чем она думала по маленьким жестам. С Вэнь Мо в этом плане было труднее.

Наверное, потому что его сестра была слишком нежной и доброй...

Неудивительно, что Дойл влюбился в нее, несмотря на их планы. Если бы его сестра не была ослеплена любовью ранее и затем предана коварным Юн И, она бы всегда была такой же счастливой и жизнерадостной, как сейчас, находя весь мир необыкновенно прекрасным. На ее сердце не лежала бы тень, потому что всегда был бы кто-то, кто мог бы ее приютить. Раньше это были родители, теперь - Сюэ Лин, а в будущем это будет Дойл.

Хотя ей пришлось пережить такое несчастье, она, казалось, не позволила этим вещам повлиять на нее. Наоборот, она стала еще более солнечной и яркой, как будто на ней был нимб...

Однако ее мягкость не замечал никто, кроме Сюэ Лина и Вэнь Мо. После того, как ей было больно, она стала беречь свое сердце гораздо тщательнее. Иначе не потребовалось бы почти два года знакомства, прежде чем она привела Дойла к ним.

Элейн уже могла ходить и не любила, когда ее целый день держали на руках. Коул подвел ее за руку и после того как она мило поприветствовала всех, она робко подошла поздороваться с Сюэ Лином.

В свои три года она уже умела так хорошо изъясняться. Сюэ Лин рассмеялся и взял ее на руки, затем повернулась к мистеру Коулу Оуэнсу.

«Как насчет того, чтобы пройти в гостиную и как следует поговорить?»

Внешне мистер Коул был спокоен, но его сердце билось как барабан.

На самом деле он не был спокоен, но делал это по привычке, так как не хотел выкладывать все карты на стол.

Прошел год, и его брат уже нашел себе жену, но Коул только сейчас был официально представлен другой стороне. Когда их взгляды встретились, он почувствовал себя неловко и не знал, что сказать.

Даже трехлетний ребенок с легкостью получил личный номер телефона Вэнь Сююаня, но могущественный Коул Оуэнс мог только тайком следить за ним, как сумасшедший преследователь и при этом ни разу не продемонстрировать свои намерений.

О, его последние действия были действительно ненормальными - даже его дворецкий не мог больше смотреть на это, не желая следовать за ним, когда он выходил из дома...

У семьи Вэнь был свой способ проявлять гостеприимство. Усадив гостя на диван, Сюэ Лин принес чайный сервиз.

«Господин Коул любит чай? Не хотите ли чаю из страны Н?»

Не всем нравился такой чай, поэтому Сюэ Лин спросил из вежливости.

Хотя, даже если бы гость отказался, Сюэ Лин не собирался предлагать ему ничего другого.

К счастью, мистер Коул, хоть и был великим аристократом, не был привередлив и кивнул головой в знак согласия.

Вэнь Мо уже увел с собой Элейн, чтобы осмотреть квартиру. Они шли вместе рука об руку, причем Вэнь Мо время от времени протягивал руку, чтобы поддержать маленькую принцессу, которая все еще училась ходить. Сцена была неожиданно очень гармоничной.

Способ приготовления чая Сюэ Лин был очень старомодным и правильным. Нагреть воду, отмерить чайные листья, залить горячей водой, затем заварить; весь процесс был очень естественным и плавным. Он сидел рядом с Коулом, и казалось, что если закрыть глаза и

принюхаться, то можно почувствовать тонкий аромат чая от его тела - немного прохладный, слегка отличающийся от насыщенного аромата чая перед ними.

Мистер Коул почувствовал себя немного опьяненным.

Сюэ Лин переключил часть своего внимания на господина Коула, пока готовил чай, но обнаружил, что глаза собеседника были закрыты и он молчал. Это было немного странно. Он задумался и нашел тему, чтобы разрядить неловкую ситуацию:

«Семья Оуэнс, кажется, всегда жила в стране Е, но мистер Коул был очень занят в стране М в последние два года. Это из-за подготовки к передаче бизнеса в стране Е?»

Коул покачал головой, услышав эти слова, не ожидая, что он начнет говорить о работе. Поразмыслив, он понял, что единственной связью между ними была работа, и досадовал на себя. Хотя он был недоволен, но сохранил внешнее спокойствие и честно ответил:

«Я остановился здесь, чтобы разобраться с личными делами».

Одного Дойла было достаточно, чтобы справиться с такими делами, как работа. Коулу не было необходимости приезжать сюда. Но по какой-то необъяснимой причине он постоянно направлялся в эту сторону... Смотрел на этот дом издалека, но ни разу не попытался подойти.

Однажды Дойл пытался купить квартиру на этом этаже, но он отказался, что заставило Дойла заявить, что с таким подходом он точно останется холостяком на всю жизнь. Несмотря на это, Коул не считал это ошибкой.

Его влюбленность была его личным делом, и не было никакой необходимости сообщать об этом другому человеку и нарушать его жизнь.

Более того, жизнь другого человека была нелегкой, он каждый день сталкивался с многочисленными проблемами.

Успех компании Сюэ Лина полностью зависел от того, как он использовал любой кризис, возникающий на рынке. В последние два года он своевременно использовал любую возможность, возникавшую в любой опасной ситуации.

То, что сегодня он добился таких потрясающих успехов и смог сотрудничать с конгломератом Оуэнса, было полностью заслугой Сюэ Лина. Он в одиночку вытянул всю свою компанию.

То, что деловые круги страны М и высший класс бесконечно восхваляли Вэнь Сююаня, не было неожиданностью. Он определенно был самой популярной восходящей звездой в стране М, человеком, который может продолжать блистать, с удивительным будущим впереди. Коул не хотел вмешиваться в жизнь такого человека.

Ему нравилось, как Вэнь Сююань держал себя во время борьбы: высоко подняв голову, он упорно шел вперед, не страшась никакой опасности, как король, который держал под контролем все поле сражения, также и его люди были непобедимы и решительны.

Его взгляд триумфа, когда он побеждал, был еще более ослепительным, чем то, что Коул видел на сцене.

«Личные дела?»

Сюэ Лин наклонил голову, потрогал нос и хотел спросить, включают ли его личные дела в себя слежку за ним каждый день. Но это было слишком прямолинейно, и они были здесь не для того, чтобы затевать драку. Не было необходимости специально вступать с ним в конфронтацию.

«Ваши личные дела?»

Только вот не стоило бы развивать этот вопрос, его это тоже очень беспокоило.

Сюэ Лин чувствовал, что такая жизнь действительно некомфортна: каждый день за ним пристально следят, а ему приходится делать вид, что ничего не происходит. Если бы не ограниченность этого тела и трудности, с которыми он столкнулся, добиваясь своего теперешнего положения, он бы уже давно в открытую перешел к ожесточенной борьбе.

К сожалению, сейчас он был Вэнь Сююанем, ограниченный этим телом и этой ситуацей.

Уши господина Коула казались немного красными. Он кивнул. «Да, мои личные дела».

Ситуация зашла в тупик, и Сюэ Лин не мог продолжать задавать вопросы. Было ясно, что этот джентльмен хочет закрыть неловкую тему. Поэтому они выпили еще две чашки чая и наблюдали, как Вэнь Мо водил Элейн по дому.

Сюэ Лин снова попыталась начать разговор:

«Хотя это самонадеянно, но не кажется ли вам, что... мисс Элейн немного похожа на меня?»

Коул, наконец, повернул голову и посмотрел прямо на торжественное лицо Сюэ Лина. Он опустил взгляд и, казалось, на мгновение задумался:

«Она была удочерена из страны Н. В то время не было никакой информации о ее родителях и семье».

Благодаря его словам предположения подтвердились. Сюэ Лин кивнул и сказал:

«Дочь моей сестры была похищена с рождения. Я долго искал ее, и все улики указывали на полицейский участок в стране H, но поскольку человек, который удочерил ее, очень загадочен, след на этом закончился».

Коул сжал кулак. Он знал, что этот день настанет, как только он сблизится с Сюэ Лином. Не то чтобы он не хотел отдавать девочку. В конце концов, с тех пор как он узнал о ее происхождении, Коул много раз думал, стоит ли отправлять ее обратно.

«Да» - ответил он мрачным голосом. Не похоже было, чтобы он был в хорошем настроении.

Сюэ Лин колебался некоторое время и, наконец, решил, что признание Элейн стоит того, чтобы провоцировать его.

Он обещал Вэнь Сююаню счастливый конец, и маленькая Элейн играла в этом большую роль. Вэнь Сююань изначально умер, спасая ее, и печаль его прошлой жизни должна была разрешиться здесь.

«Я не хочу заставлять ее вернуться... В конце концов, вы удочерили ее на законных основаниях... Но если она действительно наша семья, я надеюсь, мы сможем проводить с ней время...»

Коул немного поразмышлял и сказал:

«Дойл и твоя сестра собираются пожениться».

Сюэ Лин понял смысл сказанного.

Когда эти двое поженятся, они, естественно, станут семьей. В это время такие детали, как то, кем на самом деле были родители Элейн, перестанут быть проблемой, так как они всегда будут рядом с ней.

Сюэ Лин вздохнул с облегчением.

«Тогда ты должен знать о положении нашей семьи...»

Учитывая, что он согласился на брак своего младшего брата с Вэнь Сютин, Коул наверняка уже все о них разузнал.

«Старшая сестра и тот человек на самом деле еще не развелись, но прошло уже два года. С юридической точки зрения, два года разлуки - достаточный срок, чтобы начать процесс развода. Я планирую вернуться в эту страну в ближайшее время».

Мистер Оуэнс так долго следил за ним, какой бы ни была его цель, поэтому он уже должен быть знаком с каждой деталью жизни Сюэ Лина.

В любом случае, было бы глупо не воспользоваться легкодоступными ресурсами, и Сюэ Лин не собирался уничтожать Сюй Юн И в одиночку. Мистер Коул казался очень хорошим помощником в этом. Если бы он крепко держался за него, то, возможно, смог бы прикончить Сюй Юн И раньше. Для Сюэ Лина быть немного бесстыдным было совсем не проблема.

«Ты... планируешь начать прямо сейчас?»

Зная, почему этот человек так усердно работал все эти годы, мистер Коул часто хотел помочь ему, непосредственно уничтожив Сюй Юн И, но он не хотел случайно разрушить планы Сюэ Лина, не зная всех его мотивов.

Губы Сюэ Лина изогнулись вверх.

«Сейчас самое подходящее время. Прошло два года. Можно доказать, что отношения между мужем и женой действительно разладились, что является хорошей возможностью для получения развода в суде. Для нас будет хлопотно, если он сам начнет процесс, поэтому лучше нам действовать первыми».

«Сейчас он готовится к женитьбе на Бай Луцзы. Разрушение его счастливой жизни в одночасье должно быть очень приятным, и я думаю, что это будет как раз вовремя».

Он не находил ничего плохого в том, чтобы вот так раскрыть свой характер перед незнакомцем. Из столовой раздался голос с просьбой прийти на ужин, и Сюэ Лин встал, ткнув пальцем в Коула.

«Господин Коул так долго следил за мной. Не хотите ли вы вернуться в страну Н вместе со мной, чтобы взглянуть?»

«На что взглянуть?»

Коула не волновало, что его скрытные движения были замечены, и он оставался, как всегда, бесстрастным. Казалось, ничто не могло снять маску с его лица.

«Смотреть на то, как ты забираешь обратно семейный бизнес Вэнь?»

«Бессмысленно отбирать его обратно».

Лисичка, сидевшая на диване, услышала злой умысел в словах хозяина и неловко вздрогнула, подсознательно навострив уши.

«Я тогда потратил столько усилий, чтобы продать им акции».

«Естественно, цель состоит в том, чтобы уничтожить их полностью, как можно более прямо и непосредственно, чтобы они могли счастливо избавиться от всех своих забот».

Его смех был полон радости, но глаза были полны злобы, в них не было видно ни малейшего просвета, казалось, что все затягивает в бездну тьмы. Коула всегда завораживала эта чистая тьма в Сюэ Лине.

Этот человек никогда не был невинной овечкой. Возможно, более подходящим было бы назвать его хитрым и коварным лисом.

Коул чувствовал, что ему очень нравится такая улыбка, и был готов заплатить за нее любую цену.

Глава 18 - Эти двое сияют так ярко, что можно ослепнуть

Рев приземляющихся и взлетающих самолетов наполнял пространство на заднем плане. Мужчина с двумя чемоданами стоял у выхода, ожидая кого-то.

На нем был длинный бежевый плащ, а половина лица утопала в белом шарфе, и лишь кончики ушей были розовыми.

Погода была настолько холодной, что руки, державшие чемодан, слегка покраснели. Устав ждать, он нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

Через некоторое время к нему подбежал другой человек и поднес к его лицу порцию теплого молока.

«Извини, что заставил тебя ждать. Погода такая холодная, что многие люди выстроились в очередь, чтобы купить горячие напитки».

Он поправил шарф собеседника и забрал один из чемоданов.

«Почему мы встретили холодный фронт, когда вернулись... Неужели я такой нежеланный гость?»

Мужчина чуть ниже ростом посмотрел на небо, лицо его было полно недовольства. Он спросил:

«Действительно ли можно оставить мою сестру и твоего брата в стране М? Я беспокоюсь, что они не смогут должным образом позаботиться о двух малышах».

«Вэнь Мо хорошо себя ведет, и маленькая Элейн тоже не будет создавать проблем, не говоря уже о том, что у них тоже есть няни. Раз уж они хотят стать родителями, им стоит научиться заботиться о детях».

Сюэ Лин с некоторым удивлением посмотрел на господина Коула и вздохнул.

«Слыша подобное из твоих уст, я всегда чувствую себя неловко».

Мистер Коул замолчал.

Ужин в тот вечер был несколько безвкусным. С молчаливого согласия Коула, Сюэ Лин прямо изложил факты, касающиеся рождения и прошлого Элейн. Даже Дойл не знал об этой великой тайне и трагедии, поэтому, услышав обо всем, и он, и Вэнь Сютин были ошеломлены.

Вэнь Сютин не успела хорошо рассмотреть малышку Элейн, когда они только приехали, потому что девочка была на руках у Коула. Внимательно посмотрев на нее теперь, она разрыдалась от переполнявших ее эмоций горя и радости.

Элейн не знала, что произошло, но ей вдруг сказали, что красивый старший брат - ее дядя, красивая тетя - ее родная мама, а маленький старший брат - ее родной брат. Хотя она была умна, ей было всего три года, и она многого не понимала. Но это и к лучшему, ведь им понадобится время, чтобы исправить свои прошлые ошибки.

Вэнь Сютин всю ночь продержала Элейн на руках. Видя, что она плачет до покраснения глаз, Коул тоже почувствовал некоторую жалость и согласился с предложением Сюэ Лина и его младшего брата, чтобы Элейн переехала в семью Вэнь.

Надо сказать, что такому методу прокладывания себе пути в семью стоило поучиться. Тем утром они все еще были просто деловыми партнерами, которые подтвердили сотрудничество. К вечеру они уже стали частью семьи друг друга. Когда дворецкий Венберт принес смену одежды и другие необходимые вещи, ему почти захотелось встать на колени и поклониться своему хозяину.

Он всегда считал, что его хозяин крайне скован и скуп на слова. Прошло уже два года, а он не смог приблизиться к предмету своей симпатии ни на сантиметр. Он не ожидал, что его ждет такой успех, когда он сделает свой ход, не доходя до того, чтобы прямо забраться в постель другого. В семье Оуэнсов скоро будет матриархат.

Они остались на неделю, чтобы дать Элейн адаптироваться к жизни в семье Вэнь и убедиться, что проблем не будет, прежде чем Коул попросил Сюэ Лина заказать билеты в страну H.

Хотя ему было неясно, планировал ли некто взбаламутить мутную воду или просто пришел посмотреть на шоу, Сюэ Лин не стал препятствовать его участию.

Битва, которую он планировал провести, все еще более или менее нуждалась в поддержке со стороны. Раз уж господин Коул не сказал ему прямо, что он не должен втягивать его имя, то, согласно принципу полного использования того, что ему дано, Сюэ Лин не возражал против того, чтобы это имя прозвучало, чтобы набить морду Сюй Юн И.

В темной, туманной зиме Города Х все куда-то спешили. Сюэ Лин достал приготовленные им маски, встал на цыпочки, чтобы надеть одну из них на мистера Коула. Потянув за собой чемодан, он сказал:

«Пойдем. Сначала мы отправимся в отель, а завтра пойдем искать компанию Сюй».

Он знал, где они живут, но это было бы не так сенсационно, как встретиться с ними в компании.

Даже если это выглядело несколько грубовато, Сюэ Лин не был разборчив в методах, которые он использовал, лишь бы было много шума.

Раз уж он вернулся, он не должен был так просто отпустить Сюй Юн И и Бай Луцзы.

Коул поправил маску на своем лице и погладил ухо, которого только что коснулся тот человек, при этом кончики его ушей слегка покраснели.

Это должен быть новый опыт - выйти в свет без своего дворецкого или водителя. Он взял с собой телохранителей, но, опасаясь, что у Сюэ Лина могут возникнуть возражения, попросил их спрятаться. Это ощущение путешествия бок о бок, как будто они вместе, было очень особенным, и Коул почувствовал себя немного зависимым от него.

Все говорили, что ему нравится Вэнь Сююань, но на самом деле он и сам не знал, как классифицировать это чувство...

Сначала, несомненно, он привлек его внимание только потому, что когда он вышел на сцену, его манеры и поведение очень напоминали таинственную и смутную фигуру, которая часто появлялась в его снах...

На следующее утро шел снег, снежинки лениво падали вниз. Сюэ Лин выглянул наружу сквозь огромное окно практически на верхнем этаже здания и увидел, что большая часть города покрыта белым слоем снега.

На этот раз его возвращение можно было считать деловой поездкой, поскольку у его компании был контракт, который нужно было здесь обсудить. В то же время он использовал имя компании, чтобы договориться о встрече с Сюй Юн И. Вчера вечером он даже специально подтвердил эту встречу, чтобы семья Сюй не помешала ему войти в компанию.

Это было бы очень глупо.

Бизнес-группа семьи Вэнь сменила название два года назад. Рост их предприятий был стремительным. Год назад, добившись хороших результатов, они даже переехали в новое здание. Чувство неполноценности Сюй Юн И из-за его деревенских корней также постепенно отступало. За это время он

стал все более расхлябанным в управлении, а то, что накопал на него Сюэ Лин, уже было достаточно, чтобы посадить его в тюрьму до конца жизни.

Бай Луцзы год назад выиграла международный конкурс дизайна и была названа СМИ пионером передовых дизайнеров. Сейчас был лучший период в ее карьере. Сюй Юн И вложил деньги и создал для нее компанию, и она привлекла множество клиентов из высшего класса для своих элитных дизайнерских работ. Это звучало очень грандиозно, но воды были очень глубоки: она также служила Сюй Юн И каналом связи с деловыми партнерами и другими представителями высших слоев общества.

Коул проснулся раньше него и уже успел заказать завтрак. Он подошел к Сюэ Лину и встал с ним у окна, постоял некоторое время, прежде чем открыть рот и спросить.

«Тебе нужно, чтобы я тоже пошел?»

Сюэ Лин слегка наклонил голову, забавляясь.

«Позволить уважаемому мистеру Оуэнсу стать моим помощником и навести бедлам в чужом доме? Или это немного перебор?»

Коул нахмурился, ему не понравилось, как к нему обратились.

«Это ты заставил меня прийти».

Сюэ Лин радостно рассмеялся и похлопал Коула по плечу.

«Это первый раз, когда я вижу, чтобы этот благородный человек проявлял инициативу в общении со мной. Если бы твоя семья была здесь, они бы обвинили меня в плохом влиянии?»

Коул поджал губы и ничего не сказал.

Сюэ Лин мог сказать, что Коул уже решил последовать за ним. Он беспомощно пожал плечами и продолжил:

«Ну, раз уважаемый дворянин настаивает на том, чтобы пойти со мной, как я могу отказаться? В конце концов, ты глава семьи будущего мужа моей сестры~ Если ты будешь недоволен, то можешь сделать мою сестру несчастной через Дойла, и, в конце концов, страдать буду я».

Коул не мог понять, почему его логика была такой странной. Он замолчал на мгновение и только пообещал:

«Этого не случится».

«А?»

Сюэ Лин откусил круассан и неопределенно посмотрел на него. Пара лисьих глаз из-под капюшона посмотрела на него, заставив сердце Коула подпрыгнуть в груди.

«Я не позволю тебе страдать», - пообещал он.

Сюэ Лин наморщил брови и решил не комментировать обещание этого джентльмена.

Когда пришло время назначенной встречи, Сюэ Лин привел Коула в здание Сюй-групп. Под руководством секретаря они вошли в лифт, ведущий в кабинет президента.

Ремонт и декор компании был намного лучше, чем у первоначальной группы Вэнь, а стиль совершенно другой. Вероятно, это было сделано специально, чтобы отличаться от первоначальной компании, так как Сюй Юн И не хотел, чтобы его компания всегда находилась в тени Вэнь-групп.

Сюэ Лин сегодня оделся официально. Из-за холодной погоды он также надел двубортное черное шерстяное пальто, которое стройнило его талию и удлиняло фигуру. Женщина, работавшая за стойкой регистрации, не могла отвести взгляд.

За ним следовал привлекательный мужчина с длинными ногами, которые, казалось, начинались от талии, красивый до такой степени, что другим было бы трудно держать ноги вместе. Эта комбинация из двух человек вызвала волну пересудов среди сотрудников - эти двое явно могли заработать состояние только за счет своей внешности, но все же хотели работать мозгами, а это просто не давало возможности жить тем, у кого не было ни внешности, ни таланта.

По сравнению с отечественными предприятиями, компания с иностранным финансированием имела более богатый капитал. Более того, фирма, с которой сегодня должны были заключить контракт, за два года захватила половину рынка новых технологий в стране М. Когда она стала публичной, люди сходили с ума от желания вложить в нее деньги. Если бы его не ограничивали внутренние условия, Сюй Юн И тоже захотел бы купить их акции. В конце концов, они никогда не теряли деньги, и их стоимость постоянно росла.

Из-за важности деловой встречи Сюй Юн И прибыл в компанию рано утром. К назначенному времени он уже просидел в офисе три часа.

Видя, что собеседник прибыл вовремя, он решил, что он настроен хорошо. Сюй Юн И глубоко вздохнул и толкнул дверь, чтобы поприветствовать их. Но с другой стороны его ждало лицо, которое два года являлось ему в кошмарах.

«Давно не виделись, зять. Как ты жил последние два года?»

Внешность Вэнь Сююаня всегда была выдающейся, а последние два года еще больше отточился его выдающийся стиль. Когда он смеялся, его глаза слегка изгибались, а родинка в уголке глаза выглядела несколько соблазнительно, но если присмотреться, то в ней совсем немного чувствовалось женственность.

Такая коварная улыбка могла легко привлечь многих людей, но также легко могла и напугать их.

Очевидно испуганный Сюй Юн И сделал холодное выражение лица.

«Кто тебя впустил? Секретарь Ку, как ты можешь быть такой непрофессиональной! Разве мой офис - это проходной двор?»

Секретарь в шоке присела на землю. Она не понимала, как у президента вдруг появился шурин, да еще и проклятый президентом. Она немного смутилась и хотела открыть рот, чтобы все объяснить, но красивый молодой человек мягко остановил ее.

«Не вините секретаря. Она привела меня по вашей просьбе. В конце концов, вчера вечером мы договорились о встрече, чтобы сегодня поговорить о контракте».

Он все время улыбался. Невозможно было подумать, что он пришел искать неприятностей, и секретарь поспешно кивнула на его слова.

Дыхание Сюй Юн И застряло в горле. Он глупо спросил:

«Говорите о сотрудничестве? Вы из группы «Моань»!???».

«А как же иначе?» - беспомощно ответил Сюэ Лин.

«Неужели зять думает, что я осмелюсь войти в вашу компанию без официальной договоренности?»

Слово «вашей» было произнесено с особым ударением.

Выражение лица Сюй Юн И заметно похолодело.

«Чего ты добиваешься?» – спросил он.

«Естественно, я хотел хорошо поговорить со своим зятем».

Сюэ Лин сделал жест рукой:

«Я проделал весь путь из страны М, чтобы передать зятю хорошие новости. Неужели зять заставит меня говорить с порога?»

У Сюй Юн И было зловещее предчувствие, но он всегда умел хорошо держаться. Он взглянул на секретаря и отошел в сторону, чтобы пройти в кабинет президента.

«Проходите, поговорим внутри».

Сюэ Лин усмехнулся. Коул протянул руку и похлопал его по плечу.

Это был маленький жест, но Сюэ Лин повернулся и улыбнулся ему. Секретарь заметила короткое общение между двумя мужчинами, и была ошеломлена блеском улыбки Сюэ Лина.

Ах, что это за счастливый день? Эти двое сияют так ярко, что можно ослепнуть.

Глава 19 - Этим двоим необходимо чудо

Кабинет Сюй Юн И был оформлен настолько роскошно, что слово «богатый» было написано практически везде.

Сюэ Лин, однако, чувствовал себя, как дома, пригласив Коула присесть на диван и достав из холодильника две бутылки с напитками. Он совсем не походил на стереотипного большого босса крупной корпорации, а вел себя скорее как ребенок. Наблюдая за ним, Коул Оуэнс невольно смягчился.

«Какого черта ты вернулся? Что ты хочешь сделать?!»

Сюй Юн И был не в силах терпеть такие действия, как будто его территория внезапно оказалась захвачена. Ему казалось, что он вернулся в прошлое, на несколько лет назад в группу Вэнь, когда он должен был опустить голову и вести себя как хороший зять.

«Если ничего нет, просто уходи. В группе Сюй тебе не рады!»

Сюэ Лин повернулся и посмотрел на него, приподняв брови:

«Чтобы так спокойно произнести эти слова, лицо зятя должно быть толстым, как стена*. Поистине достойно восхищения».

Естественно, Сюй Юн И понял намек, скрывавшийся за его саркастическими словами:

«Ты сам продал мне акции. Теперь, будет ли компания называться Сюй-групп или как-нибудь еще, не имеет к тебе никакого отношения».

«Конечно».

Сюэ Лин не собирался продолжать эту тему, так как его цель сегодня была очень проста. Он достал из портфеля документ и прямо сказал:

«Если ты подпишешь это, все могут расстаться на хороших условиях, и мы пойдем каждый своей дорогой. Я также не буду появляться перед тобой до конца своей жизни».

Сюй Юн И нахмурился, не веря его словам. Подойдя, он поднял бумаги, чтобы взглянуть на них, и его хмурый взгляд стал еще серьезнее. На бумаге были четко напечатаны три ослепительных слова: «Документ о расторжении брака».

Сюй Юн И читал с трудом сдерживая злость, желая узнать, какие уловки использует Сюэ Лин. Затем он все-таки порвал бумаги.

Сюэ Лин давно предвидел, что его настроение будет не очень хорошим. Он неторопливо откинулся на диван, на его лице появилась тень улыбки:

«Ничего страшного, что порвал. У меня еще много копий».

Сюй Юн И злобно рассмеялся:

«Кем ты себя возомнил, что хочешь, чтобы я компенсировал это всем, что у меня есть? Это слишком смешно. Ты просто хочешь взять то, что видишь, ничего не делая. В жизни так никому не везет!»

Сюэ Лин махнул рукой:

«Вы с моей сестрой уже два года не живёте вместе, и мы точно можем подать на тебя в суд для развода. Я подготовил это соглашение только потому, что хотел дать зятю шанс. Похоже, что зятя не устраивают условия, которые я перечислил?»

Сюй Юн И уже решил выгнать их:

«Группа Сюй - это результат моих многолетних усилий. Если ты хочешь, чтобы я передал ее и отдал все, чем владею, то можешь продолжать мечтать».

Он усмехнулся и сказал:

«Вэнь Сююань, неужели ты думаешь, что этот мир все еще тот же, что и тогда, когда твоя семья Вэнь была во главе? Где твое слово было законом? Ты и твоя сестра обманом выманили у меня кучу денег и уехали за границу, а твоя сестра даже бросила своего мужа и сына. Спроси любого в городе X - кто не знает о таком позорном скандале? А теперь ты хочешь воспользоваться этим и развестись? Тебе не стыдно? Откуда ты взял столько наглости?»

Они оба украли деньги и уехали за границу, а Вэнь Сютин бросила мужа и сына - об этом Сюй Юн И публично заявил, когда они уехали два года назад.

Сюй Юн И разместил объявление в газетах и на телевидении, заявив, что хотя Вэнь Сютин и забрала огромную сумму его инвестиционных денег, он может оставить прошлое в прошлом. Между мужем и женой нет ничего, что нельзя было бы уладить, а их младший сын все еще ждет ее дома. Он надеялся, что Вэнь Сютин передумает и вернется.

После объявления в эфире все согласились, что президент Сюй - настоящий романтик, и на редкость хороший муж, а Вэнь Сютин - жестокосердная и холодная. Он уже приложил все усилия, чтобы усердно работать на компанию ее семьи, а она не только не помогла, но и потащила его вниз и сбежала со старшим сыном и младшим братом, оставив ребенка. Разве может быть на свете такая жестокая жена и мать?

Вся эта история имела большой резонанс, и все в группе Сюй знали о ней. Люди в городе все еще иногда говорили об этом, проклиная семью Вэнь за то, что они воспользовались своим зятем, прежде чем выбросить его, и даже делали намеки на отношения между братом и сестрой Вэнь, говоря, что они просто чудовища.

Сюэ Лину обо всем было известно. Даже после отъезда за границу он следил за ситуацией в стране Н. Поскольку все это было частью первоначального замысла, ему было лень возвращаться и оправдываться.

Кроме того, Вэнь Мо и Вэнь Сютин в то время были не в лучшем душевном состоянии, и он боялся, что на них повлияют эти новости, поэтому оставил все как есть и дал им перебродить.

Теперь, когда Сюй Юн И заговорил об этом и попытался надавить на него, Сюэ Лину захотелось рассмеяться.

«Тебе хорошо известно, как все было. А это – всего лишь визит вежливости, прежде чем переходить к серьезным делам. Но раз ты не хочешь по-хорошему подписать это, тогда увидимся в суде. Сестра поручила мне довести дело до конца, и я уверен, что мы еще хорошо обсудим все в будущем».

Сюй Юн И услышал уверенность в его голосе, и в его сердце возникла паника. Он в гневе выгнал их из своего кабинета и быстро позвонил Бай Луцзы.

О его романе с Бай Луцзы многие уже знали. В высшем кругу города X это не было секретом, но они всегда утверждали, что их отношения были дружескими.

Они говорили другим, что, поскольку Сюй Юн И еще не развелся, им не стоит развивать свои отношения, из-за чего многие переживали за Бай Луцзы. Когда дамы собирались в кругу, они часто говорили плохие вещи о Сютин и обвиняли ее в том, что она собака на сене.

О, похоже, что они таким образом ругали и Сюй Юн И?

Бай Луцзы как раз закончила снимать мерки с одной дамы и обсуждала возможные фасоны, когда внезапно зазвонил ее мобильный телефон. Она виновато улыбнулась и вышла из комнаты, чтобы ответить на звонок.

«Здравствуй».

Ее голос был таким же чистым, как и ее внешность, нежным и приятным для слуха.

«Малышка Цзы! Вэнь Сююань вернулся!»

Тон Сюй Юн И был несколько тяжелым, каждое слово произносилось четко. Казалось, его настроение было очень плохим.

Вчера вечером Бай Луцзы слышала, что сегодня ему предстоит обсудить важный контракт, и была удивлена этим звонком. Она замерла на мгновение, а затем поспешно ответила:

«Не волнуйся, у него сейчас ничего нет. Чем он может сражаться с нами? Зачем он вернулся?»

Сюй Юн И раздраженно потянул за галстук и пнул стул:

«Он вернулся, чтобы помочь Вэнь Сютин развестись».

Бай Луцзы внезапно обрадовалась:

«Разве это не прекрасно? Разве ты не беспокоился, что мы не сможем пожениться без развода?»

«Тот парень принес соглашение о разводе. В документах говорилось, что я изменил в браке и передам все в качестве компенсации».

Сюй Юн И был немного расстроен. Все эти годы, из-за того, как прекрасно он обманул Вэнь Сююаня, в его сердце всегда была тень. Все было хорошо, пока он не появлялся перед ним, но теперь, когда Вэнь Сююань приехал, Сюй Юн И был в тревоге, его сердце необъяснимо трепыхалось.

«Передать все в качестве компенсации?» - воскликнула Бай Луцзы: «Что это за шутка? Он хочет слишком многого. Кем он себя возомнил? Прошло всего два года, а мышление этого молодого господина становится все более и более бредовым?»

«Дело не в том, что ему не на чем стоять. Он пришел сюда сегодня от имени группы Моань, чтобы поговорить с нами о партнерстве, но я его выгнал».

«О, он, должно быть, подал заявку от своей компании, чтобы приехать, как только узнал, что эти переговоры о сотрудничестве проводятся в стране H, желая замаскироваться под именем группы Моань».

В этот момент Бай Луцзы почувствовала, что очень хорошо понимает ситуацию.

«Не волнуйся, наши отношения в то время были очень хорошо скрыты. У него в руках нет никаких доказательств. Даже если он обратится в суд, это будет бессмысленно без каких-либо доказательств. Более того, его репутация и репутация Вэнь Сютин уже разрушена. Даже если он хочет вернуться с гордо поднятой головой, он должен сначала понять свое нынешнее положение».

«Репутация Вэнь Сютин и Вэнь Сююаня...» - Сюй Юн И повторил это предложение низким голосом. Внезапно вспыхнула искра вдохновения.

«Злобные слухи двухлетней давности все еще могут быть полезны. В наше время общественное мнение в Интернете очень важно. Я помню, что он использовал свое имя всемирно известного пианиста, чтобы получить много поклонников в Интернете. Мы можем напасть на него таким же образом. Исходя из характера этого молодого господина, одного-двух негативных мнений от этих хейтеров уже должно быть достаточно, чтобы уничтожить его».

Хотя Бай Луцзы чувствовала, что у Вэнь Сююаня уже нет шансов на победу, она все же подумала, что было бы хорошо, если бы Вэнь Сююань попал в немилость, чтобы развод прошел гладко.

Что с того, что он брат Вэнь Сютин? Эти двое с самого рождения росли в богатой семье, совершенно не похожей на детство Сюй Юн И и Бай Луцзы. После многих трудностей они, наконец, продвигались вверх в обществе, и они не должны были позволить семье Вэнь разрушить их счастливую жизнь!

Это предложение, которое, казалось, возникло из ниоткуда, было согласовано именно так. Бай Луцзы связалась с друзьями из круга развлечений, нашла несколько известных студий и наняла интернет-мафию, чтобы уничтожить репутацию Вэнь Сююаня, чтобы он почувствовал отвращение и неприятие со стороны всех. Она хотела посмотреть, хватит ли у Вэнь Сююаня смелости выступить в суде и сразиться с ними.

Сюэ Лин и Коул покинули здание группы Сюй, шутя и смеясь. Ну, хорошо, на самом деле большую часть разговора вел Сюэ Лин, а Коул время от времени хмыкал в знак согласия, чтобы получить от него довольную улыбку. Это было очень удобно - ему это нравилось.

Сюэ Лина совсем не беспокоило отношение Сюй Юн И. Только что, в разговоре с собеседником, он намекнул ему, чтобы тот поднял этот вопрос в Интернете и предал его огласке. Чем больше, тем лучше, и будет лучше, если они попытаются полностью уничтожить его репутацию.

Это была та реакция, которую он хотел. В конце концов, Коулу было бы достаточно, если бы он просто хотел разорить компанию. Для него даже банкротство всей группы не было бы проблемой.

Сюэ Лин же хотел, чтобы они страдали, как Вэнь Сююань в прошлой жизни. Носить ярлык педофила, быть оплеванным на улицах, и чтобы все относились к нему с отвращением. Он хотел, чтобы они в полной мере ощутили вкус жизни в темном мире без малейшей искры света.

В это время он бы уничтожил их единственную надежду, потирал руки и ждал, пока суд вынесет им справедливый приговор.

Если бы месть была слишком простой, то не было бы чувства полного удовлетворения.

Возможно, потому что Вэнь Сююань умер слишком жалко, Сюэ Лин был особенно жесток в своих планах.

Коулу было все равно, каким человеком он был - Сюэ Лин все равно бы ему понравился. Особенно когда он гордо выставлял себя напоказ, смеясь, как маленький лисенок с поднятым хвостом, выпрашивающий похвалу. Это всегда вызывало у Коула желание протянуть руку и погладить его по голове.

Но, к сожалению, отношения между ними были ни горячими, ни холодными, и они не были настолько близки. Коул боялся, что если он сделает шаг, то отпугнет Сюэ Лина.

К слову, Сюэ Лин тоже не был таким уж робким. За последние несколько дней он более или менее догадывался, о чем думает Коул. На самом деле, под этим жестким, не дрогнувшим даже под ударом лицом все еще скрывались эмоции, просто нужно было приложить некоторые усилия, чтобы вскрыть их.

Но Сюэ Лин был настоящим цундере, следуя принципу «Если ты не скажешь, я не спрошу об этом; если ты хочешь притвориться, я притворюсь вместе с тобой», он также упрямо притворялся невеждой, заставляя Дойла удивленно щелкать языком.

С этими двумя, для того, чтобы они поговорили и сошлись, должно было произойти чудо.

Примечание переводчика:

«Толстое лицо» в Китае – то же самое, что у нас бессовестный человек, непробиваемый, которому все нипочем.

Глава 20 - Сесть в первом ряду и увлеченно грызть семечки

Сюэ Лин давно создал свой личный микроблог Weibo в стране Н, но никогда ничего не публиковал. После того, как он покинул страну Н, он выложил видео с соревнования, в котором он участвовал, что принесло ему много поклонников.

Поскольку это также было в какой-то степени связано с его планами, Сюэ Лин время от времени выкладывал видеозаписи своей игры на пианино.

Изначально он был очень высококлассным «пианистом», но из-за смены профессии он стал реже посещать концерты и выступать. В основном он играл на пианино дома, в одиночестве. Несмотря на это, он постепенно привлек большое количество поклонников, которые любили классическую музыку и эмоции, которые он передавал через игру. У него были общие друзья со многими пианистами в стране H, но, несмотря на то, что их отношения казались хорошими, общение было редким.

На самом деле Сюэ Лин не бросил музыку. Сначала он записал эти видео, чтобы учить Вэнь Мо, используя записи как уроки для него. Позже, когда он увидел, что реакция в сети неплохая, он включал некоторые мелодии для своего микроблога, когда у него было хорошее настроение. Кроме этих видео, в его аккаунте на Weibo больше ничего не было. Иногда его поклонники плакали и просили его выложить фото, но он делал вид, что не замечал их просьб.

Поклонников его микроблога можно разделить на несколько групп. Некоторые из его подписчиков были там ради престижа, большая часть из них были музыкальными фанатами, небольшая часть была там, чтобы поумничать или покритиковать, и была также группа «мертвых» или пустых аккаунтов.

Но сегодня к числу подписчиков Сюэ Лина прибавилась агрессивная группа хейтеров, которые действовали резко и профессионально.

Сюэ Лин полагал, что Сюй Юн И начнет войну с ним через газеты. Неожиданно оказалось, что этот парень тоже идет в ногу со временем. Он взял под прицел его страницу и нагнал туда кучу маньяков, чтобы набить ему морду.

Сюй Юн И всегда был популярным «проверенным пользователем» на Weibo, и он был сертифицирован как босс Сюй-групп. Время от времени он делился одной-двумя новостными статьями, а некоторые подписчики комментировали их, пытаясь привлечь его внимание и умоляя принять их в друзья. У него было меньше поклонников, чем у Сюэ Лина, но это не означало, что у него было меньше влияния.

Сначала он создал аккаунт в Weibo, который обычно сообщал новости уровня таблоида, чтобы сплетничать на тему «прежняя жена и ее идиот-брат «. Когда это привлекло внимание и стало трендом, Сюй Юн И немедленно опубликовал ряд материалов на своем собственном аккаунте, даже не дожидаясь запроса от своих подписчиков.

Он выложил банковские квитанции, когда Вэнь Сютин перевел деньги с их общего счета, а также информацию о вылете Вэнь Сютин, Вэнь Сююаня и Вэнь Мо из страны. Он повторно опубликовал объявление, которое сделал в газетах два года назад, вместе с несколькими

интервью, отчетом о расследовании, которое показало, что он не смог найти их следов, и, наконец, вчерашние документы о разводе.

Документы о расторжении брака, которые Сюй Юн И порвал, были снова склеены, что показывало его возмущение и гнев.

Он заявил, что не сделал ничего такого, за что стоило бы просить прощения у этих брата и сестры. Если бы она не уехали, то они с Вэнь Сютин были бы гармоничной семьей. Но они забрали даже его старшего сына, а младшего оставили. Это привело к тому, что младшему сыну пришлось жить без матери, из-за чего его характер стал робким. Если бы не появление Бай Луцзы, Сюй Цин не был бы таким живым и милым, как сейчас.

Подписчики всегда любили следить за сенсационными новостями, отправляясь туда, где были самые модные сплетни. Независимо от того, был ли объект слухов пианистом или большим боссом, или какой-нибудь мелкой звездой восемнадцатого уровня, если они могли участвовать в бурном обсуждении, они были там.

Часто эти люди были самыми буйными. Прочитав страницу Сюй Юн И, они быстро проследовали за ним и посетили аккаунт Сюэ Лина.

Там были самые разные реакции - от тех, кто просто отмечался парой слов, до тех, кто пришел проклинать и изливать свой гнев. Те, кто пришел хейтить, использовали самые ужасные слова, которые только могли придумать. Такие фразы, как «Похоже, в наше время любой, кто умеет играть на пианино, может называть себя пианистом», «Некоторые люди живут только для того, чтобы вызывать у других чувство отвращения», «Разве этот человек не оскверняет музыку?» можно было считать относительно мягкими.

Сюэ Лин прочитал комментарии и почувствовал, что даже его восемнадцатое поколение предков тоже было проклято и обругано этими необузданными людьми. Эти бедные старые лисы уже превратились в прах и все еще не могли жить в мире, а эти люди с радостью вытащили их на поругание.

Коул читал комментарии вместе с ним, хмурясь так сильно, что его морщинами запросто можно было задушить несколько мух: «Они заходят слишком далеко».

Сюэ Лин пожал плечами: «Пусть проклинают. Чем больше они ругаются сейчас, тем больнее будет, когда ситуация переломится».

Он беззаботно улыбался и выглядел так, словно даже самые злобные непристойности его нисколько не задевали.

«Я в любом случае открыт и великодушен, и я хочу, чтобы им было стыдно. Это облегчит мне задачу, когда я буду разыгрывать карту общественного мнения».

Видя, что Коул все еще хмурится, он выглядел так, будто если бы не был хорошо воспитан, то сразу бы полез с ними спорить. Сюэ Лин усмехнулся и протянул руку, чтобы разгладить его хмурые брови.

«Все в порядке, это часть плана. Потерпи несколько дней. Все будет хорошо, когда я сделаю свой большой шаг».

Коул все еще хмурился: «Сколько еще дней?»

«Просто нужно подлить немного масла, чтобы разжечь проблему» - сказав это Сюэ Лин, открыл свой микроблог и отправил первое в своей жизни текстовое сообщение:

[Вэнь Сююань (v): Злодеи боятся Неба, но добрые могут бросить ему вызов. Добро и зло всегда будут вознаграждены, вопрос лишь в том, когда это случится.]

Его послание было очень сжатым и полным смысла. Коул не мог понять, поэтому Сюэ Лин терпеливо объяснил его смысл.

«Все тайное становится явным. Небеса всегда следят за каждым твоим шагом. Не делай того, за что ты будешь чувствовать себя виноватым».

Мистер Коул на мгновение замолчал. Сюэ Лин задумался и добавил: «Более простое объяснение: «У меня в руках есть доказательства, и я заставлю их заплатить по счетам».

Это гораздо более понятное объяснение. Коул несколько беспомощно посмотрел на Сюэ Лина и сказал:

«Значит, в твои планы входит разозлить их еще больше, позволив им обрушить на себя их ярость и ругань?»

Разумеется, откуда-то появились и те люди, которые не верили в вину Сюэ Лина. Они защищали его репутацию и выражали уверенность, то его имя будет очищено. Но большинство людей все еще проклинали его, и обвиняли в отсутствия совести и стыда, говоря, что если быть таким бесстыдным, то они даже не хотели бы иметь его лицо.

Сюэ Лин потрогал свое лицо и вздохнул: «Мое лицо такое красивое. Как я могу не хотеть его».

Коул был беспомощен перед ним и мог только поднять его с дивана и сказать: «Давай сходим на ужин сегодня вечером».

Сюэ Лин принадлежал к категории людей с болезнью «трудно сделать выбор». Он предпочитал, чтобы другие выбирали, где поесть, и пока ему не приходилось решать, все было в порядке.

Он позволил Коулу вытащить себя за дверь, совершенно не собираясь двигаться самостоятельно.

«Как назло, мне все еще нужно, чтобы эти люди подписали юридические документы. Разве мы не можем просто перемотать дело вперед и добраться до того места, где Сюй Юн И попадет в тюрьму?»

Коул немного потерял дар речи. Кто этот человек, который сказал, что хочет насладиться чувством личной мести, и не позволил ему напрямую уничтожить Сюй Юн И с помощью улик?

«Ты же сам хотел вернуться и лично сделать это дело» – напомнил ему Коул.

В противном случае, они могли бы просто ждать в Стране М, пока другая сторона будет уничтожена.

«Да...» Сюэ Лин отвернулся. Он чувствовал, что у него больше не осталось мотивации после того, как он увидел будущее Сюй Юн И. Теперь он хотел просто вытащить на свет улики и многократно отхлестать Юн И с любовницей по их бесстыжим лицам.

Они вдвоем отправились ужинать. После того как Сюэ Лин наелся досыта, он потер живот и отправил адвокату сообщение, попросив его отправить письмо Сюй Юн И. Судя по скорости курьерской доставки в пределах одного города, Сюй Юн И должен получить его завтра, и тогда его страница на Weibo снова станет оживленной.

Адвокат отправил письмо поздно вечером в соответствии с указаниями Сюэ Лина, и на следующий день оно было опубликовано в микроблоге Сюй Юн И. Условия развода остались неизменными. Сюй Юн И заявил, что он никогда не отдаст свою компанию, а поскольку другая сторона собирается подать иск, он будет бороться.

Это был вопрос жизни и смерти бизнес-конгломерата, и многие репортеры и СМИ пришли, чтобы присоединиться к зрелищу. Газеты также сообщили об этой новости, вызвав массовые обсуждение в городе Х.

У Сюэ Лина не было много фотографий в сети, поэтому люди могли использовать только скриншоты из видео, на котором он в последний раз предстал перед публикой. Многие люди стали поклонниками Сюэ Лина из-за этого выступления, но больше его не видели. Они не ожидали, что теперь он будет вовлечен в такое дело.

«Я не ожидал, что их проплаченные тролли окажутся такими трудолюбивыми» – сказал он, зевая.

Три дня спустя страница Сюэ Лина все еще был полна оскорблений. В этот период Бай Луцзы также высказала свою точку зрения, заявив, что она не понимала, почему Вэнь Сютин тогда ушла без развода, но теперь она знает почему - она с самого начала хотела ограбить своего мужа и отобрать у него абсолютно все до последней копейки. Нельзя же быть таким бессовестным человеком!

Сюэ Лин только и ждал этой возможности. Он тут же резко ответил ей, что она не «белая и пушистая» и потому ей не нужно из кожи вон лезть, чтобы замылить людям глаза.

Как у популярного дизайнера модной одежды, у Бай Луцзы было множество поклонников. Если добавить к этому, что она была красива, то многие были готовы вступиться за нее. Weibo Сюэ Лина снова был омыт кровью. Он посмотрел на результаты, остался доволен, кивнул головой и приготовился ужинать.

Он уже перекинул свою работу на Коула. Все равно он был большим боссом, и партнерство было с его компанией - оставить все ему было совсем несложно. Сам же он мог оставаться в тени, уютно устроившись и не желая напрягаться.

В тот вечер в 8 вечера, в самое пиковое время для посетителей Weibo. Сюэ Лин спокойно опубликовал в своем микроблоге две фотографии. Сопроводительные слова были очень простыми, но они шокировали многих людей.

Сюй-групп была известным предприятием, и многие люди наблюдали за этим фарсом, в частности, следили за аккаунтом Сюэ Лина в Weibo. Они не ожидали, что он выкинет нечто подобное.

[Вэнь Сююань (v): Должны ли мы были остаться, чтобы помочь тебе вырастить незаконнорожденного сына? @Xu Yongyi (v) <Сюй Цин и Сюй Юн И, ДНК тест> <Сюй Цин и Вэнь Сютин, ДНК текст>].

Как только всплыли результаты двух ДНК-тестов, интернет всколыхнулся. Многие посетители и фанаты выразили свой шок: «Боже мой, неужели все было именно так?!»

Хотя они могли догадаться, что существует подноготная, большинство людей думали, что Вэнь Сютин сбежала из-за отношений Сюй Юн И и Бай Луцзы. Теперь же казалось, что ситуация была не совсем правильной. Разве Сюй Юн И не сказал в новостях: «Ты можешь оставить меня, но Сяо Цин не должен быть лишен матери»?!

Что сейчас происходит?!

Люди один за другим осуждали Сюй Юн И в его микроблоге. Сюэ Лин наблюдал за этим шоу, а затем неторопливо бросил еще одну тяжелую бомбу.

[Вэнь Сююань(v): @Bai Luzi (v) должна заботиться о своих собственных детях, не сходи с ума и не жалуйся, что моя сестра не помогает тебе с этим. <Тест ДНК Сюй Цин и Бай Луцзы>]

В этот момент все дыры в сюжете этой великой драмы оказались закрыты.

[Буду танцевать до упаду: Вау, это драма года! Это уже стало историей любви, жизни и смерти. Осталось дождаться, что сценаристы ухватились за этот сюжет и написали роман о том, как можно «искусно заменять настоящие вещи подделкам» и затем снять об этом драму?]

[Соленая рыба: Слишком глубокие размышления вызывают страх! Есть ли там какой-нибудь понимающие человек, который может прояснить эти отношения?!]

[Смех и ругань в одном кадре: Ем дынные семечки в первом ряду~ ]

[Один меч, чтобы сломить врага: сторонние наблюдатели, которые не знают реальной истории, просто обновив новости _(:3)∠ ]

[Talking About A Round Of Romance: Эта статья заслуживает внимания, но мы попытаемся навести порядок в этом хаосе. Согласно словам и доказательствам, брошенным младшим братом Вэнем, у сестры Вэнь было разбито сердце, когда она уехала из страны. Младший сын не был ей родным, и она не знала, куда делся ее собственный ребенок. Оба родителя умерли. У ее мужа даже была любовница, а она не была новичком. Она боялась, что если не уйдет, то умрет от злости. Кроме того, три теста ДНК были проверены мастерами фотошопа. Это оригинальные фотографии, не использовался даже фильтр. Тогда все становится ясно: младший сын - ребенок дизайнера Бай. У дизайнера Бай давно был роман с боссом Сюй, и неясно, начался ли он до или после их брака. Короче говоря, родился даже сын. Внебрачные связи господина Сюй проверены √ это факт. Так что проблем с требованием младшего брата Вэня забрать все его имущество нет~. ]

[Origin And Destruction: Слова предыдущего поста неясны, я немного запутался.]

[Flying Over Ten Thousand Miles: Проще говоря, босс Сюй изменил с дизайнером Бай, маленький принц Сюй - их ребенок. С внебрачными связями господин Вэнь имеет все основания требовать всего. ]

[Могу учиться, но не могу говорить: Скажи я это раньше, и мне не пришлось бы так долго путаться~ Я понял~ Босс Сюй такой смелый, говорит ложь, не моргнув глазом. ]

Сюй Юн И не знал, когда Сюэ Лин провел тест на отцовство. Он нервничал и волновался, думая, что Сюэ Лин, должно быть, подстроил так, чтобы кто-то из его окружения участвовал в этом. Но обновление в микроблоге Бай Луцзы внезапно привело его в чувство. Он облегченно вздохнул. Возможно, он просто слишком много надумывал, и ему постоянно казалось, что Вэнь Сююань явился искать его смерти.

Стоит ли вестись на провокации это бесполезного человека?

Ну да, на основе показаний этого бесполезного человека.

Стоило Сюэ Лину опубликовать тесты ДНК, как через некоторое время Бай Луцзы выложила в своем микроблоге еще более провокационный документ, а именно, <Тест ДНК Сюй Цин и Вэнь Сююаня>, сказав, что если в такую вещь, которую можно подделать и которая не была официально сертифицирована, можно верить, то свиньи тоже могут лазить по деревьям.

Наблюдающие за происходящим зрители не знали, на чью сторону встать, поэтому выбрали сесть в первом ряду и увлеченно грызть семечки.

Глава 21 - Давайте поспорим о том, что Вэнь Сююань не может заниматься бизнесом

Сюэ Лин великолепно парировал атаку. Он просто сослался на страницу Бай Луцзы вместе с вопросом: «Была ли жизнь в особняке семьи Вэнь комфортной последние два года?»

В сочетании со смайликом, было очевидно, что у него еще есть карты на руках.

Нетизены* прокомментировали: «Улыбка младшего брата Вэня кажется очень хитрой. Похоже, сегодня будет бессонная ночь - давайте веселиться до рассвета!»

*нетизены – граждане интернет-сообщества, постоянные пользователи Сети.

Затем, в 11:00 вечера, Сюэ Лин действительно загрузил видео. Похоже, что ролик был снят камерой наблюдения. Хотя изображение было не очень четким, люди все равно могли ясно видеть, что это больничная палата.

[Вэнь Сююань (v): Небеса всегда следят за каждым вашим шагом. Ты действительно думал, что я не смогу ничего найти, если ты удалишь записи? Ха-ха. <Су Юн И незаметно подменяет детей на видео>]

Этот видеоклип был смонтирован таким образом, чтобы показать весь процесс подмены младенцев Сюй Юн И. Были даже субтитры с пояснениями, когда Вэнь Сютин поселилась в отдельную палату, и когда поселилась Бай Луцзы; даже форма регистрации в больнице и медицинская карта были на месте, все было четко прописано.

Сюй Юн И специально устроил так, чтобы они находились в палатах, расположенных очень близко друг к другу. Вэнь Сютин родила после Бай Луцзы. Когда она заснула после родов, Сюй Юн И отослал медсестер, поменял местами младенцев в двух палатах и даже поменял их идентификационные бирки.

Все их действия, включая подкуп врачей и медсестер и удаление записей с камер видео наблюдения, попали в видеоклип. В этот момент было просто невозможно все отрицать.

Как только этот сильный удар был нанесен, Сюй Юн И и Бай Луцзы потеряли сознание.

Нетизены вопили:

«Хахахахаха, вот уж не ожидали, что у молодого господина Вэня есть такой козырь. Теперь вы будете обвинять его в том, что это фальсифицированное видео? Хотя изображение немного размыто, но не может быть, чтобы вы не узнали себя, верно, босс Сюй?»

«Или вы не осмеливаетесь?»

Как правило, любые новости требовали того чтобы прошло несколько дней, прежде, чем вынести правильное суждение. Переворот в этой ситуации был настолько неожиданным, что черное и белое полностью поменялись местами, что заставило пользователей сети выразить свое восхищение боссом Сюй.

С таким преднамеренным обманом и способностью превращать черное в белое, неудивительно, что Сюй Юн И смог обманом лишить семью Вэнь их активов и изменить название с Вэнь-групп на Сюй-групп. Нетизены, поедающие  семечки в зале, могли только наблюдать за происходящим и цокать языком.

В этот момент даже платная армия тролей, вероятно, не смогла бы спасти ситуацию. Сюй Юн И был совершенно ошарашен, а Бай Луцзы скрежетала зубами от злости.

Сюэ Лин загрузил видео и приготовился ко сну, сразу же уснув, казалось, не замечая двух других людей, которые провели бессонную ночь из-за видео, которое он отправил. Они долго с горечью размышляли, прежде чем, в конце концов, от беспомощности приняли глупое решение.

«Ситуация настолько усугубилась, что нам осталось прибегнуть только к последнему средству».

Лицо Бай Луцзы было холодным, а красота и мягкость, которые обычно присутствовали, полностью исчезли. Ее глаза были полны злобы.

«Что?»

«Выполни его желание развестись. Только категорически нельзя позволять ему забирать все твои активы. Мы можем компенсировать ему больше денег, но Сюй-групп определенно не может пойти ему навстречу».

Бай Луцзы села на диван, полная гнева.

«Даже если мы используем деньги для облегчения бедствия, это дело уже разрушило нашу репутацию. Единственное, на что мы сейчас можем положиться, это группа Сюй. Она пострадает, но, несмотря ни на что, это все еще крупная корпорация. Люди не перестанут работать с нами только из-за ваших личных дел. Пока мы владеем контрольным пакетом акций, и компания все еще существует, мы можем начать все сначала».

Сюй Юн И немного поразмыслил, кивнул и сказал: «Это не должно быть проблемой. Я заплатил за акции, которые этот ублюдок Вэнь Сююань держал в своих руках, по всем правилам. Он никак не сможет получить их обратно».

«Да...»

Атмосфера внезапно стала тяжелой, и оба вздохнули. Они и не подозревали, что всегда были на шаг позади. Они явно очень хорошо скрывали свое преступление. Кто же сообщил об этом Вэнь Сююаню?

Экраны мобильных телефонов и компьютеров, казалось, осветили ночь маленькими пятнышками света. Благодаря скандальному обновлению, вышедшему сегодня ночью, первоначально тихая тема стала очень горячей. Большое количество зрителей-нетизенов снова посетили аккаунты трех человек в Weibo, чтобы понаблюдать за событием, а домыслы и шутки постепенно накапливались.

Злобные оскорбления, которые изначально были направлены на Сюэ Лина, теперь были направлены на страницы Сюй Юн И и Бай Луцзы. Они не только не ожидали, что этот острый меч в итоге будет направлен на них, но и не понимали, что все не так просто, как они думали.

Современное общество больше не является миром, где богатые имеют абсолютное преимущество. Они думали, что оскорбления в их адрес в Интернете не окажут на них никакого влияния, полагая, что если они смогут подавить осуждение их в Интернете и прийти к соглашению с Вэнь Сююанем, то они смогут успокоить эту бурю.

К сожалению, у Сюэ Лина была своя система, и интернет был полностью в его распоряжении. Кроме того, он не собирался давать общественному мнению покоя.

Сюй Юн И хотел поговорить с Сюэ Лином, но тот, похоже, не собирался с ним встречаться. Получив повестку из суда, Сюй Юн И окончательно убедился, что Вэнь Сююань вернулся только для того, чтобы поиздеваться над ним.

Он совершенно не собирался мириться. Все предыдущие действия Сюэ Лина были предприняты только ради того, чтобы разыграть его.

Даже если бы им была ясна цель другой стороны, у них с Бай Луцзы не оставалось других вариантов. Они могли только найти адвоката и надеяться, что смогут подать апелляцию и заявить, что требование передать все его имущество было необоснованным.

Адвокат заявил, что это не проблема, так как не было никаких юридических оснований для того, чтобы все перешло к Вэнь Сютин и, безусловно, это требование может быть обжаловано как необоснованное. Даже если Вэнь Сююань сможет предоставить доказательства того, что Сюй Юн И изменял во время брака, в итоге Вэнь Сютин получит большую часть имущества, а Сюй Юн И не останется ни с чем.

Получив такое подтверждение, Сюй Юн И и Бай Луцзы немного успокоились.

Благодаря вмешательству Коула, срок подачи документов, который изначально должен был занять три месяца, был сокращен, и бракоразводный процесс начался через полмесяца. Как и говорил адвокат, Сюй Юн И потерял не все. Все его недвижимое имущество и полная опека над Вэнь Мо достались Вэнь Сютин.

Вэнь Сююань, казалось, не интересовался группой Сюй, оставив ее Сюй Юн И и забрав все остальное, что мог. Из-за этого у Сюй Юн И онемела кожа головы, ему постоянно казалось, что произойдет что-то неожиданное...

Факты подтвердили правильность его предположений. После суда Вэнь Сююань опубликовал на Weibo письмо с доказательствами подделки завещания.

Сюй Юн И был потрясен, его прошиб холодный пот.

Когда родители Вэнь Сююаня попали в аварию, они не оставили завещания, и Сюй Юн И подделал его. Он уже думал, что подчистил следы, но Вэнь Сююань каким-то образом нашел его, неожиданно умудрившись найти несколько мелких ошибок и выложить его прямо в сеть.

[Вэнь Сююань (v): Мои родители не оставили завещания. Сюй Юн И подделал его и лишил нас с сестрой нашего имущества. Согласно действующему закону, зять не имеет права на наследство своих родственников, тем более он - подонок, женившийся на члене семьи.]

Этот вопрос, который первоначально затих, снова взорвал интернет благодаря сообщению Вэнь Сююаня.

Все даже звали своих друзей прийти и посмотреть, желая увидеть, насколько уродливее и отвратительнее может быть этот мерзавец.

На Сюй Юн И часто показывали пальцем, когда он появлялся в обществе, и в конце концов у него не осталось выбора, кроме как переехать из старого дома семьи Вэнь вместе с Бай Луцзы и Сюй Цином. Изначально они планировали остаться там, чтобы усложнить жизнь Вэнь Сююаню, так как особняк был одним из активов, отошедших Вэнь Сютин при разводе.

Он думал, что на этом все закончится, и он сможет откровенно рассказать о наследстве. Поэтому он смело ответил на странице Вэнь Сююаня и рассказал в интервью, что большая часть акций была продана ему Вэнь Сютин и Вэнь Сююанем в то время. Многие акционеры и члены совета директоров могут подтвердить, что Вэнь Сююань не смог бы стать крупнейшим акционером Сюй-групп даже без поддельного завещания.

Немногочисленные члены совета директоров Сюй-групп также выступили в этом интервью, подтвердив слова Сюй Юн И и заявив, что Вэнь Сююань очень хотел продать акции Вэнь-групп на следующий день после смерти своих родителей. Если бы не Сюй Юн И, компания Сюй-групп не достигла бы своего нынешнего уровня.

Желание Вэнь Сююаня украсть чужие достижения не одобрялось. Более того, у него не было таланта к бизнесу, с раннего детства он был сосредоточен на музыке. Его возвращение в Сюй-групп сейчас только навредит бизнесу.

После выхода в эфир репортажа по этому поводу разгорелись жаркие дебаты. Хотя все с удовольствием наблюдали за сплетнями и были на стороне Сюэ Лина, мнение многих людей изменилось, когда речь зашла об управлении компанией.

[«Take Off The Laves»: Если честно, если у вас нет способностей, не пытайтесь взять на себя работу, которую вы не можете выполнить. Если у вас нет таланта и вы разрушаете компанию без причины, никто не будет счастлив. ]

[ Brave Words: Что имеет в виду предыдущий пост? Это его компания, вы не позволяете им забрать ее обратно? ]

[ Unfallen Aristocrat: Дело не в том, забирать или нет, и даже не в том, кому она принадлежит. Это вопрос о том, что произойдет, если он заберет компанию обратно, но не сможет ею управлять. Неважно, насколько прав Вэнь Сююань, Сюй Юн И управлял Сюй-групп в течение многих лет. Если Вэнь Сююань вернется и Сюй-групп будет совершать ошибки, должны ли все сотрудники страдать вместе с ним?]

[FISH: Это их дело. Если изначально это была моя компания, должен ли я учитывать какие-то нюансы, если я хочу вернуться?]

[Muddy World: Дискуссия на эту тему определенно будет жаркой~ ]

Коул также следил за комментариями в интернете. Он был несколько недоволен, даже хотел зарегистрировать аккаунт, чтобы как следует подискутировать с ними о том, есть ли у этого юноши талант в бизнесе, но был пресечен Сюэ Лином.

Молодой человек, только что принявший ванну, был еще немного влажным, пряди черных волос прилипли ко лбу, отчего он выглядел немного уязвимо. Он держал фен в одной руке и вдруг протянул руку, схватив Коула за руку.

«Не надо так волноваться».

Когда он смеялся, его лисьи глаза слегка прищуривались, черные зрачки были очень яркими от смеха, создавая впечатление, что он думает о забавных вещах.

«Когда они продолжал обсуждение, естественно, кто-то придет и даст им в нос».

Коул мало что знал об интернет-среде страны Н, и, видя оскорбления, которые сыпались на него ранее, ему это тоже не нравилось. Но Сюэ Лину нравилось смотреть на эти вещи, поэтому он мог только пытаться понять его.

К сожалению, он никогда не смог бы уследить за ходом мысли человека, сидящего перед ним.

Сюэ Лин взял iPad и сел напротив Коула, жестом показав ему, чтобы он высушил его волосы феном.

«Я уже нашел платный моб, и те, кто говорит, что я не могу заниматься бизнесом, скоро получат по морде. Позвольте мне сначала посмотреть, сколько людей все еще держатся за идею, что я молодой господин, который может играть только на пианино».

Коул посмотрел на представленный ему затылок и почувствовал прилив беспомощности.

Он подключил фен и включил его, протянув руку, чтобы коснуться влажных волос молодого человека. Казалось, что с ним обращаются как со слугой и не оставляют выбора, но на самом деле его глаза были полны радости, а сердце сладко замирало.

Но он бы не выдал себя ни одним звуком или движением.

Звук фена наполнил комнату. Сюэ Лин пролистал несколько страниц комментариев, наблюдая, как все больше и больше людей присоединяются к словесной войне. Его губы изогнулись в удовлетворении, когда он дал команду системе отправить сообщение.

Система встряхнула своим белым мехом, презирая хозяина за то, что он вспоминает о ней только тогда, когда ему что-то нужно. Но она все равно послушно отправилась на помощь, создав статью на лучшем отечественном бизнес-форуме.

[Deep analysis: Давайте обсудим ваши утверждения о том, что Вэнь Сююань не может управлять бизнесом.]

Глава 22 - Пощечины продолжаются

В последнее время было много шума вокруг семей Вэнь и Сюй, и различные сообщения появлялись одно за другим. Однако это было первое сообщение, в котором говорилось о деловом таланте Вэнь Сююаня.

Вначале только несколько спамеров размещали объявления о продаже, но постепенно все больше и больше людей заходили в эту тему. В это время первоначальный автор сообщения снова начал писать, опустив образный молоток.

«Я не знаю, кто это сказал, что Вэнь Сююань не может вести дела, и даже сказал, что Вэнь Сююань хуже, чем Сюй Юн И. Это достаточно смешно только для того, чтобы заставить людей смеяться над собой. Неужели эти члены совета директоров считают, что достаточно закрепиться в городе X, чтобы доминировать в мире?»

[Владелец темы, пожалуйста, не просто высмеивайте других, используйте логику и факты, если они у вас есть~]

[Сижу и жду, когда автор поделится тем, что знает, но следите за тем, чтобы случайно не ударить себя по лицу. ]

«Те, кто говорит, что Вэнь Сююань не может заниматься бизнесом, должно быть, не обращали внимания на деловой круг в стране М в последние два года. О, я забыл, те, у кого есть время писать посты о Вэнь Сююане, наносящем ущерб Сюй-групп, вероятно, даже не знают, что, черт возьми, представляет собой деловой круг Страны М.

Moаn Group - это компания, которая за последние два года резко поднялась в бизнес-кругах Страны М, а ее президент - человек, которого даже крупные шишки Страны М называют гением бизнеса. Год назад компания была зарегистрирована на фондовом рынке страны М, и в нее были вложены значительные средства. Сейчас она предлагает свою продукцию по всему миру, но вы, ребята, вероятно, не можете позволить себе ее купить~.

Нет смысла писать слишком много, вот несколько изображений:

< Здание компании Moаn >

< Информация о компании >

< Отчет о фондовом рынке >

< Интервью в промышленном журнале >

< Картинки из телевизионных новостей >

╮(╯▽╰)╭ Эта компания растет быстрее, чем Сюй -групп.

Вэнь Сююань, который, как вы утверждаете, умеет играть только на пианино, является гениальным ** боссом этой компании, который собственноручно создал Moаn Group!

< Информация о регистрации компании Моань >

< Информация об основателе компании Моань >

< Вэнь Сююань в костюме в конференц-зале компании "Моань" > ]

[ ∑(っ°Д°;)っМой бог, оригинальный пост действительно начинается с огромного молотка!]

[Потираю глаза, чтобы убедиться, что вижу все ясно _(_*-﹏-)_ ]

[ Что за **! ]

[ Смотрю на компанию Моань, еще же не поздно кусать локти... или лучше уже просить прощения на коленях... Просто примите уже кто-нибудь мои извинения!!!]

[ Боже, если у Вэнь Сююаня уже есть Моань, зачем ему жаждать Сюй-групп? Сюй Юн И слишком высокого мнения о себе, использует тот факт, что другие посещали только музыкальную школу, чтобы заявить, что они не могут управлять бизнесом. Теперь он получил пощечину.]

[ В этом месяце молодой господин Вэнь отвесил пощечину и мне. В следующий раз, когда я увижу новости о нем, я точно буду держать рот на замке.]

[ Мир за стеной так прекрасен, а мы, граждане, запертые внутри, так беспомощны. ]

Ссылка на стену: https://en.wikipedia.org/wiki/Great_Firewall

[ Теперь, когда я успокоился, мне кажется, что молодой господин Вэнь играет с Сюй Юн И... ]

[ Молча представляю себе дразнящее выражение лица молодого господина Вэня... Боже, как я хочу, чтобы он меня выпорол! ]

[ ... предыдущее сообщение, вы не туда попали... Выйдите и поверните направо. ** Рай приветствует вас. ]

Сюэ Лин улыбнулся, глаза изогнулись вверх, прежде чем Коул вырвал iPad из его рук, выключил его и убрал фен. Он указал на часы. "Пора ложиться спать".

Сюэ Лин был ошеломлен, посмотрев на время, он обнаружил, что уже полночь.

В последние два года он не делал ничего, кроме работы, и часто засиживался допоздна, но сейчас Коул насильно пресекал эту привычку. Как только наступало время, собеседник призывал его лечь спать. Если он не слушался, золотые глаза неотступно следовали за ним по пятам. Сюэ Лин никогда не понимал, почему его волосы всегда вставали дыбом, когда это происходило, но ему оставалось только покорно идти спать.

Было уже поздно, поэтому Сюэ Лин не стал спорить с собеседником, чтобы тот дал ему еще немного поиграть. Это заставило мистера Коула, который был готов вступить с ним в перепалку из-за игры "схвати iPad", почувствовать себя немного неожиданно и сожалеть.

Но это было хорошо, что он такой послушный. Не спать всю ночь было вредно для здоровья.

Сюэ Лин в душе пожаловался, что Коул совсем не похож на молодого человека, внешне пожелав собеседнику спокойной ночи, вошел в свою комнату.

Сюй Юн И не ожидал проснуться и увидеть такие новости. Газета в его руке упала прямо на стол, и Бай Луцзы поняла, что все не так гладко.

Бай Луцзы подняла газету. Взглянув на статью, она свернула ее и выбросила в мусорный бак.

Сюй Цин все еще болтал рядом с ними, а Сюй Юн И стоял ошеломленный, пока Бай Луцзы не потрясла его за плечо.

"Он вернулся, чтобы отомстить нам. Я думала, он просто хотел помочь своей сестре развестись, но теперь ясно, что хорошего конца не будет. И он делает это шаг за шагом, намереваясь медленно уничтожить нас".

Руки Сюй Юн И дрожали, а мысли были в беспорядке. Он был в полной растерянности.

Хотя Моань не могла сравниться с крупными транснациональными компаниями с многолетней историей, группа Сюй была абсолютно не в состоянии сравниться с ней по своему происхождению и ресурсам. Сюй Юн И вдруг вспомнил человека, который пришел с Вэнь Сююанем в тот день. Тогда он не обратил на это внимания, но, оглядываясь назад, можно сказать, что такой человек никогда бы не стал подчиненным Вэнь Сююаня...

"Что мы можем сделать..."

Учитывая последние действия Вэнь Сююаня, группа Сюй, скорее всего, превратится в горячую картофелину, даже если им удастся удержать ее.

"Теперь... Остается только два варианта..." - пробормотал он.

У Бай Луцзы была та же идея, что и у него, но она очень не хотела: "Мы так тяжело боролись, чтобы добраться до того места, где мы сейчас находимся. Неужели из-за Вэнь Сююаня мы должны бросить все наши усилия?"

Выражение лица Сюй Юн И постепенно стало немного безумным, оно выглядело мрачным и свирепым, и он медленно сжал кулаки. "Раз уж мы не можем передать Группу Сюй ему, давайте похороним Вэнь Сююаня..."

Бай Луцзы накрыла его руку своей, ее глаза были холодными. "Он заставил нас..."

Сюэ Лин наблюдал за разговором этих двух людей через систему и потирал подбородок. Неожиданно, что именно этого оказалось достаточно, чтобы довести их до такой стадии - у него еще оставались карты в запасе! Почему они с таким нетерпением мчались навстречу своей смерти?

Отель, в котором остановился Сюэ Лин, не был секретом. Там у него даже брали интервью на одном из телеканалов, и многие из персонала отеля бросали на него призывные взгляды. Другие прятались у входа в отель, желая посмотреть, как он выглядит вживую, но, к сожалению, он редко выходил на улицу, и им не удавалось встретить его.

Сюэ Лин вел себя на Weibo жалобно, пытаясь вызвать сочувствие людей после таких сильных действий, чтобы потом никто не сказал, что он специально пытался свергнуть Сюй-групп.

Он рассказал о своих причинах продажи акций, подчеркнув, что был вынужден сделать это, и что его сестра в то время находилась в плохом психическом состоянии. Если бы они остались в стране Н, трудно сказать, не развилось ли бы у нее психическое заболевание.

Его племянник уже был травмирован, и он не мог держать их в такой обстановке. Он добавил, что его маленькая племянница была потеряна под присмотром матери Сюй Юн И, в итоге ее похитили и продали, и даже приложил записи детектива вместе со счетом на огромную сумму денег.

Он отказался и от любимой музыки, и от мечты поступить в самую престижную в мире музыкальную академию ради сестры и племянника, сменив профессию, чтобы открыть компанию. Добиться его нынешних достижений было нелегко.

Поэтому, пожалуйста, не умоляйте его отпустить Сюй Юн И. Он заслужил то обращение, которое получил сегодня, и все, что случится в будущем, тоже будет его заслугой.

Нетизены, которые вначале говорили, что Вэнь Сююань зашел слишком далеко, замолчали. Его родители умерли, сестра и племянник чуть не стали душевнобольными, а маленькую племянницу похитили и продали. Что еще они могли сказать?

Общество и мнение в Интернете всегда будут на стороне слабых. Сюэ Лин перечислил все события - он не хотел верить, что другие скажут, что он перегибает палку.

Коул вернулся весь в снегу. Его зонтик все еще капал, а в руке он держал документ. Увидев человека, расположившегося в гостиной, его выражение лица немного потеплело, но быстро вернулось к своему обычному стоическому образу.

Юноша расположился на диване босиком, его белые ноги и черный диван составляли привлекательный контраст, отчего его бледная кожа словно светилась. Пальцы его ног были слегка изогнуты, ногти аккуратно подстрижены, что выглядело довольно мило. Он держался за подушку размером с себя, махая Коулу рукой:

"Эй, аристократ вернулся".

Коул снял пальто, на котором еще оставались следы холода, переобулся в домашние туфли и некоторое время постоял у обогревателя, чтобы убедиться, что оставшийся холодный воздух не простудит собеседника, после чего принес информацию на диван.

"Только что мои люди пришли ко мне с новостями. Они назначили награду за твою голову".

Выражение лица Сюэ Лина не изменилось. Он подвинулся, чтобы Коул мог сесть рядом с ним, а затем пододвинул документ, чтобы посмотреть на список. Удивленный, он прокомментировал:

"Они хотят убить меня за такую маленькую сумму денег?"

Выражение лица Коула было не очень хорошим, он беспокоился о том, что случилось бы с юношей, если бы он приехал в страну один. Если бы его не было рядом, возможно, Вэнь Сююань действительно пострадал бы от этих людей. К счастью, он решил остаться рядом.

"Ты согласен, чтобы мои люди сделали шаг?"

Сюэ Лин махнул рукой: "Нет, это бессмысленно, если мы не поможем им потратить их деньги. Скажи им, что цель не из легких, и попроси еще денег. Когда они окончательно что-то заподозрят, мы сделаем свой ход".

Коул не знал, как описать свое настроение, когда увидел, что другой никак не отреагировал на то, что за его голову назначена цена, даже радостно продолжал строить планы.

Можно было только сказать, что он глубоко влюбился. Ему даже понравилось, как выглядел собеседник, когда он, прищурив глаза, строил козни.

В прошлом он явно ненавидел, когда люди вокруг него были расчетливы и глубоко скрывали свои замыслы. Но когда это делал юноша перед ним, он казался таким милым.

Следуя словам Сюэ Лина, Коул приказал своим людям выманить у Сюй Юн И и Бай Луцзы большую сумму денег, а затем исчезнуть и разорвать связь. Сначала они были полны надежд, что Сюэ Лин внезапно объявится мертвым, но по мере того, как шли дни, а Сюэ Лин все еще был активен в Интернете, они постепенно поняли, что их обманули.

В это время Сюэ Лин нанес новый удар.

Он выложил ряд записей, в том числе доказательства того, что Сюй Юн И нанял людей, чтобы убить старшую пару семьи Вэнь в автомобильной аварии, обсуждение Бай Луцзы о крахе психического состояния Вэнь Сютин и ее приказ няне эмоционально издеваться над Вэнь Мо, их заговор с целью уничтожить репутацию Вэнь, а также обсуждение того, что за убийство Вэнь Сююаня назначена награда.

Все записи были очень четкими, к ним даже прилагался отчет об анализе голоса, доказывающий, что в роликах фигурируют Бай Луцзы и Сюй Юн И.

Когда эти видео были опубликованы, пользователи сети были шокированы. Сюэ Лин заявил, что передаст доказательства в полицию, и все пришли в неистовство.

[ Боже мой, это отбросы десятилетия, никто не приближался и не приблизится к ним в ближайшем будущем. ]

[ ** и кобель, эти два человека действительно подходят друг другу. Неудивительно, что у них такая глубокая любовь, и они могут работать рука об руку друг с другом. Их сердца оба черные. ]

[ Что случилось с людьми, которые говорили, что они невиновны? Вы все теперь держите язык за зубами? Мы все можем согласиться, что это незаконные действия, верно? Никто больше не ноет? ]

[ Бог Вэнь действительно герой. Он терпел это унижение в течение двух лет и наконец вернулся сегодня, чтобы отомстить и выбить почву у них из-под ног. ]

[ Конечно, вдохновение для искусства приходит из реальной жизни. Кто снимет об этом сериал? Он обязательно будет продаваться! ]

[ Неудивительно, что старшая сестра уполномочила младшего брата помочь ей уладить дело о разводе. Ей бы точно захотелось блевать, если бы ей пришлось снова увидеть этого мерзавца. ]

[ Это действительно хорошая игра. Сюй Юн И, должно быть, никогда не думал, что все закончится именно так. Когда вы слушаете его голос, когда он пытался нанять убийц, чтобы убить молодого господина Вэня, его отношение было таким, как будто молодой мастер Вэнь был обязан ему жизнью. Они даже хуже животных! ]

[ Эти двое действительно могут только любить друг друга. Кто бы ни встретил этих двух кусков человеческого мусора, ему очень не повезло. ]

[ Идем дальше! В любом случае, молодой господин Вэнь теперь мой новый бог! Бог-мститель! Он слишком удивительный! ]

[ ... почему здесь повсюду фангёрлы?]

Сюэ Лин улыбался, читая комментарии. Когда он получил уведомление от системы о том, что Сюй Юн И и Бай Луцзы собирают вещи и готовятся к бегству, он счастливо улыбнулся и щелкнул пальцами, прежде чем сказать Коулу, сидевшему рядом с ним.

"Хорошо, пора закрывать сеть".

"Хорошо".

Мистер Коул наконец-то поступил в соответствии со своими желаниями, протянув руку, чтобы погладить голову Сюэ Лина.

Глава 23 - Но он любит тебя!

Сюй Юн И и Бай Луцзы осознали, что больше не могут оставаться в городе.

Они наняли киллера, чтобы убить Вэнь Сююаня, но в результате у них выманили много денег, и они снова поняли, что Вэнь Сююань приехал хорошо подготовленным и имел в рукаве много хитростей. Попытка убить его провалилась.

Они решили уехать из страны, пока Вэнь Сююань не привел к ним полицию.

Если Вэнь Сююань смог вернуться спустя два года, то и они смогут.

На самом деле, Сюэ Лин восхищалась чувствами между этими двумя. Люди всегда говорили, что супружеские пары похожи на птиц из одного леса, которые разлетаются в разные стороны, когда случается беда. Но эти двое с самого начала и до конца, казалось, не собирались отказываться друг от друга. Они просто передали Сюй Цина матери Сюй Юн И, тогда собрали свои вещи приготовившись к бегству.

Госпожа Сюй по-прежнему увлекалась маджонгом и целыми днями сидела за игральным столом. Она была не в состоянии осознать, что с ее сыном произошло нечто серьезное. Она рассеянно взяла к себе внука, когда сын уезжал, небрежно выслушала слова Сюй Ин И, а затем отвернулась, чтобы продолжить игру в маджонг.

Сюэ Лин не собирался предпринимать никаких действий в отношении нее. Вместо этого он сообщил людям, что Сюй Юн И и Бай Луцзы сбежали. Их задержали, когда они пытались пройти таможню.

Эти двое кричали, что Вэнь Сююань подделал улики, чтобы подставить их, но на самом деле полиция арестовала их потому, что группа Сюй оказалась замешана в крупном мошенничестве и уклонении от уплаты налогов. Их также обвинили в коррупции, и они были главными подозреваемыми.

Дизайнерская компания Бай Луцзы была сразу закрыта. Эти два человека владели контрольным пакетом акций компании и были крупнейшими акционерами Сюй-групп. Даже если бы они захотели отвертеться, у них не было возможности сбежать.

Сюй Юн И наконец-то понял смысл фразы «Если не хочешь, чтобы кто-то узнал, то не делай этого». Если бы они не участвовали в этих «серых» делах, то, возможно, сейчас находились бы в самолете, направляющемся за пределы страны.

В течение последних двух лет в стране H проводилась серьезная борьба с коррупцией. На этот раз в деле о коррупции в городе Х было замешано большое количество высокопоставленных чиновников и бизнесменов.

Группа Сюй, которая выступала в качестве одного из ключевых звеньев, играла чрезвычайно важную роль, и правительство придавало им большое значение. После ареста они содержались отдельно, в полной изоляции и не могли получать никаких новостей из внешнего мира.

Бай Луцзы и Сюй Юн И использовали дизайнерскую компанию Бай Луцзы для получения взяток от семей чиновников. На этот раз расследование коснулось большого количества высокопоставленных лиц и это непрестанно освещалось в прессе и на телевидении. Сюэ Лин тоже был замешан в этом деле, но благодаря присутствию Коула ему даже не пришлось встречаться с полицией, и это не коснулась эта охота за головами.

Он оставался в стране до окончания судебного процесса над Бай Луцзы и Сюй Юн И и вынесения им приговора, после чего собрался уезжать обратно.

Не было совершенно никакой необходимости сражаться до смерти именно сейчас. Сюй Юн И был приговорен к пожизненному заключению и лишению политических прав. Положение Бай Луцзы было не намного лучше: ее приговорили к тюремному заключению, и она не надеялась на освобождение в течение двадцати лет.

Сюэ Лин не собирался допускать, чтобы день ее освобождение когда-нибудь наступил. Обстановка в тюрьме была очень неблагополучной - не было бы странным, если бы что-то случилось, и она умерла.

К тому времени, когда все закончилось, уже наступило лето. Сюэ Лин не любил лето, а после того, как все уладилось с Сюй Юн И и Бай Луцзы, он даже немного обленился в управлении группой Моань. После свадьбы Дойла Оуэнса и Вэнь Сютин, он присоединил компанию к группе семьи Оуэн. Что касается штаб-квартиры в стране М, то она перешла на уникальное независимое существование.

По его собственным словам, это было приданое его сестры, а в будущем это будет подарок для Вэнь Мо или Элейн. А пока он будет просто помогать управлять компанией.

Вэнь Сютин не могла этого понять. Брат так тяжело трудился над созданием компании, потратив на ее развитие два года, а потом просто подарил ей в качестве свадебного подарка. Это казалось таким неразумным поступком, не говоря уже о том, что она не хотела таких широких жестов.

Но Сюэ Лин остался равнодушным, сказав, что раз уж компанией теперь управляет Коул, то он будет лишь изредка заглядывать в нее. Таким образом, он сможет проводить большую часть времени, играя на пианино с Вэнь Мо. Ему никогда не нравилось управлять компанией; музыка по-прежнему была его любимым занятием. Теперь, когда они уже отомстили, разве сестра будет возражать против того, чтобы он занимался тем, к чему лежит душа?

Столкнувшись с этой жалостливой отговоркой, у Вэнь Сютин совершенно не осталось аргументов, и она сдалась перед лицом своего хитрого брата.

Музыкальный талант Вэнь Мо становился все более выдающимся год от года. Скорее всего, именно потому, что Сюэ Лин оказался исключительно хорошим учителем, он еще в юном возрасте поступил в музыкальную консерваторию Цзыгэцзи. После окончания консерватории он принял участие в музыкальном конкурсе международного уровня, осуществив мечту, которую Вэнь Сююань так и не смог осуществить, и стал лучшим пианистом мира. Многие люди восхищались им, и бесчисленные музыканты равнялись на него.

Когда у Вэнь Мо брали интервью в СМИ, он однажды дал понять, что не является лучшим в мире, потому что все еще уступает своему учителю. К сожалению, его учитель уже давно перестал играть музыку для других.

Число поклонников Вэнь Сююаня постоянно росло, но новостей о нем становилось все меньше. Постепенно он стерся из памяти людей, и лишь немногие помнили о его мести.

На втором году тюремного заключения Бай Луцзы заболела гриппом, заболела так тяжело, что в итоге умерла из-за неэффективного лечения. Сюэ Лин потрудился послать Сюй Юн И сообщение с этой новостью, отчего Сюй Юн И едва не упал в обморок.

Через десять лет после смерти Бай Луцзы умер и Сюй Юн И. Его тело и разум уже терзались день и ночь, а последней каплей стало известие о том, что его сын утонул в водохранилище из-за плохого присмотра бабушки. Он полностью потерял смысл жить и покончил с собой.

Сюй Цин вырос и стал очень умным подростком, но поскольку бабушка никогда не приучала его к дисциплине, он постоянно пропадал на улице. В конце концов, у него случилась судорога во время плавания в водоеме, и он утонул.

К его смерти оказался причастен молодой студент колледжа, который нырнул, чтобы спасти его, но, к сожалению, никто из них не выбрался живым.

Старушка Сюй была совершенно подкошена этим известием. Она уже растратила все запасы денег, оставленных сыном, на игру в маджонг, к тому же из-за ее невнимательности умер ее внук. Она все равно подняла шум, угрожая судебным иском против водохранилища. Обвиняя в смерти внука службы.

Этот инцидент привлек внимание общественности, и дело их семьи снова оказалось на виду спустя столько лет. Люди смеялись и показывали на нее пальцем, куда бы она ни пошла.

Череда несчастий не прекращалась. Когда мать Сюй Юн И ругалась с сотрудниками у правительственного здания, ее толкнули и она нечаянно ударилась о гвоздь. Через некоторое время она заболела и умерла от столбняка.

***

Сюэ Лин был на рыбалке, когда получил эту новость. Он поправил на голове маленькую шляпу, которая частично закрывала ему обзор, разорвал бумажный отчет и бросил кусочки в воду, чтобы покормить рыбу.

Маленький пруд, заваленный бумажками, уже не выглядел по-прежнему живописным.

Коул позволил ему делать то, что он хотел, и протянул руку, чтобы помочь ему вытащить удочку, которая все это время двигалась, и поймал большую рыбу.

Сюэ Лин немного обрадовался и удовлетворенно сказал: «Выглядит неплохо. Давай сегодня поедим рыбного супа, сестра давно не готовила уху».

«Хорошо» - Коул, казалось, никогда не говорил ему слово «нет».

Хотя он являл собой образец терпения, он, в том числе, никогда не заикался о своих чувствах. Мистер Коул Оуэнс жадно наслаждался присутствием Сюэ Лина рядом и его расположением. Он не собирался менять положение дел между ними. Он был уверен, что Сюэ Лин тоже этого не хотел.

Они жили в стране Е, в поместье семьи Оуэнс. Оно располагалось на большом участке земли, и там даже был свой ипподром. К слову, даже королевская семья не жила в таком красивом месте. Сюэ Лин обитал в замке вместе с семьей своей сестры и Коулом, хотя даже он не знал, на правах кого он там ошивался всю свою жизнь.

Небо медленно окрашивалось в красный цвет по мере того, как солнце садилось. К входу в замок подъехала машина, и когда юные пассажиры в машине увидели Сюэ Лина и Коула с рыболовными принадлежностями, они открыли дверь и подбежали.

Элейн была одета в школьную форму колледжа для дворян, ее плиссированная юбка расходилась веером, когда она бежала, - очень красивая картина. Ее длинные волосы были убраны за голову, а лисьи глаза, очень похожие на глаза Сюэ Лина, вспыхнули. Она выглядела очень счастливой.

«Дядя! Коул!» - позвала она, повиснув на теле Сюэ Лина. «Старший брат сегодня вернется?»

Семья была чрезвычайно снисходительна к этой маленькой девочке. Она была очень похожа на Сюэ Лина, поэтому сильно нравилась Коулу. Сюэ Лину также нравился ее темперамент, и он намеревался вырастить из нее наследницу, готовясь в будущем передать ей группу Моань. Из-за ее трагического детства Вэнь Сютин никогда не ругала ее, и хотя Вэнь Мо все еще не любил много разговаривать, он тоже очень баловал младшую сестру.

Было просто чудесно, что такой любящей семье не удалось испортить эту маленькую девочку и превратить ее в ужасную принцессу.

Элейн уже исполнилось шестнадцать лет, и ее можно было считать взрослой девушкой, но всякий раз, когда она встречалась с Сюэ Лином и Коулом, она все еще вела себя как ребенок.

Сюэ Лин коснулся ее головы и ответил: «Он уже вернулся. Ты сможешь увидеть его, когда войдешь в дом».

Элейн поцеловала его в щеку, отпустила и затем поцеловала в щеку Коула, после чего направилась прямо в замок. Позади нее из машины вылезли еще двое детей.

Это были дети Вэнь Сютин и Дойла. У них родилась пара мальчиков-близнецов, и они оба выросли маленькими ангелами, со светлыми волосами Дойла и мягкими чертами лица Вэнь Сютин.

Им уже исполнилось десять, и они были самыми тихими обитателями замка.

«Дядя… дядя» – поздоровались мальчики. Они были одеты в одинаковую школьную форму и несли одинаковые маленькие школьные сумки. Поздоровавшись, они протянули руки и взяли за руки Сюэ Лина и Коула.

Потянув за руки, они повели их в сторону замка.

«Сегодня много домашнего задания? Что вы узнали на уроках?» - Сюэ Лин очень любил этих двух детей. Возможно, потому, что их характеры полностью отличались от отцовского, и больше походили на характер Коула, который не любил много говорить. Дразнить их время от времени тоже улучшало настроение Сюэ Лина.

«Сегодня нам дали тетрадь».

Паркинс, старший близнец, сказал: «Учитель сказал, что это из страны Н, и велел нам заниматься математикой».

Сюэ Лин улыбнулся и кивнул. Просматривая новости в своем микроблоге, он узнал о том, что тетради страны Н используются на международном уровне, но он не ожидал, что они окажутся в руках его маленьких племянников.

Небо потемнело, и настало время заходить в дом. Вдруг одновременно включилось все ландшафтное освещение и освещение виллы. Сцена, когда все сразу загорелось, была особенно красивой, и даже близнецы вздохнули от восхищения. Элейн стояла у двери и махала им рукой:

«Дядя, Коул, вы идете слишком медленно! Мама уже закончила готовить ужин!»

Жизнь в этом мире была очень теплой и блаженной, и Сюэ Лин чувствовал, что его пребывание здесь прошло очень счастливо. Это был совершенно другой опыт, чем в те дни, когда он путешествовал и проводил время в мире смертных в одиночестве. Он дожил до естественной смерти Вэнь Сююаня, лежа в кресле-качалке и любуясь восходом солнца на берегу моря, и медленно закрыл глаза.

Рядом с ним сидел Коул. Они состарились вместе, хотя всю жизнь не выражали друг другу ни любви, ни привязанности. Они просто сопровождали друг друга и жили вместе, как лучшие друзья и несостоявшиеся любовники.

Вэнь Сютин никогда не понимала, о чем думает ее брат. Она даже сказала Сюэ Лину, что может смириться с тем, что Сюэ Лин и мужчина будут вместе, если этот мужчина - Коул.

Но Сюэ Лин покачал головой, сказав, что не любит Коула.

«Но он любит тебя!» - удивилась Вэнь Сютин.

Сюэ Лин улыбнулся. Несмотря на то, что он уже не был молод, он все еще оставался таким же привлекательным, как и раньше.

«Вот почему он так и не признался. Он знает, что я его не люблю» - сказал он.

Сюэ Лину очень нравилась эта нежная теплота и ощущение, что его кто-то сопровождает. Он должен был признать, что Коул подарил ему замечательный опыт, отличный от того, что был в его прошлой жизни, когда он рано умер в качестве военного советника.

Но чем больше Коул любил его, тем меньше он был способен вернуть ему эти чувства. Поэтому он никогда не спрашивал, а Коул никогда не признавался. Как будто у них было очень глубокое молчаливое понимание, они не поднимали эту тему на протяжении всей жизни.

Как прохожий в этом мире, Сюэ Лин не мог себе этого позволить, да и Коул, похоже, этого не хотел.

Время летело, и, закрывая глаза, Сюэ Лин думал про себя, что если бы ему пришлось заново оказаться в этом мире, он бы наверняка выбрал погрузиться в то ощущение нежного тепла и красоты, которое дарил ему Коул.

К сожалению, существовал только один Коул, и жизнь Вэнь Сююаня, вернее, жизнь Сюэ Лина, живущего, как Вэнь Сююань, не повторилась бы уже никогда.

Стоило ему вместе с лисенком-системой оказаться в пустом межвременном пространстве, как Сюэ Лина начала трясти. Он с трудом взял себя в руки. Похоже, что его самоуверенность и равнодушие были показными.

Система обеспокоено провела кончиком хвоста по его лицу, но Сюэ Лин раздраженно отмахнулся от нее: «Давай поскорее отправимся в новый мир!»

Система была удивлена: «Неужели хозяин не хочет немного отдохнуть? Разве переселение не оказало никакого воздействия?»

Губы Сюэ Лина изогнулись, и он протянул руку, чтобы погладить маленького лисенка по голове. «У тебя сложилось неправильное впечатление. Давай поторопимся и начнем следующий мир. Я уже с нетерпением жду этого».

Маленькому лисенку ничего не оставалось, кроме как открыть перед ним дверь.

Когда они ушли, в темном и пустом пространстве раздался голос. В нем чувствовалось веселье и намек на поддразнивание. «Твоя ловушка была довольно мощной, но похоже, что он совершенно не испытывает тоски по тебе».

Из темноты вышел человек. Он покинул мир немного позже Сюэ Лина, поэтому и вошел на этот участок пространства немного позже. Он нахмурился, потер виски и бросил нетерпеливый взгляд на какое-то место в темноте. Его взгляд был холодным.

Некоторое время тьма молчала, казалось, немного испуганная, но вскоре она снова заговорила. «Если тебе это не нравится, можешь не ходить за ним~».

Мужчина снова посмотрел в темноту, и трудно было сказать, куда упал его взгляд. Голос в пустоте на мгновение затих, а затем выругался и снова открыл дверь. «Иди уже, вали, глядя на твое ледяное лицо, у меня портится настроение».

Мужчина не сразу вошел, а лишь долго стоял молча, прежде чем открыть рот, чтобы спросить: «Вы играете в фокусы за кулисами?»

«Э? Нет!»

«Лучше бы это был не ты».

Голос мужчины был очень приятным, но он был похож на выражение его лица - холодный и пугающий, заставляющий других чувствовать озноб. Он не стал дожидаться ответа и снова шагнул в другой мир.

А потом этот участок пространства снова стал тихим.

Глава 24 - Почему он должен страдать из-за чужой любви?

Открыв глаза, Сюэ Лин обнаружил, что он в ванной.

Он осмотрелся и пришел к выводу, что это относительно безопасная среда, где его никто не потревожит, и вызвал систему, чтобы она изложила ему сюжет, с которым ему предстояло разобраться.

Система не любила воду и свернулась в клубок на макушке Сюэ Лина. Услышав его слова, она спрыгнула на землю, взмахнула хвостом и поделилась информацией о сюжете этого мира.

Сюэ Лин закрыл глаза. Сюжетная информация хлынула в его сознание вся сразу, но благодаря энергии удачи, которую он собрал в первых двух мирах, его нынешней силы духа было достаточно, чтобы легко все обработать, и он быстро узнал все о сюжете и о кончине этого тела.

Умыв лицо водой из ванны, Сюэ Лин подумал, что все тела, которые ему давали, действительно принадлежали раньше полным неудачникам. В этот раз первоначальный хозяин тела был совершенно невиновен, но ему очень не повезло, и в итоге он умер несчастной смертью.

Это был мир **, в котором главными героями были мерзавец актив, и дешевка пассив. Эти двое одновременно любили и ненавидели друг друга по сценарию "ты - моя луна, а я - твой лотос", они играли в игры и заговоры друг против друга, заботясь только о своих интересах. А первоначальному хозяину этого тела просто не повезло: он умер в этой неразберихе, так и не поняв, что произошло.

Это тело звали Бай Юэ, он был вторым сыном семьи Бай. У него была только мать, но разные отцы с его сводным братом Бай Хао, который был старшим сыном и наследником. Его матерью была великая госпожа семьи Бай – мадам Бай Лу, а отец был иностранцем.

Бай Лу была единственной дочерью в семье Бай. Любовь ее и отца Бай Хао была глубока, как океан, и ее муж женился на ней. Они жили сказочной жизнью, во время которой родился Бай Хао.

Но потом у отца Бай Хао обнаружили неизлечимую болезнь, и он умер. Когда Бай Хао было шесть лет, Бай Лу встретила своего нынешнего мужа, иностранного друга, который путешествовал по Китаю. Они очень хорошо ладили и стали близкими друзьями. Через год у Бай Лу родился внебрачный ребенок – Бай Юэ.

Мальчик вырос за границей под присмотром деда по отцовской линии и не часто возвращался домой. Он довольно редко общался со своими родителями и не был знаком ни с чем на родине. Он был одиночкой и не любил вступать в контакт с людьми. Все свои мысли и чувства он облекал в слова, которые под его пером, превращались в сценарии.

Изначально у такого молодого господина, как он, была беззаботная жизнь. Хотя он не любил говорить и общаться с другими, никто и не заставлял его становиться душой компании. В семье Бай был старший брат, который должен был стать наследником, а он был в низшем списке наследников по линии отца. Его жизнь была предопределена, он просто занимался любимым делом, затем бы нашел жену и завел детей. Но беды начались после его возвращения домой.

Все несчастья Бай Юэ сыпались на его голову потому, что он понравился одному человеку, и этим человеком был мерзавец Линь И.

Бай Юэ был белым лунным светом* в сердце Линь И, человеком, которым он восхищался, но не смел трогать, а некто Сунь Цзянань, подвернувшийся Линь И, стал всего лишь его дешевой заменой.

*小白月光 - в прямом переводе означает "маленький белый лунный свет". Это китайский сленг, обозначающий человека, которым можно восхищаться или любить издалека, но которого нельзя заполучить.

Проще говоря, это была история в стиле "стервозный пассив, пострадавший из-за белого лунного света, коварным образом вернулся, и захотел, чтобы мерзавец актив полюбил его, и потом убил белый лунный свет". Все было довольно просто, и, учитывая положение Бай Юэ, как пушечного мяса, он должен был умереть.

Задумавшись, Сюэ Лин поднялся из ванны, сдернул халат с крючка и натянул его, а затем вышел из комнаты.

Вещи в комнате были почти собраны, два чемодана лежали на полу. Было ясно, что хозяин комнаты готовится к отъезду.

Завтра Бай Юэ покидал США и возвращался в Китай, а это означало, что в истории, которая вертится вокруг него, уже прозвенело три звонка. Сюэ Лин прикоснулся к двум чемоданам, и на его лице медленно появилась улыбка.

Поскольку еще ничего не началось, он перевернет все с ног на голову и все изменит.

Он переложит предназначенную Бай Юэ судьбу на главного героя шоу*.

*(в китайской культуре: 受,шоу – пассив; 攻, гун – актив).

Возможно, из-за смешанной крови, глаза Сюэ Лина были светлее, их теплый светло-карий свет обрамляли длинные ресницы, кожа была очень белой, как у его отца, а светлые, густые волосы дополняли образ. Между ним и его матерью было мало сходства. От нее он унаследовал только ямочки, которые появлялись в уголках его рта, когда он улыбался.

Родинка от слезы, которая была визитной карточкой Сюэ Лина, теперь тихо покоилась в уголке его глаза. Сюэ Лин долго смотрел в зеркало, его улыбка хранила в себе отголоски его демонической природы.

Гнетущее и мрачное выражение лица, отраженное в зеркале, внезапно изменилось. Когда он вернулся в нормальное состояние, ужасная тьма больше не отражалась в зеркале. Скорее, человек казался немного робким и холодным.

Сюэ Лин, казалось, был доволен его выражением лица, вытер волосы насухо и приготовился лечь и уснуть.

Это был мир, где царили развлечения. Главный герой (шоу), Сунь Цзянань, изначально был неизвестным актером. Однако из-за того, что его глаза и форма губ были очень похожи на Бай Юэ, главный герой (гун) Линь И снизошел до него.

В своей последней жизни Сунь Цзянань забрался в постель Линь И в обмен на финансовую поддержку и постепенно превратился в популярного молодого актера в индустрии развлечений. Он знал, что его средства к существованию зависят от Линь И, и был напуган, поэтому он использовал все свое сердце и душу, чтобы попытаться относиться к нему хорошо, и вскоре обнаружил, что глубоко влюбился в этого человека.

Но Линь И не любил его. Для Линь И он был просто заменой. Сунь Цзянаня попросили покрасить волосы в светлый цвет, и Линь И стал брать его с собой на встречи высшего класса, чтобы он учился у них манерам.

Это сделало его темперамент более похожим на темперамент молодого господина из богатой семьи, и многие поклонники стали называть его "принцем". Линь И, казалось, охотно оставался у него все дольше и дольше, и был все более нежен с ним.

Его жизнь, которая становилась все прекраснее, начала меняться после возвращения Бай Юэ в страну.

Поначалу Сунь Цзянань не знал, что он был лишь заменой. Только когда он увидел Бай Юэ, который вернулся домой и собирался снимать фильм, он понял, что его собственные манеры и поведение были не более чем имитацией другого человека.

Из-за того, что Бай Юэ произнес одно предложение, заявив, что ему не нравится подражание, роль, которая изначально уже была в кармане Сунь Цзянаня, была отдана одному из его друзей. Все внимание Линь И было отвлечено этим молодым господином. Чтобы угодить Бай Юэ, Линь И порвал все отношения с Сунь Цзянанем, и друзья, сопровождавшие его, тоже постепенно отдалились.

Без Линь И, как золотого билета, его ресурсы постепенно уменьшались. Чтобы поддержать его популярность, менеджер познакомил его с новым спонсором, небрежным и развратным. Сунь Цзянань облил лицо этого человека водой и сбежал из отеля, где тот пытался склонить его к интиму. А когда он уныло бродил по улице, не обращая внимания на движение, его сбила машина Бай Юэ.

Нога Сунь Цзянаня была ранена и кровоточила, но Бай Юэ лишь дал ему немного денег и велел самому идти в больницу.

Никогда прежде он не ненавидел человека так сильно, что ему даже казалось, что лучше бы его не существовало.

Позже, когда он был в баре и специально напился, его зарубил насмерть мафиози во время бандитской разборки.

А потом он возродился.

Сюэ Лин никак не мог понять смысл сюжета и своего перерождения. Какой толк в том, чтобы заново прожить такую жизнь? Все, что происходило с «шоу», не имело ни малейшего отношения к Бай Юэ. С самого начала и до конца Бай Юэ не сделал ничего такого, чего бы ему не следовало делать, но его все равно проклинали и ненавидели. Шоу даже приказал убить его после возрождения. Какая же тут была ненависть или обида?

По его расчетам, в данный момент шоу уже должен был сделать тот же выбор, что и в прошлой жизни, и забраться в постель гуна, поклявшись, что в этой жизни он должен заставить гуна влюбиться в него. Используя свои знания в индустрии развлечений, он сможет добиться успеха даже без помощи Линь И, завоевав хорошую репутацию в Китае.

Бай Юэ вернулся домой, потому что у него на руках был сценарий, который нужно было снять дома. Он учился на режиссерском факультете Университета, и от студентов требовали, чтобы перед выпуском они сняли работу, получившую награду. У Бай Юэ было мало контактов за границей, и в итоге он решил вернуться в Китай, чтобы обеспечить себе возможность снять свою лучшую работу.

Семья Бай начинала в индустрии развлечений, и его брат сейчас руководил компанией «Bai Guang Entertainment». Для него было бы очень полезно вернуться.

В своей последней жизни Линь И вложил деньги в фильм Бай Юэ. Фильм был снят очень хорошо и получил награду на кинофестивале. Он произвел фурор в китайских кругах индустрии развлечений, а Бай Юэ многие даже назвали новой восходящей звездой кинематографа.

Но в этой жизни он потерял премию, потому что выбрал на роль главного героя своего фильма актера, которого рекомендовал Сунь Цзянань, а тот оказался замешан в скандале на секс-вечеринке. Бай Юэ не смог закончить университет, его уверенность в себе была подорвана. Затем, напившись в баре, он столкнулся с Сунь Цзянанем, который долгое время следил за ним.

Сунь Цзянань поддержал его, сказал, что надеется, что Бай Юэ выйдет из депрессии, и что если он напишет новый сценарий, то все увидят его талант, и он быстро поднимется вверх. Бай Юэ счел его слова верными и начал развивать отношения с Сунь Цзянанем.

У него были плохие отношения с семьей. По наущению Сунь Цзянаня он изолировал себя от друзей и семьи, чтобы написать сценарий. Его брат полностью отказался от него, Линь И также отверг его, и, наконец, чтобы найти вдохновение, он пристрастился к наркотикам. К тому времени, когда он выжал из себя все силы, чтобы написать замечательный сценарий, рядом с ним уже не было надежных людей.

Он не мог продюсировать фильм и мог только наблюдать, как Сунь Цзянань украл его сценарий и отдал его Линь И.  Они были единомышленниками, но Бай Юэ был втянут в бандитскую драку и погиб в ней.

После этого сюжет не имел особого отношения к Бай Юэ. Сунь Цзянань стал киноимператором благодаря этому сценарию и вышел из шкафа вместе с Линь И. Их роман стал историей, передающейся из поколения в поколение.

Для Сюэ Лина жизнь первоначального носителя его тела была трагической историей, и все, что ему нужно было сделать, это превратить его обратно в главного героя. Он не возражал быть злодеем, иногда он даже радовался, тому что мог быть злым.

На следующее утро он встал рано. Умывшись и одевшись, он отправился на свой рейс.

Обстановка в семье Бай была несколько своеобразной. Бай Юэ рос в Китае до четырех лет. Когда Бай Хао исполнилось одиннадцать, его назначили будущим наследником семьи Бай, а Бай Юэ отправили за границу, чтобы два брата не враждовали друг с другом.

Из-за этого у братьев не было родственных чувств, а хозяин тела после возвращения домой не вернулся в поместье Бай. Он предпочел жить на виду, поэтому Сунь Цзянаню было удобно следить за ним и приближаться к нему.

Сюэ Лин не был настолько идиотом, чтобы отказаться от жизни в отличном поместье со слугами, предпочтя жить в маленькой квартире в одиночестве. Не говоря уже о том, что ему пришлось бы тратить свои деньги. Перед посадкой на самолет он позвонил домой и сообщил дворецкому, что возвращается домой к ужину. Хотя старый слуга был удивлен, он все же передал его слова.

Дедушка Бай не испытывал неприязни к младшему внуку, но поскольку характер у ребенка был не очень приятный, а домой он возвращался нечасто, контактов было мало. Бай Хао последовал его примеру и относился к нему как к призраку. Сюэ Лин примерно представлял себе, как правильно поступить, чтобы добиться расположения дедушки Бай и старшего брата.

Независимо от того, признает ли этот старший брат его младшим, Сюэ Лин был бы дураком, если бы не попытался склонить на свою сторону такой огромный мешок с золотом.

Система сидела на его коленях, выражение лица было торжественным, когда она разговаривал с Сюэ Лином: "Хозяин, ты еще не спросил меня о желаниях Бай Юэ".

Сюэ Лин как раз готовился надеть маску на глаза и лечь спать. Услышав его слова, он приостановился и недовольно надул щеки: "Хорошо, расскажи мне. Какое у него было желание?"

"Он хочет сдать выпускной экзамен и стать тем, кто будет снимать сценарий, который он написал позже".

"Так просто?"

Сюэ Лин даже не хотел пренебрегать личностью этого молодого мастера. Достаточно того, что он был чист и отстранен; его обманывали другие, но у него не было планов мести, он умер, не зная почему, и даже тяжело работал для других, ничего не получая взамен.

"Он не хочет отомстить этому мерзавцу и фальшивому белому лотосу?"

"Видимо, он действительно не хочет. Думаю, он, скорее всего, видел их насквозь".

Сюэ Лин пожал плечами. Его не особенно волновало, что думает первоначальный хозяин его тела. Поскольку он теперь жил в этом теле, его действия зависели от его воли.

Что касается требования снять фильм и получить награду, то Сюэ Лин считал, что здесь нет никаких сложностей. Старший брат семьи Бай был боссом развлекательной компании - пока он правильно гнул спину перед Бай Хао, разве было для него что-то невозможное?

Бай Хао, читавший документ, вдруг почувствовал, что на него накатила волна холода, а кожа головы онемела.

Дворецкий прислал сообщение, что его младший брат возвращается домой, чтобы присоединиться к семейному ужину сегодня вечером. Бай Хао подумал и ответил, что тоже вернется, после чего привел в порядок бумаги на столе и бросил часть из них секретарю.

Глава 25 - Мешок с деньгами выглядит как-то неправильно

Поскольку дворецкий был предупрежден заранее, при выходе из аэропорта Сюэ Лина ждал автомобиль семьи Бай. Сюэ Лин передал багаж водителю, сел в машину и несколько лениво развалился на мягком сиденье.

Лучшей новостью для него было то, что, поскольку у Бай Юэ не было знакомых, ему не нужно было притворяться перед кем-то. Даже тот мерзавец Гун, который любил его издалека, был лишь тем, с кем он общался в юности, когда они вместе учились в одной школе. В лучшем случае, Бай Юэ можно было назвать подростковой любовью Линь И, а сейчас их едва ли можно было назвать знакомыми.

По воспоминаниям Бай Юэ, они с Линь И были обычными приятелями, их даже нельзя было назвать «хорошими друзьями». Неизвестно, почему Линь И так увлекся им, что даже нашел его двойника, чтобы соблазнить. Надо сказать, что оригинальный хозяин никогда не давал Линь И никаких намеков на симпатию или флирт. Общение между ними всегда было очень формальным, и кроме того, что Линь И без колебаний вкладывал деньги в его фильмы, он никогда не делал ничего необычного в присутствии Бай Юэ.

Раз уж он не мог ничего понять, то и не надо. Задача Сюэ Лина заключалась в том, чтобы изменить судьбу главных героев и сделать так, чтобы они сами навлекли на себя позор и разорение. То, что происходило в мозгу невротика Линь И, не имело значения.

Система уютно лежала на коленях Сюэ Лина, не выдавая своих чувств; неизвестно, о чем она думала. Казалось, она колебалась, что-то хотела сказать, но Сюэ Лин продолжал смотреть в окно, поэтому система решила промолчать.

Она всего лишь заметила, что, похоже,  кто-то последовал за ними в этот мир, но сейчас это не имело никакого отношения к хозяину, и не должно было на него повлиять, поэтому лучше не поднимать эту тему и не волновать хозяина.

Вилла семьи Бай находилась в пригороде. Это был богатый район, расположенный на значительном расстоянии от аэропорта. Когда Сюэ Лин приехал, дом был приветливо освещен огнями даже снаружи. Он осмотрел особняк семьи Бай и оценил его по достоинству.

В конце концов, как человек, который всю жизнь прожил в замке, он не испытывал особых чувств к особняку. Однако, если даже старый мастер Бай выбрал это место, чтобы состариться, то обстановка здесь должна быть очень хорошей.

Город Хай был местом, которое стало самым процветающим после основания Китайской Народной Республики, и его развитие было сравнимо с развитием Соединенных Штатов. Семья Бай* была древней династией, существовавшей с момента основания Республики. После различных взлетов и падений она стала считаться ведущей группой в Китае.

*Бай – белый, чистый, светлый, выбеленный

Сюэ Лину очень нравилось, что, хотя у каждого из них была горькая жизнь, все они имели хорошее семейное прошлое. Он вошел в особняк со своим багажом.

Декор особняка склонялся к старине, что, скорее всего, было связано с влиянием деда. Но хотя он казался несколько архаичным, в нем был свой шарм, и потому разглядывать интерьер было приятно. Дворецкий почтительно ожидал на крыльце, и когда он увидел Сюэ Лина, то с трудом сдержал свое удивление.

В последний раз, когда молодой мастер вернулся на Новый год, он пробыл в поместье два дня и снова уехал за границу. Все это время он просиживал за написанием сценариев в своей комнате и почти не общался с семьей.

В этот раз молодой господин выглядел иначе, чем тогда. В студенческом свитере и рубашке он выглядел очень хрупким, словной подросток. В каждой руке он тащил по чемодану, но его движения не были неуклюжими. Напротив, он выглядел особенно элегантно.

Увидев дворецкого, он даже снизошел до теплой улыбки, демонстрируя очаровательные ямочки на щеках: «Добрый вечер, дворецкий Цю».

Домоправитель Цю почувствовал, что его покорила одна эта улыбка.

Тем временем Сюэ Лин, увидел, что сбоку к ним подошел еще один человек, с высоко поднятой головой и оценивающим взглядом в глазах, поэтому он снова помахал рукой и поприветствовал: «Добрый вечер, старший брат».

Шаги Бай Хао приостановились. Выражение его глаз стал странным, когда он посмотрел на Сюэ Лина.

Независимо от того, что подумал Бай Хао, Сюэ Лин поставил два чемодана на пол, снял обувь, переоделся в тапочки и сунул один чемодан в руки Бай Хао. «Моя комната та же, что и раньше?»

Дворецкий поспешно взял себя в руки, кивнул и сказал: «Да, в конце коридора второго этажа».

Сюэ Лин забрал свой багаж и направился туда, даже подтолкнув Бай Хао, который все еще топтался на месте. «Старший брат, что ты встал, как болван? Помоги мне поднять багаж».

Бай Хао бросил на него многозначительный взгляд, но неожиданно ничего не сказал, и помог ему отнести чемодан наверх.

Старый мастер Бай жил на втором этаже. Услышав шум, он вышел и увидел, как два его внука радушно тащат два чемодана наверх. Хотя он уже привык к сильному ветру и большим волнам*, старый мастер Бай был удивлен и посмотрел на дворецкого.

*в значении «повидал всякое и ничто не может удивить»

Лицо дворецкого также было озабоченным. Он указал на спины двух людей и сказал: «Молодой господин кажется немного другим».

Выражение лица старого мастера Бая было непроницаемым, и неизвестно, о чем он думал, но внезапно он почувствовал облегчение. Его старший внук уже полностью взял на себя ответственность за семью Бай, и хотя его младший внук был немногословен, он никогда не делал ничего вызывающего.

Причина, по которой эти двое не были близки раньше, заключалась в том, что они всегда игнорировали существование друг друга. Если бы они начали сближаться сейчас, это было бы не так уж плохо.

Подумав об этом, старик улыбнулся, велел дворецкому начать сервировать ужин и сам направился в столовую.

Бай Юэ жил в этой комнате, только когда приезжал на Новый год, но поскольку он звонил утром, дворецкий распорядился, чтобы слуги привели ее в порядок. Но даже несмотря на это, спальня была обставлена скудно и больше походила на комнату для гостей, совсем не напоминающую спальню хозяина. Сюэ Лин не стал возражать и, поставив оба чемодана в комнате, повернулся, чтобы выпроводить Бай Хао.

Молодой господин Бай недовольно нахмурился, оглядев комнату, и сказал: «Ты планируешь жить здесь?»

Сюэ Лин нахмурил брови, поджал губы и ответил: «Что ты предлагаешь? Старший брат собирается отдать мне свою комнату?»

Бай Хао стало немного не по себе от его неожиданного обращения, он не привык к такому. Такое ощущение, будто кто-то ворвался на его территорию, и это было не очень приятно. Он нахмурился и отступил назад, после чего сказал: «Ты никогда не называл меня старшим братом».

Сюэ Лин моргнул, улыбка все еще оставалась на его лице. «Наверное, чтобы быть милым, я должен был спросить разрешение». Он шагнул в дверь, остановился на пороге и оглянулся назад с парой прекрасных глаз, полных невинности. «Может быть, ты не разрешаешь мне называть тебя старшим братом?»

Его глаза были такого же светлого цвета, как и волосы, и казались особенно мягкими при свете ламп. Флиртующая родинка в уголке его глаза двигались, когда он смеялся. Его взгляд были явно опасным, но сам человек был похож на ангела. Глаза Бай Хао потемнели, он покачал головой и сказал: «Нет. Я действительно твой старший брат».

«Хорошо, давай не будем зацикливаться на этом». Сюэ Лин больше не смотрела на него. Чтобы правильно подлизаться к старшему брату, требовалось определенное мастерство, и сейчас он уже использовал немного смекалки, чтобы произвести хорошее впечатление. В дальнейшем ему нужно будет медленно наращивать доброжелательность. «Пахнет очень вкусно, что приготовили сегодня на ужин?»

Бай Хао последовал за ним в коридор, смеясь в ответ. «Хозяин дома услышал, что ты вернешься поужинать, и заставил кухню приготовить много вкусных блюд. Он не знал, что тебе нравится, поэтому приготовил больше, чем обычно».

Это был первый раз, когда Сюэ Лин увидел, как Бай Хао улыбается. У Бай Юэ было мало воспоминаний о своем брате. Он смутно помнил, что этот человек был серьезен в речи и манере поведения. Было неожиданно, что с ним будет так легко общаться, но это была хорошая новость для него. Не говоря больше ни слова, Бай Юэ спустился вниз в отличном настроении.

Система шла позади него, проклиная своего хозяина на ходу. Даже если ты хочешь вести себя как милый и невинный юноша, только что вышедший из своей башни из слоновой кости, все равно не нужно глупо смеяться, как молодая девушка, верно?

Бай Хао некоторое время смотрел ему в спину, затем беспомощно улыбнулся и последовал за ним вниз по лестнице.

Этот младший брат казался совсем другим, чем раньше.

Он поприветствовал старого мастера Бая и сказал, что останется в Китае подольше, отчего старик радостно закивал. Услышав, что Бай Юэ нужно снять фильм и получить награду, чтобы окончить университет, старик махнул рукой и сказал: «Снять фильм - не проблема. Просто поговори со старшим братом».

Сюэ Лин посмотрел на Бай Хао жадными глазами.

Бай Хао кашлянул и сказал: «Я поговорю с персоналом завтра».

Сюэ Лин улыбнулся ему, взял немного еды на тарелку деда и начал есть.

Бай Хао подождал некоторое время, прежде чем внезапно открыл рот, чтобы спросить: «Ты знаешь что-нибудь об актерах? Ты весь год был за границей. Ты ведь не должен был еще готовиться к съемкам фильма, верно?»

Рука Сюэ Лина замерла, и он удивленно поднял на него глаза, как бы удивляясь, почему его это волнует. Но поскольку его спросили, он все же открыл рот и ответил: «Я сам хочу быть главным актером. Остальные актеры могут пройти прослушивание, когда придет время... В компании старшего брата так много актеров, что я смогу найти то, что хочу».

«Ты хочешь быть ведущим актером?» Внимание старика было привлечено. «Какую роль ты собираешься играть?»

Сюэ Лин кивнул и сказал: «Ну да, в этот раз, вернувшись, помимо съемок, я хочу войти в круг шоу-бизнеса». Когда он это сказал, его лицо было полно невинности. Хотя старик хотел что-то сказать, услышав эти слова, его невинные глаза заставили его сделать паузу.

«Маленький Юэ». Старик был очень серьезен, когда говорил: «Круг развлечений - не самое чистое место. Если ты хочешь пойти и снять фильм, твой брат может защитить тебя, и я не буду беспокоиться. Но если ты хочешь сниматься в кино и быть актером...»

Он раздумывал, как продолжить, но Сюэ Лин первым ухватил нить разговора и продолжил: «Разве старший брат не сможет защитить меня, если я стану актером?»

Старый мастер Бай выглядел обескураженным.

Сюэ Лин продолжил: «Если я подпишу контракт с White Light Entertainment, старший брат сможет присматривать за мной, и дедушке не о чем будет беспокоиться. И моя основная профессия не актерская - я занимаюсь этим только ради сюжетного вдохновения. Я не смогу писать хорошие сценарии, если буду постоянно замыкаться в себе, я хочу лично испытать, каково это - снимать кино, и скорректировать свое состояние».

Старый мастер Бай все еще хотел что-то сказать, но был остановлен Бай Хао. «Дедушка, пусть попробует, если хочет. Как он сказал, я же могу его защитить. White Light Entertainment имеет большое влияние в индустрии развлечений, и ничего не случится. Пусть делает, что хочет».

Губы Сюэ Лина дрогнули - он не ожидал, что старший брат сходу станет на его сторону. Он думал, что ему придется еще два дня приводить свои доводы. Ведь они не могли сломать ему ноги, чтобы удержать его в доме. Теперь же оказалось, что старший брат семьи Бай был довольно покладистым.

Он подумал о том, что первоначальному владельцу требовалось определенное мастерство, чтобы вылепить стену отчуждения с таким золотым братом, как Бай Хао.

Он кивнул головой в сторону старшего брата в знак благодарности. Старый мастер Бай посмотрел на одного внука, потом на другого и беспомощно продолжил ужинать.

Он уже постарел, а если молодые люди хотят неприятностей, то пусть делают, что хотят.

Вернувшись в свою комнату, Сюэ Лин поднял систему и сел на кровать, нахмурившись. «Что-то не так? Бай Хао чувствует себя не так, как указано в информации!»

Система обвивала его шею и висела вниз головой, раскачиваясь. Она спросила: «Хозяин, мы можем поговорить нормально, не прибегая к физической силе?»

Сюэ Лин плавно ущипнул его за лисью мордочку и отпустил: «Если на этот раз будут еще какие-нибудь паршивые идеи, я тебя задушу».

«Нет, не надо!» Система хотела выразить, что она была сторонним наблюдателем, который ничего не делал - почему ее обвинили в каких-то нестыковках в сюжете? Очевидно, она была подключаемым модулем, почему ее не хвалили, когда она была полезна? Ругаясь в душе, она все же покорно призналась:

«Большая часть информационного материала была получена от первоначального носителя тела и из романа. Чем меньше эти персонажи описаны в романе, тем менее отчетливым и неуловимым становится их характер. Их действия также не под нашим контролем».

Сюэ Лин потер подбородок и подумал о Коуле из своей прошлой жизни. Этот человек вообще не фигурировал в тексте, но все равно сумел основательно взбудоражить его жизнь. Можно ли считать его одним из тех людей, которые могут действовать свободно? Отклонение, произошедшее с Элейн, также было вызвано его вмешательством, что сделало ситуацию очень запутанной.

«Повлияет ли их непредсказуемая личность на нашу миссию?»

«В целом, нет». Система была совершенно уверена в этом вопросе, твердо заверяя своего хозяина. «Хозяин также может попытаться использовать их для достижения своих собственных целей. В конце концов, нам нужно только уничтожить траекторию судьбы главных героев».

«Что значит, достаточно только разрушить их судьбу?» Сюэ Лин усмехнулся и подумал об опыте Бай Юэ. Его взгляд был глубоким, и он сказал: «Они определенно нужно выплатить что-то в качестве компенсации за мое плохое настроение».

Система: «...»

Мы можем обсудить это серьезно? Ты умрешь, если не будешь вести себя как школьник?

Тук-тук-тук. В дверь постучали.

Сюэ Лин погладил по голове маленького лисенка, встал и открыл дверь.

По другую сторону двери стоял Бай Хао. Он явно только что принял ванну и переоделся в повседневную одежду. Его лицо было слегка холодным, а в руке он держал документ. «Ты свободен? Мне нужно кое-что обсудить с тобой».

Сюэ Лин поднял брови и отступил в сторону, чтобы пропустить его внутрь.

Глава 26 - Так и хочется преклонить колени у его ног

Сюэ Лин вернулся наверх только после разговора со стариком. Два чемодана так и остались нетронутыми, и единственным доказательством того, что он остановился именно здесь, была небольшая вмятина на кровати. Войдя в комнату, Бай Хао еще раз огляделся, чувствуя странное недовольство.

Однако он подавил этот необъяснимый дискомфорт, небрежно пододвинул стул и сел, указав Сюэ Лину последовать его примеру. Оказалось, что старший брат вовсе не считал это место чужой территорией.

«Это прекрасно, что ты хочешь попасть в индустрию развлечений, но есть некоторые вещи, которые мы должны, как следует обсудить» - сказал Бай Хао.

Сюэ Лин надулся, думая в душе, что неудивительно, что он так быстро пообещал поддержать его раньше - его все еще ждали скрытые ловушки. Он взял бумаги из рук Бай Хао и с некоторым удивлением просмотрел их.

«Это что?» - спросил Сюэ Лин.

«Это несколько контрактов для артистов, подписанных с White Light Entertainment».

Бай Хао протянул ему несколько версий контракта: «Какой из них ты хочешь?»

Сюэ Лин уже не знал, что сказать об этом старшем брате. Положить перед ним несколько контрактов... Он не был идиотом, он выберет лучший, конечно же. Поэтому он без колебаний сказал:

«Контракт платинового уровня».

По выражению лица Бай Хао было видно, что этого и следовало ожидать. Он посмотрел вниз и рассмеялся:

«У тебя львиный аппетит. Такой контракт подписывают императоры киноиндустрии, доказывая свою состоятельность».

Сюэ Лин нахмурился: «Почему старший брат думает, что я не достоин этого?»

Бай Хао молча смотрел на него.

Сюэ Лин знал, что, исходя из ограничений, установленных первоначальным владельцем, у него не должно быть актерских способностей, поэтому он поджал губы и сменил тактику.

«Старший брат, послушай, поскольку контракт заключен внутри семьи, разве ты не должен отдать мне прибыль, которая досталась компании? Поскольку она все равно достанется мне, лучше не переводить деньги туда-сюда, это так хлопотно. Ты знаешь, что мне все еще нужны инвестиции для моего фильма. Я не накопил достаточно денег за эти годы, и мне нужно получить спонсорскую помощь. Я пойду по миру, если соглашусь на менее хорошие условия контракта».

Бай Хао посмотрел на него с улыбку. Кто так разговаривает? Что это за аргумент «раз уж все равно достанется ему, так лучше сэкономить время и перенести процедуры»?

«Ты действительно не планируешь просто развлечься как дилетант?»

«Небо и земля тому свидетели, когда это я развлекался подобными вещами!»

Сюэ Лин недовольно посмотрел на собеседника, словно не одобряя, что о нем так говорят.

Бай Хао оглядел его сверху вниз, затем с ног до головы, несколько раз, и неизвестно, о чем он думал.

Тогда ты должен пообещать мне, не создавать проблем, не рисковать и не делать ничего из тех отвратительно грязных вещей».

«Я обещаю!» Сюэ Лин поднял руку и поклялся, даже не задумываясь об этом.

Только Бай Хао опустил его руку обратно. «Не радуйся так быстро. Твой фильм все еще нуждается в инвестициях. Где ты собираешься брать спонсорскую помощь?»

Сюэ Лин действительно знал человека, который без колебаний бросил бы ему деньги, но он не хотел иметь никаких тесных связей с этим мерзавцем гуном; он не желал иметь его даже в качестве партнера по инвестициям. Его взгляд метался по сторонам и, наконец, упал на человека, сидящего перед ним.

Бай Хао не мог правильно описать это зудящее чувство в своем сердце. В любом случае, когда он посмотрел на этого человека, который явно замыслил что-то против него, его сердце наполнилось приливом тепла.  Это было такое странное чувство, словно он хотел обеими руками отдать все, что хочет другая сторона. Чувство было более пылким, чем в любое другое время.

Затем он был ошеломлен. Разве такое было?

Когда его младший брат хоть раз просил у него что-нибудь? За последние два десятилетия количество слов, которыми они обменялись, можно было пересчитать по пальцам двух рук...

«Старший брат, ты хороший человек~ почему бы тебе не вложить деньги в фильм своего бедного, голодающего младшего брата?»

Его улыбка была особенно привлекательной, а вместе с тонкими чертами лица он выглядел особенно избалованным и очаровательным. Система молча закрыла лицо хвостом; было бы плохо, если бы хозяин приказал ей выковырять глаза после таких черных дел...

Бай Хао наблюдал за лицом своего брата, пока тот пытался добиться расположения, и не мог избавиться от желания рассмеяться. Затем он понял, что сегодня слишком часто смеется, и перевел взгляд на контракты, которые Сюэ Лин отбросил в сторону. Он наморщил брови:

«Давай заключим пари. Если ты выиграешь, я обеспечу инвестиции, помогу тебе найти актеров и подготовлю все необходимое».

Сюэ Лин не ожидал, что произойдет такая хорошая вещь, и без колебаний кивнул головой.

«Давайте делать ставки! А на что спорить?»

Бай сузил глаза и открыл рот, чтобы сказать:

«Иди и подпиши контракт с White Light Entertainment без моей помощи, не используя свое прошлое и связи с семьей Бай. Если ты сможешь получить контракт серебряного уровня или выше, я помогу тебе вложить деньги и специально назначу людей, которые будут помогать тебе управлять твоей карьерой. Твой фильм также будет включен в график релизов White Light Entertainment с наилучшими преференциями».

Как только Сюэ Лин услышал это, он понял, что Бай Хао пытается взять свои слова обратно. Очевидно, что он просто пообещал помочь ему подписать контракт, но теперь он не признает этого и вместо этого заключает пари. Но и так неплохо - это более сложная задача. Сюэ Лин подобрал контракты рядом с собой, сунул их в руку Бай Хао и выпроводил его из комнаты.

«Хорошо- хорошо. Если старший брат говорит делать ставки, то я делаю ставку. Только ты не сможешь отказаться от своего слова, когда я выиграю».

Бай Хао позволил Сюэ Лину вытолкать себя из комнаты и, открыв дверь, увидел, что дворецкий смотрит на них с некоторым удивлением. Его улыбка померкла, он кивнул и сразу же ушел.

Сюэ Лин вытянул голову, чтобы посмотреть на дворецкого. Мужчина неловко рассмеялся, необъяснимо почувствовав, что взгляд молодого господина на нем был несколько холодным.

«Молодой господин, поскольку в будущем вы будете жить в главном доме, есть ли в комнате что-нибудь еще, что вам нужно? Вы можете составить список, и я распоряжусь».

Сюэ Лин моргнул - он не думал об этом месте как о своем доме. Это было просто место, похожее на гостиницу, поэтому у него не было особых требований к проживанию здесь. Но раз уж дворецкий попросил, он не стал возражать против того, чтобы сделать его более комфортным.

Система стояла на прежнем месте и не двигалась, ожидая, пока Сюэ Лин закроет дверь, а затем вскочила, чтобы сказать:

«Почему хозяин хочет действовать? У Бай Юэ явно не было такого желания».

«Моя задача - изменить судьбу главного героя, а не удовлетворять желания Бай Юэ. Кроме того, его желания настолько просты, что не представляют никакой сложности».

Губы системы дернулись, когда она глубоко задумалась:

«Поскольку хозяин был достаточно ленив, чтобы специально создавать проблемы, она определенно позаботится о том, чтобы в следующем мире у него не было времени делать больше таких случайных вещей».

«Необходимо ли вступить в индустрию развлечений в качестве актера, чтобы изменить судьбу главного героя?»

«Да, конечно. Я хочу понемногу разрушить репутацию, которую он накопил, чтобы, когда его окончательно дискредитируют, никто не оплакивал его».

Он одним движением стянул с себя свитер и начал расстегивать рубашку.

«Разве он больше всего не заботится о своей работе с Линь И? Я заставлю Линь И возненавидеть его, его поклонники покинут его, и, наконец, позволю ему погубить себя».

Система: «...» Сколько вражды...

Сюэ Лин, казалось, знал, о чем думает система, прищурился и ущипнул ее за хвост.

«Не забывай, он забрал жизнь только потому, что немного завидовал. У них с Бай Юэ не было никаких обид или вражды. Что дало ему право ненавидеть Бай Юэ только потому, что у него была плохая жизнь, до такой степени, чтобы уничтожить его? Поскольку нам нужно изменить их судьбу, мы должны быть осторожны и убедиться, что однажды он не воскреснет».

Система: «...» Это было разумно и не поддавалось никакому опровержению.

Сюэ Лин скинул рубашку, открыл чемодан, достал халат и пошел принимать ванну.

Система смотрела на его спину и думала, не случилось ли чего с ее хозяином. В прошлом мире с ним все было в порядке, так почему же в этом мире от него так сильно веяло безжалостностью...

Линь И получил известие о возвращении Сюэ Лина в Китай на второй день после прибытия. Он позвонил и сказал, что хочет встретиться с Бай Юэ, а пока они будут встречаться, он мог бы познакомить его с другими молодыми мастерами круга. Будет слишком неловко, если он не узнает их, если они встретятся в будущем.

Сюэ Лин в это время обедал со Старым Мастером Баем, и Старый Мастер Бай тоже счел это разумным, предложив Сюэ Лину пойти пообщаться. Сюэ Лин подумал и согласился.

Эта вечеринка должна быть частью сюжета - первой встречи Бай Юэ и Сунь Цзянаня. Если бы он не пошел, то упустил бы шанс спровоцировать его. Именно пренебрежительное отношение Бай Юэ к нему во время этой встречи привело к несчастью Сунь Цзянаня в прошлой жизни.

Сюэ Лин считал, что нет ничего плохого в том, что Бай Юэ выражает свое недовольство. Если бы перед ними появился плохой имитатор кого-либо, да еще и тайный любовник его друга, любому захотелось бы оттолкнуть его.

Бай Хао всегда был очень занят и не ходил домой на ужин. Вчера вечером он вернулся настолько рано только чтобы встретиться с Сюэ Лином. Когда Сюэ Лин проснулся сегодня, он уже ушел на работу. Он был большим начальником, но все равно уходил рано и возвращался поздно.

Сюэ Лин навел порядок в своей комнате и разложил вещи. После того как он увидел, что в комнате появилось немного индивидуальности, он медленно достал два предмета одежды, принял ванну и приготовился к выходу.

Старый мастер Бай уехал с кем-то на рыбалку, и сегодня дома никого не было. Сюэ Лин тоже не стал долго тянуть и ушел, пока было светло. Просто он не пошел сразу на собрание, а сначала отправился в торговый центр.

Хотя у Бай Юэ было много одежды, Сюэ Лину она не нравилась, поэтому ему нужно было купить несколько, чтобы потом было удобнее наряжаться звездой.

Высший круг в городе Хай был довольно большим, в нем было много элиты второго или третьего поколения. Даже если между ними не было глубокой дружбы, все они виделись несколько раз и более-менее узнавали друг друга. Линь И заказал бар, чтобы устроить вечеринку в честь его возвращения. Бай Юэ можно было назвать эксцентричным, он редко участвовал в подобных мероприятиях. Хотя многие знали, что в семье Бай Юэ есть второй молодой мастер, они никогда его не видели. Поэтому эта вечеринка должна была состояться.

Семья Бай считалась очень важной в городе Хай. В кругах Бай Хао молодой мастер Бай был известным гением, и даже старшее поколение хвалило его, когда его имя всплывало в разговоре. Главы семей, обладающие властью, также должны были отдать Бай Хао хоть какое-то уважение. Поэтому многие пришли посмотреть на Сюэ Лина на его вечеринке.

Бар был полон людей, в нем царили шум и оживление. Когда Сюэ Лин толкнул дверь и вошел, кто-то как раз откупоривал бутылку шампанского, разбрызгивая в воздухе пену, что вызвало радостные возгласы, перекрывающие музыку.

Шаги Сюэ Лина замедлились, а его губы подрагивали. Хотя он и не был на такой вечеринке, но немного слышал о ней. В такой беспорядочной обстановке следовало бы быть начеку.

При виде Бай Юэ глаза Линь И заметно посветлели. Он подошел с бокалом вина в руке, небрежно обхватил Сюэ Лина за шею и потянул его к себе, чтобы представить всем:

«Этот человек - второй молодой мастер семьи Бай, Бай Юэ. В будущем он будет развивать свою карьеру здесь, в Китае. Когда все столкнутся с ним в будущем, им лучше прочистить глаза и быть осторожными, чтобы не пойти против него!»

Он произнес эти слова несколько шутливо, и многие люди зашушукались, поэтому он продолжил говорить: «Второй молодой господин Бай - мой хороший друг. Если вы обидите его, вы обидите меня!»

Окружающие снова зашумели.

Сюэ Лин без выражения убрал руку Линь И со своей шеи, наклонил голову, похоже, желая избавиться от ужасного ощущения, что его тянут за шею. Он улыбнулся и сказал:

«Я в долгу перед всеми за доброту, спасибо, что пришли на эту вечеринку. Я, Бай Юэ, не очень известный человек, но в будущем мы все будем вращаться в одних и тех же кругах в городе Хай. Пожалуйста, не забывайте немного присматривать за мной, а когда мы все станем более знакомы, если когда-нибудь возникнут какие-либо просьбы, помогите, чем сможете!»

Кто-то поднял бокал и крикнул: «Господин Бай, выпьем!»

Сюэ Лин взял бокал вина с подноса официанта и крикнул:

«Сегодняшние расходы за мой счет! Давайте веселиться!»

Сцена была совершенно хаотичной, как будто множество демонов танцевали в буйном веселье. Сюэ Лин поднял голову и выпил свой бокал вина, как только закончил говорить, и кто-то сбоку заметил, что он действительно достоин быть вторым молодым господин Бай – если он действительно готов выпить весь бокал, когда ему говорят «до дна».

Сюэ Лин с улыбкой ответил на эти слова. Он выглядел совершенно иначе, чем дома; всего за несколько секунд он превратился из послушного ребенка в дикого и властного богача второго поколения.

Он откинул голову назад и задорно рассмеялся, пьянящие красные губы были влажными от только что выпитого вина. Это было явно ангельское лицо, но из-за пары слегка вздернутых глаз и мерцающей родинки под глазом он выглядел бесконечно завораживающе.

Линь И совершенно потерял голову, глядя на эту версию Бай Юэ. Он нафантазировал множество сценариев того, как пройдет его воссоединение с Бай Юэ, но никогда не думал, что все будет именно так.

Встреча была совершенно не похожа на прошлую, но неожиданно ослепительна, настолько, что Линь И на мгновение потерял себя, ему захотелось упасть на колени у его ног и умолять его опустить голову и взглянуть на него.

Глава 27 - Старший брат, спасибо тебе, что спас меня из этого моря страданий

Бай Юэ не любил много общаться с другими людьми и поэтому избегал бывать в таких местах, как барные вечеринки. Линь И воспользовался тем, что знал, чего Бай Юэ хочет добиться своим возвращением в страну, чтобы заставить его все-таки прийти.

Его первоначальная идея заключалась в том, чтобы в этот раз побыть хорошим человеком и познакомить Бай Юэ с молодыми талантами города Хай, чтобы в будущем ему было удобнее находить ресурсы и инвестиции. Это также заставило бы Бай Юэ чувствовать, что он чем-то обязан и быть более доброжелательным по отношению к Линь И.

Но сейчас...

Он наблюдал, как Бай Юэ смеялся, хлестал алкоголь, как воду, и перекидывался парой слов с каждым встречным, ничуть не уступая в общении самому Линь И, и чувствовал себя несколько озадаченным.

Хотя это было странно, он обнаружил, что не может оторвать глаз от этой версии Бай Юэ.

"Это тот самый Второй Молодой Господин Бай, которого, как вы сказали, нам нужно поддержать?"

Молодой человек с копной рыжих волос и коктейлем в руке протиснулся к Линь И и с любопытством спросил.

"Какая помощь может понадобиться такому человеку, как он? Кто тогда позаботится о нас?"

Глаза Линь И вспыхнули, когда он покачал головой. "Он не был раньше таким".

"Да ладно, в этом кругу нет никого, кто бы не знал, как взаимодействовать с другими. Он второй сын Бай. Несмотря ни на что, тебе не стоит беспокоиться о нем. Почему у тебя такое выражение лица, будто ты хочешь его материть?"

Линь И посмотрел на мужчину рядом с ним и тихо наступил ему на ногу.

Сюэ Лин обошел весь бар и вернулся к месту, где собрались Линь И и их группа. Он выпил много вина, его лицо слегка раскраснелось, а улыбка был особенно привлекательной.

"Спасибо вам всем, что пришли поддержать меня сегодня. Я хотел бы поднять за вас тост!"

Он не знал, сколько уже выпил, но такой случай требовал выпивки. Если бы он не пил, то не смог бы влиться в коллектив.

Все почувствовали, что второй молодой господин Бай действительно знает, как себя вести, и все выразили свою похвалу тостом, допивая напитки. Только после этого Сюэ Лин  присел отдохнуть.

Но, видимо, сюжет был полон глупостей. Как только они сели, к ним присоединился молодой человек, выкрикнувший имя Линь И. Он выглядел немного взволнованным, но его голос был совсем не скромным. Под шумной обстановкой и дико мигающими лампочками легкий изгиб его губ казался немного холодным.

Сюэ Лин поднял брови и рассмеялся.

Сунь Цзянань не родился в хорошей семье, и его характер был очень обычным, в нем не было ничего особенного. Если бы не бесплодная погоня Линь И за Бай Юэ в прошлой жизни, из-за чего он специально обучил Сунь Цзянаня подражать Бай Юэ, то у нынешнего Сунь Цзянаня не было бы такого темперамента.

Он выглядел холодным и отстраненным, как снежный лотос, растущий на снежной горе.

К сожалению, он был актером, которого взращивал кто-то другой. Если бы Бай Юэ поднял подбородок и повел себя как Сунь Цзянань, молодые леди и джентльмены могли бы понять его - в конце концов, Второй Молодой Господин Бай был артистом, и быть холодным и отстраненным в общении с обычными людьми, как они сами, не было проблемой.

Но Сунь Цзянань был кем-то, кто незаконно пробрался в эту группу. Его образ был необъяснимо противоречивым, что становилось еще более очевидным на фоне Бай Юэ, который не вел себя подобным образом, несмотря на свое сегодняшнее ослепительное выступление.

Согласно первоначальному сюжету, хотя Бай Юэ пришел на вечеринку и хотел завести друзей, он не обладал красноречием и мог только делать отстраненное выражение лица и сидеть в стороне. Появление Сунь Цзянаня в то время заставило других почувствовать, что он какой-то особенный, поэтому Линь И почувствовал, что он особенно приятен на вид, и стал более расположен к Сунь Цзянаню.

В конце концов, судьба сработал лучше, чем самые лучшие планы человека. Смех Сюэ Лина был особенно похож на смех лисы.

Сунь Цзянань совершенно не замечал странных взглядов группы. Он сидел рядом с Линь И и приветствовал нескольких человек вокруг.

В последнее время Линь И относился к нему все лучше и лучше. Все эти молодые господа и девушки более или менее узнали Сунь Цзянаня, и в его приветствиях не было ничего неуместного. Но те, к кому обращались по имени, чувствовали себя необъяснимо неловко под задумчивым взглядом Сюэ Лина, который проносился мимо, задерживаясь достаточно долго, чтобы заставить человека почувствовать некоторую тревогу, прежде чем уйти. Из-за этого все никак не могли понять, о чем он думает.

Наконец взгляд Сунь Цзянаня упал на Сюэ Лина. Он с любопытством моргнул и поприветствовал: "Здравствуйте, я Сунь Цзянань. Я здесь с президентом Линь".

Сюэ Лин посмотрел на него и проигнорировал его слова, только спросил Линь И: "Ты привел свою маленькую возлюбленную?"

Все тело Линь И застыло, выражение его лица было немного странным, а взгляды окружающих стали сочувственными. Люди, которые знали, что ему нравился Бай Юэ, и он нашел замену в лице Сунь Цзянань, не могли не задаться вопросом, что происходит в его голове. Это было прекрасно, что он нашел замену, но приводить его на встречу с оригиналом... Что не так с мозгами Линь И?

Линь И чопорно кивнул и сказал: "Я немного выпил, поэтому попросил его приехать и отвезти".

Сюэ Лин издал звук признания и прошептал под нос: "О, он просто назначенный водитель... для чего он вел себя так, будто он хозяин вечеринки?"

Сунь Цзянань находился рядом с ним, и когда он услышал сказанное, выражение его лица стало кислым.

Выражение лица Линь И тоже было не очень хорошим, он посмотрел на Сунь Цзянаня сложным взглядом и не стал с ним разговаривать. Он просто поднял бокал с вином и сказал: "Давай, я выпью с тобой еще".

Сюэ Лин поднял свой бокал и, не отвечая на его слова, повернулся лицом ко всем сидящим с ними людям и сказал: "Кто-нибудь еще может выпить? Давайте выпьем со мной!"

Несколько человек, которые ранее были несколько смущены, тут же налили вина и присоединились к ним.

Сунь Цзянань остался в стороне, его лицо было крайне уродливым. Он сжал кулак, желая отомстить Бай Юэ, но не мог. Линь И еще не отказался от Бай Юэ, и его положение не могло поколебать даже такого маленького художника, как он. Единственное, что он мог сделать, это терпеть!

Сюэ Лин  уже поговорил с этими людьми и рассказал им, что вернулся в Китай, чтобы закончить учебу, и ему нужно снять фильм, который получит награду. Он не хотел откладывать выпускной - это было бы слишком неловко.

Среди этой группы молодых людей были и студенты, и они не могли не рассмеяться, услышав жалобу Сюэ Лина, чувствуя, что расстояние между ними и вторым молодым мастером Баем не так велико, и что с этим человеком стоит познакомиться поближе.

Маленький лисенок прильнул к Сюэ Линю, беспокойно наматывая вокруг него круги. "Хозяин, не пей слишком много!"

Сюэ Лин был уже слегка навеселе. На самом деле, он был удивлен, что это тело может вместить столько алкоголя. Он воспользовался предлогом посещения туалета, чтобы попросить дворецкого прислать за ним водителя. Он назвал адрес бара и сказал, чтобы они позвонили ему, когда приедут.

Подстраховавшись, Сюэ Лин  не был так осторожен с выпивкой, когда возвращался обратно. В такой ситуации другие не приняли бы его, если бы он не выпил достаточно. Хотя он не считал нужным заботиться о том, что эти люди думают о нем, и не думал, что в будущем ему понадобится их помощь, все же было полезно иметь больше друзей и более широкие возможности. Изначально он выступал так хорошо, чтобы противопоставить себя Сунь Цзянаню. Он не должен был останавливаться на полпути только потому, что его цель был достигнута.

Сунь Цзянань был немного неспокоен. Линь И позвал его, но совершенно не собирался его развлекать и оставил сидеть в одиночестве. Это был первый раз, когда Линь И так холодно обращался с ним с тех пор, как они сошлись.

Он сжал кулаки и стиснул зубы, желая откусить кусок мяса от тела Бай Юэ.

Если бы не Бай Юэ! Такого бы никогда не случилось!

Сюэ Лин уже выпил достаточно, чтобы закружилась голова, на бледном лице появился румянец, светло-карие глаза слегка увлажнились, и многие при виде его оцепенели, считая, что Второй Молодой Господин Бай очень хорош собой.

Линь И немного беспокоился за него и забрал его бокал, положив руку ему на плечо. "Маленький Юэ? Маленький Юэ, ты все еще в порядке?"

С другой стороны кто-то окликнул и поддразнил: "Второй молодой господин Бай пьян, но его пригласили вы, президент Линь. Разве не вы должны отвечать за его возвращение?!"

"Что за суета? Разве вы не видите человека президента Линя, сидящего в стороне?"

"Разве это не назначенный водитель? Иди и отправь второго молодого господина Бая обратно. Нам еще предстоит вечеринка, а второй молодой господин так хорош собой, что мы не можем быть уверены, что ничего не случится!"

Человек, который позвал, увидел Линь И, подпирающего Бай Юэ, как раз в тот момент, когда его голос упал. "Он пьян. Сначала я его отнесу".

И так, группа возобновил свое бурное веселье.

Сунь Цзянань стиснул зубы так сильно, что они вот-вот треснут, его взгляд устремился на Сюэ Лина, словно желая убить его.

Сюэ Лин выпил много вина, и от его тела исходил аромат алкоголя, пахнущий особенно приятно. Линь И дернул носом и потянулся к талии, но обнаружил, что его руку оттолкнул кто-то другой.

Он поднял голову и встретился взглядом с глазами, в глубине которых зарождался сильный шторм. Линь И подсознательно опустил руку, поддерживающую Сюэ Лина, и мог только смотреть, как человек с непостижимым, но недовольным выражением лица тянет Сюэ Лина к себе.

В комнате, которая только что был наполнена оживленным весельем, внезапно наступила тишина, так как многие люди замолчали. Это произошло не по какой-либо другой причине, а потому, что аура этого человека был слишком сильной. Все его тело и поза словно кричали:

"Не провоцируйте меня, я в очень плохом настроении", и все неосознанно затаили дыхание, не решаясь заговорить.

Линь И с некоторым сожалением потирал кончики пальцев, не желая отпускать добычу. Он прищурился, а затем сказал: "Президент Бай?"

Бай Хао не ответил ему и лишь холодно посмотрел на него, прежде чем открыть рот:

"Я пришел забрать его".

Линь И кивнул: "Теперь, когда президент Бай пришел забрать Сяо Юэ, я чувствую облегчение. Я беспокоился, что он слишком пьян и не знает, как вернуться домой".

"Президенту Линю не нужно беспокоиться о таких вещах. Вам достаточно позаботиться о себе и своих людях".

Не секрет, что Бай Хао не любил подобные мероприятия, поэтому многие знали, почему он выглядел таким недовольным. Они могли только с сожалением смотреть на Сюэ Лина, которого держали рядом с ним, и молиться, чтобы у второго молодого господина Бая были относительно хорошие отношения со старшим братом. В противном случае, он бы точно получил нагоняй.

Только после того, как его поддерживали на протяжении всего пути из бара, Сюэ Лин,  наконец, поднял голову, обменявшись взглядом с холодными глазами Бай Хао. Он виновато улыбнулся, выглядя немного жалко и мило одновременно.

Он был действительно пьян, но не настолько, чтобы не иметь возможности ходить. Он притворился пьяным только для того, чтобы позлить Сунь Цзянаня и в угоду Линь И. К счастью, Бай Хао подоспел вовремя и не дал Линь И воспользоваться им. Иначе к моменту окончательного расчета обе руки Линь И были бы отрублены.

Линь И был удивлен, что именно Бай Хао приехал за ним и даже зашел в бар, чтобы разыскать его. Он не думал, что его отношения со старшим братом были настолько хорошими.

"Ты закончил притворяться?"

Закинув мужчину на заднее сиденье, Бай Хао тоже сел и дал знак водителю ехать.

Сюэ Лин сменил позу и лениво улегся на сиденье, радостно смеясь, когда благодарил его.

"Старший брат, спасибо, что спас меня от этого моря страданий".

"В будущем меньше участвуй в подобных мероприятиях. Все они - глупые дети, которым нечем заняться целыми днями. Нет никакой пользы в том, чтобы заводить с ними дружбу".

Сюэ Лин знал, что он не будет ценить эти контакты. Ведь те, кто общался с Бай Хао, были старейшинами или старшими братьями, которые обладали реальной властью. По сравнению с ними, эти молодые бездельники не имели большого значения. Сюэ Лин тоже не особо присматривался к ним, поэтому он кивнул и согласился:

"Хорошо, я буду слушать старшего брата".

Сказав это, он нашел удобное место и лег спать - он действительно был пьян, и у него немного кружилась голова.

Бай Хао долго ждал следующего предложения и, наконец, повернув голову, увидел, что Бай Юэ уже заснул. Его глаза были закрыты, ресницы слегка подрагивали, а маленький рот то открывался, то закрывался, следуя за дыханием. Если бы запах алкоголя не витал вокруг его тела, он был бы поистине прекрасен.

Но запах алкоголя почему-то не казался отвратительным.

Бай Хао уставился на спящего брата, слегка завороженным взглядом.

Глава 28 - Господин, не могли бы вы быть более бессовестным?

Было уже за полночь, и Бай Хао и сам не понимал, почему он договорился с дворецким поехать с водителем и забрать своего младшего брата, который только что вернулся домой из-за границы, и уже на следующий день отправился на пьяную вечеринку.

Он просто знал, что у него было плохое настроение, когда он вернулся домой и не увидел своего младшего брата. Его настроение только ухудшилось, когда он узнал, что искомый человек отправился в бар, чтобы повеселиться с этой разношерстной бандой. Чтобы не скулить от злости, он решительно направился в бар и забрал Бай Юэ у этих грязных людей.

Не спрашивайте, почему молодой мастер Бай сразу понял, что у Линь И грязные мысли. По его мнению, все в баре, кроме его младшего брата, были грязными людьми, а тот, кто хотел подкатить к его брату, был полнейшим придурком.

Бай Юэ заснул, как только сел в машину; Бай Хао не мог понять, на что он сам злится, и не мог выйти из себя, сорвавшись на спящего человека. Чем больше он подавлял свои эмоции, тем более гнетущей становилась его аура. Водитель потел на протяжении всей поездки, испытывая некоторую жалость к маленькому молодому господину - он только что вернулся, а уже такой; он будет приговорен молодым господином к смерти.

Сюэ Лин крепко спал и не хотел просыпаться, когда прибыл на виллу семьи Бай. Бай Хао потряс его, пытаясь разбудить, чтобы он вышел из машины, но тот лишь растерянно посмотрел на старшего брата и обхватил его шею руками. Этот жест явно указывал на то, что он хочет, чтобы тот отнес его в дом.

Бай Хао застыл на месте, но после секундного замешательства его охватила радость. Он пристально посмотрел на водителя, а затем обнял Сюэ Лина и осторожно вынес его наружу.

Маленькая белая лисица, она же система, скрипела зубами и раздувала шерсть, желая напугать человека, но это было бесполезно: Бай Хао не мог ее видеть. И по какой-то непонятной причине система чувствовала себя очень неуютно, когда приближалась к нему, ее лапки и даже кожа головы немели. Казалось, что где-то что-то не так.

Дворецкий включил свет для двух молодых господ и с удивлением увидел, что пьяного младшего молодого господина Бая принес старший молодой господин Бай. Но затем он почувствовал огромное удовлетворение.

Из-за наследника семьи Бай, другому ребенку семьи Бай не разрешалось воспитываться на вилле после определения наследника. Именно поэтому Бай Юэ был отправлен за границу.

Из-за этого отношения семьи Бай с побочной ветвью рода были очень слабыми, и скорее всего, когда младший молодой мастер вырос, он вряд ли захотел бы быть ближе к старшему брату. Также трудно было поверить, что Бай Хао сумел так быстро принять своего младшего брата, учитывая его холодный характер.

Сюэ Лина отнесли наверх, но Бай Хао не был опытен в таких делах, поэтому процесс был немного неровным. Из-за этого спящий был весьма недоволен, его лоб нахмурился.

Бай Хао положил Сюэ Лина на кровать, но потом почувствовал, что это немного хлопотно - он не мог позволить ему спать, покрытому запахом алкоголя. Подумав немного, он взял из ванной полотенце, смочил его теплой водой и вытер лицо.

Сюэ Лин недовольно крутил головой, раздраженный всеми этими процедурами. Было непонятно, проснулся он или нет, но он сердито пробурчал: "Коул! Что ты делаешь?"

Рука Бай Хао замерла, а мягкое выражение, которое было на его лице, быстро потемнело.

Сюэ Лин, казалось, понял, что что-то не так, и, прищурившись, посмотрел на Бай Хао. Его лицо постепенно менялось, и он, казалось, окончательно проснулся, потянулся и нажал на висок, осторожно позвав Бай Хао: "Старший брат".

Бай Хао теперь чувствовал, что называться старшим братом больше неприятно.

Сюэ Лин повернул голову, чтобы осмотреться, и, кажется, удивился, когда понял, где находится. "Старший брат принес меня наверх?"

Бай Хао кивнул и протянул ему горячее полотенце. "Вытри лицо и прими ванну. Я попросил дворецкого принести тебе отрезвляющий тоник. В следующий раз не пей так много".

Сюэ Лин послушно кивнул, вытер лицо и поднялся с кровати. Посмотрев на Бай Хао, он озадаченно спросил: "Разве старший брат не должен вернуться и поспать?".

Бай Хао разозлился еще больше, видя, что тот даже не собирался его благодарить, но почему-то был обеспокоен тем, что его младший брат сейчас проболтался. Он задумался на мгновение, но не мог не спросить: " Коул - это друг Со Юэ из-за границы?"

Лицо Сюэ Лина на мгновение стало немного неестественным, но вскоре он скрыл это. Он покачал головой и сказал: "Нет".

Бай Хао видел, что выражение его лица было нехорошим, и было ясно, что он не хочет отвечать. Его сердце заныло, когда он повернулся, чтобы уйти.

"Я пойду спать. Не забудь выпить отрезвляющий тоник перед сном, иначе завтра ты будешь чувствовать себя ужасно".

Сюэ Лин согласился, и когда закрыл за Бай Хао дверь, его лицо стало уродливым, он сердито бросил полотенце на кровать.

Система чуть не попала под полотенце, и ее белый мех вздыбился. "Хозяин, что ты делаешь!"

Сюэ Лин был полон гнева, но он не знал, злится ли он на себя или на что-то другое. Полностью игнорируя систему, он развернулся и пошел в ванную.

Система поморгала. Она действительно не понимала, что за безумие овладело ее хозяином, и могла только молиться, чтобы он не швырнул ее куда-нибудь после того, как выйдет. Она нашла место, которое не попадало в поле его зрения, и свернулась в клубок.

В ванной комнате текла вода. Бай Хао был достаточно любезен, чтобы начать наполнять ванну, когда он пришел раньше, но Сюэ Лин не стал заходить в нее. Вместо этого он сначала включил душ и обрызгал голову холодной водой, чтобы успокоиться. Он поджал губы, нахмурился и повернул голову, чтобы посмотреть на себя в зеркало напротив. Там снова было другое лицо.

Сюэ Лин был несчастен.

Если бы человек оставался с тобой долгое время, всячески заботился о тебе, до такой степени, что казалось, будто он хочет подарить тебе весь мир, и не желал бы видеть, как ты изо дня в день на протяжении десятилетий терпишь хоть малейшую обиду... разве есть человек, чье сердце не было бы тронуто?

Но он постоянно застревал в собственных мыслях, а Коул никогда не говорил ему о том, что думает на самом деле, поэтому Сюэ Лин сохранял решимость и упрямо сдерживался. В результате они оба так ничего и не сказали и покинули этот мир, продолжая сожалеть о содеянном.

Сюэ Лин призвал систему начать третий мир без отдыха именно потому, что не хотел думать о вещах, связанных с Коулом. Он хотел найти что-то, требующее размышлений, чтобы отвлечься, чтобы у него не было лишнего времени на размышления о таких сложных вещах, как чувства и отношения.

Он не был человеком этих миров, и поэтому ему всегда казалось, что он не должен ностальгировать по людям и вещам, с которыми он здесь сталкивался. Но в итоге даже он чувствовал себя немного нелепо - он знал, чье сердце в итоге было разбито его твердым решением.

Сюэ Лин опустился в ванну, и перед ним предстало лицо Коула, покидающего этот мир.

Он был уже стар, но годы не портили его внешности - даже в старости он был достаточно красив, чтобы заставлять сердца молодых женщин биться быстрее.

Он сидел рядом с Сюэ Лином и тихонько держал его за руку. Когда Сюэ Лин сказал ему, что уходит, Коул просто кивнул и попросил подождать его. Больше он ничего не сказал. Сюэ Лину очень хотелось спросить его о том, что он на самом деле о нем думает, но в итоге он промолчал.

Им уже удалось провести всю жизнь, не выясняя своих чувств, и не было причин менять это сейчас. Сюэ Лин закрыл глаза и окончательно покинул тот мир. Поэтому он не знал, что после его ухода мужчина наклонился и нежно поцеловал его в губы, словно пытаясь понять, что он будет чувствовать.

Он казался несколько растерянным, но в его золотых глазах не было и намека на стариковскую мутность, а его дух не был похож на дух умирающего старика.

Затем он взял Сюэ Лина за руку, закрыл глаза и последовал за ним, чтобы покинуть этот мир.

Сюэ Лин выскочил из ванны, натянул халат, удобно висевший на одной стороне, и, не обращая внимания на то, что он весь мокрый, выскочил из ванной и сразу же вытащил систему из укрытия.

Лисичка растерялась и испугалась до полусмерти. Ее глаза широко раскрылись, и она закричал: "Хозяин! В чем дело?"

Лицо Сюэ Лина было серьезным: "Если у меня есть кто-то, кто мне нравится, могу ли я забрать его с собой из этого мира?"

Маленький лис на мгновение был ошеломлен, и в его темных глазах на мгновение появилось замешательство. Он быстро пришел в себя, хотя выражение его лица было немного странным, когда он спросил: "Что имеет в виду хозяин?"

"Если мне нравится человек, могу ли я взять его с собой через миры?!"

Лицо системы стало очень странным. Она посмотрела на своего несколько взволнованного хозяина и покачала головой. "Вероятность не очень велика. Но я могу попытаться сделать это для вас".

Сюэ Лин облегченно вздохнул, похоже, приняв важное решение, а затем повернулся и пошел обратно в ванну.

Система продолжала стоять на месте, совершенно запутавшись. Что только что произошло? На мгновение показалось, что его тело вышло из-под контроля.

Вернувшись в комнату, Бай Хао вызвал своего помощника. К счастью, его помощник был в некотором роде ночной совой и в это время еще не спал, поэтому смог ответить на звонок без всякого замешательства.

"Займись расследованием событий, произошедших с Бай Юэ за границей. Я хочу знать обо всех, кто был рядом с ним, как складывались их отношения, как он проводил свои дни, его хобби и так далее".

Это был не первый раз, когда помощник был призван помочь боссу расследовать дела людей, но это был первый раз, когда босс хотел получить информацию о человеке так подробно и с таким количеством критериев. Он был несколько удивлен, думая, что "старое дерево", которым был босс, наконец-то начало "цвести" и проявлять интерес к любви, но когда он успокоился, то понял... разве Бай Юэ - не имя второго молодого господина семьи Бай?

Почему босс хотел расследовать дело его младшего брата...

Бай Хао положил трубку, гнев в его сердце, наконец, немного утих. Он и сам не мог понять, из-за чего расстроился, так же как не знал, почему не может сохранять обычное спокойствие и отстраненность рядом с младшим братом.

Как будто его с самого начала тянуло к Бай Юэ, и, увидев его, он хотел относиться к нему хорошо. Не было ни причины, ни повода - казалось, это было чистое внушение, идущее из глубины души. Он просто хотел, чтобы тот жил в комфорте, хотел, чтобы он был доволен, и хотел быть уверенным, что тот никогда не будет страдать от обид.

Бай Хао нахмурился, чувствуя, что все кажется неправильным, но он не мог определить, что именно не так с его головой. В итоге ему оставалось только принять ванну и лечь спать.

На следующий день Сюэ Лин проснулся поздновато. Спустившись вниз, чтобы позавтракать, он узнал, что Бай Хао уже давно ушел на работу, а старик еще не вернулся с утренней зарядки.

Вещи, которые он вчера купил в торговом центре, уже привезли в тот же день, но поскольку его не было дома, дворецкий не решился их распаковать.

Сюэ Лин выбрал комплект одежды и надел его, после чего попросил дворецкого отнести остальное наверх, в его комнату.

Маленький молодой господин, принарядившийся и без тени похмелья, привлек внимание большинства людей на вилле, как только он появился. Когда старый хозяин вернулся, он также похвалил его, сказав, что это действительно его внук; даже его внешность была необыкновенной.

Черты лица Сюэ Лина радовали глаз, а его смех был особенно прекрасен. Все служанки на вилле умилялись, глядя на него, и перед ним ставили множество вкусных закусок.

Пообедав, Сюэ Лин был готов пойти и найти агента, чтобы подписать свой собственный контракт. Он четко понимал, что сначала ему нужно заключить контракт, чтобы получить деньги на съемки фильма. После того как он сообщил об этом дворецкому и немного поговорил со стариком, его наконец-то выпустили из виллы, и он смог вздохнуть с облегчением.

Система взволнованно забралась к нему на плечо. "Как хозяин собирается искать агента?"

Хотя это была система из футуристического мира, она казалась очень заинтересованной и увлеченной индустрией развлечений. Сюэ Лин выбрал машину в гараже, сел на водительское место, посмотрел на систему и сказал: "Если бы я знал, где искать, какой бы смысл был в твоем присутствии?"

Система на мгновение смутилась и молча провела небольшое исследование, прежде чем спросить Сюэ Лина: "Какой агент нужен хозяину?"

"Крутой, но не слишком властный" - Сюэ Лин завел машину.

Система загадочно молчала. Она действительно хотела спросить хозяина, не хочет ли он поискать сам! Может ли он быть еще более неразумным и бесстыдным?

Сюэ Лин слегка нахмурился и доказал, что он действительно может быть более неразумным и бесстыдным, добавив:

"Было бы хорошо, если бы у него тоже были хорошие ресурсы под рукой, и он был готов направить их на меня".

Система саркастически рассмеялась, действительно желая проигнорировать своего выпавшего из реальности хозяина.

Глава 29 - Способный так открыто и честно войти через заднюю дверь

«Вы должны подписать контракт с White Light Entertainment из-за пари с вашим старшим братом, поэтому я искала кандидатов только из White Light».

Система не захотела беспокоиться о подколках хозяина, которому нечем было заняться, кроме как дразнить ее, и вместо этого начала широкомасштабный поиск информации.

«В White Light девять старших менеджеров. Кроме трех, у которых уже подписаны суперзвезды, и у них не будет времени обращать на вас внимание, двух, которые больше склонны управлять женщинами-артистами, и одного, который полагается на теневой бизнес для получения ресурсов, осталось три, из которых вы можете выбрать».

Сюэ Лин лениво подтвердила его слова.

«За исключением одного из них, который увез кого-то за границу и не находится в городе, в White Light есть только два внушающих интерес агента, которые имеют право подписывать людей на контракт серебряного уровня или выше без необходимости согласования с высшим руководством».

«Кто?»

«Ци Жуйши и Цзинь Цзижэнь».

Система предоставила данные этих двух людей по отдельности и дала Сюэ Лину краткий анализ.

«Ци Жуйши - известная женщина-агент, без плохих записей и с хорошими способностями. Раньше у нее под началом была группа, но после того, как они стали популярными, все больше и больше из них хотели летать в одиночку. Похоже, она заинтересована в том, чтобы найти нового человека, который возьмет ее под свое крыло, но не хочет брать еще одну группу. У Цзинь Цзижэня есть два артиста, мужчина и женщина. Если хозяин хочет стать актером, твои актерские способности определенно выше их, но нет необходимости подавлять их, поскольку ты не можешь ожидать, что агент будет заботиться исключительно о тебе - ты не международная суперзвезда.»

Сюэ Лин следовал GPS-навигации и уже был в черте города. Его глаза вспыхнули, когда он услышал слова системы, и он легкомысленно сказал: «Я стану, рано или поздно».

Система не стала спорить с ним по этому поводу. Она продолжила поиск и спросила: «Ты решил, кого выбрать? Ци Жуйши в штаб-квартире «Белого Света», а Цзинь Цзижэнь на съемках. Ты можешь пойти и посмотреть, сможешь ли ты взять на себя эту роль, пока ты там».

Сюэ Лин молча указал направление к штаб-квартире Белого Света. «Пойдем с Ци Жуйши. Я не хочу, чтобы мой агент отвечал за двух других людей в дополнение к моим делам. Это было бы странно и оскорбительно».

Система уже угадала его мысли и беззвучно произнесла молитву за Ци Жуйши. Она поняла намерения Сюэ Лина - он хотел не только найти посредника для управления своей актерской карьерой, но и найти человека, который знал все о круге развлечений. Она не только помогала бы ему решать другие пустяковые вопросы, пока он продюсировал фильмы и снимался в кино, но и имела широкий круг контактов и могла легко помочь ему найти актеров.

Агенты были хорошо знакомы с этими процессами, поэтому лучше всего было бы найти такого человека.

Бай Хао был большим начальником и мог сделать все намного проще. Но если Сюэ Лин хотел добиться успеха, он должен был сам все организовать.

Сюэ Лин уже сделал свой выбор, а система предпочла промолчать. Она чувствовала, что ее хозяин ведет себя странно с самого утра, и было бы лучше, если бы она пока не провоцировала хозяина.

Здание White Light Entertainment находилось во внутреннем кольце города. Так как компания White Light Entertainment рано стала известной и имела богатую историю, это была их территория с давних времен. После того как Бай Хао стал президентом, он перестроил здание компании и надстроил много этажей.

Территория вокруг здания также принадлежала им и была превращена в парк. Такие расточительные действия в районе, где дюймы земли можно было измерить на вес золота, вызывали у людей чувство беспомощной зависти. В конце концов, семья Бай преуспевала в других отраслях и не полагалась только на успех Белого Света.

Для того чтобы свободно войти, необходимо было пройти идентификацию. У Бай Юэ пропуска не было, но у Сюэ Лина была система, и войти в парк было несложно. Согласно системе, офис Ци Жуйши находился в главном здании, и для входа туда требовалась предварительная запись. Сюэ Лин не чувствовал за собой никакой вины, так как заставил систему насильно изменить записи о приеме и добавить свои данные.

Он назвал свое имя на стойке регистрации и был отправлен прямо к лифту. Никто в нем не сомневался. В конце концов, с таким лицом, как у него, существовала большая вероятность того, что он окажется новым артистом. Хотя сотрудники «Белого света» никогда не судили людей по внешнему виду - если была назначена встреча или логическая причина, они относились ко всем одинаково.

Только такая компания могла продержаться в индустрии столько лет и процветать.

В настоящее время в индустрии развлечений было много драконов и змей. Было много компаний, как больших, так и маленьких, а также много мошенников, и каждый должен был сам решать, настоящие они или поддельные. Если уж говорить о рейтинге, то если White Light Еntertainment претендовала на второе место, никто не посмел бы претендовать на первое.

Это было старое и устоявшееся предприятие, и система компании была зрелой. Под ее эгидой были подписаны контракты с многочисленными суперзвездами и артистами, и ее способность создавать звезд была очень сильной. Подписание контракта с ними не гарантировало успеха, но, по крайней мере, возможности появлялись, если только человек прилагал усилия.

Другой компанией, которую можно считать хорошей, была «Цинжань», подписавшая контракт с Сунь Цзянанем. Ее нельзя было назвать новым брендом, она имела хорошую репутацию в индустрии, а ее артисты также добились больших успехов. Согласно оригинальной истории, эта компания в конечном итоге должна была превзойти White Light Entertainment и превзойти их во всех отношениях, потому что они взяли мега-суперзвезду - главного героя «шоу».

У Сюэ Лина не было времени беспокоиться о конкурентах компании его семьи. Он попросил секретаря подтвердить его встречу с агентом Ци, а затем, следуя за секретарем, подошел к двери офиса Ци Жуйши.

Группа артистов, которой первоначально руководила Ци Жуйши, практически распалась, и она нашла другого агента, чтобы взять на себя то, что осталось. Сейчас она искала двух новых артистов, которых можно было бы взять на работу. Хотя она была старшим менеджером, ей было бы трудно выполнять свою работу, если бы у нее не было артиста, подписанного на ее имя.

Как раз в тот момент, когда она думала о том, что последние новички компании не принесли ничего особенного, секретарь постучал в ее дверь.

Ци Жуйши очень организованно подходила к своей ежедневной работе. Она проверила расписание на сегодня, и на это время не было назначено никакой встречи. Зачем секретарю понадобилось искать ее?

Она встала, чтобы впустить секретаря, и повернулась, чтобы налить себе чашку воды. Оглянувшись, она увидела молодого человека, который улыбался ей.

Она рассеянно махнула рукой, чтобы секретарь уходил. Только когда дверь закрылась, она словно ожила и глупо спросила: «А вы кто?»

Сюэ Лин скривил губы, его глаза словно подернулись дымкой. Как только ее взгляд встретился с его глазами, она почувствовала, что попала в водоворот. Ци Жуйши насторожилась и заставила себя не смотреть ему в глаза. Но когда она снова окинула его взглядом, то обнаружила, что его глаза были ровными и спокойными, лишенными чего-либо, кроме веселья.

Ци Жуйши нахмурилась.

«Здравствуйте, меня зовут Бай Юэ».

Сюэ Лин протянул руку, выглядя очень искренним, когда объяснял, как написать свое имя.

«Я здесь сегодня, чтобы обсудить с вами подписание контракта».

«Подписать контракт?»

«А?»

Сюэ Лин удивился:

«Разве не сестра Ци дала мне вчера на улице свою визитную карточку и попросила прийти и подписать с вами контракт сегодня?»

Он улыбался, и то, что он говорил, казалось особенно правдоподобным.

«Вы сказали, что у меня есть актерский талант, и я особенно подхожу на роль актера».

Ци Жуйши немного сомневалась. До сегодняшнего дня она никогда не видела этого человека перед собой, но когда она подняла голову, чтобы внимательно изучить лицо Сюэ Лина, его глаза слегка мерцали, и она кивнула.

«Подумай об этом хорошенько. У меня сейчас нет никого другого в моем портфолио. Если я возьму тебя, то, скорее всего, поручу тебе много дел».

Только что Сюэ Лин придумал историю о том, как вчера Ци Жуйши встретила его на дороге и хотела подписать с ним контракт. Лисы не были редкостью в человеческой культуре, и истории о том, что они были лисьими духами или соблазнительницами, были более или менее связаны с их чрезвычайно высокими чарующими и околдовывающими способностями.

После первых двух миров душа Сюэ Лина стала намного стабильнее, и использование таких маленьких магических трюков больше не было проблемой. Именно поэтому он был готов заключить серьезное пари с Бай Хао - он был абсолютно уверен, что сможет заставить White Light Entertainment подписать с ним контракт.

Система могла только держать свой пушистый хвост между лап и кусать его, чувствуя, что ее хозяин обманывает.

Но Сюэ Лин не мог слышать ее мысли, и, скорее всего, сделал бы вид, что не слышал, даже если бы мог.

«Я - режиссер».

Сюэ Лин медленно объяснял свою личность, постепенно усиливая свою власть над Ци Жуйши с помощью гипноза. Он сделал ее менее бдительной по отношению к себе и более восприимчивой к его словам.

«Итак, я не могу тратить все свои силы на актерство. Я могу следовать расписанию, которое вы для меня составите, но мы должны согласовать его заранее».

Ци Жуйши нахмурилась и, казалось, подумала, что для новичка это слишком большая просьба, но в итоге под гипнозом Сюэ Лина лишь поджала губы и кивнула.

«Хорошо. В делах, связанных с работой, должно быть взаимное уважение».

Сюэ Лин удовлетворенно улыбнулся и посмотрел, как она достает контракт. Возможно, потому что она была околдована, контракт, который принесла Ци Жуйши, был серебряным контрактом, который не могли получить новички.

Сюэ Лин был немного недоволен, но он знал, что не может зайти слишком далеко, иначе ему придется потратить некоторое время, чтобы объяснить это Бай Хао.

Его гипноз и внушения были наиболее эффективны, когда другая сторона не была знакома с ним. Это давало другой стороне ощущение, что они встречаются не в первый раз, и что их первая встреча должна была быть очень удивительной. Чем более позитивно человек относился к Сюэ Лину, тем охотнее он следовал его словам.

Бай Хао явно не относился к таким людям. Он очень хорошо относился к Сюэ Лину даже без всяких внешних факторов.

Подписав контракт, Сюэ Лин взял его с собой и спустился вниз. Поскольку он уже совершил поездку, он мог бы рассказать об этом Бай Хао сейчас, чтобы быстрее найти средства. Поэтому он с радостью взял контракт с собой и отправился искать Бай Хао, но не знал, на каком этаже находится его офис.

Сюэ Лин молча подошел к стойке регистрации, чтобы узнать, на каком этаже находится кабинет президента. Как раз когда он собирался попросить систему записать его на прием, он услышал голос Бай Хао. «Юэ-Юэ?»

Сюэ Лин вздрогнул. Хотя он не считал, что его следует называть таким прозвищем, он все же повернул голову и удивленно посмотрел на Бай Хао. Тот невинно моргнул.

«Старший брат, какое совпадение...»

Бай Хао подошел и взял его за руку. «Ты пришел в компанию, чтобы найти меня?»

Человек за стойкой регистрации был поражен. Он только хотел сказать, что к президенту нельзя попасть без предварительной записи, но президент уже сам потянул юношу к себе.

Небеса, почему президент, который всегда выбирал путь «недоступного и холодного», улыбался?

Сюэ Лин поднял руку, в которой все еще держал контракт, с таким видом, будто хотел похвастаться, и сказал: «Я пришел подписать контракт с компанией».

Бай Хао сделал паузу и вспомнил о пари, которое они заключили. Он с некоторым весельем смотрел на них, пока вел их к президентскому лифту. «О? Какой контракт ты подписал?»

Шаги Сюэ Лина замешкались, и он выглядел немного недовольным. «Только серебро...»

Хотя Бай Хао по тону его голоса понял, что он выиграл пари, он не ожидал, что его младший брат будет достаточно силен, чтобы получить контракт серебряного класса.

«Под кем ты подписался?»

Он не стал спрашивать о том, как Бай Юэ получил контракт, так как пари было для него способом поддразнить брата, а относиться к этому слишком серьезно было не в его стиле. В конце концов, это было то, что он уже обещал сделать.

«Ци Жуйши».

Бай Хао кивнул, нажал кнопку на лифте и вызвал помощника.

«Пусть Ци Жуйши придет ко мне в офис с контрактом алмазного уровня. Да, я хочу, чтобы она подписала контракт с кое с кем».

Положив трубку, он погладил Сюэ Лина по голове.

«Теперь, когда ты выиграл пари, согласно нашему соглашению, старший брат подготовит для тебя все самое лучшее. Мы изменим уровень контракта на алмазный, и организуем команду, которая поможет тебе с производством».

Сюэ Лин не ожидал, что он окажется настолько эффективным, и все еще был в замешательстве, пока его тянули к кабинету президента. Только когда они вышли из лифта, он пришел в себя - он явно не околдовал Бай Хао; может быть, у этого человека комплекс брата?

Видя, что тот молчит всю дорогу, а на его лице написано замешательство, Бай Хао помахал рукой перед его лицом, пытаясь привлечь его внимание. «Юэ-Юэ?»

Сюэ Лин моргнул: «Ты зовешь меня?»

Бай Хао кивнул и сказал:

«Я слышал, как они называли тебя Сяо Юэ прошлой ночью».

Без слов было сказано: «Я хочу называть тебя более интимным прозвищем, чем то, которое используют другие».

Сюэ Лин бросил на Бай Хао несколько недоверчивый взгляд. Он в очередной раз посетовал, что неудивительно, что первоначальное тело прожило такую трагическую жизнь - он так глупо проигнорировал свой золотой билет в лучшую жизнь.

На самом деле Бай Хао вел себя так непринужденно, потому что у него было отличное настроение. Если бы не то, что сегодня утром его секретарь показал ему все межличностные отношения Бай Юэ и основные события за годы его обучения за границей, благодаря чему он узнал, что его брат никогда не заводил случайных друзей, не имел романтических или физических отношений ни с мужчинами, ни с женщинами.

Если бы у него действительно был друг по имени Коул, Бай Хао, возможно, до сих пор пребывал бы в черном раздражении. Сейчас его настроение полностью отличалось от вчерашнего подавленного до смерти состояния. Помимо радости, он, естественно, был более близок с Сюэ Лином.

Сюэ Лин понятия не имел, какие завихрения происходят в мозгу собеседника. Поскольку он уже был воспитан, он, естественно, сел на диван в кабинете мужчины. Затем он наблюдал, как пустой и смущенный Ци Жуйши подошел и положил перед ним новый контракт.

Для начала Бай Хао сказал:

«Это мой брат, второй молодой господин семьи Бай. Подпишите с ним контракт алмазного уровня - тот, что вы подписали раньше, можно считать прикрытием. В будущем ты будешь отвечать за его развитие. Режиссура - его основная работа. Сейчас ему нужно снять фильм для выпускного, и, вероятно, ему понадобится помощь во многих аспектах. Я попрошу руководителя группы связаться с вами».

Ци Жуйши: «???»

Она понимала все эти слова по отдельности. Почему же, когда они были связаны вместе, все было так запутано?

Второй молодой господин тоже был великим человеком, раз смог так открыто и честно пройти через заднюю дверь.

Глава 30 - Гордый сын Неба всегда был ненавистен другим

Благодаря помощи Бай Хао, Сюэ Лину все меньше приходилось делать самому. Он нашел много последних фильмов и несколько фильмов, получивших награды на отечественных кинофестивалях, и каждый день смотрел их дома, пока работал над собственным сценарием.

Хотя он уже много чем занимался и даже пробовал себя в роли актера, съемки фильма были для него первыми. От первоначального владельца осталось много воспоминаний, таких как создание сценариев и другие полезные знания, и система также многое подготовила для него, но Сюэ Лин все еще был очень серьезно настроен на обучение.

Он собирался прожить всю жизнь в этом мире как Бай Юэ. Он не мог просто снять два фильма, а потом уйти на покой. Было бы плохо, если бы он стал известен как человек, который смог сделать только одну hot-work*. Кроме того, ему было интересно снимать фильмы, и он мог воспользоваться этой возможностью, чтобы научиться этому как следует.

* hot-work – горячая работа, бестселлер, блокбастер.

Система даже не подозревала, что у ее хозяина такие разнообразные интересы и увлечения, и могла только вздыхать, удивляясь его энергии.

Сюэ Лин рассмеялся, услышав мысли системы. "Я уже говорил это раньше - я демон-лис, который культивировался тысячи лет. Неужели ты думаешь, что все эти годы я провел в пещере, занимаясь только культивированием?"

"А разве нет?" Система в настоящее время выглядела как лиса, и поэтому она была очень заинтересована в этом виде живых существ.

Сюэ Лин покачал головой.

"Бессмысленно иметь более высокий уровень культивирования без правильного настроя. Я редко заставляю себя заниматься культивированием. Сейчас мне не хватает практического опыта. Опыт, полученный в этих мирах, полезен и может рассматриваться как форма закалки, чтобы я мог пережить испытания после того, как восстановлю свои хвосты".

Сюэ Лин снова немного погрустнел, думая о верховном плане.

С древних времен и по сей день путь культивации демонов всегда был намного сложнее, чем путь людей, и даже в будущем против них всегда будут работать человеческие кланы и секты. Даже Дао Небес не относилось к ним по-доброму - каждый раз, когда ему приходилось сталкиваться с Бедствием повышения уровня, это всегда была Великая Небесная Трибуляция девяноста девяти молний, причем молнии падали с неба так, как будто все это ничего не стоило, унося по меньшей мере половину жизни Сюэ Лина. Недовольство Сюэ Лина Дао Небес не было чем-то новым, но он ничего не мог с этим поделать, поэтому он особенно усердно старался перевернуть судьбы главных героев и изменить траекторию судьбы этих миров.

Любимый сын Бога и тому подобные вещи порой были весьма отвратительны.

Бай Хао нашел для Сюэ Лина продюсера, у которого была своя собственная команда, от съемок до освещения, камер и так далее, все было на месте. После того как Бай Хао представил их друг другу, Сюэ Лин принес сценарий и передал его продюсеру, тот прочитал его и назвал очень хорошим.

Если фильм будет снят хорошо, то о потере денег можно будет не беспокоиться. Бай Хао напрямую одобрил выделение средств, и весь фильм был профинансирован компанией White Light Entertainment. К счастью, фильм был литературно-художественным, и требуемые инвестиции были невелики.

В противном случае, независимо от того, был ли Сюэ Лин серьезным или просто снимал для развлечения, или даже от того, какие достижения он сможет получить, акционеры и директора были бы первыми, кто не согласился бы.

Даже если это был семейный бизнес, они не могли тратить так много просто так!

К счастью, молодой мастер Бай великодушно заявил, что он богат и готов тратить деньги свободно, и продюсер понял его отношение, поэтому производственная команда была хорошо подготовлена во всех отношениях.

Сюэ Лин каждый день погружалась в просмотр фильмов, изучала актерское мастерство и технику съемки, обсуждал сценарии с редакторами, обсуждал с продюсером места съемок и то, что нужно подготовить. Месяц прошел быстро, и большинство актеров уже были найдены, когда, наконец, появился человек, которого Сюэ Лин так долго ждал.

Согласно первоначальному сюжету, инвестором первого фильма должен был стать Линь И, а Бай Юэ должен был прийти к нему в поисках нужных ему людей, поэтому Сунь Цзянаню было легко устроить так, чтобы актер, который испортил репутацию его фильма в прошлой жизни, вошел в команду, просто шепнув что-то невнятное на заднем плане. Но эффект бабочки распространился необычайно широко, и все изменилось. Если Сунь Цзянань хотел использовать эту тактику, он мог только попросить Линь И прийти и найти Сюэ Лина, чтобы обсудить это лично.

Сюэ Лин ждал этого дня, поэтому он очень быстро согласился, когда Линь И попросил о встрече.

Как только он вышел из дома, на стол Бай Хао лег отчет о том, что Линь И просил встретиться с Бай Юэ. Президент Бай взглянул на него и не придал значения - его младший брат в последнее время замкнулся в себе, ему не мешало бы ненадолго выйти из дома.

Линь И был рад, что им удалось встретиться, и его сердце забилось быстрее, когда он увидел Сюэ Лин.

Сначала он заинтересовался Бай Юэ из-за его внешности. Но позже, после того, как они провели некоторое время вместе, он понял, что его характер ему тоже очень нравится. Особенно когда он был немного гордым, это часто заставляло сердце Линь И чесаться. Просто с Бай Юэ было не так-то просто сойтись, и чтобы не заставлять собеседника избегать его, Линь И мог лишь подыскать запасной вариант, чтобы утолить свое растущее желание.

Только... недавно он обнаружил, что, возможно, сделал что-то не так. Он не только не мог забыть Бай Юэ, но даже все больше и больше влюблялся в него. Но и Сунь Цзянань постепенно входил в его сердце, а их нечастые встречи заставляли его все больше и больше влюбляться в чувствительность и теплоту Сунь Цзянаня.

Но все плюсы Сунь Цзянаня были полностью забыты, как только Линь И увидел Сюэ Лина. Он не видел его уже месяц, а Бай Юэ казался еще более ослепительным, чем раньше. Независимо от того, шел он по улице или приветствовал других, каждое его движение было завораживающим и соблазнительным, но в то же время он держал людей на расстоянии. От этого у Линь И защемило сердце, и ему захотелось прижаться к нему.

Он казался холодным и безразличным к Линь И, но именно это безразличие вызывало у Линь И желание покорить его. Он посмотрел на Сюэ Лина необычайно горячими глазами, отчего Сюэ Лину захотелось их выцарапать на месте.

"Вы хотите представить актеров для моего фильма?"

Сюэ Лин смотрел на человека с горячими глазами, сидящего напротив него, пока тот медленно разрезал стейк на своей тарелке. Он нашел это немного забавным.

Линь И смотрел на него такими вожделеющими глазами, но при этом делал то, о чем его просил Сунь Цзянань, его любовник. Он вряд ли мог быть еще большим отбросом, чем был.

"Ну да, я слышал, что вы недавно искали людей. Я знаю несколько хороших актеров, которых могу порекомендовать вам".

Сюэ Лин скривил губы, отложил нож и вилку, налил себе бокал красного вина и медленно сказал:

"Это правда, я действительно хотел попросить вас о ком-то. В моем фильме два главных героя, и мне все еще нужен человек для роли".

"О?"

"В последнее время я посмотрел довольно много фильмов. Меня заинтересовал ваш шофер, которого вы позвали в прошлый раз, господин Сунь Цзянань".

Сюэ Лин пил из своего бокала, и от движения адамова яблока в его горле Линь И почувствовал жар. Он облизал губы кончиком языка и ждал продолжения.

"Он чем-то похож на меня и вполне подходит на эту роль. Я слышал, что у него хорошие актерские способности".

Линь И был удивлен, услышав имя Сунь из уст Бай Юэ, и на мгновение замешкался, но вскоре успокоился и сказал:

"Это правда, он актер, и его актерские способности очень хороши. Я могу поговорить с ним об этом, но я не знаю, захочет он этого или нет".

Сюэ Лин улыбнулась и посмотрела прямо на него, отчего у Линь И пересохло во рту.

"Это не имеет значения. Просто расскажите ему об этом, чтобы он знал. Я уже попросил человека связаться с ним. Не думаю, что кто-то откажется от хорошего сценария".

Линь И кивнул в знак согласия. "Ну, раз это твой фильм, значит, он должен быть хорошим".

Глаза Сюэ Лина сузились от удовлетворения, и он выглядел гордым. "Естественно".

Эта трапеза доставила удовольствие и гостю, и хозяину. Сюэ Лин выпил, ему было лень звать водителя, поэтому он поехал домой на машине Линь И. К счастью, он не пил много, поэтому у Линь И не было возможности воспользоваться им. На самом деле Линь И был очень рад, что смог подвезти его домой.

Уходя, он также спросил Сюэ Лина, нельзя ли им встретиться в следующий раз. Сюэ Лин сказал, что скоро начнутся съемки, и если Линь И будет свободен, то он может посетить съемочную площадку. От этого Линь И почувствовал как подкосились ноги, в его голове поселилась уверенность, что Бай Юэ подпускает его ближе, и он повернулся, чтобы уйти в приподнятом настроении. Он не заметил, что кто-то смотрит на него со второго этажа виллы Бай, глазами полными холода и отвращения.

Это заметил Сюэ Лин, который, проследив за уходом Линь И, задумчиво поднял голову и встретился с мягким взглядом, которым Бай Хао следил за ним.

Он послал Бай Хао улыбку, помахал рукой и вошел в дом.

Система, ютившаяся на его плече, посмотрела наверх, а затем взглянула на своего хозяина, недоумевая, что за странная атмосфера возникла между ними.

По замыслу Сунь Цзянаня, он сначала хотел устроить так, чтобы его друг, который его предал, вошел в фильм, а потом устроить скандал вокруг этого друга, чтобы убить фильм. Но после того как он прочитал сценарий и ему рассказали об условиях, поставленных людьми, которые вышли на связь, Сунь Цзянань понял, что если не случится ничего непредвиденного, фильм станет очень популярным.

Он также мог рассчитывать на то, что этот фильм получит приз. Он не слишком задумывался над тем, будет ли это выгодно другой стороне; он решил, что в любой момент сможет отомстить Баю, но ему потребуется больше личной силы, чтобы уверенно отбить Линь И у Бая Юэ.

Поэтому он присоединился к команде и узнал, что другим главным героем фильма будет Бай Юэ.

Это обрадовало его еще больше. Пока ему удавалось подавлять актерские способности Бай Юэ во время съемок, он мог считать, что уже отомстил. Хотя режиссером фильма был и другой участник, но если его актерские способности были не на высоте, что он мог сказать?

Комплекс брата Бай Хао недавно стал сильнее. Сначала он поручил кому-то расследовать прошлое Бай Юэ. Позже он забыл об этом, но помощник продолжал сообщать о передвижениях Бай Юэ. Так он полюбил наблюдать за тем, что делает его брат каждый день.

Это чувство, когда человек внимательно следит за чужой жизнью и все знает, было слишком приятным, и постепенно он не только не мог от него отказаться, но и становился все более серьезным.

Когда Бай Юэ был дома, он включал монитор видеонаблюдения. Даже если его брат просто сидел в гостиной и смотрел фильмы и спектакли каждый день, он все равно мог пялиться на него, словно дурак.

Естественно, Сюэ Лин знал, что за ним наблюдают, но он просто сетовал на то, что комплекс брата Бай Хао начал разгораться во всю ширь, и не обращал на него внимания.

В конце концов, это был его золотой билет, и обижаться на него в данный момент было нельзя.

Сценарий Сюэ Лина был написан оригинальным Бай Юэ - тем самым, который выиграл приз в своей предыдущей жизни. На этот раз Сюэ Лин соединил несколько сцен и многое изменил, тщательно доработав сценарий перед началом съемок. Выигрыш приза был неизбежен.

Это был его первый режиссерский опыт, и в некоторых местах он был не слишком искусен, но постепенно он начал использовать то, чему научился. Эффект был хорошим. Бай Хао расспросил нескольких помощников режиссера, исполнительных директоров и режиссеров, которых он помог найти, и обнаружил, что второй молодой мастер Бай снимает все лучше и лучше.

Независимо от того, снимал ли он сцены или играл в них сам, и то, и другое было сделано очень хорошо. Атмосфера во всей группе была отличной, и работа шла полным ходом.

Сунь Цзянань пытался подавить Сюэ Лина, когда они снимались вместе, но это было нелегко. Чем больше он терпел неудачу, тем больше росла его ненависть к Бай Юэ. Сюэ Лин знал, что Сунь Цзянань узколобый и ненавидит его настолько, что большую часть времени желает ему смерти, но при этом сохранял вокруг себя обычную холодность и безразличие.

Он говорил то, что нужно было сказать, злился, когда это требовалось, и все это ради фильма, но с точки зрения Сунь Цзянаня казалось, что Бай Юэ специально создает ему проблемы.

Сунь Цзянань всегда считал, что если бы Бай Юэ не соблазнил Линь И в его предыдущей жизни, Линь И не подошел бы к нему. В конце концов, он всегда был белым лотосом в сердце Линь И, который можно было видеть, но не трогать, восхищаться, но не осквернять. Если бы Бай Юэ не сблизился с Линь И, Линь И не смог бы довести себя до такого состояния, когда он окончательно порвал с Сунем, чтобы преследовать Бай Юэ.

О тех, кто явно должен был принадлежать ему, кого он так сильно хотел и добивался, Бай Юэ совершенно не заботился, и даже презирал их. Именно из-за такого отношения Бай Юэ Сунь Цзянань ненавидел его все больше и больше.

Гордого сына Неба всегда ненавидели другие, и Бай Юэ не отличался от них.

Глава 31 - Он не умрет, если немного поживет

Сценарий был сосредоточен вокруг школьной жизни. В Китае в последнее время появилось множество подобных фильмов, но большинство из них были низкого качества. Этот сценарий можно считать продолжением чистой и простой тенденции - это была не история о юности, щенячьей любви или других подобных запутанных темах, а честный фильм о простой и грустной дружбе.

У двух главных героев были разные семьи, но они случайно оказались за одной партой в школе. Сценарий рассказал историю их взросления, неловкости юности и трех лет невинной и искренней дружбы. После окончания школы они расстались - один уехал учиться за границу, а другой поступил в известный университет после вступительных экзаменов, но через четыре года, когда они снова встретились друг с другом, они уже были совершенно другими.

Те лучшие годы юности, проведенные с человеком, который всегда был с ним, который учился вместе с ним, смеялся и дрался вместе с ним, дружба, которая, казалось, превосходила все, почти стояла на грани табу ** любовь, после четырех лет закалки в жизни изменилась до неузнаваемости.

Уровень близости, который был у них в начале, в итоге превратился в уровень дистанции, который был у них в конце. Прошло всего четыре года, но в итоге они стали самыми знакомыми незнакомцами.

Если бы они проходили мимо друг друга на улице, возможно, они бы даже не оглянулись, чтобы снова посмотреть друг на друга.

Этот сценарий изначально принадлежал Бай Юэ, и неизвестно, вкладывал ли он в него свои собственные эмоции. Даже во время съемок съемочная группа на площадке чувствовала легкую горечь, которая передавалась через эти незавершенные сцены.

Эта история не была простой. У Бай Юэ в памяти осталось бесчисленное множество мнений о том, как снимать фильм. От первой встречи двух молодых людей до их окончательного воссоединения, когда они уже не могли найти ничего общего и последующего разрыва. Все сцены были сняты с точки зрения одного из главных героев, словно его внутренний монолог, наложенный на грусть и одиночество, протянутый как тонкая и хрупкая нить, которая дрогнет, если к ней осторожно прикоснуться. Это оставило ощущение бесконечной задумчивости и сожаления. Если бы они могли быть откровенными и честными друг с другом, когда встретились снова, получилось бы у них все иначе?

Бай Юэ хотел, чтобы зрители задумались над этими вопросами. Тематика фильма была слишком абстрактной - на первый взгляд можно было увидеть лишь беспомощного юношу, поющего похоронную песню, хоронящего свою молодость со смутной печальной скорбью. Но пройти цензуру было бы проще простого; пока там был Бай Хао, проблем не возникло бы. Сюэ Лину оставалось только подумать, как лучше все снять.

Хотя этот сценарий уже получил приз в прошлой жизни, Сюэ Лину не нравилась эта история, вероятно, потому что она была слишком угнетающей, в то время как его собственная личность была яркой и ослепительной. Но это не повлияло на него во время съемок - разве он не был занят все это время, умудряясь каждый раз подавлять главного героя?

Сунь Цзянань также задавался вопросом, почему Бай Юэ каждый раз так давил на него. Он очень хотел хорошо выступить перед другой стороной. На самом деле, Сюэ Лин потратил некоторые усилия, чтобы подавить его актерским мастерством, используя неоспоримую разницу в их аурах и темпераментах в качестве отправной точки.

Сунь Цзянань всегда считал, что все, что есть у молодого господина Бая, досталось ему от семьи. Он родился со светлым будущим, которое не имело ничего общего с его собственной силой. Но все, что сделал Бай Юэ, он сделал сам, пока его не уничтожил Сунь Цзянань.

Сюэ Лин не был похож на первоначального владельца этого тела, который был трудолюбив и отказывался просить о помощи. Ему слишком нравилась нынешняя ситуация, когда ему нужно было сосредоточиться только на режиссуре и хорошо играть свою роль. За остальными вещами мог присмотреть агент, а если понадобится, то оставался Бай Хао, чтобы разобраться с этим.

Кстати, о дьяволе. Как только закончились сегодняшние съемки, стало известно, что президент Бай приехал на съемочную площадку.

Большинство людей на съемочной площадке знали, что Бай Юэ и Бай Хао - братья, и не удивились. А вот Сунь Цзянань нашел это немного странным. Он не мог понять, когда отношения между Бай Хао и Бай Юэ изменились по сравнению с прошлой жизнью и стали такими хорошими. Только он не мог сейчас даже самую малость противостоть Бай Юэ, не говоря уже о том, чтобы вмешиваться в дела Бай Хао, поэтому он вел себя хорошо, пока шел снимать макияж.

Погода стала немного прохладной. Бай Хао попросил своих людей купить горячий суп и несколько закусок, чтобы поделиться с персоналом, и вскоре площадка наполнилась звуками счастливого смеха.

Сюэ Лин снял грим, сел на свое место для отдыха и зевнул, отчего его глаза увлажнились. Он ждал, когда его старший брат покормит его.

Бай Хао увидел, что тот сидит с головой в облаках, и протянул руку, чтобы постучать его по голове, несколько недовольно сказав при этом:

"Кто это вчера вечером сказал, что вернется в свою комнату и будет спать, а в итоге всю ночь не спал, редактируя свой сценарий?"

Сюэ Лин нахально рассмеялся и не показал абсолютно никаких следов смущения. В любом случае, Бай Хао ничего не мог ему сделать; все будет прощено, пока он ведет себя мило.

"Я работаю над новым сценарием, и это будет большой блокбастер, когда он выйдет!"

Его руки нарисовали в воздухе большой круг, как бы указывая на масштаб успеха его будущего фильма.

Бай Хао холодно посмотрел на него и сказал: "Не имеет значения, насколько большим будет твой фильм, если для него пока нет инвестиций".

Сюэ Лин пожал плечами: "Старший брат, не надо всегда угрожать мне инвестициями. Когда я выпущу этот фильм, многие люди, которые увидят мою ценность, вложат в него деньги ~ мне больше не нужно будет целыми днями обнимать твои ноги".

Бай Хао был довольно беззащитен перед ним: "Я просто не хочу, чтобы ты легкомысленно относился к своему здоровью. Когда это я угрожал тебе инвестициями?".

Суп, который он лично принес, был прекрасным костным бульоном, который варился на кухне целый день и был очень полезен для здоровья. Он передал суп Сюэ Лину, пока говорил, и аромат распространился по всему залу. К сожалению, все могли только наблюдать за тем, как их директор уплетает бульон.

Сюэ Линь взял еду, и его глаза заблестели. "Не волнуйся, я хорошо слежу за состоянием своего тела. Я планирую прожить долгую-долгую жизнь и стать столетним стариком".

Бай Хао посмотрел на него немного беспомощно, его глаза были полны заботы, но его выражение лица остыло, когда его взгляд переместился в другие места. Особенно когда он мельком увидел Сунь Цзянаня, гуляющего по студии, его лицо стало еще более непостижимым.

Бай Хао указал на Сунь Цзянаня и спросил Сюэ Лина: "Кто этот человек?"

Сюэ Линь поднял голову и загадочно улыбнулся. "Сунь Цзянань, мой первый партнер по актерскому мастерству. В некотором смысле, он второй главный герой в этом фильме".

Бай Хао издал какой-то звук, но было непонятно, слышал ли он слова Сюэ Лина или нет. В любом случае, как только он покинул студию, он сразу же отправил людей выяснить подноготную Сунь Цзянаня. Его лицо потемнело, пока он просматривал полученную информацию.

Учитывая безумную одержимость Бай Хао своим младшим братом, как он мог не заметить, что глаза и брови Сунь Цзянаня были похожи на глаза и брови Бай Юэ. Особенно если учесть, что Сунь Цзянань тоже любил напускать на себя вид холодного и отстраненного принца. Хотя у Сюэ Лина уже не было такого темперамента, Бай Хао все равно не нравилось, что кто-то подражает его брату.

В мире существовал только один Юэ-Юэ. Из-за этого плохого подражания люди чувствовали себя отчужденно, когда видели его, а Линь И осмелился привести этого человека к Юэ-Юэ. Хуже того, Линь И даже начал спать с этим «дублером»!

Бай Хао не хотел знать, какие мысли и намерения были у Линь И по отношению к его младшему брату. Был ли его младший брат тем, кого мог желать такой бесстыжий мерзавец, как Линь И?

Бай Хао признал, что он не был щедрым человеком. Он уже видел все это дело и знал, кто виновен. Замена не имела значения, если бы не было такого мерзавца, как Линь И, как бы мог существовать заменитель и белый лунный свет? Что за чертова причина любить человека и искать кого-то похожего на него? Не было ли это просто намеренным отвращением к его младшему брату?

Когда Сюэ Лин вернулся домой, он увидел своего старшего брата с ужасным выражением лица, и ему стало любопытно, что с ним случилось. Разве он не был в порядке, когда недавно покинул студию? Они только что расстались на некоторое время, так что за безумная идея пришла в голову Бай Хао?

"Брат? Что случилось? Кто тебя обидел?"

Он усмехнулся и слегка ущипнул Бай Хао за лицо, после чего отправился в ванную мыть руки. Выйдя оттуда, он запрыгнул на диван рядом с братом и стал ждать, пока его накормят закусками со стола.

В это время дедушка Бай уже лег спать, и во всей вилле Бай было тихо. Слуги редко выходили в это время. Зная, что братья любят оставаться в гостиной, они обычно готовили несколько тарелок с закусками перед своим уходом и ставили их на стол. Ведь маленький молодой господин больше всего любил есть эти закуски.

Бай Хао указал на информацию Сунь Цзянаня, которую он положил на стол. "Не используй этого человека. От одного взгляда на него тошнит".

Сюэ Лин потянулся за информацией, и после нескольких бесплодных попыток достать бумаги, потерявший дар речи старший брат, наконец, дотянулся и передал документы своему ленивому младшему брату, удобно накормив его попутно кусочков яблока.

Когда этот розовый маленький рот прикусывал закуску, он всегда выдыхал немного тепла. Каждый раз это заставляло Бай Хао чесаться от желания ущипнуть его за подбородок и прервать жевание глубоким поцелуем.

Но, к сожалению, этим человеком был его младший брат. Бай Хао ничего не мог сделать, да и не должен был даже думать об этом. Но ему нравилось издеваться над собой, и он даже превратил это занятие в ежедневное общение между братьями.

Сюэ Лин просмотрел найденную Бай Хао информацию и поразился, подумав про себя, что деньги действительно могут сделать все, что угодно. Даже его собственное понимание Сунь Цзянаня не было таким глубоким. Сюэ Лин долго перебирал документы, наконец, ткнул пальцем в один из них и спросил Бай Хао:

"Старший брат, тебе не кажется это странным?"

"Хм?"

"Смотри, когда Линь И впервые принял Сунь Цзянаня, Сунь Цзянань был похож на меня только глазами и губами. В то время он был немного актером и выглядел как обычный человек, но", - Сюэ Лин указала на другую информацию: "Позже, когда он появился вновь, его актерские навыки стали быстро развиваться, и его поведение стало примерно на семьдесят процентов похоже на мое".

Бай Хао посмотрел на эти данные, покачал головой и сказал: "Он совсем не похож на тебя; мало того, что его подражание плохое и не очень удачное, в конце концов, подражание все равно остается лишь подражанием".

Сюэ Лин радостно засмеялся. "Старший брат тоже так думает и я тоже так считаю. Так что не стоит обращать на него внимания".

Бай Хао нахмурился. «Ты знаешь, кто он? Ты знаешь, что на уме Линь И?»

"Разве он не думает о невозможных вещах?"

Сюэ Лин не собирался таиться от Бай Хао. Он был настолько спокоен, что Бай Хао не поверил бы ему, если бы он сказал, что ничего не знает об этом вопросе.

"Забавно, почему он думает, что может сначала подцепить кого-то, похожего на меня, а потом бросить его, когда я вернусь домой, как будто он может получить меня в любой момент, когда захочет? Неужели я похож на дешевку, которая готова прогнуться под любого мерзавца?"

Бай Хао коснулся своей головы и сказал:

"Тебе не нужно думать об этом. Я решу проблему Линь И за тебя. Смея так думать о моем... младшем брате, неужели он думает, что семью Бай легко запугать?"

Сюэ Лин не стал беспокоиться из-за странной паузы. Он лениво потянулся и принял небольшой круглый бисквит, который протянул Бай Хао. Казалось бы, случайно кончик его языка высунулся и лизнул кончик пальца Бай Хао, его лицо все еще выглядело озадаченным, когда Бай Хао убрал руку.

Лицо Бай Хао стало странным. Сюэ Лин закончил есть маленький пирог и встал, чтобы подняться наверх.

"Я пойду спать, старший брат, мне завтра рано вставать. Спокойной ночи!"

"Спокойной ночи". Голос Бай Хао был глубоким, когда он ответил, и до такой степени чужим, что даже не был похож на него самого.

Из-за действий младшего брата нижняя часть тела Бай Хао отреагировала. Он с сожалением опустил взгляд вниз на виновника: неужели это было всего лишь небольшое лизание? Как он мог уже не сдержаться?

Он же просто… слегка коснулся языком его пальца.

Что делать? Он совсем не хотел мыть руки!

Сюэ Лин задумчиво оглянулся на Бай Хао, который все еще сидел там, застыв, глядя на свой палец и размышляя, стоит ли ему повторить свою трюк и лизнуть его снова, и не мог не улыбнуться своей удачной выходке.

Система вытряхнула свой мех и молча зажгла свечу для Бай Хао. Его хозяин был чертовым цундере, который не хотел говорить о чувствах, но любил совершать странные поступки, например, соблазнять людей, дразнить их до такой степени, что они навсегда терялись в своих диких и причудливых мыслях, но при этом умудрялся делать это очень невинно и совершенно непреднамеренно.

Он действительно был истинным представителем клана лисиц, и он обладал великим мастерством, когда дело касалось соблазнения мужчин.

Сюэ Лин подумала, что с Бай Хао очень весело играть. По сравнению со всегда мягким и сдержанным Коулом, Бай Хао время от времени небрежно обнажал свои **. В те времена, когда Коул упрямо отказывался говорить, Сюэ Лин тоже молчал. Поведение Бай Хао всегда вызывало у Сюэ Лина желание поддразнить его.

Его не волновали отношения между этим телом и Бай Хао. Он не был Бай Юэ, и даже не был человеком. Какой смысл было так сильно беспокоиться об этих вещах?

Еще когда он спрашивал систему, может ли она забрать с собой человека, он уже решил, что если кто-то действительно сможет ему понравиться, то он не отпустит его, несмотря ни на что!

Как лис, который был холост уже более тысячи лет, но все еще сдерживался, прилагая усилия в первых двух мирах, Сюэ Лин хотел сказать, что он никогда не был воздержанным человеком! У него всего одна жизнь, и он не умрет, если немного поживет!

Это была правда, что он не умрет, но он никогда не избавится от этого...

Было много вещей, которых нельзя было избежать, когда фильм готовился к выпуску, но Сюэ Лину не нужно было беспокоиться ни об одной из них. После съемок он перешел к напряженной стадии постпродакшена. Даже Бай Хао почти не видел его, не говоря уже о Линь И.

Линь И был странным человеком. Хотя Бай Юэ жил в его сердце, по тому, что Линь И нашел ему замену и мог спокойно проводить с ними дни, можно было понять, что на самом деле он был полным придурком. Но поскольку у него был только один дублер и один белый лунный свет, Сунь Цзянань считал, что раз Линь И был только с ним, то его нельзя считать подонком.

По мнению Сунь Цзянаня, Линь И не был виноват. Виноват был Бай Юэ, который соблазнил Линь И.

Разве он не считал, что если Сяо Бай махнет рукой, Линь И последует за ним без всякого сомнения? Стоило ему только сказать слово, и Линь И бросил бы Сунь Цзянань. Им не нужно было расходиться и снова сходиться столько раз. Причиной нестабильных отношений Линь И была его внутренняя борьба.

Линь И колебался между Бай Юэ и Сунь Цзянань. Когда Бай Юэ заговаривал с ним, он чувствовал себя виноватым и хотел порвать с Сунь Цзянань, чтобы как следует ухаживать за Бай Юэ, несмотря на то, что Бай Юэ говорил только об обычных вещах, и никогда не было никаких разговоров об их чувствах.

Но как только он возвращался к Сунь Цзянаню, ему было хорошо с ним, а Сунь Цзянань с нежностью и вниманием относился к нему. Тогда он менял свои планы, откладывая расставание, так как Бай Юэ в настоящее время не испытывал к нему никаких чувств, а Сунь Цзянань ему действительно нравился.

Такая нелепая психология была очень странной, и неизвестно, что было не так с его мозгом, раз он был уверен, что Бай Юэ согласится быть с ним, как только он начнет должным образом добиваться его.

Услышав, что фильм Бай Юэ закончен, Линь И даже позвонил Сюэ Лину, чтобы спросить, хватает ли ему денег, и не нужны ли ему дополнительные инвестиции. Улыбающийся Сюэ Лин ответил, что семья Бай все еще может позволить себе эту небольшую сумму денег, и Линь И начал чувствовать себя подавленным, понимая, что он не в состоянии помочь Бай Юэ.

Когда фильм был полностью завершен, и оставалось только дождаться рассмотрения Совета по цензуре, у Сюэ Лина наконец-то появилось свободное время.

Ци Жуйши была несколько удивлена тем, что Бай Юэ стал режиссером и актером в своем первом фильме, но после того, как все было сказано и сделано, он был младшим молодым господином семьи Бай и не мог сравниться с другими артистами в компании. В любом случае, она усердно работала и нашла несколько сценариев, чтобы показать Сюэ Лину для его следующей работы.

"Это все фильмы, которые будут проходить прослушивание в ближайшем будущем. Посмотрите и подумайте, не хотите ли вы попробовать себя в каком-нибудь из них".

Ци Жуйши следовала за Сюэ Лином всю дорогу, пока он снимал свой первый фильм, и даже видела готовый продукт. Она была уверена, что Сюэ Лин станет очень популярным, когда фильм выйдет на экраны. Для него будет предоставлено много ресурсов, и она беспокоилась, что он будет ослеплен. Пользуясь нынешним спокойным состоянием Сюэ Лина, она хотела, чтобы он посмотрел несколько новых сценариев, чтобы подкрепить его будущую внезапную популярность.

Очевидно, она беспокоилась зря, так как Сюэ Лин был очень хорош собой, но ему также нравилось отношение Ци Жуйши к таким вещам. Он также хотел найти хороший фильм или шоу, в котором можно было бы сняться.

К сожалению, у него было мало квалификации. Видя, что роли в этих фильмах нельзя получить только за счет актерских способностей, он попросил Ци Жуйши найти ему эстрадное шоу в качестве переходного проекта. Когда фильм выйдет, он сможет рекламировать его на шоу.

Раз уж он заговорил об этом, Ци Жуйши, естественно, не стала его подводить. Она просмотрела последние эстрадные шоу, которые находились на стадии подготовки или планирования, и в итоге выбрала шоу типа "Загадка мозга".

Эта серия была новым типом эстрадного шоу, которое компания White Light Entertainment придумала недавно и хотела выпустить в эфир. Она отличалась от обычных, основанных на рассуждениях и саспенсе*, и была довольно новой в Китае. Ци Жуйши посмотрел на предыдущих приглашенных участников и пришел к выводу, что состав участников довольно хороший.

* англ. suspense «неизвестность, неопределённость, беспокойство»

Сюэ Лин просмотрел вступление к этому эстрадному шоу и нашел его довольно забавным, согласившись на то, чтобы Ци Жуйши организовал его появление в шоу и бессовестно прошел через черный ход. Очевидно, что он был человеком, не имеющим никакой репутации, и все же он участвовал в самом популярном эстрадном шоу White Light Entertainment в этом сезоне. Хотя некоторые люди в группе были недовольны, они замолчали после того, как узнали о происхождении этого участника, не осмеливаясь высказывать свои недовольные мысли.

В конце концов, этот человек мог считаться принцем в мире развлечений. Если бы он захотел поиграть в свою собственную программу, было бы странно, если бы он не попал в нее.

Вскоре Сюэ Лину сообщили, что съемки вот-вот начнутся, и однажды утром он вышел из дома с куском хлеба в руке.

Была ранняя зима, и он был закутан в длинный черный плащ, его ноги были прямыми и стройными. Камеры замелькали перед ним, как только он вышел из машины.

Сюэ Лин кривил губы и позировал перед камерой, следуя за людьми, которые приехали за ним, и вошел в здание "Белого света". За это время сотрудники с обеих сторон часто видели его, и он даже время от времени появлялся вместе с Бай Хао. Они приветствовали его и здоровались; Сюэ Лин всегда очень мягко отвечал на приветствия.

По пути на этаж, где находилась студия, они встретили много странных людей, которых Сюэ Лин постарался запомнить. Он не забывал, что это была развлекательная программа, основанная на загадках и логике. Конечно, когда он поднялся наверх, его отправили одного в комнату, где лежало тело окровавленного человека, и сказали, что это первое испытание.

Сюэ Лин на некоторое время потерял дар речи. Он сделал беспомощный жест в сторону камеры, а затем серьезно поработал над тем, чтобы начать обыскивать комнату.

Программа называлась "Детектив на месте" и представляла собой игровое эстрадное шоу, основанное на рассуждениях, авторские права на которые приобрел Белый Свет. В каждом выпуске было пять постоянных гостей и один игровой. Один из шести гостей становился детективом, а остальные пять - подозреваемыми. Преступнику из пяти подозреваемых разрешалось лгать, чтобы достичь своей цели и не быть обнаруженным, в то время как все остальные были ответственны за поиск виновного.

Этот вид игрового шоу был довольно необычным, но также требовал умения рассуждать. Игровые помещения были организованы как место преступления, где игроки могли найти большинство улик, а также как место, где содержались преступники и подозреваемые. Просто улики обычно были настолько сложными, что ставили под сомнение мотивацию каждого подозреваемого. В общем, это было эстрадное шоу, которое требовало сжигания мозговых клеток.

Сюэ Лин посмотрел дома оригинальную зарубежную версию двух сезонов, так что к режиссерскому тесту он был готов. Он узнал много полезного и получил огромное удовольствие. Вернувшись домой, он долго хвастался перед Бай Хао, говоря, что занял третье место в табели о рангах не потому, что ничего не нашел, а потому, что было слишком много головоломок, которые заставили его несколько отклониться от простого сюжета.

Старший брат Бай улыбнулся и погладил щенячью голову младшего брата, сказав, что все хорошо, пока он счастлив. Если ему понравится такое эстрадное шоу, они легко смогут записать еще несколько серий.

Сюэ Лина можно было считать постоянным гостем программы. На следующий день он вернулся, чтобы записать первый сезон. Вернувшись домой, он проспал целый день, а затем восстановил часть израсходованных мозговых клеток и начал готовиться к рекламе фильма.

Пока он был занят монтажом своего фильма, популярность Сунь Цзянаня снова росла. После своего перерождения он не пожалел сил, чтобы принять участие в нескольких фильмах, которые были популярны в его прошлой жизни. Сейчас один из них только что вышел на экраны. Он сыграл в нем очень хорошую роль второго плана и появился во многих сценах, которые произвели на людей сильное впечатление. Многие из предшественников, выступавших вместе с ним на Weibo, поддержали его, похвалив, что он хороший актер, который много работает.

Когда Сюэ Лин пролистывал Weibo и нашел посты с именем Сунь Цзянаня, он почувствовал недовольство. Хотя он не собирался открыто ссориться с Сунь Цзянанем, но встреча с ним его очень раздражала, и он еще больше расстроился, увидев его постепенное развитие. Тогда, когда он говорил, что хочет попасть в индустрию развлечений, его главной целью было притеснить Сунь Цзянаня на его собственной территории, как актера, но сейчас фильм еще не вышел, и он не мог публично попирать его... Взгляд Сюэ Лина блуждал, когда его мысли перевернулись.

В настоящее время у него не было запланировано никаких мероприятий, и так получилось, что в будущем фильму понадобится продвижение. Не было ничего плохого в том, чтобы он и Сунь Цзянань занимались продвижением на одном шоу. Поэтому он попросил Ци Жуйши связаться с сотрудниками детективного шоу и обсудить возможность приглашения Сунь Цзянаня.

Ци Жуйши была несколько озадачена тем, что ее подопечный периодически делает, но когда она вспомнила указания своего босса, ей оставалось только вздохнуть и помочь ему организовать то, что он хотел.

Некоторые люди просто рождаются с капиталом, и о них заботятся другие, что она может сделать?

К счастью, менеджеры шоу оказались расположены к этой идее, и Ци Жуйши не пришлось сильно напрягаться по этому поводу.

Система не могла не обратить внимание на Сюэ Лина:

«Хозяин, вам не кажется, что вы сейчас занимаетесь не тем, что сделал бы белый лотос? Используя различные средства для подавления главного героя шоу и одновременно провоцируя главного героя гуна, заставляя его колебаться в нерешительности... Вы быстро превращаетесь в образцовое пушечное мясо, которое ищет смерти в романах".

Сюэ Линь закатил глаза и сказал: "Разве это тело не пушечное мясо?"

"Хм... Кажется, примерно так..."

"Я просто превратился из жертвы в преследователя". Сюэ Лин пролистал последний сценарий Бай Хао, который система восстановила для него, и постучал по голове системы. "Теперь ты стал мягкосердечным?"

"Дело не в этом. Просто мне кажется, что последние действия хозяина очень похожи на пушечное мясо, которое постоянно что-то делает и создает проблемы. Всегда есть ощущение, что ты переборщишь и встретишь свою смерть".

"Те, кто посылал себя на смерть, обычно были теми, кто был поглощен миром и страдал от болезни идиотизма всякий раз, когда встречал главного героя. Я не лишен силы и поддержки. Что плохого в том, чтобы раздавить его?"

"Нет... дело не в том..."

Это была иллюзия? Почему, когда хозяин попал в этот мир, он казался несколько не в духе... Время от времени он вымещает на системе свой гнев, и его нрав становится все более непонятным...

Глупости, он просто был слишком зол на Коула из своей прошлой жизни.

"Тогда нет никаких проблем".

Сюэ Лин посмотрел на фотографии фильма Сунь Цзянаня на Weibo, протянул руку, коснулся его лица на экране и невинно улыбнулся.

"Жаль. Если бы он задумался о себе и привел с собой этого мерзавца, чтобы прожить жизнь правильно и честно, я бы не стал специально так с ним возиться. Но кто заставил его сосредоточиться на Бай Юэ и так сильно его ненавидеть?"

Сюэ Лин не был похож на Бай Юэ, который был бесчувственным ко всему вокруг. Он ясно чувствовал, кто имеет к нему злобу. Особенно когда он был на съемочной площадке, Сунь Цзянань всегда был полон злобы, как только приближался к нему. Если бы Сюэ Лин не улучшил свои актерские навыки, чтобы одолеть его, другая сторона все равно считала бы, что его легко запугать.

Когда они подписывали контракт, было оговорено, что артисты должны сотрудничать в продвижении фильма. Поэтому, когда начался период продвижения, у Сюэ Лина и Сунь Цзянаня было больше шансов встретиться и пообщаться. У Сунь Цзянаня всегда было теплое выражение лица, но в его речи были всевозможные провокации. Сюэ Лин обычно отвечал с улыбкой, слушая истории про их "прекрасную любовь" и неловкие истории о совместной жизни его и Линь И, дожидаясь возвращения домой, чтобы похныкать и пожаловаться Бай Хао.

"Как это можно считать настоящей любовью. Хмф! Линь И даже не относится к нему так хорошо, как старший брат относится ко мне".

Он пил молоко, длинные ноги были вытянуты над бедрами Бай Хао, старший брат держал его за ноги и помогал стричь ногти, его движения были невероятно нежными.

Услышав его слова, Бай Хао продолжал двигаться, но его лицо было каким-то странным. Он перевел разговор на Сюэ Лина и похвастался:

"Конечно, Сунь Цзянань и вполовину не так хорош, как мой малыш".

Сюэ Лин нахмурился, ему было непривычно, что его так называют. По сравнению с тем, как его называли "Юэ-Юэ", он чувствовал, что между ними нет никакой разницы - и от того, и от другого у него немела кожа головы.

"Кстати, шоу, в котором я участвовал, будет транслироваться сегодня. Старший брат, ты должен не забыть посмотреть его".

Бай Хао не стал говорить ему, что уже закончил просмотр записи раньше, не пропустив ни одной сцены. В его коллекции также было две копии. Он даже попросил редакторов вырезать все сцены с Сюэ Лином, чтобы сделать коллаж и принести их ему, чтобы он некоторое время тупо смотрел на них. Он просто включил телевизор и переключил его на сетевой канал, затем выбрал канал "Белый свет" и стал ждать прямой трансляции.

Это был совершенно разный опыт - смотреть в одиночку и смотреть вместе с младшим братом.

Старый Мастер Бай только что помыл яблоко и ел его, когда проходил мимо двух братьев. Он бросил на них немного странный взгляд, но не стал об этом долго думать, так как был готов выйти и танцевать на площади.

Система сидела на диване. Она смотрела на своего хозяина, ведущего себя как большой господин, затем на старшего брата семьи Бай, ведущего себя как слуга, и необъяснимо чувствовала, что от эта картина была такой нелепой, что в глазах чувствовалась резь.

Первый фильм Бай Юэ назывался "Бамбуковая лошадь". Это было название, которое, казалось, не соответствовало содержанию фильма. Фильм был закончен в срок, и после того, как он прошел цензуру, его приняли на зарубежный кинофестиваль. Дождавшись известия о том, что фильм был номинирован на премию, они договорились о времени выхода в Китае.

После этого началась реклама фильма.

Поскольку режиссер был неизвестен, а кроме недавно прославившегося Сунь Цзянаня в фильме не было известных актеров, они не стали тратить много средств на продвижение фильма и лишь сделали большую рекламу в Интернете, чтобы все узнали о его существовании.

В это время веб-сериал Сюэ Лина уже начал транслироваться, и уже вышло два эпизода. Количество просмотров и рейтинги росли, и Сюэ Лин привлек внимание многих людей своим выступлением.

Однако большинство его поклонников были теми, кто следил за сериалом. Кроме краткого упоминания в программе, было очень мало людей, которые искали информацию о нем специально. Но как только начались рекламные акции, многие заметили, что он был гостем этой веб-программы.

Будучи единственным постоянным гостем, который совсем не был знаменит, присутствие Сюэ Лина на шоу было под вопросом, когда он только присоединился. Если бы результаты тестов в пилотном эпизоде не были хорошими, и его последующее блестящее выступление в первом эпизоде, когда он обманул всех довольно незрелыми историями и скрылся как убийца, многие, вероятно, уже давно бы высказали свои претензии.

Поэтому в это время вышел эпизод, в котором появились и он, и Сунь Цзянань.

Они были несколько похожи внешне, а Сунь Цзянань всегда отличался мягким и покладистым характером. Когда они стояли вместе, неизбежно кто-то начинал их сравнивать. Поклонники Сунь Цзянаня любили похвастаться аристократическим стилем своего кумира, но в этот раз они вели себя гораздо тише.

Потому что любой, кто имел глаза, мог видеть, что когда они стояли вместе, Сунь Цзянань не мог победить ни в одном аспекте. Независимо от темперамента или внешности, Сюэ Лин был лучше него. Особенно потому, что он был смешанной крови, его цвет волос и глаз особенно привлекал девушек. Наконец, он не мог сравниться с Сюэ Лином в логике и рассуждениях, его смех казался вынужденным, а мышление не успевало за темпом остальных. Сунь Цзянань застрял на середине между умным и смешным, и это мешало другим общаться с ним.

Этот эпизод действительно помог Сюэ Лину приобрести много поклонников, и он увел многих из тех, кто изначально пришел ради Сунь Цзянаня. Услышав, что они вместе снимаются в фильме, многие сказали, что пойдут смотреть.

В этом году не было ореола знаменитости, и было почти невозможно добиться хороших результатов в молодежном фильме, но у Сюэ Лина была поддержка. У компании White Light Entertainment было множество собственных кинотеатров по всей стране. Многие показы фильма были организованы по одному лишь слову Бай Хао.

В то же время за границей начался кинофестиваль Zirkel.

Хотя он не был таким масштабным, как кинофестиваль "Оскар", кинофестиваль Zirkel был хорошо известен качеством отобранных фильмов. Этот кинофестиваль уже много лет сотрудничал с университетом Сюэ Лина, демонстрируя множество новых режиссеров. Работы, победившие на этом фестивале, могли быть неопытными с точки зрения техники, но суть фильмов часто вызывала аплодисменты многих кинокритиков.

В его прошлой жизни фильм получил много наград на этом фестивале, поэтому Сунь Цзянань также опубликовал много объявлений и следил за съемочной группой. Хотя его агент не знал, о чем он думает, он мог делать только то, что его просили, так как Сунь Цзянань имел сильную поддержку со стороны Линь И.

В день церемонии награждения съемочная группа ловко прошла по красной дорожке.

Хотя СМИ не обратили на них особого внимания, группа прошла с гордо поднятой головой.

Благодаря системе Сюэ Лин заранее знал, сколько номинаций получил его фильм и что они действительно выиграли несколько наград. Он совсем не нервничал, а его улыбчивый и непринужденный вид даже заслужил похвалу Ци Жуйши.

Бай Хао отправился в эту поездку вместе со своим младшим братом. Он недавно заболел болезнью "умрет без младшего брата", и чтобы жить, ему приходилось дышать воздухом с того же кусочка неба, что и его брат, поэтому он проводил свои дни в компании Сюэ Лина.

Хотя он приехал на кинофестиваль, он не присутствовал на нем из-за большой занятости. На самом деле главная причина заключалась в том, что Сюэ Лин не разрешил ему присутствовать на фестивале, боясь вызвать глупые слухи, например, о том, что он заплатил за приз. Хотя слухи были глупыми, все же лучше было избегать неприятностей, когда это было возможно.

В последнее время действия Бай Хао становились все более дерзкими. Иногда, когда Сюэ Лин забывал закрыть дверь перед сном, Бай Хао пробирался к нему в постель. Система, которая иногда вставала посреди ночи, чтобы прогуляться, тоже была напугана им до смерти.

У нее явно была функция предупреждения, но она была совершенно бесполезна, когда дело касалось Бай Хао, напоминая системе генерала из первого мира. Все больше и больше казалось, что Бай Хао какой-то странный.

Сюэ Лин полностью игнорировал все более идиотское и серьезное желание брата монополизировать его, продолжая вести себя наивно, как будто для братьев нормально так ладить, часто заставляя систему терять дар речи, не зная, что сказать, чтобы выразить свое все более странное настроение.

Фильм "Бамбуковая лошадь" был номинирован на премии за лучшую картину, лучшего сценариста, лучшую мужскую роль, лучшую мужскую роль второго плана, лучшего новичка и лучший монтаж.

Для начинающего фильма эти достижения уже были достаточно удивительными. Сюэ Лин не рассчитывал на победу в номинации "Лучшая картина", так как ему было бы трудно конкурировать с этими старыми режиссерами, но ему удалось получить награды за лучшую мужскую роль и лучшую новинку. Он не получил награду за лучшую мужскую роль, вероятно, из-за своего плохого резюме.

Сунь Цзянань также получил две номинации, что можно считать подтверждением его актерского мастерства. Хотя он был вытеснен Сюэ Лином, его игра была очень хорошей для молодого актера. Вообще говоря, в его возрасте не должно быть такого глубокого понимания. Он был номинирован на премию "Лучший актер второго плана" и "Лучший новичок", и, наконец, выиграл премию "Лучший актер второго плана".

Однако получение этой награды должно быть ироничным для него. В конце концов, его актерские способности в фильме явно проигрывали другим, но то, что он получил награду за лучшую роль второго плана, показывало, что у другого участника были все силы, чтобы выиграть награду за лучшую роль, если бы его резюме было лучше.

Как новый режиссер, Сюэ Лин получил шесть номинаций и ахнули. Более того, он сам написал и срежиссировал фильм, а его собственные награды включали премии "Лучший новичок" и "Лучший сценарист". Теперь все взорвались, когда новость дошла до родины. Имя "Бай Юэ" внезапно стало популярным в одночасье, и он стал горячей темой.

Этот фильм был более популярным, чем фильм из его предыдущей жизни, потому что были другие инвесторы и другая команда, и фильм был снят более успешно. Хотя Сунь Цзянань был счастлив, что получил награды, он чувствовал, что его ударили по лицу, и был особенно недоволен, желая на ком-нибудь сорвать злость.

Независимо от того, был ли он доволен или не хотел, внутренние СМИ все равно взорвались, они начали глубоко копать, быстро нашли информацию о Бай Юэ и передали ее повсюду.

Это можно было расценивать как отличное резюме. Он был вторым молодым мастером семьи Бай, который в детстве уехал за границу, учился на режиссерском факультете всемирно известного университета, вернулся в Китай, снял фильм и получил множество призов. Его резюме выглядело просто, но никто не мог с ним сравниться. Ко всему прочему, его ангельское лицо слегка улыбалось в камеру - его невинного и чистого взгляда было достаточно, чтобы ввести в заблуждение любого.

СМИ также нашли его предыдущее появление в веб-сериале и прокомментировали его выступление, назвав его хорошим логическим мыслителем, чрезвычайно умным и маленьким ангелочком, когда он смеялся, но его глаза непроизвольно заставляли сердце людей биться быстрее.

В Weibo начали появляться мемы с его участием в сериале, используя его "остроумные моргания", "непреднамеренное облизывание губ", "прищуренные глаза, когда он думает", "подмигивание родинки" и так далее... словом, идеальное лицо Сюэ Лина покорило большую часть Weibo.

Премьера фильма началась на следующий день после того, как распространилась новость о награде. На этот раз "Белый свет" потратил много денег и пригласил большое количество кинокритиков в индустрии и многих лидеров мнений в Weixin и Weibo. Благодаря вчерашней новости, многие люди пришли на премьеру вовремя.

Только тогда люди поняли, что кроме режиссера, остальные члены группы также были божественного класса, будь то помощник режиссера, костюмы или музыка, все они были высококлассными персонажами из Белого Света. Неудивительно, что шоу получило так много наград. С такой хорошей командой, даже если режиссер был новым человеком, остальные все равно были богами... не говоря уже о том, что режиссер также обладал некоторыми способностями.

Когда Сюэ Лин вернулся домой, многие поклонники пришли в аэропорт, чтобы встретить его, что очень расстроило Бай Хао. Чтобы успокоить старшего брата, Сюэ Лин не стал встречаться с поклонниками, а пошел напрямую через VIP-проход.

Он попросил Ци Жуйши купить подарки для фанатов, которые ждали его, чтобы поприветствовать, и подписал фото для каждого из них в качестве извинения.

Фанаты продолжали ныть и, очевидно, были недовольны. Сама Ци Жуйши не могла не вздыхать о том, что второй молодой мастер действительно обладал способностью привлекать девушек - если бы они увидели его лично, все было бы кончено. Это было бы совершенно беспрецедентным событием, и большой босс разозлился бы настолько, что оторвал бы себе руку.

В тот вечер вышел в эфир третий эпизод веб-сериала, и количество людей, одновременно смотревших прямую трансляцию, побило все рекорды. Все режиссеры хвалили второго молодого мастера, говоря, что они действительно получили прибыль, допустив его к шоу в то время.

Слава Сюэ Лина полностью скрыла все новости о Сунь Цзянане, и это так злило Сунь Цзянана, что у него чесались зубы. Когда он вернулся домой и узнал, что Линь И отправился на празднование в честь Бай Юэ, он разбил много вещей в своей комнате. А поскольку его вещи не были сделаны из стекла, ему пришлось собирать их и продолжать пользоваться ими после этого.

Сунь Цзянань не мог смириться с популярностью Бай Юэ и как раз думал о том, как создать проблемы, когда появились отзывы от крупных лидеров мнений, которые только что закончили просмотр фильма.

В последние годы многие люди читали только рецензии, не посмотрев фильм, поэтому распространение рецензий было очень важно. Большинство отзывов с премьерного вечера были хорошими. В конце концов, эта работа получила несколько наград, и не было никаких недостатков в технической стороне фильма. Напротив, именно неясность и расплывчатость фильма вызвали бурные обсуждения - были ли отношения между двумя юношами чистыми, как бамбуковая лошадь в детстве, или же здесь было что-то другое?

Внимание людей окончательно переключилось с Сюэ Лина на фильм. Бай Хао, как виновник переключения, глубокомысленно улыбнулся.

Сюэ Лин взглянул на улыбку старшего брата, затем посмотрел на тенденции в интернете и смутно догадался, что сделал этот проклятый репрессированный человек. Но он ничего не сказал - это был не первый и даже не второй раз, когда Бай Хао делал подобные шаги у него за спиной. Он планировал сначала накопить определенную сумму денег, прежде чем найти другую сторону, чтобы доставить неприятности.

Ему очень хотелось узнать, как долго этот проклятый человек сможет продержаться в узде, прежде чем сорваться.

Когда Сюэ Лин вернулся домой, ему позвонил Линь И и сказал, что приготовил для него праздничную вечеринку и пригласил его и его команду.

В соответствии с идеей, что глупо не пойти, если кто-то уже заплатил за это деньги, Сюэ Лин согласился. Услышав по системе, что Сунь Цзянань разгромил вещи в квартире, он обрадовался еще больше, радостно выбирая одежду, чтобы выйти на улицу, но у входа в дом ему преградил путь Бай Хао.

"Старший брат?"

Он улыбался, в его глазах мерцали звезды, и Бай Хао почувствовал, как его сердце бешено колотится.

"Куда ты идешь?"

Голос Бай Хао был глубоким, когда он опустил голову и посмотрел на него, в его глазах мелькнуло что-то неразборчивое. Бог знает, сколько самообладания ему пришлось приложить, чтобы не ущипнуть младшего брата за подбородок и не поцеловать его прямо сейчас.

"Праздничная вечеринка".

Сюэ Лин потряс мобильным телефоном в руке и сказал:

"У старшего брата сегодня важная встреча, верно? Поторопись и иди. Не волнуйся, я не буду пить, а если и буду, то позвоню кому-нибудь, чтобы меня забрали".

Слова, которые Бай Хао хотел сказать, были опровергнуты еще до того, как покинули его рот, а Сюэ Лин уже прошла мимо него. Он хотел протянуть руку и схватить его, но боялся расстроить брата. Он боялся, что младший брат подумает, что он слишком сильно контролирует его жизнь.

Иногда роль брата была для него очень полезной. Он всегда мог найти всевозможные предлоги, чтобы съесть тофу брата и воспользоваться небольшими преимуществами. Но иногда он ненавидел эту личность. С такой личностью он не мог ничего сказать другой стороне. Даже те действия, которые были явно собственническими, всегда воспринимались другими как защита младшего брата.

Он защищал себя, но не потому, что другой человек был его младшим братом.

О, он вообще не считал его своим младшим братом.

Но поскольку его идентификация как младшего брата могла гарантировать, что они оба находятся в одном и том же семейном реестре, то они могли бы сохранить эту идентификацию на данный момент.

________________________________________

Бамбуковая лошадка竹马 - вид детской игрушки. Обычно это шест с моделью головы лошади на одном конце и колесами на другом. Поскольку это была игрушка, с которой обычно играли в детстве, во многих литературных произведениях бамбуковая лошадка используется как символ воспоминаний о детстве.

Надо сказать, что Линь И умел обставлять все правильно. Он пригласил многих людей из круга развлечений посетить вечеринку, пользуясь властью своего имени. Когда приехал Сюэ Лин, он привел его на встречу с этими старейшинами, чтобы заручиться их доброй волей. Очевидно, что все это делалось в интересах Сюэ Лина, но были и некоторые излишества.

Сюэ Лин был артистом, подписанным с White Light Entertainment, и у него было много возможностей встретиться с этими людьми, если бы он захотел. Иначе говоря, если бы он был заинтересован, контактная информация многих из этих людей была бы разложена перед ним, и он мог бы даже не взглянуть на них. Приводить этих людей к нему, чтобы угодить ему, означало просто смотреть на него свысока.

Но Сюэ Лин все равно прошвырнулся по залу, чтобы дать людям возможность поближе познакомиться с ним, прежде чем найти предлог, чтобы держаться подальше от Линь И и присоединиться к съемочной группе.

Заместитель директора был известным мастером в кругу кино и опытным режиссером. Вначале он давал Сюэ Лину много советов и очень ему помогал. Похоже, он понял намерения Линь И и специально подошел с бокалом вина в руке, чтобы напомнить Сюэ Линю, чтобы он не попал в его ловушку только из-за этих небольших одолжений.

Смех Сюэ Лина был немного странным. "Ань Дуо, разве я выгляжу так, будто нуждаюсь в его ресурсах и тронут его представлениями?"

Директор Ань посмотрел на него некоторое время и понял, что это, вероятно, был просто момент слабости со стороны Линь И.

"Если он тебе не нравится, тогда держись подальше. Разве у него нет Сунь Цзянаня рядом с ним?"

В их кругу не было секретом, что за Сунь Цзянанем кто-то стоит. Хотя он редко просил Линь И помочь ему со связями, он специально сделал так, чтобы все в кругу знали об их отношениях, и нашел много ресурсов "сам" через сеть Линь И.

Возможно, именно это Сунь Цзянань считался "самостоятельным и независимым". Ему не нужно было напрямую беспокоить Линь И, чтобы найти ресурсы, поэтому, с точки зрения Линь И, маленькая звезда, которую он держал, была очень простой, и никогда не скрывала своих чувств.

Это позволяло Линь И максимально проявлять свою мужественность - перед Сунь Цзянанем он мог сохранять фасад властного президента. Он мог покупать все, что хотел, не заботясь о деньгах, но и Сунь Цзянань никогда не требовал от него многого. Таким образом, Линь И испытывал странное чувство гордости от того, что его любовнику нужен он сам, а не его деньги.

Насколько низко и скромно он себя ставил перед Бай Юэ, настолько же прямо пропорционально он был высок и могущественен перед Суньь Цзянанем. Разница в этих двух позициях и была источником его нынешней запутанной ситуации. Ему нравился Бай Юэ, и он был готов занять более низкое положение перед Бай Юэ, но это было при условии, что Бай Юэ ответит на его чувства. Если бы ему предложили отказаться от Сунь Цзянаня, который в данной ситуации смотрел на него как на бога, он бы не захотел.

Сюэ Лин подошла ближе, и прошептал Ань Дуо: "Тебе не кажется, что мы с Сунь Цзянанем похожи?"

Ань Дуо провел несколько месяцев вместе с ними двумя, часто наблюдая за ними во время съемок. Изначально ему казалось, что они очень похожи внешне, но теперь, в контексте темы их предыдущего разговора, существование Сунь Цзянаня стало несколько неуместным.

Зная, что директор все понял, Сюэ Лин улыбнулся и продолжил:

"Как вы думаете, почему Сунь Цзянань еще не пришел? Наверное, он дуется дома".

Ань Дуо неодобрительно нахмурился.

"Если у тебя нет таких нужды, то не связывайся с этими двумя. Побереги себя на случай, если что-то случится и тебя затянет в воду. В бизнесе развлечений вода очень глубокая. Хотя у тебя есть сильный человек за спиной, твой старший брат не позволит тебе делать такие глупости".

Сюэ Лин надулся. "Кто захочет с ними общаться? Мне становится плохо, когда я смотрю на Сунь Цзянаня. Кем он себя возомнил, подражая мне? Хех ".

Ань Дуо попросил его понизить голос: "Просто держи такие мысли в сердце, зачем говорить об этом вслух? Вдруг кто-то подслушает..."

Сюэ Лин оглянулся на спину Линь И, который бегал перед ним, поджав хвост, и понял, что его цель достигнута. Он послушно поднял руку и жестом показал, что больше не будет говорить об этом.

Дуо сменил тему: "Что ты планируешь делать дальше?"

"Хотя у меня на руках есть сценарий, я хочу его немного доработать. Я буду продолжать участвовать в эстрадном шоу и, возможно, сыграю в фильме или спектакле".

Он потер подбородок и спросил: "А господин Ань Дуо может что-нибудь посоветовать?"

Ань Дуо посмотрел на него сверху вниз, кивнул головой и сказал: "У меня есть рекомендация, но я не знаю, сможешь ли ты заинтересовать этого человека".

"Как ты узнаешь, если не попробуешь!"

Ань Дуо прекрасно понимал актерские способности Сюэ Лина. Даже если он держался в тени, невозможно было подавить его сияние. Когда он играл, его манера поведения была величественной, а движения совершенными: "Что за предложение у Ань Дуо?"

"У моего учителя есть историческая работа, над которой он работает уже много лет, но в ней есть некоторые табу. Я не знаю, примут ли ее в Китае, когда придет время".

Сюэ Лин внезапно осознал кое-что. Учитель Ань Дуо был известным национальным режиссером в Китае, который исчез на пять лет. На самом деле он не исчез, а, скорее, готовился к съемкам фильма.

Самым удачным козырем Сунь Цзянаня в этом романе был этот фильм. Он случайно встретил режиссера на прогулке, и его темперамент соответствовал тому, что искал старый режиссер. Так он снялся в фильме, получил титул киноимператора и одним махом поднялся в международный кинематографический круг.

Суньь Цзянань подражал внешности Бай Юэ. Если бы Бай Юэ сыграл главную роль в этом фильме, то, наверное, это было бы еще более удивительно.

Сюэ Лин был рад сделать все, чтобы путь Суньь Цзянаня стал менее гладким, не говоря уже о том, что это был действительно хороший фильм.

Фильм под названием "Мужская супруга" рассказывал о жизни мужской супруги Туоба Сю. Фильм начинался с его детства, когда он был принцем вражеской страны, и рассказывал историю о том, как он покинул страну, чтобы сделать себе имя среди простолюдинов и мастеров боевых искусств, после чего император назначил его главным советником принца, и, наконец, он стал непревзойденным мужским консортом.

Но в исторических записях говорилось, что если мужчина был гениальным и удивительным, то его супруг родился с элегантной и утонченной фигурой, а его поведение напоминало поведение замкнутого принца. Бай Юэ был смешанной крови, но если бы он носил древние одежды, его княжеский образ был бы на таком уровне, что Суньь Цзянань совершенно не мог бы подражать. Директор Ань был настроен очень оптимистично и уже давно упоминал о Бай Юэ своему учителю. Он заговорил об этом только сейчас, чтобы оценить этого молодого мастера, поэтому не стал вдаваться в подробности.

"Я готов попробовать все, что угодно, лишь бы это был хороший фильм".

Сюэ Лин поднял свой бокал и сказал: "Вы также должны знать, что я пришел в этот круг не ради славы или денег, а ради страсти, потому что я хочу делать хорошую работу. На этом все. Я хотел бы попросить вас помочь мне дать рекомендацию".

"Естественно".

Директор Ань рассмеялся. Его сын был старше Сюэ Лина и всегда был непослушным. Сюэ Лин был более воспитанным, чем он, и он бессознательно считал Сяо Юэ своим собственным ребенком.

Если бы у его сына была такая хорошая внешность и перспективы, он бы, наверное, просыпался от улыбки во сне.

Сюэ Лин не пил слишком много вина, и он обязательно предупредил Линь И, когда уходил. Линь И уже слышал его слова, и теперь ему было невыносимо видеть его. Он не пытался заставить его остаться и просто позволил ему уйти. Сюэ Лин вышел из гостиницы и увидел, что его ждет машина Бай Хао, как он и ожидал. Он с улыбкой поприветствовал водителя и неторопливо сел на заднее сиденье.

"Старший брат так быстро закончил?"

"Да".

Чтобы успеть забрать его, встреча прошла необычайно быстро. Даже после его окончания высокопоставленные менеджеры все еще были в некотором замешательстве, не понимая, почему эффективность работы Бай Хао вдруг стала такой высокой.

Сюэ Лин не пытался пробить брешь в его лжи. Он потянулся, а затем лениво откинулся в кресле и поделился с Бай Хао тем, что только что сказал ему директор Ань.

"Если я добьюсь успеха, думаю, мне придется отправиться в Город Кино".

Город кино находился не в их городе, поэтому ему пришлось бы уехать из дома. Сюэ Лин заговорила об этом, чтобы подразнить Бай Хао, и даже добавил еще два предложения.

"Мне очень нравится еда, приготовленная горничной дома. Увы, когда я присоединюсь к команде, мне придется есть ланч-боксы вместе со всеми".

Бай Хао махнул рукой, выражение лица осталось таким же, как обычно, и сказал:

"Если тебе это нравится, я попрошу повара последовать за тобой".

"Нет, я не какой-то избалованный юнец".

Сюэ Лин посмотрел на потолок машины и добавил:

"Дедушка был бы очень зол. Ты должен знать, что он тоже наслаждается тем, что готовит повар".

Бай Хао некоторое время молчал, его мысли невозможно было прочитать. Он лишь бросил взгляд на Сюэ Лина, а затем отвел глаза в сторону.

Если он не собирался говорить, то Сюэ Лин не собирался ждать и слушать. Он достал свой мобильный телефон и начал искать новости о себе в Интернете.

С момента выигрыша приза до настоящего времени число поклонников на его Weibo резко возросло, и можно было считать, что он стал популярным в одночасье. В его аккаунте на Weibo было очень мало сообщений, в основном их просто выкидывали наверх. Сюэ Лин на мгновение задумался, прежде чем отправить селфи. Его настроение значительно улучшилось, когда он увидел, как его подписчики восхищаются его постом и просятся выйти за него замуж.

Видите? Именно такое отношение должно быть у людей, когда им кто-то нравится. Скажи это вслух! Может быть, он даже ответит положительно! Посмотри, как Бай Хао сейчас неловко, ведь он все держал в себе!

С этими мыслями он уставился на Бай Хао, который был несколько озадачен, не понимая, где он обидел собеседника.

Сюэ Лин не знал, почему ему всегда так не везет. Он постоянно сталкивался с этими проклятыми сдержанными мужчинами. Когда он был с Цун Хуэем, у него не было намерения встречаться, поэтому он только немного жаловался, потом с Коулом он действительно был немного тронут, но не влюбился, только в конце он понял, что не было смысла оставаться упрямым. Теперь, когда он действительно пытался соблазнить Бай Хао и делал всяческие намеки, по какой-то причине мужчина все еще мог держаться так долго.

Если у него хватало смелости забираться в его постель посреди ночи каждую ночь, то не надо тыкать в него этой штукой, когда он уходит утром! Неужели он действительно думает, что он так крепко спит и ничего не замечает?!

Сюэ Лин специально дал Линь И услышать свое пренебрежение к Сунь Цзянаню на вечеринке, чтобы спровоцировать его. Он хотел, чтобы Линь И знал, что он знает, что у другой стороны есть запасной вариант, и понимал, какие мысли у Линь И по отношению к нему.

Это загнало бы Линь И в угол. Он должен был сделать выбор между ними, иначе он потеряет свой белый лунный свет.

Поскольку у Сюэ Лина сейчас все было хорошо, Сунь Цзянань не был так важен в сердце Линь И, как Бай Юэ. Подумав об этом, Линь И понял, что действительно ошибался. Сначала он нашел Сунь Цзянаня только потому, что не мог добиться Бай Юэ. Теперь, когда Бай Юэ вернулся, это было уже невозможно. Как бы там ни было, стоять между ним и Сунь Цзянанем было нехорошо.

Как мог такой гордый человек, как Бай Юэ, терпеть свою жалкую копию?

Осознав ключевой момент в сложившейся ситуации, Линь И поразмыслил некоторое время и наконец принял решение.

Раз уж оригинал рядом, зачем закрывать на него глаза и довольствоваться тем, чтобы держать под рукой имитацию.

Его самой большой любовью был Бай Юэ.

Если бы Сюэ Лин мог слышать эти мысли, он бы точно отпинал этого проклятого мерзавца до тех пор, пока тот не умрет окончательно и бесповоротно, не в силах подняться на ноги. Люди будут чувствовать себя гораздо лучше, если этот мерзавец будет мертв и убран без лишнего шума.

Сюэ Лин забросил за спину это возню с шоу и гуном, выполнил свою ежедневную задачу - дразнить Бай Хао каждую ночь, и хорошо выспался. На следующий день он проснулся, и система сообщила ему, что Линь И и Сунь Цзянань расстались.

Сюэ Лин был несколько удивлен. Он не ожидал, что Линь И будет вести себя так решительно и порвет с Сунь Цзянань только из-за одной его фразы. Он действительно был распутным человеком. Даже если бы он действительно порвал с Сунь Цзянань и сошелся с Бай Юэ, в конце концов, он все равно изменил бы ему, потому что Бай Юэ не был так хорош знаком и совместим с ним, как Сунь Цзянань.

Этот человек оставался мерзавцем, даже если он изменил свое сердце.

Сюэ Лин больше не интересовался этой парой, когда узнал, что Сунь Цзянань сильно поссорился с Линь И и съехал из дома, который он купил для него. Для того, чтобы в, конце концов, не дать двум мерзавцам снова сойтись, у него, естественно, оставалось много козырей, которые он мог разыграть в своих руках. Например, недавно его старший брат уже начал интересоваться бизнесом семьи Линь, и вскоре Линь И обнаружит, что семейный бизнес приходит в упадок под его руками.

И тогда Сюэ Лин сможет увидеть, будет ли Сунь Цзянань по-прежнему любить своего золотого папика, у которого нет денег.

Директор Ань упомянул о знакомстве, и, конечно, на следующий день он пришел к Сюэ Лину. Сюэ Лин поспешила с ним, и не смог поужинать с Бай Хао. Из-за этого Бай Хао, который каждый вечер приходил домой на ужин с тех пор, как вернулся его брат, почувствовал себя крайне несчастным. Его лицо было настолько черным, что старый мастер Бай заподозрил, что кто-то в компании подстроил ему неприятности.

"Что с тобой?" После ужина старый мастер Бай счел необходимым поинтересоваться психологическими проблемами внука.

Бай Хао не смотрел на него, но дулся.

Старик пробормотал: "Ты... Ты только и умеешь, что целыми днями держать все в своем сердце. Когда же ты найдешь для меня невестку, которая сможет правильно помочь тебе облегчить бремя твоего сердца, прежде чем оно станет слишком большим и раздавит его?"

Бай Хао посмотрел на своего деда и подумал, что у него уже есть невестка, но он не может сказать ему об этом. Иначе старик действительно сможет отправиться навестить предков на несколько лет раньше.

Видя, что тот молчит, старый мастер Бай пожал плечами и собрался уходить. Перед уходом он также приказал дворецкому: "Пусть Сяо Юэ вернется и хорошо расспросит старшего брата о его настроении, иначе все закончится плохо. В ближайшие два дня он может совсем уйти в себя и почернеть от досады".

Дворецкий молча кивнул. В последнее время старый хозяин много времени проводил в Интернете и иногда использовал жаргон. Он не знал, хорошо это или нет.

Рекомендация режиссера Аня оказалась очень удачной. Сюэ Лин завоевал расположение старого режиссера и получил роль Туоба Сю. Поскольку теперь они нашли актера на роль главного героя, можно было приступать к съемкам фильма.

Сюэ Лина не волновали последующие события. Насколько он знал, главным инвестором фильма был Белый Свет, и главная причина, по которой съемки были отложены, заключалась в том, что режиссер не смог найти подходящего актера на роль Туоба Сю.

Вернувшись домой со сценарием в руках, Сюэ Лин начал интенсивно изучать жизнь мужского супруга, обращаясь к многочисленным историческим книгам, и только после этого стал ждать, когда съемочная группа приступит к съемкам.

Однажды утром Сюэ Лин проснулся раньше обычного и обнаружил в гостиной букет красных роз, все еще покрытых росой. Любопытствуя, он спросил у дворецкого: «Откуда взялись здесь эти цветы?»

«Это продолжается уже давно. Каждое утро люди из цветочного магазина присылают их сюда».

Дворецкий указал на букет. «Молодой курьер, который присылает цветы, не разрешает мне их отвергать. После того, как их принесут, молодой хозяин разбирается с ними. Это должно быть адресовано вам».

Сюэ Лин моргнул и перевернул букет. Конечно, там была открытка. Цветы прислал Линь И, а открытка была написана от руки, хотя писать должен был цветочник.

Он нашел это немного забавным. «Старший брат каждое утро выбрасывает эти цветы?»

«Да. Молодой господин велел мне принести их, а потом он их забирал».

Сюэ Лин потерял дар речи. Неужели этот человек так боялся, что он увидит эти цветы?

Он положил цветы на место и сделал вид, что никогда их не видел. После завтрака он попросил водителя отвезти его в компанию.

Бай Хао вчера поздно лег спать из-за работы, а сегодня проснулся немного позже. Когда он встал, то обнаружил, что дверь комнаты его брата открыта, но там никого нет. Его лицо изменилось, но когда он спустился вниз и увидел, что розы все еще стоят в гостиной, он расслабился.

От дворецкого он узнал, что Сюэ Лин уже закончил завтрак и отправился в компанию. Бай Хао и не думал завтракать. Он переоделся, взял розы и ушел. Покинув район, он оставил розы в мусорном баке на улице.

Было лучше, если бы такие вещи никогда не появлялись перед младшим братом, чтобы не пачкать ему глаза.

Сегодня Сюэ Лину нужно было отправиться в Белый Свет, чтобы сшить костюм и сфотографироваться в роли мужчины-консорта. Завтра он должен был присоединиться к съемочной группе.

Он был последним актером, и, вероятно, единственным в группе, кто еще не фотографировался, поэтому все было немного поспешно.

Этот фильм рассказывал историю жизни Туоба Сю, поэтому нужно было примерить больше костюмов, начиная с юности и продолжая по мере старения. Так, первый костюм, который примерила Сюэ Лин, был из того периода, когда Туоба Сю был еще принцем.

В то время будущий супруг был еще принцем из страны Сие, враждовавшей со страной Тяньлань. У него с детства было слабое здоровье, и он пережил бесчисленные покушения.

Он всегда был терпелив, а позже встретил дворянина, который вывез его из страны Сие. Он стер свою фамилию и больше не использовал слово «Туоба».

Мать Туоба Сю была родом с Центральных равнин, и ее положение в стране Сие не было низким. Несмотря на то, что благородный намекнул, что хочет помочь ему получить трон, он отказался и предпочел покинуть страну Сие.

В этот период Туоба Сю был слабым и худым, с больным телом. Если бы не дворянин, он бы уже давно умер от злых проделок своих братьев.

Сюэ Лин был смешанной расы, и его положение было схоже с положением Туоба Сю. Чтобы хорошо сыграть роль, он в последнее время контролировал прием пищи и питья и сильно похудел. Под руководством гримера и с помощью древней одежды и прически он стал похож на слабого подростка, который вот-вот умрет.

Режиссер был очень доволен своим выбором, а глаза оператора были яркими, когда он делал много снимков подряд.

Жизнь Туоба Сю в основном делилась на четыре части. Первая - это период, когда он был принцем; вторая - когда он в одиночку отправился на Центральную равнину для восстановления сил и стал называться мастером боевых искусств Центральной равнины Первым принцем Цзяньху; третья - период, когда император страны Тяньлань узнал о его таланте, и он был назначен императором главным советником принца.

Говорили, что человек, который его представил, был известным наложником королевского дворца в то время, и у них были хорошие отношения; четвертый период - когда он стал мужским супругом. Он был старше принца более чем на десять лет и испытывал глубокие чувства к императору.

Император также очень доверял ему. Хотя он был мужским консортом, ему также дали должность премьер-министра, и он сделал много добрых дел для страны Тяньлань и ее последующих поколений. Исторические книги были полны похвал в его адрес.

Грим и костюмы для этих четырех ролей были разными. Сюэ Лина целый день гоняли по площадке, и он очень хотел прилечь, но система насмехалась над ним - кто позволит ему быть таким ленивым в ближайшее время? Никто не позаботится о нем после того, как он покинет дом.

Он холодно фыркнул, собрал свои вещи и поднялся наверх, чтобы найти Бай Хао.

Когда он закончил гримироваться и фотографироваться в костюме, как раз в это время Бай Хао освободился от работы. Сюэ Лин уже договорился о встрече с братом, но он не ожидал увидеть красивую женщину в красном в кабинете Бай Хао, когда поднялся наверх. Присмотревшись, он понял, разве это не Фэн Чэн, маленький цветок мира шоубизнеса, который может стоять бок о бок с White Light Entertainment?

Система фыркнула рядом с ним: «Мисс Фэн родилась в семье, которая имеет такой же статус, как и ваша, и заработала себе хорошую репутацию в кругу развлечений, основываясь на собственных способностях. Согласно первоначальному сюжету, это ваша будущая невестка».

Шаги Сюэ Лина приостановились, и он повернул голову, чтобы с застывшей улыбкой спросить систему:

«Что ты только что сказала?»

«Согласно первоначальному сюжету, она вышла замуж за Бай Хао. Обе семьи были великими кланами, и после их брака White Light Entertainment развивалась за пределами Китая и пользовалась всемирной славой».

Система, казалось, не заметила его мрачного тона и объясняла подробности очень добросовестно.

В этот момент Сюэ Лин неожиданно вышел из себя. Как он мог не знать раньше, что в сюжете есть такой поворот, и что Бай Хао можно рассматривать как человека, которого уже похитили? Разве он не разрушил чей-то брак?

Поняв, о чём он думает, система пояснила: «Слушай, ты еще ничего не сделал, так что это не должно считаться. И я всегда чувствовал, что этот Бай Хао не совсем правильный. Он вызывает у меня чувство, похожее на то, что было у предыдущего генерала и Коула».

Сюэ Лин надулся. «Да, они все чертовски сдержанные люди. Проклятые. Другие люди привлекают властных президентов, а я получаю только скучных и угрюмых мужчин, которые ничего не говорят, даже когда им грозит смерть. Они же не умрут, если скажут «Ты мне нравишься»!!!»

Система теперь знала, откуда исходит его недовольство, и решила промолчать и не заглядывать слишком глубоко в чувства своего хозяина. В конце концов, хозяин недавно пренебрегал ею, и было бы плохо, если бы она слишком много говорила, а он выходил из себя.

Сюэ Лин был в плохом настроении, а когда у него было плохое настроение, он, естественно, не позволял другим чувствовать себя хорошо. Он попросил систему проверить, чем в последнее время занимался Сунь Цзянань, а затем решил позвонить Линь И и попросить его прийти на встречу. Он чувствовал, что ему необходимо как следует поговорить с этим мерзавцем гуном о том, что он посылает цветы каждое утро.

Система молча зажгла свечу для ничего не понимающего Бай Хао, который все еще находился в конференц-зале.

Оставив секретарю сообщение, чтобы Бай Хао знал, что его не нужно ждать, когда он выйдет, Сюэ Лин покинул здание. Он не собирался разговаривать с госпожой Фэн Чэн, и даже секретарю было любопытно, что случилось, что заставило его выглядеть таким несчастным.

Сунь Цзянань хорошо понимал характер Линь И, именно поэтому он поссорился с любовником и уехал, как только почувствовал, что другая сторона хочет порвать с ним. Он догадывался, что после его ухода Линь И перестанет замечать его очевидные плюсы.

Поэтому, хотя он и поспешил уйти, но время от времени давал о себе знать. Линь И увидел, как он тоскует и любит его, и был тронут - прошло всего два дня с момента их расставания, а он уже начал покупать вещи, чтобы уговорить Сунь Цзянаня.

Конечно, даже когда он утешал Сунь Цзянаня, он не забывал каждое утро посылать цветы Сюэ Лину, чтобы выразить свою любовь.

Мужчины всегда относились к своим поклонницам с нежностью. Линь И так расположил Сунь Цзянаня, что на следующую ночь они снова легли в постель вместе.

Когда Сюэ Лин попросила систему проверить их двоих, Линь И все еще был дома с Сунь Цзянанем, наслаждаясь теплом другого человека. Как только Сюэ Лин позвонил ему и попросил Линь И встретиться с ним, он увидел на мониторе системы, что лицо Сунь Цзянаня сразу стало уродливым, и он со злостью швырнул подушку.

Сюэ Лин восхищалась его скупостью. Мужчина, с которым он только что переспал прошлой ночью, теперь был вызван его настоящей любовью, но Сунь Цзянань просто бросил подушку, которая была рядом с ним, и ударил кулаками по простыням.

На его месте он бы сделал так, чтобы другая сторона стала импотентом на всю жизнь и умерла без захоронения.

О, его мировоззрение было слишком ненормальным, чтобы применить его к современному обществу.

Сюэ Лин встретилась с Линь И в кафе. Он сидел в расслабленной позе с солнцезащитными очками на носу. Только официант удивленно посмотрел на него, но он только недавно стал известным, и официанту показалось, что он немного знаком, но он не мог его узнать.

Линь И не сразу приехал, так как перед выходом он решил принять ванну. Он не решался выйти к Сюэ Лину из-за вчерашнего вечера. Он решил оставить Сунь Цзянаня и преследовать Бай Юэ, но Сунь Цзянань был так добр к нему, что он не смог бы причинить ему боль, и по невнимательности снова увлекся им. Это заставило его почувствовать вину перед Бай Юэ.

«Сяо Юэ».

Положив портфель, Линь И немного смутился и сказал: «Мне нужно было уладить кое-какие дела в компании. Прости, что опоздал».

Сюэ Лин покачал головой в знак того, что это не имеет значения, и указал на чашку кофе перед собой. «Это всего лишь чашка кофе, которая остыла. Вы можете просто заказать другую чашку».

Глядя на кофе перед собой, странное настроение Линь И улучшилось. По его мнению, то, что Сюэ Лин заказал для него кофе, означало, что он ему интересен. Были ли полезны розы, которые он посылал каждый день?

«Все в порядке. Раз ты заказал, я выпью».

Сюэ Лин никак не отреагировала на его слова. В конце концов, они были странными и отвратительными.

«Неужели Сяо Юэ не просто так хотел меня видеть?»

Линь И старался сдержать смех, чтобы не показаться слишком льстивым. Он всегда бессознательно слишком много смеялся перед человеком, о котором так долго думал. Это заставляло других чувствовать, что он глуп.

«Ну, я видел твои розы сегодня утром».

Сюэ Лин сделал глоток собственного сока и лениво сказал:

«Мне жаль, что я увидел их только сейчас. Мой старший брат, наверное, уже выбросил все присланное. Он не очень хочет, чтобы я дружил с грубыми или грязными людьми».

«Э...»

Линь И был несколько удивлен.

«Старший брат Бай, кажется, немного строг с тобой».

Сюэ Лин усмехнулся и сказал:

«Так и есть. Он не интересовался мной в течение десяти лет, но после моего возвращения в страну он стал вести себя гораздо строже».

Он знал, что у Бай Хао есть люди, следящие за ним. Он произнес эти слова специально для них, и было бы лучше, если бы они даже передали их Бай Хао. Он утверждал, что люди были там, чтобы защитить его, но кто не знал, что этот проклятый репрессированный человек просил их тайком фотографировать его каждый день? Может ли он быть более извращенным?

Линь И кашлянул. «Почему бы тебе тогда не переехать, Сяо Юэ? Может, у меня больше ничего и нет, но у меня еще много домов в городе Хай. Где бы ты хотел жить? Я найду для тебя местечко».

Сюэ Лин покачал головой. «Я скоро присоединюсь к съемочной группе, спешить некуда. Верно, давайте вернемся к разговору о розах».

Выражение лица Линь И на мгновение стало жестким, но потом показалось, что он принял решение. Он открыл рот, чтобы сказать:

«Сяо Юэ, как я и написал на своей открытке, ты мне нравишься, и я хочу добиваться тебя. Я влюбился в тебя с первого взгляда. В то время ты не любил разговаривать, не любил участвовать в групповых занятиях, и единственным человеком, который мог поговорить с тобой в классе, был я. Ты не знал, как я был счастлив - как будто ты была только моим. Когда отец попросил меня вернуться домой, я боролся с ним, но он угрожал мне, и у меня не было другого выбора, кроме как вернуться домой. Я хотела спрятать эту любовь в своем сердце, но ты тоже вернулся и не собираешься уезжать, хочешь остаться дома и развивать свою карьеру. Сяо Юэ, может быть, ты дашь мне шанс, а также дашь шанс себе и пойдешь со мной на свидание?»

Губы Сюэ Лина изогнулись, и он с интересом оглядел его с головы до ног. Казалось, что его взгляд с головы до ног снимает с него одежду и оценивает его кожу дюйм за дюймом. Его красивые бледно-карие глаза слегка сузились, и Линь И был очень взволнован. Если бы у него в руках был кнут, возможно, он действительно попросил бы Сюэ Лина отхлестать его прямо здесь и сейчас.

Его губы открылись и закрылись, но слово, которое он произнес, было холодным и бессердечным, как будто на него сверху вниз вылили таз холодной воды, полностью погасив кипящее настроение Линь И.

«Нет».

«Почему!»

Линь И внезапно вскочил. Его голос был довольно громким и вызвал удивленные взгляды окружающих. Он быстро сел на свое место и печально посмотрел на Сюэ Лина, словно его обидели.

«Не спеши отвергать меня. В том, что тебе нравится мужчина, нет ничего страшного; я обещаю, что буду хорошо к тебе относиться. Если ты чего-то хочешь, я могу тебе это дать».

Сюэ Лин странно посмотрела на него.

«Я сам могу получить то, что хочу. Зачем мне нужно, чтобы ты мне это давал?»

Эти слова часто использовались для того, чтобы подзадорить Сунь Цзянаня, поэтому они вырвались автоматически, когда он столкнулся с Сюэ Лином. Только сейчас он понял, что перед ним не такой человек, как Сунь Цзянань, который был никем и мог полагаться только на него. Выражение его лица на секунду изменилось, но вскоре эта мысль была отброшена на задний план.

Бай Юэ был тем, кого он всегда преследовал. Независимо от того, был ли Сунь Цзянань еще более внимательным, он все равно не мог сравниться с ним. Кроме того, Бай Юэ не нужно было полагаться на него, это показывало, что они с Бай Юэ были равны. При этих мыслях на лице Линь И снова появилась улыбка.

Сюэ Лин понятия не имел, какие мысли витали в его голове, но он был уверен, что это были грязные мысли, из-за которых он хотел бы его убить, и ему было неинтересно пытаться их понять.

«Я знаю, что нет ничего особенного в том, чтобы нравиться мужчине, но разве для того, чтобы выразить свою симпатию ко мне, тебе нужно было найти кого-то, кто похож на меня, чтобы держать рядом с собой?»

Линь И быстро махнул рукой:  «Сяо Юэ, не пойми неправильно. Отношения между Сунь Цзянанем и Линь И не такие, как ты думаешь».

Сюэ Лин слегка приподнял подбородок, и маленькое изнеженное и высокомерное движение было чрезвычайно убедительным. Его слегка опущенные веки прикрывали пару блестящих и красивых лисьих глаз с чуть приподнятыми уголками. Чем больше он вел себя высокомерно и могущественно, тем больше он вызывал у других желание стащить его с платформы и поиздеваться над ним. Было бы еще лучше, если бы эта пара прекрасных глаз была наполнена слезами - слегка покрасневшими в уголках и блестящими. Это было бы очень очаровательно.

«Мне нет дела до тебя и Сунь Цзянаня. Я просто не хочу больше получать твои розы».

Он нахмурился и сказал несколько нетерпеливо:

«Если я увижу это, то только замараю глаза. Просить моего старшего брата выбрасывать их каждый день - это пачкать руки».

Линь И был ошеломлен. Он никогда не думал, что Сюэ Лин будет говорить такие слова в ответ на его признание. Бай Юэ в его сердце был такой красивый, как он мог сказать ему такие злые слова?

Сюэ Лин был намерен разрушить его мечту.

«Я бы выбрала любого, а не тебя, Линь И. Сидя с тобой за чашкой кофе, я уже чувствую себя испачканным».

Он встал и продолжил:

«Ты смотрел на себя перед выходом? Поищи маленькое зеркальце и посмотри на красную отметину на шее».

Его смех был холодным, что немного смутило Линь И.

«Пришел из дома Сунь Цзянаня, чтобы признаться мне. Линь И, насколько велико твое эго, что ты думаешь, что мы двое должны вращаться вокруг тебя».

К тому времени, как Линь И взял себя в руки, он уже ушел. Он торопливо бросил на стол деньги и побежал за Сюэ Лином. Кафе находилось не на обочине дороги, а на небольшой площади. Машина Линь И остановилась на обочине.

Он пробежал пару шагов, чтобы догнать Сюэ Лина, а затем схватил Сюэ Лина за запястье, потянул его на себя и швырнул в машину, прижавшись к нему всем телом.

Обеденный перерыв закончился, и в это время на улице никого не было. Сюэ Лин был застигнут врасплох и не успел вовремя среагировать, чтобы защититься, когда его больно ударили спиной о машину. Он провел эту жизнь как маленький молодой мастер, которого ценили и оберегали, и его тело было очень хрупким. При таком прямом столкновении его спина, скорее всего, покрылась бы большими черно-синими пятнами.

Он уставился на Линь И с раздраженным лицом и сердито сказал:  «Что ты делаешь?»

Линь И тоже был взволнован, он и не подозревал, что так сильно обидел его. Он умоляюще посмотрел на Сюэ Лина.

«Сяо Юэ, почему бы тебе не дать мне шанс и не дать шанс себе. Я так тебя люблю».

Сюэ Лин усмехнулся и сердито сказал:  «Ты любишь меня? Как ты меня любишь? Заставляя кого-то притворяться мной, будто ты спишь со мной?!»

Линь И услышал, как он снова упомянул об этом, и его мозг перевернулся; неизвестно, о чем он думал, когда он сказал:

«Если я тебе не нравлюсь, тогда почему ты так заботишься о Сунь Цзянане? Почему бы тебе не согласиться пойти со мной на свидание и пообещать больше не злиться... если ты согласишься, я сразу же порву с Сунь Цзянанем!»

Сюэ Лин почувствовал отвращение к его словам.

«Ты хочешь мне понравиться? Это слишком смешно. Линь И, кем ты себя возомнил? Думаешь, ты как деньги, и всем должен нравиться?»

«Почему меня волнует Сунь Цзянань? Потому что я его ненавижу, и меня от него тошнит. Он человек, который подражает мне и похож на меня, и даже забрался в чужую постель и целыми днями ведет себя как белый лотос на моих глазах, ища смерти. Почему бы мне не заботиться о нем? Но по сравнению с ним я презираю тебя еще больше».

Он четко выделил каждое слово.  «Линь И, ты мне противен».

Глаза Линь И сразу покраснели, вероятно, из-за постоянной стимуляции Сюэ Лина. Он схватил руку Сюэ Лина и снова прижал его к машине, опустил голову и попытался прикусить губы Сюэ Лина, желая поцеловать его. Но едва он коснулся этих красных губ, как кулак ударил его прямо в лицо. Он был достоин быть главным героем этой истории - он увернулся в одну сторону, но был вынужден отпустить Сюэ Лина.

Сюэ Лин болезненно коснулся спины, а затем с выражением отвращения на лице стал тереть губы.

Перед ним стоял Бай Хао, и хотя первый удар не попал в цель, он нанес еще один, который попал Линь И прямо в живот. От одного удара Линь И упал на землю, а его лицо исказилось от боли. Бай Хао явно не хотел его отпускать и уже собирался ударить его ногой, но Сюэ Лин рукой оттащил его назад.

Он опустил голову, выражение его лица было неясным, одна рука крепко держалась за руку Бай Хао, другая все еще вытирала губы, которых только что коснулся мерзавец. Бай Хао не мог видеть выражение его лица, но это не помешало ему понять намерение Сюэ Лина. Он свирепо посмотрел на Линь И и сказал:

«Если я еще раз увижу, как ты появляешься перед моим младшим братом, я сделаю так, что ты останешься импотентом до конца жизни!»

Сюэ Лин подумал про себя, что это хорошая идея, но сохранил голову склоненной. После того как Бай Хао закончил свою угрозу, Сюэ Лин пошел еще быстрее, чем он, и поспешил сесть в машину Бай.

Водитель с некоторым огорчением посмотрел на младшего молодого господина, а затем на старшего молодого господина, который вошел следом с лицом, мрачным, как грозовая туча, и понял, что на этот раз семья Линь, скорее всего, будет уничтожена, и причиной тому стал безумец Линь И.

Такой мерзавец, как Линь И, посмел жаждать их маленького молодого мастера... Их маленький молодой мастер был прекрасен, как нефрит короны, как луна в небе, и каждый его шаг был похож на движения бессмертных. Линь И, ищущий замену, уже был кощунственен по отношению к их маленькому господину, но он даже посмел поднять на него руку, он просто молил о смерти!

Сюэ Лин непрерывно потирал губы руками. Его голова была опущена, и Бай Хао не мог видеть его выражения лица, но он мог догадаться, какое сильное отвращение испытывает сейчас его младший брат. Однако... он не мог позволить ему постоянно тереть губы, поэтому он протянул руку и схватил Сюэ Лина за руку.

Сюэ Лин затих и не пытался вернуть контроль над своей рукой.

Хотя он намеренно стимулировал Линь И, он не ожидал, что тот прикоснется к нему. Он был немного помешан на чистоте, и ему было невыносимо, когда к нему прикасался такой мерзавец, как Линь И, поэтому он постоянно подсознательно хотел вытереть губы. Изначально розовые губы стали ярко-красными и казались необычайно нежными и хрупкими

По дороге домой оба брата молчали, казалось, что приближается гроза. Водитель тоже не решался заговорить, и мог только тихо молиться за младшего молодого господина, надеясь, что старший молодой господин на этот раз ничего ему не сделает. В конце концов, маленький молодой господин тоже был жертвой.

В последние два дня старый мастер Бай и его старые друзья ехали в поход. Только дворецкий осталась присматривать за домом. Сюэ Лина затащили прямо в комнату Бай Хао, и по дороге их никто не видел.

Бай Хао прижал Сюэ Лина к кровати, но не успел он, как следует сесть, как тот уже вскочил и побежал в ванную. Взгляд Бай Хао был нечитаемым, когда он смотрел ему вслед, и, видя, как он снова и снова моет лицо водой, казалось, что всех этих растираний было недостаточно, чтобы он почувствовал себя лучше - ему нужно было вымыть лицо, чтобы избавиться от этого ощущения.

Бай Хао, наконец, не выдержал, долго наблюдая за тем, как Сюэ Лин моется. Он зашел в ванную и вытащил человека изнутри, прижав его обратно к кровати. Сюэ Лин все еще был взволновал, но взгляд Бай Хао притягивал его. Этот взгляд был дьявольским и свирепым, как будто он хотел наброситься на него и был готов сорваться при малейшей провокации.

Сюэ Лин в душе подумал, что если он действительно способен удержать его на месте, то он действительно напугает его.

Уложив неохотно упирающегося Сюэ Лина на кровать, Бай Хао вышел на минутку и принес аптечку. Он закрыл и запер дверь, и наконец, открыл рот, чтобы сказать:  «Раздевайся».

Сюэ Лин знал, что от него хотят, и немного сопротивлялся, но все же поднял одежду на верхней части тела.

Его спину ударили так сильно, что она почернела и посинела, и теперь выглядела особенно уродливо.

Лицо мужчины было совершенно черным, и в его тоне не было места для дискуссий:

«Сними это».

Сюэ Лин надулся, чувствуя, что он уже снял достаточно, но чтобы не противостоять человеку, который был явно не в духе, все же послушно стянул одежду с верхней части тела.

Затем Бай Хао толкнул его вниз, чтобы он лег плашмя на кровать. Его придавили так сильно, что у него заболел подбородок.

«Старший брат, успокойся»- воскликнул он и покрутил талией, чтобы казаться более похожим на себя и чуть менее угрюмым.

Его маленькая талия была черно-синей, и Бай Хао почувствовал душевную боль, когда увидел ее, но Сюэ Лин был явно неблагодарен, он крутился взад-вперед, его стройная талия двигалась под его руками. Эти две ямочки на спине были неглубокими, и в его глазах они казались невероятно милыми. Глаза Бай Хао были черными, как чернила, но казалось, что в них горит два огня.

Сюэ Лин посмотрел в сторону его лица и негромко хмыкнул, чтобы вернуть сознание старшего брата.

Бай Хао достал мазь. Сначала он шлепнул Сюэ Лина по двум упругим ягодицам, чем поверг его в оцепенение, а затем взял мазь и втер ее ему в поясницу.

В тот момент, когда Сюэ Лин хотел вскочить и убить проклятого извращенца, посмевшего ударить его по заднице, прохладная мазь прошлась по его талии и сделала его конечности мягкими. Рука Бай Хао надавила на его талию и сильным движением скользнула вниз, отчего сильно ушибленное место запульсировало от боли. Сюэ Лин не смог сдержаться и слабо застонал.

Руки Бай Хао замерли, он смотрел на лежащего на кровати человека, взгляд его глаз был нечитаемым.

Когда его движения прекратились, Сюэ Лин, естественно, остался недоволен, повернул голову и нахмурился. Он жалобно позвал Бай Хао и привел его в чувство.

«Больно».

Бай Хао вовсе не собирался его успокаивать. Услышав крик боли Сюэ Лина, он лишь усмехнулся.

«Теперь ты знаешь, что это больно. Почему ты не подумал об этом, когда никого не предупредив побежал к нему?»

Сюэ Лин надулся и подумал про себя, что он не совсем ушел без слов, разве он не оставил ему сообщение? Кроме того, не может быть, чтобы этот проклятый извращенец не знал, где он находится; разве он не договорился, чтобы люди следили за ним двадцать четыре часа в сутки? Но, в конце концов, он только сказал:

«Я никогда не думал, что он попытается принудить меня».

Бай Хао снова усмехнулся, но его рука не проявила никакой пощады, давя до тех пор, пока Сюэ Лин снова не вскрикнул, чувствуя все виды обиды.

«Очевидно, что это меня обидели, но ты срываешь злость на мне».

Бай Хао рассмеялся.  «Если бы я обижался на тебя, разве я стал бы помогать тебе с лекарством?»

Сюэ Лин неловко рассмеялся:  «Да, да, да. Я знаю, что старший брат относится ко мне лучше всех, и даже помог мне избить того мерзавца».

«Почему ты не позволил мне ударить его еще несколько раз за тебя?»

«Я просто хотел убежать от него, когда увидел его, и я хотел вернуться домой и прополоскать рот»- пробормотал Сюэ Лин и пожаловался:

«С тех пор, как он меня тронул, я чувствовал себя очень отвратительно».

Лицо Бай Хао слегка изменилось. Он тихо спросил:  «Тебе не нравится, когда тебя трогают мужчины?»

Сюэ Лин снова посетовал на себя - разве он уже не лежал на кровати этого проклятого мужчины? А его все еще волновал вопрос, ненавидит он мужчин или нет. Разве в этом мире нет логики? Глупо садиться в автобус и ехать некоторое время, а потом узнавать, в каком направлении он движется. Обнимая кого-то, разве ты не даешь ему ощущение, что между вами симпатия и заинтересованность?

Конечно, Сюэ Лин был подавлен до такой степени, что никакие лекарства не могли его вылечить!

И хотя он был несколько удручен, все же лучше, если бы действия, которые он выдумал в своей голове, не происходили с ним на самом деле. Если эти двое уже были любовниками, то это было бы забавно, но если нет, то это было бы преступно. Мысли Сюэ Лина ходили по кругу, но его лицо оставалось неизменным. Он покачал головой и ответил:

«Дело не в этом. Я просто нахожу Линь И отвратительным».

Это маленькое лицо выглядело крайне невинным, казалось, он не понимал, на чем сосредоточился его старший брат.

Взгляд Бай Хао потемнел и задержался на спине Сюэ Лина, но он не забыл нажать на повтор:

«Это потому, что он мужчина, и ты ему нравишься?»

Сюэ Лин знал, на что он намекает своими окольными словами, и находил это забавным.

«Нет, я не делаю различий, когда дело касается этого аспекта, но то, как он любит кого-то, действительно вызывает у меня отвращение. Поиск замены и тому подобные вещи, каким властным президентом он себя возомнил? Это действительно оскорбительно».

Бай Хао не было понятно, понял ли он его слова, но он кивнул и издал звук подтверждения.

Его взгляд скользнул вниз от красивых плечевых костей юноши, скользнул по изгибу талии, задержался на ямочках на спине, а затем еще дальше, на нижнюю половину тела Сюэ Лина, которая все еще была прикрыта брюками. Его глаза разгорелись, как будто ему не терпелось стянуть эти брюки.

Сегодня Сюэ Лин был одет в джинсы с низкой талией. Посадка была не очень плотной, и когда он ложился, на талии оставалось свободное пространство, из-за чего джинсы сползали вниз. По линии талии был виден край белых трусов, а дальше - две круглые и упругие ягодицы, обтянутые джинсами и образующие красивый изгиб. Бай Хао был несколько заворожен этим зрелищем, что его дыхание участилось.

Движения рук мужчины постепенно становились хаотичными. Сюэ Лин мысленно проклинал его за то, что он проклятый извращенец, но при этом робкий и не двигается вперед.

При этом, казалось, он не собирался препятствовать любым действиям с его стороны.

В душе Бай Хао было неспокойно, но внешне он по-прежнему выглядел как порядочный старший брат. Он даже хотел продолжать сводить счеты с Сюэ Лином.

«Разве мы не планировали поужинать вместе? Разве ты не специально пытался разозлить меня, когда в одиночку сбежал к Линь И?»

Хотя у него действительно было такое намерение, он не мог признаться в этом! Сюэ Лин обиженно перевернулся и посмотрел на Бай Хао.

«Конечно, нет!»

«Тогда почему ты ушел, не повидавшись со мной?!»

Сюэ Лин нахмурился и усмехнулся:

«Разве у старшего брата не было сегодня свидания с красивой женщиной? Как я мог прерывать тебя!»

Бай Хао тоже нахмурился, он выглядел озадаченным.

Сюэ Лин вспомнил все, на что он злился, чтобы выразить, как он был несчастен.

«Я хотел навестить тебя после работы, но в кабинете старшего брата сидела красивая женщина. Я не хотел мешать встрече старшего брата, поэтому я подумал о встрече с Линь И, чтобы дать ему понять, что он не должен больше присылать мне розы».

Лицо Бай Хао стало немного озадаченным: «Ты видел розы сегодня утром?»

«Да».

«Я попрошу домработницу выбросить их в следующий раз, чтобы они не попали в дом».

«Почему бы тебе просто не сделать так, чтобы у него не было времени снова приставать ко мне?»

«Хорошо».

Теперь, когда его младший брат попросил об этом, Бай Хао, естественно, согласился. Его план по уничтожению Линь И сразу же переместился на более высокий уровень. Но даже будучи довольным, он не забывал объясниться с Сюэ Лином:

«Так ты видел госпожу Фэн Чэн?»

«Разве она не должна стать моей будущей невесткой?»

Слова Сюэ Лина были немного ревнивыми, и в голове Бай Хао зародилась кое-какая догадка, отчего он почувствовал себя необъяснимо счастливым.

«Как такое может быть?» - спокойно ответил старший брат.

Сюэ Лин сел. Верхняя часть его божественного тела была обнажена, и теперь, когда он сидел лицом к старшему брату, Бай Хао повезло, что он смог как следует рассмотреть его.

«У семьи Фэн было намерение устроить договорной брак, но я уже отказался».

Сюэ Лин насмехался, и было неизвестно, верил он в это или нет. Его поступок заставил Бай Хао смелее строить догадки, и он потянулся, чтобы коснуться головы Сюэ Лина, но брат увернулся. Юноша посмотрел на него своими влажными лисьими глазами.

Они были невыразимо прекрасны, и от них у Бай Хао защемило сердце. Его нижняя часть тела, которая и так была немного опухшей, еще больше взволновалась от этого взгляда.

«Так тебе не нравится Фэн Чэн?» - спросил Бай Хао.

Сюэ Лин не ответил.

Бай Хао продолжил свои догадки: «Или ты не хочешь иметь невестку?»

Сюэ Лин уставился на Бай Хао, на его лице мелькнуло удивление, и в душе он подумал, что эту проклятую палку в грязи наконец-то можно считать крючком. Но внешне лицо Сюэ Лина оставалось холодным.

«О чем толкует старший брат? Рано или поздно появится старшая невестка. Независимо от того, нравится мне это или нет, я не могу вмешиваться в решение старшего брата».

Когда Бай Хао увидел его нынешнее выражение лица, он обрадовался еще больше. Чувства, которые были глубоко спрятаны все это время, начали просачиваться наружу, когда он протянул руку Сюэ Лину, подталкивая его дальше:

«Ты не хочешь, чтобы я нашел тебе невестку?»

Сюэ Лин отвернулся и проигнорировал его, но его лицо было полно недовольства. Он явно не ответил, но ответ все же прозвучал. Бай Хао был очень доволен, когда повернул лицо Сюэ Лина обратно к себе.

«Где этот мерзавец сейчас тебя трогал?»

Сюэ Лин колебался, подсознательно нахмурившись, он снова хотел в который раз вытереть губы, но его руку поймали, когда Бай Хао наклонился вперед и неожиданно поцеловал его в губы.

Сначала это было просто прикосновение губ, но когда Бай Хао увидел, что Сюэ Лин не оттолкнул его, он начал использовать это в своих интересах.

Сюэ Лин сидел на кровати. Бай Хао использовал свою силу, подхватил юношу и заключил в свои объятия.

Позы двух людей изменились, и Сюэ Лин пришел в себя. Он вытянул язык и легонько лизнул губы Бай Хао.

Глаза Бай Хао потемнели, его рука обхватила талию Сюэ Лина, он опустил голову, чтобы углубить поцелуй.

Сюэ Лин открыл рот, и Бай Хао не стал тратить силы, а отпустил свой язык, чтобы спутать его с маленьким языком другого, который дразнил его раньше. Их поцелуй становился все более и более интенсивным, и вскоре они уже задыхались. Сюэ Лин почувствовал, как рука скользит по его талии и забирается в джинсы, и не смог удержаться от легкого раздражения, бросив взгляд на Бай Хао.

Его щеки раскраснелись от поцелуя, лисьи глаза увлажнились; его взгляд совсем не произвел желаемого эффекта, а наоборот, был очень привлекательным. Бай Хао проклял его за то, что он такой соблазнительный демон, а затем ущипнул его за подбородок и склонил голову, чтобы поцеловать его снова.

Этот поцелуй был совсем не похож на предыдущий. Он был сильным и агрессивным, Сюэ Лин только собирался сопротивляться, но его руку схватил Бай Хао, и все его тело оказалось в объятиях другого. Он был совершенно не в состоянии пошевелиться.

На этот раз Бай Хао почти стянул с него брюки.

Хотя он намеренно соблазнял Бай Хао, не в стиле Сюэ Лина, чтобы так просто дать ему победить.

Пока Бай Хао все еще пытался сделать свой ход, Сюэ Лин дернул штаны обратно, и переместился на другую сторону кровати. Его глаза немного покраснели от поцелуя, он выглядел сильно взъерошенным, но все равно смотрел на Бай Хао, поджав губы, как маленький кролик на большого серого волка, который вот-вот выломает дверь.

Система тихо выругалась в сердцах, что городские люди действительно знают, как играть, а затем ее маленькое лисье тело исчезло, и она вернулась в системное пространство, чтобы спрятаться.

Хозяин, очевидно, планировал сделать некоторые вещи, которые не должны были видеть дети, и ей, вероятно, следовало избегать этого.

Это было то, о чем он так долго думал, и теперь у него, наконец, появился шанс воплотить это в реальность. Бай Хао не был джентльменом. Он даже осмелился совращать своего младшего брата, на что еще он способен? В этот момент на лице старшего молодого мастера Бая появилось редкое подобие улыбки, и он поманил согнутым пальцем младшего брата, который все еще смотрел на него в легкой панике.

«Малыш, будь паинькой и иди сюда сам, хорошо?»

Сюэ Лин посмотрел на него с некоторой обидой. Казалось, что он сердито игнорирует слова брата.

«Малыш, перестань, я знаю, чего ты хочешь. Тебе очень некомфортно, верно? Почему бы тебе не прийти сюда и не позволить старшему брату помочь тебе?»

«Ты обращаешься со мной как с трехлетним ребенком?

«О…»

Бай Хао негромко рассмеялся, прекратил попытки уговорить его и перелез через кровать, чтобы добраться до него Его движения были быстрыми, и Сюэ Лин был схвачен еще до того, как он успел среагировать.

«Очевидно, это ты поднял эту тему. Почему ты смотришь на меня такими глазами, что кажется, будто твой старший брат - зверь?»

«А ты не зверь?» Сюэ Лин не собирался сопротивляться и позволил ему обхватить свою талию и прижаться к своему телу.

«Решил подкатить к своему младшему брату».

«Я никогда не считал тебя своим братом».

Голос Бай Хао был очень приятен на слух, особенно когда в нем слышались нотки подавленного желания; он был хриплым и глубоким, как предупреждающий рык, который раздается из глубины горла хищника, когда он защищает свою добычу.

«В любом случае, мы глубоко влюблены и нас влечет друг к другу. Почему я не могу сделать шаг?»

«С каких пор мы глубоко влюблены?»

«С этих самых».

Бай Хао опустил голову и поцелуями прошелся по позвоночнику, его язык скользил по спине. Все тело Сюэ Лина напряглось от этих ощущений.

«Мой малыш согласился быть со мной только сейчас».

«Я думаю, что в самом начале глубокой совместной любви кому-то сначала нужно признаться в своих чувствах. Как можно насильно поцеловать кого-то и ничего не сказать, считая это глубокой влюбленностью? Кем ты себя возомнил?»

Сюэ Лин лениво повернул голову, чтобы посмотреть на него, его губы прикоснулись к лицу Бай Хао, и он встретился взглядом с парой глубоких черных глаз.

Глубоко внутри него вспыхнул свет, словно он хотел полностью поглотить его.

Но, услышав его слова, эти глаза снова засветились весельем и нежностью. Бай Хао погладил Сюэ Лина по голове и смягчил свой тон, его голос был полон тепла, когда он сказал:

«Бай Юэ, я люблю тебя. Можешь ли ты полюбить меня в ответ?»

Несмотря на то, что Бай Хао назвал не его имя, Сюэ Лин удовлетворенно прищурился. Он перевернулся и прижался к телу Бай Хао.

«Я могу любить тебя».

Его глаза сузились, словно он что-то высчитывал, он высокомерно поднял голову.

«Но ты должен пообещать мне, что будешь любить только меня в этой жизни».

Он протянул руку, чтобы крепко схватить Бай Хао за воротник.

«Если ты хочешь быть со мной, тебе лучше не думать о том, чтобы найти мне невестку или сделать меня маленьким племянником».

Он был чрезвычайно торжественен и серьезен, до такой степени, что Бай Хао не мог не захотеть поднять его лицо и поцеловать, закрыть этот бесконечно болтающий рот и смотреть, как он смягчается, словно тающее масло, в его руках.

«Если ты посмеешь предать меня». Он оскалил зубы в ухмылке, словно желая напугать Бай Хао, и пригрозил: «Я позабочусь чтобы ты умер ужасной смертью».

Бай Хао ответил очень просто, он издал звук согласия, его рука провела по спине Сюэ Лина, умело прижимая его к кровати. Он улыбнулся и сказал:

«Если у меня есть ты, то нет необходимости искать жену или заводить детей. Я хочу только тебя. Отныне в семье Бай будем только ты и я».

Сюэ Лин удовлетворенно кивнул, и позволил Бай Хао держать и рассматривать себя, как ему заблагорассудится.

«Что ты на меня смотришь?»

«Смотрю, какой ты привлекательный».

Руки Бай Хао внимательно проследили за его чертами.

«Когда я впервые увидел тебя, ты словно украл мою душу».

Сюэ Лину тоже было очень интересно, почему чувства Бай Хао к нему так сильны, но Бай Хао понятия не имел, а Сюэ Лину тоже очень нравился этот его «старший брат», поэтому он решил побаловать себя в этот раз.

В любом случае, даже если бы судьба главного героя полностью изменилась, а удача отдалилась, ему все равно пришлось бы остаться в этом мире и жить здесь полноценной жизнью.

И так уж получилось, что был человек, с которым он мог бы провести эту жизнь.

Если Бай Хао действительно осмелится предать его, то он просто убьет его, а затем сделает себя главой семьи Бай.

Что касается линии наследования семьи Бай, то его отец и мать были еще молоды, и он мог просто подождать, пока они произведут на свет еще несколько маленьких человечков. Или же он мог попросить систему сделать ход и дать этому миру технологию, позволяющую двум мужчинам иметь детей. Тогда Бай Хао мог бы родить ребенка.

Ну, да. В конце концов, если он хочет быть на вершине, то должен заплатить определенную цену.

Бай Хао совершенно не замечал безумных мыслей, проносящихся в голове лежащего под ним человека. Он медленно поцеловал его в лоб, а затем снова приник к его губам, и штаны, которые не были натянуты должным образом, снова были сняты.

Между этими двумя людьми был заметный контраст: на одном остались только трусы, а на другом - вся одежда. Сюэ Лин почувствовал себя немного расстроенным.

Не желая проигрывать, он попытался начать снимать одежду с Бай Хао.

Затем над ним издевался Бай Хао, который не мог терпеть инициативу Сюэ Лина, и у него совсем не было сил заботиться о том, есть ли на другом человеке одежда или нет.

Казалось, это была самая обычная ночь. Луна ярко висела в небе, и вилла была освещена огнями всю ночь. Когда Линь И вернулся домой, он сломал много вещей и полностью порвал с Сунь Цзянанем. Молодой мужчина без выражения посмотрел на человека, который теперь отказывался его признавать и настаивал на расставании, и ошеломленно молчал.

Он собрал свои вещи и переехал на новое место, которое не имело никакого отношения к Линь И. Оно было оплачено из его собственной зарплаты.

Он понимал Линь И, и, глядя на его отношение, мог сказать, что в отношениях с Бай Юэ он уперся в стену. Линь И не станет искать его в ближайшем будущем.

Сунь Цзянань был полон ненависти. Он провел ночь, разглядывая фотографии Бай Юэ, его глаза были яростными и ядовитыми.

Он хотел уничтожить Бай Юэ.

Полностью и окончательно уничтожить его!

В это время небо медленно окрасилось в серый цвет и начало светлеть.

Бай Хао несколько раз опрокинул и беззастенчиво съел Сюэ Лина.

Только после этого он вымыл его и снова положил на кровать, сонного и полностью обессиленного.

Он должен был присоединиться к съемочной команде на следующий день?

Ха-ха! Как же!

Когда Сюэ Лин проснулся на следующий день, было уже за полдень. Он смутно помнил, что сегодня день, когда он должен был присоединиться к съемочной группе, но, посмотрев на время, он догадался, что Бай Хао, должно быть, попросил для него отпуск, поэтому он перевернулся и собирался снова лечь спать.

Но его остановил Бай Хао.

Бай Хао открыл дверь как раз вовремя, чтобы увидеть, как Сюэ Лин переворачивается, подставляя ему затылок.

Он был в прекрасном настроении и даже улыбался. Это было похоже на то, как солнце светит на вершину айсберга и растапливает лед - удивительно.

«Юэ-Юэ, вставай и поешь сначала».

Сюэ Лин снова обернулся и посмотрел на мужчину.

Это был его первый раз. Хотя мужчина немного переборщил, его движения были особенно нежными. Сюэ Лин не знал, как долго Бай Хао втайне изучал способы, чтобы уберечь его от травм, но они оказались эффективными: Сюэ Лин чувствовал только усталость и вялость, но не было ни жара, ни каких-либо других последствий.

Бай Хао пододвинул тележку с едой и сказал Сюэ Лину:

«Я дал большинству сотрудников виллы выходные дни, осталось очень мало людей. Им не разрешается подниматься на второй этаж, поэтому ты можешь оставаться в моей комнате, сколько тебе хочется».

Сюэ Лин был не настолько застенчивым, как полагал Бай Хао. Даже если бы вокруг сновали люди, он все равно лежал бы здесь, в комнате Бай Хао. Что могли сказать другие? Слуги были не глупы, если бы они сплетничали о своих работодателях, то естественным результатом была бы потеря работы. Если бы им не повезло, то они вообще не смогли бы больше оставаться в этом городе.

Сюэ Лин медленно сел. На нем была пижама, которую ему подарил Бай Хао, и в сочетании с оцепеневшими от сна глазами он выглядел очень мило.

Сюэ Лин выглядел так, словно хотел встать с кровати и пойти в туалет, поэтому Бай Хао поднял его на руки и понес.

Он не сопротивлялся, а скорее командовал мужчиной и приказал ему отнести его в ванную, а затем молниеносно вышвырнул его оттуда.

Бай Хао не беспокоила утренняя истерика Сюэ Лина: чем больше капризничал Сюэ Лин, тем больше он был счастлив, ведь он угождал ему всем сердцем и душой. Когда Сюэ Лин позвал его к себе, Бай Хао вошел и снова вынес его.

Сюэ Лин валялся на кровати в пижаме, а потом, наконец, встал, чтобы позавтракать. Он спросил Бай Хао, который массировал его, пока он ел:

«Что ты собираешься делать с Линь И?»

Руки Бай Хао замерли. Выражение его лица было невозмутимым, но голос был зловещим, когда он сказал:

«В отличии от тебя с Сунь Цзянанем, Линь И больше всего заботится о бизнесе семьи Линь».

Сюэ Лин кивнул, как будто это было ожидаемо. Заявление Линь И о том, что «отец угрожал ему вернуться домой», было связано с бизнесом семьи Линь. Ведь семья Линь была основой, благодаря которой он мог твердо стоять на ногах, мог позволить себе содержать любовника и преследовать Бай Юэ. К счастью, Линь И был в этом мире сыном судьбы, и он был полон удачи; семья Линь также была очень известной и знатной в городе Хай.

Отец Линь И был местным тираном, сделавшим состояние на недвижимости. Линь И можно было отнести к богатому второму поколению, но он очень хорошо продвигался вверх по лестнице успеха в городе Хай, и все семейные дела Линь И были прибыльными, так что у него был капитал для этого.

Бай Хао собирался уничтожить его капитал.

Сюэ Лин в этой жизни не соприкасался с бизнесом и хотел быть лишь хорошим вторым молодым господином, который вращается в кругу шоу-бизнеса. Поэтому он не вмешивался в это дело, только спросил с любопытством:

«Разве семья Бай и семья Линь не имеют партнерских отношений?»

«Наши интересы не пересекаются» - коротко ответил Бай Хао.

Семья Бай была семьей многовековых традиций в городе Хай. Ветвь семьи старого мастера Бая была выдающейся ветвью, но она не была главной. Самая сильная часть семьи Бай находилась в столице, и их ядро было основано не на бизнесе, а на политике.

Основная отрасль Бай Хао была связана с культурой: развлекательные круги, сайты художественной литературы, газеты и издательства. Короче говоря, у него было много крупных предприятий. Может показаться, что потенциал прибыли в этих отраслях не очень высок, но на самом деле эта отрасль сейчас процветала и была особенно прибыльной.

Кроме того, инвестируя в кино и другие культурные СМИ, они опирались на растущий спрос. С недвижимостью семьи Линь они не пересекались.

А так как семья Бай была широко известной в городе Хай, все были готовы привлечь их к ответственности, если бы они захотели сделать ход.

Сокрушить группу Линь было не так-то просто, но Сюэ Лин верил в Бай Хао и больше не спрашивал его, что он собирается делать. Он просто подождал, пока Линь И будет снесен, а затем подумал, как поступить с Сунь Цзянанем.

Сюэ Лин отдохнул один день, а затем бросил Бай Хао, который все никак не хотел присоединяться к съемочной группе. Его не было больше месяца, и Бай Хао становился все более раздражительным, а его методы борьбы с семьей Линь становились все более тираническими и злобными.

Сначала семья Линь думала, что это всего лишь незначительная проблема. Они никогда не думали, что эта небольшая проблема затем распространится и затронет всю группу.

Линь И был загружен работой до предела, у него не было времени беспокоиться о Бай Юэ, которого он так и не смог успешно преследовать, или о Сунь Цзянане, с которым он «расстался». Он четко разграничивал карьеру и любовь и, очевидно, понимал, что без денег он будет никем.

Но Бай Хао хотел уничтожить его, и он даже специально договорился со Старым Мастером Баем, чтобы тот заранее оповестил несколько других семей. Так что это дело было совсем не тем, что Линь И мог легко пережить.

Обычно Линь И, как главный герой, благословленный удачей, всегда мог спокойно пройти через трудности, подобно тому, как Сунь Цзянань никогда не был лишен возможности получить место в фильме.

Но в этот раз ему особенно не повезло. Несколько предприятий, планировавших сотрудничать с ним, столкнулись с небольшими трудностями и отказались от сотрудничества. Проблемы в его собственной компании все еще не были решены, в жилом комплексе, который был завершен и уже начал выводиться на рынок, внезапно возникли проблемы - новые владельцы квартир связались со СМИ и каждый день поднимали шум в Интернете. Линь И был занят весь день, и только когда ему наконец с трудом удалось выкроить немного времени для себя, он понял, что кто-то, должно быть, хочет его уничтожить.

Тщательно обдумав все, что произошло за это время, он стал смотреть в сторону семьи Бай. Бай Хао знал, что Линь И догадался, кто дергает за ниточки за его спиной, поэтому он прекратил скрытные движения и начал прямое нападение на семью Линь.

Лицо Линь И было черным, как уголь. Его отец долго расспрашивал его, пока, наконец, не узнал, почему семья Бай начала доставлять им неприятности, казалось бы, ниоткуда. Дело приобрело такой размах, но именно его собственный сын спровоцировал второго молодого господина семьи Бай. Его лицо было черным от гнева, когда он нашел Линь И и сурово отругал его...

Он обычно не обращал внимания, когда Линь И играл со своей маленькой игрушкой - пока он мог дать ему внука, все было хорошо. Но теперь он пошел и спровоцировал семью Бай, да еще и второго молодого господина! Почему он не подумал, чей это был ребенок? Неужели Бай Юэ была кем-то, с кем Линь И мог спать только потому, что ему так приспичило?!

Линь И все еще не желал сдаваться. Он с красными глазами клялся отцу, что его чувства к Бай Юэ действительно искренни, и надеялся, что отец поможет ему решить этот вопрос.

Отец Линь был действительно убежден им, и неизвестно, как он анализировал все за и против, но, в конце концов, он принес подарки, чтобы посетить семью Бай, сказав, что хочет обсудить вопрос о браке между двумя детьми.

Дедушка Бай был так разгневан, что позвал людей, чтобы выгнать их из дома. Он даже встал у двери, чтобы проклясть их:

«Этот ваш сын смеет желать моего внука?»

Неужели они не посмотрели внимательно и не знали, какой он отброс?

Многие люди в этом богатом районе слышали его проклятия, и все высшее общество стало шутить по этому поводу. Все они считали, что у семьи Линь что-то не в порядке с головой - кто может вынести, чтобы ребенок, которого они вырастили, стал бы подстилкой для кого-то? Тем более такого богатого и красивого, как второй молодой господин Бай. Как Линь И мог сравниться с ним?

Новость разлетелась, и многие детали были разобраны. Говорили о Сунь Цзянане, и все согласились, что этот маленький актер чем-то похож на второго молодого господина; самоуверенность Линь И была действительно большой, и он был действительно отвратителен.

Жизнь, которой Сунь Цзянань был изначально недоволен, стала еще более постыдной из-за этого обсуждения.

Негласные правила были известны, но о них не говорили в кругу, но из-за того, что произошло с Линь И, Сунь Цзянань оказалась втянут в эту неразбериху. Когда люди обсуждали эту сплетню, они намеренно или ненамеренно упоминали о том, что у Сунь Цзянаня есть сторонник, а некоторые даже жалели его.

«Скажем, ему так не повезло - он фактически запасной».

Как только эти слова были сказаны, нашлись и другие, кто вышел его сатирически высмеять.

«Он не отказался быть заменой, и даже забрался в кровать Линь И. Конечно, он должен поступать так, как хочет его золотой папочка. Поскольку он уже продал себя, нет смысла сохранять достоинство и притворяться невинным».

Сунь Цзянань побледнел, стоял в стороне и слушал.

Двух слов «продал себя» уже было достаточно, чтобы возненавидеть говорящего до смерти, но правда заключалась в том, что он действительно продал себя.

Неважно, продал ли он себя Линь Е в прошлой жизни, или продал в этой, разница была невелика. Он ждал того, кто предложит самую высокую цену, а затем продал себя Линь И, и все это под знаменем «настоящей любви». Неудивительно, что другие смеялись над ним.

Неизвестно, о чем думал Сунь Цзянань, но после этого выражение его лица всегда было мрачным и подавленным.

Съемки «Мужского супруга» проходили очень гладко, и Сюэ Лин успешно справился со всеми актерскими сценами за два месяца. Он получил множество подарков от съемочной группы и вернулся домой утомленным.

За это время Бай Хао приезжал к нему один раз, и они провели вместе ночь, а на следующий день подали заявление на отпуск и провели его в уюте, прежде чем снова расстаться.

Ситуация в его семье оставалась прежней. Дедушка Бай позвал младшего внука поболтать, утешил его по поводу дел Линь И и сказал, чтобы тот не волновался, Бай Хао все уладит. Он просто должен снимать свои фильмы и сниматься в них, как ему нравится, ни о чем не заботясь.

Сюэ Лин всегда считал такую заботу очень полезной, он улыбался, принимая ее. Затем он потратил некоторое время на то, чтобы рассмешить старого мастера Бая, и подарил ему древний текст, который он подобрал во время съемок, после чего отправился в свою комнату, чтобы принять ванну.

Бай Хао вернулся к обеду. Хотя он хотел прогулять работу, чтобы повидаться с младшим братом, старик все еще был дома, и они не могли далеко зайти. Он только обменивался взглядами с Сюэ Лином, подавляя желание ответить на дразнящую его под столом маленькую ножку, а когда ужин был закончен, они вошли в комнату Бай Хао под предлогом обсуждения инвестиций с дедушкой Баем. Они закрыли дверь и упали на постель.

Они воссоединились после долгой разлуки, не говоря уже о том, что оба были молоды и энергичны. Сюэ Лин кувыркнулся один раз, а потом лениво спросил в объятиях Бай Хао:

«Как ты собираешься справиться с дедушкой?»

Бай Хао потер голову и сказал:

«За то время, пока тебя не было, я уже вышел из шкафа* перед дедушкой».

*признался в своей сексуальной ориентации.

Он сказал это непринужденно, как будто это было так же просто, как позвать кого-то на ужин.

Сюэ Лин удивленно поднял на него глаза и поцеловал в веки. Бай Хао рассмеялся и сказал:

«Дедушка не удивился. В конце концов, я столько лет был один. Он сказал, что это нормально, если я не асексуал. Пока я рожу ему правнука, ему все равно, кто мне нравится - мужчины или женщины».

Сюэ Лин прищурился на него, затем протянул руку, словно желая задушить его шею, и сказал:

«Если ты посмеешь найти женщину, с которой у тебя будет ребенок, я тебя убью».

Бай Хао понравилось его неразумное стремление к исключительности: если ты меня предашь, я тебя убью.

Он склонил голову и снова поцеловал его. «Может, нам найти суррогатную мать? Если тебе это не нравится, мы можем усыновить ребенка из столичной семьи».

Сюэ Лин взял его за руку и играл с ней. Бай Хао тоже молчал, чтобы дать ему время подумать. Спустя долгое время он услышал его голос:

«Я хочу близнецов, одного для тебя и одного для меня».

Бай Хао моргнул, а затем праведно отверг это предложение. «Давай просто подождем усыновления в семье. Я определенно не хочу, чтобы какая-нибудь женщина рожала для тебя».

Сюэ Лин надулся, подумав в душе, что было бы справедливо, если бы Бай Хао тоже почувствовал, насколько это будет неприятно, и хмыкнул:

«Я скажу нашей матери, что мы надеемся, что они перестанут использовать контрацептивы. Если нет... Мы можем пойти в детский дом и усыновить ребенка. Но для меня странно усыновлять чужих детей».

Бай Хао сказал, что все зависит от него, и у него нет возражений.

Пока фамилия ребенка была Бай, он не так уж и настаивал на родословной. Для того чтобы семья могла существовать так долго, она не основывалась только на крови, но также полагалась на методы воспитания семьи Бай. Даже если бы они не смогли воспитать такого же хорошего ребенка, как Бай Хао, они бы точно смогли сохранить стабильность бизнеса.

На следующий день Сюэ Лин еще не встал с постели, когда получил сообщение от Сунь Цзянаня.

Сообщение Сунь Цзянаня было очень простым. Он просто хотел встретиться и поговорить с Сюэ Лином.

Сюэ Лин задумался о том, как это время связано с сюжетом, чтобы понять, зачем Сунь Цзянань пригласил его на свидание, а затем посмотрел на адрес бара, где они должны были встретиться. Его выражение лица стало холодным.

Он специально оставил ему некоторую свободу действий, но не думал, что злой умысел Сунь Цзянаня окажется настолько глубоким.

Система посмотрела на лицо своего хозяина и молча зажгла свечу для Сунь Цзянаня.

Этот бар был тем местом, где Бай Юэ пристрастился к наркотикам в оригинальном сюжете. На этот раз это было то же место, и это был тот же Сунь Цзянань, но Бай Юэ уже не был прежним Бай Юэ.

Когда он разгадал намерения Сунь Цзянаня, Сюэ Лин даже не захотел идти к нему. От одной мысли, что придется смотреть на это лицо, которое вело себя так, будто весь мир ему обязан, у Сюэ Лина пропал аппетит.

Он позвонил Бай Хао и попросил его прислать несколько человек вместо него. То, что Сунь Цзянань хотел сделать с ним, они обратят против Сунь Цзянаня. Было бы лучше, если бы они связали его и убедились, что он пристрастился к наркотикам, прежде чем отпустить его.

Бай Хао сразу же согласился и не считал, что его младший брат поступает неправильно. Он даже подумал, что так Сунь Цзянань еще легко отделается.

Поэтому он развернулся и приказал людям приготовить что-нибудь дополнительное для Сунь Цзянаня.

У Линь И не было времени разбираться с Бай Юэ и Сунь Цзянанем. У него не было возможности переждать бурю, а семья Линь уже была близка к банкротству. Он отправил чиновникам довольно много подарков, но все было обнаружено, что еще больше усугубляло ситуацию.

Однажды Сюэ Лин бездельничал и, включив телевизор, обнаружил, что семью Линь показывают в новостях.

Говорили, что группа была замешана в мошенничестве и обманом выманила у людей много денег. Многие из директоров и президент были замешаны в этом деле. Затем выяснилось, что с домами, которые недавно построила семья Линь, что-то не так, и люди, купившие их, подняли большой шум. Этот вопрос стал горячей темой, и все в городе долгое время говорили об этом.

После этого Линь И сдался, и семья Линь распалась. Вся жизненная борьба главы Линь была сведена на нет, и семья, которая когда-то могла наделать шума во всем городе, была разрушена. С течением времени все это постепенно угасло, и теперь мало кто помнил о семье Линь.

Сюэ Лин уже готовился приступить к съемкам последнего сценария, который оставил Бай Юэ, когда до него дошли новости о судьбе Сунь Цзянаня.

Он появился на секс-вечеринке, где процветало употребление наркотиков, и был пойман с поличным полицией и журналистами. Он был опозорен, и СМИ раструбили об этом с большим энтузиазмом.

Это должен был быть конец, который он приготовил для своего хорошего друга из прошлой жизни, но он стал его собственным концом. Сюэ Лин, как человек, ответственный за закулисную жизнь, вообще не изменился в лице и только сетовал на то, что злонамеренность некоторых людей зашла слишком далеко и в конечном итоге навредила только им самим.

В конце концов, чтобы не допустить воссоединения этих двух людей в тюрьме и не повлиять на выполнение его задания, Сюэ Лин специально попросил Бай Хао отправить их в разные тюрьмы, а затем отправился к ним по отдельности.

Хотя Бай Хао уничтожил его, Линь И неожиданно не возненавидел Сюэ Лина. Он просто смотрел на него и спрашивал, смогли бы они быть вместе, если бы он не решил оставить его и вернуться домой.

Сюэ Лин покачал головой в знак того, что он понятия не имеет.

Он не был прежним Бай Юэ и не знал, что чувствовал бы первоначальный хозяин.

Линь И только рассмеялся, услышав о судьбе Сунь Цзянаня. Казалось, он многое видел насквозь, и неизвестно, о чем он думал.

Сунь Цзянань бесконечно смеялся, когда увидел Сюэ Лина; он словно сошел с ума. Он все еще настаивал на том, что если бы Бай Юэ не родился в более благоприятных условиях, чем он, то победитель и проигравший были бы неопределенными.

Сюэ Лин долго смотрел на него, затем улыбнулся и многозначительно произнес: «Если бы это зависело от меня, даже если бы у тебя было еще несколько жизней, конец все равно был бы одинаковым».

Сунь Цзянань долго стоял в оцепенении, пока его не вернули в камеру.

Было непонятно, действительно ли он сошел с ума, или это было что-то другое, но после этого Сунь Цзянань действительно начал вести себя безумно. Сюэ Лина тоже больше не волновал его конец, и он перестал спрашивать о нем после того, как узнал, что Сунь Цзянань уже потерял всю свою удачу.

Последнее произведение Бай Юэ было очень мечтательным и фантастическим; оно было написано после того, как он пристрастился к наркотикам, и в нем чувствовался сюрреализм. Людям казалось, что они уплывают, едва прочитав сценарий, а после съемок фильма это ощущение только усилилось.

После выхода фильма на экраны все, кто смотрел его, выплывали из кинотеатров и говорили, что мир в фильме действительно беспрецедентен - он им всем очень понравился!

Благодаря уникальной обстановке и мировоззрению, полному противоречий и контрастов, эта история была свободной и необузданной и полностью освежила представление китайцев об их собственном кино. Как человек, снявший такой фильм, Сюэ Лин, естественно, считался экспертом-талантом в кругу развлечений.

После этого, основываясь на первоначальном плане хозяина тела, Сюэ Лин развил фильм в сериал. Спустя годы сериал оставил сильный след в истории китайского кино. Это был первый китайский киносериал такого масштаба, и он даже прославился в мировой истории кино. Люди были поражены его концепцией, мироустройством, сюжетом и даже невероятным бюджетом.

Да, у любой съемочной группы, в которой работал второй молодой мастер Бай, никогда не было недостатка в деньгах.

Хозяин семьи Бай всегда охотно давал деньги своему младшему брату. Если его младший брат был режиссером или актером в фильме, у этого фильма не было других спонсоров, кроме семьи Бай, и в итоге они всегда зарабатывали полные горшки денег.

Бай Юэ стал легендой в кругах кинематографа и телевидения. Другие были либо выдающимися актерами, либо отличными режиссерами, но он был и режиссером, и актером, и не чувствовал никакого давления, переключаясь с одной роли на другую. Он даже установил рекорд, выиграв две крупные награды на кинофестивале за один и тот же фильм: Лучший актер и Лучший режиссер.

Жизнь этого киноимператора всегда была горячей темой, о которой люди любили сплетничать. Они любили обсуждать его неженатую жизнь; казалось, что он вкладывал все в свою карьеру, и его старший брат был таким же, оставаясь неженатым. Братья поддерживали близкие отношения на протяжении всей жизни и даже вместе воспитывали ребенка, который впоследствии стал известным бизнесменом в истории Китая.

Когда Сюэ Лин собрался снова покинуть этот мир, он был очень доволен. Он лег в объятия Бай Хао, сжал его руку и подчеркнул: «Ты будешь со мной в следующей жизни».

Бай Хао улыбнулся и погладил его по голове. Сюэ Лин был избалован им на всю жизнь. Он всегда был как ребенок и любил угрожать ему, а Бай Хао нравились его угрожающие слова.

«Непременно».

Его ответ был нежным, когда он поцеловал его в ухо.

Сюэ Лин считал белые волосы на голове Бай Хао, и снова и снова смотрела на его лицо. Казалось, он был все больше и больше доволен им, а пара лисьих глаз, которые были все так же прекрасны, как и раньше, слегка смеялись.

«Мне еще никто никогда не нравился». Сюэ Лин сказал: «Ты должен быть первым. Если не случится ничего непредвиденного, ты станешь последним».

Бай Хао коснулся его головы и не смог удержаться от смеха. «Ты всю жизнь был рядом со мной. Кто еще может тебе понравиться?»

«Это ты был рядом со мной».

«Отлично, ты впился в меня своими клыками и держался за жизнь, я даже не мог заставить тебя отпустить».

Сюэ Лин посмотрел на него без выражения, проклиная в душе, что этот проклятый извращенец может целыми днями отпускать грязные шуточки, даже когда ему столько лет. Он повернул голову и прижался к груди Бай Хао, прижал губы и закрыл глаза.

Он все еще дышал и использовал свой разум для связи с системой: «Ты уверен, что сможешь забрать его душу?»

Система немного замешкалась, но, обдумав команды, переданные сверху, лишь кивнула, сказав: «Да».

Сюэ Лин был доволен. Медленно, его дыхание остановилось.

В тот момент, когда последний вздох покинул его тело, мутные глаза Бай Хао прояснились.

Казалось, он о чем-то думал, глядя на человека в своих объятиях, но в конце концов его губы изогнулись в беспомощной улыбке.

Он опустил голову и поцеловал Сюэ Лина в лоб, а затем закрыл глаза и покинул этот мир.

Они обняли друг друга, их руки все еще были переплетены. Когда Бай Си вошел во двор, он увидел, что два его отца вместе покинули этот мир.

Хотя он не понимал, какие чувства связывали их, Бай Си все равно чувствовал, что картина перед ним слишком красива, и не хотел ее разбивать.

Даже если бы они уже покинули этот мир.

Как только Сюэ Лин вернулся в темноту, он взволнованно схватил систему и спросил: «Как все прошло, удалось ли тебе вывести моего брата?»

Система заколебалась и хотела сказать ему, что душа этого человека была настолько особенной, что он не мог ее постичь, но тут она увидела луч света, идущий прямо на Сюэ Лина. Система сразу поняла, как поступить со своим носителем, и настоятельно сказала: «Пока не беспокойся об этом. Ты уже прошел через три мира, и мир Десяти Направлений уже накопил достаточно силы, чтобы помочь тебе найти хвост. Поторопись и культивируй, следующий мир более высокого уровня, и тебе нужна энергия, чтобы проявить свое тело».

Накопленной за последние три мира энергии было достаточно, чтобы Сюэ Лин смог, наконец, заняться совершенствованием, и он также понимал, что самое важное сейчас - это культивировать. Он мог только сесть и погрузиться в культивацию, пока свет проник в его тело.

Его тело излучало бледно-белое сияние, позволяя ясно видеть черты его лица.

Красивые лисьи глаза, которые преследовали его в каждом воплощении, были одинаковыми. Они обладали особым шармом, когда располагались на любом лице, но на его изначальном теле они были просто потрясающими. Хотя сейчас эти глаза были закрыты, Су Сюаньян все еще помнил блеск, который был в них, когда они были открыты.

Все представители расы лисиц были красивы, но Сюэ Лин был ближе к тому, чтобы считаться красавцем. Его красота была более андрогинной, а в сочетании с длинными белыми волосами можно было легко ошибиться в его половой принадлежности.

Су Сюаньян спокойно смотрел на него, вспоминая, как он выглядел, когда впервые предстал перед ним, и не мог не изогнуть губы в улыбке.

Система была поражена внезапным появлением человека. Ее белый мех распушился и встал дыбом, когда она уставилась на него парой маленьких округлившихся глаз. Она едва сдержала желание оскалить зубы.

Взгляд Су Сюаньяна остановился на теле системы, и он усмехнулся. «Он действительно немного похож на него».

Система сделала два шага назад и настороженно посмотрела на него. Затем из глубины темного пространства раздался смех. «Тц-тц, ты даже на маленького лисенка наложишь лапу».

Су Сюаньян посмотрел на темное пространство и ничего не ответил. Он только указал на систему, которая трусила перед ним, и сказал: «Подойди».

Система явно не хотела двигаться, но ее тело все равно подлетело к нему. Она с ужасом смотрела на Су Сюаньяна, словно боялась, что тот ее съест.

Су Сюаньян провел рукой по меху лисенка и сказал: «Твой мех не такой приятный для поглаживания, как его».

Система: «???»

Снова раздался смех, и на этот раз система услышала его отчетливо. Это действительно был голос ее непосредственного начальника, Мира Десяти Направлений.

Система не могла понять, что происходит, и на ее лице отразилось замешательство.

Су Сюаньян тоже не собирался ничего объяснять: «Он попросил тебя принести мою душу. Когда он снова спросит от этом, просто скажи ему, что у тебя получилось, но поскольку душа другой стороны была слишком слаба, они будут забывать друг друга каждый раз, когда будут переходить в новый мир».

Система хорошо понимала своего хозяина, и она сжалась при мысли о том, как отреагирует ее хозяин, когда услышит эту новость.

Су Сюаньян, казалось, тоже подумал об этом, и ради будущего «его», который потеряет свои воспоминания, он сделал паузу и добавил: «Но положительные чувства от каждого мира будут накапливаться, и, в конце концов, он будет любить его все больше и больше, до такой степени, что будет глубоко очарован даже одним взглядом.»

Система неопределенно кивнула. Хотя она не понимала его смысла, она знала, что ее хозяин будет рад услышать эти слова.

Из пустоты донеслась усмешка: «Ты даже не осмеливаешься встретиться с ним».

«Сейчас не самое подходящее время». Су Сюаньян мягко посмотрел в сторону Сюэ Лина. «Когда придет время, мы, естественно, встретимся».

«Тц. Разве ты не говорил, что ты сделан изо льда? Теперь посмотри, как ты крутишься вокруг его пальцев».

Су Сюаньян холодно посмотрел на темное пространство и сказал: «Разве накопление чувств - это не трюк, который ты устроил?»

«Как это трюк? Я просто вернул тебе чувства, которые у тебя должны быть». Голос казался чьим-то самодовольным, когда он продолжал говорить. «Даже если ты не смог развить чувства за одну жизнь, я отказываюсь верить, что ты сможешь продержаться две или три жизни. Ты такой скучный и медлительный; если бы я не сделал это вот так, ты бы, наверное, до сих пор где-то дулся и был подавлен. Это просто смешно».

Су Сюаньян проигнорировал Мир Десяти Направлений и долгое время смотрел на Сюэ Лина, после чего подошел к тому месту, где он поцеловал его в прошлую жизнь, и поцеловал еще раз.

«Надеюсь, мы скоро увидимся, мой маленький лисенок».

Его голос был очень мягким и нежным.

Он ждал, пока Сюэ Лин продолжал культивировать, считал время, и когда подсчитал, что он почти закончил, беспомощно повернулся и шагнул в темноту.

Глаза системы уставились в пустоту, надеясь, что ее босс потрудится дать ей объяснения, но вместо этого получила совсем другие новости. Ей оставалось только свернуться калачиком и прижаться к Сюэ Лину.

Вскоре после того, как мужчина повернулся и ушел, Сюэ Лин открыл глаза.

Его душа теперь была более сильной, и казалось, что она стала плотнее. Его тело больше не мерцало, его тело и лицо можно было четко разглядеть. Когда он снова открыл глаза, в его взгляде мелькнул отблеск белого света, но он быстро скрылся.

Сюэ Лин огляделся и увидел систему, которая ждала его.

«Хозяин, хозяин! Я достал душу, которую хотел хозяин». Система с тревогой начала говорить, боясь, что забудет нужные слова.

Сюэ Лин прищурился и выглядел очень довольным.

Но система добавила: «В этой душе есть что-то особенное».

«Хм?»

«Колебания его души очень похожи на генерала из первого мира и Коула из второго мира». Система тихо показала немного информации. «Но он очень слаб. Он теряет свои воспоминания каждый раз, когда попадает в новый мир».

Взгляд Сюэ Лина стал немного странным.

Система воспользовалась тем, что он еще не разозлился, и поспешно продолжила: «Но не стоит беспокоиться. Его чувства к носителю должны быть на месте, и с каждым разом вы будете нравиться ему все больше. По мере того, как мы будем проходить через все новые и новые миры, он должен постепенно начать восстанавливать воспоминания из прошлого».

Лицо Сюэ Лина было холодным, когда он спросил: «Ты можешь вывести его сейчас?»

Система задрожала: «Нет... Он может появиться только в тех мирах, через которые мы проходим».

Сюэ Лин поджал губы и решил пока смириться. Как ни посмотри, ситуация была странной, но он, вероятно, не смог бы обнаружить проблему, даже если бы попросил систему провести четкое расследование. «Хорошо, я спрошу его, когда найду. Кстати, где мой хвост?»

«В следующем мире».

Система посмотрела информацию о следующем мире.

«В следующем мире будут некоторые особые вещи, и у хозяина будет дополнительное задание. Когда оно будет выполнено, Небесный Путь автоматически поможет найти хвост».

Сюэ Лин всегда чувствовал, что в этой ситуации было много невидимых поворотов, но у него не было средств, чтобы понять это, и он мог только смириться с тем, что пока находится в замешательстве.

Просто это не вписывалось в его стиль. Он обязательно сведет счеты с этим человеком, когда найдет его позже.

Он и раньше удивлялся - как в мире может существовать столько подавленных и закомплексованных мужчин с одинаковыми характерами и привычками? А оказалось, что они были одним и тем же человеком.

Учитывая это, он был немного ошеломлен.

Этот человек сопровождал его на протяжении трех жизней.

Три долгих жизни...

Хотя в его глазах это был очень короткий срок, для человеческих существ это был очень долгий срок.

Это был первый раз, когда кто-то был с ним так долго, следовал за ним все это время и постепенно даже влюбился в него.

Сюэ Лин неосознанно показал очаровательную улыбку, затем похлопал по системе и сказал:

«Давай, нет смысла медлить. Пойдемте искать мой хвост».

«Хорошо!»

Когда Он родился, небо было полно солнечного света, цветы расцвели для Него, и даже птицы пели для Него.

Премьер-министры империи обнимали его и пели для него самые прекрасные гимны, пророки империи крестили его и предсказывали ему судьбу, даже звезды сияли для него.

Он был Императрицей Империи в жертвенном пророчестве.

Он был последней принцессой Империи.

Он был Эшли Джоан Рейн.

К сожалению, он не был главным героем, поэтому, в конце концов, он погиб.

Когда Сюэ Лин проснулся, он лежал на огромной двуспальной кровати, а спальня была украшена розовым слоем декораций. Достаточно было взглянуть на убранство, чтобы понять, что эта комната предназначалась для новобрачных.

Но место на постели рядом с ним было нетронуто, и было ясно, что никто не ложился рядом с ним.

Это спасло Сюэ Лина от неприятностей. Если бы там действительно находился человек, он мог бы сразу убить его.

Сюэ Лин ворочался на кровати и не собирался вставать. Он осмотрелся, чтобы убедиться, что в комнате больше никого нет, а затем вызвал систему и попросил ее изложить сюжет этого мира.

Неудивительно, что система сказала, что этот мир какой-то особенный. Значит, это был легендарный мир ABO* с шестью полами, который изначально был создан для написания разврата. Сюэ Лин бегло просмотрел введение к этому миру и понял, что его следует отнести к категории межзвездных НПА, где Империя враждовала с Альянсом, а также существовали зерги.

*АВО – альфа, бета, омега

Обычные условия для такого типа мира.

Сюэ Лин продолжал читать историю.

Первоначально владельца это несчастного тела звали Эшли Джоан Рейн. Он родился в старейшей семье империи, семье Рейн. Его отец был генералом империи, дед - старым премьер-министром, а мать - нежной женщиной-омегой, которая также была дипломатом империи.

Что касается его самого, то он был единственным омегой из семьи Рейн в этом поколении.

Сюэ Лин посмотрел на свое тело и обнаружил, что оно хрупкое и нежное. Вероятно, он был похож на игрушку, которой легко манипулировать в своих интересах.

Когда Эшли родился, весь мир праздновал вместе с ним. Цветы распускались, птицы пели, а небо светилось. Пророки предсказали его будущее с помощью гадания и провозгласили, что в будущем он станет королевой.

В результате у этого омеги, которого уже любили тысячи людей, жизненная траектория определилась именно так. Он был обручен с прямым наследником королевской семьи, принцем, который, скорее всего, в будущем станет сильнейшим альфой в Империи. Когда он достигал совершеннолетия, устраивалась пышная свадьба, и он выходил замуж за принца, становясь принцессой Империи.

А когда принц восходит на трон, Эшли становится королевой.

К сожалению, не он был главным героем, а принц. Поэтому в ночь свадьбы принц оставил невесту и отправился на передовую, чтобы сражаться с зергами. К несчастью, армия попала в засаду, а принц исчез.

Как и в любом стандартном межзвездном сюжете, пропавший принц потерял память и приземлился на обычной планете. Его подобрала омега, замаскированная под бету, и после многих дней, проведенных вместе, у них возникли глубокие чувства друг к другу.

Вокруг них происходили всевозможные происшествия и события, и, наконец, в результате несчастного случая, угрожавшего жизни героя, Его Высочество восстановил свою память, спас омегу, раскрыл его личность и пометил его одним махом.

Это был мир ABO, но полы были не так неравны, как во многих мирах ABO. Омеги могли посещать школу и участвовать в боевой подготовке, но из-за их более слабого тела и потенциального влияния феромонов во время эструса*, правительство не поощряло их становиться бойцами, вплоть до того, что был введен строгий контроль.

*эструс - течка, половая охота, неистовство, часть полового цикла.

В конце концов, они не могли допустить, чтобы один омега повлиял на всю армию альф. Даже один случайный перегрев может привести к ужасным последствиям на поле боя. Поэтому правительство надеялось, что они будут выполнять гражданскую работу. Например, мать Эшли стала дипломатом.

Неизбежно главный герой shou должен был стать другим. Он был сиротой и с детства верил, что его родители погибли на поле боя против зергов как герои Империи, и тоже хотел стать героем, как они. Чтобы скрыть свою сущность омеги, он пытался заработать деньги на покупку ингибиторов, чтобы замаскироваться под бету и исполнить свою мечту - убивать врагов на поле боя. У беты была более высокая вероятность поступления в военную академию, и он жаждал вступить в армию и сражаться. Именно это стремление и настойчивость заставляли принца ценить его все больше и больше.

Омег было мало, поэтому каждому альфе разрешалось помечать только одного омегу. После того как принц пометил главного героя shou, принцесса, которую он оставил во дворце, не могла оставаться рядом.

Кроме того, принц с ранних лет недолюбливал Эшли и его семью.

Принц обладал большими амбициями и хотел централизовать власть, поэтому он сделал много закулисных ходов. Он убил родителей и брата Эшли и обставил это как несчастный случай, подставил его деда и разрушил семью, существовавшую с самого начала империи.

Наконец, этот мерзавец оставил Эшли на попечение своих телохранителей, когда у него началась течка, и наблюдал за тем, как его насилуют и клеймят, даже снял эту сцену на видео.

Наконец, он опубликовал видео с «изменой» принцессы, объявил о своем разводе, взошел на трон и женился на главной героине shou.

Они вместе сражались в армии, убивая везде, куда бы ни пошли, и какое-то время были воплощением идеальной пары.

Во время путешествия к месту своего изгнания владелец оригинального тела погиб во время космической бури, и от него не осталось даже костей. Вероятно, это было результатом работы принца, так как главная героиня shou всегда ревновала его из-за их предыдущей помолвки. Принц не хотел, чтобы что-то встало между ним и его возлюбленной, и поэтому просто убил Эшли.

После его смерти род Рейнов был полностью истреблен. Зерги впали в ярость и начали отчаянную атаку.

Империя и Альянс объединили свои силы и начали столетнюю войну, но в итоге человеческая раса была уничтожена, а космос полностью опустел.

Таким образом, он стал последней принцессой Империи.

Сюэ Лину это показалось очень странным. Он схватил систему за уши и спросил:

«Почему после распада семьи Рейн зерги сошли с ума и сражаются без всяких угрызений совести?»

Система покачала головой и ответила: «Это неизвестно. История закончилась сразу после того, как два главных героя поженились, а информация о том, что произошло после, была предоставлена отдельно. Должны быть какие-то параметры, о которых мы не знаем. Но, пока вы не умрете, события не должны развиваться до этого момента».

Сюэ Лин потер подбородок. «Каково было желание первоначального владельца? Что он хочет, чтобы я сделал для него? Хотя, если он хочет, чтобы я был с принцем, я отказываюсь это делать».

Система покачала головой. «Эшли на самом деле не любил принца. В конце концов, принц никогда не хотел проводить с ним время. У него была только одна навязчивая идея...»

«Да?»

«Он хотел стать королевой». Система сказала: «Независимо от того, кто король, он должен быть королевой».

Сюэ Лин слегка нахмурился, наконец, найдя это довольно интересным. «Что еще?»

«Он хочет защитить свою семью, своего брата и Империю, в которой он вырос».

Сюэ Лин почувствовал, что этот юноша в душе все еще хороший патриот. «Он не хочет отомстить?»

«О, это желание не такое сильное, как у других. Он просто хочет, чтобы эти двое умерли жалкой смертью». Система добавила это почти в последнюю очередь. «Я уверен, что хозяин поможет ему отомстить, даже если он этого не желает».

Сюэ Лин рассмеялся и лениво потянулся: «Сейчас день после моей свадьбы?»

«Да, вчера была ваша брачная ночь. Твой жених, который должен сопровождать тебя сегодня, уже ушел на битву». Система предложила Сюэ Лину начать использовать нано-компьютер, который находился с другой стороны. Он нырнул внутрь, и на экране вспыхнул маленький значок лисы. «Все готово. Теперь я подключен к мировой сети, и в будущем я останусь внутри нано-компьютера».

«Это текущая статистика твоего тела. Сейчас я помогу тебе настроить и укрепить твое тело». Из нано-компьютера вылетела серия данных и повисла в воздухе, чтобы Сюэ Лин мог их просмотреть. «Эти гены действительно выдающиеся, я думаю, что если бы не динамика сюжета, оригинальное тело не проиграло бы этому сироте-протагонисту».

«Мы ничего не можем с этим поделать. У пушечного мяса нет прав человека. В конце концов, у них нет ауры главного героя». Сюэ Лин пожал плечами, отодвинул данные своего тела, открыл функцию зеркала нано-компьютера и внимательно посмотрел на черты лица человека, отраженного там.

Как бы это сказать... темперамент первоначального владельца был чрезвычайно благородным. Его лицо несколько отличалось от тех, что были в предыдущих жизнях. Только взглянув на него, Сюэ Лин почувствовал, что он светится.

Несомненно, он был рожден с великой красотой и присущим ему благородным и элегантным темпераментом. От него исходила аура недосягаемости, словно далекий бог, взирающий на самых скромных смертных. Это должно было быть очень сострадательное лицо, но с появлением этих неожиданных, хотя и не противоположных лисьих глаз, его лицо внезапно изменилось и необъяснимо несло в себе некую агрессию.

Сюэ Лин был демоном, и даже если бы он стал богом, то был бы демоном-богом. Для него было невозможно проявить сострадание ко всему человечеству, а тем более стать спасением всех живых существ.

Такая внешность... Сюэ Лин облизнул губы и в душе подумал, что она так и напрашивается на жестокое обращение.

Принц оставил во дворце такого красавца! Не стоит винить его, когда, вернувшись, он обнаружит, что дворец и люди в нем больше не принадлежат ему.

Нынешний король и отец принца в молодости часто ходил на битвы, но теперь его силы постепенно истощались. У старой королевы были тяжелые роды, когда она рожала принца, и она рано скончалась из-за слабого здоровья. Самое главное, что делал король каждый день, - это думал о своей умершей жене, а управление империей уже было передано принцу. Он лишь ждал, когда принц вернется с поля боя, чтобы взойти на трон. По замыслу, принц вскоре должен был пропасть без вести, а Сюэ Лин, как его принцесса, смогла бы взять все в свои руки.

В империи королева и король имели равную власть, и принцесса, естественно, могла делать все, что мог принц.

Сюэ Лину оставалось лишь убедиться, что власть в стране прочно перешла в его руки.

Разве Принц не подозревал, что его семья собирается восстать? Тогда он восстанет, чтобы он увидел. Когда вся власть была в его руках, что мог сделать принц, даже если бы он вернулся с главной героиней shou?

Сюэ Лин планировал развестись с принцем, когда тот вернется, а затем сделать «этого человека» королем, когда он его найдет. После этого он стал бы королевой, что можно было бы считать исполнением желания владельца тела.

Только вот у него не было способа почувствовать присутствие этого человека, и сейчас он понятия не имел, где его искать.

Если он не сможет найти этого человека, то сможет случайно найти короля. В любом случае, ему было все равно, кто будет королем, лишь бы он был королевой.

Наконец, упорядочив данные, чтобы найти то, что ему нужно, Сюэ Лин позвал слуг, чтобы они помогли ему одеться. Он выбрал белый мундир и был готов отправиться выразить почтение королю, своему тестю.

Несмотря на то, что принц уже уехал, он, как новый зять, должен был соблюдать обычаи и делать то, что положено, чтобы добиться расположения короля. Это также облегчит ему задачу отодвинуть старого короля-альфу и управлять дворцом в будущем.

Рано утром новость о том, что Его Высочество Принц отправился в военный поход в ночь свадьбы, уже распространилась по всему дворцу. Многие ждали, как отреагирует новая принцесса. Первоначальный Эшли был высокомерен, но свято чтила народ; поведение принца заставило его почувствовать себя униженным, поэтому он заявил, что заболел на один день, чтобы выразить протест. Однако Сюэ Лин решил не делать этого. Он переоделся, послал весточку старому королю и приготовился к встрече с этим старцем.

Старый король встал утром и, узнав о поступке своего сына, уже давно был в гневе. Услышав, что к нему едет новый зять, он почувствовал некоторое бессилие и в сердцах снова отругал сына, даже когда велел людям прибрать вещи, которые он в гневе бросил на пол. Он надел на лицо улыбку, прежде чем поприветствовать: «Принцесса, пожалуйста, входите».

Эшли еще не достиг совершеннолетия; оставался еще год до того, как он официально вступит в фазу эструса и будет брошен принцем и отдан на растерзание стражникам. Сейчас он все еще был подростком, одетым в белую военную форму и с улыбкой на лице. Казалось, на него не повлияло беспричинное исчезновение принца прошлой ночью.

Такая улыбка мгновенно заставила старого короля еще больше извиниться перед ним.

Он решил, что этот юноша станет его зятем, и уже с детства Эшли был умным, сообразительным и способным. Он очень обидел его, выдав за своего сына.

Только, кроме своего сына, он не мог позволить Эшли жениться на ком-либо еще.

Старый король с улыбкой на лице сказал Сюэ Лину: «Встань, дитя».

Сюэ Лин послушно отдал честь и с улыбкой ответил: «Благодарю, отец-государь».

Улыбка на его лице совсем не казалась фальшивой. Он был все тем же омегой, благородным, но близким людям, любезным и обходительным, с которым люди хотели быть ближе, но держались на расстоянии из-за его внешности; омегой, которого каждый альфа во всей империи считал своим возлюбленным мечты.

«Зерги на фронтах все больше свирепствуют, и Лютер хотел уладить войну раньше, чтобы вернуться и сопровождать тебя до наступления эструса».

Старый король улыбался, оправдываясь перед Сюэ Лином за грубость сына, но на самом деле они оба понимали, что Его Высочество принц не в первый и даже не во второй раз игнорировал и обижал Эшли.

Сюэ Лин очень спокойно улыбался и вел себя очень корректно, наливая себе маленький стакан воды, не меняя положения. Его движения были настолько элегантны, что нельзя было заметить и половины сходства с омегой, брошенным в брачную ночь.

«Это не имеет значения. Это естественно, что дела между нами двумя должны быть немного отложены ради будущего Империи, и кроме того, я все еще несовершеннолетний, так что мы с Его Высочеством ничего не можем сделать. Отправиться на поле боя и выплеснуть лишнюю энергию - это правильно».

Его слова были сказаны хитро, с намерением показать старому королю, что его не волнуют молодые и импульсивные действия принца, и что он уже давно правильно настроил свой разум по отношению к своему положению. Он был Принцессой, будущей Королевой Империи, и мог рассматривать вещи с точки зрения Империи, а не с точки зрения их личных любовных отношений.

Тем более что у них никогда не было никаких отношений, основанных на любви.

Старый король был очень доволен Сюэ Лином.

«Похоже, что почтенная семья Рейн приложила много благочестивых усилий в отношении твоего благородного образования».

Сюэ Лин втянул губы, затем сделал большой глоток воды, сменил тему и начал вести светскую беседу со старым королем.

Воспитание в семье Рейн действительно было превосходным. Хотя Эшли был единственным омегой в нынешнем поколении и будущей королевой Империи, они не баловали этого ребенка. Эшли с детства получил лучшее аристократическое образование и всегда учился с прицелом на то, чтобы стать королевой. Он давно изучил всех знаменитых королев в истории и выработал свой собственный уникальный набор взглядов на политику.

Если бы не политическая близорукость Его Королевского Высочества, ослепленного властью и амбициями и сбитого с пути случайно встреченным гражданским омегой, он счел бы Эшли самой подходящей королевой.

Жаль, что в итоге Эшли умер преждевременной смертью. Он был полон амбиций, но в итоге проиграл двум главным героям.

Сюэ Лин очень жалел его и, в конце концов, решил, как следует отомстить за него и исполнить все его желания.

Самое главное, что ему нужно было сделать, - это произвести хорошее впечатление на людей, в полной мере используя данные ему преимущества, чтобы стоять на вершине нравственности. Чтобы, когда Его Высочество принц изменит ему, вся империя собралась вместе, чтобы безумно ругать принца и его маленькую любовницу, а ему даже не пришлось бы проливать слезы.

Если бы он повел себя жалостливо или даже проявил великодушное понимание по отношению к поступку принца, возможно, старый король прямо дал бы ему развод, не в силах вынести мысли о том, что с ним так гадко обошелся принц.

Амбиции Его Королевского Высочества были слишком велики; было бы лучше, если бы он навсегда остался принцем.

Старый король понятия не имел, какие смелые мысли промелькнули в голове Сюэ Лина, когда они вместе обсуждали межзвездную историю и национальную политику.

«Ах, да», - старый Король вспомнил одну вещь. «Изначально Лютер должен был взять тебя с собой, но поскольку он уехал на фронт, почему бы тебе не отправиться туда вместе со мной через несколько дней?»

Сюэ Лин был удивлен. «О чем говорит отец?»

«Ты теперь человек из королевской семьи».

Старый король выглядел грустным и сказал: «Раз уж ты вошел в королевскую семью, ты должен поприветствовать родоначальника королевской семьи, Императора-основателя империи. Это должно было быть задачей Лютера, но его сейчас здесь нет, поэтому я найду другое время, чтобы взять тебя с собой после того, как ты вернешься обратно, чтобы навестить свою семью в рамках свадебных ритуалов».

«Император-основатель…» - удивленно сказал Сюэ Лин.

«Да, единственный Император этой Империи».

Старый король, казалось, о чем-то сокрушался, но он произнес еще несколько слов, прежде чем сменить тему. Сюэ Лин пробыл на аудиенции до обеда, после чего ему разрешили вернуться в свой дворец.

Когда Сюэ Лин уезжал утром, он попросил своих доверенных подчиненных изменить декор покоев по сравнению со свадебным убранством прошлой ночи. Когда он вернулся, все уже было восстановлено в соответствии со стилем и вкусами первоначального владельца.

Он не собирался менять его снова, и только попросил слуг прийти и приготовить обед, прежде чем открыть нано-компьютер и дать запрос системе поискать информацию о жизни Императора-основателя.

С момента основания Империи прошло 700 лет. Она всегда полагалась на свою мощную армию, чтобы сохранить свою территорию во вселенной, а королевская семья всегда была самой сильной боевой силой Империи. В течение многих лет зерги были заблокированы на границе сменяющими друг друга поколениями королей.

Королевские гены были очень своеобразны, и в каждом поколении они производили только одного потомка. Наследство всегда передавалось по одной линии, и гены были чрезвычайно сильными и властными. В основном все они были альфами, и в королевской истории не было зафиксировано ни одного случая рождения беты или омеги.

Все это было связано с Августином Людвигом, императором-основателем империи и первым членом королевской семьи.

Он установил границы Империи и определил существование каждого дерева и каждой травинки на ее территории. Во время его правления зергам был нанесен большой урон, и они не смогли закрепиться на планете. Пока он находился на троне, он был непревзойденным правителем.

Но он исчез при странных обстоятельствах. Однажды королевская семья просто представила нового человека в качестве наследника Августина и указала, что отныне империей будет руководить он.

Люди были настроены подозрительно и расспрашивали королевскую семью, но ответа не последовало. После исчезновения Августина верховный лидер империи короновался только как король, но никогда как Император.

В империи был только один Император.

И он был самым ослепительной личностью Империи.

Изучив историю Империи, Сюэ Лин удивился. Всегда ли был Император-основатель? Что случилось в тот год? Был ли император мертв?

Хотя это и было несколько любопытно, но этот человек не мог внезапно появиться вновь, и Сюэ Лин не стал проводить более глубокое расследование. Вместо этого после обеда он начал изучать и формулировать свою будущую стратегию.

Примерно через десять дней с принцем произойдет несчастный случай, он впадет в беспамятство и встретит того омегу.

Сюэ Лин не собирался прерывать их зарождающуюся любовь. Он хотел использовать это как повод для развода с принцем, поэтому пока оставил его высочество в покое.

Но оставить его в покое не означало, что он будет игнорировать свои войска. Армия Его Королевского Высочества была самым элитным военным подразделением в Империи. Сюэ Лин потер подбородок и начал обдумывать возможность перевести эту силу под свое командование.

Система мерцала в стороне, намекая на то, что она может предоставить хозяину много информации. Учитывая текущую конституцию тела хозяина, пилотирование меха* в космосе для массового уничтожения зергов не представляло никаких проблем.

Сюэ Лин хлопнул в ладоши и принял решение начать обучение пилотированию меха.

*Мех – огромный робот-воин, управляемый человеком с помощью ментальной силы

Конечно, это должно было подождать до его возвращения.

Сюэ Лину нужно было вернуться в семью Рейн на второй день после свадьбы. Чтобы защитить семью первоначального владельца, он считал необходимым поговорить с ними. Поскольку было маловероятно, что семья, готовая умереть за Империю, выслушает его и согласится восстать вместе с ним, Сюэ Лин нацелился на своего брата, генерала, Уоррена Джоана Рейна, который находился на передовой и впоследствии был подло убит Его Высочеством Принцем.

По воспоминаниям оригинала, этот старший брат очень любил Эшли и не всегда ставил интересы королевской семьи на первое место. Он также испытывал особое презрение к принцу и был очень расстроен его женитьбой на младшем брате.

Его военные способности также были очень высоки.

Проведя такой анализ, Сюэ Лин определил свои цели.

Затем он попросил систему вывести список мировых лидеров. Он хотел выяснить, куда мог трансмигрировать «тот человек». Согласно его представлениям о трех предыдущих мирах, этот человек был богатым и красивым. В мире, где потребовалась бы сила, его способность влиять на мир была бы очень высока, учитывая его уровень власти даже в мирных мирах. Важным моментом было то, что он обычно выбирал личность, которая была относительно близка ему по темпераменту.

Даже если этот человек сейчас далеко от него, Сюэ Лин сделал бы все возможное, чтобы стать ближе.

На самом деле, Империя уже давно утратила свою славу. Власть королевской семьи, казалось, слабела от поколения к поколению, и даже общая власть ведущих альф Империи, казалось, постепенно ослабевала. Генетика была очень загадочной и увлекательной вещью; Академия наук до сих пор не смогла ее расшифровать, и поэтому главная боевая сила Империи медленно деградировала на протяжении почти ста лет. Хотя Его Высочество теперь был ведущим альфой Империи, на самом деле он был совершенно неспособен сокрушить Уоррена Джоана Рейна в поединке.

Тем более, что семья Рейн оставалась сильной даже тогда, когда все слабели из-за особенностей своей генетики. К счастью, они не восстали и всегда были верны Империи, посылая силы своей семьи на передовую и выступая в качестве одного из козырей Империи.

Альянс, соперник Империи, в последние сто лет переживал политические волнения, и из-за постоянных политических изменений и гражданских войн его способность противостоять зергам была относительно невелика.

Среди планет процветало звездное пиратство. Это было время, когда один неверный шаг мог привести к краху всех политических систем, и у Империи уже никогда не было надежды подняться вновь.

Сюэ Лин не слишком беспокоилась об этих вещах. Система проанализировала множество информации, но он лишь мельком взглянул на нее, а затем перевел взгляд на список, который наконец-то был составлен.

Самым могущественным человеком в мире был «муж» этого тела.

Сюэ Лин решительно вычеркнул его из списка. Если этот человек действительно трансмигрировал в тело этого мерзавца, он бы скорее зарезал его до смерти, а потом покончил жизнь самоубийством. В другом мире они могли бы начать все сначала.

Следующим был левый генерал Империи. Им был самый молодой генерал Империи Шерил Жан Арчики. Его можно было считать новичком в аристократии Империи, и он был героем, погибшим на передовой от рук зергов.

Сюэ Лин посмотрел на трехмерное, ярко улыбающееся изображение левого генерала и решил, что это не похоже на выражение лица, которое было бы у угрюмого и подавленного человека, если бы он трансмигрировал в это тело.

Система также предоставила подробную информацию о лидере межзвездных пиратов. Сюэ Лин взглянул на голографическое изображение. Женщина слегка приподняла голову, наступая одной ногой на груду золота, одна сторона ее рта была искривлена; она выглядела очень по-жульнически, и ее поза не могла быть более вызывающей. И этот взгляд ее глаз... он был действительно манящим.

«Почему ты предоставляешь мне информацию о женщине?» Губы Сюэ Лина слегка дрогнули, когда он сказал, что женщина его совсем не привлекает. Особенно не та, которая подойдет и ткнет пальцем под подбородок.

«Это Анталия, падшая дворянка. Она - женщина-альфа, обладающая большой силой и мужеством». Голос системы был ровным, словно простое вступление. «Когда-то она преследовала ваше нынешнее тело, но была отвергнута, а позже стала хорошим другом, прежде чем стать межзвездным пиратом. Она по-прежнему обладает большой властью. Я достал ее информацию, чтобы показать вам, и напомнить о ее существовании».

Когда Сюэ Лин порылся в своей памяти, он действительно нашел фотографию, на которой первоначальный владелец был прижат к стене королевой пиратов, а его подбородок был зажат пальцем.

Лицо Сюэ Лина потемнело, и он без колебаний перешел к следующему кандидату.

«Это все короли, которых вы можете выбрать в будущем. Я также не уверена, где находится этот человек. Если вы не сможете найти его к тому времени, когда наступит ваш эструс, вам придется сначала найти кого-то на замену…»

Сюэ Лин приказал системе замолчать и начал читать информацию, которую она выдала.

После интеграции с сетью Империи, информация, которую нашла система, была очень подробной и полной. Она перечислил всех, кто обладал способностью сражаться с Принцем во всей галактике, многие из них были привлекательными альфами. Но Сюэ Лин просмотрел их всех и не ощутил, что кто-то из них был тем проклятым извращенцем.

Неужели на этот раз он сменил пол?

«Кстати, есть еще вот этот человек. Онория - женщина-бета и нынешний представитель королевской семьи. Вам следует наладить с ней хорошие отношения, чтобы ей было легче вести для вас связи с общественностью и улучшить впечатление о вас в сердцах людей».

«Понятно». Сюэ Лин потянулся и почувствовал, что в этом мире он уже стал трудоголиком.

Как человек, которому служили другие на протяжении двух миров подряд, и который по своей природе был ленив, он действительно не хотел использовать свой мозг и работать.

Но теперь другого выхода не было. Он был принцессой, идущей по натянутому канату. Один неверный шаг, и последствия были бы очень серьезными.

Возможно, он не сможет стать королевой.

Кроме того, этот мир удерживал один из его хвостов. Хотя система была не очень понятна, Сюэ Лин предчувствовал, что это как-то связано с разгулом зергов. Говоря иначе, он не мог позволить борьбе за власть и амбиции разрушить основу Империи, ведь она понадобится ему для борьбы с зергами.

Ради своего хвоста он был готов на все!

На следующий день Сюэ Лин проснулся рано после прекрасного ночного отдыха. Он несколько раз поворочался в постели, затем открыл нанокомпьютер и стал просматривать ежедневные новости империи.

Казалось, люди все еще были погружены в грандиозное свадебное торжество, состоявшееся два дня назад. Утром королевская семья объявила, что Его Высочество принц покинул столичную планету и отправился на поле боя, и люди выражали сочувствие королевской паре, которой пришлось расстаться сразу после свадьбы.

Сюэ Лин просмотрел две страницы, затем саркастически рассмеялся и закрыл окно.

Благодаря напоминанию системы, Сюэ Лин вчера позвонил Онории и попросил ее сообщить новость об отъезде принца. Лучше было взять инициативу в свои руки и поделиться новостями, чем ждать, пока об этом узнают другие. К тому времени не только принцесса будет в неловком положении, но и репутация его королевского высочества пострадает.

Хотя принц стал национальным кумиром Империи благодаря своим выдающимся способностям и красивой внешности, титул принцессы был не просто для галочки. Как известный омега, Эшли имел целый эскорт альф и большое количество фанатов, которые следовали за ним, даже зная, что он был обручен с Его Королевским Высочеством с самого рождения.

Проще говоря, у Сюэ Лина было бесчисленное количество запасных шин. Он считал, что раз они уже есть, то можно ими воспользоваться, и готовился использовать общественное мнение, чтобы представить себя идеальной принцессой.

Когда принц вернется, он, скорее всего, обнаружит, что окружающие его люди единогласно и решительно встали на сторону принцессы. Если бы Принц действительно осмелился что-то сделать с ним во время эструса, он, скорее всего, столкнулся бы с неожиданной ситуацией.

В одиночку свергать империю было политически не верно, поэтому Сюэ Лин собрал вещи и вернулся в дом семьи Рейн со своими сопровождающими.

Столичная планета была очень обширной. Дворец занимал очень большую территорию, а менее чем в ста милях к западу находились земли семьи Рейн.

Это была семья, существовавшая с момента основания Империи. Их предки были первой парой альфа- и омега-возлюбленных в Империи. Их любовь была величественной и захватывающей, она тронула бесчисленное множество людей Империи. В настоящее время в семье Рейн осталось очень мало членов, и в ней было всего два молодых господина. Один из них круглый год находился на фронте, а второй только что вышел замуж.

Сегодня был день, когда Эшли вернулся домой, и все в семье были очень счастливы. Этот ребенок был зеницей их ока, и они всегда считали, что выдавать его замуж за принца было несправедливо по отношению к нему. Лицемерие принца - высокие взгляды и стандарты, но низкие поступки - делало его недостойным их ребенка.

По прибытии Сюэ Лина тепло встретили. В конце концов, это была аристократическая семья, и большинство членов семьи были так или иначе связаны с дворцом. Все знали, что принц оставил его и сбежал в ночь свадьбы, и некоторые из них постарались утешить Сюэ Лина, предложив разрезать принца на куски, когда он вернется, если он будет недоволен.

Сюэ Лин улыбнулся и сказал, что с ним все в порядке. Когда все было сказано и сделано, это был брак по расчету, и он не ожидал, что принц действительно полюбит его.

Его кроткий и благородный вид, несмотря на несправедливое отношение к нему, еще больше расстроил его семью. У них всегда было ощущение, что они отдали принцу свое самое ценное сокровище, а он без колебаний растоптал его. Он действительно заслуживал побоев!

Наблюдая, как лица членов его семьи становятся все более расстроенными, Сюэ Лин понял, что достиг своей цели, поэтому попросил всех сесть и проводил деда и родителей, утешая их до такой степени, что другие стали говорить, что он сильно повзрослел и умеет быть внимательным к их эмоциям.

Обед был подан дома, и вся семья сидела вместе. Все накладывали еду на тарелку Сюэ Лина, и вскоре его тарелка была полностью заполнена. Сюэ Лин негромко рассмеялся и стал отделять все по очереди. Его благоразумное поведение снова заставило сердца членов семьи затрепетать.

Несмотря на строгое воспитание с детства, омегу их семьи баловали и любили, пока он рос. В те времена, когда он выходил из дома, его голова всегда была высоко поднята, что несло в себе отпечаток высокомерного обаяния, но теперь, только вступив в брак, он стал таким рассудительным, что больше не нуждался в наставлениях и тратил время на убеждение других.

Наблюдая за его поведением, их сердца заныли, а у некоторых старейшин впечатление о принце стало еще хуже.

Если бы не проклятое пророчество, их маленький Эшли все еще был бы дома и мог бы потихоньку найти себе альфу или кого-нибудь еще, кто пришелся бы ему по сердцу. Если бы это было то, чего он хотел, его семья смогла бы это обеспечить. Но сейчас... его личность стала другой.

Сюэ Лин слабо чувствовал, что атмосфера снова начинает меняться; баланс, который ему нужно было поддерживать, был слишком хрупким. В душе он проклинал себя за то, что семью Рейн не так-то легко поколебать; все, что он пытался сделать, не срабатывало. Это было действительно трудно, когда членов семьи становилось больше.

После еды семья разошлась. Сюэ Лин пригласил своего брата Уоррена на второй этаж и завел в его комнату, после чего захлопнул дверь.

Уоррен был несколько удивлен. Хотя его сердце сильно болело за брата, этот младший брат всегда был довольно холодным и отстраненным. Впервые он казался таким внимательным и приземленным, и это вызвало у него интерес. Он хотел знать, что за тайну хранит его младший брат, чтобы обсудить.

«Старший брат».

Сюэ Лин серьезно смотрел на Уоррена, медленно и внимательно наблюдая за ним. Уоррен был так удивлен, что даже не дышал, и благодаря этому Сюэ Лин мог быть уверен, что тот человек на этот раз не трансмигрировал в его старшего. Наконец он облегченно вздохнул и начал:

«Когда ты возвращаешься на фронт?»

Уоррен снова был ошеломлен, не ожидая, что он подойдет так близко только для того, чтобы задать такой простой вопрос. Он слегка погладил младшего брата по голове, раздумывая над этим, и ответил:

«Это должно произойти в течение ближайших двух дней. У меня был небольшой отпуск».

Сюэ Лин поджал губы, пододвинул стул и пригласил Уоррена сесть. Затем он уселся на кровать, похоже, желая обсудить серьезные вопросы.

«Брат, подай заявление на перевод обратно».

«А?»

Уоррен не расслышал, и на его лице появилось недоумение.

Сюэ Лин глубоко вздохнул, сцепил руки вместе и сохранил серьезное выражение лица, как будто принял важное решение.

«Старший брат, я хочу восстать. Неважно, кто сидит на троне, лишь бы не принц. Я хочу развестись с ним, а затем заставить его умереть».

Его выражение лица было немного злым, но он был очень серьезен. Уоррен сначала хотел рассмеяться, но вскоре понял, что не получится.

«Я серьезно, брат. Если он не умрет, семья Рейн исчезнет из этого мира. Я могу смириться с тем, что он не любит меня, но я не могу смириться с тем, что он поднял руку на моего брата, моих родителей или моих родственников. Старший брат, не возвращайся на фронт. Пожалуйста, переведись обратно и помоги мне. Иначе я не знаю, когда ты или мать с отцом исчезнете из этого мира».

Выражение лица Уоррена было подавленным. «Что ты хочешь сказать?»

«Амбиции принца очень велики».

Глаза Сюэ Лина были шире, чем обычно, как будто он видел Уоррена насквозь и видел что-то еще.

«Он не оставит семью Рейн в покое, и уж точно не станет держать рядом никого, кто мог бы помешать его стремлению к власти. Старший брат, он убьет всех нас, включая тебя и меня».

Уоррен протянул руку, схватил Сюэ Лина и притянул его к себе, его глаза стали холодными, когда он спросил: «Что он тебе сказал?!»

Сюэ Лин посмотрел в глаза Уоррена и четко произнес:

«Брат, обещай мне, что будешь стоять на моей стороне».

Выражение лица Уоррена стало странным, казалось, он обдумывал свои слова. Через некоторое время он кивнул и согласился:

«Хорошо, я подам заявление о переводе, но ты должен рассказать мне, что с тобой случилось».

Ледяное выражение на лице Сюэ Лина наконец-то немного ослабло. Он выдернул свою руку из руки Уоррена, а затем медленно сел обратно.

«Старший брат, как я уже говорил, он не любит меня и никогда не полюбит. Наша семья просуществовала слишком долго, до такой степени, что для него стало невозможным контролировать Империю, не избавившись от нашей семьи».

Глаза Уоррена подернулись влагой, когда он сказал: «Но все в нашей семье преданы Империи».

«Но не ему».

Глаза Сюэ Лин стали холодными.

«Его взгляд, которым он смотрит на меня, полон нескрываемого отвращения, а иногда в нем даже есть намерение убить. Старший брат, ты никогда не думал, что может быть другой способ интерпретации этого пророчества?»

Уоррен удивленно посмотрел на него, но в его выражении лица было что-то не то.

«Ты догадался?»

«Догадался о чем?»

Выражение лица Уоррена было смущенным: «Вообще-то, я уже принял решение, когда ты сказал, что принц хочет тебя убить. Несмотря ни на что, с тобой ничего не случится».

«Почему?»

«Это можно считать секретом, который хранится в семье. Это как-то связано с королевской семьей». Уоррен коротко рассмеялся. «Ты уже знаешь, что когда ты родилась, весь мир отреагировал, и появилось пророчество. Но на самом деле, мы внесли небольшую корректировку, когда объявили об этом публично».

«Корректировку?»

«Жертвенное пророчество гласило, что ты - будущая императрица Империи. Императрица, а не королева» - многозначительно сказал Уоррен и сжал руки.

«Тебе известно, что с древних времен до настоящего времени, за эти семьсот лет, в Империи был только один человек, которого можно назвать Императором, но этот человек был семьсот лет назад, и он больше не появится».

Брат продолжил:

«Даже если принц взойдет на трон, он не будет Императором и может быть стать простым Королем. Мы не могли поставить тебя в такую опасную ситуацию, поэтому мы никогда не говорили тебе правду. Теперь, когда ты говоришь, что принц хочет твоей смерти, мы свергнем его власть и найдем для тебя настоящего императора!»

Сюэ Лин не ожидал, что сюжет может принять такой неожиданный поворот. В таком случае, как он вообще должен учитывать желания первоначального владельца?

«В древних писаниях семьи Рейн сказано, что «любой может умереть, но семья Рейн не может быть потеряна, иначе Империя будет полностью уничтожена».

Уоррен посмотрел на Сюэ Лина и спросил, «Ты знаешь, что значит быть полностью уничтоженным?»

Сюэ Лин потерял дар речи. Ему всегда казалось странным, что после смерти хозяина зерги впадают в ярость и уничтожают все в межзвездном пространстве. Теперь же оказалось, что между ними существовала глубокая связь. В семье Рейн хранилась жизненная сила Империи, и как только в мире не останется никого из семьи Рейн, зерги перестанут бояться, и мир превратится в бесплодное место.

Похоже, что парочка главных героев, принц и его беспородная омега, оказались двумя непревзойденными экспертами по целенаправленному поиску смерти. Они действительно любили друг друга, были известны и любимы повсюду, но в итоге отправили этот мир к чертям собачьим.

Это был самый высокий уровень поиска неприятностей. По воспоминаниям очевидцев, принц и его пара даже умирая, все еще не понимали причин, почему миру пришел конец…

Уоррен наблюдал за отсутствующим взглядом своего младшего брата и несколько беспомощно протянул руку, чтобы коснуться его головы, прежде чем продолжить:

«Учение семьи Рейн также гласит, что каждый омега, рожденный в семье, будет сокровищем Империи и ее будущей надеждой. Ты – первый и единственный омега, рожденный в семье Рейн. Ни в семье Рейн, ни в королевской семье в прошлом не было ни одного омеги».

Сюэ Лин был немного озадачен. Что это за сюжетные установки? Почему это отличается от того, что было сказано раньше? Все эти родовые учения были направлены на изначального владельца!

«Увы...» Уоррен беспомощно вздохнул. «Я не хотел говорить тебе ничего из этого. Но ты признался, что хочешь восстать».

«Хм... Я действительно хочу восстать».

Хотя количество информации, которую ему только что предоставили, было довольно большим, Сюэ Лин все равно остался при своем решении.

«Я не знаю, насколько я действительно важен, но вы все - самые важные члены моей семьи, и несмотря ни на что, я хочу сохранить вас всех в безопасности».

«Раз ты так уверен, я подам заявление о переводе обратно» - сказал брат.

Уоррен помассировал лоб. Он не думал, что дело дойдет до этого. Изначально он считал, что если принц и его младший брат смогут хорошо жить вместе, даже если между ними не будет никаких чувств и это будут лишь поверхностные отношения, они смогут похоронить эти слова в своем сердце и никогда не вспоминать о них.

В некотором смысле, у семьи Рейн было больше наследия, чем у королевской семьи. Королевская семья выглядела очень сильной, и казалось, что без них Империя не сможет выжить, но на самом деле Уоррен знал, что существование королевской семьи всегда было незаметным, потому что их нельзя было считать людьми королевской крови.

Эти люди были всего лишь творениями, созданными из генов Императора, и эти гены просто передавались из поколения в поколение. Сила этих генов постепенно уменьшалась из-за отсутствия Императора.

К этому времени королевская семья уже почти пала.

Огромное количество информации о семье Рейн было слишком сложным, и Сюэ Лину пришлось долго ее переваривать.

Он пробормотал системе: «Что происходит в этом мире? Почему здесь так много странных настроек? Это тело выглядело как обычный омега, когда ты показывал его статистику, кроме очень хорошей умственной и физической силы, не было ничего странного. Почему его жизнь и смерть связаны с судьбой Империи?»

«Возможно, Эшли существует как ключ».

Система выдвинула гипотезу. «Мы можем предположить, что, возможно, первоначальное тело было ключом к самому мощному оружию в Империи. Пока он был жив, существовал шанс, что оружие может быть разблокировано, поэтому зерги не осмеливались зайти слишком далеко. Но как только он умрет, это оружие исчезнет вместе с уничтожением семьи Рейн, и зергов ничто не будет сдерживать».

Сюэ Лин потер подбородок и почувствовал, что в этой гипотезе есть определенный смысл. По крайней мере, она имела больше смысла, чем вывод о том, что он родился, чтобы спасти Вселенную.

«Итак, что это за оружие?» - спросил он.

Система молчала. Она лишь делилась своими мыслями и не знала, как ответить своему хозяину.

«Ну допустим».

Сюэ Лин чувствовал себя довольно беспомощным. Настройки этого мира были действительно немного странными, но раз он не мог разобраться в них, то мог только продолжать выполнять свои планы. В любом случае, пока он жив, несчастных случаев не будет. Люди в этом мире обычно жили дольше, поэтому у него было достаточно времени, чтобы докопаться до истины.

Разобравшись со своими планами, Сюэ Лин обнаружил, что уже завтра он должен был встретиться с «предком» королевской семьи вместе со старым королем. По правде говоря, его очень интересовала запретная зона дворца и то, о чем молчал старый император...

Ночь сна прошла быстро. На следующий день Сюэ Лин проснулся рано, поэтому он сразу же отправился поприветствовать старого короля. Они вместе позавтракали, после чего старый король повел его куда-то в запутанные лабиринты подземелья.

Дворец занимал очень большую территорию, но все же он не был таким огромным, как подземное пространство. Сюэ Лин был несколько удивлен технологическим развитием этого мира, так как скрытые подземелья казались еще более величественными и обширными, чем наземный дворец.

Они прошли через бесчисленные потайные двери и различные туннели, кружась и поворачиваясь, пока у Сюэ Лина не закружилась голова, и, наконец, они оказались перед большим залом.

Старый король с торжественным лицом приказал своим слугам удалиться, после чего укусил свой палец и выдавил каплю крови, чтобы начертить руну жесткими движениями. Казалось, что его действия израсходовали много сил, а лицо немного посерело.

Сюэ Лин забеспокоился и хотел помочь ему, но старый король подал знак, чтобы он оставался на месте.

Руна сконденсировалась в воздухе и после завершения работы устремилась вперед, попав прямо в дверь и испустив ослепительные лучи света.

Сюэ Лин был несколько ослеплен вспышкой. Он вытянул руку, чтобы загородиться от света, и поэтому не заметил, как свет упал на него, и он тоже начал светиться.

Эта сцена осталась незамеченной старым королем. Когда дверь полностью открылась, он жестом велел Сюэ Лину следовать за ним внутрь.

Поднявшись на девяносто девять ступеней, они, наконец, вошли в главный зал.

Убранство этого величественного места было невероятно роскошным, но на самом верху помоста, где должен был стоять трон, вместо него был установлен прямоугольный предмет.

Сюэ Лин был несколько удивлен, потому что форма предмета была очень похожа на гроб. Неужели сюда положили труп?

Оказалось, что это был не труп. Старый король повел его вверх, объясняя: «Это первый и единственный император империи».

Как только он закончил свои слова, перед глазами Сюэ Лина появился молодой человек.

Сюэ Лину очень хотелось спросить, что это за шутка?!  Это был Император-основатель? Разве не все говорили, что он был фигурой более чем семисотлетней давности? Хотя люди в этом мире могли жить дольше, это означало лишь то, что они могли прожить более ста лет, но не могли дожить до двухсот!

Они действительно говорили, что этот человек, лежащий здесь и спящий с румяным цветом лица, на самом деле был древним императором семисотлетней давности? Даже если бы в этом мире было больше полов, они бы не превратились в демонов! Этот срок жизни полностью соответствовал сроку жизни демонов!

Похоже, поняв, что Сюэ Лин задумался, старый король беспомощно добавил: «Я тоже был потрясен, когда впервые увидел императора, но через несколько раз ты привыкнешь к этому».

Хотя в душе Сюэ Лин все еще ругался, его лицо оставалось спокойным, и он даже проявил немного любопытства, как и подобает молодому поколению, спросив:

«Я читал книги по истории, но что случилось, что привело к исчезновению императора? Он выглядит совсем молодым».

Старый король поджал губы и сказал: «Это не так...»

«А?»

«Согласно записям, переданным от наших предков, похоже, что он решил заморозить себя». Старый король вздохнул: «Он был сильнейшим альфой в Империи, настолько сильным, что не мог найти свою истинную пару, достойную его, удивительную омегу, и не любил ни одну бету, поэтому заморозил себя, чтобы дождаться, когда его возлюбленная придет в этот мир».

Сюэ Лин: «...»

?????????

«Он был слишком капризен, и никто не мог его остановить. Тогда его последователи могли только строить планы и делать все возможное, чтобы он мог спокойно спать до сих пор».

Лицо старого короля помрачнело, когда он вспомнил, как впервые услышал эту историю. В то время он также хотел проклясть своего предка.

«Согласно тому, что было передано, он проснется только тогда, когда увидит свою возлюбленную. Но это императорский мавзолей, и никто, кроме членов королевской семьи, не зайдет к нему, поэтому он оставался замороженным все это время».

Сюэ Лин не хотел больше говорить об этом проблемном предке. Он снова молча посмотрел на него, подумав про себя, что этот человек хорошо выглядит и красив, но это бесполезно, так как у него явно проблемы с головой и ничего не поделаешь.

Покинув главный зал, старый король привел Сюэ Лина в другие залы. В каждом зале находился предыдущий король империи, и все они были известными фигурами в книгах по истории империи. Только здесь можно было увидеть следы, оставленные их существованием после того, как они покинули этот мир.

Все короли были похоронены вместе со своими близкими. В каком-то смысле королевская семья империи была особенно предана своим близким, но это был такой тип верности, который Сюэ Лин, вероятно, не сможет понять.

Его «муж» жаждал его смерти и определенно не будет ему верен.

Покинув запретную зону, Сюэ Лин был полон сил, и долгое время допрашивал систему, прежде чем окончательно избавиться от прежних ожиданий, которые были в его сердце.

Он не знал, что свет, который падал на него раньше, не исчез даже после того, как он покинул подземный дворец. В ту ночь, когда Сюэ Лин уже закрыл глаза и крепко спал, на его теле все еще оставалось загадочное мерцание света.

В то же самое время, когда они вышли из запретной зоны, человек, пребывавший в застывшем сне, открыл глаза.

Его глаза были темно-синего цвета, словно бездонные воды океана. Если присмотреться, казалось, что они наполнены звездами.

Обычно дворец оставался пустым, королевская семья приезжала лишь раз в десять или около того лет, поэтому никто не обнаружил, когда ледяной гроб, установленный на возвышении главного зала, внезапно открылся.

За долгие годы на этот ледяной гроб не упало ни единой пылинки, но он вдруг разлетелся на бесчисленные кусочки. А человек, ответственный за это, сейчас лениво прислонился к стене, подняв руку, чтобы слегка помассировать лоб.

На его запястье мигал нанокомпьютер. Это была модель семисотлетней давности, но он все еще магически запускался и вскоре начал обновляться.

[ Установлен контакт с главным сервером. Начать соединение с главным сервером и взять на себя все полномочия главного сервера.]

[ ... 100%... Соединение разрешений завершено. Теперь вы контролируете главный сервер Имперской Звездной Сети. Начало передачи последних 700 лет истории.]

Семьсот лет?

Мужчина поднял брови. Получается, что он пролежал здесь семьсот лет?

Хм, он действительно очень долго ждал этого человека.

Мужчина потянулся, а затем снова лениво откинулся назад, позволяя нанокомпьютеру напрямую передавать ему накопленную информацию и изменения, произошедшие за последние семьсот лет.

В середине ночи во дворце было очень тихо. Сюэ Лин без всякой видимой причины очнулся от сна и потрогал внезапно ставший лихорадочным лоб. Он нахмурился, сочтя это несколько странным.

Это не имело смысла. С чего бы ему вдруг заболеть...

Вскоре весть о болезни принцессы распространилась по всему дворцу. Прибежали врачи, и даже старый король встал ото сна, чтобы прийти и утешить Сюэ Лина.

Сюэ Лин был несколько растерян от лихорадки и не мог ясно различить, кто перед ним. Его жалкий вид очень расстроил всех гостей, и некоторые из них даже начали снова проклинать принца.

Уоррен остался на ночь рядом с младшим братом и снова подтвердил свою решимость остаться с Эшли.

Лютер определенно не был надежным человеком. Если бы он передал ему Эшли, то совершенно точно уничтожил бы своего младшего брата.

Посмотрев в сторону их недавно приехавших родителей, Уоррен принял примерное решение, в каком направлении идти.

Лихорадка Сюэ Лина продолжалась всю ночь и постепенно сошла на нет утром следующего дня. Врач не мог определить причину лихорадки и мог только прописать некоторые препараты, но лихорадка исчезла еще до того, как он успел их принять, что привело врачей в замешательство.

Когда Сюэ Лин очнулся, система сообщила ему, что его духовная и физическая сила еще больше возросла. Он и раньше обладал хорошей духовной и физической силой, но теперь, скорее всего, стал первым омегой духовной силы ранга SSS. Его телосложение также перешло из ранга B в ранг A, и казалось, что у него еще есть скрытый потенциал для улучшения.

«Какого черта тут происходит?» - не выдержал Сюэ Лин того, что все вышло из-под контроля.

Система снова исследовала тело хозяина, но не смогла сделать никаких выводов. Она могла только предполагать:

«Должно быть, сработал механизм самозащиты тела хозяина. Ты столкнешься с более сильным и грозным существом, поэтому твое тело было снова модернизировано».

Сюэ Лин не совсем понял, что сказала система, но решил не спрашивать слишком много, так как все равно это было хорошо.

Его внезапная болезнь заставила старого короля почувствовать еще большую вину перед ним, и он согласился с просьбой Уоррена предоставить Эшли дальнейшее обучение. У Сюэ Лина тоже больше не было времени на долгие раздумья. Как только он покинул дворец, он сразу же приступил к специальным тренировкам, чтобы как можно скорее приспособиться к управлению роботами.

Уоррен поначалу не одобрял его решение тренироваться с меха, но после того, как увидел отчет о его физической подготовке, согласился. Хотя он был уверен, что его младший брат - омега, но с его телосложением он мог бы добиться большего, чем большинство альф.

Сюэ Лин также отчаянно тренировался, быстро изучая все, что касалось мехи и межпланетных войн, удивляя учителей, которым было поручено его обучать.

Хотя Сюэ Лин жил очень долго, он никогда не сталкивался с миром будущего. Мир, в котором он жил до этого, находился в 21 веке, где космические путешествия еще не были развиты, а в мире, куда он трансмигрировал после этого, который, казалось, был местом его рождения, космические путешествия также не были развиты, хотя наука и технологии были более развиты. Он читал много межзвездной фантастики, но все это было выдумкой. Понятно, что лично испытать и узнать эти вещи было гораздо интереснее.

Способности Сюэ Лина к обучению были очень высоки, и его энтузиазм к обучению также был очень велик. Он даже почувствовал, что такое непрерывное перемещение по мирам наконец-то стало приносить удовольствие. Если бы он побывал еще в нескольких разных мирах, то определенно смог бы научиться многим вещам, которые раньше были ему недоступны.

Казалось, дни пролетали незаметно, пока он погружался в учебу. Через полмесяца пришло «скорбное» известие, которого так ждал Сюэ Лин.

Его номинальный муж, принц империи, пострадал от засады зергов на линии фронта. Его войска понесли большие потери, а его собственный меха был поврежден, и его местонахождение оставалось неизвестно.

Сюэ Лин хлопнул в ладоши, его лицо было полно радости по поводу несчастья принца.

Системе пришлось дважды намекнуть ему, прежде чем он, наконец, сдержал улыбку и в полной мере использовал навыки актерского мастерства, приобретенные им в прошлой жизни в качестве киноимператора, с озабоченным и печальным видом отправившись во дворец старого короля. В то же время он связался с представителем королевской семьи по связям с общественностью.

Сегодня официально началась битва между ним и принцем.

Несчастный случай с принцем на фронте произошел через полмесяца после того, как он покинул столичную звезду в брачную ночь. Это должно было произойти сразу после его прибытия на передовую.

Наверное, это можно назвать началом дня не с той ноги?

Сюэ Лин не стал слишком глубоко задумываться над этим: он ждал этого дня больше полумесяца. Сначала он провел некоторое время в постели, смеясь, а затем связался с Уорреном.

Он все еще улыбался, когда Уоррен появился в коммуникаторе. Уоррен понятия не имел, почему его младший брат так счастлив - хотя он и занимал высокий пост, он не имел права получать сообщения о таких вещах, как несчастный случай с принцем.

«Брат, пожалуйста, отправь свое заявление на пребывание в столице. Принц попал в беду на передовой, и все его полномочия будут переданы мне. Я могу одобрить твое заявление вне очереди».

Уоррен был несколько удивлен и растерянно спросил: «Что случилось с принцем?». Увидев улыбку младшего брата, он поинтересовался: «Это ты что-то сделал?»

Сюэ Лин рассмеялся и почувствовал, что его старший брат в этой жизни был немного глупым и милым. «Конечно, нет, но сможет ли он вернуться, будет зависеть от моего настроения».

Уоррен кивнул головой в знак понимания. Общаться через нанокомпьютер было слишком неудобно, поэтому он назначил Сюэ Лину время и приготовился войти во дворец, чтобы увидеться с ним.

Сюэ Лин снова связался с Онорией и попросил ее прийти со своей командой, после чего облачился в белое. Он напустил на лицо грустное, озабоченное выражение и отправился прямо во дворец старого короля.

Дорога была немного длинной, но он настоял на том, чтобы дойти самому.

В это время старый король только что получил известие и был одновременно зол на сына и расстроен его несчастьем. Когда люди во дворце сообщили ему, что Эшли направляется к нему, как только он узнал об этом, невзирая на расстояние, он снова почувствовал некоторое утешение.

Его сын был ненадежным, но невестка, похоже, был очень хорошим человеком. Выражение лица старого короля расслабилось, и он пошел принимать Сюэ Лина.

Сюэ Лин запыхался, когда вошел, а поскольку всю дорогу он бежал на полной скорости, его глаза слегка покраснели. Такой омега мог тронуть сердце любого, и старый король снова отругал своего сына за бестолковость.

Он приказал людям принести кресло Сюэ Лину и успокоил его, сказав: «С Лютером все будет в порядке. Не волнуйся слишком сильно, сначала присядь и отдохни немного».

Сюэ Лин стоял неподвижно. Казалось, он все еще не оправился после длительного бега, его лицо становилось все краснее и краснее, а глаза продолжали увлажняться. «Государь-отец, я отправляюсь на передовую, чтобы найти его!»

Руки старого короля на мгновение замерли. Он подумал про себя, что этот ребенок, должно быть, действительно испытывает глубокие чувства к Лютеру, и несколько беспомощно сказал: «Дитя, не волнуйся так. Лютер - мой сын, и я знаю его способности. Хотя он и попал в засаду, с ним все будет в порядке».

Сюэ Лин сжал кулаки и выглядел обеспокоенным. «Но, отец, я буду очень волноваться, если не смогу поехать на передовую, чтобы разобраться с этим. С ним что-то случилось сразу после прибытия, а что если у зергов есть люди на передовой?!»

Выражение лица старого короля тоже слегка изменилось. В последние годы зерги становились все более многочисленными, и не исключалось, что они проникли в армию.

«Дитя, не спеши. Изначально принц контролировал управление страной. Теперь, когда с ним что-то случилось, все эти дела перейдут к тебе, и ты не должен слишком беспокоиться. Даже если на фронте действительно возникла проблема, нельзя действовать импульсивно».

Сжатые кулаки Сюэ Лина слегка разжались. Он мог сказать, что старый король совсем не был начеку и, очевидно, думал, что его невестка может предать его сына.

В этом не было ничего удивительного. Империя существует уже столько лет, и никогда не было такого, чтобы альфа и омега развелись из-за того, что не могли ужиться друг с другом. Альфы всегда очень хорошо относились к своим омегам, а омеги, как правило, были очень привязаны к своим альфам.

К сожалению, это происходило при условии, что они испытывали взаимные чувства друг к другу и помечали друг друга. Но если они были такими, как Сюэ Лин, который даже не видел принца после их свадьбы, то не исключено, что он мог сказать, что хочет убить его, а затем принять меры, чтобы превратить себя во вдову.

Сюэ Лин, казалось, успокоился, но его глаза все еще были красными. «Государь-отец, в эти дни я отвечал только за дела в империи. Если мне придется взять на себя еще и фронт, я боюсь, что не справлюсь со всем этим сам».

Старый король прищурился. Не то чтобы ситуация, когда правящий король попал в засаду, и королеве пришлось взять на себя его обязанности, никогда не случалась раньше. Кроме того, Эшли получил лучшее образование, которое могла дать семья Рейн, и он все еще доверял ему.

Просто место, где располагалась армия на передовой, было немного далековато. После несчастного случая с принцем моральный дух армии был бы нестабилен, и с этим было бы трудно справиться.

В это время пришли дворцовые слуги и сообщили, что Онория и генерал Уоррен просят аудиенции.

Прибытие Онории ожидалось. В конце концов, ей каждый день приходилось поддерживать связь с королевской семьей, и ее появление после получения новостей не встревожило старого короля. А вот появление Уоррена, казалось, было неожиданным.

Искаженное печалью выражение лица Сюэ Лина наконец-то улучшилось. Он посмотрел на старого короля и объяснил: «Мой брат в последнее время проводит со мной специальные тренировки. Ранее, как только я получил новости, я сразу же помчался сюда и забыл сказать ему, что сегодня я не буду тренироваться. Он должно быть пришел сюда, потому что беспокоился обо мне».

Старый Король не спешил реагировать, он улыбнулся и спросил, «Что за специальную тренировку проходит малышка Эшли?»

Сюэ Лин опустил глаза, покраснел и поджал губы. «Я обнаружил, что моя физическая форма улучшилась после той лихорадки, которая была несколько дней назад, поэтому я подумал, что если я смогу научиться летать на мехах и сражаться в космосе, я смогу немного помочь принцу, и, возможно, он больше не будет оставлять меня одного во дворце».

Старый король был ошеломлен. Он не думал, что Эшли скажет такое. Когда он на днях спросил Сюэ Лина об отъезде сына, тот ответил очень мягко. Старый король подумал, что он не слишком беспокоился о том, что его сын покинул его.

Неужели он думал, что принц покинул его, потому что был недостаточно силен?

Какой прекрасный ребенок!

Сердце старого короля сразу же смягчилось, и если бы не расстояние между ними, он бы протянул руку, чтобы коснуться головы Сюэ Лина. «Вот и хорошо. Пусть генерал Уоррен войдет, и я смогу узнать о результатах твоего специального обучения». В его глазах была улыбка, когда он доброжелательно смотрел на Сюэ Лина.

Сюэ Лин был вполне доволен. Он не хотел заключать старого короля в тюрьму до того, как он достигнет своих целей. Было лучше, если другая сторона вообще не будет защищаться, чтобы облегчить его планы.

Уоррен и Онория вошли вместе. Они не были знакомы и не поприветствовали друг друга. После приветствия Уоррен был вызван старым королем.

Онория сделала реверанс старому королю, а затем Сюэ Лину, после чего достала свой нанокомпьютер и приготовилась начать запись. «Ваше Высочество, я только что услышала очень плохие новости. Я хочу знать, как Ваше Высочество планирует справиться с этим».

Глаза Сюэ Лина были красными. Он посмотрел на старого короля и спросил: «Государь-отец, новость о том, что принц пропал, не является хорошей новостью для королевской семьи, и мы должны скрыть ее. Но на линии фронта множество репортеров, и наши собственные СМИ не могут перекрыть всем рот...» Он был немного обеспокоен. «Если с этим не справиться должным образом, боюсь, это будет угрожать имиджу королевской семьи».

Старый король махнул рукой. «За общественный имидж королевской семьи всегда отвечала королева. Теперь ты принцесса, и тебе предстоит принимать такие решения. Государь-отец верит в тебя».

Сюэ Лин скривил губы, кивнул Онории и сказал: «Поскольку мы не можем остановить распространение новостей, тогда давайте возьмем инициативу на себя».

Онория нахмурилась: «Но, Ваше Высочество, если просто объявить, что с Его Высочеством принцем произошел несчастный случай, это вызовет панику среди людей». В конце концов, принц был известен как высший альфа империи.

Сюэ Лин постучал рукой по столу и сказал: «Тогда мы должны объявить об этом по-другому. Через некоторое время я вернусь и запишу видео, чтобы вы могли опубликовать его для общественности».

Если бы он использовал свою личность принцессы для объявления и добавил несколько слов, реакция публики была бы менее бурной.

Возможно, это был лучший способ. Онория немного подумала и не нашла ничего плохого в этом предложении, поэтому она начала готовить сценарий для Сюэ Лина, чтобы он прочитал его позже.

Она очень хорошо понимала характер своей принцессы. Хотя сейчас он выглядел как жалкая принцесса, Небеса знают, какие потрясения он может вызвать в имидже королевской семьи. Ей лучше сначала подготовить черновик, чтобы принцесса не раскрыла слишком много того, что нежелательно знать публике.

Старый король уже некоторое время говорил с Уорреном о Сюэ Лине, часто поглядывая на Сюэ Лина удивленным взглядом, который постепенно сменился облегчением. У Сюэ Лина постоянно было ощущение, что на его плечах лежит что-то странное и тяжелое, как будто он несет существенную ношу.

Казалось, что старый король теперь знал о результатах его тренировок, и это было то, чем Сюэ Лин хотел воспользоваться. Ему все еще нужно было согласие старого короля, если он хотел отправиться на поле боя.

На самом деле, у старого короля оставалось не так много времени, его тело быстро старело. Поговорив с ними некоторое время, он уже выдохся. Он дал Сюэ Лину полномочия разобраться с этим вопросом напрямую, сказав, что раз он такой выдающийся, то обязательно сможет все хорошо уладить.

Сюэ Лин улыбнулся, соглашаясь, а затем повернулся и в душе отругал старого короля за его бесстыдство.

Даже если старый король хотел уклониться от ответственности, это не должно было быть сделано таким образом. Тем не менее, Сюэ Лин действительно хотел получить власть, чтобы во всем разобраться.

Вернувшись в свой дворец, Сюэ Лин сразу же начал обсуждать все с Уорреном. Уоррен хотел, чтобы Сюэ Лин остался в столице Звезды, а он отправился на передовую вместо Сюэ Лина. Идея Сюэ Лина заключалась в том, чтобы он отправился на передовую, а Уоррен остался в Империи, чтобы держать оборону.

Никто из них не мог договориться, кто должен идти, а кто остаться. Наконец, Сюэ Лин сказал одно: «Старший брат, ты знаешь, что я могу это сделать. Если ты все еще не согласен, я начну плакать у тебя на глазах».

Уоррен: «...»

Это был первый раз, когда он столкнулся с такой странной угрозой, но почему она была такой эффективной...

«Брат, какой смысл тебе идти на передовую? Все знают, что ты генерал Империи, и половина людей на передовой предана тебе. Следовать за тобой - то же самое, что следовать за принцем, а меня будут воспринимать просто как принцессу, которая зависит от тебя».

Сюэ Лин чувствовал, что он уже выразился очень ясно. «Моя сила и способности - это то, что ты уже проверил сам за эти два дня. Старший брат, несмотря на то, что я еще не закончил школу, мой майор был командиром, и мои результаты всегда были очень хорошими. Я уверен, что смогу победить передовые части и даже личную гвардию принца».

Уоррен долгое время оставался с ним в патовой ситуации, но, в конце концов, отступил.

Когда его младший брат был таким упрямым, он действительно не мог выиграть спор с ним, не мог вынести избиения, и, в конце концов, мог только позволить ему делать то, что он хочет. «Хорошо, ты можешь идти на передовую, но ты должен взять с собой дополнительных людей».

Сюэ Лин улыбнулся и кивнул. Затем он отвез Уоррена и вызвал Онорию.

У Онории в руках был подготовленный ею сценарий. Сюэ Лин почувствовал, что реплики были немного печальными, как будто его муж только что умер. Но это не было большой проблемой: рано или поздно его муж все равно должен был умереть. Важнее было сыграть роль и изобразить жалость.

Сюэ Лин переоделся в простую, обычного цвета военную форму и провел рукой по волосам. Его глаза покраснели, и он сжал губы, чтобы придать себе особенно упрямый вид, а затем спросил Онорию: «Я нормально выгляжу в таком виде?»

Онория была совершенно равнодушна к его безупречному актерскому мастерству. Она просто похвалила его как самую удивительную принцессу, а затем включила функцию камеры своего нанокомпьютера.

Сюэ Лин уже давно привык к безразличию своего представителя. После полумесяца общения ему по-прежнему очень нравился характер Онории. Хотя эти мысли бродили в его голове, его игра перед камерой была абсолютно безупречной.

Его рот был плотно сжат, глаза покраснели, но он был очень серьезен и корректен. «Его Королевское Высочество принц Империи, мой муж, попал в засаду зергов на линии фронта и был тяжело ранен. В настоящее время его местонахождение неизвестно».

Его кулак сжался, и было видно, что он сдерживает свое горе. «Это было преднамеренное нападение, нападение на наследника королевской семьи. Мы не знаем, что за заговор стоял за этим, но королевская семья никогда не дрогнет перед подобным».

«Я твердо верю, что мой муж все еще жив и что он вернется ко мне. Но я не собираюсь быть растерянной и беспомощной принцессой, пока мы ждем. Королевская семья - это опора Империи. Принца сейчас нет, но есть принцесса. Как принцесса Империи, я пользовалась благами Империи, и теперь я также должна выступать во имя Империи».

«Через три дня я отправлюсь на передовую. Мой брат, генерал Уоррен, будет размещен в столичной звезде, и столичная звезда останется в полной безопасности. Что касается линии фронта, я сделаю все возможное, чтобы стабилизировать ее как можно быстрее».

«Я знаю, что в пустых словах нет смысла, но я могу использовать свою личность Эшли Джоан Рейн, чтобы присягнуть величайшему Императору Империи».

«Мы приведем Империю к ее самым славным высотам, и вся Вселенная будет помнить имя Империи». Он не уточнил, к кому он обращается, когда говорит «мы», и поэтому можно было только предположить, что это относится к Его Королевскому Высочеству Принцу, но это было только предположение.

«Свет Империи будет сиять во всех галактиках. Независимо от того, кто это - зерги или Альянс». Его лицо, похожее на лицо бога, светилось, когда он торжественно клялся. «Все, пожалуйста, даруйте мне славу».

Все, кто видел эту трансляцию, почувствовали, как закипает их кровь. Некоторые из них благословляли свадьбу, состоявшуюся полмесяца назад, некоторые проклинали, но их впечатление об Эшли в то время не было очень глубоким. Они знали лишь, что он очень красив и с рождения был предсказан как будущая королева Империи.

Видео было обнародовано, и Звездная сеть пришла в ярость. Некоторые были заняты тем, что облизывали лицо принцессы, некоторые вспыхнули от его речи, были и такие, кто сосредоточился на том, что принц бесполезен, раз ему нужна принцесса, чтобы сделать шаг, но количество людей, насмехающихся над королевской семьей, о котором изначально беспокоилась Онория, оказалось очень небольшим.

Простые люди всегда с любопытством относились к королевской семье. До тех пор, пока королевская семья позволяла им чувствовать себя в безопасности, их не так уж сильно волновало, что происходит внутри королевской семьи.

Все было хорошо, пока у всех была еда на столе, возможность петь и играть, а также доступ к Звездной сети.

Кому какое дело до того, где оказался Его Высочество?

В огромном зале подземного дворца на троне, перенесенном неизвестно откуда, лениво сидел человек. Перед ним стояло множество гробов, которые он вытащил из разных других залов и был готов выбросить. Перед его лицом находился виртуальный экран нанокомпьютера.

Губы блондина на экране были слегка сжаты, кулаки сжаты, а из его розовых губ лился приятный голос, предложение за предложением, как столкновение нефрита и камня - чистое, четкое и особенно трогательное.

Только...

Рука мужчины медленно погладила лицо юноши. "Ваш муж?"

Он усмехнулся, затем снова открыл свой нанокомпьютер и отдал приказ.

Нанокомпьютер несколько раз мигнул. Казалось, что он не хочет работать, но, в конце концов, не смог устоять перед сильной рукой хозяина и вывел на экран еще одно изображение.

На изображении был тот самый юноша, который только что сделал объявление и произнес такие вдохновляющие слова. Его кулаки были крепко сжаты, и он сказал, что присягнет величайшему Императору Империи. Это особенно обрадовало мужчину, и теперь он очень хотел познакомиться с этим милым малышом.

Сюэ Лин сидел на кровати и просматривал всевозможные документы. Он не знал, почему кожа его головы немного онемела, и ему казалось, что на него кто-то смотрит.

Он настороженно огляделся слева направо, постучал по своему нанокомпьютеру и, казалось, что-то спросил, после чего его выражение лица стало более спокойным. Хотя его спина все еще оставалась напряженное, в ней уже не было первоначального напряжения.

Мужчина наблюдал за человеком на экране и чувствовал, что его настроение становится все лучше и лучше.

Его нанокомпьютер мигал, не решаясь провоцировать и расстраивать этого большого босса.

Сюэ Лин все еще чувствовал себя немного странно. Он снова склонил голову и спросил у системы: "Ты уверена, что за мной никто не следит?"

"При нормальных обстоятельствах не должно быть. Я подключена к главному серверу Звездной Сети Империи. У этого главного сервера нет владельца, и никто не может им пользоваться, поэтому никто не может следить за вами через меня".

Сюэ Лин потер затылок и сказал себе, что быть начеку - это хорошо, но не стоит слишком волноваться.

"Может быть, это потому, что сегодня слишком много дел, и я немного устал". Сюэ Лин посмотрел вниз, затем расправил талию. Белая военная форма обрисовывала его талию, тонкую, но компактную.

Он попросил людей приготовить горячую воду для его ванны. Сюэ Лин встал и снова занялся разбором дел, с которыми он сегодня справился.

После утренней записи видео он сидел здесь и разбирался с этими делами.

Империя не была полной монархией. Королевская семья имела только 70% власти Империи, которая затем делилась между Королевой и Королем, которые затем имели по 35% на человека.

Но на протяжении всей истории, пока существовал король, у королевы было относительно мало шансов участвовать в политике. Та часть, за которую отвечала королева, была в основном связана с различными домашними делами. Реальная власть лежала в военной сфере и ведении войн, на стороне короля. Оставшиеся 30% были разделены на три части, которые были отданы нейтральному военному штабу, премьер-министру со стороны королевы и королевской гвардии со стороны короля.

В настоящее время во главе империи стоял принц, и власть в армии находилась в его руках. Теперь, когда принц пропал, большая часть информации по приказу старого короля была передана Сюэ Лину. Хотя власть не была полностью в его руках, Сюэ Лин мог, по крайней мере, встретиться с генералами, а не просто носить пустой титул принцессы, с которым у него не было возможности приступить к работе.

В это время помощь, которую мог оказать Уоррен, оставшись в тылу, стала особенно очевидной.

Хотя он круглый год находился на передовой, многие из этих генералов вместе учились в школе или окончили ту же школу, что и Уоррен. Благодаря связям Уоррена, Сюэ Лину стало намного проще иметь с ними дело.

Он снял свой белый костюм, расстегнул белую рубашку и направился в ванную.

Поначалу Сюэ Лин не имел никакого представления об этих вещах, но когда он принял решение о восстании, он ясно понял, что если он хочет захватить всю власть в свои руки, ему нужна армия. Армия была настоящим источником власти. Иначе все было бы бесполезно, даже если бы за него высказалось больше людей; его все равно прогнал бы принц.

У него было очень мало преимуществ. Самое главное, что он должен был сделать - это воспользоваться исчезновением принца для укрепления собственного престижа.

Дверь в ванную была закрыта, и наблюдение не могло продолжаться, потому что Сюэ Лин снял свой нанокомпьютер с запястья. Мужчина с сожалением потер подбородок и посмотрел на королей Империи, которые лежали мертвыми в гробах. На его лице появилось выражение некоторого отвращения.

Нанокомпьютер, казалось, знал, на что он сердится. Вспыхнул белый свет, напомнив ему, что сейчас время заниматься, и он не должен подглядывать за другими. Самым правильным было бы закончить обучение раньше.

Мужчина лениво потянулся. Его фигура была высокой и стройной, совсем не похожей на тех крупных и мускулистых мужчин. По внешнему виду казалось, что он не может претендовать на звание сильнейшего во вселенной. Но даже до изобретения мехи, этот человек мог путешествовать по вселенной без всякой защиты и убивать зергов до тех пор, пока они не убегали далеко от Империи, не смея даже приблизиться к ее границам. Они даже держались в стороне в течение следующих семисот лет, ни разу не решившись пересечь границу и лишь неуверенно пробуя воду снова и снова.

Сюэ Лин не имел ни малейшего представления о том, что за существа обитают сейчас под дворцом. Он впервые попал в межзвездный мир, и ему было интересно все. Он учился и учился очень быстро.

Занимаясь всеми видами государственных дел, обсуждая политику с премьер-министром и политиками и даже изучая тактику с генералами, он постоянно делал успехи, что удивляло многих высокопоставленных чиновников Империи, которые с ним общались. Если бы они не были абсолютно уверены в том, что Сюэ Лин - омега, они бы без колебаний согласились, что стоящий перед ними ребенок должен быть выдающимся альфой.

Это не было дискриминацией по половому признаку. Просто они никогда не видели другого омегу с его темпераментом.

Сюэ Лин знал сюжет, знал, как главный герой shou мира завоевал признание окружающих Его Высочества Принца и даже его подчиненных. То, что он делал сейчас, было тем, что делал бы будущий главный герой. Но Сюэ Лин умел делать это лучше, и в любом случае его положение было гораздо более правильным и достойным.

Он был единственной принцессой Его Высочества Принца. Даже если главная героиня shou и принц любили друг друга, он все равно был любовником и разрушителем домашнего очага, посягнув на священный брак.

Его методы были использованы Сюэ Лин в полной мере перед этими офицерами и министрами. В дальнейшем, если бы главный герой shou появился и сделал то же самое, это выглядело бы так, как будто он глупо копирует других.

Сюэ Лин говорил о трех днях, но на самом деле прошло полмесяца, прежде чем он смог покинуть столичную звезду. После этих полумесячных трудов и достижений старый король, Уоррен и семья Рейн, наконец, разрешили ему отправиться на передовую.

Когда он уезжал, многие люди пришли проводить его. В Звездной Сети велась прямая трансляция. Сюэ Лин также гарантировал, что, если это не касается военных секретов, он будет публиковать все, что происходит в его личном пространстве в Звездной Сети, чтобы успокоить тех, кто заботится о нем.

Вот только... после того, как звездолет покинул аэропорт, в настройках каждого нано-компьютера столичной звезды дважды вспыхнул фиолетовый свет.

Это означало, что вся Звездная сеть столицы перешла под контроль одного человека и перешла в режим управления. Главный сервер сети вошел в Звездную сеть и непосредственно контролировал всю сеть. Все сообщения, которым не разрешалось выходить, напрямую блокировались в потоке данных.

Мужчина смотрел, как юноша на экране уходит, и улыбка на его лице медленно угасала.

С его точки зрения, для того чтобы стать владыкой и контролировать всю Империю, ему достаточно было контролировать столичную звезду. И теперь он был единственным хозяином главного сервера Звездной сети. Вся внешняя контактная сеть планеты была в его руках. Если бы он только захотел, он мог бы вызвать взрыв в каждом нанокомпьютере, и все люди погибли бы.

Он точно знал, что делает Сюэ Лин. В конце концов, он был человеком, который подглядывал за всем и видел все, но он чувствовал, что этот молодой человек был немного глуповат. Зачем ему нужно было так много планировать и готовиться? Перед лицом абсолютной власти даже королевская семья могла лишь склонить перед ним голову.

Более того, он был Императором Империи. Он был уникален. После него в Империи никогда не было правителя с титулом Императора.

В подземном помещении под дворцом открылись барьеры, и ранние альфа и омега, уснувшие вместе со своим императором, медленно пробудились от семисотлетней дремоты. Они смотрели, как он вышел из своего зала и предстал перед ними.

Это подземелье было слишком таинственным. Королевская семья смогла посетить лишь несколько зон, а в большинстве оставшихся зон хранилось множество вещей, относящихся к раннему периоду становления Империи. Все эти вещи были специально закопаны дворянами той эпохи, например, главный сервер Star Net, который королевская семья раскапывала и искала повсюду.

Это был первый "супермозг" в истории человеческой цивилизации. Он обладал самосознанием и был способен постоянно развиваться и совершенствоваться.

Люди всегда считали, что у главного сервера нет владельца. Действительно, в течение семисот лет главный сервер работал в бесхозном состоянии, но с тех пор, как проснулся человек, все изменилось. Этот человек был главным сервером и первоначальным хозяином Звездной Сети, а также единственным хозяином в ее настройках. Его интересы были превыше всего в Империи, независимо от того, шла ли речь о народе или королевской семье.

Те ученые и генералы, которые не спали уже более полумесяца, но были заперты в подземелье, с легким волнением смотрели на своего короля, собравшись перед главным залом. В конце концов, поскольку Его Величество так долго спал, они видели только его спящее лицо. Разве не стоит отпраздновать это событие, когда Его Величество наконец-то снова открыл глаза?

Его Величество наконец-то нашел свою Императрицу, разве они не должны праздновать?

Если бы не тот факт, что они должны были как можно быстрее освоить технологию и другие вещи этой эпохи, и поэтому у них не было времени, они бы танцевали три дня и три ночи вокруг главного зала подземного дворца.

Это было слишком удивительно, Их Величество, который был холост в течение десяти тысяч лет, наконец-то собирался влюбиться! Хвала небесам!

Августин довольно бескорыстно разглядывал этих людей, которые следовали за ним семьсот лет и все еще продолжали сопровождать его. Ему казалось, что тогда, когда они поклялись следовать за ним всю жизнь, они действительно не обманули его, и даже зашли слишком далеко в своей преданности.

Его гвардейцы вышли вперед и отдали ему честь, несколько взволнованно сказав: "С возвращением, наш Император".

Голос толпы был сильным и диким. "С возвращением к звездам, которые принадлежат только вам!»

Томное выражение на лице Августина, наконец, изменилось. Он скривил губы, зашагал вперед на своих длинных ногах, поднял руки и закричал: "Тогда пойдемте, и пусть эти никчемные потомки узнают, кто истинный император этих звезд!"

Снизу послышались одобрительные возгласы.

Если бы Сюэ Лин был там, он бы точно осудил эту группу людей за то, что они страдают от болезни средней школы.

Используя подобные фразы, они не стыдились...

Кроме того, они вышли, как только он ушел. Они действительно знали, как выбрать лучшее время!

Сюэ Лин, который на звездолете готовился стать богомолом, преследующим цикаду, и завоевать людей принца, совершенно не подозревал, что еще до того, как он покинул звездную столицу, желтый воробей под землей уже пробудился и начал готовиться.

Если бы он был богомолом, то, естественно, за ним были бы желтые воробьи. Он отлучился ненадолго и никак не ожидал, что когда он вернется, вся звезда-столица и даже вся империя уже не будут ему подвластны.

Эта история полностью вышла из-под его контроля, и ход истории, словно беглый дикий конь, начал убегать в странном направлении.

Те, кто когда-то оставил свой престиж в книгах по истории, последовали за своим императором и снова вернулись. Более того, то, чего они хотели достичь на этот раз, было даже более основательным, чем когда они основали Империю семьсот лет назад!

Рассел закончил последнюю часть мехи и, наконец, завершил всю работу, которую нужно было сделать сегодня.

Он вздохнул с облегчением, попрощался с дядей на фабрике, затем рысью проделал весь путь на улицу, чтобы купить два хлеба в придорожном магазине, после чего поспешил домой.

Как только он вошел в дверь, его задушила пара больших рук, обхвативших его горло. Рассел был еще молод; все его тело было поднято вверх, обе ноги болтались в воздухе. Его лицо стало красным от прерванного кровотока, и он затрепетал в панике, тряся мешком в руке, говоря:

«Я не враг! Скорее опустите меня!»

Из-за многолетней бережливости и экономии денег на покупку ингибиторов, тело Рассела было очень маленьким, и хотя ему было почти восемнадцать лет, он все еще выглядел как подросток, который еще не вырос.

В этот момент глаза Рассела были красными от действий мужчины, его жизнь висела на волоске и боролась в его руках. Это было одновременно свежо и прекрасно.

Лютер на мгновение замешкался, прежде чем опустить Рассела, хотя по-прежнему бдительно следил за ним.

Как у альфы, инстинкты Лютера остались неизменными, даже если он очнулся тяжело раненым и не имел ни одного из своих первоначальных воспоминаний. Он оставался настороже.

Рассел задыхался, потирая грудь и чувствуя, что его сердце все еще бешено колотится, но в нем не было обиды или злости по отношению к юноше, который схватил его.

Три дня назад он забрал его со станции утилизации. Он приложил немало усилий, чтобы донести тяжелораненого до дома, тащил и тащил его всю дорогу. Затем он промыл и обработал его раны.

«Наконец-то ты очнулся».

Казалось, он окончательно оправился от пережитой опасности и положил хлеб на единственный стол в своем доме, а затем сел на стул рядом с ним. Он открыл пакет с хлебом.

«Вам лучше? Вы были сильно ранены. Хотя я изучал этот процесс в школе, я не могу гарантировать, что смог правильно обработать ваши раны».

Расселу было нелегко найти лекарства, чтобы вылечить раны Лютера на этой отдаленной планете, которая находилась в неизвестных световых годах от столичной звезды. Можно сказать, что это была судьбоносная встреча.

Если бы Лютер не женился на Эшли, то, как бы они ни полюбили друг друга, это не повлияло бы на дела Сюэ Лина. Однако Лютер был «мужем, которого взяли». Можно было бы оправдать то, что он потерял память, но самым отвратительным было то, что даже после восстановления памяти он все еще продолжал помечать Рассела.

Сюэ Лин считал, что это прелюбодеяние в браке, и оно не имеет ничего общего с истинной или ложной любовью.

Лютер сейчас ничего не помнил, и все действия, которые он только что совершил, были его подсознанием. Убедившись, что его жизни ничего не угрожает, Лютер немного расслабился и стал смотреть на Рассела.

Он не мог понять, о чем Рассел его спрашивает, поэтому нахмурился и спросил «Кто ты?»

Рассел откусил кусочек хлеба. У него не было особого вкуса, но он заполнил желудок. «Меня зовут Рассел Джонсон. Я пилот мехи, а также подмастерье, изучающий дизайн и производство мехи». У такой суровой среды не было шансов измотать дух главного героя. Они всегда были такими; даже если бы они оказались в трущобах, нимб на их голове все равно сиял бы.

«Пилот меха?» Казалось, что-то промелькнуло в его голове, Лютер прижал руку к голове и задал следующий вопрос: «Тогда... Кто я?»

«А?» Рассел недоверчиво поднял голову и бросил на мужчину растерянный взгляд.

В это время несколько радостное настроение Рассела полностью исчезло.

При встрече с неизвестным человеком на планете 7-818 существовало два варианта. Первый - это человек, сброшенный с поля боя. В конце концов, планета находилась очень близко к линии фронта. Хотя большинство найденных солдат были обычными солдатами, Рассел был готов спасти элитного солдата Императора. Возможно, он даже получил бы некоторую компенсацию, которая позволила бы ему купить больше ингибиторов, прежде чем покинуть планету.

Кроме солдат, сюда могли прийти только те, кто был изгнан. Это могли быть дворяне или гражданские лица, но в любом случае они совершали преступления, а потом по пути в изгнание сбивались с пути и случайно попадали сюда.

Рассел чувствовал, что Лютер все же больше похож на солдата, хотя на его теле не было ни удостоверения личности, ни чего-либо еще. Когда Рассел нашел его, он был весь черный, и его лица не было видно; очевидно, его сожгли. Но Рассел просто подумал, что этот человек должен быть солдатом, причем очень хорошим солдатом. Если бы это было так, то он смог бы получить больше денег.

Но сейчас?

Этот человек спрашивал его, кто он такой?

Боже, если вы спрашиваете меня, то кого же мне спрашивать?

Пока главные герои впервые встретились и не знали, что делать друг с другом, флот Сюэ Лина уже отправился на передовую и начал первый межзвездный переход.

Его главный звездолет, а также звездолеты, стоявшие за ним, состояли из пилотов мехи, которые, вместе взятые, превосходили силы, которые принц привел с собой, когда уходил. Но эти люди не были похожи на охранников принца, которые с детства питали к нему чувства. Они были разделены на три части и не были полностью под контролем Сюэ Лина.

Армия, находившаяся под непосредственным контролем Сюэ Лина и ближе всего к нему, была легионом семьи Рейн.

Это были гвардейцы, которых семья Рейн готовила для Сюэ Лина, и они должны были стать военной силой Сюэ Лина после того, как он станет королевой и будет представлять королеву империи. Ранее они находились под командованием Уоррена, и должны были быть переданы Сюэ Лину в его восемнадцатый день рождения, когда он станет совершеннолетним, но ситуация изменилась слишком быстро, и Уоррен не мог справиться с таким количеством дел, поэтому Сюэ Лин был очень рад принять их командование.

По крайней мере, он мог быть уверен, что эти люди были воспитаны как его личные солдаты, и они были преданны до такой степени, что если бы он сказал, что хочет убить принца, они бы даже не моргнули, а сразу пошли выполнять его приказ.

Другой легион был послан военным штабом. Они всегда были нейтрально лояльны к Империи. Их отношения с королевской семьей были не очень крепкими, но Сюэ Лин наблюдал за ними несколько дней и обнаружил, что они не слишком обижаются на него. Точнее... они не испытывали неприязни к его лицу.

Оставшийся легион был армией, назначенной старым королем, и, похоже, это были его личные солдаты. Старый король говорил, что отдал все командование Сюэ Лину, но на самом деле эти люди, похоже, не слишком высоко ценили принцессу. При виде Сюэ Лина у них не возникало хороших мыслей, и они думали, что он идет на передовую, чтобы устроить беспорядки.

После нескольких дней наблюдения за этими армиями и их офицерами Сюэ Лин примерно знал их силу и характер. Поэтому Его Высочество принцесса потерла руки, приготовилась к бою и бросила вызов всем членам трех легионов.

Да, всем. Если они осмелятся прийти и сразиться, он будет сопровождать их, пока они не будут искренне убеждены и не встанут на колени, чтобы назвать его «папой».

Столкнувшись с такими высокими словами, офицеры и солдаты на звездолетах поначалу либо насмехались над Сюэ Лином, либо пытались отговорить его мягкими словами. Все знали, что принцесса - омега, а омеги не могут выиграть у альф в пилотировании меха. Это было невозможно даже во сне.

Но Сюэ Лин был очень настойчив и готов сражаться, как он и говорил. Просто никто не хотел с ним сражаться.

Они простояли в тупике два дня, прежде чем первый человек решился попробовать. Он был отправлен в полет после трех ударов.

Следующие полмесяца все ошеломленно наблюдали, как их принцесса, используя свои собственные силы, сражается со всеми тремя легионами и одерживает полную победу.

К этому времени никто не осмеливался смеяться над ним. В конце концов, все они вышли на бой и проиграли. Это было похоже на слова, сказанные Его Высочеством Принцессой: он будет бить их всех до тех пор, пока они не станут на колени, взывая к «папочке»...

Все альфы звездолетного флота чувствовали, что они потеряли свое достоинство, но в то же время все они испытывали огромную гордость.

Это была принцесса Империи! Их лидер, которая, будучи омегой, могла оказать давление на всех альф звездного флота, а у них не было возможности дать отпор! С таким лидером беспокойство, которое они испытывали в начале пути, полностью исчезло.

Его Королевское Высочество был могуч и великолепен. Даже без принца принцесса могла повести их за собой, чтобы пронестись через линию фронта.

Сюэ Лин чувствовал, что его план по получению их согласия прошел гладко, и когда он достиг линии фронта, у него было беспрецедентно хорошее настроение. Но он не знал, что кто-то наблюдал за ним на протяжении всего пути, наблюдая, как он медленно изучает три армии, а затем в одиночку сражается с флотом. Его обаяние и талант делали его таким лакомым кусочком, что чем больше кто-то смотрел, тем больше ему хотелось поймать его и вернуть с передовой.

Сюэ Лин мог захватить целый звездный флот за полмесяца. За это же время Августин мог захватить всю столичную звезду.

Сюэ Лин каждый день поддерживал связь со звездой, но новости об Августине не распространялись, поэтому он не знал, что звезду контролирует группа людей более чем 700-летней давности. Как только он вернется, он будет подобен овце, попавшей в пасть тигра - возможность выйти обратно была очень мала.

Сюэ Лин беспокоился о том, как оставить Уоррена во дворце, но неожиданно все было улажено. Количество дел, с которыми ему нужно было разобраться, постепенно уменьшалось от первоначального нагромождения к успешному переходу в конце. Сюэ Лин становился все более довольным, поэтому он направил все свои усилия на то, чтобы справиться с ситуацией.

На самом деле количество вещей, с которыми нужно было разобраться, не уменьшалось, а наоборот, становилось все больше и больше. Сюэ Лин думал, что в столице все в порядке, потому что кто-то уже все решил, и ему почти не с чем было разбираться.

Далеко в столичной звезде Уоррен закончил свой ежедневный разговор с братом и слабо вздохнул.

Это чувство, когда есть слова, которые нельзя сказать собеседнику, а нужно держать в себе, было крайне ужасным. Но как только он что-нибудь скажет, сигнал будет напрямую перехвачен; его нанокомпьютер был самым контролируемым и находился в центре внимания главного сознания Звездной Сети.

Хотя сейчас он казался свободным, он уже был лишен своей военной силы. Он также не знал, какие намерения были у Его Величества и почему он так упорно пытался обмануть его младшего брата.

По правде говоря, Уоррен отверг его, когда впервые встретил Августина. В конце концов, он был человеком, который ранее существовал только в истории. И вдруг он стал фальшивым трупом, который встал, чтобы до смерти напугать остальных. Надо сказать, что исконные предки семьи Рейн были его подчиненными. Тогда казалось, что из тех, кто сражался вместе с ним, остались только они двое, а остальные чиновники исчезли вместе с ним.

А теперь...

Они все вышли.

Это были люди, которые коллективно воскресли из мертвых.

Эти люди явно были предками семисотлетней давности, но они были хорошо знакомы со всем, что касалось этой эпохи. После того как они вышли из подземного города и взяли под контроль дворец, они начали медленно захватывать все в столице звезды.

Тогда же Уоррен получил официальное представление о существовании того, кто был назван Императором всего межзвездного пространства.

Да, нынешний титул сильнейшего нападающего в межзвездном пространстве, нельзя было считать ничем.

По сравнению с ним Его Высочество принц, претендовавший на звание ведущего альфы Империи, был просто отбросом.

Поначалу Уоррен еще чувствовал некоторое преклонение перед силой Августина, но позже это преклонение было уничтожено действиями Августина.

Заставить его не рассказывать младшему брату о том, что произошло на столичной звезде, и вернуть родителей - это еще ладно, но Августин, похоже, пытался окружить семью Рейн. Уоррен почти подумал, что он собирается напасть на них...

Но вскоре он понял, в чем дело. Поскольку Августин не сделал ничего, кроме того, что не позволил им покинуть столичную звезду, Уоррен терпел некоторое время, прежде чем наконец задал вопрос людям, которых Августин послал на его сторону. «Могу я узнать, что Ваше Величество хочет сделать с семьей Рейн?»

Ответ, который он получил, был очень простым, простым до такой степени, что Уоррену захотелось убить этого человека и загрызть его до смерти.

«А? Его Величество не намерено ничего с вами делать. Просто он беспокоился, что императрица не согласится с его решением, когда вернется, поэтому он хотел заранее получить вас и вашу семью в свои руки в качестве разменной монеты».

«Императрица...?» - мелькнула в голове Уоррена безумная догадка.

«Да, молодой господин из семьи Рейн». Его доверенный заместитель посмотрел на него со счастливой улыбкой. «Он - императрица Империи». Он сделал ударение на слове «императрица», а его улыбка практически напрашивалась на избиение.

Уоррен сжал кулаки и опустил взгляд. В его глазах назревала буря.

Что проклятый старик, проживший более семисот лет, хочет сделать с его братом?

Старые коровы любят есть нежную траву????? Грабить колыбель?

Это заходит слишком далеко!

Ситуация на передовой была не очень хорошей. На самом деле все было настолько плохо, что они даже не могли выделить дополнительные команды для поиска Его Королевского Высочества, принца, и могли только молиться, чтобы с ним ничего не случилось; будет лучше, если он вернется сам.

Принцесса взяла с собой подразделение войск, чтобы подкрепить боевой дух солдат на передовой, которые подвергались нападениям зергов. Независимо от того, с какой целью принцесса прибыла сюда, все солдаты были благодарны.

Зерги становились все более свирепыми год от года. В этом году приток зергов был особенно велик, и королевские войска понятия не имели, что за безумная мотивация у них имелась, но они начали бешеную атаку. Если бы принцесса не привела с собой людей, они, вероятно, не смогли бы долго продержаться, прежде чем их линия обороны сломалась бы.

Сюэ Лин заметил безумие зергов только после того, как оказался на передовой. Сначала он сразу же ринулся в бой и три дня убивал, уничтожая бесчисленные волны зергов, а потом, наконец, нашел время встретиться с генералами, расположившимися на передовой, чтобы узнать, что здесь происходило.

Принц попал в засаду и исчез еще до того, как прибыл на эту планету-станцию поддержки. Поэтому официально он никогда не прибывал на станцию, и многие документы Сюэ Лин видел впервые. Он не мог скрыть своего удивления.

Генерал, находившийся на станции снабжения, был потрясен безжалостной и яростной демонстрацией силы Сюэ Лина, истреблявшего зергов в течение последних трех дней, и совершенно не смел смотреть на принцессу свысока. Он почтительно сообщил:

«Вообще-то, еще недавно все было в порядке, и до прибытия его высочества принца волн было не так много. Зерги начали вести себя безумно примерно полмесяца назад, и неизвестно, какую стимуляцию они получили. Казалось, они торопились и даже безумно дрались между собой. Если бы Ваше Высочество не прибыло, возможно, мы бы не смогли удержаться».

Линия фронта Империи была разделена на две части. Одна часть - восточная - состояла в основном из войск семьи Рейн и членов семьи Рейн. Они много лет сражались с зергами, и у всех у них хватало сил для борьбы с могущественными зергами. Южную сторону защищала императорская элита, которая командовала по очереди, и каждый год сюда приезжали люди из разных частей Империи.

Это была площадка для накопления военных заслуг и демонстрации силы. Многие благородные дети хотели приехать и сразиться здесь, как и принц, который только что достиг совершеннолетия и не мог дождаться приезда сюда, чтобы продемонстрировать свою силу.

Сюэ Лин взглянул на помощника принца, который почтительно стоял рядом с ним, и протянул руку за документом.

«Теперь, когда я здесь, он должен быть в безопасности. Зерги не могут продолжать бесчинствовать. Когда-нибудь мы убьем их всех на их родной территории».

Он был очень высокомерен, но у него было на это право. Его трехдневный рекорд был в несколько раз выше, чем у многих новых солдат; он рубил зергов, как капусту. Никто из присутствующих не насмехался над ним. Напротив, от его слов все почувствовали, как в их сердцах поднимается энтузиазм.

Даже помощник принца почувствовал, как закипает его кровь.

В прошлом, его хозяин недолюбливал принцессу, поэтому он редко пытался узнать больше о Его Высочестве Эшли. Теперь, когда он стал свидетелем очарования Его Высочества, он мог только вздыхать о том, что Его Высочеству Принцу выпала удача иметь такую замечательную супругу. У него была такая принцесса, но он все равно был несчастлив. Насколько высоки были его требования; неужели им обязательно нужно было бросать вызов небесам?

Подобные пренебрежительные замечания были глубоко запрятаны в его сердце. Он по-прежнему глубоко уважал принца. Просто, когда дело доходило до чувств, ему было трудно согласиться с мнением принца.

Принцесса была такой сильной и красивой, как Его Высочество Принц мог быть неудовлетворенным?

Если бы Сюэ Лин знал, о чем он думает, он бы, наверное, похлопал его по плечу и сказал, что принц недоволен всем. Князь просто ненавидел его; вероятно, это было похоже на то, как он считал его отвратительным даже внешне.

Вражда между ними была такой сильной, что Сюэ Лин мог даже принять решение заколоть «того человека» насмерть, если бы он додумался трансмигрировать в тело принца. Не было ничего удивительного в том, что принц также желал его смерти.

Когда вечером он вернулся в свою комнату, у Сюэ Лина наконец-то появилось время открыть свой нанокомпьютер и спросить у системы, которая была интегрирована в сеть:

«Система, почему сейчас я в полном порядке, а зерги сошли с ума?».

В эти дни система безумно поглощала межзвездную культуру, чтобы облегчить своему хозяину обучение в будущем. Когда ее так резко выдернули, она на некоторое время оцепенела, прежде чем ответить: «Зерги сошли с ума?»

«Совершенно».

Сюэ Лин посмотрел на количество атак, которые они предприняли сегодня. Хотя оно внезапно увеличилось, но еще не достигло стадии настоящего безумия. В конце концов, судя по его воспоминаниям и данным о будущем, если бы зерги действительно сошли с ума, как это было в сюжете, станция давно была бы полностью поглощена ими.

«Однако, в отличие от того безудержного безумия, то, что они делают, больше похоже на их последний бой».

Система покачала головой. «Я не знаю, что происходит. По мере повышения уровня миров, в которые мы попадаем, информация, которую нам предоставляют, становится все более односторонней».

«Тск» - надулся Сюэ Лин. Хотя исследовать миры в одиночку было интереснее, все равно было не очень приятно, что некоторые вещи были ему недоступны. «Еще кое-что».

«Что?» Маленький лисенок тряхнул хвостом и выбежал из нано-компьютера на грудь Сюэ Лина, потираясь о хозяина.

Хотя ранее его хозяин осудили систему за то, что она опозорила расу лисиц...

Неважно. Все хорошо, лишь бы было приятно.

«Я чувствую, что что-то зовет меня».

Сюэ Лин нахмурился, выражение его лица показывало его недовольство.

«С другой стороны территории зергов. Мне хочется прямо-таки пробить себе дорогу туда».

Как только его голос упал, система замерла, а затем ее выражение стало пустым:

«Поздравляем хозяина, выполнившего задание: Уничтожение клана зергов».

В голове у Сюэ Лина возникло множество вопросительных знаков. Он смотрел, как система нахохлилась:

«А! Я знаю, почему зерги в этом мире такие свирепые!»

Сюэ Лин хотел спросить, не объясняется ли сила этой расы человеческим воображением? Казалось, что эти миры были созданы искусственно. То, что с зергами трудно бороться, было обычным явлением в большинстве межзвездных романов.

Система продолжила:

«Хотя это обычная установка, мир всегда должен уравновешиваться автоматически. У некоторых вещей всегда есть причина и следствие. Зерги в этом мире сначала не были такими сильными. Но однажды на их территорию попал источник силы. Под влиянием этой силы, зерги полностью изменились, и постепенно превратились в то, чем они являются сейчас».

«Ты хочешь сказать, что эта сила...»

«Это хвост Хозяина!»

Слова системы были очень уверенными.

«Поскольку эта сила пришла извне этого мира, да еще и демоническая, то вполне логично, что зерги превратились в то, чем они сейчас являются».

Сюэ Лин с ясным лицом принял тот факт, что его хвост – теперь в руках зергов. Он решил постирать его несколько раз, когда получит его обратно.

В конце концов, зерги были действительно отвратительными.

«Этого не может быть. Даже если это был мой хвост, какое отношение он имеет к их внезапному приступу безумия?» Обдумав ситуацию с хвостом, Сюэ Лин обнаружил еще одну ошибку.

Система также не имела ни малейшего понятия. Она могла только гадать:

«Может быть, появилось то, что их напугало? Если они не будут безумно сражаться сейчас, то боятся, что у них не будет другого шанса сделать это снова?»

«Разве ты не сказала, что я был ключом... Что я сделал и что я открыл?

«Это были лишь домыслы».

Система говорила со всей серьезностью, прежде чем снова забурлить в нано-компьютере.

«В любом случае, хозяин должен продвигать свои планы. Нам лучше вернуться к столичной звезде как можно скорее. Поторопитесь и быстро уничтожьте все, что попадется на глаза».

«Хорошо».

Первоначально Сюэ Лин также планировал использовать некоторые средства, чтобы завоевать сердца людей и дать им понять, что он обладает не только сильной военной мощью, но и большими стратегическими способностями.

Но, похоже, сейчас было неподходящее время для этого. Он мог только пробивать себе путь через этот участок вселенной, и использовать свою силу, чтобы заставить их добровольно преклонить перед ним колени.

Что касается принца...

Капитан личной охраны Его Королевского Высочества был вызван в комнату принцессы посреди ночи и получил первый приказ, не связанный с линией фронта, от Его Королевского Высочества принцессы.

«После следующей волны зергов возьмите с собой несколько человек и отправляйтесь на поиски Его Высочества».

Сюэ Лин только что закончил принимать ванну и читал несколько отчетов.

«О нем до сих пор нет никаких известий. Либо Его Высочество в опасности, либо что-то пошло не так, и он не может связаться с нами. Ради безопасности Его Высочества вы должны найти его».

Охранник принца также знал, что он должен пойти и поискать Его Высочество. В конце концов, он тоже был очень обеспокоен тем, что они не получали никаких новостей от Его Высочества, который пропал так давно. Просто ситуация на поле боя была настолько мрачной, что покинуть его было невозможно. Теперь, когда принцесса привела с собой людей, пришло время начать поиски принца.

«Мы сделаем все возможное, чтобы оправдать ваши ожидания».

Лицо начальника стражи было почтительным. Хотя его хозяин не приветствовал принцессу, он все равно очень уважал Его Королевское Высочество принцессу.

Выражение лица Сюэ Лина, наконец, немного смягчилось. Он поднял мужчину с поклона и сказал:

«Я знаю, что я не нравлюсь Его Высочеству Принцу, и он ушел в брачную ночь, потому что не хотел меня видеть. Но, несмотря ни на что, я уже его принцесса. Мы вдвоем - единое целое, и должны вместе зарабатывать славу и терпеть поражения. Обещайте мне, что вы найдете Его Высочество, позаботитесь о нем и вернете его мне в целости и сохранности».

Начальник охраны был очень тронут. Откровенность принцессы по отношению к нему была такова, что он не знал, как выразить свои чувства, и мог только громко пообещать. Тогда он твердо решил, что должен помочь принцу и принцессе улучшить их отношения.

Сюэ Лин смотрел, как он выходит из комнаты, и слегка улыбнулся. Эта улыбка придала ему особенно нежный вид и заставила мужчину, наблюдавшего за ним, крепко сжать кулаки.

Капитан дворцовой стражи наблюдал, как давление воздуха вокруг Его Величества истинного Императора становится все ниже и ниже. Ему казалось, что температура вокруг него упала до нуля, и он начал думать, не убьет ли Его Величество его пощечиной, если он сейчас не убежит.

«Зарабатывать славу и терпеть поражения вместе, как одно целое?»

Августин протянул руку и тщательно прорисовал брови юноши на экране. Он понизил голос и рассмеялся. Хотя в его голосе звучал смех, его лицо было холодным как лед.

«Я дам вам понять, с кем вы состоите в одной упряжке».

Капитан чувствовал, что Император уже начал излучать темную ауру. У него ужасно болела голова - он понятия не имел, почему Его Величество позволил императрице Эшли отправиться на передовую. Очевидно, что у него была возможность заставить его остаться в столичной звезде, но он должен был каждый день, разрешив ему уехать, наблюдать за ним через нанокомпьютер.

Его Величество всегда был грозным, но он не был таким звериным и жестоким!

Почему же теперь казалось, что он начал чернеть?!

Что за бред - он проснулся и обнаружил, что его собственная супруга стала принцессой его… внука через бесчисленные поколения. Ни у кого не было бы хорошего настроения, если бы с ним такое случилось!

Не говоря уже о том, что этот человек всегда был крайне подавленным и угрюмым. Некоторые вещи слишком долго хранились в его сердце; конечно, постепенно он становился все более звериным и ненормальным!

Уоррен, который уже собирался войти и сдать свой отчет, заметил черную ауру, исходящую из главного зала, и решил не входить, развернулся и быстро ушел.

Как только он войдет, этот высокопоставленный человек узнает другую правду, а именно, что человек, которого он считал своей императрицей, на самом деле даже не подозревал о существовании в этом мире человека по имени Августин...

Если другой стороне действительно напомнят об этом, то никто не сможет спокойно провести свои дни. Будет лучше, если Уоррен не будет входить и провоцировать этого безумца.

Недалеко от линии фронта, на планете 7-818, Рассел только что получил свое долгожданное уведомление о принятии. Он пролетел весь путь домой и бросился в объятия Лютера с криком:

«Лютер, это слишком удивительно! Я получил извещение о зачислении в Столичный Военный Университет! Я действительно поступил на факультет пилотирования меха!»

Хотя он едва наскреб силы, и его результаты были в самом низу списка, любой студент, который мог учиться в этом университете, обладал определенной силой. Он уже проделал огромную работу, чтобы поступить.

Лютер много раз слышал, как он говорил о Столичном военном университете, и знал, что это для него значит. Это была цель Рассела в жизни. Он не мог сдержать улыбку на своем холодном лице, держа в объятиях гораздо более низкого, но полного жизни Рассела. Он рассмеялся и сказал: «Тогда поздравляю тебя».

Рассел зарылся головой в его объятия, и спустя долгое время он как будто принял очень важное решение. Он поднял глаза на Лютера и сказал:

«Лютер! Я решил продать дом, чтобы покрыть расходы на нашу поездку в столичную звезду».

Он нерешительно потянул Лютера за мизинец и спросил его: «Лютер ведь будет сопровождать меня?»

Лютер с нежностью посмотрел на него. Как он мог не любить человека, который заполнил всю его жизнь после того, как он потерял память? Он кивнул и сказал: «Да, я всегда буду с тобой».

Они улыбнулись друг другу и начали готовить ужин.

Этот период времени должен был стать самым счастливым в их жизни. Лютеру почти не хотелось восстанавливать собственные воспоминания. Он интуитивно понимал, что это будет плохо и для него, и для Рассела, и для всех окружающих.

Но ход истории не остановится только из-за его нежелания. Все, что должно прийти, в конце концов, придет.

Волны зергов. Зерги появились со всех сторон, заполонив небо и покрыв землю. Везде, куда только мог дотянуться взгляд, все было занято этими отвратительными насекомыми.

Серебристый мехи держал в одной руке длинный нож, а в другой - пушку с наночастицами.

Один удар, и зерги были разделены на части. Один взрыв - и в радиусе его атаки больше не было живых существ.

Он был самым ослепительным существом во всей темной вселенной, и даже посреди волн зергов он с лихвой справлялся с задачей их сдерживания.

Если бы нужно было описать эту сцену, то она была бы примерно такой: «десять шагов до убийства одного человека, и никто не может помешать его пути» - естественный и безудержный образ.

Его фигура была очень красивой, и неизвестно, было ли это связано с его превосходящей духовной силой, но каждое его движение было очень точным. Это позволяло ему убивать зергов, словно они были пустым местом. Пока он хотел, он мог совершать любые маневры.

Все это было благодаря тренировкам Уоррена. Он никогда не думал, что проницательность его младшего брата будет настолько высока, что он станет настоящей машиной для убийства, но он мог быть уверен, что Принц ему не ровня. Как его учитель, он знал, что Сюэ Лин смог победить его, как только освоил тренировки с меха. Принц мог сражаться с ним до победного конца, но точно не мог давить его.

Сейчас, на поле боя, свирепость Его Высочества Принцессы была представлена еще более ярко и изысканно. Люди, оставшиеся на космической станции, безучастно смотрели на экран, как их командир рубит зергов, словно капусту, изнутри волны зергов. Зергам, казалось, не было дела до всего остального, они даже не замечали других нападавших, бросаясь на Сюэ Лина и направляя себя прямо на его нож.

Эту волну зергов было легче отразить, чем все предыдущие. Меньше людей было ранено, а число погибших можно было пересчитать по пальцам одной руки.

Для повышения престижа на поле боя убийство было самым простым способом. Сюэ Лин убивал весело, и с каждым убитым зергом, его внутренняя сила возрастала. Он медленно собирал энергию, источником которого был его магический хвост, понемногу и непрестанно он взывал к своей драгоценности.

Возможно, потому, что он был источником их силы, зерги любили бросаться к нему, а он был большим подвижной целью. Даже если они знали, что погибнут, зерги все равно стремились вперед.

После окончания волны, по наблюдениям генералов, находившихся на передовой, атаки должны были прекратиться на два дня, чтобы дать им возможность отдохнуть. Выслушав его доклад, Сюэ Лин кивнул и попросил охрану принца отправиться на поиски, чтобы выяснить, куда отправился принц.

Сюэ Лин знал, на какой планете находится Его Высочество принц, но не мог сказать им об этом. Если к моменту прибытия стражников принц еще не пометил главного героя shou, он не знал, что ему делать. Он не собирался проводить свою жизнь под титулом принцессы.

Покинув зал заседаний и вернувшись в свою комнату, Сюэ Лин немного подумал и открыл свой нанокомпьютер, чтобы попросить систему помочь ему связаться с человеком, которого он раньше считал ненужным.

На вызов ответили очень быстро, и перед Сюэ Лином появился экран. Красивая и великолепная женщина, державшая в одной руке фотоаппарат, казалось, почти прижимала его к стене. Уголки ее губ изогнулись. «Малыш, я тебе зачем-то понадобилась?»

Сюэ Лин: «...»

Хотя в его памяти были вещи, связанные с этим человеком, он все равно не мог не вздохнуть от умиления, когда, наконец, встретил эту особу. Иногда способность женщины флиртовать была действительно выдающейся.

«Анталия, давно не виделись».

Эта женщина была «подругой» первоначального тела, о которой система говорила в самом начале.

«Давно не виделись, мой дорогой».

Женщина улыбнулась, опустила руку и спросила: «Ты был зол на меня тогда, когда я не пришла на твою свадьбу. Теперь, когда тебе что-то нужно, ты вспомнил обо мне?»

На лице Сюэ Лина появилось беспомощное выражение: «Не будь такой, Анталия».

«Как что? Я просто нахожу твоего мужа принца очень неприятным на вид. По мне, так лучше было бы выйти за меня, чем за него, который выглядит как полный отброс».

На лице Анталии появилось отвращение, когда она говорила о принце.

«Я согласен, что он подонок, но этот человек также признан всеми звездами как красивый мужчина, не нужно клеветать на его лицо».

«Я знала, что тебе нравятся красивые лица!» Анталия холодно фыркнула, но тут ее мозг включился, и она подхватила. «Погоди-ка, ты сказала, что он подонок? Что случилось? Новости о нем настолько раздражают, что я даже не смотрю их. Что этот мерзавец сделал тебе?»

«Он еще ничего не сделал, но вот-вот сделает». Сюэ Лин слегка опустила глаза, а затем мягко улыбнулась Анталии. «Анталия, не окажешь ли ты мне услугу?»

Его очаровательная улыбка воодушевила даже Августина, не говоря уже об Анталии.

Она кивнула: «Я могу сделать для тебя все, что угодно, если только это не спасение этого бесполезного мерзавца или помощь вам двоим в улучшении отношений».

Она подняла бровь на Сюэ Лина и сказала: «Малыш, ты же знаешь. Я готова пожертвовать всей вселенной ради тебя».

Губы Сюэ Лина дрогнули. Он глубоко чувствовал, что люди, которых привлек внимание первоначальный владелец, были очень странными, но еще более странным было то, что он все равно проиграл эту игру, несмотря на то, что у него на руках были такие хорошие карты.

«Помоги мне найти человека». Он издал протяжный вздох, затем написал имя и отправил файл. «Ваша группа звездных пиратов круглый год курсирует между Империей и Альянсом, что делает расследование относительно более удобным для обеих сторон. Помоги мне выяснить личность этого человека. Я всегда чувствовал, что в этом есть что-то неправильное».

К этому времени Анталия уже закончила читать досье Рассела Джонсона. Она подняла брови и с некоторым любопытством сказала: «Маленькая бета? Ты заинтересован в нем?»

Сюэ Лин покачал головой и сказал: «Он омега».

«А?»

«Разве это не странно? Омега-сирота может каким-то образом обмануть главный сервер Звездной Сети и быть воспитанным как бета, несмотря на то, что зарегистрирован как омега. Некоторые люди хотят скрыть тот факт, что они омега, но сами они не знают, что за их спиной есть люди, помогающие им».

Сюэ Лин постучал по столу. «Год его рождения был временем, когда бои между Империей и Альянсом были самыми ожесточенными. Сироты, оставленные на поле боя, могли быть солдатами Империи или Альянса».

На этом его слова прервались, но Анталия поняла, что он имел в виду. Уголки ее рта изогнулись, и она с некоторым весельем посмотрела на папку в своей руке. «Не волнуйся. Это первый раз, когда малый просит меня что-то сделать. Я обязательно все сделаю».

«Что ж, спасибо».

«Но могу я задать еще один вопрос?» Анталии было любопытно. «Почему ты обратил внимание на такого обычного ребенка? Глядя на его жизнь, кажется, что она не пересекается с твоей».

Сюэ Лин возился с нано-компьютером на запястье, медленно поднял голову и ярко и великолепно улыбнулся Анталии, которая находилась с другой стороны. Казалось, в его глазах было огромное звездное небо, сияющее ярким светом, слишком красивое, чтобы его можно было охватить сразу. Эта святая атмосфера усилилась, и у Анталии чуть не потекли слюнки. Далеко-далеко в столичной звезде некто сразу же напрягся.

«А, это потому, что он скоро станет омегой моего мужа». Он сделал паузу, прежде чем добавить: «В отличие от меня, который является супругом только по названию, отношения между ним и Расселом будут настоящими, когда они действительно «сделают это»~».

Сказав это, он положил трубку коммуникатора и позволил Анталии, которая наконец-то собралась с мыслями, проклинать Лютера, как ей заблагорассудится.

Теперь он стоял на высокой моральной ступени. Если он не воспользуется этим, то будет глупцом.

Хотя эти двое сейчас испытывали взаимные чувства друг к другу и еще не дошли до этого момента, Сюэ Лина не волновало, когда будет уместно говорить о вещах, которые рано или поздно произойдут.

На самом деле, у него было очень мало свободного времени. Прилив зергов на фронте становился все более интенсивным. Сюэ Лин воспользовался этими непрерывными волнами зергов, чтобы полностью победить как войска, которые изначально были размещены на передовой, так и те, которые он привел с собой.

Когда речь заходила о Его Королевском Высочестве Принцессе, у всех людей загорались глаза, и они едва сдерживались, чтобы не назвать его «богом войны», чтобы выразить свое поклонение.

Постепенно неистовых зергов становилось все меньше и меньше, и через полмесяца Сюэ Лину уже не нужно было вступать в бой с каждой волной зергов. Одних только солдат было достаточно, чтобы основательно с ними разобраться. После регулярного обновления информации в Звездной сети о последней боевой ситуации Сюэ Лин начал собирать вещи и готовиться к возвращению на столичную звезду.

Цель его путешествия была достигнута. Все люди, которых он хотел завоевать, были завоеваны, а все дела, с которыми нужно было разобраться, были решены. Теперь ему нужно было спешить обратно и взять под контроль дворец и звезду столицы до возвращения принца.

К счастью, без подсказки Сюэ Лина путешествие стражников принца в поисках принца не прошло гладко. Несмотря на то, что они отправились на планету 7-818, они, естественно, упустили принца, потому что не заходили в трущобы.

Но в том, что они разминулись, не было ничего страшного. Еще через полтора месяца, в день, когда главная героиня shou наконец-то собрала достаточно денег, чтобы отправиться к столичной звезде, на звездолете они столкнутся с космическими пиратами.

Стимулированный Рассел досрочно вступил бы во взрослую жизнь и начал бы свою течку. Чтобы защитить его, память, которой сопротивлялся Его Высочество Принц, быстро вернулась бы. Он без колебаний пометит Рассела, а затем по стечению обстоятельств воссоединится с охранниками, прилетевшими для спасения гражданского корабля.

Видите ли, мир главных героев был полон абсурда и волнений. Второстепенным персонажам вроде него все же лучше было следовать своим собственным планам и действовать шаг за шагом.

Люди в Звездной сети знали, что Принцесса возвращается, и все они оставляли сообщения, поддерживая его в блоге. То, насколько теплыми были эти сообщения, в точности отражало то, как они за него переживали.

Принцессу было так жалко. Он даже не знал, что столичной звездой теперь правит император. Если бы он вернулся, то «отправил бы овцу в пасть тигра». Они даже не знали, как правильно выразить свое недовольство этой хаотичной и сложной ситуацией.

Некоторые надеялись, что принцесса останется на передовой с зергами; они считали, что противостоять зергам определенно лучше, чем грозному императору.

Нужно знать, что когда он злился, вся столичная звезда ощущала давление его ауры, и это даже влияло на погоду. Хотя жизнь этих людей ничем не отличалась от той, что была в прошлом, они всегда чувствовали, что что-то давит на их сердца, заставляя ощущать тяжесть и дискомфорт.

«Если принцесса не вернется, вы все останетесь несчастными до конца своей жизни».

Такова была основная мысль Звездной Сети, которую она высказала после того, как узнала, что чувствуют люди.

Сюэ Лин не знал, что некоторые люди настолько сильны, что могут контролировать даже самые незначительные личные высказывания. Он помахал на прощание солдатам, стоявшим на передовой, вошел в звездолет и начал свой обратный путь.

Воины на звездолете были полны волнения. Насколько беспечными и невнимательными они были, когда отправлялись в путь, настолько же оживленными и полными сил они были сейчас, когда пересматривали свои воспоминания о фронте. Они думали, что королевская семья отправилась просто показать себя, но на самом деле принцесса отправилась убивать зергов.

Если бы не тот факт, что ситуация в Империи сейчас неясна и поэтому не позволяет долгое время оставаться на передовой, сейчас было бы самое подходящее время для того, чтобы пробить себе путь на территорию зергов и отвоевать захваченные ими планеты.

Полмесяца пути пролетели очень быстро. Сюэ Лин также постепенно обнаружил некоторые ошибки, на которые он раньше не обращал внимания, потому что был слишком занят. По мере приближения к столичной звезде эти странные проблемы проявлялись все больше и больше, и у Сюэ Лина даже возникло ощущение, что со стороны столичной звезды на него смотрит какой-то монстр.

От такого ощущения, будто за ним наблюдают, как за добычей, по спине пробегали мурашки.

Но даже если такое ощущение, когда мурашки, казалось, пробегали по всему телу, было очень странным, у него не было другого выбора, кроме как вернуться к столичной звезде. Путешествие прошло особенно гладко, так что они прибыли раньше запланированного срока. К тому времени, как звездолет приземлился, настороженность в сердце Сюэ Лина достигла своего пика.

Они причалили, открыли двери шлюза, и офицеры и люди начали высаживаться. В аэропорту, казалось, все было в порядке. Даже королевские гвардейцы, пришедшие встречать его возвращение, были беспрецедентно опрятны и хорошо одеты.

Сюэ Лин нахмурился и вышел на красную ковровую дорожку аэропорта.

Он был одет в черную военную форму Империи, белые декоративные линии подчеркивали фасон его военной одежды. Классическое сочетание черного и белого цветов придавало мундиру более привлекательный вид. Надетый на тело Сюэ Лина, он вызывал неописуемый соблазн.

По крайней мере, для Августина это было так.

Топ-топ-топ. Послышался звук военных ботинок, ступающих по красной ковровой дорожке, и Сюэ Лин вдруг понял, что не так в этой сцене.

Как может быть тихим аэропорт?!

Как только он осознал это, королевские гвардейцы вокруг него, стоявшие по обе стороны красной дорожки, поклонились и отдали ему честь.

«С возвращением, императрица!»

Их голоса были громкими и ясными, очень отчетливыми, и внезапное приветствие повергло Сюэ Лина в шок.

Императрица?

Сюэ Лин считал, что впервые на его лице появилось такое выражение, несмотря на то, что он так долго пробыл в этом мире.

Да, это был взгляд растерянности.

Лицо Сюэ Лина было лишено выражения, когда его несли обратно во дворец. Ах, нет. Теперь он должен называться «Императорский дворец».

После того как эти люди громко воскликнули «Императрица», он тут же развернулся и хотел было вернуться на звездолет, но кто-то словно предвидел, что он так поступит. Не успел он повернуться, как его обняли за талию и подняли все тело над землей.

Сюэ Лин подсознательно хотел напасть на того, кто его схватил, но каждое его движение блокировалось другой стороной. Он не мог видеть лица собеседника, но тот прекрасно контролировал каждое его движение.

Сюэ Лин в сердцах крикнул системе, но та, которая всегда появлялась в обычные дни, казалось, бесследно исчезла в это время, совершенно испугавшись.

Так что сейчас Сюэ Лина держали на руках, несли на руках и «двигали» в сторону Императорского дворца.

Что касается того, почему он называется Императорским дворцом... Об этом ему рассказал человек, державший его на руках. Сюэ Лин также уже выяснил личность этого человека. Пока он не пытался напасть на собеседника, тот, похоже, не мешал ему передвигаться.

Ему достаточно было поднять голову, чтобы увидеть лицо собеседника. Оно было очень четким и очень близким, красивым со всех 360 градусов, без слепых зон, и неожиданно знакомым.

Августин Людвиг, единственный император Империи.

Человек, которого превозносили как сильнейшего в Империи.

«Ты не можешь меня отпустить?» Сюэ Лин опустил голову и измерил расстояние между собой и землей, чтобы вычислить разницу в росте между ним и этим человеком.

«Я отпущу тебя, когда мы прибудем во дворец. Сейчас не двигайся беспорядочно, иначе я не могу гарантировать, что с тобой ничего не случится».

Мужчина был довольно прост в общении, и хотя Сюэ Лин не мог видеть его выражения лица, когда он говорил, он необъяснимо почувствовал, что этот человек ему немного знаком.

«Хорошо, я не буду двигаться».

Сюэ Лин позволил собеседнику обнять себя и удобно устроился, чтобы ему было немного сподручнее. Он начал расспрашивать о других вещах.

«Ты воскрес из мертвых?»

Августин: «...»

Так как ответа он не получил, Сюэ Лин начал размышлять вслух.

«Раньше старый король упоминал, что ты был заморожен. Значит ли это, что ты не был мертв, а только спал? И спал семьсот лет?»

Августин: «...»

«Почему ты вдруг проснулся?» - Сюэ Лин начал вспоминать, что сказал ему старый король. Как только они вошли во дворец, он, наконец, разобрался во всем и все понял.

Теперь он знал, что за чертовщина творится с обстановкой в этом проклятом мире.

Во-первых, этот человек, внезапно воскресший из мертвых - если факты, записанные в книгах по истории, были правдивы, то этот человек чуть не довел зергов до полного вымирания.

В таком случае зергам вполне естественно было бояться его. После того как он уснул, он больше не просыпался, а зерги постепенно перестроились до такого уровня, что смогли вернуться и снова начать нападать на обитаемые планеты.

Их амбиции снова всколыхнулись, и они захотели напрямую уничтожить Империю. Но они чувствовали, что человек, который почти уничтожил их, не умер. Он все еще находился на главной звезде Империи и мог в любой момент проснуться и убить их всех.

Поэтому зерги боялись предпринимать слишком масштабные атаки и лишь изредка запускали волны зергов, чтобы медленно сражаться и разрушать границы, готовые немедленно бежать, если человек проснется.

Августин спал, потому что ждал свою возлюбленную. Если предположить, что его возлюбленной был Эшли, которому пророчили будущее императрицы Империи, то он проснулся бы, как только Эшли пришел к нему.

Очевидно, в оригинальном сюжете, Эшли была рассержен тем, что принц уехал в их брачную ночь, и поэтому он не пытался угодить старому королю. Его холодное и высокомерное отношение сделало старого короля недовольным, поэтому он не потрудился отвести его в запретную зону под дворцом, а принц еще больше не хотел брать его туда.

Они скучали друг по другу, и поэтому ситуация во всей вселенной стала безнадежной. Принц также разозлился из-за ревности Рассела и, в конце концов, решил убить Эшли. После смерти Эшли исчезла всякая возможность того, что Августин проснется.

Наконец, зергам больше нечего было бояться.

А затем вся вселенная была уничтожена.

Сюэ Лин еще раз проследил за этой сюжетной линией и почувствовал, что он гений. Так и должно быть на самом деле. Если взять разговор с системой об «оружии» и «ключе», то с другой точки зрения, оружием была Августин, а Эшли был ключом к разгадке оружия.

Подумав об этом, Сюэ Лин сузил глаза. Он как раз собирался что-то сказать, когда все его тело было брошено на кровать, а мужчина прижался к нему. Его глаза были прикованы к Сюэ Лину, и от этой притягательной, гнетущей ауры стало трудно дышать.

Сюэ Лин, наконец, вынырнул из своих мыслей и обнаружил, что, пока он не обращал внимания, его уже вернули в его собственные комнаты.

Точнее, это были комнаты принца. Он жил здесь только потому, что был принцессой.

«Ты в моих объятиях, но все еще отвлечен».

Мужчина взял его за руки, наклонившись и подойдя вплотную. Его тон был несколько мрачным и зловещим, и Сюэ Лин почти слышал звук скрежета его зубов, когда он спрашивал:

«О ком ты думаешь?».

Сюэ Лин слегка прищурился, а затем впервые за день улыбнулся. «Думаю о тебе».

Мужчина был ошеломлен и еще не вернулся на землю, когда Сюэ Лин ударил его ногой в живот. Он повернул свое тело, обхватил Сюэ Лина рукой за талию, и положение двух людей поменялось. Сюэ Лин сел на тело мужчины.

Он не делал никаких других движений. Вместо этого Сюэ Лин с интересом разглядывал лицо и фигуру мужчины. «Ты поймал меня, как только я вернулся. Что ты хочешь сделать?»

Мужчина посмотрел на него потемневшими глазами и ничего не ответил.

Но Сюэ Лин уже догадался о его намерениях. Он не смог удержаться от громкого смеха: «Ты хочешь запереть меня?»

Мужчина молча смотрел на него, но Сюэ Лин все равно заметил едва заметные изменения в его лице. Он нашел это довольно забавным, протянул руку, чтобы погладить лицо мужчины, и прошептал:

«Ты действительно стал лучше, не ведешь себя глупо, когда не можешь получить то, что хочешь. Но я не соглашусь, если ты захочешь сразу пропустить фазу ухаживаний и перейти к разыгрыванию сцены в тюрьме».

Мужчина не понял, что тот имел в виду, но он мог сказать, что этот человек не считает его отвратительным. Он задумался, а затем протянул руку, чтобы коснуться лица Сюэ Лина.

Нежная кожа была теплой на ощупь и такой же мягкой, как он и предполагал. Она была сродни куску прекрасного нефрита, и он неохотно отдернул руку.

Сюэ Лин тоже не стал его останавливать, позволив ему прикоснуться к себе, пока он несколько раз мысленно вызывал систему, не получая никакого ответа. Сюэ Лин наморщил лоб и убедился, что перед ним был именно тот человек, который последовал за ним в этот мир.

На самом деле, узнать его было довольно легко. В конце концов, они общались уже три жизни, и у этого человека были некоторые привычки, которые он запомнил. Хотя его личность постоянно менялась, некоторые вещи оставались неизменными.

Добавив к этому тот факт, что система до смерти боялась его, Сюэ Лин смог определить, что это тот же самый человек. До сих пор только этот человек мог напугать систему до такой степени, что она не решалась выйти.

«Они называют меня Императрицей».

Убедившись, что этот человек был его любовником, Сюэ Лин расслабился. В любом случае, этот человек ничего ему не сделает. Он перевернулся, слез с мужчины и похлопал его по одежде.

«Это была твоя идея?»

Мужчина кивнул.

Сюэ Лин поднял брови и сказал: «Ты объявил об этом на всю звездную систему?».

Мужчина покачал головой.

Сюэ Лин был доволен. «Хотя ты не ухаживал за мной, я все равно неохотно приму титул. В конце концов, я был рождена, чтобы стать императрицей».

Сказав это, он положил руку на плечо сидящего человека и серьезно произнес:

«Но этот титул можно использовать только во дворце. За его пределами я остаюсь принцессой. Понятно?»

Мужчина был недоволен, когда услышал слово «принцесса».

«Ты мой».

Он подчеркнул, что Сюэ Лин принадлежит ему и должен носить его знак.

«Ты не можешь быть принцессой».

Сюэ Лин слегка нахмурился.

«Ты думаешь, что я хочу быть принцессой? Я сохраняю ее только для того, чтобы отвратить принца. Я не хочу быть той, кому придется страдать от развода, даже если первым изменил именно он. Не вмешивайся в это дело. Если я узнаю, что ты распространил новость раньше времени, я убью тебя и найду себе короля. В любом случае, я все равно останусь королевой».

Мужчина пристально посмотрел на него. Его взгляд был глубоким и темным, словно он собирался запереть его и сделать так, чтобы только он мог смотреть на него.

Под его взглядом кожа головы Сюэ Лина затрепетала. Он знал, что его слова могли затронуть обратную сторону этого человека; так было и в прошлой жизни. Этот человек был большим кувшином уксуса, и стоило ему приревновать, как Сюэ Лин уже не мог встать с постели.

Он начал поздравлять себя с тем, что был несовершеннолетним. Заниматься подобными вещами было вредно для здоровья. В противном случае он уже был бы придавлен мужчиной к кровати.

Ой, они сейчас были в постели.

Сюэ Лин глубоко вздохнул, потянулся и поцеловал мужчину в губы. Его лицо было очень спокойным, хотя уши покраснели.

«Хотя ты уже должен знать, кто я, я лучше представлюсь. Меня зовут Эшли, и ты можешь звать меня Эш. В этом году я достигну совершеннолетия. Хотя я номинальная принцесса, мы еще ничего не делали вместе. Моя нынешняя цель - убить принца, а будущая - стать императрицей империи».

Мужчина протянул руку и ущипнул его за покрасневшее ухо, затем притянул его к себе так, что тот снова оказался в его объятиях.

«Ты уже Императрица Империи».

«Но сегодня мы впервые встретились».

Сюэ Лин подчеркнул этот момент.

«Неправильно, что ты так продвигаешься. Сначала ты должен узнать меня получше. Затем мы должны влюбиться друг в друга, после чего ты сделаешь мне предложение. Наконец, мы поженимся, и тогда я стану императрицей».

«Я знаю тебя бесчисленное количество дней и ночей».

Августин поцеловал его в лоб и сказал: «Я спал семьсот лет и видел долгий сон, в котором мне казалось, что я провел с тобой всю свою жизнь».

Движения Сюэ Лина замерли. Он хотел получить разъяснения. «Что это была за жизнь?»

«Когда я проснулся, сон уже не был ясным. Но хотя я не могу вспомнить все четко, я знаю, что человек во сне - это ты». Августин обнял его. «Ты любишь сидеть в моих объятиях и смотреть фильмы, и тебе нравится, когда я тебя кормлю».

Сюэ Лин задумался, не было ли это воспоминанием? Почему система сказала, что человек ничего не помнит? «Ну, хорошо, ты меня знаешь, и я тебя тоже».

Сюэ Лин решил не спорить с ним по этому вопросу и попытался изложить свою точку зрения под другим углом.

«Есть вещи, которые я хочу сделать, и тебе не позволено вмешиваться или нарушать мои планы. В противном случае я откажусь признавать тебя и не позволю тебе жить в одном дворце со мной».

Эта угроза казалась действенной. Августин так долго наблюдал за ним через нанокомпьютер, что понял его нрав и знал, что когда он чего-то хочет, ничто не может его остановить. Он мог только кивнуть и сказать:

«Делай что хочешь, я тебя не остановлю. Но обязательным условием является то, что тебе нельзя покидать меня».

Он сделал паузу, а затем добавил: «По крайней мере, до того, как наступит эструс».

На самом деле, до совершеннолетия оставалось всего несколько месяцев. Сюэ Лин кивнул и поцеловал его в щеку, чтобы вознаградить. «Ты взял под контроль столицу звезды за то время, пока меня не было?»

«Да, включая восточные территории империи».

Мужчина прямо признался в этом. Эти территории были захвачены посланными им людьми, и не было ошибкой сказать, что теперь они находятся под его властью.

Сюэ Лин думал, что он был его собственным золотым пальцем, но теперь он обнаружил, что его золотым пальцем был этот человек...

Казалось, что в каждом мире он был довольно жалким, а этот человек всегда был очень сильным?

Что ж, это было здорово. Поскольку он тоже был слишком ленив, чтобы делать свою собственную работу, ощущение, что есть кто-то, готовый помочь ему в этом, было совсем неплохим.

Обдумав все эти моменты, Сюэ Лин наконец-то смог избавиться от чувства тревоги, которое он испытывал с тех пор, как вернулся в Столицу Звезды. Он потянулся, чтобы обнять мужчину, и обнаружил, что они оба прекрасно подходят друг другу. Его тело идеально помещалось в объятиях мужчины и очень хорошо сочеталось с ним.

«Я позвоню тебе Августин» - заявил Сюэ Лин.

«Я не хочу управлять государственными делами. Так как ты хорошо справлялся раньше, ты можешь продолжать делать это в будущем».

«Хорошо».

«Кроме того, мне лень сражаться с зергами. Помоги мне истребить их».

«Хорошо».

«Обещаешь ли ты сделать все, что я попрошу?»

«Пока ты не уйдешь, я могу сделать для тебя все, что угодно». Мужчина посмотрел на него сверху вниз с небывалой искренностью и мягкостью в глазах. «В конце концов, я ждал тебя семьсот лет».

Я уже ждал так долго. Что еще я не мог бы сделать для тебя?

Сюэ Лин рассмеялся и зарылся лицом в его объятия. Он вновь обрел ощущение избалованности из своей прошлой жизни. Это было настолько прекрасное чувство, что ему захотелось погрузиться в него и остаться там навсегда.

Что ж, в последующих мирах он позаботится о том, чтобы найти этого человека было в первую очередь.

В конце концов, этот человек всегда знал, как доставить ему удовольствие.

Хотя Сюэ Лин мог позволить этому человеку все уладить, так как Сюэ Лин запретил ему «светиться», были некоторые ситуации, когда он все равно должен был показать себя.

Несмотря на то, что все в Столице Звезды знали о существовании Августина, они не знали, как этот человек будет относиться к Сюэ Лину, поэтому они с тревогой ждали новостей от принцессы с момента его возвращения.

Принцесса не заставила их ждать понапрасну. В тот вечер на официальной странице королевской семьи появилась запись виртуальной проекции, которая привлекла внимание тех, кто всегда уделял особое внимание новостям королевской семьи.

Юноша в проекции, казалось, снова сильно повзрослел, но его отстраненный и благородный вид ничуть не изменился.

Одетый в военную форму Империи, он стоял, строго выпрямившись, и начал свой доклад.

Он медленно доложил обо всем, что произошло во время этой поездки на передовую: сколько раз они сражались с волнами зергов, и сколько зергов было убито. Он рассказал о ситуации на передовой, о том, что атака зергов была ослаблена, и так далее.

Голос у него был очень приятный, и когда он говорил, то очень сжато излагал важные моменты, так что люди, слушавшие этот военный отчет, не находили его скучным, а наоборот, испытывали всевозможное волнение.

Хотя они не совсем понимали смысл сказанного принцессой, вид ее лица возбуждал их интерес, и поэтому они просто слушали эти слова, как музыку. В любом случае, голос Его Высочества принцессы был очень приятным.

После доклада о военной ситуации лицо Сюэ Лина наконец-то изменилось и перестало быть таким спокойным.

"В этой поездке на передовую, помимо отражения атак зергов, нашей целью было найти Его Королевское Высочество Принца. Но с момента нашего прибытия на передовую и вплоть до обратного пути от Его Высочества не было никаких новостей..."

Выражение его лица заставило других почувствовать себя очень расстроенными. Его глаза слегка опустились, когда он произносил эти слова, но это заставило тех, кто смотрел проекцию, схватиться за грудь, желая подойти и обнять юношу.

"Но это не имеет значения. Сколько бы времени ни прошло, я буду ждать, пока Его Высочество не вернется. Надеюсь, вы составите мне компанию в ожидании чуда".

Он улыбнулся очень мягко, но от этого улыбка была особенно душераздирающей.

Как только виртуальная запись была опубликована, она пронеслась по Звездной Сети. Независимо от того, где жили люди, если они видели проекцию, они чувствовали особую тревогу за принцессу. Молодой человек нес на своих нежных плечах будущее Империи. Если бы он не показал момент грусти в проекции, люди бы даже не вспомнили, что он всего лишь юноша, омега, потерявший альфу.

О, Небеса, что за жизнь ведет их принцесса каждый день?

Как ему жить без своего принца? Понятно, что его сердце было напряжено, но он все равно должен был успокоить массы и отправиться на передовую чтобы сражаться за Империю.

Толпы людей, наблюдавших за происходящим, были почти доведены до слез своими собственными мыслями. Принцессе действительно было нелегко, почему Его Высочество Принц не появился? Принцесса была такой жалостливой. Если принц так и не вернется, кто позаботится о принцессе, кто будет защищать это хрупкое создание и любить?

Как это никто не мог заботиться о нем и любить его? Кто-то так сильно баловал его, что он почти достиг небес.

До возвращения Сюэ Лина, люди Августина уже знали, что у них есть императрица, но они не подготовились к этому психологически. Они знали только то, что Августин никогда не умрет, и никак не ожидали, что увидят совершенно другую сторону Их Величества.

В те времена Его Величество, который привел их к созданию всей Империи, был мудрым и блестящим, взрывным и сильным. Его принципы в обращении с людьми и вещами всегда оставались неизменными: если они не подчинялись его воле, то он применял силу. Он сражался до тех пор, пока вся звездная галактика не подчинялась ему, и у него не было соперников в звездном пространстве.

Стоило произнести его имя, и даже враги всего мира - зерги - бежала со скоростью ветра.

Да, когда-то вся звездная галактика была территорией Империи. Семьсот лет назад Альянс по разным причинам отделился и образовал свою собственную территорию. Но на самом деле раньше все находилось под властью Августина. Главный сервер Звездной сети Империи на самом деле был главным сервером Звездной сети всей звездной галактики.

Хотя он спал семьсот лет, тактика и средства, которые использовал Их Величество, когда проснулся, остались прежними. Кроме его приказа вести себя тише, чем раньше, подчиненные ему люди никогда не чувствовали, что в Императоре что-то изменилось.

Но когда их императрица вернулась в столицу, казалось, что все не так.

Если Его Величество нельзя было найти, то нужно было искать императрицу. Эти двое были неразлучны, до такой степени, что даже их тени должны были держаться вместе. И стоило только подойти, как обнаруживалось, что это Его Величество прилепился к императрице, а императрица все никак не уступает.

Сюэ Лин не мог понять, почему, но этот человек был таким безумно прилипчивым в этом мире. Сюэ Лин не привык повсюду таскать его с собой, но без него он никуда не мог пойти. Мужчина был готов ничем не заниматься, лишь бы тереться рядом с Эшли.

Ночью, в комнатах принцессы, Сюэ Лин выгнал мужчину из постели и спросил:

"Неужели тебе больше нечем заняться? Ты только и умеешь, что целыми днями преследовать меня".

Августин поддался силе его пинка и схватил его за ногу, держа эту милую белую ступню в руке и играя с ней, пока он небрежно отвечал на вопрос.

"Я буду не более чем в шаге от тебя, когда наступит твой эструс".

Уголки губ Сюэ Лина дернулись. Ему даже не хотелось отпускать пренебрежительные замечания в адрес этого человека.

Действительно, он следил за ним, чтобы пометить его, как только начнется любовная жара. По мнению этого человека, пока он не оставил свою метку, Сюэ Лин не принадлежал ему.

Сюэ Лин закатил глаза.

Поскольку Сюэ Лин отказался сообщить всем звездам, что он - его императрица, единственным способом успокоить мужчину, было пометить его полностью.

Возможно, из-за семисотлетней разницы между двумя людьми, мужчина всегда чувствовал, что юноша в его объятиях был особенно нереален. Даже если Сюэ Лин много раз уверял его, что он ему действительно нравится, мужчина все равно продолжал считать, что Сюэ Лин решил пойти на компромисс и быть с ним только потому, что его сила не могла сравниться с его собственной.

Поэтому он всегда так внимательно следил за Сюэ Лином, словно боялся, что тот однажды исчезнет.

Раньше Августин наблюдал за ним через нанокомпьютер, но теперь, когда перед ним был сам человек, он, естественно, хотел наблюдать за ним своими глазами.

Сюэ Лин несколько беспомощно выдернул свою ногу из руки мужчины и перелез, чтобы сесть прямо на его бедра. Он обхватил его шею обеими руками и изо всех сил старался дать мужчине чувство защищенности.

"О, я знаю, что ты все еще чувствуешь себя неспокойно, но я буду недоволен, если ты будешь продолжать вести себя так".

Сюэ Лин наклонился, чтобы поцеловать его в губы, и спросил: "В твоих глазах я тот человек, который идет на компромисс только потому, что моя сила слабее?"

Мужчина склонил голову, его глаза были темно-синими, в них отражалось лицо Сюэ Лина, как будто он хотел втянуть в свое сердце всю его личность: "Нет".

Хотя он знал, что это не так, волнение в его сердце было не так просто унять. В конце концов, этот юноша все еще был чьим-то супругом.

Сюэ Лин, казалось, знал, о чем он думает, и не знал, смеяться ему или плакать, и стукнул по нему кулаком. Он рассмеялся и продолжил:

"Тебе неспокойно весь день, потому что у меня над головой титул принцессы? Ты должен липнуть ко мне из-за этого?"

"Не беспокойно". Мужчина опустил глаза и легонько поцеловал его в лицо. "Любой мужчина, который знает, что человек, который ему нравится, является чьей-то номинальной женой, будет несчастен".

Сюэ Лин сердито возразил: "Кто жена? Хотя я и принцесса! Но я не жена принца!"

Мужчина разгладил свой взъерошенный мех.

"Если тебя это так волнует..." Сюэ Лин сузил глаза, подсчитал время и вдруг рассмеялся: "Тогда я поделюсь с тобой новостями. Они собираются найти моего номинального мужа".

"Убей его" - Августин нисколько не колебался, когда говорил.

Сюэ Лин нахмурился. "Я уже сказал, что ты не должен его трогать. Если он умрет, как я смогу развестись с ним? У тебя вообще есть мозги?"

Августин холодно фыркнул.

Сюэ Лин ущипнул его за лицо. Он не знал почему, но ему казалось, что этот мужчина в этом мире был очень милым.

Возможно, потому что он совсем не сталкивался с его ужасной стороной...

"Все в порядке". Сюэ Лин прищурился. "В конце концов, он приведет кое-кого с собой".

В это время Его Высочество Принц, должно быть, уже восстановил свою память.

***

На просторах космоса, глядя из окна космического корабля, можно было увидеть лишь темную, кажущуюся безграничной, бесконечную пустоту.

В этот момент Лютер отодвинул Рассела за спину, чтобы защитить его, и холодно посмотрел на звездных пиратов, поднявшихся на борт их гражданского пассажирского корабля. У него было очень плохое предчувствие.

"Все! Встать на колени и обхватить голову руками!" - воскликнул чей-то голос, сопровождаемый звоном оружия в руках.

Да, несмотря на то, что существовали мехи и космические корабли, ближний бой все еще существовал. Горячее оружие, такое как пистолеты, все еще существовало, но оно определенно было не таким, как пистолеты миллионы лет назад. Они были смертельны для бет, опасны для альф, но совсем не опасны для омег.

Ну, да, это было сексистское оружие.

"Лютер, что нам делать?" - Рассел нервничал.

Хотя он был взрослым и не вел себя так, как должен вести себя подросток его возраста, это все равно был первый раз, когда он покинул планету, на которой родился, и сел на гражданский космический корабль. Его взгляд на мир еще не расширился, и перед лицом подобной ситуации Рассел ничем не отличался от окружающих их людей.

Только, по мнению Лютера, когда Рассел брал его за руку и спрашивал с таким озабоченным выражением лица, он чувствовал, что это символизирует особую зависимость Рассела от него. Лютер находил это особенно приятным.

Среди растерянных пассажиров гражданского космического корабля начало распространяться напряжение, а неподалеку капитан королевской гвардии принца как раз докладывал Сюэ Лину последние новости. Хотя он немного устал, но все же почувствовал облегчение, когда получил утешительные слова принцессы.

Его Королевское Высочество принцесса была настолько мягкой, что он рассматривал вещи с их точки зрения, не нагнетая обстановку. Он явно скучал по принцу больше, чем они, но он не упрекал их и все время утешал, говоря, чтобы они не слишком унывали, ведь принц обязательно найдется.

Стражник не знал, сколько раз он уже завидовал Его Королевскому Высочеству принцу за его удачу. Он уже собирался вздохнуть, как вдруг услышал доклад.

"Сэр! Гражданский космический корабль запросил помощи! Их захватили звездные пираты!"

Охранник, который наконец-то начал расслабляться, снова напрягся. Хотя это и не входило в их задачу, они были солдатами, и спасение людей было неотложным делом. Охранник встал и обнаружил, что разговор с Его Королевским Высочеством принцессой еще не прерван.

Он уже собирался отдать честь и доложить, когда услышал слова Его Высочества Принцессы:

"Там что-то случилось, не так ли? Поторопитесь и быстро разберитесь с этим. Это все люди Империи, вы должны постараться сделать все возможное, чтобы спасти больше людей".

Капитан гвардии отдал стандартное воинское приветствие и почтительно ответил:

"Мы не предадим доверие Его Высочества!"

Он и не подозревал, что как только Его Высочество Принцесса, которая только что с серьезным выражением лица утешала его, закроет связь, он усадит мужчину рядом с собой и потянет его голову вниз за воротник, чтобы поцеловать его в губы.

"Любовь моя, мой "муженек" вот-вот вернется".

Этот мужчина никогда не был из тех, кто остается равнодушным, когда искушение падает ему на колени. Он терпел все это время только потому, что его возлюбленный был еще несовершеннолетним, и подобные вещи были бы вредны для его здоровья. Теперь его глаза потемнели, когда он слушал юношу. Он взял его за подбородок, опустил его голову и поцеловал в ответ.

Это был очень страстный поцелуй. Тела обоих людей сплелись, не допуская ни малейшего зазора между ними. Молодого человека целовали до тех пор, пока все его тело не стало похоже на лужицу воды, дразня и прижимаясь к нему еще сильнее.

Но мужчина прекрасно сдерживал себя. Он погладил его по голове и сказал:

"К тому времени, когда ты закончишь со своим "мужем", ты должен стать взрослым".

В его глазах, казалось, сидел свирепый зверь, заключенный в темницу, но постоянно пытающийся вырваться наружу, чтобы разорвать стоящего перед ним человека и поглотить его.

Потому что вкус молодости был действительно слишком прекрасен.

Сюэ Лин спрятал лицо в его объятиях и засмеялся так сильно, что его плечи затряслись. Другой причины не было, только то, как мужчина произнес слово "муж", заставило его долго смеяться.

Пока он смеялся над ним, у него еще оставалось достаточно энергии, чтобы высмеять мужчину:

"Кто надоумил тебя так долго спать? Если бы я не "сочетался" браком с королевской семьей, как бы я смог увидеть место, где ты спал? А если бы ты никогда не увидел меня в этой жизни и не проснулся? Пришлось бы мне провести жизнь вдовой?"

Августину было невыносимо слышать эти слова. Он склонил голову и снова накрыл его губы.

Эти двое мужчин были очень заняты своей страстью, и Его Высочество ничем не отличался от них. Феромоны от тела омеги заполнили весь гражданский корабль. Лютер мог только временно отправить Рассела в комнату и держать его в изоляции.

Только что Рассел бросился вперед, чтобы блокировать выстрел, который предназначался ему. Хотя пистолет был безвреден для омег, он все же стимулировал феромоны Рассела, и подтолкнул его к раннему началу половой жизни, поскольку он достиг зрелости раньше времени. К счастью, на космическом корабле было очень мало альф. Глаза Лютера покраснели, когда он подумал о том, какая судьба постигла бы Рассела, если бы его там не было.

Сцена, когда Рассел защитил его собой, снова и снова прокручивалась в его голове, переплетаясь с воспоминаниями о прошлом и текущими воспоминаниями об этом периоде амнезии, делая воспоминания Лютера крайне запутанными.

Он убил всех звездных пиратов, поднявшихся на борт космического корабля, прежде чем поместить Рассела в комнату с самыми высокими параметрами безопасности. Наконец, он позволил солдатам, пришедшим на помощь, подняться на борт корабля.

Капитан охраны, только что поднявшийся на борт корабля, не успел даже выразить свои чувства своему принцу, как Его Высочество приказал гвардейцам позаботиться обо всех людях на корабле и арестовать звездных пиратов.

Они не должны были отпускать никого из них.

Он беспомощно наблюдал, как Его Высочество закончил отдавать приказы, а затем вошел в комнату и запер дверь.

Охранник был несколько озадачен, но все же поспешил позвать людей, чтобы привести для допроса членов экипажа, знавших о случившемся.

Когда он узнал, что в комнате находится разгоряченный омега, который прибыл на космический корабль вместе с Его Высочеством Принцем, капитан охраны почувствовал холод во всем теле. Перед ним возникла фигура Его Высочества Принца, и гвардеец осознал очень серьезную проблему.

Отныне империя, должно быть, погрузиться в хаос.

Во время течки у омеги после того, как они будут помечены, последует несколько дней интенсивного ***. Если в это время их потревожить, альфа сойдет с ума. Поэтому, несмотря на то, что сердце охранника было напряжено, он мог только молчать и наводить порядок на космическом корабле, а затем ждать, когда Его Высочество Принц выйдет из комнаты.

Три дня ожидания прошли быстро.

Через три дня стража снова встретилась с Его Высочеством, с которым они давно потеряли связь. Первоначальная радость уже была исчерпана тремя днями эмоциональных потрясений, и охраннику ничего не оставалось, как держать лицо нейтральным, чтобы Его Высочество не смог увидеть, какое  у него подавленное настроение.

Его Королевское Высочество, чье лицо было полно удовлетворения, естественно, не заметил, что с его капитаном охраны что-то не так. Выйдя, он небрежно начал отдавать приказы:

«Мой нанокомпьютер и все мои вещи сломались во время аварии. Помогите мне собрать комплект оборудования. Также приготовьте мой запасной меха».

«Да».

«И принесите еще несколько комплектов моей одежды. И подготовьте несколько комплектов военной формы. Стандартный размер подойдет».

Взгляд Его Королевского Высочества стал мягким. Казалось, что человек в этой комнате уже занял место в его сердце.

«Опишите события, произошедшие в период моего отсутствия. Мне нужно срочно получить информацию из первых рук».

Стражник открыл рот и, наконец, нашел возможность спросить: «Ваше Высочество, может, сначала мы вернемся к столичной звезде?»

«Да».

Его Королевское Высочество подумал о волне зергов на линии фронта, и выражение его лица стало холодным.

«Почему эта волна зергов была такой интенсивной? Вы выяснили причину безумия зергов?»

Его шаги приостановились, и он серьезно спросил: «Как обстояли дела с боевой ситуацией на южном фронте во время моего исчезновения?»

Охранник сделал паузу и посмотрел вниз. «Прилив зергов на южном фронте утих».

Его Королевское Высочество кивнул и не стал особо расспрашивать о том, кто этого добился. В Империи было всего несколько генералов, и это не мог быть никто иной, как они.

«Есть ли на вашем корабле диетолог? Пусть они приготовят питательные блюда». Говоря об этом, он наконец-то слегка улыбнулся: «Подходящие для омег».

Капитан стражи весь поежился. Он знал, что принц - его господин, и он не должен противостоять ему ни в чем, даже в мыслях.

Но была одна вещь, о которой он действительно должен был попросить ради этого человека. «Ваше Высочество». Он наклонился и отвесил глубокий поклон. «Хотя это несколько неуместно, пожалуйста, позвольте вашему подчиненному задать вопрос».

Его Королевское Высочество нахмурился, видимо, не понимая, почему капитан его охраны хочет поговорить с ним в такой торжественной и подобающей манере. Редко можно было увидеть его таким серьезным.

«Говори».

Принц никогда не был строг со своими людьми.

«Омега там...»

Как только он открыл рот, Его Высочество Принц прервал его. Его выражение лица было мягким, когда он тихо сказал:

«Он мой любовник».

Охранник побледнел и продолжил спрашивать:

«А как же Его Королевское Высочество Принцесса? Что вы собираетесь с ним делать?»

Когда он упомянул об этом, Его Высочество Принц, наконец, вспомнил, что женился на принцессе в соответствии с пожеланиями своего Отца-Короля до своего отъезда со звезды столицы. Он нахмурил брови и сказал охраннику:

«Не беспокойтесь об этом. У меня, естественно, есть свой способ справиться с этим. Ты просто должен помнить».

Он указал на комнату. «Это мой настоящий возлюбленный. Я буду признавать в своей жизни только этого человека».

Охранник склонил голову и ответил утвердительно, но его руки были крепко сжаты, как будто он что-то терпел.

Когда Сюэ Лин увидел эту сцену, он рассмеялся до боли в животе. Он обхватил Августина за шею, прижался головой к его плечу и смеялся так сильно, что его тело сотрясалось.

Большая рука Августина скользила по его спине, снова и снова, словно желая помочь ему перевести дух.

Сюэ Лину стало интересно попробовать самому, когда он узнал, что Августин был хозяином сознания главного сервера Звездной Сети и мог наблюдать за кем угодно по своему желанию. Естественно, он вспомнил, что был период, когда он постоянно чувствовал, что за ним наблюдают, и, исходя из временных рамок, это означало, что Августин следил за ним с тех пор, как он проснулся.

Но его это не беспокоило. Августин сначала думал, что он рассердится, но на самом деле этот юноша лишь обнял его за шею и спросил:

«Тебе нравилось подсматривать за мной через нанокомпьютер?»

Августин решительно покачал головой. «Не особенно, но тогда я еще не до конца понимал ситуацию. Я не хотел появляться перед тобой, пока все не было готово, и делать так, чтобы твое впечатление обо мне испортилось, поэтому...»

Я следил за тобой и осмелился наблюдать только через экран.

«О, я думал, тебе нравится наблюдать за мной через экран».

«Если так, то, что тогда?»

«Тогда с этого момента ты сможешь смотреть на меня только через экран». Сюэ Лин сладко улыбнулся, коснувшись его лица».

Августин: «...»

Это было бы очень плохо.

Сюэ Лин, естественно, не хотел упускать удобство, которое мог предоставить Августин. Он даже попросил Августина установить связь с гражданским кораблем и активировать там оборудование для мониторинга, чтобы записать видео и фотографии Его Высочества Принца и Рассела, которые вместе валяются на простынях.

Поскольку Его Королевское Высочество мог заставить других изнасиловать Эшли и отправить эти видеозаписи, чтобы попросить о разводе, он мог использовать те же средства, чтобы сокрушить его.

Августин потратил некоторое время, чтобы успокоить его взъерошенный мех, и сказал ему:

«На самом деле, ты не обязан этого делать».

Пока Сюэ Лин хотел, он мог сделать это за него. Затевать заговор против принца таким образом было пустой тратой мозговых клеток. Августин чувствовал, что в этом нет необходимости.

Сюэ Лин проигнорировал его и махнул рукой, чтобы тот прекратил вмешиваться.

Раз уж Его Королевское Высочество любит по-настоящему, то пусть он и его настоящая любовь будут вместе всегда. Пока его любовь была глубокой и настоящей, он не должен быть так разочарован, даже если потеряет трон, верно?

На следующий день Сюэ Лин отправился к старому королю, который был заключен в тюрьму Августином. Старый король не знал, что Сюэ Лин уже встал на сторону определенного человека, и ему было особенно жаль его. Он считал, что его выбор зятя был очень удачным, так как Сюэ Лин даже при таком тираническом императоре смог добиться успеха.

Затем Сюэ Лин, образно говоря, ударил его по лицу. Он не притворялся жалким и не спрашивал о его здоровье. Как только он появился, он махнул охранникам и показал старому королю видеозаписи, которые записал Августин о Его Высочестве принце и Расселе.

Эта красочная сцена шокировала старого короля до такой степени, что его глаза покраснели, он стиснул зубы и проклял его высочество принца как невоспитанного сына. Когда он услышал, как принц пообещал Расселу, что будет хорошо с ним обращаться, что в его жизни будет только он, и у него будет только один омега, старый король разгневался настолько, что его стошнило кровью.

Сюэ Лин спокойно смотрел, как старый король заканчивает смотреть этот фарс, а затем открыл рот, чтобы сказать: «Отец-король, это мой муж».

Старый король побледнел и растерялся.

«Я хочу развестись с ним».

Вторая фраза Сюэ Лина потрясла старого короля до такой степени, что его душа вернулась в тело.

«Маленький Эшли». Старый король был встревожен. «Этого не может быть. Ты супруг, с которым он сочетался. Нет необходимости разводиться только потому, что он пометил другого омегу!»

«Должен ли я ждать, пока он придет ко мне с этой омегой и скажет, чтобы я убирался прочь, прежде чем я уйду?» Сюэ Лин посмотрел на старого короля без выражения и сказал: «Государь-отец, вы также знаете, что это не моя вина, и я не должен нести ответственность за такую ошибку. Я могу смириться с тем, что я ему не нравлюсь, что он не любит меня, и при этом оставаться хорошей принцессой, хорошей королевой. Но, отец, я никогда не позволю ему завести любовницу вне дома, не говоря уже о том, чтобы позволить человеку, отмеченному другим омегой, считаться моим мужем».

Старый Король посмотрел на его серьезное лицо и понял, что ему уже поздно что-либо говорить. «Эшли, неужели нет никакого выхода?»

«Нет, Ваше Величество» - удрученно произнес он. «Это последний раз, когда я обращаюсь к вам таким образом».

«Для тебя не имеет значения, что ты не станешь Королевой, если разведешься?» Спросил старый король: «Но ты был рожден, чтобы стать королевой».

Сюэ Лин повернулся, чтобы посмотреть на него, и старый король замер от его взгляда. Его взгляд был слишком холодным, холодным как лед, и в нем не было никаких эмоций. Он произнес. «Я рожден не для того, чтобы стать королевой, а для того, чтобы стать императрицей».

Его губы внезапно изогнулись, когда он посмотрел на старого короля. «Ты уже стар, и, возможно, не сможешь стать свидетелем возвращения Империи к ее первоначальной славе. На этот раз будет не только Император, но и Императрица».

«И этот человек - я».

Старый король смотрел, как он уходит. Он все просчитал и продумал, но в этой жизни он, наконец, проиграл человеку, который всегда находился в глубоком сне...

Этот человек не был их предком. Настоящий предок королевской семьи был не кем иным, как человеком, выведенным из части его генов. С каждым последующим поколением его гены размывались снова и снова, и поэтому королевская семья становилась все слабее и слабее, а империя постепенно приходила в упадок.

Сейчас этот человек был не кем иным, как тем, кто вернул себе то, что изначально принадлежало ему.

И этот ребенок был тем, кого он ждал семьсот лет.

А также тот, ради кого он строил столько планов, тот, кого он в конечном итоге желал и хотел получить.

Старый король уже прожил долгую жизнь и знал, что делать и чего не делать. Он понимал, что бороться в это время бессмысленно.

Ребенок был прав. Он может не дожить до славного будущего Империи. Его сын... вероятно, тоже не сможет его увидеть.

Чем ближе они подлетали к столичной звезде, тем быстрее билось сердце Рассела. По пути произошло слишком много событий, которые привели его в некоторое замешательство.

Сначала их ограбили звездные пираты, и он был ранен, защищая Лютера, отчего его феромоны сошли с ума, и он сразу же вспыхнул. Затем он был помечен Лютером, они подтвердили свои чувства друг к другу, и Лютер также восстановил свои воспоминания.

А потом была личность Лютера.

Хотя по каждому его движению и поступку было видно, что Лютер был очень выдающимся человеком из высших слоев общества, Рассел никогда не думал, что он станет принцем, да еще и Его Королевским Высочеством Ценой Империи.

Этот человек находился на таком уровне, о котором он даже не осмеливался подумать, чтобы заявить о своем знакомстве.

Теперь этот человек держал его за руку и уверял, что он будет единственным омегой в его жизни. Принцесса была той, на ком его заставили жениться, и у него будет способ свергнуть Эшли.

В отличие от традиционного омеги, Рассел был очень собственническим любовником. Когда он обнаружил после мечения, что другая сторона жената, он был зол, но беспомощен. Лютеру пришлось уговаривать его несколько дней, прежде чем он, наконец, сдался.

Рассел хотел приехать в столичную звезду, чтобы посещать занятия, но теперь, когда Лютер был здесь, ему больше не нужно было ни о чем беспокоиться. Они провели эти дни, все больше влюбляясь друг в друга, и теперь, когда он достиг совершеннолетия и прошел свою первую течку, его изначально худая и маленькая фигура располнела, медленно превращаясь из подростка в юношу.

Его внешность была нежной и миловидной, но за эти дни она стала более привлекательной. Лютер не мог смириться с разлукой с ним и брал его с собой, куда бы он ни пошел. Они были так влюблены друг в друга, что даже не замечали, что солдаты на корабле и его собственный капитан охраны странно смотрели на них, когда видели эту пару.

Столичная звезда приближалась все ближе и ближе. Наконец, когда космический корабль пристыковался к аэропорту и открылся люк, Лютер услышал волну радостных возгласов.

Он вышел из аэропорта в некотором удивлении и увидел, что люди повсюду кричат и радуются ему. Рассел шел позади него, с любопытством оглядываясь по сторонам и гадая, всегда ли принц был таким экстравагантным.

Пока он размышлял, крики, раздававшиеся из толпы, стали громче. Он поднял голову и увидел, что к ним приближается юноша.

На нем была та же военная форма, что и на них, но ощущение, которое он производил, было совсем другим.

Ремень на поясе подчеркивал стройную талию юноши, а воротник, стоявший вертикально, закрывал его тонкую шею. Он был тщательно одет в свою военную форму, и на нем она действительно производила впечатление воздержанного эстета. Он был очень хорош собой, какой-то неописуемой красоты. Даже при одном взгляде на него Рассел почувствовал, что увидел бога из легенд, потому что только у бога может быть такая красивая внешность.

Он был немного ошеломлен, но Лютер - нет. Уголки его рта напряглись, когда он посмотрел на человека, появившегося перед ним.

Это была жена, которую он никогда не видел с тех пор, как они поженились.

Его принцесса.

Юноша поклонился и отдал честь. Встав прямо, он улыбнулся и сказал:

«С возвращением, Ваше Высочество».

Лютер почувствовал лишь холодок, пробежавший по спине, отчего ему на мгновение захотелось снова вернуться на корабль и уехать далеко-далеко.

Но это было лишь на мгновение. Лютер быстро успокоился. Хотя он не наблюдал за взрослением Эшли с самого детства, он все же понимал его. То, что он устроил такую ситуацию, означало, что он что-то обнаружил и хочет наступать и спрашивать первым?

Он уже собирался открыть рот, когда увидел, что юноша косо смотрит на Рассела, который стоял позади него.

Лютер протянул руку, чтобы защитить Рассела, его лицо было полным бдительности, когда он смотрел на Сюэ Лина.

Сюэ Лин скривил губы и сказал:

«Ваше Высочество, не стоит так нервничать. Я ничего не сделаю тому, кто стоит за вами».

Такое спокойное замечание заставило Лютера еще больше встревожиться, ведь он прекрасно понимал, что Эшли посвятил себя титулу королевы. Поэтому, даже если он что-то знал, ради сохранения лица королевской семьи, он не стал бы специально разглашать это здесь.

По правде говоря, Сюэ Лина сейчас не волновало лицо королевской семьи. Его волновало лишь то, что если этот человек и дальше будет занимать свое нынешнее положение, то он не сможет дать титул своему любовнику. Не только Августин был настойчив в этом вопросе, в действительности Сюэ Лин тоже был настойчив.

Однако у него были свои принципы. Он хотел, чтобы Его Высочество Принц узнал, каково это, когда тебя критикуют миллионы людей.

Это было то, через что принц  изначально заставил пройти Эшли.

Голоса ликующих людей постепенно стихали. Изначально они спонтанно болели за молодую королевскую пару, которую разлучили после свадьбы из-за несчастного случая, но неожиданно на сцене возникло напряжение.

Точнее, Его Высочество принц, казалось, достал свой меч.

«Человек, которого вы защищаете, это Рассел Джонсон?»

Сюэ Лин помахал рукой Расселу. Этот главный герой "шоу", который еще не вырос, был немного наивным, и на его лице даже появилась глупая улыбка, которую он не смог сдержать, когда столкнулся с улыбкой Сюэ Лина.

Сюэ Лин в глубине души усмехнулся.

Даже если сейчас он был более невинным и простым, рано или поздно столичная звезда окрасит его в черный цвет. В те времена именно Рассел подал идею, чтобы другие изнасиловали его и сняли это на видео, чтобы получить развод. Принц изначально хотел, чтобы принцесса умерла внезапной смертью.

«Что ты пытаешься сделать?» Взгляд Лютера был немного опасным.

«Я ничего не пытаюсь сделать. Я просто хочу... развестись с тобой, прежде чем ты приведешь этого человека во дворец».

Улыбка исчезла с лица Сюэ Лина. Он открыл свой нанокомпьютер и отправил Лютеру еще одну порцию информации.

«И помогу тебе и твоей истинной любви достичь вашей цели».

На месте происшествия поднялся шум.

До сегодняшнего дня непоколебимая вера Его Королевского Высочества принцессы в принца была воспета всеми звездами. Но теперь, как только Его Высочество Принц вернулся, такой человек на глазах у всех потребовал развода.

Что он сказал?

Настоящая любовь Его Высочества Принца?

«Лютер».

Сюэ Лин проигнорировал уродливое выражение на лице Лютера и легко произнес:

«Я могу притвориться сильным, когда ты покинул столичную звезду и отправился на передовую, даже не увидев меня в нашу брачную ночь, и сообщить об этом только через несколько дней, чтобы стабилизировать сердца людей. Я могу полмесяца тренироваться управлять меха после того, как ты пропадешь на передовой, отправиться вместо тебя на борьбу с волнами зергов и сражаться с тысячами зергов без каких-либо жалоб. Но Лютер, все это основано на предпосылке, что я - твоя принцесса, твоя номинальная жена и твой единственный партнер на всю оставшуюся жизнь».

«Забавно, что ты исчез почти на два месяца, и затем привел мне омегу, которого ты пометил».

Лицо Сюэ Лина стало холодным, а его улыбка исчезла. Его взгляд был ядовитым, когда он смотрел на Лютера и Рассела, как будто полный ненависти к ним обоим.

Возвращение Его Высочества Принца транслировалось в прямом эфире через Звездную сеть. Число людей, смотревших прямую трансляцию, резко возросло. Все они ясно видели, как их принцесса, этот молодой человек, яркий и ослепительный до такой степени, что они все были в восторге, который ранее поклялся верить, что его муж вернется, явно показывал безразличное лицо, но в его глазах слабо мерцали слезы.

Его высказывания были полны иронии, но в его глазах читалась неудержимая печаль.

Некоторые люди почувствовали, что их сердца устремились к нему, и в их взглядах появились гнев и возмущение, когда они посмотрели на Его Высочество Принца и молодого человека, стоявшего рядом с ним.

«Я, Эшли, обладаю гордостью семьи Рейн. Я не буду драться с "ним" за тебя, так что давай разведемся».

Лютер сузил глаза. «Ты понимаешь, о чем говоришь?»

«Я знаю все» .

Сюэ Лин поднял руку и сказал: «Как возникла его течка, как ты его пометил, у меня есть видеозаписи всего этого. Тебе нужно, чтобы я выложил их на всеобщее обозрение?»

Сердце Лютера учащенно забилось. Он почувствовал, что в этой ситуации определенно есть что-то, чего он не понял. Он посмотрел в сторону Рассела, и в его сознании зародились сомнения.

«Я не знаю, кто из добросердечных людей прислал это, не пытаясь ничего скрыть. Я был рядом с Королем в то время, так что Отец тоже видел это».

Сюэ Лин усмехнулся. «Лютер, давай разведемся. У тебя уже есть омега, а мне не выгодно держаться за свою позицию подле тебя. Теперь я верну тебе это место».

«...»

Ситуация сейчас была слишком неопределенной, и Лютер даже не знал, для чего пришли люди, окружавшие их сейчас. Он несколько раздраженно посмотрел на своего личного охранника. Тогда, когда он спрашивал о текущей ситуации, в отчетах никогда не говорилось о том, о чем сейчас говорил Эшли!

Лютеру теперь казалось, что все его разыгрывают. Он даже начал задаваться вопросом, откуда взялся Рассел. Неужели он действительно не знал о его личности и просто хотел позаботиться о нем?

Конечно, эта мысль промелькнула в его голове лишь на мгновение, после чего он решительно выкинул ее. Он был с Расселом уже некоторое время, и все еще верил в него. В таком случае, все, что здесь происходило, могло быть только делом рук Эшли.

При этих словах убийственная аура Лютера поднялась вверх.

«Я не стану поспешно соглашаться на развод, не разобравшись в ситуации».

Сюэ Лин также знал, что в соответствии с его характером, он не позволит ничего, что не входит в его планы, поэтому он не стал много говорить. В любом случае, он хотел, чтобы люди знали, что Его Высочество Принц вернулся и привел с собой омегу, которого он уже пометил. Теперь все узнали подлинное лицо Рассела, и это гарантировало, что он не сможет хорошо устроиться в столичной звезде.

Поэтому он поджал губы, бросил на Лютера глубокий взгляд, а затем повернулся, чтобы уйти.

Только тогда Лютер заметил, что за ним следуют несколько человек, которых он никогда раньше не видел. Они не были похожи на представителей семьи Рейн, и еще менее вероятно, что это были люди из королевской семьи.

Вокруг них раздавался гул людей, обсуждавших противоречивые новости. Лютер проводил Рассела и быстро покинул аэропорт. Все эти сцены транслировались в прямом эфире по Звездной Сети, и еще до того, как Сюэ Лин вернулся в императорский дворец, тема внебрачной связи Его Высочества Принца уже попала в заголовки новостей.

Сеть была полна критики людей, а репутация Лютера упала до невероятно низкого уровня.

В конце концов, он был человеком, который исчез более чем на два месяца. По сравнению с Сюэ Лином, который в этот период завоевывал доброжелательность, подавляющее большинство людей было бы на стороне Сюэ Лина.

Если послушать Его Королевское Высочество принцессу, то получалось, что принц покинул его в брачную ночь. Принцесса была еще несовершеннолетней, и, очевидно, между ними ничего не было. Но теперь Его Высочество пометил другого омегу, который появился ниоткуда. Это считалось изменой.

Принцесса не зря хотела развода!

Все больше не обращались к принцу как к Его Высочеству принцу. Как только его упоминали, его называли «этим мерзавцем».

Сюэ Лин пролистал комментарии и почувствовал всевозможное веселье, читая их. Тем временем Августин нахмурился: «Он не хочет разводиться?»

Сюэ Лин махнул рукой: «Сейчас уже не важно, хочет он или нет. Развод уже подтвержден, и он больше не сможет оставаться принцем. Тебе нужно готовиться. Скоро ты официально предстанешь перед всей вселенной».

«О?» Августин прищурился и спросил, «В качестве кого же?»

Сюэ Лин посмотрел на него и презрительно сказал: «Что за личность тебе нужна?»

Августин негромко рассмеялся: «Ну, личность нынешнего парня принцессы».

Сюэ Лин пнул его и сказал: «Уходи. Если ты не император, даже не думай, что я соглашусь выйти за тебя замуж».

Хотя идея выйти замуж была несколько шокирующей, но если это будет с этим человеком, то Сюэ Лин неожиданно обнаружил, что он не возражает.

Августин выглядел немного странно. Он взял Сюэ Лина за руку и тихо спросил: «Ты бы не вышел за меня замуж, если бы я не был императором?»

Сюэ Лин увидел его выражение лица, гордо поднял подбородок и шутливо сказал: «Ты должен знать, я тот, кто был рожден, чтобы стать императрицей».

Когда Августин встретился с ним взглядом, недовольство, которое только что возникло в его сердце, было внезапно подавлено. Даже если он был с ним только потому, что хотел стать императрицей, что с того? Этот человек уже был его, не говоря о его сердце.

Человек, которого он хотел, должен был быть его, телом и душой, изнутри и снаружи. Весь он должен быть его.

Он рассмеялся немного безрассудно.

«Тогда это прекрасно, ибо я родился Императором».

Сюэ Лин снова ударил его ногой, намереваясь обличить его бесстыдство. После этого, когда он подумал об этом, ему показалось, что в этом мире все настроены несколько по-ребячески...

Не следовало, чтобы болезнь человека средней школы стала слишком серьезной, до такой степени, что вскоре превратилась бы в рак.

После случившегося Его Высочество принц не стал сразу же отправляться во дворец по возвращении на столичную звезду. Сначала он устроил резиденцию для Рассела, затем приставил к нему охрану, обнял его и дал несколько советов, после чего начал готовиться к въезду во дворец.

К этому времени уже стемнело. Ужин, который должен был состояться в честь возвращения Его Высочества Принца, был отменен из-за происков принцессы.

Сюэ Лин задержался в своей комнате и отвечал на многочисленные телефонные звонки. Уоррен, его родители и даже бабушка с дедушкой по очереди давали ему советы, и только после того, как он бесчисленное количество раз подчеркнул, что принц ему не нравится, ему наконец-то разрешили остаться во дворце, а не приказали вернуться в семью Рейн.

Императорский дворец был уже совсем не похож на тот, который оставил принц. Все важные должности были заняты людьми Августина. Именно они построили дворец, и все функции, которые раньше не были открыты, теперь были активированы. Мало того, что уровень защиты повысился, так еще и многие тайные ходы теперь были задействованы.

Не успел Сюэ Лин закончить купание, как кто-то доложил, что Его Высочество принц вернулся.

Он повязал халат и сузил глаза. «Что ему нужно...»

«Приказать ему уйти?»

Все слуги Сюэ Лина были заменены его людьми и людьми Августины, поэтому было вполне реально сделать так, как он сказал, и выпроводить Его Высочество принца из дома. В конце концов, дворец теперь был их территорией.

«Нет необходимости».

Сюэ Лину было интересно, почему этот человек пришел во дворец так поздно ночью. С его способностями восприятия он не мог не узнать, что дворец больше не находится под его контролем.

«Пусть подождет. Я переоденусь и пойду к нему».

Войти в место, которое не было под его контролем - это что, Лютер был слишком уверен в себе, или его IQ последовал за потерей памяти и исчез на ветру?

Или он даже не понимал, кто его враг?

Сюэ Лин решил, что его последняя догадка была правильной. Он медленно переоделся в обычную одежду, а затем отправился к Лютеру. К счастью, из-за того, что Лютер вернулся сегодня, Августин был отправлен им в свой подземный дворец, чтобы переночевать. Иначе он не знал, какой шум поднялся бы.

Лютер сидел во внешнем зале с черным выражением лица и думал о том, что амбиции Эшли разрослись до небес. Это явно был его дворец, но Эшли заставлял его ждать здесь. Ха-ха. Он все еще играл роль принцессы в это время, он действительно перегибал палку.

Сюэ Лин не заставил его долго ждать и вскоре вышел.

Увидев, что Его Королевское Высочество одет в обычную государственную одежду, Эшли поднял брови и рассмеялся.

«Ваше Высочество приехали поздно ночью, чтобы заставить меня съехать из вашего дворца?»

Лютер холодно огляделся, но оказался лицом к лицу с молодым человеком, который был ослепителен, как бог.

Днем, когда он был одет в военную форму, Лютер был полон бдительности по отношению к нему. Теперь же он переоделся в самую обычную повседневную одежду, очень простую и удобную. Его лицо слегка покраснело от недавнего купания, а когда он смеялся, в его смехе чувствовалось какое-то неповторимое очарование.

Возможно, из-за того, что он так долго ненавидел его, Лютер забыл, что эта его принцесса была самым прекрасным человеком во вселенной.

И скоро наступит его эструс.

Такой человек должен был принадлежать ему.

Но, он не хотел его.

То, чего он не хотел, также нельзя было отдавать другим.

Глядя на стоящего перед ним человека, в голове Лютера зазвучал безумный голос:

"Уничтожь его! Уничтожь человека, стоящего перед тобой!"

«Это мой дворец. Я могу вернуться, когда захочу» - равнодушно произнес Лютер.

Сюэ Лин не мог удержаться от смеха. Он с любопытством посмотрел на его высочество принца, который, казалось, контролировал все. Он спросил:

«Хотя я не знаю, откуда у Его Высочества Принца такая уверенность, спасибо, что рассмешил меня».

Лютер посмотрел на него, его взгляд был глубоким. «Эшли, ты не должен так вести себя при мне». Он говорил спокойно: «Я знаю, чего ты всегда хотел. Ты не сможешь согласиться на развод со мной, Эшли. Даже если ты сделаешь шаг назад, чтобы двигаться вперед, этот шаг будет ужасно неправильным».

«О?» Сюэ Лин не стал перебивать, а лишь ответил с некоторым весельем.

«С самого детства твоим единственным стремлением было стать королевой». Лютер усмехнулся. «Ты безумец. Тебя не волнует, кто я. Неважно, кто занимает место принца, ты выйдешь за него замуж, потому что хочешь быть принцессой, а потом королевой - это путь, которым ты решил пойти. Эшли, я знаю тебя. Ты бы никогда не отрезал себе путь к своей мечте».

Сюэ Лин странно посмотрел на Лютера и удивился, как его мозг может быть полон столь странных идей.

Но он также был прав, первоначальный владелец этого тела действительно обладал таким менталитетом. Иначе он не стал бы так паршиво играть и проигрывать даже с такими хорошими картами.

«Я не отрезал себе путь. Наоборот, развод с тобой - это знак, что мой план вот-вот сработает».

Сюэ Лин улыбался, он был спокоен и расслаблен. Это заставило Лютера, твердо уверенного в том, что он держит его в кулаке, почувствовать некоторое беспокойство, но он отогнал холодок, возникший ниоткуда, и с холодным выражением лица посмотрел на улыбающегося юношу.

«Среди всех звезд ты не сможешь найти второго человека, который бы лучше подходил на роль короля, чем я».

«И что? К чему ты клонишь?» Сюэ Лин был немного любопытен. «Ты не остался в своей резиденции, чтобы утешить своего омегу, который испугался, как только прибыл, и не удосужился проверить, осталась ли у тебя какая-то власть. Вместо этого ты пришел во дворец, чтобы сказать примерно следующее. Почему Ваше Высочество Принц так упорно не желает со мной разводиться?»

Выражение лица принца оставалось холодным, и он молчал.

Действительно, он не мог развестись с Эшли прямо сейчас. Хотя он чувствовал, что у него все под контролем, их развод не должен произойти сейчас. Если он и Эшли разведутся, семья Рейн станет предвзято относиться к нему и будет более насторожена к нему. Люди, которые и так изначально были не на его стороне, будут полностью настроены против него, и ему будет еще сложнее следовать своему плану.

Видя его напряженное лицо, Сюэ Лин громко рассмеялся. Его Высочество не лишил его способности говорить.

«Ваше Высочество!» Он смеялся так сильно, что согнулся, его щеки покраснели, и он был особенно привлекателен. «Вы всегда были таким наивным? Вы все еще думаете, что можете свободно иметь дело с семьей Рейн? Неужели вы еще не поняли, что происходит на самом деле?»

«Что ты имеешь в виду?!»

«Ты знаешь, что это за место?»

Сюэ Лин посмотрела на него с улыбкой: «Это императорский дворец».

Слово «императорский» было намеренно подчеркнуто, и Сюэ Лин произнес его четко.

«Ваше Высочество, я предлагаю вам пойти и почитать книги по истории. Возможно, тогда вы лучше поймете ситуацию».

Лютер нахмурился.

«Но раз уж вы уже пришли, то можете подписать бумаги о разводе, пока вы здесь».

В этом межзвездном мире брак был легким, но развод был чрезвычайно серьезным. Если материалы и доказательства, необходимые для развода, были переданы на главный сервер Star Net через нанокомпьютер, главный сервер автоматически определял, кто несет ответственность за развод, в соответствии с предоставленной информацией, а затем предоставлял соглашение о разводе для подписания обеими сторонами.

Сюэ Лин уже предоставил видеозаписи измены Лютера вместе с другими материалами и получил документы о разводе. Хозяином главного сервера был Августин, и это разводное письмо принесло ему большую пользу. Не случайно, даже если бы Лютер был единственным, кто предоставил материалы, он получил бы те же условия развода.

«Нет смысла упрямиться по этому поводу. Я тоже не хочу больше поддерживать с вами эти отношения. Серьезно, это тошнотворно».

Сюэ Лин нахмурился, и протянул ему письмо о разводе. Он положил руку на диван рядом с собой, и выражение его лица было немного странным.

Лютер внимательно прочитал письмо о разводе. Чем больше он читал, тем более уродливым становилось его выражение лица, и он был совсем не в порядке. Поскольку он был виновной стороной, ему пришлось передать большую часть своего имущества Эшли, и большая часть этого была его частной собственностью, о которой даже его помощники не имели четкого представления. Но каким-то образом все они теперь числились здесь, на главном сервере Звездной Сети.

Лютер стиснул зубы и злобно посмотрел на Сюэ Лина, словно желая разорвать его на части, но вскоре на его лице появилось странное выражение.

В воздухе появился легкий аромат, очень похожий на аромат какого-то цветка. Он пах очень приятно и заставлял людей менять выражение лица, как будто они находились в трансе.

Лютер, испытав это однажды, понял, что это такое.

Это был феромон омеги. Запах Рассела был похож на запах лотоса, который он больше всего любил, и всегда мог вызвать у него эмоции и желание овладеть им. Что касается юноши перед ним, то в данный момент запах был похож на цветущую сливу. Этот холодный и свежий аромат в сочетании с румянцем на его лице притягивал к себе.

Лютер с детства знал, что его невеста красива, как дым от костра, который невозможно поймать, высоко и далеко, как небожитель. Но ему никогда не нравилось лицо Эшли, потому что оно всегда вызывало у него ощущение, что на него смотрят презрительно.

Даже если это был его будущий омега, Лютер не мог заставить себя полюбить его. Но сейчас, столкнувшись с этим человеком, он почувствовал, что сгорает.

Согласно правилам, альфа мог пометить только одного омегу, но это было лишь правило, и оно не означало, что альфа не мог физически пометить второго омегу. Лютеру пришла в голову идея.

Если он пометит его сейчас, то Эшли никогда не сможет развестись с ним.

После того, как альфа и омега были помечены, их было очень трудно разлучить, если только не удалить метки насильно, но это было очень вредно для обеих сторон и, скорее всего, уничтожило бы их обоих.

Если бы он пометил Эшли, тот больше не смог бы стоять у него на пути.

Он больше не сможет смотреть на него таким взглядом.

И он больше не сможет стоять на высоте и смотреть на всех с презрением.

Такие мысли постоянно крутились в голове Лютера, а его глаза становились все краснее и краснее. Когда он, наконец, встретился взглядом с Сюэ Лином, ему показалось, что он смотрит на добычу, которая уже принадлежала ему.

Ни один альфа не мог избежать влияния феромонов омеги, когда они находились в эструсе. Даже если они обладали сильной волей и могли контролировать свои действия, им было совершенно невозможно контролировать свои физиологические импульсы. Сюэ Лин чувствовал, что перед глазами все больше и больше расплывается, а воздух наполняется незнакомым ароматом.

Его тело становилось все горячее и горячее, по нему прокатывались теплые волны, так что он едва мог стоять на ногах. Он мог лишь опираться обеими руками, чтобы не упасть на пол перед Лютером.

Но, хотя он и знал, какова обстановка в этом мире, он не имел реального представления о том, какая именно сцена произойдет, когда омега войдет в раж. Это была очень опасная картина; если бы она происходила на главной улице, это определенно вызвало бы замешательство. Если бы это было на поле боя, то битва, скорее всего, была бы проиграна.

Если бы омеге, который был в течке, не помогли, то его, скорее всего, изнасиловали бы до смерти.

Даже если бы межзвездный мир стал более развитым, он все равно был бы беспомощен против такого взрыва соблазняющих феромонов. Поэтому Сюэ Лин мог поддерживать себя в сознании только усилием воли. Физические силы уже покинули его под натиском волны за волной чувств, и он не мог отделаться от желания растечься в лужу в объятиях этого человека и предаваться утехам несколько дней и ночей.

Сюэ Лин догадывался, почему император так лип к нему в этот период времени. Если бы он знал, что его эструс наступит раньше срока, ничто не смогло бы убедить его прогнать этого человека сегодня ночью.

Лютер вышел вперед, его глаза светились красным, когда он протянул руку, чтобы коснуться Сюэ Лина.

«Эшли, твой эструс пришел».

Его голос был настолько низким и глубоким, что Сюэ Лин почувствовал, что дрожит, и, используя всю силу, которую он мог собрать, сумел удержаться на ногах. Нахмурившись, он даже смог сделать один шаг назад.

Именно этот шаг привел к прямому краху рассудка Лютера.

Причина, по которой ему не нравился этот человек, заключался не только в том, что он был высокопоставленным и отстраненным, но и в том, что он никогда не смотрел ему в глаза. Даже когда они поженились, не было ни малейшего признака того, что он был тронут. Ему нужен был омега, который бы зависел от него, а не тот, кто был бы как украшение, способное оставаться идеальной принцессой перед кем угодно.

Эшли никогда не поймет его сердце, да и не захочет учиться понимать его сердце.

Путь, который он выбрал, был безэмоционален, и все были равны перед ним. Даже если он был принцем Империи и его женихом, в глазах Эшли он ничем не отличался от тех, кто постоянно окружал и преследовал его.

Лютер протянул руку и схватил его за плечо, и уже собирался притянуть его к себе, когда сзади на него обрушилась какая-то сила. Кто-то ударил его ногой в спину, и принц, не оказавший никакого сопротивления, рухнул прямо на пол.

Действия новоприбывшего были прямыми и острыми. В следующую секунду он наступил на руку, протянутую к Сюэ Лину, а удар ногой, направленный в нижнюю часть тела, сделал его инвалидом.

Лютер скорчился от боли, и его жалобный крик разнесся по залу, мгновенно оживив безмолвный дворец.

Все были в панике, а поскольку император излучал свою давящую ауру по всему дворцу, все, независимо от того, знали они ситуацию или нет, могли только молча зажигать свечи за того, кто спровоцировал его гнев.

Следует знать, что это был первый раз, когда Император вышел из себя с момента своего пробуждения.

Когда император гневался, страдали, конечно же, невинные люди. Многие во дворце даже не осмеливались дышать слишком громко, боясь, что император внезапно выведет всех и убьет их.

На самом деле у императора совсем не было времени обращать внимание на эти вещи. После того, как он одним ударом искалечил определенную часть анатомии Лютера, он прямо наступил на его тело, подошел к Сюэ Лину и протянул руку, чтобы поднять его.

Сюэ Лин сначала сопротивлялся, но когда он пришел в себя и посмотрел на лицо человека, стоящего перед ним, он, наконец, вздохнул с облегчением и доверчиво схватился за его одежду, чтобы уткнуться лицом в его грудь.

Такое движение было очень милым и приятным, и в этот момент оно показалось Августину необычайно завораживающим.

Он больше не обращал внимания на Лютера, который лежал на полу. Он взял Сюэ Лина на руки, прошел прямо в комнаты принцессы и закрыл дверь. Людям, поспешившим вслед за императором и безучастно наблюдавшим за тем, как он совершает эту серию действий, оставалось только взять себя в руки и начать разбираться с довольно ужасной ситуацией.

Императрица вошла в эструс раньше ожидаемого срока, и этот человек по имени Лютер почти пометил ее.

Поступок императора можно было считать мягким, учитывая, что он не забил его до смерти на месте. Если бы это были слуги, то, скорее всего, он бы сразу забил до смерти любого, кто посмел бы тронуть его императрицу.

Но раз Августин не убил его, значит, он все еще был полезен. Сначала они должны были оттащить его в подземный дворец, чтобы не пачкать пол в комнатах императрицы.

Лютер был уже полумертв от боли, но все еще ясно видел сцену, как тот человек унес Эшли в их комнату. Высокий и статный мужчина держал на руках свернувшуюся, кажущуюся маленькой, омегу, и эти двое были так близки, что между ними практически не было промежутка, когда они уходили.

Эта сцена чрезвычайно разозлила Лютера, он почти потерял контроль над своими эмоциями, но его тело только что было растоптано этим человеком до такой степени, что стало бесполезным, и у него не было никакой возможности встать и последовать за ними в комнату.

«Шлюха!»

Он стиснул зубы, выражение его лица стало свирепым, когда он выплюнул это слово. И тут он почувствовал на себе любопытный взгляд, когда человек, ответственный за его выдворение, присел на корточки, чтобы посмотреть на принца.

Это был молодой человек с детским лицом. Он глубоко улыбнулся и спросил: «Что ты только что сказал?»

Лютер бесстрашно повторил:

«Шлюха!»

Очевидно, Эшли развлекался с этим человеком, но сказала, что это он изменяет. Какая нелепость! Если бы не ранняя горячка Рассела, первым, кто изменил бы, была бы эта шлюха!

Он не сделал ничего плохого! Он был всего лишь на шаг позади!

Он думал, что в нем есть что-то ужасное, но оказалось, что это его принцесса перебежала к другому мужчине.

Ха-ха, шлюха!

«Ах-ха. Такой рот, похоже, не из императорской семьи».

Молодой человек ударил его по лицу с такой силой, что его лицо распухло.

«Ты должен помнить, что если ты будешь говорить такие слова о нашей императрице, твоя судьба станет еще хуже, чем сейчас, понял?»

Лютер был введен в оцепенение и совершенно ошеломленный стоял на месте. Он все еще не пришел в себя даже после того, как его вытащили из дворца.

Императрица?

Почему «императрица»?

Разве не «королева»?

Запах феромонов наполнил комнату. Сюэ Лин крепко ухватился за руку Августина, повис на его теле, потерся о его грудь и спросил: «Как ты так быстро сюда добрался?»

Августин не ответил. Вместо этого он стянул его со своего тела и положил на кровать, после чего расстегнул свою одежду и бросил ее в сторону.

Хотя Сюэ Лин обладал исключительным для омеги телосложением, он не был особенно крепким. Напротив, поскольку он еще не достиг зрелости, все его телосложение казалось довольно миниатюрным. В обычные дни он всегда выпячивал грудь, ходил решительно и держал голову высоко, отчего казался намного больше в жизни, но сейчас, когда он оказался под Августином, он понял, что это тело действительно... довольно маленькое.

С телом Бай Юэ в прошлой жизни все было не так плохо, но Сюэ Лин чувствовал, что у него нет надежды восстановиться после этого.

На Сюэ Лине была обычная домашняя одежда, но она была более «королевской», что означало, что она была сделана из специальных материалов, подходящих только для королевских особ. Она была скользкой и гладкой, очень легко надевался и очень легко снимался.

Из-за жары его тело стало необычайно чувствительным, и Сюэ Лину очень захотелось обнять человека, склонившегося над ним, и забраться на него, но, к счастью, он все еще сохранял немного здравого смысла. Иначе, даже если бы состояние его тела было еще лучше, чем сейчас, он не смог бы противостоять средствам Августина.

«Веди себя хорошо, у тебя эструс» - Августин поцеловал кончик его носа и утешил его.

«Просто следуй своим мыслям и делай то, что хочешь. Не сопротивляйся».

Сюэ Лин схватил руку, которая раздевала его, и спросил: «Почему твое выражение лица все еще такое спокойное?»

Только что он ясно видел, что глаза Лютера покраснели, но мужчина перед ним был ужасно спокоен, до такой степени, что казалось, что он вошел в измененное состояние.

Августин опустил голову, чтобы посмотреть на него.

Юноша лежал под ним в полураздетом виде, пара прекрасных лисьих глаз была устремлена на него взглядом, полным очарования, словно самый прекрасный из омег. Одного взгляда было достаточно, чтобы полностью разрушить его рассудок.

Его щеки раскраснелись, а слезная родинка в уголке глаза добавили яркий акцент на это великолепное лицо.

В обычные дни оно всегда казалось благородным лицом бога, но в этот момент оно завораживало, словно лицо демона.

Августин медленно сопоставил лицо юноши под ним с лицом мальчика из его семисотлетнего сна, и тут перед его глазами возник образ, совершенно не похожий на эти два лица. У него по-прежнему была пара лисьих глаз и родинка-слеза, и он был все так же красив, но в нем больше не было того чувства неуверенности и неправильности, которое заставляло Августина чувствовать себя растерянным.

Это лицо вместе с этой парой глаз было его настоящим обликом.

Августин, казалось, что-то решил, и опустил голову, чтобы поцеловать его в губы. Он рассмеялся:

«Насколько сумасшедшим ты хочешь меня видеть? А?»

С тихим «хм», Сюэ Лин зажмурился. Обхватив обеими руками его шею, он с некоторым усилием приподнялся и медленно потерся губами о лицо Августина, выдыхая обжигающий воздух:

«Ты так равнодушен, потому что я совсем не привлекаю тебя, или потому что ты не можешь этого сделать? А?»

Глаза Августина полностью потемнели. Казалось, в этом глубоком океане тьмы назревает дикая буря, когда его руки нежно поглаживали спину Сюэ Лина, и он прижимал к нему свою неловко твердую нижнюю часть тела.

«Малыш, скоро ты точно узнаешь, смогу я это сделать или нет».

Изначально это была комната для брачной ночи принца и принцессы, но сейчас Августина это не слишком волновало. Он снял с себя верхнюю одежду, затем склонил голову, чтобы поцеловать юношу, который отчаянно пытался прижаться к нему.

Этот человек, казалось, был рожден для него; каждое его действие, каждое слово могли привести его в восторг настолько, что он терял самого себя. В это время он лежал под ним, и феромоны его тела наполняли комнату, заставляя тело Августина пылать жаром.

Раньше он насмехался над альфами и омегами, считая себя невосприимчивым к влиянию феромонов и потому становящихся рабами бесконтрольного спаривания, но теперь он был готов винить человека под ним только в том, что тот слишком привлекателен. Даже без этого чудесно пахнущего феромона, он все равно мог свести Августина с ума по нему.

Точнее, пока он этого хотел, он мог свести с ума любого.

Они ведь занимались подобными вещами в прошлой жизни, так что Сюэ Лин ничуть не стеснялся. Из-за того, что он был в горячке, ощущение пустоты в теле мучило его до безумия, и он мог только прижиматься всем телом к Августину, его стройные белые ноги плотно обхватывали талию мужчины, а обеими руками он обнимал его за шею, чтобы дотянуться до него и поцеловать.

Кончик его языка лизнул слегка влажные губы, прошелся по приоткрытым зубам, а затем, словно король, осматривающий свою территорию, пронесся по всему рту, чтобы, в конце концов, сцепиться с другим языком, преследуя его и не желая отпускать.

Поцелуй Августина был настолько яростным, что казалось, будто он хочет полностью проглотить Сюэ Лина. Гнев, который он испытывал, когда столкнулся с Лютером снаружи, теперь выплеснулся в другом месте.

Он сорвал с Сюэ Лина верхнюю одежду, стянул рукава до запястий Сюэ Лина и связал ими руки юноши.

Сюэ Лин облизнул губы, чувствуя, что еще недостаточно наигрался. «Хочешь поиграть в раба и господина?»

Августин поцеловал его в ухо и сказал: «Веди себя хорошо, и я не причиню тебе вреда».

Этот инстинкт принадлежал альфам и омегам, и в нем была какая-то естественная и прекрасная правда, настолько прекрасная, что люди могли пристраститься к ней.

Дверь в комнаты принцессы оставался закрытой в течение пяти дней, и все, кто мог думать своей головой, прекрасно знали, что там происходит, но никто не осмеливался поднимать этот вопрос, а только делали то, что должны были делать каждый день, чтобы обеспечить бесперебойную работу столичной звезды.

Количество дней, которые они проводили за дверями, «строя отношения», равнялось количеству дней, в течение которых Его Высочество Принц оставался голодным. Его некогда красивое лицо похудело от заключения, а поскольку он не мог позаботиться о себе, его вид стал исхудалым и изможденным.

Раны на его теле по разным причинам не обрабатывались, и Лютеру казалось, что все, что он имел, было безжалостно раздавлено этим человеком. Он сидел в трансе посреди своей камеры, до такой степени, что даже не знал, какой сегодня день, его сознание было заполнено взглядом этого человека, который смотрел на него с Эшли, свернувшимся калачиком в его объятиях.

Лютер родился в центре внимания, потому что был единственным наследником королевской семьи, а поскольку король получил тяжелые ранения в битве с зергами, мальчика провозгласили будущим лидером Империи.

С самого рождения ему было суждено стать славой Империи.

Но когда ему исполнилось три года, все изменилось.

Появился Эшли.

Сначала он не понравился Лютеру, потому что в день, когда родился Эшли, он поступил в королевскую академию, чтобы учиться и получить посвящение. Но всех привлекло рождение Эшли, а его отец-король даже не принял участия в его зачислении. Это заставило Лютера, который с рождения привык быть в центре внимания, впервые почувствовать недовольство и ревность.

Затем ему сообщили, что у него есть невеста, и это был новорожденный ребенок.

Ощущение, что его будущее решили за него, было ужасным. По мере того как он взрослел, и по мере того как взрослел Эшли, он все больше и больше убеждался в одной истине.

Эшли был рожден не для того, чтобы сочетаться с ним, а для того, чтобы превзойти его. Хотя он был омегой, его теоретические и другие знания были лучше, чем у него. Лютер явно был сильным альфой, но больше всего его Отец-Король хвалил Эшли, омегу.

Постепенно Лютер стал испытывать отвращение ко всей семье Рейн. Как только он начал использовать тонированные очки, чтобы смотреть на людей, все стало казаться другим. Он начал чувствовать, что семья Рейн слишком много контролирует, и что королевская семья не должна позволять им продолжать расти. После того, как он заметил семью Рейн, он стал смотреть с предубеждением на большее количество людей, и по мере того, как расширялось его видение, его амбиции также начали расширяться.

Он хотел централизовать власть и держать все в своих руках, как император семьсот лет назад.

В результате Эшли стал другим в его глазах. Он был самым легким путем к уничтожению семьи Рейн. Пока Эшли был в его руках, семья Рейн могла пообещать все, что угодно.

Поэтому, хотя Эшли был ему крайне неприятен, он все же был готов заключить с ним помолвку и сыграть свадьбу.

Затем, в ночь свадьбы, он сразу же покинул столичную звезду, даже не ступив в их брачные покои.

Он сделал это для того, чтобы унизить Эшли.

Для омеги было большим оскорблением, если муж даже не зашел в его комнату в ночь свадьбы. Лютер почувствовал прилив бодрости, когда подумал об этом сейчас.

Но радость от унижения других была быстро уничтожена его осознанием того, что, каким бы ни был Эшли, он все еще оставался его номинальным супругом. Они еще не развелись; как могла эта шлюха лечь в постель с другим мужчиной в его собственной комнате, в его собственном доме?

Стоявший на страже охранник посмотрел, как глаза Лютера снова стали красными, усмехнулся, принес таз с водой и опрокинул его.

«Ваше высочество принц, очнитесь. Не сходите здесь с ума, иначе, если мы случайно дадим вам умереть, а императрица будет недовольна, Его Величество убьет нас».

Когда он услышал слово «императрица», обе руки Лютера сжались в кулаки.

Неужели этот человек думал, что кто-то может называться императором в этом мире? Кем он себя возомнил, утверждая, что является императрицей?

Он начал смеяться про себя. Смех был немного грубым, что заставило охранников нахмуриться и назвать его сумасшедшим.

Когда Сюэ Лин проснулся, было утро шестого дня. Очевидно, он должен был чувствовать себя так, словно его только что переехала машина, но, как ни странно, ни одна его часть не испытывала дискомфорта, и он лишь немного устал как умственно, так и физически.

Если подумать, это был мир, созданный для написания разврата. В таком случае неудивительно, что он остался жив после того, как его поедали пять дней и пять ночей...

Он поднял руку и потер поясницу, затем опустил голову, чтобы посмотреть на следы, оставшиеся на его теле. Сюэ Лин тихо выругался, подумав в душе, что убьет систему, если она снова найдет для него такой мир.

Система, которая решила прятаться, пока он встречается с этим человеком, и играть в немого:

«...»

Хозяин, ты становишься все более и более свирепым! Не слишком ли несправедливо убивать меня по такой причине?

Как только он натянул одежду, нанокомпьютер Сюэ Лина вспыхнул. Сюэ Лин посмотрел на свой коммуникатор, лениво принял соединение, и на экране появилось виртуальное изображение. У красавицы, изображенной на экране, были удивленные глаза, похоже, она была несколько шокирована тем, что он вышел на связь.

«Что, почему ты смотришь на меня таким взглядом?» Сюэ Лин потянул на себя подушку, лежавшую рядом, чтобы опереться на нее, и лениво спросил.

«Эм... Я пытаюсь связаться с тобой уже пять дней, но твой нанокомпьютер всегда отвечал:

«В разгаре эструса, перезвоните позже».

Выражение лица Анталии было странным, когда она говорила.

«Что случилось? Я помню, что до твоей жары еще было много времени. А этот жуликоватый ублюдок Лютер нашел себе маленькую любовницу; так кого ты нашел, чтобы пережить эструс?»

Лицо Сюэ Лина стало красным, затем черным, затем белым, и он сумел выдавить из себя улыбку, насильно подавляя желание уничтожить свой нанокомпьютер.

«Не волнуйся, это не Лютер».

Анталия сказал с некоторым сожалением: «Я больше не в Империи, иначе я была бы первой, кто подписался на такую хорошую вещь».

Сюэ Лин: «...»

Тише, ты. Будь осторожна, чтобы тот человек, который любит следить за ним через нанокомпьютер, не пошел по твоему следу и не выследил тебя, чтобы разбить твое гнездо и убить тебя.

«Давайте больше не будем это обсуждать. У меня есть результаты расследования по человеку, которого ты просил меня разыскать некоторое время назад».

Анталия посмотрела вниз и отправила серию отчетов Сюэ Лину, добавив:

«Ты действительно удивительный. Если бы ты не сказал, я бы ни за что не усомнилась в существовании сироты с таким прошлым. Я чувствую, что мое мировоззрение изменилось благодаря этому расследованию. Хорошо, что я уже покинула Империю, иначе я бы чувствовала себя униженной от ее имени».

Сюэ Лин проигнорировал ее разрозненные мысли и, склонив голову, просмотрел отчеты. Он обнаружил, что они были очень подробными, и поблагодарил Анталию. Он также воспользовался случаем, чтобы предупредить:

«Учитывая нашу дружбу и твою помощь, я сделаю тебе небольшое предупреждение».

Он улыбнулся и прищурился: «Империя скоро изменится и больше не будет прежней Империей. Ты можешь либо привести своих людей, чтобы сдаться, либо привести в порядок свое гнездо и ждать, пока армия Империи проложит себе дорогу».

Анталия нахмурилась и задумалась, почему он говорит такие вещи.

Сюэ Лин тоже не счел нужным ее просвещать. Он пожал плечами и сказал: «Скоро ты все поймешь».

Анталия все еще была в некотором замешательстве, когда закрыла коммуникатор, но зная Эшли, она чувствовала, что ей лучше сделать некоторые приготовления, чтобы не быть застигнутой врасплох.

Сюэ Лин выключил коммуникатор и с усмешкой посмотрел на свой нанокомпьютер.

Маленькая лиса, прятавшаяся в нанокомпьютере, почувствовала, как весь ее мех поднялся и встал дыбом.

Смех хозяина был очень ужасным.

Как раз в тот момент, когда Сюэ Лин собирался расчленить систему, дверь открылась, и появился Августин, который был в прекрасном расположении духа. Глядя на его оживленный вид, губы Сюэ Лина дрогнули.

Подсознательно он потянулся рукой назад, чтобы потрогать железы на шее. Они были связаны друг с другом в течение пяти дней, полностью поглощенные своим желанием. К тому времени, когда они вспомнили, что для метки нужно прикусить железу, шел уже пятый день. Сюэ Лину казалось, что он будет помнить эти ощущения даже тогда, когда отправится в мир иной.

В конце концов, это было слишком возбуждающе. Ощущение настолько всепоглощающее, что в тот момент, казалось, его разум отключился вовсе.

Сюэ Лин выровнялся и махнул рукой: «Ты пришел как раз вовремя. Кое-кто только что передал мне информацию. Мы можем взглянуть на нее вместе».

Августин принес с собой еду. Он был в порядке даже после пяти дней активности, но он знал, что Сюэ Лин определенно не сможет этого вынести, поэтому он приказал людям приготовить питательные блюда после того, как проснулся, и только сейчас ушел, чтобы все принести.

Сюэ Лин проигнорировал эти вещи, открыл информацию Анталии и был глубоко потрясен историей, скрытой в этом сюжете.

Если все это было вызвано способностью мира автоматически корректировать и заполнять сюжетные линии, то он мог только похвалить его за разумность и неопровержимость.

Нелегко было расследовать судьбу сироты, тем более такого, у которого была четкая история с детства и до совершеннолетия, и который казался чрезвычайно старательным, храбрым и патриотичным. Поэтому Анталия прекратила расследование дела Рассела и начала расследовать дела людей, окружавших его, и нашла кое-какие зацепки.

Жизнь Рассела протекала слишком гладко.

Когда он был молод, он встретил доброго пенсионера на фабрике меха, который помогал ему учиться и давал советы. Когда ему стало не по карману платить за обучение, он неожиданно обнаружил в тайнике ценную вещь и успешно раздобыл деньги. Если посмотреть на его жизнь за последнее десятилетие, то можно заметить, что всякий раз, когда он встречал препятствие, которое не мог решить сам, он, в конце концов, преодолевал его благодаря своей удаче.

Сюэ Лин считал, что это и есть ореол главного героя, но Анталия этого не знала. Она считала, что такой человек слишком странный и поэтому подозрительный. Было бы трудно найти одного-двух таких людей среди омег, тем более в трущобах.

К счастью, если приложить усилия, то можно отыскать даже самый незаметный след. В сочетании с различными сообщениями с поля боя, где родился Рассел, Анталия пришла к фантастическому выводу.

Рассел был единственным оставшимся сыном Артура Грина, влиятельного человека и могущественного генерала той же эпохи, что и нынешний король. Поскольку его жена и ребенок погибли на войне более десяти лет назад, он не стремился к славе и богатству и не интересовался ни Альянсом, ни Империей.

Да, Рассел и был тем самым ребенком, который якобы погиб на поле боя.

В течение многих лет гражданские распри в Альянсе были очень серьезными. Могущественные генералы плели заговоры и сговаривались друг против друга, использовались всевозможные уловки. Если бы ребенок рос в Альянсе, его либо выдали бы замуж, либо он не дожил бы до своего нынешнего возраста. Артур уже потерял любовь всей своей жизни, и он не мог смириться с тем, что его ребенок, нежный малыш, которого должны были холить и баловать в детстве, будет уничтожен в Альянсе.

Поэтому он скрепя свое сердце, придумал хитрость, обманув всех и в Альянсе, и в Империи.

Он зарегистрировал этого ребенка, родившегося омегой, как бета-младенца, и отправил его в сиротский приют в Империи, как сироту с поля боя, чтобы ему обеспечили наилучший уход до того, как он станет достаточно взрослым, чтобы позаботиться о себе самостоятельно.

С тех пор он постоянно расставлял вокруг Рассела разных людей, чтобы воспитать в нем положительную личность и направить его по тому пути, по которому он хотел, чтобы он шел.

Но был один шаг, на котором генерал Артур оступился. Он не ожидал, что принц Империи попадет на планету, где жил Рассел, в результате нападения зергов, и не ожидал, что Рассел, которого он с детства обучал сильному чувству справедливости, подберет его и в конечном итоге приведет к тому, что они оба начнут испытывать друг к другу чувства.

Изначально он планировал, что Рассел будет учиться в Империи, а когда он вырастет настолько, что никто не сможет сдвинуть его с места, генерал признает его и вернет в Альянс.

Ради этого он даже отправил в Империю своего самого доверенного альфу с приказом преследовать его после поступления Рассела в школу и пометить его, когда наступит жара.

Но в итоге судьба оставила его в дураках. Сюэ Лин просмотрел информацию и представил себе сердитый вид генерала Артура. Он не мог удержаться от громкого смеха.

«Так счастлив?»

Августин протянул руку и погладил его голову. С человеком, который удовлетворил свой аппетит, было особенно легко иметь дело. Его взгляд был ласковым, и даже если бы Сюэ Лин сказал, что хочет полететь в небо, мужчина не стал бы колебаться, прежде чем поднять его.

«Пока они несчастны, я буду счастлив».

Сюэ Лин встряхнул свой нанокомпьютер и вдруг вспомнил кое-что.

«Что случилось с Его Высочеством Принцем?»

«Он заключен в темницу».

Как только речь зашла об этом человеке, тон Августина стал убийственным.

Сюэ Лин рассмеялся и сказал: «Пока что он не может умереть. Давай пока подержим его взаперти. Мы покажем ему, как на самом деле выглядит процветание. Кстати, что случилось с его маленьким любовником?»

«На третий день его исчезновения он сам пришел к нам и тоже был заперт в подземелье».

Сюэ Лин хлопнул в ладоши. Поскольку два главных героя были так близки, то было бы неправильно не соединить их вместе.

Система хотела прокомментировать его злой юмор, но Августин стоял рядом с ним, и она решила промолчать и не высказываться.

Подземное пространство под дворцом в те времена было очень масштабным проектом, и дизайнеры, работавшие над ним, никогда не покидали дворец. В каком-то смысле они были заключены здесь в тюрьму, но они были одержимы этой идеей.

Именно после пробуждения Августина Сюэ Лин узнал, что в подземном дворце очень много секретов. Он попросил людей привести Рассела, а затем медленно направился к камере Лютера.

Чтобы не вызвать отвращения у императрицы, обеспокоенные стражники сначала устроили Лютеру полоскание, отчего Его Высочество принц снова почувствовал себя униженным и разгневанным. Однако его изначальная сила и мощь были каким-то образом заперты этими людьми, и он не мог ими воспользоваться. В противном случае он бы уже давно сражался с ними.

Как раз в тот момент, когда он начал предаваться злобным мыслям, дверь снова открылась, и Лютер поднял голову с темным, свирепым светом в глазах. Его взгляд упал на юношу с манящим лицом и глазами.

Как только Лютер увидел его, он понял, что тот завершил свой эструс. Он с усмешкой сказал:

«Ваше высочество принцесса достаточно повеселилась и наконец-то вспомнила обо мне. Должен ли я быть польщен?»

Сюэ Лин проговорил с некоторым удивлением:

«Мы уже развелись. Когда будешь обращаться ко мне, можешь добавлять «бывшая» перед словом принцесса, так же как и ты скоро станешь «бывшим» принцем».

После вступления в зрелость, лицо юноши, которое, казалось, не было тронуто земными делами, теперь носило отпечаток мирского очарования. Он только что закончил свой жар, и его запах все еще хранил следы феромонов, но Лютер мог сказать, что запах на нем не его собственный, а скорее принадлежит другому мужчине.

Вспомнив об этом, Лютер выругался: «Ха. Украл мой нанокомпьютер, чтобы подделать мое согласие на развод. Не знаю, поддержали бы тебя люди так, как сейчас, если бы знали истинное лицо своей принцессы».

«Почему бы и нет?» Сюэ Лин рассмеялся и ответил: «Сначала ты пометил другого омегу, а я нашел другого человека, который пометил меня после того, как я уже попросил у тебя развод. Разве в этом есть что-то плохое?»

«Ха, все в порядке».

Лютер сжал кулак. Такое чувство, когда что-то, что должно было принадлежать ему, было украдено, было действительно неприемлемо, и у него не было способа контролировать свое настроение, не опуская голову, чтобы посмотреть в сторону.

«Ты уже все просчитал, верно? Это смешно, что они называют тебя императрицей. Неужели ты думаешь, что в мире найдется второй человек, которого можно назвать императором?»

«Я не знаю, есть ли второй, но я знаю первого».

Сюэ Лин втащил внутрь человека, охранявшего дверь, и злорадно произнес,

«Разве Ваше Высочество принц не узнает это лицо?»

Он подошел к лицу Августина и слегка ущипнул его. Тот без выражения позволил ему делать все, что он хочет.

«Он прожил в подземном дворце столько лет, что мы должны поблагодарить королевскую семью за их заботу о том, чтобы его не украли другие».

Когда он упомянул об этом, Лютер резко поднял голову и посмотрел на мужчину. Раньше это был лишь беглый взгляд, и он совсем не видел лица этого человека из-за сильной боли. За эти дни раздумий ему все время казалось, что оно ему чем-то знакомо, но он не мог вспомнить, кто бы это мог быть...

На лице Лютера отразился шок. Это был, вероятно, первый раз, когда его эмоции были так открыты перед Сюэ Лином, и это заставило его удовлетворенно хлопнуть в ладоши.

«Теперь ты узнал его?»

«Как это может быть...» прошептал Лютер, - «Разве он уже не умер...».

«Даже если он умер, он всегда может вернуться к жизни». Сюэ Лин легкомысленно сказал: «На самом деле, он просто спал, и нет такого правила, что он не может спать семьсот лет, а потом встать и продолжать править».

Показав своего мужчину, Сюэ Лин приказал привести Рассела. Хотя последние несколько дней Рассел находился в заточении, он хорошо ел и пил, и не испытывал особых страданий. Слезы наполнили его глаза, когда он увидел худого и изможденного Лютера.

Он не любил плакать, но все, что происходило перед ним, наводило на него тоску. Когда несколько дней назад его возлюбленный уходил, он явно производил впечатление, но теперь перед этими двумя людьми он склонил голову, выражение его лица было уродливым, а его первоначальной элегантности не было видно.

Рассел глубоко расстроился, увидев Лютера в таком виде.

Лютер вздрогнул от прикосновения Рассела, и неловко обхватил Рассела руками, чтобы обнять его, его сердце наполнилось бесконечным горем. Вначале он думал, что сможет подарить Расселу счастье и удачу, восстановив свою память, но теперь казалось, что им лучше было бы остаться на той бедной планете.

По крайней мере, они могли бы жить в безопасности.

Пока эти двое мужчин были заняты сентиментальностью, Сюэ Лин посмотрел вниз и спросил систему:

«Я похож на большого злодея? Тот тип, который сначала мучает тело главного героя, а потом все еще настаивает на том, чтобы мучить его дух».

«Если только ты не сойдешь с ума и не выпустишь их, чтобы у них был шанс вернуться».

Система уже была совершенно уверена, что у заговора нет шансов на разворот:

«Тогда ты станешь самым успешным злодеем».

Сюэ Лин улыбнулся, достал информацию, которую он приказал людям распечатать для него ранее, и положил ее перед ними.

«Возможно, я вас побеспокою, но есть кое-что, о чем я, к сожалению, должен вам сообщить».

«А что еще вы хотите сделать?»

Лютера охватило чувство безысходности. Он был бессилен, и перед некогда непобедимым Императором галактики его маленькая толика власти была бесполезна. Кроме заточения здесь на следующую половину своей жизни, Лютер не чувствовал, что у него будет какой-то другой конец.

К счастью, другая сторона позволила ему увидеть Рассела.

«Эти вещи не имеют никакого отношения к Расселу. Все, что вам нужно, - это королевская семья. Теперь, когда я в ваших руках, вы должны отпустить его».

«Мы тоже не планируем ничего с ним делать».

Сюэ Лин присел на корточки перед ним и поднял информацию в руке.

«Но поскольку он не является гражданином Империи, ему не следует оставаться в Империи. Поэтому мы отправим молодого мастера Рассела обратно».

«Если бы генерал Артур знал, что он находится в наших руках, он был бы рад выплатить что-то, чтобы способствовать его беспрепятственному возвращению».

«Что вы имеете в виду?!»

«Именно то, что я сказал».

Выложив всю информацию двум людям внутри, Сюэ Лин больше не беспокоился о протагонисте Гуне и протагонисте Шоу. Они не представляли для него никакой угрозы.

Пока они были разлучены, их любовь и все остальное было бы неосуществимо. Принц остался без карьеры и возлюбленной, не говоря уже о том, что его нижняя половина уже была уничтожена, и он не мог иметь детей. Они уже больше не были частью игры.

Оставались только зерги.

Внезапно Сюэ Лин остановил свои шаги. Он обернулся и схватил мужчину за воротник, чтобы заставить его посмотреть на себя сверху вниз.

«Ты обещал мне раньше, что убьешь зергов?»

«Да. Я обещал тебе».

Сюэ Лин удовлетворенно изогнул губы и поцеловал его, радостно скомандовав: «Тогда иди, я согласен выйти за тебя замуж в тот день, когда ты убьешь их всех, и они исчезнут».

Августин протянул руку и притянул его за талию. Он опустил голову, чтобы прижаться лбом к его лбу, и спросил: «Значит, это не считается, что мы женаты?»

«Ну, мы можем считать это испытательным сроком».

Сюэ Лин провел кончиками пальцев по его губам, дразняще и чрезвычайно бесстрашно.

«Когда зерги будут уничтожены, ты сможешь сделать мне предложение перед всеми звездами, и тогда я соглашусь. Таким образом...»

Он еще немного затянул свои слова. «Вся звездная галактика будет знать, что я твой».

И все они будут знать, что ты мой.

Августин посмотрел на юношу в своих объятиях, который добровольно хотел выставить себя на всеобщее обозрение, тихонько засмеялся и опустил голову, чтобы поцеловать его в губы.

«Хорошо, я обещаю».

Хотя истребление зергов было простым делом, в действительности никто не смотрел на уровень сложности, который для этого потребуется.

Нынешняя Империя уже не была той процветающей империей семисотлетней давности. Августин потратил некоторое время, чтобы овладеть всей мощью Империи и вновь разнести свое имя по всем звездам, а еще нужно было, чтобы полетели некоторые головы.

Изначально в этом мире не было такого количества полов. Лишь когда семьсот лет назад появились зерги, и начали самовольно уничтожать людей, поставив человеческую расу под угрозу, группа ученых стала искать новый способ эволюции человека.

Они собрали в лабораториях большое количество маленьких детей, изолировали их от внешнего мира, и в результате бесчисленных смертей и повторяющихся экспериментов перед учеными и человеческой расой появился новый тип человека.

Сначала люди использовали их только как оружие, но вскоре они начали паниковать, потому что эти новые люди развивались слишком стремительно. Изначально их называли неполноценными продуктами, и в глазах исследователей в лаборатории они были несовершенными существами, потому что у них были свои мысли и идеи. В действительности их способность мыслить была даже лучше, чем у ученых, которые их изучали.

Именно эти якобы неполноценные продукты, в конце концов, опрокинули научно-исследовательские институты и убили свой путь из столичной звезды. С тех пор их имя распространилось по всей звездной галактике, и они основали Империю.

Августин был лидером этой группы неполноценных продуктов. Его генетика была мощной и непобедимой, а его силы были настолько велики, что никто в ту эпоху не мог с ним соперничать. Но, соответственно, он не мог иметь потомства.

Потому что ничьи гены не были совместимы с его генами; как только они сталкивались с ним, независимо от того, кто это был, все они поглощались его генами. Даже альфы не были исключением.

После того как Империя стала непобедимой, бесчисленные ученые ломали голову над проблемой отсутствия потомков у их Императора.

Но Императора, казалось, это не волновало. Однажды он даже проснулся и сказал своим людям, что у него есть любовница. Затем, когда все были взволнованы и готовы праздновать, император сказал, что собирается спать семьсот лет, потому что его возлюбленная появится в будущем через семьсот лет.

Услышав эту новость, главный ученый Академии наук в то время чуть не снял свой белый лабораторный халат и хотел уволиться на месте.

Но они ничего не могли поделать: он был их императором, и они должны были выполнить все его пожелания. Поэтому, хотя Августин не мог иметь потомства, они модифицировали генетический образец из лаборатории, где они были первоначально созданы. Из первого гена императора они сделали человека **, дали ему новую личность и посадили на трон.

По их расчетам, у этого ** человека будет достаточно генов для королевской семьи, чтобы продержаться семьсот лет до возвращения императора.

Именно поэтому королевская семья слабела с каждым последующим поколением, а боевая мощь короля падала, как только рождался следующий ребенок.

Семьсот лет назад блеск Империи нельзя было отделить от существования Августина. Будучи альфой первого поколения, он обладал магическими способностями. Пока они находились под его руководством, сила и телосложение альф и бет резко возрастали. Эпоха семьсот лет назад была названа Золотым веком из-за существования этого человека, а после того, как он уснул, альфы Империи больше не получали никакого влияния от его способностей, и началась слабость последующих поколений.

Выслушав причины и следствия этих вещей, когда Сюэ Лин снова посмотрел на своего мужчину, ему показалось, что он весь сияет, а на его лице написаны слова «гигантский плагин», вспыхивающие ярким холодом.

Теперь он также понял, почему его телосложение было улучшено...

Потому что он ходил к Августину, у него был жар в ту ночь, и его тело улучшилось...

Неужели способности этого человека должны были вызывать такую зависть?

Неудивительно, что он не мог иметь детей. Если бы такой человек мог иметь потомство, мир всегда оставался бы под его контролем.

Да, согласно результатам повторной экспертизы Академии наук, их императрица и их император имели беспрецедентное стопроцентное генетическое совпадение, но они оба! не могут! иметь! детей!

Услышав эту новость, Сюэ Лин на некоторое время растерялся, но когда мужчина попытался его утешить, его отпихнули. «Кто сказал, что я хочу подарить тебе ребенка!» Эти слова прозвучали по всему императорскому дворцу, и все, кто их услышал, опустили головы, замолчали и притворились глухими.

Мужчине всегда было безразлично, есть ли потомство или нет, а Сюэ Лин был особенно нетерпим к этому вопросу, поэтому он приостановил исследования Академии наук и полностью отказался от лечения.

Объяснение системы заключалось в том, что поскольку ни Сюэ Лин, ни его мужчина не были первородными персонажами из этого мира, невозможно было и подумать о том, чтобы завести детей. Хотя они будут жить в этом мире, пока не умрут естественной смертью, они все равно не смогут слишком сильно вмешиваться в этот мир.

Это объяснение также успокоило Сюэ Лина.

Даже если он выглядел более женственно, он все равно оставался мужчиной! Родить лисенка было совершенно невозможно!

Система: «...» Хозяин, казалось, принял как само собой разумеющееся, что он будет тем, кто родит...

Поскольку существовал гигантский плагин под названием Августин, Сюэ Лин очень естественно сложил все бремя со своих плеч и начал безумно поглощать и изучать все виды знаний из межзвездного мира, чтобы научиться некоторым вещам, которые могут пригодиться ему самому в будущих мирах.

К тому времени, когда он смог самостоятельно создать меха, Августин собрал армию и начал наступление на базу зергов.

Здесь начался самый величественный и вдохновляющий период в истории звездной галактики.

Это было начало триумфа и восхождения человеческой расы на вершину звездной галактики. Куда бы ни указывал меч Императора, зерги бежали.

Бесчисленные герои и истории возникали и распространялись над полем битвы, а бесчисленные легенды и чудеса блистали среди звезд.

Война продолжалась шесть лет. На шестой год Император и Императрица работали рука об руку, чтобы полностью уничтожить гнездо зергов, убить всех королев зергов и вычеркнуть эту расу из истории.

Затем на глазах у всех солдат могущественный император сделал предложение своей императрице, и они поклялись друг другу на всю жизнь.

Это было, пожалуй, самое романтичное предложение среди звезд. После этого на столичной звезде состоялась самая большая свадьба звездной галактики. Альянс был реинтегрирован в Империю и подчинился ее правлению, а человечество вступило в новую эру.

В эпоху, когда во вселенной господствовало человечество, когда у него не было ни заклятых врагов, ни естественных противников.

Почему Император проснулся через семьсот лет, было тайной, принадлежавшей королевской семье, но самой распространенной и достоверной легендой была история любви.

Император проснулся в эту эпоху ради императрицы. Его любовь к ней пронеслась через всю длинную реку времени, и как бы далеко они ни находились друг от друга, он мог найти его, а затем заставить его влюбиться в него.

Этот период истории также вызывал споры в последующих поколениях, но каждый раз, когда кто-то критиковал его за несколько неуместную любовь, всегда находился кто-то другой, кто мог привести королевскую биографию императора и использовать один факт за другим, чтобы убедить другую сторону.

Император был безумно влюблен в императрицу, и казалось, что вся его жизнь была посвящена ей. Уничтожение зергов и все последующие меры по возрождению и укреплению Империи были как-то связаны с Императрицей.

Наконец, всесильный Император решил покинуть мир, потому что человека, которого он любил, больше не было. В мире больше не было ничего, чем бы он дорожил, поэтому он последовал за императрицей и покинул мир.

Сюэ Лин уже находился в пространстве и перелистывал исторические записи, смеясь до боли в животе.

Он прожил в этом мире более ста лет. Независимо от того, было ли это задание изменить судьбу главных героев или убить зергов, все они были успешно выполнены, но полученная удача все еще не могла помочь ему управлять недавно восстановленными хвостами. Сейчас система неистово пыталась подавить их, пока он погрузился в чтение исторических книг.

В том межзвездном мире Сюэ Лин извлек два своих хвоста. Он не знал, почему эти два хвоста оказались вместе, но он не был готов, когда забирал их. С его нынешней силой души и отсутствием физического тела у него не было возможности подавить силу двух хвостов. Система помогала ему сдерживать их в течение долгого времени, но не могла полностью помочь ему контролировать их, поэтому лучшим вариантом для них было продолжить путь в следующий мир.

«Хозяин, в следующем мире задание будет относительно спокойным. Тебе следует воспользоваться этим временем, чтобы хорошо отдохнуть. Кроме того, постарайся максимально разрушить сюжет, чтобы захватить больше удачи, чтобы ты мог еще больше укрепить силу своей души и подавить эту нестабильную силу».

Система была несколько истощена хвостами Сюэ Лина. «Тебе также нужно как можно скорее восстановить свое тело, чтобы не оказаться в таком сложном положении в следующий раз, когда мы найдем еще один хвост».

Сюэ Лин кивнул в ответ. Ему не терпелось узнать, каким будет следующий мир, и какую роль в нем будет играть этот человек.

Он шагнул в темноту, не обращая внимания на тихий смех, раздавшийся из бесконечной тьмы позади него.

В этом смехе был намек на какой-то неясный смысл, как будто кто-то смотрел хорошее шоу.

Система услышала его, но уже следовала за Сюэ Лином и не успела оглянуться.

Сразу за окном - а может, и дальше - раздались радостные звуки празднования. Звуки доносились бесконечной чередой, и казалось, что празднующие никогда не устают. Сюэ Лин открыл глаза, его сознание было еще немного затуманено.

Перед глазами висела бахрома из бус, а голову покрывала красная шапочка, заслонявшая обзор.

Сюэ Лин уже собирался позвать систему, когда услышал холодное хмыканье мужчины.

Он нахмурил брови в легком удивлении. Он редко просыпался, когда рядом были другие люди, и это было неудобно для поглощения нужной ему информации, поэтому пока он мог действовать только шаг за шагом.

Просто... Вот...

Что это была за ситуация?

Мужчина стоял довольно далеко от кровати, на которой он лежал, и должен был находиться рядом со столом. Он стоял неподвижно, и поскольку его первое хмыканье не привлекло внимания Сюэ Лина, он недовольно хмыкнул снова.

Голова Сюэ Лина дернулась, и он повернулся, чтобы посмотреть в том направлении.

Наконец он заговорил, и голос его был холодным и саркастичным. «Его Величество всегда хвалил принцессу за ее мудрость. Я думаю, что королевская принцесса должна понимать смысл этой свадьбы даже более ясно, чем я. У меня уже есть человек, который мне нравится».

Спокойная маска на лице Сюэ Лина почти разрушилась.

Королевская принцесса???? Неважно, что он мог забеременеть в прошлой жизни, по крайней мере, он был мужчиной! Неужели в этот раз он даже не того пола?!

Глава 56 - Неужели он даже не того пола?!

Она родилась красивой. Ее брови мягко сошлись в хмурый взгляд, глаза слегка приподнялись, когда она спокойно посмотрела на него. Ее красные губы шевельнулись, и она сказала ему:

«Если ты закончил, то уходи».

Чжань Шаоси сначала растерялся, но потом выражение его лица стало неприятным.

Новая жена только что велела ему убираться прочь в брачную ночь. Даже если это была уважаемая королевская принцесса, Чжань Шаоси не позволил бы ей так просто выгнать его.

«Поскольку ты также знаешь, что принцесса вышла за тебя замуж, чтобы обеспечить баланс сил в империи, ты должен знать, что принцесса не нуждается в том, чтобы ты учил ее, как себя вести».

Она холодно посмотрела на него и снова повторила:

«Так что, если ты закончил, уходи».

Чжань Шаоси усмехнулся, найдя ее высочество принцессу весьма забавной.

«Ваше Высочество просит меня покинуть мою собственную брачную комнату в брачную ночь?»

Ее Высочество все еще смотрела на него с безразличным выражением лица. Посмотрев на него несколько секунд, она медленно поднялась.

«Если ты не уйдешь, то уйду я».

Она была одета в ярко-красное свадебное платье, и даже выдающийся художник не смог бы передать ее неземную красоту в этот момент. Но головной убор был сброшен прямо на землю, а глаза, которые, казалось, были не в ладах с миром, устремились на лицо Чжань Шаоси.

Однако Чжань Шаоси лишь почувствовал небывалый холод в сердце. Он преградил путь принцессе из комнаты, но при одном взгляде на нее застыл и подсознательно сделал шаг в сторону, чтобы уступить дорогу другой стороне.

Сюэ Лин открыл дверь. Охранники и служанки увидели, что он вышел в свадебном платье, и только начали выражать свое удивление, как услышали его приятный голос, прохладный и ясный, когда он произнес:

«Пусть люди приведут в порядок самые дальние отсюда покои. Я отправляюсь жить туда».

Охранники и служанки уставились друг на друга. Они не осмеливались даже пошевелиться без приказа генерала.

Затем они увидели, как генерал появился позади принцессы с мрачным выражением лица. Он заговорил таким тоном, что охранники и служанки бессознательно задрожали, и только принцесса, стоявшая перед ним, осталась совершенно неуязвимой.

«Вы возвращайтесь, а я уйду» - сказал он.

Сюэ Лин тоже не был с ним вежлив. В любом случае, только один человек мог остаться в этой комнате сегодня вечером, а у него сейчас было очень паршивое настроение. Поэтому он повернулся и одной рукой потянул мужчину за одежду. Под недоуменным взглядом генерала, Сюэ Лин подтолкнул его к двери, поднял ногу и вытолкнул мужчину из комнаты.

Со звуком «бах» дверь  за ним захлопнулась.

Служанки, наблюдавшие эту сцену, были так напуганы, что не осмелились издать ни звука. Когда они увидели, что генерал медленно поднимается с пола, они быстро склонили головы и опустились на колени. Они не смели смотреть на уродливое выражение лица генерала.

«Я надеюсь, что никто не узнает о сегодняшних событиях».

От великого генерала исходила холодная аура, которая жалила окружающих, и все могли только быстро кивнуть в знак того, что не произнесут ни слова.

Чжань Шаоси стоял у двери и очень долго смотрел на комнату. Только когда свет погас, он холодно усмехнулся и отвернулся.

Сюэ Лин не собирался беспокоиться о его чувствах. Первое, что он сделал после того, как закрыл дверь - поднял подол одежды и подтвердил свой пол. Убедившись, что он все еще мужчина, он вздохнул с облегчением и сдернул с головы украшение.

Ему было все равно, насколько это больно; он был раздражен, и у него было ужасное настроение.

Система, наконец, появилась и примостилась у ножки стола. Она смотрела на своего сердитого хозяина и не смела произнести ни слова.

Сюэ Лин отбросил украшения в сторону, стянул с себя громоздкое свадебное платье и сразу почувствовал себя легче. Затем он прыгнул на кровать и приказал системе убираться к черту или рассказать ему все начистоту.

Система вздрогнула, замигала и попыталась изобразить милую симпатию к Сюэ Лину. Только после того, как хозяин протянул руку и схватил ее за шерсть, система горько закричала:

«Хозяин, ты должен привыкнуть просыпаться во всяких плохих ситуациях! Ты же не можешь каждый раз трансмигрировать в абсолютно безопасную точку времени...»

Сюэ Лин холодно посмотрел на нее и совершенно не упомянул, что на самом деле ему не нравились несчастные тела, которые система подбирала для него.

Он прошептал про себя, что это такое, мужчина, переодетый в женщину, да еще и королевскую принцессу? Да еще и женатый? Кого они пытались разыграть?

«Дай мне сюжет».

Он не знал, когда генерал, которого он только что выгнал, пробьет себе дорогу обратно, и ему лучше сначала узнать сюжет. Он также не был уверен, были ли его действия, основанные на словах противоположной стороны, правильными или нет. Оставалось надеяться, что он не выставил себя дураком из-за проклятых настроек системы.

Система не осмелилась больше ничего сказать. Она ужасно боялась, что мех на ее хвосте снова пострадает, и даже не решалась сказать что-нибудь о том человеке, чтобы не разозлить хозяина и он не выместил на ней злобу. Услышав, что Сюэ Лин хочет узнать сюжет, она быстро передала его.

Сюэ Лин уже привык к тому, что на него вываливают сразу много информации, но в этот раз сюжет действительно вызвал у Сюэ Лина желание убить кого-нибудь.

Разве система не говорила, что он сможет отдыхать в этом мире и заниматься культивированием? С настройками этого убогого мира было бы здорово, если бы ему не пришлось бегать по всему миру в погоне за главной героиней. Культивировать? Ха-ха.

Это был непрактичный мир, относящийся к категории романтики. Всего было семь мужчин и одна женщина.

Ну, это была не «Белоснежка и семь гномов». Главная женщина этого мира действительно сошлась с семью мужчинами. Личности этих людей были каждая сильнее другой, но каждый из них был полностью и бесповоротно влюблен в главную героиню-женщину и был готов разделить ее поровну с остальными.

Главная героиня тоже трансмигрировала в этот мир, и в прошлой жизни она была убийцей...

Сюэ Лин потер подбородок и выразил свое восхищение этой историей любви.

После трансмиграции она стала принцессой Минъюэ из дворца князя Гуна, а звали ее Вэньжэнь Инъюэ. Это должна была быть очень хорошая личность, но на самом деле, независимо от того, какой это был императорский дворец, ситуация в столице была очень плохой. Главы дворца больше не было, а дворец принца был заполнен его родственницами женского пола. Даже если ее титул был выше или больше, он все равно был бесполезен. Эта Вэньжэнь Инъюэ была утоплена в реке служанкой, и впечатление об этой даме было весьма нелепым.

Император был среднего возраста, и он начал задумываться о родстве и семейной привязанности. Однако не было человека, который не был бы когда-то молодым. Когда он завоевал свой трон, королевская семья страдала от ужасных смертей и ранений. Ни один из принцев, сражавшихся против императора, не остался в живых. Среди них был принц Гун из дворца, который умер более десяти лет назад. Вэньжэнь Инъюэ была его первой и единственной дочерью.

Положение князя Гун все еще можно было считать довольно хорошим. В некоторых императорских дворцах не было даже дочерей, оставалась только принцесса-консорт. Они уже пришли в упадок и почти исчезли.

Нередко императорские семьи боролись друг с другом за верховное положение императора. Прошло много времени с тех пор, как закончилась последняя битва за захват трона, и теперь настало время сыновьям императора снова сразиться.

Когда прибыла героиня, буря в столице была уже совсем близко. Ее появление сделало мутные воды еще более беспорядочными, а когда ветер и облака сменились, она оправдала судьбу, предсказанную ей при рождении: она была обречена принести бедствие в три страны.

Тело, которое занял Сюэ Лин, не имело особой связи с принцессой. Он был лишь мелким пушечным мясом на пути к возвышению героини, и даже не имел права на то, чтобы о него споткнулись. Даже если бы его бросили в воду, от него не осталось бы и ряби.

Он состоял в кровном родстве с бывшим императором и был самой любимой королевской принцессой императора. Он был на несколько лет младше старшей принцессы, но родился как младшая сестра императора, и его жизнь была даже благороднее, чем у бывшей императрицы.

Год, когда он родился, был годом, когда Император боролся за трон. Он родился у бывшего императора в последние годы его жизни, и император полюбил его еще тогда, когда он был в животе у своей царственной матери. Если бы его пол был раскрыт, его неизбежно зарезали бы императорские принцы. Поэтому его мать убила всех, кто знал правду, и скрыла его пол.

Несмотря на то, что человек, пришедший к власти позже, был его родным братом, вдовствующая императрица по-прежнему никому не говорила об этом. Ради своего младшего сына она сохранила тайну и унесла ее с собой в могилу.

Вэньжэнь Хун с самого рождения воспитывался как принцесса. Хотя его всегда баловали, потому что он был единственной сестрой императора, его характер был крайне отстраненным. Чтобы сохранить свою тайну, он мало общался с другими людьми и редко открывал рот, чтобы говорить. Император больше всего любил его тихий характер и всегда хвалил его за то, что он был прекрасным господином. Когда ему исполнилось пятнадцать лет, император пообещал королевскую принцессу генералу Чжэнь Го - Чжань Шаоси.

Чжань Шаоси был тем человеком, которого Сюэ Лин встретил только что.

В этом мире, если человек был высоким и красивым, он обязательно становился главным героем. Это означало, что Чжао Шаоси тоже был одним из главных героев. Если вспомнить его слова о том, что у него уже есть человек, который ему нравится, то им должна быть женщина, которая не так давно переместилась и в настоящее время все еще пытается заработать на жизнь во дворце принца Гун.

Согласно сюжету, Чжань Шаоси был третьим мужчиной в этой истории, он взял на себя роль расширить территорию для главной героини и повести солдат в бой за нее.

Сюэ Лин еще раз просмотрел сюжет и понял, что Чжань Шаоси имеет отношение к смерти Вэньжэнь Хун.

Вэньжэнь Хун был мужчиной, и у него не было возможности вступить в интимную связь с Чжань Шаоси. Слова, которые Чжань Шаоси сказал ему в брачную ночь, совпадали с его собственными мыслями, поэтому он спокойно опустил свое чувство достоинства и притворился, что его не существует. Он надеялся, что в один прекрасный день сможет покинуть генеральскую усадьбу и императорскую семью, уехать из страны и жить, как дикий скот или плывущие облака, ходить, куда пожелает, и жить так, как ему хочется.

Это было такое простое желание, но ему не суждено было осуществиться.

Он думал, что с ним ничего не случится, если он будет послушно оставаться в поместье генерала и ничего не делать, но фраза «беда все равно придет с небес, даже если ничего не делать сидя дома» никого не обманывала. Сама Вэньжэнь Инъюэ могла обнимать мужчин направо и налево, но она не позволяла ни одному из своих мужчин иметь другую женщину. Это было неприемлемо, даже если это была та, к кому они никогда не прикасались, а дома ее держали в качестве декоративной жены.

Поэтому великая принцесса несколько раз специально создавала проблемы для Вэньжэнь Хуна, но тот спокойно и равнодушно игнорировал все это.

Потерпев неудачу, Вэньжэнь Инъюэ, естественно, принимала близко к сердцу свои обиды и сваливала их на Чжань Шаоси. Чжань Шаоси и так страдал от того, что у него не было собственной жены, по сравнению с другими женихами, и когда его отчитала возлюбленная, он, конечно, захотел выместить на ком-то свою злость. Он со злостью ворвался в комнату Вэньжэнь Хун и неожиданно обнаружил, что королевская принцесса - мужчина.

Все, что последовало за этим, было невероятно.

Вэньжэнь Хун хотел как следует поговорить с ним, чтобы выяснить, сможет ли он сотрудничать с ним и позволить ему уйти под видом мнимой смерти. Но он никогда не думал, что Чжань Шаоси расскажет героине об этом, когда выпьет слишком много. Время было идеальным, так как Его Высочество наследный принц больше не хотел ждать, чтобы взойти на трон. Он дал императору лекарство, которое требовало некой стимуляции в виде стресса, чтобы быть эффективным. Это была хорошая возможность, и героиня раскрыла это дело.

Вэньжэнь Хун не успел ничего предпринять, как его отправили в тюрьму. Император был так разгневан, что его вырвало кровью, он получил серьезные травмы и впал в кому. Наследный принц воспользовался возможностью взять власть в свои руки и прямо приговорил Вэньжэнь Хуна к смерти по обвинению в мошенничестве. Император услышал эту новость, когда очнулся, его снова вырвало кровью, а затем он скончался.

К этому моменту Сюэ Лин уже не знал, как ему критиковать этот роман.

Он закатил глаза, отложил в сторону этот отвратительный сюжет, потрогал подбородок и уставился на систему.

«Значит, я еще не достиг совершеннолетия? И уже замужем?»

Почему он всегда появлялся в брачную ночь? В прошлый раз Его Высочество Принц ушел, даже не дойдя до кровати. В этот раз его «муж» был изгнан.

В древние времена женщины могли выйти замуж в пятнадцать лет. По сравнению с его прежним телом, которое почти достигло зрелого возраста, сейчас он действительно был маленькой Лолитой... Он случайно нашел в комнате бронзовое зеркало и на мгновение замолчал, глядя на отражавшуюся в нем красавицу.

«Такая юная и нежная... Если Чжань Шаоси действительно осмелится приставать, мне придется убить его».

Система вздрогнула и молча обняла свой хвост.

«Героиня настроена попасть прямо на небеса. Как ты хочешь, чтобы я остановил ее?»

Даже если статистика этого тела была подогнана под наилучшие условия, он все равно был всего лишь одним человеком, не имея никого, кого можно было бы использовать. Ему даже пришлось скрывать свою личность и притворяться «женой генерала».

Если бы не то, что, согласно сюжету, Чжань Шаоси вряд ли тронет его, он бы, наверное, уже взял меч и побежал разрубать своего так называемого мужа пополам.

«В это время героиня только что трансмигрировала». Система жалко ссутулилась в углу и попыталась указать на то, что они прибыли в удачное время. «Она только что познакомилась с наследным принцем и генералом, и хотя она оставила у них прекрасное впечатление о себе, их отношения еще не переросли в отношения любовников. Она еще не нашла щенка-самца номер четыре, и второй тоже ее не знает... Хозяин может воспользоваться этой возможностью и увести всех ее мужчин».

Сюэ Лин усмехнулся и спросил систему: «Что ты сказала?»

Система покачала головой и ответила: «Я ничего не говорила, и абсолютно не предлагала, чтобы хозяин попытался использовать медовую ловушку!»

Сюэ Лин холодно фыркнул. Хотя он говорил так, будто у него не было способа уничтожить героиню, все было так, как сказала система. Главная героиня еще не расправилась ни с одним из своих мужчин, и по сравнению с тем, что будет позже, когда ее окружат люди, сейчас с ней было просто справиться.

В этом мире он чувствовал некоторое давление, потому что здесь было довольно много главных героев, и ему нужно было убедиться, что героиня не вступит в отношения ни с одним из них, чтобы повлиять на их судьбы. Но с его нынешней личностью, когда он даже не мог покинуть поместье генерала, как он мог пристально следить за героиней?

Или ему сначала нужно изменить свою личность, притворившись мертвым?

«Кстати, хозяин...» Система чувствовала, что некоторые вещи следует прояснить как можно скорее, чтобы планы хозяина не были полностью разрушены, когда он узнает об этом позже. В этот момент весь его мех был бы выдран.

«Да?»

«Есть также новости о твоем мужчине...»

Сюэ Лин поднял брови. В этом мире было много мужчин-героев, и он чувствовал, что его мужчина должен быть среди них, но он не знал, какой именно. Означало ли это, что система вела себя подобным образом, что теперь у него есть возможность обнаружить его?

Нет, просто она хотела спрятаться каждый раз, когда сталкивалась с ним.

«В этом мире он твой муж...»

Маленький лисенок втянул голову в плечи и смотрел, как лицо его великого хозяина постепенно темнеет. Система вздрогнула и добавила: «Генерал Чжэнь Го, Чжань Шаоси».

В комнате долгое время было тихо, и только когда система почти превратилась в маленький круглый шарик, она услышала смех своего великого хозяина.

«О, хорошо~ У него уже есть кто-то, кто ему нравится?»

На лице юноши, опустившего голову, была красивая улыбка, а его голос был очень приятным, но это привело систему в полный ужас.

Ву-ву, неужели хозяин обиделся?!

Не думаю, что генерал сможет вынести тяжесть того, что его называют «мужем»

Рано утром в поместье генерала, где только вчера состоялась грандиозная свадьба, стало оживленно. Люди приходили и уходили, но в свадебной комнате генерала царила тишина.

Служанки раздумывали, стоит ли стучать в дверь, чтобы спросить, не проснулась ли госпожа, когда увидели, что генерал, ушедший вчера вечером с уродливым выражением лица, вернулся с тем же уродливым выражением.

В глазах всех промелькнул страх. В конце концов, их хозяин был изгнан из брачной комнаты своей новой женой в их брачную ночь, что вызвало у других желание посмеяться. Если бы их хозяин проявил пренебрежение, они, вероятно, догадались бы, что отношения между генералом и его новой женой были не очень хорошими.

Но накануне генерал почти всю ночь простоял у двери спальни и не уходил, пока не погас свет. Они также знали, что, в конце концов, он отправился спать в соседнюю комнату. Поэтому они не знали, о чем думает их генерал, и могли только изо всех сил стараться смотреть себе под нос, опустить голову и сосредоточиться на том, чтобы не думать лишнего.

Чжан Шаоси стоял у двери и на мгновение замешкался. Воспоминание о том, как его выгнали прошлой ночью, было очень четким, но красивое лицо женщины произвело на него более глубокое впечатление, чем это постыдное воспоминание.

Он не любил людей из королевской семьи и с самого начала смотрел свысока на эту королевскую принцессу, на которой император приказал ему жениться. Но он не мог отказаться выполнить приказ, поэтому он планировал жениться на ней и оставить ее в качестве "декоративной жены", оставив ее в покое после того, как пригрозил ей.

Когда вчера вечером он сказал ей, что у него уже есть любимая, он сделал это для того, чтобы она не предавалась никаким фантазиям.

Но именно эти слова, произнесенные им, заставили его самого тяжело нервничать на протяжении всей ночи.

Ведь мало того, что новоиспеченного генерала выгнали из супружеской комнаты, так он еще и не спал всю ночь из-за собственных угроз в адрес жены. Это его очень расстроило.

Простояв у двери долгое время, Чжан Шаоси, наконец, не решился постучать в дверь. Он уже собирался повернуться и уйти, когда дверь открылась изнутри.

У этой особы были беспорядочное гнездо на голове, выражение лица было не очень хорошим, и она все еще была в свадебном платье с прошлой ночи. Она лишь взглянула на генерала, который ошеломленно стоял у двери, а затем перевела взгляд на служанку, стоявшую рядом с ним.

«Пусть войдут люди, чтобы помочь мне принять ванну и переодеться».

Служанки склонили головы и занялись выполнением приказа.

Ее Королевскому Высочеству удавалось скрывать свои секреты столько лет, потому что он никогда не подпускал к себе людей. Он даже не держал интимных служанок. Хотя служанки, которые были рядом с ним, приехали вместе с ним на свадьбу, им не разрешили приблизиться к свадебной комнате, потому что генерал не любил королевскую семью. В этот момент все, кто стоял у двери, были людьми генерала.

Сюэ Лина не слишком заботили эти вещи. Если бы не то, что он никогда раньше не носил женскую одежду и не знал, как одеваться и укладывать волосы, он бы точно не вышел просить людей прислуживать ему.

Сказав это, он указал на нескольких служанок, и приказал им войти в комнату. Не удостоив генерала, стоявшего у двери, ни единым взглядом, он сразу же закрыл дверь.

Чжан Шаоси был возмущен таким поведением до предела.

Это была его жена, на которой он женился открыто и законно. Не обращая внимания на то, что он был изгнан из брачной комнаты в брачную ночь, она все равно посмела опозорить его на следующий день. Даже если она была королевской принцессой, это было слишком!

Генерал, который колебался, стоит ли быть более дружелюбным с женой, тоже вышел из себя, холодно фыркнул, развернулся и ушел. Он и не подозревал, что его поведение было в точности как у человека, который пытается сохранить достоинство перед лицом отказа. Охранники у входа в свадебный зал проводили его сочувственными взглядами, когда он уходил.

Великий генерал получил холодную отповедь от жены в первый день своей свадьбы, и он не осмелился заговорить с ней. Неужели все должно было выглядеть так жалко?

Рано утром служанки приготовили для госпожи горячую воду, чтобы она приняла ванну. Они рассыпали различные лепестки, чтобы все тело было благоухающим от купания. Когда Сюэ Лин попросил их выйти, когда они помогли ему снять верхнюю одежду и он остался в нижнем белье, они не посмели произнести ни слова.

Кстати говоря, ее высочество королевская принцесса выглядела очень красивой, с овальным лицом и парой лисьих глаз. То, что изначально должно было быть завораживающим лицом, стало более благородным и великолепным благодаря холоду между ее бровями. От него исходил невидимый импульс, из-за которого другие не могли смотреть прямо на ее лицо, а только склоняли перед ней головы.

Служанки почувствовали, что жена генерала, должно быть, обладает большим влиянием, и их уважение к новой госпоже возросло.

Сюэ Лин был до полусмерти возмущен информацией о трансмиграции того человека, о чем сообщила система. Он не хотел признавать этого человека до поры до времени, и даже некоторое время серьезно размышлял о том, что он будет делать, если его человек действительно влюбится в героиню. В итоге он решил, что свяжет его, привезет обратно, кастрирует, а затем замучает до смерти.

Хотя он был избалован этим человеком в течение стольких лет и всегда сдерживал свой нрав, это не означало, что он будет терпеть его измену. Если бы это случилось, он был готов полностью отказаться от задания в этом мире, убить их обоих, а затем начать все сначала в следующем мире. Как у демона с неоднозначной моралью, у Сюэ Лина, естественно, были свои принципы в сердечных делах.

Система была напугана тем, как он стиснул зубы и усмехнулся. Она собралась с силами, чтобы сказать своему хозяину:

«Хотя сюжет задуман таким образом, душа Чжан Шаоси уже не та, поэтому он никогда не влюбится в главную героиню».

Сюэ Лин холодно посмотрела на систему.

Система подняла лапу и попыталась говорить от имени мужчины.

«Хозяин забыл? Он будет терять память в каждом мире. Если он не встретит вас, то, естественно, не влюбится в вас. Прошлой ночью он впервые встретил королевскую принцессу, и, должно быть, он сказал эти слова прошлой ночью, потому что у него были свои заботы. Но хозяин может быть уверен, что вы с ним вместе уже несколько миров, и накопление добрых чувств - это не шутка. Раз он не разгромил комнату от злости, несмотря на ваше выступление прошлой ночью, значит, вы стали ему небезразличны».

Сюэ Лин холодно усмехнулся. Если бы этот человек осмелился разгромить комнату, то, судя по его вчерашней вспыльчивости, он бы поднялся и сразился с ним напрямую.

Однако Сюэ Лин также понимал, что это был сюжет, созданный для этого мира. Если бы не этот проклятый заговор, он не был бы зол до такой степени, что хотел бы бить людей. Когда он успокоился и снова подумал об этом, оказалось, что время, которое выбрала для него система, было вполне подходящим.

Если бы он пришел в этот мир, когда они еще находились во дворце, он мог бы разоблачить себя, а сейчас еще не поздно для Сюэ Лина разлучить героиню с ее любовниками. И, наконец, человек, за которого он вышел замуж, был тем самым мужчиной... Система действительно все предусмотрела, когда говорила, что он сможет отдохнуть в этом мире. Она даже нашла для него мужа, как великодушно!

Несмотря на это, Сюэ Лин не собирался прощать человека, который так холодно сообщил ему, что кто-то так легко занял его место. Если теперь он не станет его подначивать, разжигать аппетит и специально затруднять ему успех, то он бы написал свое имя наоборот.

Успокоившись, Сюэ Лин поднялся из ванны, насухо вытерся и переоделся в новое белье. Только после этого он открыл рот, чтобы служанки, ожидавшие снаружи, вошли.

Горничные не знали, какие наряды она обычно предпочитает носить, поэтому принесли несколько штук. Сюэ Лин наугад выбрал простой и элегантный фасон и переоделся в него. Когда горничные захотели помочь ему накраситься, он сразу же отказался, попросив лишь помочь ему собрать волосы в простой пучок. Прежде чем встать и попросить их приготовить завтрак, он выбрал два относительно менее вычурных украшения.

Согласно древним обычаям, принцесса должна была вернуться в императорский дворец на третий день, чтобы выразить почтение. Сюэ Лин не спешил, и даже если ему нужно было утром идти и наливать чай свекрам, его шаги все равно были ленивыми и расслабленными.

Без него свекор и свекровь давно бы умерли. Если бы у генерала не было намерения привести его к ним, то ему вообще не пришлось бы подавать им чай. Учитывая то, что он выгнал его вчера вечером, Сюэ Лин чувствовал, что этот человек не придет за ним сегодня.

Да, он полностью сделал вид, что человека, глупо стоявшего сегодня утром у его двери, не существует.

Служанкам показалось, что наряд Ее Высочества принцессы был слишком прост: неужели, одевшись так просто на второй день свадьбы, Ее Высочество совсем не хотела завладеть сердцем генерала? Но присмотревшись, они обнаружили, что кожа Ее Высочества превосходна, подобно белому нефриту, она была гладкой и приятной на ощупь.

Ее брови были идеально вылеплены, и она представляла собой пиршество для глаз. Даже без макияжа она могла покорить своей красотой всех под небесами. Ее Высочество выглядела потрясающе даже в таком простом наряде; если бы она наложила сильный макияж, то ошеломила бы весь мир!

Учитывая это, они еще раз убедились, что простой наряд Ее Высочества очень хорош. Поскольку она теперь была замужней женщиной, не стоит слишком выделяться.

Сюэ Лин не понимал, о чем они думают. Попросить такого мужчину, как он, надеть женскую одежду - это уже задело его за живое. Накраситься и украсить себя драгоценностями?

Ха-ха.

После завтрака Сюэ Лин планировал прогуляться по дворцу генерала и воспользоваться возможностью исследовать окрестности. Он не мог все время оставаться в Генеральном дворце, и ему нужно было найти возможность улизнуть. Но когда он подошел к входу в свой собственный двор, то увидел сурового человека, который только что пришел его искать.

Сюэ Лин лениво поднял брови. Несмотря на то, что он был одет просто, его импульс все еще сохранялся, и мужчина почувствовал, как учащается его сердцебиение, как только он приблизился. У него не было возможности говорить правильно, и он мог только сохранять холодное выражение лица, когда протягивал руку.

«Генералу что-нибудь нужно?»

Сюэ Лин медленно открыл рот, чтобы спросить. Казалось, он забыл о вчерашнем инциденте, когда он выпроводил этого человека за дверь, и еще больше забыл о том, что вчера он принес огромное приданое и надел красное свадебное одеяние, чтобы выйти замуж  за этого человека. Его лицо было невыразительным и казалось очень отстраненным.

Сердце Чжан Шаоси напряглось. Он пережил бесконечные эмоциональные взлеты и падения в течение всей ночи, но так и не смог извиниться. Теперь, когда он увидел, что другая сторона использует такое отношение к нему, он почувствовал себя очень неловко.

«Вы обращаетесь ко мне как к «генералу»?»

Несмотря на то, что в душе он чувствовал страдание, мужчина не показал этого. Только холодная аура, исходившая от его тела, казалось, усилилась, словно желая надавить на стоящего перед ним человека.

Служанки, следовавшие за Сюэ Лином, чувствовали холод, но Сюэ Лин был неуязвим.

«Если я не использую «генерал», то, как мне вас называть?»

Сюэ Лин рассмеялся ледяным смехом. «Я не думаю, что генерал сможет выдержать тяжесть обращения «муж», поэтому я не стала выкрикивать это, чтобы генерал не чувствовал себя неловко. В конце концов, я человек, который знает свое место».

Чжан Шаоси изначально все еще был терпелив, но после слов Сюэ Лин он почувствовал удушье, и его сердце неловко забилось. Слова, сказанные им самим, уже нельзя было вернуть назад, и он лишь холодно промолвил:

«Раз уж вы теперь знаете свое место, то не могла бы королевская принцесса пойти со мной».

Сюэ Лин нахмурилась и спросила «Куда?»

«Поклониться предкам». Не дожидаясь ответа собеседника, Чжан Шаоси шагнул вперед и схватила его за запястье.

Сюэ Лина потянули за собой, и его шаги стали немного неуверенными. Он поднял глаза и яростно посмотрел на Чжан Шаоси, стоявшего к нему спиной, стиснул зубы и мысленно увеличил время, в течение которого он будет его игнорировать.

Система рысью следовала за своим хозяином. Она неожиданно не стала комментировать мелочность своего хозяина.

Лучше всего было бы, если бы хозяин выместил свою злость на этом человеке. А не оборачивался и не дергал за систему за чувствительный хвост, когда он выходит из себя! Хотя это была не настоящая лиса, она все еще могла чувствовать боль!

Чжан Шаоси не оглядывался на Ее Королевское Высочество, но его сердце было очень взволновано. Запястье другой стороны было таким же тонким и маленьким, как и вчера вечером, и его рука почти сжалась в кулак, чтобы обхватить его. Ее кожа была очень гладкой, а рука немного прохладной.

Он только прикоснулся к ней, а его сердце уже было в таком неспокойном состоянии, что он слышал, как учащается его сердцебиение вместе с быстрыми шагами другой стороны. Не удержавшись, он еще несколько раз коснулся кончиками пальцев запястья супруги.

Сюэ Лин был увлечен им и едва поспевал за ним. Он совершенно не понимал, что муж уже осторожно пользуется небольшими преимуществами. Вместо этого он сделал себе мысленную заметку: раз уж он снова оказался выше его, то в следующем мире он обязательно заставит систему выбрать для него более высокое тело.

Если бы ему дали еще одно чертовски незрелое тело, он бы выдрал весь мех на теле системы!

Первым, кто носил титул «генерала Чжэнь Го*» был не Чжань Шаоси, а его дед. Старый генерал всю свою жизнь провел на войне, а в последние годы жизни даже погиб в бою. Все члены его семьи пошли в армию. Часто они были последними в своей родословной, но все равно без колебаний шли в бой и умирали.

[*Военный титул, 11-й по счету во время династии Мин, всего было 14 титулов.]

Таким же был и отец Чжань Шаоси. Чтобы не насторожить императора, он оставался на границе и даже держал при себе сына.

Лишь после его смерти подростка вернули в поместье генерала. Он передал императору всю военную власть и лишь просил, чтобы император не обращал свою ревность на поместье генерала, чтобы его сын мог расти мирно и счастливо.

Именно благодаря этому честь и благосклонность генеральского поместья Чжэнь Го никогда не ослабевали. Всякий раз, когда умирал генерал, его сменял другой генерал. Даже если каждый раз они не хотели, чтобы их сын пошел по их пути, в конечном итоге они не могли этого избежать. Чжань Шаоси вырос на границе, и он знал, насколько плоха там ситуация.

Поэтому он не испытывал благоговения перед императором. Если бы император не умел только сидеть на высоком посту и игнорировать все остальное, не заботясь о том, убиты или ранены солдаты на передовой, и не видел бы ничего дальше власти, которую держал в руках, его семья не сократилась бы до такой степени, что Чжань Шаоси остался один.

Теперь император присвоил ему звание генерала только для того, чтобы остановить молву в обществе и предотвратить обвинения в притеснении заслуженных чиновников. На самом деле Чжань Шаоси не имел в своих руках никакой реальной власти.

Кроме того, император отдал ему в жены руку своей любимой королевской принцессы. Если бы он не был переполнен благодарностью к императору, государственные служащие, вероятно, запытали бы его до смерти.

Быть переполненным благодарностью, а...

Чжань Шаоси повернул голову назад, чтобы посмотреть на человека, который шел позади него, и подумал, что единственное, что император сделал правильно в своей жизни, это, вероятно, отдал ему королевскую принцессу.

На самом деле, статус поместья генерала Чжэнь Го в прошлом был несколько нелепым. Это была военная семья с довольно честным нравом, которая никогда не объединялась с целью захвата власти или чего-то подобного. Они посвятили себя войне. В семье было много героев, но сама семья постоянно сокращалась.

Сюэ Лин поклонился, выражая почтение перед рядами предков и патриархов. Когда Чжань Шаоси встретится с ним в этой жизни, вопросов о наследовании, скорее всего, больше не будет. Скорее всего, семейная линия закончится с этим поколением, но Сюэ Лин не чувствовал себя виноватым.

После молитвы предкам и встречи со старейшинами семьи наступило время обеда.

Сюэ Лин не стал специально говорить, что будет есть один, чтобы разозлить Чжань Шаоси, а просто вернулся в свою комнату, холодно и равнодушно покончив с едой. За все время он ни разу не взглянул в глаза генералу, да и вообще почти не смотрел на него. Это невыносимо огорчало и тревожило генерала, но он не мог отбросить свое достоинство. Во время трапезы он почти ничего не ел, и его лицо было мрачным, когда он смотрел вслед уходящему Сюэ Лину.

После обеда заместитель генерала заметил, что генерал не в духе, и полюбопытствовал.

"Генерал, не слишком ли вы напряглись прошлой ночью?"

Генерал был недавно женат, и он мог только догадываться об этом.

"Действительно, вы только что женились. Я не должен был нарушать ваши личные отношения с королевской принцессой этими официальными обязанностями".

С горьким смехом Чжань Шаоси ответил: "Было бы здорово, если бы мы могли быть близки". Его замечание очень удивило заместителя генерала. Генерал всегда умел контролировать свои эмоции, и это был первый раз, когда он когда-либо жаловался. С лицом, полным беспомощности, он наконец-то выглядел так, как и должен выглядеть человек его возраста.

Генерал был молодым человеком, который только что женился, и не было необходимости все время выглядеть как старый и степенный мужчина.

"О, хотя я не знаю, какие заботы у генерала, ваш подчиненный готов сделать все, чтобы помочь".

Заместитель генерала был средних лет. Наблюдая за его взрослением в течение многих лет, он был несколько воодушевлен тем, что наконец-то может вести себя как старейшина.

"Ты..." Чжань Шаоси нерешительно посмотрел на него, поджал губы и, наконец, открыл рот.

"Как ты должен поступить, если ты расстроил свою жену?"

Заместитель генерала поднял брови. Ему было интересно, как только что поженившаяся пара поссорилась уже на второй день. Но, глядя на внешний вид генерала, не казалось ли ему, что он действительно начал заботиться о королевской принцессе?

"Тогда вам нужно понять, почему она несчастна. Вы и ваша жена недавно поженились, и всегда придется идти на компромиссы. Кроме того, вчера вы впервые встретились, и это нормально, если ваши характеры не совпадают. Королевская принцесса выросла во дворце и с детства была любима и лелеема Его Величеством. Хотя о ней никогда не ходили дурные слухи, что она высокомерна и властна, она все же гордая дочь небес. Генерал не должен сердиться на нее напрямую. Девушек нужно уговаривать".

Неизвестно, услышал ли Чжань Шаоси ключевой момент в его словах, но его лицо было напряженным в течение некоторого времени, прежде чем он искренне сказал заместителю генерала:

"Она очень хороша".

Заместитель генерала: "А?"

Великий генерал подчеркнул: "Она очень хороша, совсем не высокомерна и не властна. Она выглядит очень маленькой, и ее запястье очень тонкое, я всегда боюсь, что если я использую слишком много силы, я причиню ей боль".

Он хотел сказать, что не смеет поднять руку на Сюэ Лина, но заместитель автоматически понял другой смысл. На мгновение его лицо исказилось от смеха.

Он похлопал генерала по плечу. "Я не могу дать вам никакого совета по этому поводу. Вам лучше обдумать все самому".

Для такого постороннего человека, как он, было бы лучше не вмешиваться в дела спальни. Оказалось, что супруги поссорились именно из-за этого вопроса. Генерал был в расцвете сил, это было вполне нормально.

Если бы Сюэ Лин узнал о его мыслях, он, вероятно, сильно отругал бы Чжань Шаоси.

Это была педофилия! Этот человек действительно шел все дальше и дальше по этому ненормальному пути, желая сделать шаг!

Невинный великий генерал: "…???"

Большая свадьба принцессы, естественно, состоялась в самый прекрасный весенний день. В это время года температура в столице была особенно подходящей для дремоты. Сюэ Лин компенсировал бессонную ночь и проснулся только поздно вечером.

На улице было еще светло, и, выпив послеобеденного чая, принесенного с кухни, Сюэ Лин приказал окружавшим его служанкам удалиться и вошел в свои комнаты под видом занятия каллиграфией.

На самом деле он просто хотел обнаружить все дыры в сюжете, подготовиться к тому, чтобы лишить героиню золотых пальцев и испортить ее встречи с разными мужчинами.

Первыми двумя людьми, которых встретила главная героиня, когда попала в этот мир, были наследный принц и генерал Чжань. Ее ограбили на оживленном рынке, и генерал Чжань выбросил спрятанное оружие из чайного домика, чтобы поймать воров. Она использовала свои навыки убийцы, чтобы найти генерала Чжаня и поблагодарить его, заставив генерала, считавшего, что он без проблем выполнил свою миссию, чувствовать себя немного неловко и с любопытством разглядывать женщину.

Она встретилась с наследным принцем по делам. Обычно королевским детям не разрешалось заниматься бизнесом, но борьба за трон требовала денег, поэтому у наследного принца было много подпольных производств. Когда героиня впервые попала в этот мир, возвышенный дворец Гун даже не предоставил ей денег, чтобы помочь с болезнью матери, поэтому у главной героини не было другого выбора, кроме как зарабатывать на жизнь самостоятельно. Прежде всего, она нацелилась на рынок товаров, необходимых женщинам, и сделала много средств по уходу за кожей. Результат оказался неплохим, и они очень хорошо продавались в столице.

Чтобы найти поддержку для себя и не дать другим ограбить ее, она по своей инициативе нашла людей наследного принца и выразила готовность сотрудничать на крайне открытых условиях, что заинтересовало Его Высочество принца, который в тот день случайно оказался там по каким-то делам. В дальнейшем они сотрудничали и построили множество предприятий, приносящих деньги. Наследный принц высоко ценил ее и постепенно начал влюбляться в такую умную женщину.

Только узнав о личности наследного принца, героиня встретила мужчину номер два, потому что мужчина номер два был стратегическим советником принца, который работал под его началом. После того как героиня завоевала доверие принца, он позволил мужчине номер два заниматься делами героини, и благодаря этому они постепенно познакомились. Он также начал испытывать чувства к такой необычной женщине.

В это же время героиня спасла в переулке тяжело раненного подростка, используя медицинские навыки из своей прошлой жизни, чтобы залечить его раны. С тех пор этот наивный и веселый подросток, который мог и вести себя мило, и сражаться с невероятной силой, стал верным щенком, который молча оставался рядом с ней и охранял ее. Подросток уже обладал очень хорошими способностями, а после того, как его приютила главная героиня и некоторое время тренировала, он даже мог сражаться с лучшим мастером страны - Чжань Шаоси. Генерал был заинтригован, и после их спарринга он обнаружил, что лучшим мастером боевых искусств на самом деле является героиня. В этот момент он начал проявлять интерес и стал обращать на нее внимание.

Эти четверо мужчин были четырьмя главными героями-мужчинами, которые появились в начале сюжета. Позже наследный принц взошел на трон, генерал Чжань отправился воевать, а мужчина номер два стал премьер-министром. У героини наконец-то появилось время покинуть столицу и побродить, поэтому она воспользовалась тем, что все трое были слишком заняты попытками завоевать ее расположение, чтобы заняться другими делами, и сбежала исследовать мир боевых искусств.

По пути она встретила богатого бизнесмена, стала его доверенным лицом, спасла основателя демонической секты и заставила другого участника почти превратиться в демона ради нее. После этого она отправилась в соседнюю страну и привлекла внимание тиранического императора соседней страны. Внезапно вокруг нее стали вращаться эти семь человек, каждый из которых обладал огромным влиянием. Не было ошибкой сказать, что эта женщина могла бы привести мир к катастрофе.

Закончив сюжетную линию, Сюэ Лин потрогал "сироты", выступившие по всему телу. Он очень восхищался героиней, потому что только после того, как он внимательно изучил сюжет, он обнаружил, что это не только история, ориентированная на женщин, но и обратный гарем с многочисленными отношениями и **. Развивая отношения со всеми семью мужчинами и сходясь с каждым из них, героиня все же умудрилась сохранить всех счастливыми, и никто не расстался. Вся книга была полна романтики и **, и было непонятно, для кого она была написана - для девушек или для мужчин.

Подсчитав время, Сюэ Лин обнаружил, что на данный момент героиня уже должна была встретиться с наследным принцем и Чжань Шаоси. Вскоре она "случайно" встретит маленького преданного щенка, который, по совпадению, был молодым принцем из соседней страны Ся. Он покинул страну из-за борьбы при дворе, а когда вырос, вернулся во дворец и в конце концов стал императором страны Ся, чтобы побороться с другими мужчинами за героиню.

"Система, ты знаешь, где героиня подобрала его? Давай поспешим впереди нее и схватим его первыми".

"Конечно". Для системы не составило труда определить подходящее время и место, но она была немного смущена и очень хотела спросить своего великого хозяина: Разве ты уже не замужем как чья-то жена? Не рассердится ли твой мужчина, если ты подберешь мальчика?

Сюэ Лин не заботился о том, что подумает Чжань Шаоси. Как бы он ни разозлился, он не станет душить его до смерти.

Поэтому, чтобы целенаправленно углубить отчуждение между ним и Чжань Шаоси, он обязательно должен забрать маленького преданного щенка себе.

Только ранним вечером, когда небо уже потемнело, в дверь постучала служанка и спросила, не собирается ли Сюэ Лин ужинать. Сюэ Лин отложил кисть, так как уже более или менее завершил свой план, повернулся, чтобы выйти из кабинета, и приказал подать ужин в свои комнаты.

Да, свадебная комната негласно перешла в руки Сюэ Лина. Что касается другого человека, то Ее Высочество принцесса выразила мнение, что раз уж поместье генерала такое большое, то он может жить, где захочет. В любом случае, этому человеку пока не стоит даже думать о том, чтобы войти в его комнаты.

С этими мыслями он вошел в комнату и столкнулся лицом к лицу с мрачным генералом, который сидел в центральном кресле.

"Где ты был?" Он ждал свою жену здесь уже почти полчаса и не видел даже тени. Все служанки говорили, что она занимается каллиграфией в кабинете, и Чжань Шаоси не мог просто броситься к ней. В конце концов, ему нечего было сказать собеседнице, и он просто хотел провести время вместе.

Что ж, нет ничего плохого в том, чтобы побыть с женой, верно?

Сюэ Лин удивился, увидев его, но не придал этому значения. Его шаги немного замешкались, после чего он медленно сел на стул и вымыл руки в тазике, который принесла служанка. Затем он заговорил, вытирая руки:

"У великого генерала, должно быть, множество проблем, с которыми он сталкивается каждый день. Как у вас хватает времени появляться в моем дворе?"

Чжань Шаоси проследил за движением ткани, которой он вытирал руки, желая подойти и заменить ткань, чтобы облизать чистые белые кончики пальцев, но выражение его лица оставалось ледяным, как обычно. "Я пришел, чтобы сопровождать вас на ужин".

Сюэ Лин наморщил брови и сказал с весельем: "Почтенный генерал сначала обратился ко мне, чтобы указать мое место, но пришел еще раз, чтобы устроить спектакль. Может быть, вы боитесь, что я пойду и расскажу брату, что вы относитесь ко мне неискренне?"

Как раз когда Чжань Шаоси хотел защищаться, он услышал ее холодный голос: "Вообще-то, ты не должен этого делать. Я ничего не скажу на улице".

Он не сводил взгляда с Чжань Шаоси, и каждая фраза казалась ему ножом, безжалостно вонзающимся прямо в сердце.

"Как ты сказал, тебе нужно, чтобы я была декоративной женой, и я тоже очень хочу ею быть. У каждого свои причины, и генералу не нужно давать повод для ложного беспокойства".

Чжань Шаоси открыл рот и не смог ничего сказать. Он только почувствовал ужасную боль в груди, сжал руку в кулак, так что ногти вонзились ладонь.

Необъяснимым образом включилась способность проявлять привязанность

На третий день после свадьбы Чжан Шаоси появился во дворе Сюэ Лина еще до того, как небо начало светлеть. Он удивленно нахмурился, узнав, что она уже начала собираться.

Сегодня был день, когда королевская принцесса должна вернуться домой, чтобы отдать почтение родителям. По мнению Чжан Шаоси, просить Сюэ Лина проснуться пораньше было равносильно тому, что лишить его жизни, поэтому Чжан Шаоси задумал попытаться проникнуть в ее комнату сегодня.

Даже если бы другая сторона рассердилась, он мог бы объяснить это тем, что это для ее же блага, потому что она не могла приехать в императорский дворец в неподходящее время.

Но, несмотря на то, что он все хорошо спланировал, Сюэ Лин проснулся рано.

Поскольку сегодня он должен был отправиться в гости к своей семье, он не мог одеться так же просто, как в последние несколько дней. Поэтому система заставила его проснуться рано утром, чтобы подготовиться, и к этому времени он уже почти закончил.

Он должен был дождаться, пока император закончит утреннюю встречу с вельможами, чтобы увидеться с ним, поэтому Сюэ Лин мог бы дождаться окончания совещания, прежде чем войти во дворец, но генерал не согласился и настоял на том, чтобы они пошли вместе. Он рассудил, что независимо от того, как они ведут себя дома, на улице их не могут воспринимать как людей, имеющих внутренние разногласия.

Сюэ Лин долго смотрел на него, пока почти не мог сдержать выражение лица, после чего кивнул головой в знак согласия.

Разве он не хотел быть с ним вместе? Он мог бы исполнить это желание за него.

Сюэ Лин сузил глаза. Что касается разногласий между ними, то даже если бы никто в резиденции не говорил об этом, все равно нашлись бы люди, которые бы донесли это до них. Судя по тому, что обнаружили люди, которых Сюэ Лин отправил на разведку, за последние два дня, героиня оказалась не такой уж светлой и беспристрастной, и не желала делать шаг в темноте, как ее представляли в оригинальном сценарии.

Как только у женщины появлялось намерение завоевать кого-то, всегда находились вещи, которые она могла сделать для того, чтобы создать для себя подходящие условия.

Ранним утром карета генерала Чжэнь Го неуклонно двигалась по мосту через ров. Сегодня генерал отказался от своего обычного высокого и сильного коня и сидел в карете рядом с королевской принцессой. Только когда им пришлось расстаться, он неохотно вышел из кареты.

Эту сцену увидели многие видные деятели двора. Некоторые из них прикрывали рты и смеялись, думая, что прежнее нежелание генерала исчезло перед лицом нежных объятий его жены. Это проявление привязанности было настолько очевидным, что заставило других потемнеть лицом, и было непонятно, о чем они думали. В любом случае, ничего хорошего это не сулило.

Никто не догадывался, что выражение нежелания генерала на самом деле было досадой. На самом деле, он преследовал человека в карете, и он действительно не хотел разлучаться, желая провести больше времени, глядя на супругу. К сожалению, тот человек не согласился и не выказал ему никаких положительных эмоций.

Однажды он уже был ошеломлен ее внешностью в день их свадьбы, но ситуация в тот момент была очень странной, и его эмоции были на пределе, поэтому тогда он не смог оценить ее красоту. В обычные дни Чжан Шаоси тоже считал ее элегантную и простую внешность чрезмерно привлекательной, а теперь, когда он снова увидел Сюэ Лина с изысканным макияжем, он только сильнее почувствовал, что его сердце больше не принадлежит ему.

Все его прежние мысли о том, что он не хочет доверять и не желает иметь ничего общего с королевскими особами, были выброшены куда-то и скормлены собакам. Все его сердце было заполнено желанием угодить ей.

Но когда бы он ни открыл рот или сделал какое-либо движение, этот человек всегда бросал равнодушный взгляд в его сторону. Он тут же вспоминал, что сказал в их брачную ночь, и все его тело словно вышло из-под контроля и отказывалось двигаться.

Чем больше он думал о своих словах, тем сильнее чувствовал тревогу и вину. Когда он смотрел на королевскую принцессу, ему все труднее было отбросить свое достоинство и попросить ее, чтобы она сделала вид, что эти слова никогда не были сказаны.

Даже если бы он сказал это, другой стороне, вероятно, было бы все равно.

Ведь она не проявляла к нему никакого интереса.

Чжан Шаоси беспомощно наблюдал за тем, как его карета медленно въезжает во дворец, затем опустил взгляд и отбросил эмоции. Когда он повернулся, он снова стал генералом Чжэнь Го, который родился в семье военного и обладал удивительной силой.

Сюэ Лин сидел в карете и прижимался щекой к руке. Пока карета раскачивалась, заставляя кисточки на его голове танцевать, он думал о том, как поступить с императором и императрицей. Первоначальный владелец этого тела не любил много говорить, обычно он был хорошо воспитан и рассудителен, мог спокойно сидеть на месте в течение длительного времени. Это было нетрудно сделать, но после того, как он просидел все утро, Сюэ Лин почувствовал, что ему не терпится чем-то заняться.

Они совершенно не могли позволить императрице пригласить их на обед. Скорее всего, Сюэ Лина, в конце концов, замучило бы несварение желудка.

Он был очень эгоистичным и гордым человеком, и самым неприятным для него было уступать другим. Если бы узурпация трона не была слишком хлопотной, он непременно захватил бы пост императора, женился бы на героине, а потом заточил бы ее во дворце, чтобы она всю жизнь страдала от одиночества.

Видите, как просто, грубо и эффективно.

К сожалению, система всегда выбирала эти чертовы слабые тела, и его определенно сочли бы нарушителем закона, если бы он поступил таким образом. Вполне возможно, что в следующую секунду его обнаружит мировое сознание и сразу же вышвырнет из мира.

Как королевская принцесса, он отправился к императрице после того, как вошел во дворец. Императрица проснулась еще до рассвета, и когда он пришел, дворец Фэнлун уже открылся. Сюэ Лин послал людей объявить о своем прибытии, встал перед дворцовыми воротами и посмотрел вниз, на узорчатую плитку пола под ногами. Затем он услышал очень приятный голос, осведомившийся.

«Минъюэ приветствует королевскую принцессу». Человек сделал реверанс перед ним, без всякой претенциозности, которую обычно демонстрировали женщины страны С. Вместо этого, в ней чувствовался героический дух, который уравновешивался мягкостью. Ее дворцовое платье не было выдающимся, но ее лицо было очень красивым, поэтому, даже если это было простое платье с одним или двумя украшениями, ее все равно можно было назвать необычайно красивой.

Это была женщина, которая могла нравиться людям, когда они ее видели, и поднимать настроение одним взглядом. Сюэ Лин поднял брови, несколько недовольный тем, что она выше его. Выражение его лица было безразличным, он лишь поднял голову и негромко сказал:

«Значит, это принцесса Минъюэ».

Не ожидая, что его голос будет настолько безразличным, Вэньжэнь Инъюэ слегка нахмурилась и подняла голову, желая открыть рот, чтобы что-то сказать. Но когда его лицо появилось в поле зрения, ее выражение изменилось.

Это была ее первая встреча с Вэньжэнь Хуном после трансмиграции в этот мир. До этого она только слышала, что Ее Высочество Королевская Принцесса была нежной и добродетельной, со спокойным характером, не болтливой и всегда держала голову опущенной. Она была мягкой и не отличалась грозным характером. Но теперь, когда она увидела настоящего человека, Вэньжэнь Инъюэ почувствовала, что ее дыхание участилось.

Она действительно была тихой, но это не было похоже на ту мягкость, о которой говорили эти люди. Это был меч, который скрывал свое острие. Просто стоя на месте и не говоря ни слова, этот импульс ошеломил Вэньжэнь Инъюэ, которая в прошлой жизни была убийцей.

Это лицо было очень красивым, а слегка вздернутые лисьи глаза могли заставить человека дышать хаотично от одного взгляда. Эта пара глаз была действительно слишком красива; человек, на котором были сосредоточены эти великолепные глаза, поистине был самым счастливым на земле.

Вэньжэнь Инъюэ изначально хотела познакомиться с новой женой генерала Чжаня, но по какой-то причине сейчас она чувствовала себя немного ревнивой.

Она отвела взгляд и отошла на шаг назад. «Сегодня я пришла с матерью навестить императрицу. Я не ожидала увидеть здесь королевскую принцессу».

Принцесса Хун всегда была самой любимой принцессой императора, а ее титул означал «солнечный свет после дождя».

Поскольку эта его младшая сестра родилась после того, как он успешно взошел на трон, он всегда думал, что его младшая сестра - его счастливая звезда, поэтому император отдавал предпочтение младшей сестре, а не своей дочери.

Только вот Вэньжэнь Хун была слабой и робкой натурой, и даже если император любил ее, его отношение всегда было тепловатым. Хотя в глубине души Вэньжэнь Хун благоговел перед императором, он боялся приблизиться к нему из-за своей мужской сущности.

Император передал его другому, как только ему исполнилось пятнадцать лет, надеясь, что его младшая сестра сможет раньше обрести чувство принадлежности. Император хотел, чтобы она выполняла функцию контроля и баланса в особняке генерала Чжэнь Го, но больше всего он желал, чтобы у его сестры появились чувства к большему количеству людей, и она не была всегда такой холодной и равнодушной.

Сюэ Лин кивнул, не собираясь отвечать.

Вэньжэнь Инъюэ лишь почувствовала некоторое смущение. Она хотела сказать, что, может быть, этому прекрасному человеку не нравится говорить? Поэтому она нашла другую тему.

«Сегодня день, когда королевская принцесса возвращается, чтобы навестить семью. Где генерал?»

Сюэ Лин посмотрел на нее, и было неизвестно, о чем он думает. Ее красные губы шевельнулись, и он ответил:

«Приветствует двор».

Выражение лица Вэньжэнь Инъюэ стало почти жестким, и она в душе ругала себя за то, что не может вести беседу; разве слова, которые она выбрала, не были просто нарочито неприятными? Она разочарованно склонила голову и больше не говорила.

Сюэ Лин спросил систему внутри своего разума: «Что случилось с героиней?»

Система покачала своим маленьким хвостиком, выглядя довольной собой, и ответила: «У ее личности ореол массового притяжения. Пока это персонаж из сюжета, они все будут влюбляться в нее».

«Значит, она смотрит на меня таким взглядом, потому что я не показал, что она мне нравится?»

«Э... Скорее всего, нет». Система говорила несколько беспомощно. «Согласно моему психологическому анализу ее мыслей, то, о чем она сейчас думает... Ну, она хочет ухаживать за тобой, но не может найти тему для разговора...»

Сюэ Лин: «... героиня этого мира любит и мужчин и женщин?»

Система дважды кашлянула, в конце концов, это был кто-то, кто перешел из современного общества, и их образ мышления всегда был немного более гибким. Кроме того, это была женщина-убийца. Не было ничего плохого в том, чтобы хотеть произвести впечатление на всех женщин и любить красивых девушек.

Сюэ Лин саркастически рассмеялся и спросил: «Или только красивых?»

Система решила замолчать и сделать вид, что ее больше нет в сети.

Они ждали, пока императрица позовет их внутрь. Поскольку ее статус был невысок, Вэньжэнь Инъюэ пришлось подождать снаружи, а Сюэ Лина сразу же пригласили внутрь. Перед тем как уйти, он почувствовал, что женщина смотрит ему вслед, выражение ее лица было полным досады.

Уголок рта Сюэ Лина дернулся, когда он спросил систему: «Можешь ли ты убрать ореол массового притяжения, который находится на ее голове?»

Система кивнула и ответила: «Исходя из текущих способностей хозяина, это не проблема. Но что вы хотите с ним делать? Ты хочешь использовать его сам?»

Сюэ Лин усмехнулся. «Ты, должно быть, шутишь. Я дух лисы. Понимаешь ли ты, что значит быть околдованным лисой?»

Система: «Ах».

«С древних времен никто никогда не испытывал неприязни к духу лисы».

Очарование было чем-то, что укоренилось в их костях и проникло глубоко в мозг. Даже если они не использовали его, обаяние проявлялось в каждом их движении. В предыдущих мирах дух Сюэ Лина был нестабилен, и ему было трудно даже принять форму, поэтому его обаяние не проявлялось. Теперь же, когда он обрел два хвоста, и, учитывая, что его контроль над этими двумя хвостами не был сильным, было неизбежно, что в каждом его движении и действии будет просачиваться немного очарования.

Это было гораздо эффективнее и полезнее, чем ореол массового притяжения.

Императрица очень любила Сюэ Лина. Когда она видела ее, то сначала задавала множество вопросов о том, как у нее дела, а затем просила людей приготовить всевозможные закуски, чтобы Сюэ Лин могла выбирать. Затем она спросила об их с Чжан Шаоси отношениях, неявно намекая на то, что Сюэ Лин должен научиться отказывать в постели, если чувствует себя неловко, до такой степени, что на лице Сюэ Лина промелькнули два красных облачка, после чего она, наконец, отпустила ее.

Когда император закончил утреннюю встречу и позвал его, Сюэ Лин был наполовину сыт после еды, а небо уже посветлело. Сюэ Лин последовал за императрицей и вошел в императорский кабинет, совершив поклоны в соответствии с привычками владельца изначального тела.

Императрица со смехом сказала императору, что после замужества нрав его младшей сестры улучшился, она больше не любит склонять голову и даже стала красивее.

Император не стал выделываться перед ними, со смехом отругав Чжан Шаоси за то, что он действительно получил лучшую часть сделки. Чжан Шаоси в ответ глупо ухмылялся, и Сюэ Лин не мог спокойно смотреть на него.

Этот человек в этом мире по-прежнему любил быть подавленным, как обычно, но необъяснимым образом включил способность проявлять привязанность. Даже если Сюэ Лин не сотрудничал с ним, он каким-то образом умудрялся все равно демонстрировать привязанность перед другими.

Они пробыли во дворце все утро и уехали перед обедом. Сюэ Лин облегченно вздохнул и почувствовал, что система была правой. Ему действительно не подходила такая обстановка, как во дворце, где нужно было проявлять сдержанность, отвечая императору.

Он хотел быть на своей собственной территории.

В качестве короля.

Карета ехала по улице. Внутри было тихо. Чжан Шаоси долго молчал, прежде чем внезапно открыл рот, чтобы заговорить.

«Почтенная супруга, вы выросли во дворце и никогда не выходили на улицу. Подумав об этом, возможно, вы также никогда не ели вкусной еды за пределами дворца. Почему бы нам не пообедать на улице?»

Сюэ Лин листал книгу, подперев щеку тыльной стороной ладони. Услышав эти слова, он оглянулся, и хотя на лице мужчины не было никакого выражения, Сюэ Лин все равно почувствовал напряжение и нерешительность за этим спокойным фасадом.

Он подсчитал время и выяснил, что сегодня тот самый день, когда героиня нашла щенка-самца, возвращаясь из дворца. Сегодня во дворце был обед, и поэтому главная героиня не могла уйти до окончания мероприятия. Он подумал об этом, кивнул и сказал: «Хорошо».

Когда Чжан Шаоси увидел его кивок, он не смог удержаться от улыбки. Он наклонился и попросил людей заказать отдельную комнату и приготовить несколько блюд и вино заранее, выглядя очень счастливым.

На самом деле, он действительно был очень счастлив. В конце концов, это был первый раз, когда он и его жена официально обедали вместе после свадьбы. После свадьбы они ели за одним столом всего один раз, и безразличное лицо Сюэ Лина заставило его почувствовать себя глубоко расстроенным.

Его прогнали насмешливые слова другой стороны, и он больше никогда не заходил в дом госпожи. Если они вот так же вернутся во дворец генерала, ему даже не нужно было думать, чтобы понять, что сегодня у него не будет возможности увидеть свою жену.

Генерал был очень рад найти предлог, чтобы сопровождать ее.

Сюэ Лин не был привередливым едоком, но, зная, что он живет по принципу, что нужно больше наслаждаться жизнью, когда есть возможность, Чжан Шаоси заказал столик в лучшем ресторане столицы. Даже если бы сейчас было обеденное время и не было свободных частных комнат, ресторан все равно сделал бы все возможное, чтобы они нашлись.

В конце концов, это были генерал Чжэнь Го и королевская принцесса!

Когда карета подъехала к ресторану, управляющий уже ждал у дверей. Видя, как Чжан Шаоси специально притормозил, выйдя из экипажа, чтобы поддержать Сюэ Лина, он не мог не вздохнуть по поводу привязанности генерала к принцессе.

Сюэ Лин не скрывал своего вида, но прохожие не осмеливались смотреть на него прямо. Только когда они поднялись наверх, люди на обочине начали сплетничать. Так вот как выглядела новая пара с той большой свадьбы, которую праздновала вся столица несколько дней назад. Конечно, это были мужчина с талантом и женщина с красотой; они прекрасно подходили друг другу.

Ресторан не осмелился заставить двух знатных особ ждать слишком долго. Все блюда были поданы вскоре после их прибытия в отдельную комнату, и официанты незаметно удалились. Взгляд Сюэ Лина прошелся по блюдам, и его холодное выражение лица немного оттаяло, что значительно ослабило нервозное настроение Чжан Шаоси.

«Что хочет съесть почтенная супруга? Я принесу это для вас».

Сюэ Лин слегка приподнял брови, находя льстивый вид мужчины несколько забавным. В прошлом он был властным и в то же время нежным, стоял впереди и отгораживался от всех.

Иногда он был мягким и уступчивым, заставляя Сюэ Лина чередовать запугивание и подкуп. Сюэ Лину нравилось такое общение с ним, но его нынешнее отношение немного огорчало его.

«Генералу больше не нужно так стараться, здесь нет посторонних».

Хотя его сердце было мягким, он все же должен был сказать те слова, которые должны были быть сказаны. Если мужчина не объяснится должным образом о том, что произошло в их брачную ночь, Сюэ Лин не отступит ни на шаг.

Чжан Шаоси крепко сжал палочки для еды, его глаза потемнели. «Супруга, ваш муж еще не старается».

Лицо Сюэ Лина было насмешливым, а равнодушный взгляд снова появился, что заставило Чжан Шаоси, который все утро наблюдал за его безропотным послушанием, почувствовать внезапное беспокойство. «Генерал не обращается ко мне как к королевской принцессе?»

Чжан Шаоси беспомощно вздохнул, понимая, что если он не объяснит все четко и ясно, то никогда в жизни не сможет сблизиться с этим человеком.

«Супруга моя, я знаю, что вы все еще помните слова, которые я произнес в нашу брачную ночь».

Сюэ Лин неторопливо взял кусок мяса и медленно прожевал его. Чжан Шаоси замолчал и взглядом показал, что собеседнику следует продолжать.

Возможно, его непринужденное поведение вдохновило генерала, потому что слова Чжан Шаоси стали литься непрерывным потоком, и он высказал все, что хотел сказать.

Он рассказал о своем происхождении, о правилах в особняке генерала Чжэнь Го, о том, что он видел и пережил в детстве, о своем недовольстве королевской семьей, об отсутствии уважения к поведению императора и о своем первоначальном нежелании, когда он узнал, что его принуждают жениться.

Все было поднято и обнажено. Его анализ был очень четким, и он также очень ясно выразил свое настроение и эмоции.

«Вот почему я говорил вам такие вещи в ночь нашей свадьбы».

Сюэ Лин поднял взгляд и посмотрел на него. Его слова были искренними, и он, казалось, очень боялся, что Сюэ Лин, услышав такое признание, будет по-прежнему холоден и равнодушен к нему.

«И что?»

Но это было не то, что хотел услышать Сюэ Лин. Он не хотел, чтобы его беспокоили личные проблемы другого человека, потому что эти проблемы нельзя было свалить на него. По его мнению, он был невиновной стороной, которую обвинили без причины. У него также была большая куча претензий; к кому же ему обратиться?

«Что вы хотите выразить? То ли то, что ваша семья трагически пострадала, то ли то, что… ты недоволен мной?»

Чжан Шаоси увидел, что супруга совершенно не тронута его длинной речью, и был несколько расстроен, но также почувствовал различные виды сожаления. Впервые ему так хотелось сблизиться и заполучить другого человека. Если слова такого рода не могли заставить ее сдвинуться с места, ему оставалось только прибегнуть к выражению своих чувств другой стороне.

В конце концов, это было в древние времена. Хотя душа мужчины последовала за Сюэ Лином и переместилась, для него он действительно существовал в этом мире, и поэтому в каждом мире его неизбежно опутывали какие-то особенности этого мира.

Тогда, в мире с сюжетной линией замещения, вероятно, потому что люди там были более открытыми, желание Бай Хао получить своего брата стало выше его рациональности, и он должен был быть с Сюэ Лином, невзирая ни на какие препятствия.

Чжан Шаоси в этом мире, в конечном счете, все еще был человеком из патриархального общества. Чтобы взрослый мужчина уступил своей «жене», он должен был быть очень решительным.

К счастью, сейчас он был именно таким. Генерал перешел на более интимную форму обращения.

«Нет... Я не прошу у тебя прощения. Я знаю, что значит брак для женщины. В ночь свадьбы, когда жених, который никогда не встречал тебя, сказал такие тяжелые слова, твое сердце определенно было бы ранено».

Он посмотрел вниз, его выражение лица было наполнено невыразимым чувством сожаления.

«Я также знаю, что это было нехорошо, но когда слова были сказаны, ущерб уже нанесен. Единственное, что я могу сделать сейчас, это рассказать о своих истинных чувствах, чтобы хоть немного сгладить свою вину».

Сюэ Лин рассмеялся, но смысл его слов был неясен. «Ну, а дальше? Жить так, чтобы мы были вежливы и отстранены друг от друга, обращались вежливо, как гости, и чтобы посторонние или мой брат император не могли найти в наших отношениях никакой вины?»

«Нет!» То, чего он хотел, определенно не было вежливой и учтивой дистанцией! «Хотя прошло всего три дня, я знаю, что влюблен в свою жену!»

«С того момента, как ты подняла фату в нашу брачную ночь и посмотрела на меня, меня невольно влекло к тебе! Я неосознанно хотел быть рядом с тобой, хотел заботиться о тебе и любить тебя!».

В этот момент генерал, проживший более 20 лет, но так и не затронувший тему отношений, внезапно покраснел.

«Я знаю, что ранил твое сердце, и я не прошу у тебя прощения. Я просто хочу сказать, что хочу быть рядом с тобой не по каким-то другим причинам или интересам, а просто потому, что не могу сдерживать свое сердце и хочу узнать тебя лучше».

Сюэ Лин втайне ругался, что способность мужчины говорить сладкие слова любви была полностью улучшена. Если бы вместо него тут сидела молодая женщина, он бы точно ее обманул.

К счастью, Сюэ Лин был связан с ним уже несколько жизней, и хотя такие сладкие слова могли заставить его сердце биться быстрее, они не могли заставить его потерять рассудок.

«Три дня?» Он поджал губы. Его улыбка была немного обворожительной. «Судя по словам великого генерала, тебя привлекает это лицо, верно?»

Чжан Шаоси замер, поднял брови и недовольно сказал: «Не говори так».

Хотя Сюэ Лин улыбался, его глаза все еще были холодными и полными сопротивления.

«Даже я не знаю, что я за человек, и все же великий генерал смог влюбиться в меня?»

Кончики его пальцев были прижаты к столу, и пока он говорил, они медленно скользили к тыльной стороне руки Чжан Шаоси, лежащей там. Его улыбка была несколько лукавой, но в ней чувствовалось безразличие и отчуждение. Это холодное безразличие укололо сердце Чжан Шаоси.

«Ты должна хотя бы дать мне шанс приблизиться и узнать тебя лучше».

Он вскинул руку и поймал руку другой стороны, игравшей с огнем. Но рука того человека была скользкой и выскользнула из его хватки. Чжан Шаоси с сожалением махнул рукой и продолжил:

«Как я могу войти в твое сердце, если ты отстраняешься от меня?»

При этих словах Сюэ Лин снова почувствовал интерес к этому человеку. Хотя этот человек уже давно вошел в его сердце, влюбляться заново в каждом мире было для него особенно необычно, и каждый раз, когда он адаптировался к миру, он мог разыгрывать и дразнить этого человека. Он был очень счастлив, когда видел выражение его лица в ситуации, когда он хотел, но не мог заполучить его.

Система: «...» Хозяин, ты действительно сломался.

Сюэ Лин пожал плечами. В любом случае, независимо от того, как изменился мужчина, он все равно будет ему нравиться. Что касается его самого, то ему нравилась только душа, а все, что происходило в середине, можно было считать просто развлечением.

На этот раз он не стал намеренно игнорировать другую сторону. Похоже, им действительно нужен был раздор, чтобы некоторые вещи стали достоянием гласности. Кроме того, этот человек унизил его, когда он только появился в этом мире, и Сюэ Лин сказал, что в ближайшее время не пустит его в свою постель. Прошло всего три дня, и максимум, что он мог сделать, это войти в его комнату.

Поэтому он сузил глаза, фыркнул, а затем указал на блюдо. «Эта принцесса хочет это съесть, подойди и подай».

В глазах Чжан Шаоси промелькнула радость, он облегченно вздохнул, и все его тело завибрировало от счастья. «Хорошо».

Система: «...»

Склонность хозяина к гордыне и высокомерию становилась все хуже и хуже? И казалось, что направление, в котором он развивается, несколько искажено...

Теперь ему нравилось не только заставлять страдать главных героев, ему также нравилось играть со своим человеком...

Система задумалась на некоторое время, но в итоге решила не вмешиваться, в конце концов, сколько бы они не метались и не ворочались, как бы горько или больно им не было, этот мужчина в конечном итоге все равно отомстит в постели с хозяином. Если бы она сейчас вмешалась, ее бы точно прирезали...

В каком-то смысле это был еще один способ показать свою любовь... но с точки зрения двух вовлеченных сторон, один не чувствовал, что это так, а другой ничего не помнил об этом.

Когда они вышли из ресторана, атмосфера между ними, казалось, сильно изменилась, но управляющий ресторана опустил голову и сделал вид, что ничего не заметил. Ему очень повезло, что эти две знатные особы ничего не сделали в его ресторане; он не мог позволить себе сплетничать о таких знатных особах.

Карета снова начала медленно двигаться. Сюэ Лин выглянул сквозь занавески и вдруг сказал: «Пусть они поедут по другому маршруту и осмотрят окрестности. Хотя я объехала весь город в день свадьбы, я не смогла ничего разглядеть в фате».

Чжан Шаоси, естественно, не стал спорить и, повернувшись, велел кучеру объехать город. Сюэ Лин то ли специально, то ли случайно указал в определенном направлении, и Чжан Шаоси повелел им ехать туда. Через некоторое время карета подъехала к небольшому переулку, где посреди дороги лежал покрытый кровью молодой человек.

На этой дороге было очень мало людей. Район был заполнен домами министров или знатных особ, здесь было тихо и элегантно. Кучер потянул за поводья лошадей, и карета остановилась, а стражники, стоявшие позади кареты, бросились вперед, чтобы проверить состояние подростка. Служанка на ступеньках кареты вникла в ситуацию и вошла, чтобы сообщить им последние новости.

На мгновение вокруг воцарилась тишина, а затем послышался голос человека, слабый, но несущий в себе ощущение непреодолимого высокомерия.

«Подберите его и спасите». Он говорил негромко, но его слова имели большой вес. Служанки и стражники услышали его требование, быстро подхватили подростка и внесли его в карету, а затем убрали кровь на дороге. Затем карета уверенно двинулась в сторону особняка генерала Чжэнь Го.

Чжан Шаоси с неприятным выражением лица смотрел то на лежащего в карете подростка, то на радостную жену, и чувствовал, что голова у него начинает раскалываться. Казалось, что сейчас произойдет что-то очень неприятное для него.

После банкета, устроенного императрицей, Вэньжэнь Инъюэ вместе с матерью возвращалась домой. Когда они проезжали мимо небольшого переулка, словно получив какой-то сигнал своей душе, героиня открыла занавески и выглянула наружу.

К сожалению, дорога была пуста, и ничего не было видно.

«Странно...» - пробормотала она про себя, опуская занавеску, чувствуя пустоту в сердце.

Как будто что-то, что принадлежало ей, исчезло...

Поместье генерала Чжэнь Го было очень загадочным местом. В семье Чжан было не так много членов, и когда дело дошло до поколения Чжан Шаоси, он был единственным, кто остался.

Чжан Шаоси был молодым героем и любил оставаться в казармах, редко возвращаясь домой. Даже достигнув зрелого возраста, он не брал наложниц и любовниц, потому что у него не было родителей, которые могли бы все это устроить для него. После замужества Вэньжэнь Хун могла считаться единственной женой в покоях генерала, поэтому поместье оставалось пустым.

Сейчас все во всем поместье генерала знали, что между генералом и его женой есть разлад...

Это нельзя было назвать дисгармонией, но в ночь свадьбы генерал раздражал свою жену, поэтому его постоянно отвергали и оставляли за дверью.

После поездки к императору с заднего двора* снова пришли новости. Госпожа спасла молодого и незрелого подростка. Он был смышленым и симпатичным, но не любил разговаривать, а после пробуждения был полон враждебности ко всему окружающему. Только когда госпожа приближалась, его характер становился более мягким.

*покои жен и наложниц, как правило, устраивались позади основного дома, как бы защищая их от чужих глаз

Это чрезвычайно разозлило генерала. Весь день он ходил с ледяным выражением лица, и кислый запах уксуса пронизал все поместье генерала.

Слугам очень нравилось наблюдать за забавным общением этой пары. Большинство из них наблюдали за взрослением генерала и всегда чувствовали некоторую безнадежность из-за сложного и холодного характера своего генерала.

Они были удивлены, обнаружив, что недавно вышедшая замуж госпожа может заставить генерала забыть думать о том, как бегать в казармы весь день, и были еще более потрясены, обнаружив, что она может заставить генерала потерпеть неудачу.

Они были в полном восторге от того, что стали зрителями этого представления.

Сюэ Лину было все равно, что думают о нем люди в поместье. Лишь иногда, когда он проходил мимо, они смотрели на него взглядами, полными поклонения, что казалось ему довольно странным. Но даже пройдя мимо, он чувствовал взгляды в затылок.

Как бы ни менялся сюжет, личности главных героев-мужчин почти не менялись. Ребенок, которого подобрал Сюэ Лин, был основан на тенденциях того года, когда была написана книга, и этот чертов ребенок был очень очаровательным, когда он был властным.

Сюэ Лин догадался, что популярность этого преданного щенка должна была быть очень высокой, и этот парень был стопроцентным поклонником красоты. Когда он открыл глаза, самым красивым человеком, которого он видел, был Сюэ Лин, поэтому ему нравилось приставать к нему.

Пока его раны еще не зажили, он хотел, чтобы Сюэ Лин утешал и сопровождал его, а когда раны зажили, он любил следовать за Сюэ Лином.

Он вел себя как избалованный ребенок, притворялся послушным и смотрел на других своими большими и невинными глазами. Даже Сюэ Лин, который считал, что у него очень хорошая сила воли, иногда становился мягкосердечным под этим взглядом.

Часто, когда это случалось, генерал, который ужасно страдал, но все еще продолжал сохранять достоинство, мог только кусать свой носовой платок вдалеке и мысленно представлять, как зарезает ножом до полусмерти молодого человека по имени Ся Ян.

Сюэ Лин подумал, что дразнить этого маленького верного пса было бы забавно, и он мог бы даже поиздеваться над Чжан Шаоси. Учитывая это, он решил, что в этот раз он может сыграть в более серьезную игру.

Поскольку обаяние героини было столь велико, то он тоже использовал бы свое обаяние, и они могли бы соперничать. Основной сюжет этой книги вращался вокруг того, как героиня завлекала семерых мужчин, и пока он уводил их заранее, главная героиня не получила бы их сердца, даже если бы ей удалось заполучить их тела.

В любом случае, он уже был «королевской принцессой». Было бы скучно, если бы он не использовал должным образом этот «женский» статус.

Система: «...»

Идеи хозяина становились все более и более опасными. Зачем ему специально усложнять себе жизнь?

«Помнит ли великий хозяин, что он - замужняя женщина...»

Как только система упомянула об этом, взгляд Сюэ Лина обратился к генералу, который стоял снаружи павильона и делал вид, что занимается боевыми искусствами, но на самом деле все это время не сводил взгляда с Сюэ Лина, когда тот отдыхал в павильоне.

«Я не могу соблазнять других мужчин, если уже стал замужней женщиной?»

Система: «...»

Сюэ Лин усмехнулся. «Разве я сказал, что планирую изменять?»

Система: «...»

«Знаешь ли ты, что такое молчаливое влечение? Знаешь ли ты, что такое белый лунный свет? Быть недостижимым совершенством в чьем-то сердце?»

Его губы изогнулись, когда он лениво улыбнулся, улыбка была настолько яркой, что Чжан Шаоси почувствовал боль в глазах. Было ясно, что другая сторона смеется, но почему он чувствовал, что его сердце становится все холоднее и холоднее?

«Знаешь ли ты, что означает выражение «то, что можно увидеть, но нельзя потрогать - самое лучшее»?»

Система: «...»

Его хозяин всегда мог быть очень разумным и сделать так, что она не могла придумать, что ответить.

«Но будет трудно привлечь некоторых людей с нынешней личностью хозяина в качестве королевской принцессы... Например, мужчину номер два... Он скромный господин, и его совершенно не заинтересует замужняя женщина».

В этом есть доля правды. Сюэ Лин потрогал подбородок и сказал:

«Тогда я подойду к нему как мужчина. Заставлять кого-то прогибаться тоже очень весело».

Система: «...»

В будущем на голове генерала появится целый лес зелени.

* Лес зелени - отсылка к зеленой шляпе, которая является метафорой для того, кого склоняют к рогоносству.

«Принцесса?»

Сюэ Лин все еще был в глубокой задумчивости, когда Ся Ян вернулся с букетом цветов. Он засунул цветы в горшке в руки Сюэ Лина и звонко рассмеялся, сказав:

«Вот, пожалуйста, прекрасные цветы для прекрасной радуги».

*В этом мире Сюэ Лина зовут Вэньжэнь Хун. Хун - означает «радуга».

Острие меча Чжань Шаоси промахнулось, он совершил ошибку. Он вернул меч в ножны, повернул голову и холодным взглядом посмотрел на Ся Яна.

Этот человек был глубоко скрыт. Он был черен до мозга костей, но притворялся перед Сюэ Лином маленьким белым цветочком, вел себя как невинный ребенок и совершал какие-то детские поступки, чтобы угодить ему.

Чжан Шаоси был очень недоволен таким поведением. Это же его жена! Обычно никто, кроме него самого, не мог подойти к ней так близко, но теперь голова этого подростка была так близко!

Чем больше он смотрел, тем больше ему хотелось отрубить голову другому человеку.

Система устроилась на плече Сюэ Лина и тихо сообщила: «Уровень помрачения твоего человека достиг максимума».

Сюэ Лин кивнул.

«Тогда пусть чернеет. Не могу дождаться, когда он примчится и закроет меня в маленькой черной комнате на день и ночь».

Сказав это, он прищурился, и то, что было явно ленивым видом, вдруг стало более соблазнительным, заставив Ся Яна, который наблюдал со стороны, также сузить глаза.

«Скажи, если он действительно попытается принудить меня и снимет с меня одежду, чтобы обнаружить, что мой пол не соответствует его ожиданиям, каково будет его выражение лица?»

Система: «...»

Хозяин, ты становишься все более и более злым. Что это была за игра? Отношения между мужем и женой были действительно загадочными.

«Тогда как насчет молодого человека, который также жаждет твоей ** рядом с тобой...»

«Если у него действительно есть способности, он должен вернуться и захватить трон, чтобы послать войска в страну Си. Убить Чжан Шаоси на поле боя, а затем попросить императора прислать эту принцессу, чтобы заключить мир».

Система: «...»

Что за *! Что за идеи бродят в голове хозяина?

«Если мы собираемся играть, мы должны сделать это большой игрой~».

Сюэ Лин принял цветы, которые Ся Ян держал в руках, и заправил цветок за ухо, похвалив:

«Ян-Ян тоже прекрасен».

Лицо Ся Яна сразу же расцвело улыбкой, он выглядел невероятно молодым и свежим. Это улыбающееся лицо было таким милым, что невозможно было понять, что внутри оно было полностью черным.

Ся Ян был королевским принцем из соседней страны Ся, к тому же любимцем императора. С детства он был окружен различными хитростями и подвохами, и этот белый лист бумаги был очернен до такой степени, что в таком окружении не было видно белого цвета.

Он знал только, что нужно крепко ухватиться за то, чего он хочет, а прямо сейчас была одна особа, которую он очень хотел, до такой степени, что ему очень хотелось убить ее номинального мужа и забрать ее.

Но он не мог. Теперь у него ничего не было, и он не мог вернуться домой. Он еще даже не оправился от ранения.

Глядя на сидящего и читающего человека, Ся Ян крепко сжал кулак.

Сюэ Лин, казалось, не замечал взглядов этих двух мужчин. Дочитав до полудня, он попросил людей собрать его вещи и вернулся в свою комнату, оставив место для них двоих.

«Хотя я не могу определить вашу личность, я не позволю вам остаться в поместье навсегда».

Чжан Шаоси проводил расследование в течение нескольких дней, но личность этого человека оставалась неуловимой. Чем дольше это продолжалось, тем больше он чувствовал, что это опасно. Пока Ся Ян был там, он даже не ходил в казармы, а весь день следовал за Сюэ Лином, чтобы обеспечить его безопасность.

«Пока королевская принцесса разрешает мне остаться».

Прежнее выражение лица Ся Яна исчезло. Он никогда не проявлял доброжелательности к этому «мужу королевской принцессы». Поскольку Сюэ Лин, казалось, игнорировал его, он любил беспокоить его, когда тот был без дела, напоминая ему, что хотя он и номинальный муж, он не может даже случайно войти в комнату Сюэ Лин.

Чжан Шаоси был спокоен, когда Сюэ Лин присутствовал, но когда Сюэ Лин уходил, он также не был вежлив с Ся Яном.

«Это поместье генерала. Даже если принцесса станет любить меня еще меньше, я законный муж принцессы, и мы уже получили благословение жителей столицы».

В этом вопросе у Ся Яна действительно не было преимущества.

«Ты ребенок, у которого еще не выросли волосы. Будет лучше, если ты не будешь вмешиваться во взрослые дела».

Видя, что его выражение лица стало уродливым, Чжан Шаоси снова набросилась на него.

Ся Ян отвернулся, холодно фыркнув.

После его ухода вернулся Сюэ Лин. Чжан Шаоси быстро взял под контроль свое выражение лица и сменил его на нежный взгляд. «Супруга, вы не собираетесь к себе, чтобы отдохнуть?»

Сюэ Лин с интересом посмотрел на мужчину. В прошлом мужчина всегда открыто проявлял свою ревность, доминируя до такой степени, что хотел убить его в постели. Возможно, из-за того, что он напугал его в этом мире в самом начале, теперь он даже не осмеливался дать ему понять, что ревнует.

Такой человек очень забавлял Сюэ Лина, и даже побуждал его задуматься о том, не стоит ли постоянно так с ним возиться. Он рассмеялся, но было непонятно, хорошо это или плохо.

«Угрожаете людям за моей спиной?»

Чжан Шаоси нахмурился и неодобрительно сказал: «Супруга, личность этого человека - тайна. Не стоит держать его рядом».

«О? В столице есть люди, которых генерал не может расследовать?» Это предложение было несколько саркастичным, и Чжао Шаоси недовольно нахмурилась.

«Супруга, это обижает вашего мужа, когда вы так говорите».

Сюэ Лин впервые видел, чтобы он вел себя таким испорченным образом. От такого тона Сюэ Лин не смог сохранить выражение лица и нехотя улыбнулся.

Увидев его улыбку, Чжан Шаоси ударил змею своей палкой и, воспользовавшись благоприятной ситуацией, сказал:

«Супруга, мы ведь новобрачные,  но посмотрите, люди вокруг втайне смеются надо мной, потому что вы подобрали неизвестного незнакомца и привели его домой».

«Неужели люди из поместья генерала так недисциплинированны? Осмеливаются сплетничать о своем господине?»

Зная, что он не сердится, а лишь по привычке искажает смысл его слов, Чжан Шаоси рассмеялся. «Это не отсутствие дисциплины, просто они находят мою ситуацию с невозможностью получить жену очень забавной».

«Я тоже думаю, что это смешно». Сюэ Лин возился со своими волосами, затем повернулся и сказал: «Если генерал свободен сегодня вечером, присоединяйтесь ко мне на ужин, а я скажу на кухне, чтобы приготовили что-нибудь, что понравится генералу. Я хочу кое-что обсудить с вами».

Это было первое приглашение Сюэ Лина поужинать с ним. Первые несколько раз, когда они ужинали вместе, Чжан Шаоси беззастенчиво вторгался, и ему не удавалось съесть много, в то время как Сюэ Лин, напротив, наедался досыта. Тем не менее, Чжан Шаоси нравилось слушать его речь, и даже если это были слова упрека, он был счастлив, пока Сюэ Лин говорил.

Если Сюэ Лин скажет ему еще несколько слов, то на следующее утро на его лице будет улыбка. Многие из его знакомых смеялись над выходкой генерала и его жены.

Но Небеса знали, что ему было отказано в попытке войти в комнату жены, не говоря уже о том, чтобы забраться в ее постель.

Сюэ Лин не просто импульсивно дразнил мужчину; он хотел сделать кое-какое дело и нуждался в его контактах и людях. Героиня привлекла внимание наследного принца, занимаясь бизнесом и зарабатывая ему много денег, что сближало их все больше и больше. Сюэ Лин хотел ограбить ее бизнес, лишить ее денег и ограбить принца. Когда принц потеряет  деньги, он перестанет ценить главную героиню.

Деньги, которые потеряла героиня, были нужны ему для того, чтобы поднять восстание. Одной этой причины было бы достаточно, чтобы принц потерял к ней интерес.

К тому же, он не мог просто оставаться в поместье весь день. В таком состоянии он ничего не мог сделать, и ему всегда нужен был предлог, чтобы выйти куда-нибудь. Однако все это требовало одобрения генерала, который был главой поместья. Поэтому Сюэ Лин приказал людям приготовить стол с хорошим вином и вкусными блюдами и приготовился использовать медовую ловушку, чтобы заставить человека согласиться с его идеями.

Система: «...»

Единственное, что она могла сделать, это зажечь свечи для генерала Чжаня. Мозг его жены всегда был полон схем, которые можно было бы использовать против него, это была настоящая «ТРАГЕДИЯ» с большой буквы!

Конечно, люди не всегда могут быть победителями в жизни. В прошлой жизни он был большим боссом, поэтому в этой жизни ему не повезло.

Учитывая это, система на самом деле чувствовала себя немного счастливой.

О, нет.  Должно быть, она заразилась злобой своего хозяина.

В комнате мерцали красные свечи, плясали тени, а красавица-госпожа играла с кубком вина в руке. Белые, почти полупрозрачные кончики пальцев медленно скользили по краю кубка, отчего Чжан Шаоси не мог оторвать от нее глаз, а в горле ужасно пересохло.

Блюда одно за другим были расставлены на столе, и служанки удалились, помахав рукой Сюэ Лину. Как только дверь закрылась, в комнате остались только они вдвоем.

Между ними стоял стол, но Чжан Шаоси чувствовал, что ощущает чудесный аромат тела супруги, и это немного опьяняло его. Однако он инстинктивно чувствовал, что вот-вот произойдет что-то, что он не сможет предотвратить.

Преисполненный чувством неуверенности и подозрительности, он открыл рот, чтобы спросить: «Почтенная супруга хотела мне что-то сообщить?»

Конечно, он не был настолько наивен, чтобы думать, что его жена изменит свое мнение и вдруг захочет жить с ним и **. Согласно его представлениям о жене в этот период времени, вероятность того, что она пригласила его, потому что ей что-то от него было нужно, составляла восемьдесят процентов.

На самом деле, он не хотел соглашаться на многие просьбы жены, в том числе и на то, чтобы оставить этого проклятого ребенка в поместье. Но пока перед ним мерцала эта пара очаровательных глаз, даже если в них не было никаких добрых чувств к нему, Чжан Шаоси не мог не согласиться.

Генерал Чжэнь Го чувствовал себя заранее проигравшим.

Сюэ Лин ударил по системе, желая показать, что раболепие его мужчины перед женой почти достигло максимума.

«Генерал должен сначала поужинать, прежде чем спрашивать снова». Сюэ Лин редко подавал блюда для Чжан Шаоси, и это были все блюда, которые он любил есть, что делало генерала настолько счастливым, что он отбросил вопрос на задний план.

Это была трапеза без всякого сарказма и иронии, и они оба ели довольно комфортно, пока не позвали убирать со стола. Сюэ Лин неторопливо достал из сундука бухгалтерскую книгу, откинулся в кресле и лениво посмотрел на Чжан Шаоси.

«На самом деле, я пригласил генерала сегодня просто так, чтобы обсудить некоторые проблемы с поместьем. Я хотел узнать, что думает генерал».

Он протянул бухгалтерскую книгу Чжань Шаоси и предложил ему взглянуть на нее. «Хотя генерал сказал, что мне нужно заниматься только своими обязанностями, и ничего серьезного не случится, даже если я буду просто сидеть и есть в поместье в ожидании смерти, но, в конце концов, я все еще ваша законная жена и должна правильно вести хозяйство».

Когда Чжан Шаоси услышал слова «законная жена», он опустил взгляд, чтобы скрыть бурление в сердце, но его рот слегка приподнялся, и он немного глупо рассмеялся. «Что означает «законная жена»?

«Ничего особенного, я просто просмотрела счета генеральского поместья за последние несколько дней и обнаружила, что доходы поместья на удивление меньше расходов».

Сюэ Лин неторопливо рассматривал свои ногти. Они были круглыми и красивыми, а его белые, как гребешок, пальцы были белыми, как нефрит. Независимо от того, как они были расположены, они были очень красивыми.

«Хотя зарплата генерала щедрая, есть некоторые этикетные правила, связанные с проведением всевозможных фестивалей. К тому же, довольно трудно содержать семью, заказывать украшения и при этом иметь еще немного денег».

Чжан Шаоси: «...»

Значит, теперь жена презирает его за то, что он не зарабатывает достаточно денег, чтобы содержать семью?

«Я не критикую то, что зарплата генерала слишком мала. В конце концов, поместье генерала имеет прочные отношения с королевской семьей, и траты требуются для всевозможных личных контактов. К счастью, в поместье нет наложниц и любовниц. В противном случае содержание и приобретение заднего двора также стало бы большой тратой».

Говоря об этом, он изогнул губы в улыбке и сказал: «Но все это неопределенно. Возможно, в один прекрасный день генерал поселит на заднем дворе несколько сестер».

Кончики его пальцев мягко постукивали по столу. Его слова явно несли в себе оттенок упрека, но из его уст не прозвучало ни одного испорченного или недовольного тона. От этих слов по спине Чжан Шаоси пробежала дрожь.

Он быстро выразил свои чувства по этому поводу. «Госпожа супруга, не волнуйтесь. Кроме вас, на заднем дворе поместья генерала не будет другой женщины».

Сюэ Лин повернул голову, чтобы посмотреть на него, и моргнул. «Как такое может быть? Если я не смогу помочь генералу расправить ветви и прорастить листья, и не смогу родить ребенка, то все равно придется привести несколько младших сестер».

Его слова звучали великодушно, но система чувствовала холод, просто слушая их.

Ее великолепный хозяин никогда не говорил с мужем напрямую ни о чем, а предпочитал использовать различные слова, чтобы прощупать собеседника. Она не могла понять, что он изображает.

Чжан Шаоси слегка нахмурился. «Что госпожа жена имеет в виду?»

Неужели она так не хотела с ним сближаться? Неужели она не хотел даже дотронуться до него?

«Даже если я не смогу распустить свои ветви и листья, то, что я сказал, все равно имеет значение. Моя супруга будет единственной в моей жизни».

Возможно, потому что он наконец-то услышал то, что хотел услышать, Сюэ Лин улыбнулся еще более привлекательно. Он наклонился вперед и ущипнул Чжань Шаоси за подбородок, внимательно изучая взглядом его лицо, его улыбка была достаточно красивой, чтобы свергнуть страны и привести к катастрофе.

«Тебе лучше запомнить то, что ты сказал сегодня. Если когда-нибудь я узнаю, что ты предал меня, я заставлю тебя страдать от участи, худшей, чем смерть».

Он был так близко, что Чжан Шаоси мог видеть свою собственную фигуру, отраженную в его черных глазах.

Картина была слишком прекрасной. То, чего он жаждал в своих мечтах, то, чего он добивался, было именно этой сценой.

Он прищурил глаза, слегка наклонил голову и прикоснулся губами к губам Сюэ Лина.

В этот момент казалось, что все вокруг замерло. Губы другой стороны были очень мягкими, а так как она не любила пользоваться косметикой, на них не было привкуса кармина.

Напротив, между губами и зубами ощущался легкий свежий аромат, когда он скользил по теплым губам. Как будто этот момент промелькнул в его сознании.

Чжан Шаоси хотел воспользоваться этим преимуществом и провести кончиком языка по губам собеседника, но тот отвел голову в сторону и спокойно посмотрел на него.

«Генерал, имейте немного самоуважения».

Его голос был легким и, казалось, совсем не пострадал от поцелуя. На его щеках не было и следа румянца, а по сравнению с покрасневшим лицом Чжан Шаоси, он выглядел до крайности спокойным, как будто этот поцелуй не оказал на него никакого влияния.

Глупости, как человек, который занимался этим с мужчиной во всех возможных позах, какие изменения он мог показать от одного поцелуя, в котором даже не было языка?!

Он не хотел, чтобы его мужчина воспользовался им преждевременно, так как он все еще хотел затянуть это надолго. Если бы он удовлетворил желания мужчины слишком рано, то Сюэ Лин в некотором смысле ограничил бы свои собственные действия.

Чжан Шаоси почувствовал некоторое сожаление, когда Сюэ Лин сел обратно. Его глаза все еще были прикованы к губам другого человека, и он вряд ли мог быть более очевидным и смелым.

«Отлично. Значит, моя супруга пригласила меня сегодня на ужин только для того, чтобы поговорить о больших расходах в доме и моей недостаточной зарплате?»

Сюэ Лин отвел взгляд и сказал: «Не то чтобы не хватает, просто нет излишков».

«Тогда это вина этого мужа». Чжан Шаоси слегка улыбнулся: «Если я даже не могу позволить себе купить что-то, когда этого хочет моя жена, то я действительно заслуживаю побоев».

«Это относится ко всем, кто живет на зарплату придворных». Сюэ Лин переключил внимание на то, что он хотел сказать. «Я здесь не для того, чтобы просить денег у генерала. Мое приданое было очень щедрым, и мне не нужно использовать ежемесячное жалование, выделенное на поместье генерала».

Проведенная им линия очень расстроила Чжан Шаоси. Он ясно выражал свои чувства снова и снова, но Сюэ Лин все еще был так равнодушен, не считая генеральскую усадьбу своим домом, до такой степени, что не хотел даже тратить деньги, принадлежащие генеральской усадьбе.

Теперь Чжан Шаоси можно было считать, что он действительно все понял. На самом деле, ему не нужно было чувствовать вину перед Сюэ Лином из-за слов, которые он сказал в брачную ночь Ее Высочеству. Если бы он поднял красную фату королевской принцессы в ту ночь в соответствии с обычным подходом к свадьбе, то, зная темперамент другой стороны, она, скорее всего, вылила бы на его голову чашу вина.

В эти дни Чжан Шаоси не то чтобы не смог разглядеть характер принцессы, скорее он видел его слишком ясно.

Перед посторонними, особенно перед проклятым мальчишкой по имени Ся Ян, Ее Королевское Высочество была абсолютно достойна высокой оценки Его Величества. Она была нежной и элегантной, и каждый раз, когда она улыбалась, она казалась благородной, доброй и чрезвычайно грациозной.

Когда она смеялась, она могла заставить людей увидеть ворох весенних цветов, и была абсолютно самой правильной аристократкой, которую все знаменитые и высокородные женщины в Столице могли использовать в качестве примера.

Но все это было на поверхности. В общении с Чжан Шаоси эта особа была полностью обнажена.

В ней не было ни капли женской нежности. В каждом ее движении и жесте чувствовался героический дух, и все же она была чертовски привлекательна, слабо соблазняя Чжан Шаоси и заставляя его задаваться вопросом, что с ним не так, что он может быть так абсолютно бессилен против этой особы каждый раз.

Как и сейчас, когда она обсуждала что-то с Чжан Шаоси, ее поза, когда она сидела, была отвратительной, и когда она праздно откинулась на стуле и смотрела на людей, подперев щеку рукой, ее глаза были ледяными и отстраненными, и мягкость, которую она обычно изображала, нигде не была видна.

Но именно из-за такого отношения Чжан Шаоси все больше и больше не мог отстраниться.

Странно, но хотя он был ошеломлен ее появлением в официальном свадебном платье и впоследствии заинтересовался, он был больше влюблен в ее непринужденное отношение, которое совсем не было женственным.

Подсознательно он всегда чувствовал, что его жене больше подходит мужская одежда и она будет красивым молодым человеком.

Он остановил странное отклонение своих мыслей здесь, и Чжан Шаоси, чье настроение перевернулось из-за фантазий в его голове, дернул губами, спрятал смех в глазах и спросил: «Так чего же на самом деле хочет госпожа супруга?»

«Я хочу открыть магазин». Сюэ Лин не собирался ходить вокруг да около, поэтому он достал еще одну вещь. «Это рецепт, который я выписала.  Ты должен пойти и попросить людей в больнице Тайюань следовать ему и приготовить все, как тут написано. Если не будет проблем, тогда мы сможем сделать еще больше и открыть магазин, чтобы продавать это».

Император не разрешал королевским принцам заниматься бизнесом, но это ограничение не распространялось на принцесс. Чжан Шаоси посмотрела на рецепт Сюэ Лина и с любопытством спросила: «А для чего нужен рецепт госпожи?»

«Это для женщин». Это был бизнес, в который была вовлечена главная героиня-женщина. Сюэ Лин попросил систему проверить формулу героини, и, изменив и улучшив ее, он создал нынешнюю формулу.

Пока она создавалась, она определенно привлекала больше людей, чем формула героини. В то время героиня и наследный принц уже должны были начать сотрудничать, и когда их бизнес пострадает, направление сюжета сильно изменится.

«Генерал не должен беспокоиться, что я делаю это напрасно - заработанные деньги пойдут в особняк генерала. Я не буду присваивать их. Просто нужно побеспокоить генерала, чтобы он нашел кого-то, кто будет заниматься этими делами. В конце концов, я человек на заднем дворе и не могу часто выходить на улицу».

Так он сказал, но Сюэ Лин не собирался поступать таким образом. «Если генерал сможет найти кого-то, кто займется этим бизнесом, я буду общаться с ним. Я буду боссом и разделю с ним прибыль».

Родившись в семье военного, Чжан Шаоси был абсолютно невежественен в вопросах бизнеса, но поскольку это было то, что предложила его почтенная супруга, у него, естественно, не было никаких возражений.

Система услышала, что он согласился, и испустила долгий вздох облегчения. К счастью, Чжан Шаоси не был слишком погружен в бизнес, иначе его хозяин не смог бы так легко его обмануть.

На самом деле Сюэ Лину вовсе не нужна была помощь. Ему нужна была только личность, чтобы было удобнее переодеваться в мужскую одежду и выходить на улицу. Это также было причиной, по которой он в настоящее время держал Чжан Шаоси за хвост. Если бы он позволил Чжан Шаоси войти в свою комнату, то непременно остался бы там, а учитывая властный характер этого человека, он всегда держал бы его в поле зрения.

Хочешь пойти и соблазнять людей?

Ха-ха.

«Я не понимаю таких вещей, но если моя супруга хочет это сделать, то вперед. Вы можете сказать мне, если вам что-то понадобится, и я постараюсь сделать все возможное, чтобы помочь вам в этом».

Сюэ Лин изогнул губы. Это было правильное решение - не уклоняться, когда мужчина пытался поцеловать его сегодня. Этого человека было так легко удовлетворить, что Сюэ Лину казалось, что будет жаль, если он не подразнит его еще немного.

Дело было завершено именно так. Сюэ Лин нашел в поместье генерала подростка с такой же фигурой, как у него, и назначил его ответственным за эти дела. Когда придет время, он сможет использовать личность этого подростка, чтобы улизнуть.

Небеса знают, как плохо он умел носить женскую одежду. Ему не терпелось переодеться обратно в мужскую одежду.

Если бы этого человека здесь не было, он бы хотел инсценировать смерть этого человека, а затем переодеться в мужскую одежду, чтобы вернуться и продолжить бой.

Подумав об этом, Сюэ Лин в сердцах поставил ему большой крестик, а затем повернулся, чтобы попросить систему замаскировать его лицо, чтобы другие видели только лицо молодого человека, когда смотрели на него.

Система: «...»

Система всегда чувствовала, что ее хозяин использует ее в странных местах. Очевидно, что это должен был быть золотой палец...

Но сам хозяин был большим золотым человеком и совсем не нуждался в его помощи. Теперь, когда она могла быть немного полезной, система необъяснимо чувствовала себя чуточку счастливой.

Несколько дней назад в столице появился небольшой, изысканно украшенный магазин. Он был не очень посещаемым, но большинство клиентов составляли знатные дамы.

Они очень положительно отзывались о товарах магазина и были готовы потратить много денег. Даже у служителя магазина устали руки от сбора денег.

Столица была местом, которое невозможно понять с помощью здравого смысла; бизнес здесь имел свой собственный кодекс правил. Независимо от того, насколько высок был статус покровителя, имя хозяина нельзя было упоминать на улице. Одно дело, если это было известно за кулисами, но были вещи, которые нельзя было показывать на поверхности.

Хотя эта династия не считала бизнесменов низшей кастой, правило, согласно которому члены королевской семьи не могли быть вовлечены в бизнес, должно было соблюдаться. Император мог держать один глаз закрытым, а другой открытым, и делать вид, что ничего не замечает, но нельзя было привлекать славу и попадаться на глаза другим, иначе император точно не оставил бы это так просто.

Это было одинаково для всех.

Многие знали, что за этим магазином стоит княжеский дворец Гунцин, потому что принцессу Минъюэ, чья личность в последнее время сильно изменилась, часто видели входящей и выходящей из магазина. Но наличие такой личности не означало, что она имела возможность удерживать принадлежащие ей вещи.

Во дворце князя Гунцина оставались только сироты и вдовы, и в таком месте, как столица, где каждые три шага по дороге можно было встретить знатного человека, они не имели никакого веса. Людей, чья поддержка была сильнее, чем у них, можно было встретить повсюду, поэтому, когда они видели, что их бизнес идет хорошо, многим другим тоже приходила в голову идея открыть магазин, чтобы заниматься тем же бизнесом.

Магазин назывался «Павильон Минъюэ», и в нем продавалась пудра, румяна и другие подобные товары. Только потому, что эффект от этих продуктов был очень хорошим, все столичные дворянки любили делать там покупки, что привело к тому, что многие люди жаждали их рецептов.

Отбив несколько волн людей, как в открытую, так и в темноте, Вэньжэнь Инъюэ почувствовала, что дальше так продолжаться не может. Она никогда не смогла бы удержать магазин в одиночку, и, в конце концов, ей оставалось только отдать часть доходов и найти партнера.

Вэньжэнь Инъюэ выбирала и выбирала из нескольких вариантов, так как ситуация в столице сейчас была сложной, и в конце концов решила обнять золотое бедро Его Королевского Высочества наследного принца.

У принца было слишком много людей, и ему требовалось много денег. Он всегда занимался бизнесом; если дело приносило доход, он, скорее всего, был бы в нем замешан. Это не было секретом в столице, но поскольку он не перегибал палку, никто активно не выступал против его высочества принца.

Вэньжэнь Инъюэ прямо нашла магазин, которым управлял принц, нашла управляющего и предложила сотрудничество.

После этого все пошло гладко. В каком-то смысле они с наследным принцем были родственниками, и она даже называла его «королевским кузеном». Хотя принц не явился лично, чтобы разобраться в этом деле, согласно сюжету, он не удивился бы переменам в своей кузине, пока не узнал бы, что Вэньжэнь Инъюэ заработала для него много денег. Тогда он начал бы ухаживать за ней, и его чувства развивались бы дальше.

Поэкспериментировав с продукцией Вэньжэнь Инъюэ, владелец магазина почувствовал, что возможности для бизнеса больше, чем он мог себе представить, поскольку женщины всегда готовы тратить деньги на подобные вещи в любую эпоху. Поэтому они вложили много денег, чтобы увеличить выпуск продукции.

Вэньжэнь Инъюэ сидела дома и ждала, когда к ней придет много денег, когда служанка принесла коробку с вещами.

«Принцесса, это из дворца. Они сказали, что это подарок от императрицы, и каждому дворцу прислали немного. Эта служанка посмотрела - внутри румяная пудра». Служанка протянула маленькую коробочку. Она была очень маленькой и красиво оформленной, но Вэньжэнь Инъюэ она совсем не заинтересовала.

«Понятно. Убери это».

Вэньжэнь Инъюэ не собиралась пользоваться этим подарком, хотя он и был подарен императрицей. Хотя он мог считаться знаком привилегии для людей древности, она не была уверена, что в нем содержится что-то, что может быть вредным для нее. Ее румяная пудра была сделана ее собственными руками, и к ней никогда не прикасался другой человек. Для такой бдительной убийцы, как она, это был правильный выбор.

Но именно из-за этого выбора она упустила единственное средство, с помощью которого можно было спастись.

Когда у него получился конечный продукт, Сюэ Лин принес его во дворец и подарил императрице, а также разным молодым дамам. Все они похвалили его, попробовав, и даже император сделал ему комплимент, сказав, что с таким талантом она действительно заслуживает своего прекрасного лица.

Ее Королевское Высочество, которая обычно вообще не красилась, застенчиво засмеялась, заставив всех, кто ее видел, почувствовать нежную привязанность. Даже Императора уговорили посмеяться от души, а когда он услышал, что она изучает эти вещи, чтобы добавить дополнительный доход для генеральского поместья, чтобы генерал мог иметь больше, чем несколько комплектов одежды каждый год, он даже пошутил, что выдал ее замуж, чтобы принести пользу другим.

Возможно, потому что это была случайная женская шутка, император не обратил на нее особого внимания. Он махнул рукой и разрешил Сюэ Лину заняться небольшими делами. На следующий день он даже упрекнул Чжан Шаоси во время утреннего суда за то, что тот не смог уговорить свою жену, заставив ее беспокоиться о пропитании домочадцев.

Это вызвало редкий смех в зале, и на лице Чжан Шаоси тоже появились следы улыбки. Несколько человек сбоку, у которых уже были жены, были несколько ослеплены этим проявлением любви.

Генерал Чжан никогда раньше не показывал такого выражения лица. Когда у человека была жена, все было по-другому.

Император был доволен, что этот брак, который он организовал, проходит хорошо; похоже, что чувства между ними были довольно хорошими.

Что же касается глупостей о том, что генерал никогда не входил в комнату своей жены, которые распространялись на столичном рынке, то все, кто присутствовал на утреннем суде, презирали эти сплетни.

Если они все еще могли сказать, что их чувства друг к другу не были хорошими после того, как увидели глупый способ проявления привязанности Чжан Шаоси, то их можно было только похвалить за слепоту.

После того, как Сюэ Лин приложил некоторые усилия, чтобы повысить осведомленность о своей продукции среди группы принцесс и императорских наложниц, люди, попробовавшие его продукцию, превратились в фанатов и один за другим появлялись у дверей, надеясь встретиться с королевской принцессой и попросить добавки.

Сюэ Лин использовал это, чтобы распространить информацию о том, что он намерен открыть магазин и что у него есть императорское разрешение на это. Многие люди стали с нетерпением ждать этого.

Люди, которые сначала пользовались продукцией Вэньжэнь Инъюэ, а потом получили продукцию Сюэ Лина, сравнили их и обнаружили, что продукция Сюэ Лина обладает лучшим эффектом. Естественно, они переключились.

Нужно было понимать, что в кругу столичных дворянок, если хоть одна из их косметических средств отставала от других, это означало, что и они сами отставали на один уровень, и они уже не могли поднять голову перед своими сверстницами, когда они вместе любовались цветами и сравнивали стихи.

Как только несколько принцесс из королевской семьи начали пользоваться продукцией, близкие к ним дамы, естественно, тоже узнали о ней. Один человек рассказывал десяти, те передавали информацию сотне, и когда открылся магазин Сюэ Лин, бизнес процветал, и никто не мог сравниться с ним.

Помимо румяной пудры и косметики, Сюэ Лин также продавал ткани для одежды, предоставленные императорским дворцом. Эту возможность они с императрицей получили после долгих уговоров и приставаний, под предлогом помощи заднему дворцу в получении дохода, когда умоляли императора, чтобы получить его одобрение, и в итоге взяли довольно много вещей из хранилища императорского дворца.

Они завернули все это красивыми словами, сказав, что она помогает своему брату императору копить деньги для императорской казны.

Император всегда любил ее, и поскольку она редко проявляла инициативу, он не собирался ей отказывать. Собственно, именно благодаря ее действиям у него и возникла идея продать некоторые вещи, чтобы пополнить казну.

Надо понимать, что содержание заднего дворца обходилось в кругленькую сумму, и иногда даже император беспокоился о таких вещах.

Хорошие вещи хранились в хранилище, но если они никому не были нужны, их просто оставляли там, чтобы на них смотрели. Идея забрать их для перепродажи звучала прекрасно, и главное, что все это можно было выдать за забавы королевской принцессы и не подвергнуться критике со стороны министров из прошлой династии.

В крайнем случае, ему нужно будет еще пару раз отругать Чжан Шаоси, и все будет в порядке.

Поскольку они пользовались поддержкой императора, а также генеральского поместья, дела в этом магазине шли очень хорошо. Никто не осмеливался посягать на их бизнес или задавать вопросы.

Его Королевское Высочество наследный принц взорвал предохранитель, в ярости перевернул стол и разбил чашки по всей земле. Он гневно сказал: «Вы говорили, что это обязательно принесет прибыль, но теперь мы все потеряли. Мы произвели эту продукцию, но никто не покупает! Что вы собираетесь делать?!»

Лавочник стоял на коленях на земле с опущенной головой, не решаясь заговорить.

Бай Чаньянь стоял поодаль. Он сделал шаг вперед и заговорил: «Ваше Высочество, сейчас товары поместья генерала продаются только в столице. Хотя в столице нет рынка для наших вещей, их можно отвезти в другие города и продать. Мы все еще можем возместить наши потери».

Принц остановил свои действия, услышав его слова. Выражение его лица было уродливым, и он сказал: «Ха, Вэньжэнь Инъюэ в этот раз чуть не довела меня до смерти. Если эти инвестиции не удастся вернуть в срок, и они разрушат мой грандиозный план, мне, вероятно, придется проявить неуважение к духу моего императорского дяди на небесах и выступить против этой пары матери и дочери».

Бай Чаньянь был сыном нынешнего премьер-министра Бая и вторым человеком в книге. Изначально он попал на крючок героини, когда был послан принцем, и с тех пор стал молчаливо опекать принцессу. Но теперь Сюэ Лин своей игрой под руку всех взбудоражил, и его первое впечатление о Вэньжэнь Инъюэ было несколько негативным.

«Хорошо». Принц кивнул и сказал: «Я оставлю этот вопрос на ваше усмотрение. Не дай нам упустить это дело».

«Да». Бай Чаньянь посмотрел вниз и сказал: «Нам все еще нужно провести четкое обсуждение со стороной Королевской Принцессы. Хотя мы не противостоим им на поверхности, нас все равно можно считать невидимым противником. Не стоит обижать генеральский особняк и королевскую принцессу из-за такого человека, как Вэньжэнь Инъюэ».

«Со стороны королевской тетушки... Я поговорю с Чжан Шаоси после утреннего суда. Вы должны пойти и найти людей из магазина и сказать им, что у нас нет намерения соревноваться. Мы не должны заставить их заподозрить нас. Есть некоторые места, где мы все еще можем сотрудничать в будущем, и мы должны убедиться, что проблем не возникнет».

«Хорошо. Я сам пойду туда».

Сюэ Лин следил за ними через систему, и когда он услышал их договоренности, он покатился по кровати, смеясь, и попросил позвать юношу.

В прошлом этот юноша всегда отвечал за выполнение его приказов, но сегодня Сюэ Лин загипнотизировал его, чтобы он переоделся в женскую одежду, и попросил его заменить Сюэ Лина в его комнатах. Сюэ Лин переоделся в мужскую одежду и с помощью системы беспрепятственно покинул поместье и направился в магазин.

Хозяин магазина знал Сюэ Лина, и Сюэ Лин не собирался скрывать свою личность. Увидев его, хозяин магазина в панике поприветствовал его и несколько неодобрительно нахмурился, спросив: «Почему королевская принцесса пришла лично?»

«Позже прибудет высокий гость, и я хочу поговорить с ним о некоторых деловых вопросах». Сюэ Лин широко улыбнулся и постучал по столу. «Когда через некоторое время кто-то прибудет и попросит встречи с главным, вы можете просто привести его ко мне».

Все сотрудники магазина были загипнотизированы Сюэ Лином и не сказали бы ни слова, даже если бы он сделал что-то еще более странное. Согласившись, они повернулись и вышли.

Сюэ Лин был одет в мужскую одежду, но поскольку он был еще молод и не достиг совершеннолетия, он лишь повязал свои длинные волосы лентой. Хотя лицо оставалось прежним, после того, как он переоделся в мужскую одежду, изначальный темперамент его тела стал более заметным, и было совершенно невозможно увидеть какой-либо намек на женственность. Если бы нужно было похвалить его, то можно было бы сказать, что он был подобен нефритовому дереву, встреченному ветром, красив и элегантен.

К счастью, у Ее Высочества Королевской Принцессы было очень мало возможностей показать себя. Она росла в глубине заднего дворца и оставалась там круглый год, поэтому многие люди никогда ее не видели, что облегчало деятельность Сюэ Лина в мужском обличье.

Бай Чаньянь пришел с визитом вскоре после приезда Сюэ Лина.

Он передал свой послужной жетон, и управляющий, следуя указаниям Сюэ Лина, сразу провел его внутрь.

Бай Чаньянь присмотрелся к владельцу этого магазина, прежде чем прийти. Это был молодой человек, и неизвестно, как ему повезло, что его заметила королевская принцесса и отправила сюда управлять бизнесом.

Изначально он думал, что с этим человеком будет легко обсуждать дела, но когда он вошел в комнату и увидел его воочию, то сразу же отказался от своей первоначальной идеи.

Элегантный и изящный юноша с необычной внешностью нес чайник, наливая воду в горшок с растением. Когда Бай Чаньянь вошел, юноша повернулся и посмотрел на него косо.

Одного взгляда было достаточно, чтобы мысли Бай Чаньяня пришли в беспорядок.

Когда он был подростком, Бай Чаньянь считался элегантным и изящным. Поскольку у него были и внешность, и талант, он занимал первое место среди столичных гунцзы. Два слова «красивый» и «элегантный», казалось, были созданы специально для него. Каждое его движение, каждое слово и каждый поступок были идеальным отражением того, каким должен быть молодой джентльмен: элегантным и спокойным.

В то время его внешность можно было считать на пике Столицы, но по сравнению с юношей, стоящим перед ним сейчас, Бай Чаньянь вдруг почувствовал себя немного пристыженным.

Оба они были одеты в белое, но молодой человек носил свою одежду более изящно, чем он, даже простой поворот головы был выполнен идеально и не мог быть подвергнут критике.

Просто глядя на него, он чувствовал себя немного глупо. У Бай Чаньяня вдруг появилось странное предчувствие, что его жизнь, вероятно, скоро будет неразрывно переплетена с жизнью этого человека.

«Похоже, я угадал правильно». Сюэ Лин опустил чайник и улыбнулся. «Это должно быть Бай Гунцзы из поместья премьер-министра Бай, Бай Чаньянь, верно?»

Бай Чаньянь внезапно собрался с мыслями и почувствовал, что его мысли сейчас были довольно забавными.

Он пришел сюда сегодня по важному делу, а не для того, чтобы в оцепенении смотреть на человека.

«Могу я поинтересоваться именем Вашего Превосходительства?»

Бай Чаньянь собрался с мыслями, и его обычный темперамент, естественно, вернулся. Его улыбка была мягкой и теплой, но если бы он был таким простым и теплым, каким казался на первый взгляд, он никогда бы не смог занять свою нынешнюю роль ведущего ученого принца.

Его будущее было спланировано с самого начала. Он знал принца с детства, и помощь будущему императору была тем стремлением, которое он вынашивал с юных лет. Стать великим премьер-министром, как его отец, было целью всей его жизни.

К сожалению, сейчас этот знаменитый талант угодил в глубокую яму. В яме было немного всего, но она была настолько красива, что люди не могли не погрузиться в нее, не желая выходить.

Человек, копавший яму, посмотрел на улыбку Бай Чаньяня и поджал губы. «Я всего лишь мелкий слуга во дворце генерала. Бай Гунцзы не должен быть таким учтивым, я не могу себе этого позволить».

Сюэ Лин использовал тот же чайник, что и раньше, чтобы приготовить для него чашку чая, а затем поднял руку и предложил ему сесть. «Я слышал, что Его Высочество Принц послал кого-то отправить вещи в город Мао неподалеку. Если я правильно догадался, Бай Гунцзы должен был приехать по этим делам?»

Конечно, с этой стороны тоже беспокоились об их магазине. У Бай Чаньяня были некоторые догадки в голове, но он притворился непринужденным, сказав: «Похоже, что на этот раз принцесса намерена победить Его Высочество Принца?» Они оба были здесь, представляя своих сторонников, и поскольку другая сторона говорила так ясно, как Бай Чаньянь мог не понять, о чем он думает?

Сюэ Лин все это время улыбался, а когда услышал его слова, просто моргнул глазами, и его улыбка приобрела слегка озорной оттенок. «Что говорит Бай Гунцзы? Королевская принцесса - младшая тетя Его Высочества, зачем ей идти и создавать проблемы для Его Высочества?»

«О?» Бай Чаньянь также изучил этот вопрос, прежде чем прийти. Что касается этого вопроса, казалось, что то, что делала королевская принцесса, не имело к ним никакого отношения. Это была лишь внезапная догадка с его стороны, но не было никаких причин для того, чтобы она вдруг попыталась надавить на них в одном из их больших проектов.

Королевская принцесса была младше принца, и принц мало общался с этой своей маленькой тетей. Их отношения были лишь на том уровне, когда они останавливались и здоровались, проходя мимо друг друга.

«Хотя нельзя сказать, что связь прямая, но Королевская Принцесса могла сделать это с иной целью, что вызывает подозрения». Только Бай Чаньянь мог связать эти вопросы воедино; даже Вэньжэнь Инъюэ могла подумать, что это просто невезение, и не принять во внимание, что кто-то может быть нацелен на нее.

В конце концов, идти против принца, чтобы напасть на нее, не было смысла, как бы об этом ни думали.

К тому же, у нее сложилось хорошее впечатление о королевской принцессе, и она не думала, что такая потрясающая и красивая женщина может специально обмануть ее.

Сюэ Лин постучал рукой по столу и со смехом продолжил: «Это действительно не было совпадением. Ее высочество принцесса специально пошла против вашего дела. Только это было не ради того, чтобы выступить против Его Высочества Принца, а с другой целью».

Бай Чаньянь не ожидал, что собеседник окажется настолько откровенным. Он лишь намекнул, но собеседник сразу же рассказал обо всем. «Для другой цели?»

«Да». Сюэ Лин небрежно сделал глоток чая, и казалось, что он вовсе не собирался обсуждать важные вопросы. «Ее Королевское Высочество нацелилась на кого-то, но это не Его Высочество Принц. Скорее, это принцесса Минъюэ».

Бай Чаньянь вдруг понял, что поскольку он не был в непосредственном контакте с этим вопросом, он не подумал, что на самом деле, кроме Его Высочества Принца, во всей этой ситуации, человеком, который пострадал больше всех, должна быть принцесса Минъюэ.

«Интересно, что за противоречие существует между принцессой и королевской принцессой?»

Сюэ Лин закатил глаза и медленно сказал: «Попытка увести чужого мужа?»

Он говорил с некоторой осторожностью, его глаза метались повсюду, а голос был тихим.

«Вы знаете слухи, распространившиеся в столице о том, что генерал не был в комнате королевской принцессы, на самом деле правдивы».

В конце концов, Бай Чаньянь вырос в столице и уже сталкивался с делами заднего двора. Его мозг придумал грандиозную пьесу, и он сразу же понял, что она означает. На его лице появилось удивление, и он спросил: «Генерал Чжан?»

Сюэ Лин поднял палец и прикоснулся им к губам, издав тихий звук, после чего продолжил: «Это секрет из дворца генерала. Я думаю, что вы хорошо выглядите и внушаете доверие, поэтому я тайно поделился этим с вами».

Бай Чаньянь не знал, смеяться или плакать, и, в конце концов, сказал с улыбкой: «Вы готовы делиться со мной секретами, пока я хорошо выгляжу?»

«Конечно! Королевская принцесса тоже рассказала мне только потому, что я хорошо выглядел». Он вернулся на свое место. «По правде говоря, королевская принцесса открыла этот магазин не для того, чтобы увеличить доход генеральского поместья. Скорее, это было сделано для того, чтобы заставить принцессу Минъюэ страдать».

«Что касается меня, то я чувствую, что на моих плечах лежит тяжелое бремя, мне нужно беречь чувства генеральского поместья».

«Принцесса Минъюэ и генерал действительно...? Хм?»

«Я не совсем понимаю, но после того, как она поблагодарила генерала за помощь в те времена, генерал в скорости стал женат, и я не знаю, что произошло потом. Но я знаю, что генерал и королевская принцесса сильно поссорились в новом доме в ночь свадьбы, после чего генерал съехал и до сих пор не вернулся туда жить».

Бай Чаньянь сомневался в правдивости этих слов, но раз уж он отправился в поместье генерала, чтобы все разузнать, он мог более или менее подтвердить факты.

Бай Чаньянь прятал взгляд, и было неизвестно, о чем он думает. Он не ходил на заседания во дворце, поэтому не слишком хорошо представлял себе, как выглядит генерал Чжань, когда посещает утреннее собрание. Вполне возможно, что пара, которую так поспешно сосватал император, внешне выглядела единой, а в душе была разделена.

Сюэ Лин не стал продолжать. Он огляделся вокруг, кашлянул и сказал: «Кхм, больше я ничего не могу сказать. В любом случае, этого достаточно, чтобы вы поняли намерения королевской принцессы. Она делает это не для того, чтобы противостоять Его Высочеству. Просто она не хочет, чтобы принцесса Минъюэ воспользовалась влиянием Его Высочества, чтобы возвыситься».

Бай Чаньянь вынырнул из своих мыслей и улыбнулся, говоря.

«Что это за слова? На самом деле, вы могли бы рассказать нам об этом раньше. Она всего лишь маленькая принцесса, а Его Королевское Высочество даже не считает ее достойной своего внимания». Все знали, что титул принцессы был пустым титулом в столице. В этот раз я пришел не для того, чтобы ссориться, а скорее потому, что беспокоился, что Королевская Принцесса и Его Высочество Наследный Принц окажутся на противоположных сторонах, и зародится вражда, что было бы печально».

«Будьте уверены, Королевская принцесса также знает, что Его Высочество на этот раз понес некоторые потери, поэтому она уже проинструктировала меня, что некоторые вещи можно делать не так, как принято. Душистая пудра была сделана в соответствии с идеей Королевской Принцессы с самого начала. Вы также знаете, что Ее Высочество всегда находилась в заднем дворце круглый год и доверяла только Императорскому доктору и ему подобным. Все это время она брала материалы из дворца, и хотя она заплатила за это, в конце концов, все равно неудобно проходить еще одну процедуру, не говоря уже о том, что материалы из дворца стоят дорого».

Он моргнул и четко обрисовал, что он имел в виду. «Я думаю, что вы должны были уже определиться с поставкой материалов, когда сотрудничали с принцессой Минъюэ. Если мы хотим сотрудничать с вами и продавать эти вещи по всей стране, вы должны быть готовы это сделать».

Производство для всей страны было большим заказом. Бай Чаньянь не был человеком, который отвечал за это дело с самого начала, и обычно он должен был пойти и позвать ответственного человека, но когда он столкнулся с сияющими глазами человека напротив него, он подумал об этом и проглотил слова, которые он изначально хотел сказать, обратно.

Вместо этого он продолжил: «Как мы можем отказаться от такого хорошего дела? Просто вы заговорили об этом довольно резко, и мне придется вернуться и доложить об этом Его Высочеству для дальнейшего обсуждения».

Сюэ Лин уже достиг того, чего хотел. Он кивнул и согласился: «Нет проблем. Если что, приходите ко мне в любое время».

Бай Чаньянь вернул тему к первоначальному вопросу. «Это хорошо. Только, кажется, Гунцзы до сих пор не сказал как вас зовут?»

«Сюэ, меня зовут Сюэ».

Бай Чаньянь повторил имя низким голосом. Его губы разошлись, обнажив зубы, и было похоже, что он хотел положить это слово в рот и проглотить его в желудок.

«Когда вы будете здесь? Чтобы мне было удобнее прийти и найти вас».

«Когда вы направитесь сюда, я буду здесь».

Сюэ Лин был уверен в этом, так как у него была система, которая помогала ему следить за их передвижениями. Когда он столкнулся с Бай Чаньянь, он уже полностью использовал все способности очарования, которые он мог использовать в данный момент, поэтому Бай Чаньянь должен быть очарован им сейчас. Он был уверен, что пока он будет пользоваться этим, главная героиня не сможет поднять волну в столице.

У Сюэ Лина не было времени, чтобы шаг за шагом атаковать сердца этих мужчин. Хотя он и говорил, что с героиней весело бороться за мужчин, на самом деле его сердце было слишком холодным, и он не мог выплеснуть даже малую часть своих чувств к любому мужчине, кроме того, с которым он был связан на протяжении нескольких жизней. Все, что ему нужно было сделать, это просто вступить в контакт с мужчинами раньше героини и испортить их впечатление о ней еще до того, как они с ней встретятся.

После этого, пока у главной героини не будет возможности встретиться с ними, ей будет совершенно невозможно устроить свою судьбу.

Сюэ Лин был собственническим любовником и не допускал даже намека на неверность, ни физическую, ни душевную. Хотя он и был зол на Чжан Шаоси, он все же уважал своего возлюбленного. Поскольку он не мог терпеть, чтобы в сердце Чжан Шаоси был другой человек, и даже двусмысленные отношения были неприемлемы, то и к себе он предъявлял такие же требования.

Поэтому, встречаясь с мужчинами, он старался как можно быстрее добиться расположения. Так ему было легче полностью разрушить любовь этих людей к героине.

Лису было очень легко околдовать человека. Он сначала укрепил впечатление о себе в сердце Бай Чаньяня, а затем с помощью прямых и косвенных средств намекнул и прямо сказал, что им лучше не связываться с Вэньжэнь Инъюэ.

Мужчина номер два был умным человеком. Он бы понял, какой выбор сделать.

Что касается его беспочвенных слов, которые на первый взгляд казались правдой, то, что он ему сказал, было лишь сюжетом из оригинального текста. Он четко обозначил, что большая его часть - это просто догадки, и человеку номер два решать, верить им или нет. В любом случае, причины, которые он привел, были просто капризными.

После ухода Бай Чаньяня, Сюэ Лин привел себя в порядок и собрался покинуть магазин. Он не стал выходить через переднюю дверь, а пошел через заднюю, специально приготовленную для себя. Однако, к своему удивлению, он только успел выйти через заднюю дверь, как врезался в грудь мужчины.

Сюэ Лин отступил назад и поднял голову, чтобы встретить удивленный и озадаченный взгляд мужчины.

Сюэ Лин: «???»

Он не просил систему помочь ему следить за этим человеком из доверия... но это было слишком случайным совпадением. Что происходит?!

Чжан Шаоси сделал шаг вперед и притянул стоящего перед ним человека прямо в свои объятия, пока тот все еще отвлекался, склонив голову. «Госпожа не в поместье, а переоделась в другую личность и прибежала сюда, чтобы сделать что?»

Мужчина обнял его и опустил голову, чтобы внимательно посмотреть на него.

Другой мужчина склонил голову и, казалось, не хотел смотреть на него, поэтому Чжан Шаоси решил заговорить первым.

В эти дни его отношения с супругой улучшились, и хотя он не мог оставаться на ночь, в обычные дни он мог заходить в ее комнату. Вернувшись домой, и услышав, что Сюэ Лин закрылся в своей комнате, он забеспокоился, поэтому ворвался туда, чтобы посмотреть, и обнаружил, что в комнате находится не его жена.

В тот момент Чжан Шаоси сильно встревожился, но, подумав, что есть большая вероятность того, что его жена сделала это сама, успокоился. Сначала он убедился, что те, кто знал об этом, держат язык за зубами, а затем, основываясь на собственных догадках, отправился в магазин.

Он и тогда чувствовал, что все доводы Сюэ Лина звучат как отговорки, но поскольку он не мог отказать другой стороне, ему ничего не оставалось, как согласиться. Теперь же казалось, что Сюэ Лин поступил так, потому что действительно хотел сделать что-то такое, о чем не могли узнать другие.

Чжан Шаоси был немного зол. Всю дорогу он думал о том, как поймать свою жену и посадить ее в маленькую черную комнату, но когда Сюэ Лин ударил его в грудь, все его существо было в состоянии шока, и он сразу же выбросил эти мысли в окно.

«Э...»

Сюэ Лин почувствовал себя немного неловко. Уголок его губ дернулся, он поднял голову, чтобы посмотреть на Чжан Шаоси, но прежде чем он успел заговорить, его глаза закрыла большая рука Чжан Шаоси.

Его на руках внесли в магазин. В задней части магазина была комната, которая была специально отведена для Сюэ Лина во время ремонта, и Чжан Шаоси сразу же ввел его внутрь. Только когда дверь закрылась, он опустил руку и поцеловал Сюэ Лина в лоб.

«Госпожа, вам когда-нибудь говорили...»

«Что?»

«Вы выглядите очень привлекательно, когда носите мужскую одежду».

Казалось, что даже такого прямого высказывания было недостаточно, чтобы выразить свои чувства, поэтому Чжан Шаоси просто обнял его и прижал Сюэ Лина к своим бедрам, потираясь об него определенной частью своего тела:

«Настолько привлекательно, что у меня возникла реакция просто от вида нынешнего облика госпожи».

Выражение лица Сюэ Лина стало уродливым.

Система, которая все это время наблюдала за происходящим, молча зажгла свечи для генерала.

Он мог сказать что угодно, но решил поступить таким образом.

Если бы хозяин уже отказался от своей моральной целостности и лег с ним в постель, ничего бы не случилось, поскольку это был всего лишь великий хозяин-злодей и мужчина в его постели.

Но сейчас его хозяин все еще не отказался от идеи наказать Чжань Шаоси.

Вести себя непристойно в такой момент, разве не значит, что он просто полностью капитулировал?

Как этот человек мог быть таким глупым? Он даже не знал, как воспользоваться случаем!

Сцена была неловкой. Полутвердая часть тела мужчины была прижата к нему, отчего кожа головы Сюэ Лина онемела.

Даже если он и улучшил показатели своего тела, это все равно был слабый и хрупкий юноша, и не было смысла пытаться сопротивляться. Он держал лицо нейтральным, губы были плотно сжаты, и он пристально смотрел на собеседника.

Рука Чжан Шаоси замерла. Он и сам понимал, что поступил неуместно - он не был так близок с Сюэ Лином с тех пор, как они поженились, и для него сделать такой неприличный шаг было немного чересчур.

В его объятиях была его жена, на которой он официально и открыто женился, о которой он думал день и ночь, возлюбленная, которую он старался радовать каждый день. Чжан Шаоси действительно не мог больше сдерживаться.

Он и раньше думал, что его жене, возможно, больше подходит мужская одежда, но не думал, что его сердцебиение так участится, когда она действительно оденется как мужчина.

В его голове раздался голос, который сказал, что эта женщина, несомненно, любовь всей его жизни. Его жизнь будет полной, только если он крепко обнимет ее и будет держать рядом с собой. Изначально он был доволен тем, кто перед ним, но сейчас желание обладать ею было особенно сильным.

Он склонил голову и снова поцеловал голову Сюэ Лин. «Госпожа, не смотрите на меня. Ваш муж боится, что не сможет себя контролировать и причинит вам боль прямо здесь».

Сюэ Лин усмехнулся и сказал: «Великий генерал должен быть менее бесстыдным. Что вы собираетесь сделать?»

«Я хочу быть рядом со своей женой». Он обнял Сюэ Лина, и на его губах появилась улыбка: «Хотя я не хочу ничего делать со своей женой без ее одобрения, мой самоконтроль не так хорош. Особенно легко я теряю контроль, когда мадам соблазняет меня».

Сюэ Лин: «...»

«Мужчины в казарме находятся в расцвете сил. Как может моя жена заставлять меня все время сдерживаться? Я могу только смотреть, но не трогать~».

Выражение лица Сюэ Лина было очень мрачным. Ему очень хотелось ударить этого человека. «Если ты не можешь сдерживаться, ты можешь пойти и найти кого-нибудь другого!»

«Предложение мадам немного странное». Чжан Шаоси ущипнул его за подбородок, его глаза наполнились голодным светом, который, казалось, хотел съесть его заживо. Он усмехнулся и продолжил: «У меня есть жена. Почему я должен искать кого-то другого, чтобы разрешить свои разочарования? Неужели моя госпожа жена хочет, чтобы я нашел кого-то вне брака?» Он задумался на мгновение и отверг это предположение сам. «Это нехорошо. Госпожа жена должна лучше осознавать свои обязанности и сама заботиться о собственном муже».

Сюэ Лин: «...»

Почему он вдруг увидел в этом человеке тень Августина из своей прошлой жизни?

«Я уже передал бразды правления своей жене, но почему моя госпожа-жена не хочет брать на себя ответственность?»

Сюэ Лин сузил глаза и обхватил рукой шею.

«Ты хочешь знать?»

Он был близко, его губы были бледно розовыми, заставляя Чжан Шаоси чувствовать себя немного одержимым.

«Да». Его голос был очень глубоким, как будто его подавили до предела.

Сюэ Лин ясно ощущал, что нижняя часть тела мужчины возбудилась еще больше. «Хорошо». В его голосе звучал смех, когда он протянул руку и развязал пояс.

Горло Чжан Шаоси судорожно сглотнул, глаза потемнели.

Сюэ Лин не стал расстегивать одежду. Он лишь создал небольшую щель, достаточную для того, чтобы просунуть руку. Он схватил обе руки Чжан Шаоси своими, и звук его смеха пронесся мимо уха генерала, когда он сказал: «Тогда я расскажу тебе». Одна рука поднялась, другая опустилась.

Одна рука легла на его грудь, а другая - на нижнюю часть тела.

Наблюдая за тем, как лицо собеседника менялось от первоначального покраснения до выражения сомнения и неуверенности, которое затем стало странным, а затем выражение шока заполнило его лицо, Сюэ Лин удовлетворенно улыбнулся. Он сохранил свою позу неизменной, широко улыбаясь, когда навис над ухом мужчины.

Звук юноши, чей голос еще не сломался и не изменился, был немного мягким, но когда он перестал подделываться под женский голос, он прозвучал как жемчужина, упавшая на землю. В ушах Чжан Шаоси его голос звучал как музыка Небес. «Теперь вы знаете, верно?»

Сюэ Лин думал, что мужчина испугается настолько, что оттолкнет его или, по крайней мере, не будет продолжать обнимать его и прижимать к себе, но, видимо, он ошибся в оценке психологического состояния этого человека. Узнав столь ошеломляющую информацию, мужчина лишь слегка изменил выражение лица, после чего его руки сжались. Он нахмурился и спросил «Кто еще знает?»

Сюэ Лин пожал плечами. «Сейчас только вы. Сколько людей узнает в будущем, будет зависеть от господина супруга».

Чжан Шаоси был словно афродизиак, но сейчас было не время для того, чтобы с ним церемониться, поэтому он заставил себя успокоиться и сказал: «Я никому не скажу. Ты тоже не должен рассказывать ни одному человеку». Его глаза были глубокими, наполненными нежностью, когда он смотрел на Сюэ Лина, в них было много душевной боли и защиты. «Должно быть, это было очень тяжело, столько лет...»

На самом деле эти «долгие годы» были не его. Сюэ Лин ничего не чувствовал, но, глядя на его нынешний вид, он все же опустил голову и включил свой актерский режим. Он вцепился в рукав Чжан Шаоси, открыл рот и медленно заговорил: «Сначала все было не так, ведь когда я был молод, я не знал, чем отличаюсь от других...» Он горько рассмеялся. «Моя мать с ранних лет говорила мне, чтобы другие не видели моего тела, потому что иначе я умру, поэтому я столько лет оберегал этот секрет из страха смерти. Моя мать скончалась, и теперь я единственный в мире, кто знает об этом. Я боялся и был очень осторожен каждый день, когда жил во дворце».

Чжан Шаоси с болью в сердце прижал голову Сюэ Лин к своей груди. Он совершенно не замечал закатившихся глаз подростка и не видел, что на его лице не было ни полпункта грусти, хотя слова, которые вылетали из его уст, все еще несли в себе сильную робость. «А когда мне исполнилось пятнадцать, брат Император пообещал меня тебе. Я думал, что весь мир рухнет. Бесчисленное количество раз я думал, что мне делать, если обо мне узнают в брачную ночь».

Глаза Чжан Шаоси были тяжело закрыты, он опустил взгляд и поцеловал голову Сюэ Лин.

«Тогда ты сказал эти слова». Он зарылся головой в грудь Чжан Шаоси, и его плечи слегка дрожали. На самом деле он смеялся, но Чжан Шаоси показалось, что он плачет. «Тогда я подумал, что так будет очень хорошо, и я смогу продлить свою жизнь на некоторое время».

Чжан Шаоси был весьма встревожен. Он вытащил Сюэ Лин из своих объятий, поднял маленькое личико с покрасневшими глазами и легонько поцеловал его. «Все в порядке, даже если я знаю правду, я не буду об этом говорить. Ты - моя жизнь. Как я могу отказаться от тебя?»

«Когда император взошел на трон, он убил почти всех своих братьев, чтобы предотвратить будущие неприятности. Если бы я не была принцессой, я бы все равно не смогла сейчас стоять перед тобой... Если ты все разложишь по полочкам, я просто буду идти согласно своей первоначальной судьбе...» Он посмотрел вниз. Его ресницы дрожали, его актерская игра была блестящей, когда он притворялся жалким, а система, стоя рядом как невольный зритель, причмокивала языком.

«Этого не случится». Чжан Шаоси снова пообещал: «Я никогда никому об этом не расскажу. Если я нарушу свою клятву, то меня каждый день будет поражать гром».

Сюэ Лин тайно искривил губы, продолжая: «Вы снова и снова показывали свои намерения, а я не отвечал, не потому что мое сердце каменное, а потому что у меня мужское тело...». Он сделал паузу, казалось, приняв решение, и сказал: «Я благодарен вам за то, что вы приняли меня и скрыли мою тайну. Я не могу стать вашей женой, но я могу организовать для вас больше наложниц. Если у вас действительно есть любимый человек, вы можете пригласить его на задний двор, и я абсолютно ничего не скажу. Вы можете не беспокоиться о том, что мой брат-император что-то узнает».

Глаза Чжан Шаоси под капюшоном потемнели. Он прижался к плечу Сюэ Лина, склонил голову и поймал его губы.

Это был их первый поцелуй. Один был робок, пытался увернуться с паническим выражением лица, а другой был могущественным тираном, который хотел втереть всего его в своих объятиях в собственное тело.

Губы и языки сплелись, и сцена наполнилась яркими красками и богатыми ароматами, возбуждение витало в воздухе.

Система закрыла морду лапами, ее сердце плакало: эта пара мужей была действительно хороша в играх, и их удовольствие от этого было ненормальным. Им даже нравилось играть в ролевые игры, а что делал ее хозяин?

Сюэ Лин использовал много сил, чтобы оттолкнуть Чжан Шаоси. Слезы капали вниз, когда он боролся, и он выглядел жалким и несчастным, заставляя людей чувствовать, что их сердца ужасно болят.

Чжан Шаоси нежно погладил его по щеке и сказал: «Я уже говорил это раньше. Я, Чжан Шаоси, буду иметь в своей жизни только тебя, так что тебе не нужно слишком много об этом думать. Женой генерала Чжэнь Го всегда будет одна только Вэньжэнь Хун».

Слезы Сюэ Лина уже начали стекать по его лицу. Он чувствовал, что его слезы будут литься напрасно, если он не будет грустить, поэтому он ошеломленно смотрел на Чжан Шаоси.

«Но... я же мужчина».

Чжан Шаоси, казалось, почувствовал его беспокойство, взял его за руку и плавно размял ее, говоря: «Я знаю. Независимо от того, мужчина ты или женщина, ты мне нравишься. Тебе не нужно так много думать об этом. Как я уже говорил, даже если ты ничего не будешь делать, ты станешь леди поместья генерала, и единственной. Так что не волнуйся и просто будь рядом со мной. Тебе не нужно много думать».

Сюэ Лин наконец-то разразился смехом и сказал: «Хорошо».

Чжан Шаоси был слишком серьезен. Он был настолько серьезен, что даже Сюэ Лин почувствовал, что не очень-то приятно так играть его чувствами, и отбросил свое намерение разыгрывать собеседника. Он наклонился вперед и протянул руки, чтобы обнять его.

Это действие было полным зависимости, но казалось, что он делал то же самое тысячи раз до этого, его действия нисколько не колебались и не тянулись, когда он обнимал еще крепче.

«Я буду помнить твои слова, а ты должен помнить мои. Ты никогда не должен предавать меня. Иначе я затащу тебя в ад. Я заберу тебя в ад, даже если это будет означать, что мы вместе пойдем ко дну».

Это было самое искреннее заявление Сюэ Лина. Хотя он понятия не имел о личности этого человека, но когда он находился с другой стороной, его разум всегда был спокоен, и казалось, что все смущение и беспокойство, вызванные ослаблением его силы, исчезли, как только он встретил этого человека. Казалось, что его и мужчину связывают какие-то узы, и сколько бы миров и жизней они ни прошли, они все равно встретятся снова.

Даже не имея никаких воспоминаний, мужчина влюблялся в него снова и снова.

Все эти неопределенности и возможность того, что он может потерять сердце мужчины с самого начала, заставляли Сюэ Лина постоянно находиться в состоянии душевного напряжения с тех пор, как он пришел в этот мир. Хотя мужчина неоднократно признавался, Сюэ Лин не мог в это поверить из-за особенностей тела, в которое он вселился на этот раз.

Он всегда беспокоился, что если однажды мужчина не сможет найти его, а человек, в которого он влюбился, не будет им, что он будет делать?

Сегодня слова мужчины, которые казались самой искренней клятвой, разорвали его сердце и заставили его полностью, абсолютно полностью отдать свое сердце этому человеку.

Это позволило Сюэ Лину почувствовать себя спокойно, настолько, что он даже не ожидал возвращения хвостов, потому что, собрав их все, он закончит свое путешествие. Если он не сможет найти человека до этого, то он также не знал, что произойдет, когда он потеряет контроль.

Чжан Шаоси держал его на руках и чувствовал, что его настроение снова колеблется. Он похлопал его по спине, чтобы успокоить.

Мужчина подождал, пока Сюэ Лин полностью успокоится, и заговорил снова. «Теперь, когда мы разобрались в этих вопросах, может ли моя госпожа жена рассказать мне, что вы делали за моей спиной? С какой целью вы пришли сюда сегодня?»

Сюэ Лин напрягся, но вскоре пришел в себя. Он скривил губы, прислонился к Чжан Шаоси и сказал: «На самом деле, я делаю кое-что, что требует очень большой работы».

«Что?»

«Сгибаю прямоходящего человека». Он усмехнулся, когда сказал это прямо, но выражение лица мужчины не изменилось. Он моргнул и почувствовал, что Чжан Шаоси, вероятно, не понял, поэтому объяснил дальше. «Это... Заставляю мужчину влюбиться в меня».

Чжан Шаоси сузил глаза и спросил «Кто это?»

«Бай Чаньянь».

«Моя супруга так красива, что естественно понравится любому встречному». Чжан Шаоси протянул руку и коснулся его лица. «То, что ты ему нравишься, не имеет значения, но если он посмеет сделать шаг, я сделаю его жизнь хуже смерти».

«Ты не обижаешься на меня за то, что я создаю проблемы и дурачился в неподобающих отношениях?»

«Пока мадам счастлива, все в порядке. В любом случае, ты уже моя. Эти люди могут только видеть, но не могут есть, и вывешивать их на просушку - пустяк».

«Но ты тоже не можешь это есть».

«...»

Система: «...»

Хозяин, зачем ты создаешь проблемы?!

Сюэ Лин сказал это только для того, чтобы остановить мужчину. Как только мужчина начал прислушиваться к его словам, Сюэ Лин перестал находить удовольствие в том, чтобы шутить, поэтому он повернул голову и рассказал мужчине обо всем, что ему нужно сделать.

За свои старания он получил по голове: «Мадам такая умная. Почему же ты до сих пор не можешь понять некоторые вещи?»

«А? Не могу понять что?»

«Если вы хотите предотвратить ее контакт с людьми в Столице, то отправьте ее далеко-далеко, или убейте ее прямо».

«...Не могу убить ее».

Он не объяснил, почему он хотел нацелиться на Вэньжэнь Инъюэ, и только сказал, что он хочет держать ее подальше от некоторых людей по своим собственным причинам. Среди этих людей были наследный принц, Бай Чаньянь и Ся Ян, который, в некотором роде, был заключен в тюрьму в поместье генерала.

«Отправить ее далеко - это возможно, но что, если у нее будут неожиданные встречи с людьми, с которыми она не должна встречаться, пока она не там, где я могу ее видеть?»

Чжан Шаоси потер голову и предложил простой и грубый способ решить эту проблему.

«Если вы беспокоитесь, что ее боевые искусства позволят ей делать вещи вне вашего контроля, тогда ваш муж может заблокировать ее способности для вас и связать ее перед отправкой, чтобы гарантировать, что она не сможет сделать никаких больших дел в течение всей своей жизни?»

Его тон голоса был заискивающим, что заставило Сюэ Лина почувствовать себя счастливым и в комфорте. Он наклонил голову и задумался, чувствуя, что это решение все еще слишком прямолинейное и неэлегантное.

Если бы все было сделано именно так, героиня всегда была бы в замешательстве и оставалась в неведении, совершенно не понимая, кого она обидела.

На самом деле она никого не обижала, но ее амбиции и жизненная линия были слишком сильными и принесли несчастье слишком многим случайным жертвам. По первоначальному сюжету, пострадал не только Вэньжэнь Хун.

Из-за открытого соперничества семи мужчин за Вэньжэнь Инъюэ погибло бесчисленное количество пушечного мяса, многие из которых были невиновными, погибшими несправедливо, и никто не беспокоился об их смерти. Более раннее завершение сюжета могло бы спасти их жизни.

Если бы принцу не дали узурпировать трон, при дворе не было бы беспорядков, и этот мир не пережил бы столько потрясений из-за женщины, которую можно считать полигамной. Статус-кво в трех королевствах был бы сохранен, что можно считать благом для любого мира.

«Не слишком ли очевидно напрямую блокировать ее боевые искусства?»

«Сейчас она всего лишь маленькая, незначительная принцесса. Даже если она исчезнет из столицы, это будет считаться лишь нераскрытым делом. Император, возможно, обратит на это внимание, но не слишком сильно».

Сюэ Лин ясно увидел в глазах мужчины убийственное намерение, когда он это говорил.

Только сейчас он вспомнил, что этот человек в этом мире был генералом, который сражался на поле боя. Если бы не первоначальная неловкость между ними, он бы смог увидеть истинное лицо этого человека раньше.

Но Сюэ Лин не возражал.

Он чувствовал, что идея напрямую свергнуть главную героиню-женщину вполне осуществима. Судя по нынешнему поведению мужчины, можно было предположить, что его проклятое собственническое чувство скоро снова восстанет. В это время у Сюэ Лина будет меньше времени на общение с людьми, так как большая часть его энергии будет потрачена на борьбу с мужчиной, чтобы не дать тому забраться к нему в постель...

«Давайте не будем такими грубыми и прямыми. Будет лучше, если мы не будем принимать непосредственного участия в этом деле».

Сюэ Лин сузил глаза и задумался о том, как быстро решить проблему. Его образ мышления постоянно развивался, меняясь то в ту, то в другую сторону в течение всего дня. План, который он придумал на днях, теперь изменился ради простоты, скорости и удобства, и он встал на путь борьбы с героиней.

«Мы можем дать ей лекарство, чтобы она больше не могла использовать свою внутреннюю силу».

Сюэ Лин примерно вспомнил настройки мира. Хотя существовало правило, согласно которому он не мог убить главную героиню, оно не мешало Сюэ Лину создавать лазейки. До тех пор, пока он лично не сделает шаг, жизнь или смерть героини не будет связана с ним.

«Тогда мы можем попросить брата-императора выдать ее замуж в рамках мирного договора, а по пути туда подстроить так, чтобы люди ее ограбили. В разгар смуты может случиться все, что угодно».

«Хорошо».

Пока Сюэ Лин вел с ним диалог, Чжан Шаоси всегда поддерживал его. Если он чего-то хотел, то обязательно это сделает. «Тебе неудобно делать эти вещи. Просто предоставь это мне».

Сюэ Лин задумался. С его нынешней личностью, ему действительно не хотелось появляться перед большим количеством людей, если он случайно допустит какие-то ошибки в своем выступлении.

Он не хотел, чтобы его личность была раскрыта, ведь тогда император умрет от гнева. Это определенно стало бы черной меткой на его ролевой карьере.

«Система, это нормально, что мы замышляем подобное против главного героя?»

«Не слишком ли поздно хозяину задавать этот вопрос? Разве не вы замышляли убить героя и в прошлом мире?»

Система полностью промолчала о том, что ее хозяин стал совершенно невнимательным к заговору против главного героя, как только у него начали складываться отношения с этим человеком.

Она также не попросила своего хозяина быть более профессиональным. У него и так неплохо получалось собирать удачу, и он был просто безжалостным убийцей протагонистов.

«Пока все логично, и воля мира не находит изъянов, ничего не произойдет. Так что вам следует тщательно все спланировать, потому что для вас двоих это будет очень проблематично, если это удастся отследить. Только не делайте так каждый раз. Если бы это был мир с более высоким уровнем самосознания, вас бы выгнали через несколько минут. Лучше быть осторожнее в таких вещах, как выход из образа».

Хотя система говорила о многом, Сюэ Лин обратил внимание только на ту часть, где говорилось, что не будет никаких проблем, если они убьют главного героя, поэтому он решил вернуться в поместье с мужчиной на буксире, и даже пообещал мужчине, который все еще ревновал, что он выставит Ся Яна без промедления, когда они вернутся.

На самом деле Ся Яну тоже не хотелось оставаться здесь надолго. Хотя в поместье генерала его кормили и поили, он все реже видел Сюэ Лин из-за вмешательства Чжан Шаоси, и у него было все больше времени подумать о своем положении. Чем больше он думал об этом, тем больше чувствовал, что не сможет ничего сделать, если в его руках не будет власти.

Он начал думать о том, чтобы уйти, но поскольку не мог видеть Сюэ Лина и не имел возможности попрощаться, то снова и снова откладывал свой уход.

Когда Сюэ Лин увидел его, Ся Ян так обрадовался, что бросился к нему и схватил за руку.

Сюэ Лин молча отдернул руку и улыбнулся: «В чем дело, Ян-Ян? Я была занята эти несколько дней и не могла тебя увидеть. Я слышала, ты искал меня?»

«Да». Ся Ян отнял руку, немного разочарованно поджав губы, но он быстро пришел в себя, потому что Сюэ Лин всегда относился к нему так, проявляя заботу о нем, как о ребенке. Только когда рядом был Чжан Шаоси, он иногда проявлял теплоту.

Хотя это было то, что Ся Ян обычно хотел видеть, в то же время это держало его на расстоянии.

Из-за этого Ся Яну не терпелось уйти. Он знал, что если останется в поместье, то, скорее всего, не сможет заполучить этого человека в этой жизни.

«Я хотел прийти и попрощаться со старшей сестрой». Ся Ян принял решение, и его улыбка снова засияла ярче, он стал солнечным молодым человеком, который выглядел очень привлекательно, когда смеялся. «Я иду домой».

«Ты все обдумал?»

«Да, уклонение не решит никаких проблем». Однажды он рассказал Сюэ Лину о своей семье в метафорической форме, чтобы завоевать немного симпатии к себе. Он также надеялся, что Сюэ Лин сможет дать ему какое-то наставление. Теперь, похоже, Сюэ Лин был рад за него, раз он решил вернуться.

Сюэ Лин протянул руку и похлопал его по плечу. На самом деле этот юноша был еще молод. Ему было всего пятнадцать лет, а ребенок был на два года младше его. Он действительно не мог понять, как героиня могла решиться на такое. В любом случае, он относился к этому человеку как к младшему поколению и совершенно не обращал внимания на случайные странные взгляды.

«Раз уж ты решил эту проблему, то действуй. Я надеюсь, что ты преуспеешь и достигнешь вершины своего жизненного пути». Если этот ребенок действительно сможет добиться успеха, то в будущем он станет императором.

«Сестра, ты подождешь меня?»

«Хм?» Сюэ Лин повернулся к нему и сказал с некоторым весельем. «Чего ждать? Ждать, пока ты придешь за мной, когда добьешься успеха? К тому времени мои дети должны будут бегать повсюду».

Тело Ся Яна напряглось, когда он повторил: «Дети?»

«Ну, мои и дети генерала». Сюэ Лин широко улыбнулся и продолжил: «Ты так долго находишься в поместье. Разве тебе не было интересно, почему генерал не остается в моей комнате, хотя мы явно муж и жена?»

Голос Ся Яна понизился, и он тихо ответил: «Да».

«Я не намного старше тебя, и хотя я уже достаточно взрослая, чтобы жениться, я еще не выросла. Генерал беспокоится о моем теле, поэтому все это время он жил отдельно». В голосе Сюэ Лина звучал смех. «Когда Ян-Ян вернется, наши дети должны быть достаточно взрослыми, чтобы делать соевый соус».

Шаги Ся Яна замедлились. «Старшая сестра не должна говорить эти слова, это заставляет меня потерять свое сердце».

Сюэ Лин продолжал идти, не поворачивая головы назад. «Ян-Ян - хороший ребенок, и в будущем великая страна Ся будет твоей. Зачем тебе держаться за кого-то вроде старшей сестры, которая не может принести тебе никаких преимуществ?»

Ся Ян был полностью ошеломлен. Он широко раскрыл глаза и недоверчиво уставился на спину Сюэ Лина.

Сюэ Лин заметил, что он остановился на месте, повернулся к нему лицом и улыбнулся.

«Почему ты не уходишь?»

«Старшая сестра знает, кто я?»

«Маленький принц страны Ся, Ся Ян».

«Раз ты знаешь, тогда почему ты взяла меня к себе...» Он замолчал на мгновение, прежде чем продолжить: «Отношения между страной Ся и страной Си не очень хорошие, и на границе круглый год вспыхивают войны...»

«Ну, когда Ян-Ян станет императором страны Ся, ты сможешь прекратить такую бессмысленную пограничную войну». Взгляд Сюэ Лина был нежным. «Мой муж - генерал. Я не могу запретить ему идти на поле боя, но я не хочу, чтобы он пошел по пути предыдущих поколений семьи и погиб в бою. Все, что я могу сделать, это молиться, чтобы в этом мире больше не было войны».

Ся Ян молчал очень долго, прежде чем сказал: «Я постараюсь сделать все возможное, чтобы в этом мире не было войны».

«Это лучший способ. Старшая сестра надеется увидеть этот день при своей жизни». Сюэ Лин привел его обратно в комнату, помог собрать вещи, приказала служанке приготовить несколько вещей для него в дорогу и, наконец, лично усадил ребенка в карету.

После того как он закончил и вернулся в свою комнату, он увидел сидящего внутри мужчину. Он наблюдал за ним с многозначительным выражением лица. «Госпожа жена очень хороша в роли старшей сестры».

«Вообще-то, я тоже очень хорош в роли старшего брата. Как насчет того, чтобы называть меня старшим братом и позволить мне должным образом заботиться о тебе?»

Теперь, когда они открыли друг другу глаза, Сюэ Лин, естественно, вернулся к своей собственной природе в присутствии мужчины, время от времени бездумно флиртуя с ним, а затем убегая.

Его действия были настолько легкомысленными, что он даже потянулся, чтобы схватить Чжан Шаоси за подбородок.

«Хватит дурачиться». Чжан Шаоси протянул руку и опустил ее вниз. «Ты беспокоишься о своем теле, поэтому мы не подтвердили брак и живем отдельно?»

«Может ли быть так, что ты не беспокоишься о моем теле?» Сюэ Лин лениво сел, и как только он уселся, подошли служанки, чтобы подать блюда. «Я еще ребенок, и именно сейчас мое тело развивается, и я еще не прошла церемонию увенчания. Что ты хочешь со мной сделать?»

«Я ничего не хочу делать. В каком направлении пошли мысли госпожи?» Чжан Шаоси спокойно отвел свой довольно несдержанный взгляд и подождал, пока служанки уйдут, после чего сказал: «Госпожа упомянула о церемонии увенчания. Поскольку у вас нет старейшин, может быть, я проведу церемонию увенчания и надписи за вас?»

Сюэ Лин сидел прямо, делая вид, будто ничего важного не произошло, и сказал: «Конечно. В любом случае, больше не к кому обратиться, ведь единственный человек, который знает, это ты».

Глаза Чжан Шаоси потемнели, и он не мог больше сдерживаться. Он хотел заняться этим человеком с того самого момента, как вошел в дом, но, услышав слова, которые он сказал Ся Яну, когда тот подслушивал, Чжан Шаоси понял, что Сюэ Лин действительно не хочет, чтобы они стали слишком близки, и мог только терпеть.

Но даже если они ничего не делали, поцелуи не были большой проблемой, верно?

Сюэ Лин послушно обнял Чжана Шаоси за шею и по собственной инициативе уселся к нему на колени, не стесняясь поцелуев. Затем, после ужина, он сразу же выгнал его, не дав генералу даже шанса поспать на полу.

Он говорил серьезно, что этого человека категорически нельзя пускать на кровать. До достижения им восемнадцати лет не могло быть и речи о дискуссии.

Система: «...»

Так у вас, ребята, действительно есть мораль? Вы так настаиваете на совершеннолетии, прежде чем совершить поступок?

Решили проветрить вашу, давно изъеденную молью, моральную целостность?

Теперь, когда основная стратегия была разработана, и у Сюэ Лина был помощник, который он мог использовать, и действовать стало намного проще.

Вероятно, любовь Чжан Шаоси к Вэньжэнь Хун была настолько сильной, что после того, как он женился на императорской сестре, Император стал меньше давить на генерала. Все задания, которые Император устраивал для него, были удобными и легко выполнимыми, и можно сказать, что в последние дни муж принцессы был фаворитом двора.

Движения принца за это время сильно замедлились, так как Сюэ Лин изредка ходил во дворец, чтобы принести императору блюда, а яд, скопившийся в теле императора, был практически нейтрализован. Его Высочество наблюдал, как его отец Император становился все сильнее и сильнее день ото дня, а его хмурый взгляд стал достаточно глубоким, чтобы убить муху.

После того, как их план был отложен, человеком, который должен был сделать больше всего, стал Бай Чаньянь. В этот период он был настолько занят, что его ноги практически не касались земли. Он всегда возвращался в резиденцию премьер-министра поздно вечером и даже подвергался критике со стороны премьер-министра за то, что не всегда был дома. Конечно, некоторые из этих событий стали результатом действий Чжан Шаоси.

То, что делал Чжан Шаоси, полностью отличалось от того, что он говорил раньше. Он был предан делу устранения потенциальных соперников, как яростный шторм. Поскольку в настоящее время у него не было возможности открыто выступить против Бай Чаньяня, он мог только создать для него новые сложности. Было бы лучше, если бы другая сторона была слишком занята, чтобы посетить магазин Сюэ Лина.

Сюэ Лин был человеком, который уже знал, какие вещи главная героиня попытается провернуть в дальнейшем, и теперь, когда ему больше не нужно было лично общаться с людьми, ему было лень выходить на улицу, и он оставался в поместье. Он замышлял и из кожи вон лез, чтобы помочь людям, совершенно не связанным с ним, заработать деньги, обучая их новым навыкам и технологиям для создания новых предприятий, прежде чем героине придет в голову та же идея.

Хотя все эти новые предприятия и продукты появились в столице за короткий промежуток времени и казались результатом чьих-то махинаций, кто бы ни проводил расследование, никаких общих черт найти не удалось.

Если героиня могла зарабатывать деньги, пользуясь своими знаниями о современном обществе, то Сюэ Лин мог также немного раньше обучить людей из древней эпохи некоторым простым навыкам. В каком-то смысле это полностью ускоряло прогресс и развитие этого мира, но все же это было лучше, чем позволить главной героине стать сильнее и влиятельнее.

Нужно сказать, что задача, которую система поставила перед Сюэ Лином, заключалась не только в изменении личной жизни героини, но и в полном, на 360 градусов, без мертвых углов, изменении жизненного пути всех главных героев, чтобы вернуть удачу, принадлежащую этому миру.

Из-за его предыдущего вмешательства героиня в настоящее время не имела возможности продолжать бизнес, а ее связь с принцем была очень слабой. Она даже никогда не встречалась с Бай Чаньянем и Ся Яном, поэтому они не испытывали к ней никаких чувств. Оставалось только предотвратить инерцию сюжета, чтобы героиня не дала себе шанс на выздоровление и случайно не подцепила какого-нибудь бизнесмена, лидера демонической секты, императора страны Лин или кого-нибудь в этом роде.

Согласно оригинальному сюжету, в данный момент император Страны Лин должен был потерять свой трон, так как князья готовились начать безумную и опасную войну, чтобы захватить власть. Седьмой мужчина героини, жестокий и тиранический, но немного болезненный император, в настоящее время все еще был принцем, скрывающим свою силу, и в ближайшем будущем не смог бы пробраться в страну Си. Страна Ся тоже не была спокойной. После возвращения Ся Яна страна резко изменилась, и ожидалось, что императорская семья там некоторое время будет находиться в хаосе.

Это хорошее время для развития Страны Си. Сюэ Лину предстояло провести здесь всю жизнь, и он не собирался допустить, чтобы страна, в которой он жил, существовала в состоянии условного равновесия с другими странами. Только обладая истинной силой, он имел бы право высказаться и остаться неприкасаемым, чтобы прожить вторую половину жизни в полной безопасности и комфорте. Сюэ Лин не был настолько безумен, чтобы хотеть стать императором, но помочь стране Си становиться все сильнее и сильнее, было несложно.

Это его тело проживало в столице и носило облик королевской принцессы. Он часто бывал во дворце, и его отношения с братом-императором были очень хорошими. Иногда он использовал гипноз, чтобы повлиять на императора и заставить его принять более дальновидные решения, которые позволили бы им стать более могущественными, не вызывая никаких подозрений. На самом деле, отчасти благодаря недавней близости и заботе сестры, он даже начал все больше и больше доверять Чжан Шаоси.

Благодаря косметическим средствам Сюэ Лина внешность императрицы за последние годы сильно изменилась, а ее привязанность и любовь к Сюэ Лину пробрала до самых костей. Она часто приглашала его во дворец, чтобы поболтать, что осложняло жизнь Сюэ Лину, и он всякий раз старался намекнуть, что ему совсем не нравятся императорские наложницы, которые ведут себя как змеи в темноте.

Императрица, вероятно, заметила его неприязнь к ним ближе к концу, и попросила его реже проводить время с императорскими наложницами. Вместо этого она часто присылала ему закуски и прохладительные напитки. Каждый раз, когда Чжан Шаоси заходил в комнату жены, он обнаруживал, что на столе стоят разные закуски, и все они были из императорской столовой.

Хотя душа Вэньжэнь Инъюэ изменилась, из-за того, что ее повсюду подавлял Сюэ Лин, было не так много мест, где она могла что-то изменить. Ее маленький бизнес все еще был жив, но она могла использовать его только для поддержки собственного дворца, а в других местах все было гораздо скромнее. Независимо от того, какую бы новую идею она ни придумала, на улице можно было найти то же самое, что и в других местах, что весьма расстраивало Вэньжэнь Инъюэ. Когда она вспомнила, как все начинало усложняться, то вдруг обнаружила очень важный момент.

Итак, однажды утром Сюэ Лина остановила Вэньжэнь Инъюэ, когда он выходил из императорского дворца и проходил мимо императорского сада.

Прошло полгода, и он сильно вырос. Он повзрослел, и темперамент, проявившийся в его осанке и глазах, стал более заметным. Сюэ Лин, как человек согнутый, но сохранивший нормальную эстетику и не трансвестит, стал более ленивым, привыкнув к жизни в этом мире, и иногда не утруждал себя макияжем даже в императорском дворце. Императорские наложницы иногда спрашивали его об этом, и он всегда со смехом отвечал, что женщины наряжаются для посторонних глаз, но поскольку генерал его семьи был таким липким, ему нравилось одеваться просто, чтобы сделать его немного менее пылким.

От этой демонстрации своей любви многие почувствовали, что у них болят зубы, но наложницы вскоре вспомнили, что у них разные статусы, и не стали задавать лишних вопросов, и даже удержались от язвительного замечания или двух.

В конце концов, она была королевской принцессой, и ее статус полностью отличался от статуса императорских наложниц, которыми они были, с гораздо более достойным положением. И даже без макияжа внешность Ее Королевского Высочества превосходила их. Она была в самом расцвете сил, а также умела ухаживать за своей кожей, делая ее такой нежной, что казалось, из нее можно выжать воду. Если посмотреть на это с другой стороны, то казалось, что то, красилась ли Королевская Принцесса или нет, совершенно не влияло на ее жизнь.

Не говоря уже о том, что это никак не повлияет на любовь ее мужа к ней.

Вэньжэнь Инъюэ снова увидела этого человека через полгода, и весь гнев, который она держала в себе, мгновенно исчез.

Очевидно, что собеседник просто посмотрел на нее самым обычным взглядом, спокойно, практически без эмоций, но она подсознательно почувствовала слабость в коленях и не могла не захотеть улыбнуться собеседнику без всякой причины, просто потому, что этот человек был слишком красив. Даже если Вэньжэнь Инъюэ находила себя красивой, когда смотрелась в зеркало, она все равно была побеждена Вэньжэнь Хун, когда увидела ее.

Как женщина, она была очаровательной, но не льстивой, и даже несла в себе едва уловимый героический дух. Ее движения не были нежными и элегантными, но это, как ни странно, не создавало диссонанса. В этом человеке проявлялись всевозможные противоречия, но это не вызывало у людей любопытства, а наоборот, не позволяло им испытывать к нему неприязнь.

Вэньжэнь Инъюэ старалась сдерживать свои положительные чувства к Вэньжэнь Хун, потому что ей всегда казалось, что ее неудачи связаны с тем, что кто-то из-за кулис на нее давит, и этим человеком, скорее всего, был Вэньжэнь Хун, из-за которой она изначально потеряла хорошую возможность сотрудничать с принцем.

Она хотела подойти и задать вопросы сегодня, но когда она встретилась с глазами собеседника, слова, которые она приготовила заранее, не осмелились вырваться наружу.

«Принцесса Минъюэ?» Сюэ Лин опередил ее и улыбнулся ей. «Какое совпадение. Вы тоже пришли сегодня, чтобы выразить почтение императрице?»

Вэньжэнь Инъюэ покачала головой и сказала: «Я слышала, что королевская принцесса сегодня войдет во дворец, поэтому я хотела пригласить ее побеседовать».

Сюэ Лин сузил глаза и подумал о новостях, которые он только что получил от императрицы. Он усмехнулся и сказал: «Прекрасно. Я также хотела поговорить с вами кое о чем».

Вэньжэнь Инъюэ удивилась и, обернувшись, сказала: «Там есть водный павильон. Почему бы нам не пойти туда?»

Служанка, обслуживавшая Сюэ Лина, нерешительно заговорила: «Госпожа, генерал все еще ждет за воротами дворца».

«Все в порядке. Пошлите кого-нибудь сообщить ему, что я вернусь немного позже. Пусть он вернется к своим делам».

В душе служанка подумала, что даже если они пошлют кого-нибудь, они все знают, что генерал не согласится, но она была несколько беспомощна перед темпераментом своей госпожи и могла только глазами подать сигнал другому человеку, который следовал за ними, намекая, чтобы она была немного умнее, когда будет говорить об этом генералу, чтобы у него не осталось впечатления, что принцесса его семьи избалована и высокомерна.

Та кивнула головой в знак понимания, после чего развернулась и вышла, чтобы сообщить генералу, что принцесса Минъюэ настояла на беседе с королевской принцессой. Госпожа попыталась, но не смогла ее оттолкнуть, и поэтому не смогла выйти.

Чжан Шаоси знал о характере Сюэ Лина больше, чем они, и догадался, что он, вероятно, узнал какую-то новость, которую можно использовать, чтобы усложнить жизнь героине. Его смех был несколько многозначительным и напугал служанку до такой степени, что ее сердце заколотилось, она испугалась, что сказала что-то не то.

Чжан Шаоси не ушел. Вместо этого он велел ей вернуться и передать, что ждет снаружи, чтобы сопроводить супруг домой, прежде чем идти на работу.

Служанка не знала, сколько раз она уже сетовала на увлечение генерала своей женой, а потом была несказанно рада, что их хлопотливая госпожа встретила такого мужа.

Сюэ Лин неторопливо уселся в водном павильоне и даже успел помахать руками и подразнить плавающего в воде карпа. Он улыбнулся и сказал Вэньжэнь Инъюэ: «Все мои братья рано покинули этот мир, и даже племянницы вроде тебя старше меня. Не нужно быть столь внимательной к таким вещам, как вежливость к старшим поколениям в моем присутствии, если у тебя есть что сказать, то просто говори».

Вэньжэнь Инъюэ снова улыбнулась и сказала: «На самом деле, ничего страшного. Просто я кое-что не могу понять, и хотела попросить королевскую принцессу разъяснить».

«Да?»

«Тогда, почему королевская принцесса решила заняться... продажей румян?»

Сюэ Лин выглядел немного удивленным, а затем раздался его смех. Услышав это, Вэньжэнь Инъюэ остолбенела на месте, не зная, куда деть руки и ноги, так как такой реакции она не ожидала. Затем она послушала, как Ее Высочество Королевская Принцесса говорит: «Этот маленький магазин, на самом деле, был просто внезапной идеей. Генерал почувствовал, что в этом есть какой-то смысл, и нашел человека, который будет управлять магазином. Это было просто то, что имперская больница сделала после консультации с некоторыми благочестивыми докторами из мира боевых искусств. Они сказали, что это просто что-то маленькое, с чем они возились и создали, чтобы развлечь меня».

«Я подумала, что эффект неплохой, попробовав его, и дала немного императрице. Дамам во дворце тоже понравилось, и мне пришла в голову идея заработать немного денег, чтобы увеличить семейный доход. Я не ожидала, что генерал найдет такого способного человека. Мне до сих пор кажется странным, когда я каждый месяц просматриваю бухгалтерские книги».

Вэньжэнь Инъюэ чуть не сломала полный рот серебряных зубов от ярости. Когда она так говорила, казалось, что разрушение ее планов было совершенно непреднамеренным, и это было похоже на недоразумение, над которым можно посмеяться. Но для Вэньжэнь Инъюэ, оказавшейся в такой сложной ситуации, это было крайне неприятно, с какой стороны ни посмотри.

Она была человеком из современной эпохи. Проиграть принцессе из древней эпохи из-за таких нелепых причин?

Принцессе, у которой не было никакого делового чутья, а скорее она делала это просто из любопытства?

Принцессе, которая, поскольку была привлекательной и удачно вышла замуж, могла хорошо есть и пить, и ни о чем не беспокоиться?

Даже если бы этот человек выглядел еще лучше, Вэньжэнь Инъюэ больше не могла заботиться о своей внешности. Ее сердце переполняло чувство, что она проиграла по целой куче таинственных и необъяснимых причин; все ее планы умерли, не успев принести плоды, от рук невинной маленькой девочки. Как ей было смириться с этим?

Увидев, как покраснело ее лицо, Сюэ Лин воспользовался этим и подлил масла в огонь. «Почему принцесса спрашивает об этом? Может быть, вам тоже нравятся такие вещи?». Он моргнул глазами и добавил: «Во дворце Гунцинь остались только принцесса и принцесса-консорт, это должно быть трудно. Если принцессе действительно понравится, я могу послать ей еще несколько комплектов этих вещей». Он открыл рот и медленно заговорил, казалось, что он обеспокоен, но на самом деле добавил провокационное предложение: «Это также можно рассматривать как компенсацию моей вины за то, что я разрушила бизнес принцессы».

В этот момент Вэньжэнь Инъюэ разозлилась еще больше. Этот человек явно не был тем, кто ничего не знал о ее делах. Это выражение лица, этот взгляд, чем он напоминал невежественный белый цветок?!

Вэньжэнь Инъюэ почувствовала, что ее водит за нос лотос с черным сердцем. Она стиснула зубы: «Нет, мне это не нужно. Хотя сейчас трудно сводить концы с концами, я все равно могу купить то, что мне действительно нужно».

«Это хорошо. Если говорить об этом, то если принцесса сможет собрать хорошее приданое для себя, у императрицы будет на одну заботу меньше».

«Какое приданое?»

«Ах, да. Принцесса еще не знает». Сюэ Лин невинно рассмеялся, выглядя как идеальный ангелочек со всех 360 градусов без каких-либо мертвых углов. «Делегация из Западных регионов скоро прибудет в Столицу. На этот раз они прибыли, чтобы заключить брак с принцессой из страны Си и создать союз со страной Моран».

Вэньжэнь Инъюэ вдруг охватило зловещее предчувствие, и по позвоночнику пробежал холодок.

«Император и императрица некоторое время совещались и решили, что среди принцесс подходящего возраста вы, принцесса Минъюэ, будете лучшей кандидатурой для союза».

Хотя он улыбался, его глаза были холодными. «Теперь, когда принцесса знает, вы можете вернуться и привести себя в порядок, прежде чем готовиться к получению указа. А потом настанет время уйти».

Вэньжэнь Инъюэ почувствовала, как все перед ней потемнело.

«Между нами нет никаких претензий». Вэньжэнь Инъюэ сглотнула кровь, стоявшую в горле, и холодным голосом произнесла: «Почему Ваше Высочество принцесса так усложняет мне жизнь?»

«Усложняю?» Сюэ Лин мило наклонил голову, прекрасно изображая невинную девушку, которая ничего не знала о мире; существо, которое было на пике всех белых лотосов; персонаж, который должен быть растоптан насмерть главной героиней, чтобы зрители могли аплодировать и радоваться. «Где я усложнила жизнь принцессе Минъюэ? Принцесса уже не так молода. Брат император не подумал об этом раньше, поэтому не устроил для вас свадьбу. Теперь, когда он выбрал для вас достойного мужчину, принцесса должна радоваться».

«По словам королевской принцессы, быть сосланной из дома из-за брачного союза - это хорошо?»

«Для обычных людей это было бы бесконечным чистилищем. Судя по хрупкому внешнему виду нескольких принцесс королевской семьи, можно предположить, что они умрут по дороге на свадьбу, не доехав до нее совсем немного, но для принцессы Минъюэ все будет иначе». Сюэ Лин подпер щеку рукой, похвалив ее. Его поза казалась непринужденной, но тон был очень серьезным. «Принцесса Минъюэ умеет сделать комфортной самую неблагоприятную обстановку. Разве этот брак, который император устроил для вас, не является наиболее подходящим для ваших способностей?»

Он говорил эту крайне неразумную чушь с торжественным выражением лица, и, видя его вид, Вэньжэнь Инъюэ поняла, что попытки вразумить его здесь ничего не изменят. Она окинула его глубоким взглядом, прежде чем бросить несколько резких слов. «Вэньжэнь Хун, просто подожди. Меня, Вэньжэнь Инъюэ, не так-то легко столкнуть вниз. Ты не всегда будешь высоко и недосягаема, посмотрим, как сложится эта игра».

Наблюдая за ее уходом, Сюэ Лин широко улыбнулся, повернув голову, чтобы спросить служанку: «У нее еще есть время, чтобы идти так медленно?»

Служанка, много лет служившая королевской семье, давно знала, к чему прислушиваться, а когда притворяться невеждой. Пока ее госпожа не умрет раньше времени, она будет со своей госпожой всю жизнь. Очевидно, что она не произнесла бы ни одного слова, которое не соответствовало бы мыслям ее госпожи. «Указ Его Величества рано или поздно будет отправлен во дворец Гунцинь. Если Принцесса желает спастись, то ей лучше поспешить».

Сюэ Лин скривил губы и встал. «Ну, теперь-то она действительно сердится. Даже ты понимаешь ситуацию. Почему она не способна принять свою судьбу?»

План принца потерпел крах, и страна Си теперь находилась под сильным руководством императора. Не было никого, кто мог бы оспорить принятые им решения. У Вэньжэнь Инъюэ не было возможности обратиться к императору, и она могла сделать свой ход только на пути к брачному союзу.

Независимо от того, какой способ она выберет для побега, если она сбежит, она больше не будет принцессой Минъюэ дворца Гунцинь.

В это время ее жизнь или смерть полностью зависели от Сюэ Лина.

Когда Сюэ Лин подошел к дворцовым воротам, он увидел, что карета генерала Чжэнь Го все еще стоит на стоянке, а на сиденье извозчика сидит сам Чжан Шаоси. Он явно был генералом великой армии, но вел себя как извозчик, рассматривая официальные документы в своей руке. Многие стражники, охранявшие дворец, бросали на него коленопреклоненные взгляды, видимо, восхищаясь его трудолюбием и тем, что он не теряет ни минуты, ни секунды.

Сюэ Лин хотел сказать им, что они слишком много думают. Мужчина воспользовался этими странными моментами, не только для того, чтобы разобраться с делами, но и чтобы еще несколько минут побыть рядом с ним, когда они будут ехать домой.

...Господа охранники, он очень сожалеет, что заставил ваши мысли сбиться с пути.

Услышав звук шагов, Чжан Шаоси поднял голову и увидел выходящего Сюэ Лина. Его ледяное выражение лица тут же растаяло, и на лице появилась улыбка.

«Госпожа жена закончила?»

«Да».

«Я уже послал весточку в ваш любимый ресторан и заказал столик. Отправимся туда прямо сейчас».

«Хорошо».

Сюэ Лин позволил ему забраться в карету после того, как они перекинулись двумя фразами. Карета закрыла его лицо и полностью скрыла от взглядов охранников, которые наблюдали за ним. Чжан Шаоси забралась в карету следом за ним, тут же развернул его и прижался к Сюэ Лину, чтобы глубоко поцеловать.

Только небеса знают, почему этот человек из древности так любил влажные французские поцелуи. Чжан Шаоси целовал его до тех пор, пока изначально бледно-розовые губы Сюэ Лина не стали ярко-красными, а все его тело - мягким, после чего, наконец, отпустил его губы, но притянул к себе и заключил в объятия.

Повозка была невелика, а поскольку двое людей прижались друг к другу, диапазон действий был ограничен. От их движений карета немного тряслась, но лицо извозчика ничуть не изменилось, он делал вид, что ему не интересно, что происходит внутри.

Когда Сюэ Лин восстановил дыхание, он посмотрел на мужчину. «Почему ты вдруг ведешь себя так безумно?»

«Мадам была немного холодна со мной сегодня. Ваш муж был расстроен и хотел найти утешение». Он вел себя как настоящий бесстыдный муж-разбойник. Это был навык, который генерал отточил за последние полгода, когда его не пускали в постель жены.

Возможно, из-за того, что он уже некоторое время состоял в отношениях с Сюэ Лином, он не всегда был изящным, когда говорил, и иногда добавлял современную терминологию, чтобы подразнить его.

Сюэ Лину захотелось дать ему пощечину, но разум удержал его, и он прибегнул к угрозам:

«Мне было просто лень отвечать, а ты считаешь это безразличием? Не хочешь посмотреть, как я выгляжу, когда я действительно холоден?»

«Ни за что!» Чжан Шаоси взял его руку и нежно поцеловал. «Когда моя госпожа супруга холодна, она бессердечна, как зимний ветер. Я не хочу испытать чувство, когда в мое сердце второй раз вонзают нож».

Сюэ Лин опустил взгляд. «Не уговаривай меня так, как ты обращаешься с женщиной. Твои слова любви так гладки, ты уверен, что не практиковался, прежде чем бегать за мной?»

«Когда я вижу свою госпожу жену, я всегда хочу открыть свое сердце, чтобы ты увидела. Мои слова любви идут от сердца, и они абсолютно не лживы». Когда Чжан Шаоси произнес эти слова, его лицо не покраснело, а сердцебиение не участилось. Его вид не мог быть более честным.

«Тогда перестань называть меня «женой». Веришь или нет, но я тебя укушу».

«Если я не буду называть тебя «женой», то, как мне тебя называть?» Чжан Шаоси был несколько озадачен. Хотя человек в его объятиях был мужчиной, он также четко понимал, что они оба женаты, и это его жена. В этом не было ничего плохого.

«Обычно, когда есть посторонние, зови меня просто «Жена». Называй меня по имени, когда мы одни».

«Хун-эр?»

Сюэ Лин поджал губы, в душе думая, что это ничуть не лучше, чем называться «Жена».

«Меня зовут Сюэ Лин». Он повернул голову, протянул руку и ущипнул Чжан Шаоси за подбородок. Он спокойно сказал: «Я не Вэньжэнь Хун, я - Сюэ Лин».

Чжан Шаоси встретил его взгляд и был потрясен серьезностью этих глаз. Он был ошеломлен. Он не знал почему, но когда он услышал это имя, его голова словно разорвалась, как от взрыва фейерверка, и казалось, что человек перед ним, наконец, действительно принадлежит ему. Как будто он действительно схватил его в свои руки и заключил в объятия, он еще не был полностью близок, но уже не был так далек, как горизонт.

Казалось, что они были связаны друг с другом на протяжении многих лет. И хотя он бесчисленное количество раз называл его разными именами, их связь всегда была похожа на сон. Сейчас он впервые узнал его имя.

Да, оно не принадлежало Вэньжэнь Хун. Эта пара глаз принадлежала только этому имени.

Возможно, оно не имело никакого значения и просто хорошо звучало, но в этот момент эти два слова глубоко вошли в его сердце, и даже если они постоянно менялись во времени и пространстве, след, оставленный ими в его сердце, никогда не исчезнет.

«Хорошо, Сюэ-эр». Чжан Шаоси немного глупо улыбнулся, его голос был полон нежности.

И тут его отчитал Сюэ Лин.

«Не добавляй «эр»!» Он скрипнул зубами, подчеркивая это. Его имя и лицо были не очень мужественными, и когда мужчина назвал его так, он почувствовал себя очень неловко!

Чжан Шаоси поцеловал его в лоб и с улыбкой изменил свое обращение к нему: «Хорошо, Лин».

«Разве тебе не любопытно?» Сюэ Лин не ожидал, что мужчина так быстро примет его имя. На самом деле, пройдя вместе столько миров, Сюэ Лин давно хотел сказать ему свое настоящее имя. Иногда он чувствовал себя очень странно, когда его держали на руках, но при этом звали по имени кого-то другого.

В прошлых жизнях мужчина тоже не любил использовать имена, которые ему не принадлежали. Чаще всего он использовал домашние имена, дразня его «мадам», «жена», «малыш», «милый», он мог бесстыдно называть любое прозвище, даже если Сюэ Лин его побьет. В те времена у Сюэ Лина была мысль назвать ему свое имя, но поскольку он не был уверен в этом человеке и чувствовал себя немного неловко, он так и не сделал этого.

Этот мир был особенным для Сюэ Лина. Возможно, потому что они были связаны друг с другом с самого начала, или из-за глубокой привязанности, которую мужчина постоянно демонстрировал, он мог почувствовать сильную любовь, которая всегда сдерживалась им. Система уже говорила, что его любовь к Сюэ Лину будет накапливаться каждый раз, когда они будут проходить через мир.

Возможно, в конце концов, Сюэ Лин станет всем миром для этого человека…

Такое сильное и необратимое чувство, когда любовь никогда не угасает после того, как они влюбляются, и это заставляло Сюэ Лина чувствовать себя спокойнее, чем от любых обещаний верности. Беспокойство, вызванное хаотичным началом этого мира, было полностью сглажено этим человеком. Сюэ Лин почувствовал, что настало время дать ему понять, что за человек, в которого он влюбился.

«Любопытно, но и не любопытно». Чжан Шаоси обнял его. Хотя подросток продолжал расти, он все еще был юн, а его лицо было белым и нежным, отчего хотелось протянуть руку и ущипнуть его за лицо или поцеловать в губы. «Пока это ты, называть тебя можно как угодно. Только, не знаю почему, но это имя заставляет все мое сердце трепетать».

Он сжал руку Сюэ Лина. «Такое чувство, как будто я полностью и абсолютно завладел всей твоей личностью».

Губы Сюэ Лина подергивались, и ему было лень обращать внимание на этого человека, который мог увести любой разговор в странное русло. Он протянул руку, взял кисейную шапочку с вуалью, которая хранилась в карете, и надел ее, чтобы прикрыть лицо.

Они собирались ужинать в ресторане на виду у всех. Сюэ Лин уже давно не показывал своего истинного облика, чтобы ему было удобнее бегать на улице в мужском одеянии. Однако на рынке ходили сплетни о том, что королевская принцесса не может появляться на публике и так далее. Поэтому если бы все увидели заботу и любовь генерала к королевской принцессе и наблюдали за тем, как они общаются, как влюбленные, любые слухи были бы уничтожены еще до того, как они появились.

Как только они вошли в личную обеденную комнату, блюда были поданы быстро и тихо. Угощения были великолепно сервированы и вкусно пахли, Сюэ Лин махнул рукой, чтобы слуги удалились, а затем медленно начал есть и обсуждать дела. «Когда я сегодня вошел во дворец, я слышал, как императрица говорила о брачном союзе. Когда прибудут люди из делегации?»

«Судя по объявлению во время утреннего заседания, они должны прибыть в столицу через пять дней».

«Как вы думаете, хватит ли у Вэньжэнь Инъюэ смелости сбежать из столицы?»

«Ее мать все еще здесь. Принцесса-консорт не в добром здравии. Если она действительно сбежит со свадьбы, то, кто-то скорее всего, умрет от гнева. Кроме того, столица усиленно охраняется, и теперь, когда Его Величество определился с кандидатом, естественно, были посланы люди, чтобы охранять ее, и ей будет нелегко сбежать».

Сюэ Лин подумал про себя, что у нее все еще есть ореол главной героини, даже если она был практически уничтожена им за последние полгода. «Это правда, не похоже, что она из тех, кто может быть настолько напуган, что попытается убежать сейчас. Будет лучше убежать по дороге к место проведения свадьбы».

Брачный союз существовал и в первоначальном варианте этого мира, но поскольку принц тогда уже взошел на трон, а старый император и Вэньжэнь Хун недавно умерли, новоиспеченный император заявил, что не следует устраивать свадьбу во время национальных похорон. Это также привело к тому, что Западные регионы начали серию ответных действий против страны Си после того, как они набрали силу, что привело к еще большему хаосу в регионе.

Хотя Сюэ Лин и говорил, что обстановка будет очень подходящей для героини, на самом деле он не собирался оставлять ее в живых, чтобы позволить ей добраться до Западных регионов. Пока принцесса жива, им придется провести всю жизнь, наблюдая за ней, а это так утомительно. Ради того, чтобы сделать свою собственную жизнь более комфортной, Сюэ Лин без колебаний одолжил бы чужие руки, чтобы уничтожить ее.

Но прежде чем расправиться с ней, нужно было разобраться еще с одним человеком.

Принцесса уже была черепахой, застрявшей в банке, а принц все еще жил в достатке, и из него не получилось бы хорошего императора. Человек, который мог делить женщину с шестью другими мужчинами, который не желал ждать, пока его собственный отец отойдет в мир иной от старости и планировал отцеубийство, который не заботился о жизни своих генералов и тысяч солдат, и прямо отказывался заключать брачный союз, провоцируя войну между двумя странами...

Разве он может быть мудрым правителем?

Помимо убийства героини, Сюэ Лин также готовился убрать и Его Высочество Принца.

На самом деле, принц сильно притих за это время и явно стал довольно мрачным, как только тело императора начало восстанавливаться. Бай Чаньянь целыми днями занимался его делами, а когда ему случалось встретиться с Сюэ Лином, он всегда пользовался случаем, чтобы пожаловаться ему.

Поскольку по первоначальному сюжету принц взошел на трон раньше, а Бай Чаньянь также состоял в отношениях с принцессой, принц никогда ничего не предпринимал по отношению к нему, и Бай Чаньянь, естественно, никогда не видел истинного лица принца.

Напротив, он всегда чувствовал вину за то, что влюбился в того же человека, что и принц, и работал еще усерднее.

Но в этой жизни не было женщины в качестве буфера посередине, и когда нрав принца ухудшился, самой непосредственной жертвой стал Бай Чаньянь, который вырос вместе с ним и теперь выполнял обязанности его помощника.

Принц был вспыльчив и часто принимал необдуманные решения, которые могли привести к ошибкам. Но когда возникали проблемы, он не признавался в своих ошибках, поэтому всякий раз в роли того, кого ругали, оказывался Бай Чаньянь.

Бай Чаньянь каждый раз приходил к Сюэ Лину, чтобы горько пожаловаться, и через некоторое время Сюэ Лин стал его советником.

Сюэ Лин не делал никаких шагов, но в следующий раз, когда Бай Чаньянь явился со списком накопившихся жалоб, он открыл рот, чтобы спросить: "Если он не мудрый правитель, то почему ты позволяешь ему использовать тебя?"

Это предложение было прямым ударом для Бай Чаньяня. Его мозг внезапно начал поворачиваться, и все направление сюжета начало меняться.

Сюэ Лин смело заговорил и предложил ему. "Какой смысл помогать тому, кто уже был на полпути чтобы стать императором? Если ты сможешь помочь тому, кто выглядел безнадежным, стать правителем, это продемонстрирует твой талант и заставит мир помнить тебя тысячи лет".

Глаза Бай Чаньяня загорелись. Он чувствовал, что в этом есть доля правды.

Тем не менее, он все еще просил Сюэ Лина не говорить такие слова так легкомысленно. Но постепенно его сердце перестало быть верным принцу и начало менять направление.

По первоначальному сюжету, после прихода к власти наследный принц находил и использовал всевозможные обвинения, чтобы расправиться с теми братьями, которые могли украсть у него трон. Поэтому в живых оставалось все меньше принцев.

Если бы старый император узнал об этом, он бы, наверное, перевернулся в могиле. Сюэ Лин не обратил на это особого внимания, когда просматривал заговор, и только подумал, что яблоко от яблони недалеко упало.

Разница была лишь в том, что старый император сражался яростно, но не убивал тех, кто не пытался бороться за трон, а принц убивал всех подряд только из-за "возможности", которая может существовать в будущем, совершенно не придавая значения человеческой жизни.

Влияние героини в этом не могло быть проигнорировано. Она одолжила руки принца, чтобы убрать довольно много людей, многие из которых имели широкие сферы влияния, и Столица была омыта морем крови.

Чтобы сохранить королевскую родословную, даже если бы Принц был племянником этого тела, Сюэ Лин не позволил бы Принцу жить дальше. Этот человек был слишком жестокосердным и безжалостным, и с ним было бы трудно иметь дело. К счастью, он вовремя спас старого императора, поэтому ему не нужно было открыто противостоять ему, и он просто использовал руку старого императора.

После того, как тело старого императора восстановилось, Сюэ Лин позаботился о том, чтобы Сына Неба не отравили ядом. К несчастью, некоторые люди в заднем дворце не боялись смерти и все еще пытались использовать наркотик. Их поймали, и император приказал провести строгое расследование. У него даже возникли подозрения относительно собственного тела.

Императорский доктор проверил и подтвердил несколько раз, что Императора тоже пытались свести в могилу ядами.

Его выражение лица потемнело на месте, но, чтобы узнать правду, он приказал людям молчать и ничего не сказал.

Человек, ответственный за расследование этого дела для императора, был Чжан Шаоси. У Сюэ Лина были доказательства, которые могли бы обвинить принца, но им не хватало свидетелей.

Хотя все, что ему нужно было сделать, это схватить несколько человек и заставить свою жену загипнотизировать их, а затем отправить к золотому трону, Чжан Шаоси не беспокоился, ожидая, пока срок расследования подойдет к концу, а император будет почти вне себя от гнева, прежде чем представить свои выводы.

Император был так зол, что его чуть не стошнило кровью на месте.

Сюэ Лин был рядом с ним, и ему потребовалось много времени, чтобы успокоить старого императора после того, как он указал на эти вещи и отругал своего сына за мерзость.

Император все еще не терял надежды и хотел понять, был ли это шаг самого принца, или кто-то использовал его, но после того, как дело было расследовано, он был разочарован еще больше.

Принц родился в его ранние годы, а император в последние несколько лет был в добром здравии. Деятельность наследного принца была не слишком выдающейся, поэтому он всегда чувствовал себя ущемленным в своем сердце и хотел как можно скорее сесть на правящую должность.

Услышав это, старый император перевернул стол в императорском кабинете и строго приказал Чжан Шаоси найти доказательства, которые могли бы свергнуть наследного принца в течение полумесяца.

Именно этим и был занят Чжан Шаоси в этот период. Хотя Сюэ Лин мог использовать систему для изучения этого вопроса, в итоге ему не пришлось бы выполнять никакой работы, что заставило бы императора заподозрить их разведывательную сеть. Они не хотели случайно повлиять на всю ситуацию из-за такой небольшой проблемы, когда наступил такой критический момент.

Как только делегация с запада, ответственная за утверждение брачного союза уедет, Чжан Шаоси объявит импичмент принцу во время утреннего суда.

Главной причиной успеха на этот раз был Бай Чаньянь, которого Сюэ Лин подтолкнул к смене хозяина. Он все обдумал и понял, что когда принц будет низложен, а должность наследного принца будет пустовать, амбиции нескольких других принцев станут явными, и он сможет выбрать среди них мудрого правителя.

У Бай Чаньяня были свои идеалы и амбиции. Монарх, которому он служил, не должен быть тираном, а скорее тем, кто мог бы нести процветание для Страны Си и открыть путь в будущее. Поэтому он также обратился к Сюэ Лину и сказал, что поскольку в будущем он не будет уступать ему умом и мудростью, то он надеется, что Сюэ Лин подумает о том, чтобы совершать добрые дела для страны и ее народа.

Сюэ Лин был так смущен, что затянул этот вопрос и, в конце концов, отослал его.

Личность Бай Чаньяня настолько отклонилась от сюжета, что практически разрушилась! Он стал человеком, который беспокоился о стране и людях. Такая мораль, такие слова, которые потрясли небо и затронули весь мир, были похожи на то, как будто он создавал финансовую пирамиду.

Все приготовления были почти завершены, и делегация, искавшая брачного союза, прибыла в столицу.

Вэньжэнь Инъюэ уже давно получила указ о своем замужестве. В эти дни она не отходила далеко от своего дворца, подавляя свои чувства и планируя в дороге реализовать грандиозный план и сбежать в одиночку.

Маленькая служанка, которая всегда была рядом с ней, уже сделала все необходимые приготовления, чтобы заменить ее и выйти замуж вместо нее. Они плакали в объятиях друг друга, а потом поклялись друг другу, что никогда не покорятся судьбе.

Вэньжэнь Инъюэ чувствовала, что королевская жизнь ей не подходит. Такая убийца, как она, должна бродить по миру боевых искусств, и если она будет заниматься несколько лет и доведет свои навыки до того уровня, на котором они были в прошлой жизни, то наверняка сможет убить и заставить человека по имени Вэньжэнь Хун пожалеть о своей жизни.

Сюэ Лин об этом особо не задумывался. Когда делегация прибыла в столицу, у Чжан Шаоси было много дел, и его оставили на весь день в поместье, бездельничать. Он прочитал несколько книг, которые система сохранила из предыдущего мира, чтобы подготовиться к мирам, которые ему предстоит пережить в будущем.

Когда Чжан Шаоси вернулся, он лениво лежал во дворе и читал книгу.

Вероятно, из-за того, что они уже говорили об этом, все люди, находившиеся во дворе, были изгнаны. Когда он был один во дворе и в своих комнатах, он носил мужскую одежду, и пока он праздно проводил время за чтением, мягкий солнечный свет создавал круг света вокруг его головы, делая его невероятно привлекательным, как живого ангела.

Чем больше генерал смотрел, тем больше ему казалось, что его жена похожа на божество, сошедшее с небес. В любом случае, сердце Чжан Шаоси было переполнено чувствами, и он двинулся вперед, чтобы подхватить мужчину и покружить его на руках.

Сюэ Лин удивился, повернулся и бросил книгу обратно на кресло, а затем обхватил Чжана Шаоси за шею и широко открыл рот, чтобы укусить.

Чжан Шаоси развеселился, остановил свои движения, чтобы укусить его в ответ, и сказал: "Почему ты весь день ведешь себя как маленькая собачка, и кусаешь людей?"

"Я лиса, а не собака". Сюэ Лин хмыкнул, жестом велел Чжан Шаоси опустит его на землю, похлопал его по одежде и спросил "Как дела? Все ли идет хорошо?"

"Празднования за последние несколько дней прошли без волнений и неожиданностей, завтра они начнут обратный путь. Не думаю, что в этот критический момент кто-то будет что-то предпринимать под взглядами императора и делегации".

"Хм". Действительно, в Столице в эти дни было слишком тихо. "Что насчет доказательства вины принца? У вас все готово?"

"Это тоже почти сделано. Амбиции Его Высочества Принца были большими на протяжении многих лет. Помимо ведения бизнеса, он также сделал много такого, что император одним взглядом расчленил бы его по косточкам".

Чжан Шаоси улыбался, когда говорил об этом, и неизвестно, была ли это ирония или какой-то другой смысл. "Он участвовал в добыче железа и соли, и даже осмелился перевозить порох. Он глупо поступал в последние годы, но я, как ни странно, ничего этого не замечал".

"Это правда. Разве раньше ты не был практически слепым?" Сюэ Лин поднял книгу и лениво проговорил: "Ну и что, что ты не заметила принца? Ты даже меня не видел".

Как только он упомянул об этом, Чжан Шаоси смог только рассмеяться. К счастью, у его жены не было времени весь день вспоминать прошлое, поэтому разговор продолжился после того, как он немного ее подзадорил.

"Раньше принц умел избегать обнаружения, потому что знал, что может медленно сделать свой ход, и поэтому не был заносчивым или нетерпеливым, и хорошо это скрывал. Но теперь, когда я разрушил его планы, он, естественно, начал чувствовать беспокойство".

"Разве ты не заметил, что брат император в последние дни совсем не улыбается ему?" Сюэ Лин усмехнулся. "Хотя он и наследный принц, в конце концов, он все еще подчиненный, и пока император в добром здравии, ему не нужна его помощь в решении политических дел. После того, как он перестанет быть в фаворе у императора, что толку от его положения в Восточном дворце?"

"Восстановить его будет нелегко. Все при дворе знают, что, совершив ошибку, невозможно избавиться от ее тени". Он подпер голову рукой и неторопливо продолжил: "Как и я. Если брат император когда-нибудь узнает, что со мной не так, не только я, но и ты, как муж, который помог мне скрыть это, также последуешь за мной в ад".

Глаза Чжан Шаоси упали на него с некоторой жалостью, но в его взгляде было больше веселья. "Когда дверь закрыта, кто может узнать что-либо о госпоже? Когда ты проведешь достаточно времени в Столице, я уйду с официальной должности, и буду осматривать достопримечательности вместе с моей госпожой женой до конца наших дней. В то время у Императора, вероятно, не останется времени, чтобы заботиться о том, что с тобой случилось".

"Отказаться от многовековой истории генеральской усадьбы и отправиться со мной путешествовать по рекам и озерам?"

"Я всегда любил красоту, а не реки и горы. Разве мадам не понимает это лучше всех?"

"Ну да, я понимаю". Он протянул руку и оттолкнул мужчину, обхватившего его. "Говори правильно, и перестань подходить так близко без причины. Когда я сказал, что ты не сможешь присоединиться ко мне в постели, я определенно имел в виду, что у тебя нет возможности сделать это до того, как мне исполнится восемнадцать. Не думай, что, сказав несколько ласковых слов, я смягчусь и передумаю".

"Госпожа, вашему Мужу было трудно сдерживаться". На лице Чжан Шаоси появилось горькое выражение, он притворился жалким.

"Что ж, нужно терпеть, даже если это трудно". Он все еще хотел два года побыть на расстоянии. На некоторые вещи нельзя было соглашаться! По крайней мере, пока эти дела не закончатся, он не пустит этого человека в свою постель.

Иначе не было бы необходимости продолжать, так как он никогда не смог бы найти время, чтобы позаботиться о героине.

Император чувствовал вину перед дворцом Гунцинь, а уровень приданого Вэньжэнь Инъюэ был лишь немного ниже, чем у Сюэ Лина, когда тот выходил за генерала. Для сопровождения послов в дорогу была отправлена большая свадебная делегация.

С делегацией все было в порядке, за исключением того, что невеста никак не проявляла себя с тех пор, как села в карету. Посол, проделавший весь путь, чтобы просить о брачном союзе, видел Вэньжэнь Инъюэ и был очень доволен ее внешностью, поэтому он не беспокоился, что Страна Си предпримет какие-либо неожиданные шаги. В этот раз они были получателями доброй воли Страны Си, и их отношение к ним также отражало это.

Естественно, он также не ожидал, что на обратном пути произойдут какие-либо происшествия.

Например, однажды ночью на постоялом дворе, где остановились принцесса и ее служанки, вспыхнул пожар. Всю ночь они трудились, спасая людей, но нашли только несколько трупов, а невесты принцессы Минъюэ нигде не было.

Это был несчастный случай, и лица погибших были совершенно неузнаваемы. Они не могли сказать, кто из них принцесса, и не могли взять на себя ответственность за ее убийство. Подумав об этом, посол обратил свой взор на симпатичную служанку, которая обычно следовала за принцессой Минъюэ. В ту ночь она избежала пожара, потому что встала рано, чтобы приготовить еду для принцессы на следующий день.

Эта служанка очень хорошо знала принцессу Минъюэ, и ей не составило бы труда выдать себя за нее. Кроме того, очень немногие члены делегации видели принцессу раньше, и опасности быть обнаруженными не было.

Им предстоял еще долгий путь, и если не случится ничего непредвиденного, принцесса никогда больше не ступит на свою родину, что исключало любую возможность того, что их обнаружат. Поэтому выбор служанки был наилучшим решением.

Делегация снова отправилась в путь, как ни в чем не бывало.

Вэньжэнь Инъюэ подождала, пока они вернутся на дорогу, как ни в чем не бывало, и вздохнула с облегчением, ощутив в воздухе вкус свободы.

Она с радостью отправилась в путь, чтобы познакомиться с миром боевых искусств, совершенно не подозревая, что в будущем ее ждут неизвестные опасности.

В утреннем суде царил хаос, когда генерал Чжань предложил объявить импичмент принцу, ссылаясь на проступки и плохой моральный облик в качестве причин, по которым он не достоин Восточного дворца.

Министры пришли в ярость, но генерал Чжань представил доказательства своего предложения, что заставило министров открыть глаза и ясно взглянуть на вещи.

Император был в ярости, и принц был смещен со своего поста в тот же день. Утренний суд был похож на грандиозный спектакль, и министры были в ужасе, когда вернулись домой.

В конце концов, император считал самым недопустимым внутренний конфликт. Как только все содеянное им раскрылось, наследный принц был немедленно отправлен под домашний арест и не мог выйти оттуда без разрешения императора.

Генерал Чжан, оказавшийся в центре бури, был самым спокойным человеком в пьесе. Он принимал все спокойно, независимо от того, швырял ли император вещи в гневе или ненавидяще смотрел на принца. Однако когда император попросил его проследовать за ним в императорский кабинет, он выглядел неохотно.

На самом деле Император уже знал о делах принца заранее, и его гнев уже давно вышел наружу. Сегодня он просто играл. Он даже посмеялся над Чжан Шаоси, когда они вошли в императорский кабинет: «У тебя такое недовольное выражение лица, когда тебя позвали в императорский кабинет, неужели ты даже не посетишь утренний суд?»

Чжан Шаоси быстро встал на колени и сказал: «Этот министр не посмеет!»

Император не очень рассердился на него и сказал с некоторым весельем: «Прежде чем выдать за тебя замуж мою царственную сестру, я беспокоился, что она не будет счастлива с такой холодной ледышкой, как ты. Неожиданно оказалось, что у нее действительно есть кое-какие средства, и она смогла превратить кусок стали, закаленной сотни раз, в мягкую замазку. Похоже, ты будешь счастлив вернуться и сопровождать ее весь день, если я сниму тебя с должности».

Чжан Шаоси все еще стоял на коленях. Только на его лице была улыбка. «Это невозможно. Принцесса будет недовольна моей низкой зарплатой. Если император уволит меня, принцесса выгонит меня из дома».

Император громко рассмеялся. Он уже давно знал о том, как эти двое были привязаны друг к другу и влюблены. «Хорошо. Дела здесь сворачиваются, и ты можешь уделить больше времени, чтобы сопровождать мою царственную сестру».

«Да».

Император никогда не любил говорить с Чжан Шаоси о государственных делах, и всегда просто приказывал ему что-то делать. Несмотря на то, что он очень доверял ему, на самом деле он все еще был начеку, но Чжан Шаоси это не волновало. Хотя в его жилах текла кровь семьи Чжан, он всегда чувствовал себя не в ладах с идеей продолжения рода Чжан, не говоря уже о том, что он не уважал небесную императорскую семью.

Через несколько дней Чжан Шаоси получил сообщение от информатора. Принцесса Минъюэ сделала свой ход, сбежав от брачной процессии и случайно найдя раненого мужчину у ручья.

Сюэ Лин, который с помощью системы следил за героиней, почувствовал, что двигатель сюжета действительно удивителен. Он уже изменил сюжет до такой степени, а глава Демонической Секты все еще умудрился подвернуться ей под руку?

Но встреча между героиней и Предводителем Секты произошла совсем не так, как предполагалось. По первоначальному сюжету, когда героиня встретилась с главой секты, он был нищим без памяти, потерявшим свои боевые искусства.

Он был очень наивным и невежественным, и к нему легко было подобраться. Героиня любезно подобрала его и забрала с собой, обнаружив, что под всей этой грязью скрывается прекрасный мужчина.

Позже люди Демонической Секты нашли их, и боевые искусства лидера Секты были восстановлены. Его чувства к женщине были искренними и тронули ее сердце, поэтому они без проблем сошлись, и лидер секты также восстановил свою память.

Его воспоминания о том времени, когда у него была амнезия, гарантировали, что он не мог смотреть на героиню как на незначительную личность. У него также появились чувства к ней, поэтому он уделял ей особое внимание даже после того, как сказал ей, что уходит, молча оставаясь рядом с героиней, слишком гордый, чтобы отступить.

Сейчас Лидер Секты был раненым человеком, который все еще мог сопротивляться. Он тоже бежал, спасая свою жизнь, и в глубине души постоянно строил заговоры.

Разум героини тоже не был поверхностным. Они встретились и объединились, но хотя внешне они выглядели вполне гармонично, на самом деле они постоянно были настороже друг с другом и делали ходы, чтобы противостоять друг другу.

В конце концов, лидер секты попал в засаду и был окружен, и обвинил во всем героиню, считая, что она действительно предательница, которая пошла за ним. Он бросился и забил главную героиню до смерти.

Сюэ Лин без выражения смотрел прямую трансляцию через систему, не мигая, как Лидер Секты одним движением убил главную героиню-женщину и взял ее мертвое тело с собой, чтобы спрыгнуть со скалы. Он ударился головой, потерял память, а когда очнулся, решил, что героиня была его другом, который умер, и с сожалением похоронил ее в яме в земле. На протяжении всего процесса Сюэ Лин не произнес ни слова.

Система увидела, что он замолчал на некоторое время, и потерлась головой о своего хозяина. «Хозяин, не сердись. Судьба людей так же неопределенна, как погода, и даже с этой женщиной может случиться что-то неожиданное. Крайне необычно, что она умерла именно так».

Сюэ Лин опустил голову. «Я уже планировал, как взбудоражить ее, прежде чем подстроить так, чтобы кто-то ее убил. Но теперь она была убита по своей же вине?!»

«Это хорошо. Таким образом, она не будет иметь ничего общего с хозяином, и ты сможешь спокойно провести остаток времени в этом мире словно в отпуске».

«А не нужно ли нам изменить судьбы главных героев-мужчин?»

«Без героини судьбы мужчин изменятся естественным образом».

Система вильнула хвостом. «Принц будет заключен во дворце до конца своих дней. Бай Чаньянь станет премьер-министром страны Си, и его слава будет занесена в учебники истории. Его путь и достижения отличаются от первоначального сюжета, и он больше не делит любовницу со своим императором».

«Без помощи героини ребенок в Стране Ся не обязательно победит в битве за трон, и трудно сказать, сможет ли он выжить или нет. Император Страны Лин станет мудрым правителем, и хотя он жесток и тираничен, он встретит возлюбленную, которая сможет его вылечить».

«Лидер Демонической Секты будет возвращен в свою Секту, но благодаря своему опыту он добьется больших успехов и влюбится в юную девушку, которая заботилась о нем во время его амнезии. Что касается известного торговца, то его спутником являются деньги. Он заработает много денег за свою жизнь, но не будет иметь потомства».

«Значит, их судьба лучше без героини?»

«Не обязательно лучше. Они просто вернулись на нормальный человеческий путь, и не стали такими Мэри Сью».

«Эээ...»

«Главная героиня-женщина трансмигрировала и насильно изменила историю мира. Поскольку мир был создан автором, воля мира могла только следовать предопределенной траектории, дать им удачу и смотреть, как они поглощают все. Мир разрушится и исчезнет после смерти главной героини. Когда мы соберем удачу мира и отправим ее в Мир Десяти Направлений, Мир Десяти Направлений естественным образом вернет ее обратно в волю мира, и тогда мир продолжит существовать».

«Ты заставляешь меня чувствовать, что я спасаю мир».

«В принципе. Но не все миры такие». Система лизнула лапку. «Будут и такие миры, где воля мира будет решительно пытаться реализовать мышление писателя. То есть, они будут стараться следовать сюжету, даже если это означает их смерть. Мы с этим еще не сталкивались, но позже воля мира может оказаться против тебя. Нужно соблюдать осторожность».

«Верно».

«Когда ты отправишься в те миры, твои способности будут подавлены. Но тебе не стоит слишком беспокоиться. В конце концов, статус твоего мужчины всегда богат и могущественен. Он сможет защитить тебя, и ничего страшного не случится».

«Понятно». Сюэ Лин взял маленького лисенка за загривок и оттащил от кровати. «Кстати говоря, очень любопытно. Почему тела, в которые я попадаю, все такие странные, а он всегда богат и могущественен? Неужели ему так везет?»

«Э...» Система не знала, что сказать. Должна ли она сказать ему, что это потому, что этот человек был настолько могущественным, что даже если его воспоминания были запечатаны, некие силы не хотели, чтобы он очнулся и поставил мир под угрозу?

Что они сделали это для того, чтобы его жизнь не была слишком неудачной, чтобы случайно не стимулировать его к разрушению мира???

Из-за его личности, каждый раз, когда он входил в мир, воля мира подсознательно выбирала для него лучшее тело, как часть механизма самозащиты. В некоторых мирах с двумя протагонистами, где другой протагонист оказывал большее влияние на мир, он иногда также становился личностью протагониста. Именно поэтому он был одним из протагонистов в первом мире.

«Забудь об этом, ты совсем не выглядишь уверенно. Скорее всего, ты не ответишь, даже если я спрошу».

Система: «...» Ха-ха.

Героиня уже встретила свой конец, поэтому остальная часть этого мира была легким отдыхом для Сюэ Лина. Он не забыл о такой позорной вещи, как его неспособность контролировать свой собственный хвост, и поэтому он успокоился, чтобы культивировать в течение двух лет, чтобы консолидировать и манипулировать своей внутренней силой в определенном диапазоне. Только ему все еще нужно было воссоздать свое собственное тело, чтобы иметь возможность свободно использовать свою силу.

Это было нелегко сделать. Система также посоветовала Сюэ Лину не спешить, сказав, что в следующем мире она найдет для Сюэ Лина больше обучающих материалов, чтобы помочь ему воссоздать тело, поэтому Сюэ Лин не спешил.

Хотя он и намеревался восстановить свое тело, когда самоуничтожился, это все равно было очень трудно сделать. Он был демоном и пережил только трансформацию, в отличие от призраков, которые могли создавать свое тело путем культивации. Для Сюэ Лина было большой проблемой воссоздать свое тело в одиночку.

Однако он не паниковал. В конце концов, у него было достаточно времени, и он уже нашел два своих хвоста. Изначально он стремился восстановить хвосты из-за потери сил, но теперь, когда у него появилась цель и возлюбленная, Сюэ Лин уже не так стремился к цели.

Как и обещал Чжан Шаоси, если Сюэ Лин захочет, он сделает для него все, что угодно.

Когда Сюэ Лину исполнилось восемнадцать лет, в поместье генерала состоялась церемония его совершеннолетия. Гостей не было, служанкам не сообщили, чем занимается их госпожа. Чжан Шаоси лично короновал Сюэ Лина и записал это для него. В тот вечер он перебрался в комнату Сюэ Лина и официально провел ночь вместе.

Бедный генерал прожил в браке со своей женой три года, прежде чем, наконец, попал в ее покои.

На следующий год Чжан Шаоси ушел со своего официального поста при дворе, получил разрешение императора и отправился с королевской принцессой путешествовать и изучать мир. Только когда наступил Новый год и им пришлось вернуться, чтобы отдать дань уважения, придворные увидели их. Позже они уединились в горных лесах и больше никогда не появлялись.

Любовь между этими двумя людьми стала легендарной. Хотя королевская принцесса так и не смогла родить ребенка, генерал Чжан не использовал эту причину, чтобы жениться на другой. С тех пор родословная генерала Чжана была утеряна, но Страна Си стала достаточно сильной, чтобы больше не нуждаться в семье Чжан.

Покинув столицу, Сюэ Лин снова стал носить мужскую одежду, и они вдвоем исследовали мир боевых искусств, посещали Ассамблею Вулина, ходили по южным регионам и путешествовали по всему миру. Наконец, они уединились на берегу Восточного моря и стали самой обычной парой мужей.

Эта жизнь была настолько прекрасной, что когда Сюэ Лин закрыл глаза, он все еще крепко держался за руку Чжан Шаоси, отказываясь отпускать ее и призывая найти его в следующей жизни.

После того как он действительно покинул этот мир, затуманенные глаза старика, державшего его за руку, снова прояснились. Несмотря на его постаревшее лицо, аура, исходившая от него в этот момент, ничем не напоминала старика на пороге смерти.

Су Сюаньян крепко сжимал руку старика, в его сердце кипела небывалая радость. Хотя он и не знал его имени, но то, что Сюэ Лин взял на себя инициативу поделиться с ним этим именем, было большим прорывом.

Вспоминая то время, когда он впервые встретил этого человека, глаза Су Сюаньяна были полны веселья.

Он редко бывал в таком хорошем настроении. После того как он закрыл глаза и покинул этот мир, он все еще пребывал в беспрецедентно хорошем настроении.

Когда он впервые попал в этот мир, он попался на уловку Мира Десяти Направлений и не получил желаемую личность, что привело к недопониманию между ним и Сюэ Лином. Поскольку он был в хорошем настроении, он решил потихоньку свести счеты с Миром Десяти Направлений.

Пережив множество смертей, Сюэ Лин научился справляться с чувствами, оставшимися от предыдущего мира, прежде чем попасть в следующий мир. После того как все лишние мысли были отброшены, он стал гораздо более благосклонно относиться к новому миру, и его уже не так легко было стимулировать новым сюжетом.

Тем не менее, открыв глаза, Сюэ Лин все еще был зол.

О, это нельзя было считать открытием глаз. У него даже не было физического тела, он парил в сети в виде строк кода и все.

Система, которая полностью интегрировалась в сеть, появилась в виде маленькой лисы и обратилась к своему хозяину: «Разве мы уже не обсуждали предоставление хозяину возможности культивации?»

«Культивации?»

«Да, переход от данных к человеческой форме также является формой совершенствования».

«... Это тоже считается?»

«Это то же самое. Представь свой собственный облик, а затем медленно, бит за битом, наращивай детали своего тела. Будь осторожен, не допускай ошибок, иначе нам придется перематывать и начинать все сначала, а если главный сервер узнает об этом, то игра будет окончена».

Как только он заговорил, кластер данных перед ним начал меняться. Код, казалось, вращался вокруг него, словно его раздувало ветром, и очень скоро перед ним появился человек.

Система была немного сбита с толку. Она не ожидала, что ее носитель сможет сразу же применить ее слова на практике. Небеса свидетели, что она все еще говорила и не велела ему начинать! Они еще даже не успели придумать сюжет, а его хозяин уже создал свое тело. Что, если оно не совпадет с сюжетом?

Хотя... Они все равно никогда не соответствовали сюжету.

Он по-прежнему был создан из виртуальных данных, но при взгляде на него у системы возникало ощущение особой реалистичности. Раньше он всегда выглядел как душа, а поскольку его сила не была достаточной, Сюэ Лин не показывал свое истинное лицо. Теперь же система столкнулась с истинным обликом Сюэ Лина.

Ощущения было трудно описать. Система видела все виды красоты во вселенной, но когда она увидела лицо, которому действительно принадлежала эта пара глаз, она потеряла дар речи. Понятно, что это были всего лишь фрагменты данных, и она смогла бы видеть, даже если бы прикрыла глаза, но она все равно подняла лапы, чтобы закрыть глаза в момент застенчивости.

У стоявшего перед ней человека было девять красивых хвостов, развевающихся за спиной, длинные серебристые волосы, которые колыхались сами по себе даже без дуновения ветерка, и одет он был в белый костюм. Он выглядел как элегантный и скромный джентльмен, но стоило встретиться с ним взглядом, как слово «джентльмен» тут же исчезало.

Это все-таки был демон.

Да, один из тех, что могут разрушать страны и приносить страшные бедствия.

У него была пара слегка раскосых лисьих глаз и брови, кончики которых стремились немного вверх. Возможно, под влиянием его своенравного и капризного нрава все его лицо выглядело немного нескромным.

Его тонкие губы были нарочито алыми, что также отражало его равнодушный и непостоянный характер. Слезные родинки в уголках глаз были словно украшением, придавая лицу законченность и делая его живым, а не нарисованным.

С первого взгляда такой человек с таким лицом был еще терпим, но когда он двигался и становился живым, то у большинства людей от удивления просто перехватывало дыхание.

Это был необыкновенный уровень привлекательности, который мог позволить себе только необыкновенный человек.

Система прикрыла свои маленькие глазки, рассматривая тело хозяина с головы до ног, а затем со всей серьезностью заговорила: «Хозяин, в этот раз ты был очень успешен. Есть ли у тебя время взглянуть на сюжет?»

Сюэ Лин протянул руку и двинулся. Было очень приятно ощущать, что его собственное тело снова вернулось. Хотя оно состояло только из данных, оно все равно радовало его. «Сюжет? Разве я не сам по себе в этом мире?»

«Нет... Хотя сейчас ты полностью рассинхронизирован...»

«Хорошо, пришли сюжет и мою личность».

Возможно, потому что он находился в океане данных, процесс передачи был очень простым, и Сюэ Лин легко понял, какую жизнь он должен был вести.

Это также нельзя было считать «жизнью», потому что он был просто серией данных, кучей кода, который имел свои собственные мысли и идеи.

Иначе говоря, он был искусственным интеллектом, существование которого еще не было открыто. Хотя его способности были невысоки, и для существования ему все еще требовалось зависеть от игры, он уже понимал, что является лишь иллюзорной вещью, и очень хотел получить то, чего у него не может быть.

Например, тело. И, что еще важнее, любовь.

А вокруг был самый продвинутый игровой мир. Точнее, это была голографическая игра виртуальной реальности.

В настоящее время игра официально не была запущена, поэтому он мог видеть только код данных. Только когда игра стартует и начнет принимать игроков, перед его глазами начнут появляться вещи, и связь, которую он тайно установил с игрой, тоже откроется.

В звездный год *808, компания C-Game Company разработала голографическую онлайн-игру под названием «Печать демона», которую прославили как второй мир человечества.

С тех пор онлайновые игры виртуальной реальности перестали быть предметом дебатов и споров и вступили в эру единства и признания.

Бесчисленное множество людей рассматривали онлайн-игры как второй мир и преодолели барьер, отделяющий игры от реальности, чтобы жить в онлайн-мире.

Действие игры происходит в древние времена, во время битвы богов.

[Вступительная глава: Похороны бога]

Во время Битвы Богов было бесчисленное множество смертей и ранений. Кровь текла рекой, но число людей, которые могли достичь божественности и стать богами, было ограничено. Десятки миллионов душ унесли с собой в могилу обиду, и начали сеять смуту в Божественной Земле.

Сила богов сильно пострадала от битв, и даже тем, кто достиг божественности, потребовалось бы много времени и много лет, чтобы восстановить свою культивацию. Чтобы гарантировать, что у них будет достаточно времени на отдых и дальнейшую жизнь, им не оставалось ничего другого, как запечатать эти обиды в Бездне Погребенных Богов.

Много лет спустя из Бездны вышел молодой человек.

Подпитываясь своей огромной обидой, он выступил вперед и отомстил богам!

[Пролог: Печать демона]

Земля Цзючжоу была полна духовной энергии. Бесчисленные бессмертные культиваторы стремились стать бессмертными, но молодой человек, вышедший из бездны, полностью изменил континент.

Бесчисленные люди пали и погибли, и теперь материк был разделен на два лагеря.

На Девятом Небе юноша, убивший Божественного Императора, вытер кровь с лица и дико рассмеялся. «Вы все можете стать бессмертными, но только я могу получить печать демона и занять его место!»

Земля Цзючжоу пережила огромный шок, и демонические секты появлялись одна за другой, что продолжалось тысячи лет.

----

Это были две части информации, которую Сюэ Лин смог получить из игры. Кроме того, это были единственные две сцены, которые предоставлялись игрокам, когда они входили в игру. Только игроки могли прочувствовать сцену, в то время как Сюэ Лин читал простые текстовые описания.

Игра будет готова через два дня, и в тот же день душа из двадцать первого века переместится в этот мир.

В этом мире существовал способ оживить умершего человека. Это можно было сделать, повторно стимулируя душу к пробуждению через игру, а затем снова интегрировать ее в тело.

Главный герой был одинокой душой из 21 века. Чтобы выжить, он поглотил душу, которая изначально обитала в теле, занял его, а затем вошел в игру через лечение, которое семья владельца этого тела упорно пыталась получить для него, начав путь реабилитации.

Он появился только через два дня после открытия игры. На тот момент главный герой Гун уже первым покинул деревню новичков и занимал первое место в списке игроков.

В такой игре виртуальной реальности, будучи самым большим золотым пальцем главного героя Шоу, главный герой Гун, естественно, должен был быть самым могущественным существом в игре.

В этой истории главный герой Гун представлял собой сочетание двух этих качеств. Он был богатым, красивым и играл с группой братьев; куда бы он ни пошел, его считали богом.

Что касается главного героя Шоу, то он был маленьким новичком, который никогда раньше не играл в виртуальные игры.

Сочетание несведущего новичка и бога соответствовало типичному клишированному стилю сюжета, и история была счастливой и сентиментальной. Они повышали уровень, побеждая монстров, имели высокие показатели удачи, постоянно сталкивались с различными испытаниями, особыми случаями и другими хорошими вещами, что делало их жизнь в игре очень веселой и интересной.

Персонаж, которого взял на себя Сюэ Лин, был их счастливой случайностью и удачей.

Почему это так называется?

Чтобы объяснить, нужно посмотреть на это с точки зрения строк данных. Как только у кода появилось самосознание, он, естественно, начинает задумываться о том, что это было, откуда пришло, куда уйдет и тому подобные философские жизненные вопросы.

У этой нити данных не было другого опыта; он был наивен и инстинктивно хотел учиться и впитывать больше вещей, поэтому он решил учиться у самого могущественного человека в игре.

Он учился у игроков и создал для себя игрового персонажа, выбрал расу, а затем тайно наблюдал за главным героем Гуном. Он изучал его привычки и поведение, его слова и поступки. И в процессе этого подражания он постепенно влюбился в этого человека.

Это была действительно печальная история. Соперники главного героя, как правило, никогда не заканчивают хорошо, и даже если бы его чувства были похоронены глубоко в сердце и никогда не выходили наружу, эта нить данных все равно была бы обременена неудачами.

Искусственный интеллект постоянно хотел  сделать что-то для главного героя, чтобы выразить свою благодарность, поэтому он тайно изменял код и программирование под образным «носом» главного сервера. Он повышал авторитет главного героя в игре и делал различные другие вещи, чтобы помочь ему вызвать больше скрытых заданий и секретных установок.

Благодаря его действиям группа протагонистов попала в поле зрения главного сервера. В этом мире были и другие виртуальные существа; главный сервер посчитал его вирусом, который необходимо отформатировать. Вот только поймать его постоянно не удавалось.

Чтобы достичь своей цели, главный сервер и главный герой шоу заключили сделку, и он рассказал ему о личности строки данных. Изначально главный герой уже был обеспокоен его существованием, а узнав, что он всего лишь данные, а не человек, согласился на просьбу главного компьютера и использовал имя главного героя гуна, чтобы выманить его.

Это привело к тому, что искусственный интеллект, а точнее, человек, полностью исчез из игрового и любого другого мира.

Сюэ Лин снова оценил свой жизненный опыт и почувствовал, что это была настоящая трагедия. В строке данных не было даже собственного имени, только игровое, да и то довольно забавное.

В игре он принадлежал к расе демонов. Его идентификатор был «Снежный Лис», и это имя, которое даже нельзя было считать кодовым, сопровождало его всю жизнь, пока он не был отформатирован.

Сюэ Лин сузил глаза и сказал: «Значит, в итоге его убил главный сервер игры? У главного сервера тоже есть свой интеллект и самосознание?»

«По моему мнению, да, но этот интеллект не обладает полной независимостью, так как находится под контролем игровой компании. Хотя он является абсолютным королем в игре, он не свободен».

«Тогда почему он должен был уничтожить искусственный интеллект?»

«Он не считал этот код чем-то разумным, и из-за некоторых других причин он просто решил, что это вирус» - медленно объяснила система. «В этой игре действительно есть вирус, сравнимый по могуществу с главным сервером, но это определенно не был этот бедолага. Он стал жертвой в партии между главным сервером и вирусом, а также как угроза и соперник Шоу».

«А? Что еще за двойная жертва?»

«После того, как исчезновение было замечено протагонистом Гуном, он пошел и спросил об этом Шоу и узнал, что на самом деле речь шла просто о системном коде. Протагонист Гун не поверил, что такого персонажа не должно существовать, но потом шоу разозлился». Система сделала небольшую паузу, а затем продолжила: «Первоначальные слова главного героя шоу были: «Так ты больше заботишься о виртуальных вещах, чем обо мне, кто настоящий?!» После их ссоры они встретились в реальной жизни, и их отношения углубились.

«Ха-ха». Сюэ Лин некоторое время молча оплакивал бывшего владельца этого куска кода. Он умер так тихо, никто ничего не знал; это была действительно трагедия, привлекающая внимание.

Но это не имело значения. Даже если бы все было еще трагичнее, он помог бы ему отомстить.

Только, скорее всего, он больше никогда не появится, и у него не было возможности увидеть, как это произойдет.

В этой истории было не так много поворотных моментов. В оригинальном рассказе нить данных имела очень примитивный смысл существования. Хотя он действительно был одним из главных игроков в команде главного героя Гуна, большую часть времени он был тихим и немного мрачным, и мало кто его замечал. Кроме воспоминаний о том, что его навыки были неплохими, остальные, вероятно, не могли вспомнить ничего другого, и никто особо не переживал, когда он исчез из игры.

В конце концов, это была игра. Было слишком много людей, которые ушли и исчезли. Здесь никто не заботился о тебе, даже если бы ты ушел в AFK на восемь или десять лет, никто бы не заметил.

Сюэ Лин примерно понял сюжет - на этот раз будет проще изменить судьбу главных героев, поскольку их история всегда зависела от их большой удачи, вплоть до того момента, когда они, наконец, стали настоящими существами в игровом мире и, по сути, обрели вечную жизнь.

Сюжет игры был основан на юноше, который появился в начальной главе и прологе. Тогдашний юноша теперь управлял половиной континента и мог в одиночку уничтожить землю богов. Но чтобы заставить богов страдать, он выбрал другой способ - загрязнить землю, которой боги придавали большое значение.

Имя Высшего Запечатленного Демона было тем, что могло заставить плачущих детей замолчать ночью в земле Цзючжоу. Его авторитет заставлял людей, идущих по пути праведника, скрежетать зубами, а тех, кто шел по темному пути, дрожать от страха, потому что он был настоящим безумцем.

Сотворенный демон и безумный демон различались всего одним словом.

С человеком, который мог в одиночку уничтожить весь континент Цзючжоу, невозможно было договориться. В конце концов, в его глазах весь мир был игрой, которая принадлежала ему одному; сколько бы он ни захотел, он мог уничтожить этих обычных существ одной рукой. Он был самым большим боссом игры, и его нельзя было убить, несмотря ни на что.

Следуя сюжетной линии игры, главные герои узнавали все больше о жизни босса, и в процессе знакомства с ним принимали решение встать на сторону босса или встать на путь демона. В финальной битве между фракциями праведников и демона они станут противниками игроков, которые пришли убить босса. В конце концов, они одержат победу, и Его Величество Король Демон превратит их в настоящих бессмертных демонов.

Только тогда два главных героя поняли, что этот мир - не простая игра. Чем дольше они здесь находились, тем больше вливались в этот мир, становясь в итоге его настоящими членами. В то же время в реальном мире за пределами игры вся галактика разрушилась, и их реальности больше не существовало, осталась только игра.

Как первоначальный обитатель игры, строка данных явно была большим золотым пальцем, но она была уничтожена главным компьютером, управляемым человеком, потому что была раскрыта слишком рано.

К концу сюжета игры это была уже не просто игра между игроками, а битва между главным компьютером и Запечатленным демоном. Главный компьютер, будучи созданием под контролем человека, был лидером бессмертных культиваторов и стремился убить Запечатанного Демона. Но с ним было не так-то просто справиться, и даже в конце истории, когда два главных героя счастливо жили вместе, этот демон все еще существовал и жил в достатке.

Главная сюжетная линия игры должна была быть завершена, но это не могли сделать только главные герои.

Как понял Сюэ Лин, это все еще была любовная история, а сюжет игры был второстепенным. Если это так, то Сюэ Лину нужно было предотвратить влюбленность этих двоих, а затем не дать им выиграть битву и превратиться в демонов.

Да, культивирование темного пути д и превращение в демона были двумя разными понятиями, как и культивирование пути бессмертного и превращение в бессмертного.

Теперь, когда у него был примерный план, оставалось только ждать.

Сюэ Лин присоединился к игре, как только она началась. Хотя он не привык к жизни в виде строки данных, он не был привередлив, ведь у него, по крайней мере, было тело. Все, чего могли добиться данные, могла сделать и система, причем сделать это более скрытно. Даже если лучше было не идти против главного компьютера, поскольку это было связано с волей мира, система все равно могла помочь Сюэ Лину внести небольшие изменения.

Система считала, что, учитывая смелость хозяина, ему не составит труда самостоятельно выжать главного героя Гуна из рейтинга игроков.

Чтобы убедиться, что с его личностью не возникнет проблем, Сюэ Лин также выполнил все необходимые действия и зарегистрировал учетную запись под руководством системы.

Он пропустил вступительную сцену и сразу перешел к созданию своего персонажа.

С самого начала в игре Печать Демона было только два варианта расы: люди и демоны. У каждой расы были свои профессии, и можно было выбирать разные фракции. Позже в игре можно было получить более специализированные профессии.

Человеческая раса лучше всего подходила для культивации. Они были умными и умелыми, и у них было собственное мнение по многим вопросам. Даже битва между бессмертными не смогла привести к их вымиранию, что говорит об их стойкости. Раса демонов была иной. Для выбора характера им требовалась определенная удача. Если они были демонами из сильного клана, например, клана волка или тигра, им было бы проще играть в будущем, но с другими кланами дело могло обстоять иначе.

И демоны, и люди могли выбирать между праведным и темным путем. Это, вероятно, были две фракции, доступные в игре, и хотя в начале игры границы между двумя фракциями не были очевидны, на более поздних этапах разница между ними становилась очень большой.

В настоящее время у Сюэ Лина была информация только о главных героях и их людях. Чтобы убедиться, что воля мира не воспримет никакой аномалии, он последовал первоначальному выбору строки данных и выбрал расу демонов. Подумав, он несколько ухудшил свою внешность, чтобы не выглядеть поразительно великолепно, после чего нажал кнопку "Принять" и вошел в игру.

В то же время бесчисленное множество людей регистрировались в игре через приемную платформу. Поскольку технология была мощной, сервер не зависал, даже когда десятки тысяч игроков наводнили один и тот же сервер. Как по волшебству, все по-прежнему функционировало нормально.

Да, дизайн этой игры был очень странным. Здесь не было национальных границ. Независимо от того, где находился человек в реальной жизни, все они попадали на континент Цзючжоу.

Континент был разделен на девять территорий, которыми управляли лидеры как человеческой, так и демонической расы. Место рождения каждого персонажа было случайным, а между девятью территориями существовало множество телепортационных путей, что позволяло игрокам легко перемещаться куда угодно и когда угодно.

Но на самом деле эти карты не охватывали весь континент Цзючжоу. Цзючжоу был разделен на три плоскости. Над ними находилось Божественное царство, а внизу - царство демонов, а также скрытое и таинственное царство демона.

Поскольку в мире до сих пор не существовало настоящей расы демонов, Бездна Погребенных Богов, которую запечатал Король Демонов, теперь была известна как территория демонов, и в ней находился никто иной, как великий Король Демонов.

В конце концов, он был Запечатленным Демоном из одноименной игры, и, похоже, босс хотел, чтобы так оно и было. Великий босс казался чрезвычайно своенравным и никого не уважал.

Сюэ Лин избавился из головокружения от входа в игру и тупо посмотрел на открывшуюся перед ним сцену.

В данный момент он находился в густом лесу. Сюэ Лин появился в небольшой норе на дереве, где пространство было очень ограничено. У входа в нору росла пышная трава, которая закрывала ему обзор и не позволяла другим заглянуть внутрь.

Сюэ Лин немного пошевелился. Его лапы были маленькими, хвост только один, а уши казались странными. Казалось, что он попал в странную ситуацию. Вспомнив об изначальной строке данных о выбранной расе, Сюэ Лин открыл интерфейс персонажа.

Его маленькая лапа согнулась, и перед ним появилась панель. На том месте, где должно быть изображение персонажа, лежал очень маленький, мягкий и белый шарик меха. Панель атрибутов мало чем отличалась от той, что была, когда он вошел в игру; его показатель обаяния был полным, а различные другие мощные показатели остались неизменными. А вот слова, написанные под его расой, заставили Сюэ Лина нахмурить брови.

"Девятихвостая лиса? У клана лис тоже есть родословная девятихвостой лисы?"

Система появилась перед своим хозяином. В этот раз она была такой же большой, как и ее хозяин, и система не могла не быть в восторге, смеясь, она сказала: "Я не вносила никаких изменений". Это было то, что главный компьютер автоматически назначил для вас. Возможно, это потому, что ваши исходные данные были слишком привлекательными? Даже если ты понизишь свою внешность, второго такого лица, как у тебя, в игре не будет. Разве не хорошо быть лисой?"

Раса и клан влияли на все аспекты культивации, но Сюэ Лин не мог сказать, будет ли его окончательный план следовать его первоначальным намерениям. Сейчас было уже поздно изменять свой клан, так как безопаснее было делать меньше вещей, которые могли привлечь внимание главного компьютера.

Сюэ Лин закрыл панель, слегка подправил свой менталитет, чтобы адаптироваться к текущей ситуации, раздвинул траву и вышел из своей норы на дереве.

Выйдя наружу, он встретился с лисой, которая сидела возле его норы. Увидев, что он наконец-то вышел, лиса, казалось, слегка ошалела, склонила голову и сказала: "Мой господин, вы наконец-то проснулись".

Сюэ Лин задумался на мгновение, затем сел прямо и гордо кивнул.

Он молчал, но NPC все равно продолжал. "Мы ждали твоего пробуждения в течение многих лет. С твоим лидерством раса демонов определенно сможет одним рывком превзойти неистребимую человеческую расу, которая все еще существует после двух великих войн".

В данный момент Сюэ Лин был всего лишь маленьким пушистиком. Неизвестно, как рыжий лис мог говорить такие вещи, как возрождение расы демонов, такому миленькому маленькому личику.

Лиса была старостой деревни. Это не говорило ни о чем другом; Сюэ Лин также не знал, давали ли всем остальным демонам, родившимся здесь, такие грандиозные задания, как ему. Получив свое первое задание, он зашагал вперед и отправился в путь на своих маленьких коротких ножках.

Система все еще была позади него. Как всегда, никто не мог видеть ее, но она могла прикоснуться к Сюэ Лину и присмотреть за ним. "Только что я вошла в базу данных главного компьютера и нашла информацию о родословной хозяина".

"О. Что это за родословная?"

"Когда девятихвостый лис родится в мир, мир неизбежно станет хаотичным". Система рассмеялась над этими словами. "Существует не так много родственных записей. Все, что я смогла найти в базе данных, это представление этого клана и рода. Я не стала углубляться, вдруг главный компьютер узнает".

Сюэ Лин уже полностью принял тот факт, что он стал лисом. В конце концов, это было его происхождение, поэтому ему не потребовалось много времени, чтобы освоить контроль над этим телом, и ему было очень просто выполнять задания.

Возможно, это было связано с его благородным статусом, но староста деревни не только давал ему относительно сложные задания, но и давал много опыта. За полдня он получил третий уровень.

Хотя его уровень казался не очень высоким, большинство игроков в деревне новичков в это время все еще неоднократно падали, пытаясь ходить на четырех ногах, и даже не выполнили ни одного задания. Этого уже было достаточно, чтобы не упасть до отрицательного уровня, не говоря уже о повышении уровня.

Игроки проклинали и ругали систему, пока изо всех сил пытались научиться ходить со своими новыми звериными телами. В каждой деревне новичков было довольно много, и, вероятно, из-за того, что некоторые из них ругались слишком громко, система сразу же отправляла их в маленькую черную комнату, чтобы они научились чистить свои грязные рты.

Время в игре текло иначе, чем в реальности. Один день в реальности равнялся пятнадцати дням в игре, а это означало, что к тому времени, как главный герой шоу вошел в игру, "Печать демона" была открыта уже целый месяц.

Земля Цзючжоу была чрезвычайно фантастичной; солнце и луна были одной и той же сферой в небе. Днем солнечный свет от сферы распространялся и освещал весь Цзючжоу, а когда наступала ночь, она автоматически превращалась в луну.

Ночь была благоприятным временем для культивирования демонов, так как лунный свет был очень полезен для новорожденных демонят. Воздействие лунного света также увеличивало их опыт, и хотя процесс был минимальным и едва заметным, несмотря ни на что, он все равно нарастал!

Игроки один за другим ложились на землю, чтобы погреться в лунном свете.

К этому времени Сюэ Лин уже получил свое первое оружие - красивый костяной веер из белой кости. Он не был мрачным и ужасным, напротив, он был тщательно проработанным и даже немного блестящим и полупрозрачным. Сюэ Лин не знал, из какой кости он был сделан, но он оказался неожиданно полезным.

Это была вещь, которую он вытащил из логова, где он "родился". Атрибуты были восхитительны - вся информация об оборудовании отображалась в виде строчки вопросительных знаков. Сюэ Лин догадался, что это, скорее всего, какой-то артефакт пикового уровня, который со временем будет становиться все сильнее.

В любом случае, им было легко пользоваться, поэтому он взял его и оставил себе.

Выполнив очередной квест, Сюэ Лин увидел, что уже достиг уровня, необходимого для выхода из деревни новичков. После того, как система удовлетворенно подобрала и упорядочила разбросанные по земле вещи и поместила их в инвентарь, Сюэ Лин был готов посетить главу деревни и завершить церемонию трансформации.

Демоны должны были собрать достаточно материалов, прежде чем покинуть деревню новичков, чтобы провести церемонию трансформации. Сюэ Лин потратил неделю, чтобы собрать все материалы, и его уровень также повысился, чтобы соответствовать требованиям. Он приготовился немного подготовиться, а затем отправиться на поиски главного гуна.

А что касается того человека, о котором он уже успел забыть и выбросить на задворки своего мозга?

Сюэ Лин хотел объяснить, что, поскольку континент очень большой, он не сможет искать его повсюду. Гораздо проще было просто подождать, пока человек сам придет и найдет его.

«Похоже, мой господин уже собрал все материалы».

Закончив разговор для других игроков, рыжая лиса слегка наклонилась и продолжала демонстрировать свое уважение к Сюэ Лину, говоря.

«Пожалуйста, следуйте за мной, мой господин».

Сюэ Лин кивнул и последовал за лисой в хижину старосты деревни.

Снаружи хижины игроки один за другим начали общаться в чате.

«Остался один»: [??? Только что, это был великий бог нашей деревни? Первый, кто покинул деревню новичков!]

«После твоего ухода»: [Разве ты не знаешь? Пока мы ползали по земле и пытались двигаться, великий бог уже бегал и прыгал, выполняя одно задание за другим. Я все думал, когда же он сможет покинуть деревню.]

«Следующее путешествие»: [⊙▽⊙ Великий бог уже готовится к отъезду? Я прибыл с небольшим опозданием. Превращение прошло успешно?]

«Сопровождаю тебя в вечность»: [Он еще не вышел, мы не знаем. Я даже не знаю, какие материалы нужно собрать для трансформации.]

«Человек со спутницей»: [(⊙0⊙) Кроме как в нашей деревне, есть ли еще кто-нибудь, кто может покинуть свою деревню?!]

«Нарезанные цукаты»: [Не знаю, игра только началась... и так трудно повышать уровень. Мы все еще учимся ходить... Интересно, как обстоят дела у человеческой расы (>﹏<) Если бы я знал раньше, что расе демонов придется начинать как маленьким животным, я бы настоял на выборе человеческой расы!]

«Цин Чуань»: [Другие говорят, что все задания в деревне новичков человеческой расы очень странные и непонятные. До сих пор не было никаких новостей о том, что кто-то покинул деревню новичков. Вы должны радоваться, что наши задания не такие уж и сложные~]

Сюэ Лин не знал, что происходит снаружи. Он последовал за лисой в хижину старосты и, пройдя сквозь зеркальную стену, оказался на очень большом открытом пространстве.

Земля была покрыта плотным слоем заклинаний, от которых исходило тусклое свечение. Глава деревни, рыжий лис, повернулся к Сюэ Лину и превратился в роскошную женщину в красном платье, которая улыбалась, представляя Сюэ Лину это место.

«Это массив трансформации. Когда мы, представители расы демонов, совершаем трансформацию, нам нужно взять силу этих заклинаний. Здесь девять раз по девять, восемьдесят одно заклинание. Чем больше заклинаний загорится в процессе трансформации, тем сильнее будет потенциал и сила человека после его перехода в человеческую форму. Мой господин - свет расы демонов, и я верю, что ты сможешь зажечь больше всех заклинаний».

Сюэ Лин не ответил ей. Вместо этого маленький белый клубок меха шагнул вперед на своих маленьких ножках и вошел в массив. Если бы эти слова услышали те, кто не обладал истинной силой, они были бы превознесены до смерти.

Он достал все собранные им материалы, разложил их вокруг себя и произнес заклинание, которое предоставила система.

Староста деревни стоял на страже поодаль, с изумлением наблюдая, как массив внутри хижины мгновенно вспыхнул самыми ослепительными цветами.

Девять раз по девять - восемьдесят одно заклинание; ни одно не осталось в стороне, все они ожили и засветились огнями, которые затем вылетели из массива и устремились к человеку в центре. Свет был настолько ярким, что староста деревни вообще ничего не мог разглядеть.

Это явление продолжалось более десяти секунд, после чего свет медленно рассеялся, и посреди комнаты появилась белая фигура.

Не до конца исчезнувшие отблески света задерживались вокруг него и падали на его тело. Его одежда, казалось, колыхалась на невидимом ветру, и у старосты деревни, находившейся в трансе, возникла иллюзия, что она видит девять хвостов, развевающихся позади Сюэ Лина.

Но когда она снова посмотрела, там ничего не было.

Мужчина перед ней уже не был прежним белым клубком меха. Его длинные серебристые волосы разметались по плечам, а сам он был одет в белые одежды. Его одежда действительно была слишком роскошной: верхний халат был расшит серебряной нитью, а края воротника оторочены мехом, отчего его лицо казалось довольно юным и нежным.

Это было очень красивое лицо. На лбу у него была небольшая красная отметина - доказательство того, что он принадлежал к расе демонов. Слезные родинки в уголках его длинных и тонких лисьих глаз были еще более привлекательными, чем красная метка, и когда его сверкающие глаза двигались, казалось, что они уносят с собой души людей.

Его губы были довольно бледными, а верхняя губа была полной - даже когда он ничего не делал, казалось, что они просят поцелуя. Ресницы у него были длинные и густые, и от одного взгляда на него у рыжей лисицы закружилась голова.

Завороженная, она подумала про себя, что такой человек действительно может вынести тяжесть девятихвостой лисицы.

Сюэ Лин пошевелил руками и ногами, убедился, что на его теле нет ничего лишнего, а затем повернулся и посмотрел на лисицу.

Рыжая лиса прижалась к дверной раме, ведущей наружу, ее лапки немного размякли, и она улыбнулась Сюэ Лину. «Мой господин, вы действительно оправдываете свое имя».

Возможно, потому что он также знал, что его внешность была несколько убийственно прекрасной, лицо Сюэ Лина было лишено выражения, он просто кивнул и спросил:

«Теперь я могу покинуть деревню?»

Рыжий лис кивнул и поспешил сказать: «Да, конечно. Милорд, пожалуйста, следуйте за мной. Я открою для вас портал».

Система обвилась вокруг шеи Сюэ Лина. Она удивленно прокомментировала:

«Неужели это все еще так действует на окружающих? Но хозяин и так уже ухудшил свой внешний вид...»

«Рыжий был подавлен аурой высшего демона» - объяснил Сюэ Лин, а затем развеял способность демонической ауры, которую он получил во время трансформации. Рыжий лис мгновенно стал выглядеть немного лучше и повернулся, чтобы отвесить ему еще один поклон.

Они вдвоем покинули хижину деревенского старосты, а игроки вокруг снова зашушукались, как масло на сковородке.

Массив телепортации находился прямо рядом с хижиной деревенского старосты, и они дошли до него за пару шагов.

Телепортационный массив здесь всегда был запечатан. Староста деревни, следуя правилам игры, взял у Сюэ Лина несколько медных монет, после чего открыл телепортационный портал и отправил его в путь.

Общий чат игроков все еще бурлил, но староста деревни уже превратился обратно в рыжую лису и снова присел на прежнее место.

К этому моменту более развратные игроки, наконец, поняли, что перед ними очаровательный и восхитительно красивый NPC. Уровень негодования, который они выказывали по отношению к нему раньше, был прямо пропорционален тому, насколько лестно они выглядели сейчас, и многие бросились вперед.

Что касается канала чата, то он все еще не успокоился. Многие люди общались на нем, и тема была очень простой.

«Африканский учитель Инь Ян»: [Будем ли мы все такими сексуальными и привлекательными, когда трансформируемся?!]

«Не ищу проблем»: [Ха-ха, ты слишком наивен. Если бы ты действительно мог трансформироваться и выглядеть так, то не было бы смысла настраивать свою внешность перед вступлением в игру.]

«Криптон это судьба»: [Я думаю, что это настоящее лицо бога. QAQ Смертные вроде нас могут увидеть его только мельком, когда он покидает деревню. Интересно, когда в будущем у нас будет еще один шанс встретиться с богом?]

«Долгий путь назад»: [Помогите! (ˉ﹃ˉ) Кажется, я влюбился! Это блюдо определенно мне по вкусу!]

«Круглолицая красавица»: [Ха-ха, это блюдо, вероятно, соответствует вкусам подавляющего большинства людей, ясно?!]

«10,000 миль процветания»: [Но великий бог казался очень холодным, он не особо заботился о старосте деревни... староста деревни тоже красавица...]

«Лето это маленький холод»: [Ты шутишь, как может одна красавица понравиться другой красавице? Красота должна принадлежать всем!]

«Мистер Кролик»: [Как бесстыдно.]

Сюэ Лин не знал, какой хаос он оставил после себя. Войдя в портал телепортации, он оказался за пределами крупного города, и тут раздались звуки системного оповещения, всплывающие один за другим. Все они были уведомлениями канала чата.

Из деревни новичков не было доступа к мировому каналу - у деревни новичков был только канал деревни новичков, который Сюэ Лин держал заблокированным. После выхода из деревни, наконец, открывались мировые каналы связи, а точнее, каналы Цзючжоу.

Каналы Цзючжоу включали в себя канал уведомлений Цзючжоу, канал мирового чата, командную систему и ряд других инструментов, позволяющих игрокам сотрудничать с другими игроками. Также были оповещения, помогающие понять схему игрового мира и другие вещи.

В данный момент мировой канал был пуст. Никто не общался, и неизвестно, было ли это потому, что он единственный покинул деревню новичков, или же молчали другие великие боги, вышедшие первыми.

Сюэ Лин тоже не собирался разговаривать по мировому каналу, планируя тихо наблюдать. На самом деле, благодаря своей внешности, он уже определил для себя профиль личности, от которого не хотел отклоняться.

Красавец может быть гламурным и открытым, или холодным и отдаленным снежным лотосом. Сюэ Лин хотел играть и флиртовать только со своим мужчиной, поэтому он выбрал себе роль снежного лотоса и в настоящее время был занят тем, что пытался превратиться из злобного дьявола в холодного красавца.

Охранник на входе потребовал идентификационный нефрит, чтобы получить доступ в город. Сюэ Лин порылся в своем инвентаре, нашел нефрит в пакете, который дал ему староста деревни, и привязал его к поясу. Стражник и так был с ним дружелюбен, но стал еще более уважительным, увидев нефритовый жетон, и пригласил его войти в город.

В это же время человек, заметивший странные движения в большом массиве, лениво потянулся и открыл свои фиолетовые глаза. Он протянул руку и медленно провел ладонью по экрану, в результате чего перед ним появился виртуальный экран.

Экран был окружен серией движущихся кодов. Это было временное творение, которое могло воспроизводить сцены, но не было монитором реального времени. Он мог регулировать время, чтобы видеть именно то, что хотел, независимо от того, когда и где это происходило.

Мужчина подпер щеку рукой, постучал пальцем по игрокам расы демонов, которые падали и боролись вокруг массива демонов, и щелкнул языком.

Ему показалось, что из большого древнего массива исходит движение, но он вдруг понял, что на самом деле это был самый простой массив трансформации демона. Хотя восемьдесят одно заклинание было большим числом, эта штука была довольно ненадежной. Мужчина уже собирался выключить монитор, когда его внимание привлекла маленькая фигурка.

Это был очень маленький клубок меха, очень белый, похожий на маленький снежок, и очень милый.

Мужчина поднял брови и сказал с некоторым удивлением: «Девятихвостая лиса?»

Прошло много лет с тех пор, как этот вид появился в расе демонов. Неудивительно, что это оказало большое влияние на массив трансформации, причем настолько, что даже на него самого.

Род девятихвостых лисиц не только приносил хаос в мир. Они также были любимцами небес. Помимо того, что они хорошо выглядели и имели наилучшую удачу, любому, кто видел его, он нравился, и бесчисленное множество людей влюблялось в него.

Но с древних времен люди, влюбившиеся в демона-лиса, никогда не заканчивали жизнь хорошо. Возможно, именно потому, что они сражались с небесами за небесного любимца, все они оказывались в безвыходных ситуациях.

Любовь и предубеждение Небес к этой расе действительно достигли крайних пределов.

До такой степени, что даже человек не мог не ревновать.

Но чем больше существование было подобным, тем больше удовольствия доставляло его уничтожение.

Человек, которому уже долгое время было скучно, наконец-то почувствовал интерес. Он нашел новое развлечение, поэтому терпеливо ждал, пока завершится трансформация лисы.

Однако когда яркое свечение исчезло, он не мог не встать со своего места от удивления.

Он протянул руку, желая коснуться человека через экран, но когда его ладонь встретилась с изображением, и фигура исчезла, он резко вернулся к реальности.

Слишком красиво. Это была не простая красота, более того, не простое очарование. Этот человек очень четко осознавал свои ** и требования, и с самого начала его существования и до сих пор был только один человек, который мог заставить его потерять рассудок, и который мог заставить биться его сердце.

Была только одна причина, по которой он существовал здесь, в этом мире небытия, одна причина, по которой он еще не полностью уничтожил это место. Эта причина заключалась в этом одном человеке.

В ярком, белоснежном пространстве был еще один человек, который внимательно смотрел на это лицо. На экране было изображено не лицо Сюэ Лина после ухудшения его внешности, а его первоначальный облик.

В отличие от изумленного мужчины, этот человек выглядел почти одержимым, так как проводил рукой по лицу. Слова, которые вырывались из его уст, были низким шепотом любви.

Примечание переводчика:

В китайской игровой культуре принято называть игроков на пике или игроков, достойных уважения, богами или великими богами. Просто имейте это в виду, когда будете читать - скорее всего, они не имеют в виду богов культивации~.

...И кстати, почему в этом мире больше одного человека, который ждет появление Сюэ Лина?

Войдя в главный город, Сюэ Лин, следуя карте, направился в регистрационный офис, где игроки могли выбрать профессию. В будущем здесь наверняка будет шумно, но сейчас здесь было очень мало людей.

По внешнему виду невозможно было отличить NPC от игроков. Игроки могли видеть имена других игроков над головой, только если они уже были друзьями, а в других аспектах разница между игроками и NPC была незначительной.

Когда игроки входили в игру, игровая система несколько раз напоминала им, чтобы NPC не обнаружили никаких аномалий в их поведении. В противном случае они могут пострадать от неблагоприятных эффектов, например, быть убитыми NPC, или других подобных вещей.

Независимо от того, что это были за NPC, они имели больше прав, чем игроки, а убийство игрока было быстрым и простым делом.

Этих NPC можно считать коренными жителями этого мира. Для них игроки были чужаками. Игроки из человеческой расы испытывали расположение NPC, когда входили в деревню новичков, но если они узнавали, что игрок пришел не из этого мира, NPC начинали враждовать. Если игрок не мог вести себя так, будто он принадлежит этому миру, NPC теряли к нему расположение, и в итоге игрок не мог выполнять задания.

Сюэ Лин выбрал самый простой путь. Он последовал за молодым NPC в регистрационный офис, скопировал его действия и без проблем завершил процесс регистрации.

Он выбрал профессию боевого мага, который мог выполнять как дальние, так и ближние атаки. Это было относительно похоже на роль мага в западных онлайн-играх, но поскольку в игре было много вариаций, способ атаки не был фиксированным. Скорее, он менялся в зависимости от влияния различных аспектов.

Для Сюэ Лина многие навыки можно было применять с помощью оружия, а когда он использовал костяной веер, навык превращался в заклинание, которое можно было произнести после того, как он вычерчивал массив движениями веера.

В общем, пока это выглядело хорошо и не казалось вычурным, все было в порядке.

После выбора профессии игроки могли выбрать секту.

В игре «Seal the Devil» секты и профессии были совершенно независимы. Проще говоря, если человек решил стать магом, а затем вступил в секту, специализирующуюся на фехтовании, он становился магом, владеющим мечом.

Это были две совершенно разные системы, но нужно было найти способ объединить их в процессе культивации, чтобы постоянно становиться могущественнее. Это означало, что игроки должны быть осторожны при выборе профессии и секты. Если они не будут дополнять друг друга, то игрокам, скорее всего, придется распрощаться со своими уровнями.

Конечно, на поздних этапах игроки могли перепрофилироваться или купить пилюлю, чтобы сбросить профессию, и выбрать новую профессию в Регистрационном бюро, но если их профессии и секты не совпадали, их  уровень не повышался, независимо от того, сколько опыта они получали.

В игре повышение уровня было не просто прямым путем убийства монстров и получения опыта. Он был похож на традиционное культивирование, но был намного проще и имел меньше узких мест. Тем не менее, он требовал от игроков понимания многих деталей.

На поздних стадиях игры, на форумах развернулась бурная дискуссия по поводу смерти, потому что некоторые люди взрывались и умирали из-за внутренних демонов во время культивирования закрытых дверей.

После такой смерти игрокам приходилось перерождаться и начинать культивацию с нуля. В то время этот вопрос вызвал широкий спектр обсуждений на форуме; некоторые люди оценили его, но другие считали, что это ошибка в игре, и в конце концов, разработчики позже дали подробное объяснение.

В игре Seal the Devil было несколько типов смерти.

Если игрок умирал во время сражения с боссом или монстром, это было простое снижение уровня и опыта, а после смерти ему нужно было провести день в неге, прежде чем он мог возродиться.

Если игрок умирал из-за того, что обидел NPC или повел себя так, что NPC понял, что он не из игрового мира, его наказывали тем, что он должен был остаться в маленькой черной комнате, прежде чем его отправляли в мир нечисти для возрождения.

Таким образом, игра предупреждала игроков, чтобы они не раскрывали свою личность перед NPC, и поощряла игроков наслаждаться ролевой игрой.

Помимо двух вышеперечисленных вариантов, существовали также некоторые странные способы умереть. Например, игрок, написавший первоначальную жалобу на форумах, умер потому, что во время культивирования его захватил внутренний демон.

Культиваторы праведного пути могли перейти на путь дьявола; культиваторы дьявольского пути также могли перейти на путь призрака.

Те, кто шел по пути призрака, обычно не сталкивались с подобными проблемами, потому что у них больше не было конкретного тела, и если их здоровье падало до нуля, им достаточно было посетить мир неба, чтобы возродиться.

С другой стороны, если игрок хотел восстановить свою репутацию и личность на праведном пути, то, к сожалению, он мог только начать все сначала и восстановить свое культивирование с нуля.

Игроки, умершие из-за того, что не могли контролировать свой разум и сердце, не имели права просить о восстановлении своего первоначального уровня, потому что даже если он будет восстановлен, их снова убьют их внутренние демоны.

Разработчики торжественно предупредили всех игроков. В этой игре, если есть возможность, лучше было не умирать и правильно беречь свою жизнь.

Конечно, те, кто был убит из-за того, что другие игроки назначили цену за их головы, могли найти ГМ и восстановить свое первоначальное культивирование, но для создания позитивной и гармоничной игровой среды разработчики надеялись, что игроки не будут драться и дадут друг другу немного больше любви.  Спасибо! ╭(╯3╰)╮

Видите, даже официальные лица иногда бывают такими бесстыжими.

Сюэ Лин ступил на дорогу в Секту Десяти Тысяч Мечей после того, как система определила, что она наиболее подходит для его образа ледяного снежного лотоса.

В "Seal the Devil" был третий выбор, который влиял на направление человека в будущем. Профессия и секта влияли на силу, но решение о том, вступить ли на путь праведника или на путь демона, влияло на направление будущего. Решив стать культиватором благоговейного и праведного меча, Сюэ Лин встал на праведный путь.

В любом случае, восстать было легко. Он выбрал праведный путь только для того, чтобы в будущем убить главных героев, когда они будут защищать Короля-демона, и не дать им стать настоящими демонами.

Сделав все необходимые выборы, Сюэ Лин шагнул в портал телепортации и приготовился найти наставника в Секте Десяти Тысяч Мечей, начав свой путь в культивировании меча.

В это же время из деревни новичков человеческой расы наконец-то вышел еще один человек. Он оглядел окружающих его NPC, затем со спокойным выражением лица показал свой идентификационный нефрит охраннику на входе и направился в регистрационный офис города.

Этот человек был первым игроком человеческой расы, попавшим на землю Цзючжоу, а также главным героем этой истории: Тысяча миль без паузы.

Он выбрал профессию воина, а затем решил вступить в крупнейшую секту Цзючжоу, Врата Тяньсюань. Он стал бойцом их главной силы, не зная о различиях в мире, который понемногу менялся.

Не все были в темноте, как он. В этот момент двое других наблюдали за Сюэ Лином, когда он выбирал профессию и секту, с одинаковой концентрацией и агрессией в глазах. Однако их эмоции были совершенно разными.

Человек в белом был доволен, когда увидел, что он выбрал праведный путь и направляется в Секту Десяти Тысяч Мечей. Он развернулся, оформил личность, а затем отправился в секту, ожидая его прибытия.

В фиолетовых глазах человека в черном была ярость, которая заполнила небо и заставила дрожать все пространство. Все задрожало, и даже белый тигр, который всегда следовал за мужчиной, свернулся в углу, как маленький котенок, испугавшись своего хозяина, который внезапно вышел из себя.

Спустя долгое время гнев, не имевший выхода, резко вернулся под контроль, превратившись в дикий смех.

Белый тигр задрожал еще сильнее, шерсть на его теле встала дыбом. Казалось, что вот-вот произойдет что-то ужасное.

Но ничего не произошло. Засмеявшись, мужчина сдержал свою ауру и одним движением руки создал портал. Его внешность начала меняться, постепенно превращаясь из безудержной злобы в холодное и резкое лицо.

Это было лицо, не имеющее ни малейшего сходства с оригиналом, но это была его любимая внешность. Когда он приподнимал губы и улыбался, улыбка была такой теплой и нежной, что все в мире чувствовали себя счастливыми. Когда же он стирал с лица всякое выражение, это было все равно, что столкнуться с ледяной стеной, которая не растает и за тысячу лет.

Столкнувшись с порталом, мужчина несколько раз потренировался, прежде чем выбрал выражение лица, нежное, как весенний ветерок, его улыбка могла заставить человека почувствовать тепло до самых пальцев ног.

Тигр позади него почувствовал, что эта сцена еще ужаснее, чем его первоначальная ярость и смех, и попытался свернуться всем телом в шар как можно сильнее. К сожалению, мужчина не забыл о нем. «Стань кошкой» - открыл рот и потребовал он.

Хотя это и задевало достоинство белого тигра как божественного зверя, но он уже был на месте человека и не имел права отказываться. Чтобы не погибнуть, бедный тигр уменьшался понемногу, пока не превратился в маленькую черно-белую кошку. После превращения он позорно бросился к хозяину и мяукнул, словно желая, чтобы его защитили.

Тот нахмурился, но нехотя удовлетворился его новым обликом, подозвал его, чтобы тот запрыгнул к нему на плечо, а сам шагнул через портал и вошел в город.

В земле Цзючжоу было девять территорий, девять крупных сект и несколько мелких сект, которые были разбросаны повсюду, что предоставляло игрокам, которые просто хотели спокойно провести свои дни в игре, выбор. Ведь не все любят сражаться и убивать, верно?

Врата Тяньсюань были первыми среди основных сект, и да, они принадлежали к праведному пути. Их путь культивирования склонялся к традиционному, они были сильны как в атаке, так и в магии. Если кто-то хотел следовать праведному пути, то секта Тяньсюань была лучшим выбором.

Итак, именно здесь главные герои Гуна и Шоу впервые встретились и развивали свои отношения на ранних стадиях. В каком-то смысле они были братьями-учениками, а позже, когда они предали Врата Тяньсюань и присоединились к великой секте Пути Дьявола, стоявшей на противоположной стороне, Вратам Тяньсюань, они были единомышленниками.

Помимо этих двух ведущих сект, существовали также различные секты, которые позволяли игрокам, еще не выбравшим фракцию, наслаждаться игрой. Секта Десяти Тысяч Мечей, которую выбрал Сюэ Лин, была одной из таких сект. Это было место, где не заботились о фракции игрока, лишь бы он был предан своему мечу.

Вся секта была полна фанатиков меча, которые относились к своим мечам так, словно это была их жизнь. В их глазах меч был их путем, и он не имел ничего общего с добром и злом. Те, кто стоял на пути их меча, были лишь тем, что нужно было убить.

Кого волновало, праведник ты или нет?

Грот Десяти Тысяч Дьяволов подходил для культиваторов-призраков, Павильон Радости принимал только женщин, Имперская Секта Монстров - культиваторов демонов, Секта Чернил - для тех, кто любил ремесла и интересовался механикой, другие секты - для фермеров и скотоводов, а Павильон Неба Цинь принимал всех, кто осмеливался прийти...

Эти крупные секты вскоре должны были принять большое количество новых рекрутов во время ярмарки рекрутов, которая должна была состояться в будущем. Поскольку Сюэ Лин прибыл на континент раньше всех, он получил особую рекомендацию и мог заранее поступить в Секту Десяти Тысяч Мечей.

Таким образом, в будущем он станет старшим братом-учеником в Секте Десяти Тысяч Мечей, и сколько бы человек ни вступило после него, их положение в секте будет подчиняться его положению.

Хотя он знал, что ему повезло, Сюэ Лин не ожидал, что его золотой палец окажется настолько эффективным. Он только вошел в горные ворота и не успел сказать ни слова, как кто-то подошел и пригласил его на главный пик Секты Десяти Тысяч Мечей, и несколько владельцев пиков стали улыбаться ему, надеясь, что он выберет их в качестве учителя и мастера.

Сюэ Лин задался вопросом, почему к нему относятся как к главному герою, и тихонько взглянул на систему, но увидел, что она качает головой. Ее смысл был ясен: внимательное отношение этих людей к нему не было вызвано обманом системы.

Сюэ Лин размышлял над этим, и в конце концов, он смог приписать это явление только своей родословной.

Неужели его родословная девятихвостой демонической лисицы действительно была чем-то особенным, что всем нравилось?

Сюэ Лин как раз размышлял о смысле жизни, как вдруг обнаружил, что вокруг него стало тихо. Подняв глаза, он понял, что в какой-то момент перед ним стоит молодой человек, одетый так же, как и он, в белые одежды. Юноша смотрел на него сверху вниз, его глаза казались незыблемым льдом, словно желая заморозить Сюэ Лина на месте.

Сюэ Лин не испугался такого взгляда, он поднял взгляд и встретился с глазами собеседника, в которых было не меньше холода, чем в глазах мужчины.

К удивлению Сюэ Лина, в его взгляде мелькнула улыбка. Затем он повернулся к старику с белой бородой, стоявшему в центре, и сказал: «Глава секты, я возьму этого ребенка».

Не успел Сюэ Лин собраться с мыслями, как услышал удивленный голос мужчины: «Конечно, дядя Хань!»

Сюэ Лин снова посмотрел на мужчину, его глаза были полны сомнений.

Мужчина сказал: «Меня зовут Хань Учжэн. С сегодняшнего дня я буду твоим Наставником».

Сюэ Лин нахмурил брови.

Примечание переводчика:

寒无争 - Хань Учжэн его имя интересно переводится как «неоспоримо холодный». Хань - это «холодный», а Учжэн - «не может быть оспорен». Забавная и значимая информация для последующих глав~.

«Ты из рода лисиц, очарование которых глубоко засело в их костях. Неважно, кто это, пока они встречают тебя, они все будут любить тебя».

Деревья на горе были вечнозелеными, человек перед ним был одет в белое, его длинные волосы были уложены, и когда он шел, его ноги не касались земли. Все его существо выглядело как естество потустороннего бессмертного, отделенного от всех.

«Это и хорошо, и плохо».

Сюэ Лин последовал за своим новым хозяином. Сначала он испытывал необъяснимую неприязнь к этому человеку, но когда тот снова принял облик неприкасаемого бессмертного, неприязнь исчезла.

Когда он узнал, что этот человек занимал самый высокий статус в Секте Десяти Тысяч Мечей и был сильнейшим культиватором меча, Сюэ Лин неохотно признал этого человека своим хозяином, но его сердце было наполнено всевозможным недовольством.

Поскольку более высокое положение в игре сделало бы все более удобным для него, он вынужден был терпеть большой айсберг перед собой.

Разве это не было просто соревнованием, кто лучше - снежный лотос или айсберг? Нет проблем!

«Когда девятихвостый лис рождается в мир, мир неизбежно становится хаотичным. Твой учитель не знает, что ждет тебя в будущем, но я могу помочь тебе избежать этих бурь».

Хань Учжэн привел Сюэ Лина в свой павильон и продолжил: «Когда у человека есть сила и власть, ему, естественно, нечего бояться. Как культиваторы меча, мы берем свои мечи с собой, путешествуя по всему миру, бесстрашно сражаясь с небом и землей благодаря своей абсолютной силе».

Сюэ Лин не мог собраться с силами, чтобы выразить свое презрение к его словам, и только молча кивнул.

«Пик Чицзянь - это горный пик твоего учителя, и других людей здесь нет. Сначала ты можешь жить в павильоне Дождя (Тинъюй)».

Сюэ Лин почувствовал, что название этого павильона ему знакомо, и, пытаясь вспомнить его, понял, что название павильона совпадает с именем главного героя Шоу. Его звали Сяоцяо Тинъюй, что означало «слушать дождь на маленьком мосту», а это был павильон Тинъюй, который, казалось, был подготовлен специально для него. Сюэ Лин недовольно нахмурился.

«Твой учитель живет в павильоне Пурпурного Меча на горной вершине. Ты можешь найти меня там, если тебе что-нибудь понадобится».

«Мгм...» Хотя этот человек был похож на айсберг, он все же был очень добросовестным учителем и не рассердился, хотя он так много говорил и получил в ответ лишь один звук подтверждения от Сюэ Лина. Скорее, он спокойно продолжал говорить.

«Как культиватору меча, совершенно необходимо иметь меч. Отправляйся в долину и подбери духовный камень. После возвращения я научу тебя владению мечом».

«Да».

Его слова вызвали появление квеста. Сюэ Лин молча принял задание и направился в долину за Сектой Десяти Тысяч Мечей, чтобы выбрать духовный камень. Он шел бодро и не замечал, что взгляд мужчины был прикован к его спине, когда он уходил.

В нем уже не было прежней ледяной холодности, а скорее даже навязчивости. Хань Учжэн уже не был похож на айсберг, но все равно выглядел недовольным, глубоко вздохнул и повернулся, чтобы войти в маленький павильон, готовясь привести его в порядок для Сюэ Лина.

Кто бы мог подумать, что как только он повернулся, с неба спустилось плотное черное облако демонической энергии. Выражение лица Хань Учжэна изменилось, он вытянул руку и выпустил луч яркого света, но он все равно не смог заблокировать темную энергию.

Маленький павильон разрушился, полностью уничтоженный демоническим вмешательством.

Лицо Хань Учжэна было мрачным. Он хотел поймать преступника, но каждый раз его противник очень быстро ускользал, не оставляя за собой никаких следов. Хань Учжэн беззвучно выкрикнул имя, его взгляд стал свирепым, но он быстро пришел в себя и позвал ученика, чтобы тот нашел другой артефакт павильона и поместил его сюда, чтобы ученику было, где жить, когда он вернется.

Призванный ученик подчинился приказу, спустился с пика Чицзянь и прибыл в павильон сокровищ секты. Он попросил артефакт для павильона в соответствии с указаниями.

Вновь прибывший ученик выбрал для него артефакт, чтобы выдать его в соответствии с его просьбой. Он смотрел, как ученик снова поднимается на пик Чицзянь, а затем хитро улыбнулся.

Этот человек был его, и даже место, в котором он жил, должно было быть созданным им зданием. Он не согласился бы, чтобы тот человек жил в павильонах Хань Учжэна или Секты Десяти Тысяч Мечей.

Даже если бы тот вступил на праведный путь, он мог бы заставить его разорвать отношения с ним и сменить сторону.

Но ему нужно было действовать медленно. Оказалось, что этот человек не испытывал никакой доброжелательности к тем, кто подходил к нему со скрытыми мотивами. Например, к встревоженному Хань Учжэну, который сделал свой шаг слишком быстро.

Хань Учжэн не мог этого почувствовать, но Запечатанный Демон, казалось, мог ощутить чувства этого человека. По одному лишь хмурому взгляду он уже мог различить множество значений.

«Он действительно заслуживает того, чтобы стать девятихвостым лисом».

Король Демонов подпер подбородок рукой и почувствовал себя несколько беспомощным.

«Способность очаровывать сердца других - это действительно не шутка. Похоже, в будущем мне придется устранять все больше и больше соперников, а?»

Слушая его тон, можно было подумать, что он уже взял этого человека в свои руки и не собирался его отпускать.

Сюэ Лин понятия не имел, что за странные люди появились из ниоткуда. Что касается духовных камней, необходимых для культивации меча, то среди них не было особенно хороших или плохих. Любой тип духовного камня мог создать меч и считался культивированием меча.

К счастью, поскольку это была игра, и разработчики не хотели тратить время игроков, годы медитации над мечом были пропущены, и как только игроки брали в руки кусок духовного камня, они получали очень хорошее представление о нем.

Создание оружия и артефактов зависело от таланта. Хороший культиватор меча, естественно, умел изготавливать меч и немного разбирался в изготовлении других предметов. Менее опытный культиватор меча также застрянет со своим мечом на всю оставшуюся жизнь.

Сюэ Лин выполнил требования квеста и вернулся на пик Чицзянь со своим духовным камнем. Он обнаружил, что первоначальный павильон Тинъюй исчез, а на его месте появился небольшой двухэтажный дом. По форме он несколько противоречил горе, но ему он пришелся по душе.

Ученик, который специально остался, чтобы прояснить для него ситуацию, слегка поклонился и сказал: «Старший брат, учитель заметил, что вам не нравится павильон Тинъюй, поэтому он приказал мне найти другой артефакт. Это зал Сюэсин».

Сюэ Лин нахмурил брови, но на этот раз не показал своего недовольства. Он кивнул и в хорошем настроении вошел в двухэтажный дом. Положив духовный камень в руку, Сюэ Лин открыл панель игрового интерфейса.

Поскольку это была игра, на панели отобразились навыки Секты Десяти Тысяч Мечей. Только все навыки были серыми, и он не мог их использовать, пока его мастер не научит его, как с ними работать.

Эти навыки не были фиксированными. Игра поощряла игроков копать глубже и упорно работать в дополнение к этим базовым навыкам, чтобы улучшить свои способности. На эти навыки можно было нажать, чтобы высвободить их, или использовать их так, как это делают NPC, - с помощью серии движений, которым можно было научиться у своего мастера или учителя в игре. Второй способ был сложнее, но эффект от навыка, который высвобождался через практику, был абсолютно превосходным.

Использование навыков таким способом не имело периода истощения; пока у игрока было достаточно внутренней или духовной силы, их можно было использовать непрерывно. Поэтому, хотя это и было сложнее, многие люди на поздних стадиях все еще пытались практиковать свои навыки.

Сюэ Лин как раз изучал силу атаки каждого навыка, когда Хань Учжэн снова вошел в его комнату. Он окинул его взглядом и заговорил.

«Я все еще не представил тебе секту. Пойдем со мной, я научу тебя приемам владения мечом, пока мы будем разговаривать».

Сюэ Лин издал звук благодарности и поднялся с духовным камнем в руках. Хань Учжэн взглянул на его камень и кивнул, давая понять, что задание выполнено. Следующим заданием было выяснение запутанных отношений между учениками в секте.

«Ты - мой ученик. Следуя общей традиции наречения, твой учитель даст тебе дао-имя Син Дун».

Сюэ Лин промолчал. Он не хотел комментировать это имя, которое будет преследовать его долгое время, а возможно, и все его пребывание в этом мире. «Тогда, мое дао-имя...»

«Твоему господину все равно, как вы будете обращаться друг к другу в светском мире, но в Секте Десяти Тысяч Мечей ты будешь известен только как Син Дун».

«Да». Сюэ Лин надулся. Ему все больше и больше не нравился этот человек.

«Ты уже познакомился с нынешним главой секты. Он истинный ученик моего боевого брата и ученик того же поколения, что и ты. При встрече можешь называть его главой».

Они прибыли на вершину горы, где кроме резиденции Хань Учжэна было еще и широкое поле, пригодное для тренировок с мечом.

«Ты - мой единственный ученик; ты также самый молодой ученик в своем поколении. Если ты чего-то хочешь, или что-то хочешь сделать, просто иди и делай это».

Сюэ Лин мысленно интерпретировала его слова. Смысл его слов заключался в том, что его происхождение было сильным, и он мог упорно работать над тем, над чем хотел, не беспокоясь о том, что у него не будет поддержки.

Что ж, в таком случае это было очень полезно.

«Мой учитель - бессмертный, и все свое время он проводит в закрытом культивировании. Скорее всего, вы с ним не встретитесь, но я порекомендую тебя ему, когда он появится. У тебя также есть еще несколько братьев-бойцов из того же поколения. Я не буду много говорить о них, так как ярмарка набора начнется через несколько дней, и вы сможете встретиться с ними тогда».

«Культивировать - значит сделать шаг к становлению бессмертным. Ты уже достиг сферы земли еще до вступления в секту; твой талант наверняка хорош. Между культивированием демонов и людей нет особой разницы, но, завоевав благосклонность небес, демонам будет легче поднимать свою силу, а трибуляция грома будет менее суровой».

Сюэ Лин подумал о новичках, которые все еще пытались научиться ходить на четырех ногах в деревне новичков, и подумал, будут ли они радоваться, что выбрали расу демонов, когда узнают, что молнии их трибуляций будут бить не так сильно.

Хотя они были игроками, и молния не могла поразить их до смерти, сцена раскалывания на части громом была слишком сильной, и они не хотели бы терпеть это, если бы у них был выбор.

Царства культивации в этом мире были похожи на те, что описаны в романах о культивации. Царства культивации, о которых говорили NPC, соответствовали уровням в игре. В общем, каждые пять-десять уровней соответствовали одному царству.

Сюэ Лин сейчас был 15-го уровня, что соответствовало царству земли, о котором говорил Хань Учжэн.

Эта система была слишком сложной, для игроков это было просто другое название их уровней, и говорить о ней больше было бы излишне утомительно, поэтому Хань Учжэн автоматически предположил, что Сюэ Лин понимает систему, и не стал объяснять дальше.

В этом также заключалась самая большая разница между игроками и NPC. Пока игроки усердно трудились и постепенно повышали уровень, независимо от того, как быстро или медленно они продвигались, в конечном итоге они поднимались до уровня, которого NPC не могли достичь.

Вот только в игре был установлен предел уровня, и игроки могли достичь только 80-го уровня, независимо от того, сколько они тренировались.

Но даже в этом случае, учитывая смехотворно медленную скорость выравнивания в этой игре, ожидалось, что многие не смогут достичь максимального уровня. Нужно было помнить, что любая неосторожность могла привести к падению уровня, а причины падения были очень странными - помните того игрока, у которого во время медитации появился внутренний демон, а потом пришлось начинать все сначала?

Именно из-за неопределенности этой игры она стала популярной, сформировав эпоху, когда она доминировала в онлайн-играх и стала единственной игрой, в которую играли все. Это также стало основной причиной того, что она смогла успешно заменить реальный мир и стать вторым «реальным» миром.

После исчезновения реального мира существование главного компьютера потеряло бы полномочия по управлению игрой, и преимущества, которые ранее были у игроков, исчезли бы. В это время все зависело от того, сколько усилий игроки приложили к своему персонажу. Для тех, кто стал демоном и имел бесконечную продолжительность жизни, а также мощную атакующую способность, такой исход был наилучшим.

Для Сюэ Лина это тоже была лучшая ситуация. В конце концов, он был строкой данных, а не человеком. Даже после того, как игроки потеряют власть над главным компьютером, он все равно сможет изменять данные игры. Это был самый большой золотой палец, и только дурак мог обнаружить себя перед главным компьютером и получить прямое удаление.

Конечно, из-за таких настроек после потери игроками своих привилегий начались массовые беспорядки. NPC и игроки разделились на два лагеря; для NPC эти игроки были как жуки, вторгшиеся в их дом, и независимо от того, могли они избавиться от них или нет, все равно лучше было убить их побольше. К тому времени смерть означала настоящую смерть, без возможности воскреснуть.

Хотя Хань Учжэн хотел проводить больше времени с Сюэ Лином, некоторые люди просто не позволяли ему делать то, что он хотел. Почувствовав, что в системе снова начали появляться ошибки, Хань Учжэн мог только беспомощно прекратить обучение Сюэ Лина, велев ему тренироваться и сражаться самостоятельно, и поспешить исправить ошибки.

В этот период некто казался все более и более самонадеянным. Непонятно, что именно вызвало его интерес, пробудило от дремоты, но он целыми днями рвал данные и уничтожал всевозможные центральные системы, заставляя Хань Учжэна не обращать внимания на ситуацию вокруг Сюэ Лина.

С другой стороны, Сюэ Лину было совершенно все равно, что там затеял этот дешевый мастер. После того как его навыки полностью раскрылись, он решил приступить к выполнению квеста по совершенствованию своего меча. Для начала ему нужно было собрать некоторые материалы, чтобы меч приобрел нужную форму.

Он хотел уйти, но в итоге его привлекли на ярмарке по набору в секту. Из деревни новичков вышло большое количество игроков, которые стали стекаться во все крупные секты, и хотя Сюэ Лин был новым учеником, из-за его высокого статуса, а также из-за того, что кроме Хань Учжэна в Пике Чицзянь был только он, а его мастер внезапно исчез, его заставили пойти с ними и показать свое лицо в качестве украшения.

Не имея возможности сбежать, Сюэ Лин решил остаться и познакомиться с новыми симпатичными игроками. Так он мог удобно распространить среди них информацию о своем существовании.

Ярмарка рекрутов не была простым делом, в котором участвовала только Секта Десяти Тысяч Мечей. Это было грандиозное мероприятие, в котором участвовали все секты, потому что отбор подмастерьев и учеников в этом мире был централизованным.

Сюэ Лин подсчитал время. К этому моменту игра была открыта уже месяц, и в данный момент главный герой шоу должен был только что присоединиться к игре и прибыть в деревню новичков, а главный герой гун должен был сформировать свою первоначальную команду во время этого события по набору учеников.

Хотя он не планировал присоединяться к их команде, Сюэ Лин все равно должен был с ними познакомиться. В конце концов, в будущем они станут партнерами.

Ведь так?

Секты готовились к ярмарке рекрутов уже полмесяца, этого времени было достаточно, чтобы игроки успели выбраться из деревни новичков, выбрать профессию и хорошо поразмыслить, в какую секту они хотят вступить.

После пребывания в деревне новичков, игроки хорошо ознакомились с правилами Цзючжоу, и все они были очень разумны в обращении с NPC и так далее. Все они старались оставаться в образе, чтобы не дать другим увидеть недостатки в их поведении. По мере того, как они все больше и больше осваивались с игрой, мировой канал также становился все более оживленным.

Уже появились рейтинги игроков, в которых перечислялись такие вещи, как уровень, оружие, богатство и т.д. Было много рейтингов, и рейтинг уровня, на который все любили обращать внимание, возглавлял этот рейтинг игрок человеческой расы, о котором многие уже слышали: «Тысяча Миль Без Паузы».

На втором месте был бог демонической расы по имени Сюэ Лин, который был того же уровня, что и «Тысяча Миль Без Паузы», но занимал место ниже его, потому что первый символ его имени был более поздним в алфавите.

Именно так. На этот раз Сюэ Лин не стал менять оригинальную строку данных и прямо назвал себя «Снежным Лисом». Он подумал и решил, что любое имя, которое он придумал, звучит странно, поэтому он просто использовал свое собственное имя для регистрации, так как его все равно никто не знал.

Третьим человеком в этом рейтинге в секте, который также привлек большое внимание, был другой великий бог по имени «Глубина Отчаяния». Поскольку он выбрал Секту Десяти Тысяч Мечей, но квота одного приоритета была отнята Сюэ Лином, он мог только принять участие в ярмарке. В будущем он станет старшим учеником Секты Десяти Тысяч Мечей, а его дао-имя будет Юань Чуань.

Если опуститься ниже по списку, то многие другие лучшие в рейтинге получили льготные места и стали высокопоставленными учениками других сект, поэтому они не участвовали в этом мероприятии по набору. Это также позволило многим людям вздохнуть с облегчением. В конце концов, по сравнению с великими богами они бы точно проиграли.

Вербовка в секту здесь отличалась от тех мероприятий, которые проводились в романах, где людей принимали на основании их духовных корней. Поскольку все люди здесь были игроками, если бы они основывались на способности к культивации, те, у кого не было духовного корня, стали бы жаловаться.

В стране Цзючжоу, пока игроки имели намерение культивировать, их принимали. Секты не выбирали детей и не планировали обучать их с малых лет; в действительности мероприятие по набору игроков представляло собой масштабное соревнование на арене, где игроки присоединялись к соревновательной платформе секты, в которую они хотели вступить.

Тот, кто дольше всех продержался на соревновательной площадке каждой секты, становился старшим учеником этой секты, его принимали в секту как истинного ученика и его лично обучал глава секты.

После этого старейшины секты также выбирали других учеников, основываясь на их потенциале развития, и делили всех на внутренних и внешних учеников. Если игроки не были удовлетворены, они могли повысить уровень и повторить попытку позже. Если им удавалось победить, они попадали во внутреннюю секту.

В этом мире определенно уважали силу.

Мировой форум был переполнен, слова исчезали с экрана почти сразу после появления. Здесь были и игроки, пришедшие посмотреть на шоу, и игроки, напряженно ожидавшие сражения на платформе.

Толпа, пришедшая просто поесть дынных семечек и посмотреть, была невероятно большой, так как многие были очень заинтересованы в большом событии, которое происходило сегодня.

В конце концов, люди, которые играли в игры, хотели, чтобы их стимулировали.

[Очень удачливый: (⊙0⊙) Девять соревновательных платформ уже подняты вверх. Настало время для NPC, чтобы выйти следующими?]

[Не дай счастью ускользнуть: Я прочитал введение в девять основных сект ранее. Я хочу вступить во все из них, хотя я всего лишь слабак 11-го уровня! Только выйдя из деревни послушников, я понял, насколько прекрасны задания в деревне послушников и насколько богат опыт. QAQ Мой уровень больше не растет после того, как я покинул деревню.]

[Погребенная любовь превращается в бабочек: (-i_-｀) Глупости, вы можете видеть, что игрок номер один в списках только 17-го уровня. Это должны быть великие боги, которые уже вступили в секту.]

[После полуночи: Не может быть, великий бог Глубина Отчаяния еще не вступил в секту. Это значит, что вступление или невступление в секту не оказывает большого влияния на ваш уровень. Просто все вы слишком тупые.]

[Воспоминания о прошлом: Как один из игроков-новичков, я потерял дар речи.]

[Мечтая о полночной луне: Я так счастлив, мы, вероятно, сможем увидеть великих богов сегодня~ Когда я думаю о том, что смогу снова увидеть Сюэ Лина, мое сердце начинает прыгать~~]

[Возвращение октября: (ˉ﹃ˉ) Легендарный первый красавец расы демонов?]

[Недавно женился: Поистине великий красавец~ Чем ближе время, тем больше волнуется мое сердце~~]

[Горные туманы: Действительно так привлекателен?]

[Пренебрежительно: (*/w＼*) Хе-хе. Взгляните и вы узнаете~]

Когда арены для соревнований поднялись из воды, девять больших кораблей, принадлежавших девяти большим сектам, также спустились с неба и приземлились на поверхность воды. На палубах появилось множество членов каждой секты, и внезапно глаза людей разбежались, не в силах охватить всю сцену.

[Стук облаков: Почему все старики...]

[Радость и печаль: Предположительно, все нестарые NPC с высоким уровнем развития и могуществом - старейшины сект. Они не хотят помогать в управлении разными делами в больших сектах, потому что это задержит их обучение и культивирование.]

[Янь-Янь: Собака Янь хочет сказать, что любви нет].

После появления членов секты, за ними вышли и некоторые старейшины и ученики. Хань Учжэня не было, поэтому глава секты вызвался взять с собой младшего боевого брата и не стал появляться с первой группой членов секты. Вместо этого он сопровождал Сюэ Лина, объясняя ему, что к чему, пока они выходили на платформу.

Не успели они выйти, как уже поднялась шумиха из-за появления Тысячи Миль Без Паузы во Вратах Тяньсюань. Зрители на берегу, поедающие дынные семечки, прекрасно видели происходящее, так как у них были включены фотоаппараты, и они увеличивали изображение до максимума, чтобы попытаться сфотографировать красивое и героическое лицо главного героя Гуна. Но после того, как они сделали снимки, система предупредила их о нарушении неприкосновенности частной жизни, и фотографии были удалены.

Это всех опечалило. Многие люди даже пошли прямо на мировой форум, чтобы поплакать.

Им даже не разрешили фотографировать экспертов в игре - неужели разработчики боялись, что они отфотошопят их и сделают вирусными?! Большие боги, не будьте такими! Вы такие привлекательные!!!

Когда Сюэ Лин ступил на платформу, его заметили несколько человек, которые смотрели в сторону Секты Десяти Тысяч Мечей. На несколько секунд воцарилась тишина, а затем раздались крики девушек.

Сюэ Лин не обратил внимания на их реакцию. Его лицо оставалось холодным и невыразительным, он спокойно наблюдал за другими большими платформами. Многие люди на платформах смотрели на него; некоторые были ошеломлены, некоторые, казалось, смотрели с каким-то намерением, а другие...

На мгновение Сюэ Лин застыл на месте.

Потому что его взгляд встретился с парой черных, как чернила, глаз. В этом взгляде, обращенном на него, было веселье, теплое, как весенний ветерок, и даже холодное выражение лица Сюэ Лина несколько смягчилось из-за этой улыбки.

Мужчина был одет во все черное, длинные черные волосы завязаны за головой в хвост, но почему-то это выглядело лучше, чем просто хвост. Челка на лбу не закрывала его черты лица; он был человеком, чья улыбка была достаточно нежной, чтобы осветить мир, но когда улыбка исчезала, он мог заморозить сердце каждого.

Ветерок с озера играл с его халатом, а на плече у него сидела черно-белая кошка, которая лениво зевала. Он стоял на платформе Врат Тяньмо и улыбался Сюэ Линю, его взгляд был наполнен светом, который Сюэ Лин не мог понять, а кожа головы онемела, как будто за ним наблюдали.

Сюэ Лин вспомнил сюжет, и у него сложилось небольшое впечатление об этом человеке.

Это был человек, который имел очень мало отношения к сюжету. Он занимал первое место в рейтинге богатства, и хотя он был старшим учеником Врат Тяньмо, ведущей секты Пути Дьявола, он редко что-то предпринимал, его уровень всегда был стабилен и находился на пятом месте в списке рейтинга уровней. Независимо от того, как менялся рейтинг людей перед ним, он всегда был пятым.

Сюэ Лин смотрел на него немного рассеянно, но потом увидел, как тот открыл рот и произнес какое-то слово.

Сюэ Лин был шокирован, он быстро опомнился, когда его уши начали краснеть.

Очевидно, что другая сторона только пробормотала слово и не сказала ничего неприемлемого, но Сюэ Лину показалось, что его только что дразнили.

Он сказал: «Сосредоточься».

Система на плече Сюэ Лина пискнула, предположительно подтверждая личность определенного человека.

Поскольку в сюжете такого человека не было, Сюэ Лин не знал его имени. Теперь этот человек показался ему немного знакомым, поэтому он сохранял ледяное выражение лица, просматривая рейтинги.

В рейтинге богатства было много безымянных людей, но человек, занимающий первое место, ничего не скрывал, что заставляло других воображать образ человека, все тело которого кричало: «У Лао Цзы есть деньги». Этот образ совершенно не соответствовал тому, как он выглядел на самом деле. Это был Су Сюаньянь, старший ученик родоначальника Врат Тяньмо.

Имя показалось Сюэ Лину довольно удивительным и неожиданным. Похоже, это было личное имя, а не игровое.

Появились люди из всех сект и фракций, и, естественно, начался общий набор. В соревновании Секты Десяти Тысяч Мечей почти не было никакой нервозности, так как Глубина Отчаяния, по сути, уже был заранее выбран в качестве старшего ученика.

Сюэ Лин подпер щеку рукой, и некоторое время наблюдал за происходящим, после чего сообщил руководителю секты о своем решении отправиться по своим делам. Глава секты не принуждал его остаться, так как он уже показал себя и выполнил задание, и сказал, чтобы он развлекался, прежде чем отпустить его.

Сюэ Лин покинул платформу и скрылся. Его мало кто видел, но когда он свернул за угол, то обнаружил, что ему преградили путь.

Кот на плече мужчины мяукал на лису на плече Сюэ Лина. Система не стала долго раздумывать и показала себя напрямую. Поскольку она состояла из данных, ее могли видеть и другие люди в этом мире. Обычно она предпочитала оставаться незаметной, но из-за личности человека, стоявшего перед ними, была вежлива.

Человек, который подошел, изогнул губы в улыбке, говоря. «Большая лиса и маленькая лиса?»

Сюэ Лин с интересом посмотрел на него, а затем обратился к системе: «Это он?»

Система кивнула. «Его невозможно перепутать. Ни у кого, кроме вашего человека, нет такой загадочной ауры. Только почему кажется, что в его жизни что-то не так?»

«Возможно, потому что его персонаж на этот раз – «Прохожий А»? И он персонаж, который упоминался в сюжете, но больше о нем ничего не написано?»

«Он вызывает у меня странное чувство».

Су Сюаньянь, а точнее, Запечатленный Демон, просто стоял и смотрел, как Сюэ Лин и маленькая лисичка, сидящая на его плече, перешептываются, полностью игнорируя его. Он не волновался, сложив руки на груди с крайне терпеливым выражением лица. Он открыл рот, чтобы спросить:

«Что вы собираетесь делать? Вы хотите создать команду?»

Сюэ Лин кивнул. «Мне нужны материалы, чтобы выковать меч».

«Я буду сопровождать тебя».

Сюэ Лин поднял брови. Теперь он знал, что было не так с этим человеком в этой жизни. Подавленная и замкнутая сторона его личности, казалось, была скрыта - мужчина даже умел смеяться, и именно его солнечный улыбающийся вид заставил Сюэ Лина засомневаться.

Все знали, что во многих мирах у этого человека всегда было ледяное выражение лица. Неужели в этом мире он изменил свой характер?

«Почему ты...»

Поскольку он не знал, что именно произошло с этим человеком в этой жизни, Сюэ Лин последовал своему собственному профилю характера и задал вопрос очень холодным и отстраненным тоном.

Он и не подозревал, что его фасад треснул еще тогда, когда Су Сюаньянь задал ему вопрос, а он послушно ответил. Даже если выражение его лица было еще более холодным, мужчина уже мог догадаться об эмоциях, скрытых за маско. Улыбка не сходила с его губ, когда его красивые глаза уставились на Сюэ Лина, в его взгляде читалось нескрываемое намерение, от которого у него появились мурашки на теле.

«Я старший ученик Основателя Врат Тяньмо, Су Сюаньянь. Можешь звать меня Янь».

Запечатленный Демон не собирался сейчас представлять свою вторую личность. По сравнению с тем, что он называл себя Запечатленным Демоном, для него было более значимым назвать Сюэ Лина именем, которое он выбрал для себя сам, а не тем, которое ему присвоили люди, создавшие его.

По этой же причине он решил предстать перед Сюэ Лином в этом облике, а не в облике демона, от существования которого дрожали небо и земля. Это был облик, который он создал для себя. Он принадлежал только ему и был глубоко запечатлен в его сознании. Точно так же, как имя Сюэ Лина необъяснимым образом появилось в его сердце и не могло быть отделено от его души.

Он мог входить в чат игроков, мог свободно приходить и уходить в любое место, где находился главный компьютер. Таким образом, он имел очень четкое представление обо всем, что касалось этого человека: как он выглядел до того, как преуменьшил свою внешность, его имя, все.

Это было также все, чем он хотел обладать.

Когда Сюэ Лин услышал его имя, в его голове что-то промелькнуло. У него было небольшое представление об этом имени, но оно было слишком смутным и казалось чем-то давно забытым. Теперь, когда оно снова всплыло в памяти, оно могло вызвать только далекое воспоминание.

Он смутно помнил, что кто-то уже говорил ему это.

«Меня зовут Су Сюаньянь».

Су Сюаньянь?

Кто это?

Сюэ Лин сжал кулаки и впервые осознал, что, похоже, забыл что-то важное.

Несмотря на то, что ему стали известны некоторые вещи, исходя из текущей ситуации, Сюэ Лин мог предположить, что пройдет некоторое время, прежде чем он сможет что-то вспомнить. Он очень естественно поместил этот вопрос в свой список для дальнейшего рассмотрения на потом, а затем холодно отклонил приглашение человека, стоящего перед ним.

«В этом нет необходимости. Я просто ищу материалы, и в этом нет никакой выгоды для тебя». Эти слова отказа звучали особенно приятно, когда исходили из его уст, как будто он был внимателен к другой стороне.

Су Сюаньянь пожал плечами и никак не отреагировал на слова Сюэ Лина. Он просто последовал за Сюэ Лином, продолжая свой путь.

Поскольку они еще не достигли той стадии, когда могли сражаться в небе или использовать свои мечи для полета, всякий раз, когда им нужно было куда-то идти, они все еще должны были идти к телепортационным массивам. К счастью, единственное, в чем абсолютно не испытывал недостатка Цзючжоу, так это в точках телепортации. Для того чтобы облегчить путешествия по континенту, повсюду было множество таких массивов.

Су Сюаньянь хотел последовать за ним, и Сюэ Лин не стал ему препятствовать. Как только они покинули деревню новичков, вернуться назад не было никакой возможности, если только они не получили квест, связанный с ней, а до сих пор он никогда не слышал о таком квесте. Поэтому, несмотря на то, что главный герой «шоу» уже прибыл, Сюэ Лин все равно решил пойти и сделать необходимые для себя вещи.

В конце концов, главные герои Гун и Шоу вступили в контакт только после того, как главный герой Шоу был неожиданно принят в ученики старейшиной Врат Тяньсюань. Как единственному боевому собрату, главному гуну было велено хорошо заботиться о младшем боевом брате, и в процессе искренней заботы о нем они оказались… в одной постели.

Подобные сюжеты были очень популярны, но Сюэ Лин не позволил бы этому произойти так гладко.

Его приоритетом сейчас было не беспокоиться о главных героях, а сделать себе хороший меч. Хотя система могла помочь ему найти высококачественные материалы, ему все равно нужно было идти и убивать монстров, чтобы получить то, что он хотел.

Пока они болтали, это двое уже добрались до места, куда хотел отправиться Сюэ Лин. Перед их глазами был огромный океан, и конечный пункт назначения Сюэ Лина находился под водой, поэтому, не задумываясь, он нырнул прямо в воду.

Хотя он был несколько удивлен его действиями, Су Сюаньян, который следовал за ним, тоже быстро нырнул. Запрыгнув, он увидел, как чьи-то длинные волосы развеваются в воде перед ним, белая намокшая одежда всплывает вверх, полностью очерчивая восхитительную фигуру человека. В данный момент Сюэ Лин, затаив дыхание, плыл к пещере под водой.

Су Сюаньянь слегка нахмурился и открыл информацию об этой пещере. Только тогда он узнал, что в пещере находился редкий кусок железа ледяного облака, такого, которое появляется только раз в тысячу лет. Это был хороший материал для ковки мечей, и из него точно можно было бы сделать меч, подходящий по характеристикам Сюэ Лину.

Только вот Сюэ Лин был 17-го уровня, а монстр, защищавший железо ледяного облака, был 40-го уровня.

Это был скрытый персонаж, который уже был создан, но еще не был открыт для игроков. Обычно игроки узнавали о местонахождении пещеры, только выполнив необходимую цепочку квестов, а в квестах обязательно было требование по уровню.

Но Сюэ Лин был хорошо осведомлен о существовании этого места, это выглядело так, как будто он был хорошо подготовлен, прежде чем прийти сюда.

Су Сюаньянь легко улыбнулся. Он просто знал, что человек, который ему понравился, точно окажется выдающимся. Неудивительно, что главный компьютер также наблюдал за ним; вероятно, это было потому, что он был таким же, как они, «странным существом», которое существовало в этом мире. Только он пробрался сюда так тихо. Был ли лис здесь, чтобы забрать что-то у главного компьютера, или он просто родился из-за игры и поэтому решил жить здесь?

Будучи его «старшим» в различных отношениях, Су Сюаньянь считал необходимым должным научить его не выставлять всё напоказ перед другими. Если бы вместо него здесь был главный компьютер, то к настоящему моменту этот лис, скорее всего, оказался бы в ловушке без шансов на победу.

Следуя за Сюэ Лином, плывущим под водой, двое, наконец, добрались до платформы. Если не считать потока морской воды в центре, который привел их сюда, окружающая местность была плоской и сухой. Было нелогично, чтобы такое место существовало посреди океана, и еще более нелогично, чтобы человек появился здесь в это время.

На самом деле Сюэ Лин не взламывал главный компьютер для того, чтобы найти эту информацию. Он знал о пещере, потому что главные герои выполнили серию квестов позже по оригинальному сюжету и получили кусок железа ледяного облака. После этого «Тысяча миль без паузы» изготовил меч для Сяоцяо Тинъюй в качестве доказательства чувств между ними.

Намерения Сюэ Лина заключались в том, чтобы забрать железо ледяного облака, и помешать им получить его. В любом случае, они получили эту квестовую цепочку только потому, что оригинальная строка данных изменила для них некоторые настройки. Теперь, когда он не был настолько глуп, чтобы подвергать себя опасности ради этих двоих, почему бы не воспользоваться чем-то настолько полезным?

Что касается сражения с монстром 40-го уровня, чей уровень был намного выше его?

Ха-ха, уровни были ничем в глазах Сюэ Лина. Его сила исходила из его собственной силы и способностей, и хотя ему нужен был учитель, чтобы изучать навыки на поверхности, на самом деле, как только эти навыки были разблокированы, он уже мог прекрасно их использовать.

В конце концов, Сюэ Лин был демоном-лисом на протяжении тысяч лет. Раз уж он снова стал демоном-лисом в этом мире, он, по крайней мере, должен был иметь некоторую меру контроля.

А что касается человека, стоявшего позади него?

Поскольку он неожиданно смог безопасно проследовать за ним, то беспокоиться о нем явно не стоило. Этот человек определенно не был каким-то простым персонажем, который может случайно умереть. Он все еще не знал почему, но казалось, что статус его возлюбленного в каждом мире всегда был намного выше, чем его, и он действительно был божественным помощником и большим золотым бедром.

Если он действительно был не в состоянии справиться с монстром, тогда он мог просто посмотреть в сторону Су Сюаньяна. Если тот парень действительно был слабаком низшего уровня, который не мог справиться даже с одним маленьким монстром, тогда Сюэ Лин заставил бы его взять свою фамилию.

Система с холодным выражением лица вмешалась: «Если вы хотите использовать фамилию своего мужа, никто вас не остановит».

«Заткнись».

«Тск.» Высокомерие хозяина становилось все хуже и хуже, он начинал злиться, хотя не сказал ничего плохого.

Монстр, который защищал железо ледяного облака, был кроличьим монстром 40-го уровня. Сюэ Лин понятия не имел, как кролики могут существовать под водой, хотя в этой пещере не было воды. Атака кролика также заставила Сюэ Лина не знать, смеяться или плакать, потому что его атаки были морковками, которые летали повсюду в воздухе.

Морковки падали вниз, как дождь. Если они попадали, то Сюэ Лин терял большую часть своего здоровья, а если попадали две или три, то он заканчивал жизнь на земле.

Интересно, что не только морковь падала с неба, но и овощи прорастали из земли. Если он наступал на них, то овощи превращались в монстров-людоедов и кусали его за ноги.

Это подавляющее и плотное наступление делало невозможным приблизиться к кролику, не говоря уже о том, чтобы убить его.

Однако Сюэ Лина это не волновало. Су Сюаньянь позади него спросил, не нужна ли ему помощь, но получил уверенный отказ.

Поскольку у него еще не было меча, его способности меча были не очень смертоносными, и, вероятно, потребуется много времени, чтобы убить кролика таким способом. Поэтому Сюэ Лин мог использовать только свои навыки боевого мага; хотя у него не было меча, у него все еще был костяной веер.

Профессия мага была очень многогранной. Они могли владеть всеми видами магии, а также обладать способностью разрушать мир. Но главное заключалось в том, насколько мощными были их магические способности. Сюэ Лин не стал делать свой золотой палец слишком ярким. Чтобы соответствовать мечу, который он планировал сделать, он выбрал элемент льда в качестве основы своей «силы».

В результате лед покрыл все пространство, и Су Сюаньяню даже пришлось отойти от стены, к которой он прислонился, и приостановиться в воздухе, чтобы не быть атакованным без разбора монстром или замороженным в ледяную скульптуру. В конце концов, они не были в одной команде.

Поскольку земля была заморожена, свирепые овощи не могли открыть пасть, чтобы укусить. Кролик продолжал биться о землю, пытаясь раздробить лед, но это было совершенно бесполезно.

Разъяренный, босс безумно бросил в Сюэ Лина целый пучок моркови. Бесчисленные ледяные мечи метнулись вперед и разрезали морковь пополам.

Этот босс был из тех, кто атакует без разбора. Пока кто-то приближался, независимо от его уровня, он использовал один и тот же навык. Увидев, что морковь и овощи исчезли, кролик сильно встревожился и полностью вошел в состояние ярости.

Оба глаза стали красными, и он в бешенстве бросился на Сюэ Лина. Он сделал шаг назад и собирался уклониться, но не ожидал, что босс сделает поворот в воздухе и ринется прямо на него.

С его текущим уровнем HP, если его укусят, он точно будет лежать плашмя на земле!

Сюэ Лин как раз собирался сделать ледяную стену или что-то вроде того, чтобы блокировать атаку, когда сзади него подул порыв ветра, несущий густой черный туман, который ударил кролика и прикончил его насмерть.

Сюэ Лин: «...»

Это был ** вопиющий грабеж!

Он повернул голову и уставился на праздного человека, который все еще держал руки скрещенными на груди, и теперь наполовину прислонился к покрытой льдом стене.

«Что ты хочешь этим сказать?»

Су Сюаньянь улыбнулся и сказал: «Так ты разговариваешь с тем, кто спас тебе жизнь?»

«... Я еще даже не сделал свой ход, как ты мог знать, что я умру?»

Его несколько безразличный взгляд скользнул по Су Сюаньяню, после чего он сердито сел медитировать и восстанавливать ману. Поскольку в пещеру за боссом могли попасть только те, кто убил кролика, а он не создал команду с Су Сюаньянем, он не мог туда войти.

То, что он не мог туда войти, не означало, что Су Сюаньянь не мог туда войти. Этот человек имел наглость войти в пещеру и сразу же вынести свой «приз».

Там был только один кусок железа ледяного облака. После того, как он забрал его, Сюэ Лин не смог бы его получить. Учитывая это, улыбка на его лице стала несколько отвратительной.

Сюэ Лин открыл свой интерфейс чата и обнаружил, что получил заявку в друзья от Су Сюаньяня. Он нахмурился и посмотрел на человека, который шел к нему, наблюдая, как тот подбрасывает играючи кусок железа, которое держал в руке.

«Один кусок железа ледяного облака в обмен на то, что ты добавишь меня в друзья, и право создать с тобой команду в будущем. Что скажешь?»

Сюэ Лин поднял брови и сказал: «Так вот в какой бизнес вовлечен босс Су? Такой навык пикапа неплох, если бы я был девушкой, я бы точно согласился».

Хотя он знал, что это его любовник в этом мире, Сюэ Лин был не из тех, кто начнет зависеть от него только потому, что знает, что это он. Даже если его не сильно заботило, кто за кем бегает в каждом мире, пока он расстроен, мужчине тоже придется страдать.

В прошлом, когда у этого человека все еще была его проклятая мрачная личность, он всегда критиковал его за то, что он не говорит вещи вслух. Теперь, когда этот мужчина довел до максимума свою способность сладко говорить и флиртовать с ним, он также чувствовал, что это слишком безответственно; хорошо, если он только флиртует с ним, но что, если в итоге он подцепит какую-нибудь маленькую кокетку?

«Ты не согласишься, потому что ты не девушка?»

Су Сюаньянь положил железо ледяного облака перед Сюэ Лином. «Хотя я не знаю, как ты обнаружил, что эта штука находится здесь, это лучший материал для ковки, который можно найти на данный момент. Неужели ты откажешься от него?»

«Что ты увидел во мне?» Под этим вопросом скрывался невысказанный вопрос: «Почему ты подходишь ко мне без причины?»

«Ты хорошо выглядишь». Су Сюаньянь тихо вздохнул: «Настолько привлекателен, что я могу влюбиться с первого взгляда, полностью очароваться вторым взглядом, а к третьему захотеть закрыть тебя в таком месте, где никто больше не видит, постоянно, чтобы только я мог смотреть на тебя».

Сюэ Лин: «...»

О, неужели его истинная сущность проснулась в этом мире?

«Значит, это только из-за моего лица?»

«В этом нет ничего плохого».

«А что, если бы я специально улучшил свою внешность?»

Хотя он не возражал против того, что мужчине нравится его лицо, было недопустимо, если бы он привлекал его только из-за внешности.

«Независимо от того, насколько ты понизишь свою внешность, она все равно глубоко выгравирована в моем сердце».

Су Сюаньянь протянул руку и схватил его за подбородок. Он наклонился, сузил глаза и спокойно посмотрел на Сюэ Лина. «Но, предпосылка в том, что это лицо принадлежит только мне».

Сюэ Лин отшлепал его руку и рассмеялся, говоря: «Извини, мое лицо находится на моем теле и принадлежит мне. Если ты захочешь содрать его, я буду недоволен».

Сюэ Лин встал, плавно подхватив кусок железа Су Сюаньяня. Он открыл рот и очень бесстыдно заговорил: «Стать друзьями и объединиться в команду в обмен на кусок железа ледяного облака - это отличная сделка, от которой я не откажусь. Но если твой уровень не выдержит и ты не сможешь мне помочь, я имею право отменить такое тираническое условие о совместной работе».

«Думаю, ты скоро узнаешь, смогу я тебе помочь или нет». Су Сюаньянь несколько загадочно улыбнулся и больше не пытался следовать за Сюэ Лином, а стоял и смотрел, как Сюэ Лин уходит. После его ухода он легко разорвал данные в этом пространстве, добавив еще больше путаницы для главного компьютера, чтобы разобраться.

Увы, если его жена не желала наводить порядок, то ему пришлось бы сделать это за него.

И все же его жена оставалась неблагодарной, придираясь к нему по поводу того, привлекает ли он ее из-за внешности или нет.

Все они состояли из данных. Если внешность не была важна, то, что тогда? Их душа?

У них вообще есть эта штука?

Ха.

Су Сюаньянь  был похож на босса в человеческом обличье, и с его помощью сбор материалов для меча Сюэ Лина прошел довольно гладко. Предположительно потому, что его сердце чувствовало себя спокойно рядом с этим человеком, Сюэ Лин не пытался ничего от него скрыть, пропуская необходимые цепочки квестов и направляясь прямо к конечной цели. Они убивали босса, получали нужные Сюэ Лину материалы и уходили.

Мужчина чувствовал себя немного беспомощным, но в то же время довольно радостным. Сюэ Лин явно знал, что то, что он делает, ненормально, но не собирался скрывать это от него, и все, что он делал на его глазах, казалось таким нормальным, таким естественным, что Су Сюаньянь  чувствовал себя необычайно довольным.

Итак, он небрежно вырвал данные из некоторых мест полностью, убедившись, что главный компьютер был настолько занят, что у него не было времени беспокоиться о том, что делает его драгоценный ученик.

Когда он собрал достаточно материалов, пришло время приступить к изготовлению меча. Изначально Сюэ Лин планировал изготовить его в секте, но секта только что приняла довольно много новичков, которые также пытались ковать свои собственные мечи.

Было бы плохо, если бы он устроил сцену и раскрыл особенности своего меча, поэтому Сюэ Лин немного поспорил и согласился с предложением Су Сюаньяня изготовить меч в тайном месте, которое он нашел.

Су Сюаньянь  был еще более загадочным, чем Сюэ Лин, и много знал об игре. Он был особенно сведущ в секретах игры, но Сюэ Лин не заглядывал глубоко в его личность. Они вдвоем поддерживали странное чувство гармонии, объединившись для убийства монстров, и иногда флиртовали друг с другом, но ни о чем внятно не говорили. Сюэ Лина привлекала такая ситуация, и ему было особенно приятно проводить время с этим человеком.

Чем выше был уровень культивирования меча, тем выше были шансы на успех при изготовлении меча. Сейчас новые игроки не связывали себя узами контракта со своими мечами, даже если бы могли их сделать, и использовали их только для обычной практики и в качестве подручного оружия. Но Сюэ Лин был другим. Хотя он впервые делал меч, он планировал сделать меч уровня артефакта, который будет расти вместе с ним и станет его мечом, связанным с его жизнью.

Су Сюаньянь  сделал именно то, что обещал. Он не только действительно нашел для Сюэ Лина потайное место, где тот мог изготовить свой меч, но и выступил в роли его дао-хранителя снаружи.

Сюэ Лин достал все материалы, которые они собрали за последние несколько дней, и начал мастерить в соответствии с процессом, который подсмотрела для него система. Он легко схитрил и максимально использовал свою способность к ковке, что сделало весь процесс очень гладким. Только в тот момент, когда меч был готов, Сюэ Лин почувствовал, что меч пытается вырваться из-под контроля его воли.

Это был меч уровня артефакта с духом меча. Дух меча внутри меча запаниковал; он еще не проснулся, но явно не хотел, чтобы его использовал низкоуровневый Сюэ Лин. Сюэ Лину было лень ** с духом меча, и он попросту уничтожил его. После этого он заставил систему войти в меч, сменив форму существования, похожую на дух меча.

Артефакт был завершен грандиозным образом, но человек подавил все визуальные эффекты в ограниченное пространство, и никто вообще ничего не заметил.

Только когда Сюэ Лин вышел, неся свой меч, он обнаружил, что снаружи не было никаких странных происшествий. Несмотря на это, он совершенно точно знал, что молниеносная трибуляция пришла и ушла, так как десять ударов молнии попали прямо в его меч.

Впитав силу молнии, меч стал еще более прозрачным, а внутри него появился ледяной холод, который можно было почувствовать даже в округе. Сюэ Лин, как его владелец, не пострадал, но Су Сюаньянь  почувствовал холод от меча.

Он кивнул и похвалил: «Неплохо».

Сюэ Лин изогнул губы в редкой улыбке, несколько гордой и высокомерной, слегка подняв голову. «Конечно. Ты должен подумать о том, кто сделал меч».

Су Сюаньянь  протянул руку и ущипнул его за лицо, довольно снисходительно улыбаясь.

«Тогда пойдем. Тебе не стоит оставаться здесь слишком долго. Будет нехорошо, если кто-то узнает».

Сюэ Лин с любопытством огляделся вокруг. Когда они пришли, он видел зеленый лес, но теперь, когда он вышел из горной пещеры, сцена перед его глазами начала меняться. Зелень начала медленно уменьшаться, как будто она больше не могла поддерживаться и медленно распадалась.

«Где это?»

«Мир демонов». Су Сюаньянь потянулся и положил руку на его губы, прошептав, «Это чертоги почтенного Демона, я привел тебя тихо, но если он узнает, это будет конец.»

«Ты один из людей Запечатленного Демона?»

«Нет».

Улыбка Су Сюаньянь я всегда заставляла людей чувствовать себя очень ласково, вероятно, потому что когда он искренне относился к кому-то, он мог поставить этого человека на первое место во всем, поэтому ощущение того, что о нем заботятся, было очень приятным, по крайней мере, Сюэ Лину это особенно нравилось.

Они покинули Чертоги Демона, следуя по дороге, которую указал Су Сюаньянь. Сюэ Лин слушал, как Су Сюаньянь  говорил:

«Я сделал маленькое отверстие, чтобы привести тебя сюда. В Чертоге Демона нет никого, кроме Демона, поэтому любые визуальные эффекты, которые произойдут, никто не увидит. Я решился привести тебя сюда только потому, что пока нет сюжетной линии, связанной с Запечатленным Демоном, так что он, вероятно, все еще спит. Я также не могу оставаться здесь надолго».

Прежде чем он смог подтвердить отношение Сюэ Лина к Запечатленному Демону, Су Сюаньянь  не хотел рисковать, сообщая ему что-либо. Ему нравилось это ощущение 'убийства мобов' вместе с ним. Все вокруг них было явно виртуальным, таким же ненастоящим, как и всегда, но пока этот человек находился в гуще событий, все происходящее казалось ему реальным, как плоть и кровь.

С того момента, как он обнаружил, что это всего лишь игровой мир, и что все вокруг него было создано, этот мир полностью рухнул перед ним. У него пропал интерес ко всему, и даже эти так называемые «игроки» не смогли вызвать у него ни малейшего волнения.

Его не интересовал этот мир, а к «миру», который находился снаружи, он испытывал еще меньше чувств. Он бездумно тратил свое время в бесконечном течении времени, но появление этого человека сделало все его ожидание осмысленным.

Даже если он не смотрел на него и игнорировал его, пока он стоял там, пусть даже далеко, это уже было достаточной причиной для него, чтобы позволить этому игровому миру продолжать существовать.

Но как он мог позволить этому человеку не смотреть на него, игнорировать его и не иметь его в своем сердце?

Повернув голову назад, чтобы наблюдать за Сюэ Лином, пока тот оглядывался по сторонам, Су Сюаньянь  спрятал свое выражение лица и запер всю тьму и желание, которые существовали в его взгляде.

Спешить было некуда. Они смогут поговорить об этом после того, как он избавится от этого проклятого главного компьютера.

Покинув Чертоги Демона, Сюэ Лин заметил на мировом форуме сообщение о наборе.

[««Тысяча Миль Без Паузы»: Открыт набор на инстанс, осталось два места, ищем двух высокоуровневых кандидатов.]

Пока игроки были готовы платить, объявление о наборе можно было прикрепить к самой заметной части мирового форума. Это объявление о наборе было размещено не так давно, но казалось, что свободные места еще есть, поэтому оно не было заменено.

Это имело смысл. У всех игроков в рейтинге, у которых было время, были свои постоянные команды, и было бы сложно найти игроков, которые были бы одновременно опытными и высокоуровневыми, чтобы опробовать новый инстанс. В конце концов, это была игра, и у каждого была своя тропа. Хотя система гильдий еще не открылась, независимых игроков было не так много.

Сюэ Лин действительно принадлежал к группе независимых игроков. Он кликнул на сообщение о наборе и отправил запрос на вступление в команду «Тысячи Миль Без Паузы».

Как Су Сюаньянь  мог не видеть, что он делает? Тот ничего не сказал и лишь автоматически переключил режим, прежде чем отправить свой собственный запрос на вступление.

Они вдвоем не успели сделать и двух шагов, как их запросы были одобрены. [Тысяча Миль Без Паузы] открыл массив передачи, и перед Сюэ Лином появилось уведомление о телепортации. Он действительно заслуживал того, чтобы быть игроком высшего ранга; его эффективность была просто потрясающей. Сюэ Лин поднял брови и согласился.

Перед тем как телепортироваться, Сюэ Лин увидел, что у ног Су Сюаньяня, появился еще один портал телепортации. Он скривил губы и отправил сообщение на другую сторону.

[Сюэ Лин: Господин помощник, ты тоже принимаешь участие?]

[Су Сюаньянь : Поскольку ты уже назвал меня помощником, я, естественно, должен это сделать.]

[Сюэ Лин: Что делать, это будет проблемой, если все остальные будут думать, что мы - одна команда. В конце концов, я человек на праведном пути. Как я могу целый день дурачиться с демоническим культиватором вроде тебя?]

[Су Сюаньянь : Дурачиться?]

[Сюэ Лин: ...Ты, кажется, сфокусировался не на той части вопроса.]

[Су Сюаньянь : Я бы с удовольствием дурачился с тобой и наблюдал за тобой, но больше ни с кем.]

На этом их диалог прекратился. Сюэ Лин появился в середине команды, а Су Сюаньянь  последовал вплотную за ним. Их взгляды встретились, а затем они отвели глаза.

[Тысяча Миль Без Паузы] уже видел Сюэ Лина и Су Сюаньяня раньше во время ярмарки по набору персонала. Он кивнул им, сказав:

«Это новое задание. Предположительно, мы сможем получить орден гильдии, когда очистим пещеру. Если вы двое тоже хотите получить орден гильдии, то в следующий раз мы сможем снова сотрудничать».

Су Сюаньянь  улыбнулся: «Я бизнесмен. Меня не интересуют подобные вещи, так как я не планирую создавать гильдию».

[Тысяча Миль Без Паузы] кивнул. «Понятно. Боюсь, нам, возможно, придется пройти инстанс несколько раз, прежде чем выпадет орден гильдии. Если выпадет что-то, что тебе нужно, просто скажи об этом».

На лице Сюэ Лина не было улыбки, он сохранял безразличное выражение. Он увидел, как [Тысяча Миль Без Паузы]  и другие переглянулись, и только сказал:

«Я здесь только для того, чтобы окрестить свой меч».

Его меч был недавно выкован и еще не был окрещен кровью. То, что Сюэ Лин решил участвовать, было связано с его желанием дать своему мечу попробовать кровь. Что касается второй причины...

Его взгляд остановился на человеке, который выглядел как новичок. Он поднял бровь и спросил: «Новичок, который только что достиг 10-го уровня?»

Когда он так сказал, выражения лиц всех членов команды стали неловкими. Все в команде дружили с [Тысячей Миль Без Паузы] , и сегодня главный герой шоу впервые присоединился к их партии.

Согласно оригинальному сюжету, Сюэ Лин также был в команде, когда они нашли этот инстанс раньше времени благодаря неуклюжему и совершающему ошибки [Слушающему Дождь На Мосту].

Тогда [Тысяча Миль Без Паузы] привел с собой своих друзей, но им не хватало одного человека, поэтому им пришлось разместить объявление о наборе в мире. В тот раз они нашли не Су Сюаньянь а, а старшего ученика Секты Десяти Тысяч Мечей, «Глубину Отчаяния».

«Это мой младший боевой брат».

[Тысяча Миль Без Паузы] кивнул на человека позади себя, когда сказал:

«Это он открыл этот инстанс, поэтому мы должны взять его с собой. Не волнуйся, я не позволю ему тянуть нас вниз».

Поскольку все люди, которых они набрали до этого, ушли из-за него, [Слушающий Дождь На Мосту] склонил голову, чувствуя себя довольно расстроенным. Защита [Тысячи Миль Без Паузы] заставила его почувствовать немного тепла, и он сжал губы вместе, глядя на Сюэ Лина, его взгляд был полон настороженности.

«Я буду стараться изо всех сил, чтобы не быть обузой». Он выглядел очень жалким, когда говорил.

Меч Сюэ Лина издал мягкий шепчущий звук, когда Сюэ Лин искривил губы. Он больше не смотрел на [Слушающего дождь На Мосту] и только сказал: «Давай начнем».

Это прозвучало так, словно он согласился. [Слушающий Дождь На Мосту] вцепился в рукав [Тысячи Миль Без Паузы] и испустил долгий вздох облегчения, после чего наконец поднял взгляд и посмотрел на Сюэ Лина.

Этот человек был настолько хорош собой, что это было почти смешно, и он был холоден как лед, но, похоже, он не был жестокосердным человеком, с которым невозможно ужиться...

Поскольку ни у кого в команде не было возражений, [Тысяча Миль Без Паузы] привел [Слушающего Дождь На Мосту] , чтобы поговорить с NPC и начать инстанс.

Этот инстанс назывался инстансом периода Цзи, но это не означало, что его можно было запустить только в период Цзи, который длился между 11 вечера и часом ночи. Войдя в инстанс, все обнаружили, что время для них остановилось, и в инстансе было 11 часов вечера. Внутри было темно, без малейшего света. Они могли слышать только шорох, доносящийся откуда-то.

Раздался голос [Слушающего Дождь На Мосту], который объяснял всем цель инстанса.

«Глава охраны города Цзоучэн обнаружил, что в последнее время в городе пропало много людей, и все они исчезли примерно в период Цзи. Он попросил меня помочь ему расследовать это дело, но я никогда не думал, что это откроет инстанс. Время каждого человека было остановлено в этот момент, и мастер-страж попросил нас спасти этих людей и вывести их наружу».

«А там ничего не говорилось о том, что находится внутри этого инстанса?» - спросил кто-то.

«Нет».

Сюэ Лин сжал губы, и в его глазах вспыхнул странный свет.

Что еще появилось в период Цзы? В этот час, естественно, это могли быть только какие-то злые духи и призраки.

К несчастью для его меча, казалось, что он мог только истребить несколько призраков, и он понятия не имел, сколько времени пройдет, прежде чем он сможет окраситься горячей кровью.

Су Сюаньянь  безучастно стоял позади Сюэ Лина, скрестив руки на груди, его глаза были прикованы к телу Сюэ Лина и не собирались менять фокус. Остальные не обращали на него внимания, а он наслаждался собой, окидывая взглядом Сюэ Лина с головы до ног, затем снизу вверх.

Как бы он ни смотрел, он чувствовал, что этот человек особенно приятен для глаз и особенно подходит для того, чтобы заключить его в объятия, целовать и ласкать. Сюэ Лин был настолько восхитителен, что Су Сюаньянь  не смог бы от него оторваться.

Канал приватного чата появился перед мужчиной, показав единственную строчку текста, которая сделала улыбку, затаившуюся в уголках его рта, еще более привлекательной.

[Сюэ Лин: Если ты еще раз так посмотришь на меня, я выколю тебе глаза.]

Неужели он действительно думал, что не сможет это почувствовать? Такой взгляд, который хотел содрать всю его одежду и облизать его с головы до хвоста? Это было слишком возмутительно!

После периода Цзы ночь углубилась; вокруг не было даже малейшего огонька. Кто-то достал из рюкзака свечу, и она зажглась, но только тогда они обнаружили, что освещение каждой свечи может охватить только трех человек, а площадь охвата не увеличивается, даже если собрать вместе двух человек со свечами.

Сюэ Лин знал об этом сюжетном моменте заранее. Он заговорил, открывая свой рюкзак:

«Я, [Тысяча Миль Без Паузы] и Су Сюаньян пойдем впереди. Вы, ребята, можете сгруппироваться по двое или по трое позади нас. Помните, чтобы не отделяться от группы и не оказаться в одиночестве».

«Хорошо.»

Все без колебаний согласились. Это заставило нерешительного [Слушающего Дождь На Мосту] на мгновение почувствовать себя обиженным, так как у него не было возможности сказать что-то еще. Он мог только тихо издать звук согласия.

Согласно первоначальному замыслу, они действительно должны были объединиться в группы по двое и по трое, но поскольку это был первый день работы [Слушающего Дождь На Мосту] в команде, и он не был знаком с остальными, он мог присоединиться только к [Тысяче Миль Без Паузы]. Позже, когда все неожиданно разошлись, это стало первым случаем, когда они остались вдвоем.

Сегодня Сюэ Лин украл возможность выступить первым и уже полностью разрушил первоначальный ход событий. Сюэ Лин считал, что он провел достаточную подготовку, чтобы они не разлучались друг с другом в инстансе, даже если возникнет что-то непредвиденное.

На первом этапе инстанса множество человеческих лиц парили в воздухе. У них были иллюзорные тела, и казалось, что они не парят над землей, но лица поверх их тел были чрезвычайно реалистичными.

[Слушающий Дождь На Мосту] испугался и его голос дрогнул; в конце концов, такая сцена была действительно пугающей.

«Я уже видел эти лица раньше! Все эти лица были на портретах, которые мне показывал мастер-страж!»

Все собрались в группу, которую возглавили Сюэ Лин, [Тысяча Миль Без Паузы] и Су Сюаньян. Они выстроились в перевернутую V-образную формацию - похожую на полет диких гусей - и двинулись вперед. Эта формация максимально увеличивала дальность свечения свечей и позволяла им четко видеть монстров перед собой.

Но это было ограничено тем, что находилось непосредственно перед ними. Большая территория за их пределами по-прежнему была покрыта тьмой.

Карта инстанса была заблокирована, и единственное, что они могли видеть, это монстров в освещенной ими области. Чтобы двигаться дальше, им пришлось использовать собственное суждение и полагаться только на себя. Если бы два игрока, которых они подобрали в последний момент, были слабыми, команда, возможно, не смогла бы пройти этот этап, полагаясь только на помощь [Тысячи миль без паузы].

В конце концов, у них все еще был игрок низкого уровня, который специализировался на том, чтобы тянуть людей вниз.

Но Сюэ Лина и Су Сюаньяня нельзя было игнорировать. Один из них держал в руке меч, а другой испускал густой черный туман из ладони; их ауры распространялись, покрывая те области, до которых не могли дотянуться глаза, и полностью овладевали ситуацией в пещере.

[Тысяча Миль Без Паузы] был мечником, который использовал длинный меч. Он выглядел очень внушительно, когда владел им, как будто мог решить все с помощью чистой грубой силы. В конце концов, он был протагонистом Гуном, и у него определенно были бы свои читы.

Его меч всегда находил свою цель, безудержный и неистовый, каждый удар мог поднять ветер и переполнялся абсолютно властной аурой. Это вызывало у людей желание преклонить колени у его ног и громко умолять, чтобы он позволил им схорониться в его могущественной тени.

Он также выбрал путь, похожий на путь Сюэ Лина, сочетая боевое мастерство со способностями к культивации, что давало ему чрезвычайно сильные боевые качества.

С таким силачом, как он, отвечающим за фронтальную атаку, и Сюэ Лином и Су Сюаньянем, отвечающими за две другие стороны, даже если монстры выглядели очень страшно, справиться с ними было несложно.

Эти лица принадлежали жителям города Цзоучэн, только все они были содраны и закреплены на этих призраках.

Всякий раз, когда меч Сюэ Лина взмахивал, воздух, казалось, почти застывал на его пути. [Тысяча Миль Без Паузы] удивленно посмотрел, но не стал рассматривать его слишком глубоко. Такие вещи, как оружие, в некотором смысле все еще считались личными. Они не были знакомы друг с другом, и лучше было не спрашивать слишком много.

У Су Сюаньяня не было так называемого «оружия». Он просто поднял руку и взмахнул, и черный туман стал его величайшим оружием. Его действия и движения были особенно совместимы с дьявольским путем, и как бы на это ни смотрели, это не было похоже на средства культиватора праведного пути.

Сюэ Лин уже некоторое время работал в команде с ним, и больше не сомневался в его средствах после того, как видел их так часто. Вместо этого, это был [Слушающий Дождь на Мосту], который всегда прятался позади них, который с любопытством смотрел на трех людей, расчищающих путь.

Он был человеком, которого мастер [Тысячи миль без паузы] принял в ученики по счастливой случайности, и к своему удивлению обнаружил, что его боевой брат - великий бог, занимающий первое место в рейтинге.

Будучи геем, перешедшим в этот мир и прочитавшим слишком много игровых веб-романов, в которых встречаются пары между великими богами и ничтожествами, [Слушающий Дождь на мосту] почувствовал, что это тот путь, по которому ему нужно идти, чтобы достичь вершины своей жизни.

Неожиданно, прежде чем он успел начать обнимать это большое бедро, кто-то появился ни с того ни с сего, чтобы украсть его место.

Он не знал, откуда взялся этот человек по имени Сюэ Лин. Он был одет весь в белое и напоминал белый лотос. Неважно, что его тон и слова были холодными, он был даже безразличен, когда общался с великим богом. У него была гламурная, соблазнительная внешность, но вел он себя как ледяной, холодный красавец, и, вероятно, он подправил свою внешность, чтобы казаться более привлекательным.

[Слушающий Дождь на мосту] был весьма возмущен тем, что Сюэ Лин украл его возможность, и в своем сердце он уже заклеймил Сюэ Лина как какое-то мусорное пушечное мясо на пути его собственной любовной истории.

И хотя Сюэ Лин действительно был здесь, чтобы разбить главную пару, если бы он знал, какой ярлык навесил на него этот забавный персонаж, он бы точно убил этого парня на обратном пути в деревню новичков, улыбаясь при этом. И сделал бы так, чтобы тот не смог играть в эту игру до конца своих дней.

Первым боссом в этом инстансе была отвратительная сфера, состоящая из всех предыдущих лиц, сгруппированных вместе. Когда эти лица дышали, сфера также слегка сжималась и расширялась. Когда на босса нападали, лица начинали светиться и произносить нараспев. Каждое слово, которое они произносили, вылетало как отдельная сущность и поражало того, кто наносил наибольший урон.

Именно в такие моменты наличие танка становилось очень важным. К счастью, [Тысяча Миль Без Паузы] был очень умелым, он отлично принимал урон и держал позицию. Кроме того, сотрудничество Сюэ Лина и Су Сюаньяня было довольно слаженным, поэтому они не тратили много времени на борьбу с первым боссом.

Монстры на втором этапе были зомби без лиц. Судя по одежде, которая все еще была на них, скорее всего, это были тела пропавших людей из города Цзоучэн. Команда уже разрезала их лица на множество частей во время первого этапа.

Они были готовы убивать жуткие лица; у этих монстров не было лиц, и они, естественно, не представляли угрозы. Зачистка оставшейся части инстанса прошла гладко. На самом деле это был миниатюрный инстанс Ночного парада Сотни призраков, только все монстры внутри были низкоуровневыми мобами, и даже в Ночном параде их было не так много.

Их хобби было очень злым: они любили заманивать людей на свою территорию поздно ночью, сдирать с них кожу, пока те были живы, и слушать крики страха и боли своей жертвы.

Один раз пройти такой отвратительный инстанс уже заставляло людей чувствовать себя неуютно, но команда прошла его трижды, став командой, занимающей три первых места в рейтинге инстансов, и фактически сумев разжиться орденом гильдии.

Объявление трижды прозвучало в мировом канале. Можно считать, что [Тысяча миль без паузы] своим именем сделал большую волну, и обычные игроки обсуждали и гадали, какие игроки были набраны в команду ранее, чтобы они смогли за такое короткое время фармить орден гильдии. Исходя из уровня сложности игры, насколько им должно было повезти, чтобы получить орден гильдии, пройдя инстанс всего три раза?!

Пока все удивлялись и сплетничали, команда, находившаяся в центре обсуждения, только готовилась разойтись. Кроме ордена гильдии, все остальные трофеи были разделены в соответствии с получаемым уроном. Никто не высказался по поводу [Слушающего Дождь На Мосту], так как низкоуровневый игрок получил только немного денег, которые можно было считать компенсацией за нахождение инстанса, и не более того.

Перед уходом [Тысяча Миль Без Паузы] выразил, что хочет добавить Сюэ Лина в друзья. Сюэ Лин на мгновение замешкался, затем кивнул и добавил: «Можешь звать меня, если в будущем появятся новые инстансы».

Его можно было считать соло-игроком, и даже считая мужчину, их было всего двое. Он был слишком ленив, чтобы управлять своей собственной сетью контактов для того, чтобы собрать команду, и казалось, что этот человек, кроме интереса к нему, был заинтересован только в деньгах. Попросить его собрать команду означало бы заставить его делать то, чего он не хотел, поэтому Сюэ Лин хотел сохранить [Тысячу миль без паузы] и его команду в качестве запасного плана.

«Конечно» ответил другой игрок.

Такой сильный игрок, как Сюэ Лин, определенно сделает выполнение квестов более эффективным, да и личность у него была хорошая; [Тысяча миль без паузы] принял бы такого человека, даже если бы он был менее привлекательным, не говоря уже о Сюэ Лине, который так радовал глаз.

Если они когда-нибудь встретят еще один такой же отвратительный экземпляр, как этот, им достаточно будет взглянуть на него каждый раз, когда им надоедят монстры. Они определенно почувствовали бы, что мир - прекрасное место, и боевой дух команды пошел бы вверх. «Я обязательно запомню твои слова».

Сюэ Лин кивнул один раз и попрощался с членами команды. Он проигнорировал Су Сюаньяня, который все еще стоял поодаль, повернулся и прямолинейно телепортировался прочь. После его ухода закрытый канал, который все это время молчал, пока его члены затаили дыхание и только слушали команды, вместо того чтобы расформироваться, тут же взорвался.

[ Corrupted Bamboo: Оооооо!!! Конечно, это действительно был топ-красавец аххххх!!! Я не мог поверить, когда он подал заявку на вступление в команду раньше!!! Это действительно был Снежный красавец!!! Он даже хочет создать с нами фиксированную команду!!! Наверное, я сплю!!! ]

[ cholera: Он действительно такой холодный, как говорят слухи. Он заслуживает быть красавцем номер один в Цзючжоу (:3)∠] Снежный лотос на высокой горной вершине, с которым нельзя играть и которым можно только любоваться издалека!!! ]

[ Eleven Ghosts: Боевая мощь красавца так высока, и он так свиреп, когда сражается. Но даже несмотря на это, он так красив. Небеса знают, как трудно было подавить тот факт, что я отчаянно хотел лизать его всю дорогу! ]

[ Unnamed: Он действительно настолько красив, что все очарованы им! Босс, ты только что так долго находился рядом с ним! Неужели ты был заворожен? Я стоял дальше, но все равно чувствовал, что он такой яркий, что трудно было держать глаза открытыми. ]

[ Мяу-мяу: (= w=) Вы, идиоты, не ведите себя так, будто мы все собаки, которых волнует только внешность других людей. ]

[ Танцующие Рукава: Дело не только в его внешности! Он большой бог, который может стоять рядом с нашим боссом по рейтингу. Босс выравнивается так быстро, потому что он обычно берет нас с собой, когда выравнивается, вот почему он так быстро поднимается вверх. Этот Снежный Красавчик принимает наркотики? Он постоянно не отставал, и если бы не тот факт, что имя нашего босса находится раньше в алфавите, он бы уже сейчас стоял выше босса. ]

[ Eleven Ghosts: Вы о позиции верховой езды? (/w) Мне нравится~ ]

[ Слушающий Дождь На Мосту: ...Ребята, вы говорите, что человек только что был действительно удивительным? ]

Он знал, что [Тысяча Миль Без Паузы] был великим богом на вершине рейтинга, только потому, что другие ученики из их секты говорили ему об этом, когда узнали, что он является боевым братом [Тысячи Миль Без Паузы]. В настоящее время он все еще не посмотрел как следует на рейтинг, поэтому он не знал, что человек только что был экспертом, который мог конкурировать с [Тысячей Миль Без Паузы]...

Неужели он совершил ошибку? Не была ли это история о глупом и милом мальчике, который переместился в новый мир, зацепился за большое бедро и после этого жил безбедно? Была ли это на самом деле история об отношениях между двумя сильными персонажами, которые затем сошлись и пронеслись по миру?

Выражение лица [Слушающего Дождь На Мосту] было беспокойным. Он определенно не хотел трансмигрировать из такой дали только для того, чтобы служить чьим-то вспомогательным персонажем. Еще тогда, когда он уничтожил другую душу, занимавшую это тело, он поклялся, что обязательно будет жить хорошо, а самый лучший и сильный человек будет его. Никому другому не было позволено увести его.

[ Мяу-мяу ∑(っ°Д°;)っ Маленький боевой брат, ты никогда не смотрел на рейтинг?! Это прямой наследник Секты Десяти Тысяч Мечей, ученик Лорда Учжэна, а также бог, который всегда боролся за первое место, обозначенное как красота номер один, Сюэ Лин! ]

Если бы Сюэ Лин узнал, что теперь перед его именем стоит столько титулов, его лицо наверняка было бы полно неверия.

[ Слушающий Дождь На Мосту: Я еще не смотрел, но даже по только что сказанному могу догадаться, что он действительно потрясающий. ]

[ Мяу-Мяу: Точно! Я тоже чувствую, что он супер удивительный. Почему бы тебе не предложить своему невозможно суровому и серьезному боевому брату, чтобы он пошел и побегал за ним. Если у тебя будет такой прекрасный человек в качестве невестки, тебе определенно супер повезет. ]

[Слушающий Дождь На Мосту: Ха-ха.]

[ Су Суанъян: ^_^ ]

[ Холера:...???? Только что примешалось что-то странное ].

[ Corrupted Bamboo: (lll￢w￢.) Er. Похоже, что господин Су все еще не покинул группу? ]

[ Су Сюаньян: ^_^ ]

[ Meow Meow: Почему я вдруг чувствую, что мне становится холодно по всему телу... ]

[ Тысяча миль без паузы: Давайте распустимся. Все идите и выполняйте свои собственные задания. Младший брат, я отведу тебя на повышение уровня. ]

[ Слушающий Дождь На Мосту: Не нужно, я пойду сам].

Если ему нужно было быть выдающимся, чтобы не отставать от [Тысячи Миль Без Паузы], он мог культивировать в одиночку и медленно догонять сам. Он признался бы ему в тот день, когда его уровень догнал бы его уровень в рейтинге.

[Тысяча Миль Без Пауз] не слишком старался заставить его остаться. Изначально он взял его с собой только потому, что его учитель попросил его об этом, а теперь, когда другая сторона отказалась, он, естественно, не собирался пытаться снова.

Су Сюаньян медленно вышел из команды и открыл массив передачи. Он появился рядом с Сюэ Лином, протянул руку и схватил человека, который в данный момент вытирал свой меч, и прямо прижал его к стене.

Система: ...Он уже прижат к стене? Это довольно быстро!

Несмотря на то, что его хлопнули об стену, выражение лица Сюэ Лина осталось неизменным. Он лишь спокойно смотрел на Су Сюаньяня, спрашивая: «Чем я обидел великого бога Су?»

Су Сюаньянь пристально посмотрел ему в глаза, словно желая найти что-то в его взгляде, но нет, его глаза были кристально чистыми, открытыми и непоколебимыми, поскольку отражали его собственное лицо. Он спросил:

«Тебя интересует человек по имени Тысяча Миль Без Паузы?»

Это не было похоже на то, что вопрос возник из ниоткуда.

Сюэ Лин никогда не выражал особого интереса к игре. Хотя он всегда убивал монстров, которые были выше его по уровню, чтобы повысить уровень, казалось, что это было лишь средством, с помощью которого он улучшал свою силу, и это был способ не быть слишком заметным.

Он всегда думал, что Сюэ Лин пришел в эту игру либо ради него, либо ради главного компьютера, но теперь казалось, что, возможно, его предположения были ошибочными, и целью Сюэ Лина был человек по имени Тысяча Миль Без Паузы...

Сюэ Лину очень хотелось закатить глаза, но он сдержался. Он протянул руку, чтобы похлопать Су Сюаньяня  по плечу, и спросил: «Как ты пришел к такому выводу?»

«Вступление в команду не в твоем характере».

Су Сюаньянь нахмурился. Чем больше он смотрел на него, тем больше недовольства вызывал равнодушный взгляд, которым собеседник смотрел на него. Он должен был быть единственным интересом в глазах этого человека.

«Не говоря уже о том, чтобы предложить долгосрочное сотрудничество с ними».

«О?» Сюэ Лин изогнул губы и, наконец, изобразил на лице улыбку. «Значит, великий бог Су так хорошо меня знает? Пробыв со мной эти несколько дней, ты уже точно знаешь, какая у меня личность?»

Су Сюаньянь сжал губы и ничего не ответил.

Сюэ Лин долго смотрел на него, и наконец, не смог больше держать лицо бесстрастным. Он громко рассмеялся.

Когда он смеялся, его глаза волшебно изгибались, и его великолепие немного отступало, заставляя людей, которые видели его, умиляться.

«Бог Су, позволь мне задать тебе вопрос».

Су Сюаньянь: «Спрашивай».

«Я тебе нравлюсь?»

Он протянул руку и оттолкнул руку, которую Су Сюаньянь прижимал к стене рядом с ним, повернулся и вышел из его ловушки. Все это время на его лице была улыбка, и он выглядел совершенно спокойным и невозмутимым.

«Используя железо ледяного облака, чтобы подружиться со мной, следуя за мной весь день и оставаясь рядом со мной, ты пытаешься сварить со мной лягушку в теплой воде*?»

[*варить лягушку в тёплой воде (чтобы она не заметила, как сварится; если бросить лягушку в горячую воду, она выпрыгнет)]

Су Сюаньянь: «...»

«Почему ты молчишь?»

Сюэ Лин убрал свой меч и продолжил: «Неужели у тебя не хватает смелости признать это?»

Взгляд Су Сюаньяня  все это время следил за его движениями. Когда он услышал слова Сюэ Лина, его рот приподнялся в незаметной улыбке.

«Тогда, могу я спросить, сварилась ли лягушка?»

«С такой-то эффективностью? Прошло всего несколько дней». Сюэ Лин неторопливо ответил: «Она должна готовиться как минимум три-пять лет. Может быть, однажды лягушка будет в хорошем настроении и сварится сама».

Су Сюаньянь увидел, что тот, обойдя его на некоторое время, сел сам, не выказывая ни гневного смущения, ни намерения отстраниться. Скорее, Су Сюаньяню даже показалось, что он спокойно и непринужденно флиртует в ответ. Его глаза слегка сузились, когда в них промелькнул луч фиолетового цвета.

«Кто-нибудь вообще может приготовить эту лягушку?» Он сел рядом с Сюэ Лином и повернул голову, чтобы посмотреть на его прекрасный профиль.

Он действительно не мог насытиться им, сколько бы ни смотрел. Если бы кто-то сказал ему раньше, что он окажется заворожен красавцем до такой степени, что не сможет отстраниться, он бы рассмеялся, но сейчас он действительно застрял в этой ситуации, и он был совершенно не против быть там.

Сюэ Лин открыл свою панель поиска, услышал его слова и наклонил голову, чтобы снова взглянуть на него. Они были очень близки, и Сюэ Лин, казалось, не замечал крошечного пространства безопасного расстояния, которое оставалось между ними, когда он наклонился и потерся губами о щеку Су Сюаньяня, его дыхание было мягким, как у орхидеи.

«Если бы она захотела начать вариться, ты был бы рад?»

Они уже достигли этой точки; Су Сюаньянь был бы идиотом, если бы продолжал сдерживать себя. Одной рукой он обхватил Сюэ Лина за талию, притянув все его тело в свои объятия, а другой рукой взялся за его затылок. Он приложил немного силы, и они оказались прижаты друг к другу, его губы скользили по белоснежной коже Сюэ Лина. Когда он посмотрел вниз, его длинные ресницы прошлись по коже, и легкое щекочущее чувство заставило Сюэ Лина моргнуть.

«Если ты с самого начала знал, что я пытаюсь сделать, почему ты позволил мне приблизиться к тебе?»

«Я не знаю».

Они явно были заперты в двусмысленной ситуации прямо сейчас, но выражение лица Сюэ Лина было очень ясным и невинным.

«Возможно, это была любовь с первого взгляда, или, возможно, ты особенно подходишь под мои вкусы, или, возможно, я просто хотел подразнить тебя ради забавы».

«Весело?»

«Очень весело». В конце концов, этот человек был одной из главных причин, побудивших его пересечь столько миров. Каждый мир был разным, но ему все равно удавалось всегда влюбляться в него одного. Как это может быть не весело?

«Я тоже думаю, что это очень весело».

Голос Су Сюаньяня становился все глубже и глубже. Его рот поймал рот Сюэ Лин, его язык легонько лизнул слегка увлажненную нижнюю губу. Его действия были очень вызывающими, но Сюэ Лин полностью проигнорировал их.

Сюэ Лин повернул голову. Его руки все еще обвивали шею Су Сюаньянь, но взгляд был направлен куда-то вдаль.

В данный момент они находились в доме Сюэ Лина. Он заранее установил здесь формацию, которая должна была предупредить его, если кто-то приблизится, и кто-то только что появился на границе формации. И это был другой человек, на которого обратил внимание Сюэ Лин.

Он достал из своего инвентаря талисман телепортации, шлепнул его на тело Су Сюаньяня, обхватил его шею руками и притянул его голову вниз для пылкого поцелуя, а затем прямо отправил его восвояси.

«Мой Учитель пришел, чтобы поймать нас на месте преступления. Чтобы он не сломал тебе ноги за то, что ты старший ученик демонического пути, тебе лучше уйти первым».

Даже когда голос Сюэ Лина прозвучал, Су Сюаньяня отсылали прочь с мрачным выражением на лице.

Сюэ Лин поправил халат и промокнул губы, когда в его глазах промелькнула вспышка веселья. Но когда Хань Учжэн вошел, он увидел лишь своего ученика с холодным лицом и опущенной головой, который точил свой меч.

Уродливое выражение его лица немного смягчилось, когда он открыл рот, чтобы поприветствовать: «Дун Эр».

Сюэ Лин на мгновение замер. Он почти забыл, что это было дао-имя, которое дал ему этот человек - Син Дун. Теперь, когда он обращается к нему 'Дун Эр', он должен был обращаться к самому себе.

Система, которая теперь была мечом в руке Сюэ Лина, тихо закатила глаза на учителя своего хозяина, хотя и знала, что он не сможет этого увидеть. Было слишком много моментов для презрения, и он действительно не хотел утруждать себя комментариями по поводу способности Хань Учжэна внушать неприязнь.

Сюэ Лин спокойно убрал меч, выражение его лица не изменилось, оно было таким же холодным и безразличным, как обычно: «Наставник».

Хотя дразнить Су Сюаньяня  было весело и забавно, на самом деле он совсем не хотел видеть этого дешевого учителя. В конце концов, хотя другая сторона глубоко спрятала это, его глаза все равно выдавали что-то из его внутренних мыслей.

Больше всего Сюэ Лину не хотелось видеть такой взгляд, навязчивый, с оттенком жадности, словно желающий съесть его целиком.

Если бы тот, кто так смотрел на него, был его мужчиной, возможно, он бы поддразнил его несколько раз и оставил все как есть после того, как у мужчины не осталось бы самообладания. Но этот человек не был таковым, и поэтому Сюэ Лину нужно было сделать нечто большее, чем просто это.

Очевидно, что другой человек жаждал чего-то от него, или, проще говоря, он хотел такого «человека», как он. Придя к такому выводу, после экстраполяции можно было более или менее догадаться о личности этого «Хань Учжэна».

Но сейчас они все еще находились на ранней стадии игры, и не было никакой выгоды идти против него, поэтому Сюэ Лину пришлось временно потерпеть.

«Твой Учитель слышал, что в эти дни ты якшался с человеком из Врат Тяньмо?»

Сюэ Лин в сердцах усмехнулся и ответил:

«Ерунда. Это была всего лишь случайная встреча на пути культивации, когда мы случайно убивали одинаковых монстров».

Он всегда намеренно скрывал свое местонахождение, когда уходил выполнять квесты. Даже главный компьютер не имел права следить за повседневной жизнью игроков круглые сутки, поэтому он был уверен, что Хань Учжэн не знает подробностей о его отношениях с Су Сюаньянем.

«Это к лучшему».

Было непонятно, поверил ли ему Хань Учжэн, но он бросил взгляд на меч Сюэ Лина и продолжил с некоторым удивлением: «Мой ученик уже выковал меч, связанный с жизнью?»

«Да». Сюэ Лин кивнул и сказал: «Я использовал именно тот духовный камень, который Наставник сказал мне выбрать».

«Это хорошо. Ты чрезвычайно умен, и тебе не нужно, чтобы твой Учитель давал много указаний по твоему культивированию. Пока ты знаешь, что праведный путь и путь дьявола отличаются. Что касается некоторых вещей, то их лучше избегать, если ты прекрасно знаешь, что тебе не следует их делать».

«Да, ваш ученик понимает».

Послушно отослав Хань Учжэна, Сюэ Лин с нейтральным выражением лица просмотрел информацию, которую система собрала для него, относящуюся к основной сюжетной линии игры.

Хотя главный компьютер уже наблюдал за ним, было очевидно, что сейчас он не может причинить ему вреда и лишь жадно наблюдает за ним со стороны. Пока он не мог найти слабину, даже главный компьютер не мог ничего с ним сделать.

Это также была одна из причин, по которой он держал рядом с собой [Слушающего дождь на мосту] и [Тысячу миль без паузы].

Главному герою и его паре было бы абсолютно несложно сделать некоторые вещи, которые ему неудобно было делать самому. Хотя у них уже не было того фактора удачи, который принесла им оригинальная строка данных, все было по-прежнему, пока Сюэ Лин был рядом.

Основная сюжетная линия игры должна была прогрессировать, чтобы двигать игру вперед, и кто-то должен был этим заниматься. Сюэ Лин был ленив, и было идеально, если бы он просто поручил главным героям помогать. В конце концов, у них на голове был сияющий нимб протагонистов.

После того, как он сегодня все перемешает, у неподвижной партии, которую [Слушающий дождь на мосту] и [Тысяча миль без паузы] создали для убийства мобов, не будет возможности продолжать. Основываясь на личности шоу, он определенно не позволил бы себе принять помощь Гуна, поскольку если бы он это сделал, то когда он, наконец, попытался бы сойтись с ним, возражений было бы намного больше.

Поэтому после встречи с выдающимся Сюэ Лином он точно будет настаивать на том, чтобы не создавать партию с [Тысячей Миль Без Пауз] и решил самостоятельно повышать уровень и искать приключения. Как только они перестали бы быть товарищами по партии, [Тысяча Миль Без Пауз] перестал бы замечать его трудолюбие, находчивость и храбрость. На него перестала бы влиять его личность, и сюжетная линия, где главный герой-гeн замечает шоу и постепенно втягивается, начала бы меняться.

Та небольшая толика доброжелательности уже была потеряна с самого начала, и построить чувства между ними будет гораздо сложнее. Не говоря уже о том, что Сюэ Лин уже закрепился в их команде и протягивал им руку помощи при выполнении любых крупных квестов. В это время он смог бы вызвать еще больше изменений в сюжетной линии отношений двух людей.

Если бы не было ежедневного взаимодействия, то, исходя из личности[Тысячи Миль Без Паузы], ему становилось бы все труднее и труднее любить [Слушающего Дождь На Мосту].

Желая использовать каждый отрезок времени для того, чтобы продумать следующий камень преткновения главных героев, Сюэ Лин сразу же начал присматриваться к тому, как сделать так, чтобы шоу подхватил следующую часть основной квестовой линии и полностью забыл о человеке, которого он дразнил и заводил, а затем отправил прочь.

*****

Изнутри темноты чертогов Демона клубился и вихрился черный туман, заставляя изначально уже несколько напуганного белого тигра дрожать еще сильнее.

Его хозяин не взял его с собой, когда отправлялся сегодня, поэтому он не знал, что произошло. Только глядя на выражение лица хозяина, который хотел выйти из себя, но силой сдерживался, он мог быть на восемьдесят процентов уверен, что это как-то связано с этим маленьким красавцем.

Белый тигр недавно полностью познал нрав своего хозяина. Если он был в хорошем настроении, то это было определенно потому, что эта маленький красавец тоже был в хорошем настроении и уделял ему больше внимания или больше с ним разговаривал. Если он был в ужасном настроении, то это было потому, что маленький красавец мало с ним разговаривал или больше общался с другими, вызывая ревность.

Сейчас его хозяин глубоко увяз в паутине любви и совершенно не мог выпутаться. Белый тигр чувствовал, что для него будет лучше просто тихо держать рот на замке. В конце концов, он не был уверен в сложившейся ситуации. Что, если он откроет рот, чтобы заговорить, и случайно ткнет в осиное гнездо? В такой момент, даже если бы у него было сто жизней, он все равно бы умер.

Фиолетовые глаза Запечатленного Демона надолго зафиксировались на картинке, показанной на экране. В действительности он не был очень зол. Он знал, что Сюэ Лин так резко отослал его, потому что главный компьютер был уже в пути, и даже если бы Сюэ Лин не сделал свой ход, ему все равно пришлось бы уйти. В конце концов, у него не было планов увидеть главный компьютер прямо сейчас. Он не планировал идти на ненужный риск, пока не будет полностью уверен в успехе.

В Чертогах Демона не было ни дня, ни ночи, и до его прихода здесь не было даже намека на существование других людей. Но Запечатленный Демон особенно хотел привести в Чертоги Демона человека.

Как долго ему придется ждать, пока Чертог Демона не откроется должным образом?

Он вспомнил из так называемой основной сюжетной линии, что это произойдет только к самому концу истории, потому что открытие Чертога Демона означало, что культиваторы и демоны вот-вот начнут войну.

Война... В голове Запечатленного Демона появилось еще одно изображение некоего человека, держащего меч.

Только, картинка внезапно остановилась и исчезла, как он вдруг о чем-то задумался.

Подождите минутку. Это была великая война между дьявольским путем и праведным путем. Сюэ Лин был из праведного пути, так что... он собирался прийти и убить его?

Запечатленный Демон сжал кулаки.

Рыцаря NPC, который запускал цепочку квестов основной сюжетной линии, было легко найти, но именно потому, что он был слишком обычным и базовым, игрокам, выполняющим ежедневные квесты, было нелегко его вызвать.

Требования для его запуска были очень странными, а вещи, которые нужно было сделать, чтобы завершить его квест, не были тем, что могла бы выполнить игрок в одиночку. Игроки могли соревноваться за цепочку квестов основной сюжетной линии, потому что не было сделано никаких различий между территориями или границами мира. Пока кто-нибудь запускал начало основной сюжетной линии, бесчисленные команды могли соревноваться, что также делало более удобным для Сюэ Лина достижение его целей в дальнейшем.

[Слушающий Дождь На Мосту] убивал монстров вместе с другими симпатичными новичками из той же секты. Предположительно потому, что его личность была особенной, а сам он был симпатичным и милым, люди всегда были готовы веселиться с ним. Даже без [Тысячи миль без паузы] все равно находились желающие присмотреть за ним. Он также мог поладить с братьями из тусовки Гуна; ореол главного героя было не так просто снять.

Поскольку протагонист шоу был низкоуровневым, места, где он культивировал, были все те, куда часто ходили новички. Благодаря этому Сюэ Лину было легко понять, где они будут находиться. Очень быстро, по мере того как их уровни повышались, партия левелфармеров вошла в новый город, который, так уж получилось, был тем самым, где находилась точка запуска сюжетного квеста. Сюэ Лин приказал системе пересмотреть их список квестов, добавив в него задания и одновременно достигнув требований, необходимых для запуска основной сюжетной линии.

Основная сюжетная линия была сосредоточена вокруг жизненного опыта Запечатленного Демона. Запечатленный Демон был тем, кто изначально появился на свет из обид, которые были погребены в Бездне Богов. Несмотря на свое происхождение, он мог чувствовать эмоции и общаться с миром. Скорби, породившие его, израсходовали большую часть своей силы, чтобы позволить ему вступить в контакт с внешним миром, отправив новорожденного демона в человеческую деревню.

Это было сделано не из любви к нему, а скорее для того, чтобы превратить его в самый острый меч. А в мире самое опасное, самое грязное место было среди людей.

Бесплодные холмы и бурные реки рождали непокорных людей, а порочность человечества была самой ужасной подпиткой. В такой обстановке запечатленному демону, у которого не было ни отца, ни матери, ни кого-либо, на кого он мог бы положиться, было бы невозможно найти радость и счастье в этом мире. То, что он испытал бы, было бы не только болью, но и духовной пыткой.

Он подвергался насилию со стороны семьи, которая усыновила его с детства, его растили как животное, его жизнь была лишена какой-либо доли красоты или добра. В его глазах весь мир был сплошным злом. Такая грязь вызывала у человека отвращение, но она была необходима для его роста. Запечатленный Демон с раннего возраста знал, что он не человек, но поскольку самая большая злоба против него могла сделать его сильнее, он всегда терпел все это.

Он терпел до тех пор, пока у него не будет достаточно силы, чтобы вырезать всю деревню, терпел до тех пор, пока не смог бы основательно уничтожить этих грязных и отвратительных тварей.

К сожалению, если бы его жизнь не была достаточно несчастной, он не стал бы окончательным Боссом. Никто бы не выбрал истребление всего с самого начала. Естественно, должна была быть причина, по которой Запечатленный Демон решил идти против богов, и, следуя традиционной тропе, этой причиной было не что иное, как ЛЮБОВЬ.

Основной сюжет следовал за жизнью Запечатленного Демона. Игрокам предстояло посетить деревню, которую он разрушил, чтобы узнать про девушку, ради которой он был готов бросить вызов небесам и изменить свою судьбу, но так и не смог спасти. Для тех, кто пережил историю жизни Запечатленного Демона, были необходимы стальные сердца, верность своим убеждениям и выбор бороться против него и, в конце концов, убить его.

Потому что его жизнь была слишком жалкой. Казалось, будто на него свалилось все невезение мира. Он не испытал любви в детстве, потерял любимую в юности, был предан товарищами в молодости; он испытал все самые печальные и болезненные вещи в мире, все пороки человеческой природы.

Это также было связано с тем, что эти вещи заставляли его снова и снова видеть надежду, но в конечном итоге подводили его. Когда он в последний раз решил поверить, но был вознаграждён кинжалом, пронзившим его сердце, та часть Запечатленного Демона, которую можно было считать человеком, окончательно умерла.

То, что осталось после, было бесконечным злом - Почтенный Запечатленный Демон, который осмелился разрушить путь в небеса и уничтожить всех богов.

То, что он сделал, было абсолютно не так просто, как уничтожение богов. Он также поглотил все обиды, которые создали его. Когда он покинул Бездну Погребенных Богов, он отделил Бездну от земли Цзючжоу и превратил ее в новую землю, названную Чертогом Демона. Тогда же он стал известен как Почтенный Запечатленный Демон и стал высшим Боссом, который доминировал в игре после того, как виртуальный мир оторвался от реальности.

Он хотел, чтобы все живые существа в Цзючжоу вкусили ту горечь, которую испытал он.

Обычно такой босс должен был умереть, даже если главный герой жалел его за такую несчастную жизнь. Но поскольку автор создал его слишком сильным, казалось, что победить его невозможно, и в итоге главные герои Гун и Шоу решили встать на сторону босса. Но они твердо верили, что их любовь может повлиять на других, и они смогут повлиять на Запечатленного Демона и сделать так, чтобы он не превратил весь Цзючжоу в дикую пустошь, как Чертог Демона.

Они слишком много думали. Никто не преуспел даже к концу истории.

Сюэ Лину было абсолютно всё равно, как в конечном итоге будет выглядеть земля Цзючжоу, но если она станет совершенно бесплодным местом, как Чертог Демона, он, скорее всего, решит совершить самоубийство, чтобы покинуть этот мир после того, как выполнит свою обычную задачу - разобраться с главными героями.

Пока он думал об этом, Сюэ Лин заметил проблему. Он напрямую вытащил систему из меча и спросил: "Я сделан из данных в этом мире, и для меня невозможно умереть. Как мне покинуть этот мир?"

Система не думала, что ее внезапно вытащат. Она была ошеломлена на мгновение, прежде чем сказать: "О да...".

Сюэ Лин почувствовал приближение головной боли, глядя на вялое лицо системы. "Не может быть, чтобы ты на самом деле никогда не задумывался над этим вопросом, верно?"

"Не может быть".

Не похоже было, что система целыми днями только и делала, что ловила рыбу. Хотя хозяин не часто пользовался ею, она, как золотой палец, постоянно усердно подбирала миры для хозяина и готовила всевозможные вещи... Хотя было много вещей, в которых хозяин не нуждался, так как со всем можно было справиться, пока у него был этот человек...

"Когда хозяин захочет уйти, дай мне знать, и я заберу хозяина напрямую".

"Разве ты не сказала, что я должен встать на место первоначальных владельцев и жить до их естественной смерти?"

"Да, но прямо сейчас ты не являешься первоначальным владельцем. Твои и его данные отличаются, а оригинал уже стерт из этого мира. Это игровой мир - даже когда он отсоединяется от реального мира, настройки в некоторой степени все равно не совпадают, поскольку это смесь и культивации **, и вознесения, чтобы стать богами. Если бы это было только культивирование **, тебе нужно было бы только вознестись, чтобы уйти, но прямо сейчас мы больше ничего не можем сделать".

Система поспрашивала окружающих и сказала Сюэ Лину:

"В Мире Десяти Направлений уже есть новости о еще одном твоем хвосте. Мы отправимся туда как можно скорее, поэтому тебе следует уйти отсюда вскоре после того, как ты разберешься с главными героями, поскольку в следующем мире ты снова встретишься с этим человеком, даже если отделишься сейчас."

"..."

Сюэ Лин на мгновение замолчал, прежде чем кивнуть. Для него было редкостью находиться с человеком, используя его истинное лицо; он не ожидал, что они не смогут провести вместе долгое время.

Ему уже удалось ввести главного героя в основную сюжетную линию, и команды должны были одна за другой снаряжаться, чтобы начать квестовые цепочки. Продвижение по основной сюжетной линии должно происходить очень быстро; пока они торопились и достигали точки, где культиваторы праведного пути и дьявольского пути проводили свою великую войну, убивали Запечатленного Демона или добивались того, чтобы Запечатленный Демон не заметил двух главных героев, Сюэ Лин мог считать задачу по изменению их судеб выполненной.

В конце концов, дав двум главным героям долгую жизнь, они могли случайно влюбиться друг в друга в последующие дни. Что нужно было сделать Сюэ Лину, так это встать на праведный путь во время великой войны и убедиться, что он попадет в зону интереса Запечатленного Демона.

"С твоими нынешними способностями, - спросил Сюэ Лин у системы, - сможешь ли ты убить Запечатленного Демона?"

"Запечатленного Демона?" Система вздрогнула, покачала головой и ответила: "Ореол на Запечатленном Демоне даже сильнее, чем у главных героев. Хозяин, достаточно того, что ты ищешь неприятности, не надо целенаправленно идти и умирать".

Сюэ Лин махнул рукой, мысли крутились в его голове. Если главные герои не были превращены в демонов Запечатленным Демоном, то единственным человеком, который потенциально мог вызвать интерес Запечатленного Демона и который следовал дьявольским путем, был Су Сюаньянь.

Хотя Су Сюаньянь был бесполезным персонажем в оригинальном сюжете, Сюэ Лин очень ясно представлял себе уровень силы и способностей Су Сюаньяня. Если бы он был серьезен, то определенно стал бы самой ослепительной звездой во время предстоящей войны.

Сюэ Лин в очередной раз колебался, стоит ли ему выбирать праведный путь или нет. Возможно, персонажи, существовавшие в этой истории, не знали, но Сюэ Лин прекрасно знал, что Запечатанный Демон - это существование, которое главный компьютер обозначил как вирус.

Смерть первоначального владельца в те времена была как-то связана с ним. В конце концов, первоначальный владелец лишь изменил удачу главных героев и их команды, а существо, которое внесло большие изменения в игру и нарушило игровой мир, был Запечатленный Демон.

Догадаться об этом было несложно. Как человек, проживший несчастную жизнь, который, наконец, с большими усилиями убил всех, кто делал его несчастным, вдруг обнаружил, что все его беды и несчастья были вызваны тем, что кто-то другой так всё устроил, и что его жизнь полностью не контролируется им самим, а управляется создателем игры, чувства, которые он испытывал, обиды, которые он терпел, были искусственно дарованы.

Какая реакция может быть у большого босса, когда он узнает такие новости?

Сюэ Лин чувствовал, что это не будет перебором, даже если он уничтожит всю игру. Но босс, казалось, мог терпеть, держась до тех пор, пока игра и реальность полностью не разъединились, пока игровой мир не стал реальным миром, и, наконец, пока он не смог полностью превратить этот мир в игровую площадку в своих руках.

Сюэ Лин не испытывал ни малейшего беспокойства по поводу главных героев Гуна и Шоу. Больше всего Сюэ Лин беспокоился об этом боссе.

Он не был главным компьютером и не знал, когда босс на самом деле осознал, что он персонаж игры, поэтому он мог только строить догадки. Но до сих пор в игре не происходило ничего необычного, а если и происходило, то по его вине...

Этот Запечатленный Демон действительно мог выстоять...

Дело было не в том, что Запечатленный Демон был вынослив, а скорее в том, что ему уже было совершенно неинтересно уничтожать мир, даже поиск неприятностей для главного компьютера или создателя игры стал неинтересен. Он понял, что является всего лишь строкой данных, гораздо раньше, чем предполагал Сюэ Лин. Уже тогда, когда его подставили, чтобы он влюбился в девушку, он заметил, что что-то не так.

Потому что у него не было никаких чувств к девушке, но всегда был голос, который говорил ему, что она ему нравится, нравится до безумия, нравится до такой степени, что он готов сражаться с небесами ради нее.

На это Запечатленный Демон мог ответить только: Ха-ха.

Он действительно хотел пойти против небес, но это было бы совершенно не для такого обычного человека. Он также не был настолько жалок, что если бы кто-то улыбнулся ему, или был добр к нему, или был готов открыть своё сердце и принять его, он был бы готов вынуть своё сердце из груди ради них. Он совсем не чувствовал недостатка любви, потому что никогда не чувствовал, что ему нужна любовь.

О, сейчас он действительно нуждался в любви, и ужасно хотел ее. И именно потому, что он действительно хотел этого человека сейчас, Запечатленный Демон не делал случайных движений, чтобы нарушить порядок игры, вместо этого предпочитая регулярно уничтожать данные, чтобы главный компьютер был занят до такой степени, что вертелся кругами, и не имел времени беспокоиться об их романтике.

Сюэ Лин был глубоко в раздумьях, когда перед ним всплыло окно чата.

["Тысяча миль без паузы": Есть новый квестовый инстанс. Хочешь пойти? ]

Сюэ Лин мгновенно взял себя в руки. На ранних стадиях основной сюжетной линии было не так много инстансов, и он вскоре понял, куда они идут. Согласившись присоединиться к вечеринке [Тысячи миль без паузы], Сюэ Лин взял с собой меч и вышел за дверь.

Су Сюаньянь прислонился ко входу в его дом, ожидая его. "Собираешься провести инстанс?"

"Да".

"Я тоже только что получил приглашение. Давай пойдем вместе". Су Сюаньянь глубоко улыбнулся и последовал за Сюэ Лином. После инцидента, произошедшего несколько дней назад, Сюэ Лин несколько дней игнорировал его, словно нарочно оставляя в подвешенном состоянии. Су Сюаньянь тоже не очень спешил похищать его.

Он хотел воспользоваться открытием основной сюжетной линии, чтобы узнать, что Сюэ Лин думает о праведном пути и дьявольском пути. Хотя он очень не любил возвращаться к прошлому, которое написали за него другие, если это заставит Сюэ Лина почувствовать душевную боль за него, тогда это того стоит.

Если Сюэ Лин сможет принять эту версию его, то он открыто расскажет ему о своей сущности Запечатленного Демона. Если же он Сюэ Лин будет настаивать на разрушении дьявольского пути и убийстве Запечатленного Демона, тогда он может только пойти против его желания и вернуть этого человека обратно в Чертог Демона, поместив его в такое место, где только он мог его видеть, и хорошо за ним присматривать.

Это был случай, произошедший в доме удовольствий. Поскольку Запечатленный Демон был хорош собой, его продали в дом удовольствий еще подростком. Он использовал некоторые средства для того, чтобы ему не пришлось принимать гостей, и стал прислугой у юной девы, которая тоже только что поступила в дом удовольствий.

Юная дева была выбрана для того, чтобы стать центром внимания в доме удовольствий. Она была очень привлекательна, казалась мягкой и нежной, и была чиста, как вода, с головы до ног.

Она была искусна в игре в шахматы, каллиграфии и живописи, ее личность была мягкой и совершенно не могла противостоять старой хозяйке борделя. В такой обстановке послушные и хорошо воспитанные типы больше всего радовали клиентов.

Она была просто самым идеальным человеком в мире. Она явно родилась в грязи, но осталась незапятнанной ею. Она интриговала, и Запечатленный Демон чувствовал, что она должна была быть любимицей бога, чтобы дожить до своего нынешнего возраста.

Но эта мысль была нелепой, потому что если бы она действительно была любимицей небес, ее бы не продали сюда.

Увидев эту часть сюжета, Сюэ Лин даже не хотел тратить энергию на то, чтобы комментировать бессмысленность размещения здесь такой «святоши». Должно быть, создатель игры попал в ловушку стереотипов при написании сценария, потому что история Запечатленного Демона оказалась трагичной только ради того, чтобы быть трагичной с точки зрения повествования.

Такая «святоша», как она, могла заставить всех вокруг себя полюбить ее, но ей просто пришлось влюбиться в Запечатленного Демона, который уже внес небольшие изменения в свою внешность и больше не привлекал внимания.

Этот инстанс состоял из трех боссов. Первый этап требовал от игроков пройти через главного охранника дома удовольствий. У него было большое количество подчиненных охранников, чьи атаки были не такими сильными, но у них было много HP.

Они также были не из тех, кто бездумно бросается на игроков; как только они получали серьезные повреждения, они начинали убегать. Это полностью соответствовало их характеру - они были лакеями, которым не хватало храбрости, и которые боялись смерти, но параметры инстанса также требовали, чтобы они убили всех лакеев, прежде чем двигаться дальше. Поэтому они могли использовать некоторые способности только для того, чтобы запереть охранников на месте и убивать их одного за другим.

Такая сцена была очень кровавой и жестокой. Довольно много членов команды корректировали подлинность своих проявлений, чтобы избежать ощущения, что они убивают, казалось бы, безоружных людей, что заставляло их плохо себя чувствовать.

Это был еще один инстанс на 10 человек. Кроме [Тысячи Миль Без Паузы]и [Слушающего Дождь На Мосту], у которого был ключ, открывающий инстанс, а также Сюэ Лина и Су Сюаньяня, которые были здесь, чтобы принять участие в веселье, все остальные были людьми из гильдии [Тысячи Миль Без Паузы], которых он позвал к себе.

По какой-то причине все, кто присоединился, были девушками, и после того, как они заметили Сюэ Лина, они собрались вместе, чтобы пошептаться, пока их глаза метались туда-сюда по телу Сюэ Лина. Это не было злым умыслом, просто они были слишком любопытными.

Первый этап инстанса требовал много времени на прохождение, но у него также было ограничение по времени. Если время истекало, и игроки не успевали очистить двор, их выбрасывало из зоны боя, а внутри все восстанавливалось, как было. Здесь не было коротких путей.

Сюэ Лин знал, как пройти этот уровень, но ему было неудобно высказываться, поэтому он мог только удариться о стену с ними вместе при первом прохождении. После того как они были выброшены, он наконец открыл рот, чтобы предложить:

«Немного трудновато убить их, когда они так бегают вокруг. Я могу использовать навык, чтобы зафиксировать их на месте, а ты можешь разделить всех так, чтобы каждый отвечал за DPS нескольких охранников. Таким образом, мы сможем убить их всех за отведённое время».

Обычно именно [Тысяча Миль Без Паузы] выступал в роли лидера групы, и команда уже давно привыкла слушать команды своего лидера. Сейчас, когда заговорил кто-то другой, возникло замешательство, но после того, как [Тысяча Миль Без Паузы] сказал, чтобы они сделали так, как предлагает Сюэ Лин, они начали считать количество охранников и распределять их в соответствии с силой каждого человека.

В команде было два целителя. У них была очень низкая сила атаки, но они теряли очень мало HP, поэтому каждому из них было назначено по одному охраннику, чтобы они медленно убивали. Что касается остальных, то независимо от того, были ли они танками, DPS ближнего или дальнего боя, все они были назначены по несколько охранников на игрока.

[Слушающий Дождь На Мосту], он был очень трудолюбив, но все еще был только 15-го уровня. В ситуации, когда все остальные были примерно 20-го уровня, а лидеры [Тысяча Миль Без Паузы] и Сюэ Лин были 26-го уровня, его уровень был слишком низким, чтобы даже упоминать о нем. Ему назначили только одного охранника, и на некоторое время выражение его лица стало уродливым.

На самом деле, он не относился к профессии DPS, а скорее к общей. Хотя он и присоединился к Вратам Тяньсюань, он не изучил много агрессивных навыков, и даже те, что у него были, он изучал неохотно. Но [Слушающему Дождь На Мосту] всегда не хватало самосознания, и он чувствовал себя несчастным только тогда, когда поджимал губы и цеплялся за свои разочарования в одиночестве.

Очевидно, что именно он запустил цепочку квестов, которая привела к этому инстансу. Почему же все взгляды по-прежнему были устремлены на Сюэ Лина? Неужели даже в игровом мире все заботились только о внешности? Он бы тоже улучшил свою внешность, если бы знал!!!

Су Сюаньянь и [Тысяча Миль Без Паузы] отвечали за босса, а после того, как они с ним разберутся, помогут остальным. Все члены группы согласились с планом зачистки первого этапа, а затем вошли во внутренний двор и снова вызвали босса.

Поскольку основным атрибутом Сюэ Лина был лед, многие его умения имели большую площадь воздействия. Костяной веер, который он держал в руке, треснул, когда он открыл его после того, как вошел в зону действия, и в воздухе появился сложный массив заклинаний. Пронесся тысячелетний мороз и снег, и вся земля застыла толстым слоем льда, зафиксировав ноги всех охранников на месте.

Это была способность группового контроля, которой Сюэ Лин только что научился. Его можно было использовать только в течение ограниченного времени, и чтобы умение продолжало действовать, ему нужно было стоять неподвижно, то есть он не мог сам атаковать ни одного из мобов. Это была способность, которую Сюэ Лин не считал очень полезной, так как она могла использоваться только в команде, но она как раз подходила для текущей ситуации, поэтому он ее использовал.

Су Сюаньянь и [Тысяча Миль Без Паузы] быстро убили босса, а затем начали зачищать основных мобов. Все стражи во внутреннем дворе были зачищены за отведенное время, и игрок, которому обычно больше всего везло с дропом, отправился собирать лут.

К сожалению, ничего хорошего они не нашли. Выпала одна-единственная единица снаряжения, и она подходила только для [Слушающего Дождь На Мосту]. [Тысяча Миль Без Паузы] принял исполнительное решение отдать ее ему напрямую.

[Слушающий Дождь На Мосту] не ожидал, что ему так повезет, и он сможет получить оборудование без особых усилий. Он держал губы сжатыми, глядя на Сюэ Лина, словно желая увидеть хоть какой-то намек на нежелание собеседника, но не смог обнаружить ни одного.

Сюэ Лин подумал, и правда, у Слушающего Дождь На Мосту] особенная аура. Когда он нуждается в каком-то оснащении, все будто загипнотизированные готовые ему все отдавать.

Когда он так думал, неприязнь к этому персонажу шоу у Сюэ Лина стала еще сильнее.

Второй этап происходил после того, как игроки, вошедшие в дом удовольствий, видели сцену, как женщины дома удовольствий принимали гостей в главном зале. Женщины дома удовольствий были одним типом монстров, в то время как относительно красивый Гунцзы - другим. Возможно, были и повторы, но это были самые разные мужчины, и было видно, что создатели игры вложили много сил в эту сцену.

Босс этого этапа был спрятан среди этих монстров, и команда могла очистить этап, только найдя и убив его в течение заранее установленного лимита времени.

Атаки этих мобов можно разделить на два типа. Женщины из дома удовольствий бросали свои личные вещи, и игрокам нужно было быть начеку, чтобы не оказаться оглушенными или растерянными, когда в них попадало нижнее белье или другие вещи.

Гости были намного проще, и их атаки осуществлялись путем бросания денег. Независимо от типа монстра, все они использовали деньги, только тип денег, которые они использовали, мог быть золотым, серебряным или бронзовым разных размеров и форм.

Это звучало очень круто, но атаки были очень интенсивными, и если игроки не были осторожны, у них могла закружиться голова, и тогда их HP падало прямо на землю.

На этом этапе было слишком много мобов; команда просто была бы полностью уничтожена морем людей. Группа стояла снаружи, чтобы обсудить тактику и подумать о том, как успешно пройти этот этап.

На этом этапе не было ничего другого - можно было полагаться только на убийство, и если бы удача была на высоте, то они смогли бы убить босса и пройти этап. Если же везение было плохим, то можно было убивать до тех пор, пока их команда не будет уничтожена, и так и не найти босса.

Подобная борьба, в которой все зависело от удачи, всегда была особенно легкой для команды [Тысячи Миль Без Паузы]. После некоторого обсуждения они не смогли придумать ничего лучшего, и им оставалось только хлопнуть себя по лбу и броситься убивать.

Как DPS, Сюэ Лин был очень смертоносен. [Тысяча Миль Без Паузы] использовал лонгсворд; он же использовал меч. Два клинка бесконечно сотрудничали и неустанно вырезали кровавый путь.

Су Сюаньянь был недоволен, пока они с удовольствием рубились. Хотя он постоянно демонстрировал такую же смертоносность, как и эти двое, его уровень был не совсем тот, и у него не было оружия, которым он мог бы воспользоваться.

Он вообще не привлекал внимания людей, и эти маленькие девочки YY не замечали его. Большинство из них были в восторге от Сюэ Лина и [Тысячи Миль Без Паузы], продолжая рассказывать о том, как они безупречно сотрудничали и были действительно супер удачной парой.

Су Сюаньянь опустил взгляд, посмотрел на стоящего неподалеку от него [Слушающего Дождь На Мосту], который сжал руки в кулаки и стиснул зубы, убивая мобов, и что-то промелькнуло в его глазах.

Босс на этом этапе был, в конце концов, убит [Слушающим Дождь на Мосту], и девушки в команде наконец-то начали восторгаться его удачей и выражать надежду, что он станет талисманом и ангелом-хранителем команды.

Главный герой весело рассмеялся и позволил им окружить себя, но его глаза спокойно дрейфовали в сторону [Тысячи Миль Без Паузы], неожиданно обнаружив, что другая сторона положила глаз на Сюэ Лина. В этот момент беспокойство в его сердце стало еще сильнее.

Почему ему казалось, что он начал следовать сюжетной линии превращения в порочную любовницу?

Сюэ Лин коснулся своего меча и обнаружил, что Су Сюаньянь идет позади него. Он поднял брови, несколько любопытствуя, почему аура вокруг него казалась такой необычной. «Что случилось? Кто тебя обидел? Или тебя просто заворожило нижнее белье женщин из дома удовольствий?»

«Я хочу выковырять ему глаза».

Су Сюаньянь наклонилась близко и прошептала возле его уха: «И сделать так, чтобы он больше не мог нагло смотреть на тебя».

Его глаза полностью светились фиолетовым, но поскольку его взгляд был опущен, Сюэ Лин этого не заметил.

Сюэ Лин с некоторым удивлением повернул голову и попал прямо под взгляд [Тысячи Миль Без Паузы].

[Тысяча Миль Без Паузы] слегка кивнул ему, как бы сигнализируя о чем-то, и не было и следа смущения от того, что на него смотрят.

Сюэ Лин нахмурился и повернул голову назад, чтобы что-то сказать Су Сюаньяню, но неожиданно встретился с парой глаз, которые были совершенно другими, чем раньше. Это была пара очень злых глаз, весь зрачок был фиолетовым, первоначальный фиолетовый цвет темнел по мере продвижения к зрачку, пока центр радужки не стал настолько темным, что казался черным.

В этих глазах не было ни капли веселья, и они казались чрезвычайно серьезными. Сюэ Лин понял, что если он не остановит его, то Су Сюаньянь действительно в следующую секунду пойдет и выколет глаза [Тысяче Миль Без Паузы].

Даже если это было в рамках игры, это было недопустимо.

Брови Сюэ Лина слегка наморщились.

Он протянул руку и коснулся лица Су Сюаньяня, тихо прошептав:

«Давай поговорим после того, как уйдем».

Ранее он прогнал его на несколько дней, потому что главный компьютер всегда внимательно следил за ним, когда он возвращался, и если бы его увидели вместе с Су Сюаньянем, это вызвало бы подозрение главного компьютера.

Ему было бы неудобно, если бы главный компьютер решил сделать свой ход раньше, чем ожидалось, но сейчас, глядя на нынешний вид Су Сюаньяня, Сюэ Лин почувствовал, что некоторые вещи могут быть не совсем подвластны его пониманию.

В этой игре всегда царила абсолютная сила. Главный компьютер наблюдал за ним, потому что хотел поглотить его и вобрать в себя все данные искусственного интеллекта для собственного использования.

Он использовал бы его силу, чтобы сделать себя сильнее, чтобы найти следы вируса, противостоять ему и тщательно стереть его. Сюэ Лин не хотел вовлекать Су Сюаньяня в битву между ним и главным компьютером, учитывая, что статус этого человека в этом мире не казался ему очень высоким или могущественным.

Хотя в игре его статус был очень высок, и его потенциал развития в будущем был очень хорош. С помощью Сюэ Лина он смог бы испытать огромный рост силы после разрыва связи между игрой и реальным миром, а затем Сюэ Лин мог бы удалиться с ним в пустыню после того, как разберется с главными героями.

Теперь, казалось, некоторые вещи могут отличаться от того, что он понимал раньше.

У человеческих существ не было таких фиолетовых глаз.

Сюэ Лин не был уверен, хорошо это или плохо, потому что человек в этом мире был чрезвычайно опасен.

Когда Су Сюаньянь услышал его слова, уголки его рта слегка приподнялись, фиолетовый цвет в его глазах потускнел, и он вернулся к своему обычному виду нежного и мягкого айсберга. Он дал утвердительный ответ, а затем легонько укусил Сюэ Лина за ухо.

Сюэ Лин прикрыл ухо рукой, повернул голову, чтобы посмотреть на него, встал и сказал:

«Давай перейдем к следующему этапу».

«Хорошо». Несколько голосов поднялись, чтобы ответить ему из разных мест, и все взгляды упали на него и Су Сюаньяня, их выражения были ясными «так вот оно как».

Су Сюаньянь выглядел довольным тем, что они наконец-то поняли, кто в команде лучше всего подходит Сюэ Лину, скривил губы и даже помог Сюэ Лину поправить его одежду.

Сюэ Лин: «...»

На самом деле, этот человек все еще был подавлен и заперт в себе.. каждый раз его ревность и агрессия были все более и более глубоко спрятаны, и иногда становилось необходимым, чтобы другие немного спровоцировали его, чтобы это раскрылось.

Последним боссом в инстансе была владелица. Она могла вызывать несколько мощных призраков дома удовольствий, которые не были похожи на маленьких мобов из предыдущих этапов, чьи атаки состояли из простых бросков. Все призраки были умными, они могли как атаковать в ближнем бою, так и защищаться. Количество их HP было таким же высоким, как и у босса, и даже с текущим уровнем урона, наносимого командой, одолеть ее было все еще сложновато.

Но в команде были игроки с плагинами - кроме главных героев Гуна и Шоу, Сюэ Лин и Су Сюаньянь, очевидно, были основными дилерами урона в команде. Эти двое по разным причинам подавляли свою силу, и именно из-за этого битва с боссом не прошла гладко. Они дважды вылетели, прежде чем окончательно зачистить инстанс.

При смерти в инстансе игроки теряли только опыт, но не уровни. Эти несколько человек умирали не слишком часто, поэтому в рейтинге ничего не изменилось. В принципе, это можно считать успехом.

Награда, выпавшая в этом инстансе, была очень странной, по типу книги с гей-порно «Лун Ян 18+*» и тому подобные вещи были частью лута, но снаряжения было немного, и все оно подходило только для вспомогательных профессий. Был также довольно хороший меч, который достался [Тысяче Миль Без Паузы], потому что он был единственным человеком, который мог им пользоваться.

[Лун Ян - историческая личность, гей, имя которого также стало синонимом гея.]

Сюэ Лин не получил ничего хорошего, кроме некоторой суммы денег от инстанса. Су Сюаньянь что-то попросил, и Сюэ Лин не видел, что именно, но он ясно видел, что взгляд девушки, которая раздавала добычу, становился все более дразнящим, когда она смотрела на него и Су Сюаньяня.

Ох. Теперь он, вероятно, знал, что это было.

Неужели у этого человека больше ничего не было на уме? Кроме того, сейчас была ранняя стадия игры, и брачная система еще не была активирована. Определенные действия не могли быть выполнены, если они не отправлялись в регион, далекий от контроля главного компьютера...

Думая о перемещениях, сделанных ранее, Сюэ Лин чувствовал себя немного беспомощным. Возможно, этот человек действительно смог бы найти такое место.

Договорившись снова устроить вечеринку в следующий раз, когда они найдут сложный инстанс, Сюэ Лин взял с собой Су Сюаньяня и ушел.

Они не могли вернуться в Сюэсин, так как он постоянно беспокоился, что за ними будет шпионить Хань Учжэн. Он как раз размышлял о том, как найти место, чтобы как следует поговорить с этим человеком, когда услышал его вопрос: «О чем ты думаешь?»

«Думаю о местах, куда мы можем пойти, кроме Сюэсин, где за нами не будут наблюдать».

Поскольку он уже решил выложить все, Сюэ Лин не постеснялся сказать об этом вслух.

Су Сюаньянь опешил, а потом усмехнулся и сказал: «Тогда пойдем в зал Сюэсин. Это артефакт, который я создал, и он способен отгородиться от чужих любопытных глаз». Затем он продолжил свои слова еще одним предложением: «Он также работает против тех, кто не является человеком».

Сюэ Лин нахмурил брови и временно не стал выяснять, что он имел в виду, говоря «я создал зал Сюэсин». Поскольку мужчина уже открыл рот и сказал это, то Сюэ Лин мог быть совершенно уверен, что зал Сюэсин - это место, куда они могут отправиться, поэтому он сразу же нажал телепорт и перенес их двоих туда.

Су Сюаньянь отрегулировал настройки павильона Сюэсин до состояния закрытой конфиденциальности от всего игрового мира, а затем запечатал весь зал.

«Это было то, что я создал для развлечения, когда был бездельником. Тогда я был очень недоволен тем маленьким домиком, в котором Хань Учжэн хотел, чтобы ты жил, поэтому я разрушил его и порешал, чтобы ты жил в этом павильоне».

Сюэ Лин и не подозревал, что за кулисами происходят такие делишки. Он нахмурился и сказал: «Итак, мне следует называть тебя Су Сюаньянь или Лорд Запечатленный Демон?»

Его тон голоса не был приятным и нес в себе немного сарказма.

В конце концов, никто не стал бы показывать хорошее выражение лица после того, как ему так долго лгали.

«Тогда продолжай обращаться к Су Сюаньяню, мне не нравится имя Запечатленный Демон».

Су Сюаньянь не показал никакого смущения по поводу того, что его разоблачили. Скорее, исходя из нынешней ситуации, он был очень счастлив, потому что, хотя Сюэ Лин и пронюхал о его истинной сущности, он, похоже, не собирался отчуждаться. Хотя его речь и тон были довольно высокомерными, Су Сюаньянь чувствовал, что ему просто нужно немного подтолкнуть его, чтобы он снова стал счастливым.

Сюэ Лин встретил его взгляд. Су Сюаньянь казался полностью уверенным, как будто даже если его личность была видима насквозь, Сюэ Лин не сможет ничего с ним сделать.

О, это правда, что он действительно ничего не сможет сделать. Самое большее, Сюэ Лин просто не позволит ему присоединиться к нему в постели... Большего он тоже не сможет вынести.

«Тогда почему ты подошел ко мне с этой личностью?»

«Возможно, потому что эта личность принадлежит мне». Су Сюаньянь прищурился и улыбнулся, говоря: «Я зарегистрировал эту личность еще в начале игры, чтобы легче было делать дела в темноте. Когда от меня не требуется появляться в сюжете, я могу делать любые вещи, которые хочу, в одиночку».

«Ты имеешь в виду такие вещи, как нарушение баланса игры, создание проблем для главного компьютера и создание ситуации, когда главный компьютер вынужден пялиться на меня, потому что ему срочно нужно развиваться?»

«Первые две вещи - это, конечно, то, что я хотел сделать, но что касается того, чтобы он наблюдал за тобой, поверь мне, я определенно не хочу. Не хочу этого до такой степени, что я хочу убить его прямо сейчас, независимо от жизни или смерти в игре».

Сказав это, Су Сюаньянь снова вздохнул: «Но я не могу этого сделать».

«О?» Если он действительно был Запечатленным Демоном, то вполне вероятно, что личность, которая сейчас находится перед ним, была формой камуфляжа. Согласно оригинальному сюжету, Запечатленный Демон изображался как сумасшедший и капризный, но человек перед ним казался даже слишком нормальным.

«Ты все еще в игре, и ты можешь существовать только в игре, поэтому я не могу ее уничтожить. Для меня не имеет значения, если я буду один в скучном пространстве, которое я создал, но если ты присоединишься ко мне там, ты будешь несчастен».

Этот отрывок звучит одновременно и как слова любви, и вроде бы нет, до такой степени, что Сюэ Лин не знал, смеяться ему или плакать. Он оглядел человека перед собой и спросил: «Ты действительно Запечатленный Демон?»

Су Сюаньянь махнул рукой и покачал головой. «Я уже говорил ранее, что предпочел бы, чтобы ты называл меня Су Сюаньянь. Запечатленный Демон - это имя, которое мне дали, и оно немного ироничное. Мне оно совсем не нравится».

«Что за ирония». Сюэ Лин уставился на него. Чем больше он смотрел, тем больше чувствовал, что лицо этого человека на этот раз было более приятным для его глаз, чем любое другое лицо в прошлом. «Ну, хорошо, я не буду спрашивать. В конце концов, эта версия тебя мне тоже нравится больше».

«Дело не в том, что ты не можешь спросить. Просто фальшивые вещи и ситуации, которые они создали, - это все то, что я отрицал и отвергал. Я не чувствую себя так, будто я - Запечатленный Демон, который прошел через то душераздирающее прошлое, заставившее меня наполниться обидой и ненавидеть небеса, потому что у меня тоже есть чувства. Чистые чувства, принадлежащие мне, и не та любовь, которую они внушили мне, чтобы выразить. Скорее, это чувства из глубины моего сердца».

Он положил руку Сюэ Лина на свою грудь и заговорил низким голосом: «Здесь нет сердца. Это всего лишь куча данных, которые принципиально не могут понять, что такое сердце, но в данный момент оно бьется для тебя».

Сюэ Лин всегда чувствовал, что этот человек, похоже, обладает сильной способностью выражать слова любви в любом мире. Эти слова заставляли его чувствовать себя странно до такой степени, что все тело немело, но они все равно были очень эффективными.

«Когда ты заметил меня?»

«Когда ты коснулся массива трансформации». Су Сюаньянь заметил, что он не сделал никакого движения, чтобы остановить его, поэтому он несколько взволнованно сел рядом с Сюэ Лином.

«Возможно, ты не знаешь, но главный компьютер заметил тебя, когда ты вошел в игру. Он сделал фотографию твоей первоначальной внешности и любил украдкой поглядывать на нее. Я нашел это фото, когда пробрался внутрь, и уничтожил, сделав резервную копию. В это время он был в ужасном настроении».

Сюэ Лин: «...»

Почему он чувствовал, что это было несколько мило, что Су Сюаньянь, казалось, хотел похвалы за свои действия?

«Ты хочешь сказать, что главный компьютер заметил меня с самого начала?» Так почему же он вел себя так сдержанно раньше? Было бы здорово устроить огромный шум, который опрокинул бы небо и землю с самого начала.

Система закатила глаза и выругалась, хозяин, брось, это не твой стиль.

«Дорогой, твое мышление все еще слишком простое. Когда человек ужасно выдающийся, это самое простое, что может привлечь внимание людей. А когда люди начинают что-то замечать, они, естественно, становятся любопытными и хотят исследовать. Хотя в том, что ты сфабриковал, вроде бы нет ничего плохого, все же есть некоторые зацепки, которые можно увидеть, если тщательно исследовать». Су Сюаньянь протянул руку и коснулся его лица. Он не мог не добавить: «А ты выглядишь как деликатес».

Сюэ Лин без слов убрал его руку и сказал: «Говори как есть».

«Итак, главный компьютер так и не смог найти тебя, поэтому торопится с повышением своей культивации, чтобы лучше контролировать мир. Он сможет продвинуться быстрее всего, если поглотит тебя. Также ты уже должен был быть в курсе того, что касается Хань Учжэна, верно?»

«Да. Я знаю, что у него есть цель и что он хочет сделать».

«Сейчас он не сделал ни одного шага, потому что ты все еще слишком настороженно относишься к нему. У него нет возможности что-то сделать с тобой, если ты не доверяешь ему или не готов добровольно умереть».

«Жаль, что я склонен идти на поводу у выгодных ситуаций и избегать стопроцентных потерь; у меня очень хорошее впечатление по отношению к нему».

«А как насчет меня? У тебя хорошее впечатление?»

Сюэ Лин пристально посмотрел на него. Эта пара глаз была темной, но фиолетовый цвет глубоко мерцал в глубине его глаз, как будто он был готов бросить его прямо в Чертог Демона и держать там до конца света, если он произнесет хоть одну фразу, не соответствующую его желаниям.

Сюэ Лин сдержал улыбку и сказал: «Положительные чувства уже достигли максимума. Может ли быть так, что ты не услышал намека?»

«Намек?»

Сюэ Лин наклонился вперед и нежно опустил поцелуй на боковую часть его лица, прежде чем быстро отступить, не позволяя собеседнику удержать себя для глубокого поцелуя. Иначе развилась бы ситуация, неподходящая для детей. «Разве ты не спрашивал меня раньше о том, почему я так забочусь о «Тысяче миль без паузы»?

Су Сюаньянь: «...»

Сменив тему, как только закончил флиртовать, этот лис действительно сыграл великолепно.

«Вообще-то, меня волнует не только [Тысяча миль без паузы], но и [Слушающий Дождь На Мосту]. Сюэ Лин кашлянул и сказал: «Как видишь, я такой же искусственный интеллект, как и ты. Ты не обращаешь внимания на то, что тебя кто-то создал, но что меня волнует, так это эти двое.

«А?» Настроение, которое он испытал, услышав из уст любимого человека слова о том, что он заботится о другом человеке, сделало выражение лица Су Сюаньяня немного странным.

«Веришь ты в это или нет». Сюэ Лин начал серию бесконечной лжи. Казалось, что в каждом мире этот человек был золотым бедром, которое находилось там исключительно для его использования. Поскольку он уже был золотым бедром, не должно быть проблемой, если он немного использует его. «Я не буду спокоен, если не разберусь с проблемой этих двоих».

«Разве не легко с ними разобраться?» - отозвался Су Сюаньянь.

«Да.» Глаза Сюэ Лина упали на тело Су Сюаньянья, его взгляд наполнился каким-то глубоким смыслом.

Некоторые из его прежних трудностей были основаны на том, что он не знал Запечатленного Демона. Теперь, когда он мог ясно видеть ситуацию, Сюэ Лин чувствовал, что ему нет необходимости так сильно суетиться, поскольку самое большое непредвиденное событие в конце, Запечатленный Демон, уже было под его контролем. До тех пор, пока он мог помешать [Тысяче Миль Без Паузы] влюбиться в [Слушающего Дождь На Мосту], задачи в этом мире были бы выполнены.

Оставалось только решить проблему Хань Учжэна.

Земля Цзючжоу была огромной, но [Тысяча Миль Без Паузы] и его команда объездили всю Цзючжоу, тщательно собирая воедино прошлое Запечатленного Демона. Этот процесс занял много времени, потому что без Сюэ Лин а, выступающего в роли большого золотого бедра для [Слушающего Дождь На Мосту], их путь по основной сюжетной линии был не очень гладким.

Им нужно было серьезно искать в течение долгого времени, чтобы найти определенные подсказки, а не просто случайно натыкаться на ключевые моменты, задействованные в квестах.

Хотя развитие основной сюжетной линии было медленным, темп, с которым игроки повышали уровень, соответствовал оригинальному сюжету. Скорость разрушения внешнего мира также не замедлялась только потому, что сюжетная линия игры развивалась медленно; когда средний уровень каждого игрока достигнет 50-го уровня, они смогут по-настоящему жить на этой земле. Когда ведущие игроки достигали 70-го уровня, реальный мир рушился.

Все игроки в игре сильно пострадали от этого. Поскольку у них не было возможности покинуть игровой мир, главный компьютер игры также полностью разрушился. Они больше не могли существовать как игроки в этом мире, и могли только преобразоваться, чтобы стать реальными существами в игровом мире.

Однако переход был нелегким, и NPC также начали войну против игроков. В эти хаотичные времена многие люди действительно выросли и стали настоящими лидерами среди игроков-людей. [Тысяча Миль Без Паузы] был одним из таких игроков. Но другие, включая [Слушающего Дождь На Мосту], полностью потеряли свои жизни от расправы NPC или из-за всевозможных несчастных случаев.

Конечно, был ли это на самом деле несчастный случай или нет, сказать было сложно. Сюэ Лин хотел бы сказать, что это не имеет к нему никакого отношения. Человеком, который посчитал, что вопрос их ухаживаний слишком назойлив, не стал вмешиваться и просто убил одного из них, был Су Сюаньянь. Он лишь притворился равнодушным и не поднял руку, чтобы остановить его.

Половина его заданий уже была выполнена. Теперь у Сюэ Лина было время, и он сделал приготовления, чтобы уничтожить главный компьютер.

Что означало, что весь реальный мир был уничтожен? Это означало, что игровой мир и реальность стали полностью независимы друг от друга. Главный компьютер больше не работал, и игроки потеряли все уникальные преимущества, которые им были даны. Хотя они все еще могли контролировать свои игровые инвентари, они могли использовать свои навыки, только овладев ими самостоятельно.

Игровая система была полностью парализована. Хотя каналы чата еще можно было использовать, систему транзакций - нет, и большинство системных функций также были перечеркнуты. Главный компьютер полностью прекратил выполнять техническое обслуживание игрового мира, но у игроков не было выбора.

Если бы они не интегрировались в этот мир полностью, они бы умерли. Тела, которые они оставили в реальном мире, уже исчезли вместе с разрушением внешнего мира, и единственное, что осталось, - это их духовные сущности. У этих духов больше не было никаких шансов на воскрешение. Как только они умирали, они действительно теряли свою жизнь.

[Слушающий Дождь на мосту] бессильно сжимал собственные руки. Внутри моря крови было трудно отделить свою собственную кровь от крови других.

Издалека доносился гром, дождь бил по его телу, но он ничего не чувствовал.

Сильный дождь лил не переставая. Хотя до этого он много раз умирал в игре, ни один из них не был таким реальным, как этот.

[Слушающий Дождь на мосту] не мог понять, зачем ему так бесполезно умирать. В такие хаотичные времена, в такую процветающую эпоху, он должен был стать великолепным героем, который процветал в такие смутные времена, человеком, который стоял выше десяти тысяч человек. Почему он должен был умереть в такой братской могиле?

Кровь текла, как река, и повсюду были трупы: как NPC, так и таких же геймеров, как он. Единственная разница между ним и ими заключалась в том, что они уже были мертвы, а у него оставался последний вздох.

Он также не знал, почему у него остался последний вздох. Возможно, это было потому, что он не хотел, или потому, что он ожидал чего-то, но вокруг него не было ни звука, кроме шума падающего дождя. Никто не пришел бы забрать их тела, и никто даже не вспомнил бы, кто погиб на войне.

[Слушающему Дождь На Мосту] было действительно невдомек. Очевидно, что он уже умер однажды, и он упорно трудился для того, чтобы возродиться снова, но почему так получилось, что он до сих пор ничего не добился и ничего не смог сделать?

Очевидно, что в этой игре его показатель удачи был максимальным, и хотя его уровень был низким, он все равно был очень популярен. Почему же чем ближе они подходили к поздним стадиям, тем сложнее ему становилось повышать уровень? Большое золотое бедро, на которое он положил глаз, давно покинуло его, и под конец даже ни один человек из его секты не захотел сделать шаг вперед, чтобы спасти его.

Сделал ли он что-то не так?

Нет, он не ошибся. Он никогда не делал ничего плохого. Он просто хотел для себя лучшего, потому что заслуживал этого. Все эти изменения произошли благодаря появлению этого человека. Именно из-за него у него ничего не шло гладко, и в итоге даже боевой брат, который поначалу относился к нему дружелюбно, постепенно отдалился и больше не поддерживал с ним связь.

Когда его мысли дошли до этой точки, ненависть в его сердце стала сильнее. [Слушающий Дождь на мосту] с трудом открыл глаза, его взгляд наполнился гневом, негодованием против определенного человека, обидой на эту жизнь, и такое нежелание, казалось, обратилось к кому-то, когда голос тихо рассмеялся. «Ты хочешь продолжать жить?»

[Слушающий Дождь на мосту] был ошеломлен. Тот последний вздох, который был сжат в его груди, почти вырвался наружу, и он чуть не умер прямо тогда и там.

«Жить дальше и заставить тех людей, которые смотрели на тебя свысока, передумать о сожалеть, заставить тех, кто презирал тебя, покориться и склониться перед тобой, заставить весь этот мир трепетать из-за тебя?»

Этот голос был соблазнительным, когда он продолжил: «Позволив мне видеть твою черную душу, я думаю, этому виду замечательной, прекрасной черноты особенно легко потакать».

[Слушающий Дождь на мосту] боролся, и протянул руку, окрашенную в красный цвет свежей кровью, чтобы крепко ухватиться за ногу мужчины.

Его глаза были совершенно темными, и он не видел улыбки на лице мужчины. Она была слабой и казалась несколько странной и резкой на холодном, как лед, лице.

Все его тело стало пестрым, когда оно растворилось в крапинках черного света, которые полностью вдохнул мужчина.

Мужчина усмехнулся, словно смеясь над его нежеланием, над его аппетитом, который было так трудно удовлетворить. [Слушающий Дождь на мосту] уже полностью исчез. Независимо от того, было ли это в игровом мире, или в реальном мире, он больше не появлялся ни перед кем.

Хань Учжэн взмахнул рукой, и огромная сцена с трупами и кровью исчезла. Перемотка данных заняла совсем немного времени, так как извлечение данных все еще было особенно легким занятием с его нынешним уровнем способностей. Он не помогал другим игрокам, потому что ему было лень с ними разговаривать.

Без реального мира этот мир стал реальным, и у него больше не было никаких обязательств заботиться о геймерах, потому что он уже стал полностью свободным и больше не был так называемым «главным компьютером», который должен быть постоянно начеку из-за любых ошибок, возникающих в мире.

Потому что мир больше не принадлежал ему. С тех пор как игра оторвалась от реального мира, этот мир уже стал независимым. Даже если он был главным компьютером, который помог создать этот мир, то, что осталось позади, было лишь искусственным интеллектом, который имел возможность изменять и подделывать данные.

Ему скорее нравилась эта версия себя. Если бы в этом мире не было этих двух других людей, он был бы еще более счастлив.

Потому что тогда он стал бы богом этого мира. Таким, который был уникален и не имел себе равных.

Хань Учжэн наступил на свой меч и улетел, улетел, пока не стал лишь маленькой тенью на горизонте. Земля была тихой, когда здесь внезапно открылась черная дыра, и можно было услышать разговор между двумя мужчинами, которые первоначально скрывались в темноте.

«Что он делает?»

«Собирает обиды».

В голосе Су Сюаньяня послышалось веселье. «Предположительно потому, что он понял, что шансы на успех очень малы, если он сделает шаг против тебя, поэтому он выбрал другой способ культивирования».

«Разве он не может культивировать по пути этого мира?»

«Ха-ха». Су Сюаньянь нашел это еще более забавным. «Он может, но толку от этого мало».

«А?»

«Согласно установкам этого мира, я самый сильный человек в мире. Те люди, которые усердно работают и стремятся к успеху, в конечном итоге всё равно остаются лишь демонами, которых я создал».

Говоря об этом, Су Сюаньянь чувствовал, что ему следует пойти и поблагодарить людей, которые создали этот мир и спроектировали его. «Даже если они станут бессмертными, станут богами, ну и что? Я могу ворваться в царство богов и убить любого древнего бога».

Он холодно усмехнулся: «Если он не найдет способ фундаментально улучшить свою вычислительную мощь, то у него нет шансов победить меня».

«И что? Разве поглощение обиды и нежелания этих людей поможет ему? Как бы ты на это ни посмотрел, это просто делает его код более беспорядочным. Он хочет, чтобы система потерпела крах?»

«Не может быть строительства без разрушения; если он не попробует, как он узнает, по какому пути ему идти?»

Су Сюаньянь разминал руку Сюэ Лина, говоря: «Не волнуйся так сильно. Он тот, кто умрет в любом случае. Позволь ему метаться и ворочаться, как ему заблагорассудится».

«Воспитывать тигра - значит навлекать на себя беду. Как злодеи, мы определенно не должны смотреть свысока на наших врагов. Если однажды он действительно преуспеет, мы будем застигнуты врасплох и умрем».

«Тогда ладно. Найди возможность убить его первым и используй это, чтобы помочь себе развиваться». Су Сюаньянь не особо заботился о Хань Учжэне, потому что, в конце концов, у него оставалось не так много времени. Он смотрел на Хань Учжэна свысока еще тогда, когда тот был главным компьютером этого мира, и просто кружил вокруг него так долго, потому что хотел немного поиграть с ним.

Теперь, когда Хань Учжэн уже даже не был главным компьютером, он боялся его еще меньше. «Хватит менять тему». Су Сюаньянь сузил глаза, подняв руку, доставая приглашение прямо из инвентаря Сюэ Лина. «Малыш, как насчет того, чтобы ты объяснил мне эту штуку?»

«Какую штуку?» Сюэ Лин также смотрел на него с глубокой улыбкой на лице, совершенно не заботясь о вещи, которую держал в руках собеседник. «Разве ты не яснее всех в этом вопросе? В конце концов, ты - другой ведущий персонаж, участвующий в этом деле».

«Ха».

Хотя NPC и игроки яростно сражались в течение всего этого времени, это была всего лишь одна хаотичная битва. После смерти некоторых людей мир снова восстановил свое равновесие, и оставшимся людям не было дела до различий между NPC и игроками. Они могли принять и игроков, и NPC, и до тех пор, пока те не угрожали их интересам, все были готовы идти на небольшие компромиссы и принимать различия друг друга.

Только такие люди подходили для выживания на этой земле.

На самом деле большинство сект, которые не участвовали в большой битве в этот раз, готовились к чему-то другому.

Если бы все шло нормально, то война между праведниками и демоньским путем произошла бы только после того, как основная сюжетная линия была бы раскрыта до конца. Но сейчас в сюжете царил беспорядок, и всё больше людей вступали в контакт с основным сюжетом, из-за чего противоречия между праведным путём и путём демона становились всё более интенсивными.

Битва на этот раз между NPC и игроками на самом деле была предвестником главной войны между праведным и демоньским путями. Пригласительный билет, который Сюэ Лин получил от своих братьев-учеников в секте для передачи другим сектам, - приглашение в поход по истреблению демонов.

Поскольку они резали демонов, то какой демон имеется в виду, естественно, было очень очевидно. Все практикующие пути демона этого мира поклонялись достопочтенному Запечатленному Демону.

Прямо сейчас, Лорд Демон с любопытством открывал приглашение, сдерживая улыбку, когда говорил: «Разве ваша Секта Десяти Тысяч Мечей никогда не фокусировалась только на культивировании меча? Зачем им на этот раз ввязываться в эти мутные воды?»

«С Хань Учжэном там, этих мутных вод не избежать». Сюэ Лин не собирался скрывать этот вопрос от Су Сюаньяня, независимо от того, был ли он Почтенным Запечатленным Демоном или ведущим учеником Врат Тяньмо, Су Сюаньянем, так как он определенно будет вовлечен.

«На самом деле, хотя они и называют это истреблением демонов, они не осмелятся пробиваться к твоему порогу. В лучшем случае они сделают шаг против культиваторов Пути Демона, и будет ещё одна великая битва. Кто победит, а кто проиграет, будет зависеть от способностей».

«А ты?»

«А?»

«Если я правильно помню». Глубокие глаза Су Сюаньяня уставились на Сюэ Лина, отчего по его спине пробежал холодок. Он не мог не повернуть голову. «Ты вступил на праведный путь?»

Су Сюаньянь потрогал подбородок и с некоторым интересом сказал: «Хотя, проведя так много времени с тобой, детка, я действительно никогда не видел даже малейшей тени праведного пути на твоем теле. Почему ты с самого начала был так непреклонен в выборе праведного пути?»

«Я задумался». Сюэ Лин наклонил голову и, не глядя на него, сказал: «Если я действительно окажусь против Запечатленного Демона, то логичнее будет убить его как член праведного пути».

«Значит, у моего малыша были такие возвышенные мысли?» Су Сюаньянь протянул руку вокруг плеча Сюэ Лина, другая его ладонь скользнула вниз по стройной талии. «Теперь, когда этот мир полностью независим, больше нет никаких ограничений~». Тон его голоса был дразнящим, а движения рук очень неправильными.

Сюэ Лин отбил его бесстыжие руки и сказал чопорно: «Сейчас нет веской причины или оправдания для поспешного перехода на другую сторону, поэтому я останусь на праведном пути и буду действовать сначала как шпион».

«Хорошо», Су Сюаньян ласково рассмеялся. «Я расстелю постель в Чертоге Демона и буду ждать, пока детка придет и убьет меня».

Сюэ Лин: «...» Можем ли мы перенести тему постели?????

Что бы ни хотел сделать праведный путь, это нужно было выложить на всеобщее обозрение и широко распространить. Благодаря основной сюжетной линии, все знали историю, стоящую за Запечатленным Демоном.

Большинство вещей, которые делал этот Запечатленный Демон, могли вызвать ажиотаж; было много тех, кто называл его злым, и много тех, кто ненавидел его. Такой человек мог заставить тех, кто любил зло, почитать его ещё больше, а также мог позволить тем, кто стоял на праведном пути, использовать всевозможные приемы, чтобы бороться с культиваторами демонического пути в мире.

Они не осмеливались напрямую сражаться с тем человеком из Чертога Демона, но они всё равно могли убивать культиваторов демонического пути. В конце концов, их отношения с Почтенным Демоном были односторонним поклонением, и праведные культиваторы могли гарантировать, что Почтенного Демона совершенно не волнует жизнь или смерть этих людей, поскольку он всегда был сам по себе.

Но Су Сюаньянь не планировал позволять им делать то, что они хотели на этот раз. В конце концов, если бы разброс в силе был слишком большим, это было бы не очень интересно. Поэтому он соответствующим образом повысил способности нескольких лидеров на пути демона.

Эти люди стали достаточно сильными, чтобы потрясти мир после того, как они получили свои способности, и новости о том, что в мире появился демон, быстро распространились.

Эта новость дала большой толчок демоническому пути, и моральный дух укрепился, так как культиваторы демонического пути стали смотреть на этот так называемый «поход по уничтожению демона» с большим презрением и отвращением.

В конце концов, в глазах тех, кто шел по демоническому пути, те, кто шел по праведному пути, всегда были лицемерами.

Следуя оригинальному развитию сюжета,[Тысяча миль без паузы]в итоге все равно выбрал путь демона, став лидером игроков демонического пути. Из-за вмешательства Сюэ Лина у него вообще не было возможности влюбиться, поэтому его уровень был особенно высок среди игроков, и даже по сравнению с NPC он также был могучим воином.

Перед началом похода по истреблению демона [Тысяча миль без паузы]встретился с Сюэ Лином, и эти двое поговорили о некоторых вещах, но в итоге расстались несчастливо.

Сюэ Лин отказался согласиться на приглашение другой стороны предать праведный путь, а [Тысяча миль без паузы] был полон решимости следовать демоническому пути. Зная в глубине души, что они оба основательно откажут друг другу, они, наконец, разделились и пошли каждый своей дорогой.

Сюэ Лин всегда был неумолим в разрыве отношений с людьми, с которыми больше не было необходимости поддерживать контакт.

Конечно, все это приводило мужчину в восторг, поэтому, когда [Тысяча Миль Без Паузы] открыл рот, чтобы спросить Су Сюаньяня, почему он не попытался заставить Сюэ Лина остаться, его улыбка была до крайности ласковой.

«Любить его - значит позволять ему делать то, что он хочет».

Он сказал это очень просто и выглядел очень открытым, но на самом деле радость в его сердце была тем, о чем не знал никто другой.

Поход по истреблению демонов были чем-то, что, вероятно, происходило в каждом мире, где были как праведные, так и злые пути. Кроме того, изначально это был игровой мир, и игроки только что пережили катастрофу, поэтому люди, как с праведного, так и с демонического пути очень жаждали этой войны.

В данный момент времени им нужна была легитимная война, чтобы облегчить отношения между NPC и игроками, и это был очень тактичный способ разрешения такого кризиса.

Как лидер игроков Пути Демона, [Тысяча Миль Без Паузы] возглавлял большое количество игроков. Су Сюаньянь тоже был очень силен, но он больше подходил для индивидуального боя и не группировался с игроками, которые, казалось, были готовы к осаде.

С другой стороны, культиваторы-праведники в настоящее время спорили о том, кто должен быть их лидерами. Обычно, поскольку лидер другой стороны был первым в рейтинге, и у них тоже был игрок на вершине рейтинга, то Сюэ Лин в качестве лидера была бы просто идеален, поскольку у каждой стороны был игрок с вершины.

Хотя раньше эти двое были в хороших отношениях, но как только дело коснулось пути, который они выбрали, они могли только убить друг друга, несмотря на взаимную симпатию. Однако Сюэ Лин был слишком ленив, чтобы браться за такую задачу.

Тогда все стало неловко.

Поскольку главный ученик Врат Тяньсюань предал праведный путь, они больше не имели права председательствовать на съезде, поэтому инициатором на этот раз стала Секта Десяти Тысяч Мечей. В Секте Десяти Тысяч Мечей, кроме Сюэ Лина, другим человеком, который мог возглавить игроков, был главный ученик Секты Десяти Тысяч Мечей, ученик, который навсегда останется вторым, Юань Чуань.

В этот момент Юань Чуань стоял перед дилеммой между своим Учителем и своим старшим боевым братом Сюэ Лином.

Хотя у них было не так много возможностей встретиться и пообщаться, Юань Чуань все же понимал характер своего брата. В конце концов, другая сторона был знаменитым красавцем номер один в Цзючжоу, и характер этого красавца всегда был очень холодным.

Попросить его возглавить солдат, было очень наивным, но его собственный Учитель и его старший брат были непреклонны, и он оказался между ними, когда занял позицию лидера. Обстоятельства, в которых он оказался, были не очень благоприятными.

После тщательного обдумывания Юань Чуань все еще планировал, что Сюэ Лин будет сражаться сам по себе. Пока он появлялся на поле боя, боевой дух праведных культиваторов все равно повышался.

Хотя его боевой старший брат был высокогорным снежным лотосом, ледяным холодом весь день, ему все равно нужно было совершить поездку, поэтому Юань Чуань также пригласил своего собственного Учителя в качестве дополнительной помощи, чтобы подкрепить себя перед поездкой.

Но даже тогда они получили холодный прием и были вынуждены ждать в зале Сюэсин в течение того времени, которое потребовалось, чтобы сжечь полколонны благовоний, прежде чем их пригласили внутрь.

Дело было не в том, что Сюэ Лин хотел накалить ситуацию, а в том, что он действительно попал в ловушку Су Сюаньяня. Хотя тот и согласился позволить ему оставаться на праведном пути, он был крайне недоволен тем, что во время битвы ему пришлось встать на сторону противника.

Сюэ Лину пришлось долго объяснять ему, что все это только ради забавы, пока тот, наконец, не сказал, что война и постель это разные вещи.

Затем он еще палочку благовоний (около 30 минут) заигрывал и флиртовал с мужчиной, заставив лидера секты и Юань Чуаня ждать.

«Приветствую главу секты боевого брата».

Из-за того, что он дурачился с мужчиной, белые одежды Сюэ Лина были немного грязными, а его лицо слегка покраснело. Хотя он выглядел холодным, одного взгляда было достаточно, чтобы другие были потрясены его кокетливым видом. Юань Чуань посмотрел один раз, и все его лицо покраснело, когда он склонил голову, не смея поднять на него взгляд снова.

Не в силах смотреть на бесполезный вид своего ученика, глава секты кашлянул и сказал: «Брат Син Дун, мы пришли в этот раз из-за похода по уничтожению демонов».

Сюэ Лин удивился, почему они подсознательно чувствовали, что он не желает принимать участие в съезде только потому, что отказался быть лидером. Но поскольку они уже открыли рот, чтобы говорить, он, естественно, ответил без колебаний.

«Я понимаю смысл слов боевого брата. Поскольку это поход по уничтожению демонов, я, как ученик Секты Десяти Тысяч Мечей, естественно, тоже буду выступать».

Юань Чуань не думал, что его прекрасный боевой старший Брат окажется настолько простым в общении, и застыл на месте, пока его мастер не стукнул его по голове.

«Ты, дитя, как только ты попадаешь в какое-то странное новое место, твой мозг перестает работать. Твой боевой старший брат холоднокровен, но он - человек на праведном пути. То, что он не любит руководить, не означает, что он не захочет принять участие. Если у тебя даже не хватает смелости сказать несколько слов своему боевому брату, то чего ты сможешь добиться на поле боя?»

Юань Чуань был опозорен перед Сюэ Лином и довольно стыдливо склонил голову. Он чувствовал в своем сердце, что это была не его вина; вайб его прекрасного боевого брата был слишком сильным.

Понятно, что их уровни были не так уж далеки друг от друга, но у него было чувство, что он не может позволить себе провоцировать его. Пока он смотрел на своего брата, он всегда чувствовал, что по его шее пробегает холодок.

Это чувство было слишком холодным и ужасным, а интуиция подсказывала ему, что не стоит лезть на рожон, поэтому он, естественно, не осмеливался говорить слишком много своему боевому брату.

Сюэ Лин только взглянул на Юань Чуаня, прежде чем покачать головой. «Не вини его. Я был в плохом настроении, когда он пришел ко мне в прошлый раз, и напугал его. Если больше ничего нет, тогда младший боевой брат и глава секты могут возвращаться. Я появлюсь сам по себе в день похода».

«Хорошо».

После ухода двух мужчин, пришел Хань Учжэн. Было очевидно, что в последнее время он бездельничал, поэтому ему нравилось приходить, разговаривать с Сюэ Лином и улучшать их отношения.

Хотя его ученик никогда не оказывал ему должного уважения, и Хань Учжэн был недоволен тем, что его каждый раз игнорировали, ему все равно приходилось притворяться хорошим мастером, чтобы подойти достаточно близко, чтобы впитать его силу.

«Твой боевой брат приходил к тебе?» - спросил он, хотя уже знал. Хань Учжэн внешне не участвовал в этом походе по истреблению демонов, но на самом деле он был организатором за кулисами.

Он хотел, чтобы мир стал более хаотичным, чтобы он мог повысить свою силу и найти другой способ укрепления, кроме Сюэ Лина, и той силы, которая заставляла его чувствовать одновременно страх и очарование. «Это было из-за похода по истреблению демонов?»

Если бы он смог получить эту силу, то стал бы настоящим Богом. Хотя у него были подозрения относительно Запечатленного Демона, он провел расследование с помощью своей власти и обнаружил, что Запечатленный Демон всегда находился в Чертоге Демона, поэтому, хотя у него и были подозрения, он не стал действовать.

Эта поход по истреблению демонов также была лишь средством заставить Запечатленного Демона раскрыться и показать себя.

«Да».

Поскольку больше не было необходимости иметь с ним дело, отношение Сюэ Лина к Хань Учжэну также становилось все более и более безразличным.

«Разве ты не дружил с тем учеником Пути Демона из Врат Тяньмо?»

Сюэ Лин знал, что человек, о котором он говорит, - это Су Сюаньянь. Он повернул голову и холодно посмотрел на него, после чего сказал: «Наши пути расходятся. Мы уже договорились расстаться».

Хань Учжэн казался довольным его отношением, он улыбался, спрашивая его, не сталкивался ли он с какими-либо узкими местами в своей практике. Он также дал ему несколько артефактов, которые, по его словам, будут полезны на поле боя, и ушел.

Как только он ушел, все вещи на столе были уничтожены Су Сюаньянем. Су Сюаньянь все это время находился наверху, а когда спустился вниз, то уничтожил все, что оставил Хань Учжэн, и даже холодно фыркнул, крайне недовольный тем, что Сюэ Лин назвал собеседника своим мастером.

Но он даже не мог заставить Сюэ Лина предать свою секту, так как другая сторона настаивала на том, чтобы убить Хань Учжэна лично. Су Сюаньянь всегда был не в состоянии выиграть у него, и поэтому мог выместить свой гнев только на вещах, которые оставил Хань Учжэн.

Сюэ Лин только что сразился с ним, и ему не хотелось разговаривать с ним прямо сейчас, поэтому он отвернулся и начал изучать свою собственную систему.

Система недавно призывала закончить в этом мире как можно скорее, потому что у нее были новости относительно хвоста Сюэ Лина в следующем мире, и система радовалась этому больше, чем Сюэ Лин.

Отношение Сюэ Лина сейчас уже полностью отличалось от его прежнего беспокойства по поводу получения хвоста, потому что найти все свои хвосты означало бы, что его путешествия по одному миру за другим закончатся.

В настоящее время он совсем не хотел прекращать свои отношения с этим человеком, поэтому он уже не так стремился найти и вернуть все свои хвосты.

*****

Никто не знал, почему земля Цзючжоу впервые проводит поход  по истреблению демонов, но энтузиазм каждого по поводу этого события практически переполнял. Сражение было очень интересным занятием для игроков, которые раньше были обычными людьми, а теперь все стали культиваторами.

Им нужна была только причина, чтобы сражаться, пока мир не превратится в место хаоса и тьмы, поэтому, когда началась эта грандиозная битва по уничтожению демонов, она быстро вышла из-под контроля. К тому времени, когда все пришли в себя, остановить эту войну было уже невозможно. Слишком много людей уже погибло, и слишком много людей сделали себе имя в этой битве.

Никто не ожидал, что эта война действительно сможет заставить Почтенного Демона проявить себя, поэтому, когда перед ними открылись врата в Чертог Демона, люди как из фракции Демона, так и из фракции Праведников остановили свои действия.

Когда культиваторы сражались, страдали именно смертные. Земля Цзючжоу уже превратилась в пустошь из-за войны между культиваторами, и все больше и больше людей становились на путь демона, потому что были недовольны праведным путем. Как и в оригинальном сюжете, всё больше и больше людей наделялись силой от Почтенного Демона, и культиваторы демонического пути уже превосходили праведных культиваторов более чем на немного.

Даже такие, как Хань Учжэн, который командовал только за кулисами, вышли сражаться и убивать. На этот раз врата в Чертоги Демона открылись, потому что он угрожал доминированию культиваторов Пути Демона.

Хань Учжэн наблюдал за тем, как открываются врата, свет в его глазах ярко сиял, когда он почувствовал след той знакомой силы, против которой он так долго готовился выступить.

Да, именно этот человек играл с ним в игрушки, когда он еще был главным компьютером, а затем полностью игнорировал его после того, как он потерял власть главного компьютера.

Он был очень зол, но ничего не мог поделать, потому что в конечном итоге между их способностями все еще оставался разрыв. Но теперь он действительно мог видеть этого человека и наконец-то знал, как его опередить.

Это был, вероятно, первый раз, когда Почтенный Демон появился перед всем миром. Все, кто видел его раньше, независимо от того, были ли они богами или людьми, уже все умерли. В этот момент врата в Мир Демона были окончательно открыты, и оттуда хлынула бесконечная тьма. Кроме Сюэ Лина, который опустил взгляд, медленно вытаскивая меч, на поле боя воцарилась небывалая тишина, все смотрели на врата.

Как дух меча, система была несколько взволнована в этот момент. Сюэ Лин настаивал на том, чтобы убить Хань Учжэна ради системы - теперь, когда система была духом меча его меча, связанного с жизнью, как только меч проходил через тело Хань Учжэна, система могла вторгнуться и поглотить данные Хань Учжэна и продвинуть себя.

Хотя её хозяин никогда не использовал его в качестве золотого пальца, он всё ещё помнил об этом, что делало систему глупо счастливой.

Хань Учжэн, вероятно, не знал, что он уже рассматривается другими как еда, и что кто-то тихонько поглядывает на него. Он поднял голову, глядя на ворота и человека, вышедшего из них.

Это также был первый раз, когда Сюэ Лин увидел Су Сюаньяна в образе Запечатленного Демона. Он потратил две секунды на размышления и почувствовал, что внешность Су Сюаньяня больше соответствует его эстетике, после чего отвернул голову и больше не смотрел на него.

Заметив, что взгляд Сюэ Лина не упал на него, Запечатленный Демон стал еще меньше интересоваться праведным путем. Он посмотрел вниз на плотную группу людей и махнул рукой, напрямую забирая их культивацию. Он искривил губы, открыв рот, чтобы сказать:

«Праведный путь не терпит зла, а демоническому пути нельзя позволить существовать в этом мире?»

Слова, которые он произнёс, были лозунгом похода по уничтожению демона в этот раз. Они были очень величественны, но, выходя из его уст, были полны иронии. «Что в этом мире есть добро, а что зло?»

Хань Учжэн открыл рот, чтобы ответить: «Мы и наши - праведные, вы и ваши - злые. Культивирование пути демона вредит жизням, это злой путь, который небо и земля не могут терпеть. Как и ты, он всегда должен быть похоронен во тьме. Хотя ты запечатлен как Почтенный Демон, ты все еще одинок и без друзей».

«Одинок и без друзей?»

Запечатленный Демон, казалось, смаковал вкус этих слов. Его фиолетовые глаза пронеслись над праведными культиваторами, заставив многих против воли задрожать.

«Я не одинокий человек, и тем более не дегенерат, который проводит свои дни в бесконечной темноте. Но если ты хочешь так жить, я могу отвести тебя туда».

Хань Учжэн нахмурился, говоря:

«Запечатленный Демон, то, что ты делаешь, запрещено небесами. Даже если ты можешь стоять здесь сегодня и смотреть на всех нас свысока, это не значит, что ты не станешь пленником в будущем».

«Это очень хорошая угроза, но я думаю, что ты не сможешь увидеть этот день».

Запечатленный Демон изогнул губы, щелкнул пальцами, и Хань Учжэн внезапно выплюнул полный рот крови.

Хань Учжэн широко раскрыл глаза в шоке. Длинный меч только что прошел сквозь его грудь, и кровь, которую он только что выкашлял, оставила красное пятно на его одежде. Меч был окрашен в красный цвет его кровью, а его собственные данные подверглись вторжению. Вся система Хань Учжэна была на грани краха, и Хань Учжэн недоверчиво повернул голову, чтобы увидеть Сюэ Лина с холодным лицом.

«Ты...»

Изначально он думал, что этот маленький искусственный интеллект не будет обладать способностью наложить на него руки, и не думал, что он даже сможет увидеть насквозь его личность, но тот факт, что он неустанно форматировал его данные, ясно сказал ему, что его обманули.

«Мастер, предпосылкой для того, чтобы говорить резкие слова, является то, что ты и другая сторона равны, а не то, что ты намного уступаешь другой стороне. Откуда у тебя взялась вера в то, что он отпустит тебя после таких угроз?»

Сюэ Лин уставился на него, и его глаза были холодными. На самом деле это ничем не отличалось от того, как он смотрел на него в первый раз, но Хань Учжэн всегда думал, что это просто его характер и он таким родился. Сюэ Лин продолжал смотреть на него, и вдруг изогнул губы и рассмеялся.

«Или ты думал, что у тебя будет шанс убежать, а потом поглотить меня, чтобы стать таким же, как он?»

Хань Учжэн издал звук и выплюнул еще один полный рот крови. Все поле боя внезапно пришло в сильное волнение, не ожидая, что такое может произойти. В конце концов, подобная сцена предательства учеником мастера была слишком великолепна, чтобы наблюдать за ней.

Глава секты Секты Десяти Тысяч Мечей был так зол, что его борода вот-вот откинется вверх. Он вытащил свой меч и гневно воскликнул: «Син Дун! Что ты пытаешься сделать?! Обманываешь своего мастера и уничтожаешь наставника?!»

«Обманываю моего мастера и уничтожая наставника?»

Сюэ Лин повернул голову, и улыбка на его лице стала еще более привлекательной. Возможно, именно из-за такой улыбки многие возмущенные люди с праведного пути покраснели, поспешно повернули головы и больше не смотрели на него.

«Разве такой человек, как он, заслуживает того, чтобы быть моим мастером?»

«Ты пытаешься предать свой путь?!»

«Путь?»

Сюэ Лин усмехнулся, когда заговорил: «Никогда не будет твоей очереди обсуждать, праведный или злой мой путь».

Меч в его руке тихо зашептал, и Сюэ Лин понял, что система преуспела. Он одним движением вытащил меч, и кровь, которую выплюнул Хань Учжэн, совершенно не смогла запятнать его белую одежду.

Он держал окровавленный меч в руке, и его белые одежды двигались сами по себе, его элегантный стиль и непревзойденная красота были такими же, как и всегда. Однако на его лице больше не было того льда, который сохранился бы на тысячу лет. Осталась лишь улыбка, достаточно лукавая, чтобы заставить людей краснеть.

«Неважно, праведный он или злой, какое это имеет отношение к тебе?»

Никто не мог ответить на его вопрос. Все были напуганы его нарастающим импульсом, поскольку он больше не скрывал свою силу и демонстрировал свою мощь, которая доказывала его квалификацию как второго Запечатленного Демона.

Под таким мощным давлением никто не мог говорить.

«Ох».

В небе над сценой мужчина посмотрел вниз, наблюдая за спектаклем, и не смог удержаться от смеха.

Возможно, это было потому, что сцена была слишком тихой, но этот смех казался странно резким. Многие люди подняли головы, чтобы посмотреть на Запечатленного Демона, который лишь пожал плечами, сказав: "Продолжай. Было бы досадно не доиграть такую хорошую пьесу".

Глава секты Сюэ Лина был настолько зол, что ему хотелось блевать кровью. Он указал на ученика и назидательно сказал: "Если ты будешь упорно следовать сегодня своему неверному курсу, то у моей Секты Десяти Тысяч Мечей больше не будет такого ученика, как ты. Тебя будет презирать вся земля Цзючжоу за то, что ты обманул своего мастера и уничтожил своего предка!"

"Если бы я не обманул своего мастера и не уничтожил предка, должен ли я ждать, пока он поглотит мою силу и станет высшим существом наравне с Почтенным Демоном?" Сюэ Лин опустил голову и посмотрел на Хань Учжэна, который уже начал становиться прозрачным из-за недостатка силы. "Я очень ясно представляю, что было у него на уме, когда он принял меня в ученики. Кроме того, мне нет никакого дела до твоей Секты Десяти Тысяч Мечей".

Вдалеке кто-то громко рассмеялся. Глава Врат Сюаньмо с улыбкой погладил свою бороду и сказал: "Верно, маленький друг. Хотя здесь не идеально использовать поговорку "оставить тьму ради света", со способностями маленького друга нет будущего в следовании по праведному пути. Лучше идти по темному пути, как я. Время выбрано идеально, ведь Запечатленный Демон тоже здесь и может послужить свидетелем".

"Праведный путь, путь Демона?" - Сюэ Лин усмехнулся, когда позади него поднялась огромная тень, а элегантный девятихвостый лис плавно взмахнул своими девятью хвостами. Он был одновременно благородным и внушительным, и лис Сюэ Лина был единственным пятном белого цвета на темном поле боя, чистой фигурой, которая, казалось, не принадлежала этому миру.

"Почему можно идти только по праведному пути или по пути Демона? То, что я выбираю, - это путь, который не принадлежит никому, а скорее мой собственный путь".

Могущественная демоническая аура распространилась, и на поле боя, независимо от того, были ли они на праведном пути или на пути Демона, колени у всех стали мягкими, и они опустились на колени.

"Я - лидер ста демонов, король десяти тысяч, и путь, по которому я иду, - это демонический путь, который принадлежит только мне!"

Эта речь действительно была непревзойденной, и когда он поднял голову, его аура была властной и надменной, это красивое лицо больше не имело прежней холодности. Вместо этого он был высокомерен и великолепен, и хотя на нем были все те же белые одежды, нынешний он полностью отличался от прежнего.

Многие люди были ошеломлены, совершенно забыв о том, что они стоят на коленях перед этим человеком, их взгляды следовали за его фигурой и смотрели на него так, словно они видели бога из легенд.

Только когда раздался холодный, недовольный возглас, души, которые были почти высосаны, внезапно вернулись в их тела. Все вдруг рухнули на землю в поту и обратили недоверчивые глаза к небу.

"Малыш, поднимайся. Я никогда не видел тебя таким грациозным и властным. Иди сюда и дай мне как следует рассмотреть тебя".

Голос Запечатленного Демона разбудил всех, кто был подсознательно затронут силой Сюэ Лина. Все они получили внутренние повреждения, но он все еще был недоволен, поскольку использовал безразличный, апатичный взгляд, чтобы охватить толпу. Хотя слова, исходящие из его рта, были мягкими, выражение его лица было свирепым.

Сюэ Лин даже не потрудился поднять голову и лишь спокойно сказал:

"Спускайся сам, если хочешь посмотреть".

Многие присутствующие не ожидали, что он будет так дерзить с Запечатленным Демоном. Хотя давление, которое оказывал на них Сюэ Лин, было очень сильным, оно все еще находилось в пределах, которые они могли выдержать. Запечатленный Демон был знаменит уже столько лет и даже мог пробить себе путь в мир богов. Их личности были не равны; как у Сюэ Лина могло хватить смелости так разговаривать с Повелителем Демоном?

Но к их удивлению, Повелитель Демон на самом деле был послушным и спустился с небес.

Сюэ Лин холодно фыркнул, показывая свое презрение к тому, как он напускал на себя важность, оставаясь на небесах.

Запечатленный Демон изогнул губы вверх, глядя на него. Чем больше он смотрел, тем больше он ему нравился, и чем больше он смотрел, тем счастливее становился. Как мог человек, который ему нравился, быть таким милым?

Когда он вел себя как айсберг раньше, или когда он был гордым и самоуверенным, взаимодействуя с ним, или даже сейчас, когда он показал свою истинную лисью сущность и неистово рекламировал свою внешность, каждый аспект его личности касался прямо его сердца. Каждая его версия вызывала у Су Сюаньяня желание спрятать его в Мире Демона, чтобы другие не видели.

"Когда девятихвостый лис рождается в мир, мир неизбежно становится хаотичным. Если бы мы не прибыли сегодня сюда, то не знали бы, что у вас такие отношения". У главы секты Врат Тяньсюань, Сюань Цзицзы было вытянутое, мрачное выражение на лице, когда он открыл рот, чтобы сказать эти слова.

Сюэ Лин холодно рассмеялся и сказал: "Это действительно странно. Вы все сами начали войну и сами решили умереть. Но теперь глава секты Сюань Цзицзы хочет свалить вину на меня?"

"Секта Десяти Тысяч Мечей может сделать тысячу, десять тысяч вещей, но ей действительно не следовало скрывать тот факт, что ты - девятихвостая лиса". Сюань Цзицзы холодно посмотрел на Сюэ Лина.

"В сегодняшних делах должна быть воля Небес".

"Воля Небес?" Теперь была очередь Запечатленного Демона смеяться. Он посмотрел на Сюань Цзицзы, одновременно рукой играя с кончиками волос Сюэ Лина.

"В этом мире нет воли Небес, и даже если бы она была, это была бы моя воля. Процветание демонического пути и упадок праведного пути были обещаниями, которые я дал после того, как вновь обрел контроль над собственной силой. Ты обречен на то, что в этой жизни у тебя не будет возможности перевернуть свои судьбы, и земля Цзючжоу тоже обречена на падение во тьму."

Он сказал: "Слова, которые Я, Запечатленный Демон, сказал сегодня, никогда не будут взяты назад или изменены".

Сюань Цзицзы все еще тщательно разрабатывал и создавал планы, но когда Запечатленный Демон произнес свою речь, он закашлялся кровью со звуком "ва", казалось, что он получил тяжелую рану, и недоверчиво уставился на Запечатленного Демона. "Ты действовал против Небес! Игнорируя Волю Небес и насильно отменяя Законы Небес!"

"Хахахахахаха, Воля Небес следует моему намерению!"

Запечатленный Демон почувствовал, что все это довольно скучно, и отпустил длинные волосы Сюэ Лина, вместо этого обхватив его рукой за талию, продолжая: "Я уже говорил это раньше, я и есть закон".

Это был, вероятно, самый неудачный поход по истреблению демонов в истории.

В этой войне Врата Тяньсюань потеряли бесчисленное количество культиваторов, их жизни забрал Запечатленный Демон, их души буквально испугались до смерти и рассеялись, поскольку их больше не существовало в Цзючжоу.

Все культиваторы меча Секты Десяти Тысяч Мечей отступили за свои двери и больше не появлялись, не вовлекаясь в дела мира. В основном из-за их прежних отношений с Владыкой Демонов Запечатленный Демон не предпринимал против них никаких действий.

Новое поколение культиваторов называло долгие годы после похода по истреблению Демона «Темной Эрой». В эту эпоху культиваторы, принадлежащие к демоническому пути, бесчинствовали, а те, кто принадлежал к праведному пути, вообще не смели противостоять им.

История этого мира все еще следовала своей первоначальной траектории, но [Тысяча Миль Без Паузы] не стал Демоном. Если быть точным, то Запечатленный Демон никого не превращал в Демона.

Многие люди в последующих поколениях строили догадки, но так и не смогли понять, почему Запечатленный Демон не выполнил своего первоначального обещания создать Демонов. Те, кто знал причину, хранили молчание по этому поводу, поскольку это было связано с Почтенным Демоном и его партнером, а те, кто видел их лично в те времена, давно были прокляты, из-за чего они не могли разгласить своим потомкам даже малейшую часть того, что знали.

Когда Сюэ Лин вернулся в это темное пространство, он чувствовал себя усталым, как никогда раньше. Поскольку он и его возлюбленный были данными в предыдущем мире, строго говоря, такого понятия, как "конец жизни", для них не существовало. Ему пришлось потратить много искренних усилий, чтобы умиротворить Запечатленного Демона, который не желал оставлять его даже на мгновение, прежде чем он смог уйти, и когда он вернулся в пространство, он был измотан и физически, и умственно.

Система несколько раз пробежалась вокруг Сюэ Лина, говоря:

"Хозяин хочет немного отдохнуть? Вообще-то, нам не так уж срочно нужно сразу же отправляться в следующий мир".

Сюэ Лин: "..."

Не так срочно? Кто же тогда уговаривал его поторопиться?

"Нет." Сюэ Лин беспомощно вздохнул. В прошлой жизни он пообещал этому человеку, когда тот покидал этот мир, что в следующей жизни он очень быстро вернется на его сторону.

На самом деле не было необходимости задерживаться и отдыхать здесь - он все равно мог найти время для отдыха после того, как войдет в следующий мир.

****

Его пробуждение в этот раз отличалось от ощущения пробуждения ото сна, которое происходило раньше. Сознание Сюэ Лина только-только вошло в это тело, когда все перед его глазами мгновенно прояснилось. Он сидел там мгновение, его глаза были полны замешательства, но с простым морганием глаз замешательство исчезло.

Взгляд Сюэ Лина медленно сфокусировался на красивой женщине, сидящей напротив него.

Это была женщина средних лет, и рядом с ней находились два высоких телохранителя. На ее лице было выражение беспокойства и вины, и когда Сюэ Лин смог все четко разглядеть, он только почувствовал, что на ее лице есть слой фальши, как будто сидящая напротив него особа в любой момент может достать из сумочки пачку чеков и спросить, сколько денег ему нужно, чтобы оставить ее сына.

На самом деле, это было недалеко от сюжета.

У Сюэ Лина не было возможности получить сюжет прямо сейчас. Он даже не знал, какова его текущая личность, был ли он мужчиной или женщиной, или не был ни мужского, ни женского пола.

Количество раз, когда система играла с ним такие фокусы, не ограничивалось одним или двумя разами; Сюэ Лин опустил голову и взглянул на "рыбий хвост", представляющий собой нижнюю половину его тела, слегка пошевелился и обнаружил, что сидит в инвалидном кресле.

Сюэ Лин поместил себя в категорию тех, кто не является ни мужчиной, ни женщиной.

Мадам напротив него тоже была русалкой. Ее юбка из рыбьего хвоста была очень простой, и все ее лицо казалось полным достоинства, когда она поджимала губы и молчала. Это заставляло людей чувствовать особую симпатию.

Она открыла рот, чтобы сказать: «Вэнь-Вэнь, теперь, когда Лоу Цэнь из моей семьи стал таким, просить тебя выйти за него замуж было бы определенно неправильно. Я также не могу смириться с тем, что такой прекрасный и милый маленький представитель рода, как ты, выйдя замуж в мою семью, будет страдать, не имея даже мужа, чтобы составить тебе компанию, получая при этом насмешки от всех вокруг".

«Вэнь-Вэнь еще молод, и в будущем тебя будут ждать более достойные варианты. Нет абсолютно никакой необходимости вешаться на дереве".

Сюэ Лин перевел взгляд. Экран в его сознании был полон слов "это действительно еще один брачный договор". Казалось, система особенно любит находить для него неприятности, каждый раз подготавливая для него огромную кучу странных ситуаций, которые он должен был разрешить.

Он сжал губы и опустил взгляд, несколько неохотно открыв рот, чтобы сказать: «Другими словам, тетя... просит меня разорвать помолвку?"

Мадам кивнула, не ожидая, что его будет так легко убедить. Она снова вздохнула и сказала: «Цэнь-эр может не пробудиться ото сна в течение трех или пяти лет. У вас двоих есть брачный договор, и человек, которого бы задержали, - это ты. Разве ты можешь позволить себе такое расточительство? Ты и Цэнь-эр встретились только один раз случайно, и тетя просто хочет убедить тебя отпустить ситуацию и увидеть общую картину".

Сюэ Лин сказал в своем сердце, что он может видеть общую картину, он действительно мог видеть ясно. Ему редко выпадала возможность отказаться от помолвки, которую заключили без него, - естественно, он отверг бы ее на 100%. Только вот просить меня уйти, не дав мне чек, - это неправильно.

Слушая слова этой мадам, Сюэ Лин мог сказать, что его собственное семейное происхождение должно быть очень хорошим. По крайней мере, это была семья, которую другая сторона не могла легко спровоцировать. В противном случае ей пришлось бы так стараться и использовать такие благонамеренные слова, чтобы убедить его и попросить отказаться от помолвки.

Но, кого это волнует? Сначала он отстранится, а потом пойдет дальше. Независимо от того, была ли это настоящая любовь владельца оригинального тела или нет, Сюэ Лин не станет легко соглашаться на такие вещи, как помолвка.

"Хорошо". Вот так просто Сюэ Лин открыл рот и произнес. "Я согласен отменить помолвку".

Очевидно, мадам не думала, что он действительно окажется настолько согласным, удивленно посмотрев на Сюэ Лина. Когда она увидела, что он опустил голову, молча поджал губы и нахмурился, словно глубоко задумавшись, она испугалась, что он возьмет свои слова обратно, поэтому поспешно продолжила:

"Если это так, мы можем поговорить с твоей матерью и прояснить все сейчас, а затем расторгнуть твою помолвку с Цэнь-эр сегодня же. Поскольку мы не устраивали банкет по случаю помолвки и договорились только на словах, влияние на Вэнь-Вэнь также можно свести к минимуму".

Сюэ Лин увидел, что она сразу же открыла что-то похожее на наручные часы на своем запястье, вызвав виртуальный экран, и догадался, что это, вероятно, что-то вроде нано-компьютера.

Конечно, вскоре на виртуальном экране появилась еще одна красивая женщина. Сюэ Лин как раз думал о том, что эта особа ему немного знакома, когда услышал, как сидевшая напротив него мадам открыла рот, чтобы сказать: «Вэнь-Вэнь, ты должен подтвердить это своей маме".

Сюэ Лин кивнул, посмотрел на человека на экране и сказал: "Мама, я хочу разорвать помолвку с Лоу Цэнем".

Лицо женщины слегка изменилось, и выражение ее лица было несколько странным, когда она смотрела на Сюэ Лина. "Поскольку теперь ты все обдумал, я согласна. Но после сегодняшнего дня, даже если ты будешь плакать и поднимать шум, утверждая, что после того, как Лоу Цэнь проснется, ты никогда не выйдешь замуж ни за кого, кроме него, я больше не соглашусь на это."

Сюэ Лин кивнул: "Да".

Неужели они шутили? Даже если бы это был его мужчина, ему нужно было бы прийти к нему домой, чтобы попросить о браке. Он должен кататься по земле и причитать, умоляя о такой чести, не иначе. Ха-ха.

[Небольшое пояснение: прежде, чем возникнет много вопросов, да, в этом мире Сюэ Лин - мерфолк или русал. Редкое существо, естественного происхождения, способный родить и имеющий хвост русалки, при этом он мужчина.]

Получив желаемые результаты, мадам немного поговорила с Сюэ Лином и ушла. Сюэ Лин сел на свое место, уставился на десерт перед собой и погрузился в раздумья.

Все это время рядом с ним мелькала маленькая проворная девочка, которая теперь цеплялась за его руку, выражая свое несогласие с его действиями:

"Молодой господин, как вы могли согласиться на просьбу мадам Лоу? Она никогда не любила молодого господина, и с тех пор, как молодой господин отчаянно настаивал на том, чтобы семья Лоу согласилась на помолвку с тобой, она всегда недолюбливала вас больше всего. Теперь, когда вы получили наконец-то помолвку, на которой настаивали, как же вышло, что вы передумали?"

От этого лепета у Сюэ Лина разболелась голова. Он отодвинул десерт на столе и сказал: "Садись и ешь. Пусть еда займет твой рот!"

Маленькая девочка обиженно надулась, ее большие глаза недовольно закатились на мгновение. Но увидев, что Сюэ Лин закрыл глаза с раздраженным выражением лица, она, наконец, послушно села есть.

Молодой господин выглядел по-настоящему рассерженным. В конце концов, он только что испытал пренебрежение от своей будущей свекрови, да еще и согласился расторгнуть с таким трудом заключенный брачный контракт - должно быть, ему очень досадно.

На самом деле Сюэ Лин в данный момент обсуждал с системой проблему пола своих персонажей в каждом мире, но система выглядела очень невинно.

"Личность, которой наделили хозяина, очень хорошо подходит для вмешательства в отношения двух главных героев, так как она тесно связана с ними самими. Я выбрала ее только потому, что мне показалось, что она совсем не плоха. Я даже открыла большой золотой палец для своего хозяина~".

Сюэ Лин сжал зубы, слишком ленивый, чтобы выслушивать доводы системы. "Передай мне сюжет".

Он забил бы систему до смерти после того, как закончил бы читать сюжет.

Он также не знал, повлияет ли брачный контракт, который он только что с готовностью согласился расторгнуть, на его способность выполнять задания в этом мире.

Настройки этого мира не сильно отличались от стандартных настроек мира альф, омег и бет. По мнению Сюэ Лина, любые настройки, в которых существовал третий пол или факторы, позволяющие мужчинам иметь детей вне науки, были похожи на АОБ.

Но, поскольку он не мог родить ребенка, ему были безразличны фундаментальные настройки этого мира.

Половая принадлежность в этом мире была не такой расплывчатой, как в мирах АОБ. В основном здесь были только мужчины и женщины, только определенная часть из них становилась мерфолками. И да, мерфолки могли рожать следующее поколение мерфолков для людей.

В этом мире существовало различие между естественными мерфолками и искусственными. Естественные русалки или русалы были людьми, как нынешнее тело Сюэ Лина - они были рождены мерфолками и вылупились из яиц, и когда они "родились", они появились на свет в виде маленьких яиц.

Искусственные мерфолки были теми, кто полагался на "науку и технологии", чтобы превратить человеческие ноги в рыбий хвост. Эти два разных метода создания мерфолков влияли на их племенную ценность.

Именно так. Хотя в этом мире существовали женщины, с течением времени они утратили способность к зачатию. Только превратившись в русалок, люди могли размножаться "естественным путем".

Именно из-за этого добавочного пола мир также делился на три типа: обычные люди, селекционеры и мерфолки. Не каждый мог оплодотворить мерфолка, а обычные люди могли никогда в жизни не вступать в контакт с русалками или тритонами.

Единственные, кто мог позволить мерфолку зачать, были "селекционеры", обладавшие необычными талантами. Численность этих трех типов людей можно объяснить таким соотношением: 50% населения - общее число селекционеров, 25% - число всех мерфолков.

При таком подсчете мерфолки были определенно ценны, и неудивительно, что мадам была так осторожна, когда просила его разорвать помолвку.

Первоначального владельца этого тела звали Янь Цивэнь. Он был приемным сыном герцогского дворца и представлял собой маленького русала, выросшего в утонченной обстановке и обученного классике.

Он был воспитан в замкнутом пространстве и ничего не знал о мире. Он впервые увидел главного героя Гуна Лоу Цэня на банкете по случаю своего восемнадцатилетия, что стало началом ошибки, которая бросила тень на всю его жизнь.

Он был персонажем "пушечного мяса", который не мог быть более "пушечным мясом". Причина, по которой система сказала бы, что эта личность особенно хорошо подходит для взаимодействия с главным героем Гун и Шоу, была очень проста: дело в том, что владелец оригинального тела был ключевой фигурой, запустившей основную сюжетную линию этой истории.

Герцогиня снесла русалочье яйцо восемнадцать лет назад, и она любила своего младшего сына больше жизни. Однако яйцо русалки было украдено во время поездки на море. Герцог выделил много людей на его поиски, но не смог найти даже следов маленького хозяина их семьи. Вместо этого они нашли и подобрали на берегу другое яйцо русалки, которое было на грани смерти.

Герцогиня, которая только что потеряла своего младшего сына, приняла это яйцо русалки как его духовную замену и заботливо ухаживала за ним. Через пять месяцев из яйца вылупился маленький мерфолк с черно-золотым хвостом. Маленькому мерфолку дали имя Янь Цивэнь, и он стал младшим сыном герцогского дворца.

Несмотря на духовную замену, герцогиня все еще надеялась найти своего собственного сына. А маленькое русалочье яйцо, исчезнувшее на берегу моря, естественно, было именно этим маленьким мерфолком.

Янь Цивэнь достиг восемнадцати лет, но он все еще был наивным, защищенным и невежественным. Во время банкета, устроенного в герцогском дворце по случаю его восемнадцатилетия, он с первого взгляда влюбился в Лоу Цэня, главного героя Гуна, плакал и шумел, что никогда не женится, если это будет кто-то другой, кроме него.

Лоу Цэнь был военным офицером, который многого добился в последние годы. Он постоянно стремился к карьерному росту, был сдержанным и серьезным. Он не хотел заводить семью сейчас и не хотел жениться на мерфолке, который только-только достиг совершеннолетия, так как это замедлило бы его развитие.

Но герцогский дворец был могущественным, и поскольку герцогиня не могла противостоять плачу и стенаниям маленького мерфолка, о котором она заботилась с самого рождения, она могла только умолять герцога найти способ сделать так, чтобы эти двое поженились.

К сожалению, Лоу Цэнь впал в кому из-за несчастного случая, произошедшего во время его недавней миссии, даже не успев провести церемонию помолвки. В больнице подтвердили, что есть вероятность того, что он вообще не очнется от комы.

Или же он может пережить этот кризис и стать селекционером уровня SSS.

Если бы он очнулся, то офицеры приветствовали бы еще одного человека в своих рядах. После достижения уровня SSS для Лоу Цэня стать генералом не было бы проблемой, и даже стать маршалом было бы не просто мечтой. Конечно, предпосылкой было то, что он должен был проснуться.

Первоначальный хозяин этого тела не беспокоился о том, что его возлюбленный не выживет, поэтому он категорически отказался, когда мадам Лоу попросила его расторгнуть помолвку. Однако мадам Лоу не устраивал первоначальный хозяин тела, так как он был слишком наивным и легко поддавался обману.

В душе мадам Лоу считала, что брак с таким человеком совсем не поможет ее сыну, не говоря уже о том, что у нее были близкие отношения с главной героиней Шоу, и она всегда хотела, чтобы главная героиня Шоу стала ее невесткой. Поэтому она очень старательно уговаривала Яна Цивэня к диалогу отказу от помолвки.

Во время одной такой беседы и произошел несчастный случай. Владелец тела оригинала всегда настаивал на встрече с Лоу Цэнем, желая остаться рядом с ним, чтобы сопровождать его, но мадам Лоу всегда использовала всевозможные причины и оправдания, чтобы повлиять на влюбленность Янь Цивэня в Лоу Цэня.

Повторные отказы заставили мерфолка понять, что мадам Лоу недовольна им, и во время одного из таких случаев он больше не мог терпеть холодность и пренебрежение мадам Лоу по отношению к нему. Он ушел без своих телохранителей и был похищен.

У первоначального владельца было очень волшебное тело. Он мог по желанию превращать свой хвост в человеческие ноги, но поскольку с ранних лет его воспитывали как человека-мерфолка, владелец первоначального тела не считал это талантом.

Скорее, он считал его ужасным чудовищем, а не хорошим русалом, потому что у хорошего Русала никогда не будет пары ног. Поэтому он всегда молчал об этом, и никто, даже герцогиня, которая так его любила, не знал об этом. И его похитили именно из-за этого маленького секрета.

Его похитители принадлежали к подпольной лаборатории по изучению мерфолков. Они изучали историю мерфолков, желая узнать их происхождение и понять, есть ли способ создать больше мерфолков и сделать человеческое общество более процветающим без необходимости тратить столько сил и труда для размножения.

Восемнадцать лет назад лаборатория по изучению мерфолков обнаружила глубоководных мерфолков. Они украли яйцо глубоководных мерофолков, которое никогда не выходило на берег. Но из-за непредвиденных обстоятельств, чтобы спастись от преследования глубоководных мерфолков, они спрятали яйцо на берегу. А потом... герцогиня, которая искала своего сына, откопала его.

Это яйцо было Янь Цивэнем.

Лаборатория мерфолков потратила более десяти лет, пытаясь найти его. Они непрерывно планировали и разрабатывали планы, чтобы похитить его, и они должны были поблагодарить мадам Лоу за то, что она создала для них возможность и позволила им так легко заполучить желаемый объект исследования.

После этого можно считать, что сюжет полностью раскрылся. Янь Цивэнь исчез, мадам Лоу была допрошена герцогом, главный герой Гун проснулся, главный герой Шоу впутался в эту неразбериху, и история действительно началась, но Янь Цивэнь уже не играл никакой роли.

Само собой разумеется, спустя долгое время главный герой Гун наконец уничтожил лабораторию, изучающую мерфолков и обнаружил информацию о Янь Цивэне, который покончил с собой, потому что не смог вынести страданий. Его вспоминали и оплакивали, что можно считать своего рода драмой.

Его можно считать отправной точкой всего сюжета. Его похищение помогло главным героям Гуну и Шоу встретиться друг с другом и позволило герцогине найти собственного сына. Его смерть также взбудоражила все население океана, заставив глубоководных русалок и людей вступить в острый конфликт и раздор.

Война дала главному герою Гуну возможность подняться по служебной лестнице и увеличить свои доходы, достигнув пика своей жизни, и позволила "Святой Марии" Шоу засиять еще ярче, поскольку Шоу включил свои способности золотого пальца и окончательно разрешил противоречия между двумя расами.

Жить в славе и умереть в величии.

Сюэ Лин закончил просматривать сюжет и вздохнул.

"Были ли у этого маленького Русала какие-нибудь не исполненные желания?"- спросил Сюэ Лин у системы.

Прочитав информацию, он был вынужден согласиться, что в этой личности есть свои плюсы. Во-первых, он мог превратить этот надоедливый рыбий хвост в пару ног; во-вторых, эта личность имела родословную королевской семьи глубоководных мерфолков.

Добиться успеха было делом нескольких минут, поскольку его собственное тело было самым большим козырем. В сочетании с тем, что глубоководные и природные мерфолки имели совершенно разное строение тела, его тело было не таким уж слабым и хрупким, как казалось. Это значительно облегчило бы ему решение проблем.

"Он умер слишком мучительно. Его пытали снова и снова. Он не мог просить о жизни, и ему не давали умереть; он хотел только полностью уничтожить лабораторию русалок".

Сюэ Лин поднял брови. Это было немного интереснее, и это даже предполагало увод сюжета от главного героя, что совпадало с его задачей изменить судьбу главных героев.

"Он не хотел быть с Лоу Цэнем и состариться вместе?"

"У него было что-то вроде идолопоклонства перед Лоу Цэнем. Вы можете открыть свой нанокомпьютер и проверить - у Лоу Цэня было большое количество поклонников среди русалок, и его можно считать одним из тех поклонников с нарушением мозговой деятельности. Перед смертью он всегда надеялся, что Лоу Цэнь придет и спасет его, но после того, как люди в лаборатории показали ему новость о помолвке Лоу Ценя с главным героем Шоу, он полностью потерял надежду, что, вероятно, стало одной из причин его самоубийства."

"Его собственный бывший жених объявил о помолвке с другим мужчиной менее чем через два месяца после его исчезновения, и этот другой мужчина был настоящим сыном герцогского дворца. Вся информация, которую он получил с детства до совершеннолетия, была полностью перевернута. Вполне нормально, что он внезапно потерял свою способность выживать, оставив только крайнюю ненависть к исследовательскому институту".

Сюэ Лин потер подбородок и опустил взгляд, на его губах появилась медленная улыбка.

Он примерно знал, сколько времени пройдет, прежде чем Лоу Цэнь проснется. После того, как он проснется, он станет единственным в Империи представителем класса SSS, абсолютным селекционером.

Но это не имело никакого отношения к Сюэ Лину. В конце концов, когда он проснется, то обнаружит, что Сюэ Лин уже разорвал их помолвку, и ему даже не нужно будет думать, чтобы понять, что мадам Лоу намеренно оговорит его перед Лоу Цэнем. В это время его отношения с Лоу Цэнем стали бы особенно неловкими, а главный герой Шоу выйдет на сцену, как прилив, и укрепит свою связь с Лоу Цэнь.

Сюэ Лин никогда не оглядывался назад с сожалением о том, что уже сделал, поэтому он не собирался возвращаться к своему слову и отменять разорванную помолвку. Однако разрыв помолвки не означал, что он освобождает место для главного героя Шоу.

Главный герой Шоу вырос у моря. Он был усыновлен крестьянином, который зарабатывал на жизнь рыбной ловлей, и каждый день его сопровождало море. Он встретил глубоководную русалку, что и позволило ему в дальнейшем выступать в роли посредника между глубоководными русалками и людьми.

В этом году главному герою Шоу исполнилось восемнадцать лет, и его отправили в столицу империи, чтобы обучить навыкам, которыми должны обладать все русалки. Хотя он происходил из крестьянской семьи, у него был ореол главного героя, и обращение с ним было точно таким же, как с аристократами.

Будучи прирожденным русалом, он никогда не беспокоился о своей жизни и будущем. Его талант в дизайне был выдающимся, и он стал хорошим другом учителя в школе русалок.

Через учителя он познакомился с мадам Лоу и стал иметь с ней дело, создавая специально для нее платья и юбки из рыбьего хвоста. Мадам Лоу очень полюбила его и хотела познакомить этого милого ребенка со своим сыном.

Но Янь Цивэнь неожиданно встал между ними, и, зная, что сын не проявляет к нему интереса, мадам Лоу осмелилась попросить Янь Цивэня расторгнуть брачный договор во время комы сына, воспользовавшись тем, что Янь Цивэнь был молод и несведущ.

Примерно продумав направление сюжета, Сюэ Лин намеревался сначала проникнуть на сторону врага и наладить хорошие отношения с главным героем Шоу. Будет лучше, если он сразу же добьется его признания и принятия в герцогский дворец, так как впоследствии ему будет удобнее действовать.

В конце концов, Сюэ Лин считал, что герцогиня не позволит своему только что вернувшемуся ребенку выйти замуж за коматозного овоща, отвергнутого ее приемным сыном, даже если он проснется и станет силачом класса SSS.

Примечание переводчика:

[Селекционеры - это, по сути, "альфы" мира ABO, русалки/мужчины - "омеги", а обычные люди - "бета".]

"Ты здесь?"

Выражение лица герцогини было отстраненным. Хотя она очень любила Янь Цивэня с тех пор, как он был маленьким, но они не были очень близки. Большую часть времени отношения между ними были странными.

Их нельзя было назвать чужими, но можно было сказать, что герцогиня не могла забыть своего маленького сына. Каждый раз, когда она хотела проявить глубокую заботу о Янь Цивэне, она вспоминала о потерянном ребенке, и ей становилось не по себе.

"Да", - спокойно ответил Сюэ Лин. Не было и намека на то, что полчаса назад он разорвал помолвку, к которой так стремился. Он не плакал, не суетился - он был совсем не похож на прежнего Янь Цивэня.

На лице герцогини появилось странное выражение.

"Ты действительно отказался от Лоу Цэня? Вначале ты упирался и преследовал его бесконечно, угрожая смертью, если не сможешь выйти за него замуж. А теперь ты просто отменяешь помолвку?"

Хотя она не проявляла к нему никакой близости, герцогиня все равно очень беспокоилась о Янь Цивэне. Это также было причиной, почему Янь Цивэнь не слишком задумывался о своей личности все эти годы.

"Я все хорошо обдумал".

Сюэ Лин поджал губы и сказал: "Бессмысленно просить о брачном контракте таким образом. Мадам Лоу не любит меня и всячески пытается помешать моей помолвке с Лоу Цэнем. Даже если я вольюсь в их семью, я не смогу жить счастливо".

Конечно, все, что он говорил, было чепухой. Если бы он действительно женился в их семье, он мог бы метаться там и доставлять беспокойство семье Лоу, но все же лучше не вредить чужим семьям.

Выражение лица герцогини наконец расслабилось. Она вздохнула и довольно беспомощно сказала:

"Это к лучшему, если ты все хорош обдумал. Я уже говорила тебе, что Лоу Цэнь не заботится о серьезном браке. Средства, которые использовал твой отец, также взбудоражили его и заставили чувствовать недовольство. Я беспокоился, что ты не получишь ничего хорошего, когда выйдешь за него замуж".

Мерфолки существовали для того, чтобы о них заботились и лелеяли. Раньше герцог использовал какие-то особые средства, чтобы заставить Лоу Цэня согласиться на помолвку, и герцогиня всегда чувствовала себя неловко из-за этого.

Но поскольку он нравился Янь Цивэню, она могла только позволить ему быть таким. Теперь, когда Янь Цивэнь все обдумал, она, естественно, стала намного счастливее.

"Хотя помолвка расторгнута, я все равно хочу повидаться с генерал-лейтенантом Лоу".

Сюэ Лин опустил брови и взгляд, и выглядел чрезвычайно умным и послушным.

"Даже если мы отменили помолвку, это не потому, что он был в коме. Я верю, что он очнется... Я хочу дать ему это понять, чтобы он, по крайней мере, не враждовал с герцогским дворцом и отцом в будущем".

Герцогиня некоторое время не могла собраться с мыслями. Она удивленно посмотрела на него, не ожидая, что он скажет такое. Она также была немного тронута - ее всегда беспокоило, что Янь Цивэнь был слишком избалован ею, ее мужем и их двумя сыновьями.

Он был слишком наивным и простым, а иногда и просто глупым. Казалось, что после этой ситуации он просветлел и научился смотреть на вещи с точки зрения герцогского дворца.

Герцогиня с облегчением коснулась своей груди и сказала:

"Я всегда думала, что для тебя будет лучше найти кого-то, кто будет заботиться о тебе и ухаживать за тобой, если ты так и не повзрослеешь. Теперь, когда ты все обдумал и можешь понять некоторые вещи, у тебя начали появляться собственные идеи, и мне не придется держать тебя дома целыми днями".

Она положила перед Сюэ Лин объявление.

"Это объявление о приеме в Академию Мерфолков Школы Священной Поэзии. Даже если ты можешь изучать эти вещи дома, в конце концов, тебе все равно полезно контактировать с внешним миром и общаться с большим количеством людей."

"Академия Мерфолков Священной Поэзии..." Сюэ Лин задумался на мгновение, уголок его губ слегка дернулся. "Академия Мерфолков, которая всегда была известна как академия невест?"

"Откуда до тебя дошли эти слухи?"

Герцогиня была несколько беспомощна.

"Это не совсем академия невест, только предметы, которые там изучают, - это все, что угодно: фортепиано, шахматы, каллиграфия и живопись. Мерфолкам не нужно работать, поэтому они учатся интересным и одухотворенным вещам. Это также означает, что ты не будешь скучать дома целыми днями".

Губы Сюэ Лина подергивались. Его голова ужасно разболелась при мысли о том, что ему придется отправиться в кучу рыбы, но согласно его нынешнему характеру, он не имел права отказываться и мог только покорно кивнуть головой, прежде чем снова поднять другой вопрос:

"Мама, насчет того, чтобы пойти к генерал-лейтенанту Лоу..."

"Я знаю. Просто скажи мне, в какой день ты хочешь пойти, и мама поговорит с мадам Лоу за тебя. Поскольку ваша помолвка уже расторгнута, у мадам Лоу не должно быть причин обижаться на герцогский дворец".

Сюэ Лин улыбнулся и кивнул. Он как раз собирался вернуться в свою комнату в своем плавающем кресле, когда дверь в их дом энергично толкнули.

"Мама! Я слышал, что семья Лоу отказалась от женитьбы младшего брата!"

Мужчина ворвался в дверь с яростным выражением лица.

"Теперь все, кто знает об этом, говорят о младшем брате, что он бессовестный, раз решил отказаться от брака, как только тот, кого зовут Лоу, попал в аварию!"

Сюэ Лин сидел в своем мерфолковом кресле. Выслушав такую длинную речь, он беспомощно обернулся и воскликнул:

"Второй брат.

Во дворце герцога было три молодых господина, из которых двое были селекционерами. Янь Чухуань был старшим и работал в императорском дворце, а Янь Чжайян был средним сыном и служил в армии.

В те времена мало кто знал, что семья Янь использовала какие-то средства, чтобы заставить Лоу Цэня согласиться, и было неизвестно, как Янь Чжайян узнал эту новость, или даже как он узнал, что люди говорят об их младшем брате.

Герцогиня посмотрела на своего безрассудного второго сына и сказала:

"Если хочешь что-то сказать, говори медленно. Сколько тебе уже лет, а ты все еще ведешь себя так безрассудно? Твои манеры хуже, чем у младшего брата".

Мать отчитала Янь Чжайяня, и его шаги замешкались. Сначала он повернул голову и глупо улыбнулся Сюэ Лину, а потом сказал:

"Я просто злюсь, что люди говорят о Вэнь-Вэнь без доказательств! Скажи, Вэнь-Вэнь, тебя заставила отменить брак мать Лоу Цэня? Если она действительно посмела угрожать тебе, то второй брат побьет ее за тебя!"

Сюэ Лин беспомощно сказал:

"Неужели второй брат хочет побить русалку?"

Даже если мадам Лоу сделала что-то не так или совершила какую-то ошибку, ее все равно нельзя было бить. В конце концов, она была русалкой, тем более одной из небольшого числа женщин, которые превратились в русалок благодаря науке. Если Янь Чжайян действительно ударит ее, мадам Лоу может умереть.

"Э..." Он говорил слишком быстро. Янь Чжайян не успел как следует обдумать этот вопрос, и он невинно схватился за голову.

Герцогиня была довольно беспомощна. К счастью, ее младший наконец-то прозрел. В противном случае, когда рядом были бы они оба, каждый бы заставлял ее безостановочно волноваться.

"Ваш брат согласился на расторжение помолвки, и не потому, что его принуждали другие. Пусть они говорят, что хотят на улице, я разберусь с этим. Вам не нужно беспокоиться о репутации вашего брата, и не нужно переживать, что он не сможет жениться. Для человека из нашего герцогского дворца не было бы проблемой стать частью даже королевской семьи. Это был всего лишь генерал-лейтенант, и беспокоиться не о чем".

Янь Чжайян посмотрела на Сюэ Лина яркими, сияющими глазами.

"Вэнь-Вэнь, тебе больше не нравится этот жестокий маньяк Лоу Цэнь?"

Сюэ Лин: "..."

Как он должен был ответить? Прямо сейчас он понятия не имел, где находится "его человек". Учитывая его предыдущий криминальный опыт появления в качестве главного героя, Сюэ Лин не мог быть уверен, был ли Лоу Цэнь его человеком до того, как он встретился с ним лично.

Он ответил довольно двусмысленно: "Просто я понял, что принуждение к помолвке не принесет мне счастья".

"Конечно! Этот парень Лоу Цэнь совсем не умеет ладить с мерфолками. Он целыми днями ходит с ледяным выражением лица и только выглядит хорошо. Второй брат тоже очень хорош собой! Этого достаточно, чтобы Вэнь-Вэнь полюбил второго брата. Не думай об этом большом ледяном увальне!"

Сюэ Лин: "..."

А как он должен был ответить на эти слова?

Герцогиня вовремя открыла рот, чтобы разрядить неловкую ситуацию.

"Хватит, ты всегда говоришь не подумав. Вэнь-Вэнь, тебе нужно подняться наверх и отдохнуть".

"Хорошо."

Сюэ Лин согласился и сразу же вернулся в свою комнату.

Герцогиня холодно посмотрела на своего сына.

"Это твой младший брат. Есть вещи, которые ты не можешь произвольно говорить. Ты уже не трехлетний ребенок и должен больше использовать свой мозг".

Янь Чжайян издал звук согласия, повернулся и вернулся к работе. Он прогулял работу - мало того, что его отчитали дома, так его еще и накажет начальник. В будущем лучше не слушать лишних сплетен.

Сюэ Лин вернулся в свою комнату и стал изучать так называемую Академию Священной Поэзии Мерфолков. Наконец, он вспомнил, почему название было таким знакомым.

Ведь главный герой 'шоу' тоже поступил в эту школу и тоже учился в Академии Мерфолков. Он поступил на два месяца раньше него.

Похоже, что таким образом он смог сблизиться с главным героем?

Он не ожидал, что такая возможность представится так быстро. Сюэ Лин стал думать, как заставить герцогиню признать собственного сына... Если не использовать слишком много средств и сделать все как можно естественнее, то проще всего было бы просто подружиться с главным героем и пригласить его в герцогский дворец.

Главного героя звали Янь Цинцзюнь. Это имя идеально подходило к его роли главного героя. Как главный герой этой истории, Янь Цинцзюнь обладал всеми хорошими качествами - он был мягким, обходительным, упорным, настоящим "святым". В общем, в нем можно было найти все сияющие стороны человеческой натуры. Как можно было не любить такого человека?

На этот раз Сюэ Лин не собиралась убивать главного героя. В конце концов, Янь Цинцзюнь ничего ему не сделал. Что он мог сделать, так это изменить его судьбу, чтобы его первоначальная великолепная, бурная судьба превратилась в заурядную, без поворотов.

Внешность Янь Цинцзюня была очень похожа на внешность герцогини. Сюэ Лин был уверен, что если герцогиня увидит Янь Цинцзюня, она будет уверена, что это ее младший сын.

Что касается последующих вопросов, то Сюэ Лин должен был делать шаг за шагом, но герцогиня не была из тех, кто изгонит приемного сына только потому, что нашла своего собственного.

Кроме того, два сына герцогини были неравнодушны к Сюэ Лину, за взрослением которого они наблюдали, так что в этом плане проблем возникнуть не должно.

После этого ему оставалось только найти свой хвост...

Сюэ Лина приняли в Академию, и герцогиня распорядилась на следующий день, так что Сюэ Лин не успел и полдня насладиться счастьем, как его отправили в Академию Мерфолков.

Школа Священной Поэзии была самой известной школой во всей Империи. Из-за особых обстоятельств Академия Мерфолков не была расположена вместе с главным кампусом.

Между ней и основной школой был небольшой лес, и для входа в Академию Русалок требовался специальный доступ. Обычные селекционеры вообще не имели права входить в нее.

Большинство людей здесь были студентами-русалками, а остальные - обычными преподавателями. Все присутствующие селекционеры находились на границах Академии Русалок, выполняя роль охранников, предотвращающих любые инциденты, которые могут произойти и помешать обучению русалок.

Машина герцога довезла Сюэ Лина до самого входа в Академию Русалок, прежде чем открыть двери. Поскольку это было по пути, Сюэ Лин и Янь Чухуань ехали вместе. Сюэ Лин тихо попрощался со старшим братом, выдержал его пристальный взгляд, а затем был помещен в школу.

В конце концов, это было место обучения, и даже аристократические мерфолки должны были подчиняться правилам. Маленькая служанка, которая вчера следовала за Сюэ Лином, сегодня не пришла, и Сюэ Лину пришлось полагаться только на себя.

К счастью, поскольку люди из Академии знали, что он придет в школу сегодня, они договорились, что кто-то встретит его у дверей и проведет, а также объяснит некоторые вещи, на которые ему нужно будет обратить внимание в Академии. Только тогда Сюэ Лин понял, что находится на этой большой территории.

Искусственное перевоплощение в тело мерфолка было не слишком удобным. Им приходилось целыми днями сидеть в кресле мерфолков или мокнуть в воде, а количество времени, которое они могли проводить вне воды, было ограничено.

Поэтому в местах, где жили мерфолки, обязательно были бассейны, то же самое было и в Академии русалок. Поскольку мерфолки не любят тесниться в большом количестве, большинство мест в Академии Русалок состояло из всевозможных бассейнов и прудов, чтобы удовлетворить потребность мерфолков в воде.

В отличие от искусственно модифицированных мерфолков, тела естественных мерфолков были лучше. Некоторые из них могли даже ходить с хвостом, но их чешуя была очень ценной, и никто не смог бы вынести такой трагической вещи, как утрата чешуек.

Физическая сила природных мерфолков также была гораздо выше, чем у искусственных, и они могли безбедно жить на берегу. Если они проводили в воде один день в неделю или около того, этого было достаточно. Но даже в этом случае они старались держаться в бассейнах.

В конце концов, все они были рыбами и не могли жить без воды.

Занятия для искусственных и естественных мерфолков проводились отдельно, в основном из-за опасений, что они могут поссориться или что-то в этом роде.

Занятия, которые посещал Сюэ Лин, проводились для естественных мерфолков, и количество учеников было относительно небольшим. Всего было двадцать учеников, включая Сюэ Лина, которых разделили на два класса. Они посещали занятия вместе, и места для занятий были очень большими.

Как только Сюэ Лин вошел в дверь, взгляды остальных окинули его с головы до ног, и несколько мерфолков собрались вместе, чтобы обсудить его. Сюэ Лин не обратил на них внимания, посмотрел на свободное место рядом с главным героем-шоу и решил сесть рядом с ним.

Янь Цинцзюня было очень легко узнать, потому что он был единственным обладателем золотого рыбьего хвоста во всем классе. Его хвост был блестящего золотого цвета, что было особенно приятно для глаз.

Сюэ Лин опустил голову и посмотрел на свой собственный черно-золотой хвост. Он даже не хотел признавать, что он был похож на цвета какого-то мобильного телефона.

Окраска его хвоста тоже была особенной. Чешуйки были черными с золотым оттенком, а по краю каждой чешуйки было маленькое золотое кольцо. Возможно, это был символ и окраска королевского рода глубоководных мерфолков. В конце концов, черный и золотой цвета в древние времена контролировались императорами.

Мозг Сюэ Лина сам по себе пошел по кругу, и в итоге он остался доволен цветом своего хвоста. Он улыбнулся и повернулся, чтобы поприветствовать Янь Цинцзюня, который сидел рядом с ним.

"Привет, я Янь Цивэнь. У тебя красивый хвост. Мне очень нравится его цвет!"

Сюэ Лин чувствовал, что это, наверное, его самая наивная, самая простая и невинная улыбка.

Лицо и внешность Янь Цивэня были нежными и милыми. Все его лицо казалось добрым, и из-за его лица очарование и воздействие глаз Сюэ Лина значительно уменьшилось. Изначально тонкие глаза слегка округлились, а уголки глаз по-прежнему были наклонены вверх, отчего он казался особенно умным.

Такие глаза были явно неуместны на столь милом лице, но ощущение, которое он вызывал у окружающих, ничуть не диссонировало. Наоборот, он казался еще милее, заставляя других чувствовать себя ближе к нему.

Обычные люди чувствовали себя ближе к нему, а те, кто был очарован обаянием Сюэ Лина, чувствовали к нему большую симпатию. Когда Янь Цинцзюнь увидел такую тщательно подготовленную улыбку, он почувствовал, что в его сердце что-то кольнуло, отчего он весь напрягся.

Он не обратил особого внимания на этого маленького человека, когда тот вошел в комнату. Он лишь подумал, что это, скорее всего, еще один избалованный молодой господин-русал, который был одним из природных мерфолков.

Теперь, когда он внимательно посмотрел на него, ему показалось, что его прежние предположения были несколько ошибочными.

Этот маленький русал отличался от других. Его хвост был загадочного и благородного черно-золотого цвета, а чешуйки располагались одна за другой, отчего весь хвост казался очень гладким и ровным. Чешуйки блестели, и было видно, что он очень здоров.

Как и цвет хвоста, волосы у мерфолка были черными, но под лучами солнца на них появился легкий золотистый ореол. В его милой улыбке виднелись две ямочки, и первое впечатление Янь Цинцзюня о нем было очень хорошим.

Он был очень хорош собой, но в отличие от теплого и мягкого нрава Янь Цинцзюня, в нраве маленького мерфолка было какое-то загадочное благородство. Хотя он улыбался, это заставляло других чувствовать, что он священен и неприкосновенен.

Хотя наблюдатели чувствовали близость к нему, они одновременно боялись подойти к нему. Такое противоречивое чувство бродило в его мыслях, отчего Янь Цинцзюнь был немного ошеломлен.

Сюэ Лин улыбнулся и позволил ему смотреть, сколько он хочет. Он также знал, что на него подействовали чары, и его разум испытывал некоторые колебания. Но бороться было бесполезно. Если Сюэ Лин захочет, он может заставить любого человека любить его до безумия.

Способность очаровывать была очень эффективна для тех, у кого духовная сила была ниже, чем у него. Если разница в силе между ними была не слишком велика, он мог справиться с другой стороной и сделать так, чтобы она не смогла стать его врагом.

О. Это не срабатывало с людьми, которые ненавидели его от всего сердца. Именно поэтому он оказался в такой ситуации, когда ему пришлось искать хвосты по всему миру.

Янь Цинцзюнь не мог противостоять влиянию Сюэ Лина на него. Он изогнул губы в улыбке и сказал:

"Здравствуйте, я Янь Цинцзюнь".

"О, вы тоже носите фамилию Янь?"

Фамилия Янь была широко распространенной. Кроме семьи герцогского дворца, несколько друзей императора в высших эшелонах общества также носили фамилию Янь.

Люди с фамилией Янь не все принадлежали к одному главному клану, а в свете того, что система управления Империей не позволяла семейному клану занимать столь доминирующее положение, большинство людей с фамилией Янь были рассеяны.

"Я был во дворце с самого детства, и это мой первый раз, когда я пришел в школу. Ты третий русал, которого я когда-либо видел, и ты очень красивый".

Янь Цинцзюнь покраснел от такой откровенной похвалы. Он сказал с некоторым смущением:

"Природные мерфолки - любимицы небес, поэтому все природные русалы будут очень красивыми. Посмотри на себя - ты тоже очень привлекателен".

Сюэ Лин похлопал себя по нежному лицу, потрогал слезинку в уголке глаза и сказал:

"Не нужно меня утешать, в конце концов, я никогда не вырасту таким же красивым, как ты".

Подперев щеку рукой, он наклонил голову и посмотрел на Янь Цинцзюня. Он сказал, вздыхая от восхищения:

"Ты действительно услада для глаз. Ты даже похож на мою мать".

Сказав это, он хлопнул в ладоши и продолжил:

"Я покажу тебе несколько фотографий моей матери, когда она была молодой. Она была известной красавицей, и мой отец был нестерпимо очарован ею".

Сказав это, он застенчиво вывел фотографию герцогини на свой нанокомпьютер, и прежде чем Янь Цинцзюнь успел прийти в себя, наклонился, чтобы показать ее ему: "Смотри, какая красавица!"

Когда Янь Цинцзюнь увидел фотографию герцогини, все его лицо на несколько секунд застыло, но бурные мысли в его глазах вскоре были взяты под контроль, и его глаза стали полны веселья, как будто он совсем не замечал своего отношения к герцогине.

Он странно посмотрел на Сюэ Лина, словно размышляя, зачем Сюэ Лину понадобилось показывать ему фотографию, и не было ли это сделано с определенной целью.

Сюэ Лин проигнорировал его подозрения. Проведя пальцем по фотографии герцогини, он продолжил проводить пальцем по фотографии и показал Янь Цинцзюню несколько фотографий своего детства.

"Это все фотографии из моего детства. Разве я не был милым в детстве?"

Были вещи, которые нельзя было переиграть. Он стал вести себя как глупый и милый персонаж, и не было необходимости позволять Янь Цинцзюню видеть его истинное лицо, даже если то, что он хотел сделать, не было чем-то плохим.

Курсы в Академии Русалок были очень скучными, по крайней мере, для Сюэ Лина. Янь Цинцзюнь очень старательно учился на каждом занятии, а Сюэ Лин спал на своем месте рядом с ним.

Иногда, когда он просыпался с мутными от сна глазами, он вел себя развязно и просил Янь Цинцзюня помочь ему переписать записи.

Учителя школы всегда закрывали глаза на то, как эти мерфолки учатся. Если Сюэ Лин не хотел учиться, они не заставляли его. Он только спал на уроках, а разве за ним не тянулся рыбий хвост? Они должны быть снисходительны к мерфолкам.

Такой хороший ученик, как Янь Цинцзюнь, уже выиграл большой приз, заставив всех учителей во всей Академии чувствовать себя тронутыми.

Сюэ Лин пришел только для того, чтобы поближе познакомиться с главным героем, и не собиралась красть его внимание. Поэтому на уроках фортепиано и рисования он занимался вслепую, и было бы лучше, если бы учителя назвали его "упрямым и непослушным русалом".

Таким образом, герцогине придется подумать, сможет ли другая семья выдержать его нрав, прежде чем поспешно выдать его замуж.

После того, как он и Янь Цинцзюнь провели меньше половины месяца, общаясь и ладя друг с другом, он почувствовал, что уже полностью разглядел Янь Цивэня.

Он был точно таким же, как и его милое и прекрасное лицо, и был мерфолком, у которого не было никаких скрытых планов в сердце. Он просто ел и спал целыми днями, а его главной целью в жизни было выйти замуж за хорошего человека.

Лучше всего, если бы этот человек баловал его, позволял ему делать все, что он хочет, и любил его независимо ни от каких причин. Тогда он мог бы провести остаток своей жизни, когда ему будут прислуживать, есть и ждать смерти.

Если бы ему нужно было указать, что именно делало эту рыбу такой уникальной, то, наверное, то, что он постоянно повторял Янь Цинцзюню, что не хочет иметь детей в будущем, потому что сам был милым ребенком.

Янь Цинцзюнь не знал, что на это ответить. Небеса знают, сколько многоточий было у него над головой, когда он это услышал, но поскольку личность Янь Цивэня была именно такой, он полностью отказался от своей защиты от него и перешел от подозрений, что он подошел к нему с какой-то целью, к вере, что он подошел к нему просто потому, что он приятен для глаз.

Точно, в сердце Янь Цинцзюня Янь Цивэнь был как щенок Янь. У него были свои принципы, основанные на красоте, и неизвестно, как он судил, но в любом случае, людей, которых он считал важными, было очень мало, и Янь Цивэнь был одним из них, и даже очень ему нравился.

Если бы Янь Цинцзюнь узнал, что Сюэ Лин рассматривает его только как домашнее животное, он, вероятно, был бы достаточно зол, чтобы откусить от него кусок мяса.

Этот мир был слишком мирным. Здесь не было междоусобиц, и пока его телохранители внимательно следили за ним, люди из исследовательской лаборатории не спешили действовать и могли только прятаться в темноте.

Сюэ Лин пока не собирался предпринимать никаких действий, поэтому он мог немного отдохнуть и успокоить свое настроение, чтобы не быть слишком уставшим.

После полумесяца отдыха они наконец-то подошли к тому времени, когда Лоу Цэнь должен был проснуться. Сюэ Лин ухватился за возможность навестить его в этот день, потому что госпожа Лоу определенно не позволит ему увидеться с сыном после того, как он проснется.

Поскольку он заранее предупредил герцогиню о своем визите, Сюэ Лин в тот день не пошел в школу. Вместо этого он сразу же отправился в больницу.

За день до этого он также рассказал об этом Янь Цинцзюню, изображая жалкое зрелище и говоря, что увлекся красивым мужчиной, но мать другой стороны была слишком властной и издевалась над ним до тех пор, пока он не отрекся от помолвки. В ответ Янь Цинцзюнь полностью взъерошил его волосы.

Он улыбнулся и сказал: "Маленький Вэнь такой милый. Как ты можешь кому-то не нравиться?»

Сюэ Лин надулся и сказал. "Кто знает? Может, она хотела найти кого-то вроде тебя, Цзюнь-Цзюнь…"

Вся шерсть на теле системы встала дыбом от лжи хозяина. Несмотря на то, что он просто вел себя избалованно и мило, это заставило систему покрыться мурашками по всему телу.

Зная жестокий характер своего хозяина, система не могла заставить себя поверить в это. Оставалось только молиться, чтобы Янь Цинцзюнь за всю свою жизнь не увидел истинную природу Сюэ Лина, потому что дразнить этого нежного Русала было бы не лучшей идеей.

Лоу Цэнь впал в кому из-за секретного задания военных, поэтому он находился в военном госпитале, и люди должны были пройти через множество контрольно-пропускных пунктов, чтобы попасть внутрь.

Однако, поскольку у Сюэ Лина была особая личность и он был мерфолком, проверка была не такой строгой. Мадам Лоу, увидев Сюэ Лина, как обычно, улыбнулась, и была добрее, чем раньше, когда предлагала разорвать помолвку.

Возможно, враждебность мадам Лоу была уже не такой сильной, потому что он больше не имел ничего общего с Лоу Цэнем.

Сюэ Лин за ее спиной закатил глаза, подумав, что мадам Лоу слишком наивна.

В палату Лоу Цэня было довольно легко войти. Сюэ Лин сел в свое парящее кресло и вошел внутрь. Он мог видеть, что, хотя Лоу Цэнь лежал и дышал ровно, его духовная и физическая сила быстро возрастала.

Как Сюэ Лин уже видел в сети мерфолков, Лоу Цэнь был очень привлекательным. В конце концов, он был главным Гуном, который был выбран из тысяч и из десяти тысяч вариантов для пары с Янь Цинцзюнем, и должен был выглядеть просто потрясающе.

Хотя он был одет в больничную одежду и находился в коме уже более полумесяца, его телосложение уже улучшилось на один уровень, и он очнется, как только его духовная сила закончит расти.

"Когда он очнется?" - тихо спросил Сюэ Лин у мадам Лоу, в его глазах читалось беспокойство, за которое даже она не могла на него обидеться.

"Я тоже не знаю".

Хотя она твердо верила, что с ее сыном все в порядке, мадам Лоу также была расстроена тем, что он лежит здесь уже полмесяца. Она махнула рукой и сказала:

"Доктор сказал, что все зависит от него".

Сюэ Лин тихонько издал звук "ох", его глаза слегка сузились, и он подумал в своем сердце:

"Он уже просыпается".

В следующую секунду духовная сила Лоу Цэня прорвалась через уровень SS и перешла на уровень SSS. Сила, которая ранее была подавлена, прорвалась наружу, и все устройства в палате начали выть. Сюэ Лин открыл рот и сказал:

"Тетя, генерал-лейтенант Лоу просыпается!"

Мадам Лоу была ошеломлена удивлением. Из-за неожиданной ситуации в палату прибыли все врачи, а мадам Лоу отступила в конец комнаты и с радостным выражением лица смотрела на кровать.

Сюэ Лин спросил у системы:

"Теперь, когда он очнулся, он понимает, что его окружает?"

"Да, осознает".

Система виляла белоснежным хвостом и преувеличенно хвалила своего хозяина.

"Может это потому, что вы двое так долго любили друг друга, что способность ощущать взаимное присутствие возросла во много раз? На этот раз догадка хозяина оказалась верной - это именно он".

Губы Сюэ Лина удовлетворенно изогнулись. Несмотря на всех врачей вокруг них, его взгляд встретился с парой темных глаз.

Эти глаза принадлежали Лоу Цэню, который только что проснулся. Его взгляд все еще был наполнен острым убийственным намерением, и врачи опасались приближаться к нему.

В конце концов, он уже был селекционером класса SSS. Из-за этого Лоу Цэнь подсознательно посмотрел в сторону единственного человека в комнате, который мог угрожать его духовной силе, как только он проснулся.

Затем его взгляд упал на пару золотых глаз.

Это была пара очень красивых глаз. Слегка вздернутые, они, казалось, притягивали людей, а слезные родинки в уголках глаз придавали ему вид манящего демона.

Но эта пара глаз на слегка округлом, еще немного незрелом лице, на котором еще сохранились следы детского жира, заставила его вдруг почувствовать себя живым и полным сил.

Это было довольно странно, потому что первая мысль, которая появилась в голове Лоу Цэня, была не "кто он", и не "почему этот человек здесь", а скорее одно слово - "милый".

Эта его версия была такой милой.

Это теплое и живое чувство, которое исходило из его сердца, позволило его напряженному духу расслабиться. Он посмотрел на человека, который встретился с ним взглядом, медленно закрыл глаза и погрузился в глубокий сон.

Перед тем как заснуть, он увидел, что подросток улыбнулся ему.

Это была очень красивая, очень добрая улыбка. Уголки его губ слегка изогнулись вверх, а на щеках появились две милые ямочки, отчего глаза заискрились и заблестели. Эта улыбка пришлась ему по вкусу.

Должно быть, он попал в реку любви.

Именно эта мысль промелькнула в голове генерал-лейтенанта Лоу, прежде чем он заснул.

Прошло чуть меньше полумесяца с тех пор, как Лоу Цэнь очнулся, но поскольку некоторые показатели еще не стабилизировались, генерал-лейтенант Лоу остался в больнице для дальнейшего тестирования и наблюдения.

Обычно Лоу Цэнь спокойно сотрудничал, но сейчас он был в ужасном настроении, до такой степени, что ему хотелось избивать людей.

Человек, чьи глаза он увидел перед тем, как заснуть, запечатлелся глубоко в его сознании, и он видел эту улыбку во сне каждый раз, когда засыпал. Когда он проснулся, он специально спросил, кто был тогда в его палате, и узнал, что его зовут Янь Цивэнь.

Хотя генерал-лейтенант Лоу пролежал в коме полмесяца, он все еще помнил имя своей невесты. Узнав личность этого человека, он совершенно не мог сопоставить его с трусливой русалкой, которая пряталась за Янь Чжайяном во время празднования его собственного дня рождения.

Но дежурная медсестра заверила его, что это тот же самый русал, и они не могли ошибиться.

Так что подавленный генерал-лейтенант Лоу большую половину дня спорил сам с собой о том, по душе ли ему именно эта рыба.

Лоу Цэнь чувствовал себя очень несчастным из-за Янь Цивэня. Именно из-за это безумной инициативы в прошлом, Лоу Цэнь не смог прямо отказаться от помолвки, и он решил пойти и взять на себя секретную миссию, чтобы отложить помолвку. В результате, он впал в кому.

С другой же стороны, именно благодаря Янь Цивэню его физическая и духовная сила преодолела барьер, преграждавший путь, и перешла в класс SSS, позволив ему стать первым селекционером класса SSS в Империи.

Отношения между ними можно было назвать сложными, а можно - простыми, как прямая линия. Вот только Лоу Цэнь все еще относился к Янь Цивэню с большим предубеждением.

Например, он считал, что Янь Цивэнь был просто маленьким наивным мерфолком, которого с детства держали взаперти в герцогском дворце. Он воспитывался в изоляции, был самовлюбленным и невежественным, даже угрожал ему и герцогу собственной жизнью, чтобы быть с ним.

Лоу Цэнь находил такой характер отвратительным. Он также чувствовал, что не хочет тратить время на ублажение маленького глупого мерфолка - в настоящее время он уже был селекционером класса SSS, и после рассмотрения успехов его предыдущей миссии, как только он покинет госпиталь, его сразу же повысят до звания генерала.

После этого его целью было стать маршалом. А влюбиться и возиться с мэрисьюшным персонажем сейчас - значит сделать глупый шаг назад.

Хотя у него было множество причин, достаточных для того, чтобы заставить Янь Цивэня выбросить его акт доброй воли в глубины космоса, но стоило ему закрыть глаза, как он мог видеть эту пару глаз и эту простую и спокойную улыбку, отчетливо до такой степени, что его сердце не могло не пульсировать, не могло не ускоряться и не биться быстрее.

Разум в конце концов уступил место нарастающему чувству желания увидеть русала, страдая невозможности сделать это. Лоу Цэнь решил, что раз уж он так понравился маленькому мерфолку, то жениться не повредит, и пока он послушно сидит дома, он сможет содержать его всю жизнь.

Все обдумав, генерал-лейтенант Лоу стал ждать, когда маленький русал явится с визитом. В конце концов, маленький мерфолк пришел в тот день, как он очнулся, поэтому он подсознательно верил, что Янь Цивэнь все еще любит его до такой степени, что не может забыть, и будет приходить в больницу чаще, потому что беспокоится о нем.

Небеса свидетельствуют, что Сюэ Лин просто правильно рассчитал время и явился лишь для того, чтобы заручиться расположением, прежде чем заключить пари с системой о том, сколько времени пройдет, прежде чем мужчина придет к нему по собственной инициативе.

Поскольку мужчина опоздал более чем на полмесяца, Сюэ Лин проиграл пари и теперь злился на него, решив продержать его на расстоянии год или два.

В любом случае, они уже отменили помолвку, и, судя по нынешним отношениям между ними, у них не было причин встречаться друг с другом.

Сюэ Лин был уверен, что любовь мужчины к нему уже достигла того уровня, когда он влюбится в него с первого взгляда, поэтому он без колебаний сбежал, чтобы добиться расположения Янь Цинцзюня и попытаться привести его в герцогский дворец, прежде чем мадам Лоу познакомит его с Лоу Цэнем.

Поскольку ни одна из сторон не решилась сделать следующий шаг, генерал-лейтенант Лоу ждал, а потом ждал еще, но маленький русал так и не появился. Незаметно пришло время выписывать его из больницы. Это было хорошо, но генерал-лейтенант Лоу чувствовал себя подавленным и несчастным, и на сердце у него было неспокойно.

Даже если он не приходил с визитом все это время, он должен прийти на такое важное событие, как его выписка из больницы, верно?

Но он все еще не видел маленького русала.

Сжав кулаки, Лоу Цэнь решил отложить их помолвку. Поскольку маленький русал не спешил выходить за него замуж, то и он не будет волноваться, если помолвка будет отложена на потом, верно?

В связи с этим настроение генерал-лейтенанта Лоу немного улучшилось, и он даже не подумал спросить у матери о ситуации с помолвкой.

Сюэ Лин знал, что мужчину сегодня выписали из больницы, но у него действительно было плохое настроение, и поэтому ему было лень идти к нему. Во время урока он был настолько вялым, что Янь Цинцзюнь даже забеспокоился, увидев его в таком состоянии.

"Почему ты сегодня как выжатый лимон?"

К этому времени Янь Цинцзюнь уже воспринимал Сюэ Лина как очаровательного младшего брата. В конце концов, его личность и внешность были особенно приятными. Увидев, что он обессилено лежит на столе, он немного забеспокоился.

"Правда?"

Сюэ Лин лениво посмотрел на Янь Цинцзюня и снова опустил голову на вытянутую руку, говоря обиженным тоном:

"Цзюньцзюнь, мне так грустно..."

Он затянул последнее слово, и этот крошечный носовой звук в конце заставил сердце Янь Цинцзюня стать таким мягким, что оно почти превратилось в бассейн с водой.

"Что случилось? Последние несколько дней ты выглядишь несчастным. Это из-за того возлюбленного, о котором ты говорил раньше?"

"Да."

Сюэ Лин потерся головой о руку Янь Цинцзюня. После создания своего нового образа в течение этого периода времени, он не чувствовал никакого давления, ведя себя так мило.

Если он будет гипнотизировать себя, повторяя "Я самый милый" несколько раз в день, то, несомненно, станет еще более милым!

"Он проснулся, когда я навещал его полмесяца назад".

"А потом?"

«Ву-ву-ву.»

Сюэ Лин обхватил руками Янь Цинцзюня, выглядя несравненно опечаленным.

"Он никогда не приходил ко мне после того дня! Между нами не было даже самого элементарного общения! Он даже не спросил меня, почему я разорвал нашу помолвку! Почему я такой отвергнутый? ...Может быть, расторжение помолвки со мной даже сделало его особенно счастливым..."

Сердце Янь Цинцзюня почти умирало от боли. Он уже несколько раз в сердцах обругал этого "милого возлюбленного". Какой мерзавец мог так обращаться с таким милым русалом? Плохо было уже то, что он не преследовал и не баловал его.

Даже не спросив ни слова об отмененной помолвке, он обращался с маленьким Русалом как с чем-то совершенно ненужным! Да он был настоящим мерзавцем!

Он погладил Сюэ Лина по голове и утешил его, сказав: "Нет, Вэнь-Вэнь такой милый, ты точно всем понравишься".

"Я слышал, как говорили", - глаза Сюэ Лина покраснели, когда он посмотрел на Янь Цинцзюня, "что люди хвалят других только за то, что они симпатичные, когда не знают, что еще хорошего сказать о человеке".

Янь Цинцзюнь: "..."

После такого загадочного молчания Янь Цинцзюнь похлопал Сюэ Лина по плечу и снова открыл рот, чтобы утешить его.

"Вэнь-Вэнь хорош везде, и особенно превосходен во всем. Определенно, его нельзя хвалить только за то, что он милый и ничего больше".

"Я чувствую, что ты просто так говоришь".

Янь Цинцзюнь:

"Если Вэнь-Вэнь и дальше будет таким неуверенным в себе, то он вообще не будет милым".

"Ты даже угрожаешь мне!"

Сюэ Лин вернулся на свое место и фыркнул:

"Конечно, я самый симпатичный. Если я ему не нравлюсь, то и ладно. Мне он тоже не нравится. С сегодняшнего дня он будет занесен в черный список!"

Система безмолвно смотрела на своего хозяина. Она больше не хотела обсуждать своего хозяина. Разве он просто не пытался оклеветать этого человека за то, что проиграл из-за него пари?

Неужели ему нужно было найти столько причин и оправданий, чтобы плохо отозваться о Лоу Цэне в присутствии главного героя Шоу?...

Насколько твердой была его решимость разрушить возможные отношения между ними... хотя хозяин системы уже знал, что этот человек не любит никого, кроме него... Актерское мастерство хозяина в последнее время становилось все лучше и лучше, если он мог так действовать, не выходя из образа.

Янь Цинцзюнь беспомощно смотрел на его детское поведение, прежде чем открыть рот, чтобы спросить:

"Вэнь-Вэнь, ты никогда не рассказывал мне, что за человек твой возлюбленный".

"Что за человек?"»

Сюэ Лин попытался вытащить воспоминания хозяина изначального тела о Лоу Цэне. Он сказал:

"Холодный как лед. Он выглядит очень недоброжелательно, у него нет даже намека на популярность, и он не слишком нежен с мерфолками."

Янь Цинцзюнь: "..."

Так что же именно тебе в нем понравилось?

"Но он хорошо выглядит".

Янь Цинцзюнь: "..."

Проще говоря, все дело в его лице, верно?

"Но даже, если бы он стал еще красивее, это уже все не важно. Кто сказал ему не приходить и не искать меня? Раз он так не хочет быть со мной, значит, у него не будет шанса быть со мной".

Сюэ Лин нахмурился и сказал:

"Ну и что, что он ушел из больницы? Что с того, что его повысят до генерала, как только он выпишется? В черный список!"

Янь Цинцзюнь уловил ключевое слово: "Генерал?"

Сюэ Лин издал звук "ах":

"Я никогда не рассказывал Цзюнь-Цзюню о его личности?"

Янь Цинцзюнь: "..."

Нет, ты постоянно находился в депрессии.

"Моего возлюбленного зовут Лоу Цэнь, и в настоящее время он генерал-лейтенант. Он сбежал на задание, чтобы отложить нашу помолвку, поранился и впал в кому. А потом его мать заставила меня разорвать с ним помолвку. Возможно, она считала, что ему будет лучше не жениться на мне... а потом он очнулся полмесяца назад, когда я пришел к нему".

Сюэ Лин подпер подбородок рукой и продолжил:

"Раньше я ничего не понимал и хотел связать свою жизнь и смерть с этим мужчиной, угрожая родным самоубийством, если он не согласится на помолвку со мной. В результате он совсем не дорожил мной. Не обращая внимания на то, что он уехал на задание еще до того, как была решена наша помолвка, он даже не пришел извиниться передо мной после того, как помолвка была отменена. Честно говоря, хоть и трудно найти селекционеров, но есть много людей, которым я нравлюсь! Почему я должен оставаться висеть на этом дереве?"

Система вытерла пот рядом с ним, думая в душе, что лучше бы тому человеку никогда не услышать слова хозяина, иначе другая сторона просто замучит его в постели. Нет, он вообще из нее не выберется.

Выражение лица Янь Цинцзюня также было полно беспомощности.

"Хорошо, лишь бы ты был счастлив".

Сердца людей были предвзяты. Он был ближе к Сюэ Лину, поэтому, естественно, встал на сторону Сюэ Лина. Хотя этот генерал-лейтенант выглядел невинным, судя по словам Сюэ Лина, но как селекционер, он все равно был не прав, заставляя человека чувствовать себя так грустно, тем более такого милого маленького русала.

Лоу Цэнь, который уже был занесен в черный список и почернел настолько, что не мог стать еще чернее, наконец, вернулся домой и был угощен едой своей бесконечно счастливой матерью, которая затем повернулась и сказала:

"Хотя это оказалось неожиданным сюрпризом, а не бедой, и ты даже прорвался вперед по рангу, в следующий раз ты не можешь быть таким опрометчивым."

Лоу Цэнь беспомощно кивнул.

Господин Лоу, его отец, также служил в армии, и его статус был очень высок. Но в конце концов, он был уже средних лет, а его сын вот-вот превзойдет его. С холодным выражением лица он похвалил его:

"Военное ведомство уже повысило твой ранг. Ты должен продолжать хорошо работать в будущем".

"Да."

Мадам Лоу несколько странно посмотрела на мужа и взяла сына за руку:

"Наш сын уже селекционер ранга SSS, и нет такого чина, которого он не сможет достичь в будущем. Почему ты до сих пор с ним так строг?"

"Если хочешь знать мое мнение, то сначала тебе нужно немного отдохнуть. Ты ни разу не брал отпуск с тех пор, как поступил на службу - как ты сможешь жениться на прекрасной русалочке для своей матери в таком состоянии?"

Глаза мадам Лоу блестели, когда она говорила об этом.

"Твоя мать знает одного очень красивого и воспитанного маленького мерфолка, который хорошо себя ведет и спокойный. Он даже умеет создавать одежду - посмотри на юбку из рыбьего хвоста, которая на мне, это его работа".

Выражение лица Лоу Цэня стало напряженным, и он очень чопорно сказал:

"Мама, у меня уже есть жених. Тебе не стоит этого делать".

Рука, которая передавала Лоу Цэню блюдо, замерла, и мадам Лоу молча поставила тарелку на место. Выражение лица господина Лоу тоже стало неприятным, и весь обеденный стол внезапно затих.

Лоу Цэнь был весьма озадачен ситуацией и продолжил:

"Что? Я знаю, что ты не любишь Янь Цивэня. То, что он сделал тогда, перешло все границы, но поскольку я уже договорился с герцогским дворцом, я, естественно, буду следовать этому. Только потому, что со мной что-то случилось, помолвка была отложена..."

Рот мадам Лоу открывался и закрывался, и наконец она произнесла еле слышно:

"Сынок, ты и Янь Цивэнь. Э…, помолвка уже расторгнута".

Лоу Цэнь был ошеломлен.

"После того, как ты впал в кому, твоя мать пошла искать его и попросила расторгнуть помолвку. Он согласился".

Если бы Сюэ Лин мог слышать, что говорит мадам Лоу, возможно, он бы похвалил мадам Лоу за то, что у нее есть совесть, так как по более раннему сюжету мадам Лоу должна была переложить всю вину на его плечи и ругать его за то, что он бессовестный, сдался и ушел от Лоу Цэня после того, как увидел, что он без сознания. Это был верный способ заставить Лоу Цэня медленно почувствовать отвращение к нему.

Это было бы очень удобно, если бы они влюбились друг в друга, а потом взаимно возненавидели друг друга до смерти. Сюэ Лин, которому особенно нравилось провоцировать и подначивать своего мужчину, заставляя его страдать, когда они играли в супружескую пару, всегда склонялась к такому кривому направлению сюжета.

"Он согласился?"

Лоу Цэнь повторил эти слова довольно странно.

"Тогда почему... почему я видел его в тот день, когда проснулся?"

"Он сказал, что не может быть спокоен и хочет увидеть тебя еще один раз..."

Мадам Лоу действительно чувствовала себя довольно неловко.

"В конце концов, вы двое больше не поддерживали никаких отношений друг с другом, а герцогский дворец не счел бы нужным держать обиду на нашу семью и на тебя, поэтому он пришел ко мне в качестве жеста доброй воли".

"Твоя мать знает, что он тебе не нравится. Его личность не совпадает с твоей, поэтому я и взяла на себя инициативу. Ты был очень недоволен помолвкой, и я подумала, что мы можем использовать твою кому как предлог и помочь тебе решить этот вопрос, чтобы он не беспокоил тебя после пробуждения".

Лоу Цэнь почувствовал, что у него начинает болеть голова.

Что это была за ситуация?

После того, как весь день был подавлен, вечером, когда занятия закончились, Сюэ Лин обхватил руками талию Янь Цинцзюня и не отпускал рыбу.

"Цзюнь-Цзюнь, ты проводишь меня домой? У меня такое ужасное настроение, что без тебя я могу даже спрыгнуть со здания сегодня вечером!"

Янь Цинцзюнь беспомощно посмотрел на него.

"Не говори так о себе".

"Серьезно."

Сюэ Лин наклонился к нему,

"Ты действительно не думаешь, что мое сердце и душа выглядят сейчас очень хрупкими?"

"Нет, я думаю, что ты выглядишь так, как будто ты полон энергии и даже можешь проплыть еще один километр".

Два кресла медленно двинулись к выходу, а Сюэ Лин пробормотал себе под нос, следуя за Янь Цинцзюнем.

"Просто идем ко мне. Будет хорошо, даже если ты просто придешь на ужин. Я говорил маме, что хочу познакомить ее со своим лучшим другом".

Движения Янь Цинцзюня на мгновение замерли. За это время он уже успел расспросить о том, что случилось с семьей герцога, и был уверен, что именно он был потерянным младшим сыном герцогского дворца.

В конце концов, его лоб и глаза были так похожи на глаза герцогини. Но чем больше это было так, тем больше он боялся. Он мог относиться к Янь Цивэню так спокойно и нормально, потому что этот человек был Янь Цивэнь. Если бы на его месте был кто-то другой, то Янь Цинцзюнь почувствовал бы, что ревнует его до безумия.

Столько лет работы над собой позволили ему скрывать свои мысли и чувства, чтобы они не проявлялись явно, но он все равно некоторое время был подавлен.

Если бы в это время его не сопровождал Янь Цивэнь, возможно, его мысли направились бы в сторону каких-то недоразумений.

Но даже в этом случае у него не хватило смелости проявить инициативу и показаться перед герцогиней в одиночку. Ему не терпелось вернуться домой, и он все время боялся, что, когда он наконец встретится с герцогиней, он ей не понравится.

Поэтому он много раз находил причины, чтобы отказать Янь Цивэню, и на этот раз он не собирался соглашаться.

Сюэ Лин продолжал, стоя у него за спиной:

"Цзюнь-Цзюнь, раз уж мне больше никто не нравится, а я в депрессии и не в лучшем настроении, то приходи ко мне домой в качестве гостя. Мне очень нужен комфорт. Я боюсь, что, придя сегодня домой, я услышу новости о Лу Цэне... Второй брат - военный офицер. Его любимое занятие во время еды - говорить о военных делах".

Движения Янь Цинцзюня снова застопорились, и он, управляя своим креслом, повернулся и посмотрел на Сюэ Лина. Другая рыба уже сильно отстала от него, и он опустил голову, его лицо выглядело очень несчастным. Он беспомощно вздохнул.

Хотя казалось, что Янь Цивэнь все еще способен шутить, он боялся, что это был вынужденный вид юмора. Если такой оптимистичный и жизнерадостный человек стал таким из-за селекционера, значит, он испытывал очень сильные чувства к нему.

Это был его друг, и именно в дом его друга он был приглашен. Янь Цинцзюнь уже давно считал Янь Цивэня младшим братом, который был младше его на несколько месяцев. Что плохого в том, чтобы согласиться пойти домой с младшим братом?

«Хорошо," - после долгого времени он, наконец, сдался и согласился.

Лицо Сюэ Лина засветилось от счастья. Он бросился вперед и потянул за собой Янь Цинцзюня, они направились прямо к входу, его парящее кресло свистело и пугало близлежащих мерфолков.

"Мой старший брат сегодня заедет за мной после работы. Позволь мне представить тебе моего старшего брата".

"Хорошо." Янь Цинцзюнь беспомощно кивнул.

Янь Чухуань, старший сын семьи Янь, был помощником Его Королевского Высочества. В будущем он станет человеком на уровне премьер-министра.

Он был очень занят каждый день, но как бы он ни был занят, он все равно находил время, чтобы отвезти младшего брата в школу и забрать его после уроков.

Так как Сюэ Лин сказал, что хочет взять с собой на ужин сокурсника, Янь Чухуань прошел вперед и сел в первом ряду, оставив задний ряд для двух мерфолков.

"Старший брат".

Его младший брат уже не был таким удрученным и подавленным, как утром. После школы он всегда выглядел полным хорошего настроения. Янь Чухуань протянул руку и погладил его по голове.

"Ты сегодня доставил неприятности учителю?"

Казалось, что младший брат повзрослел после разрыва помолвки с Лу Цэнем. Хотя он все еще был наивным и немного невежественным, он научился принимать разные точки зрения, и с ним было гораздо приятнее общаться, чем раньше. Изначально Янь Чухуань и так заботился о нем, но теперь он привязался к нему еще больше.

"Нет", Сюэ Лин подтолкнул Янь Цинцзюня вперед и радостно сказал:

"Старший брат, это тот самый Цзюнь-Цзюнь, о котором я тебе рассказывал. Разве он не прекрасен и не темпераментен? Цзюнь-Цзюнь, это мой старший брат, Янь Чухуань".

Янь Цинцзюнь напрягся и жестко поприветствовал Янь Чухуаня.

"Здравствуй, старший брат Янь".

Глаза Янь Чухуаня слегка расширились, а взгляд стал глубоким и темным. Он долго смотрел на Янь Цинцзюня, прежде чем открыть рот и сказать:

"Здравствуй. Спасибо, что позаботился о Вэнь-Вэнь в школе".

Янь Цинцзюнь махнул рукой. Он знал, что на первый взгляд, подружившись с Янь Цивэнем и получив приглашение прийти к нему домой, он выглядел так, будто использовал его, что легко могло быть неправильно понято другими.

Но на самом деле у него не было такого намерения, и он действительно любил Янь Цивэня как младшего брата.

"Мне действительно нравится Цивэнь".

Янь Цинцзюнь спокойно посмотрел на Янь Чухуаня. "Правда."

Янь Чухуань долгое время серьезно рассматривал его, прежде чем опустить взгляд. Он улыбнулся и открыл перед ними дверь, сказав:

"Хорошо. Садитесь в машину. Поедем домой и поужинаем".

Сюэ Лин с волнением забрался в машину, демонстрируя беспомощное выражение лица, которого никто из них не мог видеть. На самом деле, он очень устал от того, что каждый день притворялся глупым и милым...

Оставалось надеяться, что скоро что-то произойдет, и он сможет вырваться наружу, показать свои способности и повзрослеть...

У семьи герцога был большой замок в пригороде, но в городе у них было только две соединенные между собой виллы. Это было связано с тем, что в семье было три селекционера и две русалки, а герцогиня имела привычку готовить для Янь Цивэня двойную порцию всего, намереваясь, что вторая порция достанется ее младшему сыну. Поэтому одной виллы было недостаточно, и герцогу посчастливилось купить две виллы и соединить их вместе.

Благодаря влиянию герцогини, вся семья должна была обедать вместе. Иногда к ним присоединялись гости. Это могли быть друзья герцога, друзья герцогини, и даже принц присоединялся к ним за ужином.

Но Янь Цивэнь впервые пригласил друга домой, поэтому герцогиня была очень рада и приказала готовить больше. Хотя молодые мерфолки, возможно, и не едят много, все же лучше было приготовить больше блюд.

Герцог и Янь Чжайян прибыли домой первыми, переоделись в домашнюю одежду и собрались в гостиной, ожидая прибытия всех остальных. Это был обычай семьи Янь, который появился потому, что герцогине было очень важно чувствовать тепло и поддержку своей семьи.

Они всегда устраивали оживленный ужин, чтобы герцогиня не чувствовала себя слишком сентиментальной.

Янь Цинцзюнь начал паниковать только после того, как они вышли из машины. Он потянул Сюэ Лина за руку и спросил:

"Вэнь-Вэнь, нужно ли мне принести какие-нибудь подарки, ведь я приезжаю в первый раз?"

Сюэ Лин похлопал его по руке и сказал:

"Нет необходимости в подарке. Ты и есть лучший подарок".

Его смех был особенно искренним. Янь Цинцзюнь не понял иронии в этом предложении, но его настроение значительно улучшилось.

Янь Чухуань стоял позади них, размышляя, не слишком ли мать разволнуется и не упадет ли в обморок, и не стоит ли ему сначала вызвать врача. Услышав слова Сюэ Лина, он удивленно посмотрел на младшего брата.

Но он увидел его невинную улыбку, и сомнения в его сердце сразу же исчезли. Они редко обсуждали с младшим братом прошлую историю, не желая, чтобы он думал, что является чьей-то заменой.

Хотя ему также нравилось, что младший брат и его кровный родственника возвращается домой, если цена, которую придется заплатить, - это несчастье и боль в сердце Цивэня, то лучше бы этого не происходило.

Это было очень несправедливо по отношению к младшему брату, который столько лет прожил вдали от дома, но для него и его второго брата маленький русал, за взрослением которого они наблюдали, был гораздо ценнее.

Янь Чухуань несколько беспомощно вздохнул. Он не мог понять, что будет дальше, и впервые понял, что ничего не может сделать, кроме как смириться с судьбой.

Они, конечно, не откажутся от Янь Цивэня только потому, что нашли настоящего младшего господина герцогского дворца, но сердце Янь Цивэня наверняка снова будет ранено.

Каждый из них точно знал, насколько глубока одержимость их матери своим маленьким сыном.

Сегодня в семье Янь было как никогда оживленно. Сцена воссоединения кровных родственников, которые были разлучены на протяжении многих лет, оказалась очень трогательной.

Сюэ Лин посмотрел на герцогиню и Янь Цинцзюня, которые плакали и крепко обнимали друг друга, поджал губы и молча смотрел вниз, стоя в стороне. Он опустил голову, и никто не мог видеть выражения его лица.

Янь Чухуань стоял рядом с ним, пытаясь немного утешить его, но как только его рука коснулась его плеча, Янь Цивэнь поднял голову.

"Старший брат, я собираюсь пойти прогуляться», - пробормотал он, открыв рот.

Янь Чухуань посмотрел на него и увидел, что его глаза слегка покраснели. Он беспомощно вздохнул и сказал:

"Давай. Просто погуляй у входа - далеко не уходи".

Сюэ Лин кивнул, развернулся и уехал на своем кресле. Теперь, когда вокруг никого не было, ему, естественно, не нужно было продолжать притворяться, что он расстроен тем, что его мать украл его друг.

Он использовал это как предлог, чтобы выйти, потому что система сообщила ему, что Лу Цэнь шатается за пределами их дома.

Это также облегчило ему путь назад с улыбкой, как будто он хотел порадоваться за тех двух людей, которые были внутри. Хотя он не чувствовал ничего особенного во время всего процесса, это была ролевая игра, и Сюэ Лин все равно старался следовать оригинальным настройкам личности, насколько это было возможно.

Кроме того, Лу Цэнь убежал, даже не закончив ужинать. Его разум был потрясен новостями от матери, и его мозг был практически пуст. Он никогда раньше не был влюблен и был полон уверенности в том, что не пойдет на встречу с другой стороной, основываясь на том, что они помолвлены.

Теперь, когда он вдруг обнаружил, что между ними нет мостов, связывающих их, и что вполне возможно, что он не сможет сблизиться с другой стороной из-за разорванной помолвки, Лу Цэнь не мог усидеть на месте.

Он поехал прямо к резиденции семьи герцога, но когда подъехал ко входу, не знал, что сказать, чтобы войти, поэтому, выйдя из машины, некоторое время глупо стоял у двери, глядя на дом, в котором горел свет.

На мгновение на лице, без пяти минут генерала, Лу Цэня появилось замешательство.

Это был первый раз, когда его сердце дрогнуло, когда он впервые почувствовал такую решимость заполучить другого человека. Очевидно, что мгновение назад все было хорошо, но в следующую секунду у него ничего не было...

Такое чувство было слишком ужасным. Это было настолько ужасно, что ему захотелось вступить с кем-нибудь в драку.

Он все еще стоял ошеломленный, когда дверь виллы внезапно открылась.

Глаза Лу Цэня бессознательно приклеились к двери, когда оттуда медленно выплыло кресло с русалом, и дверь захлопнулась за ним. Маленький русал приблизился, подперев щеку рукой, с мрачным выражением лица.

Взгляд Лу Цэня упал на него, а потом он уже не мог отвести глаза. Он не знал, когда перед ним появился другой человек.

Дверь парадного входа закрылась, маленький русал поднял взгляд, чтобы посмотреть ему в глаза, управлял своим креслом, чтобы обойти его, а затем поехал прямо.

Здесь был небольшой парк. Сюэ Лин планировал остаться там на некоторое время.

Что касается того, кто стоял у двери, то он последует за ним, даже если он оставит его там. Ему не нужно было ничего ему говорить.

Подумав об этом, мадам Лоу только сегодня сообщила ему, что помолвка между ними отменена, и только сегодня он пришел в панике. Сюэ Лин был весьма раздражен тем, что не учел действия мадам Лоу, и прямо возложил вину за проигрыш в пари с системой на плечи мужчины.

Как цундере, он не видел ничего плохого в том, чтобы злиться из-за таких вещей.

Лу Цэнь, как подавленный и сжатый в тисках человек, следил горячими глазами за фигурой Сюэ Лина до тех пор, пока тот не оказался по другую сторону парковой стены.

Звук закрывающейся двери полностью разбудил его. Он не думал, что сможет встретить другого человека таким образом. Лу Цэнь был в восторге, следуя за Сюэ Лином.

"Такой рыбе, как ты, небезопасно гулять одной ночью".

Он догнал его, но долгое время был подавлен и не мог ничего сказать. Только когда Сюэ Лин вошел в парк, Лу Цэнь наконец-то произнес эту глупую фразу.

Сюэ Лин был недоволен тем, что стал "рыбой". Хотя он и на самом деле являлся рыбой, ему очень не хотелось ею быть. Поэтому, когда он столкнулся с Лу Цэнем, выражение его лица было совсем нехорошим.

"Это территория аристократов, и со мной ничего не случится. Скорее, что генерал-лейтенант Лоу делает здесь посреди ночи?"

Он сделал паузу и недовольно добавил еще одно предложение:

"Я слышал от моего второго брата, что вас только что повысили до генерала. Поздравляю".

Лу Цэнь был, образно говоря, шокирован его словами и не знал, что сказать. Щеки маленького Русала слегка порозовели, и казалось, что он сильно разозлился.

Он явно был в ярости, и слова, которые он говорил, были явно горькими и резкими, но когда они дошли до ушей Лу Цэня, и в глазах Лу Цэня, сцена была несравненно милой.

Как мило. Он смог снова увидеть его после полумесячного ожидания.

Это заставило Лу Цэня захотеть убить прежнюю версию себя, которая настаивала на отказе увидеться с маленьким русалом.

У него были претензии к его поведению и характеру в прошлом, но он был таким милым, и Лу Цэнь действительно планировал отдалиться от него по необъяснимым причинам.

Он даже ранее потратил столько времени и столько возможностей, чтобы сблизиться с ним. У того, кем Лу Цэнь был полмесяца назад, точно должны были быть проблемы с мозгами!

Очевидно, что, проснувшись, он хотел как можно скорее заключить этого человека в свои объятия.

"Вэнь-Вэнь," заговорил он и позвал его, "я пришел поговорить с тобой".

"Наша помолвка уже расторгнута», Сюэ Лин нахмурился и недовольно сказал:

"Так что не называй меня в такой интимной манере. Мы с генералом Лоу уже все выяснили между собой. Может быть, ты недоволен тем, что мы просто разорвали помолвку, и хочешь сделать так, чтобы я не смог выйти замуж за другого?"

"Как я могу помешать тебе выйти замуж?"

Впервые Лу Цэнь был раздосадован тем, что не обладает красноречием. Раньше он думал, что пока у него достаточно силы, он может использовать силу, чтобы подавить человека, а другая сторона, естественно, не будет ему противостоять и будет следовать только тому, что он говорит.

Но когда он столкнулся со своим маленьким русалом, ему даже не нужно было думать об этом, чтобы понять, что такой метод неосуществим.

Он был таким маленьким. Что бы он сделал, если бы не смог должным образом контролировать свой импульс и напугал его?

Сюэ Лин: Ха-ха.

"Даже если ты не сможешь выйти замуж, я все равно женюсь на тебе".

Он долго обдумывал свои слова, прежде чем сказать это.

Сюэ Лин усмехнулся и повернул голову, чтобы посмотреть на него, и сказал:

"Лоу Цэнь, неужели с твоими мозгами после комы все так плохо? Ты уже однажды отверг меня. Что ты имеешь в виду, придя ко мне сейчас? Наша помолвка уже отменена, и мы не имеем ничего общего друг с другом. Тебе не нужно говорить мне эти слова".

Смысл его слов был очень ясен. Он имел в виду, что раз между ними ничего нет, то Лоу Цэнь должен просто уйти и исчезнуть.

Глаза Лоу Цэня сузились, и он с жадностью уставился на профиль Сюэ Лин. Слова, которые были произнесены только что, явно означали прекращение их отношений, но в его сердце было чувство, что маленький русал просто шутит с ним.

Это чувство было очень необоснованным, поскольку, согласно словам маленького русала, ухаживание, которое он только собирался начать, уже провалилось.

Но его взволнованное сердце подсказывало ему, что на самом деле собеседник не собирался его прогонять, а скорее играл с ним. Должно быть, он просто злится, и если он его немного успокоится, то все будет в порядке.

Следуя этой загадочной интуиции, Лоу Цэнь положил руку на голову Сюэ Лина.

"Почему ты вышел из дома так поздно ночью?"

Сюэ Лин молчал.

Движения Лоу Цэня были очень мягкими, его руки ласкали кончики его волос, неся с собой магическую способность успокаивать.

"У тебя плохое настроение?"

Сюэ Лин моргнул, и когда он понял, что его вспыльчивость не может заставить мужчину запаниковать, он понял, что должен изменить свою тактику.

Его глаза снова покраснели, он опустил голову и схватился за юбку из рыбьего хвоста.

"Неужели мне так трудно понравиться..."

Лоу Цэнь удивился и ответил:

"Почему ты об этом спрашиваешь?".

"Я не нравлюсь тебе, и я не нравлюсь твоей матери..."

Он произнес эти слова с обидой.

"Пока ты был в коме, она решила использовать это как предлог, чтобы я разорвал с тобой помолвку... Неужели я настолько ей не нравлюсь, что она даже не может смириться с тем, что я хочу хоть на мгновение стать твоим женихом?"

Слезы заливали его глаза, а плечи тряслись, придавая ему особенно жалкий и несчастный вид.

"Возможно, в будущем я больше не понравлюсь матери, а два старших брата и отец больше не захотят меня... Цзюнь-Цзюнь… Цзюнь-Цзюнь тоже меня не полюбит... ведь я лишил его матери и отца на столько лет..."

Лоу Цэнь был немного взволнован, маленький русал был очень энергичным и полным духа, когда он говорил с ним только что, но теперь он, казалось, нес чувство, что весь мир бросил его, заставляя его сердце невыносимо болеть, так как он тоже был расстроен.

"Будь хорошим".

Он протянул руку, чтобы погладить его по голове, говоря как можно спокойнее:

"У тебя все еще есть я. Я не оставлю тебя".

Маленький русал посмотрел на него сквозь дымку слез в глазах, скривил губы и сказал:

"Очевидно, ты был первым, кто ушел".

Сердце Лоу Цэня хотело растаять. Он присел на корточки и посмотрел прямо на маленького русала, протягивая руку, чтобы легонько, нежно, взять его в свои объятия.

Ощущение того, что она наконец-то оказался рядом с ним, было чрезвычайно прекрасным, и Лоу Цэнь испустил вздох удовлетворения. Его рука скользнула по спине Сюэ Лина, и он погладил его по спине, как бы успокаивая, но в то же время давая ему силу и поддержку.

"Это было решение моей матери, а не то, чего я хотел сам. Ты мне очень нравишься, нравишься до безумия. Стоит мне подумать, что ты с кем-то другим, я не могу контролировать свое желание убивать".

После того, как Лоу Цэнь заговорил, он понял, что человек в его объятиях - маленький русал, и его жестокие слова могли напугать его.

Но когда он посмотрел вниз, на него уставилась пара глаз, темных, как чернила, с золотыми ободками, и пристально смотрела на него. От такого взгляда Лоу Цэню стало трудно сдерживаться, и он особенно боялся, что не сдержится и похитит маленького русала.

Он не был уверен в своем самообладании. От одного взгляда на этого маленького русала его сердце билось как барабан, и он приходил в экстаз каждый раз, когда подходил к нему чуть ближе.

Теперь, когда он держал этого человека в своих объятиях, он больше не хотел его отпускать, а то, что на него так смотрели, заставляло его хотеть, чтобы на него смотрели так всю жизнь.

Лоу Цэнь никогда не знал, что способен сдаться так быстро, не имея ни времени, ни намерения бороться. Если выражаться поэтически, то ему хватило одного взгляда, чтобы согласиться стать глупым ради любви навсегда.

Вещи, которые уже попали в руки генерала Лоу, никогда не будут так просто отпущены. Он не чувствовал, что совершал сейчас ошибку всей своей жизни. Раз уж он так сильно чувствовал, что хочет быть с этим человеком, то он должен был просто пойти вперед и сделать это.

И хотя внешне маленький русал говорил, что хочет, чтобы он ушел, и не желал его признавать, некоторые его незначительные действия все же позволили Лоу Цэню увидеть, что он нравится маленькому русалу, что сделало его уверенность сильнее, чем когда-либо прежде.

Словно что-то заметив, Сюэ Лин недовольно заворчал и попытался вырваться из объятий Лоу Цэня:

"То, что говорят, всегда звучит лучше, чем реальные действия".

И тут он неожиданно услышал яростный голос Янь Чжайяна:

"Эй, ублюдок! Отпусти его сейчас же!!!"

Вслед за его голосом послышались топот ног.

Сюэ Лин догадался, что это люди из дома вышли его искать, обнаружив, что он пропал. Номер со слезами был показан им специально, чтобы они увидели.

Он уже сказал, что не позволит Лоу Цэню спокойно получить то, что он хочет. С его вспыльчивым характером, как можно было так легко уговорить его вернуться, сказав всего несколько добрых слов?

Лоу Цэнь неохотно отпустил Сюэ Лина. Перед этим он даже склонил голову, чтобы поцеловать Сюэ Лина в лоб.

Теперь Янь Чжайян уже не просто ревел. Он сразу же бросился вперед, чтобы сразиться с Лоу Цэнем.

Лоу Цэнь блокировал его движения одной рукой, использовал силу и оттолкнулся на два шага. Несмотря на такую серию движений, его глаза все еще были прикованы к телу Сюэ Лин, не дрогнув ни на секунду.

Янь Цинцзюнь тоже появился и сразу же приблизился к Сюэ Линю. Он взял его за руку и осмотрел. Увидев, что глаза Сюэ Лина слегка покраснели, он обеспокоенно сказал:

"Вэнь-Вэнь, ты плакал? Он заставил тебя плакать?!"

Сюэ Лин покачал головой: "Он тут ни при чем".

"Как это ни при чем?" - возмущение Янь Чжайяна было ясно выражено на его лице, и оно стало еще хуже, когда он услышал, что его младший брат плакал.

"Это семья Лоу хотела расторгнуть помолвку, и все уже выяснено. Что он сейчас здесь делает?!"

В этот момент даже выражение лица Янь Чухуаня стало нехорошим. Он холодно сказал:

"Генерал Лоу, нам нужно, чтобы вы дали нам объяснения".

"Объяснения?"

Лоу Цэнь похлопал по своей одежде и сказал:

"Я пришел из-за предыдущей помолвки".

Выражение лица герцога также было уродливым. Хотя он обычно был довольно сдержанным, он все еще заботился о Янь Цивэнь как о своем ребенке. В противном случае он не стал бы устраивать ему помолвку, когда тот поднял шум.

"Помолвка уже расторгнута, и это именно то, чего вы хотели. Если у вас нет других дел с нами, я надеюсь, что вы больше не будете появляться перед Вэнь-Вэнем. Он изначально был несчастлив из-за этой увлеченности, и раз уж вы не можете дать ему то, чего он хочет, не надо появляться перед ним, чтобы еще больше ранить его сердце".

Сюэ Лин молча спряталась за герцогиню. Янь Цинцзюнь взял его за руку, чтобы утешить, а герцогиня, которая только что нашла своего настоящего сына, тоже успокоила свои чувства и холодно посмотрела на генерала Лоу.

"Я знаю, что генерал Лоу только что получил повышение после пробуждения, и нет предела тому, как далеко вы можете продвинуться в будущем. Наш Вэнь-Вэнь не может подняться так высоко, поэтому будет лучше, если генерал проявит немного самоуважения".

Среди всех присутствующих, никто из них не показал Лоу Цэню хорошего выражения.

Лоу Цэнь понял, что из-за отмены помолвки, отношение семьи Янь к нему было очень плохим. Возможность изменить ситуацию сейчас была очень мала, но ему все еще нужно было кое-что сказать.

"Я пришел из-за сорванной помолвки. Поскольку дело уже дошло до этого, я ничего не могу с этим поделать. Но что я могу сделать, так это снова добиваться Вэнь-Вэня и надеяться, что он снова примет меня и захочет быть со мной".

"Это что, шутка?"

Янь Чжайян был вспыльчивым человеком. Не успели его слова закончиться, как он уже взорвался.

"Как ты относишься к нашему Вэнь-Вэню? Сначала долго ломаешься, чтобы согласиться на помолвку, а потом отказываешься от ней при первой возможности, разве это поступок мужчины?"

Герцогиня смотрела на Лоу Цэня, как на отброс.

"Генерал, должно быть, шутит. Наш Вэнь-Вэнь чист и невинен, и он не может играть с вами в эти коварные игры. Генералу лучше уйти, и я бы предпочла, чтобы мы больше не встречались в будущем".

«Мои попытки добиться Вэнь-Вэнь - это мое личное дело. Я думаю, у меня должно быть право преследовать того русала, который мне нравится".

"Ха-ха."

Янь Чухуань усмехнулся и холодно рассмеялся. Звук этого смеха заставил остальных присутствующих вздрогнуть.

"Господин генерал, естественно, имеет право бегать за кем хочет, но и мы также имеем право защищать наших младших. Я надеюсь, что у господина генерала хватит силы воли, чтобы упорствовать".

Эти слова были похожи на объявление войны, которое прямо втянуло обе стороны в сражение. На какое-то время обе группы стали враждовать друг с другом.

Но просто так начать сражение было невозможно. Отбросив "просто подождать и посмотреть", Лоу Цэнь пристально посмотрел на Сюэ Лина.

Как невинный зритель, поедающий дынные семечки, Сюэ Лин спокойно опустил голову и сделал вид, что его не существует.

Янь Цинцзюнь обеспокоенно сжал его руку и спросил:

"Он что-нибудь тебе сделал?"

Сюэ Лин покачал головой. Этот человек был слишком жалок. Будет лучше, если он не будет портить ему жизнь еще больше.

Хотя он склонил голову и не говорил, люди автоматически поняли, что он имел в виду. На самом деле, Лоу Цэнь был просто мерзавцем!

Их помолвка была расторгнута, но он все равно пришел провоцировать Янь Цивэня, неужели он думает, что Вэнь-Вэнь еще не достаточно опечален?!

Вся группа людей наблюдала за тем, как Сюэ Лин опустил голову и молчал, но в конце концов герцог беспомощно вздохнул и сказал:

"Давайте разойдемся. С тех пор как все собрались, было шумно, и никто еще не ел. Вернемся в дом и поужинаем".

"Да. Цинцзюнь, ты..."

Княгиня открыла рот и посмотрела на Сюэ Лина, ее мысли путались.

Сюэ Лин схватил Янь Цинцзюня за руку и открыл рот, чтобы сказать:

"Давай просто попросим Цзюнь-Цзюня остаться у нас сегодня. Может, с завтрашнего дня ты переедешь жить к нам? Мы будем спать вместе, и ты сможешь составить мне компанию".

Янь Цинцзюнь посмотрела на его немного жалкий взгляд, мягко улыбнулся и кивнул: "Хорошо."

Герцогиня вздохнула с облегчением.

"Вот и хорошо. Давайте вернемся в дом и поужинаем".

Янь Цинцзюнь был ее собственным сыном, ребенком, которого она ждала так много лет, но Янь Цивэнь иногда был ее духовной опорой, маленьким мерфолком, которого она любила и о котором заботилась все это время.

Она все еще надеялась, что они смогут поладить, и теперь казалось, что Янь Цивэнь не ненавидит Янь Цинцзюня за его личность, и ситуация сложилась как можно лучше.

Этот ребенок был простым и только что потерял свою любовь. Человек, который ему нравился, был подонком, и сердце герцогини было предвзято. По крайней мере, в этот момент она больше заботилась о Сюэ Лине.

Эта трапеза оказалась не такой счастливой, как ожидалось, и после еды семья быстро разошлась. Янь Чухуань потянул Янь Чжана прямо в свой кабинет, а Янь Цинцзюнь попросил остаться герцога и герцогиню для беседы. Сюэ Лин вернулся в комнату один.

Поскольку он был мерфолком, его комната находилась на другой стороне виллы, а на балконе перед его комнатой был открытый бассейн. Он соединял его комнату с соседней комнатой, которую герцогиня приготовила для Янь Цинцзюня. Когда завтра там будет наведен порядок, Янь Цинцзюнь сможет там жить.

Сюэ Лин не возражал против этого. Пока он закрывал стеклянную дверь, которая доходила до земли, никто не мог видеть, как он ходит на двух ногах внутри комнаты. Совместное пользование бассейном с Янь Цинцзюнем и тому подобные вещи никак не влияли на его планы.

С этими мыслями Сюэ Лин снял юбку-рыбий хвост, нашел в шкафу рубашку побольше и надел ее, а затем сменил рыбий хвост на две ноги, чтобы начать тренироваться ходить по комнате.

Поскольку хозяин изначального тела боялся собственных ног, он редко показывал их наружу. Но Сюэ Лин регулярно тренировал ноги, чтобы быть уверенным, что сможет нормально ходить по земле.

Благодаря этим двум ногам, Сюэ Лин получил новое понимание популяции глубоководных мерфолков. Если человек был глубоководным, то он мог превратить свой хвост в ноги и ходить по суше по своему желанию.

Их боевая мощь была свирепой, и им было очень легко выходить на сушу и зарабатывать на жизнь. И люди не испытывали к ним никакого отвращения.

Хотя тогдашние мерфолки по внешнему виду были в какой-то степени похожи на глубоководных мерфолков, из-за свирепости глубоководных мерфолков люди знали о них очень мало.

Они даже не знали, что те могут ходить по суше.

Сюэ Лин не планировал провести всю свою жизнь в плавучем кресле. В конце концов, у него были ноги, и было много вещей, которые ему еще нужно было сделать.

Например, ему еще нужно было разорить исследовательскую лабораторию, которая хотела его замучить до смерти, и так далее.

Сюэ Лин планировал сделать свой ход после того, как освоится с ходьбой на ногах и сможет бегать, прыгать и пинаться, как ему захочется.

Он ходил по кругу, просматривая всевозможные новости в Интернете, когда раздался стук в дверь. Сюэ Лин знал, что пришел Янь Цинцзюнь, поэтому он сразу же окунулся в воду и крикнул в сторону двери:

"Открыто".

Дверь была автоматической и открывалась по команде. Войдя в комнату, Янь Цинцзюнь никого не увидел, поэтому он вышел на балкон.

Балкон был очень просторным. После входа в воду можно было проплыть чуть меньше половины открытого бассейна, и он был построен специально для семейства мерфолков.

В конце концов, они были молодыми мерфолками и хотели иметь свое личное пространство. Их бассейн также находился отдельно от бассейна герцогини.

Русал-брюнет уже плавал в воде. Его руки держались за край бассейна, а глаза были широко открыты, в них отражалась фигура Янь Цинцзюня, отчего он чувствовал нежность в воздухе.

"Неужели Вэнь-Вэнь оказался сегодня на свидании из-за меня?"

Янь Цинцзюнь сбросил одежду и соскользнул в воду, подплыв к Сюэ Лину.

"Ты был грустным и несчастным не из-за Лоу Цэня, а из-за меня, верно? Волновался, что я заберу у тебя отца и мать, а также двух братьев?"

Сюэ Лин в душе спросил, означает ли это, что пришло время начать их "эмоциональный сеанс". Но выражение его лица по-прежнему было очень невинным.

"Нет."

Он покачал головой и решил не заходить слишком далеко, притворяясь глупцом. Ситуация должна быть прояснена, чтобы между ним и Янь Цинцзюнем не было клина.

Хотя клин или нет, было не так важно, Сюэ Лин был перфекционистом, когда решал что-то сделать.

"Я с самого раннего возраста знал, что не являюсь кровным ребенком в семье. Мне известно, что меня подобрали".

"На самом деле, это просто никогда не казалось реальным. У меня всегда было ощущение, что все, что у меня было, было украдено у тебя. Я никогда не просил многого, и хотя мама очень любила меня, единственное, о чем я пытался просить в своей жизни - это брак с Лоу Цэнем".

В этот момент он пошевелил хвостом и поплескался в воде.

"Но в итоге даже это желание обернулось неудачей".

"Иногда я задаюсь вопросом, неужели из-за того, что я влез в чужую семью, я не нравлюсь людям?"

Янь Цинцзюнь потянулся и взял его за руку.

"Не будь таким, Вэнь-Вэнь. Это не твоя вина, что я тогда потерялся, и не твоя вина, что матушка нашла тебя. Ты ничего у меня не украл, так что искупать вину не за что. В любом случае, Лоу Цэнь не говорил, что ты ему не нравишься. Ты ведь слышал, что он сказал сегодня вечером? Он хочет добиваться тебя".

"Почему? Во мне нет ничего особенно хорошего".

Сюэ Лин, казалось, сдался, обняв свой хвост и потерявшись в своем горе. Его несчастный вид беспокоил Янь Цинцзюня, который боялся, что он ненароком впадет в депрессию.

"Я вырос таким маленьким, и не такой привлекательный, как ты, и не такой хороший, как ты, во всем хуже тебя, и даже не смог понравиться мадам Лоу, как ты. Я знаю, что ей особенно нравятся юбки "рыбий хвост", которые ты создаешь. Но что я могу сделать? Я всего лишь маленький мерфолк, которого удочерила герцогиня, и все, что я могу делать, это притворяться милым и дурачиться. Время идет день за днем. Может быть, когда-нибудь я найду селекционера, который действительно любит мерфолков. Может быть, ему будет все равно, что я за человек, и он просто будет довольствоваться какой-то там рыбой».

Янь Цинцзюнь почувствовал, что уже зашел в тупик. Если он не вытащит его сегодня вечером из этих мрачных мыслей, то боится, что может случиться что-то плохое.

«Вэнь-Вэнь, послушай".

Взяв его за руку и заставив посмотреть на себя, Янь Цинцзюнь открыл рот, чтобы сказать:

"Даже если Вэнь-Вэнь маленький, ты еще не достиг зрелости, и ты еще вырастешь. Ты очень милый, и многим людям ты нравишься. Мать, отец и два твоих брата - все они очень любят тебя и желают, чтобы каждый твой день был счастливым. Поэтому ты не должен говорить такие вещи. Это очень огорчит всех нас".

"Человек, который тебе нравится, полюбит тебя в ответ, и ты сможешь быть с ним вместе. Пока ты можешь жить счастливо, мы не будем мешать тебе быть с Лоу Цэнем".

Янь Цинцзюнь продолжил, поглаживая голову Сюэ Лина:

"Просто отношение Лоу Цэня изменилось слишком быстро, и мы не чувствуем себя спокойно, когда он вступает в контакт с тобой. Мы просто хотим защитить тебя".

Сюэ Лин издал тихий утвердительный звук, протянул руку, обнял Янь Цинцзюня за талию и спросил мягким голосом:

"Цзюнь-Цзюнь, ты немного старше меня. Могу ли я называть тебя старшим братом?"

"Да, Цзюнь-Цзюнь или старший брат - оба варианта хороши. Пока Вэнь-Вэнь счастлив, все в порядке".

Сюэ Лин положил голову на плечо Янь Цинцзюня и показал потрясающую улыбку, которую тот не смог бы увидеть. Эта улыбка была совершенно не похожа на ту простую и наивную улыбку, которую он обычно дарил.

Она была полна хитрости и коварства, и, вероятно, потому, что она была слишком искренней, лицо, которое обычно не было потрясающим, вдруг стало гораздо более гламурным и блестящим.

Система молча бранила его в стороне. Ее хозяин на самом деле был очаровательным, презренным негодяем из легенды, верно?

С таким великолепным лицом и таким безудержным и бесстыдным характером! Неужели он действительно не чувствовал вины, обманывая прекрасного главного героя?

Если бы Сюэ Лин мог слышать язвительные замечания системы, он бы, вероятно, широко улыбнулся, сообщив, что действительно не чувствует никакой вины.

Вины? Разве это можно съесть?

Его тело с самого рождения было наполнено хитростями и схемами. Если бы он действительно был добрым и милым, то, возможно, уже давно бы отправился умирать, как хозяин этого тела.

На этом "эмоциональный сеанс" между ними закончился. Сюэ Лин притворилась, что плачет в объятиях Янь Цинцзюня, а потом заявил, что завтра будет новый день.

Янь Цинцзюнь, наблюдавший за происходящим, не знал, смеяться ему или плакать, и в итоге расстроился еще больше.

На другой стороне виллы, в комнате Янь Чухуаня, старший брат налил второму брату стакан воды и предложил сесть.

"Чжайян, в следующий раз не будь таким импульсивным. Ты не сможешь победить Лоу Цэня. Ты был так безрассуден сегодня. Что бы мы делали, если бы с тобой что-нибудь случилось?"

"Я была просто невероятно зол".

Янь Чжайян нахмурил брови, вспоминая произошедшее.

"Он явно заставил Вэнь-Вэня разорвать с ним помолвку, но теперь он возвращается с этими лицемерными жестами. Ясно, что он просто хочет убедиться, что Вэнь-Вэнь не может без него жить и снова поднимет на уши всю семьи из-за своей влюбленности!"

"Ты беспокоишься, что наша семья потеряет покой, или что Вэнь-Вэнь не сможет жить без Лоу Цэня?"

Янь Чухуань задал вопрос, который, казалось, не имел особой связи с предыдущим замечанием, но все же заставил Янь Чжаяна напрячься.

Все его тело застыло на месте. Столкнувшись с многозначительным взглядом Янь Чухуаня, он медленно, медленно опустил голову.

"Старший брат!" - воскликнул он.

"Ты должен знать, что Вэнь-Вэнь относится к тебе просто как к своему брату. Если ты не хочешь потерять его, не делай лишних вещей".

Лицо Янь Чухуаня было очень серьезным. Янь Чжайян понял, что он имел в виду, но все равно не смирился.

"Брат, почему это не могу быть я?! Вэнь-Вэнь не связан с нами кровным родством!"

Его глаза были красными, и он выглядел немного свирепым.

"Я наблюдал за ним, пока он рос. Он мне очень нравится! Неужели даже такой мерзавец, как Лоу Цэнь, приемлем, а я - нет? Только потому, что я взял на себя имя "старшего брата"?!"

"Янь Чжайян!"

Янь Чухуань хлопнул по столу и сердито сказал:

"Ты понимаешь, что говоришь? Цивэнь - ребенок из нашей семьи Янь! Не имеет значения, был ли он усыновлен или нет! Если ты все еще хочешь видеть его каждый день, то очисти свои мысли от подобных идей! В противном случае я отправлю тебя подальше, и ты сможешь вернуться через три или пять лет, когда он уже женится, чтобы у тебя была полная ясность ума!"

Янь Чжайян был ошеломлен его ревом. Услышав слова старшего брата, его выражение лица стало печальным:

"Старший брат... Я..."

"Какой бы ни была причина, ты ему не понравишься, а ты не можешь ему навязываться. Если ты хочешь разрушить единственный дом Цивэня и сделать так, чтобы ему не на кого было положиться, то давай, скажи ему о своих чувствах. Посмотрим, согласится ли он с радостью быть с тобой, или навсегда покинет дом".

Договорив до конца, Янь Чухуань махнул рукой своему глупому брату, чтобы тот убирался из кабинета и возвращался в свою комнату. Он только что почувствовал, что его голова пульсирует от боли.

Все эти вещи произошли из-за Янь Цивэня, но ни в одной из них не было вины Янь Цивэня. Янь Чухуань не мог ничего сказать Янь Цивэню, и кроме вздохов о том, что его младший брат слишком усложняет другим заботу о нем, единственное, что он мог сделать, это остановить Янь Чжайяна.

Янь Чжайян мог терпеть, когда Янь Цивэнь плакал и умолял выйти замуж за Лоу Цэня, но один раз - это, пожалуй, предел. Если Лоу Цэнь действительно собирался сделать то, что сказал, и преследовать Цивэня, то трудно сказать, как долго можно будет скрывать намерения Чжайяна.

Это дело можно назвать очень сложным, затрагивающим все аспекты, но его можно назвать и очень простым, связанным с любовью и ненавистью между группой молодых людей.

Старший брат семьи Янь хотел бы сказать, что его сердце действительно разрывается из-за обоих младших братьев. Если он смог удержаться от желания избить младшего брата, значит, в последнее время его терпение улучшилось.

Лоу Цэнь не знал, что произошло в семье Янь после его ухода. Некоторое время он находился в коме, а после пробуждения у него было много дел, с которыми нужно было разобраться.

Чтобы освободить время и как можно скорее поймать свою рыбу, он даже работал всю ночь, чтобы сделать все важные дела.

Перед рассветом он переоделся и отправился в Военное ведомство, чтобы написать заявление на отпуск у своего начальника.

Впереди у него была еще долгая-долгая жизнь и светлое будущее. Если он будет стремиться к этому, то сможет продвинуться по службе. Но его супруг в любую минуту может быть утащен кем-то, если он не будет за ним гнаться; Лоу Цэнь всегда четко определял свои приоритеты.

Его начальник некоторое время молча наблюдал за его внезапным просветлением в отношении любви. Хотя он был недавно повышен в должности, передача дел в Военном ведомстве еще не была завершена.

В ближайшее время ничего важного не предвиделось, поэтому ему предоставили отпуск с условием, что передача дел должна быть завершена во время его увольнительной. Хотя это был отпуск, он не мог полностью отказаться от работы.

Пока он улаживал дела на работе, со своей стороны Сюэ Лин помогал Янь Цинцзюню переехать. По дороге он узнал, что мадам Лоу недавно отдалилась от Янь Цинцзюня.

Янь Цинцзюнь объяснил это Сюэ Лину следующим образом:

"Госпожа Лоу сказала, что хотела бы, чтобы я стал ее невесткой, но сердце ее сына уже принадлежит другому. Чтобы не было недопонимания, в будущем нам лучше поддерживать отношения исключительно делового характера".

Сюэ Лин: "..."

"Я думаю, что человеком, которому принадлежит сердце ее сына, должен быть ты. Как видишь, я нечаянно помог тебе узнать о намерениях Лоу Цэня".

Сюэ Лин: "..."

"Мадам Лоу сказала, что Лоу Цэнь проснулся с решимостью довести помолвку до конца. Лоу Цэнь не говорил с ней больше двух слов с тех пор, как она сказала ему, что брак отменен".

Янь Цинцзюнь выглядел так, будто пытался удержаться от смеха.

"Госпожа Лоу не ожидала, что случайно совершит плохой поступок с добрыми намерениями и в итоге потеряет невестку, которая уже почти вошла в их семью. Теперь она полна раскаяния".

На лице Сюэ Лина появилось смущение.

Янь Цинцзюнь похлопал его по руке и сказал:

"Все в порядке. Я утешил ее ради тебя и сказал ей, что ты очень хороший человек. Раз уж ты нравишься Лоу Цэню, она тоже должна научиться видеть твою хорошую сторону".

Сюэ Лин: "..."

Правильный протагонист «Шоу» был идеально взломан им, чтобы стать божественной свахой.

Сюэ Лин ухватился за эту романтическую драму и сказал:

"Почему ты все время вспоминаешь Лоу Цэня, я никогда не говорил, что хочу согласиться на его предложение. Ты говоришь так, будто он очень искренен, но я его с тех пор не видел. Давай не будем об этом говорить. Матушка сегодня утром сказала, что в следующем месяце устроит для тебя банкет, чтобы другие дворяне знали, что наша семья уже нашла тебя. Я хочу подготовить для тебя подарок, может, ты сходишь со мной позже?"

Янь Цинцзюнь не знал, смеяться или плакать:

"Ты хочешь приготовить для меня подарок, поэтому тебе придется меня взять с собой? Ты не боишься, что я не удивлюсь подарку?"

"Ты же не можешь видеть, что я покупаю для тебя. Почему ты не можешь удивиться?"

"Хорошо." Янь Цинцзюнь не пытался отказаться.

"Тогда не опаздывай. Мы должны успеть закончить дела и вернуться к ужину".

"Да, да, успокойся. Я уже сказал старшему брату сегодня утром, и мы сегодня рано ушли из школы. Мы можем уже отравляться".

Воспользовавшись отсутствием провожатых, когда они вышли из школы, он смог превратить свой хвост в ноги и пройтись вокруг, чтобы посмотреть. Ему было интересно, будут ли люди из лаборатории продолжать искать его, если он превратится в человека?

Похоже, что люди в лаборатории узнали о том, что он может превращать свой хвост в человеческие ноги, только после того, как они поймали первоначального владельца этого тела.

Хотя он только изменил пути, по которым пойдет их любовь, он уже изменил судьбу двух главных героев-мужчин. Система говорила, что этот мир относительно легкий, и остальные их карьерные пути можно было не трогать.

В конце концов, было не слишком убедительно заставлять нынешнее тело хозяина превращаться в интригана, чтобы изменить карьерные пути двух главных героев в будущем. Поскольку их судьбы уже были изменены, после смерти двух главных героев мир сможет напрямую забрать их удачу.

Теперь, когда основная задача была выполнена, Сюэ Лин, естественно, начал смотреть в сторону исследовательской лаборатории.

Если бы он смог уничтожить это кошмарное место до того, как личность Цинцзюня будет обнародовано, это вызвало бы большой шок в обществе высшего класса, что также удержало бы Цинцзюня от встречи с ненужными людьми.

Таким образом, Сюэ Лин сможет выбрать для него хорошего партнера, и Янь Цинцзюнь сможет жить счастливой и довольной жизнью, несмотря на потерю своего оригинального Гуна.

Поскольку они пошли в школу, а также потому, что Янь Чухуань подбросил их утром, два дополнительных телохранителя пришли забрать их после школы. Герцогиня приказала им проследить за Сюэ Лином.

К сожалению, эти люди увидели только Янь Цинцзюня у ворот школы.

Очаровательный русал с золотым хвостом, услышав вопрос телохранителей, смущенно сказал:

"Вэнь-Вэнь сказал, что хочет сохранить все путешествие в тайне, и не хочет никому рассказывать, поэтому он прогулял уроки и тайком ушел".

Телохранители: "..."

Достаточно того, что теперь у них больше ответственности, ведь у них появился еще один молодой господин под присмотром, так маленький молодой господин вдруг стал настолько своевольным, что не взял с собой ни телохранителей, ни селекционеров и отправился в путь в одиночку? Что это была за шутка!?

Это дело было передано герцогу. Янь Чухуань утаил информацию и отправил людей на поиски непослушного мерфолка. С одной стороны, он успокаивал Янь Цинцзюня, а с другой - пытался наладить контакт с Сюэ Лином. К его удивлению, несмотря на то, что он настаивал на сохранении тайны, ему ответили, когда он позвонил на нанокомпьютер Сюэ Лина.

Только ответила ему не Сюэ Лин.

Лицо Янь Чухуаня было особенно уродливым, что очень встревожило Янь Цинцзюня. Он потянул Янь Чухуаня за рукав и спросил низким голосом:

"Старший брат, неужели с Вэнь-Вэнь что-то случилось? Если бы я знал, я бы никогда не позволил ему сделать это. Я никогда не смогу противостоять ему, когда он ведет себя так мило".

Янь Чухуань выключил свой нанокомпьютер, его выражение лица было совсем нехорошим, и сказал:

"Все в порядке, но он с Лоу Цэнем".

Янь Цинцзюнь: "????"

Откуда вдруг взялся Лоу Цэнь?!

……

Пропустив занятия, Сюэ Лин имел достаточно времени, чтобы сделать много вещей. Он прекрасно понимал, что люди из герцогского дворца будут считать его слабым и хрупким, этаким стеклом, которое может разбиться от одного прикосновения, но на самом деле, хотя он был еще юным глубоководным мерфолком, способности глубоководного мерфолка были у него с рождения.

Его скорость и сила были очень хороши, а в сочетании с наследием Сюэ Лина, ему не составило бы труда справиться с селекционером S-класса. Когда он станет взрослым, в нем пробудится уникальная способность императорского рода управлять океаном.

К тому времени он сможет достичь небес, если захочет, или опуститься на дно моря, как ему захочется, и это будет невероятно круто.

Жаль, что первоначальный владелец этого тела не дожил до зрелого возраста.

Сюэ Лин нашел в школе небольшой уголок, где сменил рыбий хвост на ноги, попросил систему прикрыть его и спрятать от наблюдения и патрулей Академии, а затем выбежал на улицу.

Следуя по намеченному маршруту, он дважды сменил транспорт, а затем прибыл в Центральный торговый центр.

Первоначальный владелец этого тела исчез в этом районе. В сюжете не было указано точное местоположение исследовательской лаборатории, но, судя по некоторым подсказкам, можно было получить некоторые результаты.

Так называемая "Лаборатория по исследованию русалок" должна быть подземным помещением в большой торговой зоне. Основная часть подземной зоны состояла из нелегальных торговых улиц, существовавших вне юрисдикции правительства.

Для того чтобы она могла существовать в столице, за ней должно было стоять много сильных сторонников. Глупо пытаться уничтожить это подпольное царство снаружи. К тому же потребуется помощь Лоу Цэня.

Если он действительно хотел, чтобы Лоу Цэнь использовал свою силу, то ему нужно было подождать, пока он не станет маршалом, способным влиять на высшие эшелоны общества, прежде чем сделать шаг.

Сюэ Лин не мог ждать так долго, поэтому он планировал просто разрушить исследовательскую лабораторию изнутри.

На самом деле, его должны были уже похитить, раз уж он показался тут на своих двоих, но теперь люди герцога действительно слишком внимательно следили за Сюэ Лином, и вероятность этого значительно уменьшилась.

Если бы он действительно хотел сделать это таким образом, ему пришлось бы использовать Янь Цинцзюня в качестве прикрытия, но это подвергло бы опасности и Янь Цинцзюня, что не соответствовало плану Сюэ Лина.

Так как он не мог напасть на лабораторию снаружи, и не мог рисковать и просто дать себя схватить, то Сюэ Лину оставалось только искать подсказки, чтобы точно определить, в каком торговом центре находится эта лаборатория.

Правда, он также собирался купить подарок для Янь Цинцзюня. Но это было легко осуществить. Сюэ Лин сделал несколько кругов по первому этажу, но так и не смог получить допуск для входа в подземный город.

Он на некоторое время погрустнел, а затем поднялся наверх, чтобы купить подарок для Янь Цинцзюня. Сказав продавцу, куда отправить подарок и кто должен за него расписаться, он повернулся и вдруг попал в поле зрения человека, который уже долго смотрел на него.

Лоу Цэнь хотел побыстрее покончить со всеми этими неприятностями, чтобы вернуться к своей будущей жене, но, разбираясь с документами о приеме новых полномочий, он обнаружил серьезную наводку, которая как раз касалась подземной зоны Центрального торгового центра.

Он знал, что там было много нелегальных зон, куда имели право входить только дворяне. Валюта, которую они использовали для покупки и продажи, не была имперской, и если у человека было достаточно денег, он мог купить даже мерфолков для своих целей.

Но поскольку его миссии и эти вопросы раньше не пересекались, если бы информация, которую он увидел во время передачи, не сбила его с толку, он бы не стал специально отправляться в Центральный торговый центр.

Во время этой поездки ему не удалось попасть в подземную зону, но это позволило ему найти человека.

Да, он обнаружил очень странного человека.

Вид со спины вызвал у Лоу Цэня очень знакомое чувство, но, порывшись в памяти, он не смог вспомнить, где раньше видел такого худого, хрупкого и очень утонченного на вид подростка.

Но когда он подошел ближе, Лоу Цэнь обнаружил, что что-то не так, потому что этот человек и его будущая жена выглядели очень похоже! Вернее, они выглядели почти одинаково!

Сюэ Лин ничего не делал, чтобы замаскировать свою внешность, потому что мало кто видел маленького русала, сына герцога. Он не ожидал, что произойдет такое большое совпадение и он столкнется с Лоу Цэнем. Теперь все было очень неловко, и казалось, что уже не будет никакого способа прояснить ситуацию.

Сюэ Лин повернул голову в сторону человека, мягко державшего его за руку. Он хотел отдернуть руку, но когда увидел лицо собеседника, его мозг на мгновение помутился.

Бесчисленные мысли пронеслись в голове, и выражение лица Сюэ Лина быстро изменилось. Он выглядел рассерженным, открыл рот и потребовал:

"Кто ты такой? Для чего ты меня схватил?"

"Что ты здесь делаешь?" - тихо спросил мужчина.

Лоу Цэнь сузил глаза и осмотрел Сюэ Лина с ног до головы. Он был уверен, что кроме отсутствия рыбьего хвоста, все остальное в этом человеке было точно таким же, как и у Янь Цивэня.

"Кто ты?"

"Какое отношение к тебе имеет то, кто я?"

Сюэ Лин старался вести себя как невинный человек, которого псих схватил посреди улицы. Он изо всех сил пытался отдернуть руку, и его лицо окрасилось в светло-розовый цвет.

"Что вы пытаетесь сделать средь бела дня!"

Лоу Цэнь увидел, что многие люди смотрят в их сторону. Его выражение лица потемнело, и он потянул Сюэ Лина к себе, желая найти место, где можно все подробно обсудить, но Сюэ Лин уперся и решительно отказался двигаться.

Этот человек рано или поздно узнает об этом деле, но сейчас было не время! Он даже не успел разобраться с этой группой в лаборатории, а Лоу уже прокладывал себе дорогу, делая вероятность того, что он сможет следовать своему плану, очень ничтожной!

Единственное место, где мужчина не позволил ему сделать свой собственный шаг, было то, что он абсолютно не позволял ему приближаться к местам с вероятностью опасности десять тысяч на один.

Но он не мог просто позволить мужчине делать все на свете, пока он наслаждался жизнью! Иногда ему тоже хотелось все решить, а потом счастливо прожить с ним всю жизнь без всяких бурь!

Владелец магазина не знал, какие отношения между ними, но он явно не мог игнорировать это, когда увидел, как его собственного клиента обижают в его же магазине. Он встал позади Сюэ Лина и открыл рот, чтобы сказать:

"Господин, какова бы ни была причина, вы должны отпустить его. Этот гость не такой селекционер, как вы, и ваши действия могут навредить ему".

Лоу Цэнь замер. Он и раньше слышал гораздо более угрожающие слова, но впервые услышал, что чье-то запястье может пострадать от его силы, поэтому он бессознательно отпустил руку Сюэ Лина.

Подсознание способно видеть сквозь многие проблемы. Рассмотрев внешность этого человека, Лоу Цэнь пришел к ужасной догадке.

Чем пристальнее он смотрел на молодого человека, который в данный момент потирал свое запястье, тем яснее становилось чувство. Чувство симпатии нельзя было подделать, и беспричинное влечение тоже не могло никого обмануть.

Как только он появлялся, независимо от случая или обстановки, Лоу Цэнь не мог оторвать от него глаз.

Он очень осторожно произнес: "Вэнь-Вэнь?"

Сюэ Лин напрягся и холодно ответил:

"Я не какой-то там "Вэнь-Вэнь". Уважаемый господин селекционер, вы ошиблись".

Возможно, в предыдущих жизнях такой аргумент и мог обмануть мужчину, но в этой жизни он был не очень эффективен. Хотя мужчина каждый раз терял свои воспоминания, были некоторые вещи, которые нельзя было отнять просто потому, что воспоминания были потеряны. Например, дикое биение его сердца из-за близости партнера, или любовь, накопленная в нескольких мирах.

Всего этого было достаточно, чтобы мужчина с первого взгляда узнавал конкретного человека в огромной толпе, даже если тот несколько раз менял лицо или переходил с рыбьего хвоста на ноги.

"Думаю, нам нужно хорошенько поговорить, Вэнь-Вэнь".

Лицо Сюэ Лина было нетерпеливым, когда он сказал:

"Я же сказал, я не тот "Вэнь-Вэнь", о котором ты говоришь".

Как только его голос упал, на нанокомпьютере появилось сообщение. Из-за того, как он был настроен, опекун русала имел право напрямую открыть камеру нанокомпьютера без разрешения хозяина, что позволяло ему видеть окружение русала. Сюэ Лин быстро повернул камеру и направил ее на Лоу Цэня.

Тот факт, что он в данный момент ходил двумя ногами по земле, не мог стать известен людям из Дворца Герцога.

"Вэнь-Вэнь, где ты? Даже если ты хочешь купить подарок, ты не можешь выбежать один. Скажи мне, где ты. Я за тобой заеду".

Образ Янь Чухуаня появился, заставив Сюэ Лина признать свою личность. Теперь он не мог спорить, даже если бы захотел.

Сюэ Лин в душе ругал Янь Чухуаня за то, что тот его разоблачил, с одной стороны, а с другой - намекал Лоу Цэню глазами, чтобы тот заговорил и не выдавал его нынешнего положения.

Лоу Цэнь очень точно истолковал смысл знаков Сюэ Лина. Он открыл рот и сказал:

"Старший брат Янь, Вэнь-Вэнь сейчас со мной. Я только что встретился с ним и провожу его домой в целости и сохранности. Можешь не беспокоиться".

Лицо Янь Чухуаня стало странным.

"Лоу Цэнь?"

"Это я".

"Кого ты называешь старшим братом?"

"Старший брат Вэнь-Вэнь, естественно, мой старший брат".

Янь Чухуань: "..."

Разве люде не утверждали, что Лоу Цэнь косноязычный увалень? В то, что он смог произнести такие бесстыдные слова без каких-либо изменений в выражении лица или сердцебиении, было трудно поверить.

"Где вы двое сейчас?"

"В Центральном торговом центре".

Лоу Цэнь спокойно сказал:

"Вэнь-Вэнь еще не купил свой подарок. Я отправлю его домой после того, как помогу ему выбрать. Вам, ребята, не нужно об этом беспокоиться".

После этого он захлопнул нанокомпьютер, потянул Сюэ Лина за руку и приказал ему положить нанокомпьютер в карман.

Сюэ Лин холодно фыркнул. По крайней мере, он умел подстроиться под ситуацию. Он повернулся, чтобы идти.

"Следуй за мной".

После подтверждения личности человека, стоявшего перед ним, настроение Лоу Цэня стало беспрецедентно хорошим. В конце концов, он тоже был очень подавлен тем, что не мог видеть его в последние дни.

Поскольку Сюэ Лин приказал ему следовать за ним, он, естественно, сделал это без раздумий. Хотя у маленького русала, казалось, были небольшие проблемы, ему понравился именно человек, а не рыбий хвост. Если присмотреться, то двуногий русал тоже был очень милым.

Сюэ Лин потерял дар речи, когда почувствовал на себе горячий взгляд человека, преследовавшего его. Поспешно найдя ресторан, он попросил отдельную комнату и провел Лоу Цэня внутрь.

Он заказал несколько блюд, которые быстро принесли, но Лоу Цэнь все это время молчал и только жадно смотрел на него, как будто ему никогда не будет достаточно.

Сюэ Лин мог привыкнуть, но постоянно терпеть такой молчаливый и одновременно многозначительный взгляд было довольно трудно. Поэтому он наконец заговорил:

"Разве ты не хотел спросить меня о чем-то?"

"Если Вэнь-Вэнь хочет сказать, или чувствует, что может сказать мне, тогда я буду слушать. Если Вэнь-Вэнь хочет скрыть от меня или считает, что у меня нет компетенции, чтобы знать, тогда я буду стремиться к стать достойным, чтобы узнать эти вещи."

Он коснулся ободка своего бокала и уставился на губы Сюэ Лин. Это было еще более яркое вино, чем красное вино в бокале, и ему особенно хотелось поцеловать их и как следует облизать, чтобы убедиться, что оно такое же сладкое, как вино в его руке.

Сюэ Лин почувствовал, что кожа его головы покрылась мурашками от глупого взгляда мужчины, и довольно пренебрежительно сказал:

"Даже если я не расскажу тебе об этом, тебе все равно нельзя никому рассказывать о том, что ты видел меня сегодня с двумя ногами!"

"Хотя я также хочу помочь Вэнь-Вэнь сохранить секрет, который принадлежит только нам двоим, предпосылкой является то, что мне нужно знать, не повлияет ли этот секрет на здоровье Вэнь-Вэнь."

Существовали некоторые проблемы, от которых нельзя было легко отмахнуться.

"Если твой хвост может превращаться в пару ног, повредит ли это твоему телу? Будешь ли ты чувствовать себя некомфортно, когда будешь ходить на своих двоих?"

Он говорил с глубокой привязанностью.

"Если ты хочешь ходить, я могу стать твоими ногами. Тебе не придется вот так, тайком, пробираться, чтобы просто погулять".

Сюэ Лин поднял глаза и посмотрел на него, затем кивнул головой и сказал:

"Хорошо, в будущем я позову тебя, когда захочу выйти и что-то сделать".

Он широко улыбнулся и совсем не выглядел глупым и милым ребенком.

"Когда придет время, мне придется попросить генерала Лоу прикрыть меня".

Лоу Цэнь: "..."

Он еще не ответил на его вопрос, но все же сумел вырыть перед ним яму, в которую он должен был прыгнуть.

Он действительно был достоин быть его маленьким русалом. Он не только мог сменить тему, но и использовать свою привязанность к нему для достижения своих целей.

Осознав свою полезность в руках другого человека, Лоу Цэнь не только перестал волноваться, но и почувствовал зачатки радости.

Он был готов принять и попробовать все, что позволит маленькому Русалу думать о нем лучше.

"Это действительно нормально использовать эти ноги, чтобы ходить?"

Хотя Сюэ Лин уже несколько раз заверил его, Лоу Цэнь все еще был обеспокоен. Ноги маленького русала выглядели такими тонкими, что их можно было сломать по неосторожности.

"Ты просто очень хрупкий".

Сюэ Лин посмотрел на него предостерегающе:

"Я же сказал, что все в порядке".

Сердце и душа Лоу Цэня затрепетали под его взглядом. Он неосознанно сжал кулак, кашлянул и сказал:

"Хорошо, ты в порядке. Вэнь-Вэнь, когда ты планируешь возвращаться? Мы не можем медлить слишком долго. Хотя Янь Чухуань знает, что я с тобой, он не будет сидеть сложа руки".

Уголки губ Сюэ Лина дрогнули. Он действительно не хотел больше с ним возиться. Он беспомощно приостановил шаги и повернулся, чтобы посмотреть на мужчину. Тот даже невинно моргнул и, увидев, что он обернулся, изобразил улыбку, которая совсем не походила на улыбку.

Ладно, он принял это. В конце концов, его лицевой паралич продолжался так долго, что для новичка в улыбках такая улыбка была вполне нормальной.

Сюэ Лин мысленно загипнотизировал его и открыл рот, чтобы спросить:

"А что именно ты здесь делаешь?"

"Я тут по делу, связанному с работой".

Лоу Цэнь потянулся, чтобы взять Сюэ Лина за руку, но тот увернулся, и ему не удалось этого сделать.

"Я был занят разбором документации, связанной с передачей дел в министерстве, поэтому не мог встретиться с тобой раньше".

"Зачем тебе встречаться со мной?" - небрежно ответил Сюэ Лин, склонив голову в раздумье, пытаясь вспомнить хронологию заговора.

Он еще не похищен, а Янь Цинцзюнь уже был признан родным ребенком во дворце герцога, поэтому он не мог точно определить последовательностью событий.

Но, по оценкам, основанным на текущей работе Лоу Цэня, он должен был находиться на той стадии, когда у него появились подозрения относительно подземного района.

У него не было такого глубокого понимания шахматных фигур, как у Лоу Цэня, и ему все еще требовалась помощь генерала, чтобы найти вход. Но если найти возможность проникнуть внутрь подземного района, у Сюэ Лина есть способы увернуться от присмотра Лоу Цэня и проникнуть в исследовательскую лабораторию.

Видя его выражение лица, которое говорило: "я думаю о чем-то серьезном", сердце Лоу Цэня растаяло.

"Если есть что-то, с чем я могу помочь, дай мне знать. Я хочу быть тебе полезным".

Сюэ Лин нахмурил брови и посмотрел на него, затем скривил губы и сказал:

"Хорошо, это можно считать твоей компенсацией за отказ от нашей помолвки. Когда все будет сделано, я дам тебе разрешение добиваться меня снова".

Лоу Цэнь был ошеломлен. Он не ожидал, что счастье придет так внезапно.

Сюэ Лин снова подчеркнул:

"Хотя то, что ты сказал перед моим старшим братом, вторым братом и моими отцом и матерью, было очень праведно и правильно, говоря, что ты имеешь право преследовать меня, я также имею право не согласиться. Но, если ты действительно сможешь помочь мне в одном деле, я вычеркну тебя из своего черного списка".

"Малыш, ты внес меня в черный список?" - Лоу Цэнь слегка сбился с шага.

"Если мужчина в особенно властной форме просит отменить помолвку с ним, и тебе приходится согласиться, то любой русал внесет его в свой черный список".

"Вообще-то..."

"Даже если ты не использовал особенно властные методы, или это не было чем-то, что ты сделал по своей инициативе, факт того, что ты сделал меня несчастным, не меняется".

Лоу Цэнь почувствовал, что человек, который сейчас злится на него, невероятно симпатичен. Он кивнул головой, и его тон был успокаивающим. Хотя у него было не так много шансов встретиться с этой милашкой, по какой-то причине он смог легко увидеть за его холодной, как лед, небрежной поверхностью скрытую сущность, которой нравилось, что он его балует.

"Да, я знаю. Ты злишься, поэтому хочешь, чтобы я загладил свою вину. Если ты хочешь что-то сделать, я могу помочь тебе в этом".

Давая обещание, он не забыл изложить некоторые руководящие принципы.

"Кроме того, что вредит твоему здоровью, или того, что может угрожать нашим отношениям".

"У нас есть отношения?" - Сюэ Лин посмотрел на него.

Он был совершенно уверен, что никогда не соглашался быть с этим человеком. Как из их разговоров он сделал вывод, что между ними есть любовные отношения?

Система: "..."

А нужно ли делать такие выводы? Небольшие приступы вспыльчивости и спонтанные любовные игры между вами, парой супругов, вызывали слишком сильное чувство! Разве не очевидно, что хозяин ведет себя чертовски испорчено, в то время как Лоу ведет себя как влюбленный дурак?

"На самом деле, я думаю, было бы лучше объяснить некоторые вещи четко".

Договорив до этого момента, лицо Лоу Цэня стало серьезным.

"Может, найдем место, где можно присесть и как следует поговорить?"

Они нашли небольшой столик в чайной. Пространство в маленьком отсеке было небольшим, и Лоу Цэнь мог коснуться лица Сюэ Лина, когда наклонился вперед, и он навязчиво прижался к нему.

Сюэ Лин внимательно посмотрел на его лицо и проанализировал его в своем сердце. На самом деле, ему до сих пор больше всего нравилась оболочка, которую мужчина носил в прошлом мире...

О, в прошлом мире у человека было две оболочки.

"Ты сказал, что хочешь поговорить со мной?"

Хотя кто-то прижался к нему вплотную, и это был даже кто-то с гнетущей аурой селекционера, Сюэ Лин не выглядел встревоженным или испуганным. Это полностью отличалось от того нежного, глупого и милого вида, который он имел раньше.

"Я тоже думаю, что нам нужно поговорить, но если ты планируешь только пялиться на меня вот так, то я считаю, что, подарив тебе свою фотографию, я решу все свои проблемы. Тебе не придется появляться передо мной, чтобы увидеть меня, и это неплохая идея - уединиться и смотреть на фотографию".

Лоу Цэнь прищурил глаза и открыл рот, чтобы сказать:

"Разве ты не чувствуешь, что твоя нынешняя внешность сильно отличается от прежней?"

"Я знаю. В конце концов, разница между хвостом и парой ног - это, по сути, как разница между небом и землей".

Он скривил губы, а слезные родинки в уголках его глаз придавали ему лукавый вид, добавляя лицу оттенок злобы.

"Если ты предпочитаешь кого-то более глупого и милого, тогда нам не о чем говорить".

"Нет."

Лоу Цэнь опроверг его слова и не дал ему продолжить.

"Пока это ты, мне это нравится. Но..."

Он посмотрел на совершенно незнакомого человека перед собой и несколько беспомощно вздохнул.

Сюэ Лин протянул руку и коснулся лица Лоу Цэня, затем легонько похлопал его, выражение его лица стало загадочным.

"Только когда ты сможешь понять человека, ты захочешь сблизиться с ним, и захочешь узнать его больше. И чем больше будет взаимодействия, тем больше ты не сможешь отвести взгляд от этого человека".

Он посмотрел вниз, его глаза вспыхнули алчным светом, который даже он сам не понимал.

"Пока однажды ты не полюбишь меня до такой степени, что не сможешь без меня жить, и никогда не предашь и не покинешь меня".

Эти слова звучали невероятно истерично и безумно, но они взволновали сердце Лоу Цэня.

Ему нравилось состояние, которое описывал Сюэ Лин, - это было похоже на беспрецедентное подношение, когда он посвящал этому человеку все, чем он был сам. Это был инстинкт, который был выгравирован в его душе, и его невозможно было стереть.

Он наклонился вперед и прижался губами к его щеке.

«Я хотел сказать тебе, что влюбился в тебя с того момента, как очнулся и увидел тебя в больнице, а потом полюбил до такой степени, что не мог перестать видеть твое лицо. Но, кажется, эти слова не так уж необходимо говорить. В будущем каждый день и каждую ночь я буду давать тебе почувствовать, какие чувства я действительно испытываю к тебе, и как сильно я не могу жить без тебя".

Сюэ Лин повернул голову и больше не встречался с ужасно торжественными глазами собеседника. Он вернул разговор к первоначальной теме.

"Ну тогда, согласно нашему предыдущему соглашению, если ты приведешь меня в подземный город, я вытащу тебя из черного списка".

Рука Лоу Цэня замерла, и он нахмурился.

"Ты знаешь о подземном городе?"

"Да".

"Хочешь пойти туда?"

"Речь идет о моем происхождении. Я должен пойти".

Сюэ Лин выпил чашку чая и лениво произнес.

"Мне не нужно, чтобы ты мне помогал. Я просто даю тебе шанс, так что если ты..."

"Я помогу тебе".

Лоу Цэнь перебрал в уме бесчисленные методы и сказал:

"Но после проникновения туда ты не сможешь сделать и шаг в сторону".

Сюэ Лин кивнул и сказал, что это не проблема.

В это время Империя мало что знала о глубоководных мерфолках. Большая часть информации была скрыта на верхних уровнях правительства Империи.

Лоу Цэнь был всего лишь генералом, и хотя он был надеждой на будущее, у него все еще не было власти знать обо всем, что находится за пределами его юрисдикции.

Еще до того, как он очистил лабораторию, Лоу Цэнь много раз тайно проникал в подземный город. Сюэ Лин попросил его взять с собой только потому, что догадался об этом.

Было бы здорово, если бы он встретил в подземном городе еще одного глубоководного обитателя - так у него было бы больше людей, которыми он мог бы воспользоваться.

На протяжении многих лет глубоководные жители пробирались в мир людей, чтобы исследовать его. Они постоянно искали первоначального хозяина.

У первоначального владельца этого тела не было возможности вернуться в море, но Сюэ Лин мог помочь глубоководным мерфолкам пережить грядущую катастрофу.

Мерфолки были хранителями океана. Легенды гласили, что предком глубоководных русалок был знаменитый морской бог, и в родословной королевского рода была заложена способность морского бога управлять океаном.

Как только умирал последний наследник королевского рода, весь океан приходил в смятение. В то время кризис затронул бы не только мерфолков.

Океан превратился бы в мертвую лужу, а человечество под влиянием этой атмосферы постепенно оказалось бы еще в худшем положении.

Конечно, предпосылкой для всего этого было то, что род последнего прямого потомка глубоководного королевского рода прервался.

Чтобы Сюэ Лин умер? Это что, шутка?

Согласно предыдущему обещанию Лоу Цэня, он сопроводил Сюэ Лина домой. Большинство людей герцогского дворца собрались у парадного входа. Сюэ Лин сидел в своем кресле мерфолка, прячась за Лоу Цэнем и выглядя в точности как хрупкий и нежный русал.

Помимо герцога и герцогини, а также трех братьев Янь Чухуаня, Янь Чжайяна и Янь Цинцзюня, у дверей стоял еще один селекционер.

Сюэ Лин долго копался в воспоминаниях прежнего хозяина, прежде чем нашел информацию об этом человеке. Он высунул голову из-за спины Лоу Цэня и поприветствовал мужчину.

"Приветствую Его Высочество Принца".

Лоу Цэнь, очевидно, был знаком с Его Высочеством. Он поклонился и просто поприветствовал его. Его Высочество не особо заботился о таких вещах, как этикет, когда находился вне дома.

Его Высочество Принц Империи был селекционером класса SS. Раньше разница в силе между ним и Лоу Цэнем не была большой. Теперь он отставал на один шаг, но все еще был очень силен.

Он был будущим императором, но всегда был очень добр к людям. По воспоминаниям Янь Цивэня, Его Высочество был очень мягким человеком, а когда он улыбался, то был еще и привлекательным.

Сюэ Лин на мгновение оценил его. Он действительно был очень покладистым человеком, и его мягкость не была лицемерной маской, которую он надел для показухи.

Он стоял рядом с Янь Цинцзюнем, и казалось, что они очень хорошо подходят друг другу. В конце концов, такой мягкий темперамент, что у одного, что у другого не сильно отличался...

В оригинальном сюжете было не так много упоминаний о Его Высочестве Принце. Он должен был взойти на трон обычным способом...

Лоу Цэнь вытянул руку и загородил Сюэ Линю обзор на Его Высочество Принца.

Сюэ Лин: "..."

Если он не хочет, чтобы он смотрел, тогда он не будет смотреть. В любом случае, принц был не так хорош собой, как Лоу Цэнь:)

Возможно, потому что рядом с ними находился Его Высочество Принц, герцог и герцогиня, которые собирались прочитать Сюэ Лину соответствующую лекцию, не произносили строгих слов.

Янь Чухуань схватил Сюэ Лина за уши и довольно сильно выругался, из-за чего Его Высочество принц пошутил, что он больше похож на мать, чем герцогиня.

После этого Янь Чухуань больше не мог ничего сказать. Янь Чжайян все это время прятался от Сюэ Лина, и теперь, хотя взгляд, которым он смотрел на Лоу Цэня, казался таким, будто он хотел загрызть его до смерти, он сдержался и ничего не сказал.

Лоу Цэнь передал Сюэ Лина семье герцога, еще раз напомнил ему, чтобы он позвонил, если захочет выйти, и тот смог за ним заехать, после чего все, кроме генерала, вошли в дом.

Сюэ Лин вцепился в руку Янь Цинцзюня и наклонился поближе, чтобы узнать сплетни. Только тогда он узнал, что его высочество принц собирается сегодня вечером поужинать в их доме.

Ходили слухи, что он приехал, чтобы сделать предложение руки и сердца, желая уладить дела до того, как герцогский дворец объявит новости об их младшем сыне.

Хотя герцог официально отклонил его предложение, он все равно бесстыдно остался на ужин.

Сюэ Лин нашел это странным и спросила Янь Цинцзюня:

"Это действительно странно. Он уже видел Цзюнь-Цзюня раньше? Почему он вдруг пришел, чтобы сделать предложение руки и сердца?"

Хотя он тоже планировал это сделать, он еще не успел осуществить свой план, когда человек автоматически прислал себя к их двери. Это было немного странно, с какой стороны ни посмотри.

"Я не знаю... Я был там, когда он говорил... Его первоначальные слова были о том, что я ему очень понравился, когда я был яйцом. Теперь, когда он видит цвет моего рыбьего хвоста, он чувствует, что я особенно подхожу для того, чтобы стать императорской принцессой. Поскольку он беспокоился, что мать и отец представят меня большему количеству людей, которые придут с предложениями, он хотел сделать предложение первым."

Взгляд Сюэ Лина остановился на, казалось бы, серьезном и прямолинейном принце, и в ответ он получил улыбку. Сюэ Лин мысленно изменил его статус с милого на коварного.

Это Высочество, вероятно, состоял из сплошных расчетов и уловок.

"... Ну, такая причина очень убедительна... или нет".

"Ты ведь не веришь, правда? Отец тоже не верит... Поэтому они отказались".

"Но мне кажется, что Его Высочество Принц выглядит так, будто он настроен решительно... Это не похоже на шутку..."

"Может быть, это просто потому, что ему нужно жениться на ком-то из герцогского дворца?"

"В этом не должно быть никакой необходимости. Раньше он никогда не относился ко мне по-особенному. Хотя я всего лишь приемный сын, и жениться на мне было бы не очень полезно".

Сюэ Лин задумался и сказал:

"О. Может, ему не нравится черное и золотое?"

"... Тебе же нравится Лоу Цэнь?" - осторожно спросил Цзюнь-Цзюнь.

"Ну, да... тогда я не буду ссориться с тобой из-за Его Высочества Принца".

Янь Цинцзюнь: "..."

Что это за логика? Неужели его поставил в тупик ребенок??????

Его Королевское Высочество Принц не шутил. Он начал серьезно добиваться Янь Цинцзюня.

Он привозил его в школу, забирал из школы, водил на ужин... кроме уроков, Сюэ Лин редко видел Янь Цинцзюня. В середине ночи, сидя дома, он сокрушался по поводу того, что Янь Цинцзюню он больше не нужен, так как у него появился мужчина.

Янь Цинцзюнь побрызгал ему на лицо водой и спросил:

"Лу Цэнь был слишком занят, чтобы навестить тебя в последнее время? Поэтому ты замечаешь мое отсутствие?"

Сюэ Лин надулся:

"О чем ты говоришь? Я еще не простил его, почему я должен встречаться с ним?"

Как только его голос прозвучал, его нанокомпьютер начал звонить. Выражение лица Сюэ Лина все еще было полно недовольства, когда он отплыл к краю бассейна и открыл свой нано-компьютер.

Сообщение пришло от Лу Цэня. В нем говорилось, что он нашел подходящую личность, под которой можно войти в подземный город, не вызывая подозрений. Он также приготовился к встрече с Сюэ Лином и собирался забрать его завтра после школы.

Сюэ Лин поднял брови, скривил губы и радостно завилял хвостом.

"Что, Лу Цэнь пригласил тебя на свидание?"

Янь Цинцзюнь медленно подплыл к нему, на его лице было дразнящее выражение.

"Смотри, твой хвост взметнулся к небу. Ты все еще будешь утверждать, что не простил его и не хочешь с ним встречаться?"

Сюэ Лин нырнул в воду и долго плавал, прежде чем всплыть. Он похлопал себя по лицу и холодно фыркнул:

"Хватит меня беспокоить. Иди и найди принца для своих глупостей».

Янь Цинцзюнь потерял дар речи.

"Хорошо. Я не буду тебе мешать. Но помни, не убегай с ним. Если что-то случится, все будут волноваться за тебя".

"Да."

"И еще кое-что".

Янь Цинцзюнь помешал воду, задумался, а затем открыл рот, чтобы сказать:

"Второй брат подал заявление на перевод. В будущем он будет приезжать только на каникулы".

"Перевод? На аванпост?"

Империя была очень обширной, но у нее также были границы. Хотя в последние годы здесь было очень мирно, все еще существовали трения, и битвы и беспорядки были обычным делом. Армейские силы были размещены там круглый год. Сюэ Лин разглядел отражение луны в воде, сузил глаза и спросил:

"Второй брат не смог справиться со своими чувствами?"

"Возможно, да".

Мерфолки были очень чувствительны к эмоциям. Янь Чжайян плохо скрывал свои эмоции, и хотя в этот период он старался избегать встреч с Сюэ Лином, они по-прежнему жили в одном доме и сталкивались два-три раза в день.

Янь Цинцзюнь знал, какие чувства испытывает Янь Чжайян к Сюэ Лину, и смотрел на это так же, как и Янь Чухуань. Если бы Янь Цивэнь разделял эти чувства, возможно, они могли бы попытаться, но юный мерфолк явно хранил кого-то другого в своем сердце, поэтому они могли только позволить этому чувству угаснуть.

То, что Янь Чжайян подал заявление о переводе, означало, что он все обдумал и больше не намерен вести ожесточенную борьбу.

"Будет лучше, если он все понял".

Сюэ Лин тоже мог видеть его намерения, но он хорошо умел притворяться невежественным и скрывать свои эмоции, поэтому большинство членов семьи не знали, о чем он думает.

Янь Цинцзюнь посмотрел на него с некоторым удивлением, а затем поджал губы.

"Вэнь-Вэнь, я думаю, он все еще хочет, чтобы ты называл его вторым братом".

Сюэ Лин широко улыбнулся и кивнул:

"Я всегда считал его вторым братом".

"Это к лучшему".

После того, как Лу Цэнь отправил сообщение Сюэ Лину, он также специально выделил время, чтобы пообщаться с Сюэ Лином позже той ночью. Только увидев, как маленький русал кивнул головой, он смог успокоиться и хорошо выспаться.

С какой стороны ни посмотри, это было воплощением глупости - быть взволнованным до бессонницы из-за предстоящего свидания.

Во второй половине дня было не так много занятий. Янь Цинцзюнь и его высочество принц договорились осмотреть пастбища в пригороде, и Сюэ Лин попросил его привезти побольше свежего молока.

Попросив кухню приготовить прохладительные напитки из молока, он, не оглядываясь, ушел с Лу Цэнем. Янь Цинцзюнь был очень беспомощен, но улыбка на его лице была снисходительной.

"Вы все его любите и очень заботитесь о нем".

Его Королевское Высочество посмотрел со стороны и прокомментировал.

"Да, он всем очень нравится. Возможно, это потому, что на Вэнь-Вэне есть какая-то магия".

Янь Цинцзюнь пожал плечами и сел в машину Его Королевского Высочества Принца. Этот визит был частью работы принца, но в последнее время он особенно любил брать с собой на работу маленького русала с золотым хвостом.

Они очень хорошо ладили друг с другом, и у них было много общих тем для разговоров. Их взгляды на многие вещи также совпадали. Янь Цинцзюнь позволил принцу постоянно приглашать его на свидания.

В любом случае, ему нужно было жениться. Он не мог ошибиться, выбрав того, чьи три взгляда совпадали с его собственными, кто любил его и кто нравился ему. Он чувствовал, что у Его Высочества принца всегда есть какие-то маленькие хитрости и схемы в рукаве, но чаще всего он ему очень нравился.

Ничего прекраснее быть не может. В конце концов, ему совсем не нравилось ледяное лицо Лу Цэня. Только Вэнь-Вэнь умудрялся весело и свободно болтать с ним.

Возможно, это было потому, что каждый нашел для себя подходящий вариант, но Янь Цинцзюнь пришел к выводы, что Его Высочество Принц до сих пор вел себя совсем не плохо.

"Кажется, он нравится вам немного больше".

После того, как Его Королевское Высочество усадил его, он сел рядом с ним.

"Если я и чувствую какую-то доброжелательность к Цивэню, то только потому, что он человек, который нравится вам".

"Это неправильно."

Он нахмурился, чувствуя, что с этим утверждением есть небольшая проблема.

"Если действительно рассматривать это так, то он не должен мне нравиться. Кто будет счастлив, что кто-то другой притягивает взгляды человека, который ему нравится?"

"Вообще-то, не стоит так много думать об этом..."

"Тогда ладно. Думаю, я должен ревновать Цивэня".

Его Высочество Принц широко улыбнулся и взял Янь Цинцзюня за руку.

"Давайте уведем тему от Цивэня и повернем ее обратно к нам".

Янь Цинцзюнь: «..."

……………

Сюэ Лин нашел относительно скрытое место, чтобы переодеться и превратить свой хвост в ноги.

"Ну, в подземный город не должны заходить мерфолки, верно?"

"Я не читал много информации об этом. Мы узнаем, когда пойдем, есть там мерфолки или нет".

"Я знаю, что они продают русалок на аукционе".

Сюэ Лин коснулся своего подбородка и сказал:

"Ты хочешь купить рыбу?"

"Незаконное изменение тела и торговля мерфолками противоречит Имперскому Закону".

"Да, да, да, мой генерал. Я с нетерпением жду того дня, когда вы сможете привлечь их к ответственности".

Он изогнул губы и бросил на Лу Цэню соблазнительный взгляд:

"Возможно, в тот день я смогу собрать свои вещи и ждать, пока вы женитесь на мне и увезете меня прочь".

Лу Цэнь всегда был неразговорчив. Хотя он много говорил во время признания, обычно он оставался немногословным человеком с чертовски невыразительным лицом. Он только кивнул головой в ответ на слова Сюэ Лина, его лицо было суровым, когда он сказал:

"Я буду усердно работать, чтобы достичь этого дня".

Казалось, он совсем не слышал дразнящих намерений, содержащихся в словах Сюэ Лина.

Сюэ Лин замедлил шаги и на некоторое время перевел взгляд на его профиль, колеблясь, прежде чем открыть рот, чтобы спросить:

"Ты действительно не собираешься спрашивать меня о том, почему я могу превращаться в двуногого? И тебе не интересно, что я сказал о своем происхождении?"

"Не собираюсь спрашивать, но любопытно".

Лу Цэнь быстро и лаконично ответил на вопросы, хотя отвечать было совсем не полезно.

Сюэ Лин снова некоторое время смотрел на него, но, увидев его спокойное и серьезное отношение, нашел его довольно скучным и надулся.

Как только он дал этому человеку хотя бы небольшое чувство безопасности, дразнить его стало неинтересно. Но Сюэ Лин был очень рад дать ему чувство безопасности и дать понять, что их двоих можно считать возлюбленными. Хотя он никогда не открывал рот, чтобы сказать такие слова, он знал, что Лу Цэнь понимает, что он имеет в виду.

"Подземный город - очень сложная организация, и заинтересованные стороны в ней очень сложны. Империи сложно тщательно контролировать все, что тут происходит. Нынешний император не имеет такого намерения, поэтому мы не можем реально сделать шаг против них. В крайнем случае, мы можем только поколотить траву, чтобы напугать змею, и немного встряхнуть их, чтобы они не зашли слишком далеко".

Лу Цэнь передал Сюэ Линю еще одну смену одежды и велел ему переодеться в нее, после чего надел ему на голову головной убор, так что он был тщательно замаскирован, и не было никакой возможности увидеть его первоначальный облик.

"Это личность, которую я организовал для тебя".

Он поместил другой нанокомпьютер на запястье.

"Твоя новая личность - это личность нового дворянина Империи. Ты не так давно находишься в столице, и тебе все интересно. Ты только что узнал об этом подземном городе, поэтому специально оформил удостоверение личности, чтобы прийти и посмотреть".

Сюэ Лин прочитал информацию о своем новом удостоверении и, убедившись, что запомнил ее, спросил:

"А ты?"

"Я твой телохранитель".

Лу Цэнь протянул руку и потер голову.

"Селекционер, привезенный из сельской местности, который всегда преданно следовал за тобой".

Сюэ Лин: "..."

Замаскировавшись, они вошли в Центральный Торговый Центр. Лу Цэнь вел Сюэ Лина по кругу, проходя через бесчисленные коридоры, спрятанные в магазинах, пока, наконец, не добрался до входа в подземный город.

Сюэ Лин взял его за руку и спросил:

"Неужели так сложно каждый раз входить?"

"Этот вход предназначен исключительно для новичков, и только новички должны пройти этот путь. После того, как мы побываем в подземном городе, ты получишь свое удостоверение личности. С ним ты сможешь делать заказы прямо в VIP-магазине за пределами Центрального торгового центра. Там тоже есть очень удобный вход".

"Ого... Ты много знаешь".

"Я не могу взять тебя с собой туда, где я ни в чем не уверен".

"О."

Сюэ Лин сдержал улыбку и решил сопровождать его, чтобы как следует осмотреться. В следующий раз он сам разберется, что именно происходит в лаборатории по изучению мерфолков.

В подземном городе было не так много людей, как ожидал Сюэ Лин, и большинство из них также скрывали свое истинное лицо. Они не выделялись среди толпы, поэтому на них тоже никто не смотрел.

"Подземный город привлекает и приглашает много посетителей только тогда, когда проводит мероприятия. Обычно он похож на обычный торговый центр. Если ваш ранг привилегий достаточно высок, вы даже можете совершать сделки через интернет, и нет необходимости приходить лично."

"О. Тогда что мне нужно сделать, чтобы получить эту привилегию?"

"Тратить деньги. Потрать достаточно денег".

"Забудь об этом. У меня только немного карманных денег".

Сюэ Лин выглядел подавленным. Видя это, Лу Цэнь не мог не протянуть руку, чтобы снова потереть голову.

"Хотя у меня много информации, на самом деле она не полная. Многие незаконные сделки не были выяснены, и даже есть информация, что здесь существует частная незаконная лаборатория по исследованию мерфолков, но мы не нашли достаточно доказательств, чтобы уничтожить это место."

Сюэ Лин поднял брови. Значит, они знали о существовании исследовательской лаборатории в это время? Значит, причина, по которой первоначальный владелец этого тела не смог дождаться Лу Цэня, чтобы спастись, заключалась в том, что у него не было возможности уничтожить это место одним махом, поэтому он не был безрассуден.

Если исходить из того, что он не знал, что оригинал находится в исследовательской лаборатории, то лучшим вариантом было держаться и ждать, пока он не будет уверен, что сможет полностью уничтожить лабораторию.

Задумчивый взгляд Сюэ Лина заставил Лу Цэня почувствовать себя неловко. Он протянул руку, чтобы отгородиться от этих притягательных глаз, и опустил голову, чтобы поцеловать Сюэ Лин в лоб. Он сказал:

"Не смотри на меня так. Боюсь, я не смогу себя контролировать".

Сюэ Лин оттолкнул его руку и поленился ответить ему.

Подземный город был огромен. Они ужинали там вдвоем, и это действительно было похоже на свидание. К сожалению, они так и не смогли обойти все уголки города. Лу Цэнь купил несколько вещей для Сюэ Лина, сказав, что странно не тратить деньги после прихода сюда, это может привести к тому, что их посчитают странными.

Из принципа справедливости Сюэ Лин тоже купил кое-что для Лу Цэня. Он также выбрал несколько вещей в качестве подарков для своей семьи.

В конце концов, Лу Цэнь заплатил за все эти вещи.

Сюэ Лин не мешал ему в этот раз попытаться польстить семье Герцога. В конце концов, им было бы не выгодно сейчас спорить о таких вещах.

Их урожай в этот раз был невелик, но Сюэ Лин в основном запомнил большую часть карты подземного города, чтобы в следующий раз ему было легче войти. На самом деле, это нельзя было назвать безрезультатным, потому что Сюэ Лин, по крайней мере, обнаружил местоположение лаборатории.

Если он правильно угадал по описанию сюжета, то там же должна была находиться и Лаборатория по изучению мерфолков. Кроме сооружений, построенных на поверхности, большая часть застройки находилась под землей.

Хотя это и хлопотно, но рыть подвал под подземным городом... это было довольно безопасно. Из-за особых обстоятельств, связанных с подземным городом, до тех пор, пока у Императора не возникнет внезапная прихоть убрать всю аристократию, с ними ничего не случится.

И если только император не хотел ввергнуть империю в смуту, он совершенно точно не принял бы такого решения.

Сюэ Лин молча начал обдумывать возможность убить нынешнего императора и позволить принцу взойти на трон раньше.

Система: "..."

Разве он не сказал, что на этот раз выберет мягкий путь? Где же мягкость в такой жестокой идее?!

Лу Цэнь привез Сюэ Лина домой вечером, а Сюэ Лин в ту же ночь улизнул.

Дворец герцога был безмолвен посреди ночи. Сюэ Лин заставил систему оградить его от охраны и наблюдения герцогского дворца и выбежал на улицу так, что никто его не заметил.

В некоторых случаях, приняв решение, он не хотел медлить, если вдруг случится что-то еще, не зависящее от него.

Подземный город всегда был открыт, а ночью там было еще больше людей. Сюэ Лин заставил систему скрыть его от посторонних глаз. Он не мог позволить никому узнать, что он был здесь, или оставить хоть малейший след своего присутствия.

Ночью в лаборатории не проводилось никаких экспериментов. Когда Сюэ Лин вошел в лабораторию, сканирование системы показало, что внутри было немного людей.

Сюэ Лин приказал системе вторгнуться в программу исследовательской лаборатории и включить режим чрезвычайного положения, отправив сообщения на нанокомпьютеры всех исследователей с просьбой немедленно прибыть в исследовательскую лабораторию.

В этот момент океан - более тысячи миль от своего императора - внезапно стал неспокойным, волны беспокойно вздымались, казалось, что неизвестная сила взяла воду под свой контроль, что привело в ужас многих глубоководных обитателей.

От этих знакомых колебаний у многих из них на глаза навернулись слезы. Это было колебание, которое не могло быть более знакомым для них. Более десяти лет назад, перед тем как их король покинул их, океан тоже ревел подобным образом. В тот раз океан хотел защитить своего императора, но в этот раз океаном управлял их правитель.

Морская вода постоянно текла, и по воле Сюэ Лина она хлынула в подземные помещения исследовательской лаборатории.

Бесчисленные приборы и оборудование были погружены в воду. Все исследователи получили срочные вызовы, и все бросились в отделы лаборатории.

Все они были в панике, потому что центральная система управления исследовательской лаборатории была полностью парализована. Они не могли управлять системой, чтобы видеть ситуацию во всей лаборатории, а в помещениях все еще находились пациенты, ожидающие превращения в мерфолков, и искусственные мерфолки, которых уже оперировали.

Если здесь возникнут какие-либо проблемы, то связь между ними и всем подземным городом будет нарушена, и возникнет множество проблем.

Тем временем Лу Цэнь резко пробудился ото сна.

Сегодня он лег спать особенно рано и спал довольно крепко. Возможно, именно из-за этого все в его сне казалось таким реальным, живым настолько, что вся спина покрылась холодным потом, а мозг был в замешательстве.

Во сне не было ни звука. Все было так тихо, что он не видел ничего, кроме человека, лежащего на холодном исследовательском столе.

Этот человек выглядел в точности как его маленький русал, но Лу Цэнь в глубине души знал, что это не тот маленький русал, которого он знал.

Тем не менее, он все еще не мог смириться с тем, что человек, выглядевший точно так же, как его Вэнь-Вэнь, подвергся такому жестокому обращению.

Его чешуя была отрезана и оторвана снова и снова, весь рыбий хвост был окровавлен; его плоть и кровь были учебным материалом для психопатов-исследователей, и они приходили мучить его каждые несколько дней. Они использовали скальпель и шутили, отрезая его плоть от тела.

Никому не позволялось так обращаться с человеком. Эти люди были просто сумасшедшими.

Маленький русал лежал на холодном исследовательском столе, и казалось, что он уже оцепенел от этих ежедневных пыток. Его лицо всегда было невыразительным, а в глазах, казалось, не было жизни, но иногда он моргал, и тогда Лу Цэнь видел, что в его глазах еще теплится надежда.

Но однажды исследователи что-то прошептали ему на ухо, и тогда Лу Цэнь обнаружил, что воля к выживанию полностью угасла в его глазах.

Лу Цэнь не знал, что это была за новость, но он почувствовал сильную боль в сердце.

Хотя он знал, что этот русал не был его любимым человеком, он все равно переживал за этого маленького русала. То, что он мог держаться изо дня в день, несмотря на ежедневное мучение, говорило о том, что он был сильным человеком, но из-за слов этого исследователя он потерял мужество жить...

Кто был настолько жесток, чтобы так разочаровать его…

Мысли Лу Цэня все еще метались, когда он увидел, что маленький русал ошеломленно смотрит в его сторону. Он открыл рот и издал какой-то звук.

Его глаза были полны слез, когда он смотрел на Лу Цэня, на его лице были написаны обида и недовольство, а глаза были полны отчаяния.

"..."

Лу Цэнь очнулся от сна и неосознанно открыл интерфейс своего нанокомпьютера, желая связаться с Сюэ Лином.

Но время на часах было позднее, и он удержался от звонка. Все, что происходило во сне, казалось особенно реальным, и он все еще мог вспомнить холодный метал стола, огни многочисленных приборов. Лу Цэнь помассировал лоб, размышляя о том, где именно мог произойти сценарий из его сна.

Если это действительно была нелегальная лаборатория по изучению мерфолков, то разве содержащиеся в ней мерфолки не вели такую же жалкую жизнь, как та, которую он видел во сне?

Даже селекционер не смог бы выдержать такую пытку, но этот маленький русал заставлял себя терпеть...

Вот только он не смог продержаться до тех пор, пока тот, кого он ждал, придет за ним, чтобы спасти.

Его нано-компьютер замерцал, Лу Цэнь очнулся и открыл сообщение.

[Что-то случилось в подземном городе. Хочешь прийти и посмотреть?]

Этот человек был его информатором из подземного города. То, что он прислал ему новости в это время, означало, что там действительно произошел серьезный инцидент.

Говоря о подземном городе, Лу Цэнь слегка наморщил лоб. Если такая лаборатория действительно существовала, то наиболее вероятное она находилась именно там..

Будет лучше, если такое место будет уничтожено.

Морская вода полностью затопила подземный уровень исследовательской лаборатории. Хорошей новостью было то, что она не продолжала подниматься.

Поскольку информация о том, что произошел инцидент, была распространена, исследовательскую лабораторию окружило довольно много людей, и все исследователи были созваны в главную комнату управления, многие люди с разочарованным выражением лица стояли у входа.

Но, пока они ждали, исследователи не выходили. Вместо этого они почувствовали запах крови.

Шерсть системы встала дыбом, потому что сцена, представшая перед ее глазами, шокировала ее насквозь. Она так долго следовала за своим хозяином, но впервые видела его таким жестоким. Система последовала указаниям хозяина и собрала всех исследователей вместе, а затем хозяин запер их всех в комнате.

И убил их всех одного за другим.

Хотя это было трудно, Сюэ Лин все равно призвал принадлежащую этому телу сверхъестественную силу, которую он мог использовать.

Как большой демон, он никогда раньше не убивал, и все люди, стоящие перед ним, были виновны в пытках и убийстве первоначального владельца этого тела.

Хотя у них все еще были сторонники и финансисты, которые финансировали их исследования, без них первоначальное тело не подверглось бы пыткам до такой степени, что выбрало смерть.

Уничтожить их было равносильно уничтожению исследовательской лаборатории. Сохранив копию, Сюэ Лин отформатировал все данные из исследовательской лаборатории и отправил их в Имперскую исследовательскую академию, которая громче всех выступала за защиту мерфолков.

Если бы эти данные попали к ним, старые ученые непременно вышли бы на улицы, чтобы выразить протест и потребовать уничтожения такого места.

Вся информация была уничтожена, и оставалось только убить всех.

Исследователи были в основном обычными людьми, среди них было очень мало селекционеров. Первое, что сделал Сюэ Лин, это убил их всех.

Ему не нужно было показывать свое лицо. Морская вода была его главным оружием. Вода была самым лучшим, самым гибким инструментом для убийства. Стоило ему только захотеть, и она превращалась в любое орудие убийства.

Даже после того, как их пронзили водяные стрелы, эти люди все еще не понимали, где находятся их враги и какова ситуация.

Сюэ Лин включил режим резни.

Кровь стекала на землю и смешивалась с морской водой, медленно разбавляясь, пока постепенно ее не стало невозможно увидеть.

В комнате трупы в беспорядке валялись по всему полу. Сюэ Лин устало встал, заставил систему в последний раз проверить количество исследователей и сверить его с журналом исследователей, которые вошли, чтобы убедиться, что он не пропустил ни одного, и приготовился уходить.

Он не мог долго поддерживать свою нынешнюю физическую силу и мог только надеяться, что обратная дорога пройдет гладко. Раннее использование способностей этого тела могло привести к тому, что его фаза зрелости начнется раньше времени, и ему придется поспать некоторое время. Он не мог потерять сознание до того, как завершит некоторые дела.

Люди снаружи уже окружили весь исследовательский центр. Поскольку дело на этот раз было довольно серьезным, и некоторые люди почувствовали запах крови, постучав в дверь и не получив ответа, стража подземного города была поднята по тревоге, и теперь они пытались силой открыть дверь.

Сюэ Лин выскользнул наружу, пока они пытались открыть дверь. Его шаги немного пошатывались, а голова слегка побаливала.

Вот почему ему не нравились тела в этих мирах. Сила его собственного тела была подавлена, и он мог использовать только эти странные маленькие навыки, и не было ни одного, который был бы полезен, когда он действительно был нужен.

Сюэ Лин был немного раздражен бесполезностью своего тела, и уже собирался уйти, отдохнув некоторое время, но неожиданно увидел фигуру Лу Цэня.

"Что он здесь делает..."

Сюэ Лин не думал, что этот человек не будет спать посреди ночи, а придет сюда, чтобы понаблюдать за суетой. Здесь все еще было шумно, и когда в комнате обнаружат тридцать убитых исследователей, весь подземный город будет запечатан.

Личность Лу Цэня была сомнительной, и если его обнаружат здесь, это будет очень большой проблемой. Кроме того, он был селекционером SSS, и из всех присутствующих здесь людей именно его с большой вероятностью можно было бы назвать убийцей.

Сюэ Лин презрительно скривил губы, и хотя ему очень хотелось беспокоиться сейчас еще о ком-то кроме себя, он все же направился в его сторону.

Лу Цэнь, казалось, хотел порыбачить в мутной воде, чтобы посмотреть, что из этого выйдет. Сила людей вокруг него была не такой высокой, как у него, поэтому он не встретил никакого сопротивления, пока шел вперед, но как раз когда он собирался подойти, кто-то взял его за руку и потянул.

Шаги Лу Цэня замешкались, и все его тело напряглось. Рядом с ним никого не было, но он отчетливо чувствовал, что его держит пара рук. Если бы он не был хорошо знаком с аурой этого человека, он бы уже сделал шаг.

"Не шуми. Следуй за мной. Боюсь, что потом ты не сможешь выбраться".

Сюэ Лин понизил голос и тихо сказал на ухо мужчине, а затем его желание исполнилось, когда он увидел, как лицо мужчины стало потрясенным.

Понять его чувства было довольно просто. Ведь хрупкий русал, вместо того, чтобы спать дома в своей постели, явился сюда и одновременно произошло что-то серьезно. Было бы странно, если бы выражение лица его мужчины оставалось хорошим.

Лу Цэнь хотел открыть рот и что-то сказать, но почувствовал, как Сюэ Лин ущипнул его за руку, и закрыл рот. Несмотря на это, выражение его лица было плохим, а на его лице большими буквами было написано "Мне нужно объяснение".

Сюэ Лин уже был на пределе сил, и ему было лень беспокоиться о своем самообладании. Он приказал системе создать защитный щит для мужчины, а затем потащил его за собой из подземного города.

Только когда они оказались возле центрального торгового центра и встали перед парящей машиной, в которой он незаметно приехал, Сюэ Лин наконец-то выдохнул с облегчением и всем телом рухнул на руки мужчины.

Лу Цэнь нахмурился, поймав его в свои объятия. Он поднял его на руки и отнес в машину.

Когда дверь закрылась, Сюэ Лин наконец-то произнес:

"Они скоро опечатают подземный город. Есть только записи о том, как ты вошли, но нет ни одной записи о том, как ты вышел. Ты определенно попадешь под подозрение. Две личности, которые ты имеешь, больше нельзя использовать, их нужно уничтожить как можно скорее".

Лу Цэнь посмотрел на его бледное лицо и поджал губы.

"Я разберусь с этими вещами. Что с тобой сейчас? Что-то случилось с твоим телом? Мне отвезти тебя в больницу?"

Сюэ Лин махнул рукой.

"Все в порядке. Из-за чрезмерного использования силы фаза зрелости наступила раньше, вот и все".

Он сказал это так, но его лицо показывало его недовольство.

"Конечно, я все еще слишком волновался. Если бы я знал, что будет так много исследователей, я бы подождал до совершеннолетия".

С уровнем интеллекта Лу Цэня, того факта, что он появился здесь и добавил свои слова, было достаточно, чтобы он примерно понял суть того, что здесь произошло.

А учитывая сон, который он видел сегодня ночью, тело генерала Лу начало излучать леденящую душу ауру.

"Хотя я могу подождать, есть некоторые вещи, которые, как мне кажется, тебе лучше прояснить мне сейчас".

Лу Цэнь притянул Сюэ Лина в свои объятия и погладил его по волосам.

"Вэнь-Вэнь, я хочу защитить тебя, вместо того, чтобы ничего не знать, пока ты все скрываешь от меня. Я не хочу узнавать, что происходит, только после того, как это случилось".

Сюэ Лин скривил губы и уже собирался заговорить, как вдруг его выражение лица стало изумленным.

Парящая машина завелась, получив его команду, но снаружи донесся торжественный голос.

"Вашему Высочеству не стоит слишком беспокоиться. Я лишь следил за аурой, которую вы оставили, чтобы узнать, смогу ли я найти вас. Я не ожидал, что мне так повезет".

Духовные силы этого человека были очень сильны - его слова могли передаваться прямо через салон парящего автомобиля внутрь.

В этот момент все настигло его одновременно, и Сюэ Лин в досаде потер лоб.

Хотя он не жалел о сегодняшних действиях, все его заботы объединились в одном времени и месте, что привели его в изнеможение.

Дверь медленно открылась, и на лице Сюэ Лина появилось холодное выражение, когда он выглянул наружу и сказал:

"Тогда выходи. Нет смысла прятаться в темноте".

Снаружи машины было темно, и только слабо светивший уличный фонарь давал неровный свет. Перед ними появилась довольно стройная фигура. Лоу Цэнь протянул руку, чтобы отвести Сюэ Лина за спину для защиты, но Сюэ Лин выскользнул из-за протянутой перед ним руки.

Он открыл рот, чтобы сказать:

"Не волнуйся. У него нет никаких злых намерений по отношению ко мне".

Глубоководными мерфолками всегда управляли их кровные линии, и они посвящали себя своему королю. Кровной линии в его теле было более чем достаточно, чтобы заставить человека перед ним подчиняться ему досконально, если только он этого пожелает.

"Похоже, что Ваше Высочество уже относится к нам с пониманием".

Когда посетитель заговорил, его голос носил отпечаток радости, и он вышел, чтобы показать свое красивое лицо. Он носил очки и выглядел очень изысканно. Когда он изогнул губы и улыбнулся, это нежное, как нефрит, чувство заставило тех, кто общался с ним, бессознательно расслабиться.

От его тела все еще исходил слабый аромат океана, он был очень легким, но Сюэ Лин отчетливо ощущал его.

"Это действительно здорово. Я думал, что придется потрудиться, чтобы убедить вас вернуться со мной".

"У меня нет времени обсуждать вопрос о том, вернусь я с тобой или нет, прямо сейчас".

У Сюэ Лина сейчас не было ни сил, ни времени обсуждать вопрос своей личности с этим человеком, который явно был глубоководным обитателем.

У него было еще меньше времени, чтобы объяснять эти беспорядочные и запутанные происшествия, которые складывались одно за другим.

"Если действительно что-то есть, то приходи с этим завтра во дворец герцога. У тебя будет очень много времени, чтобы позаботиться обо мне".

Этот короткий разговор позволил человеку напротив сразу понять, что Сюэ Лин сейчас находится в плохом состоянии. Его выражение лица было тяжелым, и он догадался:

"Фаза зрелости Вашего Высочества наступила раньше срока?"

"Разве ты не чувствуешь этого?"

Сюэ Лин коротко рассмеялся, закрыл дверь парящей машины и указал место назначения - Дворец Герцога. Он потянулся и обнял Лоу Цэня, наклонил его голову и поцеловал в щеку.

"Сейчас я не могу объяснить тебе слишком много. Я дам тебе ответы на все, что ты хочешь знать, когда я проснусь, хорошо?"

"Фаза зрелости?"

"Да. Пока я еще не заснул, отвези меня обратно во дворец герцога. Я могу помочь тебе избежать обнаружения".

Выражение Лоу Цэня было холодным. Хотя человек на его руках постоянно делал какие-то действия, чтобы успокоить его, в настоящее время он все еще был в очень плохом настроении.

Сюэ Лин слишком много скрывал от него, и Лоу Цэнь не смел представить, в какой ситуации он оказался бы завтра, если бы не появился в этом месте сегодня вечером.

Возможно, Сюэ Лин последовал бы за человеком, с которым только что разговаривал, и ушел, а возможно, проснувшись завтра, он получил бы известие о том, что его маленький русал болен. Он также винил бы себя, думая, что его глубокий сон как-то связан с тем, что он вчера взял его с собой в подземный город.

Действительно, они были связаны, но это была не та связь, которую Лоу Цэнь мог контролировать.

Лоу Цэнь до сих пор не знал, что произошло в подземном городе. Только когда он получил новости на следующий день, ему стало окончательно ясно, почему Сюэ Лин вчера вечером без колебаний раскрыл ему свои последние карты, а также поспешил увести его.

Подземный город был запечатан. Практически все, кто присутствовал прошлой ночью, все еще находились внутри, и их личности будут изучены во всех подробностях.

Личность, которую он использовал для входа в подземный город, была полностью уничтожена, и отследить ее не представлялось возможным, не говоря уже о том, что личность не успела совершить никакого преступления.

Каждый год в подземном городе появляются странные личности, и эти две личности были всего лишь двумя из десятков миллионов.

Рано утром во дворце герцога неожиданно стало многолюдно. Янь Чжайян должен был уехать к границе этим утром, но Янь Цинцзюнь обнаружил, что Янь Цивэнь не спустился попрощаться со вторым братом.

Они уже говорили об этом, и Янь Цивэнь был не из тех, кто избегает Янь Чжайяна только потому, что тот испытывает к нему какие-то чувства.

Янь Цинцзюнь постучал в дверь Сюэ Лина, после чего во всем герцогском дворце началась бешеная активность.

Янь Цивэнь впал в кому. Пришло несколько врачей-мерфолков, но никто из них не смог выяснить, что с ним. Его тело было очень здоровым, и приборы не могли обнаружить ничего плохого. Казалось, что он просто спит, но его невозможно было разбудить.

Это вызвало головную боль у жителей герцогского дворца. Только когда врач-мерфолк спросил их, были ли вчера какие-нибудь признаки, они вспомнили, с кем Сюэ Лин ходил на свидание.

Но еще до того, как они смогли связаться с Лоу Цэнем, Лоу Цэнь сам пришел в герцогский дворец.

Кроме него, рядом с ним был еще один человек. Он утверждал, что является другом Янь Цинцзюня, и пришел к нему, потому что услышал, что тот нашел свою настоящую семью.

Во дворце герцога внезапно стало оживленно.

Лоу Цэнь вчера вечером своими глазами видел, как Сюэ Лин заснул. Хотя он объяснил ему, что это нормальный симптом фазы зрелости, он все равно беспокоился. Он нашел предлог, чтобы прийти сегодня утром, и столкнулся в дверях с человеком, который вчера вечером стоял возле их машины.

После более тщательного наблюдения Лоу Цэнь заметил некоторые детали, которые он не заметил прошлой ночью. Фигура этого человека была очень пропорциональной. Его ноги были длинными, и он казался обычным человеком, так как не имел такой ширины, как селекционер, но, как ни странно, Лоу Цэнь чувствовал, что он очень опасен.

Этот человек и Сюэ Лин были очень похожи, когда у них были ноги, и чувство, которое они оба вызывали, было очень подобным. А учитывая то, как он обращался к Сюэ Лину прошлой ночью, Лоу Цэнь догадался, что он и Сюэ Лин оба должны быть мерфолками, но у них есть способность, которой нет у других мерфолков - способность превращать свои хвосты в ноги.

Тогда возникли вопросы: Кто они - люди или рыбы? Откуда они взялись? Как долго его милашка будет находиться в коме? Какие изменения произойдут после того, как он очнется?

... Кстати, о переменах. Эта маленький милашка действительно позволил ему увидеть настоящее лицо, скрытое под глупой, милой и кокетливой маской.

Если этих тридцати жизней было недостаточно, чтобы Лоу Цэнь понял, что маленький русал семьи Янь явно не был слабым и хрупким ребенком, тогда он мог бы отказаться от должности генерала.

Все люди герцогского дворца были внизу, и каждый из них был полон беспокойства. Янь Цинцзюнь был немного удивлен, увидев лицо человека, который вошел позади Лоу Цэня.

"Лань?"

По первоначальному сюжету, после смерти Янь Цивэня глубоководные мерфолки полностью потеряли своего императора. Они не могли смириться с таким результатом из-за давнего недовольства людьми, поэтому подняли флаг мести против людей и начали войну.

Это была очень трагическая война. Люди получили совершенно новое представление о так называемых русалках и поняли, что на самом деле означает господство в океане.

Наконец, причиной того, что две стороны смогли отбросить свою ненависть друг к другу и хоть раз поговорить спокойно, стало влияние Янь Цинцзюня и его хорошего друга Ланя.

Лань был одним из глубоководных мерфолков, которых отправили в мир людей, чтобы найти их "императора". Все эти годы он курсировал туда-сюда между сушей и океаном, и место, где он выходил на берег, находилось недалеко от двора, где жил Янь Цинцзюнь, поэтому они с Янь Цинцзюнем, которого усыновил рыбак и его жена, были хорошими друзьями на протяжении многих лет.

В этот раз он приехал в столицу, потому что слышал новости о том, что Янь Цинцзюнь нашел свою родную семью, и не ожидал случайно встретить их "императора".

Хотя он был еще несовершеннолетним, и хотя он был еще молод и незрел, способность господствовать над всем океаном не могла быть ошибочной.

Когда хорошие друзья встречаются вновь, всегда необходимо немного поболтать. Пока они пожимали друг другу руки и болтали, Лоу Цэнь получил разрешение подняться наверх к Сюэ Линю.

Он также не мог сказать, почему Сюэ Лин сейчас находится в таком состоянии, а Дворец Герцога не мог ничего с ним сделать, основываясь на необоснованном предположении, поэтому, хотя они и не были в хорошем настроении, они не стали усложнять ему жизнь.

"Если вы говорите о маленьком Гунцзы наверху, который находится в коме", - начал Лань, услышав, что они хотят подняться наверх, его улыбка стала широкой, когда он вмешался: "У меня может быть объяснение".

Внезапно все взгляды упали на него. Выражение лица Янь Цинцзюня стало странным, потому что он вспомнил личность Ланя и его магическую способность превращать свой рыбий хвост в ноги.

"Цинцзюнь, ты помнишь?"

Лань улыбнулся, обращаясь к Янь Цинцзюню:

"Когда мы встретились в первый раз, я сказал тебе, что пришел, чтобы найти нашего пропавшего принца?"

В голове Янь Цинцзюня промелькнула сцена, когда он вспомнил бурю, случившуюся, когда ему было четыре года. У него в ушах звенел шум океана, и он, ничего не сказав приемным родителям, пробрался на берег, чтобы посмотреть. Он увидел, как из глубин океана на берег вышло более дюжины мерфолков.

Они были совсем не похожи на тех маленьких детей, которых воспитывали с рождения. Они были очень сильными, и даже во время шторма им удавалось бороться с нахлынувшим приливом и устремляться к берегу.

Именно в тот день к нему пришел Лань. По его словам, их маленького принца украли ненавистные человеческие существа. Их сородичи постоянно пытались найти его, но улик было слишком мало, а береговая линия была слишком длинной, и у них не было направления, откуда начинать поиски.

После нескольких лет поисков в океане они решили, что их маленький принц попал в мир людей.

Они захотели выйти на берег для поисков.

Именно благодаря многолетнему общению с Ланей мысли Янь Цинцзюня отличались от мыслей большинства мерфолков Империи. У него были свои собственные цели, и он знал, что делает. Его уверенность в себе и настойчивость были порождены Ланем.

Янь Цинцзюнь кивнул и вдруг понял смысл слов Лань.

"Ты имеешь в виду...?"

"Это наш маленький господин. Возможно, ты - наша счастливая звезда. Столько лет не было никаких новостей, но из-за изменений в твоей судьбе появился и он".

Выражение лица Янь Цинцзюня было очень странным. Герцогиня, наконец, ответила на слова Ланя.

"Твой маленький господин был украден? На берегу моря?"

"Возможно, в том же году герцогиня потеряла Цинцзюня у океана?"

Янь все еще слабо улыбался. Хотя он действительно был очень рад, что нашел их императора, после стольких лет скитаний по миру людей, скрывать свои эмоции уже стало привычкой.

"Кто знает. Некоторые вещи просто совпадают. Если у этого маленького тритона хвост черно-золотой, а чешуя черная с золотыми краями, то это наш маленький хозяин. Под небесами он единственный, кто может иметь хвост такой расцветки".

Наконец, герцог пришел к пониманию. Как член высшего эшелона Империи, он имел доступ ко многим секретам, и даже хаос в Имперской Исследовательской Академии сегодня утром находился под его юрисдикцией.

Хотя слова Ланя были туманны, он все же понял их смысл, потому что информация об этом таинственном виде всегда скрывалась, и они всегда беспокоили высшие эшелоны Империи. В этот момент информация, раскрытая в словах Ланя, полностью подтвердила его предположения.

"Ты из морских глубин?" - спросил герцог.

"Да."

Лань не чувствовал никакого давления, признавая это. Он уже разослал новости об обнаружении их императора, и в течение двух дней все глубоководные мерфолки, которые были на суше, соберутся вместе.

К тому времени даже человеческие силовые установки класса SS не смогут ничего с ними сделать. Они обладали достаточной боевой мощью и совершенно не походили на тех хрупких мерфолков Империи.

Это были испорченные рыбы, которых неправильно вырастили.

«Вэнь-Вэнь - это тот человек, которого ты искал?"

"Да."

Лань спокойно добавил еще одно предложение.

"Если с ним что-нибудь случится, наш клан и вы, люди, действительно не сможете разрешить разногласия".

После такого разговора личность Сюэ Лина больше не была секретом.

"Он действительно глубоководный житель. Сейчас он проходит стадию созревания, и следующие полмесяца он будет находиться в состоянии глубокого сна, пока чешуя на его хвосте отпадает и отрастает. С ним все будет в порядке, пока он будет мокнуть в воде".

Все присутствующие безмолвно смотрели друг на друга. Хотя этот метод был странным, ситуация Сюэ Лина также была действительно необъяснимой. Этот метод не повредит Сюэ Лину, и если они примут его на вооружение, то проблем не должно возникнуть.

Хотя личность Сюэ Лина была полностью раскрыта, это, казалось, не имело на него особого влияния. В конце концов, Дворец Герцога не слишком заботился о его личности и беспокоился только о его здоровье.

Лань нашел их отношение очень полезным, и пока у них не было никаких мыслей, которые они не должны были иметь о Сюэ Лине, Лань, казалось, не собирался забирать Сюэ Лина.

Если бы он хотел забрать его, ему все равно нужно было бы согласие Лоу Цэня.

Сюэ Лин очнулся от комы через полмесяца. Первое, что он увидел, когда очнулся, были удивленные, а затем восторженные глаза Лоу Цэня. Он даже не успел открыть рот, чтобы заговорить, как его губы были заблокированы генералом Лу, который действовал быстрее, чем ожидалось.

Сюэ Лин: ???

За полмесяца многое может измениться. Например, человек, который всегда был холоден как лед. Или, русал, который всегда выглядел очень милым.

Лоу Цэнь вылетел из комнаты от мощного удара рыбьего хвоста, но он все равно был доволен. В конце концов, на его счету был очень долгий и глубокий поцелуй, и некий русал целовал его в ответ, пока не пришел в себя, прежде чем вышвырнуть его за дверь.

Это означало, что Сюэ Лин ударил его только потому, что мог сделать это в силу взбалмошности своей личности, а не потому, что не хотел, чтобы его целовали.

После фазы зрелости тело русала сильно выросло, и у него возникло ощущение, что его полностью переделали и он родился заново. Когда он садился, его первоначальная одежда становилась немного коротковата, демонстрируя белую и тонкую талию.

Его чешуя изменилась, рыбий хвост стал более замысловатым и привлекательным, и глаза Лоу Цэня горели, когда он бросал на него взгляд. Но из-за того, что Лоу Цэнь был изгнан, русал почувствовал холод на своей талии.

Его волосы сильно отросли и теперь свисали до плеч, челка прикрывала привлекательный лоб. Небольшой детский жирок на его лице исчез, когда он подрос, а глаза удлинились и сузились, отчего снова проявилась его демоническая аура.

Раньше его можно было назвать симпатичным, но если бы кто-то сделал комплимент ему сейчас, то пришлось бы называть его привлекательным и красивым.

Лоу Цэнь наблюдал, как он день за днем менялся в своем облике, и привязанность в его сердце не только не уменьшалась, а наоборот, становилась все больше и глубже.

Дни, проведенные в ожидании, были слишком долгими. Лоу Цэнь каждый день переносил человека в воду, а ночью вылавливал его. Полмесяца маленький русал не ел и не пил, но не худел и даже несколько раз перевоплощался. Все жители герцогского дворца были немало удивлены, но когда они подумали о его глубоководном клане, то молча похоронили все свои сомнения в своих сердцах.

Глубоководные мерфолки были прародителями природных мерфолков. В высших эшелонах власти империи к ним относились как к предкам, поэтому так долго их никто не преследовал. Сюэ Лин был похищен только из-за сумасшедшего желания группы исследователей перевернуть общество, создав больше мерфолков.

Причина, по которой мерфолки были особенными и ценными, заключалась в том, что их было очень мало. Вопрос о том, что произойдет, если они воспользуются какими-то методами, чтобы увеличить их количество, был тем, о чем высокопоставленные члены Империи никогда не осмеливались думать.

Сюэ Лин потер виски, помедлил и вспомнил, что полмесяца пролежал без сознания из-за этой проклятой фазы зрелости. Он оглядел себя со всех сторон и явно не удивился произошедшим изменениям. Лениво потянувшись, он помахал рукой Лоу Цэню и спросил:

"Полмесяца уже прошло. Как решились вопросы, которые произошли той ночью?"

"Подземный город уже снял печать и снова открылся, но убийца не найден, поэтому он все еще находится на военном положении. Мой информатор отправился посмотреть на исследовательскую лабораторию и обнаружил, что она была полностью разобрана".

"Разрушив одно, они пойдут в другое место и построят другое, чтобы продолжать делать то, что они хотят".

Сюэ Лин надулся. Он также знал, что не сможет вылечить эту болезнь своими действиями. Хотя ему было приятно лично убить этих человеческих отбросов, если бы не желание изначального тела, он бы не стал действовать таким образом.

"Если корни не вырвать и не уничтожить, все равно найдутся люди, которых поймают и заманят в ловушку, чтобы они стали искусственными мерфолками. Возможно, в следующий раз они не просто украдут яйца глубоководных мерфолков, а подтолкнут высшие эшелоны общества к войне, чтобы получить трупы нескольких глубоководных мерфолков для исследований".

Лоу Цэнь поджал губы и сказал: "Ты знаешь свое происхождение?"

Сюэ Лин поднял брови и вспомнил, что есть еще некоторые вещи, которые он не объяснил Лоу Цэню должным образом. Хотя он чувствовал, что глубоководный мерфолк, который нашел его самостоятельно, объяснит все четко, все же были вещи, которые ему было проще объяснить самому.

"Ты знаешь об этом?"

"Да".

"Наверное, будет лучше, если я объясню. В конце концов, я был тем, кто испытал это лично".

Сюэ Лин снова медленно лег и натянул одеяло, чтобы укрыться, глядя на Лоу Цэня влажными глазами.

"Все началось с того, что твоя мать заговорила со мной о расторжении нашей помолвки".

Лоу Цен: "..."

В его сердце раздался болезненный удар.

"Изначально я планировал не соглашаться, даже если бы на кону стояла моя жизнь. В конце концов, ты мне тогда очень понравился, и я даже готов был отдать свою жизнь, чтобы быть с тобой".

Выражение его лица было очень спокойным, как будто он говорил о жизни другого человека. Хотя Лоу Цэнь чувствовал себя несколько обиженным, он счел это замечание весьма полезным.

Сюэ Лин добавил: «Но кое-кто сказал мне: согласись, не существует такой вещи, как невозможность жить без другого человека".

Лоу Цэнь: "..."

Если бы он знал, кто сказал эти слова, он бы немедленно пошел и забил его до смерти.

"Итак, я согласился на просьбу и разорвал помолвку с тобой. С той ночи мне стали сниться странные сны..."

В этот момент Сюэ Лин опустил взгляд.

"Во сне я не согласился с просьбой тети и не хотел расторгать помолвку. Тетушка снова и снова просила меня встретиться с ней. Однажды случилось нечто непредвиденное... и я попал в руки банды похитителей".

"Сон был слишком реалистичным. Это были именно те люди в лаборатории... А потом я умер в той лаборатории... Потому что я глубоководный мерфолк, и они хотели меня изучить. Они были очень чрезмерны и делали много очень жестоких вещей. Поначалу мне удавалось держаться, но те люди сказали мне, что ты уже сошелся с Цинцзюнем, и он - настоящий Молодой Господин Дворца Герцога. Я был всего лишь приемным ребенком, и я исчез так надолго, но никто не заметил..."

"А потом я покончил жизнь самоубийством".

Его тон был очень спокойным, но сердце Лоу Цэня заколотилось, когда он услышал это.

Это было вызвано не чем иным, как тем, что он уже видел подобные сцены. С той ночи ему периодически стали сниться подобные сны. Иногда ему казалось, что в этих снах он - не он, потому что он ни за что не влюбился бы ни в кого, кроме маленького русала. И Янь Цивэнь в его сне тоже не была тем маленьким мерфолком, который ему нравился...

Тем не менее, встречи с Янь Цивэнем в его снах все равно не давали ему покоя. Иногда посреди ночи после сна он скрипел зубами и жалел, что те люди уже погибли от руки Сюэ Лина. Иначе, если бы это был он, он бы ни за что не позволил им так легко умереть.

"Эти сны были слишком реальны, и я не хотел такого будущего, и я не хотел отдавать тебя Цинцзюню".

Сюэ Лин возился с маленькими аксессуарами, развешанными вокруг кровати, его взгляд был опущен, когда он говорил, а лицо было невыразительным, но выглядело особенно жалко.

"Так что я немного схитрил... Я подружился с Цинцзюнем и вернул Цинцзюня в семью. Я даже специально пришел к тебе в тот день, когда ты очнулся в больнице, чтобы ты заметил меня. С твоим характером, как только ты узнаешь, что тетя отменила нашу помолвку, ты придешь, чтобы найти меня..."

"Просто ты превзошел все мои ожидания. Ты даже сказал, что я тебе нравлюсь..."

Сюэ Лин сжал губы и заставил себя посмотреть на него.

"Если я такой интриган, совсем не наивный, и не милый, и эгоистичный, желающий изменить предопределенную судьбу для себя, если это настоящий я, я бы все еще продолжал тебе нравиться?"

Он спрашивал Лоу Цэня, но это было похоже на то, что он спрашивал не только Лоу Цэня, но и направлял вопрос к душе, которая обитала в его теле.

Они были вместе на протяжении стольких миров, но он все еще иногда чувствовал себя неуверенно. В глазах многих в каждом мире он всегда был самым красивым и замечательным человеком; если однажды они действительно увидят друг друга по-настоящему, будет ли он продолжать любить его без всякой маскировки? Настоящего его, который вовсе не был симпатичным, и который, кроме привлекательности, был абсолютно лишен достоинств?

Система: "..."

Даже скрытое восхваление себя не должно делаться так преувеличенно. Хозяин действительно был слишком бесстыден.

"Это нормально, даже если ты интриган, или человек, который делает все только для себя, или переодеваешься в любую отвратительную внешность".

Выражение лица Лоу Цэня редко было нежным, но когда он был нежно-ласковым, это немного завораживало Сюэ Лина, и ему всегда казалось, что он видит следы личности Су Сюаньяня в нем.

"Пока это все еще ты, пока ты - это ты, ты будешь мне нравиться, и я буду влюбляться в тебя, любить тебя до потери себя, любить тебя до потери всего, лишь бы любить тебя".

Словно желая успокоить неспокойную душу Сюэ Лина, Лоу Цэнь произнес эти слова очень серьезно.

"Мне жаль, что я не влюбился в тебя раньше, так что тебе пришлось пережить все это и стать тем, кем ты являешься сейчас".

Он протянул руки и нежно притянул Сюэ Лин в свои объятия.

"Не волнуйся, я возьму на себя ответственность. Неважно, как ты изменишься и как будешь выглядеть, я все равно буду хотеть тебя и всегда останусь с тобой".

Сюэ Лин прислонилась к его плечу, и его губы медленно изогнулись в несколько лукавой, но очень привлекательной улыбке.

На самом деле, произносить или не произносить сегодняшнюю речь было полностью на его усмотрение. Даже если бы он не объяснил все так, он все равно смог бы найти объяснения, чтобы Лоу Цэнь поверил, что он очень невинен и беспомощен. Но было бы особенно трудно завернуть все это.

Что он мог сделать, так это списать все на необъяснимый сон. Воспользовавшись этой возможностью, он также произнес слова, которые всегда хотел сказать. Хотя мужчина забывал об этом каждый раз, когда они меняли мир, он все равно был очень доволен тем чувством безопасности, которое тот давал ему в каждом мире.

Они прошли через множество миров, и Сюэ Лин уже постепенно перестал верить в то, что мужчина оставит его в одном из них. Постепенно он избавился от этих страхов и тревог, привыкнув в каждом мире находить своего возлюбленного, а затем, в ходе их ежедневного общения, открывать в нем маленькие детали, которые оставались неизменными.

Например, как изгиб его рта особенно подходит для поцелуев, когда он нежно улыбается, и другие подобные вещи, а также некоторые особенности его личности и детали из их повседневной жизни. Пока у него есть чувства, чтобы искать это, он всегда мог найти эти вещи в своем возлюбленном.

Характер мужчины в каждом мире несколько менялся, но с вероятностью в десять тысяч шансов все равно был похож на оригинал; Сюэ Лин думал, что он должен быть очень нежным человеком, но он был ласков только с ним.

Когда он впервые встретил его, он был особенно холоден и отстранен, но как только они оказались вместе, он стал невероятно любящим во многих деталях их жизни.

К тому же, в последнее время он стал особенно красноречив, чтобы произносить слова любви. Хотя это становилось все более и более тошнотворным, ему действительно нравилось это слушать.

Они долго молча обнимались, пока Сюэ Лин не кашлянул и не начал снова:

"Тот человек, который пришел меня найти, сказал что-нибудь еще, кроме моего происхождения?"

"Нет. Он просто сказал, что Сюэ Лин - тот человек, которого он искал, и что он член клана глубоководных мерфолков. Обо всем остальном он умолчал. Он живет во дворце герцога вместе с Янь Цинцзюнем. Если ты хочешь его увидеть, я могу его позвать".

А вот принц все это время не был с Янь Цинцзюнем, потому что некий глубоководный мерфолк слишком сильно мешал. Янь Цинцзюнь был очень приветлив с Лань, и Лань был очень доволен, следуя за Янь Цинцзюнем во все части столицы империи, но Его Высочество Принц был недоволен.

Как он мог позволить ему постоянно занимать его место? После того, как принц несколько дней питался угрюмым уксусом, Лань вместо него отправился проводить время с Янь Чухуанем.

Когда Янь Цивэнь был ребенком, княгиня не отличалась хорошим здоровьем, потому что слишком сильно переживала потерю своего маленького сына. Янь Цивэнь долгое время воспитывалась Янь Чухуанем. Старший брат Янь держал на руках второго брата, воспитывая младшего брата мерфолка, и даже в детстве был очень умен.

Поскольку у него был такой опыт, Лань любил оставаться рядом и расспрашивать его о Сюэ Лине, чтобы он мог создать подробную летопись взросления их правителя и узнать о его различных увлечениях, чтобы подготовиться к его возвращению.

"Конечно, остается ли он или вы возвращаетесь, в конце концов, все еще нужно тщательно обсудить".

Лоу Цэнь, наконец, пришел к такому выводу.

"Информации, содержащейся в этом, немного многовато..." Он слегка упорядочил ее в своей голове. "Он не прояснил вопросы, касающиеся его отношений со мной, и ситуация в подземном городе ничуть не улучшилась. Империя сейчас выглядит очень спокойной?"

"На самом деле, герцог в последние дни становится все более и более занятым, и это спокойствие - лишь видимость. С тех пор как что-то случилось с исследовательской лабораторией, спонсоры совершенно точно не будут настолько любезны, чтобы оставить все как есть. Как только они сделают свой ход, Его Высочество Принц тоже начнет".

"Его Высочество Принц?"

"Разве я тебе не говорил?"

Лоу Цэнь очень мягко рассмеялся, но его улыбка таила в себе убийственное намерение. Она не была направлена на Сюэ Лина, но заставила его заинтересованно поднять брови.

"Его Высочество решил разобраться с теми вельможами, которым нечем заняться в течение дня, кроме как бездельничать и раздувать большие новости. Инцидент в подземном городе и протесты Императорской Академии дали ему прекрасную возможность. Господин герцог уже решил сотрудничать с ним. Теперь, когда ты проснулся, возможно, ты тоже пойдешь на встречу с Его Высочеством".

"О. Он хочет поговорить со мной о сотрудничестве? Кого я представляю? Глубоководных мерфолков или тебя?"

Конечно, он представлял глубоководных обитателей. Говоря, что он будет представлять Лоу Цэня, он просто пошутил.

Лоу Цэнь понял его смысл, протянул руку и погладил его по голове. "Хотя я уже принял решение, если ты не хочешь, чтобы я присоединился, я также могу выслушать твои пожелания".

"О? Я представляю тебя?"

"Да, по правилам семьи Лоу, слова жены всегда должны рассматриваться в первую очередь".

Сюэ Лин: "..."

Неужели этот человек целыми днями только и делал, что думал о том, как завладеть им...

Но, все в порядке. Его уже называли женой раньше, так что если этому человеку нравится называть его женой, то жена тоже подойдет~.

Зная, что Сюэ Лин пришел в себя, все во дворце герцога по очереди заходили к нему. Янь Цинцзюнь и герцогиня дольше всех оставались в его комнате, и долго беседовали с ним, объясняя ему, что, хотя глубоководные и природные мерфолки отличаются друг от друга, и он может иметь пару ног, ему все равно не стоит выходить на улицу и бегать искать неприятности. Он был таким наивным - все будут волноваться, если с ним что-то случится.

Сюэ Лин успокаивал их волнение, и ему стало казаться, что его план притворяться глупым и милым, возможно, не такая уж хорошая идея.

Едва Сюэ Лин проводил Янь Цинцзюня, как Янь Чухуань вошел в его комнату, только что вернувшись с работы.

Было время ужина, и Янь Чухуань не собирался долго с ним разговаривать. Он просто долго смотрел на него, а потом сказал:

"Ну ты, конечно, вырос".

По лицу Сюэ Лина было видно, что он потерял дар речи.

"Старший брат..."

На лице Янь Чухуаня появилась улыбка.

"Хватит, я знаю, что тебе сегодня читали морали с утра до вечера. Старший брат не будет тебя сильно беспокоить. Только я хотел сообщить тебе, что Его Высочество Принц хочет тебя видеть".

Сюэ Лин также догадывался, что это произойдет. Хотя Лань и не упоминал об этом, но в этот период в столицу прибыло много сильных мира сего, и этого было достаточно, чтобы Его Высочество заподозрил его личность.

Как только у него возникнут подозрения, не составит труда догадаться о его важности для глубоководных мерфолков.

"Его Высочество принц и Лань встретились?"

"Да".

"Хорошо."

Сюэ Лин пожал плечами и сказал:

"Поскольку Его Высочество назначил встречу, у меня нет причин отказываться. Могу ли я попросить старшего брата устроить это?"

Янь Чухуань потер голову и мягко сказал:

"Неважно, кто ты, ты все равно останешься младшим сыном семьи Янь. Пока ты хочешь быть нашей семьей, мы с отцом будем тебя защищать".

Он редко бывал в мире, где не был одинок, поэтому Сюэ Лин дорожил этими, казалось бы, теплыми семейными отношениями.

«О чем говорит старший брат? Я никогда не говорил, что планирую бросить семью".

"Так даже лучше".

Взгляд Янь Чухуаня был нежным, он снова погладил его по голове.

"Спускайся вниз к ужину. Хотя ты не собираешься нас покидать, все равно невозможно игнорировать людей, которые настойчиво хотят забрать тебя".

"Тогда старший брат должен убедить кое-кого остаться ~ разве не будет хорошо, если все они станут частью нашей семьи?"

Благодаря предложению Лоу Цэня, Сюэ Лин уже наспех придумал план, в котором Янь Чухуань стал супругом глубоководного мерфолка Ланя.

Янь Чухуань только улыбнулся и ничего не ответил.

В этом мире Сюэ Лин чувствовал себя более тепло и счастливо, чем в предыдущих мирах. Хотя злокачественная опухоль, которой была исследовательская лаборатория, все еще существовала, но после долгого разговора Сюэ Лина и принца, с помощью сил Его Высочества, герцога и Лоу Цэня, а также глубоководных мерфолков, они очистили потомственную аристократическую прослойку и полностью уничтожили учреждение на несколько лет раньше, чем в первоначальном плане.

Большое количество людей также смогли избежать участи быть превращенными в мерфолков против своей воли. Сильное потрясение, вызванное уничтожением исследовательской лаборатории, всколыхнуло всю Империю.

Многие люди ясно увидели новую эру, которую должна была начать Империя, и начали тянуть руку в очереди один за другим, опасаясь, что их тоже тщательно «проредят», прежде чем все закончится.

К счастью, принц не был кровожадным. Он лишь хотел очистить Империю, которая прогнила и вот-вот должна была развалиться изнутри. Его действия оказались своевременными и эффективными. Император был очень доволен действиями принца и постепенно начал передавать принцу все больше полномочий и дел, чтобы тот с ними разобрался.

Очень скоро Его Высочество принц обручился с молодым господином герцогского дворца.

В тот вечер, когда их "настоящий" молодой господин был представлен публике в герцогском дворце, Его Высочество принц сделал предложение прямо на месте, и нежный молодой господин тоже сразу же согласился. Церемония помолвки была грандиозной и эффектной и стала предметом горячих обсуждений среди жителей Империи.

Свадьба должна была состояться после восшествия принца на престол, так как он хотел жениться на Янь Цинцзюне и дать ему статус императрицы. Казалось, он был глубоко влюблен в Янь Цинцзюнь.

Генерал Лоу был немного подавлен. По сравнению с тем, как быстро состоялась помолвка Его Высочества Принца, они с Сюэ Лин явно тормозили. К тому же, они были вместе значительно дольше, но Сюэ Лин категорически отказывалась от помолвки.

Лоу Цэнь был повышен до маршала благодаря своей роли в очистке аристократической фракции и непосредственной помощи принца. Теперь он командовал большой армией, и у него было меньше времени, чтобы видеться с Сюэ Лином, из-за чего вся армия дрожала от холода, который исходил от их начальника. Это ни в чем неповинная группа людей существовала в постоянном напряжении и страхе, словно ступая по яичной скорлупе.

Будучи императором глубоководных мерфолков, Сюэ Лин также не мог проводить свои дни в праздности и наивности. Чтобы улучшить условия жизни глубоководных обитателей, он вместе с Лань старался поддерживать мир между людьми и глубоководными обитателями, чтобы больше глубоководных обитателей отбросили свои предрассудки и пришли на сушу жить.

Здесь у них было бы больше возможностей и благ, что также способствовало бы продолжению популяции глубоководных обитателей.

Из-за малочисленности их клана уже много лет не рождались новые потомки. Сюэ Лин был самым молодым, а остальные были бесплодны. Сюэ Лин был намерен помочь им найти селекционеров, потому что существовала определенная вероятность того, что глубоководные мерфолки и селекционеры, объединившись, смогут воспроизвести популяцию глубоководных мерфолков.

Это было важное дело, которое передавалось по наследству от клана клану, поэтому Сюэ Лин настойчиво уговаривал Лань выйти замуж за его старшего брата, чтобы они могли проверить это.

Из-за этой темы Лань даже бежал из герцогского дома.

Ну в самом деле! Даже если бы он был их императором, он не мог бы заставить его рожать детей целыми днями!

Они с Янь Чухуанем еще даже не сошлись! Почему император все время называл его невесткой?!

Два года спустя, в день восшествия на престол нового императора, он женился на своей императрице. Вместе они взошли на трон, символизирующий высшую славу империи. В это же время в герцогский дворец поступило предложение.

Через два года маршал Лоу наконец-то возобновил свою прежнюю помолвку. Мадам Лоу наконец-то смогла вздохнуть с облегчением: она не полностью разрушила счастье своего сына.

Еще через год после этого императрица родила пару драконов и фениксов. Один из них был милой породы, а другой - из яйца мерфолка; вся страна торжествовала.

Поскольку многие глубоководные мерфолки вышли на берег, вся империя теперь была погружена в сладкий океан любви. Улицы были полны пар, и приторных запах романтики и чувств затопил каждый уголок империи, заставляя Янь Чжайяна, только что вернувшегося с границы, испытывать боль...

Он уехал всего на три года, но, вернувшись в столицу, почувствовал, что все вокруг сильно изменилось, и это было место, которое не позволяло ни одному человеку продолжать жить спокойно.

На второй месяц после возвращения Янь Чжайяна состоялась большая свадьба Лоу Цэня и Сюэ Лина. Они не приглашали слишком много людей.

Так как это была свадьба их императора, на ней присутствовали все глубоководные мерфолки, и они привели с собой много молодых селекционеров. Свадебный банкет был заполнен парами, и сердце Янь Чжайяна снова защемило.

Мир был полон ненависти к одиноким собакам. Оба его младших брата были замужем, а старший брат собирался жениться через несколько месяцев. Что касается его, то у него даже не было партнера...

О, у него был только один сумасшедший селекционер, который навязчиво последовал за ним от границы!!!

Почему у него не было ни одного человека!!!

В этом мире Сюэ Лин испытал редкое чувство семейного тепла. Он всегда поддерживал хорошие отношения с Янь Цинцзюнем, и дошло до того, что, поскольку у них с Лоу Цэнем не было детей, Янь Цинцзюнь хотел, чтобы он усыновил одного из его детей.

Дело было не в том, что он не любил своих детей, а в том, что они с императором были ужасно совместимы. Пока они беззаботно занимались чем-либо, не предохраняясь, он беременел снова и снова. Сейчас у них уже было четыре или пять молодых принцев и трое детей...

Создать собственную футбольную команду было не просто мечтой. Позволить Сюэ Лину воспитать одного из этих милых созданий было абсолютно не проблема.

Но и Сюэ Лин, и Лоу Цэнь отказались, потому что не хотели, чтобы между ними встал ребенок.

В этом мире Лоу Цэнь в кои-то веки опередил Сюэ Лина на шаг. Благодаря его личности, к тому времени, когда Лоу Цэнь состарился, Сюэ Лин все еще выглядел как молодой. Он впервые увидел, как Лоу Цэнь закрыл глаза раньше него, а затем тихо потянулся, чтобы взять его за руку.

Он покинул империю с телом Лоу Цэня и отправился в глубины океана.

Глубокий океан был тем местом, где был спрятан один из его хвостов. В те времена предки глубоководных мерфолков получили способность управлять океаном благодаря влиянию его хвоста и его силе.

Теперь, когда он забрал хвост обратно, "император" глубоководных мерфолков потерял способность контролировать океан, и его смерть не вызвала бы интенсивной реакции океана, что привело бы к краху мира.

В любом случае, он был последним из королевского рода глубоководных мерфолков. Когда он умрет, линия наследования прервется.

Сюэ Лин ушел, не оглядываясь. После его ухода удача главных героев была собрана и равномерно распределилась по всем уголкам мира.

Изначально негибкий мир в этот миг словно ожил. Отныне мир развивался в своем собственном темпе и больше не повторял механически один и тот же процесс снова и снова из-за сюжета.

Эти сюжеты и главные герои заперли мир в неподвижном цикле. Если его не разрушить и не изменить жизнь главных героев, то мир так и останется неподвижным.

Сюэ Лин вернул себе третий хвост и только собрал все силы, как система напомнила ему, что следующий мир будет более опасным. Помимо изменения судьбы главного героя, он также будет работать против некоторых других людей.

"Других?"

Сюэ Лин впервые столкнулся с этим понятием, пройдя через столько миров.

"Ну, как известно хозяину, Мир Десяти Направлений всегда стремился дать каждому миру его собственную жизненную силу, и забрать энергию, которая осталась в мире, чтобы обогатить себя."

"Вообще-то, я всегда думал, что это похоже на закон джунглей, и Мир Десяти Направлений просто грабит удачу миров".

Система кашлянула.

"Хотя хозяин может сказать так, и это то, что хозяин делает, но неправильно утверждать, что мы злодеи".

Система вильнула хвостом, объясняя Сюэ Лину:

"Если эти миры не будут разрушены, чтобы их можно было построить заново, они попадут в бесконечный цикл смерти и в конце концов полностью сгниют, войдя в фиксированную схему и никогда не выйдя из нее."

"Ага."

"Мы разрушаем сюжет цикла, но против нас выступают силы, которые работают над поддержанием существования сюжета".

Сюэ Лин подумал обо всех глупых сюжетах и нашел это странным.

"Есть люди, которые пытаются защитить эти низкопробные, легкомысленные сюжеты?"

"На самом деле они находятся на том же пути, что и мы, но у них нет власти, чтобы лишить главных героев их удачи. Поэтому они могут только поддерживать сюжет и стать долгосрочными паразитами, позволяя миру проходить через свой цикл снова и снова, следя за тем, чтобы сюжет был на правильном пути, и оставаясь рядом с главными героями, чтобы взять часть их удачи и укрепить себя. Но, хозяин, не волнуйся, это все неудачники, которые не так сильны, как Мир Десяти Направлений, и могут полагаться только на эти крошечные порции удачи, чтобы укрепить себя. Хозяин определенно сможет уничтожить их, если мы столкнемся с ними".

Сюэ Лин чувствовал, что не было никакой разницы между тем, объясняла система или не объясняла; все, что ему нужно было делать, оставалось таким же, как и раньше.

"Если у хозяина нет вопросов или опасений, то мы немедленно войдем в следующий мир. Дружеское напоминание: как только хозяин войдет в мир, может начаться битва. Будет лучше, если хозяин будет более подготовлен".

После этих слов Сюэ Лин окончательно воспрянул духом.

После получения трех хвостов его силы немного восстановились, и он мог более или менее использовать немного своих сил в сюжетных мирах. Если бы это был не простой мир, а скорее хаотичный мир без порядка, то это была бы прекрасная возможность попрактиковаться и восстановить знакомство со своими силами.

"Кстати... Личность Хозяина на этот раз довольно необычна. Могут быть некоторые отвратительные вещи, но я надеюсь, что хозяин сможет хорошо поработать и войти в образ, как в прошлом мире, и придерживаться своей линии."

Система редко подсказывала дважды, поэтому Сюэ Лину стало интересно, с каким миром он столкнется в следующий раз.

Этот интерес достиг своего пика после того, как он снова открыл глаза.

Тот, кто только что открыл глаза, в данный момент стоял на камуфлированном внедорожнике. С его точки зрения, он мог видеть разрушенный город, от домов все еще шел дым, шевелились трупы, а по всей земле расплывались пятна крови.

Сюэ Лин сразу понял, что система имела в виду под боем.

Он как раз собрался с мыслями и собирался посмотреть, что происходит, когда из-под машины раздались крики, отвлекшие его.

Кто-то хрипло кричал:

"Брат Хань!! Ты уже готов!!! Мы не можем держаться!!!"

Сюэ Лин не понимал, что происходит. Его воспоминания еще не были загружены, и он также не знал, что делает, просто глупо стоя здесь.

Хотя ситуация была несколько напряженной, Сюэ Лин все же спокойно осмотрелся. Его окружало все больше и больше зомби, и если ничего не предпринять, то их группе, скорее всего, придет конец.

Вероятно, он стоял здесь, чтобы сделать большой шаг и уничтожить их всех, верно?

Тогда он расправится с ними.

Он не знал, какими способностями обладал оригинальный персонаж, но он мог имитировать такие вещи, как способности, с помощью своей собственной силы.

Сюэ Лин поджал губы, склонил голову и раскинул ледяной покров, словно желая заморозить весь город. Он был сильным и смертоносным!

В этот момент все, что он считал врагом, было запечатано смертоносным льдом. Выражения лиц зомби застыли, а когда Сюэ Лин медленно сжал руки в кулаки, лед начал крошиться снаружи внутрь.

Вскоре после этого все зомби, осаждавшие их, были убиты. Вокруг не пролилось ни капли крови, тела зомби разлетелись на куски, следуя за трещинами во льду. Все люди под машиной смотрели на эту сцену с открытым ртом, их лица были полны неверия.

Видя их выражения, Сюэ Лин понял, что его выступление сейчас было немного чересчур. Но останавливаться уже не было смысла, он спрыгнул с машины и холодно посмотрел на собравшихся вокруг людей.

Сейчас он не помнил ничего из этого мира, и мог лишь действовать в зависимости от ситуации и надеяться, что эта группа людей не доставит ему хлопот.

Вокруг машины стояли четыре человека: трое мужчин и одна женщина. Их глаза практически сияли, когда они смотрели на Сюэ Лина, так сильно они сверкали. Пухлый парень среди них прикрыл рот рукой, как девушка, и сказал:

"Небеса, это та новая способность, о которой говорил босс Хань? Босс, вы пробудили свою вторую способность?!"

Сюэ Лин был очень доволен количеством информации, содержащейся в этом замечании, которое сообщало ему, что он был лидером этой группы, показало, что это был мир со способностями, и что его первоначальная способность не была элементом льда.

Женщина носила очки и имела короткие, колючие волосы. Она выглядела очень отстраненной, но сейчас ее брови были удивленно подняты.

"Это здорово! Я изначально думала, что мы не сможем продержаться, пока Хэ Янь не приведет спасателей. Я не ожидала, что недавно пробудившаяся способность брата Хань окажется настолько мощной".

Сюэ Лин уловил еще одно имя и информацию в этом предложении.

Кто-то из их группы отправился за помощью?

Был ли он на этот раз тем самым пушечным мясом, которое было брошено на произвол, и не смогло продержаться до прихода спасателей, погибнув во время окружения вместе со своими братьями?

Система: "Ха-ха".

Это было редкостью, когда ее хозяин был наивным хоть раз. Он уже сказал, что этот персонаж был особенным. Естественно, он не будет обычным пушечным мясом.

"Пойдемте."

Сюэ Лину теперь нужно было найти относительно безопасное место, чтобы получить и разобраться с информацией о сюжете.

"Эта атака только что отняла у меня слишком много сил, и мне нужно немного отдохнуть".

Его лицо было довольно тусклым и бледным, и все в панике поспешили сказать ему, чтобы он садился в машину.

Хотя Сюэ Лин и расправился с зомби поблизости, это были зомби самого низкого уровня. Если бы они столкнулись с теми, кто обладал сознанием и мог думать, то они боялись, что их маленькая команда действительно погибнет.

Сюэ Лин был их лидером, он спас всем жизнь, поэтому ему досталось место рядом с водителем впереди. Никто из группы не осмеливался его беспокоить, и, видя выражение его лица, в машине вдруг стало тихо.

Сюэ Лин был весьма доволен этой атмосферой. Воспользовавшись моментом, он заставил систему быстро передать ему информацию.

Если бы так происходило каждый раз, когда он переходил в новое тело, Сюэ Лину, вероятно, пришлось бы как следует повозиться с системой.

Система, казалось, почувствовала убийственное намерение в сердце Сюэ Лина. Она жалобно затрепетала и обиженно сказала:

"Ясно же, что я каждый раз объясняла ситуацию. Это самый подходящий момент".

Сюэ Лин: "Ха-ха". Будь он проклят, если поверит в это.

Он прошелся по сюжету один раз, и десять тысяч "е*** твою мать" промчались дикой ордой по его сердцу.

Дело было не в том, что это был невообразимо кривой и откровенно сучий сюжет; хотя он и посягал на его целостность и взгляды на мир, он насмотрелся на подобные фантастические странности и уже ничего к ним не чувствовал.

Что удивило Сюэ Лина и заставило его лоб покрыться глубокими морщинами, так это личность, которая досталась ему в этот раз!

Это было не какое-то мужское пушечное мясо, которое появлялось нечасто, и не главная роль второго плана, которая могла бы приблизиться к главному герою. Формально ему была отведена роль главного Гуна.

Именно так. Протагонист! Главный герой! Гун, систему *ля за ногу!

Эта история была особенно странной. Неизвестно, что было не так с мозгами автора, но главному герою Гуну пришлось особенно горько. Весь сюжет был таким, и Сюэ Лин даже не мог понять цель его существования.

Это была история о путешествии во времени. Главным героем истории был упомянутый ранее Хэ Янь, который отправился за подкреплением. У Хэ Яня была система спасения жизни "контратака апокалипсиса", и он чувствовал, что на нем лежит ответственность стать спасением мира от апокалипсиса.

Поэтому, когда его товарищи по команде оказались в опасности, он решительно бросил свою бывшего возлюбленного, который оказался главным героем Гном и телом, которым теперь управлял Сюэ Лин - Чу Ханем.

Он не пошел искать помощи для них, потому что не чувствовал, что Чу Хань может стать тем, который подходит для того, чтобы быть его парой в постапокалиптическом мире, да… именно поэтому.

Эта причина была очень странной, но он был именно таким человеком.

Благодаря тому, что его бросили, Чу Хань сумел развить новую способность в критический момент и достиг пика человеческого развития.

И только когда в будущем они с Хэ Янем снова встретились, Хэ Янь понял, что он упустил. К тому времени его миссию уже невозможно было выполнить по целому ряду причин.

Хэ Янь тщательно все обдумал и решил, что без разрушения не может быть прогресса. Поскольку ситуация уже была такова, а его идея не могла быть хуже, он решил использовать единственный шанс, который давала ему его система "контратаки апокалипсиса", и повернуть время вспять.

Он вернулся в то время, когда он покинул Чу Ханя.

Чтобы стимулировать Чу Ханя, чтобы он развил свою вторую способность, Хэ Янь все же ушел в этот раз. В отличие от прошлого раза, он действительно ушел за подкреплением.

Сюэ Лин закончил читать сей абсурд в своей голове, и ему стало не по себе. От сожаления не было лекарства. Система главного героя Хэ Яня обладала такой мощной способностью; разве это не читерство?

"Система. Если он может перезапускать мир каждый раз, когда у него что-то не получается, то как… *********** я могу изменить его судьбу?!!!"

От такой способности у Сюэ Лина до смерти разболелась голова. Если он мог случайно начинать заново каждый раз, когда он был несчастлив, тогда не было никакого способа переиграть эту партию.

"Расслабься, хозяин. Разве ты не заметил, что была только одна возможность использовать эту опцию?"

Система провела хвостом по руке хозяина и широко улыбнулась, сказав:

"Пусть хозяин не стоит беспокоится. На этот раз я уже помогла вам выбрать временную точку, которая находится после того, как он обратил время вспять. Очень скоро вы встретитесь со спасателями, которых главный герой Хэ Янь честно приведет вам на помощь. Вы также можете ознакомиться с остальным сюжетом. Поверь мне, эта система перезагрузки мира чертовски бесполезна".

Сюэ Лин успокоил себя и продолжил читать сюжет.

Читать дальше было уже не так просто, ему казалось, что кто-то насилует его мозг.

Апокалипсис в этом мире был вызван тем, что на Землю упали метеориты из космоса и окутали ее радиацией. Радиация изменила людей на Земле двумя способами: в зомби и в носителей способностей.

Хотя еще оставались обычные люди, они не могли долго выжить под воздействием радиации. Со временем эти два типа измененных людей стали единственными, кто остался в мире. Главные герои Гун и Шоу принадлежали к категории "носителей способностей".

Начало этой истории также было очень странным. В этот момент зомби по всему миру обретали сознание и способность мыслить как люди. Самый сильный среди них уже превратился в короля зомби.

Зомби с сознанием начали спонтанно собираться вместе, захватывая часть городов, подобно тому, как базами управляли носители способностей.

Зомби было больше, чем носителей способностей, и для выживания им не требовалось ни еды, ни воды. После своего развития они стали представлять большую угрозу для носителей способностей.

В это время появился главный герой Гун. Система, которую он имел при себе, была абсолютной системой против зомби. Следуя заданиям, которые дала ему система, главный герой Шоу основательно испортил планы между носителями способностей и зомби, не позволяя им наконец-то подписать мирный договор и сделал так, что противоречия между двумя сторонами усилились, в итоге дойдя до состояния, когда они не сдадутся, пока другая сторона не будет мертва.

Главный герой Шоу настаивал на своем давнем убеждении, что он хочет восстановить мирный мир без зомби. Он упорно хотел истребить всех зомби, но император зомби был слишком силен, и у него не было возможности противостоять ему в одиночку.

Чу Хань был тем человеком, которого он выбрал, чтобы помочь ему в борьбе с императором зомби. Но идеи Чу Хан полностью отличались от идей главного героя Хэ Яня.

Он считал, что настоящие люди уже полностью исчезли из этого мира. С определенной точки зрения, сегодняшних зомби и носителей способностей уже нельзя было считать людьми. Они были избранными выжившими нового мира и не должны были воевать друг с другом.

Чу Хань выступал за заключение мирного договора и прекращение военных действий между пользователями способностей и зомби.

В последней части сюжета, поскольку его взгляды полностью отличались от взглядов Хэ Яня, первоначальные чувства между ними постепенно сошли на нет, и они стали совершенно неспособны ужиться друг с другом.

Этот вопрос стал очень серьезным, и даже разделил носителей способностей на две фракции. Только когда вражда между ними достигла такой степени, что уже не было никакой возможности ее уладить, автор вспомнил, что эти двое должны были быть парой.

Невозможно было заставить их взаимно уничтожить друг друга, если они не были взаимно влюблены, поэтому автор насильно создал противостояние между Чу Ханем и императором зомби. Обе стороны получили ранения, а Чу Хань магическим образом "потерял память".

Для Хэ Яня это был действительно случай, когда удача пришла после тяжелых испытаний. Он мог абсолютно точно вылепить нового Чу Ханя, чьи взгляды совпадали с его. Поэтому он не мог дождаться начала и медленно изменил некоторые представления Чу Ханя, изолировав его от своих прежних подчиненных и побуждая его полагаться на него, в итоге став совершенно зависимым от него.

В конце истории Земля сильно пострадала из-за битвы между носителями способностей и зомби, и обе стороны понесли большие потери.

В последней битве, чтобы защитить Хэ Яня, Чу Хань и император зомби погибли вместе. Система Хэ Яня поглотила обе их силы во время взрыва и использовала их для восстановления планеты, дав им новую жизнь.

Немногие оставшиеся носители способностей жили на новой Земле долго и счастливо, взяв на себя задачу возрождения и перестройки общества для людей. Что касается Хэ Яня, то он взял с собой свою "любовь" к Чу Ханю и удалился, чтобы исполнить свою мечту - жить в уединении.

Казалось, это была вполне удовлетворительная жизнь, но на самом деле за ней скрывалась очень странная и искаженная правда.

"На самом деле, если бы зомби здесь не были уничтожены, они бы постепенно продолжали развиваться и превратились в новый тип людей. Они стали такими не из-за смерти. Они просто шли по другому пути эволюции, чем носители способностей, поэтому и выглядели бы иначе. В конце концов, все это произошло из-за радиации".

Система медленно объяснила Сюэ Лин причину и следствие.

"Изначально у людей еще была надежда на выживание, потому что зомби и носители способностей вместе могли позволить человеческому роду продолжать существование. Если бы они подписали мирный договор, все было бы по-другому. Но Хэ Янь настаивал на своем, и он не знал, что носители способностей не могут размножаться сами по себе. После его ухода в уединение количество людей на Земле постепенно уменьшалось, а спустя десятилетия на планете не осталось абсолютно никаких следов людей".

Сюэ Лин даже не знал, с чего начать, чтобы выразить свое возмущение по поводу такого странного сюжета.

"Есть ли какой-то смысл в этой договоренности...? Хотя для меня очень удобно сделать такой ход, раз уж я стал Чу Ханем, то могу принимать все решения относительно своих действий. Пока я не хочу, разве Хэ Янь не сможет ничего успешно сделать?"

"Именно об этом я и подумала".

Система нахально рассмеялась и сказала: "Поскольку сила хозяина после прохождения предыдущих миров увеличилась, для тебя не проблема жить в этом мире в теле одного из ключевых героев сюжета. Главное, что Чу Хань тоже чувствует, что его слишком обидели в этой жизни. Как самый сильный носитель способностей, он постоянно эксплуатировался Хэ Янем, и даже его чувства к нему были вызваны потерей памяти. Он был особенно недоволен после своей смерти, поэтому воля мира попросила нас как следует исправить сюжет, чтобы, по крайней мере, люди не вымерли".

Сюэ Лин потер подбородок и задумчиво кивнул.

"О, я забыла, в этом мире есть еще и так называемые защитники сюжета. Я не знаю, где они появятся, но будет лучше, если хозяин будет более осторожен."

"Хорошо."

Система увидела, что ее хозяин погрузился в размышления, и удовлетворенно зашагала по кругу перебирая лапками. Она выбрала отличное место и села, очень довольная тем, что ее хозяин принимает свои задачи близко к сердцу.

Но через некоторое время она услышала, как Сюэ Лин открыл рот, чтобы спросить:

"Как ты думаешь, какова вероятность того, что он - император зомби?".

Система поперхнулась.

Она-то думала, что ее хозяин думает о том, как поступить с главным героем Шоу, но оказалось, что спустя столько времени он все еще думал о своем собственном любовнике...

Может быть, он не мог правильно выполнить задание, если не знал, где находится этот человек? Если бы его хозяин однажды отбросил все задачи на задворки своего сознания, то он стал бы типичным примером того, как можно бросить все ради любви!

Хотя ей очень хотелось скрежетать зубами, при мысли об импульсе, который источал этот человек, система бессознательно испугалась...

Хорошая система не боролась с сильными мира сего. Сюэ Лин безжалостно схватил систему за ухо и она жалобно ответила:

"Я тоже не знаю. Я не могу помочь выяснить это до того, как мы встретим его".

Сюэ Лин издал звук "ох", а затем услышал удивленный возглас толстяка, ехавшего рядом с ним.

"Ах! Смотрите! Хэ Янь привел подкрепление! Отлично! Я думал, что он сбежал и оставил нас".

Сюэ Лин поднял брови и посмотрел на приближающиеся к ним машины, а также на главного героя Шоу, который высунулся из окна, чтобы помахать ему рукой.

Улыбка, появившаяся в уголках его рта, стала задумчивой.

Как он должен убить главного героя на этот раз?

_________

Чу Хань, имя "Хань" пишется как 寒 и означает сильный холод или просто мороз. Не случайно, конечно же:)

Ранее команда сражалась в средней зоне между городами носителей способностей и зомби. Никто не правил этим городом, но ходили слухи, что в нем жили высокопоставленные зомби, изгнанные императором зомби. Эти зомби были очень сильны, но, к счастью, они столкнулись с опасными ситуациями за пределами города и не пошли в центр.

Все зомби, с которыми они столкнулись, были низкого уровня, без интеллекта и сознания. Сюэ Лин легко справился с ними, не вызвав подозрений у тех, кто пришел их спасать, потому что он слишком быстро разрешил ситуацию.

Те, кто пришел на помощь, были с базы Яншань, которая находилась недалеко отсюда. Чу Хань и его команда тоже пришли оттуда. Эту базу нельзя было назвать крупной, так как высшая способность носителя была только А ранга, но ее географическое положение было относительно выгодным. Она находилась вдоль единственного пути между территорией носителей способностей и территорией зомби, поэтому в этом месте смешивались рыбы и драконы.

Поскольку здесь не было особенно мощной силы, территория была поделена между несколькими различными силами. Маленькая команда Чу Ханя была обычной командой, и многие люди смотрели на их экспедиции свысока. В конце концов, сила членов команды была невелика, и они, скорее всего, потеряли бы свои жизни, если бы хоть что-то случилось с ними после того, как они вошли в город.

Но в итоге они все равно отправились в экспедицию, потому что Хэ Янь настоял.

Хэ Янь не ожидал, что Сюэ Лин сможет так быстро решить этот вопрос. Ведь, согласно его предположениям до того, как он повернул время вспять, трое из команды Хэ Яня погибли до того, как он вынуждено пробудил свою вторую способность. Когда двое из них были спасены, они оба были покрыты кровью и ранами. Но теперь вся машина была цела и невредима.

Хэ Янь нахмурился, испытывая беспокойство. Пока некоторые вещи менялись, срабатывал эффект бабочки. Если некоторые детали больше не соответствуют его предыдущим предположениям, то в дальнейшем обязательно возникнут проблемы. У него больше не было возможности начать все сначала, и он должен был обращать пристальное внимание на эти небольшие различия.

В прошлой жизни он уже отправился на самую большую базу носителей способностей, потому что система предоставила ему план, как не дать лидерам разделить землю поровну между носителями способностей и зомби. Не пожалев ни минуты, он отправился в путь, не заботясь о том, что там произошло.

Система показала ему анализ силы Чу Ханя, и Хэ Янь решительно отказался от него, решив, что тот не представляет для него никакой ценности. Для него спасение мира было важнее любых эмоций. Кроме того, хотя они с Чу Ханем и были помолвлены, их отношения с детства определяли родители.

Жизненные принципы Чу Ханя никогда не совпадали с его, и он никогда не уступал ему. Даже после конца света он все еще отказывался подчиниться ему, человеку, который имел систему и был спасителем мира. Он должен был быть против него во всем, и если бы он не узнал, что Чу Хань пробудил свою вторую способность во время этого инцидента, он бы не стал возлагать на него все свои надежды в этот раз.

"Старший брат Хань!"

Хотя он был полон таких тревожных мыслей, Хэ Янь улыбнулся в приятном удивлении, когда вышел из машины.

"Все в порядке?! Это здорово! Если бы из-за моей настойчивой просьбы приехать вы оказались в кризисе, я бы всю жизнь чувствовал себя виноватым!"

Сюэ Лин холодно посмотрел на главного героя и тихо презрительно фыркнул, не обращая внимания на его радостные возгласы. Вместо этого он кивнул носителям способностей, которые пришли их спасти.

Он не говорил, но это не означало, что его люди молчали. Толстяк, который гордо вел машину, открыл рот, чтобы сказать Хэ Яню:

"Это все благодаря боссу. Если бы он вовремя не пробудил свою вторую способность, мы бы все уже были трупаками!"

Глаза Хэ Яня блестели, а сердце переполняло волнение. Улыбка на его лице стала чуть более искренней.

"Правда? Хань-гэ такой удивительный! Что за вторую способность он пробудил? Вы должны знать, что пробуждение второй способности означает, что у человека есть потенциал достичь ранга SSS! С тех пор как случился апокалипсис, количество таких людей можно пересчитать по пальцам одной руки!"

"Я не знаю. В любом случае, он выглядел очень свирепо".

Толстяк схватился за голову и уныло повернул голову, чтобы спросить девушку в очках.

"Сыни, ты помнишь? Какая это была фишка у босса?"

"Похоже, что это способность управлять льдом".

Девушка с короткими волосами поправила очки. Поскольку Сюэ Лин не пытался остановить их, это означало, что он, по сути, согласился с тем, чтобы они рассказали эту историю. Их босс, вероятно, хотел использовать их уста для распространения новостей о своем восхождении к власти. Похоже, что в будущем на базе Яншань произойдут большие перемены.

Выражение лица Хэ Яня на мгновение застыло. Другие могли не заметить этого, но Сюэ Лин видел это отчетливо.

Спаситель мира был в панике, потому что слишком многое изменилось и стало другим.

Первая способность Чу Ханя была основана на огне. После апокалипсиса его способности ничем не выделялись среди большой группы носителей способностей, да и сила атаки была так себе, но он был прирожденным лидером.

Он возглавлял группу людей еще до апокалипсиса, поэтому он сформировал команду и продолжил идти по этому пути. Хотя он не был известен, для него было простым делом добыть достаточно средств для жизни ему и его команде.

В связи с этим делом, он пробудил свою вторую способность, которая была основана на молнии. Благодаря появлению этой способности, его способность огня стала более мощной. Огонь и молния вместе позволили его силе взлететь до небес, и за короткий промежуток времени он получил абсолютный контроль над базой Яншань, превратив ее в опорный пункт. Она продолжала развиваться и расти.

В это время Хэ Янь носился среди крупных баз, провоцируя их усугубить неприязнь к зомби, из-за чего отношения между ними становились все более напряженными. Возникло множество стычек, и Чу Хань воспользовался этой возможностью для своего развития. Постепенно слава базы Яншань росла.

Он выступал за мирное сосуществование с зомби и пытался подписать с ними мирное соглашение. Его мнение поколебало многих людей, что очень разозлило Хэ Яня. Затем произошел целый ряд событий, которые сделали первоначальные шахматные ходы Хэ Яня совершенно бесполезными. Именно тогда он затаил сильную обиду на Чу Ханя. Если бы не Чу Хань, он бы не дошел до того момента, когда ему пришлось бы повернуть время вспять.

Теперь, когда он начинал все сначала, он хотел использовать Чу Ханя. Но его тщательное планирование снова пошло не так из-за Чу Ханя!!! Как это могла быть способность, основанная на льде! Способности, основанные на льде, также относились к свойствам воды! Это было противодействие огню, и если это была вторая способность Чу Ханя, то где гарантия успеха на этот раз?

Сюэ Лин с интересом читал лицо Хэ Яня словно открытую книгу, а затем сказал:

"Да, это способность льда".

Лицо Хэ Яня стало еще более необычным, когда он заговорил, чтобы убедиться в фактах:

"Почему это управление льдом? Разве первая способность Хань-гэ не огненная?"

"Разве эти способности не дополняют друг друга?"

Сюэ Лин скривил губы и сказал:

"После заморозки, врага можно испепелить в огне".

Люди, которые пришли спасти их, посмотрели на эту группу людей и почувствовали, что атмосфера была довольно странной, но это не имело к ним никакого отношения. Поскольку они уже вернулись, им не нужно было рисковать.

"Я не возражаю, если вы, ребята, хотите поиграть со своими жизнями, но не втягивайте нас. Не всегда найдутся люди, готовые пойти спасать других в это время!"

"Извините."

Сюэ Лин сказал людям в машине достать часть своих вещей и разделить их между теми, кто пришел их спасти. Межличностные отношения теперь отличались от тех, что были до апокалипсиса. Чтобы люди не вонзили нож ему в спину, лучше было поддерживать с ними хорошие отношения.

"В этот раз мы были безрассудны. Вы, братья, можете прийти и забрать некоторые вещи, считая это компенсацией. Вознаграждение мы рассчитаем отдельно".

Хэ Янь открыл рот, желая сказать им, чтобы они не тратили провизию на этих левых людей, но замолчал, вспомнив, что это были люди, которых он позвал сам.

Он также знал, что во время конца света нужно думать, прежде чем говорить. Иначе, если он не будет осторожен, то получит удар в спину.

Чем больше это продолжалось, тем больше ему хотелось вернуться в ту прежнюю жизнь. Он должен исправить этот извращенный мир и вернуть все на свои места. В этом мире, где уважали сильных, он не был сильным, и поэтому мог полагаться только на кого-то другого. Это чувство ему совсем не нравилось.

Отослав неохотно согласившихся спасателей, Сюэ Лин собрал своих товарищей.

"В этом инциденте виноват Хэ Янь. Я тоже виноват, что поддался. Лидер не должен подвергать свою команду опасности".

Его выражение лица было спокойным. Хэ Янь не знал, что он хотел сказать, но инстинкты заставляли его волноваться.

Его родители умерли, когда он был еще маленьким, и именно родители Чу Ханя усыновили его, потому что он был обручен с Чу Ханем с самого рождения. Раньше люди всегда предполагали, что он был детской невестой Чу Ханя. Он очень не любил это слово, и оно даже вызвало у него плохое впечатление о Чу Хане.

Чу Хань, похоже, тоже не любил его, но, тем не менее, заботился о нем. Даже в таких условиях, как конец света, когда было вполне разумно бросить Хэ Яня, он всегда брал с собой этого человека, который, казалось, чувствовал себя намного выше других, несмотря на свои низкие способности.

Его родители всегда говорили ему заботиться о Хэ Яне, но в прошлый раз, после трагической смерти членов его команды, между ними больше не было теплых чувств.

В этот раз с членами команды Чу Ханя все было в порядке, но нынешнее поведение Чу Ханя заставило Хэ Яня почувствовать беспокойство.

"Хань-гэ, не говори об этих неважных вещах. В этот раз, без тебя, мы бы не смогли покинуть этот город".

Говоривший был довольно коренастым мужчиной. Его способность была очень простой способностью укреплять мышцы, и он мог только укреплять себя и делать свой ** более мощным.

Он был телохранителем Чу Ханя до апокалипсиса, и с тех пор следовал за Чу Ханем. Если бы Сюэ Лин не появился в этот момент, он бы уже умер в руках этих зомби.

"Можно сказать и так."

Коротковолосую женщину в очках звали Дэн Сыни. Она была помощницей Чу Ханя до апокалипсиса. Пробудившаяся в ней способность была экстрасенсорной, ее боевые качества были невысоки, но она была очень умна.

Поскольку она была женщиной, команда защищала ее до конца. В последней жизни, кроме Чу Ханя, она была единственной, кто остался в живых. Она никогда не относилась к Хэ Яну хорошо, и не упускала ни одной возможности поддеть его.

До того, как Хэ Янь обратил время вспять, она разрушила множество планов Хэ Яня, заставив его ненавидеть ее так сильно, что у него зудели зубы.

Если это было основано на оригинальном сюжете, то она и Хэ Янь были гвоздями в глазах друг друга. К сожалению, у нее не было ореола главной героини, поэтому позже Хэ Янь все равно причинил ей смертельную боль.

"Но мы не можем продолжать в том же духе. Хотя мы в команде недостаточно сильны, у нас есть четкое разделение труда, и каждый вносит свой вклад. Только Хэ Янь суетится целыми днями и ведет себя так, будто все должны его слушаться только потому, что он жених босса. Мы уважаем босса, но это не значит, что мы уважаем тебя. Ты не являешься кем-то особенным для босса, и теперь, когда наступил конец света, все прежние договоренности уже расторгнуты. Если ты не хочешь ничего делать, то лучше тебе отделиться от нас сегодня".

Хэ Янь скрипнул зубами на Дэн Сыни и сказал:

"Что ты имеешь в виду? Как я могу поднимать шум. Даже если я тебе не нравлюсь, ты не должна говорить обо мне в таком тоне".

"Йо~ Ты не позволяешь другим говорить о том, что ты делаешь~ Ты действительно думаешь, что ты какой-то Святой Отец Белый Лотос? Если бы ты не угрожал боссу в этот раз, разве босс привел бы нас сюда?

Говоришь, что есть что-то важное, что тебе нужно туда попасть, а потом бежишь быстрее всех, как только появляются зомби. Тогда могу я спросить мастера Хэ, где это ваше важное дело?"

Хотя у нее был благородный и холодный вид, тон Дэн Сыни могла быть жестче, чем кто-либо другой, когда она разрывала кого-то на части. Сюэ Лину очень понравилось, как она говорила, и он просто скрестил руки на груди и прислонился к машине, чтобы посмотреть шоу.

Сегодня он должен был обломать главного героя Хэ Яня. Хотя, не задумываясь, он знал, что Хэ Янь никогда так просто не откажется от возможности наладить отношения с Чу Хань, Сюэ Лин не стал бы делать сомнительных вещей, таких как позволить ему остаться в команде и слишком близко подойти к его планам.

Пока их маленькая команда переживала кризис доверия и распадалась, несколько "людей" тоже пришли, привлеченные тем, что чуть меньше половины города было полностью заморожено.

В отличие от носителей способностей, которые распределяли свои силы так, что чем ближе к городу, тем слабее они были, фракция зомби всегда была готова сражаться с носителями способностей. Их крупнейшая база находилась недалеко от этого города, и некоторые высокоуровневые зомби также жили в городе, подвергшемся нападению.

Только они не были изгнаны туда императором зомби, как ошибочно считалось. Скорее, они были помещены туда в качестве смотрителей и охраны.

"Император, примерно в 4 часа дня мы были потрясены мощной способностью носителя. Лед покрыл половину города, и некоторые из наших были заморожены. Если бы мы не заметили, что что-то не так, и не успели вовремя выбраться, нас бы, наверное, разнесло на куски, как и низкоранговых солдат снаружи".

У человека, к которому обращались как к "Императору", были длинные черные волосы, которые рассыпались по его спине. Его лоб выглядел расслабленным, но его лицо было особенно пугающим, когда он смотрел на подчиненных без выражения.

Он смерил взглядом лед, который не подавал признаков таяния, и его выражение лица было спокойным, когда он открыл рот, чтобы сказать:

"Он был милосерден. Он должен был заметить, что ты неподалеку, но не стал действовать безжалостно".

"... Что это значит, Император?"

"Он способен заморозить целый город и полностью уничтожить его".

После произнесения этой фразы взгляд мужчины потемнел, а выражение его лица стало на редкость торжественным.

"Если бы не тот факт, что он не был враждебен, у вас не было бы возможности явиться сюда живыми".

Высокопоставленные зомби, которые тайно шпионили и докладывали о происходящем, были ошеломлены.

"С такой силой, это легендарный уровень SSS? Император и это..."

Мужчина махнул рукой, показывая, чтобы он замолчал.

"Предыдущий план должен быть изменен. Поскольку среди носителей способностей появился такой сильный человек, мы больше не можем действовать необдуманно. Пока что не делайте резких шагов. Я пойду и посмотрю, что это за человек".

"Император пойдет лично?"

Мужчина не ответил ему. Он просто повернулся и ушел. Его белый плащ распустился по красивой дуге позади него, а высокопоставленные зомби остались стоять там с унылыми выражениями на лицах.

Женщина, которая следила за мужчиной, увидела, что он глупо стоит на месте. Она открыла рот и любезно объяснила.

"Император был расстроен в последнее время, а теперь это случилось. Вероятно, он очень обеспокоен этим, поэтому и хочет лично все проверить".

"Оооо..."

Их император действительно был очень могущественным, способным предвидеть все без оракула.

База Яншань изначально была небольшим городом третьего уровня, и инфраструктура здесь как таковая отсутствовала. Многие дороги были отремонтированы, но большинство из них все еще были неорганизованными, и не было никакого фундаментального планирования.

В городе осталось лишь несколько местных жителей, а все нормальные люди были уже мертвы. Все носители способностей, обладающие некоторой силой, отправились на более крупные базы для обеспечения безопасности. В конце концов, это место было связано с множеством других мест, но не имело никакого надзора, из-за чего обстановка здесь была довольно беспорядочной.

До апокалипсиса Чу Хань был президентом интернет-компании. В его подчинении было не так много людей, и лишь немногие из них обладали способностями и смогли дожить до этих дней. Поэтому, кроме него и Хэ Яня, в его команде оставалось только пять человек.

Хэ Янь не был согласен с решением Сюэ Лина и всех остальных идти каждый своей дорогой, но это не имело значения. Не было никого, кто мог бы помешать Сюэ Лину сделать то, что он хотел. Кроме того, ни у кого в команде не было хороших отношений с Хэ Янем. И без того было плохо, что с ним никто не разговаривал, а те немногие просто скрестили руки на груди, словно наблюдая за шуткой.

Хэ Янь покраснел, и на его лице появилось выражение недовольства.

"Хань-гэ, неужели у тебя хватит духу оставить меня одного? Разве дядя и тетя не сказали тебе заботиться обо мне?"

Сюэ Лин смотрел на него, скривив губы. Хотя уголки его глаз были слегка приподняты вверх, на его лице не было ни капли веселья.

"Сначала плакать, потом поднимать шум, и, наконец, пытаться повеситься, больше не помогает, так что ты используешь моих родителей, чтобы давить на меня?"

В его словах чувствовался ленивый привкус, а если учесть, как он небрежно полуопирался на машину, то, как бы на него ни смотрели, было очевидно, что у него нет терпения на Хэ Яня.

"Если я правильно помню, мои родители погибли, чтобы защитить тебя. Тогда я не спорил с тобой по этому поводу, но это не значит, что я готов смотреть, как ты один за другим убиваешь людей вокруг меня. Тебе лучше уйти, пока у меня еще хватает терпения говорить с тобой об этих вещах".

Глаза Хэ Яня покраснели.

Он был от рождения красив, губы алые, зубы белоснежные, лицо немного круглое, и все, кто его видел, непременно признавали, что он очарователен.

Раньше Чу Хань не говорил с ним так строго, даже когда он его сердил. На этот раз он открыл рот, чтобы сказать эти слова, желая прогнать его из команды, и казалось, что его сердце было особенно твердо.

"Хань-гэ, почему? Ты никогда раньше не говорил мне подобных вещей... Что я сделал не так? Разве ты не можешь просто сказать мне, чтобы я мог все изменить?"

Сюэ Лин действительно было слишком лень продолжать с ним возиться в том же духе. Уже темнело. Сколько еще им придется оставаться здесь, обсуждая, должен ли он уйти или нет?

"Ребята, садитесь в машину".

Сюэ Лин дал команду остальным садиться в машину, а сам открыл дверь со стороны руля.

"Больше нечего сказать. С сегодняшнего дня мы больше не имеем никаких отношений друг с другом. Если тебе все еще нужно бумажное заявление, я могу дать его тебе завтра. С этого момента ты больше не являешься членом нашей команды".

Хэ Янь смотрел, как он садится в машину и уезжает, не дожидаясь его. Его сердце было переполнено всевозможными обидами и смешанными чувствами, и слезы бессознательно начали стекать по его лицу.

Он глупо стоял посреди дороги, не понимая, как все могло так сложиться. Это совершенно не соответствовало его плану. Он делал все это только для того, чтобы спасти мир - почему Чу Хань не мог его хоть немного понять?

В прошлой жизни он твердо решил пойти по тому же пути, и в этой жизни он был таким же. Но Хань-гэ даже не колебался, прежде чем выбросить его!

То, что он выбросил, было надеждой человечества! Неужели он не понимает?!

Гнев и беспрецедентная обида заставили Хэ Яня скрючиться на обочине дороги, размышляя о жизни. Его система постоянно успокаивала его, говоря, что Чу Хань был невежественным, и если он сможет объяснить ему, насколько это грандиозное дело, то Чу Хань обязательно их поддержит.

Собравшись с мыслями, Хэ Янь встал и задумался о том, как вернуться на базу Яншань.

Эта дорога шла только в одном направлении, и люди могли попасть на базу по ней, независимо от того, откуда они приехали. Раньше он ездил на одной из машин команды за помощью, а потом возвращался на машине спасателей. Теперь, кроме как идти обратно пешком, единственным вариантом было вызвать машину.

Уже темнело. Мало того, что было опасно находиться на улице ночью, Хэ Янь сейчас был слаб.

Его система могла обеспечить ему поддержку, а также помочь повысить ранг, но сегодня был первый день его возвращения в это время; его древесная способность все еще была очень слабой, его атакующая сила была никудышней.

Если он не хотел умереть в пасти зомби, ему нужно было быстро найти машину, которая бы его подобрала.

Как раз в этот момент в поле зрения появился черный внедорожник. Хэ Янь радостно улыбнулся, вытер лицо и выскочил на середину дороги, махнув рукой машине, которая все еще находилась на небольшом расстоянии.

Очень скоро машина остановилась перед ним, и водитель опустил окно, показав холодное, отстраненное лицо.

На мужчине были солнцезащитные очки, длинные волосы завязаны в высокий хвост. Под белым плащом на нем была черная рубашка. Даже во время конца света он носил часы на руке и сидел с видом изящным и достойным. Его личность и статус должны были быть высокими.

Однако сердце Хэ Яня замерло.

Не иначе как потому, что он узнал этого человека.

Перед тем как повернуть время вспять, база Яншань и зомби собрались вместе, чтобы обсудить сотрудничество. Тогда, решив, что можно начать все сначала, так как все уже дошло до этого момента. Он хотел уничтожить эту встречу и использовать ее для перезарядки системы, чтобы она могла повернуть время вспять. Именно в это время он встретил лидера фракции зомби - императора.

Это был очень страшный человек. Он лишь взглянул на него, но взгляд, который послал ему человек, был способен убить его на месте. Даже система Хэ Яня была в ужасе от этого человека.

Именно из-за его существования Хэ Янь должен был развивать вторичную способность Чу Ханя и заставить его достичь уровня SSS. Это был единственный способ устранить такую большую скрытую опасность.

Глядя на холодного, отстраненного человека перед собой, Хэ Янь задрожал, и даже его зубы немного стучали. Он очень боялся такого живого оружия, но также четко понимал, что ничего не может с этим поделать.

Сколько бы ни было носителей способностей, они все равно ничего не смогут с ним сделать. Именно поэтому он не мог его разоблачить. Он заставил себя успокоиться и спросил:

"Вы едете на базу Яншань? Не подбросите меня?"

Взгляд мужчины метался туда-сюда по его телу, казалось, что он раздевает его догола, чтобы рассмотреть его всего. От такого взгляда Хэ Янь почувствовал себя неуютно.

"Я... я не плохой человек. Просто кое-что случилось, и я остался здесь..."

Мужчина поднял брови и наконец открыл рот, чтобы спросить:

"Вы знаете что-нибудь о базе Яншань?"

Хотя его воспоминания были смутными, Хэ Янь все же кивнул головой и ответил:

"Да".

То, что такой беспрецедентный убийца захотел пойти на базу Яншань, заставило Хэ Яня немного встревожиться. Как спаситель мира, он подсознательно чувствовал ответственность за безопасность базы Яншань поэтому если он мог присмотреть за этим человеком, то должен был сделать это.

На его стороне была система, и этот человек не смог бы так легко убить его.

"Если вы хотите узнать о базе, я могу ввести вас в курс дела".

Мужчина кивнул и сказал:

"Садитесь на пассажирское место".

Хэ Янь вздохнул с облегчением и поспешил открыть дверь машины.

Если бы он раньше не видел императора зомби, то точно бы подумал, что перед ним носитель способностей, а не зомби.

Поскольку все они были новой разновидностью человека, вызванной радиацией, разница между носителями способностей и зомби была не очень большой. Между высокоуровневыми зомби и носителями способностей не было практически никакой разницы.

Они могли дышать, есть, и каждое их движение и действие не было похоже на действия зомби. Сколько ни пытайся, невозможно разоблачить высокоуровневого зомби.

К счастью, такие зомби не часто выходили наружу, предпочитая оставаться рядом со своим императором на территории зомби. Большинство из них не стали бы добровольно посещать базы носителей способностей.

Зомби низкого уровня обладали ограниченными мыслительными способностями. Они могли объединяться в группы только для того, чтобы чувствовать себя в безопасности.

По этой же причине для носителей способностей низкого уровня было крайне опасно столкнуться с одним зомби низкого уровня, так как это часто означало, что за ними последует группа зомби безмозглый тварей.

Места их скопления часто превращались в места, где носители способностей часто зачищали их, подобно окраинам города, где только что был Чу Хань.

Пользователи способностей были намного лучше. По крайней мере, они были живы, дышали и имели нормальную температуру тела, в отличие от тех зомби. Даже если они были слабыми и маленькими, при правильном выборе они могли процветать в этом новом мире, и им не грозила опасность быть уничтоженными время от времени.

Трупы зомби содержали кристаллические ядра, в которых хранилась их энергия. Получив одно из них, люди могли улучшить свою силу. Аналогично, энергетические ядра в телах носителей способностей выполняли ту же функцию.

В первые дни после апокалипсиса зомби и носители способностей взаимно сражались и охотились друг на друга, потому что ядра были такими привлекательными, но сейчас все было уже не так, как тогда. Многие люди успокоились и больше не убивали бездумно.

Теперь большинство людей предпочитали охотиться на третью группу существ, помимо зомби и носителей способностей, чтобы усилить свои способности. Это были "зомби-звери".

Это были животные, пострадавшие от радиации, и отличались они тем, что были действительно мертвы, но большинство из них все еще обладали способностями. У них не было IQ, и они могли полагаться только на инстинкт, что делало их ужасающими.

То, что звери-зомби были страшнее зомби, уже было общепризнано после апокалипсиса, поэтому те, чьи способности были недостаточно сильны, не выходили ночью на улицу.

Машина ехала в сторону базы Яншань. Хэ Янь изначально думал, что император зомби спросит его о чем-то, но тот за все время пути так и не открыл рта. Он просто тихо ехал, и чем ближе он подъезжал к базе Яншань, тем мягче становилась его аура. Холодная и кровавая аура исчезла, а его маскировка стала практически идеальной.

Сердце Хэ Яня постоянно билось очень быстро. Он очень нервничал, боясь, что другая сторона откроет рот, чтобы заговорить, и в то же время боясь, что не откроет.

Вскоре перед ними появился вход на базу Яншань. После апокалипсиса все люди построили высокие стены вокруг своих баз. Во всем городе был только один вход впереди и один выход по ту сторону города. Безопасность была очень важна, и они очень строго охраняли и регистрировали людей, которые входили и выходили.

Хэ Янь не понимал, почему мужчина впустил его в машину, пока тот не открыл окно и не попросил инспектора у ворот зарегистрировать его как нового жителя базы.

База Яншань могла принять только определенное количество людей, и уже три месяца назад она начала строго регулировать приход и уход населения. Обычно для того, чтобы стать жителем города, требовалась рекомендация человека, который уже прожил там более полугода. Хэ Янь находился на базе Яншань с момента апокалипсиса, что идеально подходило для данной ситуации.

Хэ Янь покрылся холодным потом от шока. Он не знал, откуда этот человек узнал, что он жил на базе Яншань три года, не говоря уже о том, почему этот человек хотел зарегистрироваться, чтобы жить на базе Яншань.

Страшная догадка витала в его голове, и он немного недоверчиво перевел взгляд.

После проблем с Чу Ханем, возникли проблемы и с императором зомби?! Неужели он пришел, чтобы найти Чу Ханя?

..........

Сюэ Лин не знал, что главный герой Шоу в конечном итоге был использован в своих интересах неким человеком. Он и его команда уже вернулись в свою резиденцию на базе Яншань и проводили совещание.

"Речь идет о нашем будущем развитии, поэтому я хочу услышать мнение каждого".

Все, кто еще оставался здесь, были людьми, которых Чу Хань привел с собой. Они были вместе почти год, и им можно было доверять. Сюэ Лин не хотел, чтобы они уходили.

"Ребята, вы также должны знать, что раз у меня уже есть вторая способность, это значит, что я не буду продолжать быть посредственностью с этого момента".

Глаза толстяка были яркими, и казалось, что в его глазах были звезды, все его лицо начало приобретать вид женского веера.

"Неужели босс наконец-то решил навалять им? Хехе! Меня уже давно бесит все это дерьмо на базе".

Дэн Сыни держала в руке блокнот. Услышав его слова, она шлепнула его.

"Ты что, не можешь нормально говорить? Ты еще помнишь, что такое цивилизация?"

"Если босс хочет повысить свой статус, то он должен идти вперед и делать это. Хотя наши возможности ограничены, мы без колебаний поможем, где сможем".

Выражение лица господина телохранителя было безразличным, но его слова и тон были особенно серьезными.

"Ты слышал это? Это называется говорить правильно".

Дэн Сыни похлопала толстяка по плечу и сказала.

"Босс, вам не нужно говорить с нами таким тоном. Тогда мы не расширяли команду по разным соображениям. Теперь, когда у босса появилась такая идея, мы, естественно, последуем за вами".

В этот момент она поджала губы, а затем сказала:

"Но есть одна вещь, которую я хочу подчеркнуть для вас. Этот Хэ Янь - катастрофа. Сегодня босс оставил его позади. В будущем не позволяйте ему снова цепляться за вас, как пиявке".

Сюэ Лину очень понравилось, как разговаривала эта группа людей. Он кивнул.

"Будьте уверены, я никогда не жалел о своих решениях. Я никогда не жалел раньше, и не буду жалеть в будущем. Если вы встретите его снова, можете не церемониться".

"Вау, босс реально крутой, прям гора с плеч!"

Толстяк засмеялся и сказал: "Тогда давайте завтра найдем еще людей!"

"Подожди несколько дней".

Сюэ Лин подпер щеку рукой:

"Пусть новость о том, что моя сила улучшилась, основательно распространится. Раз уж мы собираемся это сделать, давайте сделаем это с размахом".

Все трое посмотрели друг на друга, а затем один за другим рассмеялись.

Возможно, эра, принадлежащая их боссу, вот-вот начнется.

Трех дней было достаточно, чтобы те, кто отправился спасать Сюэ Лина, узнали о том, что у него появилась вторая способность. База Яншань не была большой. Такие новости распространялись быстро, и вскоре об этом знали все.

В то же время, новость о том, что команда Чу Ханя сменила название на "Корпус наемников Снежного Лиса" и планирует набрать новых членов, появилась очень вовремя. Внезапно вся база Яншань стала очень оживленной. Многие разрозненные люди приняли решение попробовать, несмотря ни на что, и пошли записываться на вступительный тест.

Детали этого набора были определены Сюэ Лином. Он не требовал, чтобы люди, которых он набирал, поклонялись ему, но самым главным требованием было то, чтобы они не создали его команде наемников плохую репутацию.

Вокруг главных героев всегда появлялись странные люди, и они всегда совершали странные поступки, которые создавали проблемы для группы, окружавшей главного героя. Сюэ Лин впервые оказался в роли протагониста, и хотя его отношение к сюжету было схоже с отношением к пушечному мясу, ему все равно нужно было быть немного осторожнее.

Он не потерпит, чтобы кто-то приходил и создавал ему проблемы; ему очень не хотелось убивать людей. Если бы он действительно сделал шаг, потребовалось бы некоторое время на объяснения, что отняло бы еще больше его времени.

"Почему хозяин решил напрямую выгнать главного героя?"

Система была несколько озадачена действиями Сюэ Лина.

"Не лучше ли держать его в месте, где за ним легко следить? Ведь ничего не случится, даже если он останется на нашей стороне, верно?"

"Это не обязательно так".

Сюэ Лин пролистал документы, содержащие информацию об основных силах на базе Яншань, и небрежно сказал:

"Главный герой - это магнит для неприятностей. Кроме того, похоже, что у главного героя Шоу голова не в порядке. Если он действительно верит, что он мне нравится, потому что я держу его рядом с собой, и поделится этим со всем миром, это будет отвратительно."

"..."

"Его характер полон высокомерия и самовлюбленности. Если я правильно угадал, он должен все еще надеятся, что у меня есть к нему чувства, и прогнал я его в этот раз только для того, чтобы покрасоваться перед своими подчиненными."

Он потрогал свой подбородок и многозначительно рассмеялся.

"Нет ничего страшного в том, что я избавился от него, потому что он обязательно вернется. Не забывай, что он все еще рассчитывает на меня в борьбе с императором зомби".

"Хозяин имеет в виду, что он вернется, когда вы наберете новых членов?"

"Подожди и увидишь. Он не только вернется, но и, возможно, устроит сцену".

В этот момент Хэ Янь думал о том, как ускользнуть от страшного зомби-императора, чтобы отправиться туда, где завтра наемники Снежного Лиса проводили набор.

Въехав в город, император зомби доехал до дома, как будто ему были знакомы дороги, а затем очень естественно расположился там. Хэ Янь следовал за ним всю дорогу, и это показалось ему несколько невероятным.

С каких это пор зомби стали так свободно приходить и уходить? И даже владеть недвижимостью? Неужели безопасность базы Яншань достигла такого низкого уровня, что зомби могли приходить и уходить, когда им вздумается, и никто об этом не знал?

По какой-то странной причине император зомби разрешил Хэ Яню остаться в его доме. Хэ Янь был весьма ошеломлен неожиданной услугой. За эти три дня в его голове пронеслась целая куча догадок. Только когда он вышел сегодня на улицу и услышал новости о Чу Хане, он вспомнил, что причиной его возвращения на базу Яншань было примирение с Чу Ханем...

В течение этих трех дней император зомби выходил каждый день в определенное время. Хэ Янь пытался выследить другую сторону, но все равно сбивался. Только когда система напомнила ему, что их нынешний уровень силы совершенно не сопоставим с уровнем другой стороны, и лучше не пытаться его провоцировать, Хэ Янь окончательно отказался от идеи предотвратить действия другой стороны в городе.

Сегодня утром он готовился посетить кастинг Чу Ханя в его корпус наемников, но все раздумывал, как объяснить это императору зомби. В его мозгу разыгрывалось множество мелких сценариев, но в итоге, пока он не вышел, тот так ничего и не сказал.

Это имело смысл. За эти три дня они общались только тогда, когда он пытался заблокировать его в первый день.

Поскольку Сюэ Лин хотел расшириться, в этот раз он потратил часть своих сбережений. Он не только захватил все прилегающие территории и превратил их в свои будущие резиденции, но и потратил все сбережения на закупку большого количества материалов.

Как невозможно поймать волков в ловушку, не желая жертвовать своими детьми, так и невозможно получить хороших подчиненных, если он не готов тратить деньги. Для того чтобы иметь хороших подчиненных, ему всегда приходилось чем-то жертвовать.

"Через три дня мы отправимся в путь вместе с теми, кто прошел испытание. Я принял все задания наемников, связанные с горами Синъюэ. Присутствие обязательно, так как я буду выбирать, кто сможет остаться после этой поездки".

Сюэ Лин смотрел, как Дэн Сыни записывает в объявление намерение, стоящее за его словами. Сюэ Лин кивнул и продолжил:

"Давайте так и сделаем. Прикрепите его снаружи. Сегодня любой желающий может прийти и посмотреть на испытания, а тот, кто хочет подняться на платформу, может это сделать. Я готов сопровождать их в любое время".

Дэн Сини уже давно привыкла к секретарской работе, и чувствовала себя очень комфортно, выполняя эти обязанности. Работа Сюэ Лина за эти два дня была приятным сюрпризом, и она почувствовала, что их босс, кажется, стал еще более мудрым и способным. Изначально она уважала Чу Ханя, но теперь ее отношение к Сюэ Лину было почти слепым повиновением.

Внешность Чу Ханя нельзя было назвать великолепной. Когда он поджимал губы, он выглядел немного холодным, а до апокалипсиса его можно было отнести к тираническому типу президента - он был таким… в общем, высоким, богатым и красивым.

Но потом случился апокалипсис. Теперь, когда Сюэ Лин занял эту оболочку, его внешность неуловимо изменилась. Добавились только слезные родинки в уголках глаз, а его пронзительные глаза превратились в лисьи глаза, которые несли в себе отпечаток соблазнительности независимо от выражения.

Этот вид свирепого убийственного намерения почти не изменился, и никто не отважился взглянуть ему в лицо. Те немногие из них не заметили, что их старший брат стал выглядеть намного лучше, настолько, что один взгляд мог ошеломить людей, вызывая у них желание упасть на колени у его ног.

Набор в Корпус наемников Снежного Лиса проходил по системе арены. Любой желающий мог выйти на арену в течение дня, и, возможно, потому что это выглядело очень оживленно, многие люди пришли посмотреть в день мероприятия.

Сюэ Лин просто перенес платформу на улицу и устроил мероприятие под открытым небом. Он пододвинул стул и сел, подперев щеку рукой и скучая. Его поза казалась немного ленивой, но никто не смел недооценивать его.

Независимо от того, кто это был, стоило им взглянуть на него, как по их телу растекался тонкий слой льда. Когда они отводили взгляд, лед невероятно быстро растворялся. В такой ситуации любой, кто хотел спровоцировать его, просто искал смерти.

Все носители способностей умели читать ситуацию, и никто не стал бы добровольно искать смерти. Все соревнования на арене проходили спокойно. Сюэ Лин записал имена людей, которых считал приемлемыми, а Дэн Сыни отвечала за общение с ними.

Такая сердечная атмосфера продолжалась до тех пор, пока не появился Хэ Янь.

Сюэ Лину всегда было интересно, как работает мозг главного героя Шоу этого мира. Параметры главного героя Гуна были как у высокоуровневого пушечного мяса, в то время как главный герой Шоу выглядел как сообщник интригана, причем интригана с низким IQ. Автор определенно враждебно относился к ним обоим.

Сюэ Лин не собирался мстить за то, что произошло между Хэ Янем и Чу Ханем, но пока что ему нужно было развивать собственные силы. Ему было лень разбираться с Хэ Янем, если он не мог его убить, поэтому он мог только прогнать его. Конечно, предпосылкой для этого было то, что Хэ Янь пришел искать смерти не в одиночку.

Хэ Янь бросился вдогонку, и его улыбка расцвела, как цветок, когда он увидел Сюэ Лина.

"Хань-гэ!"

Его голос привлек внимание всех, и взгляды большинства людей стали понимающими, когда они увидели его. Чу Хань и Хэ Янь не были известны на базе Яншань, но они были активны там уже почти год, и люди вокруг были знакомы с ними. Их отношения, естественно, не были секретом.

После возвращения Сюэ Лин подумал, что было бы хорошо, если бы главный герой Шоу не смог вернуться на базу Яншань той ночью, и его до смерти загрызли бы зомби-звери снаружи.

Это решило бы одну из проблем, которые занимали его мысли. Но Хэ Янь просто вынужден был действовать вопреки всем его желаниям. Если бы он узнал, кто вернул этого нарушителя спокойствия на базу целым и невредимым, то непременно поймал бы его и набил бы ему морду.

Сюэ Лин сжал губы и сделал свое выражение лица более холодным и безжалостным.

"Что ты здесь делаешь?"

Хэ Янь весело рассмеялся, и его улыбка заставила других почувствовать к нему расположение.

"Конечно, я пришел, чтобы снова вступить в Корпус Наемников Снежного Лиса. Хань-гэ сказал, что мы расстанемся и пойдем каждый своей дорогой, но я в это не верю. Я лишь случайно расстроил Хань-гэ, и если я буду усердно работать, гэгэ обязательно простит меня!"

Сюэ Лин лениво посмотрел на него.

"Ты думаешь, что ты героиня романтической драмы?"

Хэ Янь: "..."

"Сказав, что ты будешь стараться изо всех сил и много работать, мы сможем сделать вид, что ничего не произошло, и начать все сначала?"

Сюэ Лин усмехнулся.

"Хэ Янь, проснись. Это реальность. Ты никому не нравишься, и никто тебя не простит".

Хэ Янь был ошеломлен, и его глаза мгновенно покраснели. Те, кто не понимал ситуацию и увидели бы маленького обиженного красавца, могли решить, что Чу Хань издевается над ним.

"Почему... Действительно, что я сделал не так?"

"Ты, вероятно, не поймешь этого до конца своей жизни, и я также не хочу ждать, пока до тебя дойдет".

Слова Сюэ Лина были очень резкими.

"Сегодня я скажу тебе очень просто - в корпусе наемников Снежного Лиса не будет места для тебя ни в этой жизни, ни в следующей. Ты не должен приходить и снова создавать проблемы, и это будет бесполезно, независимо от того, кого ты приведешь с собой".

Сюэ Лин повысил голос, чтобы все присутствующие могли его слышать.

"Большинство носителей способностей базы Яншань сегодня здесь, поэтому я хотел бы попросить всех помочь нам распространить информацию. Наш Корпус Наемников Снежного Лиса и Хэ Янь не имеют абсолютно никаких отношений друг с другом. Отныне все, что будет делать Хэ Янь, не будет иметь никакого отношения ко мне, Чу Ханю".

От таких жестоких слов на лице Хэ Яня застыло чистое, невинное выражение белого лотоса. Он думал, что Чу Хань не захочет говорить с ним слишком грубо на людях. Он не ожидал, что Чу Хань поступит наоборот.

"Мы действительно должны дойти до этого? Хань-гэ?"

Он задрожал, задавая этот вопрос.

Сюэ Лин холодно посмотрел на него.

"У нас никогда не было отношений, и никогда не будет в будущем. В следующий раз, когда я увижу тебя снова, я не буду таким вежливым. Я надеюсь, что молодой господин Хэ имеет самоуважение".

Хэ Янь стиснул зубы и топнул ногой, сердито сказав:

"Хорошо. В таком случае, мы действительно закончим все здесь. В будущем ты будешь умолять меня на коленях! А я по-прежнему буду игнорировать тебя!"

"Не сдерживайся".

Хэ Янь был так зол, что покраснел. Он чувствовал, что взгляды всех людей были наполнены жалостью, когда они падали на его тело, а другие с усмешкой смотрели на него.

Он прожил две жизни, но на него никогда не смотрели так свысока. Если бы не его амбициозные цели на будущее, он не смог бы вынести этого позора.

"Чу Хань, давай подождем и посмотрим!"

Сказав такие жесткие слова, Хэ Янь развернулся и ушел. Многие люди перешептывались, когда он уходил, и было неизвестно, о чем они говорили, но когда звуки донеслись до его ушей, это были насмешливые голоса.

Глаза Хэ Яня были красными. Его система постоянно успокаивала его, говоря ему, что и без Чу Ханя у них будут другие пути, и его хозяин-владыка не обязан мириться с чужими нравами, если он этого не хочет.

Хэ Янь ушел в гневе.

Сюэ Лин как ни в чем не бывало посмотрел назад на арену, открыл рот и сказал:

"Продолжайте".

Его голос только что упал, когда в толпе раздался шум, вызванный человеком, только что вышедшим на сцену.

Согласно правилам, если кто-либо выходил на сцену, он мог выбрать любого соперника или принять чей-либо вызов. Из-за инцидента, произошедшего только что, сцена была полностью пуста, и этот человек первым отреагировал и вышел на помост.

Похоже, он был новичком, потому что почти никто из носителей способностей не узнал его. Все они собирались с мыслями, чтобы обсудить его личность. В конце концов, было очень странно не знать такого выдающегося человека.

Мужчина был очень привлекателен и выглядел как самый красивый бог из древних сказок. У него был высокий хвост, и его длинные волосы мягким водопадом струились вниз по ровной и крепкой спине. Его одеяние было довольно странным, но оно не казалось диссонансом на его теле.

Напротив, он был неожиданно красив и хорош собой. Он был одет в черную рубашку на верхней части тела и черные костюмные брюки на нижней половине, в паре с белым плащом, начищенными кожаными туфлями и часами на запястье.

До апокалипсиса это не имело бы большого значения, но одеваться так во время конца света означало, что этот человек очень могуществен.

Достаточно сильный, чтобы его жизнь после апокалипсиса ничем не отличалась от прежней.

Неужели такой человек войдет в новый корпус наемников, который только что был создан?

Сюэ Лин перестал маяться дурью, посмотрел на человека перед собой, поднял брови и открыл рот, чтобы спросить:

"Кому ты хочешь бросить вызов?"

"Тебе."

Голос мужчины был очень молодым и холодным. Он обращался со своими словами, как с золотом, и когда он сохранял торжественное выражение лица, вся его фигура казалась движущейся глыбой льда.

"О~" Ответ Сюэ Лина был затянут и наполнен смыслом.

__________

Ну здравствуй :)

Этот бой на арене был неожиданным, но люди с нетерпением ждали его.

Сюэ Лина можно было считать новым зарождающимся супергероем базы Яншань, но его титул силача был лишь слухами, и большинство людей еще не подтвердили его. Из-за слухов люди по-разному оценивали его силу. Большинство претендентов, пришедших сюда сегодня, понимали, что рискуют.

На базе Яншань уже давно не появлялось новых сил, и претенденты уже не видели в старых силах пути для дальнейшего развития. Если они хотели вырваться вперед, им приходилось играть в азартные игры. И именно в это время появился Сюэ Лин.

Сначала почти все были напуганы способностью Сюэ Лина замораживать других с первого взгляда, и никто не сомневался в его мастерстве. Не то чтобы никто не хотел выходить на арену, чтобы проверить его, но все сдерживались и надеялись, что кто-то другой выйдет на арену раньше них.

В такой ситуации, если бы не человек, который сейчас стоял на помосте, эта патовая ситуация, возможно, продлилась бы до конца набора. В конце концов, аура Сюэ Лина была настолько сильной, что один взгляд на него заставлял людей дрожать, не говоря уже о том, чтобы сказать что-нибудь провокационное в его адрес.

Сюэ Лин топнул ногой, и все его лицо разом утратило прежнюю скуку. Когда он встал, он был похож на отточенный меч, который вот-вот выйдет из ножен. Это свирепое убийственное намерение заставило всех застыть на месте и против воли занервничать.

В то же время, в душе они чувствовали себя немного счастливыми.

К счастью, человек на помосте не был кем-то из них.

Сюэ Лин уже давно думал об этой интермедии. Он никогда не ожидал, что его планы пойдут гладко по его воле, поэтому он был готов к бою на арене еще тогда, когда решил устроить турнир по набору участников.

Только вот его нынешний соперник заставил его немного удивиться.

В этом сюжете иерархия силы этого мира была разделена следующим образом: сильнейшие носители способностей были силачами ранга SSS, а в настоящее время на этом уровне не было никого.

Единственный носитель способностей ранга SS находился на Северной исследовательской базе, он был правительственным исследователем, который посвятил себя изучению способов превращения зомби обратно в людей.

Его боевые способности были не очень сильны, но он обладал экстрасенсорными способностями, и если бы захотел, то мог заставить любого, чья психическая сила была не такой сильной, как у него, сойти с ума, умереть или полностью уничтожить свое сознание.

Точных данных об оставшихся силах ранга S не было, но на каждой крупной базе обычно было два или три, а на средних - один. В небольшом третьесортном месте, таком как база Яншань, где были всевозможные силы, не было много силовых центров, они лишь привлекали носителей способностей ранга А из других мест.

О носителях способностей ранга …BCDE и говорить не стоило, так как они были мелкой сошкой, которая в глазах Сюэ Лина не имела никакого значения.

На самом деле, дифференциация уровней зомби была очень похожа. Силачи ранга SSS были на одном уровне со своим зомби-императором, и, вероятно, именно это заставляло зомби вести себя высокомерно по отношению к носителям способностей.

Они уже имели поддержку своего императора SSS ранга, и что бы они ни делали, в конце концов, сторона, которая будет уничтожена, будет не их. Именно поэтому Хэ Янь должен был подготовить носителя способностей ранга SSS, чтобы справиться с императором зомби. Когда их силы были неравны, не было никакого способа убить императора зомби, если только другая сторона не была готова умереть.

Носители ранга SS были на одном уровне с королевскими зомби. Каждый из них был правителем своей территории, но эти зомби не были так разбросаны, как носители способностей, которые управляли только своей территорией. Скорее, они были собраны вместе под командованием императора зомби и слушали его приказы.

В связи с этим, если бы обе стороны действительно выступили друг против друга, вероятность того, что носители способностей погибнут, была гораздо выше. Ранжирование зомби низшего уровня было относительно простым и произвольным.

Под высокоуровневыми зомби были также зомби промежуточного и низкого уровня. Низкоуровневые зомби имели самые большие территории - хотя они и не обладали сознанием, но, собравшись в большие группы, могли создать множество проблем для слабых носителей способностей.

Хуже того, поскольку у них не было сознания, их жажда плоти и крови была еще сильнее. Пока они могли чувствовать запах плоти и крови, они были подобны собаке, которая учуяла мясистую кость и бросилась на нее. Убив одну волну, можно было вызвать следующую, и так до бесконечности, пока люди не рухнут.

Человек, находившийся на сцене, вызывал у Сюэ Лина особенно странное чувство. Сюэ Лин уже восстановил три своих хвоста, и хотя он был ослаблен, когда пришел в этот мир, даже выступить против силовика ранга SSS не было проблемой. Но он никак не мог определить уровень силы этого человека, поэтому ему не терпелось попробовать.

Система распушила хвост рядом с ним: «Хозяин! Убей его за меня!"

Сюэ Лин поднял брови и проигнорировал систему. Хотя у нее не было возможности почувствовать этого человека за него, только защитник сюжета или «его мужчина» могли заставить систему так скрежетать зубами. Он оглядел мужчину с ног до головы, скривил губы и… подтвердил его личность.

Выбрав тело, которое так хорошо соответствовало его предпочтениям, он видимо следовал каким-то заповедям своего рода~ Похоже, он всегда хотел быть немного сильнее Сюэ Лина в каждом мире.

Хотя он думал именно так, Сюэ Лин не собирался упускать шанс устроить шоу. Сейчас он все еще ничего не знал об этом человеке, и использовать эту возможность для драки, чтобы прощупать оппонента, было хорошим решением.

Как только Сюэ Лин встал, противостояние между ними уже началось. Оба они распространили свои ауры, и толпа зрителей невольно отступила на несколько шагов назад, оставив большую площадь за пределами платформы пустой. Они не хотели стать случайными жертвами во время схватки между сильными мира сего.

Невозможно было определить, какова сила этого человека, но как только Сюэ Лин ступил на помост, все его тело просело, так как неописуемо мощная сила попыталась столкнуть его вниз.

Вся платформа была полностью покрыта гравитационным полем другой стороны. Если бы Сюэ Лин не был бдителен все это время, он бы, наверное, уже лежал на земле мертвым.

Сюэ Лин немного разволновался.

Этот человек еще никогда так не обращался с ним за все время их совместного путешествия по мирам. Оглядываясь назад, можно сказать, что последний раз он грубо разговаривал с ним во время брачной ночи.

Он редко провоцировал его, как только они встречались. По взмаху руки Сюэ Лина из земли вырвался большая глыба льда, которая, казалось, хотела заморозить все гравитационное поле.

Гравитация была ослаблена после того, как ее покрыл лед. Сюэ Лин только что выдохнул, когда услышал, как мужчина пробормотал:

"Бесполезно".

Его голос прозвучал, и во льду появились глубокие трещины. Выражение лица Сюэ Лина стало суровым, и, воспользовавшись моментом, пока лед еще мог держаться, его фигура прыгнула к мужчине!

В воздухе появились бесчисленные ледяные кинжалы, и он раскинул руки. Эта сцена привела толпу зрителей в восторг. Поскольку они не находились на арене, они не понимали, почему Сюэ Лин совершил эту серию действий именно сейчас. Тем не менее, когда на помосте появились ледяные кинжалы, они все были шокированы.

Такая сила, с которой они никак не могли сравниться, была прямо перед ними, и в этот момент произошло столкновение двух сил.

В ответ на ледяные кинжалы воздух наполнилось пламенем, и горящее пламя превратилось в огромного феникса, который закричал и бросился к ледяным кинжалам.

Кинжалы также быстро отреагировали, и как только появился феникс, лед превратился в ледяного феникса, который своим криком наполнил площадку арены.

Что касается Сюэ Лина, то в этот момент он мчался к мужчине, и холодный ледяной клинок перед ним вспыхивал странным светом, а издалека казалось, что он светится.

Его атака была очень агрессивной, его убийственные движения были особенно яростными, и глаза мужчины потемнели. Он взмахнул рукой, и в его руках появилась винтовка, сделанная изо льда. Еще до того, как Сюэ Лин добежал до него, он уже направил на него дуло.

Хотя Сюэ Лин был несколько удивлен тем, насколько гибкими были способности этого человека, он не стал медлить и сделал шаг, прямо разрубив его винтовку. Вслед за его движением сверкнула молния, направленная прямо в лицо мужчины.

На месте происшествия снова поднялся шум.

Невозможно было не удивиться. В конце концов, до сих пор они оба проявили немало способностей! И то, как они использовали эти способности, сильно отличалось от общепринятых сведений о том, как их использовать!

Многие люди, наблюдавшие за происходящим, почувствовали, что их посетило вдохновение - они впервые узнали, что способности можно использовать таким образом.

Молния превратилась в огромного зверя и с ревом устремилась к человеку, но на полпути она столкнулась с безумно растущей кучей деревьев, и вся платформа мгновенно покрылась зеленью. Неизвестно, кто именно использовал эту способность, но два человека внезапно исчезли из поля зрения толпы.

Единственными, кто все еще мог видеть, были двое, оставшиеся на платформе.

В этот момент Сюэ Лин уже появился перед мужчиной. Пламя вокруг него постоянно горело, поджигая ветки, которые пытались обвить его. Его лисьи глаза горели все больше и больше убийственным намерением; это ощущение игры в шахматы против своего противника и совпадения хода за ходом было удивительным, а если учесть, что Сюэ Лин подсознательно воспринимал эти согласованные движения как ***, то на его лице появлялась улыбка.

Эта улыбка в паре с соблазнительными глазами мгновенно распространила бесконечное количество очарования, и мужчина на мгновение был ослеплен.

Это было слишком заманчиво...

Этот человек перед ним, независимо от его внешности, фигуры, ауры, импульса или даже пряди его волос, все постоянно соблазняло и искушало его!

Он уже давно не испытывал подобных чувств. Когда он прятался в толпе, он думал, что это чувство основано на желании разорвать этого человека на части и съесть его, но теперь, когда он стоял перед ним, сердце и душа мужчины затрепетали от другого чувства.

Это все еще было желание "разорвать его на части и съесть", но он также хотел запереть его и поместить в такое место, где только он мог бы смотреть на него, и сделать так, чтобы этот человек был виден только его взгляду.

Он хотел сделать так, чтобы в этой паре глаз отражался единственный человек - он сам и никто другой!

Он хотел облизать каждый сантиметр его кожи, хотел лично коснуться всего его тела, заставить его глаза покраснеть, заставить его смотреть на себя со слезами на глазах...

Эта сцена определенно была бы очень красивой и манящей.

Хотя его разум был полон нефильтрованных извращений, мужчина сумел отлично спрятать эти мысли под своим правильным, серьезным выражением лица.

Кинжал пронесся мимо его шеи, но мужчина не стал уклоняться. Он протянул руку и обнял налетевшего на него человека, чувственно прижавшись к нему всем телом.

Сюэ Лин на мгновение остолбенел, а в следующую секунду почувствовал, как по его телу разливается оцепенение. Ощущения от удара молнии были не очень приятными: ноги Сюэ Лина стали мягкими, а все тело было почти парализовано.

Он не упал на землю только потому, что мужчина протянул руку, чтобы обнять его.

"Ты очень хорош".

Сюэ Лин снова был ошеломлен, услышав холодный и отстраненный голос мужчины.

Он поднял голову и сердито посмотрел на мужчину. Не по какой другой причине, а потому что этот ублюдок протянул руку, чтобы ущипнуть его за задницу!

Может, хватит быть таким бесстыжим? Говорит такие слова с серьезным лицом, а потом делает такие подлые движения руками.

Мужчина увидел, что Сюэ Лин выглядит так, словно вот-вот взорвется и укусит его, и в его глазах мелькнула улыбка. Он придержал его, чтобы тот мог нормально стоять, а затем открыл рот, чтобы сказать:

"Успокойся немного. Я уберу деревья".

Сюэ Лин больше не хотел иметь дело с этим проклятым извращенцем. Он повернулся, чтобы уйти с платформы, и в этот момент деревья на платформе начали безумно уменьшаться, пока все они не превратились в одно семечко, которое упало в ладонь мужчины.

Толпа увидела, что они остановились, и с некоторым любопытством ждала, что же произошло. Наконец, они услышали слова Сюэ Лина:

"Ты слишком большой Будда, и я боюсь, что ты не поместишься в моем храме".

Все были несколько удивлены. Так как Чу Хань открыл рот, чтобы сказать такие слова, им стало еще более интересно, кто же победил между ними.

"Я останусь. Ты можешь рассматривать меня как дополнительную помощь".

Голос мужчины звучал немного безразлично, и в сочетании с такой аурой, которая, казалось, держала людей на расстоянии в тысячу миль, люди не осмеливались приближаться к нему.

Его лицо выглядело особенно серьезным, когда он был лишен выражения, и те, кто не знал его, абсолютно точно подумали бы, что это порядочный и успешный человек.

До того, как он ущипнул его за задницу, Сюэ Лин тоже считал его ледяной глыбой. Теперь он глубоко осознал свою ошибку. Этот человек всегда был подавлен и замкнут в себе, но способы его выражения были разными в каждом мире…

В этом мире он превратился в проклятого развратника!

Сюэ Лин встретился с ним взглядом, и в глазах мужчины не было и намека на дискомфорт. Он посмотрел на Сюэ Лина и открыл рот, чтобы сказать:

"Сюнь Юй".

Сюэ Лин посмотрел на него без выражения.

Мужчина добавил еще одно предложение. "Мое имя".

Лицо Сюэ Лина было безразличным. "О."

Дэн Сыни подошла и спросила:

"Босс, мне добавить его? Пока вы стоите здесь, люди после вас не имеют возможности подняться..."

Сюэ Лин бросил на него взгляд, который был достаточно острым, чтобы заколоть, и повернулся, чтобы уйти.

"Чу Хань."

Его следующая фраза долетела издалека. "Запомни это. Это мое имя".

Мужчина осторожно попробовал это имя между губами и зубами и потер кончиками пальцев. Нежность и тепло в его глазах были немного пугающими.

Выражение лица Дэн Сыни было растерянным. Что задумал босс?

Эта кампания по набору персонала многократно увеличила размер Корпуса Наемников Снежного Лиса, и фундаментальное комплектование было практически завершено. Хотя Сюэ Лин хотел развиваться, он не планировал достичь этого в одночасье.

У всех новобранцев был потенциал, и они еще не сформировали свои собственные привычки, когда дело дошло до использования их способностей и основных боевых приемов.

У них было пространство для обучения и роста, что относительно больше подходило для наемного корпуса на их нынешнем этапе.

Обычно никто бы не позволил им так подняться, ничего не делая. В конце концов, все носители способностей на базе были относительно свободно структурированы, так как ни одна сильная структура не подавляла их.

Интриганов было столько же, сколько волос на осле, и эгоистам было легко стать безрассудными от жадности, готовыми на все ради выгоды и собственных интересов.

Но предыдущая битва Сюэ Лина и Сюнь Юя была записана и показана лидерам баз носителей способностей, поэтому все они отбросили свои глупые желания.

Они не смели обижать таких сильных мира сего, как эти двое. В конце концов, силы этих двух людей было достаточно, чтобы уничтожить всю базу Яншань.

После официального утверждения кандидатур, которым разрешили остаться, Сюэ Лин провел еще одно внутреннее соревнование. На этот раз все были распределены по категориям в соответствии с их силой, а затем разделены на группы для сражения. Тот, кто смог выстоять до конца, становился лидером своей группы.

Такие соревнования проводились раз в месяц. Пока у человека были силы, он мог подниматься все выше и выше. Такой внутренний стиль управления командой привел многих в восторг, а в сочетании с щедрыми льготами Сюэ Лина, предоставившего жилье и еду, многие твердо решили пройти месячный испытательный срок.

Примерно определившись с командами своего блока, Сюэ Лин поставил на повестку дня путешествие к горам Синъюэ.

Горы Синъюэ были самым большим горным массивом вблизи базы Яншань. Так как там были высокие горы и густые леса, там пряталось множество зомби-зверей. Некоторые части зомби-зверей были съедобны, и люди охотно покупали их ядра в больших количествах, поэтому они имели очень высокую ценность.

На доске заданий наемников базы Яншань часто появлялись задания, связанные с зомби-зверями гор Синъюэ. Сюэ Лин принял большинство из них и готовился распределить их по командам в соответствии с их уровнем способностей.

Он будет направлять их во время этой экспедиции, чтобы они научились правильно высвобождать свои способности для достижения наибольшего эффекта.

Но прежде всего, ему нужно было разобраться с еще одним человеком.

Сюэ Лин смотрел на человека перед собой без выражения, его взгляд был очень торжественным, очень похожим на стиль начальника с холодным лицом.

"У тебя какое-то дело?"

"Я не могу сидеть в твоем кабинете без дела?"

Сюнь Юй поднял брови и перевел взгляд с декора в кабинете Сюэ Лина на его тело.

"Да", - серьезно ответил Сюэ Лин.

"Хорошо", - выражение лица мужчины показало мгновенную беспомощность. Его поза, когда он сидел на диване, была необычайно жесткой, а вся спина прямой и прямой. "В таком случае, я действительно пришел к тебе по делу".

"Говори."

В отличие от него, Сюэ Лин казался еще менее многословным, чем этот мужчина. Возможно, именно из-за такого отношения мужчина стал более разговорчивым.

"Ты не включил меня в группу и не позволил участвовать в соревновании".

Это была констатация факта. По правде говоря, мужчина не получил никаких новостей от Корпуса наемников Снежного Лиса после того, как вернулся в тот день. Он был очень терпеливым человеком, который мог сохранять спокойствие даже перед лицом бедствий, но за последние три дня он обнаружил, что его терпение истощилось.

Судя по тому, как этот человек отнесся к нему в тот день, он догадывался, что тот повесит его сушиться на несколько дней, но до тех пор, пока Корпус наемников Снежного Лиса не собрался в путь, он все еще не прислал никаких новостей, а это было совсем не то, чего хотел этот человек.

Что, если этот человек оставит его позади, когда поведет группу в горы Синъюэ? Тогда он не сможет гарантировать, что база Яншань останется нетронутой, когда они вернутся.

Его характер был не так хорош, как казалось. Когда его характер достигнет определенной точки, вполне возможно, что он уничтожит целую базу носителей способностей.

Сюэ Лин сдержал смех. Он догадывался, что этот человек не сможет долго терпеть, и ждал его прихода с самого утра. Ему очень нравилось видеть его в таком состоянии, когда он говорил так серьезно, но в душе он был крайне встревожен.

"Ты слишком силен. Ни один из новичков не может стать твоим партнером. Для тебя не было смысла участвовать в соревновании, поэтому никаких договоренностей не было".

Сюэ Лин скривил губы и посмотрел вниз на документы. Из-за большого количества новичков ему приходилось решать гораздо больше вопросов, особенно денежных.

Дэн Сини постоянно бросала на него грустные взгляды и говорила, что бюджет недостаточен.

Прошел год после конца света, а валюта уже снова была в ходу. Кристаллические ядра и энергетические ядра были полезны для культивации, поэтому, как правило, никто не брал их в качестве денег.

В большинстве регионов уже была единая валюта. Раньше у Чу Ханя было много сбережений, но после того, как Сюэ Лин взял на себя управление и начала тратить деньги, их почти не осталось.

Фраза "тратить деньги, как бегущую воду", вероятно, была придумана для Сюэ Лина; вот только эти деньги нужно было тратить. Прежде чем им удастся восстановить свои потери и выйти в плюс, они, вероятно, будут бедны некоторое время.

"Неужели нет новичков, которые могли бы составить мне компанию?"

Сюнь Юй уловил смысл слов Сюэ Лина. Он повторил его, чтобы понять глубокий смысл.

"Значит, есть кто-то, кто может работать со мной?"

"Я".

Сюэ Лин закрыл папку и поднял глаза, чтобы взглянуть на него.

"Если ты не хочешь, ты можешь не идти".

Глаза мужчины засветились, и его взгляд стал особенно горячим, когда упал на тело Сюэ Лина.

Сюэ Лин спокойно проигнорировал его и вел себя так, словно ничего не произошло. Он не забыл, что в прошлый раз мужчина ущипнул его за задницу. В этот раз он решил сыграть роль человека с низким уровнем EQ*.

[EQ - эмоциональный интеллект. Сюэ Лин делает вид, что не замечают интерес и чувства Сюнь Юя.]

До тех пор, пока другая сторона не прижмет его к кровати и не сделает это, будь он проклят, если позволит другой стороне узнать о его чувствах.

"Я пойду".

Рот мужчины был слегка наклонен вверх, и, похоже, он был в очень хорошем настроении.

"Кстати, где мне жить?"

Место, где он жил раньше, принадлежало его подчиненному, и, насколько он знал, Корпус Наемников Снежного Лиса предоставлял и еду, и жилье.

Пока он мог быть с этим человеком, он был готов жить в одном здании с группой незнакомых ему людей.

Сюэ Лин открыл еще одну книгу, подумал и сказал:

"Комнаты, в общем-то, уже все поделены. Если не возражаешь, можешь пожить у меня. У меня есть свободная комната".

В сердце мужчины начали взрываться фейерверки.

Сюэ Лин продолжала говорить:

"Но тебе придется платить за аренду. В последнее время у меня не хватает денег, и ты не входишь в категорию тех, кто обеспечен едой и жильем".

С такой возможностью, как эта, любой, кто стал бы спорить с ним о том, входит ли в эту категорию еда и жилье, должен был иметь проблемы с мозгами. Сюнь Юй согласился, не задумываясь.

"Это все незначительные задачи. На самом деле, если ты поедешь, тебе не придется много делать. Если можешь, помоги мне с обучением этих новичков".

Сюэ Лин передал мужчине отдельный список.

"У этих людей неплохая реакцию в бою и мыслительные способности, и они должны стать хорошими помощниками после обучения".

Мужчина посмотрел на имена, его глаза и брови все еще были наполнены следами удовольствия. Было очевидно, что он еще не отошел от радости, что поселится вместе с Сюэ Лином.

"Хорошо".

Только после того, как он ответил, вспомнил еще один ключевой вопрос, на который нужно было ответить.

"Насколько масштабны ваши планы на будущее корпуса наемников? Как ты хочешь развиваться?"

Сюнь Юй снова и снова говорил себе, что между ними осталось слишком много неизвестного. Он нашел этого человека по его запаху, но на самом деле информации, которую ему удалось собрать об этом человеке, было не так уж и много.

Ранее, бродя по базе и расспрашивая людей, он смог выяснить лишь то, что у него есть жених. Было бы неправильно действовать слишком опрометчиво сейчас, когда у него не было абсолютной уверенности в том, что он сможет завоевать сердце этого человека.

Он все еще помнил весомый совет, который дали ему подчиненные. Бесполезно просто заполучить тело человека. Если он не сможет заполучить его сердце, а только закроет его на весь день, чтобы он мог смотреть на него, он тоже не будет счастлив.

Лучше не делать того, что может взаимно мучить друг друга. Тогда он не понимал, но теперь, когда ему страстно хотелось, чтобы этот человек продолжал улыбаться, он понял.

Хотя было бы замечательно поместить его в такое место, где его мог видеть только он, но если это сделает его несчастным, то лучше этого не делать.

Первоначальная цель приезда Сюнь Юя на базу Яншань уже была отброшена на задворки его сознания, и теперь он просто хотел угодить ему и сделать его счастливым. Поэтому помощь в развитии сил Сюэ Лина была включена в его повестку дня.

"Пока что я планирую развивать корпус наемников".

Сюэ Лин потер подбородок. Он чувствовал, что план развития первоначального владельца этого тела был неплох. Использовать базу Яншань в качестве основы, а затем сотрудничать с зомби и расширяться на другие базы в периметре.

Настанет день, когда обе стороны действительно смогут сесть вместе и как следует все обсудить. Пока шло время, носители способностей в конце концов обнаружили бы, что у них нет возможности размножаться.

К тому времени важность зомби станет очевидной. Возможно, совсем скоро любовь спасет этот мир?..

У Сюэ Лина не было достаточно ресурсов, и система не открыла ему слишком многого. Все, что она предоставила, это сюжет этого мира в обеих временных линиях, который пережил первоначальный владелец этого тела.

Хотя он догадывался о личности этого человека, подтвердить ее не было никакой возможности. Чтобы заставить собеседника признаться самому себе, Сюэ Лин все еще притворялся одураченным.

"После этого постепенно установите контроль над базой Яншань, а затем захватите все базы носителей способностей".

Его улыбка была очень привлекательной, но в то же время его уверенность давала о себе знать.

"Когда я возьму под контроль все базы, я смогу встать плечом к плечу с императором зомби. Это предварительная цель. Я изменю ее, если столкнусь с другими вещами, которые захочу сделать".

Сюнь Юй наконец вспомнил, что он и этот человек не были людьми одного типа...

О, кстати, они даже не были "людьми". Их даже нельзя было считать живыми. Единственная причина, по которой он имел температуру тела и дышал, заключалась в том, что он сделал некоторые специальные изменения, чтобы слиться с носителями способностей.

"Почему ты хочешь быть плечом к плечу с императором зомби?"

"Я не знаю. Может быть, потому что люди говорят, что он сейчас самый могущественный человек".

Сюэ Лин безразлично пожал плечами, рассортировал документы, с которыми имел дело, и вынес их, чтобы бросить Дэн Сини.

"Мы отправимся завтра утром. Сначала сообщи им об этом, так как это связано с тем, смогут ли они остаться на работе через месяц".

"Да."

"Хорошо."

Сюэ Лин вернулась в дом и закрыл дверь, после чего снова заговорил с Сюнь Юем.

"Я сейчас очень беден. Скорее всего ты не получишь денег как помощник".

"У меня есть деньги".

"Тогда отлично. После того, как мы пройдем этот период, я дам тебе большой красный конверт".

Сюэ Лин широко улыбнулся. Возможно, он специально контролировал себя, но в его улыбке не было и следа того очарования, которое завораживало людей. Его нынешняя улыбка была очень привлекательной, но в ней не было очарования.

Несмотря на это, мужчина почувствовал, что его сердцебиение снова участилось.

Ему очень хотелось признаться и сказать ему, что у него много городов и много денег, и он точно сможет содержать его и даже его корпус наемников. Но он знал, что тот не захочет слышать такие слова.

Система устроилась на столе Сюэ Лина, лениво помахивая хвостом. Увидев Сюэ Лина, сидящего перед собой, она похвалила его:

"У хозяина действительно есть потенциал - похоже, в будущем я смогу выбрать для тебя несколько мужских ролей. Я чувствую, что ты можешь даже сыграть роль натурала".

В ответ на это Сюэ Лин холодно усмехнулся.

Каким бы натуральным ни было тело, оно все равно изменится, как только он захватит его. Не было смысла делать такой выбор.

Полк наемников был разделен на пять команд, и в каждой команде было по пять человек. У каждой пятерки была одна машина, и Сюэ Лин со своей командой возглавил их, выехав прямо с базы Яншань.

Толстяк и старый телохранитель Сюэ Лина остались позади. Дэн Сини отвечала за разные дела, поэтому она поехала с ними. Кроме нее, в машине Сюэ Лина был только Сюнь Юй, и Дэн Сини чувствовала себя немного неловко.

Она не знала почему, но ей было немного холодно. Почему ей казалось, что холодная аура на теле этого привлеченного со стороны помощника устремляется к ней? Что она сделала, чтобы спровоцировать его?

Группа из шести машин стремительно уехала. Многие люди лукавили и надеялись, что в этой поездке они столкнутся с хаосом, и будет лучше, если большинство из них не вернутся, чтобы Чу Хань смог испытать чувство удара и перестал думать о том, чтобы добиваться большего.

В дополнение к их отъезду, еще один человек также последовал за ними из города.

После того, как Хэ Янь вернулся в тот день и его мировоззрение освежилось, он больше не планировал полагаться на Чу Ханя. Его мозг теперь был заполнен другим планом.

Но не успел он приступить к реализации своего плана, как обнаружил, что цель его нападения вошла в наемный корпус Чу Ханя и последовала за ним в горы Синъюэ...

Хэ Янь стиснул зубы от злости. Он обнаружил, что, начав все заново, Чу Хань, похоже, специально выступает против него, вмешиваясь во все его дела!

"Тогда следуй за ними" - посоветовала ему система.

"Создай для них неприятности. Таким образом, ты сможешь поднять свой смысл существования, и если ты сможешь спасти их жизни, возможно, этот человек посмотрит на тебя с интересом?"

"Но, почему он присоединился к полку наемников Чу Ханя?"

"Ты также знаешь, что до того, как повернуть время вспять, эти двое пытались работать вместе, чтобы изменить отношения между носителями способностей и зомби. Неудивительно, что сейчас они поддерживают контакт".

"Значит, это случилось так рано".

"На самом деле, это не так уж и плохо".

Система посоветовала ему так:

"Сейчас они все еще находятся на ранней стадии союза. Если ты сделаешь так, чтобы они рассорились в этот момент, это определенно поможет в решении нашей задачи."

"Точно!"

Хэ Янь внезапно воодушевился и почувствовал, что он действительно умен. Неудивительно, что он был спасителем мира.

Горы Синъюэ находились к югу от базы Яншань. От города, в котором Чу Хань и остальные побывали в прошлый раз, их отделяла лишь развилка дорог. Группа ехала целый день и наконец остановилась у подножия гор.

Выбрав место для временного лагеря, группа носителей способностей тщательно исследовала местность вокруг лагеря, чтобы убедиться в отсутствии проблем, прежде чем устроиться там на ночлег.

По пути сюда Сюэ Лин уже объяснил, что им нужно сделать в течение этого месяца обучения.

В течение этого периода он будет принимать любые задания наемников, связанные с горами Синъюэ, и поручать их командам, разбросанным по горам. Они должны были сами выполнять задания, а Сюэ Лин должен был проверять их выполнение, а также обучать и направлять их способности.

Корпус наемников получал процент от прибыли, которую они получали после выполнения каждого задания, и прибыль распределялась в зависимости от достижений каждой команды. Это было то же самое, что и возможность питаться, если человек усердно трудился.

В течение этого месяца лагерь у подножия горы обеспечивал достаточным количеством материалов и припасов для каждой команды. В любое время они могли спуститься с горы за дополнительным оборудованием, там же можно было лечить травмы.

После двух дней тяжелой работы все новобранцы Корпуса наемников Снежного Лиса поднялись на гору. Сюэ Лин валялся в новеньком фургоне, который они поставили, и лениво потягивался.

Прошел год после апокалипсиса, и после первого периода паники носители способностей многое переняли из того, что было до апокалипсиса.

Некоторые носители способностей низкого уровня возобновили свою прежнюю работу в обмен на выживание и припасы, а многие люди в автомобильной промышленности вернулись на свои рабочие места.

Конечно, невозможно было создать автомобили на том же уровне, что и до апокалипсиса. Многие команды наемников отправлялись в различные городские районы, чтобы найти материалы, которые можно было бы использовать, а затем, отобрав все, что нужно, выносили их на продажу.

Так цена была дешевле, и желающих купить их было много, так как многие войска нуждались в таких базовых вещах во время развития. Если бы Чу Хань и его команда не оставались на базе Яншань так долго, возможно, они не смогли бы найти способ купить эти вещи.

"Что ты планируешь делать?"

Сюэ Лин был занят эти два дня, и мужчина не выходил, чтобы создавать проблемы. Большую часть времени он просто спокойно наблюдал за Сюэ Лином. Если бы только Сюэ Лин оглянулся на него, его настроение стало бы намного лучше.

Сюэ Лин держал во рту шоколадку и уже собирался ее съесть. Услышав слова Сюнь Юя, он повернул голову и посмотрел на него, после чего сказал:

"Не планирую ничего делать. Я просто научу их некоторым навыкам. В основном, я планирую восстановить денежные запасы в течение этого месяца, так как обеспечение для группы наемников не может быть нарушено".

Более простое объяснение его слов заключалось в том, что обучение или что-то еще было лишь прикрытием, и он в основном использовал их, чтобы заработать немного денег.

Сюнь Юй чувствовал себя несколько беспомощным. Хотя у него было много денег, которые он мог дать другому, его, скорее всего, выгонят за неоправданную любезность.

"Ах, да", - Сюэ Лин вспомнил об одной вещи, которую он всегда хотел спросить, - "Сколько видов способностей у тебя есть? Когда мы сражались, ты использовал три или четыре типа".

"Все типы".

Обычно никто не говорит правду о таких вещах, но Сюнь Юй рассказал Сюэ Лину об этом без оговорок.

"Если это способность, которая уже появлялась в моей области, я могу ее использовать".

Сюэ Лин: "..."

Конечно, он снова был тем самым золотым бедром.

Слова мужчины было несложно понять; смысл звучал так:

"Я могу сделать это, пока я это видел" и "непобедимый в своем собственном мире".

"В тот день ты использовал три вида способностей".

Когда дело дошло до вещей, связанных со способностями, мужчина вспомнил, что ему нужно упомянуть несколько моментов для Сюэ Лина.

"Огонь, лед и молния. Молния и огонь взаимно поддерживают друг друга, но способность льда кажется неожиданной."

Сюэ Лин лениво ответил:

"Да, я тоже не знаю, что происходит".

Сейчас он восстановил только три хвоста, и не было ничего плохого в том, что он мог использовать три способности. Система ограничивала его таким образом.

В противном случае, он бы тоже дал себе все виды способностей, чтобы поиграть. Кто захочет быть главным героем-мужчиной, которому все дается с трудом, когда он может быть всемогущим?

"Но пока что я хорошо адаптировался".

Пока они мило беседовали в лагере, одна из команд присоединилась к другой.

Хэ Янь скривил губы, приветствуя капитана команды, и обнял всех членов команды.

"Простите, что побеспокоил вас, и даже заставил вас, ребята, поднимать меня на гору".

"Все в порядке. Мы изначально планировали быть здесь, в лесах и горах, чтобы выполнить наши задания."

Лицо капитана команды было красным, когда он вежливо разговаривал с Хэ Янем.

"Глава корпуса наемников и внешняя помощь находятся у подножия горы. Ты можешь пойти туда, если ищешь их".

"Нет необходимости. Разве я не говорил, что собираюсь путешествовать с вами?"

Хэ Янь выглядел немного одиноким.

"На этот раз я постараюсь сделать все возможное, чтобы старший брат Хань заметил меня. Он, наверное, думает, что я бесполезен и больше не хочет меня видеть, но я определенно могу помочь вам."

Группа, казалось, доверяла ему; они кивнули и действительно разрешили ему следовать за ними.

Многие знали, что Хэ Янь когда-то был женихом Чу Ханя. Хотя Чу Хань сказал, что они больше не ладят, большинство людей думали, что между ними просто были некоторые проблемы, и что Чу Хань все еще будет защищать Хэ Яня через некоторое время. Именно благодаря этому Хэ Янь смог тайком присоединиться к команде в этот раз.

Система обеспечивала Сюэ Лину 360 градусов обзора без слепых зон, поэтому Сюэ Лин, естественно, знал, как этот парень пытается найти смерть.

Направление, в котором двигался Хэ Янь, находилось глубоко в горах, где жила самка зомби-зверя, только что родившая ребенка. Если бы он украл или убил ее ребенка, то мать-зомби точно взбунтовалась бы.

Там было большое гнездо зомби-зверей, и как только они начнут действовать, это может привести к тому, что вся группа зомби-зверей придет в ярость.

В то время это могло даже привести к приливу зомби-зверей. Люди, которых Сюэ Лин привел на гору, должны были быть очень способными, чтобы выжить.

Хэ Янь решил окончательно порвать все отношения с Чу Ханем. Теперь, когда дело дошло до этого, чтобы избежать столкновения с более сильным Чу Ханем в будущем, ему оставалось только убить Чу Ханя до его развития.

Насколько он знал, Чу Хань обладал способностями ранга S, и ему было бы невозможно справиться с таким количеством высокоуровневых зомби-зверей в этот период времени. Что касается его самого, то в его теле была система, и пока он оставался невидимым, его никто не замечал.

Что касается того зомби-императора...

"Система, неужели нужно сделать так, чтобы он влюбился в меня?"

Как бы он ни думал об этом, Хэ Янь все равно считал, что такой результат немыслим.

"Я совсем не хочу, чтобы что-то настолько отвратительное влюбилось в меня".

"Хозяин, не стоит зацикливаться. Если он влюбится в тебя, то нисколько не будет колебаться, когда ты прикажешь ему умереть. К тому времени путь к восстановлению мира пройдет гораздо более гладко, чем в первоначальном плане. В конце концов, он - самый могущественный человек в мире. Если он захочет, он может приказать всем зомби умереть".

Глаза Хэ Яня загорелись, и он удивленно сказал:

"И это тоже сработает?!"

"Да! Господин обладает безграничным обаянием - у Чу Ханя должны быть проблемы с мозгами, чтобы он игнорировал тебя. Раз уж он так хочет умереть, мы поможем ему с этим".

"Хорошо!"

Сюэ Лин посмотрел на диалог между главным героем и его системой за предыдущие полмесяца, который показывала система, и спросил маленького лисенка, который кружил вокруг него:

"Эта система Хэ Яня, она действительно система контратаки апокалипсиса?"

"Верно. Разве она не говорит вещи, которые создают ощущение контратаки апокалипсиса?"

Маленькая лиса потрясла ушами и растерянно посмотрела на своего хозяина.

"Даже IQ главного героя был сбит им с пути".

"Я думаю, что его IQ такой убогий от рождения. Неважно, сбился он с пути или нет".

"..."

"Они собираются убить меня и привлечь на свою сторону Сюнь Юя?"

"Хозяин! Я думала, что ты не знаешь, что твой человек стал императором зомби в этой жизни..."

"Конечно, я знаю. Будто я не догадался об этом с самого начала. Я жду, когда он сам мне скажет. Разве не забавно будет потом сыграть с ним потом в игру: "что ты веберешь, меня или свой клан"?"

"..."

Чувствовал ли его хозяин себя несчастным, когда не искал смерти в течение дня?

"Хозяин, ты, кажется, не о том думаешь... Разве не главное то, что главный герой Хэ Янь, похоже, хочет переспать с твоим мужчиной?"

"Я знаю."

Сюэ Лин изогнул губы в холодной улыбке:

"Тебе не кажется, что в словах его системы что-то не так?"

"Хм... Похоже на то".

"Похоже, что защитник сюжета на этот раз не просто трансмигрировал в человека. Скорее, он стал системой главного героя Шоу".

Сюэ Лин потер подбородок и проанализировал:

"Хотя они и являются защитниками сюжета, единственное, что им действительно нужно делать, это следить за тем, чтобы финал был правильным. Если я и император-зомби мертвы, а Хэ Янь доживет до конца, то это будет считаться успешным развитием сюжета. Вот почему его система составила такой план".

"Предполагается, что он также является начинающим защитником заговора. В противном случае, он не стал бы думать о том, чтобы главный герой Хэ Янь влюбился в императора зомби. Его мышление слишком нереалистично; неужели он действительно думал, что будет так легко поддерживать сюжетную линию?"

"Но возможно, если бы Хозяин не занял это тело, то их план удался бы?"

"Ха-ха."

Сюэ Лин посмотрел на замороженный клинок на кончике пальцев и холодно рассмеялся.

"Только тому, кто потерял память и кому промыли мозги, может понравиться такой идиот, как Хэ Янь".

"..."

В последнее время слова хозяина становились все более жестокими. Он понятия не имел, почему главный герой Хэ Янь так раздражал его.

Казалось, что все в нем раздражало. Сюэ Лин понятия не имел, зачем кому-то понадобилось создавать такой мир.

"Пусть делает, что хочет. Мне интереснее посмотреть, как он собирается сбежать, когда ему действительно удастся вызвать прилив зомби-зверей".

"Вопрос в том, как хозяин планирует сбежать... "

"Почему я должен буду сбежать? Неужели ты думаешь, что я привел этих людей сюда только для того, чтобы посмотреть, как они развлекаются? Если они на этот раз не могут справиться со зверями, то им нет смысла оставаться в корпусе наемников."

Система: "... Это слишком жестоко..."

"Только испытав горечь неудачи, человек обретает достоинство. К тому же, когда мы с Сюнь Юем здесь, чего бояться?"

Система: "..."

Это было правдой. На самом деле, пока аура императора зомби присутствовала, вероятность того, что эти зомби-звери приблизятся к ним, была очень низкой; даже если бы они были в ярости, ни один из зомби-зверей не посмел бы провоцировать власть своего императора.

Посмотрев, как главный герой ищет неприятности, Сюэ Лин наклонил голову и спросил у Сюнь Юя, который все это время смотрел на него:

"Если будет прилив зомби-зверей, сколько зомби-зверей ты сможешь сдержать?"

Сюнь Юй не понимал, почему после долгого молчания ему пришло в голову такое предложение. Он на мгновение растерялся, прежде чем открыть рот, чтобы спросить:

"Скольких ты хочешь, чтобы я сдержал?"

Сюэ Лин пожал плечами и ответил:

"Лучше всего, конечно, всех".

"Прилив зверей?"

"То, что должно произойти, всегда случится".

Ответ Сюэ Лина говорил о многом. Затем он встал, чтобы вернуться в свой вагончик. Судя по скорости и силе Хэ Яня, ему, вероятно, потребуется время, прежде чем он сможет украсть детеныша зверя. Сюэ Лин мог использовать это время, чтобы как следует обучить новичков.

Сюнь Юй был немного любопытен этот странный разговор, который, казалось, не имел никакой цели. Но Сюэ Лин ничего не объяснял, и он также не мог предвидеть, что произойдет через некоторое время.

На самом деле, он был немного недоволен своим нынешним прогрессом. Сюэ Лин всегда держался от него на определенном расстоянии, и отношения между ними можно было назвать лишь отношениями обычных друзей. Или, возможно, Сюэ Лин рассматривал его только как помощника и не собирался развивать их отношения дальше.

Сюнь Юй не знал, был ли Сюэ Лин всегда холоден и равнодушен к нему сейчас, потому что в первый раз его отпугнуло его плутовство. Он всегда отталкивал его в сторону, как только они заканчивали обсуждать официальные дела, и больше ни о чем с ним не разговаривал.

Это было не то состояние, в котором он хотел бы оказаться.

Сюнь Юй вспомнил тактику ухаживания за человеком, о которой его подчиненные говорили раньше, и стал думать, как применить ее к Сюэ Лин.

Но что бы он ни вспоминал, он чувствовал, что все эти средства бесполезны по отношению к Сюэ Лину...

Это было действительно слишком ужасно...

Сюнь Юй впервые в жизни испытал, что значит не знать, как начать...

Последние полмесяца Сюэ Лин и Сюнь Юй давали указания маленьким командам, которые ходили в лес. Они обычно уходили вместе и возвращались вместе, и команда, отвечавшая за их базовый лагерь, уже привыкла, что они постоянно рядом, но, что удивительно, никто ничего не думал об этом.

Дело было не в том, что Сюнь Юй недостаточно старался, а в том, что Сюэ Лин вел себя слишком корректно. Его серьезное и добросовестное лицо заставляло людей чувствовать себя слишком неловко, чтобы даже догадываться о том, было ли между ними что-то или нет.

Сюнь Юй чувствовал себя таким подавленным, что его выражение лица никогда не было хорошим в это время.

Практически все время он был мрачным и недовольным. Сюэ Лин в душе посмеивался и зашел так далеко, что обеспокоенно спросил его, почему он не в духе. Может быть, потому что еда была невкусной, или лечение было недостаточно хорошим?

Как мог ответить Сюнь Юй? Сказать ли ему, что его душит неисполненное желание?

Он боялся, что Сюэ Лин в следующую секунду разорвет с ним все отношения и выгонит его из Корпуса Наемников Снежного Лиса... Когда это случится, он не только не добьется своего возлюбленного, но это даже может перерасти в противостояние между ними...

Что еще больше накручивало его, так это его личность. Сюнь Юй никогда раньше не беспокоился о том, что он зомби. Он был первым зомби, который обрел сознание после апокалипсиса, и он помнил, что с ним происходило раньше. Он обнаружил свою силу почти сразу после того, как очнулся после смерти.

Сюнь Юй воспринимал эти вещи как должное. Даже если бы его вид изменился, Сюнь Юй все равно делал бы то, что нужно для жизни, поэтому он никогда не терялся и не путался в различиях между носителями способностей и зомби. Он контролировал всех зомби, постепенно захватывая человеческие территории, и обнаружил, что на самом деле они не бессмертны.

Хотя казалось, что они были заражены и умерли от радиации, на самом деле они все еще могли использовать некоторые из тех же физиологических функций, что и люди.

Им не нужно было есть или дышать, у них не было температуры тела, но у них все еще были физиологические потребности, и кровь все еще текла в их венах. Их сердца перестали биться, но ядро стало заменой сердцу.

Они не были такими ужасными, как зомби в фильмах о зомби-апокалипсисе, просто иногда они выглядели довольно бледными. В остальное время они мало чем отличались от носителей способностей.

Сюнь Юй не считал, что в этих изменениях есть что-то плохое. Раз уж мир изменился, то нет ничего плохого в том, что изменились и люди. Так продолжалось до недавнего времени, пока один ученый при Сюнь Юе не сказал ему, что если в мире останутся одни зомби, то рано или поздно они вымрут.

Поскольку они не были похожи на тех, о ком пишут в романах, у которых продолжительность жизни увеличивалась, они умрут. Если они могли умереть, то размножение становилось проблемой, которую ученые должны были решить.

Именно тогда они обнаружили, что два зомби не могут размножаться и процветать. Это был важный вопрос, связанный с вымирание вида, поэтому они сразу же сообщили об этом Сюнь Юю.

Сюнь Юй быстро принял решение. В этом мире были не только зомби, и если зомби не могли размножаться сами по себе, то им следовало привлечь носителей способностей, чтобы попробовать. Перед тем, как обнаружить Сюэ Лина, они решили отправиться на базу Яншань, чтобы поймать группу носителей способностей.

Если бы они действительно смогли найти способ размножаться с ними, то Сюнь Юй начал бы думать о том, как сотрудничать с носителями способностей.

К сожалению, все изменилось, потому что Сюэ Лин заморозил полгорода. Тогда Сюнь Юй сказал им не делать необдуманных шагов и сам отправился в погоню, а потом погрузился в нежные сети влюбленности и уже не смог вырваться...

Это нельзя было назвать нежными объятиями романтики. В конце концов, Сюэ Лин не относился к нему иначе, чем к другим носителям способностей. Максимум, он иногда улыбался ему чуть больше, но, возможно, это было связано с тем, что он всегда держался рядом.

Сюнь Юй никогда не думал, что дойдет до того, что будет так много переживать.

Тем не менее, Сюнь Юй все еще не достиг значительного прогресса, а Сюэ Лин вообще не обращал внимания на его успехи. Он становился особенно разговорчивым, если тот больше с ним общался, но все его действия ограничивались рамками дружбы.

Как только действия Сюнь Юя становились чрезмерными и переходили границы, выражение его лица становилось странным, он становился серьезным и сразу же отдалялся от него.

Последние полмесяца Сюнь Юй провел в особом беспокойстве, и его импульс и гордость как сильнейшего человека на планете вот-вот должны были полностью улетучиться.

К счастью, возможность не заставила себя ждать. Она неожиданно появилась в определенный день.

Хотя сам Сюнь Юй совсем не хотел такой возможности.

Полмесяца было вполне достаточно, чтобы Хэ Янь и его система подготовились к реализации своего плана по запуску лавины зверо-зомби. А Сюэ Лину было достаточно времени, чтобы научить своих подчиненных, что им следует делать в случае появления зомби-зверя.

Вероятно, потому что обе стороны были готовы, прозвучала военная тревога.

Хэ Янь дал большинству сильных зомби-зверей в лесу препарат, предоставленный системой, который сводил их с ума при стимуляции, а затем решительно украл и убил детеныша зверя.

Первоначально он хотел просто украсть его, но система подсказала ему убить маленького зверька и поместить его на территорию другого зомби-зверя, что стимулировало бы весь лес.

Так их план будет более эффективным. Взвесив все за и против, Хэ Янь поступил так, как подсказывала система.

Сюэ Лин со всей серьезностью заявил маленькой лисьей системе:

"Я должен сказать, что эта система определенно является защитником сюжета, который трансмигрировал, и принадлежит к радикальной фракции. Сейчас он хочет убить меня".

Система безмолвно помахала хвостом и вынуждена была признать, что ее хозяин был одновременно мудр и умен, всегда способный найти что-то неладное там, где она не заметила.

"К сожалению, они все еще слишком наивны".

Сюэ Лин хмыкнул и встал, собираясь, чтобы все приготовились.

"Вероятно, он не ожидал столкнуться с главным героем, который специализируется на разрушении сюжета".

Система пожала плечами и сказала:

"Мы видим каждую историю с точки зрения вспомогательных ролей и мировоззрения, но сюжет, который они могут увидеть, это сюжет с точки зрения главного героя, в котором все, что делает главный герой, правильно, и нет необходимости в чем-то сомневаться. Они должны дожить до конца истории".

"Хорошо."

Сюэ Лин вышел из машины и подал Дэн Сини знак рукой.

Дэн Сини на мгновение был шокирован. Сюэ Лин сказал ей ранее, что может возникнуть непредвиденная чрезвычайная ситуация, и сказал ей приготовиться в любой момент оповестить членов команды, которые тренировались в горах. Этот сигнал рукой...

Прежде чем она успела спросить подробности, Дэн Сини подсознательно подала сигнал тревоги.

Фейерверки, которые использовались в качестве предупредительного сигнала, выстрелили в небо, и в то же время зверь-зомби заметил, что маленького детеныша зверя нигде не было видно, а запах крови был очень сильным. Он сразу же поняло, что его детеныш погиб.

Изначально у него было не так много мудрости; рев зомби-зверя разнесся по горам и потряс игроков, которые заметили сигнал тревоги, но все еще находились в тумане замешательства.

Они думали, что это просто зомби-зверь сходит с ума, но ситуация становилась все хуже и хуже, и вся гора начала трястись.

Такой прилив зверей был очень страшен, и хотя их сила значительно возросла после недавних тренировок, им все равно было очень трудно справиться с ним, поэтому члены команды спускались с горы, даже не отбиваясь от зверей.

В лагере у подножия горы уже готовились принять их, Сюэ Лин привел в порядок свои вещи и приготовился идти разбираться с этим проблемным главным героем шоу.

Сюнь Юй хотел последовать за ним, но вместо этого его отправили разбираться с двумя зомби-зверями, которые сейчас яростно сражались друг с другом.

"Эти два зомби-зверя высокого уровня и могут быть проданы по хорошей цене. Думаю, у тебя не будет проблем с ними, теперь дело за тобой~".

Сюнь Юй: "..."

Было очевидно, что это была просто отговорка, чтобы он не последовал за ним. Он еще не достиг той стадии, когда он был настолько глуп, что не мог ничего сказать.

"Кстати, если встретишь по дороге кого-нибудь из наших новичков, протяни им руку помощи. Они слишком жалкие - столкнулись с таким несчастьем, потренировавшись всего полмесяца".

Сюэ Лин напевал, направляясь прямо в горы. Похоже, он совсем не нервничал.

Сюнь Юй не был идиотом. Видя, как он заранее подготовился, он просто знал, что этот парень заранее догадался, что что-то произойдет, и была большая вероятность, что это произошло с попустительства Сюэ Лина. Хотя цель его поступка была неясна, он не убежал.

Хотя Сюэ Лин и сказал, что они разойдутся, на самом деле место их назначения было совсем рядом, потому что Хэ Янь остался наблюдать за схваткой двух зомби-зверей и ждал, когда они убьют друг друга, чтобы получить максимальную выгоду.

По пути, поднимаясь в гору, они также встретили множество людей, которые хотели лишь обнять большую ляжку и были очень рады, что встретили этих двоих. Эти люди бросали им зомби-зверей, которые бежали за ними, а затем продолжали бешено мчаться вниз с горы.

Сюэ Лин на мгновение выказал свое презрение к этим людям, а затем небрежно расправился с зомби-зверями.

По пути пальцев на руках обоих людей не хватило, чтобы сосчитать убитых ими зомби-зверей. В любом случае, они убивали всех, кого встречали. Позже небольшие команды тоже перестали убегать и последовали за ними, чтобы подобрать трупы зомби-зверей.

Если бы дело оставалось за командами, то им потребовалось бы немало времени, чтобы убить одного, но эти два бога могли спокойно расправиться с ними, и даже если им не нужны были трупы, то командам они были нужны.

Даже если им приходилось возвращать их лидеру наемников, когда они возвращались, они все равно могли попросить немного денег за свою тяжелую работу по переноске трупов.

Из-за этого процессия таинственным образом увеличилась, а зомби-звери, которые мчались вниз по склону, наконец, поняли, что что-то не так, и начали бежать обратно.

Наверху сражались безумные звери, а внизу - ненормальные люди, убивающие монстров. Как же должны были жить зомби-звери?!

Это были всего лишь мутировавшие звери, не было необходимости уничтожать их всех сразу! Неужели они не понимают значения экологического баланса?!

Вдвоем они пробились наверх и наконец увидели двух зомби-зверей, сражающихся в густом лесу. Они сражались так, словно их жизнь ничего не значила, и казалось, что они совсем обезумели.

Сюэ Лин жестом велел Юю разобраться с ними, а сам повернулся, чтобы поймать Хэ Яня.

Два зомби-зверя по силе были равны носителю способности ранга S, и должны были быть самыми сильными зомби гор Синъюэ. Они все еще находились в бешеном состоянии, поэтому их боевая мощь была на уровне SS-ранга.

Для Сюнь Юя, как зомби-императора с рангом выше SSS, справиться с ними не составило труда. Только вот борьба между ними была слишком ожесточенной, и для этого ему пришлось бы использовать дополнительные средства.

Сюэ Лину было все равно, какие средства он собирается использовать. Он развернулся и исчез в толпе. Младшие братья, которые шли позади, чтобы обнять чужое бедро, увидели, как он внезапно исчез, и не почувствовали, что что-то случилось. Они просто подумали, что их лидер был очень силен, а его способность скрываться была первоклассной.

Не было ничего странного в том, что за последние полмесяца эти люди стали поклоняться ему. Для Сюэ Лина не могло быть ничего проще. Ничто из того, что он делал сейчас, не вызывало у этой толпы удивления; наоборот, они превозносили его до небес.

"Что происходит?" - с тревогой спросил Хэ Янь свою собственную систему.

Он мог ясно видеть, как Сюэ Лин и Юнь Сюй привели большую толпу войск на гору с того места, где он находился, и эта толпа была теми людьми, которых он ожидал полностью стереть с лица земли.

"Почему они все поднялись? И все они в порядке!"

У них даже не было ран на теле! Как такое может быть! Это были зомби-звери, у которых не осталось ни капли сознания! С этими полудохлыми новобранцами с базы Яншань! Как такое возможно!

Система торжественно произнесла: "Это сделал император зомби?"

Хэ Янь понурил голову и растерянно сказал:

"Конечно! Я давно говорил тебе, что ты должен принять его во внимание. Он определенно неожиданная переменная! Ты не знаешь, каким взглядом император зомби смотрел на Чу Ханя последние полмесяца!"

"Теперь бесполезно кричать на меня!"

"Действительно бесполезно…"

Во время ссоры между ними, внезапно ворвался другой голос.

Разговоры Хэ Яня со своей системой всегда были внутренними, и никто другой не мог их услышать.

Услышав чей-то внезапный голос, система и Хэ Янь были шокированы. Хэ Янь поднял голову и увидел Чу Ханя, который улыбался ему.

Эта улыбка была темной и зловещей, и от одного взгляда на нее у Хэ Яня подкосились ноги.

Это было слишком страшно.

На лице Сюэ Лина появилась улыбка, и он открыл рот, чтобы спросить:

"Вы, два главных преступника, как долго собираетесь здесь прятаться?"

Зубы Хэ Яня стучали. Больше всего он полагался на систему в своем теле, но теперь она была раскрыта полностью. Система тоже немного нервничала, но, поскольку она была спрятана в теле Хэ Яня, она еще не осознала, что катастрофа неминуема.

Этот человек, решивший стать системой, сделал так, потому что боялся, чтобы люди из сюжета не ополчились против него.

В прошлом мире защитник сюжета несколько раз получал пощечины, не имея возможности защититься или дать отпор, поэтому в этот раз, когда он попал в относительно более хаотичный мир, он решил стать системой без тела, чтобы люди из этого мира не могли причинить ему вреда.

Только... как Чу Хань узнал о его существовании?

Система хорошо скрывалась все это время, и ее носитель не оставил никаких следов...

Хэ Янь изобразил улыбку. Хотя он не знал, почему Сюэ Лин мог видеть систему, которую он спрятал, но сейчас не стоило шутить.

"Ах... Брат Чу Хань, какое совпадение... Ты тоже здесь".

Сюэ Лин смотрел на него, скрестив руки на груди, и молчал.

Хэ Янь слабо засмеялся от смущения и сказал:

"Я принял задание, которое привело меня в горы Синъюэ, но я не ожидал встретить этих двух зверей, сражающихся друг с другом, и смог только спрятаться на некоторое время. Хорошо, что сейчас я встретил брата Чу Ханя. Ты спас мне жизнь, хахаха".

Звук его смеха был сухим и неловким, и не мог быть более фальшивым.

"О? Ты прятался здесь? Разве ты не ждешь здесь, чтобы увидеть волнение и воспользоваться ситуацией?"

"Хахаха, о чем говорит брат Чу Хань? Я не понимаю".

"Не имеет значения, если ты не понимаешь. Достаточно того, что система в твоем теле понимает".

Сюэ Лин не собиралась больше притворяться глупым дурачком и холодно посмотрел на него.

"Неужели ты думал, что никто не сможет увидеть то, что ты делаешь за кулисами?"

"Хахаха..."

Хэ Янь не знал, что сказать. Убийственная аура Сюэ Лина заставило его ноги дрожать, и ему было трудно устоять.

"Позволить им убить друг друга, а потом подождать, пока они все умрут, прежде чем вернуться? Потом ты сможешь спустить их трупы с горы и рассказать носителям способностей о том, какой великий поступок ты совершил?"

Взгляд Сюэ Лина был полон презрения, когда он смотрел на него. В этот раз он не хотел играть с этим протагонистом, а скорее хотел немедленно убить его.

Хотел пойти за своим человеком, ха-ха. Он не был каким-то ниндзя, и терпеть такое было невозможно. Но как только он вспомнил, что прямое убийство его приведет к ответной реакции со стороны мира, Сюэ Лин почувствовал, что позволить ему умереть так счастливо было бы слишком просто для него.

"Не смеши меня. С твоим нынешним уровнем мастерства никто не обратит на тебя внимания. Неужели ты действительно думаешь, что только потому, что ты спаситель мира и можешь спасти мир, тебе простят все, что ты сделаешь? Включая попытку убить всех в моем полку наемников?"

Выражение Хэ Яня уже несколько раз менялось, и в конце концов остановилось на выражении, которое говорило, что он принимает это как должное.

"Раз уж дошло до этого, то я могу тебе все рассказать".

Хотя он все еще не мог встать, он надул грудь и гордо сказал Сюэ Линю:

"Ты прав, человек перед тобой - надежда человечества, я избран системой ради спасения мира. Пока ты готов повернуть назад и работать со мной, я могу простить тебе твою прошлую небрежность".

Сюэ Лин усмехнулся и странно проговорил:

"Иногда я нахожу это действительно странным. Как ты можешь изрыгать такие самодовольные слова - я впервые вижу такого человека, как ты, с таким высоким уровнем высокомерия и самовозвеличивания".

Его улыбка была полна сарказма:

"Это можно считать приобретением опыта".

Он Янь нахмурился и сказал:

"Ты уже знаешь, что у меня есть система, и понимаешь, что я спаситель, но ты все еще говоришь со мной так. Это потому, что ты хочешь открыто выступить против всего мира? Если со мной действительно что-то случится, этим миром будут править зомби, а у носителей способностей не будет будущего. Ты действительно можешь вынести последствия этого?! Если другие люди узнают, что ты так относишься к спасителю этого мира, тебя изгонят носители способностей!"

Сюэ Лин уже было лень заботиться об этом бредовом психически больном, который жил в своем собственном мире, эгоист или что-то вроде того, иногда действительно заставлял терять аппетит. "Хватит. Хватит называть себя спасителем каждый раз, когда ты открываешь рот. Меня уже тошнит от этого слова".

Сюэ Лин шагнул вперед и поднял его за воротник, глядя ему в глаза, его взгляд был темным и холодным.

"Если спасителем мира будет такой человек, как ты, с твоим характером, то лучше бы этот мир был уничтожен. В конце концов, будущее определенно будет хуже, чем сейчас".

Скальп Хэ Яня был готов взорваться. Как только Сюэ Лин приблизился, убийственная аура просочилась в его поры и заставила его почувствовать холод во всем теле.

Хэ Янь посмотрел на пару глаз перед собой и вдруг понял, что этот человек никогда не ставил его на место. Все было именно так, как он и сказал: он был перед ним всего лишь клоуном.

И теперь он почувствовал, что нет никакой необходимости держать этого клоуна рядом, потому что он не мог развлечь его, и даже вызывал у него чувство отвращения.

Хэ Янь свернулся калачиком от страха и задрожал, когда начал говорить:

"Ты не Чу...".

Не успел он договорить, как Сюэ Лин закрыл ему рот. Хэ Янь широко раскрыл глаза, его взгляд был полон ужаса.

Ему должно было прийти в голову, что перед ним не тот Чу Хань, с которым он вырос вместе. Прежний Чу Хань, хотя и стал сильнее, никогда не вызывал у него такого чувства ужаса, как этот человек. Даже если Чу Хань разорвет с ним все отношения, он не захочет его убивать.

"Тсс."

Улыбка Сюэ Лина была нежной, настолько нежной, что испугала даже систему, которая наблюдала за ним со стороны, заставляя ее шерсть встать дыбом.

"Некоторые слова нельзя произносить просто так".

Хэ Янь был под его контролем. Он и так не мог ничего сделать, а теперь он не мог даже говорить.

"Хотя это, наверное, замечательно, что ты можешь говорить обо всем, что хочешь, но из-за твоих слов, твое будущее может быть менее интересным".

Рука Сюэ Лина нежно погладила лицо Хэ Яня. Чувство, которое он дарил другим, было демоническим, и шерсть системы так сильно взъерошилась, что она была похожа на клубок меха.

Она только чувствовала, что ее хозяин был кем-то, кого нельзя спровоцировать.

"Ты думаешь, что ты спаситель мира только потому, что в твоем теле есть система?"

Хэ Янь почувствовал, что от места его прикосновения распространяется необъяснимый холод. Его поглотил глубокий страх, заставляя его тело непрерывно дрожать, пока он безумно звал систему в своем сердце. Но на его призывы никто не отвечал.

Сюэ Лин, казалось, знал, что делает. Он негромко рассмеялся и протянул руку. В руке он держал светящийся огонек; он мерцал и сопротивлялся, но никак не мог вырваться из его рук.

"Не нужно больше кричать".

Сюэ Лин похлопал его по лицу, а затем сказал, вставая:

"Я уже удалил систему из твоего тела".

Хэ Янь был в ужасе: "Это и был твой план? Захватив тело Чу Ханя, ты все теперь хочешь лишить меня личности спасителя мира?!"

Сюэ Лину стало смешно. Его рука сжалась, и мерцающий свет вдруг начал сопротивляться. Однако это были тщетные усилия. После слабой борьбы свет исчез с кончиков его пальцев.

Сюэ Лин скривил губы и ударил Хэ Яня по ноге.

"Я вовсе не жажду твоих вещей. Они мне не нужны. Я достал их только для того, чтобы уничтожить перед тобой".

Хэ Янь тупо смотрел на все перед собой, все его тело было наполнено смятением.

Сюэ Лин шлепнул его по лицу и обратно привлек его внимание. "Поверь мне, это еще не все, что тебе предстоит испытать".

Хэ Янь проговорил в пустоту: "...Что еще ты хочешь сделать..."

"Наблюдать за твоей жизнью, в которой смерть будет равна жизни, мой спаситель мира".

Сюэ Лин погладил его по голове, поднял за воротник, а затем бросил Хэ Яня в толпу наемников, словно он был вещью.

Расстояние было небольшим, но он очень удачно бросил его прямо в толпу.

Толпа была в недоумении. Они только что наблюдали, как внешняя помощь красиво расправилась с двумя зомби-зверями, и с волнением подбежали, чтобы помочь разделить трупы.

В результате какого-то человека швырнули прямо на тело огромного зомби-зверя.

Толпа посмотрела в ту сторону, откуда прилетел человек, и только несколько человек узнали, что это был Чу Хань. Он уже был с ними, но потом отделился, расправляясь с зомби-зверями. Им стало интересно, что произошло, и тут из тела зверя выполз Хэ Янь.

Его лицо было полно ужаса, когда он посмотрел на них сзади.

Их босс стоял в том направлении с улыбкой на лице.

Они не знали почему, но все чувствовали, что в этот момент дул демонический ветер, и внезапно появился холод, заставивший многих из них втянуть шеи в плечи.

Сюнь Юй нахмурилась и посмотрела на Хэ Яня, затем повернулась к Сюэ Линю и спросил, "Это с ним ты сказал, что собираешься разобраться?"

Сюэ Лин кивнул, как будто это было само собой разумеющимся, а затем рассмеялся: "Это он убил ребенка матери-зомби, а затем поместил его на чужой территории, чтобы все зомби-звери горы взбунтовались и образовали массовое нападение".

Когда он произнес эти слова, все посмотрели на Хэ Яня с отвращением. Были и такие, кто не понимал, что происходит, и стояли с открытыми ртами и недоверием на лицах.

Хэ Янь посмотрел на Сюэ Лина и широко раскрыл глаза, желая открыть рот и осудить его за то, что он подставил его, и раскрыть тот факт, что он вовсе не Чу Хань.

Но когда он уже был готов заговорить, слова так и не прозвучали!

Хэ Янь накрыл горло руками, его лицо было испуганным.

Сюэ Лин слегка улыбнулся и сказал:

"Не можешь придумать, чем опровергнуть обвинение?"

"Жаль, что Сюнь Юй убил обоих зомби-зверей. Иначе мать с радостью разорвала бы тебя прямо здесь, как только почувствовала бы запах твоей крови".

Взгляды у людей потяжелели, когда они смотрели на Хэ Яня, и было очевидно, что они были крайне разочарованы в нем.

Спасительное сердце Хэ Яня было брошено на землю и растоптано Сюэ Лином. Его лицо было полно гнева, и он хотел обвинить Сюэ Лина в клевете и фальсификациях. Он не совершал таких поступков! Он был великим спасителем мира!

Как эти люди могли смотреть на него такими глазами? Какие у них были основания разочаровываться в нем? Поскольку все это было ради спасения мира, разве не нормально пожертвовать небольшим количеством людей ради спасения большего числа жизней? Он поведет их к светлому будущему!

Сюэ Лин, казалось, мог видеть то, что он хотел сказать, по его глазам, и он холодно рассмеялся.

"В принципе, я знаю, что ты хочешь сказать. Советую тебе держать рот на замке. Иначе я действительно могу прищемить тебе язык".

Хэ Янь знал, что этот человек действительно сделает, как он сказал. В данный момент он уже потерял систему, и кроме как пойти на компромисс, он больше ничего не мог сделать.

Это разозлило его. Его веки покраснели, а из глаз потекли слезы.

"Я не делал этого! Я не делал этого специально! Я взял на себя миссию только для того, чтобы получить тела этих двух зверей! Я рассчитывал только на то, что они убьют друг друга, чтобы завершить миссию! Я не собирался причинять вред людям на этой горе! Прилив зверей был совершенно неожиданным! Старший брат Хань, послушай меня!"

"Не называй меня старшим братом. Я не могу позволить себе этот титул от тебя, это сократит мою жизнь".

Сюэ Лин обхватил руками свою грудь и посмотрел на него.

"Сейчас не до твоих глупостей".

Хэ Янь стиснул зубы и свирепо посмотрел на него.

"Что ты хочешь со мной сделать?"

"Я не хочу ничего делать".

Сюэ Лин пожал плечами и сказал:

"Я не буду тебя убивать. Я просто сломаю одну из твоих ног и позволю тебе спуститься с горы. Что касается того, сколько ты проживешь после этого, то это твое дело".

Хэ Янь в бессилии сжал кулаки.

"Но не обижайся на меня, если ты снова будешь искать неприятностей".

Выражение лица Сюэ Лина было действительно ужасающим, когда он широко улыбнулся, и некоторые члены команды уже решили в своих сердцах, что никто и никогда не должен провоцировать их лидера.

Хэ Янь посмотрел на него, его глаза были полны ненависти. Его взгляд метался туда-сюда между Сюэ Лин и Сюнь Юем, а затем, видимо решив сжечь все пути отступления, он рассмеялся и сказал:

"Хахахахахаха, Чу Хань, не думай, что раз ты видел меня насквозь, значит, ты видел всех насквозь!"

"Что в это такого" равнодушно произнес Сюэ Лин.

"Мне не нужно видеть насквозь слишком много людей. Достаточно знать, что ты человеческая мразь~"

"Хахахаха, разве это не важно, даже если это означает, что твой враг рядом с тобой, и даже жаждал тебя все это время?"

Неизвестно о чем думал Хэ Янь, когда он указал на Сюнь Юя и продолжил,

"Ты знаешь, кто этот человек рядом с тобой? Знаешь ли ты, о чем он думает? Но ты просто позволяешь ему оставаться рядом, и даже позволил ему присоединиться к твоему наемническому корпусу!"

Сюэ Лин остановил Сюнь Юя от лишения жизни Хэ Яня и открыл рот, чтобы сказать:

"Я не знаю, но я дам тебе шанс. Давай, расскажи мне".

Конечно, он знал, но это была неплохая идея, чтобы использовать эту возможность и дать этому делу выйти на свет. Он также не хотел больше оставаться в тупике с этим человеком.

"Хань!"

Сюнь Юй был немного встревожен, когда позвал его.

"Шшш." Сюэ Лин прикоснулся пальцами к своим губам. Его улыбка была немного соблазнительной.

"Пусть он говорит. Мне очень интересна эта тема."

Никто его не останавливал, Хэ Янь смеялся все более и более безудержно.

"Ты не знаешь, верно? Так называемый внешний помощник, который ходит за тобой целыми днями, даже не является носителем способностей! Он зомби! Он даже император зомби! И он вовсе не хочет быть твоим другом! Весь день он только и думает о том, как бы подмять тебя под себя! Хахахахахаха Чу Хань! Не ожидал такого, да? Вот и настал тот день, когда сильным мужчина положил на тебя глаз! Ты никогда не ожидал этого, верно? Ты относишься к нему как к брату, а он хочет переспать с тобой!"

Выражения всех присутствующих стали странными...

Сюэ Лин усмехнулся и наклонил голову, чтобы спросить мужчину:

"То, что он сказал, правда?"

Атмосфера на поляне была очень странной. Выражение лица Хэ Яня было свирепым, а его смех диким. Увидев, что Сюнь Юй молчит, он продолжил:

"Ты не смеешь говорить, верно? Осмелишься ли ты поклясться, что у тебя действительно нет никаких других намерений по отношению к нему?"

Сюнь Юй холодно ответил:

"Я должен принести клятву, потому что тебе так хочется?"

Сюэ Лин также не беспокоился о том, что Хэ Янь принуждает его. Если Сюнь Юй будет говорить о своих эмоциональных делах в присутствии этих людей, то, вероятно, заставит его уйти, а это было бы совсем не весело.

"На самом деле, меня не так уж сильно волнуют эти вещи".

Как только он заговорил, все взгляды упали на его фигуру. Он лениво скрестил руки на груди и посмотрел на Хэ Яня.

"Ты сказал, что он - император зомби".

Он поднял подбородок в сторону Сюнь Юя и спросил:

"Почему ты так решил?"

Хэ Янь издал звук "ах", и его лицо стало выражением недоумения.

"Почему ты клевещешь на моего лучшего помощника без всякой причины, если у тебя нет доказательств?"

Хэ Янь шевелил руками и ногами и нервно жестикулировал, но обнаружил, что у него действительно нет возможности что-либо объяснить.

Между императором зомби и носителями способностей не было абсолютно никакой разницы. С уровнем силы императора, он был способен скрыть любые недочеты, на которые мог указать Хэ Янь.

"Нечего сказать?"

Сюэ Лин наклонил голову, чтобы посмотреть на его лицо, и слегка улыбнулся, сказав:

"Хорошо. Сломайте ему ногу и сбросьте с горы".

Раз уж он заговорил, то, естественно, нашлись люди, которые помогли бы ему в этом.

Сюэ Лин отвернулся.

"Вы все можете прекратить наблюдать за этим. У этого человека проблемы с мозгами, не обращайте на него внимания. В будущем, больше используйте здравый смысл при общении с другими, так как не все на нашей стороне."

Несколько человек, которые ранее привели с собой Хэ Яня, покраснели. Затем они сердито повернулись и подписались на то, чтобы сломать Хэ Яню ногу! Этот парень хотел, чтобы все они умерли здесь! Если бы не лидер и... ну, его помощник, они бы все умерли, даже не начав жить, их бы уже загрызли зомби-звери.

Сюэ Лин проигнорировал этих людей. Он повернулся и посмотрел на Сюнь Юя, у которого было странное выражение лица, скривил губы и сказал:

"Я жду, когда ты дашь мне объяснения".

И затем приготовился спускаться с горы.

Когда он проходил мимо Сюнь Юя, его поймал за руку Сюнь Юй.

"Есть некоторые вещи, которые я хочу обсудить с тобой наедине".

"Хм..."

Сюэ Лин поднял брови, затем оглянулся на толпу, которая с нетерпением ждала сплетен. Он открыл рот и негромко сказал:

"Что, ребята, вы хотите прийти и послушать?"

Толпа членов команды встретила убийственный взгляд своего внешнего помощника и молча покачала головой:

"Нет... Берегите себя, лидер, господин помощник. Увидимся позже".

Несмотря на слова Хэ Яня, они не поверили в то, что он был императором зомби, но то, что помощнику понравился их лидер, они... все могли догадаться.

Хотя они отвергли идею о том, что эти двое ухаживают друг за другом из-за того, насколько серьезным был их лидер, они не могли сказать, что Сюнь Юй не нравится их лидер. Его взгляда, которым он иногда смотрел на лидера, было достаточно, чтобы утопить людей в розовых облаках.

В принципе, любой мог понять чувства Сюнь Юя, если только он не был натуралом с низким EQ, как их лидер.

Система: Низкий EQ? Натурал? Ха-ха (-i_-｀)

Двое мужчин ушли вместе, а члены Корпуса наемников Снежного Лиса тут же начали сплетничать. Один за другим они начали спорить, сможет ли их внешняя помощь к моменту возвращения заблокировать командира полка.

Сюэ Лин сказал им сломать Хэ Яню ногу и сбросить его с горы, поэтому они действительно отрубили ему половину ноги, а затем скатили его с горы. Хотя горы Синъюэ были невысокими, у Хэ Яня оставалось всего одно дыхание после того, как он скатился к подножию горы.

Люди из корпуса наемников не обращали на него никакого внимания. Они даже не смотрели на него, бросали его там и отворачивались, оставляя его жизнь или смерть на его усмотрение.

Сюэ Лин последовал за Сюнь Юем на горную вершину.

Темнело все больше и больше, небо заволокли закатно-красные облака. Если смотреть с вершины горы, то горизонт и небо, затянутое облаками, казалось, были окрашены в красный цвет, и это было великолепно и красиво.

"Ну, что ты хочешь мне сказать? Объяснить, кто ты на самом деле?"

Сюэ Лин лениво потянулся и ухмыльнулся.

"Ты уже закончил придумывать отговорки и причины? Я не приму неуклюжую ложь".

Сюнь Юй открыл рот, а затем снова закрыл его. Его выражение лица было жестким. Спустя долгое время он сказал:

"... Нет... Я не хочу продолжать лгать тебе..."

Сюэ Лин поднял брови в некотором удивлении.

"О?"

"Я действительно император зомби".

Мужчина медленно сказал: "Я также хочу быть с тобой".

Сюэ Лин был поражен тем, что подавленная натура этого человека не помешала ему открыть рот, чтобы сказать такие слова. Он издал звук "хм", а затем стал ждать следующего предложения.

Но после долгого молчания мужчина лишь смотрел на него, сжав губы, на его лице было написано "Сюэ Лин издевается надо мной", и он был невероятно обижен.

Уголок глаза Сюэ Лина слегка дрогнул. Он сказал:

"Почему ты остановился? Тебе так мало нужно сказать?"

Мужчина покачал головой и сказал: "Нет... Я жду твоего ответа".

Сюэ Лин: "... Хорошо, какого ответа ты хочешь?"

"Я признался тебе. Ты должен дать мне ответ".

На лице Сюэ Лина появилось выражение "ты, должно быть, дразнишь меня",

"Ты признался мне? Твое признание было просто... хм?!"

"Да, мое признание в том, что я хочу быть с тобой".

Сюэ Лин: "..." Ха-ха.

"Ты должен дать мне ответ".

Сюэ Лин издал звук "ох", а затем сказал: "Я отказываюсь".

Обида на лице мужчины усилилась. Он был крайне невинен и выглядел особенно жалко.

"Почему... Я действительно очень хорош. Почему ты не хочешь рассмотреть меня как вариант? Как я уже сказал, я - император зомби, и все зомби - мои подчиненные. Если тебе нужно несколько городов, я дам тебе все города, которые ты захочешь. Если тебе нужна база для носителей способностей, я помогу вам построить базу. Если ты хочешь быть первым в мире, я проиграю тебе. Ты мне так нравишься, почему бы и мне не понравиться тебе хоть немного?"

Сюэ Лин был немного ошеломлен. Лицо мужчины было полно искренности, он выложил на всеобщее обозрение все преимущества, о которых только мог подумать, и так жалостливо спросил.

"Ты мне так нравишься. Почему я не могу понравиться тебе хоть немного?"

Эта сцена, а также красное свечение заката, коснувшееся всего на земле, заставили сердце Сюэ Лина учащенно биться. Это было так любопытно, даже если они поменялись столькими мирами, этот человек все еще мог заставить его всегда по новой влюбляться в него.

Даже если он каждый раз терял память и забывал все, что они пережили вместе в стольких мирах, его ухаживание могло заставить Сюэ Лина чувствовать себя тронутым каждый раз, могло заставить его радоваться, могло оставить его в полном эмоциональном беспорядке.

Система молча критиковала их из угла. Это должно было повториться - хозяин, вероятно, будет мягко относиться к этому человеку.

Пока мужчина говорил такие слова любви, хозяин не мог устоять и каждый раз его сердце смягчалось. Если бы мужчина действительно хотел сделать его своим прямо сейчас, он, вероятно, был бы очень рад сотрудничать.

Конечно, еще до того, как Сюэ Лин закончил свой безмолвный комментарий, он поднял руку, чтобы поднять лицо Сюнь Юя, чмокнул его в нос и поцеловал в губы.

Теперь настала очередь зомби-императора номер один в мире превратиться в безвольную грязь.

Сюнь Юй был ошеломлен на некоторое время и не мог прийти в себя. Его вдруг охватил экстаз, и он хотел пробежаться по всем горам Синъюэ, но Сюэ Лин уже отпустил его и больше не смотрел на него.

Он неуверенно посмотрел на Сюнь Юя:

"Жаль, что так получилось. Я пытался, но так и не смог определить, нравишься ты мне или нет~".

Сюнь Юй был готов полностью растаять от такого поцелуя. Даже если он еще не услышал тех слов, которые хотел услышать, на его лице все равно была довольная улыбка.

"Ничего страшного, я могу подождать. Подожди до того дня, когда я тебе понравлюсь. А до тех пор достаточно, если ты позволишь мне оставаться рядом с тобой".

Сюэ Лин посмотрел на него и задумчиво проговорил: "Остаться рядом со мной? Разве ты не император зомби? Почему ты думаешь, что я буду держать зомби рядом с собой?"

"Может быть..."

Должно быть, он ломал голову над этой проблемой. Сюнь Юй на некоторое время замялся, прежде чем произнести фразу.

"Потому что ты знаешь, что я не причиню тебе вреда и не сделаю ничего плохого окружающим тебя людям?"

Сюэ Лин не мог не рассмеяться над его вкрадчивым тоном. В его глазах этот человек был очень милым, и от такого вида, когда он говорил от чистого сердца, ему захотелось поцеловать его.

Он поступил так, как хотел. Сюэ Лин не поскупился и поцеловал Сюнь Юя. Наклонившись, он снова поцеловал мужчину в губы и, опомнившись, с усмешкой сказал:

"Я очень доволен этим ответом. Это была награда".

Император зомби прикрыл ту часть лица, которую только что поцеловал, и только спустя некоторое время понял, что, похоже, этот человек им воспользовался.

Отношение Сюэ Лина действительно было слишком непредсказуемым. Именно поэтому Сюнь Юй до сегодняшнего дня не решался говорить с ним начистоту и все скрывал. Его намерения было слишком сложно угадать, и у Сюнь Юй всегда было ощущение, что он в любую минуту может исчезнуть из поля зрения и уйти.

Чем больше так было, тем больше ему хотелось сблизиться с ним, и чем больше он сближался, тем меньше решался рассказать Сюэ Линю о своих мыслях.

Это был тупик. Прожив столько лет, император зомби впервые понял, что такие вещи, как любовь, действительно могут заставить человека растеряться и не знать, что делать.

Система: Да ладно, просто хозяин умеет напустить туман и его особенно трудно вычислить.

Они вдвоем спустились с горы, и выражения их лиц не сильно изменились. Толпа не могла понять, что между ними происходит, но по внешнему виду Сюнь Юя они догадались, что ему не удалось уговорить их лидера.

Несколько человек один за другим подходили к бедному помощнику и похлопывали его по плечу, надеясь, что ему станет легче.

На самом деле Сюнь Юй не чувствовал себя плохо. В конце концов, для него это уже был прорыв. Всегда было лучше прояснить ситуацию, чем переживать обо всем, но не иметь возможности говорить об этом.

По крайней мере, ему больше не нужно было беспокоиться о реакции Сюэ Лина, когда он однажды узнает, что он император зомби.

Минутку. А как на это отреагировал Сюэ Лин?

Похоже, ему нечего было сказать по этому поводу, и он принял это естественным образом.

Возможно, это была просто вспышка вдохновения, но Сюнь Юй открыл для себя некоторые истины, которые он раньше игнорировал.

Как ни посмотри, информация о его личности была не из тех, которые можно объяснить одним-двумя предложениями... Если Сюэ Лин проявил такое безразличие, то если это не потому, что ему действительно было все равно, то потому, что он давно знал...

Поздно ночью император зомби, чей мозг наконец-то начал правильно работать, вошел в трейлер Сюэ Лина по покровом ночи.

Поскольку Чу Хань был боссом, то жил в отдельном трейлере. В трейлере стояла кровать на одного человека, и молодой человек, свернувшись клубком, лежал на кровати.

Сердца у него уже не было, но Сюнь Юй все равно почувствовал, что его сердцебиение изменилось, когда он увидел эту сцену. У него даже не было температуры тела, но сейчас он почувствовал, что его щеки покраснели, а температура тела поднималась по прямой, как будто он хотел сжечь себя.

Этот человек был очень бдителен, и если бы кто-то ступил на его территорию посреди ночи, он бы точно убил его и вышвырнул вон. Однако он совершенно не замечал приближения Сюнь Юя и крепко спал.

Система тоже спала, но этот пронизывающий до костей холод заставил ее проснуться, и она тревожно схватилась за свой хвост. Хотя Сюнь Юй не мог ее видеть, система все еще не осмеливалась издать ни звука.

Если бы у нее хватило смелости помешать задумке этого человека, то этот человек вполне мог содрать с нее весь мех, когда они вернутся в пространство системы.

Для системы, которая уже долгое время была лисой, это было действительно слишком жестоко.

О... С тех пор, как она приняла эту пару собакоподобных мальчишек, в этом мире не произошло ничего такого, из-за чего стоило бы радоваться.

На лице Сюэ Лина проступили следы редко встречающегося ребячества, когда он спит. Его брови были сглажены, и когда пара убийственных глаз была закрыта, его лицо было немного менее очаровательным. Это заставило все сердце Сюнь Юя смягчиться.

Он сел рядом с кроватью и осторожно обвел в темноте брови Сюэ Лина, протянув руку, чтобы коснуться его нежными кончиками пальцев.

Кончики его пальцев скользили по лбу, бровям, по вздернутому носу и к слегка приоткрытым губам. Горячий воздух от его дыхания вырвался меж губ, неся с собой немного влаги, и он поймал руку Сюнь Юя.

У него не было температуры тела, но он использовал свои способности, чтобы придать ему такую же температуру тела, как и у носителей способностей. Тем не менее, все его тело было холоднее, чем у обычных людей.

В этот момент он почувствовал, что кончики его пальцев немного теплые, а также слегка влажные.

Мягкие губы потерлись о подушечки его пальцев, а горячий влажный кончик языка лизнул чувствительную кожу пальцев. Человек на кровати открыл свои лисьи глаза и посмотрел прямо на него.

В этот момент Сюнь Юй почувствовал, что все его тело вот-вот взорвется.

Мужчина на кровати смотрел на него, наклонив голову, а его красивые губы были чувственно приоткрыты, как будто прося поцелуя.

"Я..."

Сюнь Юй открыл рот и снова закрыл его.

Сюэ Лин поцеловал кончики его пальцев, прежде чем он смог отнять их обратно, а его улыбка была способна повергнуть весь мир в хаос.

"Итак, ты пришел забраться в мою постель посреди ночи?"

В голове у Сюнь Юя был творился полнейший хаос. Молодой человек, который днем был серьезным и воздержанным, и нынешний юноша, чьи губы были приоткрыты и явно соблазняли его, медленно соединялись в один образ.

Мозг императора зомби, который перестал работать с того момента, как он встретил этого юношу, наконец, пришел к выводу, который он постоянно игнорировал раньше.

Несмотря на то, что этот юноша всегда выглядел как серьезный и праведный молодой человек, на самом деле его действия часто были очень провокационными. Много раз это заставляло его сердце трепетать от возбуждения, но он ничего не мог с этим поделать.

Раньше он был в затруднительном положении. Теперь, оглядываясь назад, можно сказать, что этот человек всегда немного дразнил его: иногда он садился ближе, иногда случайно проводил кончиками пальцев по его руке, а чаще всего вступал с ним в, словно бы, случайный физический контакт.

Каждый раз он как будто посылал ему сообщение: "Я буду ждать тебя ночью в постели", но несравненно чистый император зомби совершенно не замечал этого. И только сейчас, столкнувшись с этой влекущей его красотой, его мозг окончательно прояснился.

"Когда я начал тебе нравиться?" - хрипло спросил он молодого человека в постели.

Молодой человек моргнул глазами, лукаво улыбнулся, показав свои белые зубы, и облизал губы кончиком языка. Его улыбка была способна свести человека с ума, и она заставила и без того беспокойное тело мужчины восстать и налиться нетерпеливой силой.

Четко очерченная рука Сюэ Лина скользнула по одеялу и опустилась на тело Сюнь Юя. Два его пальца образовали пару ног, которые затем медленно поднялись по руке.

Это действие было явно очень провокационным. Он не знал, была ли это иллюзия, но Сюнь Юй всегда чувствовал, что у него действительно есть сердце, и звук его биения отдавался в барабанных перепонках.

"Догадался?"

Он редко бывал настолько проницательным, что даже смог найти дорогу к его кровати посреди ночи. Сюэ Лин чувствовал, что это стоит вознаградить. Ему было интересно, сколько времени пройдет, прежде чем этот человек поймет, что он постоянно соблазнял его.

"Когда мы впервые встретились?"

Мужчина догадался, что это был самый ранний случай. В любом случае, эти двое были знакомы недолго, и он смог бы угадать правильно, если бы начал с этого момента.

К сожалению, несмотря на то, что он привел все возможные временные точки, человек, наблюдавший за ним с кровати, прислонившись головой к подушке, ни разу не кивнул своей благородной головой.

"Почему ты никогда не думал о том, что, возможно, ты мне нравишься с давних пор?"

Сюнь Юй покачал головой и сказал:

"Я совершенно уверен, что не знал тебя до апокалипсиса".

"О? Почему? Почему не может быть такого, что мы могли встретиться всего один раз?"

"Потому что, раз уж я увидел тебя однажды, даже если это был только твой профиль, или даже если мы просто прошли мимо друг друга, я бы заметил, а потом искал твою фигуру, нашел тебя и влюбился в тебя".

Сюнь Юй взял Сюэ Лина за руку и поцеловал тыльную сторону его ладони.

"Даже если бы я всего лишь почувствовал твой запах, я все равно смог бы найти тебя".

Система молча спрыгнула со стола, чувствуя, что дальше произойдет что-то неописуемое. Лучше ей прямо сейчас выйти на улицу и насладиться холодным ветром.

Сюэ Лин рассмеялся. "Ты что, собака?"

"Нет."

Сюнь Юй покачал головой:

"Это причина, почему я отправился на базу Яншань, чтобы найти тебя, потому что я почувствовал твой запах в том городе. Голос в моей голове говорил мне следовать за этим запахом, чтобы не упустить самое ценное сокровище в моей жизни."

Сердце Сюэ Лина снова смягчилось от невыносимых слов признания этого человека.

Он жестом попросил мужчину наклониться, а затем обхватил его шею обеими руками. Он усмехнулся и спросил:

"Почему я не мог полюбить тебя в прошлой жизни, а затем последовать за тобой в эту жизнь?"

Лицо мужчины тут же стало серьезным.

"Кто тебе больше нравится, я из твоей прошлой жизни или я в этой жизни?"

Сюэ Лин сдержал улыбку, обнял голову мужчины и несколько раз поцеловал его, прежде чем удовлетворенно сказать:

"Ты мне нравишься больше всех. Мой фааааааааворит - это ты! Неважно, человек ты или зомби, или животное, пока это ты, я буду влюблен в тебя".

Уши мужчины покраснели со скоростью, видимой невооруженным глазом.

Сюэ Лин нашел это довольно забавным, потому что его чрезвычайно провокационные действия не заставили уши мужчины покраснеть, но дразня его таким образом, он вынудил его дымиться.

Сюэ Лина притянули к себе. Хотя они оба были высокими и крепкими, на кровати, как по волшебству, оставалось свободное пространство. Когда они сплели свои руки и ноги, неожиданно тесно прижавшись друг к другу, в единую форму, не осталось ни малейшего зазора.

"Почему тебе вдруг пришло в голову забраться в мою постель посреди ночи?"

Сюэ Лин поднял голову и посмотрел на него. Казалось, не было необходимости много говорить друг другу о своих чувствах. Когда они разговаривали и смеялись вместе, когда их взгляды встречались, этого было достаточно, чтобы понять, какое место они занимают в сердце друг друга.

Хотя это было очень странно, и они знали друг друга не больше месяца, или, точнее говоря, они еще многого не знали друг о друге, тем не менее, это чувство было совсем не слабым, а довольно сильным и пьянящим.

"Может быть, именно потому, что ты дал мне столько намеков, я наконец-то понял, действительно ли у тебя нет ко мне чувств или ты просто специально разыгрываешь меня".

"Разыгрываю тебя".

Сюэ Лин моргнул и почувствовал, что эта фраза была действительно неплохой.

"Тогда тебе нужно разыграть меня в ответ?"

"Нет нужды в уловках".

Сюнь опустил взгляд, его пальцы скользили по талии и вниз, его движения были смелыми.

"Мне просто нужна небольшая компенсация".

Сюэ Лин поднял брови, но не остановил руку, снимавшую его собственную одежду. Он лишь с любопытством спросил мужчину:

"Кто научил тебя, что после признания нужно затащить другого человека в постель?"

Подобные действия, лишенные моральной чистоты, определенно не были привычкой его мужчины. Кто-то определенно должен был развратить его.

"Мои подчиненные".

Поцелуй Сюнь Юя был похож на каплю дождя, упавшую на его тело, ни сильный, ни легкий.

"Они сказали, что раз чувства уже взаимно выражены друг другу, то из сырого риса нужно сделать вареное. Неприготовленная утка может улететь".

Сюэ Лин выгнул шею дугой и позволил собеседнику целовать ее так, как ему хотелось. Он сузил глаза и со смехом сказал:

"В следующий раз ты должен представить мне своих людей".

Хотя он не знал, почему ему вдруг стало немного зябко, Сюнь Юй все еще продолжал концентрироваться на своем великом начинании.

Другая сторона вовсе не отказала ему. Любой, кто попытался бы в этот момент быть джентльменом, был бы дураком.

Система, проводя время на улице, в одиночестве обмахивалась хвостом.

Вынужденная выйти из трейлера только для того, чтобы ее обдувал холодный ветер посреди ночи, как сейчас,  она чувствовала, что ее жизнь как системы очень трагична.

В комнате витала весна. Сюэ Лин не стал останавливать Сюнь Юя, поэтому повелитель зомби-император последовал своему инстинкту, пришедшему неизвестно откуда, и успешно завершил полный курс ознакомления с телом.

Затем, в середине ночи, император зомби, который попытался повторить успешный опыт, был изгнан Сюэ Лином из трейлера.

Когда его выгнали, Сюэ Лин сказал:

"Завтра мы отправляемся домой. Кроме того, пока мне не удалось успешно продвинуть сотрудничество между носителями способностей и зомби, информация о наших отношениях должна держаться в секрете."

Сюнь Юй чувствовал, что его использовали и выбросили. Это было довольно жалко.

Ситуация в этом мире отличалась от тех прошлых миров. Огромная власть человека была мало полезна для Сюэ Лина. Кроме как помочь ему немного изменить сюжет, он мог использовать его только для нападения на базы носителей способностей, чтобы Сюэ Лин мог заставить лидеров этих баз, которые все еще были заняты борьбой за власть и прибыль в течение всего дня, ясно увидеть текущую ситуацию.

Корпусу наемников Снежного Лиса понадобился месяц, чтобы прославиться на весь материк. Это произошло потому, что они притащили двух самых сильных зомби-зверей с горы Синъюэ, а затем и всех зомби-зверей с гор. Этого было достаточно, чтобы об их репутации узнали во всем мире.

Целая гора зомби-зверей. Неважно, какой метод они использовали, этого было достаточно, чтобы доказать свою силу. Из-за этого все больше и больше носителей способностей бежали к ним, чтобы присоединиться.

Сюэ Лин выполнил свое обещание. Большинство из тех, кто последовал за ним и прошел начальное обучение, в итоге стали правителями своих областей. Весь корпус наемников разросся, и сфера их контроля расширилась во всех аспектах.

Вскоре база Яншань была полностью под их контролем, а имя Чу Ханя распространилось на еще большее количество баз носителей способностей.

Корпус Наемников Снежного Лиса никогда не менял своего названия. Хотя они уже были крупной базой и постепенно начали полностью контролировать целый регион, людям на самом верху нравилось название Корпус Наемников Снежного Лиса, поэтому название осталось прежним.

Информация о Чу Хане становилась известна все большему количеству людей. Три его способности и даже внешний помощник, который мог использовать все способности, были темой, которая постоянно обсуждалась людьми в мире, но, к сожалению, ни у кого не хватало сил заставить Чу Ханя показать все три его способности.

Силы, которым он бросал вызов, никогда не могли продержаться более трех проходов, прежде чем были побеждены, и никогда не было никаких сюрпризов.

Корпус наемников Снежного Лиса быстро расширялся, и теперь некоторые из их предложений и мыслей также начали циркулировать среди альянса носителей способностей.

Например, теперь было доказано, что носители способностей не могут размножаться между собой.

Носители способностей долгое время колебались по этому поводу. Даже если бы они сейчас правили миром, разве отсутствие потомства не означало бы, что у них нет будущего? Многие люди начали беспокоиться о стране, народе и своем будущем и проводили дни, морща лоб и размышляя над вопросом, как создать новую жизнь.

"Император, ты действительно не хочешь попробовать с императрицей?"

Зомби королевского ранга спросил об этом Сюнь Юя, узнав от подчиненного о результатах их экспериментов.

"Таким образом, у нас быстро появится маленький принц".

Сюнь Юй подпер щеку рукой. На девятый день отсутствия Сюэ Лина он демонстрировал, как много думает о нем и как сильно скучает по нему.

Он лениво посмотрел на отчеты об экспериментах и данные, которые предоставили эксперты.

"Он не хочет".

Его нынешний статус в их отношениях даже не был признан. Хочет детей? Хах.

"Но только у вас с императрицей сейчас официальные отношения..."

Королевский зомби был немного расстроен, когда говорил это.

Королевский зомби, стоявший сбоку, усмехнулся.

"Если императрица услышит, что ты говоришь что-то подобное, он может просто пойти и свести тебя с некоторыми носителями способностей, и найти тебе несколько потенциальных партнеров."

Хотя Сюэ Лин подчеркнул, что его отношения с Сюнь Юем не могут быть раскрыты, пока зомби и носители способностей не согласятся сотрудничать, все равно было много людей, которые знали об их романе.

Среди них были и те, кого Сюнь Юй перепоручил Сюэ Линю из своего штата, чтобы помочь корпусу Снежного Лиса, так как Сюэ Линю не хватало людей. Эти люди были быстро приняты членами наемной группы благодаря своему легкому характеру и исключительной способности доводить дело до конца.

Кроме того, именно эти люди особенно хорошо понимали, кто носит брюки в отношениях между императором и императрицей.

Хотя их император был мудрым и могущественным, славным и необычным, он был никем перед своей императрицей, избалованной другой стороной настолько, что Сюэ Лин практически был божеством императора зомби.

Точно так же и чувства императрицы к своему императору были очень искренними.

Возможно, потому что их часто заставляли наблюдать за неистовыми проявлениями привязанности, эти зомби были особенно рады признанию статуса и личности Сюэ Лина.

Ну, они также не могли победить Сюэ Лина в драке. Не было необходимости говорить о том, что они не имели права вмешиваться в отношения между ними.

"Кстати говоря, вы, ребята, так долго здесь находитесь. Почему бы парочке из вас не начать увиваться за кем-то  из людей императрицы?"

Ученый постукивал пальцем по своему отчету и рассматривал группу одиночных зомби перед собой.

"Поторопитесь и найдите одного сейчас - чем раньше вы его найдете, тем раньше родятся ваши дети".

После долгих технических исследований эксперты Сюнь Юя пришли к выводу, что носители способностей и зомби могут объединяться для создания потомства. Клетки двух рас успешно слились, что привело к оплодотворению. Дети могли расти без проблем, а после рождения они становились людьми нового типа.

Эти дети обладали характеристиками как зомби, так и носителей способностей, и стали новым типом людей, населяющих этот мир в будущем.

Это было величайшее изменение, которое апокалипсис принес миру и человечеству. Это также была новая надежда.

Вот только некоторые люди не могли этого понять.

В этот момент за пределами базы Яншань стоял человек с костылем в руках, его лицо было покрыто тенью. Если бы внешность могла убивать, то все жители города уже были бы убиты.

"Молодой мастер Хэ, вы действительно можете найти доказательства того, что Чу Хань вступил в сговор с зомби для проведения незаконных экспериментов и подверг опасности носителей способностей?"

Мужчина в костюме и кожаных ботинках протянул руку, чтобы поднять очки, открыл рот и спросил Хэ Яня, лицо которого было наполнено ядовитым намерением.

Хэ Янь холодно взглянул на него и сказал ледяным тоном:

"Вам нужно только подождать, чтобы собрать доказательства".

"Тогда я буду ждать хороших новостей от молодого господина Хэ".

База Яншань полностью отличалась от той, что была до его отъезда. Хэ Янь успешно прошел через процесс проверки и обнаружил, что все больше не выглядело так, как раньше.

Здания стали организованными, дороги были четко разделены между пешеходами и машинами, а количество людей, выходящих и входящих в город, значительно увеличилось. Также было заметно, что вооружение и сила жителей города заметно улучшились.

Хэ Янь уже бывал в городе, поэтому знал, насколько скудными были запасы продовольствия. Многие из слабых носителей способностей могли только свернуться калачиком и спать на улице в этом городе. У них не было достаточно одежды, чтобы согреться, и никогда не было достаточно еды.

Если посмотреть на этот город сейчас, то он практически ничем не отличался от тех больших городов, которые были до апокалипсиса. Им нечего было бояться, и все были защищены, выходя на улицы, потому что теперь здесь были правила, был порядок, и никто не смел преступать закон.

И все эти перемены произошли потому, что Сюэ Лин поставил здесь печать своей опеки. Если только он захочет, то сможет полностью изменить это место.

Хэ Янь огляделся вокруг, пряча обиду в глазах.

Он уже потерял ногу. Какое право имел Чу Хань управлять таким местом?

Чу Хань разрушил его жизнь. Что давало ему право жить счастливо?

Хотя он заключил соглашение с большим человеком и пообещал, что сможет получить доказательства сотрудничества Чу Ханя с зомби, чтобы тот мог прижать Чу Ханя, на самом деле у него не было возможности схватить Чу Ханя за его лисий хвост. Он согласился на эту сделку с этим человеком только для того, чтобы получить право вернуться сюда.

После того, как он потерял ногу, он скатился в реку и его снесло вниз по течению, прежде чем его подобрали. Поскольку его древесная способность была связана с жизнью и ростом, он смог продержаться до последнего вздоха и не умереть, но его тело становилось все хуже и хуже.

В молодости у него уже была голова, полная седых волос, отсутствующая нога и лицо, которое постепенно искажалось от обиды. Если бы не тот факт, что этот человек увидел в нем перспективного шпиона, его секретарь не оказал бы ему чести называть его молодым господином.

Его жизнь была основательно разрушена. Теперь он должен был заставить Чу Ханя вкусить те страдания, через которые он прошел, даже если это будет означать его жизнь.

В течение этого долгого периода времени, он не делал ничего другого, кроме как усовершенствовал уникальный яд, найденный в зомби, до его пика. Стоило проглотить хотя бы малейшую каплю, как человек умирал. Даже если он не умрет, то превратится в зомби.

Что за человек был Чу Хань? Он был известным, знаменитым лидером Корпуса Наемников Снежного Лиса. Если бы такой человек стал зомби, то все базы носителей способностей собрались бы вместе, чтобы напасть на него.

Хэ Янь не просил многого. Пока вторая половина жизни Чу Ханя не прошла гладко, он мог спокойно умереть.

Сюэ Лин не знал, что главный герой "шоу" пришел с такими намерениями на базу Яншань. В данный момент он находился недалеко от базы и возвращался обратно, так как последние несколько дней пробыл в командировке.

Во время этой поездки он обсудил несколько предложений с руководителями нескольких крупных баз носителей способностей. В итоге они пришли к единому решению: если результаты их расследований покажут, что следующее поколение появится только в том случае, если зомби и носители способностей объединятся, то носители способностей предпочтут сотрудничать с зомби.

Конечно, оставалось еще много вопросов, которые требовали обсуждения. Сюэ Лин в общих чертах рассказал им, что на базе Яншань есть зомби, но представители носителей способностей из разных областей не высказали никаких мнений по этому поводу.

Они уже несколько раз общались с Сюэ Лином, и им было ясно, насколько силен боевой потенциал этого человека. Даже если несколько крупных баз соберутся вместе, чтобы атаковать, им все равно придется несладко, если они доберутся до Сюэ Лина.

Кроме того, информация, присланная шпионами, которых они подослали за последние годы, говорила о том, что внешняя помощь была аномально сильной. Если они не были психически больны, то никто из них не решился бы выступить против него.

Эти двое потенциально обладали сверхспособностями ранга SSS, и для них не составило бы труда уничтожить весь мир, если бы они захотели.

Им не терпелось угодить этим людям, обладающим сверхоружием. Как они могли пойти против их? Никто, кто мог достичь их нынешнего положения, это и дураку понятно. Если они могли выбирать между началом борьбы или сохранением статус-кво и развитием, чтобы выжить в этом так называемом "конце света", каждый знал, что делать.

Как только Сюэ Лин вошел в город, система передала ему прямую трансляцию фигуры главного героя Хэ Яня.

Прошло уже два года. Поглотив энергию защитника сюжета, система обновилась. Хотя она все еще была напугана, теперь она осмелилась напрямую встретиться с Сюнь Юем.

В течение этого времени Сюэ Лин был слишком занят изменением ситуации в мире, чтобы обращать на нее внимание, и она начала чувствовать себя одинокой и покинутой. Теперь, когда представилась редкая возможность, ей не терпелось показать себя.

Сюэ Лин был удивлен переменами в главном герое, но в основном он просто хотел знать, почему ему пришлось вернуться, чтобы искать смерть.

О его развитии за последние два года знали все. То, что главный герой Хэ Янь осмелился вернуться при таких обстоятельствах, заслуживало уважения.

Сюэ Лин с любопытством спросил систему:

"Неужели у главного героя на этот раз действительно нет проблем с мозгом? Почему он так настойчиво хочет разобраться со мной, даже в ситуации, когда знает, что победить невозможно?"

"Наверное, потому что он дешевка" - сделала анализ система.

Сюэ Лин: "...Кажется, так оно и есть".

"Главный герой этого мира - невротический фанатик".

Система провела серьезный анализ.

"Именно потому, что в этих мирах есть эти ненормальные, самодовольные люди, считающие себя лучше других, нам нужно изменить их судьбу и сделать так, чтобы они больше не были в фаворе. Кроме того, мир не будет похоронен вместе с ними из-за их проклятого ореола".

"Отлично. К сожалению, я не могу убить его лично". Сюэ Лин надулся и спросил, "Что он задумал сделать?"

"Хотя хозяин не просил об этом, я все равно следила за главным героем. Похоже, он изучал яд последние несколько лет и должен попытаться отравить тебя. Есть восемьдесят процентов вероятности, что это яд для зомби, который превратит вас в зомби или что-то в этом роде".

"Да ладно, я целыми днями в постели с императором зомби и ни разу не был отравлен".

Система: "Хозяин, мы можем вести дискуссию?"

"Хм?"

"В следующий раз, когда мы будем говорить о надлежащих делах, не мог бы ты не поднимать такие бесстыдные темы с таким серьезным лицом?"

"Я думал, ты уже привыкнешь к этому после того, как так часто подсматривала за углом".

Система: "..."

Есть ли у бедной система право не подвергаться притеснению и давлению со стороны этих влюбленных собак? Почему мир всегда был так жесток к ней? А ее хозяин был таким бесчувственным, неразумным и любил доставлять неприятности.

"Нет, я никогда к этому не привыкала и не хочу привыкать".

Система постаралась сделать свой голос серьезным, а не жалким.

"Хорошо."

Сюэ Лин был готов пойти на компромисс с системой в определенных случаях.

После обсуждения они отправились в штаб-квартиру Корпуса Наемников Снежного Лиса. Другие люди пошли вперед, чтобы разобраться с информацией, полученной в этой командировке. Дэн Сини не задержалась ни на секунду, сразу же после их прибытия отправившись заниматься приготовлениями. Очень быстро Сюэ Лин оказался совершенно один на дороге.

Причина этого была в том, что наверху здания рядом стоял какой-то человек и пристально смотрел на него. Хотя их разделяло более десяти этажей, холодный воздух, исходивший от него, все равно ощущался.

Люди, которые следили за Сюэ Лином, были хорошо осведомлены о взаимоотношениях между ними. Хотя они не могли говорить об этом, они могли постараться сделать все возможное, чтобы не обидеть этого человека, и тихо уйти.

Сюэ Лин поднял голову и встретился взглядом с человеком, смотревшим вниз. Благодаря его отличному зрению, расстояние между этажами было для него пустяком, и он мог ясно видеть выражение лица мужчины.

Хм... Похоже, он был не очень счастлив?

Сюэ Лин, скривив губы, поднял голову, чтобы одарить мужчину великолепной улыбкой.

Глаза мужчины потемнели, и он отвернулся от перил.

Сюэ Лин потянулся и подумал про себя, что ему, вероятно, предстоит раунд энергичных упражнений.

Конечно, только к вечеру следующего дня у него появилось время встать с постели и посмотреть на отчет, который Сюнь Юй положил у изголовья.

О... Прочитав его, он понял, что имел в виду тот парень прошлой ночью, когда сказал, что будет делать его до тех пор, пока он не забеременеет. Хотя это было сказано в шутку, Сюэ Лин понял, что ему нужно еще раз подчеркнуть, что в этих мирах нельзя оставлять никаких следов.

В конце концов, независимо от того, какой это был мир, они были лишь прохожими в жизни этих миров. Сюэ Лин уже привык к такой трансмиграционной жизни, и он даже начал глубоко задумываться о том, что делать в будущем, когда у него больше не будет задачи собирать хвосты.

Система: "..." Ты действительно относишься к этому как к игре!

Сюэ Лин и система обсуждали, играет ли он в игры, и он наконец поднял руку и торжественно поклялся, что никогда не относился к этому как к игре, а всегда серьезно выполнял задания.

Система показала, что она не дура.

После долгих препирательств Сюнь Юй наконец открыл дверь и вошел.

Он не удивился, увидев Сюэ Лина, читающую отчет после пробуждения. Сюнь Юй открыл дверцу шкафа и стал помогать своему возлюбленному подбирать одежду на день, а потом сказал:

"Доказано, что это осуществимо. Пока что ты можешь объявить об этом в небольшом масштабе и набрать несколько добровольцев."

Сюэ Лин уже давно пытался сделать сосуществование зомби и носителей способностей более приемлемым, поручив некоторым своим подчиненным жить вместе с зомби в течение определенного времени в качестве эксперимента, чтобы они могли убедиться, есть ли между ними разница.

В настоящее время эти люди все еще жили вместе с зомби, и это было очень гармонично и приятно; не было никакого насилия, и многие люди говорили, что им нужно было вступить в контакт и узнать друг друга, чтобы понять, что на самом деле между ними и зомби нет большой разницы.

То, что могли делать они, могли делать и зомби, и они также могли контролировать свое желание плоти и крови и удовлетворять свои потребности, поедая пищу. Они также могли поглощать ядра зомби-зверей и были одинаково недовольны зомби-зверями, которые проявляли характеристики как зомби, так и носителей способностей.

Из-за этих общих черт эта группа людей теперь в основном выступала за мирное сосуществование между носителями способностей и зомби. Теперь, когда появились результаты исследования, он полагал, что они будут заинтересованы в том, чтобы попробовать, став первой парой в новом мире, у которой будут дети.

"Хорошо."

Сюэ Лин перевернул страницу отчета и с любопытством спросил:

"Кстати говоря, кто будет родителями этого успешного эмбриона?"

"Я не знаю. На него претендует довольно много людей".

Разложив одежду для Сюэ Лин, Сюнь Юй старательно выкопал своего возлюбленного из гнезда одеяла. Он обнял его лицо и поцеловал в лоб.

"Малыш, тебе действительно нужно лежать здесь и не двигаться?"

"Талия болит. И мне лень двигаться. К тому же, сегодня ничего не нужно делать".

Сюэ Лин пробормотал и сказал:

"Разве я не отвечаю только за фасад организации? Все остальное было возложено на тебя и твоих подчиненных. Почему я не могу просто лежать в постели?"

Сюнь Юй знал, что он сделал или не сделал вчера, поэтому он был уверен, что, исходя из способностей его возлюбленного, он никак не мог встать с кровати из-за боли в пояснице - он просто ленился.

"Хорошо, если ты не хочешь работать, тогда не работай".

Несмотря на это, Сюнь Юй все же раздел Сюэ Лина догола и помог ему переодеться в новую одежду.

Эта серия действий была вознаграждена поцелуем от человека на кровати. Сунь Юй чувствовал себя довольно беспомощно. Хотя этот человек был таким сейчас потому, что он его баловал, по какой-то причине каждый раз, когда его обнимали и целовали вот так, он чувствовал себя любимым животным, находящимся под опекой этого человека. Он был готов дать ему все, кроме официального статуса.

Словно поняв его настроение, Сюэ Лин прижался к нему, позволяя ему утащить себя, пока он шел, уговаривая:

"Малыш, не волнуйся. Я смогу разорвать отношения с тем, что дома, и публично объявить о наших отношениях".

Сюнь Юй: "...С тем, что дома?"

Сюэ Лин протянул руку и ущипнул его за лицо, сказав довольно мрачно:

"Почему ты не можешь подыграть?"

Сюнь Юй спокойно сказал: "Даже если мы играем в ролевые игры, внутри дома может быть только один человек".

"Хорошо."

Сюэ Лин надулся и снова поцеловал Сюнь Юя, после чего оживленно сказал:

"Детка, не волнуйся, через несколько дней я смогу выйти за тебя замуж и привести тебя домой открыто и честно!"

Сюнь Юй издала звук "эн", что можно было расценить как ответ.

Сюэ Лин был несколько недоволен и выдохнул горячий воздух ему на ухо. Он сказал двусмысленно:

"Малыш, разве ты не собираешься наградить меня, услышав такие хорошие новости?"

Сюнь Юй слегка наклонил голову и посмотрел на него глубоким, спокойным взглядом.

"Ты уверен, что хочешь остаться в доме на следующую неделю?"

Сюэ Лин задумался на мгновение и сказал:

"Забудь, я попрошу тебя о вознаграждении, когда мы поженимся".

Движения Сюнь Юя, которые первоначально привели их наружу, остановились. Он обнял державшегося за него человека, повернулся и пошел обратно в их комнату.

Он хотел отпустить его, но этот человек настаивал на том, чтобы соблазнить его. В таком случае его нельзя было винить за то, что он погубил его в постели.

Как только дверь закрылась, единственное, что могла слышать система, добровольно оставшаяся снаружи, - это мольбы хозяина о помощи.

Фразы вроде:

"Ты же обещал не перегибать палку!"

"Аххххх, это были новые брюки!"

"Давай обсудим это. Можем ли мы закончить после этого раза?"

"Ву-ву-ву, выпусти меня! Я хочу работать!"

Система: Если кто-то целенаправленно ищет неприятности, он всегда их найдет.

К тому времени, когда Сюэ Лин снова появился перед всеми, прошло три дня после его возвращения из командировки. Все задания, которые он должен был раздать, были в основном выполнены. Когда кто-нибудь видел его, его улыбка всегда была особенно красноречива.

К счастью, Сюэ Лин был толстокожим. Несмотря на то, что все это замечали, он мог спокойно делать то, что ему было нужно.

Возможно, именно потому, что на его лице было написано "вы смотрите свысока на влюбленных?", люди, развлекавшиеся за его счет, не решились сделать это во второй раз. Один или два из них переглянулись, затем сдержали смех и прошли мимо него.

Дэн Сини дольше всех следила за Сюэ Лином, и ей казалось, что она видела весь процесс любви и ухаживания. Тем не менее, она не знала, когда они наконец добрались до постели, и не знала, что их босс находится снизу.

"Два дня назад, после выхода отчета об эксперименте, мы уже опубликовали новость и сообщили об этом добровольцам. В этот период они занимались подготовкой к нему".

"Хорошо. Вам действительно удалось найти пару?"

"Кха, кха. Даже если Босс и Господин Сюнь не хотят пробовать, всегда найдется кто-то, кто попробует".

Сюэ Лин пожал плечами и сказал:

"Не думаю, что смогу вырастить ребенка".

Дэн Сини не стал заострять внимание на том, хочет ли Сюэ Лин детей или нет. Она просто кивнула головой, чтобы показать, что услышала его, и продолжила:

"Когда эксперты подтвердят, что их физическое состояние соответствует требованиям, мы сможем перейти к следующему шагу."

"Хорошо."

"Кроме того, ребенок из эксперимента открыл глаза".

Сюэ Лин остановил движения своих рук. Тогда экспериментальный ребенок был создан с использованием ДНК, извлеченной из его и Сюнь Юя людей. Эти два человека не знали о существовании друг друга и участвовали в эксперименте только для того, чтобы попробовать. Теперь, когда ребенок открыл глаза, они стали первыми опекунами для ребенка.

Конечно, если бы они не хотели ребенка и отказались от опекунства, впоследствии нашлось бы много желающих усыновить малыша.

"Готовы ли они оба попробовать?"

После того, как ребенок был успешно создан, они оба были проинформированы. У них было право выбора и право быть информированными. Тогда выбрали не только их, но только этому эмбриону удалось дожить до зрелости.

Все в исследовательском институте придавали этому большое значение, и ребенок, вероятно, будет находиться под постоянным наблюдением, пока не вырастет.

"Хотя все собранные на данный момент данные свидетельствуют о том, что с ребенком все в порядке, определенный риск все же существует. В исследовательском институте заявили, что хотя ребенка можно вернуть домой, они все равно будут продолжать следить за ним".

Губы Сюэ Лина подергивались. Ужасные характеры этих фанатиков-исследователей не изменились даже после того, как они умерли и превратились в зомби. Если бы он работал с ними, неизвестно, смогла бы эта группа жить до сих пор.

"Поэтому они предложили, что, хотя они могут вернуть ребенка домой, они должны сотрудничать вместе, чтобы создать счастливую семейную обстановку для ребенка. Ребенок также будет проводить пять дней в неделю в исследовательском институте."

"Они думают, что это похоже на посещение детского сада?"

"Я не знаю, но они оба согласились".

Сюэ Лин: "..." Ну и ладно. Раз уж они согласились.

"Они согласились жить вместе ради ребенка, и через несколько дней пойдут получать лицензию. Они даже сказали, что готовы терпеть все ради ребенка".

Губы Сюэ Лина снова дрогнули. Он и не подозревал, что зомби и носители способностей так стремятся иметь детей.

Он махнул рукой, не желая больше иметь с этим дело. Эти люди, очевидно, могли решить эту проблему сами, и ему не было нужды обращать на это внимание.

"Кстати, ранее господин Сюнь сказал, что мы должны отправить сообщения на крупные базы и попросить их прийти на встречу".

Сюэ Лин был удивлен, а затем не удержался и, скривив губы, сказал:

"Действительно, время пришло. Теперь, когда пропасть между нами и зомби исчезла, нам нужно думать о разнице между носителями способностей и зомби как о разнице полов, и все будет в порядке".

"Хорошо, я напишу приглашение позже".

"Сюнь Юй сказал провести встречу на базе Яншань?"

"Похоже, что Владыка Сюнь уже отдал распоряжения, и всевозможные дела уже в процессе завершения".

С тех пор, как Сюнь Юй стал привычно помогать ему во всем, все дела, которые нужно было сделать Сюэ Лину, превратились в то, что он знал, что что-то должно произойти, соглашался с этим, а затем участвовал в процессе.

Эти три шага были очень естественными, и даже если для решения проблемы требовалось приложить мозги, Сюнь Юй справлялся с большинством из них уже на начальной стадии.

Сюэ Лин был очень рад, что Сюнь Юй так его балует, но его подчиненные всегда беспокоились, что Сюнь Юй попытается узурпировать его положение.

Они шутили? Что хорошего в том, чтобы узурпировать эту должность? Сюнь Юй смотрел на человека, занимающего эту должность. Если бы не он, ему было бы все равно, что эта должность должна была делать.

Система: "..."

В какой-то момент загадочное "самопознание" хозяина таинственным образом начало обретать смысл. Он действительно был героем, который бессовестно упорствовал лишь некоторое время, прежде чем положиться на своего мужчину.

Сюэ Лин понятия не имел, что система в глубине души ворчит на него. Если бы он знал, то, наверное, рассмеялся бы, выдирая весь мех из тела системы.

Возможно, дело было в том, что он очень хотел объявить об их отношениях, но как только Сюнь Юй принял решение, подтверждение пригласительного письма и все остальные приготовления были сделаны вместе.

Сюэ Лин лежал в постели и наблюдал, как он готовит всевозможные вещи и подписывает всевозможные документы. Чем больше он наблюдал, тем больше чувствовал, что его мужчина особенно красив во время работы. Он мог смотреть на него хоть целый день, не уставая.

Он мог бы наблюдать за ним весь день, но мужчина не позволял ему смотреть на него своим жадным взглядом. Он наклонил голову, его взгляд был достаточно глубоким, чтобы напугать других.

"Детка, закрой глазки и спи".

Сюэ Лин изогнул губы и сцепил пальцы.

"Ты уверен?"

Сюнь Юй твердо сказал: "Эти вещи должны быть закончены сегодня вечером".

"Так ты даже не удостоишь меня взглядом?"

Сюэ Лин грыз простыню и жалобно смотрел на него.

"Малыш, неужели ты можешь терпеть, что в нашу брачную ночь я останусь без внимания?"

Он был высоким и хорошо сложенным мужчиной, но когда он лежал на кровати и вел себя покорно, не было ощущения диссонанса. Аура обиды, казалось, просачивалась из всего его тела, и те, кто не знал правды, могли подумать, что Сюнь Юй что-то с ним сделал.

«Правду говорят, что получив что-то, люди перестают ценить это. Сделав это один раз, ты больше не любишь меня".

Сюнь Юй странно проговорил: "Свадебная ночь?"

Сюэ Лин моргнул, и ему вдруг пришла в голову идея.

"Детка, давай поженимся!".

Сюнь Юй: "..."

"Мы можем организовать свадьбу после собрания. Все люди, которые должны прийти, будут там, и я смогу представить тебя им и напугать~".

Сюэ Лин похлопал по кровати: "Что скажешь?"

Сюнь Юй уставился на Сюэ Лина, и его взгляд был ужасающе загадочным.

Сюэ Лин протянул руку и коснулся своей талии, подумав, что ради собственного тела ему лучше прекратить флирт.

"Э... Я просто высказал предложение. Если времени недостаточно, мы можем подождать. Тебе стоит заняться своей работой. Не нужно обращать на меня внимания, я буду спать".

Сюнь Юй решительно отбросил документы в руке в сторону. Слова Сюэ Лина только что заставили его мысли взорваться фейерверком, и в этот момент человек, лежащий на кровати, выглядел в десять тысяч раз привлекательнее, чем раньше.

Конечно, этот человек и так был самым красивым в его глазах даже в обычные дни. Теперь, когда он выглядел в десять тысяч раз лучше, Сюнь Юй мог меньше заботиться о своей работе.

На первый взгляд, его не волновал этот так называемый статус, и он был очень счастлив, пока мог находиться рядом с Сюэ Лин. Но он, как никто другой, понимал, что в его сердце живет честолюбие.

Он безумно хотел сказать всем в этом мире, что этот человек принадлежит ему, безумно хотел, чтобы на его теле была его метка. Он хотел переплести их тени так, чтобы они не могли разлучиться, и чтобы он не оставался позади всякий раз, когда куда-то уходит.

Свадьба, о которой говорила Сюэ Лин, была тем, о чем Сюнь Юй всегда мечтал, но не осмеливался упоминать. Наверное, потому что отношения между ними всегда были по принципу "кто первый влюбится, тот и проиграл", он всегда уступал, потакал ему и был терпелив с ним.

Поскольку он был зомби, он иногда даже задумывался о том, не будет ли проблем, что они принадлежат разным видам. Когда он думал об этой проблеме, ему всегда хотелось превратить человека рядом с собой в зомби.

Но он не хотел, не мог смириться с тем, что его возлюбленный станет таким же, как он сам, без сердцебиения, без температуры тела.

Он был сильно привязан ко всему, что касается этого тела.

Взгляд мужчины был достаточно пронизывающим и проникал до костей, а позвоночник и хвост Сюэ Лина начали покалывать. Чтобы сделать его взгляд менее страшным, он схватил его лицо, чтобы поцеловать, и сказал:

"Малыш, будь хорошим и возвращайся на работу, хорошо?"

Сюнь Юй толкнул его обратно на кровать и поцеловал его по-французски настолько сильно и глубоко, что он чуть не умер в постели.

Пожалуйста, посетите

Будучи прижатым к кровати, Сюэ Лин погладил лицо мужчины, овладел им, а потом вдруг сказал :

"Ты так инициативен, это потому что действительно тронут?"

Сюнь Юй не был человеком, который любит говорить, но иногда этот человек все же понимал каждое его действие, даже когда он молчал.

Он опустил голову и поцеловал Сюэ Лин в лоб.

Пальцы Сюэ Лина скользнули по его груди. Его глаза блестели, когда он сказал:

"Ты чувствуешь, как глубока моя любовь к тебе?"

Это было так много миров. Сюэ Лин, естественно, прекрасно понимал своего мужчину. Он знал, насколько глубока и тяжела любовь этого человека к нему, и хотя то, что он давал в ответ, часто казалось сравнительно легким, на самом деле он также выражал чувства в своем сердце.

Когда он был расстроен, мужчина тоже становился нервным. Когда он постепенно научился двигаться вперед и достиг той стадии, когда он доверился мужчине, мужчина, казалось, тоже шаг за шагом продвигался вперед.

Казалось, что их ухаживание начиналось заново каждый раз, когда они входили в новый мир, но на самом деле с каждым разом прогресс был все больше и больше.

Сюэ Лин был не из тех людей, которые слепо просят, не давая ничего взамен. Напротив, если бы он мог, он хотел отдать ему всего себя. Такие вещи, как отдать свое сердце и душу ради человека, он тоже мог сделать, но поскольку кто-то уже взял на себя эту роль, он вернулся к своему собственному способу проявления любви.

Во многих отношениях он использовал свои собственные методы, чтобы ответить человеку. Так, даже если сначала он был слишком холоден и высокомерен, он все равно дал бы собеседнику намек и показал бы часть своих внутренних чувств.

Он знал, что мужчине не нравится, что их отношения скрыты, и он недоволен тем, что не согласился на то, чтобы они вдвоем завели ребенка. Возможно, в глазах многих людей это было продолжением их любви, но Сюэ Лин не хотел, чтобы между ними встал третья сторона, независимо от того, что это была за "третья сторона".

Если бы появился другой человек и перетянул часть любви мужчины к нему на свою собственную сторону, Сюэ Лин закатил бы гигантскую истерику.

Э... это, вероятно, было своего рода эгоизм.

Губы мужчины прошлись поцелуями по его бровям, кончику носа и задержались у рта. Кончик языка нежно лизнул его губы.

"Я очень рад".

Это было все, что он сказал.

"Я тоже очень рад".

Сюэ Лин протянул руку, чтобы взъерошить волосы на голове мужчины, и радостно сказал:

"Может, мне попросить их найти кольцо, а потом встать на колени и сделать тебе предложение? Мы можем сделать это, если ты хочешь".

Сюнь Юй изогнул губы, и Сюэ Лин была очарована его редкой улыбкой.

"Не нужно, я и так очень рад, что ты согласен на свадьбу".

"Увы."

Сюэ Лин беспомощно вздохнул: "Детка, почему ты такой непритязательный?"

Мужчина прижал свой ****, который была достаточно твердым, чтобы взорваться, к Сюэ Лину, и со смехом сказал:

"Ты очень скоро узнаешь, не амбициозный я или нет".

Сюэ Лин: "..."

Почему в конце концов все пришло к этому?

Система, которая первоначально свернулась в клубок на кровати, молча встала со своего места, развернулась и пошла обратно в системное пространство. Она вообще не хотела ничего говорить.

Ее каждый день кормили собачьим кормом, и от этого ей тоже хотелось влюбиться. Почему быть системой так трудно...

Время пролетело очень быстро. Вскоре над их головами нависла угроза встречи. Большое количество носителей способностей собралось на базе Яншань вместе с целой кучей руководителей баз.

Схема управления этим миром была уже практически определена. В этот раз на встречу были приглашены три крупные базы и четыре средние базы, и было сказано, что босс базы Яншань также будет проводить свадьбу...

Изначально это была только встреча, но теперь им нужно было подготовить свадебные подарки. Время уже поджимало, и в этот период многие были так заняты, что вертелись как могли, а все потому, что Сюэ Лин случайно сделал предложение в постели.

Хотя ходили слухи, что лидер Корпуса Наемников Снежного Лиса на базе Яншань и его внешний помощник уже много лет вместе, но никто из них никогда не делал заявлений. Чу Хань никогда не брал с собой Сюнь Юя, когда выходил из дома, поэтому никто не осмеливался случайно трепаться, что же на самом деле происходило.

В конце концов, эти двое были номинально сильнейшими в новом мире, даже если это было всего лишь предположение. Поскольку большинство людей никогда раньше не видели императора зомби, они не были уверены, сильнее или слабее его эти двое.

Теперь, когда носители способностей и зомби работали вместе, многие люди чувствовали, что теперь у них будет привилегия встретиться с императором зомби высшего уровня, и встреча на этот раз, вероятно, приведет к радикальному изменению картины мира.

Конечно, не все с оптимизмом смотрели на сотрудничество между зомби и носителями способностей. Многие из них пережили убийство своих товарищей, и даже если сейчас ситуация кажется лучше, большинство из них все равно не желали делать такие вещи, как пускать в свою постель тигра.

В конце концов, это были зомби, которые когда-то питались энергетическими ядрами носителей способностей…

Вся база Яншань находилась в удивительно хорошем состоянии. Люди были заняты подготовкой к свадьбе, а благодаря воспитанию и влиянию Сюэ Лина в городе даже появилась зона, где зомби и носители способностей могли уживаться и взаимодействовать.

Сначала многие люди протестовали против этого, но теперь все было хорошо.

По сравнению со встречей, их больше волновала свадьба Сюэ Лина и Сюнь Юя. В конце концов, эти двое были самыми главными хранителями базы Яншань. Как их подчиненные, они прекрасно понимали, что если они действительно захотят, то без проблем смогут короновать себя императорами. Теперь, когда они протянули оливковую ветвь и предложили сотрудничество, какая причина у этих людей была отказываться?

В это время Хэ Янь затаился в городе. С его нынешними способностями ему никак не удавалось пробиться на верхние уровни Корпуса Наемников Снежного Лиса, а подобраться к Сюэ Лину было тем более невозможно, поэтому он постоянно ждал удобного случая.

Сюэ Лин предпочитал называть такое поведение трусостью.

Учитывая, что у него была система, которой ничего не оставалось делать, кроме как транслировать то, что делал и о чем думал Хэ Янь в течение дня, Сюэ Лин знал о каждом его намерении. Он хотел рискнуть своей жизнью, чтобы убить его, но все еще осторожно раздумывал, опасаясь, что мир его не пощадит за убийство главного героя.

На вопрос Сюэ Лина система ответила следующее:

"Возможно, он хочет броситься на гостей во время свадьбы и сказать что-то вроде: "Я давно говорил вам всем, что это император зомби, и Чу Хань сотрудничает с ним уже долгое время. Все преимущества, которые он получил для вас всех, являются фальшивыми, он явно хочет посвятить все общество носителей способностей императору зомби, и сделать жизнь всех носителей способностей не лучше смерти!»

Сюэ Лин погрузился в глубокую задумчивость и в итоге был вынужден признать, что если он действительно выступит с такой речью во время его свадьбы, то, вероятно, начнется большая драка.

"Неужели он действительно планирует это сделать?»

После столь долгого периода скуки Сюэ Лину редко удавалось найти что-то, что его заинтересовало. Он хотел испытать, каково это - быть ненавидимым всеми.

Хотя он точно знал, что даже если Хэ Янь скажет эти слова при всех, он все равно сможет остаться непобедимым, полагаясь на свою абсолютную силу. Единственным человеком, который хотел уничтожить весь мир от начала и до конца, был только этот господин "спаситель мира", и никто другой.

"Нет, я просто представила это в своей голове".

Система тоже бездействовала и скучала. Поскольку этот мир пережил апокалипсис, здесь вообще не было индустрии развлечений. В предыдущих мирах система могла смотреть сериалы, читать книги и тому подобное, чтобы скоротать время. В этом мире все были заняты строительством нового общества, а развитие духовной цивилизации еще не началось, поэтому она могла только наблюдать за повседневной жизнью главного героя и изводить своего хозяина.

"О..."

Ему снова стало скучно. Сюэ Лин потянулся и встал, сказав:

"Раз ты смогла додуматься до этого, то и он может. Лучше нам придумать, как избавиться от главного героя, чтобы мой драгоценный малыш не расстроился».

Система: "...Хозяин, почему ты с таким энтузиазмом в последнее время называешь его так?"

«Раз уж он может воспользоваться мной в постели, почему я не могу получить словесное удовлетворение?"

Система: "...Все в порядке, пока ты счастлив..."

Это был первый раз, когда Сюэ Лин видел кого-то, кто был таким упорным, как Хэ Янь, кто продолжал создавать проблемы, пока был жив... Ключевым моментом было то, что он удивительным образом все еще был жив сегодня, несмотря на его характер и склонность создавать проблемы. Это было удивительно.

Последние два дня Сюнь Юй был занят уточнением деталей свадьбы. Возможно, из-за того, что его слишком долго сдерживали, он беспокоился о свадьбе больше, чем кто-либо мог себе представить.

Даже Сюэ Лин был потрясен его великим жестом, и, чтобы не разрушить добрые намерения Сюнь Юя, он решил, что ему следует заранее разобраться с этим маленьким вредителем, который был главным героем.

Хэ Янь жил на базе Яншань уже много лет, и его поврежденная нога не вызывала у окружающих сочувствия. Ему было просто поселиться здесь и найти общий язык с окружающими его людьми. Трагическая жизнь последних лет научила его говорить поменьше о собственном великом предназначении.

Поскольку к свадьбе нужно было многое сделать, а в Корпусе наемников Снежного Лиса не хватало рабочих рук, в последнее время он притворялся жалким и просил других помочь ему влиться в толпу помощников. Его сосед был помощником на кухне на свадьбе и, видя, как он жалок, согласился помочь ему найти место помощника на кухне.

Возможно, ему даже удастся получить бесплатную еду во время свадебного банкета через пару дней.

Он сидел дома и ждал новостей, поэтому, когда Сюэ Лин постучал в его дверь, он без колебаний открыл ее.

Когда он увидел Сюэ Лина, его лицо изменилось, хотя и всего на несколько секунд. Затем он сменил выражение лица на выражение невежества и спросил:

"Здравствуйте, могу ли я вам чем-то помочь?"

Сюэ Лин скривил губы и ответил на его нелепое замечание.

"Почему ты думаешь, что если твои волосы станут белыми, я не вспомню твое лицо?"

Лицо Хэ Яня внезапно побледнело.

Сюэ Лин втолкнул его в дом, заставив пошатываться, и покачал головой:

"Почему молодой господин Хэ стал жить в таком доме после того, как попал в город? Он такой невыносимо жалкий и уродливый".

Хэ Янь задрожал всем телом, потому что Сюэ Лин больше не сдерживал свою ауру, как только переступил порог дома. Эта аура, принадлежащая силе пикового уровня, сдавила его горло, из-за чего у него не хватало смелости заговорить с главой базы.

На протяжении многих лет, чтобы поддержать свое разрушенное тело, его древесная сила постоянно направлялась на его тело. Из-за этого его способности совсем не увеличились. По сравнению с тем, что было раньше, он даже стал немного слабее. Перед целенаправленным давлением Сюэ Лина он даже не мог говорить.

Это ощущение действительно было слишком ужасным. Под давлением Хэ Янь покраснел, а когда встретил улыбку Сюэ Лина, то стал похож на воздушный шарик, который только что лопнул и мгновенно сдулся от разочарования.

До этого уже дошло. Что он мог сделать? Раскрыть рот и выпить яд?

"Ты наблюдал за мной?" - спросил он.

"Всю свою жизнь".

Сюэ Лин посмотрел на свои руки, которые были прекрасны во всех отношениях, кости и суставы четко выделялись.

"Это в моих руках. Так будет и с твоей жизнью, и с твоей смертью".

Хэ Янь ничего не мог сказать на это, и мог только спросить:

"Так что, я теперь умру?"

"Я не могу убить тебя сам, поэтому я дам тебе два варианта".

Сюэ Лин ярко улыбнулся и посмотрел на него. Хотя он сказал, что не может убить его, его улыбка заставила Хэ Яня почувствовать, что он вот-вот умрет.

"Ты можешь пойти на улицу. Я привел людей, и они заберут тебя обратно и замучают до смерти".

"Или, может быть, ты можешь покончить с собой здесь".

Сюэ Лин посмотрел на ситуацию в доме и сказал:

"В конце концов, твоя жизнь так мрачна и мучительна. Если бы я был на твоем месте, я бы тоже поспешил умереть".

Хэ Янь посмотрел на него и вдруг спросил:

"Если бы на твоем месте был мой старший брат Чу Хань, я бы тоже дошел до такого состояния?"

С тех пор, как Сюэ Лин не дал ему высказаться, он понял, что не может никому сказать, что он больше не Чу Хань.

"Да."

Сюэ Лин слегка похлопал по столу рядом с ним и посмотрел на него многозначительным взглядом.

"В конце концов, разве ты не знаешь, какие вещи ты сделал?"

Хэ Янь поперхнулся своими словами и понял, что ему действительно нечего сказать.

Вечером, когда сосед вернулся с хорошими новостями и с радостью хотел сообщить Хэ Яню, что шеф-повар согласился взять его на работу, он обнаружил, что Хэ Янь умер в своем доме.

Его смерть была очень простой - он порезал себе запястье. Но его кровь была не красной, а черной и липкой. Его сосед был ошеломлен на мгновение, и выражение его лица было странным, когда он докладывал о ситуации вышестоящему начальству.

Все, кто жил здесь, были обычными людьми. Хотя у них были способности, они были невероятно слабы. Все их дома были назначены им вышестоящим начальством, и теперь, когда кто-то из живущих там не выдержал давления жизни и покончил с собой, этот дом должен сменить хозяина.

Слишком много людей покончили с собой после конца света - всегда были люди, которые убивали себя каждый день, потому что не могли больше жить. Хэ Янь был одним из многих.

Когда он был жив, возможно, некоторые люди были готовы протянуть ему руку помощи, потому что его жизнь была слишком жалкой, но теперь, когда он был мертв, у него ничего не было, и он был никем.

Сюэ Лин спросил систему, не возникнет ли у мира проблем с таким убийством главного героя. На что получил ответ, что это не такая уж и проблема, потому что Сюэ Лин хорошо играл роль второго главного героя.

Отношения между двумя протагонистами были отношениями взаимной любви или ненависти. Поскольку он не потерял память и не влюбился в другую сторону, принуждение его к смерти таким образом не казалось странной ошибкой.

Кроме того, мировое сознание тоже было счастливо, поскольку этот мир больше не нужно было уничтожать. Оно не стало бы слишком заглядывать в него.

Сюэ Лин был успокоен, когда получил этот ответ. На самом деле, он не мог оставаться в этом мире слишком долго, потому что система только что обнаружила новости о еще одном его хвосте. Возможно, вскоре после свадьбы ему придется уехать в другой мир.

После того как он как следует уладит все дела в этом мире, ему нужно будет уйти. Именно поэтому он позволял этому человеку делать все, что тот захочет.

Съезд прошел очень успешно. Кроме лидера базы носителей способностей, который считал Хэ Яня полезным и поэтому помогал ему, все остальные чувствовали себя как дома.

Когда тот лидер с улыбкой пожимал ему руку, Сюэ Лин превратил его в ледяную скульптуру и оставил там на несколько дней. Его подчиненные были ошеломлены и боялись трогать Сюэ Лина, чтобы выразить протест.

Свадебная церемония была проведена в соответствии с требованиями Сюнь Юя, и в ней приняли участие все, кто в то время находился на базе Яншань.

Поскольку основное место проведения свадьбы находилось в городских стенах, экстравагантный император трупов использовал армию зомби, чтобы сложить большую мозаику за пределами базы Яншань, чтобы выразить свои чувства.

Все носители способностей, присутствовавшие на церемонии, сказали:

"Ха-ха. Вы, зомби, действительно знаете толк в романтике".

Когда личность Сюнь Юя была раскрыта, многие люди неожиданно почувствовали, что в этом нет ничего плохого.

Сюэ Лин пытался исправить отношения между носителями способностей и зомби в течение многих лет. Видя, как усердно он работает, многие люди подозревали, что он зомби.

В конце концов, он был так внимателен к другой фракции и хотел очистить их имя. Кроме возможности того, что он сам был зомби и нуждался в общественном признании, они не могли найти другого объяснения.

Теперь они поняли.

Он не был зомби, но его партнер был.

Он не только был зомби, но и не был обычным зомби. Другая сторона была императором зомби и могла даже заставить всех зомби танцевать на их свадьбе и позировать вместе, чтобы сделать мозаику.

Многие девушки сказали, что если бы они не знали, что люди снаружи были зомби, то этой сцене действительно можно было бы позавидовать - она была особенно романтичной.

Жаль только, что все они были зомби.

Через два месяца после грандиозной свадьбы на базе Яншань молодожены покинули базу, чтобы провести медовый месяц. Перед отъездом Сюэ Лин устроил все так, будто отправлялся в путешествие, из которого мог никогда не вернуться. И действительно, он так и не вернулся.

Император зомби присоединился к нему и тоже не вернулся.

Никто не знал, что случилось с ними обоими и почему они таинственно исчезли, не оставив после себя никаких известий. Они не знали, была ли это взаимная резня или что-то другое.

Тем не менее, люди последующих поколений были благодарны за то будущее, которое они подарили человечеству. Если бы не они, возможно, носители способностей и зомби не объединились бы.

Не родился бы и новый тип человека.

Сюэ Лин не знал, какую легенду он оставил после себя в том мире. Сейчас, глядя на собственное тело, он испытывал сильную боль и чувствовал, как система крепко держит его и ее сильную привязанность.

В нескольких предыдущих мирах Сюэ Лин сталкивался с неожиданными событиями при трансмиграции, поэтому он уже приготовился к неловкой атмосфере, когда откроет глаза.

Но на этот раз ничего подобного не произошло. Его окружение было невероятно безопасным, и не было никого, кто знал бы его, кто зашел бы поприветствовать его...

Небо было голубым, трава зеленой, а неподалеку протекал небольшой ручей. Шум воды был рядом, воздух был свеж, а жизнь хороша.

Сюэ Лин давно не испытывал такого спокойствия.

На этот раз ему не понадобилась ни маскировка, ни странные поступки, чтобы скрыть свою натуру и не дать себе выйти за рамки OOC, потому что у его нынешней личности не было ни родственников, ни друзей, ни знакомых.

Он даже не мог ходить, потому что его корни были закреплены на одном месте, и он не мог сдвинуться с места.

Да. На этот раз Сюэ Лин трансмигрировал в дерево.

Он был всего лишь маленьким саженцем. Саженец, который прожил десятки тысяч лет и уже имел собственное сознание...

На самом деле это было не обычное дерево. Его личность была весьма превосходной, и его вид также был очень удивительным, чудесным до такой степени, что если бы кто-то знал его личность, он бы рисковал быть разрезанным на куски в любой момент.

Тело Сюэ Лина было деревом, но что он мог сделать, так это объединить свой дух в духовное тело, а затем зависнуть над саженцем. А поскольку это был маленький саженец, ему показалось мрачновато-юмористическим придать себе вид молодого, симпатичного мальчишки.

Это маленькое личико было настолько милым, что система на мгновение была ошеломлена. Несмотря на то, что выражение лица хозяина было очень опасным, казалось, что он хочет разрубить его на куски и скормить собакам, она все равно не могла отвести взгляд.

"Система, разве ты не должна объяснить это?"

Его голос был мягким, нежным и очень милым.

Система почувствовала, как по ее лисьему телу прошло неприятное чувство - ее хозяин нарушал все правила!

"Х...хозяин!"

Система подняла лапы и выразила, что она так сильно любит своего хозяина, что совершенно не хочет усложнять ему жизнь. Причина, по которой ее хозяин стал тем, кем он был сейчас, заключалась только в том, что этот мир был немного странным.

"Этот мир - мир без будущего".

"Без будущего?"

"Да. Это мир, который был создан на основе романа, он принадлежал к жанру «повышение уровня» и обещал стать очень продолжительным. Причина, по которой у этой истории нет будущего, заключается в том, что этот роман был заброшен".

Система выглядела очень серьезной, объясняя это Сюэ Лину, но в голове она думала о том, что жаль, что у ее носителя сейчас нет конкретного тела, так как ей очень хотелось зарыться головой в объятия этого маленького милого мальчика.

Его хозяин был слишком милым в детстве!

После того, как он вырос... не будем говорить о том, как он вырос.

"Заброшен говоришь..."

Сюэ Лин был удивлен и несколько ошеломлен. Это был первый раз, когда он попал в брошенную историю. И сразу два его хвоста были в этом мире, но он понятия не имел, куда идти, чтобы найти их. В конце концов, это был длинный роман типа levelling-up, что означало, что построение мира в этом мире будет очень широким, а предыстория и глубина должны быть также очень амбициозными.

"А что насчет главного героя?"

"Выпавший роман означает, что будущее главного героя будет туманным. С точки зрения хозяина, это облегчит выполнение задач."

"Тогда почему я стал тем, кто я есть сейчас?"

"Я нашел несколько тел, но их нельзя использовать, и я смог выбрать только это, когда не было другого выхода. Этот мир довольно развит, и, основываясь на частоте OOC хозяина, я беспокоился, что ты сорвешься... и тогда тебя вышвырнут из этого мира."

Сюэ Лин: "..."

Что, черт возьми, означали слова о том, что ему нравится OOC? Он все время был очень целеустремленным, ясно?!

"Я знаю, на что ругается хозяин, но нескольким вашим персонажам никогда бы не понравились мужчины, но вам все равно удалось сделать их геями".

Сюэ Лин хотел пожаловаться. Разве он виноват в том, что влюбился?

"Забудь об этом."

Поскольку мир был таким особенным, Сюэ Лин не стал спорить с системой. В таком мире ему точно придется остаться здесь надолго, потому что культиваторы не стареют и не умирают, и, как дерево, пока никто не пытается уничтожить его полностью, у него всегда будут способы продержаться.

"Тогда расскажи мне историю".

Предшественник этого тела был лишь смутным сознанием. За десятки тысяч лет оно успело развить лишь нечеткое чувство сознания, но один случай полностью уничтожил его. Возможно, это была катастрофа, повлиявшая на его жизнь в качестве дерева, а возможно, это была судьба, которая ожидала Древо Просветления.

Именно так. Он был Деревом Просветления. В мире культивации каждое дерево и травинка могли культивировать, и когда они достигали более высокого уровня, они могли превратиться в человека, но Древо Просветления не входило в эту категорию "каждое дерево и травинка".

Это дерево было самым чудесным растением. Каждый его лист мог принести озарение и позволить практикующим войти в состояние просветления, что было очень ценно для культиваторов. Именно благодаря своей ценности Древо Просветления стало таким ценным.

На Древе Просветления охотилось бесчисленное множество даосов. Все десятки тысяч дао в трех тысячах миров хотели найти это дерево. Следуя по пути меча, они все жаждали просветления, но не могли в одиночку его достичь.

Это также было причиной того, что спустя десятки тысяч лет дерево все еще оставалось лишь смутным сознанием. Хотя дерево имело свои собственные мысли, это было чем-то недозволенным в мире, поэтому на него обрушилось большое бедствие, которое пришло в виде главного героя.

Из-за главного героя местоположение дерева было раскрыто, а затем его окружило множество бессмертных. Оно было посажено и выросло здесь, и максимум, что оно могло - это спрятаться. Изначально он думал, что это место не так уж потенциально опасно, но в итоге его тщательно расчленили без всякой причины.

Бессмертных было так много, что от него не осталось даже маленькой щепки. Никто вообще не понимал, что значит перерабатывать - было только одно такое Дерево Просветления, поэтому они думали, что было бы слишком глупо просто вырвать все его листья и уйти.

Поскольку они не могли быть уверены, что кто-нибудь другой не придет и не выкопает дерево, чтобы забрать его, как только они уйдут, они просто разделили дерево. Лучше было просто разрубить его, и каждый присутствующий получил бы свою долю.

Все бессмертные считали себя самыми важными. Как они могли беспокоиться о будущих поколениях? В крайнем случае, они помогали своим родственникам и любимым взять лишний кусок, ведь хорошо, когда есть чем поделиться.

Если не стоять и не смотреть на это с точки зрения первоначального хозяина как дерева, то все это казалось неправильным.

Но теперь, когда он был деревом, это была трагедия!

Он не мог винить главного героя - этот несчастный ребенок проговорился не намеренно, а скорее был подставлен группой людей из его секты. И у Сюэ Лина не было никакой основы, на которую он мог бы встать, если бы хотел обвинить других. Стоило ли ему кричать о том, что нужно беречь окружающую среду и защищать деревья?

И его предшественник тоже был слабым, невежественным ребенком; даже трехлетний ребенок был бы более осведомлен. Он только знал, что у него есть немного осознания, но в основном не понимал ничего из того, что происходило вокруг него.

Сердце Сюэ Лина было полно смешанных чувств, и он не знал, что ему сказать. Возможно, он мог только поблагодарить за то, что изначальный хозяин полностью исчез. Иначе, с его детским невинным сердцем, он не смог бы жить и расти в этом мире.

Главный герой этого мира также следовал традиционному пути культивирования. Вначале он был гениальным юношей, которого с завидным постоянством принимала секта на горной вершине, и он упорно трудился, чтобы взлететь по жизни.

Позже, в определенное время, он оказался предан близкими ему людьми, и в итоге его стали преследовать, пока он не был изгнан из секты со всеми переломанными костями.

Он был безвольным и непримиримым. После удачной встречи он наткнулся на наследство, и с этим наследством он снова начал культивировать, чтобы отомстить, делая один шаг за другим по дороге культивирования к вершине.

Примерно так выглядел сюжет этого мира, но уважаемый автор... бросил историю на том месте, где главный герой только что стал мишенью и был изгнан из секты... а затем представил сюжетный план, после чего полностью отказался от него. Плохо, что был только набросок сюжета, но не было даже концовки...

"Это прискорбно. Трудно сказать, как долго этот ребенок сможет продержаться без сюжета".

"Разве это не прекрасная возможность для моего почитаемого хозяина изменить свою судьбу?"

Сюэ Лин:

"Ха-ха. Прежде всего, я должен быть в состоянии изменить свою собственную судьбу".

Система:

"... Ха-ха. Хозяин, не нужно быть таким пессимистом...".

В конце концов, система чувствовала себя немного виноватой за то, что выбрала это тело, поэтому она постоянно старалась быть внимательной к своему хозяину. Она даже использовала силу вне своей юрисдикции, чтобы связаться с сознанием этого мира и договориться о том, чтобы дать этому Древу Просветления способность культивировать в обмен на улучшение сюжета и полное изменение этого мира.

"По крайней мере, у тебя есть надежда! Первоначальный владелец этого тела имел более десяти тысяч лет культивации, но из-за отсутствия метода культивации он не мог прогрессировать. Я верю, что, основываясь на мудрости хозяина, мы скоро сможем покинуть это место и найти главного героя!"

Главный герой этого мира был столпом существования этого мира, и убить его было невозможно. Что Сюэ Лин мог сделать вместо этого, так это помочь ему завершить его путь культивации и изменить его судьбу, позволив ему жить без забот, без боли и горечи, и спокойно расти с репутацией гениального юноши.

"Кстати говоря, это первый раз, когда мне приходится защищать главного героя!" - Сюэ Лин подпер рукой подбородок, размышляя, - "Надеюсь, это будет хороший ребенок".

"Да. Ты также можешь найти ему партнера по Дао или что-то в этом роде, и изменить ситуацию так, чтобы он не провел всю свою жизнь без доверенного лица. Таким образом, даже если его судьба будет полностью переписана, он не будет считаться Сыном Дао Небес, а станет обычным культиватором среди тысяч."

"Система, я обнаружил, что в последнее время ты всё больше и больше умеешь строить схемы".

"Это правда. В конце концов, раз хозяин не выполняет свою часть работы, я могу полагаться только на свои собственные усилия".

"..."

"Я буду очень рад, если настанет день, когда ты сможешь выполнить свои задачи, не вступая в отношения".

"Кстати, о любви. Я только что вспомнил."

Сюэ Лин сузил глаза и спросил систему: "А что насчет того человека? В истории нет упоминания о ком-то, кто соответствует его требованиям к трансмиграции..."

Система: "..."

... Такие вещи, как влюбленность, были действительно разочаровывающими.

"Я не знаю. Возможно, он превратился в камень на обочине дороги…"

Система тихо пробормотала:

"Сюжет этого мира совсем не завершен, и есть много форм жизни, о которых автор не упомянул. Сила хозяина сейчас относительно слаба, и первое, что тебе следует сделать, это превратиться в человека и уйти из этого места."

"А как насчет текущей временной линии?"

Раз он решил действительно выполнить задания, то чем больше он будет знать, тем лучше.

"Где сейчас находится главный герой?"

Система обдумала это, а затем ответила Сюэ Лину тоном, выражающим суть:

"Все еще в животе у матери...".

Сюэ Лин: "..."

Система повысила голос и запела:

"Давай же, хозяин, взбодрись. Времени в любом случае достаточно~"

Сюэ Лин:

"Система, кажется, что-то пошло не так с твоим обновлением..."

Система:

"Я чувствую то же самое, поэтому я хочу найти Мир Десяти Направлений и немного побороться с ним".

Сюэ Лин: "..."

Возможно, это было потому, что это место, тихое, как дохлая курица, было слишком скучным; кроме культивации, Сюэ Лин мог только общаться с системой. Со временем они оба необъяснимым образом улучшили свои способности к общению с другой стороной.

Путь культивации был долгим. Как дух-лис, который уже культивировал тысячи лет в предыдущих мирах, Сюэ Лин был хорошо приспособлен к такой жизни. Он даже чувствовал, что не только культивирование маленького саженца растет, но и его собственное культивирование тоже растет.

Когда он извлечет два хвоста из этого мира, он восстановит уже пять своих хвостов. К тому времени его собственная сила совершит большой скачок вперед, и он сможет преодолеть барьер в своем разуме, чтобы добраться до запечатанных в нем воспоминаний.

К сожалению, дни спокойствия прошли очень быстро, и тайное царство, в котором обитал Сюэ Лин, должно было открыться снова, как это происходит каждые 500 лет.

Главный герой не хотел посещать тайное царство в этот раз, поэтому Сюэ Лин выбрал самое простое решение и замаскировался под обычное дерево, спрятавшись в ближайшей роще.

К сожалению, в этом мире все менялось слишком быстро. Даже в историях с сюжетами велика вероятность изменений, не говоря уже о таком заброшенном мире, где может произойти все, что угодно.

Культивирование было слишком обширным - бесчисленные вещи происходили каждый день, каждый месяц, каждый год, и было трудно охватить все.

Но если говорить о последних важных событиях в мире культивации, «Почтенный Багровый Огонь» снова истребил чей-то род.

Слово "снова" означало, что это было не в первый раз.

Любой, кто слышал об этом, не делал ничего, кроме как вздыхал и говорил, что безумец снова проявил себя. Они также не стали бы предпринимать никаких шагов.

Система культивирования этого мира следовала традиционному пути, с девятью ступенями культивирования: Чжуцзи, Синьдун, Цзиньдань, Юаньин, Чуцяо, Фэньшэнь, Дунсюй, Дачэн и Дуцзе.

Также существовал предварительный период очищения Ци, который наступал до того, как человек достигал стадии Чжуцзи. Этот мир не был похож на традиционные, которые обычно происходили после золотого века, и континент все еще был полон духовной энергии. Вступить на путь бессмертия было несложно, поэтому культиваторы появлялись один за другим.

Пять великих сект и семь крупных кланов были основой континента Пожирателей Неба. Они контролировали все ресурсы на этом континенте, и тех крупиц, что просачивались между пальцев, было достаточно, чтобы и маленькие секты не беспокоились о выживании в течение тысяч лет.

Во главе пяти великих сект стояла Секта Небесного Меча, одержимая культивированием и не слишком заботившаяся о других вопросах. Каждые сто лет они набирали новых практиков с континента, и те, кто вступал, начинали свой путь к бессмертию.

Секта, в которую вступил главный герой, была именно сектой Небесного Меча. Он был молодым культиватором, но уже в раннем возрасте смог достичь мастерства меча. К сожалению, он был слишком наивен и легко сломался, когда ему не повезло столкнуться с ублюдочным наставником и группой бессердечных отбросов-братьев.

Позже, когда он отвернулся от секты и начал двигаться самостоятельно, трудно сказать, с чем он столкнулся, но ему пришлось очень нелегко.

Семь основных кланов, как и следовало из их названия, представляли собой несколько великих семей, культиваторы которых были связаны между собой кровными узами. У каждого клана были свои секретные методы культивирования и свои сильные стороны.

Разумеется, они культивировали не только свои таланты. До тех пор, пока были ростки с хорошим потенциалом, они также были готовы протянуть руку помощи, чтобы дать им ресурсы, что было их способом поддерживать хорошие отношения и генерировать положительную карму.

Кроме того, на континенте Пожирателей Неба было бесчисленное множество сект и кланов, больших и малых, и число практикующих было слишком велико, чтобы сосчитать.

Тем не менее, при каждом упоминании имени «Почтенный Багровый Огонь» все не только понимали о ком идет речь, но и впадали в трепет.

Любой, кто видел третьего сына клана Чи из Шаньду, должен был приветствовать его как Почтенный Багровый Огонь. Этот третий сын был редко встречающимся бессмертным на восьмой стадии совершенствования Дачэн. Его уровень культивирования был высок, нрав свиреп, и он мог выйти из себя при малейшей провокации. Время от времени он впадал в ярость.

Он был известен тем, что имел духовный корень огня и молнии. Эти два атрибута переплетались между собой и не способствовали его культивированию, но этот человек каким-то образом все же сумел достичь стадии Дачэн, в то время как большинство культиваторов того же поколения находились на стадии Юаньин (4-я) или, в крайнем случае, Чуцяо (5-я).

Только Почтенный Багровый Огонь мог стоять на равных с предками клана Чи.

К сожалению, этот третий сын не заботился о своей семье. Хотя он и принадлежал к клану Чи, но не жил там, а служил одним из верховных наставников Секты Небесного Меча. Он в одиночку управлял целой горой, но у него не было учеников, и он лишь время от времени заставлял всю гору пылать адским пламенем. У каждого старейшины, который слышал упоминание его имени, начиналась мигрень.

У такой проблемной фигуры было даже странное хобби - он любил демонстрировать рыцарство и справедливость по всему континенту. Если кто-то совершал что-то, угрожающее обществу, и новость об этом доходила до ушей Почтенного Багрового Огня, то виновник мог только отправиться домой и ждать смерти, потому что даже император не смог бы спасти его и его семью.

По причинам, связанным с его духовным корнем, нрав Почтенного Багрового Огня был нестабильным, и с ним было очень трудно ужиться. Как только он встречал камень преткновения в своем культивировании, начинались приступы ярости. Болезнь Почтенного Багрового Огня нельзя было вылечить приемом пилюль или лекарств; единственное, что могло позволить ему восстановить рассудок, - это пролить кровь...

Большое количество крови и большое количество убитых им людей.

Когда его постигала жажда крови, он начинал мысленно листать книжечку; те, чьи имена значились в списке «грешников» внезапно оказывались перед бессмертным стадии Дачэн, лишенным разума. Он часто занимался тем, что истреблял целые кланы и секты, поэтому всякий раз, когда распространялась новость о том, что этот великий бессмертный расправился с семьей, все очень волновались.

Этот великий бессмертный снова утратит разум!

Это никогда не было хорошей новостью. Любой, кто недавно совершил что-то, за что его мучила совесть, собирал вещи и убегал как можно дальше. Лучше всего было бы спрятаться в каком-нибудь тайном царстве, а потом снова выйти на свет через тысячи лет.

Не то чтобы никто не протестовал против этого, но это было бесполезно. Культиваторы стадии Дуцзе в основном больше не занимались мирскими делами и спокойно ожидали своей громового бедствия, чтобы стать бессмертными. А среди культиваторов стадии Дачэн не было никого, кто мог бы противостоять Почтенному Багровому Огню.

Клан Чи постоянно искал что-то, что могло бы помочь Почтенному стабилизировать его духовные корни, но все было безрезультатно, и многие уже потеряли надежду.

Исходя из текущей силы третьего сына, если он не сможет решить проблему своей периодической болезни, он не сможет достичь стадии Дуцзе, не говоря уже о том, чтобы стать бессмертным. Но даже если он и не вознесется, они не могли позволить ему вот так безрассудно продолжать. Не все можно решить, убивая людей сотнями за раз.

Тайное царство Нанькай не было масштабным тайным царством, но оно было очень известным. Оно открывалось каждые 500 лет и закрывалось каждые 500 лет. Это тайное царство было знаменито тем, что каждый раз при входе в него чувствовалось что-то новое.

После того, как человек входил и брал все, что мог, в следующий раз он обнаруживал, что его все еще ждут новые вещи, как будто их запасы неисчерпаемы. Многие люди из мира культивации любили ходить туда именно из-за этого.

Конечно, в Тайном царстве Нанькай также были ограничения на культивирование. Любой, кто был выше стадии Юаньин, не мог туда войти, поэтому оно всегда было главным полем битвы для молодых практиков из всех слоев общества.

Таковы были правила, но если кто-то очень хотел попасть туда, то даже ограничения, установленные древними силами, не смогли бы его остановить.

Когда Чи Ли получила новости от третьего брата, она была по-настоящему ошеломлена - ей потребовалось время, чтобы заварить полчашки чая, а затем, опомнившись, встать и пойти искать их старшего брата.

О ситуации в их роду было даже стыдно говорить. Их отец был лидером их клана, и их двоих можно было считать младшим поколением в семье, но из-за их ненормально сильного младшего брата отношение общества к ним стало очень сложным.

К счастью, эти двое были добродушными и достаточно хорошо понимали своего третьего младшего брата, что предотвратило возникновение разрыва между тремя детьми семьи Чи. Все трое считались очень талантливыми в клане.

Только вот их третий брат слишком быстро рвался вперед, из-за чего казалось, что у старших брата и сестры скорость обучения ниже. Даже если бы они были талантливее, чем сейчас, их слава все равно была бы ничем.

У них была та же мать, что и у Почтенного Багрового Огня. Чи Лань был их младшим братом, но по какой-то причине даже в раннем возрасте он понимал больше, чем они. Если бы не его проклятые духовные корни, младшего брата не назвали бы сумасшедшим. Причина, по которой он не проводил время дома, заключалась в том, что он совершенно не умел контролировать свой нрав и поведение.

Чи Лань всегда был неуловим и непредсказуем, круглый год скитался по свету и решил жить в Секте Небесного Меча. Чи Ли показалось странным, что он вдруг прислал ей письмо, в котором говорилось, что он собирается вступить в Тайное царство Нанькай или что-то в этом роде. Она взяла письмо с собой и нашла их старшего брата, но в ответ получила следующее:

"Если он может войти, то пусть идет".

"Но, старший брат..."

"Вторая сестра, у младшего брата есть свои причины. Независимо от того, что именно заставило его войти в Тайное царство Нанькай, у тебя нет возможности вытащить его оттуда".

Чи Ли была ошеломлена на мгновение, и вдруг поняла, что у нее действительно нет способа попасть туда, потому что ее уровень культивирования был уже слишком высок...

"Но..."

"Вторая сестра, у него есть свое собственное чувство меры".

Чи Ли была отброшена назад этим предложением старшего брата.

Так и есть. Чи Лань всегда знал свои границы.

Хотя снаружи ходили слухи, что его характер нестабилен, что он может взорваться при малейшей провокации, и что он никогда не обдумывает ситуацию, прежде чем начать действовать, и живет по принципу "убей и двигайся дальше", люди в его семье знали, что никто в их поколении не был умнее Чи Ланя.

Он легко все понимал, и в его натуре не было жестокости. Только из-за его духовных корней его личность и характер легко поддавались влиянию.

С ростом его культивации сила духовных корней огня и молнии становилась все более и более очевидной. Поскольку количество времени, в течение которого он мог сохранять ясность ума, было настолько мало, что это вызывало жалость, Чи Лань покинул дом и отправился в Секту Небесного Меча.

"Возможно, младший брат нашел что-то, что поможет ему сохранять рассудок".

Старший брат клана Чи широко улыбнулся, сказав это.

Выражение лица Чи Ли было странным. Она чувствовала, что вероятность того, что это произойдет, крайне мала.

Они искали решение столько лет, но никаких новостей не было. Как это может быть внутри тайного царства, которое имеет фиксированное время открытия и закрытия?

Хотя Секретное царство Нанькай было неплохим, на самом деле число культиваторов, которых оно привлекало, было ограничено. Ученики крупных кланов, обладающие большими ресурсами, не стремились попасть туда, так как ресурсы, которые они и так получали, были гораздо более богатыми, чем то, что могло дать путешествие в Тайное царство Нанькай.

И именно из-за этой ситуации Древо Просветления могло спокойно расти внутри Тайного царства Нанькай.

На самом деле, все Тайное царство Нанькай было творением Древа Просветления. Некоторые сокровища рождаются, зная, как защитить себя, и Тайное царство Нанькай было самым подходящим местом, которое Древо Просветления создало для своего роста.

Оно открывалось каждые 500 лет, чтобы никто не заметил никаких особенностей. Лекарственные растения были в изобилии, и когда тайное царство было закрыто, эти растения питались энергией Ци Древа Просветления и, естественно, росли очень быстрыми темпами.

После того, как через 500 лет тайное царство снова открыли, в нем снова можно было найти всевозможные вещи. Такое тайное царство не привлекало слишком много внимания, поэтому очень немногие люди могли найти Древо Просветления.

Сюэ Лин: "... Очень немногие?"

Система: "... По крайней мере, за последние десятки тысяч лет не было никого. "

Сюэ Лин: "Тогда объясни мне, что происходит с этим человеком".

Система: "Вы не можете винить меня в этом. Это определенно вина хозяина".

Сюэ Лин: "..."

Конечно, в конце концов, она все равно обвинила его...

Дерево Просветление идеально маскировалось. Оно выглядело самым обычным, даже не шуршало листьями и не было особенно красивым, словно бы одно из сотен и тысяч деревьев в роще. А кроме того повсюду было очень и очень много привлекательных духовных растений и сокровищ.

Но этот человек рассеянно смотрел только на него уже несколько дней и ночей.

Сюэ Лин не знал, что этот человек хотел сделать, потому что когда он только пришел, его глаза были красными, и он был практически без сознания. После того как он оцепенело смотрел на него, не смыкая глаз, в течение трех дней и трех ночей, казалось, что он немного пришел в себя.

Система сидела на вершине дерева. Все ее лисье тело дрожало. Хотя она совсем не хотела бояться этого человека, она не могла не быть подавленной. Она жалобно закричала хозяину:

"Хозяин, контролируй своего человека! Может, хватит меня так пугать!"

На самом деле, Сюэ Лин мог догадаться, что это и был его возлюбленный в этом мире, но проблема была в том, что в настоящее время он даже не был человеком.

Он был просто деревом - что он мог сделать? Он вообще ничего не мог сделать! За эти три дня, стоило ему только подумать о том, как его человек влюбился с первого взгляда в дерево, его буквально трясло от смеха!

Похоже, его дурной вкус становился все хуже от мира к миру...

Последние три дня Сюэ Лин не обращал внимания на мужчину, который яростно впивался взглядом в дерево. На четвертый день мужчина, похоже, наконец-то решился и собирался что-то предпринять.

Сюэ Лин лениво ждал, что он надумал сделать.

В результате, как только он встал, в его руке появился меч.

Длинный меч, пылающий огнем и оплетенный пугающими молниями.

Когда меч вышел из ножен, даже голубое небо в Тайном царстве Нанькай на мгновение потемнело от его силы. Повсюду гремел гром, и Сюэ Лин ясно ощущал силу, которую мужчина собирал в мече.

Между искрами от молнии и сиянием от огня его внезапно посетило вдохновение, и он понял, с чем боролся этот человек последние несколько дней!

Этот ублюдок планировал срубить его!!!

Система:

"Похоже, на этот раз это действительно будет взаимная любовь и резня".

У Сюэ Лина не было времени кричать системе, чтобы она заткнулась. Если он не сделает шаг сейчас, то впоследствии он будет просто куском сломанного дерева.

Если судить по средствам Сюэ Лина, то он определенно отличался от своего предшественника, у которого не было никаких средств, чтобы дать отпор.

Небо в тайном царстве уже давно было пасмурным, и эти тучи, казалось, сокрушали небо. Многие молодые практики не понимали, в чем дело, но интуиция подсказывала им, что ситуация опасна.

Все тайное царство было окутано и закрыто таинственной силой, но в этот момент перед лицом мужчины расцвела бесконечная зелень.

Из примитивных ветвей быстро прорастали зеленые листья. Они поглотили огонь и искры, вылетавшие из меча, и медленно колыхались под дуновением ветерка.

Следуя по тропинке, вдоль которой росла зелень, взгляд мужчины привел его в рощу деревьев и он встретился с деревом, которое собирался срубить.

В этот момент дерево совершенно отличалось от своей прежней заурядности. От него исходило изумрудно-зеленое свечение, а перед деревом собирался нефритово-белый свет.

Он не знал почему, но в этот момент в Чи Лане внезапно поднялось чувство, которое можно было назвать лишь предвкушением.

Затем он увидел, как яркий нефритово-белый свет превратился в маленького симпатичного мальчика в зеленой мантии.

Почтенный Багровый Огонь необъяснимо почувствовал, что его обманули:

"..."

Он не знал почему, но его сердце внезапно сжалось от боли...

Ребенок был очень красив. На его лице было немного детского жирка, а поскольку он еще не вырос, пара лисьих глаз, которые смотрели то налево, то направо, казались довольно невинными и наивными.

Слезные родинки под уголками глаз делали его лицо холодным, но особенно когда он поджимал губы, глядя на Чи Ланя, это заставляло сердце бешено колотиться.

У него были длинные черные волосы, концы которых были перевязаны бледно-зеленой лентой. Рубашка того же цвета, что и лента, покрывала его тело, и хотя он просто стоял, Чи Лань почувствовал, как его собственные напряженные нервы полностью расслабились.

Именно поэтому он оставался здесь три дня. Это дерево могло заставить его разум и сознание вернуться в норму, чтобы он больше не находился во власти своих духовных корней...

Саженец посмотрел на него, как будто ему было противно, что он по своей прихоти рубит деревья. Когда он злился, его маленькие щечки надувались от ярости, и это было совершенно очаровательно. Маленький саженец пригрозил ему следующим образом:

"Если ты посмеешь срубить меня, я сделаю так, что мы погибнем вместе!"

Его глаза были яркими, как звезды, когда он злился. Его губы были слегка сжаты, а от его убийственного намерения бледно-зеленая одежда и волосы развевались вокруг него.

И вот именно так выглядел этот необыкновенный человек перед ним.

Если бы этот человек не был мальчиком, которому на вид было меньше десяти лет, Чи Лань определенно понял бы, что его сердце дрогнуло.

К сожалению, это был маленький мальчик, поэтому Чи Лань подсознательно крепче сжал свой меч, его выражение лица стало запутавшимся.

Это была возможность полностью изменить свои духовные корни. Он не собирался сдаваться только потому, что появился древесный демон или дух.

"Погибнуть вместе?"

Его голос был холодным. Все его тело явно пылало огнем, но его голос был настолько ледяным, что заставлял людей дрожать.

"Потому что ты так сказал?"

Сюэ Лин почувствовал стимул от таких слов. Редко когда он не мог воспользоваться этим человеком. Теперь он сузил глаза и оглядел мужчину с ног до головы, после чего сказал:

"Да. Из-за меня".

Меч уже пересек пространство между ними. Мужчина, очевидно, не испугался таких слов. Он усмехнулся и сказал:

"Тогда давай попробуем".

"Ты действительно думал, что я шучу?"

Сюэ Лин взмахнул рукой, и из его руки вылетели зеленые листья, которые быстро полетели к мечу, чтобы поглотить пламя на нем.

"Ты хочешь зарубить меня только потому, что думаешь вернуть себе рассудок. Ты же не думаешь, что мой ствол может сделать это просто так?"

Чи Лань поджал губы.

"Молния и огонь опутали твое тело, но у тебя только один духовный корень. Твой духовный корень не чист. Если ты до сих пор обладаешь такой силой, это значит, что у тебя проблемы. Когда ты пришел сюда три дня назад, ты был близок к тому, чтобы потерять рассудок. Без моей ауры твое сознание медленно разрушалось бы духовным корнем, и ты окончательно превратился бы в бездушного убийцу".

Его лицо было холодным, когда он произнес эти слова слегка насмешливым тоном. В конце концов, для него, как для дерева, было нормальным не испытывать симпатии к человеку, который без слов рубит деревья.

"Если ты срубишь меня сейчас, то с таким же успехом ты можешь просто подождать, чтобы окончательно потерять рассудок, а затем зарезать себя до смерти".

Чи Лань: "..."

"Что, больше не будешь рубить?"

Лицо Сюэ Лина показывало его недовольство. Его рот скривился в холодной усмешке, и это заставило сердце Чи Ланя затрепетать.

Он выглядел довольно смущенным. Он замер на некоторое время, а затем сказал:

"Мне нужно быть начеку, поэтому я не отпущу тебя, даже если не прирежу".

Система: "..."

Слышали? Насколько бесстыдным нужно было быть, чтобы сказать такое?

Сюэ Лин лениво посмотрел на него и сказал:

"Нет проблем. Если у тебя есть возможность, то выкопай меня. Если ты сможешь меня откопать, я пойду за тобой".

В любом случае, он не мог больше оставаться здесь. Вместо того чтобы быть разрезанным пополам, он мог бы позволить человеку унести себя.

Кроме того, корень огня и молнии этого человека был полезен для него. Поглощение этой бурной Ци поможет ему быстрее стать человеком.

Система: "..."

Она не знала почему, но внезапно почувствовала холодок, поднимающийся сзади нее. У неё всегда было чувство, что этот человек может оказаться не таким уж удачливым...

У Чи Ланя не было другого выбора, и по какой-то странной, необъяснимой причине он никак не мог справиться с маленьким саженцем перед ним.

От отчаяния у Чи Ланя не осталось другого выбора, и он начал откапывать дерево.

Более того, то, что он выкапывал, не было обычным деревом. Корни Древа Просветления, существующего уже десятки тысяч лет, густо разрослись во все стороны. Они распространялись во все стороны и вниз по всему Тайному царству Нанькай. Чтобы выкопать его без повреждений, потребовалось приложить не мало усилий.

Напротив, Сюэ Лин даже предупредил Чи Ланя:

"Если ты повредишь хотя бы один из моих корней, я позабочусь о том, чтобы мы погибли вместе!"

Такая угроза была очень старомодной, но очень полезной. По крайней мере, у Чи Ланя не было никакой возможности справиться с этим ребенком, который держал его щеку в руке перед ним.

Система: "Хозяин, когда это твои фокусы стали такими старомодными... Этот метод угрозы..."

"Не обязательно использовать новые методы, чтобы угрожать людям. Пока это полезно, все в порядке".

Сюэ Лин явно был телом, которое было сделано из сгущенной духовной силы, но он выглядел очень реально. Он сидел на ветке и раскачивал ногами, выглядя наивным и невинным. Каждый раз, когда Чи Лань смотрел на него с гримасой, стиснув зубы, Сюэ Лин высовывал язык и делал несколько детских выражений, в полной мере используя свою способность разыгрывать спектакль.

"Кроме того, так я выгляжу очень наивным и добрым~ Разве система не считает меня милым?"

Система: "Да ни капли".

"Ну и ладно~"

Сюэ Лин пожал плечами.

"Ничего страшного. Достаточно того, что он находит это милым. Я все равно делаю это не для тебя".

Система снова почувствовала холодок, пробежавший по позвоночнику. Интуиция подсказывала ей, что таков был план ее хозяина в отношении этого человека. И как человек, который был несчастлив с этим человеком, система была счастлива, зная, как несчастен будет этот человек в будущем.

"Почему хозяин настаивает на сохранении этого облика..."

Хотя с виду Дерево Просветления выглядело маленьким, на самом деле это был дух дерева, который существовал уже десять тысяч лет. Если разрезать дерево пополам, чтобы сосчитать кольца, то, по подсчетам, на это ушло бы несколько дней и ночей, так что Сюэ Лин просто притворялся молодым и нежным, развлекаясь за чужой счет.

"Потому что он хотел меня срубить!"

Сюэ Лин весело рассмеялся:

"Он не полюбит дерево, а также не влюбится в ребенка. Если он действительно влюбится в меня, это определенно будет для него душевной пыткой~"

Система: "..."

Ее повелитель-хозяин был действительно жесток со своим человеком...

"Видишь, он уже подсознательно беспокоится обо мне, но не имеет никаких других намерений, верно? Это потому что я ребенок".

Сюэ Лин счастливо рассмеялся.

"Это довольно хорошее чувство. Как ты думаешь, когда он вдруг прозреет?"

Система: "..."

"Когда хозяин превратится в человека, ты намерен сохранить ту же внешность?"

"После превращения моя внешность останется неизменной на всю жизнь. Как я смогу всю жизнь притворяться маленьким духом?"

Сюэ Лин хмыкнул и продолжил недовольно:

"Ты забыл, что нам еще нужно сцепиться с главным героем?"

Система: "..."

Это была такая целеустремленная система, но ее все равно обвинили в том, что она забыла о главном герое и цели своего хозяина, который целыми днями только и делал, что влюблялся...

Ее действительно обидели как систему!

Выкапывание деревьев было очень масштабным проектом. Из-за некоторых правил, Сюэ Лин не смог бы переместить свое тело и покинуть это тайное царство, если бы его корни не вышли из земли. Поэтому он выгнал всех в Тайном царстве Нанькай, чтобы облегчить Чи Ланю задачу по раскопкам.

Все в Тайной Области Нанькай было под контролем Сюэ Лина, поэтому там не было других духовных монстров. Некому было помочь Чи Ланю, и достопочтенный Багровый Огонь фыркал и охал, но целый месяц копал в одиночку, прежде чем успешно вытащил все корни.

У него не было ни еды, ни питья, ни отдыха. Только когда он уставал до такой степени, что ему хотелось убивать людей, он мог повернуть голову и мельком взглянуть на маленького ребенка, который ходил за ним по пятам и время от времени делал всякие забавные замечания, независимо от того, была ли на то причина.

Благодаря разговору за этот месяц, Чи Лань успешно получил некоторую информацию об этом маленьком саженце. Например, он жил десятки тысяч лет, но только в последние годы смог использовать свою духовную силу, чтобы сгустить маленькое тело.

Например, он узнал, что это тайное царство принадлежит ему, и он был самым ценным сокровищем в этом тайном царстве. То, что он смог забрать его, означало, что он получил наивисшую выгоду.

Однако, сколько бы они ни говорили, Чи Лань все равно не знал, что это за саженец. Саженец, казалось, не имел большого опыта в этом мире, но ему все же удалось умолчать о том, к какому виду он относится. Когда Чи Лань спрашивал слишком резко, он говорил ему с насмешливым выражением лица:

"Что ты так много просишь? В любом случае, во всем мире культивации есть только один я. Даже если ты умрешь, второго такого не найти, так что лучше не думай ничего со мной делать. Иначе мы погибнем вместе!"

Услышав, как он часто говорит о совместной гибели, Чи Лань уже почувствовал, что фраза была довольно милой. Когда маленький саженец разевал рот, он был чрезвычайно мил, ведя себя надменно и высокомерно, как будто все небо и земля принадлежали ему.

Чи Лань всегда недолюбливал таких темпераментных людей. Он не знал, почему не мог найти в себе силы ненавидеть, когда сталкивался с этим малышом.

Когда он закончил с последней лопатой грязи, перед Чи Ланем были разложены бесчисленные корни, принадлежащие Древу Просветления. Он не видел корней многих деревьев раньше, но все равно был потрясен количеством корней у этого маленького саженца.

Глядя на корни, он уже не сомневался, что это дерево растет десять тысяч лет.

Хотя каждый раз, когда этот мальчишка насмехался над его молодостью, ему хотелось ухмыльнуться.

После того как он закончил копать, Сюэ Лин, естественно, освободился. В этот момент он уже мог полностью контролировать все дерево. Поэтому он уменьшил тело и корни дерева до размера, который мог поместиться в ладони Чи Лань, и даже нашел бассейн, чтобы тщательно вымыть дерево с головы до ног.

Система: "..."

Это было дерево. Как оно могло вести себя как животное...

Чи Лань тоже задавался этим вопросом, но когда он посмотрел на саженец, который хорошо себя вел и покоился на его ладони, то почувствовал, что все его сердце стало мягким. У него действительно не было ни одной свободной мысли, чтобы заботиться о подобных вещах.

Почтенный Багровый Огонь имел репутацию в мире. Все говорили, что его характер может взорваться при малейшей провокации, но на самом деле характер у Чи Ланя был довольно хороший. С детства, из-за страданий, вызванных мутацией его духовного корня, он был неразговорчив, а его характер был склонен к мрачности.

Мрачность превратилась в айсберг, а поскольку все его тело всегда было покрыто огненной Ци, никто не мог почувствовать холодное сердце, скрытое под вулканом.

Теперь все было совершенно иначе.

Как сказал саженец, когда он был рядом, ему не нужно было беспокоиться о том, что его разум будет разъеден духовным корнем и он не сможет контролировать себя.

За это время его болезнь отступала и ему становилось все лучше и лучше, и он верил, что пока он носит с собой это дерево, он сможет без проблем подняться в следующее царство. В то время он мог взять маленькое деревце с собой на небо.

Из его тела больше не выходила огненная Ци, которая обжигала других, когда к нему прикасались, поэтому изначальная природа Чи Ланя естественным образом дала о себе знать.

Он не умел говорить, но когда он был вместе с маленьким саженцем, он был готов говорить немного больше, чтобы поддразнить его, и, глядя на его гордый вид, казалось, что что-то слегка царапает его сердце.

Чи Лань не знал, было ли это связано с влиянием его очищенного духовного корня, но его темперамент был намного лучше, чем раньше. В последнее время его сердце сильно смягчилось, хотя это было дерево, которое было помещено туда, чтобы о нем заботились...

Сюэ Лин: "Ха-ха".

Из-за того, что Дерево Просветления ушло, все Тайное царство Нанкай рухнуло. Все посланные люди были в замешательстве и не знали, что произошло. Через полмесяца все колебания Ци из тайного царства полностью исчезли. Только тогда они поняли, что тайное царство исчезло.

Новость об обстоятельствах в тайном царстве Нанькай некоторое время распространялась в сфере культивации. Только после возвращения Чи Ланя в Секту Небесного Меча тема разговора изменилась, и культиваторы начали обсуждать большие изменения в личном образе достопочтенного Багрового Огня.

Раньше Чи Лань любил носить красные одежды, но после того, как он вылечил свой нрав, он снова стал носить белые одежды, которые больше соответствовали его природе. Весь его облик напоминал осколок льда, и если бы не одно и то же лицо и не его подавляющая сила, другие бы поверили, что это другой человек.

Чи Лань не говорил много, когда люди приходили поинтересоваться ситуацией. Он только сказал, что нашел способ подавить свой духовный корень, и что в ближайшее время больше не будет никаких инцидентов.

Клан Чи был в восторге от этой новости в течение долгого времени, и люди в мире культивации также облегченно вздохнули.

Все в Секте Небесного Меча также были очень счастливы, поздравляя Чи Ланя один за другим.

Это было замечательно - не беспокоиться целыми днями о том, не взорвет ли Почтенный Багровый Огонь ненароком горную вершину или что-то в этом роде!

Сюэ Лин также был очень доволен обстановкой на Пике Неподвижности Секты Небесного Меча. Ци была в изобилии, а качество почвы было очень хорошим. Это было очень подходящее место для того, чтобы пустить корни и впитать сущность солнца и луны. Он поставил ему высокую оценку.

Жизнь Чи Ланя была очень однообразной - он просто возделывал землю каждый день. Сюэ Лин последовал его примеру и занимался культивированием рядом с ним. Система чувствовала, что эта жизнь очень скучна - с таким же успехом можно было вернуться в предыдущий мир. Этот мир был скучнее, чем возможно себе представить!

Но вскоре произошло кое-что интересное.

Сюэ Лин собирался трансформироваться.

У Секты Небесного Меча было семь вершин - Неподвижная, Средняя, Нижняя Шан, а над ними - Небесная, Земная, Глубокая и Желтая. Владыки каждой вершины были могущественными людьми, и среди них самым сильным был пиковый мастер Почтенный Багровый Огонь с вершины Шан.

К сожалению, пик Шан был закрыт круглый год и не принимал учеников. Почтенному Багровому Огню также не нужно было служение кого бы то ни было.

В прошлом вершина Шан была закрытой из-за плохого характера владыки этой вершины и его нелюбви к тому, чтобы рядом с ним отирались другие люди; а кроме того, влекомые славой Багрового Огня слишком много людей пытались пробраться внутрь.

Но благодаря всевозможным препятствиям и сложностям, никому не удалось попасть внутрь.

Было бесполезно, даже если бы сам Глава Секты заговорил. В конце концов, достопочтенный Багровый Огонь был главным козырем Секты Небесного Меча. Кроме тех практиков стадии Дуцзе в Секте Небесного Меча, которые ждали своего вознесения, из всех культиваторов стадии Дачэн, Чи Лань был самым сильным.

…….

Прошло триста лет с тех пор, как почтенный сильно изменил свою личность. Ранним утром этого дня облака покрывали вершину пика Шан. Даже с первого взгляда можно было понять, что это облака сулящие трибуляцию.

Все в секте Небесного Меча были потрясены этой обстановкой. Они думали, что это может быть громовой трибунал Почтенного Багрового Огню, но позже они ясно увидели, что это была молния трансформации демона.

В сердцах многих людей роились догадки.

Очевидно, все они были из одной секты, но они не подозревали, что на пике Шан есть кто-то, кроме достопочтенного Багрового Огня. И этот человек к тому же оказался демоном, который еще не сформировал свое тело!

Некоторые люди попытались подняться наверх и провести расследование, но еще до того, как они вошли на территорию Пика Шан, их спугнуло пламя Владыки Шан.

Это было пламя, принадлежащее к уровню Дачэн. Если бы оно хоть немного коснулось их, они бы полностью сгорели. Очень быстро весь пик Шан был окружен стеной такого огня, и вся гора оказалась наглухо закрытой.

Толпа с трепетом и паникой наблюдала за происходящим на их глазах. Они не знали, что за трюки задумал владыка вершины Шан. Если он использовал такие меры предосторожности, значит, этот человек должен был быть кем-то важным. Но почему они раньше ничего не слышали об этом человеке?

Чи Лань взмахом руки установил границу вокруг Пика Шан, а затем с тревогой посмотрел на собирающиеся в небе облака.

Он не мог связаться с маленьким саженцем с тех пор, как утром появилась молния. Раньше малыш изредка появлялся и гулял по двору, но в последнее время он его совсем не видел.

Чи Лань уже давно беспокоился, но он не ожидал, что это связано с тем, что маленький саженец вот-вот превратится в человека.

Теперь он расстроился еще больше.

Превращение в человека было великим бедствием для демона. Если бы он смог пережить эту молнию, то в будущем достиг бы вдвое больших результатов при вдвое меньших усилиях в культивировании. Но этот вид молнии было совсем не просто преодолеть.

Во внутреннем дворе древесный саженец сильно раскачивался от порывистого ветра. Он дул так сильно, что даже его корни были неустойчивы, и хаотично распространялись во всех направлениях, пока не обвились вокруг горы, прежде чем немного стабилизировались.

В центре бури Сюэ Лин повернулся лицом к ветру, его вид был по-прежнему ленивым и непринужденным, он совершенно не боялся молний, которые грозили уничтожить его.

Когда он перевоплотился, молнии были еще более яростными, чем сейчас, и каждый удар стремился разрубить его насмерть. Хорошо, что ему повезло, и он спасся. Изначально предполагалось, что на этот раз молния будет продолжаться девять дней, но система и сознание этого мира провели дискуссию, и хотя молния выглядела очень пугающе, но, когда она приземлилась на тело Сюэ Лина, не было никаких ощущений.

Сюэ Лину нужно было лишь убедиться, что он превратился в тот облик, который хотел, когда наконец принял человеческую форму. Но это был не первый раз, когда Сюэ Лин занимался подобными вещами - у него был большой опыт, и он совсем не волновался.

А вот нервное выражение лица Чи Ланя было весьма забавным.

В течение всего этого времени между ними не было, разумеется, никакой химии. На мертвенно-безразличное выражение лица Чи Ланя было неинтересно смотреть, и Сюэ Лин тоже не хотел сближаться с ним.

В любом случае, он был недоволен этим человеком, и достаточно было бы, чтоб он не злился и не ревновал, когда Сюэ Лин отправится похищать главного героя.

Если бы мужчина не донимал его, он смог бы уделить немного времени тренировке симпатичного главного героя.

Он определенно сможет воспитать гордость новой эры. Это было абсолютно необходимо, чтобы он стал тем существом, которому завидовал каждый ребенок в мире культивации, когда они говорили о нем~.

В его голове было много таких случайных мыслей, но когда молния действительно ударила, Сюэ Лин совсем не отвлекся.

Молния с силой ударила в саженец. Когда она упала на тело дерева, десятки миллионов зеленых листьев вспыхнули в мгновение ока, закрывая искры, которые последовали за громом и молнией; сама молния пробежала по стволу и по корням дерева, которые теперь были полностью разбросаны по всей горе.

Гром гремел, молнии били одна за другой, словно желая уничтожить мир своей великой силой, но из-за границы, которую Чи Лань создал вокруг пика Шан, они не распространялись за его пределы, и толпа вновь увидела силу Почтенного Багрового Огня и поняла, насколько важен для него демон, проходящий через трибуляцию.

На этот раз трибуляция длилась два дня, и тяжелые тучи на небе рассеялись только утром третьего дня. Свет, льющийся с неба, упал прямо на голое дерево, которое было почти расколото на части.

Совершенно новые зеленые листья росли очень быстро, листья были нежно-зеленого цвета. Все дерево быстро выросло с размеров саженца и устремилось прямо к горизонту, соединяясь с небом.

Даже если теперь он был достаточно велик, чтобы покрыть небо, он все еще находился в другой плоскости существования, и те, кто наблюдал за ним со стороны Пика Шан, не имели ни малейшего представления о том, что только что появилось.

Это было изначальное тело Сюэ Лина. Естественно, он должен был использовать какие-то средства, чтобы защитить себя.

Чи Лань не отрываясь смотрел на происходящее перед его глазами, предвкушая, как скоро он сможет по-настоящему обнять и прижать к себе этого милого маленького мальчика. Он сможет ущипнуть его маленькое личико, взять его за руку и прикоснуться своей рукой к этим невероятно красным губам.

Однако то, что наконец появилось перед ним, привело его в полное замешательство.

Молодой человек вышел из-за дерева, его тело было облачено в одежду, красную, как пламя. Его лисьи глаза были слегка вздернуты, взгляд струился, а манера поведения была великолепной.

Его лицо было чрезвычайно красивым. Оно не было прекрасным, как у магического существа, но любой мог с первого взгляда понять, что это все же демон, и его красота делала очевидным, что он - дух демона, который появляется лишь раз в десятки тысяч лет.

Его внешность была андрогинной, с завитыми ресницами и красными губами. Родинки от слез в уголках его глаз больше не создавали прежнего ощущения холода, а скорее подчеркивали его демоническую красоту.

Хотя на лице Чи Ланя не было никакого выражения, в его сердце бушевала яростная и пугающая буря.

Сюэ Лин поднял руку и пощупал свое лицо. Неплохо - проходя через один мир за другим, он все еще не забыл, как выглядел. В конце концов, это лицо все еще было лучшим.

Система молча кивнула. Это была правда. Ни одно из тел, которые она выбирала для своего хозяина, не обладало такой сильной демонической аурой, способной запомнится навсегда.

После успешного превращения Сюэ Лину некогда было обращать внимание на мужчину, который все еще стоял на месте и выглядел нормально, в то время как его дух уже улетел в неизвестные края.

Он повернулся и посмотрел на свое преобразованное первоначальное тело, затем щелкнул пальцем и полностью спрятал свое древесное тело в тайном пространстве.

Земля, на которой было посажено его первоначальное тело, выглядела не иначе, чем раньше, и те, кто не обладал определенным уровнем силы, не смогли бы увидеть, что здесь спрятана нижняя половина дерева.

Чтобы Древо Просветления выросло таким большим, должно было пройти более ста тысяч лет, но Сюэ Лин был другим. Благодаря культивации и трансформации своего тела, он теперь полностью контролировал всю силу, накопленную за последние десять тысяч лет. Он даже мог заимствовать бесчисленные Дао на своем теле и использовать их в любое время, если захочет.

Обычно в мире существовали десятки тысяч даосов, но каждый человек мог следовать только одному. Но Сюэ Лин теперь контролировал все правила этого мира, и десятки тысяч Великих Дао были в его распоряжении.

Если бы не тот факт, что ему нужно было выглядеть слабым на первый взгляд, то разницы в силе между ним и стоящим перед ним почтенным Багровым Огнем просто не существовало бы.

Сюэ Лин не мог понять, почему этот человек всегда был сильнее его в любом мире. Как ему это удавалось снова и снова?

"Ты..."

Простояв в оцепенении долгое время, почтенный Багровый Огонь наконец взял себя в руки. Он открыл рот и снова закрыл его, потому что, когда взгляд Сюэ Лина скользнул мимо, он не смог произнести ни слова.

Он был слишком потрясен. Когда перед ним появился этот человек, в его сердце бушевали бури. За последние несколько сотен лет он не мог разобраться в своих чувствах, когда перед ним предстало лицо маленького саженца, но теперь все его чувства хлынули, как поток, и казалось, что он тонет в каждом взгляде этого человека, в каждом его движении.

Это было слишком странно. Для Чи Ланя эти чувства, казалось, нахлынули разом, но в то же время казалось, что они бродили уже долгое время. Ему следовало бы самому разобраться в своих чувствах, но они всегда были подавлены, и он был совершенно не в состоянии их высказать. Теперь же его настроение резко поднялось, и он на мгновение растерялся, что сказать.

Сюэ Лин поднял брови. С его нынешней внешностью этот жест был еще более провокационным, и у Чи Ланя перехватило дыхание.

"Что случилось?"

Хотя он задал вопрос, он улыбался, когда говорил, и это необъяснимо сделало предложение двусмысленным.

"..."

Сердцебиение Чи Ланя достигло двухсот ударов в минуту. Кончики его ушей были красными, а все его тело казалось не связанным с землей. Почтенный, который был холост сотни лет, никогда не думал, что когда настанет день, когда он наконец-то встретится со своей возлюбленной, он будет слишком нервничать, чтобы заговорить.

"Если ты спрячешь свое первоначальное тело, я не смогу покинуть это место".

Он долго размышлял и, наконец, придумал тему, которую можно вынести на обсуждение. Хотя, только произнеся это вслух, он понял, что это не самая лучшая тема для обсуждения.

Но молодой саженец, казалось, совсем не возражал, он улыбнулся ему и сказал:

"Это не проблема. Пока я следую за тобой, все будет в порядке".

Он моргнул глазами, и невинное и наивное выражение лица заворожило его сердце. Столкнувшись с такой улыбкой, большинство людей, вероятно, были бы готовы бросить свое сердце к его ногам.

"Но бедствие грома было настолько велико, что очень маловероятно, что ты сможешь скрыть мое существование".

Чи Лань подумал в своем сердце, что он действительно не хочет выводить его на всеобщее обозрение. Это его демоническое обличье могло привести к целому вороху бедствий, и утащить за собой целую кучу людей, у которых были неправильные мысли.

Но он прекрасно понимал, что не может произнести таких слов. Он лишь поджал губы и ответил:

"Завтра я открою Пик Шан и устрою смотр кандидатов. Я приму тебя как своего прямого ученика, и в будущем буду прикрывать тебя, пока я нахожусь на континенте Пожирателей Неба".

Сюэ Лин на секунду замер, а затем окинул его глубоким взглядом.

"Я запомню твои слова. Хотя человеческим словам чаще всего нельзя доверять, но раз уж наши жизни связаны, я доверюсь тебе в этот раз".

Оглядываясь назад, Чи Лань вдруг почувствовал, что ему очень нравились слова "мы умрем вместе", о которых так любил говорить этот малыш.

К сожалению, он совсем забыл об одной вещи. В отношениях между ними он был единственным, кто односторонне нуждался в Сюэ Лине. Сюэ Лин мог культивировать, полагаясь на свой мутировавший духовный корень, но мог и не делать этого.

Как дерево, пока его не срубили, вероятность смерти была крайне мала. Более того, теперь, когда он успешно превратился в человека, другим будет очень трудно что-то сделать с ним.

Сюэ Лин также не собирался выяснять отношения. Он мог сказать, что мужчина в настоящее время не осмеливался ничего ему сделать, а это означало, что на этот раз он сможет сыграть в большую игру~

"..."

Двое взаимно молчали некоторое время, прежде чем Чи Лань заговорил снова.

"У тебя... есть имя...?"

Сюэ Лин вдруг понял, что собеседник никогда не знал его имени. Когда он называл его, он всегда использовал "маленький саженец"...

Ах. Чем больше он думал об этом, тем больше расстраивался.

"Сюэ Лин".

Это был второй раз, когда он представлялся этим именем. Сюэ Лин выглядел очень серьезно и торжественно, и его выражение лица полностью отличалось от его обычной лени.

"Запомни, Сюэ - снег, а Лин - перья".

"Белоснежные перья... Сюэ Лин..."

Мужчина тщательно прочувствовал эти два слова, словно желая проглотить их в своем сердце.

На самом деле, когда он услышал это имя, у него возникло ощущение, что эти два слова всегда были глубоко выгравированы в его сердце. Каждый раз, когда он вспоминал их, его сердце разгоралось.

Казалось, он и обладатель этого имени были предназначены друг для друга с самого рождения.

И обладатель этого имени стоял сейчас перед ним.

Он смотрел прямо на него.

Только подумав об этом, Чи Лань уже чувствовал, что вот-вот потеряет контроль над огнем в своем теле.

Новость о том, что почтенный Багровый Огонь принял ученика, быстро распространилась, и очень скоро весь мир культивации знал, что некто осмелился стать его учеником. И это был не просто кто-то, кто пробивался к нему силой, это был кто-то, кого он нашел сам.

Большинство из них считали, что это вполне нормально. В конце концов, лучше найти ученика самому, чем обучать кучу случайных людей, которых тебе навязали. По сравнению с вопросом, почему он решил принять ученика именно сейчас, их больше интересовало, кто именно стал учеником достопочтенного Багрового Огня.

Догадаться об этом было очень легко. В конце концов, пик Шан только что прошел через трибуляцию грома, и кроме этого человека и достопочтенного Багрового Огня, на горной вершине больше никого не должно быть. Кроме его ученика, не должно быть никого, кто мог бы заставить Почтенного сначала защищать его, а потом стать Наставником.

Организатором этого мероприятия была Секта Небесного Меча, но клан Чи тоже присоединился. За эти несколько дней Сюэ Лин был представлен лидерам всех основных сил в мире культивации, и в основном был признан всеми ими. Он также получил множество артефактов и оружия.

Увидев его, почти у всех было одно и то же выражение лица. Сначала они были ошеломлены, потом смущались, потому что были ошеломлены, потом неловко улыбались, а затем со смущенным выражением лица вручали свой подарок для первой встречи.

И когда они дарили свои подарки, они всегда очень тщательно следили за тем, чтобы их взгляды не падали на его лицо.

Сюэ Лин все время улыбался. Он встречал одного человека за другим, но его улыбка не становилась напряженной. Каждый раз, когда он улыбался, изгиб его рта слегка менялся, а каждый раз, когда он получал подарок, его улыбка становилась особенно искренней.

В мире культивации у почтенного Багрового Огня было очень мало друзей, но у него было много знакомых. Будь то личные связи его семьи, или связи через Секту Небесного Меча, или благодаря его собственной силы - все это были причины, по которым эти люди оказывали ему уважение.

Теперь, когда они встретили его, все они могли использовать только одну цель. Все сошлись во мнении, что маленький ученик, которого взял к себе Почтенный Багровый Огонь, был злодеем.

Он был из тех злодеев, которые особенно приятны и восхитительны. Когда он улыбался, никто не мог отказать ему в просьбе.

Увы, как мог такой прекрасный ребенок быть похищенным кем-то вроде Почтенного Багрового Огня? Если бы он принадлежал им... сколько уважения вызвало бы это, если бы они могли каждый день выводить его на улицу, чтобы похвастаться~

Благодаря этому собранию, имя Сюэ Лина распространилось по всему миру культивации. На самом деле, намерения Чи Ланя в проведении этого мероприятия были очень ясны - он хотел, чтобы все узнали и признали его ученика, и не позволили тем, кто не может видеть вещи ясно, навредить или сделать шаг к его персоне.

Его маленький ученик действительно был слишком хорош собой. Он немного беспокоился о том, сможет ли он должным образом позаботиться о нем.

Когда молодые ученики Секты Небесного Меча узнали, что среди них появился новый член с большой поддержкой, они забеспокоились, что другой участник окажется хулиганом, который, полагаясь на силу своего мастера, будет создавать проблемы по всему миру. Позже они обнаружили, что ошибались.

Почтенный Багровый Огонь весь день оставался на Пике Шан, и тот человек поступил так же и не спустился. Они не обладали достаточно высоким статусом, чтобы присутствовать на торжествах, посвященных его появлению в мире культивации, и вообще никогда его не видели.

Когда они пошли расспрашивать старших боевых братьев и сестер, все они были немногословны и отказывались говорить, отчего маленьким ученикам стало еще более любопытно, что это за новый старший брат.

Но они не ожидали, что возможность увидеть его представится так быстро.

Пять великих сект и семь крупных кланов принимали новых учеников через определенные промежутки времени - раз в сто лет. И этот раунд набора был тем самым временем, когда в этой истории появился главный герой.

Сюэ Лин оповестил своего человека, подготавливая его нарушить практику закрытой вершины, и в приподнятом настроении отправился на это мероприятие.

На пике Шан их было только двое. Мужчина говорил мало, поэтому сказать, что он помогает своему Наставнику найти маленького ученика, чтобы у него появился младший брат, было совсем несложно.

Чи Лань никогда не отказывал ему ни в одной просьбе. Хотя этот малыш обычно мало с ним разговаривал и показывал свою слабую сторону только тогда, когда ему было о чем попросить, Чи Лань все равно чувствовал себя очень довольным. По крайней мере, его ученик мог найти его, если бы ему что-то понадобилось.

Очень скоро он, вероятно, пожалеет о том, что согласился позволить Сюэ Лину присутствовать на сегодняшнем мероприятии по набору учеников.

Ученики, которых принимали в секты Высшего, Среднего и Нижнего пиков, обычно уже были учениками секты. То есть, как правило, они были из семей некоторых культиваторов, уже состоящих в секте.

Когда дети этих людей достигали возраста, позволяющего начать культивирование, их отправляли на Средний или Нижний пик в соответствии с их квалификацией, поэтому Средний и Нижний пики не участвовали в этом наборе.

Ситуация с пиком Шан была особенной. С тех пор как Чи Лань пришел на Пик Шан, он всегда был местом, на которое никто не смел показывать пальцем. Если Сюэ Лину нужен был кто-то, ему нужно было только привести его, и он становился членом Пика Шан.

Поэтому, когда он широко улыбнулся и сказал Лидеру Секты, что его Наставник попросил его помочь выбрать маленького ученика, Лидер Секты почувствовал необъяснимое удовлетворение.

По крайней мере, этот человек не был полностью безразличен, поскольку он и Секта Небесного Меча были связаны друг с другом.

На этом съезде кандидатов присутствовали люди с пика Неба, Земли, Глубокого и Желтого. Среди них Небесный и Земной пики имели приоритет - глава Небесного пика был главой всей секты, а глава Земного пика был изначальным Наставников главного героя, известного в мире культивации как "Предвечный Громовержец".

Он находился на стадии Дунсюй и не мог считаться одним из сильнейших в Секте Небесного Меча, но у него был молниеносный духовный корень, а его сила атаки была сильной и взрывной. Мало кто смог бы противостоять ему в схватке один на один.

Можно считать, что главному герою очень повезло, что он выбрал его тогда.

К сожалению, намерения этого человека были не такими чистыми, как казалось на первый взгляд. Похоже, он готовил какой-то заговор, и духовные корни и телосложение главного героя были ему полезны. Он взял главного героя только для того, чтобы в нужный момент полностью уничтожить его и помочь себе продвинуться вперед.

Сюэ Лину оставалось только схватить главного героя до того, как тот примет решение.

Хотя сейчас он не мог победить Предвечного Громовержца в поединке, все же был кто-то выше него. С точки зрения Почтенного Багрового Огня, этот Громовержец не имел большого значения.

Такие вещи, как это мероприятие по набору учеников, не входили в обязанности главы секты, но если у них действительно были намерения принять ученика, то глава каждой вершины могли лично прийти и посмотреть.

Если они хотели, чтобы их подчиненные выбрали несколько хороших саженцев, им нужно было только приказать людям пойти и сделать это. Не все пики были такими, как пик Шан, и на них работал только один человек.

Выслушав намерения Сюэ Лина, глава секты подозвал своего старшего ученика, чтобы тот провел Сюэ Лина. Этот старший брат Секты Небесного Меча был главным учеником Главы Секты и отвечал за все дела этого мероприятия по набору учеников. У главы секты не было потомков, и он, похоже, готовил его в качестве следующего главы секты.

Этот старший брат был на поколение выше Чи Ланя. В настоящее время он находился на поздней стадии Чуцяо (5-я) и считался неплохим среди своих сверстников.

Возможно, это было связано с тем, что его способности к культивированию были посредственными, но его способности к управлению делами были хорошими, поэтому его назначили следующим главой секты.

В конце концов, те, у кого сердце было занято культивированием, не любили учиться разбираться с этими мирскими вещами. Нелегко было найти хотя бы одного-двух человек, которым нравилось заниматься подобными вещами, поэтому глава секты мог считать, что ему очень повезло с первым учеником, которого он принял, которому нравилось управлять делами.

С точки зрения поколения, Сюэ Лин был одного поколения с этим старшим братом, поэтому он обращался к нему просто "Старший Брат".

Хотя этот старший брат уже выглядел как мужчина средних лет...

Ходили слухи, что это потому, что такой вид казался более достойным, и это позволяло ему не сталкиваться с подозрениями при распределении заданий.

"Младший брат пришел сюда, чтобы выбрать ученика для Почтенного?"

Старший брат был несколько удивлен, услышав цель прихода Сюэ Лина. В конце концов, у достопочтенного Багрового Огня была особенная репутация, и он несколько раз общался с ним на протяжении многих лет.

Раньше к нему было трудно подойти из-за огня, окружавшего его тело, но теперь, когда он превратился в айсберг, все стало еще хуже. Уже то, что у него был один ученик, было чудом, а теперь ему нужен еще один? Неужели он действительно изменился?

Сюэ Лин кивнул головой и легко окликнул Чи Ланя.

"Старший брат также знает, что Наставник всегда один на Пике Шан. Каждый день он либо занимается культивированием, либо находится за закрытой дверью. Но у меня нет такого темперамента. Быть одному скучновато, поэтому я хотел принять младшего брата, и он также сможет быть компаньоном".

Его старший брат наконец-то понял. Почтенный Багровый Огонь сейчас мало чем отличался от гигантского айсберга, и это было нормально, если кто-то не мог выносить его холодный темперамент в течение всего дня.

Его младший брат только-только превратился в человека, и он был молод и привлекателен. Если бы он целый день находился рядом с человеком без выражения лица, не понимающим красоты, было бы странно, если бы он был счастлив. Неудивительно, что он хотел найти себе спутницу.

"Раз уж почтенный согласился, приходи завтра".

Старший брат протянул Сюэ Лину жетон.

"Эти дети сегодня прошли проверку квалификации, поднялись по Небесной Лестнице и прошли Озеро Решимости. Завтра мы организуем для них вход в зал для аудиенций. Младший брат просто должен прийти завтра, чтобы забрать нового ученика."

На лице Сюэ Лина появилось любопытство, и он спросил:

"Неужели так трудно попасть в секту?"

Старший брат посмотрел на него с некоторым весельем.

"Именно так. Младший брат был лично приведен Почтенным. Нет ничего страшного в том, что тебе интересно узнать о тех вещах, которых ты не знаешь. Если ты действительно хочешь пойти и посмотреть, я организую для тебя поход. Это тоже прекрасно работает - если ты увидишь кого-то, кто тебе приглянется, ты можешь сообщить мне заранее".

Он выглядел очень добрым, улыбался и поглаживал бороду, давая такое обещание.

"Возможно, у твоего старшего брата нет других привилегий, но я все же могу помочь тебе заранее наметить кого-то как принадлежащего к Пику Шан. Это избавит тебя от необходимости спорить с главой вершины".

Это было именно то, что Сюэ Лин хотел услышать. Он радостно кивнул, его привел старший брат и передал одному из своих учеников.

Ученик, назначенный ему старшим братом, был внешним учеником. У него не было квалификации, чтобы видеть Сюэ Лина раньше, и когда он увидел его, то оцепенел на полминуты и отвернулся, стесняясь посмотреть ему прямо в лицо, когда опомнился.

Старший брат тоже не винил его. В конце концов, он тоже так отреагировал, когда впервые встретил этого младшего боевого брата. Он лишь приказал:

"Возьми с собой этого брата, чтобы посмотреть на испытания, которые устраивают для новых учеников. Будь осторожен и не позволяй никому столкнуться с ним".

Младший ученик, который выполнял много работы и подчинялся старшему брату, естественно, знал почти всех старших с разных вершин. Но человек, стоящий сейчас перед ним, определенно был новичком - он никогда не видел его раньше!

Ученик, которого недавно принял тот сумасшедший достопочтенный Багровый Огонь, похоже, стоял прямо перед ними!

У маленького ученика покраснели уши, когда он взял Сюэ Лина на свой меч и прибыл в зону для внешних учеников.

До завтрашнего дня все эти дети будут временно размещены во внешних дворах. Сюэ Лин прибыл рано, а дети в это время все еще поднимались по Небесной Лестнице, и каждый из них тяжело дышал.

Есть и другие, кто хотел присоединиться к волнениям и посмотреть на эти события, происходящие раз в сто лет. Маленький ученик подвел Сюэ Лина к ним, держа голову опущенной и представляя им Сюэ Лина, пока они шли.

"Квалификационное испытание началось сегодня рано утром. Наша Секта Небесного Меча - первая из пяти великих сект, и многие люди ждали этого дня, чтобы присоединиться к нам. В настоящее время у подножия горы еще есть люди, ожидающие экзамена".

Сюэ Лин заметил, что маленький ученик не осмеливался смотреть на его лицо, пока они шли, а только следил за его ботинками, и нашел это немного забавным.

"Почему ты держишь голову опущенной и не осмеливаешься смотреть на меня во время разговора?"

В соответствии с характером, который он себе задал, он должен был быть чистым и простым демоном, который, как ни странно, был очаровательным.

Он мог чередовать образ белого лотоса и невинной сладости по своему желанию. Возможно, именно потому, что он слишком много притворялся, даже когда взгляд мужчины, когда он иногда смотрел на него, был до ужаса нескрываемым, он все равно мог заниматься своими делами, как будто ничего не произошло.

Именно из-за такого отношения мужчина не осмелился сделать шаг к нему сейчас.

Сюэ Лин даже самодовольно кивнул системе:

"Смотри. Он, должно быть, боится, что если он скажет это вслух, у нас больше не будет возможности оставаться наставником и учеником, а я больше не буду невинным и наивным~".

Система: "..."

Хотя она хотела бы сказать, что ее хозяин действительно был довольно дешев, но видеть, как с этим человеком так обращаются, очень соответствовало ее мыслям, поэтому она решила промолчать.

Шаги маленького ученика застыли, а его голова опустилась еще ниже.

"Старший брат слишком красив... Боюсь, я буду ошеломлен".

Произнеся эти слова, он ужаснулся.

"Я заслуживаю проклятия за то, что так легкомысленно отзывался о старшем брате!"

Сюэ Лин усмехнулся и успокоил собеседника.

"Это не имеет значения~ Ты не первый, кто говорит, что я красивый. Мне очень нравится, когда люди хвалят меня~"

Маленький ученик был совершенно бессилен, когда столкнулся с такой улыбкой.

"..."

Ах... было такое чувство, будто его старший брат прострелил его сердце!

Во время этого разговора они вдвоем уже достигли вершины Небесной Лестницы. Многие люди стояли здесь, наблюдая за зрелищем и комментируя тех, кто поднимался по ступеням.

В Секте Небесного Меча не было возрастного ценза для тех, кто приходил на испытание, поэтому на Небесной Лестнице были люди всех возрастов. Здесь были дети с юными лицами, которые задыхались, но все равно поднимались по лестнице с твердым выражением лица, молодые люди, которые выглядели хорошо подготовленными, и пожилые люди, которые отказывались признать поражение или покориться смерти и должны были попробовать, прежде чем умереть.

Взгляд Сюэ Лина скользнул по большим и маленьким фигурам и наконец остановился на стройной, едва заметной фигуре на верхнем углу ступеней.

В детстве семейная ситуация главного героя была не очень хорошей. Мачеха плохо с ним обращалась, и ему стоило больших усилий сбежать из дома, чтобы посетить это мероприятие по набору учеников. Он был очень худым и маленьким, но даже несмотря на это, он не собирался останавливаться.

Это также было связано с его происхождением, поэтому он не сдавался, с чем бы он ни столкнулся в дальнейшем. Он боролся, сопротивлялся, игнорировал судьбу и отказывался следовать за ней!

Сюэ Лин скривил губы и пообещал себе, что превратит этого невезучего ребенка в самого удачливого во всем мире культивации.

Сначала люди на вершине Небесной Лестницы не заметили вновь прибывшего Сюэ Лина, но после того, как кто-то перевел взгляд и воскликнул, все взгляды обратились на фигуру Сюэ Лина.

На нем не было сине-белых одеяний, которые должны были носить ученики Секты Небесного Меча. Вместо этого на нем была черная одежда, а его длинные черные волосы были свободно завязаны красной лентой. Его брови были живописны, а каждое движение и улыбка пьянили.

Сюэ Лин не знал обо всем этом. Он смотрел на главного героя и отстраненно думал о том, какой будет реакция его мужчины, если он действительно притащит в дом этого ребенка. Уголки его губ подсознательно изогнулись вверх, но взгляд, казалось, был обращен куда-то вдаль или внутрь себя.

Людей, глазевших на него, становилось все больше, и младший ученик все больше волновался. Он дерзко потянул Сюэ Лина за рукав и спросил:

"Старший брат... ты видишь кого-нибудь, кто тебе нравится?"

По его одежде было видно, что младший ученик был из Секты Небесного Меча. Хотя он был учеником внешней секты, человека, которого он сопровождал, все равно нельзя было провоцировать. Однако сердца некоторых людей сильно чесались, и кое-кто усмехнулся, услышав слова маленького ученика.

"Видишь кого-то, кто тебе нравится? Ха-ха, говорить такие слова в такой ситуации. Даже если ты хочешь пройти через заднюю дверь, не нужно делать это так явно".

Сюэ Лин хмыкнул и наклонил голову, чтобы посмотреть на человека позади него, который насмехался над ним.

Это был подросток, выглядевший совсем юным. Он был одет в обычную форму ученика, но аксессуары на его теле были довольно роскошными. За ним стояло несколько младших братьев-учеников, и, похоже, его происхождение было довольно хорошим.

Сюэ Лин с любопытством спросил у младшего ученика рядом с ним:

"Кто этот человек?"

"Это брат-ученик Ань Чэн из Земного Пика".

Младший ученик опустил взгляд и представил его Сюэ Лину.

"Он ученик старшей сестры Имэн".

При подсчете старшинства, младший ученик, который привел сюда Сюэ Лина, был на одно поколение выше этого брата-ученика, но между учениками внешней секты и внутренними учениками была большая разница, и младший ученик не осмелился сказать слишком много.

"Имэн?"

Сюэ Лин тщательно повторил это имя, пытаясь вспомнить его. Это было имя, которое упоминалось в истории до того, как она было заброшена.

Сестрица Имэн была третьим личным учеником Повелителя Пика Земли, главным учеником Бессмертного Шанъюэ. Бессмертный Шаньюэ был одного поколения со старшим братом Сюэ Лином, поэтому с точки зрения старшинства, эта Имэн была "племянницей" Сюэ Лина.

Человек, приютивший главного героя, был "Громобоем", поэтому главный герой был на одном уровне старшинства с Бессмертным Шаньюэ. Чтобы подмаслить его, Имэн когда-то хорошо ладила с главным героем, но она также позаботилась о том, чтобы переступить через него, когда он пал духом.

Поддержать тех, кто шел вверх, и наступить на тех, кто страдал, было законом выживания в мире людей, и он также применим к миру культивации.

Теперь казалось, что этот ученик сестрицы Имэн, вероятно, не сильно отличался от нее.

Сюэ Лину было лень обращать на него внимание, он лишь лениво взглянул на своего оппонента, после чего изменил свои мысли.

"Учитель не представил меня им, так что они должны быть относительно незначительными. Просто не обращай на него внимания".

Младший ученик вытер холодный пот на лбу и подумал:

"Все люди, с которыми вас познакомил учитель, были великими личностями, известными во всем мире культивации. У госпожи Имэн даже не было достаточной квалификации для участия в мероприятии - как ее могли представить?"

Однако ученик Имэн отличался от этого рассудительного внешнего ученика. Поскольку у него была наставница Имэн, а ее статус был неплох, он всегда был задирой в Секте Небесного Меча. Но сейчас кто-то плохо отзывался о его мастере в его присутствии - как он мог не разозлиться?

"Ты! Что ты за тварь?! Осмелился бегать по секте, не надев даже форму. Если ты не будешь подчиняться правилам, не боишься, что люди с Вершины схватят тебя, чтобы преподать урок? У тебя хватает смелости говорить, что мой наставник ничтожен! Что ты о себе возомнил!"

"Что я о себе возомнил?"

Сюэ Лин окинул его глубоким взглядом, а затем легкомысленно сказал:

"А кто ты такой? В моих глазах что твой наставник, что твой пик - лишь пустое место. Если у тебя есть возможность, ты можешь пойти и спросить старших, ношу ли я форму секты или нет".

Его высказывания были дерзкими и высокомерными. Пик Земли был местом, ответственным за соблюдение закона в Секте Небесного Меча, а также местом, которого люди в Секте Небесного Меча боялись больше всего.

Мало того, что его слов сейчас было достаточно, чтобы его отправили в тюрьму, по крайней мере, на несколько десятилетий наказания, даже более того, их было достаточно, чтобы его прогнали из Секты Небесного Меча.

Но Сюэ Лин был бесстрашен. Хотя он не всегда полагался на то, что у него есть волосатая лапища в виду необычного Наставника. Но если ему в силу вредности характера хотелось иногда устраивать неприятности, наличие такой поддержки было бесполезным, если он не использовал ее.

Младший ученик склонил голову и не решался заговорить. Хотя слова Сюэ Лина переходили все мыслимые границы, у него было право так говорить. Он не был учеником Секты Небесного Меча, а скорее личным учеником Почтенного Багрового Огня.

Если Почтенный Багровый Огонь окажется недоволен, он может без проблем забрать с собой своего ученика и уйти из секты. Хотя слова Сюэ Лина были немного дерзкими, те, кто знал, кто он такой, не стали бы пытаться спорить с ним из-за таких вещей.

Глаза подростка расширились, а на лице появилось недоверие. Казалось, что Сюэ Лин произнес какие-то слова, сокрушающие небеса. Палец, который он поднял вверх, дрожал, и он считал это совершенно невероятным.

"Ты!"

Сюэ Лин усмехнулся и спросил его:

"Я, что? Я просто постою здесь. Ты можешь пойти и найти людей Пика Земли, привести их сюда и посмотреть, посмеют ли они что-нибудь сделать со мной?"

Подросток посмотрел на маленького ученика, стоявшего рядом с Сюэ Лином, и выпалил:

"Ты! Ты всего лишь внешний ученик! Кого ты нашел на дороге и притащил в нашу почитаемую секту! Я расскажу своему наставнику об этом деле! Я найду тебя! И его тоже!"

Сюэ Лин ткнул в него пальцем и сказал:

"Давай. Ты также можешь привести своего наставника, хотя это не имеет никакого значения~ Мне очень интересно узнать, что за талант смог воспитать такую мелочь, как ты."

Подросток был так зол, что в уголках его глаз появились слезы, а все его тело дрожало, когда он пытался подавить свой гнев.

Младший ученик больше не склонял голову. Поскольку Ань Чэн зацепил и его лично, он, естественно, не собирался держать себя в руках и позволять Сюэ Лину заступаться за него. Его учитель приказал ему не пренебрегать этим человеком, и даже сказал, чтобы никто не сталкивался с ним.

Почтенный Багровый Огонь сейчас редко покидал горную вершину и не выходил наружу; если Секта Небесного Меча оставит у его ученика такое отвратительное впечатление, что, если этот учений вернется и побудит своего Наставника вернуться в клан Чи вместе, сравняв секту с землей?

"Я действительно внешний ученик, но я ученик внешнего двора Непоколебимого Бессмертного с Небесного Пика. В этот раз я привел старшего дядю посмотреть на это собрание по приказу моего наставника. Нет ничего плохого в том, что я так поступил. Даже если наставница Имэн придет, неважно, столкнется ли она со мной или с дядей по оружию, она не сможет ничего сказать. Как его племянник, ты должен быть более осторожным, когда говоришь такие слова".

Подросток был готов взорваться от гнева.

"Ты не более чем внешний ученик! Какая у тебя квалификация, чтобы обращаться ко мне как к боевому племяннику!"

"Это правда, что у меня нет квалификации, но ты также не можешь так указывать и кричать на старшего дядю".

"Как он может считаться моим дядей! В лучшем случае, он просто дух лисы!"

Сюэ Лин поднял брови и с некоторым удивлением обратился к системе:

"Этот ребенок неплох. Он угадал довольно точно".

Система немедленно напомнила своему хозяину: "Главный герой вот-вот появится. Хозяин должен быть осторожен, чтобы не показаться недостойным в его глазах".

Сюэ Лин пожал плечами и улыбнулся юноше. Его улыбка была настолько красивой, что люди чувствовали, как пульсируют их сердца и души, и они теряли дар речи от одного только взгляда.

"Мне совсем не нравится, когда люди называют меня лисицей~ Действительно, я не твой дядя. На самом деле, я должен считаться твоим дедушкой. Достаточно. У твоего боевого дедушки нет времени играть с тобой сегодня~ Если ты действительно хочешь привести своего мастера, чтобы создать мне проблемы, или привести людей из пика Земли, чтобы найти меня, ты можешь. Я нахожусь на пике Шан. Ты можешь просто встать у подножия горы и позвать меня. Когда придешь, лучше всего, если ты будешь кричать так громко, чтобы тебя услышала вся гора - возможно, тогда я, твой боевой дедушка, буду заинтересован в том, чтобы увидеть тебя снова".

Подросток хотел что-то сказать, но люди вокруг него проснулись, услышав слова "Пик Шан", и категорически не собирались позволять ему продолжать нести чушь.

Сюэ Лин посмотрел на главного героя, который приближался к вершине Небесной Лестницы, затем повернулся и сказал:

"Младший боевой племянник, давай вернемся. Сообщи старшему брату, что я выбрал вот этого ребенка. Не позволяй, чтобы его забрали другие".

Его рука небрежно указала в сторону главного героя. Его улыбка была очень привлекательной, очень нежной, но когда он открыл рот, чтобы заговорить, все вздрогнули, поняв, что привело его сюда сегодня.

"Хотя я случайно указал на него, я все равно буду помнить, как выглядит этот человек. Если завтра я не смогу увести его, я возьму с собой Учителя, чтобы он обошел все вершины. Учитель заботится обо мне больше всех, и не может быть такого, чтобы я не мог получить людей или вещи, которые я хочу".

Младший ученик быстро кивнул и повел Сюэ Лина прочь. Пока он вел его, он также обменялся несколькими взглядами с людьми, ответственными за мероприятие по набору учеников, и попросил их хорошо позаботиться о человеке, которого хотел заполучить Сюэ Лин.

Это было необходимо, если они не хотели, чтобы Небесная, Земная, Глубокая и Желтая вершины не исчезли с лица земли за один день.

Почтенный Багровый Огонь всегда делал именно то, что говорил. Слова его ученика... они должны были воспринимать их всерьез.

Вскоре после ухода Сюэ Лина инцидент с его появлением на вершине Небесной Лестницы разнесся по всей Секте Небесного Меча. Его слова, поведение и внешний вид стали ключевыми моментами в обсуждениях многих людей. Некоторые восхищались им.

В конце концов, его происхождение было слишком сильным, и можно было сказать, что он мог говорить такие слова только благодаря своему происхождению. Многие люди также чувствовали, что хотели бы быть принятыми в ученики Почтенным Багровым Огнем.

Но другие были недовольны им. В конце концов, его высказывания были действительно провокационными...

Когда Сюэ Лин вернулся на Пик Шан, тот человек еще не вошел в закрытую культивацию. Это его немного удивило - ведь мужчина сказал, что собирается в затвор... а когда Сюэ Лин уходил утром, он уже явно вошел в свою комнату.

Встретив сомнительный взгляд Сюэ Лина, Чи Лань неловко кашлянул и спросил:

"Как все прошло, когда ты вышел сегодня на улицу?"

Внезапно Сюэ Лин понял, что этот человек беспокоился о нем...

"Все было довольно хорошо. За исключением нескольких человек, которые не знали своего места и пришли провоцировать меня, других проблем не было".

Чи Лань нахмурился и спросил: "Они тебя беспокоили?"

Сюэ Лин наклонился вперед и потер его брови рукой, точно так же, как он раньше делал это, когда его лицо было еще детским. Его улыбка была особенно очаровательной и в то же время невинной.

"Расслабься. Я никому не позволю издеваться надо мной~ В конце концов, Наставник, твоя репутация очень велика. Пока я представляю твою личность, никто не посмеет свысока говорить со мной".

Из-за того, что он был так близко, дыхание Чи Ланя перехватило в горле. От его тела исходил ни на что не похожий запах леса, а когда он улыбался, уголки его глаз и брови были полны очарования, как будто он специально пытался соблазнить его.

Но Чи Лань, как человек, наблюдавший за его взрослением и обретением нынешнего облика, прекрасно понимал, что все это не специально. Даже если его нынешняя улыбка вызывала у него желание вырвать для него сердце и легкие, это было не специально.

"Это хорошо, пока ты знаешь, как себя вести. Пока я рядом, ты можешь ходить с высоко поднятой головой в мире культивации". Он протянул руку и погладил Сюэ Лина по голове. "Тем не менее, лучше не искать неприятностей".

Сюэ Лин кивнул один раз, и его лицо было умным и послушным.

"Конечно. В конце-концов, если я буду бегать где попало, Наставник может снова пережить потерю самообладания."

Чи Лань беспомощно смотрел на него. По сравнению с прошлым, сейчас ему было намного лучше, и он был бы в порядке, даже если бы его ученик не был рядом с ним сотни лет. Но то, что его больше не контролировал духовный корень, не означало, что он не будет раздражительным.

Его настроение уже незаметно соединилось с настроением юноши. Казалось, он уже не мог провести черту и отделить себя от него.

"Учитель теперь спокоен?" - Сюэ Лин указал пальцем, и на плече Чи Ланя распустился маленький цветок. "Если ты спокоен, тогда иди и занимайся культивированием~ В Секте Небесного Меча со мной ничего не случится".

Чи Лань сорвал красный цветок и смотрел, как Сюэ Лин уходит, его сердце было бессильно.

Он хотел подойти ближе, но боялся. Он хотел заговорить, но не решался открыть рот. Он слишком долго находился под влиянием такого настроения; даже если бы он занялся культивированием в закрытых дверях, прогресса не было бы. Но смотреть на юношу было бесполезно - чем больше он смотрел, тем сильнее разгорался огонь в его сердце.

Он не хотел разрушать их отношения, но все больше боялся, что однажды не сможет себя контролировать и закроет этого человека там, где его сможет видеть и касаться только он.

Пока мысли Чи Ланя роились в его сердце, мысли главного героя тоже путались.

После того как он всеми силами пытался подняться по Небесной Лестнице, все, казалось, изменилось.

Он не был первым, кто добрался до вершины, но именно его окрестили всевозможными взглядами. Все взгляды были странными, когда они падали на него, некоторые странные, некоторые завистливые, созерцательные, любопытные, а больше всего - недоумевающие...

Главный герой, еще совсем юный мальчик, не знал, какие существенные изменения произойдут в его жизни, но он только чувствовал, что все люди в Секте Небесного Меча очень странные.

Главного героя звали Юй Шаофэн. Среди тех, кто поднимался по Небесной лестнице, он не был ни самым младшим, ни самым старшим. В возрасте восьми лет он уже пережил слишком много бурь и ветром, и теперь, находясь здесь, он полностью отсек свое прошлое.

Выступление учеников, которым было поручено приветствовать их в Секте Небесного Меча, очаровало его.

Это был огромный мир, во много раз превышающий тот, который он знал, и здесь его ждало столько загадок.

Было утро, и небо было ясным и светлым. Внутри Секты Небесного Меча те, кто прошел Небесную Лестницу и Озеро Решимости и уже был квалифицирован для принятия в ученики, последовали указаниям людей Секты Небесного Меча и отправились по своим путям.

Всех разделили на внешних и внутренних учеников в соответствии с их квалификацией. Те, чья квалификация была слишком низкой, должны были остаться за пределами пиков.

Секта Небесного Меча могла предоставить им место для жизни, а если у них была своя удача, то они могли даже получить пилюли, чтобы поддерживать жизнь и не стареть в течение некоторого времени.

Большинство людей, относящихся к этой категории, были пожилыми людьми с низкими способностями, и такие люди появлялись каждый раз, когда они открывали набор. Со временем Секта Небесного Меча разработала свои собственные методы расселения таких людей.

Но все это не имело никакого отношения к Юй Шаофэну. Он шел по пути внутренних учеников, и ему предстояло принять участие в последнем отборе.

Этот отбор был последним шагом для новых учеников и определял, на какую горную вершину они попадут. Он также означал конец этого собрания по набору учеников.

С этого момента каждый из вновь принятых учеников отправлялся в свое собственное путешествие по освещенным солнцем дорогам и узким мостам. Насколько далеко они смогут продвинуться в мире культивирования, зависело не только от них самих, но и от этого отбора.

Хороший учитель или наставник мог оказать новым ученикам необходимую помощь на этом пути, поэтому многие новые ученики вчера вечером спрашивали своих братьев-учеников о том, в какие места стоит отправиться.

Небесный, Земной, Глубокий и Желтый пики планировали набрать новых людей, но только владыка Земного и Желтого пика пришли лично. Хотя нельзя сказать, что между этими двумя пиками была разница, как между небом и землей, их требования к ресурсам и квалификации были совершенно разными.

Владыка Желтого пика был культиватором поздней стадии Фэньшень, и о его рейтинге среди других пиков можно было сказать только то, что он попал в список. В конце концов, разница с первым местом была огромной.

Желтый Пик придавал наибольшее значение таким вещам, как очищение пилюль и изготовление оружия, и они больше внимания уделяли неортодоксальным методам.

Но если кто-то хотел быстро разбогатеть, то поход в Желтый Пик был неплохим выбором. У них было много побочных бизнесов.

Земной Пик был совершенно другим. В конце концов, все знали имя его владыки, Предвечного Громовержца. Поскольку он лично пришел принять ученика, любой, кто ему приглянулся, тут же получал повышение в статусе и старшинстве в секте.

Возможно, именно по этой причине главный герой так и не смог завести настоящих друзей в Секте Небесного Меча.

Его личность была слишком странной, а статус его поколения был слишком выше других, в то время как его личная сила была слишком мала по сравнению с боевыми братьями и сестрами его уровня. В такой неловкой ситуации было бы еще любопытнее, если бы он продолжал оставаться глупым милым ребенком.

Помимо новостей о четырех великих пиках, ученики также охотно делились с новыми учениками информацией об оставшихся трех пиках, говоря при этом многозначительными тонами.

Все, кто пришел с этих трех вершин, были высшими созданиями, которых нельзя было случайно спровоцировать. В конце концов, даже если чья-то культивация была настолько низкой, что они были просто отбросами, поддержка, стоящая за ними, могла быть достаточно сильной, чтобы пробить дыру в небе.

На трех вершинах, скорее всего, появятся гении и уроды, а может быть, и те, и другие одновременно. Их культивация была беспорядочной, и трудно было сказать, хорошие они или плохие, так как их уровни были неравномерны.

В общем, все дело было в их связях. Не стоит судить о них по их уровню развития, лучше оставить их в покое.

"Среди трех вершин есть одна, о которой нужно поговорить".

Когда брат-ученик перешел к этой теме, его наставительный тон стал довольно странным, когда он посмотрел на Юй Шаофэна.

"Это Пик Шан, который находится посередине между ними. Вы все должны запомнить!"

Он искренне советовал этим невинным и наивным ученикам, которые просто мечтали о будущем:

"Владыкой пика Шан является достопочтенный Багровый Огонь, чьего имени больше всего боятся в мире культивации. В данное время количество семей, которых он уничтожил, нельзя сосчитать обеими руками. У него странный характер, и при малейшей провокации он впадает в безумное бешенство. Говорят, что за последние несколько сотен лет он сильно изменился, но он все еще не тот, кого можно спровоцировать. Он - непобедимое существо, достигшее стадии Дачэн!"

"Итак, как только вы услышите два слова "Пик Шан", вы должны сделать обходной манёвр".

Новый ученик спросил: "Как мы можем судить о том, кто из учеников принадлежит к пику Шан? Разве форма у всех не одинаковая?"

На лице брата-ученика появилась горечь, и он ответил:

"Это несложно определить. На пике Шан живет всего два человека - досточтимый Багровый Огонь и его ученик".

Он сделал паузу, и, казалось, что он что-то вспомнил, когда он добавил:

"Возможно, будет и третий... Но это неважно. Вероятность того, что ты встретишь достопочтенного Багрового Огня, равна нулю, а что касается его ученика... Ты, естественно, поймешь, когда увидишь его...".

Он говорил туманно и не сказал больше ничего, даже когда его спросили, поэтому группа новых учеников, неся свои надежды и мечты, нерешительно шагнула в зал для аудиенций Секты Небесного Меча.

Зал для аудиенций обычно открывался только по большим поводам, и каждое мероприятие по набору учеников всегда завершалось здесь.

Ученикам не запрещалось смотреть по сторонам после входа, но многие из них все равно не решались оглядываться, боясь, что их взгляд встретится не с тем человеком и случайно разрушит их многообещающее будущее.

Юй Шаофэн занимал место ни впереди, ни сзади, но так как он был невысокого роста, его закрывали люди перед ним, поэтому он осмелился поднять голову и оглядеться.

Но когда он поднял голову, его взгляд встретился с парой глаз, которые несли в себе всевозможные изменения вместе с импульсом молнии.

Юй Шаофэн был потрясен до глубины души. К тому времени, как он пришел в себя, он уже успел сделать несколько защитных жестов.

Но он был слишком мал и слаб. Хотя он был полон энергии, это выглядело комично.

Его движения привлекли внимание одной пары глаз. Он рассмеялся, и звук его смеха был оглушительным, как гром.

Все услышали, как мужчина рассмеялся и сказал: "Хахаха! Вот такой хороший саженец! На этот раз Небесный пик хорошо поработал! "

Старший боевой брат не чувствовал никакой радости от этой похвалы. Как человек с Небесного Пика, когда его так хвалил Владыка Земного Пика, это необъяснимо заставляло его чувствовать, что Небесный Пик был ниже Земного Пика. Как будто они работали на них.

Лицо старшего боевого брата было холодным, и он легкомысленно сказал:

"Мероприятие по набору учеников проводится по очереди каждым из четырех пиков. Я верю, что в следующий раз Пик Земли сможет добиться большего".

Предвечный Громовержец посмотрел на старшего боевого брата и не стал ничего комментировать, только сказал:

"Я только что видел ребенка, не могли бы вы отдать его мне? А потом вы все можете выбирать по своему усмотрению."

"О? Этот ученик должен иметь удачу трех жизней, чтобы завоевать расположение Наставника. Только вот на кого из них смотрел брат?"

Старший боевой брат вел себя прилично и не заискивал перед ним. Хотя его ответ был дружелюбным и приятным для слуха, на самом деле он вовсе не собирался льстить Предвечному Громовержцу.

Пики Неба и Земли всегда враждовали друг с другом. Неудивительно, что старший боевой брат имел такое отношение.

Громовержец не собирался спорить с кем-то из молодого поколения. После того, как много лет назад он проиграл битву с нынешним Предводителем Секты за пост владыки Небесного Пика, он был очень терпим к людям с этой вершины, и было неизвестно, действительно ли ему все равно, или он выжидает время.

"Этот зеленый юнец."

Предвечный Громовержец указал пальцем, и толпа, следуя его движениям, рассеялась. А человек, который наконец-то появился по другую сторону его пальца, был спокойно выглядящий Ю Шаофэн.

Старший боевой брат поднял брови.

"Этот ребенок также является мутировавшим корнем молнии, и он очень подходит для культивирования навыков этого старика. Во всей секте не должно быть никого более подходящего для него, чем я".

Он погладил свою бороду и рассмеялся, выглядя очень довольным своим выбором.

"Если нет проблем, вы можете зарегистрировать его под моим именем. С сегодняшнего дня он будет моим тринадцатым учеником".

Старший боевой брат медленно открыл рот, чтобы заговорить.

"Боюсь, что проблема есть".

Лоб Предвечного Громовержца наморщился. Сейчас он был очень недоволен.

"Непокорный, я проявляю к тебе уважение, но ты понимаешь даже этого? Разве я сегодня сделал что-то не так? Я выбрал только одного и сделал это первым. Может ли быть, что есть кто-то, кто хочет поссориться со мной из-за того, кого я выбрал?"

Старший боевой брат покачал головой и неодобрительно сказал: "Дядя, не то чтобы твой боевой племянник хотел доставить тебе неприятности. Только вот с ребенком уже давно определились, и я не смею провоцировать этого человека и могу только отказать тебе в твоей просьбе".

Он улыбался, как лиса, и выглядел так, словно был в отличном настроении.

Выражение лица Предвечного Громовержца внезапно потемнело.

"Что, кому-то еще могут быть предоставлены такие привилегии во время собрания по набору учеников?"

"Это не привилегия, но я вчера публично выбрал этого ребенка ~ И я даже пригрозил, что убью того, кто осмелится сразиться со мной за него~ Дядя хочет попробовать?"

Некий человек прибыл с опозданием, но его голос был чистым, звук напоминал звонкий стук кусочков нефрита. Он шел как ветер, его черные волосы танцевали вместе с его движениями. Когда он проходил мимо, все, казалось, чувствовали слабый аромат травы и деревьев, который оставался на его теле.

Сегодня он был одет в красные одежды, а на голове у него была красная нефритовая корона. Даже ленты, которые свисали вниз, были потрясающего красного цвета. Его слова, действия и даже брови были гордыми и высокомерными до крайности.

Слезные родинки в уголках его глаз были подобны точке киновари, которая только что упала туда, и это заставило тех, кто ошарашено смотрел на него, замешкаться, а затем с трудом взять себя в руки.

Все присутствующие новые ученики вдруг вспомнили, что вчера сказал их брат-ученик.

"Что касается этого боевого дяди... Вы, естественно, поймете, когда увидите его..."

Только что прибывший человек обратился к Предвечный Громовержцу как к "боевому дяде", а к Бессмертному - как к "старшему боевому брату". Согласно старшинству, этот человек должен быть тем самым таинственным боевым дядей...

Юй Шаофэн, несмотря на то, что за него сражались другие, сохранял спокойствие и стоял один. Но в этот момент он был в замешательстве.

"Боевой племянник Сюэ..."

Когда Чи Лань проводил свое собрание, Сюэ Лина вывели на встречу со многими людьми. Среди них был и Предвечный Громовержец, который преподнес ему неплохой подарок на первое знакомство, которым Сюэ Лин остался доволен.

"Это я."

Сюэ Лин кивнул. Он уже оказался рядом с Юй Шаофэном и протянул руку, чтобы коснуться головы ученика. Когда он поджал губы и улыбнулся, улыбка получилась необъяснимо провокационной.

"То, что я сказал вчера, уже распространилось по всей секте. Поскольку боевой дядя не обращает внимания на такие вещи, вполне понятно, что он не слышал".

"Боевой племянник еще молод и только-только стал учеником Почтенного Багрового Огня. Неужели ты так торопишься принять ученика?"

Он знал, что можно или нельзя говорить определенным людям; хотя в его сердце было десять тысяч чувств несчастья, Предвечный Громовержец все еще имел доброжелательное выражение лица, когда имел дело с Сюэ Лином.

Это был молодой человек, которого Чи Лань привел на встречу со многими людьми, и он ясно видел, как Чи Лань ценил его. Его репутация непобедимого в бою зависела еще и от одного обстоятельства - он не участвовал в поединках, в которых не был уверен.

Чи Лань был на несколько ступеней выше его, и их боевую мощь нельзя было даже сравнивать. Он вообще не хотел вступать в поединок с пиком Шан.

"Я молод, и есть много вещей, которым я еще не научился. Как я могу просто так прийти и принять ученика? Если я не смогу обучать его после того, как приму, разве это не будет обидой для маленького ученика?"

Сюэ Лин, естественно, не стал усложнять ситуацию, так как противник не пытался выступить против него, но у него было много способов молча удушить противника. Он говорил с широкой улыбкой на лице, отчего другим было еще проще разозлиться до смерти.

"Дядя также знает, что у меня глубокий духовный корень древесного типа, а у мастера - духовный корень молнии и огня. Наши качества не очень хорошо сочетаются~ Поэтому Мастер хотел принять другого ученика, и мне было приказано выйти и найти его. На этом съезде по набору учеников, единственный новый ученик, чьи корни могут совпадать с корнями Мастера, это именно этот мутировавший духовный корень молнии."

"Это..."

"А что, у боевого дяди все еще есть вопросы?"

Он изобразил горькое выражение лица.

"Дело не в том, что я хочу поспорить за этого человека с боевым дядей, просто я уже сказал Учителю вчера, что приведу ему нового ученика с мутировавшим корнем молнии~ Учитель ждет его сегодня на пике Шан. Дядя, как насчет того, чтобы последовать за мной на вершину Шан, если вы настаиваете на дальнейшем обсуждении?"

Все уже дошло до этого момента. Что еще оставалось делать Предвечному Громовержцу?! Пойти против Чи Ланя ради мутировавшего духовного корня молнии? Это было бы слишком нарочито и подозрительно, и он уже не смог бы осуществить свой план.

Ему не нужно было беспокоиться о том, сможет ли он обсудить это с Чи Ланем; если Чи Лань подойдет и сразу же начнет драку, если он окажется раненным, то потери не перевесят выигрыш?

Придя к такому выводу, улыбка на лице Громовержца стала гораздо более реальной.

"Раз это тот, кого вчера выбрал боевой племянник, то мы просто отдадим его тебе. Я изначально думал, что у нас с этим ребенком есть какая-то общая судьба, поэтому я и хотел принять его в ученики".

Говоря это, он посмотрел на Юй Шаофэна и достал из своего тела нефритовый жетон.

"Дитя, это жетон моего Земного Пика. Если в будущем я смогу тебе чем-то помочь, ты можешь отнести это на Земной Пик и искать меня".

Юй Шаофэн все еще был ошеломлен. Наконец, Сюэ Лин слегка подтолкнул его, и он, спотыкаясь, пошел вперед.

Сюэ Лин помог ему принять нефритовый жетон, на его лице все еще играла привлекательная улыбка. Ни одна из его внутренних мыслей не была раскрыта, когда он сказал:

"Этот ребенок еще мал. Сначала я приму это для него, а потом поблагодарю дядюшку за его доброту. Если наступит день, когда случится что-то такое, с чем не сможет справиться мой Пик, мы обязательно отправимся в Земной Пик".

Предвечный Громовержец: "..."

Почему он не заметил, насколько антагонистичным может быть этот молодой парень, когда Чи Лань привел его, чтобы представить всем в тот день?

"Тогда я буду просить старшего боевого брата помочь мне зарегистрировать этого ребенка на пике Шан".

Сюэ Лин проигнорировал его искаженное выражение лица и улыбнулся старшему брату.

"Хорошо. Младший боевой брат должен увести его прямо сейчас. Не позволяй Почтенному Багровому Огню ждать слишком долго."

"Да~"

Перед уходом Сюэ Лин также попросил Юй Шаофэна попрощаться с Громовержцем. Смех Сюэ Лина был особенно привлекательным, когда он увидел мрачное, как грозовая туча, выражение лица собеседника.

В тот день Юй Шаофэн получил очень глубокое впечатление от первых слов своего боевого брата, обращенных к нему.

"Маленький боевой брат, ты видел? Когда ты встречаешь таких двуличных отбросов, просто задуши их до смерти. Наш Пик Шан, даже если посмотреть на весь мир культивации, никогда никого не боялся. Мы не нуждаемся в такой доброй воле".

Произнеся эти слова, он поднялся и бросил с горы нефритовый жетон, который дал ему Предвечный Громовержец.

Юй Шаофэн смотрел, как нефритовый жетон исчезает у него на глазах. Впервые он понял, что его будущее, вероятно, будет совсем другим.

Первое впечатление Юй Шаофэна от пика Шан было ярким и красивым.

Прямо как у его боевого брата, чьи глаза были яркими и красочными, и красивыми сверх всякой меры.

О, боевой брат сказал, что при описании его нельзя использовать слово "красивый", а также слово "очаровательный". Хотя это было правдой, такие слова нельзя было произносить, чтобы их Наставник их не услышал.

"Почему? Учителя очень волнует, что о его боевом брате так отзываются?"

Юный Юй Шаофэн однажды задал этот вопрос своему боевому брату, но был совершенно сбит с толку полученным ответом.

Его боевой брат поджал губы, немного странно рассмеялся, и выражение его лица было хитрым, как у лисы.

"Нет. Просто если кто-то напомнит ему об этом, то некоторые ментальные установки, которые он сам себе дает, не сработают. Его глаза смогут увидеть больше правды, а это то, чего он сейчас не может себе позволить".

Долгое время Юй Шаофэн не понимал, что имел в виду его боевой брат. Только позже, после определенного инцидента, его взгляды на жизнь и мировоззрение были полностью перевернуты. Он окончательно понял, что его учитель был лидером в искусстве самообмана.

Пик Шан был очень большой горой. Но кроме своего боевого брата, который заставлял его каждый день заниматься культивированием, пока он ел, пил, играл и веселился, и все равно поднимался в культивировании, он не нашел ничьих следов. Юй Шаофэн запоминал все, что рассказывал ему боевой брат.

Например, на Пике Шан, независимо от того, касалось ли это вопросов культивации или личных дел, он отвечал за себя сам. Он не знал, что другие наставники передавали своим ученикам, но вначале количество раз, когда он видел своего учителя, было жалким.

С другой стороны, он часто видел своего боевого брата, точнее, каждый день...

"Боевой брат, когда Наставник выйдет из закрытого культивирования?"

Через два месяца после прибытия на Пик Шан, Юй Шаофэн наконец набрался смелости и задал Сюэ Лину этот серьезный и трудный для ответа вопрос.

В это время Сюэ Лин сидел под деревом и читал, согнув одну из своих длинных ног в колене. Он прислонил голову к колену, словно размышляя о чем-то. Спустя долгое время Юй Шаофэн наконец получил содержательный ответ:

"Шаофэн, культивация неподвластна времени. Люди не выходят из таких вещей, как закрытая культивация, просто потому, что они этого хотят."

"Но когда боевой брат забирал меня сюда, разве он не сказал боевому дяде с Земного Пика, что Наставник ждет меня?"

Его впечатление от той сцены было очень глубоким. В конце концов, именно из-за этого замечания отношение Предвечного Громовержца полностью изменилось.

Сюэ Лин легко вздохнул, глядя на ребенка, который за два коротких месяца стал совсем немного выше.

"Глупый ребенок. Неужели ты действительно поверил словам своего боевого брата?"

Юй Шаофэн: "..."

Система: "..."

"И в тот день главный герой впервые попробовал жестокость мира культивации".

Сюэ Лин: "Заткнись".

Сюэ Лин играл длинной прядью волос в своей руке, его вид был небрежным.

"Шаофэн, все слова, которые я тогда сказал, были сказаны для того, чтобы вырвать тебя из рук этого проклятого старика! Иди сюда, твой боевой брат научит тебя некоторым жизненно важным вещам".

Хотя он думал, что есть большая вероятность того, что его боевой брат говорит глупости, Юй Шаофэн все равно послушно подошел и сел, его выражение лица, казалось, выражало, что он серьезно слушает. Это вызвало у Сюэ Лин желание рассмеяться.

"Расскажи мне, боевой брат".

Сюэ Лин покачал головой и доброжелательно потрепал младшего брата по голове. Он вздохнул:

"Младший боевой брат, мир культивации - опасное место. Не все слова заслуживают доверия. Ты не наивный и невинный ребенок, иначе бы ты не сидел сейчас передо мной".

Юй Шаофэн понимающе кивнул своей маленькой головой.

"Я понимаю смысл слов боевого брата... Но то, что сказал боевой брат..."

"Независимо от того, говорит ли это твой боевой брат или твой наставник, верь в то, что ты можешь видеть перед собой, в то, что ты можешь доказать. В этом мире нет никого, чьи слова были бы полностью правдивы".

Когда Сюэ Лин говорил, он был настолько суров и серьезен, что Юй Шаофэн почувствовал себя немного ошарашенным.

"Я сказал, что Наставник ждал встречи с тобой, чтобы обмануть этого проклятого старика. Я полагал, что он не осмелится вернуться со мной на Пик Шан, не говоря уже о том, чтобы обсуждать это с Учителем".

"Ты должен помнить. Есть два важных руководящих принципа, которые должны усвоить те из нас, кто пришел с пика Шан."

"Что?"

"Во-первых, наша собственная сила должна быть достаточно велика, чтобы сокрушить других".

Сюэ Лин усмехнулся и считал по пальцам.

"Во-вторых, когда нашей собственной силы недостаточно, чтобы сокрушить других, используй того, кто может, а затем продолжай сокрушать своего противника".

Юй Шаофэн: "..."

Он действительно был наивен, полагая, что его боевой брат собирается поделиться некоторыми руководящими правилами для мира культивации.

"Подумай об этом. Действуя по этим принципам, ты можешь ходить с высоко поднятой головой в царстве культивации.~"

"Но разве Наставник не находится в культивации за закрытыми дверями круглый год?"

"Вот причина, почему ты сейчас культивируешь, вместо того, чтобы найти удобное место, чтобы прилечь".

Юй Шаофэн: "..."

Система присела рядом с Сюэ Лином и посмотрела на выражение лица Юй Шаофэна. Она открыла рот и серьезно сказала:

"Я не думаю, что он может выразить то, что хочет сказать. Я могу сказать это за него".

Сюэ Лин бросил на систему ледяной взгляд.

Система продолжала создавать себе проблемы:

"Возможно, он хочет сказать: "То, что вы говорите, имеет смысл, и я неожиданно не могу это опровергнуть".

Сюэ Лин, казалось, небрежно опустил руку, но на самом деле она опустилась на голову системы.

"И твой боевой брат хочет поделиться с тобой небольшим секретом".

Хотя Юй Шаофэн считал своего боевого брата ненадежным, кроме их хозяина, на Пике Шан больше никого не было, и ему не с кем было поговорить.

А его старший боевой брат был слишком красив. Несмотря на то, что от каждой фразы у других так и чесались руки избить его, не слушать его было невозможно.

"Ну, Учитель не знает о твоем существовании".

"Ха?"

"Я объясню тебе вот так~".

Сюэ Лин указал в сторону главного пика, где Чи Лань в настоящее время находилась в закрытой культивации.

"Тогда я только сказала мастеру, что хочу поехать на съезд по набору учеников, и даже если я уже выбрал тебя, я не сказал ему, что принял дополнительного ученика для него. Наставник, по сути, даже не знает о тебе".

Юй Шаофэн почувствовал, что человек перед ним шутит с ним.

Но его боевой брат, похоже, не шутил.

Сюэ Лин также знал, что для молодого сердца Юй Шаофэна очень вредно говорить такие вещи, но были некоторые вещи, когда лучше быть подготовленным, чем неподготовленным.

"Твой боевой брат тоже не хотел этого делать, но чтобы ты не попал в руки этого старика, я должен был это сделать".

"...Почему?"

"Другие могут не знать, но я знаю, почему так называемый Предвечный Громовержец принимает новых учеников".

Сюэ Лин был прямолинеен, раскрывая Юй Шаофэну одну из кульминаций этой истории.

"Он уже достиг пика своего культивирования и больше не может прогрессировать. Если он не прорвется, то его разорвет в прах молнией, когда он достигнет верхнего предела своей жизни. Поэтому он начал пробовать всевозможные способы, которые помогли бы ему найти решение. К сожалению, мутировавший корень молнии на твоем теле - это его короткий путь".

"Если бы он тогда принял тебя в ученики, то через несколько сотен лет или около того, я услышал бы о твоей смерти".

Сюэ Лин нежно коснулся головы Юй Шаофэна, и его голос был полон нежности.

"Кто сказал тебе смотреть на меня? Вот почему я решил спасти тебя".

На лице Юй Шаофэна появилось недоверие.

Сюэ Лин добавил:

"Теперь ты знаешь, почему я пошел против него тогда, а также почему я выбросил тот нефритовый жетон. Эта вещь может позволить ему определить твое местоположение. Если бы ты оставил Пик Шан, то, скорее всего, сразу же лишился бы жизни".

Юй Шаофэн почувствовал, что мир стал немного волшебным.

Он только начал свой путь в мире культивации, а уже узнал так много информации. Объем информации был слишком велик, и на мгновение он вообще не смог ничего ответить.

Но некоторые слова все же вырвались бессознательно.

"Тогда что нам делать с Учителем?"

"Я не знаю~"

Сюэ Лин беззастенчиво подпер подбородок рукой, не подавая вида, что его это беспокоит.

"Возможно, он будет так зол, что прогонит нас с Пика Шан?"

Юй Шаофэн: "... В любом случае, он избавится только от меня..."

"Это не имеет значения~ Если он действительно прогонит тебя, я пойду с тобой."

Сюэ Лин яростно взъерошил волосы ребенка, а затем весело продолжил:

"На самом деле, я очень хочу пойти размяться. Когда придет время, мы сможем побывать во всех тайных царствах и осмотреться. У меня такое чувство, что мы сможем найти там некоторые удивительные вещи."

Юй Шаофэн: "..."

Он действительно не знал, что сказать о своем брате, но его интуиция подсказывала ему, что ему, возможно, придется долго ждать, прежде чем наступит этот день. Судя по характеру его боевого брата, многое из того, что он говорил, не сбывалось.

В конце концов, у него был сильный характер. Хотя он сказал, что хочет пойти размяться, если он не культивировал достаточно, чтобы достичь точки, когда он мог бы гордо выпятив грудь путешествовать в мире культивации, вероятность того, что это произойдет, должна быть равна нулю.

Юй Шаофэн явно провел не так много времени со своим боевым братом, но он почему-то особенно хорошо его понимал...

На самом деле, дни, проведенные за культивированием на Пике Шан, были очень скучными, но Юй Шаофэн обладал очень сильным чувством самоконтроля. Хотя его Наставник не знал о его существовании, а все указания по культивированию ему давал его ненадежный боевой брат, он все равно совершенствовался с каждым шагом. Иногда, даже когда он ложился и просыпался, он обнаруживал, что его культивация снова улучшилась.

Его старший боевой брат также хвалил его за то, что он был таким старательным. Такие вещи, как просвещение, не каждому под силу, но он часто входил в такое состояние. Это действительно делало его редким талантом.

После того как старший брат сказал это несколько раз, Юй Шаофэн начал верить в это.

Позже, когда он действительно узнал правду, он почувствовал себя идиотом.

Когда Чи Лань в очередной раз вышел из состояния закрытой культивации, потому что его разум был неспокоен, он наконец решил отгородиться от внешнего мира и взглянуть на своего ученика.

Поэтому он сразу же понял, как глупо было отключать все пять чувств, чтобы успокоить свое сердце и полностью перестать следить за действиями ученика.

Впервые Почтенный Багровый Огонь понял, что значит чувствовать удушье в сердце.

На пике Шан, помимо его ученика, существовал еще и третий человек. Если бы он не блокировал свое восприятие, то узнал бы об этом, как только третий человек вошел на Пик Шан. Теперь он мог сказать, что этот человек уже оставался на Пике Шан какое-то время.

Как только он понял, что его ученик был не один, а в сопровождении другого человека во время его отсутствия, огонь в сердце Чи Ланя разгорелся. Он бушевал так, словно хотел сровнять все с землей, а из его глаз начал вырываться огонь.

Сюэ Лин, естественно, первым обнаружил, что Чи Лань вот-вот выйдет из своей закрытой культивации. В конце концов, его первоначальное тело было посажено в этом дворе. Огненная Ци устремилась прямо в небо, и было бы странно, если бы он ее не почувствовал.

В это время Сюэ Лин как раз поймал на горе курицу и готовился к тому, чтобы Юй Шаофэн ощипал ее перья, чтобы они могли поесть "Курицу нищего".

Он еще не успел вложить курицу в руки Юй Шаофэна, когда курица так испугалась перемены в атмосфере, что вырвалась из рук Сюэ Лина и бросилась бежать, спасая свою жизнь.

Юй Шаофэн был немного растерян. Он только почувствовал всплеск Ци, устремившейся в небо, а затем она сместилась и набросилась на него. Затем он увидел, как спокойное выражение лица его старшего боевого брата стало холодным, и он быстро вышел вперед, чтобы защитить его.

Порыв ветра пронесся перед Юй Шаофэном, убийственное намерение, заключенное в нем, пронзило до костей, заставив все его тело застыть.

В его руке внезапно оказался лист, прилетевший неизвестно откуда. Юй Шаофэн услышал, как его боевой брат тихо выругался, после чего повернул голову назад и сказал:

"Сначала вернись в свою комнату. Держи лист, который я дал тебе в руке, и не делай ничего лишнего".

"Боевой брат... Что случилось?"

"Наставник вышел из своей закрытой двери культивации".

Его боевой брат бросил только эту фразу, исчезнув с его лица.

Первое впечатление Юй Шаофэна от своего Наставника было мощная Ци, пламя, устремившееся к небу, ледяной холод убийственного намерения, а также тепло от листа в его руке.

Все в маленьком дворике выглядело совершенно иначе. Раскладное кресло, которое Сюэ Лин специально поставил так, чтобы ему было удобно лежать, сгорело в пепел. Остался только его скелет, ветки качались, улавливая убийственное намерение, которое вырывалось наружу из-за отклонения Ци его хозяина.

Именно так. Чи Лань был полностью поглощен своим внутренним демоном. Или, возможно, его разум был полностью разъеден духовными корнями. Но вероятность второго варианта была равна нулю.

Когда Сюэ Лин появился на ветке дерева, Чи Лань как раз выбежал из дома. По всему его телу полыхало пламя, и все, что касалось его, будь то вещи или люди, сгорало в пепел.

К счастью, Сюэ Лин имел дело с ним уже много лет. Поглощать огонь, исходящий из его тела, стало привычкой и инстинктом. По взмаху его руки вдоль пути, пройденного пламенем, выросли зеленые листья, и вскоре весь двор покрылся зеленью.

Зрачки Чи Ланя, казалось, немного потемнели.

Только тогда Сюэ Лин спустился с дерева и шагнул вперед, ткнул его рукой в лоб и позвал:

"Учитель?! Вы в сознании?"

На руку, которая тыкала, легла другая рука, которая крепко схватила его и потянула вниз. Чи Лань восстановил часть своего рассудка, но глаза, которые смотрели на него, все еще вспыхивали ярко-красным.

Он был действительно пойман в отклонении Ци. Сюэ Лин хмыкнул и в душе подумал, что теперь все будет очень непросто.

Это была очень опасная вещь - впасть в отклонение Ци на пути культивирования. Один неверный шаг, и они могли оказаться на демоническом пути и потерять свою жизнь. Каждый шаг был очень опасен.

К счастью, его Учитель был очень здравым и хорошо себя вел после того, как попал в Ци-отклонение. Пока он мог видеть Сюэ Лина, он вел себя очень тихо, а его слегка покрасневшие глаза были широко открыты и смотрели на него не отрываясь. Он не шумел, не устраивал беспорядка и не пытался рубить деревья.

Сюэ Лин оставался в поле его зрения, и они долго смотрели друг на друга. Наконец, он больше не мог выносить эту странную атмосферу и спросил у системы, которая сидела на корточках рядом с ним, выглядя совершенно спокойно и комфортно:

"Что нам теперь делать?"

Система посмотрела на своего хозяина с некоторым удивлением. У ее хозяина всегда было собственное мнение. Но чтобы он дошел до того, что спрашивал у нее, что делать, это было...

"Хозяин перегнул палку".

Система узнала обычный ленивый тон Сюэ Лина, и в ее голосе прозвучало насмешливое намерение.

"Я давно говорила хозяину, что этому мужчине требуется поблажка. Иначе рано или поздно Хозяин продолжит затягивать мужчине пояс потуже, то что-то пойдет не так. Он вошел в отклонение Ци, просто узнав, что на Пике Шан появился еще один человек. Если он узнает, что Хозяин относится к Юй Шаофэну как к сыну, разве он не превратится в демона?"

Сюэ Лин закатил глаза. Столкнувшись с тоном своей системы, он также не собирался быть вежливым.

"Это ты поощряешь меня за кулисами. Когда я это делал, ты явно размахивала флагом и кричала в поддержку".

Система: "..."

Ну да, пока человек был недоволен, она была счастлива, так что она действительно размахивала флагом и подбадривала.

"Судя по его нынешнему виду, похоже, что он заперт в своем разуме. Но уровень его силы не изменился, и я не могу выйти из его поля зрения. С ним действительно очень трудно справиться".

"Никто не хочет отклониться от Ци и попасть на темный путь, поэтому давайте успокоимся и подумаем, что делать, чтобы исправить ситуацию".

"Разве я не выгляжу достаточно спокойным?"

Сюэ Лин никогда не был так спокоен от начала и до конца. Он пережил столько миров, что все меньше и меньше вещей могли его удивить. Не сошел ли этот человек с ума от ревности? Это было действительно то, что мог сделать этот подавленный человек, и в этом не было ничего удивительного.

"В мире культивации обычно есть два способа справиться с отклонением Ци. Один из них - ждать, пока она ослабнет сама по себе, а другой - кормить его лекарствами".

"Это элементарно. Если человек болен, он должен принимать лекарства. Просто дайте ему несколько таблеток".

Было очевидно, что систему не волновала жизнь или смерть этого человека. Сюэ Лин не мог просто так сделать это - такие вещи, как отклонение Ци, обычно вызывались неспокойным сердцем в сочетании с паранойей, что приводило к спутанности сознания.

Этот человек никогда не был параноиком, поэтому, даже когда его сознание разъедал духовный корень, он не впал в отклонение Ци. И только теперь, когда здесь появилась Сюэ Лин, он стал постоянно проявлять беспокойство.

После того, как это стало ясно, система беспомощно спросила хозяина:

"Источником его паранойи может быть только Хозяин, и будет хорошо, если он сможет получить вас или что-то в этом роде. Что вы собираетесь делать теперь? Подойдете и позволите ему делать, что пожелает?"

Сюэ Лин наклонил голову и задумался, затем спросил систему:

"Разве это не традиционный путь для романов? Мастер впадает в отклонение Ци и насилует ученика, а после пробуждения забывает об этом, в то время как ученик терпит унижение и вынужден нести это бремя в одиночку. После этого ученик отдаляется от своего Учителя, чтобы не возвращаться к тому холодному и жестокому времени в своих воспоминаниях. Он хочет жить нормальной жизнью, но в тот день, когда он собирался начать новую жизнь, его Учитель вспомнил, что произошло в тот день, и все, что они сделали вместе."

Система:

"Тогда неплохо бы спрятаться. Придумала! Если Хозяин хочет попробовать это, я могу найти вам тело заключенного в следующем мире".

Сюэ Лин закатил глаза на систему: "Если меня действительно посадят в тюрьму, я, вероятно, вырву весь твой мех, а затем уничтожу мир, чтобы начать все сначала".

Система: "..."

Неужели ей совсем нечем было угрожать своему хозяину? ... Почему казалось, что быть системой - это все более печальное занятие...

"Почему у тебя в голове такие банальные вещи?"

Сюэ Лин постучал по голове системы и рассмеялся:

"Как ты можешь верить, что я действительно должен делать с ним такие вещи, чтобы пробудить его?"

"Наверное, потому что я попал под влияние вас, закадычной парочки, после стольких миров."

"Тц." Сюэ Лин не стал беспокоиться о системе, которая ясно видела сквозь оковы мира и была одинокой собакой, не получающей любви. Он повернулся и сел рядом с мужчиной.

"Интересно, как далеко мне придется зайти, чтобы разбудить его?"

"Все включено".

Сюэ Лин: "..."

Система уже сломалась. Было жалко слушать, как она говорит таким безразличным тоном.

Пока Сюэ Лин не уходил из его поля зрения, Чи Лань не делал лишних движений. Чтобы определить расстояние, которое он мог оставить между ними, Сюэ Лин даже провел несколько тестов.

Он провел так все утро, но Чи Лань, казалось, становилось все хуже от волнения, поэтому Сюэ Лину пришлось остановиться... Он понял, что, вероятно, не сможет покинуть двор еще какое-то время.

По наивности он думал, что сможет сделать что-то вроде подставного лица, наклеить на тело свои листья и наполнить его своей Ци, чтобы обмануть Чи Ланя, но Чи Лань лишь отклонился от Ци и потерял рассудок, но не стал дураком, поэтому он крепко держался за Сюэ Лина и не хотел отпускать.

Сюэ Лин пробовал разные способы, но никак не мог от него отвязаться. От этого у Сюэ Лина разболелась голова, и в конце концов у него не осталось сил возиться с ним, и он мог только позволить собеседнику дергать его за рукав с выражением недовольства на лице.

Система наблюдала за всем этим процессом и наконец сказала своему хозяину:

"Пора сдаться. Прекратите бороться и используйте свое тело, чтобы пробудить его разум!"

Сюэ Лин ответил очень просто: "Проваливай!"

Хотя его ответ был взрывным и властным, Сюэ Лин действительно думал о таком решении, но его сдерживала моральная чистота.

Отношения между ним и Чи Ланем в этом мире были не на том уровне, чтобы он мог взять на себя инициативу и самоотверженно пойти вперед и сделать это. Если бы все продолжалось в том же духе, он стал бы OOC.

Система уже была оставлена снаружи. После того, как стемнело, Сюэ Лин привел своего Учителя, который все еще был не в лучшем состоянии, в комнату и снова попытался спасти его.

По сравнению с сегодняшним утром, Чи Лань, казалось, был немного лучше. По крайней мере, взгляд, которым он смотрел на Сюэ Лина, больше не был похож на взгляд ребенка, который разглядывает свою собственность.

Появились дополнительные, необычные эмоции, которые были подавлены с большим усилием. Казалось, что он колеблется, недоумевает, и его растерянность напоминала детскую.

Сердце Сюэ Лина смягчилось, когда он увидел такой взгляд.

Именно так. Даже если бы он с возмущением разговаривал с системой и имел еще более фантастические мысли, то, столкнувшись с этим человеком, он все равно полностью попал бы под его влияние.

Подобно тому, как в прошлом мире он вырвался из образа, который создал для себя, из-за слов любви этого человека, в этом мире его сердце снова растаяло, когда он столкнулся с таким взглядом.

Но он не мог повторить ту же ошибку. Сюэ Лин подавил желание повалить собеседника на землю и искусать его с ног до головы. Вместо этого он взял Чи Ланя за руку и улыбнулся, сказав ему:

"Обещай мне, что успокоишься".

Чи Лань долго смотрел на него и, наконец, неохотно кивнул.

Он крепко сжал руку Сюэ Лина и недовольно посмотрел на него:

"Ты привел чужака на Пик Шан..."

Сюэ Лин подумал про себя, что раз он все еще помнит этот случай, значит, он не стал совсем глупым. Хотя его сердце было полно проклятий, Сюэ Лин все еще сохранял мягкое выражение лица, и его тон был мягким, когда он сказал:

"Это не незнакомец, это твой ученик".

"Ты мой единственный ученик".

"Хорошо, тогда он может быть моим учеником".

"Ты - мой. Тебе не разрешается принимать ученика".

Сюэ Лин закрыл глаза и подумал, что хорошо, что система не пришла. В противном случае, она, вероятно, смеялась бы следующие два или три мира над ребячеством этого человека. Хотя Сюэ Лину было немного не по себе, но, вспомнив, что это катастрофа, которую он вызвал сам, и он впервые видел, чтобы мужчина так выглядел, он необъяснимо нашел это милым.

В конце концов, независимо от того, в каком мире он находился, этот человек никогда не вел себя с ним испорченно, когда его разум был в нормальном состоянии.

Теперь, когда это произошло, почему он почувствовал себя немного возбужденным...

"У меня есть ученик и я твой - это разные вещи. На самом деле, нет никакого конфликта~"

"..."

Похоже, в этом предложении было немного правды. Мужчина помолчал некоторое время, а затем сказал:

"Я все еще не очень верю в это."

Сюэ Лин: "..."

"Но если ты меня поцелуешь... я, возможно, поверю".

Сюэ Лин: "..."

Глядя на эти полные ожидания глаза, Сюэ Лин почувствовал, что у него нет возможности отказаться. Хотя услышать такое предложение из уст Чи Ланя было действительно невероятно и глупо, тот факт, что он действительно хотел поцеловать его, делал его еще более глупым!

Но глядя на эти сияющие глаза...

Кто мог отказать...

Сюэ Лин пытался убедить себя, что это все равно что наградить ребенка поцелуем в лоб, но как только его губы коснулись лба, он был втянут в объятия Чи Ланя. В панике его взгляд встретился с глазами цвета крови. Он был шокирован на мгновение, а затем все его тело было крепко зажато в объятиях Чи Ланя.

Его личность была похожа на кубик льда, но его тело было ужасно горячим. Сюэ Лин был плотно прижат к нему, и ему казалось, что все его тело вот-вот пропечется насквозь.

Что ж, лучше ситуации и быть не могло. Кто сказал ему, что он так уверенно заявит системе, что сможет решить проблему Чи Ланя, не жертвуя своей внешностью и телом... Похоже, он был еще слишком молод и наивен. Этот человек вовсе не превратился в послушного ребенка, когда вошел в Ци-отклонение. Как он мог быть послушным? Все это было притворством!

Сюэ Лина крепко держали в руках и Чи Лань зафиксировал его так, что он не мог повернуть голову назад, чтобы посмотреть.

Он чувствовал тепло на мочках ушей. Как человек, который уже пережил много битв, он догадался, что человек позади него, вероятно, взял его мочку уха в рот...

И как человек, который уже пережил много битв, Сюэ Лин также прекрасно понимал, что произойдет дальше...

Так мог ли он притвориться прекрасным белым цветком лотоса в этом мире? Того, кто был принужден еще до того, как влюбился в другую сторону? ... Хм. Сюжет был немного странным, но почему-то ему казалось, что он сможет сыграть его идеально... притвориться неохотно или что-то в этом роде.

"Малыш, у меня есть только этот маленький отрезок времени. Ты уверен, что хочешь отвлекаться в этот момент?"

Глубокий голос мужчины раздался сзади него. Это было простое предложение, но оно заставило все беспорядочные мысли в мозгу Сюэ Лина рассеяться и улететь.

Он был удивлен и хотел повернуть голову, чтобы посмотреть на человека, стоящего позади него, но обнаружил, что его голову крепко держат на месте.

"Ты!"

Приятный звук низкого смеха мужчины раздался возле его уха. Он поцеловал Сюэ Лина в затылок и сказал:

"Используя "отклонение Ци", я могу восстановить свою память на некоторое время".

Глаза Сюэ Лина расширились. От неожиданности его сердце чуть не взвизгнуло.

В этот момент позади него стоял человек, который держал его, и который разделял те же чувства, что и он, и с которым он вместе прошел через бесчисленные миры. Это был не Чи Лань, и не кто-то из этих людей, а душа, которая стояла за всеми ними.

"Как ты..."

"Тсс."

Мужчина снова поцеловал его ухо, затем протянул руку и снял пояс.

"Этот мир более развит, поэтому я могу высвободить крошечную часть своей духовной силы. Это редкая возможность для нас нормально пообщаться".

Сюэ Лин кивнул и сказал: "Хорошо, тогда позволь мне начать первым".

Мужчина усмехнулся: "Это не помешает нам пообщаться..."

Сюэ Лин: "..." Это имело смысл, и его невозможно было опровергнуть.

Пока он думал об этом, с него уже сняли верхнюю одежду, и поцелуй мужчины снова опустился на его затылок.

"Слушай внимательно и запоминай то, что я сказал. В этом мире твои два хвоста тесно связаны с главным героем. Не сдерживай его, и пусть он более или менее следует первоначальному пути развития сюжета. Пока он будет больше выходить и путешествовать, сюжет будет проявляться и прилипать к его телу."

Сюэ Лин моргнул и удивленно сказал:

"Откуда вы знаете о моих хвостах?"

Рука мужчины уже расстегивала его белье. Его рука была немного горячей, и его прикосновение необъяснимым образом заставило тело Сюэ Лина расслабиться.

"Я знаю многое. Когда оковы с твоей памяти будут полностью сняты, детка, ты вспомнишь точную природу наших отношений".

Голова Сюэ Лина была полна тумана. В этот момент он почувствовал, что его мировоззрение, возможно, только что было перевернуто.

"Ты же не был настолько наивен, чтобы думать, что бессильная душа сможет реинкарнировать в стольких мирах вместе с тобой?"

"..." Он действительно верил в это...

В голосе мужчины слышался намек на удовольствие, а его поцелуи легли на шею Сюэ Лина.

"Трудись, детка. Я верю, что очень скоро ты все вспомнишь".

"Почему бы тебе не рассказать мне сейчас..."

"Потому что сейчас мы немного заняты".

Сюэ Лин повернул голову к собеседнику, даже когда он говорил. Следующий поцелуй мужчины пришелся на его рот, но его глаза все еще были прикрыты.

"Ты помнишь человека по имени Су Сюаньянь?"

Сюэ Лин почувствовал себя очень хорошо от поцелуя, и неохотный, смущенный ответ прозвучал из глубины его горла.

"Помню это лицо".

"Это человек, которого ты любишь".

Мужчина задумался, затем добавил еще одно предложение, его голос был невероятно мягким.

"Это мое имя".

"Ах..." Сюэ Лин, казалось, почти смог увидеть того человека, который так нежно улыбался...

Когда система снова увидела своего хозяина, выражение лица собеседника было совсем нехорошим.

Хотя его щеки раскраснелись, глаза были полны весны, и любой мог с первого взгляда понять, что произошло определенное событие, выражение его лица было очень мрачным. Его брови были нахмурены, и, основываясь на понимании системой своего хозяина, было очевидно, что хозяин пытается затеять драку!

"Система, я думаю, тебе нужно дать мне объяснение".

Сюэ Лин постучал пальцами по столу. Судя по частоте и движению его постукиваний, система решила, что он, скорее всего, сделал или узнал что-то необычное.

"Э... Что объяснить?"

Похоже, система ничего не скрывала от своего хозяина...

"Объясни, почему упомянутая тобой особая душа, которая может следовать за мной через столько миров, так сильно отличается от того, что говорит мне сам человек?"

Сюэ Лин широко улыбался, но по его взгляду можно было понять, что он пытается вырвать признание.

Система почувствовала, что сегодня ей, возможно, не удастся сохранить весь мех на своем теле.

"Э... Я не знаю, что хозяин пытается сказать..."

"Он сказал, что следил за мной с самого начала, и его воспоминания должны были быть запечатаны в каждом мире, потому что его душа была слишком сильна. Иначе миры сочли бы его нарушителем и изгнали".

Сюэ Лин нежно погладил белый мех системы.

"Очевидно, он знал меня с самого начала, и его цель пересечения этих миров - я. Почему ты обманула меня?"

Система моргнула своими большими, невинными глазами, надеясь, что хозяин увидит сходство между ними и будет немного мягче, когда он, наконец, вынесет наказание.

"Отличались ли его слова от того, что я говорила раньше?"

"Ты никогда не упоминала, что у него было четкое понимание вопроса".

Сюэ Лин вспомнил, что слова, сказанные системой, были точно такими же, как у мужчины, но смысл, который они выражали, был совершенно другим. Система также явно преувеличивала свою роль - она вообще не брала с собой душу человека. Это человек следовал за ним по всем мирам просто потому, что он был ему небезразличен.

Хуже всего было то, что Сюэ Лин до сих пор не знал, почему этот человек появился тогда, когда между ними не было никаких чувств. И именно эта неуловимая причина, которую Сюэ Лин не мог понять, так расстроила его сейчас.

Система дрожала и выглядела крайне обиженной:

"Я тоже не хотела говорить эти слова... Мне тоже угрожали... Этот человек так силен... Я дрожу от страха перед аурой, которую излучает его душа".

"Как молодая, юная и прекрасная маленькая система, у меня не было выбора, кроме как продать своего хозяина, а затем умиротворить вас перед лицом таких жестоких угроз..."

Сюэ Лин усмехнулся и сказал:

"После того, как я разберусь с ним, я улажу все дела с вами по очереди".

Система посмотрела на пестрые отметины на шее своего хозяина и обиженно проговорила:

"Разве вы еще не свели счеты между собой? ... Разве вы еще не сделали этого..."

Сюэ Лин холодно посмотрел на свою систему.

"Ладно, ладно. Для следующего мира я выберу такую личность, где Хозяин будет достаточно могущественным, чтобы использовать силу и уничтожить его мир... Вам тогда станет легче...?"

Сюэ Лин холодно фыркнул.

"В следующем мире я могу вмешаться, чтобы тело, которое он выберет, было персонажем типа подонка. Это даст вам повод издеваться над ним до смерти. Этого достаточно..."

Сюэ Лин протянул руку и коснулся головы системы. Его действия были очень мягкими, но система все равно не могла не дрожать. Ей всегда казалось, что она чувствует злобу, исходящую от этих рук...

"Хорошо, тогда я могу гарантировать, что он будет мерзавцем, который вообще не имеет отношения к вашему заданию. Если хотите, ты можете с радостью пойти и издеваться над ним до смерти, или у вас может быть с ним счастливый конец, если пожелаете. Я не хочу его обижать!"

Сюэ Лин был наконец-то удовлетворен. Он спросил:

"Ты знаешь, кто он?"

Системе действительно нечего было предложить по этому вопросу. Она была действительно невинна и ничего не знала!

"Я не знаю... Он и Мир Десяти Направлений должны знать друг друга... Иначе он не смог бы пройти через эти миры вместе с нами. Но что касается его силы, то он и Мир Десяти Направлений находятся на одном уровне, и он может быть даже сильнее босса..."

"... Похоже, мне нужно как можно скорее вернуть свои хвосты".

Сюэ Лину совсем не нравилось, когда от него что-то скрывали. Он любил этого человека, поэтому не стал говорить о нем слишком много, но его выступление и слова говорили о том, что они были знакомы раньше, и у них были какие-то отношения.

И эти отношения должны были быть очень близкими. Иначе, с характером этого человека, он не стал бы беспокоиться о его жизни или смерти в этих мирах. Он также не стал бы беспокоиться до такой степени, чтобы следовать за ним по всем мирам...

Ох. К последней части их путешествия его цель следовать за ним могла измениться.

Почему он не забил его до смерти прошлой ночью, когда поцеловал его? ... В итоге он даже воспользовался им. Одна мысль об этом делала его несчастным.

"Хозяин..."

Система увидела, что выражение лица Сюэ Лина наконец-то пришло в норму, и поспешила сменить тему.

"Как сейчас обстоят дела у Чи Ланя?"

Сюэ Лин усмехнулся и сказал:

"Конечно, он спит, наевшись досыта. После пробуждения он должен быть в порядке. Если он снова начнет отклоняться от Ци, я точно не буду обращать на него внимания или превращу его в стог сена".

Губы системы подергивались. Она чувствовала, что ее хозяин говорит пустые слова после совершения поступка - если он действительно это имел в виду, почему он не сделал этого в этот раз?

"Возможно, он не вспомнит об этом, когда проснется".

Сюэ Лин стал думать, что делать дальше.

Су Сюаньянь сказал ему, что он сможет получить информацию о хвосте, только если позволит главному герою следовать основной сюжетной линии. В таком случае от первоначальной идеи запереть Юй Шаофэна в Пике Шан, пока он не взлетит и не станет настоящим бессмертным, пришлось отказаться.

Теперь все обернулось тем, что ему пришлось взять с собой ребенка и бегать повсюду.

"Что ж, это должно быть прекрасное чувство - взять с собой собственную команду и очистить все тайные царства".

Сюэ Лин внезапно хлопнул в ладоши.

Системе казалось, что он придумывает один сюжет за другим. "Я думал, что вы отправите Юй Шаофэна на сторону Громовержца..."

"Как такое может быть? Я уже давно говорил об этом. С тех пор, как он вошел на пик Шан, я никогда не позволю издеваться над ним. Он точно никогда не будет проходить через рутину издевательств. Я уже сказал, что сделаю так, что он станет самым счастливым ребенком в мире".

"Ну что ж. Пока вам весело…"

"Завтра я спрошу у старшего боевого брата, будут ли какие-нибудь мероприятия, в которых смогут принять участие внутренние ученики".

"Согласно сюжету оригинального романа, скоро начнется грандиозное соревнование между основными фракциями. В межсекционном соревновании, кроме обычного вознаграждения за первый приз, победитель также получит часть карты, ведущей в Тайное царство Сишуй".

Система все еще держала в руках оригинальный сюжет. Хотя сюжет был заброшен, множество описаний и построение мира было сделано уже на ранних стадиях. Сюжет этого романа был завершен вплоть до того момента, когда Юй Шаофэна выгнали из секты.

"Кстати говоря, вы заметили, что в наброске, данном автором, Чи Лань является последним боссом? И он даже попал на путь демона... Он стал культиватором демонического пути номер один, и в конце концов вознесся и попал в мир дьявола..."

"Вот что случилось бы с Чи Ланем, если бы не я".

Сюэ Лин потер подбородок и рассмеялся.

"На этот раз я не дам ему шанса попасть в дьявольский мир. Любой, кто стоит на пути главного героя, должен уступить".

Система чувствовала, что жизнь Чи Ланя была немного тяжелой. Или, возможно, ее хозяин не был бы слишком жесток с ним до того, как он ступил на путь дьявола... Теперь все было совершенно иначе. Пока хозяин не закончил злиться, Чи Лань, скорее всего, еще какое-то время будет относиться к нему с холодком.

На следующий день Чи Лань вернулся к нормальной жизни. Проснувшись, он все еще был немного растерян, но после некоторого периода медитации он понял, что вчера по какой-то странной причине сошел с ума. Хотя он не знал, почему ему вдруг стало лучше, он знал, что демон в его разуме стал еще глубже...

Чи Лань смутился, когда Сюэ Лин постучал в дверь и вошел - теперь он вообще не смел смотреть на своего ученика. Как только он увидит его, в его голове появятся собственные темные, грязные мысли в его адрес. Для его мастера это было слишком серьезным вызовом его собственной морали.

Поэтому он мог только подавить свой гнев и вести себя спокойно, разговаривая с Сюэ Лином.

"Вчера, ваш учитель..."

Сюэ Лин широко улыбнулся, взглянув на него, и тут же открыл рот, чтобы сказать:

"Я тайно принял ученика для Учителя без разрешения. Это нормально, что учитель рассердился. Только вот младший боевой брат невиновен, и я надеюсь, что мастер не выгонит его с Пика Шан".

Дойдя до этого момента, Чи Лань замолчал, услышав эти слова.

"Поскольку ты знаешь, что поступил неправильно, нет способа избежать наказания. Твой хозяин приговаривает тебя к стене на три месяца. Надеюсь, это напомнит тебе, что нужно быть осторожнее".

"Но... Учитель сказал мне, чтобы я вчера уходил и больше не оставался на Пике Шан... Поэтому я уже поговорил со старшим боевым братом и запланировал принять участие в соревновании в этот раз. Мы собирались отправиться в путь завтра... Я не буду появляться перед Учителем в течение трех месяцев. Могу ли я пропустить наказание в виде стены?"

От воспоминаний о вчерашних событиях у Чи Ланя разболелась голова. Он не мог вспомнить, что сделал вчера, но подсознательно чувствовал вину перед Сюэ Лином. Ему потребовалась огромная сила воли, чтобы приговорить его к стенке.

Теперь, услышав просьбу Сюэ Лина, он бездумно согласился. Но, будучи мастером, человек должен был сохранять собственное достоинство. Поведение Сюэ Лина, который заменял его и принимал еще одного ученика, было чересчур, и недовольство Чи Ланя таким поведением и лишним учеником проистекало из самого сердца.

"Ты можешь идти, но ты не можешь пропустить наказание".

Сюэ Лин послушно кивнул. "Этот ученик понял".

После того как Сюэ Лин вышел, Чи Лань сидел в постели и напряженно думал. Но как ни старался, он никак не мог вспомнить, что именно произошло вчера. Ситуации, когда культиваторы выходили за пределы отклонения Ци в течение одного дня, были редки, и до того, как он проснулся, он даже подозревал, что попадет прямо на дьявольский путь.

Честно говоря, он думал, что падение на путь дьявола было бы совсем не плохо. По крайней мере, тогда он сможет делать со своим маленьким учеником все, что захочет.

Как только эта мысль всплыла, и он понял, что эти идеи все еще существуют в его сердце, Чи Лань почувствовал стыд за свои мысли.

Но на самом деле у него было не так много времени, чтобы размышлять над этими грязными мыслями. Раз Сюэ Лин принял Юй Шаофэна от его имени на глазах у стольких людей, значит, Юй Шаофэн тоже был его, Чи Ланя, учеником по имени.

Чи Лань мог быть добр к Сюэ Лину и потакать ему во всем, но когда он сталкивался с Юй Шаофэном, его выражение лица было не таким хорошим.

Это был первый раз, когда Юй Шаофэн был вызван своим Наставником. На самом деле, он был немного озадачен. После того, как он весь день прятался в своей комнате, держа в руках листок, подаренный ему братом, его Наставник вышел из закрытого культивирования и сразу же вызвал его.

Хотя старший боевой брат улыбался, утешая его, Юй Шаофэн был необъяснимо встревожен, и когда он наконец увидел своего Учителя, интуиция подсказала ему, что он правильно сделал, что запаниковал и забеспокоился.

Не иначе как потому, что аура Чи Ланя была слишком мощной. Юй Шаофэн впервые столкнулся с сильным человеком такого уровня, и это был человек, который не подавлял свою ауру. В первый раз, когда они встретились, сила ауры заставила его встать на колени.

"В отличие от твоего боевого брата, ты пришел из мира смертных, поэтому есть некоторые вещи, которым я должен тебя научить".

Голос Чи Ланя был холоден как лед. Юй Шаофэна заставили встать на колени, и он практически не мог поднять голову и увидеть его лицо.

"В мире смертных есть поговорка, что в жизни человек должен кланяться небу, земле и родителям. Но в мире культивации такого правила нет. Ты должен помнить, что ты - человек Пика Шан. Под этим небом нет никого, кто мог бы заставить тебя преклонить колени. Это последний раз, когда ты преклоняешь колени, и я буду последним человеком, перед которым ты преклонишь колени. С сегодняшнего дня, даже если ты будешь разбит на куски, тебе нельзя преклонять колени".

"Да. Этот ученик будет повиноваться".

"Также."

Чи Лань сделал жест рукой и смягчил свою ауру. Юй Шаофэн тут же растянулся на земле, задыхаясь, его глаза покраснели.

"Тебя привел твой боевой брат. Он узнал тебя, а я нет. Ты можешь носить мое имя, когда находишься снаружи, но передо мной ты не заслуживаешь называть меня Наставников".

Руки Юй Шаофэна были крепко сжаты.

"Если ты хочешь, чтобы я признал тебя, тогда докажи, что ожидания твоего боевого брата не были ошибочными, и стань сильным, чтобы я увидел".

"Это ученик будет повиноваться".

Юй Шаофэн поднял голову и посмотрел на стоящего перед ним человека. После взгляда его мысли на мгновение поплыли, и он начал сомневаться в своей жизни... Он явно был неплохого вида... Почему он чувствовал, что понизил ценность внешнего вида Пика Шан?

"Ты - мутировавший духовный корень молнии. Способности, которые я культивирую, не подходят для тебя".

Кончик пальца прижался ко лбу Юй Шаофэна, и объем способностей был вырезан прямо в его душе.

"Я передал тебе технику культивирования духовного корня молнии. Когда ты культивируешь его до пика, ты сможешь уничтожить небо и землю и проложить свой собственный путь, делая все, что захочешь, и игнорируя все правила. С этого момента все зависит только от тебя".

"Ученик благодарит Учителя".

"Заткнись. Я принял в ученики только твоего боевого брата".

"... Да..."

Он уже признал, что Сюэ Лин его боевой брат, почему бы ему не признать, что он его ученик?

Он не знал, была ли это иллюзия, но Юй Шаофэн всегда чувствовал, что лицо Учителя смягчалось, когда он упоминал его боевого брата.

Хотя глаза Учителя были полны неприязни, когда они были обращены к нему, Юй Шаофэн не ожидал, что он сам понравится Учителю. Это была самая лучшая ситуация, если он согласился его учить. Он действительно не был изгнан из Пика Шан!

Он обнаружил, что с тех пор, как он вступил на путь культивации, удача не покидает его.

"Боевой брат, неужели все так хорошо сложилось? Учитель приказал мне правильно заниматься культивированием, а ты взял и увел меня..."

Юй Шаофэн повернул голову и посмотрел на исчезающий вдали Пик Шан. Он задал вопрос своему боевому брату с обеспокоенным выражением лица.

Сюэ Лин постучал его по голове:

"Не шути со своим боевым братом. Если ты действительно не хотел идти, то мог бы открыть рот и сказать об этом, когда я тебя привел. Если ты будешь продолжать притворяться, то теперь, когда мы уже ушли, я сброшу тебя вниз".

Они летели на мече. Если Юй Шаофэн упадет вниз, это будет некрасиво.

Юй Шаофэн неловко рассмеялся и робко сказал:

"Я просто думаю, что мне более или менее нужно выразить это нежелание. Я не могу выглядеть слишком счастливым из-за побега".

"Да ладно, Учителю совершенно все равно, на пике Шан ты или нет. Пока он не знает, что я взял тебя с собой, чтобы сбежать, все должно быть в порядке".

"Но разве восприятие Мастера не очень обширно? ... Почему он не узнает, что мы убегаем?"

"Наверное, потому что он не осмеливается посмотреть на меня".

Сюэ Лину было лень ломать голову над тем, о чем думает этот человек. До того момента, как он закрыл его в маленькой черной комнате, он не хотел иметь с ним дела.

"Я взял тебя в этот раз, чтобы ты посмотрел на соревнования между сектами".

В оригинальном романе Юй Шаофэн поехал со своим боевым братом, еще одним учеником Предвечного Громовержца, который имел огненный духовный корень с высокой атакой и взрывной силой. Они сражались в финале и получили фрагмент карты Тайного царства Сишуй.

Затем этот ученик привел Юй Шаофэна с собой в тайное царство, и Юй Шаофэн собрал там неплохой урожай. Это также предвещало, что после изгнания из секты он сможет расти и развиваться самостоятельно.

Там был особый материал, который катализировал его мутировавший корень молнии, а позже позволил его силе развиться до уровня, сравнимого с Чи Ланем.

Пока он ел это вещество, его духовный корень, который был отнят, мог полностью развиться и оживить все его тело. Только вот Юй Шаофэн изначально не знал, что это такое, и воспринимал его лишь как украшение, которое держал рядом с собой. Он никогда не ожидал, что в конечном итоге оно откроет для него другой путь.

"Ты только недавно вступил в секту, и еще недостаточно силен, чтобы занять место в квоте людей, которые могут участвовать в межсекционном соревновании, поэтому я привел тебя туда только для того, чтобы ты увидел мир".

"Но разве старший боевой брат не участвует в соревновании сект?"

Юй Шаофэн подумал, что это странно, и продолжил спрашивать. Несмотря на это, он очень хорошо понимал свои силы.

Сюэ Лин широко улыбнулся, повернув голову назад, и со смехом погладил щенячью голову своего младшего боевого брата.

"У Пика Шан всего два ученика. А ты еще маленькая репка. В таком случае, то, что я буду участвовать в грандиозном соревновании секты, не будет слишком возмутительным. Понимаешь?"

Как будто почувствовав "любовь" своего боевого брата, Юй Шаофэн задрожал и был вынужден из-за злоупотребления властью своего боевого брата послушно кивнуть и сказать:

"О...".

"Младший боевой брат".

Хотя Ю Шаофэн уже сжал шею, Сюэ Лин продолжал поглаживать его шею. Он как будто гладил его, но чем больше он это делал, тем больше пугался Ю Шаофэн...

Неужели его слова только что спровоцировали его боевого брата? Эта его версия была действительно пугающей...

"У Пика нас только двое, и Мастер никак не может принять еще одного ученика. Так что ты мой единственный боевой брат. Понял?"

"... Понял..."

Если быть точным, он даже не был учеником Учителя. Мастер только разрешил ему называть Сюэ Лина "боевым братом", но не позволял ему называть его Наставником...

"Я твой единственный боевой брат, и на Пике Шан, тебе не позволено сомневаться в словах своего боевого брата".

"...Когда у нас появилось это правило?

"Только что."

"... О..."

Юй Шаофэн был уверен, что спровоцировал брата, и главной причиной этого было то, что он опроверг слова своего боевого брата и поставил под сомнение его силу.

Небеса, когда это его IQ и EQ стали такими низкими? Это было слишком страшно. Если он хотел выжить под руководством своего мастера и боевого брата, он не мог продолжать совершать ошибки с низким IQ.

"В этот раз ты встретишь людей из других сил во время соревнования. Я не буду мешать тебе общаться с ними, но ты должен быть внимательным и не делать ошибок".

Видя, что его младший боевой брат держит голову опущенной, Сюэ Лин начал объяснять ему правила выхода на улицу в этот раз.

"Среди пакетов, которые я только что передал тебе, есть форма нашей школы. Через некоторое время ты должен переодеться в нее, чтобы тебя не проигнорировали защитники секты".

"Да."

Юй Шаофэн достал из сумки для хранения комплект бело-голубой одежды. Хотя ему было немного любопытно, почему его боевой брат ждал до сегодняшнего дня, прежде чем дать ему форму, которая представляла его личность в секте, он все же послушно приготовился надеть ее.

"А как же боевой брат? Ты не носишь ее?"

"Нет. Она идиотски выглядит. Это глупо до смерти".

Юй Шаофэн: "..."

"И я не смогу ускользнуть от группы, если надену его".

"Я думаю, что, судя по лицу боевого брата, практически невозможно улизнуть незамеченным".

"О каких правилах я тебе сейчас говорил?"

"... О..."

Все же было лучше, если бы он послушно делал то, что ему говорят. У боевого брата был плохой характер, и похоже, что он был в плохом настроении. Ему следует быть немного деликатнее и постараться не провоцировать его.

Как следовало из названия, соревнование между сектами было грандиозным состязанием с участием учеников из разных сект. Оно проводилось каждые пятьсот лет, и, как правило, все молодые ученики, не достигшие стадии Юаньинь, могли принять участие в соревновании.

Хотя это было оговорено, молодое поколение учеников, достигших стадии Юаньинь, было очень редким. Крупные кланы также посылали людей на соревнования, и старший боевой брат сказал, что старшие брат и сестра Чи Ланя будут участвовать.

Хотя, как и старший боевой брат Небесного пика, ответственный за организацию соревнований, они отвечали только за руководство своей командой, но не участвовали в соревнованиях.

Сюэ Лин поддерживал свой уровень культивирования на стадии Юаньинь, что как раз соответствовало требованиям для участия. Однако он указал свой уровень культивирования как позднюю стадию Цзиньдань, что казалось менее заметным среди группы.

Когда Сюэ Лин и Юй Шаофэн прибыли, группа уже практически собралась вместе. Сюэ Лин взял с собой Юй Шаофэна и направился к старшему брату. Он улыбался так широко, что казалось, будто на его лице распускается цветок, и казалось, что у него действительно хорошее настроение~

"Старший боевой брат, разве я не говорил тебе в самом начале? Я смогу заставить Учителя позволить мне выйти~".

Бессмертный был в самом разгаре дел, приказывая людям. Когда он увидел Сюэ Лина и его младшего боевого брата, он записал их имена. Для Пика Шан их два имени были весьма примечательны.

"Хорошо, что вы пришли. Я волновался, что Почтенный не отпустит тебя".

"Вообще-то, я вчера нагрубил Учителю. Он сказал, чтобы я не появлялся перед ним в течение трех месяцев, поэтому я смог благополучно уйти".

Юй Шаофэн стоял позади своего боевого брата и очень, очень хотел сказать, что этот бесстыжий знакомый вовсе не его боевой брат.

Старший боевой брат похлопал Сюэ Лина по плечу:

"Почтенный просто слишком беспокоится о тебе. Не нужно специально делать его несчастным. Просто поговори с ним как следует, и он тебя выпустит. Твой уровень развития уже не низкий, тебе будет полезно погулять и попутешествовать".

"Ах, можно даже сказать, что поздняя стадия Цзиньдана не низкая. Даже такой человек, как этот, может быть учеником Почтенного Багрового Огня - это показывает, что Почтенный также способен совершать ошибки», - раздался голос.

Сюэ Лин поднял брови и подумал, что кто-то действительно хочет создать проблемы.

"Вы только и умеете, что размахивать флагом Почтенного и пытаться всякими уловками ввести общественность в заблуждение. Не подчиняешься правилам и целыми днями устраиваешь беспорядки; все носят форму секты, а ты выглядишь как лисица и все еще настаиваешь на ношении черных одеяний. По мне, так лучше бы ты надел красное, чтобы другие люди не могли отвести от тебя глаз. Я гарантирую, что как только вы выйдете на арену, другие признают свое поражение. Ты можешь положиться на свое лицо, чтобы пройти весь путь до финала".

"Нет ничего плохого в том, что ты так говоришь. На самом деле, у меня тоже есть красная одежда. Только ты слепой, и даже если бы я надел их для тебя, ты бы не смог их увидеть".

Сюэ Лин никогда не был милосердным, когда оскорблял других. Другая сторона сказала такие неприятные слова, поэтому никто не мог обвинить его в том, что он не вежливо разговаривает.

"Хотя мы и современники, не забывай, сколько тебе лет. Переступить возрастную черту и принять участие в соревновании, полагаясь на свою силу стадии Юаньин, должно быть, очень приятно, верно? У тебя есть только последняя возможность почувствовать себя крутым. В этой жизни ты, скорее всего, останешься на стадии Юаньинь".

Когда он холодно огляделся, его темперамент полностью изменился. Это было совсем не так, как когда он злобно улыбался, но от этого у людей волосы вставали дыбом.

Юй Шаофэн всегда чувствовал, что внешность его боевого брата очень знакома. Присмотревшись еще несколько раз, он обнаружил, что это почти в точности повторяет обычный темперамент их Учителя... Вчера их Учитель тоже говорил с ним с таким же холодным выражением лица.

И холодная Ци, которая исходила от него, тоже была немного похожа.

Сцена сразу стала неловкой, но старший боевой брат вовсе не собирался разряжать обстановку. Он увидел, что Сюэ Лин ничуть не проигрывает, и повернулся, чтобы продолжить регистрировать людей. Люди, которые только что пришли, были людьми с Пика Земли, и если они действительно считались, то они были из того же поколения и должны были называть его старшим братом. Но он находил их раздражающими, и даже не хотел смотреть на этот мусор.

Да, человек, который пришел оскорбить Сюэ Лина, был братом-учеником, который изначально привел Юй Шаофэна на соревнование. Он был единственным культиватором стадии Юаньинь на Пике Земли, а также единственным культиватором, чей возраст как раз соответствовал возрастному пределу для участия.

Уровень культивирования его братьев-учеников превосходил его уровень, и его положение на Пике Земли было довольно неудобным. Именно поэтому он привел с собой Юй Шаофэна, к которому, как оказалось, благоволил их Учитель.

Позже, когда Юй Шаофэна постигло несчастье, он также последовал сюжету и растоптал его ногами. После этого он больше не появлялся. Его также можно считать большим пушечным мясом.

Даже если противник был отбросом, Сюэ Лин, пока он был недоволен, все равно затевал с ним драку. Каждое слово, которое он произносил, било в больные места собеседника, а от такого вежливого ругательства его лицо становилось белым, затем красным и, наконец, черным.

"Может, нам уже пора драться? Я могу не допустить тебя к финалу до конца твоей жизни".

Второй участник был явно зол до предела. Он тут же вытащил свой меч и насмешливо сказал:

"Ну, давай! Если у тебя хватит смелости, не вздумай снова обращаться к Почтенному за поддержкой!"

Сюэ Лин усмехнулся, но в следующую секунду Юй Шаофэн схватил его за одежду. Он повернул голову и несчастно посмотрел на младшего боевого брата, затем услышал, как старший боевой брат сказал:

"Все здесь. Я уже попросил старейшину, отвечающего за транспорт, прийти. Вы все должны вести себя тихо. В нашей секте не разрешены личные поединки".

Ю Шаофэн взглядом указал на Сюэ Лина и сказал:

"Боевой брат, не будь импульсивным".

Сюэ Лин не собирался драться с другой стороной. Ему просто нравилось видеть, как другой расстроен, наблюдать, как он волнуется, но не может драться, и в итоге может только топать ногами.

"О. Все в порядке. Слова твоего боевого брата всегда имеют значение. Когда будет соревнование, я обязательно побью его, чтобы ты видел".

Юй Шаофэн посмотрел на человека, который снова прыгал и стучал ногами от злости из-за слов своего боевого брата. Его губы дернулись, и он спросил:

"Брат по оружию, у тебя в последнее время плохое настроение? ... Ты вот-вот взорвешься..."

"Нет~"

Сюэ Лин невинно моргнул, его выражение лица изменилось быстрее, чем перелистывание книги. Он мгновенно выдал улыбку, и это была даже особенно привлекательная улыбка.

"Если бы у меня было плохое настроение, я бы уже давно убил такого сломленного ребенка, как ты".

Юй Шаофэн: "..."

Как этот вопрос был связан с ним? Почему в него постоянно стреляли, когда он лежал без всякой причины...

Пока они разговаривали, старейшины уже прибыли. На этот раз Секта Небесного Меча предоставила трех старейшин для этого соревнования, и все они были из Небесного Пика. Возможно, это было сделано специально, чтобы лучше подчеркнуть противоречия между Небесным Пиком и Пиком Земли, где в это время должен был находиться главный герой. Таким образом, Небесный Пик был ответственен за многое в этом соревновании.

Эти три старейшины были из того же поколения, что и Чи Лань, хотя их сила была не такой высокой, как у него. Сюэ Лин тоже видел их раньше, и он, естественно, подошел поприветствовать их, когда они прибыли, и неизбежно завязалась светская беседа.

Когда он вернулся, то снова услышал негромкий смех со стороны людей Пика Земли, которые сказали, что он только и умеет, что использовать свое лицо, чтобы привлечь других. Сюэ Лин улыбнулся и махнул рукой, но от этой улыбки Юй Шаофэн сильно занервничал.

Он боялся, что его боевой брат действительно выйдет из себя и бросится бить морды. Только после того, как они долетели до места назначения на летающем артефакте, получили свои комнаты и, наконец, приготовились спать, и ничего плохого не произошло, Юй Шаофэн наконец-то облегченно вздохнул.

В результате на следующее утро у Земного Пика произошла настоящая драма. Лицо их брата-ученика было обезображено и настолько, что никто не мог смотреть на него.

Юй Шаофэн молча смотрел на своего боевого брата.

Сюэ Лин ел какие-то закуски. Когда он почувствовал на себе взгляд Юй Шаофэна, он поднял глаза и улыбнулся:

"Что ты на меня смотришь? Я ничего не сделал".

Юй Шаофэн: "..."

Боевой брат, у тебя сильное чувство мести. Любой может сказать, что это сделал ты, ясно?!

Сюэ Лин продолжил:

"Я не выходил всю ночь. Если ты мне не веришь, можешь пойти и спросить у тех дядек".

Юй Шаофэн: "..."

Да, да, да. Ты приходил и уходил как тень, верно? ... Он просто не понимал, почему некоторые люди выходят из себя и ведут себя так по-детски...

Чье-то лицо было изуродовано. Не могло быть и речи о том, чтобы такое крупное событие не затронуло сторону Сюэ Лина. В конце концов, единственным человеком, который со вчерашнего дня не ладил с Земным Пиком, был Сюэ Лин, и раз уж там что-то случилось, они, естественно, придут его искать и возложат вину за случившееся на Сюэ Лина.

Конечно, была ли эта вина оправданной или нет, еще нужно было разбираться.

Сюэ Лин все это время выглядел спокойным. Этот расслабленный и спокойный вид заставил даже Юй Шаофэна усомниться в том, что это дело рук его старшего боевого брата.

Люди с Пика Земли подошли и выбили дверь в комнату Сюэ Лина. Один из них ворвался внутрь, указал пальцем прямо на Сюэ Лина и закричал:

"Старейшина, он единственный, кто вчера конфликтовал с нашим братом-учеником. Должно быть, именно он сделал это с лицом брата-ученика!"

Старейшина, которого разбудили так рано утром, имел беспомощное выражение лица. Похоже, он не хотел принимать чрезмерного участия в этом деле и вершил правосудие за них:

"Как я уже сказал, мое сознание постоянно охватывало все пространство. Если он действительно что-то сделал, не может быть, чтобы я об этом не знал. Лицо вашего брата-ученика должно быть обезображено по другой причине. Ты не должен так бесцеремонно врываться в его комнату без уважительной причины".

"Старейшина лучше всех понимает ситуацию. Но есть некоторые собаки, которые не чувствуют себя комфортно, если не бросаются на других и не кусают. Старейшина должен просто позволить им немного покривляться, чтобы они не выходили и не лаяли потом, говоря, что наш Пик Шан в сговоре с Небесным Пиком, чтобы задирать их Пик Земли."

Сюэ Лин сидел в праздной позе. Перед ним лежали закуски, привезенные неизвестно откуда, и даже немного чая.

"Редко выпадает возможность долго беседовать со старейшиной. Как насчет того, чтобы старейшина сел и насладился закусками? Это все духовная пища, которая полезна для культивации".

Ученик был так зол, что его глаза покраснели. Он протянул руку, чтобы смести еду, которую Сюэ Лин положил перед ним, но был зафиксирован рукой Сюэ Лина и встретился с его холодным взглядом.

"Ты действительно верил, что я не осмелюсь сделать шаг против тебя только потому, что не стал спорить с тобой о твоем неразумном поведении?"

Ученик не мог сдвинуться с места и прорычал:

"Ты нечестивец! Разве недостаточно того, что ты причинил вред моему брату-ученику? Ты все еще хочешь навредить мне. Старейшина, ты видишь? Неужели ты действительно собираешься сговориться со злом?!"

Старейшина потерял дар речи. Этот ученик был новым учеником, которого только что принял Предвечный Громовержец, и его боевой брат привел его в этот раз, чтобы расширить его представление о мире. Но теперь, еще до того, как он что-то увидел, его уже использовали в качестве меча для обвинения других. Неизвестно, повезло ему или не повезло.

"Кстати говоря, ты также должен обращаться ко мне как к брату-ученику. Как тебя учили на твоем Земном Пике? Ты вообще не соблюдаешь ни одного правила. Мало того, что ты не приветствуешь меня при встрече, так ты еще и посмел выбить дверь брата-ученика?"

Сюэ Лин постучал себя по голове и указал на Юй Шаофэна, который молча сидел рядом с ним.

"Видишь, как чужой боевой брат, ты должен быть немного более милым и послушным. Если старший боевой брат не велит тебе говорить, просто держи рот на замке и сиди там. Ты должен делать это независимо от того, перед каким боевым братом ты находишься. Понял?"

Ученик хотел открыть рот и выругаться, но в следующую секунду его отшвырнуло. Он пролетел большое расстояние и чуть не упал с летающего артефакта. В конце концов, старейшина не выдержал и жестом руки вернул его обратно, не давая упасть с края.

"Я заменю твоего боевого брата и немного обучу тебя. Тебе не нужно благодарить меня. В следующий раз, когда увидишь меня, просто поприветствуй меня "привет, боевой брат"".

Несмотря на то, что он приземлился на большом расстоянии, брат-ученик все еще слышал ясный голос в своем ухе, когда вставал.

Старейшина направился к нему, и тот ученик выглядел особенно обиженным.

"Старейшина, разве вы не говорили, что нам нельзя устраивать внутренние драки? Он издевался надо мной! Разве он не ведет себя так, будто на Земляном Пике больше никого нет?!"

Старейшина равнодушно посмотрел на него. Лицо этого человека выглядело немного свирепым, а его нос был синим и распухшим. Он совершенно не походил на Сюэ Лина, который перед уходом даже с улыбкой сказал ему, что понимает свои ограничения. Разница в стиле была такой же, как разница между небом и землей.

Он негромко сказал:

"В вашем Земном Пике практически никого не осталось".

Ученик был так раздосадован, что не потрудился ответить старцу. Он не мог ругаться на старейшину, и только сердито оправдывался, прежде чем отвернуться и уйти.

Он даже начал возмущенно бормотать себе под нос после того, как повернулся, чтобы уйти. На самом деле, боевой брат был прав. Люди Небесного Пика и Пика Шан были просто отбросами. Они ничего не умели делать, но зато лучше всех умели разыгрывать хитроумные трюки.

Поскольку Земной Пик не смог представить никаких доказательств, дело закончилось именно так.

С самого начала и до конца Сюэ Лин был спокоен, как на спектакле. Он даже был достаточно бесстыден, чтобы с серьезным видом назидать Юй Шаофэна:

"Ты видел? Многие вещи нужно видеть своими глазами. Если ты будешь слушать слухи, то в конце концов станешь таким же идиотом. Если бы я тогда не спас тебя от моря страданий, ты бы сейчас был таким же идиотом".

На самом деле, Юй Шаофэн всегда был очень смущен. Он был растерян с головы до ног, он совершенно не понимал, что произошло и что вообще здесь происходит. Но когда он услышал слова Сюэ Лина, он вдруг спросил:

«Старший боевой брат хочет сказать, что если бы меня тогда приютил Предвечный Громовержец, то сейчас я был бы похож на этого человека?"

"Да~" Сюэ Лин засунул кусок пирога в рот и многозначительно сказал:

"Или, может быть, лицо, которое было уничтожено в то время, могло быть твоим."

Юй Шаофэн вздрогнул:

"Боевой брат, это ведь ты это сделал, верно..."

"Что за слова ты говоришь? Разве твой боевой брат похож на человека, который делает грязные вещи в темноте, потому что не может сделать это открыто днем? Я всегда поступал честно и справедливо. Делать такие грязные вещи ниже моего достоинства".

Юй Шаофэн не совсем понял, но все равно кивнул головой. Было неизвестно, верит он в это или нет.

Сюэ Лин скривил губы и спросил у системы, которая висела у него через плечо:

"Не так ли, система?"

Хотя хозяин не мог видеть, система все равно старалась изо всех сил закатить глаза.

Очевидно, он был невероятно мелочным. Если другие говорили о нем плохо один раз, он должен был ответить десять раз. Если он не мог справиться с этим открыто, он обязательно наносил ответный удар исподтишка, а чтобы не попасться, он даже использовал свою систему, чтобы сделать ход...

Это была система, золотой палец! Не то, что можно использовать, чтобы тайно навлечь беду на противника! И это был такой дешевый трюк!

Хотя она и была возмущена, но ради улучшения настроения хозяина, система, в конце концов, предпочла промолчать и оставить свои мысли при себе. После уничтожения этого человека настроение хозяина улучшилось, а низкое давление, которое он излучал, исчезло. Поскольку кто-то все равно должен был пострадать, лучше бы это была не система.

После этого инцидента люди Земного Пика почему-то стали гораздо более сдержанными. Они больше не приходили провоцировать его, да и Сюэ Лину было лень возиться с ними. Он каждый день занимался с Юй Шаофэном и несколько дней не выходил из комнаты.

На этот раз грандиозное соревнование проходило в Наньяне, в клане Ван, одном из семи главных кланов. Наньян, где находился клан Ван, всегда славился производством и продажей нефрита. Столица, которой управлял клан Ван, была известна как столица нефрита.

Каждые сто лет здесь производилось большое количество высококачественного нефрита. Поэтому клан Ван был очень богат. Среди семи семей их богатство занимало первое место.

Большинство техник клана Ван были дополнены нефритом. Они умели создавать всевозможные формации, и поговаривали, что их грандиозные формации могли заманить в ловушку даже полубессмертных. Но полубессмертные не появлялись на континенте уже много лет, и мало кто их видел. Естественно, все это стало легендой.

Секта Небесного Меча не была одной из первых. До них уже прибыли четыре из трех других великих сект и семь крупных кланов. Клан Ван, очевидно, внес большой вклад в соревнование, и специально построил виллы для временного проживания учеников различных сект.

Виллы раскинулись на очень большой территории, а пейзаж не оставлял желать лучшего. Район, где будет проходить соревнование, находился недалеко от вилл, и там уже было установлено множество арен-платформ.

Ради справедливости, количество людей, которых каждая секта могла направить на каждую ступень культивации, было фиксированным, но все же в начале нужно было отсеять участников, чтобы уменьшить толпу.

Первое соревнование было большим свободным состязанием. Количество выбывших из каждой фракции было фиксированным, и как только они достигали своей квоты, другие участники арены уже не могли наложить руки на оставшихся учеников этой секты.

Также существовали правила, согласно которым ученики с разным уровнем культивирования не могли быть сопоставлены друг с другом на этом начальном этапе, чтобы избежать выбывания одаренных учеников, которые занимались культивированием совсем недолго, только потому, что им не хватало опыта.

Межсекционное соревнование начнется через десять дней. Группу Сюэ Лина поселили в здании, похожем на постоялый двор, вместе с людьми из клана Ци Шаньду.

Возможно, благодаря связи между достопочтенным Багровым Огнем и Сектой Небесного Меча, отношения между кланом Чи и Сектой Небесного Меча всегда были хорошими. Две фракции были устроены так, чтобы оставаться вместе, и некоторые из молодых людей выходили веселиться и тренироваться вместе; сцена была довольно гармоничной.

Раз уж все собрались, Сюэ Лину нужно было привести Юй Шаофэна, чтобы он встретил гостей из клана Чи. После приветствий он снова оказался в окружении молодого поколения. Его даже погладил по голове Чи Ли, который похвалил его за тот же потенциал, что и у Чи Ланя.

Сюэ Лин все это время сохранял улыбку на лице, а после того, как они вернулись в свою комнату, недовольно ущипнул Юй Шаофэна за лицо.

"Почему они не ущипнули тебя за щеки и не попытались погладить по плечу?"

Юй Шаофэн выглядел невинно.

"Возможно, это потому, что я не такой симпатичный, как боевой брат?"

Сюэ Лину очень понравилась его лесть. Он хмыкнул и простил своего глупого боевого брата, а затем отправил его из комнаты, сказав:

"Маленькие дети должны выходить и общаться с другими, и больше видеть, каков мир культивации на самом деле".

Ю Шаофэна вытолкнули за дверь. Он спросил странно:

"А как же боевой брат? Ты не идешь?"

"У твоего боевого брата нет свободного времени. Я все еще должен заниматься культивированием, чтобы защитить моего тупого брата, а также репутацию моего мастера!"

Небеса знали, как он был недоволен, когда его хвалили за то, что он похож на Чи Ланя. Он был гораздо большим гением, чем Чи Лань! Они должны были знать, что он создал свою основу Ци только тогда, когда превратился в человека.

С тех пор он уже перешел на стадию Юаньинь. Его фундамент был прочным, и он никогда не проиграл бы в схватке. Но все это не имело никакого отношения к Чи Ланю!

Тот вообще никогда не наставлял его в культивировании!

Система: "Но Хозяин культивирует, поглощая его огненную и молниеносную Ци..."

"Держи рот на замке, когда тебя не просят говорить".

Система: "... О..."

Сюэ Лин осталась в их комнате и отказалась выходить, поэтому Юй Шаофэну пришлось выходить одному. На нем была форма секты Секты Небесного Меча, и те, кто не знал лучше, подумали, что это молодой ученик, который пришел из Секты Небесного Меча, чтобы участвовать в соревнованиях или наблюдать за соревнованиями.

Его движения были подобны мечу, только что вышедшему из ножен. Его боевой брат пообещал ему, что он выиграет соревнование, а затем использует кусок метеорита, который был призом, для создания меча для него.

Он с нетерпением ждал этого момента, и однажды во время тренировки он вдруг осознал свое намерение создать меч. Но поскольку он еще не полностью контролировал его, часть намерения меча просочилась между его действиями.

Именно это намерение меча и привлекло внимание некоторых людей.

Это было похоже на встречу с кем-то, кого ему было суждено встретить. Он встретил этого человека, когда поворачивал за угол; и тогда обе стороны заметили намерение меча другой стороны и удивленно посмотрели друг на друга.

"Секта Небесного Меча, пик Шан, Юй Шаофэн".

Поджав губы, Юй Шаофэн сложил ладони вместе и поприветствовал.

Тот кивнул головой, ответил на приветствие и открыл рот, чтобы назвать свое имя.

"Клан Чи Шаньду, Чи Цзянь".

Кланы были очень широким понятием. Клан Ци Шаньду был очень хорош в магических техниках, особенно в магии огня. Большинство старейшин и сильных мира сего в клане Чи специализировались на магии огня, но были и неожиданные гении, которые были талантливы в других областях.

Например, Чи Лань культивировал путь молнии и огня. Его сила атаки была взрывной, и все, что попадало ему в руки, могло стать его оружием. Он специально не развивал меч или другие навыки, а лишь использовал силу, чтобы прорваться сквозь все техники.

Когда кто-то стоял перед Чи Ланем, он понимал, что все эти вещи были лишь внешним реквизитом. Перед лицом абсолютной силы они были просто слабы.

Другим примером этого был Чи Цзянь.

Чи Цзянь также считался гением в клане, но из-за того, что предыдущее поколение было слишком выдающимся, для него казалось вполне нормальным иметь такое культивирование в его нынешнем возрасте.

Конечно, его сдержанный характер также был одним из факторов - он был из тех людей, которые не обращали внимания ни на что, кроме культивации. Он смотрел только на свой меч, а все остальное было для него лишь куском дерева.

Возможно, только когда он видел противника, его глаза ярко блестели, и тогда его намерение сражаться поднималось.

Когда два культиватора меча встретились, они могли сделать лишь несколько вещей. Юй Шаофэн и Чи Цзянь на мгновение посмотрели друг на друга, затем повернулись к площадке для спарринга, которую устроил клан Ван.

Во время соревнования, кроме боевых арен, площадка для поединка была единственным местом, где культиваторам разрешалось сражаться по своему усмотрению.

Оба они принадлежали к молодому поколению, их уровни культивирования различались на ранг, поэтому они не собирались сражаться напрямую. Они соревновались друг с другом только с помощью намерения меча, сравнивая свое понимание значения меча.

Для культиваторов меча встретить другого человека, понимающего намерение меча, а тем более такого, который при первой встрече почувствовал бы себя старым другом, было большой редкостью.

Даже если в Секте Небесного Меча было так много культиваторов меча, было всего несколько человек, которые понимали свое намерение меча, и большинство из них были лидерами своих групп. Еще меньше было таких молодых, как Юй Шаофэн.

Он был еще совсем юным мальчиком. Его маленькое личико, словно распаренная булочке еще не выросло и все еще носило следы мягкости, но за последние два месяца он значительно подрос, его фигура стала довольно высокой и прямой.

В сочетании с бело-голубой униформой Секты Небесного Меча он выглядел очень достойно и хорошо, а когда он улыбался, в уголках его рта появлялись ямочки, отчего он казался ярким, как маленькое солнце.

Чи Цзянь, как и его имя, тоже имел огненный духовный корень. Но по какой-то причине, дао меча, которое он развил, было подобно ледяному кристаллу, и его духовный корень и намерение меча были как две крайности.

В отличие от его внешнего вида, намерение Юй Шаофэна было свирепым и яростным, и несло в себе мощный импульс. Оно было агрессивным, словно гром и молния, падающие одна за другой и не желающие останавливаться, пока противник не будет уничтожен.

Это были два совершенно разных вида фехтования, но на поздней стадии спарринга они странным образом слились воедино. Ощущение, что они враждуют друг с другом, значительно уменьшилось. Их взгляды снова встретились, и они увидели удивление в глазах друг друга.

Такие вещи, как намерение меча, были очень неопределенными и непредсказуемыми. Юй Шаофэн только недавно понял значение своего меча. Несколько дней назад, когда он встретил Чи Ланя, возможно, потому что яростная молния, содержащаяся в намерении меча, была похожа на его силу, Чи Лань также дал ему несколько советов по поводу намерения меча. После этих слов Юй Шаофэна, несмотря на отсутствие собственного меча, его намерение было ничуть не слабее, чем у Чи Цзяня.

Намерение Чи Цзяня не было в гармонии с его духовными корнями, но это не мешало ему культивировать свой собственный путь меча. За эти годы он изучил множество техник ледяного и огненного меча, и его намерение меча уже имело конкретное направление. Если не случится ничего плохого, то в будущем он точно станет самым выдающимся культиватором меча из клана Чи.

Трудно было сказать, повезло им или не повезло встретиться при таких обстоятельствах. Их намерения мечей были совместимы, то есть, если бы два меча объединились, их сила атаки взлетела бы до ужасающего уровня...

Но это было только на поздних стадиях, когда они становились более сильными.

Очень редко можно было встретить совместимого культиватора меча, поэтому, когда двое из них посмотрели на собеседника, они были очень удивлены.

Если бы Сюэ Лин был рядом, он бы наверняка понял, что сейчас происходит. Чи Цзянь играл очень важную роль на поздних стадиях этого романа. Именно благодаря его существованию вероятность того, что Юй Шаофэн выступит против Чи Ланя, удвоилась.

Чи Цзянь был персонажем не менее жалким, чем Юй Шаофэн. Согласно сюжетной схеме, которую предоставил автор, Чи Лань стал дьяволом, и его клан был уничтожен. Чи Цзянь спасся от этой катастрофы, но Чи Лань стал его сердечным узлом. Если он хотел вознестись и стать бессмертным, ему нужно было победить Чи Ланя.

После того, как Чи Лань впал в дьявольский путь, было бы очень странно, если бы клан Чи остался на праведном пути, а позже их постигло великое несчастье. Чи Цзянь отправился заниматься культивированием и избежал беды, но когда он вернулся, у него уже не было дома.

Клан Чи был назван предателями праведного пути, вступившими в сговор с теми, кто шел по дьявольскому пути. Члены клана Чи должны были либо отказаться от своих фамилий, либо их схватят и будут преследовать другие секты и кланы.

У них был выбор - быть убитыми или присоединиться к другим сектам, и за короткое время весь клан полностью исчез. Чтобы расследовать это дело, Чи Цзянь объединился с Юй Шаофэном, который потерял культивацию и был изгнан из своей секты, и они вдвоем преодолели множество барьеров и избежали многих опасностей благодаря своим мечам.

Если бы Чи Лань неожиданно не отправился в мир дьявола, они могли бы объединиться, чтобы бросить вызов Почтенному Дьяволу.

В каком-то смысле Чи Цзянь был вторым главным героем романа, но еще до его появления автор забросил сюжет.

Неожиданно движения Сюэ Лина вызвали эффект бабочки, и из-за пульсации время их встречи было перенесено в прошлое.

Если бы автор действительно писал об их встрече, то, вероятно, она была бы в точности похожа на сцену, которая только что произошла перед ними.

Это больше походило на...

Чи Цзянь был первым другом Юй Шаофэна, и он тоже был из клана Чи. Учитывая, что его мастер отказался признать его, по крайней мере, у них все еще были какие-то отношения. Они прекратили спарринг, и Юй Шаофэн вытащил Чи Цзяня с площадки, сказав, что хочет пригласить его на ужин.

Его культивирование было невысоким, но он мог прожить без еды и питья. Однако после того, как он так долго следовал за своим братом, ему всегда хотелось чего-нибудь съесть, когда больше нечем было заняться.

Так как старший брат сейчас занимался культивированием в их комнате, он, естественно, привел с собой своего нового друга, чтобы пообщаться.

Чи Цзянь начал заниматься культивированием, когда был совсем юным, и это было не первое его соревнование. Юй Шаофэн был настолько полон энтузиазма, что тоже чувствовал себя тронутым. В конце концов, они оба были еще молоды, и вдвоем бродили по границам земель клана Ван.

В этот период Юй Шаофэн также много общался с другой стороной, и хотя общение было в основном односторонним, он все же хорошо понимал отношения между ними.

Если подсчитать, то между ними действительно были отношения. Хотя Юй Шаофэн был на одну ступень выше Чи Цзяня, их обоих можно было считать ровесниками.

Потому что Чи Цзянь называл Чи Ланя "дядей", а Ю Шаофэн называл его "мастером".

О. Чи Лань все еще не разрешал ему называть его так, но кого это волновало? Он не смог бы услышать его, если бы говорил об этом на улице.

Чи Цзянь знал, что Чи Лань получил ученика некоторое время назад, но никогда не ожидал, что сможет его увидеть. Только позже, после объяснений Юй Шаофэна, он понял, что Юй Шаофэн был всего лишь маленьким учеником, которого привел с собой тот ученик, и на самом деле Чи Лань вовсе не ценил его.

На его лице не было никакого выражения, но он все равно изо всех сил старался утешить его. Он открыл рот и сказал Юй Шаофэну:

"Дядя всегда был холоден к людям. То, что он захотел поговорить с тобой, уже очень хорошо".

Юй Шаофэн улыбнулся и сказал, что он совсем не против.

Тот, кто ему нравился, был его боевым братом, а не Учителем.

Кому какое дело до того, как Учитель обычно относится к другим?

Они с удовольствием болтали, договаривались о встрече несколько дней подряд и либо болтали вместе, либо исследовали окрестности. Даже Сюэ Лин заметил перемену в Юй Шаофэне, но он еще в самом начале сказал, что позволит Юй Шаофэну завести друзей самостоятельно. Изначально он хотел вывести его в свет, чтобы он мог немного больше участвовать в сюжете.

Хотя казалось, что этот человек несколько раз его обманул, Сюэ Лин все еще верил в его слова. Пока он позволял главному герою выходить на улицу, сюжет будет развиваться прямо как надо. Теперь оставалось только ждать.

Конечно, после пяти дней прогулок Юй Шаофэн с радостным волнением вернулся к Сюэ Лину с новым маленьким спутником на буксире.

"Боевой брат! Боевой брат!"

Из-за того, как быстро он бежал и как был взволнован, его лицо было немного неестественно красным, а глаза ярко блестели. За это время он оброс мясом, что сделало его еще больше похожим на маленького симпатичного юношу.

"Поспешите взглянуть на то, что нам удалось купить!"

Он держал в руке небольшой камень. Это был темный, круглый предмет, ничем не привлекательный, такой, на который с первого взгляда можно было не обратить внимания.

В голове Сюэ Лина не было ничего, кроме "Это происходит, это происходит! Исключительная способность главного героя заполнять пробелы!"

Он протянул руку, закрыл дверь, положил камень и взглянул на тихого подростка, вошедшего вместе с Юй Шаофэном. Он заметил, что тот был одет в одежду клана Чи, и догадался, что этот мальчик, вероятно, тот самый, на которого в последнее время обратил внимание его младший брат-ученик и с кем он встречался.

"Независимо от того, что тебе удалось купить, ты все равно должен сохранять спокойствие. Неужели ты действительно бежал всю дорогу с таким глупым выражением лица? Давая всем понять, что ты купил что-то хорошее?"

"Естественно, нет".

Юй Шаофэн положил камень в руку и представил Чи Цзяня, который стоял позади него.

"Мы с Чи Цзянем не идиоты. Я был невероятно спокоен на обратном пути~ Старший брат, это Чи Цзянь. Кажется, он родственник мастера, и он говорит, что называет мастера "дядей"".

Сюэ Лин понял, кто это, как только услышал его имя. Хотя он был удивлен, что тот появился немного раньше времени, но так как это был нужный человек, он мог быть спокоен.

Это был просто еще один невезучий ребенок.

Когда эти двое были в паре, они были просто парой невезучих товаров.

"Племянник Наставника?"

Губы Сюэ Лина были изогнуты, а его отношение казалось довольно мягким.

"Я боевой брат Шаофэна и старший ученик твоего дяди. Если ты не возражаешь, ты можешь просто следовать примеру Шаофэна и называть меня боевым братом".

Чи Цзянь сделал очень точный поклон и сложил руки вместе, приветствуя:

"Боевой брат Сюэ".

"Обращайся ко мне так, это тоже хорошо".

Сюэ Лин погладил Шаофэна по голове.

"Этот ребенок Шаофэн немного безрассуден, должно быть, было нелегко водить его за собой в эти дни".

"Нет, все в порядке. Мы с Шаофэном очень хорошо ладим".

"Это здорово, что вы ладите".

После обмена вежливыми любезностями Сюэ Лин наконец обратил свой взор к темному камню.

"Ну, теперь ты можешь рассказать мне. Что особенного в этом камне?"

Юй Шаофэн хитро засмеялся и сказал:

"Мы сегодня ходили в игорный ларек за камнями. Это то, что мы выбрали и купили".

В клане Ван было много нефритовых шахт, и игра в камни была популярной игрой среди людей, которые жили здесь. Некоторые люди могли за одну ночь заработать целое состояние, потому что выбирали прекрасный нефрит, а другие теряли свое имущество и разорялись из-за этих камней.

"Что, это камень, который вы, ребята, привезли с азартных игр? Вы так радуетесь, потому что внутри есть нефрит?"

"Там нет нефрита, но этот камень действительно загадочный".

Юй Шаофэн поднял камень и помахал Чи Цзяню.

"Боевой брат, смотри. Если мы с Чи Цзянем поместим наши намерения меча внутрь..."

Как только он заговорил, камень начал излучать слабый свет.

В месте, где двое держали камень, в темном камне появилась линия света. Медленно, она нарисовала миниатюрную, неполную карту на поверхности камня.

"Боевой брат, смотри! Не является ли это своего рода скрытой картой тайного царства!"

Сюэ Лин мысленно пролистал конфиденциальный конспект, предоставленный системой. Этот камень должен быть связан с очень большим тайным царством, о котором говорилось в сюжете.

Только вот это царство открылось относительно поздно, и к тому времени силы Юй Шаофэна и Чи Цзяня были настолько сильны, что они могли ускользнуть от преследования большинства людей. Только тогда они сделали шаг и вошли в царство.

Там было в общей сложности пять черных камней. Чтобы увидеть всю карту, им нужно было направить намерение меча на все пять камней, а чтобы найти их все, потребуется время.

Сюэ Лин, как квалифицированный старший боевой брат, не сомневался в том, что его младшему брату придется потрудиться.

"Да, так и должно быть. Но нет особого смысла, если у тебя есть только один камень. Если ты сможешь найти все камни, возможно, я смогу взять тебя и Чи Цзяня с собой, чтобы мы пошли и посмотрели".

"Хорошо! Тогда решено!"

Юй Шаофэн не стал спрашивать мнение Чи Цзяня и сразу же согласился. Похоже, он испытывал таинственное влечение к таким местам, как тайные царства.

Возможно, его навязчивое упорство, которое делало его похожим на неумирающего таракана, заразило и Чи Цзяня, заставив его пройти с ним через жизнь и смерть. Они оба были такими глупцами...

По крайней мере, Сюэ Лину так казалось.

Он не знал, что после их ухода Юй Шаофэн тайком оттащил Чи Цзяня и спросил:

"Разве я не был прав? Мой боевой брат - самый красивый человек в мире. Даже Учитель не так красив! Ты проиграл. Когда мы будем спарринговаться позже, ты должен дать мне возможность сделать три хода первым".

Шаги Чи Цзяня приостановились. Его голос сильно смягчился, и он звучал довольно беспомощно.

"Хорошо."

Юй Шаофэн не участвовал в соревновании между сектами, но Чи Цзянь и Сюэ Лин оба участвовали. Как зритель, он чувствовал себя немного подавленным.

Сюэ Лин не пыталась его утешить, но Чи Цзянь сказал:

"Это мой первый и последний раз, когда я участвую. Может быть, тебе стоит рассчитывать на то, что к следующему соревнованию твое культивирование может превысить нормативы?"

Талант Юй Шаофэна должен был быть самым высоким среди тех, кто был принят в Секту Небесного Меча во время недавнего собрания по набору учеников. Он вступил на пик Шан, который считался пиком с самой высокой плотностью духовной Ци.

У него был боевой брат, уровень культивирования которого также мгновенно повышался при каждом случайном занятии, и Мастер, который был достаточно силен, чтобы быть абсолютно непоколебимым, чтобы на него равняться.

Из-за этого его нынешний уровень культивирования не казался чем-то особенным, но, в конце концов, он только недавно вступил в секту и еще даже не участвовал в реальных боях. Участие в подобном соревновании противоречило бы сложившейся практике.

Но на самом деле, судя по его силе, если бы он не участвовал в этом соревновании, возможно, его сила превысила бы пределы соревнований, когда в следующий раз будет проводиться соревнование.

До стадии Фэншэнь (6-я), основываясь на чистоте духовного корня Юй Шаофэна, пока его духовная сила накапливалась до определенного уровня, он поднимался в ранге. По сути, ему даже не нужно было культивировать свое духовное сознание - достаточно было позволить ему расти вместе с его силой, и оно плавно росло вместе с его культивацией.

Участие в соревновании не принесло бы ему особой пользы. Если бы не желание Сюэ Лина заполучить фрагмент карты тайной сферы и отдать его Юй Шаофэну, чтобы тот смог найти хорошие вещи, Сюэ Лин бы тоже не стал участвовать в этом.

Как только Чи Цзянь заговорил, Сюэ Лин последовал его примеру и продолжил:

"Такое соревнование может помочь тебе набраться опыта, но ты также можешь сделать это, когда выйдешь на улицу и будешь бродить по окрестностям. Если ты действительно хочешь, то после получения Тайной сферы Сишуй, я выкую для тебя меч, и ты сможешь пойти и закалить себя с Чи Цзянем."

В конце концов, Юй Шаофэн был главным героем. Было несложно держать его в одном месте, пока он не вышел посмотреть на мир, но раз он уже вышел, не было причин запирать его обратно. Сюэ Лин был готов отпустить его - раз Чи Цзянь уже появился, то с ним эти двое смогут справиться с большинством проблем.

Не было нужды спрашивать, почему Сюэ Лин чувствовал большее облегчение с Чи Цзянем, чем с Юй Шаофэном. Чи Цзянь уже много раз закалял себя в путешествиях, тренируя намерение меча, и имел гораздо больше жизненного опыта, чем глупый и милый Ю Шаофэн.

Кроме того, он был спутником Юй Шаофэна, и у них было больше шансов попасть в беду вместе. Их шансы превратить неудачу в удачу также были выше, а шансы успешно стать более могущественными были еще выше.

"Боевой брат, ты серьезно?"

Юй Шаофэн находил это невероятным. В конце концов, его боевой брат всегда был ненадежным и близоруким, и если он не мог его видеть, то часто чувствовал беспокойство. Почему же сейчас он так легкомысленно хотел выгнать его?

"Конечно, я серьезно".

Сюэ Лин посмотрел на время. Завтра начнется грандиозное соревнование, а через пять дней оно закончится, и откроется тайное царство Сишуй. Секретное царство будет открыто в течение двух месяцев, этого было достаточно, чтобы создать меч.У нас еще есть два месяца, а потом мне придется вернуться и предстать перед стеной в наказание".

Юй Шаофэн выглядел смущенным. В конце концов, его старший боевой брат должен был предстать перед стеной из-за него. И он собирался пойти развлечься, пока его боевого брата наказывали... как бы он ни смотрел на это, он совсем не выглядел хорошим младшим боевым братом...

"Хватит. Перед кем ты пытаешься выглядеть виноватым? Я, твой боевой брат, не нуждаюсь в твоей вине. Бери с собой Чи Цзяня и уходи - чем дальше, тем лучше. Достаточно, если мне не придется видеть тебя и чувствовать раздражение".

Сюэ Лин планировал использовать три месяца наказания стеной, чтобы прорваться к Чуцяо (5-й уровень). Через три месяца его уровень культивации также должен был стабилизироваться.

Поскольку он хотел выпустить протагониста побродить, ему, естественно, нужно было улучшить свою собственную силу, чтобы у них была поддержка, пока они бегают и провоцируют мир.

На этого проклятого подавленного Чи Ланя нельзя было полагаться, лучше будет, если он справится с этим сам.

"После того, как выйдешь, не забывай слушать Чи Цзяня. Он гораздо устойчивее тебя. Ты должен больше учиться у него".

Лицо Чи Цзяня не изменилось от такой похвалы, и он выглядел очень спокойным:

"Спасибо боевому брату Сюэ за похвалу".

"Достаточно. Я лишь немного похвалил тебя. Надеюсь, что в будущем ты присмотришь за этим глупым младшим братом".

"Даже если бы старший боевой брат не сказал мне этого, я бы все равно сделал это".

Сюэ Лин несколько раз подозрительно посмотрел на Чи Цзяня, но ничего не мог понять по его выражению лица, поэтому оставил все как есть. Именно поэтому он ненавидел людей с лицевым параличом.

Они носили одно и то же выражение лица в течение всего дня, и он не мог понять, о чем они думают. Из-за этого их было трудно предсказать, и он ненавидел это больше всего.

После того как он отослал своего надоедливого младшего боевого брата, соревнование началось по расписанию.

Это был первый день соревнования. Ученики Секты Небесного Меча, как одной из пяти великих сект, все еще были одними из сильнейших среди своих возрастных групп. Их выступления были неплохими и вполне соответствовали описанию в оригинальном тексте. Только ведущий ученик Пика Земли был выбит в первом раунде.

Причиной его дисквалификации стало то, что он напал на своих людей, после чего его тут же выбили другие.

Этого ученика Земного Пика изначально послали проверить способности Сюэ Лина, но они не ожидали, что Сюэ Лин окажется настолько неумолимым, не стесняясь в движениях и совершенно не обращая внимания на то, что они из одной секты.

Он все еще крутился на месте, когда его вышвырнули с арены, и, наконец, замедлился и выблевал полный рот крови, прежде чем понял, что потерял все шансы на участие в следующем матче.

Большое свободное соревнование в первом раунде соревнований было хаотичным, но не очень интересным. Оно не представляло никакой угрозы для тех, кто обладал высокой силой. Сюэ Лин даже нашел время, чтобы поднять бровь на лидера учеников с Пика Земли, чье лицо он изуродовал, из-за чего тот так разозлился, что чуть не убил своего противника, и в итоге получил выговор от старейшины, отвечавшего за судейство, после того, как ему пришлось вмешаться и остановить его.

Чи Цзянь был выбит только на четвертый день. Учитывая его среднюю стадию культивирования Цзиньдань, для него не было ничего зазорного в том, чтобы проиграть брату-ученику на ранней стадии Юаньинь. В конце концов, он уже дошел до последнего дня соревнований.

Сойдя со сцены, Юй Шаофэн с усмешкой сказал ему, что, по крайней мере, его не поставили в пару с братом-учеником, иначе было бы обидно, что он оказался сбит с ног еще до того, как его меч успел покинуть ножны.

Посмотрев несколько поединков Сюэ Лина, Чи Цзянь мог лишь беспомощно констатировать, что Юй Шаофэн был прав.

Он не был противником Сюэ Лина. Другая сторона была очень чрезмерной - неизвестно, из-за желания сэкономить время или по другим причинам, но в каждом поединке он делал только одно движение, с позором отправляя своего противника за пределы арены. Из-за этого его победы выглядели как ловкий обман.

Его методы и способы вызвали у многих людей вокруг мнение, так как это казалось довольно унизительным для его противников, но ни один из противников, которых сбросили со сцены, не подошел, чтобы попросить его быть более серьезным или извиниться перед ними.

"Возможно, это потому, что они все знают, что твой боевой брат очень серьезен".

Чи Цзянь мог видеть нечто большее, чем то, что лежало на поверхности, поэтому он объяснил Юй Шаофэну:

"Хотя он использовал только одно движение, боевой брат Сюэ действительно выпустил свою Ци с самого начала... даже если бы они были более серьезными или использовали более сильное движение, он все равно смог бы отправить противника в полет одним движением. Может быть, вначале можно было бы сказать, что он использовал хитрые трюки, но то, что он мог делать это на протяжении всего соревнования, говорит о его абсолютной силе".

Юй Шаофэна совершенно не волновало, как победил его боевой брат. В любом случае, он победил. Зачем ему затягивать то, что можно было решить за один ход, на семь или восемь ходов? Это была пустая трата времени.

Для такого человека, как его боевой брат, который не занимался культивированием дома, на Пике Шана, но занимался культивированием как маньяк, когда выходил на улицу, соревнование с ними было просто пустой тратой времени на культивирование.

"Когда мой боевой брат впервые сказал мне, что использует этот метеорит, чтобы сделать для меня меч, я знал, что он победит".

Юй Шаофэн был очень уверен, когда говорил это.

И это оказалось правдой. Даже старший боевой брат Пика Земли с изуродованным лицом не смог выдержать больше одного движения под руками Сюэ Лина.

Такое выступление в финале соревнования, вероятно, сделало его самым аномальным финалом среди всех предыдущих соревнований. Подлинная сила Сюэ Лина была выставлена на всеобщее обозрение, и все обнаружили, что кроме слов "вау" и "вау, вау, вау!" при виде этого прекрасного культиватора, они больше ничего не могли сказать.

Они могли только похвалить, что он действительно заслуживает того, чтобы его называли человеком, которого обучал Почтенный Багровый Огонь. Никто не мог найти недостатков в его силе.

После того, как слишком много людей заговорили таким образом, силу, которую показал Сюэ Лин, стали приписывать Чи Ланю, и Сюэ Лин стал недоволен, услышав это.

Почтенный Багровый Огонь совершенно не знал, что есть такое дело, которое называется "сидеть дома и ничего не делать, но при этом получать упреки". Он ничего не знал об этом, но большая шляпа засранца все равно опустилась на его голову.

Сюэ Лин все больше и больше чувствовал, что называть этого человека "наставником" было большой выгодой для другой стороны. Именно он выиграл соревнование. Как получилось, что этот ублюдок присвоил себе все заслуги и заработал на этом репутацию?!

Чи Цзяню было довольно любопытно узнать, почему у него такое плохое настроение. Он редко бывал любопытным, поэтому протянул руку и ткнул Юй Шаофэна.

Юй Шаофэн странно посмотрел на него, затем поднял палец и прижал его к губам, показывая, что если он хочет что-то сказать, то должен молчать. Когда старший боевой брат был в плохом настроении, обижать его было не лучшей идеей - ни к чему хорошему это не привело бы. Только посмотрите на того брата-ученика с Земляного Пика, который сегодня спустился с соревновательной сцены и сошел с ума.

У его старшего боевого брата было много средств.

"Почему твой боевой брат недоволен, хотя он и выиграл? Он выглядит очень недовольным."

Чи Цзянь был озадачен. Даже если победа была одержана без всякого волнения и не стоила празднования, все равно не нужно было смотреть на мир с мрачным выражением лица, как будто весь мир издевается над ним.

"Возможно..."

На самом деле, Юй Шаофэн тоже знал очень мало. Он лишь посмотрел на нынешний вид Сюэ Лина, подумал и сказал:

"Он недоволен, потому что, очевидно, победил именно он, но все хвалят мастера за то, что он хорошо его обучил..."

"... Неужели боевой брат Сюэ недолюбливает дядю?"

Юй Шаофэн задумался и ответил:

"Не знаю... Я недолго пробыл на Пике Шан, и не наблюдал за их общением. Но в секте ходят слухи, что мастер очень любит боевого брата... Я встречался с мастером, и он действительно очень любит боевого брата. Но отношение боевого брата к Учителю..."

Он задумался на некоторое время, но не мог понять, как выразить свое отношение, и в итоге смог дать лишь общее описание:

"...То, что говорит и делает боевой брат, часто не совпадает... Он часто ведет себя так, будто очень равнодушен к Учителю, но... вероятно, он действительно любит Учителя".

Чи Цзянь задумчиво кивнул, и на этом исследование отношений между его дядей и старшим учеником закончилось.

На самом деле, если бы он стал разбираться дальше, то, возможно, избавил бы себя от необходимости тратить много времени на то, чтобы запутаться и зайти в тупик. К сожалению, его всегда меньше волновали вещи, не связанные с ним самим, и в данный момент его не слишком заботили люди и вещи, связанные с Юй Шаофэном.

Чи Цзянь пожалел бы об этом много лет спустя, но кого он мог винить в своем низком EQ?

[EQ - эмоциональный интеллект, способность различать эмоции и чувства и справляться с ними]

На следующий день после окончания соревнования открылось Тайное царство Сишуй. Большинство учеников, присутствовавших там, пришли не для того, чтобы занять высокое место в соревновании - их целью было именно Тайное царство Сишуй.

Тайное царство Сишуй открывалось раз в тысячу лет, и не каждое соревнование заканчивалось открытием этого царства. Тайное царство Сишуй было в несколько раз больше, чем Нанькайское тайное царство Сюэ Лина, и там было много неизвестных сокровищ и неисследованных мест.

Многие люди входили в него каждый раз, когда оно открывалось. Сюэ Лин взял с собой карту, нарисованную предыдущим исследователем этого царства, и поэтому мог видеть большую часть местности в тайном царстве.

В секретном царстве Сишуй был установлен предел культивации, и войти туда могли только те, кто находился на стадии Чуцяо. Сюэ Лин был непобедим среди других культиваторов на стадии Юаньинь, поэтому ему не нужно было беспокоиться о том, что карта в его руках может быть выхвачена у него.

Сюэ Лин знал, что Юй Шаофэну особенно понравился его новый друг, поэтому он попросил его пригласить Чи Цзяня войти с ними в тайное царство. Чи Цзянь охотно согласился, и они отправились в путь втроем.

Другие тоже хотели, чтобы Сюэ Лин взял их с собой, но большинство из них называли Сюэ Линя "боевым дядей", исходя из их родового статуса, и слишком благоговели перед ним. Так как они не осмеливались заговорить, Сюэ Лин не обращал на них внимания, и даже когда несколько старейшин подошли к нему, чтобы выразить надежду, что он приведет с собой кого-то из людей Секты Неба, Сюэ Лин использовал отговорку, что у него есть цель, и ему нужно позаботиться о младшем боевом брате и Чи Цзяне, чтобы изящно отказаться.

Он говорил приятно, и старейшины, которые спрашивали, улыбались, когда входили, и все еще улыбались, когда уходили. По крайней мере, на первый взгляд, не было никого, кто мог бы или осмелился бы заставить его привести с собой больше людей.

Они все знали, чьим учеником он был. Хотя он улыбался, небеса знали, когда его нрав однажды станет таким же яростным, как у Чи Ланя.

Тот факт, что они могли провоцировать кого угодно, но не могли провоцировать Чи Ланя, давно запечатлелся в их памяти. Наконец, когда тайное царство открылось, только двое несчастных детей остались рядом с Сюэ Лином.

Привлечение этих двух людей в тайное царство имело определенные последствия. То есть, они были главными героями, и с ними обязательно произойдут странные столкновения. Если бы Сюэ Лин не вмешался, они были бы особенно склонны к столкновениям с неудачными вещами. Во время закалки Юй Шаофэн немного одичал.

Изначально он обладал темпераментом подростка, но в юные годы на него оказывали сильное давление. Теперь, когда Сюэ Лин позволил ему делать все, что он хочет, недавняя счастливая жизнь повлияла на его подсознание.

На его лице часто появлялась улыбка, и он уже не был таким строгим и жестким, как раньше. Когда он находился в присутствии Чи Цзяня, ему часто нравилось шутить и разыгрывать его, и он был совсем как маленький подросток.

Сюэ Лин был очень рад, что он может быть таким веселым и беззаботным. По его мнению, было бы лучше, если бы этот глупый ребенок всю жизнь жил беззаботно. Его нынешний темперамент был очень приятным, и он не видел причин мучить его и заставлять идти по черной дороге через всевозможные трудности. Его смех был таким глупым и милым, и это действительно давало ему особое чувство достижения, когда он видел его~.

Система: "..."

Ну, он также не мог критиковать своего хозяина. В конце концов, он выглядел таким счастливым, воспитывая детей... И похоже, что он не плохо справлялся с этой задачей... Оставалось только надеяться, что он не станет плохим в будущем.

Они получили большой урожай из Тайного царства Сишуй. Сюэ Лин был ответственен только за то, чтобы следовать за ними. Ему не нужно было делать ни шагу во время поединка, потому что Юй Шаофэн считал, что это хорошая возможность для него и Чи Цзяня закалить себя, и попросил своего боевого брата не делать ни шагу, если в этом нет необходимости.

Группа из трех человек бродила по всем местам, отмеченным на карте. Сюэ Лин нашел предмет, который мог изменить духовные корни Юй Шаофэна, затем выступил в роли дао-протектора вместе с Чи Цзянем и заставил Юй Шаофэна поглотить его на месте. Если Юй Шаофэн планировал пойти закаляться на улицу вместе с Чи Цзянем, ему было необходимо укрепить свои силы.

Поскольку Юй Шаофэн поглотил это сокровище, его духовные корни мутировали еще больше, и его способность наносить урон стала еще сильнее. Это также помогло ему лучше контролировать свой духовный корень.

Юй Шаофэн всегда помнил о помощи своего боевого брата. Казалось, что его боевой брат всегда давал ему все преимущества. Он даже вошел в закрытую культивацию, чтобы сделать для него меч после того, как он закончит поглощать сокровища.

"Тебе не кажется, что мой старший боевой брат обращается со мной как с ребенком?"

Поскольку его сила улучшилась, Юй Шаофэн снова стал выше ростом. Воспользовавшись тем, что Сюэ Лин ушел в закрытую культивацию, он наклонился к Чи Цзяню, его голос был очень низким, словно он шептал ему.

"Мне кажется, что он относится ко мне как к ребенку, которого он воспитывает".

Чи Цзянь протянул руку и погладил его по голове, не желая напоминать ему, что его нынешняя личность не так уж сильно отличается от личности ребенка, и что только ребенок будет беспокоиться о том, относится ли кто-то другой к нему как к ребенку.

"Подумай об этом. У тебя такие хорошие отношения с твоим боевым братом. Конечно, он хотел бы, чтобы тебя признал твой Учитель. Не поэтому ли он старается помочь тебе стать сильнее?"

Когда Юй Шаофэну объяснили все таким образом, ему, казалось, все вдруг стало ясно. Его глаза засияли, словно наполнились звездами. "Ты прав, чтобы как можно скорее получить признание мастера, я должен работать еще усерднее".

Чи Цзянь с облегчением наблюдал, как тот сел и начал закреплять свою недавно поднявшуюся культивацию. Неудивительно, что его боевому брату так нравилось баловать его. Когда этот ребенок был счастлив, он также необъяснимо чувствовал, как его сердце становится теплым...

Это было странное ощущение, но ему оно нравилось.

Через полмесяца появился Сюэ Лин и вручил Юй Шаофэну длинный меч, который внешне выглядел просто, но был способен противостоять растущей силе грома и молнии Юй Шаофэна. Это было оружие, которое могло расти вместе с Юй Шаофэном. Если он будет долго тренироваться и заботиться о нем, то в будущем он сможет даже развить дух меча.

Юй Шаофэн был безумно рад своему новому мечу. В паре с Чи Цзянем они использовали диких животных в тайном царстве, чтобы окрестить свой новый меч и отработать комбинацию из двух мечей. Его глаза каждый день были яркими, как кристаллы, и он всегда выглядел чрезвычайно возбужденным.

Но это волнение исчезло, когда они покинули тайное царство и ему предстояло расстаться с Сюэ Лином.

Юй Шаофэн, как ребенок, которого отправляют в детский сад и который знает, что его родители скоро уедут, смотрел на Сюэ Лина, его глаза были влажными, и он был похож на невежественного маленького олененка, который ничего не знает и не хочет отдавать своего хранителя...

Система беспомощно прикрыла лицо. Она действительно слишком долго жила беззаботной жизнью. Не было ли здесь какого-то противоречия, если она назвала главного героя невежественным олененком?

Минутку, казалось, что в этом нет ничего плохого. Ребенок был так хорошо воспитан Сюэ Лином, и вдруг ему сказали, что он должен покинуть своего боевого брата. Неудивительно, что он был полон нежелания.

Обида в его глазах готова была вот-вот вылиться наружу, но плакать было не по-мужски, и он еще не дошел до той стадии, чтобы разрыдаться из-за того, что не может смириться с отъездом.

"Будь хорошим. В жизни всегда будут первые времена. Твой боевой брат не может сопровождать тебя до конца твоего пути, и это не значит, что я собираюсь взлететь и стать бессмертным, и ты никогда не сможешь увидеть меня снова. Я всего лишь возвращаюсь, чтобы встретиться со стеной".

"Боевой брат, ты уверен, что собираешься просто принять наказание? Учитель не сделает тебе ничего плохого, верно..."

Система: "Ах, если "ничего плохого" означает запереть тебя в маленькой черной комнате, то такая возможность действительно есть".

Сюэ Лин тысячу раз ударил систему ножом в сердце, затем улыбнулся и сказал своему младшему брату:

"Нет, ничего не случится. По сравнению с тобой, я все еще нравлюсь наставнику немного больше, поэтому он не потерпит, чтобы что-то сделали с этим его единственным учеником."

"Боевой брат... Ты меня совсем не успокаиваешь".

"Ну, да. Я думаю, ты уже вырос до того возраста, когда тебе не нужно утешение боевого брата".

Юй Шаофэн: "..."

"До свидания, боевой брат".

Сюэ Лин удовлетворенно погладил маленького сопляка по голове и сказал:

"Вот так-то. Если в следующий раз, когда мы встретимся, ты все еще будешь таким несговорчивым, не обвиняй своего боевого брата в невежливости".

Юй Шаофэн: "..."

Он проглотил слова "боевой брат по-прежнему самый красивый в мире". В своем рейтинге самых отвратительных людей в мире, он решил поставить своего старшего боевого брата после своего Учителя.

После разлуки с Юй Шаофэном и Чи Цзянем Сюэ Лин почувствовал, что наконец-то может расслабиться. Он решил сначала обойти мир смертных и купить кое-какие вещи, а потом вернуться и затвориться в доме.

И вот Чи Лань, который не видел своего ученика три месяца и даже специально рассчитал, в какой день тот вернется, чтобы убедиться, что в это время он не находится в закрытой культивации, появился, чтобы обнаружить, что его подставили.

Как только Сюэ Лин вернулся на Пик Шан, перед ним предстал разгневанный Чи Лань с мрачным выражением лица.

Он с любопытством спросил:

"Учитель, вы не занимались культивированием при закрытых дверях?"

Выражение лица Чи Ланя было холодным.

"Если бы я оставался в закрытом культивировании, ты собирался бы вернуться и посмотреть, а затем снова выйти на улицу, чтобы побегать и спастись от наказания?"

Сюэ Лин поджал губы. Он был недоволен тем, что его отправили в закрытую культивацию, как только он вернулся. Он больше не собирался доставать вещи, которые привез для этого человека. Он моргнул и изогнул губы в улыбке.

"Естественно, нет. Просто кое-что случилось, и я задержался на обратном пути. Теперь твой ученик пойдет лицом к стене».

Он улыбался, но Чи Лань ясно чувствовал его недовольство. Он нахмурился и собирался заговорить, но его маленький ученик сухо бросил "до свидания, учитель", а затем повернулся и направился в долину.

На Пике действительно была долина, очень подходящая для наказания, но в этот момент Чи Лань хотел остановить его и спросить, почему он так несчастно улыбается...

Только вот должен ли так поступать мастер? Подсознательно идя по следам Сюэ Лина, Чи Лань задал себе этот вопрос в глубине своего сердца, а затем, наконец, пришел к выводу.

Почему бы и нет? Разве он, как мастер, не должен заботиться о радостях и горестях своего ученика? Как мастер, он должен беспокоиться о своем ученике, и нет ничего плохого в том, что он хочет понять его больше! Это нисколько не выходило за рамки!

Убедив себя в этом много раз, Чи Лань невозмутимо следовал за Сюэ Лином до самой долины, где он должен был пройти свое наказание.

Хотя Сюэ Лин старался не обращать на него внимания, его чувство существования было настолько сильным, что Сюэ Лин никак не мог сделать вид, что верного человеческого пса позади него не существует.

Когда он оглянулся на него, этот парень, казалось, смотрел на него взглядом, полным несправедливого обвинения, как будто обвиняя его в том, что он его игнорирует.

Сюэ Лин никак не мог сдержать себя под таким натиском. Он всегда планировал в голове счастливые сценарии, но когда он наконец столкнулся с этим человеком, его сердце смягчилось. Даже если он знал, что у этого парня в голове неправильные идеи, и все, что он делает, вызывает у него злость, а не радость, у него все равно не было способа по-настоящему ожесточить свое сердце и заставить его страдать.

"Учитель..." Он беспомощно оглянулся: "Я не буду ускользать. Ты не должен приходить и шпионить за мной..."

Чи Лань кашлянул и сказал: "Я пришел не для того, чтобы следить за тобой..."

"Тогда получается, что мастер снова собирается впасть в отклонение Ци, и ему нужно оставаться рядом со мной?"

Сюэ Лин покачал головой.

"На самом деле, Мастеру нужно оставаться рядом с моим изначальным телом. Нет особой пользы в том, чтобы следовать за мной повсюду".

Чи Лань нахмурился, долго думал и наконец сказал: "Ты несчастен...".

Сюэ Лин был ошеломлен.

"Неужели то, что я сейчас сказал, испортило тебе настроение?"

Сюэ Лин поднял брови. Его лицо все еще улыбалось, но теперь в его глазах был след настоящей улыбки.

«Учитель неправильно понял. У меня нет плохого настроения".

Чи Лань на мгновение задумался. Он положил руку на плечо Сюэ Лина, а затем поднял ее и погладил его по щеке, как делал бесчисленное количество раз, когда он был маленьким ростком.

"Тебе не кажется, что наши отношения разладились с тех пор, как ты принял человеческую форму?"

Лицо Сюэ Лина напряглось. В душе он подумал, что если бы не это проклятое отклонение Ци, то они действительно были бы намного дальше друг от друга. В конце концов, он был сосредоточен на воспитании ребенка.

"Вообще-то, ты не должен быть таким, скрывая все от меня. Я твой учитель, если ты хочешь, ты можешь рассказать мне все, что пожелаешь».

Чи Лань уже сделал все возможное, чтобы выразить свои чувства и хотя бы сделать так, чтобы он больше не был так бдителен к их отношениям мастер-ученик, которые раздвигали границы допустимого.

По правде говоря, он не хотел, чтобы его ученик уезжал так надолго. Он был с ним вместе более трехсот лет, с тех пор, как он был маленьким саженцем, и до тех пор, пока он не стал деревом, укрывающим небо.

Ему казалось, что отношения между ними уже очень близкие, по крайней мере, впервые он был так близок с кем-то из "людей". Несмотря на запретные чувства, которые начали появляться в его отношениях с учеником, Чи Лань все еще надеялся, что его маленький саженец будет жить счастливо.

Сюэ Лин на мгновение задумался и достал из сумки несколько мешочков, которые вложил в руки Чи Ланя.

"Я потратил еще немного времени, чтобы обойти мир смертных. Хотя эти вещи не имеют духовной Ци, я уже попробовал их все, и они вкусные, поэтому я принес тебе порцию... Я хотел отдать их тебе прямо сейчас, но ты сказала мне идти и начать наказание..."

Чи Лань принял эти посылки; поскольку время в мешке не течет, все, что туда клали, выходило точно таким же, каким было, когда его туда положили. Пирожные и еда в его руке были еще горячими, и казалось, что они были куплены и сразу же помещены в сумку.

Их было так много, а это означало, что Сюэ Лин думал о том, чтобы поделиться с ним этими вещами, и специально приносил ему порцию каждый раз, когда находил что-то вкусное.

Увидев улыбку на его лице, Сюэ Лин решил украсть две порции, которые он принес для Юй Шаофэна и Чи Цзяня, и съесть их сам...

Было лучше, если бы Чи Лань никогда не узнал, что эти вещи предназначены не только для него...

Чи Лань очень хотел обнять стоящего перед ним человека, поцеловать его в губы и дать ему понять, как он рад. Даже если он не нравился ему в ответ, в его сердце все еще был только он.

Кроме того, Чи Лань считал, что он занимает самое большое положение, потому что он был первым человеком, которого маленький саженец встретил в этом мире...

Вероятно, потому что он мог прочитать желание во взгляде Чи Ланя, Сюэ Лин задумался на секунду, а затем подошел и обнял Чи Ланя.

"Я не хотел прятаться от вас, учитель".

Система: ……..

"... Просто есть некоторые вещи, о которых я не хочу, чтобы вы узнали..."

Сюэ Лин снова проклял систему в своем сердце, повернулся и сказал:

"Хорошо, учитель, сейчас я собираюсь заняться уединенным культивированием. Я планирую использовать эту возможность, чтобы прорваться в Юаньин. Если я действительно преуспею, то, возможно, мне понадобится помощь Учителя, чтобы стать моим защитником дао".

Чи Лань все еще не оправился от объятий. Он кивнул в оцепенении, а затем сжал кулаки.

Только что, когда Сюэ Лин подошел к нему, чтобы обнять, он неосознанно обхватил его руками. Эта рука была той самой, которая только что лежала на его талии...

Его талия была такой же тонкой, как та талия-фантом, которая появлялась в его сердце во время фантазий. Она была очень приятна под его руками...

Только он не знал, будет ли она такой же, как в его фантазиях, если он разденет его догола...

Чи Лань внезапно взял себя в руки. Фигура Сюэ Лина уже исчезла, а его раздражало, что в последнее время его фантазии становились все более и более чрезмерными.

Иногда он погружался в фантазии почти сразу, как только садился, и образы, содержащиеся в них, никогда не были чем-то таким, что могло бы увидеть свет...

Но по какой-то причине он всегда с необъяснимым нетерпением ожидал увидеть больше этих вещей... В конце концов, они могут существовать только в его фантазиях...

Ах... Хотя сегодня ему удалось обнять своего ученика, он все еще не мог высказать свои чувства...

Как долго еще его будут преследовать эти иллюзии?

Если бы Сюэ Лин знал, о чем он беспокоится, он бы, наверное, закрыл его лицо листьями и сказал, что это не проклятые фантазии! Это были образы того, что они делали в прошлый раз! Что он делал, помещая их в свой разум и проигрывая снова и снова?! Этот человек действительно становился хуже!

Как только он вошел в уединенное культивирование, время пролетело очень быстро. У Сюэ Лина не было понятия времени, поэтому он не знал, как долго он был закрыт.

После успешного перехода на стадию Чуцяо (5-я) он решил не покидать уединенное культивирование и продолжил укреплять свою культивацию, пытаясь снова подняться в могуществе.

Он изначально имел десятитысячелетний фундамент культивирования, и его база была стабильной. Кроме того, он мог поглощать силу Чи Ланя, когда находился рядом с ним, поэтому ему не нужно было тратить время на то, чтобы умерить свою культивацию.

У него не было недостатка в боевом опыте. Если он действительно хотел отточить свои способности, ему нужно было только разбудить Чи Ланя, который защищал его неподалеку, и они могли бы сразиться.

Горы и реки сменяли друг друга, бесчисленные дни и ночи проходили как один миг. К тому времени, как Сюэ Лин пробудился от закрытого культивирования, он уже находился на верхней границе стадии Фэньшэнь (6-я), и ему не хватало всего одного шага, чтобы перейти на стадию Дунсюй. Поднять свою силу до этого уровня за пятьсот лет было вполне по силам Сюэ Лину.

Прошло пятьсот лет. Юй Шаофэн не знал, сколько раз он возвращался на Пик Шан, но каждый раз ему не удавалось увидеть своего боевого брата. Да и своего Учителя он почти не видел.

После пятисот лет оттачивания мастерства они оба уже не были прежними юношами. Хотя во внешности не было никакой разницы, Ци, исходящая из их тел, и их темперамент сильно отличались от прежних.

Они были похожи на два острых, опасных меча. Если кто-то смотрел на них слишком пристально, меч мог обжечь глаза и ослепить. В последнее время они оба учились сдерживать и сгущать ауру меча. На поздних стадиях культивирования меча все вещи могли стать мечами.

Они еще не достигли этой сферы, но сейчас они могли научиться тому, как сгущать свою Ци меча и возвращать ее к первоначальной простоте.

Конденсируя Ци меча до предела, можно было добиться чудесных изменений. Это был путь, который указал им Чи Лань, и они прислушались к словам Чи Ланя и уже некоторое время оставались на Пике Шан, занимаясь культивированием и ожидая появления Сюэ Лина.

И вот, когда Сюэ Лин вышел из уединенного культивирования, он неожиданно обнаружил, что на пике Шан, кроме его наставника, есть еще два человека.

Со временем все изменилось. Даже Пик Шан выглядел совсем иначе, чем раньше, но Сюэ Лин был все таким же, как всегда. Яркость в его глазах и красота умерились с ростом его культивации, и его аура была спокойнее, чем раньше. Хотя он по-прежнему был одет в черное, он все же несколько отличался от прежнего.

Однако в глазах Чи Ланя это был все тот же человек, и все эти изменения только заставляли его желать его еще больше.

"Почему мы собрались все вместе?"

Сюэ Лин поднял брови и посмотрел на своего младшего боевого брата, который выглядел взволнованным, но не осмеливался броситься к нему. Он протянул руку и помахал ему, после чего сказал:

"Шаофэн, иди сюда. Пусть твой боевой брат увидит, какого прогресса ты добился за последние несколько сотен лет".

Юй Шаофэн кивнул, но не сразу подошел. Вместо этого его меч вышел из ножен.

Он понял смысл слов своего боевого брата. Он точно не просил его подойти, чтобы он мог ущипнуть его за лицо, как это было в прошлом. Он хотел провести с ним бой и посмотреть, на что он способен.

Его меч все еще был тем самым, который сделал для него Сюэ Лин, но после многих лет культивации и роста в нем появился дух меча. Когда он вышел из ножен, подул ветер, собрались тучи, раздался раскат грома, а в небе сверкнула молния. Его движения были полны импульса.

Сюэ Лин снова поднял брови, удивленный ростом Юй Шаофэна. Но, в конце концов, он был главным персонажем этого мира. К тому же Сюэ Лин не знал, что пережили Юй Шаофэн и Чи Цзянь за те годы, когда их отпустили путешествовать по миру.

Если подумать, то это должно быть странное обращение, которому подвергаются все главные герои.

"Меч - это хорошо, но твои движения слишком рассеяны. Когда ты сможешь сгустить этот импульс в свой меч, возможно, у тебя появится шанс победить меня".

Юй Шаофэн надулся. Чи Лань сказал то же самое, но его тон голоса был еще более тяжелым, чем у Сюэ Лина. Но его ноги не дрогнули, меч прорезал землю, неся с собой импульс грома, электрические молнии плясали по лезвию - он сделал всего одно движение, но в нем было все, что он имел.

Другого пути не было. Сила Сюэ Лина была выше его. Даже если культиваторы меча могли преодолевать ранги и убивать тех, кто был сильнее их, это относилось максимум к двум незначительным ступеням, а разница между ним и Сюэ Лином была слишком велика.

Это выглядело очень устрашающе, и любой, кто лично испытал бы на себе эту атаку, тоже бы испугался. Но Сюэ Лин легко справился с этим.

Если присмотреться, то можно было увидеть бесчисленные маленькие зеленые листья, парящие в воздухе. Вокруг опавших листьев был круг зеленой энергии, но теперь она стала пестрой, так как поглощала сильную энергию, идущую к ним.

Весь пик Шан был покрыт зеленым цветом. Юй Шаофэн разжал руку и быстро убрал меч, чтобы маленькие листья его боевого брата случайно не погрызли дух его меча.

"Боевой брат... кажется, ты стал намного сильнее..."

"Да. Сейчас я нахожусь в узком месте. Когда я пройду его, я буду на стадии Дунсюй~".

Сюэ Лин широко улыбнулся и взъерошил щенячью голову своего младшего боевого брата, затем поприветствовал Чи Цзяня.

"Давно не виделись. Чи Цзянь тоже добился больших успехов".

Юй Шаофэн был на стадии Юаньин, а Чи Цзянь уже достиг Чуцяо. По скорости культивирования эти двое были абсолютными гениями, но все же их трудно было сравнить с Сюэ Лином и Чи Ланем.

Эти двое были читтерами, а после того, как они использовали свои преимущества, они стали еще и беспринципными, выходя на улицу и бесчинствуя повсюду. Это было похоже на то, как будто они напрашивались на избиение.

"О, точно. Боевой брат!"

Юй Шаофэн убрал меч и, словно подношение Сюэ Линю, достал пять камней.

Пять камней были почти одинакового размера. Они были темными и непривлекательными, и казалось, что в них нет ничего особенного, даже если присмотреться. Но когда Юй Шаофэн и Чи Цзянь направили на них свои дао меча, узоры на пяти камнях проявились и нарисовали картину.

В этой картине был скрыт ключ к тайному царству, которое еще никогда не было открыто. Эти пять камней были ключами к тайному царству.

Сюэ Лин поднял брови. Эти пять камней упоминались лишь однажды в авторском наброске, поэтому Сюэ Лин не знал, где их искать. Неожиданно оказалось, что они вдвоем сумели найти их, пока ходили закаляться.

"Старший брат, ты сказал, что сопроводишь нас, когда мы найдем их все".

Юй Шаофэн нахально рассмеялся.

"Я проверил с Шаофэном".

Чи Цзянь указал на картину, которая еще не исчезла, и сказал:

"Это когда-то был древний город культиваторов. Это должно быть тайное царство, оставленное культиваторами меча из древней эпохи. Если мы действительно сможем открыть его, это будет полезно для меня и Шаофэна".

Сюэ Лин задумчиво кивнул:

"Без проблем отведу вас туда, но если это тайное царство, оставленное древними культиваторами, то меня может не хватить, чтобы полностью открыть внешнюю печать, которую они оставили".

"Тогда попроси Наставника присоединиться к нам".

Юй Шаофэн открыл рот и указал на павильон, стоящий недалеко.

"Мастер не находится в культивации закрытой двери. Он также сейчас застрял в узком месте. Возможно, если мы заглянем в тайное царство древних мастеров, которые уже вознеслись, он тоже сможет что-то там обрести".

Сюэ Лин посмотрел на Юй Шаофэна и увидела в его невинном выражении лица намек на интригу.

"Раз уж ты все спланировал, почему бы тебе самому не пойти и не спросить Наставника? Почему ты просишь меня передать сообщение?"

Юй Шаофэн тут же начал притворяться жалким.

"Несмотря на то, что я уже так могущественен, Наставник все еще сильно меня недолюбливает. Даже если Чи Цзянь пойдет поговорить с ним, это будет лучше, чем я".

"Разве он уже не обещал разрешить тебе остаться на Пике Шан?"

"Одно дело - разрешить мне остаться. Неприязнь ко мне - это совсем другое дело..."

Юй Шаофэн надулся и выглядел очень жалко.

"Боевой брат, ты не понимаешь, насколько свирепым был Наставник, когда ты находился в уединенном культивировании. Каждый раз, когда я говорил с ним, он обижался на меня, и злился до смерти. Как только он меня увидит, он будет меня бить. Если бы я не был веселым и оптимистичным человеком, я бы, наверное, впал в депрессию и каждый день сидел бы в углу".

Губы Сюэ Лина подергивались. Ему очень хотелось узнать, откуда Юй Шаофэн научился всем этим грязным вещам. Он ответил:

"Говори правильно. Даже если ты будешь притворяться жалким, я не стану тебя жалеть".

Юй Шаофэн втянул голову в плечи и пробормотал:

«Теперь, когда старший брат покинул уединенное культивирование, твой темперамент похож на Учителя."

Чи Цзянь потер голову и посоветовал ему говорить поменьше.

Чи Лань, естественно, знал, когда Сюэ Лин вышел из уединенного культивирования. Но как Наставник, он мог только ждать, когда его ученик придет к нему, а не рыскать по горе в его поисках.

Небеса знали, насколько подавленным он себя чувствовал; ему хотелось взорваться. Когда этот Юй Шаофэн все еще болтал снаружи, он действительно хотел пойти и убить этого дешевого ученика.

Почему ему так много нужно было сказать? Как культиватор меча, он должен был просто тихо оставаться в стороне, как Чи Цзянь. Ему было уже более 500 лет, но он все еще милашничал со своим боевым братом, хотел ли он продолжать жить! С таким характером, разве он не напрашивался на побои?

Когда Сюэ Лин постучал в дверь и вошел в комнату, выражение лица сидящего внутри мужчины было не просто обычным, а мрачным. Сюэ Лин удивленно взглянул на него пару раз, а затем повернул голову, чтобы посмотреть на двух маленьких сопляков снаружи.

Юй Шаофэн сделал жест "ты можешь это сделать", и выражение лица Чи Цзяня было полным беспомощности, вероятно, потому что он тоже не мог ничего сделать с таким глупым Юй Шаофэном.

"Что ты там стоишь, закрой дверь и входи".

Он еще не успел поднять средний палец в сторону Юй Шаофэна, как раздался холодный и спокойный голос Чи Ланя. Сюэ Лин вздрогнул и поспешил закрыть дверь, полностью отгородив Юй Шаофэна от взгляда Чи Ланя.

Как только дверь закрылась, интерьер превратился в некое замкнутое пространство. Сюэ Лин не знал почему, но ему показалось, что здесь слишком тихо, и по позвоночнику пробежал холодок.

«Ученик выражает почтение Наставнику".

Он сжал руки в кулаки и наконец поднял голову, чтобы посмотреть на человека.

Мужчина сидел там, выражение его лица было холодным. Он казался безразличным, но Сюэ Лин мог сказать, что он был несчастен.

Он тоже был несчастен. Почему никто не заботился о его бедных маленьких эмоциях?

"Подойди."

Чи Лань поманил его.

Сюэ Лин моргнул, его рот надулся, а затем он улыбнулся почти нормальной улыбкой и подошел.

"Учитель слишком долго не видел своего ученика? Поэтому учителю нужно присмотреться?"

"Мне действительно нужно присмотреться".

Голос Чи Ланя был очень глубоким. Только когда Сюэ Лин подошел ближе и встретился с ним взглядом, он обнаружил, что его зрачки непостижимо темные, бездна черного цвета, которая напугала Сюэ Лина до дрожи.

"Учитель, может быть, вы снова впали в отклонение Ци..."

"Если я попал на путь демона, спасёшь ли ты меня, как в прошлый раз?"

"..."

Сюэ Лин был ошеломлен, а затем недоверчиво расширил глаза.

Рука Чи Ланя скользнула по его лицу, и его голос, по-прежнему глубокий, прозвучал рядом с его ухом. От этого голоса все тело Сюэ Лина заблестело.

"Почему ты молчишь? Почему ты так смотришь на меня?"

"Я..."

Сюэ Лин открыл рот, но прежде чем он смог заговорить, его губы заблокировал Чи Лань.

Его ладонь прижалась к его губам, а кончики пальцев коснулись его щеки.

"А может, ты будешь молчать и дашь мне сказать..."

Сюэ Лин моргнул и в глубине души подумал, не слишком ли долго его душили, и не сошел ли он с ума...

"Тебе интересно, почему я говорю такие вещи?"

Другой рукой Чи Лань провел по волосам Сюэ Лина, затем полностью притянул его в свои объятия, его губы мягко прикоснулись ко лбу Сюэ Лина.

"Или ты удивлен, что я вспомнил, что произошло в тот день... Хотя я сначала забыл, но ты ведь тоже не мог забыть те фрагменты?"

Все лицо Сюэ Лина было красным. Несмотря на то, что они делали это много раз, он не хотел говорить о таких вещах прямо, так как они все еще были способны заставить его стесняться.

«Учи..."

Его рот был закрыт, и он не мог говорить. Он потянулся и попытался отдернуть руку Чи Ланя, но это было бесполезно.

Чи Лань просто использовал небольшую магию, чтобы зафиксировать его руку на месте, так что у него не было возможности двигаться.

"Я чувствую, что мне все еще нужно подчеркнуть, что хотя я забыл, было ли это на самом деле, я всегда буду вспоминать и смаковать это время от времени".

Уши Сюэ Лина тоже начали краснеть.

Чи Лань поцеловал его в кончик носа.

"Что же нам делать, мой ученик? Теперь ты стал моей навязчивой идеей. Без тебя я даже не смогу вознестись и подняться".

Сюэ Лин почти закатил глаза. Ему очень хотелось спросить его, шутит он или нет. Что он имел в виду, говоря, что не сможет вознестись без него?

"Если бы я не помнил этого сам, ты бы всегда вел себя так, как будто ничего не произошло, и оставил бы меня вечно страдать? Позволить мне хотеть тебя, но не иметь возможности получить, быть осторожным даже при попытке приблизиться, пока ты, наконец, не отдалишься от меня все дальше и дальше и в конце концов просто уйдешь?"

Сюэ Лин подумал в своем сердце:

"Ты должен просто дать мне выговориться! Я скажу тебе, что это было именно то, что я хотел сделать! А потом ты впадешь в ярость и закроешь меня в маленькой темной комнате или еще где-нибудь! Я долго ждал этого момента!»

Но Чи Лань не собиралась давать ему возможность объясниться. Он слишком долго терпел это, и не собирался слушать, что скажет Сюэ Лин.

Он наклонил голову и прикусил место между шеей и плечом Сюэ Лина.

"Я никогда не позволю тебе покинуть меня, и не позволю тебе стоять и смотреть, как низко я могу опуститься".

Сюэ Лин: "..."

"Итак, давай рассмотрим это еще раз".

Пояс Сюэ Лина был развязан. Он обнаружил, что теперь может двигаться, но это было бесполезно - его по-прежнему крепко держали руки мужчины.

"Пересмотри образы, тобой забытые, но которые я так люблю и наслаждаюсь ими~".

Сюэ Лин: "..."

На самом деле, его это тоже устраивало... Он не собирался забывать.

Из-за влияния духовного корня температура тела Чи Ланя была немного выше, чем у обычных людей. Когда его рука коснулась кожи Сюэ Лина, ожог привлек все внимание Сюэ Лина.

"Учитель..."

В его голосе слышалась обида. Казалось, он просил о пощаде и надеялся, что его призыв вернет мужчину с грани, за которой им управляет желание.

На самом деле Сюэ Лин знал, что это бесполезно. Он даже знал, что его призыв только разожжет огонь желания этого человека, но он не мог смириться с тем, что он подал себя на блюдечке этому человеку.

Ему редко выпадала возможность сыграть главную роль в пьесе, где ученика безвольно затаскивали в маленькую черную комнату; он не был бы настолько глуп, чтобы остановить подобное по собственной инициативе.

И в действительности так оно и было. Подобные запретные отношения между мастером и учеником уже давно были большим камнем, давившим на сердце Чи Ланя. Именно из-за этого беспокойства он подавлял чувства в своем сердце на протяжении последних нескольких сотен лет.

И именно из-за этого он насильно удерживал себя от каких-либо действий в отношении Сюэ Лина, пока тот находился в уединенном культивировании. Но сейчас все было иначе.

Этот человек уже был в его руках, и он мог делать все, что хотел. Хотя юноша все еще пытался сопротивляться, эти его движения не причиняли ни боли, ни зуда. Они только еще больше разжигали его интерес.

Чи Лань осторожно положил юношу на кровать, опустил голову, поцеловал его в лоб и сказал:

"Веди себя хорошо. Учитель будет нежнее".

В душе Сюэ Лин думал, что играть жестче тоже приемлемо, но внешне он все равно показывал лицо, полное страха. Он выглядел очень жалким, очень желанным.

"Мастер, примите единство и гармонию, сохраните трезвость и спокойствие души, вы должны держаться..."

Чи Лань в основном игнорировал его глупости. Раздернув рубашку, он расстегнул внутренний халат. Руки Сюэ Лина были обхвачены одной из его рук и удерживались над его головой, а ноги были раздвинуты ногами Чи Ланя. Его тело слегка согнулось, и Чи Лань с силой немного приподнял его голову и талию.

Если бы он находился у стены, то был бы в идеальном положении, чтобы удариться об нее. Но сейчас все его тело было под контролем другого человека на кровати, и от его усилий одежда сползла, показав белоснежную тонкую талию.

Рука Чи Ланя скользнула по его талии и полностью расстегнула внутренний халат, обнажив две точки на передней части груди и ключицы, которые до этого были скрыты.

Воздух был немного холодным, а руки Чи Ланя горячими. На кровати Сюэ Лин немного поборолся и понял, что этот парень, вероятно, не намерен отпускать его на этот раз.

"Ученик, если ты не будешь слушаться, то твой мастер, вероятно, действительно уйдет в отклонение Ци".

Мужчина бесстыдно опустил голову, чтобы произнести эти слова ему на ухо. Его тон голоса был очень спокойным и ровным, но его содержание вызвало у Сюэ Лина желание укусить его.

Так как он хотел укусить, Сюэ Лин действительно подался вперед и укусил его за плечо.

Чи Лань не сделал никаких других движений. Когда Сюэ Лин укусил его, он даже расслабил свое тело, намеренно сотрудничая с ним, чтобы зубы могли вонзиться. Казалось, что укус Сюэ Лина действительно соответствовал его желаниям и приводил его в восторг.

Только когда он почувствовал во рту вкус крови, Сюэ Лин расслабился, выражение его лица было полным недовольства. Казалось, что укус совсем не доставил ему радости.

Поэтому он продолжил играть в оскорбленную гордость.

"Господин, неужели одного раза было недостаточно... зачем так осквернять меня..."

Все, что он говорил до этого, не заставило Чи Ланя изменить выражение лица, но эта фраза возымела действие.

Чи Лань наклонился и поцеловал его в лоб. Его голос был очень тихим и отражал то немногое, что у него осталось.

"Прости, ученик".

Это заявление было извинением, но также выражало его решимость. Сюэ Лин понял, что он действительно все хорошо обдумал и сегодня его ждет продолжение.

Он закрыл глаза, как будто разочаровался в мире, и, казалось, решил притвориться трупом, пока дело будет сделано.

Чи Лань поджал губы, явно недовольный нынешним состоянием своего ученика. Он отпустил руку Сюэ Лина, чтобы их движения стали более интимными, а не принуждающими. Он еще раз поцеловал Сюэ Лина в щеку и сказал:

"Будь хорошим, маленький ученик. Открой глаза, иначе ты пожалеешь об этом".

Сюэ Лин отвернул голову и отказался смотреть на него.

Это означало, что он пропустил тот факт, что глаза Чи Ланя стали темными.

И тут в его уши ворвался еще один голос, и все его тело напряглось.

Это был голос Юй Шаофэна:

"Боевой брат! У меня получилось..."

Он резко остановился на середине фразы. Сюэ Лин тут же открыл глаза - он не ожидал от этого человека такой прыти. Он повернул голову и посмотрел на ошарашенного Юй Шаофэна, который нетерпеливо ждал, пока откроется дверь, а затем взволнованно ворвался внутрь.

Юй Шаофэн не мог понять, что происходит перед ним. Его боевой брат удивленно смотрел на него, а потом все его тело словно загорелось, и он покраснел до самых корней ушей. Чи Лань натянул на себя одежду, которую ранее отбросил в сторону, и прикрыл тело Сюэ Лина, а затем холодно сказал ошеломленному Юй Шаофэну:

"Что ты смотришь? Поторопись и проваливай!"

Юй Шаофэн все еще был в оцепенении, он машинально повернулся и встретился взглядом с таким же ошеломленным лицом Чи Цзяня. Он почувствовал, что нашел кого-то, кто испытывает то же самое, и очнулся от своего оцепенения. Он схватил Чи Цзяня за руку и вытащил его из дома, закрыв за ним дверь.

Сюэ Лин зарылся в кучу одежды. Ему было беспросветно стыдно, и он был так зол, что его белая кожа начала покрываться красивым розовым румянцем. Он выглядел очень аппетитно. Чи Лань поднял одежду, закрывавшую его лицо, и спокойно сказал:

"Я же говорил тебе. Ты пожалеешь об этом".

Сюэ Лин очень хотел броситься вперед и загрызть его до смерти. От волнения в его глазах блестела влага. Тот, на кого смотрели таким взглядом, не смог бы удержаться.

"Ты такой бесстыжий!"

"Если бы я не был бесстыжим, ты бы сейчас не лежал здесь".

Чи Лань легко ответил на его слова и снова раздел его с ног до головы.

"Хватит. С этого момента нас больше никто не потревожит".

На самом деле Юй Шаофэн все это время ждал новостей за дверью. Он раздумывал, стоит ли стучать в дверь. Неприязнь Чи Ланя к нему была крайней, поэтому, когда Сюэ Лин отказался сотрудничать, он просто открыл дверь, чтобы впустить младшего боевого брата Сюэ Лина.

Ему не нужно было думать об этом, чтобы понять, что это сделает Сюэ Лина еще более несчастным, но желание выразить свой суверенитет преобладало над мыслью о счастье Сюэ Лина. В любом случае, Сюэ Лин был обречен быть несчастным сегодня, поэтому он мог бы сделать все то, что сделает его таким сразу.

Сюэ Лин стиснул зубы и почувствовал, что роль покорного героя ему совсем не подходит. Хотя его уже раздели догола, Чи Лань все еще был опрятно одет, и от этого он чувствовал себя особенно недовольным. Сюэ Лин всегда выглядел нежным и элегантным, и редко можно было увидеть, как он скрипит зубами, словно маленькая лисичка, которая хочет дать отпор - Чи Лань находил это очень забавным.

И когда Сюэ Лин действительно рвался вперед, он легко подавлял его, одним движением отталкивал назад и, искусно ощупывая его с головы до хвоста, щупал до тех пор, пока маленький лисенок не плакал и не молил о пощаде, клянясь никогда больше не оспаривать власть своего господина.

После того, как Юй Шаофэн вытащил Чи Цзяня, его мозг все еще был пуст. Он был полон вопросов "кто я, где я, откуда я взялся, и как я здесь оказался?"

Чи Цзянь пришел в себя несколько быстрее, чем он. Когда он увидел Юй Шаофэна, все еще стоящего у двери, на его лице появился редкий след смущения, и он потянул Юй Шаофэна за руку. Это движение испугало Юй Шаофэна, и он отпрыгнул в сторону, как испуганный кролик, его глаза широко раскрылись и закатились в глазницы.

Чи Цзянь тяжело сглотнул. Он обнаружил, что человек перед ним был очень милым.

"Чи... Чи... Чи Цзянь!"

Лицо Юй Шаофэна было полно недоверия.

"Только что... Только что... Учитель и... боевой брат..."

Чи Цзянь закрыл лицо и поспешно оттащил его подальше, чтобы двое людей в павильоне не услышали, о чем они говорят.

Даже если они могли, они не должны были просто оставаться там... Сцена, произошедшая только что, была слишком шокирующей. Для них двоих, которые за последние пятьсот лет не заботились ни о чем, кроме как сражаться и становиться сильнее, того, что они делали сейчас, было достаточно, чтобы выпить очень большой кувшин вина.

Юй Шаофэн шел, но его мозг все еще думал о бесчисленных вещах. Он склонил голову и долго бормотал про себя, а потом вдруг спросил у Чи Цзяня:

"... Чи Цзянь... Неужели я не нравлюсь Наставнику, потому что всегда держусь слишком близко к боевому брату...".

Хотя Чи Цзянь хотел сказать ему, чтобы он не думал слишком много о странных вещах, как только он вспомнил осмысленный взгляд дяди, когда тот смотрел на Юй Шаофэна, он понял, что догадка Юй Шаофэна может быть верной.

Его дядя, который никогда ничего не ставил на место и всегда возвышался над другими, на самом деле тоже был нормальным человеком, и тоже использовал бы такие нелепые средства, чтобы привлечь внимание понравившейся ему особы...

Размышляя так, он понял, что сцена, которую они увидели сейчас, не была случайностью. Стало ясно, что Чи Лань специально все подстроил...

В сердце Чи Цзяня зародилась эта безумная мысль, но так как речь шла о человеке, которого он не мог победить, то какой бы дикой ни была его идея, он мог только вырыть яму глубоко в глубине своего сердца, закопать ее, а затем несколько раз припечатать, чтобы убедиться, что она спрятана.

"Чи Цзянь, не игнорируй меня..."

Юй Шаофэн помахал рукой перед лицом Чи Цзяня. Он выглядел обиженным и задумчиво говорил:

"Неужели мастер так издевается над боевым братом, потому что хочет взять нас в тайное царство...?"

Уголок губ Чи Цзяня дернулся, ему было лень беспокоиться о магических схемах мозга Юй Шаофэна. Он схватил Юй Шаофэна за воротник, перекинул его через плечо, а затем наступил на свой меч, готовясь улететь.

"Чи Цзянь, осторожно! Куда ты меня тащишь?"

«Я хочу найти своего старшего боевого брата на Небесном пике и подобрать для тебя занятие".

"Эх! Разве мы не ждем, пока старший брат выйдет и заберет нас в тайное царство?!"

"К тому времени, как ты закончишь с поручениями, боевой брат Сюэ должен будет закончить разбираться с делами здесь."

"Ты уверен?"

"Хм... Возможно".

Такие вещи зависели не от Брата Сюэ, а скорее от его дяди... к такому выводу он пришел, основываясь на том, что видел сейчас.

Юй Шаофэну это показалось странным, но сказать он ничего не мог. Он все еще не совсем понимал, какие отношения связывают его боевого брата и Учителя, и, будучи очень стандартным, искренне глупым и милым главным героем, очевидно, что, хотя увиденная сцена и произвела на него некоторое впечатление, он все еще не совсем понимал, что именно происходит.

Чи Цзянь посоветовал ему не думать об этом слишком много, а затем действительно отправился с ним по делам.

К тому времени, как они вернулись, прошло уже полмесяца, и Сюэ Лина давно отпустили. Он лежал на траве, пересчитывая листья на своем теле, и, казалось, был в хорошем настроении. В нем не было ничего жалкого, хотя его нынешнее состояние было весьма трагичным.

Хотя он был свободен, Чи Лань наложил на его тело печать. Клеймо было поставлено в очень скрытом месте, и оно было настолько позорным, что Сюэ Лин даже не хотел об этом вспоминать. Теперь Чи Лань сразу же узнает, если у него возникнет намерение уйти, и он не сможет далеко отходить от Наставника.

Все то, что ему приходилось подавлять в себе раньше, теперь выражалось в средствах, которые он использовал против него. Хотя внешне Сюэ Лин выглядел пристыженным и несчастным, в глубине души он наслаждался происходящим. Он находил, что подобное случается время от времени, и это было довольно забавно.

Собственническая жилка этого человека всегда была очень сильна, и он часто говорил, что хочет привязать его к себе, но такие вещи часто просто произносились, но не претворялись в жизнь. Теперь Сюэ Лина можно было считать испытавшим чувство заточения.

С физической точки зрения, Чи Лань не сделал ему ничего плохого. После того, как они преодолели барьер ученик-мастер, он по-прежнему относился к Сюэ Лину очень хорошо, до такой степени, что это почти пугало.

Если не считать того, что он не мог покинуть Чи Ланя, жизнь Сюэ Лина была очень хорошей. Но если бы ему не нравился этот человек, он бы никогда не позволил ему так с ним поступить.

Когда Юй Шаофэн и Чи Цзянь вернулись, они увидели Сюэ Лина в таком спокойном и безмятежном настроении. Они не могли найти способ открыть рот и спросить о том, что они видели, поэтому в этой странной атмосфере они все отправились в путь к таинственному тайному царству.

У этого таинственного тайного царства не было названия. Когда-то оно принадлежало неизвестному мечнику. После того как мечник нашел свое дао, он превратил свое поместье в тайное царство, а затем разбросал по всему миру пять камней с выгравированными частями карты, надеясь, что в будущем какой-нибудь предопределенный человек сможет сломать печать тайного царства и получить его наследство.

Наследство мечника, естественно, было связано с его мастерством владения мечом. Но человек, который мог бы войти в его тайное царство, должен был быть человеком большой силы, а любой, кто был бы достаточно силен, чтобы войти, уже развил бы свое собственное мастерство фехтования, которое, естественно, отличалось от его. Он хотел найти преемника, но в итоге не смог достичь своей цели.

Согласно схеме, которую предоставил автор, Юй Шаофэн и Чи Цзянь в конце концов смогли войти в это тайное царство, несмотря на то, что не были достаточно сильны, через ряд ошибок и случайностей. Они добились лишь незначительных достижений на пути меча и имели собственное намерение меча, но еще не коснулись сферы создания собственного дао меча.

Они были именно теми преемниками, которые соответствовали наследству того достопочтенного мечника, поэтому это тайное царство стало ступенькой для их быстрого развития. Люди, которые загнали их в тайное царство, были немедленно убиты, когда они вышли оттуда, а затем эти двое начали убивать во всех направлениях.

Хотя в конце на них все еще охотились, потому что их сила была недостаточно велика, такие вещи, как путь меча, были тем, на что стоило только ступить, и понимание приходило само собой. На более поздних этапах, после того как они приняли наследие, они убегали от многих преследователей и убивали многих противников.

Сюэ Лин знал, что произойдет в тайном царстве, но ему все равно предстояло совершить путешествие. Интуиция подсказывала ему, что в тайном царстве есть что-то странное, а когда они оказались перед тайным царством, это чувство стало еще более явным.

Пять камней содержали карту, по которой люди могли найти тайное царство, а также служили ключом для входа. Но даже с ключом нужно было иметь достаточно силы, чтобы открыть печать, окружавшую тайное царство, и именно по этой причине им понадобилось, чтобы Чи Лань присоединился к ним в этом путешествии.

Согласно полученным указаниям, Сюэ Лин и группа уже стояли перед тайным пространство. Внешне тайное царство выглядело мирным, но по какой-то причине оно вызывало у Сюэ Лина странное чувство. Согласно хронологии, указанной в кратком описании сюжета, это место не содержало ничего, кроме наследства, но аура, которую излучало тайное царство, вызывала ощущение крайней опасности.

Чи Лань, казалось, тоже заметил это. Он сузил глаза и потянулся, чтобы взять Сюэ Лина за руку, но Сюэ Лин отмахнулся от него.

Движения Сюэ Лина были безжалостными, но на его лице не было никакого выражения. Он лишь произнес странным тоном:

"Что-то не так".

Чи Лань был доволен, что смог удержать этого человека рядом с собой. Сейчас у него не было никаких других требований к настроению Сюэ Лина, у них впереди было еще много времени, и он, естественно, сможет правильно уговаривать своего ученика. Он успокаивающе посадил Сюэ Лина позади себя для защиты и посмотрел на Юй Шаофэна и Чи Цзяня.

"Вы двое отойдите. Сейчас я открою тайное царство".

Их нынешнее местоположение не было скрыто. Если они быстро не откроют тайное царство и не войдут в него, они могут привлечь внимание других людей, и вероятность того, что они смогут захватить тайное царство в одиночку, станет намного меньше.

Юй Шаофэн разделил пять камней так, чтобы каждому досталось по одному. Только те, кто держал камни в руках, могли войти в тайную область.

На кончиках пальцев Чи Ланя вспыхнул электрический свет. Крошечная искра огня скрывалась внутри света - это было незаметно, но по мере того, как молния становилась все сильнее и охватывала все большую площадь, маленькое пламя тоже распространялось и превратилось в горящего дракона, полностью состоящего из огня.

Молния обвилась вокруг тела дракона и пробежала по его чешуе. Каждая чешуйка вспыхивала молнией. В какой-то момент все небо заволокло тучами, и этот кусок неба грозил упасть, пока огненный дракон прокладывал себе путь среди облаков. Каждый раз, когда он поднимался вверх, он приносил с собой раскаты грома.

Такой сценарий определенно встревожил бы других культиваторов, но на этот раз движения были слишком масштабными, и никто не осмелился подойти ближе и выяснить, что происходит. Любой, кто хоть немного разбирался в устройстве мира, мог догадаться, кем был этот человек.

В мире культивации только Почтенный Багровый Огонь обладал духовным корнем огня и молнии и мог создать такой большой боевой массив.

Поскольку он находился здесь, то даже если бы и существовала выгода размером с небо, их очередь получить ее не наступила бы. Именно поэтому никто не пытался приблизиться к нему, даже когда огненный дракон прорвался сквозь пограничную печать.

Толпа могла только смотреть, как дракон прошел сквозь пустоту, а четыре фигуры, парящие в небе, исчезли. Темные тучи на небе постепенно рассеивались, и в конце концов все стало как прежде.

Культиваторы сгруппировались по двое и по трое, обсудили случившееся и пришли к выводу, что эти четверо, вероятно, попали в тайное царство.

Но приходить к такому выводу было бессмысленно - они не могли туда войти. Наконец, некоторые люди решили остаться и посмотреть, не появятся ли они снова в ближайшее время, чтобы можно было подойти и спросить, что это было за тайное царство. Возможно, им повезет, и достопочтенный Багровый Огонь захочет рассказать об этом группе зрителей, поедающих дыни~.

Все остальные закатили глаза на этих глупцов и повернулись, чтобы уйти. Они не были настолько глупы - что, если Почтенный Багровый Огонь решит убить всех, чтобы заставить их замолчать, когда он появится? Безопаснее было просто уйти.

Что касается группы, только что вошедшей в тайное царство, то они были потрясены открывшимся перед ними зрелищем. В описании сюжета не было сказано, какая обстановка была в тайном царстве, но перед глазами Сюэ Лина было холодно. Все тайное царство было абсолютно темным. Кроме земли, на которой стояли его ноги, он больше ничего не чувствовал и не видел.

Его явно телепортировали вместе с тремя другими людьми, но он не чувствовал никого вокруг. То есть он был отделен от остальных...

Сюэ Лин потрогал свою грудь. На его груди была метка, которая совпадала с меткой на внутренней стороне бедра. Если бы он находился слишком далеко от Чи Ланя, метка бы отреагировала. Но сейчас от метки не было никакой реакции, а это означало, что он, скорее всего, не слишком далеко от Чи Ланя.

Он задумался на мгновение, а затем распространил свое духовное сознание. Но из-за влияния бесконечной тьмы, его сознание могло исследовать только ограниченную область, и у него не было возможности найти фигуру Чи Ланя. Он также не знал, где оказались Юй Шаофэн и Чи Цзянь.

Сюэ Лин нахмурился и вытянул руку. На него подул холодный ветер. Его тело никак не отреагировало, но разум словно пронзили иголки. Он поправил свою позу, чтобы этот ветер, способный влиять на его сознание, больше не дул на него, а затем вызвал систему.

В последнее время системе было так скучно, что она просто уснула, мирно отдыхая в системном пространстве. Внезапно ее вытащил хозяин, и она проснулась в полном замешательстве. Она повернула голову, чтобы осмотреться, а затем с любопытством спросила:

"Где сейчас хозяин?»

"В тайном царстве".

Сюэ Лин положил систему на плечо и продолжил:

"Это тайное царство было упомянуто в оригинальном тексте, но сейчас оно несколько отличается от того, что было описано в сюжете. Что происходит?"

Система огляделась вокруг и вслух удивилась:

"Атмосфера здесь действительно немного странная..."

"Это как-то связано с моим хвостом?"

Восстановив три хвоста, Сюэ Лин уже знал, что если его хвост появится в одном из этих маленьких миров, это вызовет цепной эффект. Например, зерги в мире ABO или изменения во всех глубоководных мерфолках - все это произошло потому, что сила, заключенная в его хвостах, была слишком мощной.

Они вызывали изменения в тех мирах, куда падали. Теперь, когда это тайное царство оказалось таким, учитывая, что это также было место, куда должен был отправиться главный герой, существовала большая вероятность того, что на него повлиял его хвост.

Система автоматически несла в себе способность обнаруживать хвосты. Хотя у нее не было возможности определить его общее направление, ей все равно было очень легко определить наличие или отсутствие его хвоста. Маленький лисий хвост пронесся вокруг, а затем система уверенно сообщила своему хозяину:

"Ошибки нет, это хвост хозяина... и, похоже, их несколько. Один из них должен быть из темного элемента, поэтому он и вызвал эту тьму..."

"Тогда другой должен быть ветром..."

Каждый из хвостов Сюэ Лина содержал разные элементы. Он потерял восемь из них, и единственным элементом, который он сохранил, был свет. С тех пор он нашел еще три, и теперь у него было всего четыре хвоста. Если он вернет эти два, то у него будет шесть.

К тому времени, пока он сможет объединить свои силы и открыть меридианы своего тела, он сможет прорвать блоки на своей памяти и более или менее восстановить свои первоначальные воспоминания.

Сюэ Лин долгое время не замечал оков своей памяти. Только после того, как он слился с силой четырех хвостов после последнего мира, он обнаружил, что в его море воспоминаний есть запретная зона. Эта запретная зона была запечатана им и другой силой, и без извлечения всех своих хвостов он не смог бы открыть ее.

Но в этом мире Сюэ Лин понял, что вещи, спрятанные в его запретных воспоминаниях, могут быть связаны с этим человеком. Поэтому ему не терпелось снять кандалы. Даже если он сможет проделать небольшую щель и открыть лишь малую часть целого, возможно, это сможет ответить на некоторые его вопросы.

"Как мне вернуть их?"

"Возвращение хвостов будет зависеть от носителя".

Система покачала головой.

"Я также не знаю, как это сделать. В настоящее время хвосты, похоже, были запечатаны в этом секретном царстве, и их сила ограничена этой областью и не влияет на внешний мир. Но, соответственно, они смогли тщательно контролировать это пространство".

"А что насчет остальных трех?"

"Я не знаю. Обычно, поскольку появились силы из этого мира, они будут затронуты и потеряют сознание. Их тела не должны быть слишком далеко от хозяина. Хозяин должен сначала разобраться с двумя хвостами, а после этого они должны прийти в себя."

"Хорошо."

Сюэ Лин огляделся вокруг и сморщил нос. Он никогда не обращал особого внимания на свои хвосты. Для него эти хвосты были просто местом для хранения силы, и были очень важны для его культивации, но с тех пор, как они появились, они были на его теле, поэтому всегда были под его контролем. Сюэ Лину никогда не приходилось думать о том, как заставить их слушаться его...

Он вспомнил два предыдущих мира. В первом из них он забрал хвост после победы над зергами. Во втором мире он забрал его из наследства глубоководных мерфолков, и в том, как это было сделано, не было никаких сходств.

"Хозяин, все они сейчас находятся в энергетическом состоянии. Все, что тебе нужно сделать, это контролировать эту энергию".

Сюэ Лин кивнул и задумался о том, как вернуть эту силу обратно в свое тело. Хотя и говорилось, что он потерял свои хвосты, на самом деле была потеряна его сила.

«Хвосты", которые он извлек, были не физическими хвостами, а скорее формами энергии. Когда он вливал энергию обратно в свое тело, его первоначальное тело естественным образом отращивало один из хвостов.

Эти энергии были рассеяны, но как только он вспомнил, что все это изначально принадлежало ему, ему стало намного легче их контролировать. Сюэ Лин сосредоточился и сделал жест в воздухе. Он сжал пальцы в тонком жесте, затем медленно закрыл глаза и позволил своей изначальной силе просочиться в этот мир.

Физически он существовал в другом мире, и когда он брал силу своего тела, то обычно использовал только ту силу, которая была заложена в тело, которое он использовал в данный момент. Но теперь, когда он позволил своей собственной силе просочиться внутрь, ему потребовалось много усилий, чтобы направить ее внутрь.

Когда эта сила коснулась барьера, окружающего этот мир, Сюэ Лин почувствовал явное сопротивление. К счастью, казалось, он понял, что хочет сделать, и сопротивление постепенно исчезло.

Ресницы Сюэ Лина слегка дрогнули. Он не открыл глаза, но его голова слегка повернулась в определенном направлении.

Там стоял мужчина. Его губы были изогнуты, он направлял Сюэ Лина, обучая его, как концентрировать свою силу.

Поскольку тело Чи Ланя в это время было подавлено, душа Су Сюаньяня смогла проснуться. Ему хватило одного взгляда вокруг, чтобы сразу понять, что произошло.

Он увидел Сюэ Лина, чья аура выходила из-под контроля, пока он пытался восстановить свою силу, и наморщил лоб; подойдя, он поднял систему, которая беспокойно скрючилась рядом со своим хозяином, желая помочь, но не имея возможности вмешаться.

"Мой... Мой господин!"

Система понятия не имела, кто этот человек, поэтому могла обратиться к нему только таким образом.

"Его сила сейчас нестабильна. Он должен немедленно вернуться в пространство системы, иначе этот маленький мир не выдержит такой силы и взорвется".

Система выглядела удивленной, и ее голос был потрясен, когда она сказала:

"Но задача выполнена только наполовину!"

"Я вытяну нить его души, которая останется в этом мире. Это не окажет большого влияния на твою задачу. Сначала верни его в пространство системы, а я разберусь с делами на этой стороне..."

Система не была системой, которая подчинялась бы кому-то одному. Она как раз собиралась возразить, когда получила приказ из Мира Десяти Направлений. Хотя она была несколько недовольна, система все же сделала то, что приказал ей Мир Десяти Направлений.

Мир Десяти Направлений сказал: "Делай, как он говорит".

"Если он сейчас такой, то чем больше энергии он будет извлекать, тем больше будет опасений по поводу его контроля над ней. Если он не сможет контролировать всю энергию и поддерживать определенный уровень баланса в своем теле, в его теле появятся изъяны. В следующий раз не ищи сразу два хвоста".

Су Сюаньянь опустил голову и поцеловал Сюэ Лина, который уже вернулся к своей первоначальной форме из-за бушующей энергии в его теле. Тело маленького лиса было еще меньше, чем мохнатое тело преобразованной системы, его четыре хвоста вяло болтались позади него, а два других хвоста, сформированных из чистой энергии, дико раскачивались. Только превратив эти энергии обратно в настоящие хвосты, Сюэ Лин смог бы снова превратиться в человека.

Система все еще была в замешательстве, когда она отреагировала, извлекая душу своего хозяина и возвращая ее обратно в пространство системы.

Что касается человека, которого оставили убирать беспорядок, то он посмотрел на пустую оболочку, которую оставил Сюэ Лин, и беспомощно вздохнул. На кончиках его пальцев лежала бледная душа - это была часть души Сюэ Лина, вернее, частица его сознания.

Оставив ее в этом мире, он мог быть уверен, что оставшийся участок не будет полностью уничтожен. Закончив все это, он положил тело Сюэ Лина рядом с телом Чи Ланя, извлек из своего тела часть собственного сознания и поместил его в тело Чи Ланя.

Он отличался от Сюэ Лина. Личность Сюэ Лина могла быть изменена в середине, но для него это было не так. Он должен быть одним и тем же человеком от начала и до конца, чтобы не допустить ошибок.

Этот мир не мог долго выносить его присутствия, поэтому мужчина ушел так быстро, как только мог. Того, что он делал сейчас, хватало только на то, чтобы сюжет оставался на том пути, который они наметили для него, но больше ничего нельзя было гарантировать.

Эти нити их душ не будут содержать их воспоминаний, и когда они проснутся, то станут настоящими Сюэ Лином и Чи Ланем этого мира. Возможно, их отношения станут немного странными, но Су Сюаньянь ничего не мог с этим поделать.

Самое главное было благополучие его маленького лисенка. Пока он в порядке, даже если разделение их душ приведет к небольшим ошибкам в следующем мире, он будет готов взять вину на себя.

Сюэ Лин очнулся в другом теле и почувствовал себя физически и морально опустошенным.

Его силы были исчерпаны. Пытаясь уравновесить свои силы, его сознание было сосредоточено в теле, и он совершенно не понимал, что происходит вокруг, пока не очнулся в новом теле.

Он все еще был немного растерян.

Система кружилась вокруг его головы. Когда она обнаружила, что он проснулся, то опустила его голову, чтобы потереться о своего хозяина.

"Проснулся ли хозяин?"

Сюэ Лин помассировал лоб и слегка нахмурился.

"Где я?"

"Мы уже в другом мире".

Система подняла лапу и слегка прижала ее к щеке Сюэ Лина:

"В предыдущем мире возникли неожиданные осложнения. Хозяину больше нельзя было оставаться там, поэтому я сразу же вернула тебя в системное пространство".

"А что сейчас?"

Сюэ Лин осмотрелся и обнаружил, что находится в комнате. Декор и мебель были очень стандартными, ни высокотехнологичными, ни антикварными. Это был относительно нормальный мир?

"Хозяин потерял сознание после успешной интеграции энергий. Чтобы успокоить тебя как можно скорее, я выбрала для тебя относительно обычный мир для перехода".

Сюэ Лин кивнул. Он не хотел двигаться и тихо лежал на кровати. Он редко мог лежать в постели после перехода в новый мир, и было очень хорошо, если бы он мог просто немного отдохнуть. Надо сказать, что такого хорошего отношения со стороны системы он не получал с тех пор, как они стали хотя бы смутно знакомы друг с другом.

Однако Сюэ Лин тоже не был настолько глуп, чтобы поверить обманчивым словам системы. Он до сих пор помнил последний мир, в котором, по словам системы, он мог расслабиться: он вошел в этот мир в брачную ночь, и целая череда событий чуть не свела его с ума. Система даже посмела сказать, что этот мир подходит для отдыха!

Хотя ему совсем не хотелось знать о мире и проблемах его нынешнего тела, в конце концов, были вещи, которые Сюэ Лин не мог просто отбросить. Он лежал некоторое время, а затем открыл рот, чтобы спросить систему:

"Это неправильно... Если я ушел, то что случилось с заданием в том мире? Что будет с Чи Цзянем и Шаофэном...".

"Хозяин может быть спокоен. Твое тело осталось живым после твоего ухода... Хм..."

Видя нерешительность системы, Сюэ Лин поднял брови и надавил:

"Почему ты остановился? Это как-то связано с тем человеком?"

"Ну... Он взял нить души хозяина и поместил ее в это тело. Все произошло слишком неожиданно, и другого выхода не было..."

Система была весьма зациклена на вопросе о том, что душа ее хозяина потеряла частичку. В конце концов, она не была уверена, будет ли ее хозяин беспокоиться по этому поводу.

Судя по его реакции, Сюэ Лин не возражал. Он кивнул и сказал:

"Если это не вызовет никаких проблем, то это действительно один из способов справиться с этим..."

"Только есть небольшой побочный эффект..."

"Хм?"

"Душа хозяина теперь неполная... Точно так же, если тот человек тоже последовал за тобой, то часть его души также останется в этом мире культивации".

Хотя система была немного рада их несчастью, ее выражение мордочки оставалось таким же невинным и беспомощным, как и всегда.

"Поскольку ваши души неполные, есть очень большая вероятность, что он узнает не того человека..."

Сюэ Лин: "..."

Поняв, что система пытается сказать, Сюэ Лин поднял брови и, казалось, заинтересовался словами системы.

"Если ты так говоришь, значит ли это, что ты уже знаешь, кто он в этом мире?"

"Я обещал хозяину в прошлом мире..."

Система хмыкнула и продолжила:

"Так что в этом мире я поговорила с Владыкой и попыталась создать личность, подходящую тебе для издевательств и насилия".

Интерес Сюэ Лина разгорелся, хотя он понимал, что сюжет этого мира, скорее всего, полон ловушек.

"В таком случае, дай мне сюжет. Я останусь лежать, пока буду принимать его, чтобы не оказаться в положении, когда я не смогу справиться с чем-то неожиданным".

Видя, что хозяин действительно понятия не имеет о своих обстоятельствах, система кивнула и передала сюжет.

Мир, выбранный системой, действительно хорошо подходил для отдыха. В отличие от тех странных и непонятных миров, в которых они бывали раньше, в этом не было ничего сложного. Это был самый обычный сценарий с драмой и любовью.

Когда история закончилась, главные герои расстались и пошли каждый своей дорогой, и никто из персонажей не смог получить того человека или вещи, которые хотел.

Сюэ Лин догадался, что оригинальная история, вероятно, была написана как душераздирающая молодежная литература, потому что развитие всего сюжета, казалось, было наполнено легким чувством грусти. Даже если завязка была интересной, в конце она все равно шла по пути нанесения читателю ножевого ранения в сердце.

И это был нож, покрытый сахарной глазурью. Когда люди с готовностью потянулись к сладкому вкусу, они вдруг поняли, что это нож. История, казалось, достигла своей цели, заставив читателя основательно запутаться, и на этом она закончилась.

Основное внимание в рассказе по-прежнему уделялось отношениям между двумя мужчинами. Главный герой Шоу был старшим братом нынешнего тела Сюэ Лина. Он был профессором университета, а главный герой Гун - одним из его студентов.

Изначально между ними не могло возникнуть никаких отношений. Но они все равно установили связь, потому что главный герой выкупил у гуна маленького игрушечного поросенка. До тех пор, пока гун брал поросенка с собой на ночь, он превращался на ночь в семейного кота Шоу.

И именно благодаря этому общению он узнал, что шоу - это человек, с которым он познакомился через Интернет и в которого он тайно влюблен.

Главного героя шоу звали Му Сычао, а его интернет-псевдоним - Задумчивый Рассвет. Он был известным богом в кругу аудио-драм в Интернете - его голос мог меняться сотней различных способов, и он мог предстать то как гун, то как шоу.

Самое главное, что его голос был особенно провокационным, и если бы все, кого он дразнил раньше, выстроились в ряд, они могли бы, наверное, образовать круг вокруг Земли. Он собрал достаточно разных героев, чтобы создать свою собственную футбольную команду.

А главный герой-гун по стечению обстоятельств стал новым участником постановки в качестве голоса гуна. Он впервые столкнулся со знаменитым богом, когда присоединился к группе, озвучивающей аудио-драму.

Молодой и невежественный, он покраснел, как только главный герой шоу заигрывал с ним. После этого он начал изучать все работы главного героя, и ему казалось, что он попал в глубокую яму и никак не может выбраться.

Но он был лишь одним из бесчисленных людей, тайно влюбленных в этого знаменитого бога. Главный герой шоу даже не мог вспомнить его имя. Чтобы связать себя с Му Сычао, главный герой гун стал прилагать все усилия, чтобы приблизиться к этому богу и быть хоть немного ближе к нему.

К сожалению, все его усилия привели лишь к тому, что Му Сычао полностью отверг его. Хотя он любил флиртовать, он никогда не вступал в необдуманные отношения. Даже если бы признание гуна было еще более искренним, оно все равно не смогло бы сдвинуть с места его каменное сердце.

Сердце главного героя Гуна было разбито, и сначала он был удручен, но неожиданно он превратился в короткошерстную кошку, которую Му Сычао держал у себя дома...

Затем история начала разворачиваться. Узнав, что Му Сычао был Задумчивым Рассветом, главный герой Гун начал намеренно вступать в контакт с главным героем Шоу. Их отношения затянулись почти на год, прежде чем они признались друг другу, а затем сошлись.

В нормальной истории следующим шагом должно было стать проявление любви и привязанности. Но им еще предстояло разобраться с самым большим препятствием в их отношениях, которым было нынешнее тело Сюэ Лина.

Тело, которым он сейчас владел, называлось Нин Сыму. Он был младшим братом Му Сычао, который был потерян на долгие годы. Когда Му Сычао было четыре года, его мать родила младшего брата, и отец назвал его Сыму.

Слово "Чао" означало рассвет, а "Му" - закат, и в сочетании друг с другом получалась поговорка "тоска от заката до рассвета", которая также была его признанием в любви матери. Но на самом деле, пока их мать еще носила Сыму, их отец уже начал изменять.

Узнав об этом, мать пришла в ярость и немедленно подала на развод. После долгих споров она уехала из города вместе с Сыму. Поначалу мать все еще поддерживала связь с Му Сычао, и Му Сычао регулярно получал от нее весточки вплоть до окончания начальной школы. Но случилось непредвиденное происшествие, из-за которого их общение прекратилось.

Отец Му Сычао погиб в результате несчастного случая. Его родственники были странными и немного сумасшедшими, и превратили все это дело в большой скандал. Дядя Му Сычао вернулся из-за границы и вывез Му Сычао из страны.

В то же время мать Му Сычао сменила фамилию. Ее новый муж был северянином, и после свадьбы мать Му Сычао забрала с собой Нин Сыму и переехала на север. В эпоху, когда общение все еще зависело от отправки писем, письмо, которое оставила его мать, никак не могло попасть к Му Сычао, который уже находился за границей.

Му Сычао долго пытался выйти на связь, но от матери не осталось и следа. Он даже обратился к телевидению в поисках матери, но новости, которые он передал, затерялись в океане, и он остался без возможности найти ее.

Через десять лет учеба Му Сычао за границей закончилась, и он решил вернуться домой, чтобы продолжить поиски матери и младшего брата. То, что произошло после этого, также было результатом его решения вернуться домой.

На памяти Нин Сыму у него действительно был старший брат, но тогда он был совсем маленьким, и впечатление о старшем брате у него сложилось только из писем матери. Он никогда не видел его вживую, поэтому, повзрослев, он никогда не поднимал этот вопрос.

Когда Нин Сыму был маленьким, он скитался с матерью, и ни мать, ни сын не жили в достатке. Его мать часто работала допоздна, чтобы согреть и накормить его. После того, как его мать снова вышла замуж, их счастливые дни также не продлились долго, когда они обнаружили, что его мать больна раком.

Нин Сыму был еще молод, но он потерял мать, на которую всегда полагался. Его отчим был добр к нему и всегда давал ему деньги, чтобы поддержать его. Позже он отправился в море заниматься бизнесом, основал собственную компанию и создал еще одну семью. Он не забыл Нин Сыму, но отношения между отцом и сыном оставались какими-то жесткими и странными.

Их редкий обмен мнениями сводился к тому, нужно ли Нин Сыму больше денег. После университета их контакты становились все реже и реже. Нин Сыму поддерживал себя работой, и его дни были не плохими, но и не прекрасными. Иногда он выходил в Интернет, чтобы спеть несколько песен, и это можно было считать светлым пятном в его жизни.

К сожалению, светлое пятно в его жизни было очень быстро разрушено.

Его уничтожил один человек. Этот человек был другом Му Сычао, и приехал в страну за компанию с ним. Он также был вторым мужчиной в этой истории: другом детства, который не смог победить суженую любовь. Его звали Вэнь Жои, и он был, вероятно, самой большой переменной в этой истории.

Вэнь Жои был другом детства Му Сычао, пока они были за границей, и когда Му Сычао сказал, что собирается вернуться домой, он поехал с ним. Как персонаж второго плана, он, естественно, тоже любил Му Сычао, но Му Сычао занимал слишком святое место в его сердце, и он не мог смириться с тем, что погубит его и заставит быть вместе с ним. Поэтому вместо него он нашел замену...

Да. Этой заменой был Нин Сыму.

Чтобы иметь больше общих тем для разговора с Му Сычао, Вэнь Жои присоединился к кружку аудио-драмы в Интернете, и теперь он был там еще одним человеком уровня бога. В процессе записи интернет-драмы он познакомился с Нин Сыму, который исполнил песню для этой постановки.

Голос Нин Сыму был уникальным, и он также приобрел некоторую известность после того, как пел несколько лет. Вэнь Жои нашел много его песен, послушал их и обнаружил, что его голос очень похож на голос Му Сычао.

Возможно, это было из любопытства, а возможно, автор намеренно сделал так, но Вэнь Жои начал сближаться с Нин Сыму. Его характер был очень мягким, и особенно когда он намеренно знакомился с кем-то, он мог заставить человека попасть в его сети невероятно быстро.

Нин Сыму был студентом, который еще не успел по-настоящему войти в общество, и вскоре попал в эту нежную и ласковую ловушку. Он даже раскрыл свою личность и согласился встретиться с Вэнь Жои лично.

Если Вэнь Жои связался с ним, потому что ему был интересен его голос, то, увидев его лично, он был потрясен. В конце концов, он был братом Му Сычао, и если присмотреться, то можно было обнаружить, что глаза и профиль Нин Сыму очень похожи на Му Сычао.

Возможно, это была ошибка в момент слабости, или странное стечение обстоятельств, но Вэнь Жои стал больше общаться с Нин Сыму, вынашивая в сердце смесь вины, тревоги и радости.

В начале их общения, они оба наслаждались временем, проведенным вместе. Независимо от того, было ли это онлайн или в реальности, Нин Сыму казалось, что он, вероятно, нашел свое счастье, но случайность заставила его встретить Му Сычао...

По мере того, как его общение с Вэнь Жои стало увеличиваться, появилась особенно большая группа людей, которые критиковали и чернили их в интернете, потому что они не поддерживали их пару.

Даже после особенно сильного взрыва критики, Вэнь Жои все еще не собиралась прояснять их отношения. Нин Сыму был разбит и хотел найти Вэнь Жои для утешения, но неожиданно встретил Му Сычао, который в то время жил вместе с Вэнь Жои.

На тот момент Му Сычао только что сошелся с главным героем Гуном, и когда Вэнь Жои смотрел на него, в его взгляде была печаль и терпение, о которых даже он не подозревал. Взгляд, которым он смотрел на него, был до крайности нежным. Нин Сыму доводилось видеть множество выражений его лица, но он никогда не видел, чтобы его глаза были такими нежными.

Он начал сомневаться в их отношениях, и, исходя из его понимания, было очевидно, что Вэнь Жои действительно нравится Му Сычао...

Это означало, что Вэнь Жои обратил на него внимание только потому, что он был похож на того человека...

Столкнувшись с подобным, если не инициировать разрыв по-тихому, то можно на некоторое время впасть в бешенство. Нин Сыму выбрал второй вариант, и во время его истерики Му Сычао узнал о его существовании, и братские отношения между ними восстановились.

К сожалению, это выяснилось в неподходящее время.

Нин Сыму не хватало любви. Ему не хватало ее с детства и до сих пор, поэтому его чувства к Вэнь Жои, которая была как солнечный свет в его жизни, были очень серьезными. А тот, кого он так ценил, рассматривал его только как замену, и человек, которого он заменял, был его старшим братом, о котором он не слышал много лет...

Все это доводило его хрупкий дух до предела, и впоследствии он несколько раз пытался покончить жизнь самоубийством. Это обострило отношения между Му Сычао, Вэнь Жои и даже главным героем-мужчиной, и после неоднократных недоразумений связь между ними, казалось, подошла к концу.

В конце истории он довел себя до физического и психического истощения и решил расстаться. После того, как между ним и Вэнь Жои все разладилось, он решил уехать из города и отправиться осматривать достопримечательности. В конце концов, он погиб в аварии туристического автобуса.

Все резко оборвалось. Перед смертью он сделал два телефонных звонка, один Му Сычао, где назвал его старшим братом и попросил прощения. Второй звонок был Вэнь Жои, но ему нечего было сказать. Вэнь Жои не ответил на звонок, и когда он открыл голосовую почту, то услышал только хриплый голос юноши, который извинялся перед ним и прощался.

После смерти Нин Сыму Вэнь Жои, казалось, завяз в воспоминаниях о том юноше. Му Сычао и главный гун расстались, и он покинул город, заняв место своего младшего брата, и отправился странствовать по миру. Что касается главного гуна, то он остался в городе и сказал, что всегда будет ждать возвращения Му Сычао.

Сюэ Лин закончил просматривать эту грустную, трагическую историю молодости и выразительно посмотрел на систему.

Система кивнула и серьезно сказала:

"Ты правильно догадался, это Вэнь Жои".

____

Для тех, кто как и я всегда путается в начале новой арки:

Сюэ Лин сейчас в теле Нин Сыму, и у него есть потерянный старший брат - Му Сычао.

Этот старший брат с детства дружит с неким Вэнь Жои, который тайно в него влюблен, но не решается сделать шаг.

Вэнь Жои встречается с Нин Сыму, потому что он похож на Му Сычао.

Сюэ Лин переместился в этот мир сразу после того, как Нин Сыму узнал, что у Вэнь Жои есть друг, который очень похож на него самого, и увидел, что его отношение к другу было очень неоднозначным.

Это было как раз в тот момент, когда ненавистники в сети обвиняли его в том, что он держится за большую ляжку. Он пел в Интернете уже два года, и его круг общения стал меньше. В конце концов, у него просто не было столько поклонников, как у такого известного человека, как Вэнь Жои, и все проклинали его на Weibo. Если бы не то, что Нин Сыму уже не мог держаться сам, он бы не пошел искать Вэнь Жои, чтобы утешиться.

Но вместо этого он получил вот такой результат. В оригинальном тексте Нин Сыму был подавлен в течение нескольких дней, а ненавистники, пошумев некоторое время, утихли, заявив, что он даже не осмеливается показать свое лицо. Так как он действительно хотел быть популярным, они могли ненавидеть его до тех пор, пока он не стал горячей темой~.

На самом деле, Вэнь Жои был занят тем, что помогал Му Сычао с некоторыми делами в последние несколько дней и даже не заходил в интернет, чтобы посмотреть новости. Он всегда ограничивал свою личную информацию, поэтому его онлайн менеджер не мог связаться с ним и считал, что его не волнует этот вопрос.

Так как это было именно так, они не пытались вмешиваться. Только когда Вэнь Жои вышел в интернет и увидел сообщения, он понял, что что-то случилось. Вспомнив, что у него все еще есть парень, с которым он пытался сблизиться, он бросился на поиски.

Но к тому времени оригинальный Нин Сыму уже узнал, что он всего лишь заменитель. Он вышел из себя, и после того, как Вэнь Жои устроил большой переполох, он посмотрел расписание занятий Му Сычао и пошел искать его. Он чуть не устроил большую сцену в классе Му Сычао. Если бы Вэнь Жои не вытащил его вовремя, то об этом узнала бы вся школа.

Сюэ Лин примерно определил, где он находится в сюжетной линии, и наконец понял, почему его тело так устало, а глаза так болят...

Они опухли от слез...

Он встал перед зеркалом и с некоторым удивлением уставился на свое отражение. Ему очень хотелось сказать, что система очень постаралась, чтобы усложнить жизнь Су Сюаньяню. Юноша перед его глазами был на пятьдесят-шестьдесят процентов идентичен его настоящему облику.

Теперь, когда к этому лицу были добавлены его глаза, это было семьдесят-восемьдесят процентов. Если бы человек действительно оказался похож на главного героя этого мира, система могла бы использовать оправдание, что он потерял нить своей души, и главный герой слишком похож на него, из-за чего Су Сюаньянь принял его не за того человека.

Сюэ Лин не хотел принимать оправдание, что ему попался не тот человек. На данный момент у него не было времени разбираться с человеком, оказавшимся подонком в этом мире. Он всерьез задумался о том, как ему изменить судьбы двух главных героев.

Система дала хозяину небольшую подсказку:

"На самом деле, поскольку этот мир был специально выбран, чтобы дать хозяину возможность отдохнуть, личность хозяина является ключевым фактором, необходимым для изменения всего сюжета".

Сюэ Лин, казалось, внезапно понял, когда поднял брови. Хотя его глаза опухли от слез, красавец все равно оставался красавцем, и в каждом его движении чувствовался уникальный стиль.

"То есть, если я ничего не испорчу и позволю главному герою Гуну и главному герою Шоу получить счастливый конец, этого будет достаточно?"

"Да. В конце концов, это история с плохим концом. Если все будут счастливы, то их судьбы изменятся... Но если хозяин не хочет, то можно выгнать главного гуна и найти лучшую пару для старшего брата".

Сюэ Лин скривил губы и сказал:

"Забудь об этом. У меня нет столько свободного времени. Раз уж они заинтересованы друг в друге, каждому свое, я просто позволю им остаться вместе. Пойти и найти кого-то другого..."

"В любом случае, это праздник. Все хорошо, пока хозяин счастлив. Главная цель - дать хозяину подходящую причину, чтобы заставить того человека страдать..."

Сюэ Лин рассмеялся и оценил любовь и заботу системы. Затем он пошел умыться и зарядиться энергией.

Онлайн-псевдоним Нин Сыму был "Сумеречный Господин". Его поклонники любили называть его Господин. Обычно он посылал на Weibo фотографии еды, которую готовил, или песни, которые пел, и поклонники следили за ним и поддерживали его.

Но из-за того, насколько яростными были хейтеры, его поклонники в последнее время испуганно замолчали. Их было не так много, и лидер фанатов не стал напрямую противостоять антифанатам, поэтому, когда он открыл свои комментарии, все они были наполнены сомнительным содержанием.

У Сюэ Лина немного заплетался язык, так как он получил новое понимание того, как ругаться на людей.

Он прямо возложил вину за это на голову этого человека, а затем открыл свои каналы онлайн-общения. Сначала он мягко успокоил девушек в своей чат-группе, похвалил их за хорошую работу, а затем попросил их сообщить ему о плохих комментариях.

Все девушки ждали появления Сумеречного Господина, желая утешить его словами. Они не ожидали, что ведущий группы окажется еще спокойнее, чем они, и даже будет вести себя мило перед ними.

Их сердца вдруг затрепетали от действий Господина, и они одна за другой стали повторять, что все, что он делает, замечательно, он самый лучший, и они все будут его слушаться.

Сюэ Лин провел весь день, слушая все песни, которые он пел раньше, и к тому времени, когда он оторвался от них, уже стемнело.

Пока он готовил себе еду, он обдумывал возможные контрмеры и напевал некоторые мелодии из этого мира. Голос этого тела был совершенно уникальным. Первоначальный хозяин обычно говорил в контролируемом темпе, и его тон был нежным и приятным.

Но когда он говорил быстро, голос звучал возбужденно и казался особенно милым. Когда он пел, голос звучал по-другому; он был очень мужественным, и в его песнях проявлялась агрессивность.

Вероятно, это было легендарное умение "заставлять других падать на колени, когда он говорил».

К сожалению, в конце концов, он все еще был певцом-любителем. Уровень его мастерства был не очень высок, поэтому он никогда не был популярен. Ему удалось подписаться только на один онлайн-канал, на котором он пел время от времени, когда хотел.

Он считал это любительским занятием и был счастлив последние два года. Если бы Вэнь Жои не вмешался в этот период времени, его Weibo, вероятно, оставался бы чистым и незамысловатым.

Было достаточно плохо, что Вэнь Жои влез в его жизнь. К сожалению, Сюэ Лин даже не мог разорвать его на части.

Интернет-псевдоним Вэнь Жои был «Нежный закат", который должен был соответствовать "Задумчивому рассвету" Му Сычао. Эти двое были хорошими друзьями, которые вместе вошли в круг, и их псевдонимы намекали на пару, так что среди множества онлайн поклонников, с которыми Му Сычао якобы сошелся, Вэнь Жои считался главным.

Фанаты понимали, что даже если в круг друзей Му Сычао войдет бесчисленное множество других людей, все равно никто не сможет занять место Вэнь Жои. Му Сычао никогда не обращался к этому вопросу на протяжении многих лет, и Вэнь Жои также потакал ему и сохранял эти неоднозначные отношения.

Возможно, из-за того, что человек, "занимающий" главное место, был слишком снисходителен, фанаты, которые поддерживали их пару, были особенно свирепы. Если кто-то влезал между ними, его разрывали на куски все без исключения. Если Му Сычао флиртовал с кем-то другим, та же группа фанатов находила всевозможные причины для ненависти к этому человеку.

Только вот количество людей, с которыми флиртовал Му Сычао, было слишком велико, чтобы сосчитать, и он был вовлечен в такое количество контактов, что у группы фанатов не было возможности тратить столько времени на поиск причин для ненависти ко всем им в течение всего дня. После стольких лет увлечения этой парой, они просто назвали другие отношения Задумчивого Рассвета мимолетными интересами и больше не беспокоились о них.

По сравнению с Задумчивым Рассветом, вокруг Нежного заката было гораздо меньше шумихи. Хотя он исполнил множество ролей в аудио-драмах, и его голос был нежным, заслужив ярлык голоса страстного принца, никто из тех, кто пытался прижаться к его большому бедру, так и не добился успеха.

Его поклонницы уже давно привыкли к его "чистоте, как нефрит", и именно поэтому появление Сумеречного Господина (Нин Сыму) заставило их всех взъерошить перья и взорваться по всему Weibo в адрес врага.

Сюэ Лин закончил ужин, привел себя в порядок и принял ванну, после чего зашел в Интернет, чтобы занять место на канале и спеть песню. В последнее время его так сильно ненавидели, что девушки, увидев его в очереди на участие в эфире, очень удивились, но в конце концов, он все еще был человеком, который мелькает тут уже два года, и все девушки встретили его с теплотой.

Когда настала очередь Сюэ Лина, он даже поприветствовал их, как только вышел в прямой эфир. Судя по его голосу, казалось, что недавний инцидент его нисколько не взволновал. Сюэ Лин случайно выбрал песню из списка композиций Нин Сыму, прочистил горло и начал петь.

Он и раньше пел - его способностей было более чем достаточно, чтобы стать певцом. Он без проблем исполнил песни, которые слушал днем, и его приветствие также прошло гладко. Все присутствующие в зоне публичного обсуждения были немного удивлены.

Качество его исполнения было действительно превосходным, и все девушки посылали подарки и цветы, или даже сообщения "аааааааааааа!", чтобы выразить свое волнение.

Сюэ Лин также воспользовался случаем, чтобы сказать, что в последнее время он упорно тренировался в пении, и сообщил, что скоро у него будут новые песни, которые он разошлет девушкам для прослушивания. Он надеялся, что они не забудут нажать "нравится" и переслать его сообщения, когда придет время.

Девочки ответили Сюэ Лину, засыпая экран спамом.

Тогда Сюэ Лин с радостью встал в очередь и спел еще несколько песен.

Он сказал, что собирается выпустить новую песню, но на самом деле у него ничего не было готово, и он не выучил ничего нового. Но чтобы объяснить причину своего исчезновения в последние несколько дней, Сюэ Лин не изменил выражения лица и врал с честным лицом.

Система закатила глаза, сидя рядом со своим хозяином. Она поняла, что хозяин собирается заставить ее работать... Но это было не так уж плохо. В конце концов, хозяин уже давно не просил ее ни о чем. Будучи полностью функциональной системой, она все еще надеялась быть полезной.

Нин Сыму был студентом колледжа иностранных языков. Его специальностью был английский язык, поэтому он обычно пел английские песни. Иногда, в качестве компромисса, он также исполнял каверы на популярные китайские поп-песни, но в этот раз он выбрал очень мягкую, очень старомодную песню.

Система не знала, что пытается сделать ее хозяин, но когда хозяин пел, система была очень отзывчива и помогала в постпродакшне. Она даже нарисовала рисунок, который можно было использовать для визуального оформления. После того как все было готово, система помогла Сюэ Лин загрузить видео в Интернет.

Песня была отправлена в предрассветные часы. Сюэ Лин приобрел несколько сотен поклонников, которые стояли в очереди на его выступление в тот вечер. Перед тем как лечь спать, он посмотрел на количество своих поклонников.

Он подумал, что раз уж они все решили, что он пытается обнять бедра Вэнь Жои, чтобы стать горячей темой, то он вполне может это сделать. Это была такая хорошая возможность заявить о себе; если он соединит это с песней, возможно, он сможет собрать целую группу поклонников.

Независимо от того, был ли он горячей темой, потому что его ненавидели, или по какой-либо другой причине, сейчас он хотел стать знаменитым. Хотя Сюэ Лин не знал, какая польза в том, чтобы стать знаменитым, он думал, что было бы очень приятно использовать свою новую популярность, чтобы объявить, что у него нет никаких отношений с Нежным закатом, и уничтожить самолюбие Вэнь Жои или что-то в этом роде~.

Он крепко спал, но Вэнь Жои сейчас чувствовал себя неловко и тревожно.

Недавно Му Сычао попросил его о помощи по одному предмету. Он был занят весь день и вернулся домой очень поздно. Он принял ванну и сразу лег спать, но почему-то вдруг проснулся посреди ночи от странного чувства, которое не давало ему уснуть. Ему было не по себе просто лежать, и наконец, не выдержав внутренней борьбы, он встал и включил ноутбук.

Вэнь Жои был человеком, который держал свою работу и жизнь отдельно от своих интернет-увлечений. Хотя он сопровождал Му Сычао, чтобы поиграть в аудиодрамы, он был очень осторожен, когда вовлекал себя, и выбирал только те драмы, которые считал интересными.

Во время работы он также почти не заходил в Интернет, чтобы не отвлекаться. Но поскольку он чувствовал себя напряженно и никак не мог заснуть, мужчина просто открыл ноутбук и вошел во все свои социальные сети.

Только тогда он обнаружил, что девушка, ответственная за ведение его онлайн-сообществ, оставила ему множество сообщений. Вэнь Жои просмотрел сообщения девушки, и его первоначально усталое лицо стало холодным.

Хотя он никогда не говорил об этом, на самом деле его связь с Нин Сыму была очень искренней. Личность юноши была очень привлекательной для него. Когда он увидел его застенчивую внешность, это необъяснимо задело его слабое место, и он обнаружил, что многие аспекты его личности сильно отличаются от Му Сычао.

Он не мог сказать, что он ему так уж сильно нравится, но Вэнь Жои искренне пытался избавиться от своей слепой односторонней любви, длившейся более десяти лет, после того, как узнал, что Му Сычао нашел себе возлюбленного.

Но он столько лет отдавал свои чувства этому человеку, и от этого не так-то просто оправиться. Было очень маловероятно, что он сможет так быстро перестроить свой менталитет и относиться к Нин Сыму с должным отношением.

Однако нельзя было отрицать, что он старался. Поэтому, когда он увидел слова девушки о том, что Нин Сыму проклинают и ненавидят в интернете, он почувствовал настоящую боль в сердце. Хотя он и не знал его так хорошо, он все же понимал характер этого ребенка. Вероятно, Нин Сыму не позвонил ему, когда произошло нечто подобное, потому что не хотел его беспокоить...

Вэнь Жои хотел знать, насколько все зашло далеко, и хотел выяснить, насколько сильно пострадал юноша, но сейчас была глубокая ночь, и он не мог просто пойти и разбудить Нин Сыму. Он мог только открыть Weibo юноши. К своему удивлению, он обнаружил, что кроме того, что ребенок не отвечал два дня, он вел себя так, как будто вообще не знал о случившемся. Он даже выпустил сегодня песню...

Вэнь Жои почувствовал себя беспомощным. Он не знал, действительно ли Нин Сыму ничего не знает, или он притворяется равнодушным. Он мог только нажать на ссылку на его песню и был потрясен, когда услышал ее.

Вэнь Жои слышал много песен, которые исполнял Нин Сыму. Чаще всего он специально углублял свой голос и пел более низким голосом. Это казалось властным, но иногда его пение становилось нестабильным. Вэнь Жои не очень разбирался в пении, но иногда все же мог услышать некоторые недостатки. Сейчас он был поражен услышанными звуками.

Когда Сумеречный Господин пел, его голос был очень уникальным. Возможно, именно из-за этого контраста он был очень популярен среди девушек, поэтому раньше он избегал песен, смягчающих его голос. На этот раз он выбрал старинную народную песню, но своим глубоким вокалом он сумел вызвать другой тип чувств, заставляя других не переставать слушать.

Очевидно, что песня была отправлена посреди ночи, но количество воспроизведений постоянно росло, а раздел комментариев был полностью заполнен комментариями типа

"Глубокое пение мужа заставляет меня плакать!".

"Ах, мои уши забеременели!"

"Аааааааа! Слишком красиво! Я хочу обнять Господина!"

"Господин уже в моей постели, вам всем пора убираться!"

Пока Вэнь Жои читал этот шквал слов, веселье, затаившееся в уголках его рта, медленно исчезало.

Хотя он знал, что это была шутка, по какой-то причине, будучи номинальным парнем этого ребенка, он чувствовал небольшую ревность.

Когда Сюэ Лин встал на следующий день, он почувствовал легкое головокружение. Система подсказала ему, что прошлой ночью он долго плакал, что слишком утомило его организм и привело к тому, что он слег с высокой температурой.

Сюэ Лин мог лишь некоторое время издеваться над этим телом, а затем беспомощно встал, чтобы найти какое-нибудь лекарство.

Затем он прошелся по дому и обнаружил, что все лекарства, которые у него были, просрочены.

Сюэ Лин почувствовал себя обиженным и надулся. Изначально он планировал, что система просто вылечит его, но система сообщила ему, что Вэнь Жои ждет его за дверью.

Похоже, он пришел посреди ночи, но, не желая беспокоить Сюэ Лина, не постучал в дверь.

Сюэ Лин переоделся, взял кошелек и приготовился идти покупать лекарства.

Это была такая хорошая возможность стимулировать мужчину, изображая жалость во время болезни. Как он мог отказаться от этого?

Вэнь Жои тоже не понимал, что он делает. Он знал, что ведет себя ненормально - встает посреди ночи, чтобы включить компьютер, а затем ворочается, слушая песню Нин Сыму.

В конце концов, он бросил спать и посреди ночи побежал к двери квартиры Нин Сыму. Когда он пришел, он боялся, что потревожит парня в такой час, и в итоге все время стоял у двери...

Утром тетя, жившая в квартире напротив, бросила на него странный взгляд, когда вышла за продуктами...

Когда Вэнь Жои уже собрался постучать в дверь, дверь со скрипом открылась.

Подросток был в маске, его волосы были немного растрепанны и выглядели так, будто он только что проснулся. Когда он открыл дверь и увидел, что там кто-то есть, он поднял голову, и его лисьи глаза немного расширились, а уголки слегка приподнялись.

Неизвестно, было ли это потому, что он только что проснулся, но его глаза казались красными. Половина его лица была скрыта, но это не помешало сердцу Вэнь Жои в этот момент бешено биться в груди.

Увидев его, подросток нахмурился. Хотя он видел только половину его лица, Вэнь Жои все равно чувствовал, что Сыму его избегает и презирает.

Злился ли он из-за того, что проигнорировал вопрос о том, что его ненавидят? Вэнь Жои подсознательно подумал так и открыл рот, чтобы сказать:

«Сумечеречный Господин, куда ты идешь?»

Раньше он всегда называл его Сыму, но по какой-то причине он хотел быть немного ближе к нему и решил использовать прозвище.

Кто бы мог подумать, что такое обращение не вызовет у него улыбку? Нин Сыму лишь потянулся, чтобы оттолкнуть Вэнь Жои, захлопнул за собой дверь и направился к выходу.

Вэнь Жои был несколько удивлен и недоумевал, что же такого произошло, что он дошел до такого состояния. Он протянул руку, чтобы оттащить его назад, но вместо этого был отброшен в сторону.

"Не трогай меня".

Голос подростка был хриплым и звучал очень плохо. Вэнь Жои заметил неладное и, несмотря на сопротивление подростка, подхватил его на руки. Он прижал Нин Сыму к себе, затем протянул руку и коснулся его головы, ощутив обжигающий жар на своей ладони.

"У тебя жар".

Вэнь Жои был уверен, что он заболел. Он потянулся к нему, желая обыскать его карманы в поисках ключа.

"Что ты делаешь? Если ты болен, то должен сидеть дома. Зачем ты выходишь? Поторопись и возвращайся обратно".

Сюэ Лин поборолся и недовольно ответил:

"Лекарство просрочено. Мне нужно сходить и купить еще".

Когда Вэнь Жои увидел, что он готов его признать, он облегченно вздохнул и сказал:

"Я пойду куплю его для тебя. Ты должен сначала вернуться в свою комнату, переодеться и лечь в постель".

Сюэ Лин поджал губы и ничего не ответил.

Видя, что он не сопротивляется, Вэнь Жои достал из кармана ключ от его квартиры, открыл дверь, попросил его переодеться, снял пальто и уложил его в постель, после чего отправился покупать лекарства от простуды.

В настоящее время сезон простуд был в самом разгаре. На переходе от осени к зиме многие люди простужались из-за изменения погоды. Вэнь Жои счел плохое настроение Сюэ Лина побочным эффектом его простуды и поспешил вернуться, наскоро купив кое-какие вещи.

Проходя мимо рынка, он подумал, что простудившемуся человеку нечем будет перекусить, поэтому, вернувшись в квартиру Нин Сыму, он тоже купил немного продуктов.

Когда он уходил, то взял с собой ключ Нин Сыму. Теперь, когда он возвращался, он небрежно использовал его, чтобы открыть дверь.

Сначала он пошел проведать Сюэ Лина и обнаружил, что тот уснул. Вэнь Жои убрал купленные вещи и стал готовить завтрак для Сюэ Лина. К тому времени, когда Сюэ Лин проснулся, каша уже была приготовлена и стала мягкой и густой, и ее можно было есть.

"Нельзя принимать лекарства на голодный желудок. Сначала перекуси свежей едой".

Сюэ Лин был еще не выспавшимся, и его лисьи глаза завораживающе блестели. Но это было лишь на мгновение, так как он быстро пришел в себя и больше не смотрел на Вэнь Жои. Он просто принял из его рук миску с кашей и, спокойно выпив ее, приготовился съесть переданное ему лекарство.

Вэнь Жои все еще был занят тем, что читал ему нотации в стороне.

"Не принимай свою молодость как должное. Ты не должен засиживаться допоздна, если твое тело нездорово. Ты плохо спишь, и ты даже не сказал мне, когда заболел. В таком случае, какой смысл от меня в качестве парня?"

Он протянул руку, чтобы погладить голову Сюэ Лина. Его все еще немного лихорадило, поэтому он недовольно добавил еще одно предложение:

"Другие дети знают, что когда они плачут, то получают конфеты. Как ты можешь быть таким глупым, держа все в себе?"

Изначально он собирался поднять вопрос о том, что Нин Сыму подвергся нападкам в интернете. Если бы Нин Сыму сразу обратился к нему, то вопрос был бы уже решен, и ему не пришлось бы так страдать.

У Вэнь Жои сердце сжалось от боли.

"Похоже, ты привык заботиться о людях".

Сюэ Лин закончил пить лекарство. Получив от него нотацию, он не собирался признавать свою вину и лишь холодно произнес эту фразу.

Вэнь Жои был ошеломлен. Он не знал, почему он вдруг заговорил об этом, но когда он хотел перевести разговор на другую тему, он вдруг потерял дар речи.

Действительно, он знал, как заботиться о других. Му Сычао был еще ребенком, когда приехал за границу. Его дядя был очень занят, и у него не было времени заботиться о нем, поэтому он попросил друга, у которого был сын на год старше Му Сычао, помочь позаботиться о нем.

У Вэнь Жои не было младшего брата, и он относился к Му Сычао как к брату, обучая его английскому языку и направляя его развитие. После стольких лет некоторые черты Му Сычао можно было приписать ему.

Однако ребенок, над воспитанием которого он так усердно трудился, теперь был украден свиньей, и Вэнь Жои все еще не знал, как ему к этому относиться.

Как только Нин Сыму заболел, он по привычке начал заботиться о нем. Теперь, когда это дело было раскрыто другой стороной, сцена стала довольно неловкой.

Мужчина уже прошел через множество обличий, некоторые из которых были еще более постыдными, чем его нынешнее, но, в конце концов, он не сделал ничего плохого, например, влюблялся в других людей до появления Сюэ Лина.

Но в этот раз ситуация была особенной. Вэнь Жои долго думал над этим, но так и не знал, с чего начать. Он лишь подсознательно помогал Сюэ Лину подпереть тело подушкой, когда тот хотел сесть.

Жар у Сюэ Лина все еще не спал. Его лицо было немного красным, а губы бледными, из-за чего он выглядел довольно изможденным.

"Вэнь Жои".

Это был первый раз, когда Нин Сыму назвал его полным именем. Вэнь Жои внезапно собрался с мыслями, и почему-то ему стало немного страшно.

"Давай расстанемся".

Подросток сидел на кровати, все еще в куртке, которую он случайно накинул сегодня утром. Краснота в его глазах была еще более заметна, потому что он только что проснулся, а короткие вьющиеся волосы были в беспорядке, что придавало ему несколько миловидный вид.

Но выражение его лица было совсем нехорошим. Поскольку он был болен, его губы были белыми, лицо слегка покраснело, а глаза были влажными и жалостливыми, как будто он вот-вот заплачет.

Тем не менее, его взгляд, когда он смотрел на Вэнь Жои, был холодным и безразличным. Затем он открыл рот и сказал: "Давай расстанемся".

Это предложение несколько раз прозвучало в ушах Вэнь Жои, прежде чем он внезапно очнулся от своего транса. Он с недоверием посмотрел на Нин Сыму, его взгляд был острым.

Хотя эти отношения начались по его инициативе, и они оба вступили в них с желанием "попробовать", он знал, что этот молодой человек более или менее зависит от него. В прошлом это было видно по тому, как он смотрел на него.

Теперь, подумав об этом, Вэнь Жои внимательно посмотрел в глаза юноши. Его влажные глаза выглядели жалко, но на самом деле все было предельно ясно. В его взгляде был даже намек на безразличие, и именно это легкое безразличие заставило сердце Вэнь Жои сильно затрепетать. Он не знал почему, но ему было очень больно.

"Почему?" — спросил Вэнь Жои с некоторой тревогой.

"Это из-за хейтеров? Я уже поговорил с руководством и сказал им, чтобы те люди перестали нападать на тебя. Расслабься, я не позволю тебе снова быть вовлеченным в это".

Сюэ Лин покачал головой. Он был чрезвычайно спокоен, сидя здесь, стабилен и тверд. Это заставило Вэнь Жои выглядеть еще более взволнованным и растерянным.

«Причина не в этом".

"Тогда..."

"Вэнь Жои, ты мне очень нравишься. Мне нравится, что ты очень нежен, когда говоришь со мной, мне нравится, когда ты улыбаешься мне, как будто я - твой мир. Я также знаю, что ты заинтересован во мне, но на самом деле я тебе не нравлюсь".

Выражение лица Сюэ Лина было пустым, когда он произносил эти слова, и казалось, что он действительно сдался.

"Но это не имеет значения. Я могу подождать, пока я действительно начну тебе нравиться. Я чувствую, что достаточно хорош, чтобы быть в состоянии крепко привязать тебя к себе, и день, когда ты начнешь ценить меня, рано или поздно наступит".

"А как же сейчас..."

"Но предпосылка всего этого в том, что человек, в которого ты можешь влюбиться, - это я. И не в того, о ком ты думаешь, когда видишь мое лицо. Чтобы мой мужчина смотрел на другого... Я, Нин Сыму, могу испытывать недостаток в любви, я могу быть разочарован, но я действительно не могу быть заменой для тебя и позволить тебе найти во мне тень чужой фигуры."

Вэнь Жои открыл рот и хотел опровергнуть, но следующее предложение Нин Сыму перекрыло все, что он мог сказать.

"Его зовут Му Сычао, верно? Я видел его, когда ходил к тебе вчера".

"Я все еще достаточно хорошо знаю тебя. Взгляд, которым ты смотришь на него, отличается от того, как ты смотришь на меня. Он тебе нравится".

Вэнь Жои покачал головой и сказал: "Нет".

"Теперь, когда у него есть кто-то, кто ему нравится, и они собираются быть вместе, ты ищешь кого-то в качестве замены, чтобы заполнить пробел в твоем сердце, верно?"

Каждое его слово было как нож, и они вонзались прямо в сердце Вэнь Жои. У него действительно было такое намерение, поэтому он даже не знал, как открыть рот, чтобы возразить.

"Может, мне и не хватает любви, но без такой любви мне было бы лучше".

"Итак. Вэнь Жои, давай расстанемся".

Вэнь Жои хотел протянуть руку Сюэ Лину, но он уклонился.

"Если я не сказал достаточно ясно, я могу повторить".

"Нет..."

Вэнь Жои не знал, как ему теперь все объяснить. Он мог только беспомощно смотреть на него, затем вздохнуть и сказать:

"Это не то, что ты думаешь, но ты не хочешь слушать мои объяснения... И ты все еще болен, увы...".

Вэнь Жои хотел еще что-то сказать, но Сюэ Лин презрел тот факт, что он, похоже, все еще хочет спорить и дискутировать, и просто выгнал его.

Сюэ Лин встал и немного пошевелился. Он чувствовал себя намного лучше, но ему все еще нужно было попытаться вызвать к себе сочувствие, изображая жалость, поэтому он сделал селфи с собой, поедающим лекарство, и опубликовал его на Weibo.

Сумеречный Господин:

[В последнее время я слишком устал и заболел. Сегодня утром, когда я проснулся, меня даже лихорадило...].

Только после отправки своего сообщения на Weibo Сюэ Лин обнаружил, что за ночь у него появились тысячи поклонников. Он поднял брови и пошел проверить песню, которую он отправил прошлой ночью.

Он обнаружил, что она была размещена на первой странице видеосайта, а комментарии заполнили весь экран во время воспроизведения. Поскольку было оставлено слишком много сообщений, многие из них уже были однажды очищены.

Тем не менее, это не могло заглушить энтузиазма девушек, которые без конца отправляли комментарии о том, что они хотят родить от Сюэ Лина или что их уши уже забеременели.

Вскоре после отправки сообщения на Weibo он получил множество комментариев. Многие из них прислали слова утешения, когда увидели, что он заболел, а девушки, которые два дня назад яростно ненавидели его, изменились в лице.

Вероятно, их отчитал менеджер, и они послушно пришли извиниться перед Сюэ Лином, сказав, что слишком много наговорили, и удалили свои слова.

Сюэ Лин кликнул на профиль человека, который переслал его сообщение на Weibo, и обнаружил, что многие из его подписчиков пришли из блога Нежного Заката. Казалось, что почти сразу после того, как он отправил сообщение, Вэнь Жои уже переслал его. Судя по времени, Вэнь Жои, вероятно, еще не вернулся домой - возможно, он увидел это по дороге.

[Сумеречный Господин, ты должен вести себя хорошо и отдыхать, когда болеешь, а не играть с телефоном].

Сюэ Лин надулся. Но вместо того, чтобы обратить на него внимание, он просто отписался от него, удалил его из списка взаимных подписчиков, а потом и вовсе заблокировал.

С глаз долой, из сердца вон.

Прождав долгое время без ответа, Вэнь Жои успокоил себя тем, что у Нин Сыму сейчас просто плохое настроение. Он подождет два дня, а после этого будет готов выслушать его объяснения.

Он был невиновен! Он действительно не думал использовать Нин Сыму в качестве замены!

Вэнь Жои собрался с мыслями и понял, что Сюэ Лин серьезно настроен, а не просто играет, когда его фанаты снова начали сходить с ума от ненависти к Сумеречному Господину в интернете.

Несмотря на то, что он сказал своему руководству развеять их статус пары в интернете, некоторые фанаты были не из тех, кто слушает его только потому, что он попросил их что-то сделать. Если им казалось, что их идола обидели, они со злостью бросались на сторону Сумеречного Господина, желая убить того, кто посмел проявить к их идолу преступные помысли.

Изначально, можно было использовать скрин сообщений Сумеречного Господина и Нежного Заката. Это могло доказать, что у них были хорошие личные отношения, и показать фанатам, что Нин Сыму не просто держался за его бедра. Но Сюэ Лин проигнорировал эту возможность, удалил переписку и даже самого Вэнь Жои.

Его поклонницы заметили это и сочли непростительным.

Их бог оказывал ему большое уважение, обращая на него внимание и пытаясь облегчить ситуацию! Он показывал, что это не большой бог, который пользуется маленьким ничтожеством! Кем себя возомнил Сумеречный Господин?

Не отвечая, когда другие проявляли свою заботу, он действительно думал, что он какой-то большой бренд?!

Армия хейтеров воспользовалась такой логикой для возвращения и снова начала спамить аккаунт Сумеречного Господина на Weibo.

На этот раз фанаты Сумеречного Господина уже не выдержали. Они также пришли в ярость и начали огрызаться.

Что делает наш маленький Господин - это наше дело. Мы не просили вашего великого бога приходить и беспокоиться о нас.~ Кто знает, какой характер на самом деле у твоего великого бога, чтобы наше маленькое ничтожество так его презирало?

Возможно, он действительно совершил что-то отвратительное.~ Наш Господин был таким добродушным и вежливым. Если он отвечал всем остальным, но игнорировал вашего великого бога, разве это не значит, что он что-то сделал?

Неужели великий бог был таким удивительным? Какое право он имел требовать, чтобы все отвечали ему только потому, что он проявил заботу? Здесь никто не знает друг друга; ваш великий бог действительно слишком могущественен.

Неужели ему больше нечем заняться, кроме как ** в чужом Weibo весь день? Неужели вы все не способны читать атмосферу?! Раз уж ваш хозяин такой неприятный, может, ему стоит скрыться и поразмыслить?!

Война пламени бушевала, но Сюэ Лин вернулся на песенные каналы и встал в очередь, как будто ничего не произошло.

Он только что сказал, что простудился, но вышел, чтобы снова встать в очередь и спеть. Большинство девушек на канале были очень удивлены, увидев его, и посоветовали ему больше отдыхать, когда услышали, что его голос все еще звучит глухо.

Сегодня был странный день. Кроме Сюэ Лина на канале никто не пел. После исполнения песни он сказал, что из-за простуды его выступление было не на высоте. Его голос звучал подавленно и жалко, что особенно расстроило его поклонниц.

[Spicy Bird: Как насчет того, чтобы не петь. Дорогой, почему бы тебе не сделать специальное выступление и не пообщаться с нами? ]

Сюэ Лин прочитал комментарий и широко улыбнулся.

"Одна из вас, дамы, предложила поболтать. О чем вы все хотите поговорить?"

Когда он заговорил таким образом, девушки на главном экране пришли в ярость, и строчки текста прокручивались одна за другой. Но ему хватило одного взгляда, чтобы увидеть повторяющиеся вопросы о его недавнем настроении.

Сюэ Лин издал грустный звук и сказал:

"Некоторые из вас спрашивают о моем недавнем настроении. Что ж, в последнее время у меня было особенно плохое настроение".

Когда он это сказал, на экране появились ряды утешительных слов.

"Это не связано с тем, что происходит в Интернете~".

Сюэ Лин подпер щеку рукой и небрежно сказал:

"Я недавно расстался с одним человеком, и теперь просто ищу утешения".

На экране воцарилось молчание, а затем все разом начали оставлять комментарии.

[ Interdigital Sand: !!! Господин был в отношениях?!!! И расстался!!! Это парень или девушка!!! ]

[ Вечерний Цин: *Гладит Господина по голове*. Не грусти. Это человек, с которым ты расстался, не знает, как тебя лелеять. ]

[ Бесконечное счастье: *Яростные обнимашки!* Расстаться и заболеть — Господин такой жалкий... ]

Выражение лица Сюэ Лина было веселым, и на его лице не было видно никаких признаков несчастья от расставания, но его голос, когда он заговорил, был полон болезненной сердечной боли.

"Все не так уж плохо. Кто не встречался с несколькими отбросами в своей жизни? Я был тем, кто предложил нам расстаться. Я собираюсь потратить некоторое время на восстановление, а затем усердно учиться и готовиться к вступлению в общество в качестве взрослого~".

Количество информации, которую он раскрыл в одном абзаце, было многовато. Девушки быстро ухватились за ключевой момент "отброс", и экран внезапно заполнился вопросами о его сексуальной ориентации. Сюэ Лин проанализировал их и ответил:

"Конечно, он был тем, кто преследовал меня. А потом я его бросил. Расслабьтесь, я так хорошо выгляжу, что надолго не останусь одиноким~".

"Хватит, хватит. Вы, ребята, так любите сплетничать. Я спою еще одну песню, прежде чем уйти. Смотрите, Кэнди появился в сети".

Еще один певец присоединился к каналу, и его имя теперь отображалось под именем Сюэ Лин.

Его псевдоним был "Солодовый Кэнди", и он присоединился к этому каналу примерно в то же время, что и Нин Сыму. Отношения между ними были неплохими, но Нин Сыму был занят влюбленностью, поэтому в последнее время он не так часто появлялся на канале. Это был первый раз, когда они встретились онлайн за два месяца.

Голос Солодового Кэнди тоже был молодым и звучал очень солнечно. Услышав слова Сюэ Лина, он включил микрофон и сказал:

"Что случилось? Я тоже хочу посплетничать!"

Девушки на публичном экране снова начали комментировать, объясняя Кэнди, что их милый Господин только что расстался, и дразня его за то, что он не знает.

Они посоветовали ему поторопиться и воспользоваться ситуацией - возможно, вскоре ему удастся обнять красавцы.

"Господин, потерявший любовь? Не волнуйся, иди в мои объятия и позволь мне подарить тебе немного любви~ Муа~".

"Отстань".

"Айя. Это правда, когда говорят, что у тех, кто только что расстался, плохой характер. Неважно. Скажи мне, кто тебя обидел! Я сейчас же принесу арбузный нож и пойду его измельчу!»

Солодовый Кэнди открыл интернет-магазин по продаже фруктов, и его фрукты были очень вкусными. Несколько девушек с канала также купили у него фрукты.

Сюэ Лин дважды хмыкнул, выражая, что Кэнди не сможет победить другую сторону.

"О, о~ Похоже, ты бросил его не просто так~".

"Давайте перестанем говорить об этом. Я собираюсь спеть, а потом лечь спать".

Этот разговор был записан одним из их фанатов и выложен в качестве материала для потенциального шипа Солодовый Кэнди и Сумеречный Господин. Это привело поклонников их пары в замешательство, а ненавистники, которые все еще были заняты ненавистью, поспешили вперед, чтобы проклясть Сумеречного Господина за то, что он притворяется жалким.

Кто станет петь песни после того, как ему разбили сердце? Очевидно, он просто пытался сменить тему.

Судя по привычкам Вэнь Жои, подобные вопросы в интернете не попадали в поле его зрения. В конце концов, его Weibo долгое время хранил молчание, и его пересылка сообщения Сюэ Лина на Weibo была единственной, которую он отправил за этот период.

Ранее, единственной причиной, по которой некоторые из их поклонников пошли искать Сумеречного Господина, было то, что некоторые девушки из кружка аудио-драмы опубликовали несколько разговоров между ними и восхищались тем, как это мило. Кроме этого, сам Вэнь Жои ничего не говорил.

Вероятно, из-за того, что он переслал то сообщение на Weibo, руководство Вэнь Жои обратило больше внимания на дела Сумеречного Господина. Когда они разговаривали с Вэнь Жои, то вскользь затронули этот вопрос и спросили, стоит ли им еще раз попросить хейтеров остановиться.

Вэнь Жои не ожидал, что Сюэ Лин, несмотря на болезнь, будет петь в интернете. После прослушивания записи он нахмурился. Он хотел дать юноше несколько дней, чтобы успокоиться, но теперь, похоже, ребенок решил, что его одностороннее расставание было успешным.

Что за шутка! Он не согласился!

Прошло уже два дня с тех пор, как Сюэ Лин рассталась с ним, и Вэнь Жои больше не мог сидеть на месте. Он достал мобильный телефон, чтобы позвонить Сюэ Лину, и тут обнаружил, что его номер заблокирован другой стороной.

Это было действительно очень безжалостно. Казалось, он был настроен на разрыв.

По какой-то причине Вэнь Жои почувствовала себя невероятно злым. Если бы Сюэ Лин был сейчас перед ним, возможно, он бы схватил этого человека и несколько раз шлепнул его по заднице.

Му Сычао, который был неподалеку, заметил его беспокойство, посмотрел, как он хмурится на свой мобильный телефон, как будто смотрит на какого-то врага, и спросил с любопытством:

"Что с тобой?"

Вэнь Жои беспомощно ответил:

"Мой малыш закатывает истерику. Он сказал, что хочет расстаться, а теперь заблокировал меня и не отвечает на звонки".

"Твой малыш?"

Му Сычао развеселился, увидев, как он расстроен.

"Я впервые вижу тебя в таком состоянии. Я одолжу тебе свой мобильный телефон. Ты можешь позвонить по нему".

"Хорошо."

Приняв телефон Му Сычао, Вэнь Жои ввел номер телефона Сюэ Лина прямо по памяти. Последние несколько дней он все время хотел позвонить ему и целыми днями смотрел на телефон. Хотя он так и не позвонил, он так часто видел этот номер, что уже запомнил его и мог безупречно его произнести.

Конечно, как только он использовал другой номер телефона для звонка, звонок прошел.

"Алло?"

Голос на другом конце телефона был мягким и нежным. Как только он услышал голос, в его голове возник образ Нин Сыму с его иногда беспорядочными кудрями... В этом смысле он полностью отличался от Му Сычао, но ему это очень понравилось.

"Сыму, это я."

Вэнь Жои открыл рот, чтобы заговорить, и тут же продолжил:

"Не вешай трубку. Мне есть что сказать тебе. Пожалуйста, дай мне возможность все объяснить".

Наступило молчание, затем раздался холодный звук, означающий, что он может продолжать.

Хотя Нин Сыму не сказал этого прямо, это, по крайней мере, означало, что он готов выслушать его слова. Вэнь Жои вздохнул с облегчением и продолжил:

"Я не планировал использовать тебя в качестве замены. Вначале, правда, я обратил на тебя внимание, потому что ты похож на моего друга, но я не пытался сблизиться с тобой по этой причине. Нелегко объяснить некоторые из этих вещей по телефону. Ты в колледже? Может, мне пойти и найти тебя?"

Нин Сыму был студентом в Колледже иностранных языков. Он не жил в кампусе, потому что работал переводчиком в одной из компаний за ее пределами; вместо этого он снял квартиру недалеко от компании, чтобы ему было удобнее ходить на работу. Ему не приходилось часто возвращаться в школу, но у него все равно были занятия, которые нужно было посещать.

В трубке снова повисло молчание, затем Сюэ Лин открыл рот и ответил:

"Мой следующий урок на втором этаже третьего учебного корпуса. Жди меня возле аудитории 218".

"Хорошо!"

Как только он положил трубку, Вэнь Жои обернулся и увидел Му Сычао, который задумчиво смотрел на него. Он весело рассмеялся, отчего Вэнь Жои стало немного не по себе.

"Получилось? Могу ли я получить свой телефон обратно?"

Вэнь Жои вернул телефон Му Сычао и спросил "Куда ты идешь?"

"У меня занятия".

"О..."

"Почему ты все еще стоишь здесь? Разве твой малыш не сказал, что ему нужно идти на занятия?"

"Ты слышал?"

"Я немного слышал, когда вошел".

"Тогда я ухожу".

Му Сычао покачал головой. Ему было немного смешно, потому что он редко видел, чтобы Вэнь Жои вел себя так неловко и смущенно. Раньше он был перед ним как всемогущий старший брат и никогда не волновался, когда что-то делал. Казалось, что он действительно заботился об этом человеке и поместил его в свое сердце, иначе он бы так себя не вел.

Может быть, все влюбляются, потому что сейчас сезон романтики? Му Сычао повернулся, собрал план урока и приготовился вести следующий урок.

Он был профессором и время от времени вел занятия. В этом семестре у него было не так много курсов, но тот, который он собирался вести, был большим, сотни студентов сидели вместе в одной аудитории. На самом деле, эффективность преподавания была не очень высокой.

Вэнь Жои стоял у двери класса и наблюдал, как студенты входят по двое и по трое с учебниками. Многие студенты кивали ему и здоровались с ним "профессор", отчего он чувствовал себя немного странно.

Вэнь Жои и Му Сычао были преподавателями в Колледже управления. Возможность проведения занятий по иностранному языку там, где проходили занятия по менеджменту, была очень мала.

Большинство занятий на факультете иностранных языков проводилось в первом учебном корпусе, а если и нет, то, как правило, во втором учебном корпусе. В третьем корпусе они практически никогда не проводились...

Все студенты, вошедшие в аудиторию, были с его факультета, и курс, похоже, принадлежал их факультету... Действительно ли Нин Сыму пришел на занятия?

Как только он подумал об этом, он увидел Му Сычао, идущего к нему. Увидев, что тот все еще стоит на месте, он удивленно поднял брови и спросил:

"Это отношения учителя и ученика?"

Вэнь Жои закатил глаза и ответил: "Отношения в сети".

Му Сычао хмыкнул. Ему стало интересно, кто же этот "малыш" Вэнь Жои, поэтому, оставив свои вещи в классе, он вернулся и встал рядом с ним, чтобы подождать. В любом случае, он был профессором, и никто не стал бы удивляться его глупому поведению.

И вот, когда подросток, которого он так ждал, появился, он обнаружил, что все его сознание помутилось.

Сегодня Нин Сыму был одет в простую белую рубашку и джинсы. Через одно плечо у него была перекинута сумка, его маленькие кудряшки были немного растрепанны, и в сочетании с его красивым лицом, казалось, что все его лицо сияет.

Вэнь Жои был немного встревожен. Его голова была полна вопросов о том, почему Нин Сыму решил встретиться именно здесь. С другой стороны, Му Сычао был немного ошеломлен. И не потому, что внешний вид этого человека заставил его душу трепетать.

За годы поисков брата он встречал много людей, похожих на себя. Некоторые были более похожи, чем стоящий перед ним подросток, но они никогда не вызывали у него такого чувства... Чувства родства...

Эти двое стояли, как солдаты, ожидающие смотра. Необъяснимо, но чувство тревоги у них было одинаковым.

Вэнь Жои только собирался открыть рот, когда вошел Сюэ Лин, но его остановил взгляд. Взгляд юноши упал на Му Сычао, и он медленно поджал губы, после чего сказал:

"Здравствуйте, профессор Му".

Он протянул руку Му Сычао.

Му Сычао почувствовал себя довольно странно, но он необъяснимым образом тоже поднял руку, почувствовав ожидание, а затем пожал руку.

"Сыму..."

Вэнь Жои поспешил высказаться. Он боялся, что Сюэ Лин мог что-то неправильно понять, когда увидел его с Му Сычао.

Сюэ Лин не ответил ему. Он крепко сжал руку Му Сычао, затем шагнул вперед и долго смотрел на Му Сычао. Когда Вэнь Жои уже хотел их разнять, Сюэ Лин открыл рот, замешкался и сказал:

"Старший брат?"

Му Сычао замер.

Выражение лица Вэнь Жои тоже стало каменным.

Сцена сразу стала немного неловкой. Студенты не могли ясно видеть, что происходит, но многие из них были любопытны и подошли к входу, чтобы посмотреть.

Му Сычао отпустил руку Сюэ Лина, как будто его только что ошпарили. Он выглядел одновременно взволнованным и счастливым. Затем он взял руку Сюэ Лина обеими руками и крепко пожал ее, сказав:

"Сначала мне нужно разобраться с этой группой студентов. Подожди, пока я выйду!"

Сюэ Лин послушно кивнул.

Му Сычао повернулся и завел студентов, стоявших у двери, внутрь. По пути он захлопнул дверь - казалось, что он хотел как можно быстрее разобраться с классом.

Так что с бедными студентами профессор быстро разобрался. Домашнее задание, которое должно было быть задано через несколько недель, свалилось на их головы, и профессор как можно быстрее перечислил требования к домашнему заданию.

Он сказал им, что текущее время занятий должно быть использовано для выполнения домашнего задания, и что они могут уйти, если хотят.

После этого он собрал свои вещи, развернулся и вышел обратно за дверь.

Вэнь Жои, казалось, окончательно собрался с мыслями к тому времени, как он вышел. Он хотел что-то сказать подростку, но тот выглядел очень безразличным, как будто рядом с ним никого не было.

Му Сычао некогда было думать о том, как помочь своему другу в такой ситуации. Он неуверенно и нерешительно подошел к ним, а затем позвал:

"Сыму?"

Сюэ Лин повернул голову и кивнул: "... Это я".

Му Сычао почувствовал облегчение и вздохнул. Казалось, что-то изменилось в нем самом.

Он изогнул губы, его улыбка стала еще более злой, чем у Сюэ Лина.

"Пойдем, найдем место для разговора".

"Хорошо".

Сюэ Лин долго смотрел на него. Наконец-то он понял, насколько жестоко система обошлась с этим человеком.

Хотя его нынешнее тело было похоже на первоначальное, но теперь он оценивал это сходство не более чем на тридцать-сорок процентов. Но Му Сычао и его внешность были действительно похожи. Только его темперамент не был похож на темперамент Сюэ Лина, поэтому и ощущения, которые он вызывал, были другими.

Неудивительно, что система постоянно подчеркивала, что даже если он действительно влюбился в кого-то другого, то это только потому, что он выбрал не того человека.

Но Сюэ Лин не мог смириться с подобным положением вещей. По сути, теперь у него было злобное отношение ко всему этому миру.

Было странно видеть перед собой лицо, похожее на его собственное. Сюэ Лину очень не нравилось иметь копию самого себя. Если в течение ближайшего времени поведение главного героя Шоу не будет достаточно хорошим, чтобы немного улучшить его плохое впечатление об этом мире, Сюэ Лин не будет возражать против того, чтобы сюжет этого мира пошел по своему первоначальному пути… ко всем чертям.

Вэнь Жои шел впереди со странным выражением лица.

Хотя он дружил с Му Сычао с самого детства, он редко слышал, чтобы тот упоминал, что у него есть младший брат. Он знал, что Му Сычао искал кого-то все эти годы, но вдруг из ниоткуда появился младший брат, и это был Нин Сыму...

Это чувство было очень странным.

Теперь он понимал настроение Нин Сыму, и почему Нин Сыму настаивал на разрыве, хотя он не знал, через что они прошли, и почему они расстались.

"... Сыму, ты всегда знал обо мне?"

На самом деле, Му Сычао искал свою мать все эти годы, потому что, когда они расстались, Нин Сыму был еще младенцем на руках у матери. Он родился всего несколько месяцев назад, и у него не могло сложиться впечатления о нем.

Когда он потерял связь с матерью, Сыму был еще совсем маленьким, и Му Сычао всегда считал, что его младший брат, вероятно, не помнит, что у него есть старший брат. Он не ожидал, что именно Нин Сыму узнает его первым...

"Я знал."

Сюэ Лин посмотрел вниз и небрежно сказал:

"Перед смертью мать сказала мне, что я должен найти тебя...".

Шаги Му Сычао приостановились. Он недоверчиво повернул голову и спросил:

"Мать умерла?!"

"Да. Она заболела раком, провела год на больничной койке, а потом окончательно покинула нас".

Сюэ Лин поджал губы и сказал:

«Перед смертью она сказала, что больше всего в жизни ей жаль тебя. Ты был еще ребенком, но она оставила тебя, а потом оставила меня. Она сказала, что не была хорошей матерью...".

Как только он услышал эту новость, настроение Му Сычао стало крайне возбужденным, но чем больше он был возбужден, тем спокойнее он выглядел.

"Мама... когда она умерла?"

"На третьем году моего обучения в младшей школе..."

Сюэ Лин поднял руку и заслонил ладонью солнечный свет, глядя в небо.

"Я помню, что пошел в больницу к ней после вступительных экзаменов в среднюю школу и видел ее в последний раз".

"..."

Му Сычао вздохнул после долгого молчания.

"Э..."

Вэнь Жои тихо вмешалась в разговор, стоя позади них.

"Мы у кафе. Может, зайдем внутрь и присядем?"

Му Сычао взял себя в руки и посмотрел на кафе рядом с ними.

"Это кафе нашего колледжа. Заходи, и мы найдем место, чтобы поговорить как следует".

Сюэ Лин ничего не сказал. Во время всего процесса он даже не посмотрел на Вэнь Жои, который стоял рядом с ним. Это заставило систему, наблюдавшую за шоу со стороны, немного удивиться.

Неужели хозяин решил оставить человека в подвешенном состоянии на всю жизнь в этом мире?

Сейчас было время занятий, и в кафе было не так много людей. Му Сычао выбрал место у окна и сел рядом с Сюэ Лином. Как только он сел, он взял руку Сюэ Лина в свою и сказал:

"Сыму, расскажи мне о том, как ты и твоя мать провели эти годы".

Сюэ Лин кивнул и сказал:

"...Ну, рассказывать особо нечего. Первые воспоминания о том, как мама брала меня с собой на работу. Ей нужно было работать, и нужно было воспитывать меня, и в конце концов это стало слишком утомительно, поэтому она нашла мне отчима."

"Вероятно, мать прервала с тобой контакт после того, как снова вышла замуж и мы переехали".

Сюэ Лин не отстранился от руки Му Сычао и только сделал особенно грустное выражение лица, вспоминая прошлое.

"Она писала тебе, но не могла дождаться ответа. Сначала она думала, что ты сердишься из-за ее повторного замужества, но позже отчим помог ей разобраться, и мы узнали, что вы уехали за границу после того, как что-то случилось."

"..."

Му Сычао поджал губы, а затем сказал:

"Тогда я уехал в спешке. Я должен был поехать к тебе и маме".

"Хм..."

В конце концов они соскучились друг по другу. Они крепко держались за руки и смотрели вниз, и было неизвестно, думали они об одном и том же или нет.

Эта картина была очень красивой. Оба профиля были похожи, но волосы Му Сычао были очень прямыми, в то время как у Сюэ Лина они были в беспорядке. Свет, проникающий через окно, несколько размывал их лица, и они казались отгороженными от мира.

"Па!"

Звук шлепнувшегося на стол подноса отвлек внимание обоих мужчин. Му Сычао поднял голову и встретился взглядом с человеком, который скрипел зубами. Его выражение лица выглядело так, как будто он подавлял свои эмоции до такой степени, что страдал от внутренних повреждений.

Это был очень знакомый ему человек. На нем был фартук, который носят официанты в кафе. Он положил руки на стол и уставился на Му Сычао, его поведение было агрессивным, как будто Му Сычао был должен ему денег.

Все подсобные рабочие в кафе были студентами. Этот человек, очевидно, тоже был студентом, и он был знаком с Му Сычао. Сюэ Лин задумался и понял, что это, вероятно, главный герой Гун?

Ух... Это было весело.

"Разве у профессора нет занятий? Почему вы сейчас в кафе?"

Возможно, влюбленным людям было особенно легко игнорировать окружающих; Му Сычао все еще держался за руку Сюэ Лина, а главный Гун не собирался их отпускать, широко улыбаясь и приветствуя Му Сычао...

Однако все почувствовали запах уксуса в этих двух фразах.

"Случилось нечто неожиданное".

Му Сычао уже собирался отпустить руку Сюэ Лина, но рука юноши сжалась. Он был сильнее Му Сычао и сделал так, что тот не смог отпустить руку.

"Почему профессор так торопится отпустить руку? Нет ничего плохого в том, чтобы держаться за руки~ Ты даже со мной так не держишься".

"Это не так..."

Му Сычао чувствовал себя довольно беспомощным.

"Вэньцзюнь, это недоразумение".

Ладонь Сюэ Лина по-прежнему держала его руку, и он не мог ее вытащить. Но теперь руку Сюэ Лина схватил Гун.

Вэнь Жои, который держался рядом с ними, наконец-то получил возможность проявить себя. Он оттолкнул руку Су Вэньцзюня своей.

"Если ты приносишь напитки, то просто принеси их. Почему ты хватаешь чужую руку? Хочешь, чтобы тебя побили?"

У него никогда не было хорошего отношения к человеку, который украл у него человека, которого он так заботливо растил. Он выдернул руку Сюэ Лина и, воспользовавшись случаем, сам взял ее в руки.

"Сыму, больно?"

Сюэ Лин оттолкнул его руку и вернул свою.

"Если ты выступаешь фоном, то играй свою роль до конца. Когда это наступила твоя очередь говорить?"

Вэнь Жои почувствовал себя очень обиженным. Что он имел в виду, говоря "фон"?

"Сыму, очевидно же, что это я планировал встретиться с тобой..."

"Ну, даже если бы ты не попросил меня прийти, я бы все равно пришел, чтобы увидеть старшего брата".

Сюэ Лин больше не обращал на него внимания и продолжил:

"В тот день, после того, как я увидел тебя и старшего брата вместе, я попросил кого-нибудь разобраться в этом. Изначально я просто думал, что есть такая возможность, но я не подозревал, что все так и окажется... После смерти матери я также провел некоторое время в поисках брата..."

"Это действительно чудесно. Мы всегда искали друг друга, но в итоге встретились случайно".

Му Сычао потянул Су Вэньцзюня за одежду, приложил немного силы и заставил его пошатнуться.

"Это Су Вэньцзюнь, мой ученик. Он тебя сейчас обидел? Я извинюсь за него".

"Тц".

После этого Су Вэньцзюнь тоже сел. Несмотря на то, что он был учеником, он был выше Му Сычао и довольно широк. Можно сказать, что когда он сидел рядом с Му Сычао, стало ясно, кто из них шоу, а кто гун.

"Похоже, что профессор Вэнь тоже здесь..."

"Сыму теперь живет один?"

"Да... Мой отчим снова женился, и теперь я живу один".

Сюэ Лин достал свой мобильный телефон и ввел адрес.

"Это мой адрес. Если старший брат захочет меня увидеть, он может прийти сюда. Мама оставила кое-что для тебя, и если у тебя есть время, ты можешь зайти посмотреть".

"Хорошо."

"Тогда я пойду. У меня еще есть дела".

Сюэ Лин встал и продолжил:

"Старшему брату и сокурснику Су еще есть что сказать друг другу, а мне еще нужно поговорить с профессором Вэнем, поэтому мы не будем больше задерживаться".

"Хм..."

После того, как Му Сычао согласился, он обнаружил, что Сюэ Лин взял на себя инициативу в решении всех вопросов. Смутившись, он тоже встал.

"Сегодня все произошло так неожиданно... Я думаю это как снег на голову... Когда я немного успокоюсь, я найду тебя, чтобы поговорить снова".

"Ну, у старшего брата уже должен быть мой номер телефона. Именно по нему только что звонил профессор Вэнь. Он должен был воспользоваться мобильным телефоном старшего брата, верно?"

"Да."

"Тогда до встречи, старший брат".

Вэнь Жои быстро последовал за ним, когда он уходил.

"Сыму, подожди меня! Ты сказал, что дашь мне шанс все объяснить!"

Сюэ Лин не оглянулся на него. Он только сказал:

"Я знаю, ты на машине? Отвези меня обратно".

Шаги Вэнь Жои колебались, затем он радостно кивнул и согласился:

"Хорошо, хорошо, хорошо!"

Су Вэньцзюнь все еще не знал, что произошло. Два других человека ушли, а он сидел и смотрел, как Му Сычао долгое время рассеянно следил за удаляющимися фигурами. Он был немного недоволен, когда обхватил его рукой за талию и наклонился, чтобы укусить за ухо.

"Профессор, они уже ушли. Они забрали с собой ваш ум?"

Му Сычао взял себя в руки. Он протянул руку и ущипнул Су Вэньцзюня за талию, его уши покраснели.

"Убери свою руку. Что это за слова!"

"Только что профессор держал другого человека за руку и не хотел отпускать".

"Это мой младший брат".

"Я даже не знал, что у профессора есть младший брат".

"Теперь ты знаешь, верно?"

Мысли Му Сычао все еще были несколько запутаны. Количество информации, которую он получил сегодня, было довольно большим. Он отмахнулся от руки Су Вэньцзюня и пожаловался:

"Иди делай свою работу. Ты еще ничего не сделал, а уже сел отдыхать. Будь осторожен, иначе я доложу о тебе начальству".

Су Вэньцзюнь встал, чувствуя себя оскорбленным.

"Я не видел профессора несколько дней..."

Как будто. Он каждую ночь не превращался в кошку и не ложился к нему в постель...

"Я был немного занят в последнее время..."

Му Сычао помассировал виски. Поскольку он уже забросил свои занятия и не собирался возвращаться к отдыху... Наконец, он поджал губы, а затем спросил очень просто:

"Сколько еще осталось до конца твоей смены?"

"Я - менеджер. Я могу уйти сейчас, если захочу".

Глаза Су Вэньцзюня сверкали. Это было немного странно для такого большого мальчика, как он, делать такое выражение, но он уже привык вести себя как ребенок перед Му Сычао, и ему совсем не было стыдно за себя.

"Я просто дам им знать. Поскольку профессор пришел искать меня, они не посмеют больше ничего сказать".

Му Сычао сжал его руку и сказал:

"Тогда я пойду и возьму машину. Переоденься и приходи ко мне на стоянку. Мы можем поехать ко мне".

Су Вэньцзюнь взволнованно кивнул.

На стоянке Сюэ Лин и Вэнь Жои зашли в тупик.

Вэнь Жои сидел на водительском месте, а Сюэ Лин - на пассажирском. Профессор Вэнь настаивал на том, чтобы пристегнуть Сюэ Лина ремнем безопасности, и наклонился всем телом, его выражение лица ясно говорило о том, что если Сюэ Лин откажется слушаться, то он готов просто остаться здесь на весь день.

Наконец, Сюэ Лин перевел взгляд и повернул голову, чтобы посмотреть в окно.

"Что ты хочешь объяснить? Просто скажи это сейчас. После окончания разговора можешь отвезти меня домой".

Вэнь Жои был наконец-то удовлетворен. Он даже воспользовался предлогом пристегнуть ремень безопасности, чтобы поцеловать Сюэ Лина в щеку, прежде чем откинуться на водительское сиденье. Тем не менее, он не забыл потянуть Сюэ Лина за руку, как будто боялся, что тот вдруг убежит или выпрыгнет из машины.

«Сыму, я не знаю, как тебе сказать. Мне не нравится Му Сычао. Конечно, вначале ты мне тоже не нравился..."

"Возможно, нет способа правильно объяснить это чувство..."

Видя, что лицо собеседника стало холодным после того, как он произнес свое первое предложение, Вэнь Жои быстро продолжил и объяснил:

"Я просто имел в виду, что в начале ты мне не нравился, но сейчас я чувствую себя иначе."

Сюэ Лин поднял брови и обхватил обеими руками свою грудь. Он выглядел как королева, лениво подняв подбородок.

"Лжец. Продолжай лгать".

Вэнь Жои беспомощно вздохнул и сказал:

"Я был добр к Му Сычао из-за его лица. Вначале у меня было чувство, что он тот человек, которого я ждал, но позже, когда мы стали больше общаться, становилось все более и более ясно, что он не тот человек, с которым я хотел бы остаться на всю жизнь..."

"Я не выдумываю. Это правда. Иначе я бы не позволил своему любимому человеку находиться рядом со мной более десяти лет без какого-либо развития".

Губы Сюэ Лина дрогнули. Он подумал про себя, что действительно, этот человек не был таким уж несносным.

"Позже, когда я попросил тебя встречаться со мной, я признаю, что в то время я еще плохо соображал, но это также правда, что я думал о поиске парня".

Вэнь Жои опустил глаза и сказал:

"Я так долго был рядом с Сычао. С одной стороны, это было потому, что его дядя попросил меня позаботиться о нем, но с другой стороны, моя интуиция подсказывала мне, что человек, которого я ищу, как-то связан с Сычао... Из-за этого я последовал за ним в страну и поступил в тот же колледж..."

"Но Сычао уже завязал отношения, а человек, которого я хотел найти, все еще не появился. В тот период я был немного встревожен, а ты так похож на Сычао... Я подумал, что, возможно, ты и есть тот, кого я искал. В конце концов, ты был первым человеком, которого я когда-либо встречал, который выглядел как Сычао, но имел совершенно другой темперамент..."

"Признаюсь, я был очень небрежен, когда предложил узнать друг друга получше. Это был подлый поступок с моей стороны, и я не уделял тебе достаточно внимания после того, как мы начали встречаться. Я также пренебрегал тобой, потому что был занят, и из-за этого ты стал объектом хейта в Интернете..."

Голос Вэнь Жои стал мягче, когда он заговорил.

"Потому что после общения с тобой, после долгого времени, я почувствовал, что ты тоже не тот человек, которого я хотел найти..."

"Разве это не прекрасно?"

Сюэ Лин широко раскрыл глаза и солгал сквозь зубы. Он прекрасно понимал, что имел в виду Вэнь Жои, но не собирался так просто прощать его. В конце концов, в оригинальном сюжете, разве Вэнь Жои не был настоящим ублюдком-неудачником? Что касается этого человека...

Хотя он был подставлен системой, в конце концов, Сюэ Лин все равно не мог пойти против.

"Если мы расстанемся, ты сможешь продолжить поиски своей настоящей любви".

"Нет..."

Вэнь Жои также чувствовал, что его слова противоречат друг другу, но он не мог отрицать, что перед ним человек, которого он ждал. Но этот человек также не был оригинальным Нин Сыму!

"Я действительно хочу быть с тобой сейчас. Ты тот, кого я искал!"

Сюэ Лин усмехнулся и сказал:

"Ты действительно говоришь все, что хочешь. Когда ты не хочешь быть с кем-то, это не тот человек, с которым ты хочешь быть. Теперь, когда ты хочешь быть вместе, я вдруг превратился в того, кого ты искал? За кого ты меня принимаешь? Ты вообще учитывал мои желания?"

Вэнь Жои ничего не мог сказать. Он вцепился в руль и не смел смотреть на Сюэ Лина. Он боялся увидеть неприязнь и презрение в его глазах.

"Я..."

"Хватит. Давай больше не будем об этом говорить. Я дал тебе шанс объяснить, но ты мог бы и не пытаться объяснять".

Сюэ Лин отстегнул ремень безопасности.

"Ты за рулем или нет? Если ты не ведешь, я выйду и поеду домой один".

Все тело Вэнь Жои разом подпрыгнуло. Он прижал плечо Сюэ Лина, поджав губы, и посмотрел на него. Его выражение лица было обиженным, когда он сказал:

"Я поведу машину. Не выходи. Я отвезу тебя обратно".

Сюэ Лин закатил глаза, а затем пристегнул ремень безопасности. Он постарался не дать Вэнь Жои ни единого шанса воспользоваться им. Его выражение лица было холодным, и казалось, что он вообще не хочет разговаривать с Вэнь Жои.

"Тогда езжай".

Вэнь Жои чувствовал себя обиженным, пока ехал, и был очень невнимателен за рулем. Время от времени он украдкой поглядывал на Сюэ Лина, пока, наконец, его не отругали:

"Не важно, если ты хочешь умереть, но я не хочу умирать вместе с тобой. Если ты еще раз посмотришь на меня, я выйду из машины".

Вэнь Жои молча повернул голову назад и продолжил смотреть вперед, чувствуя, что сегодня у него совсем нет достоинства джентльмена...

О чем он вообще… Перед его будущим супругом такие вещи как его достоинство годится только для кормления собак.

"Сыму..."

"Да."

"Если мы расстанемся, я все еще смогу добиваться тебя?"

"..."

Сюэ Лин задумался на мгновение и сказал:

"Добиваться меня или нет - твое дело. Но это мой выбор, соглашаться или нет".

Другими словами, если у Вэнь Жои была возможность, он мог добиваться его, но согласится ли Сюэ Лин на это, зависело только от него. Если бы Сюэ Лин был несчастен, то, скорее всего, у него вообще не было бы никакой надежды в этой жизни.

"Хорошо."

Но Вэнь Жои, казалось, совсем не волновался по этому поводу. Пока он мог продолжать добиваться его, у него был шанс. Остальное его не волновало.

"Тогда... Ты можешь удалить мой номер телефона из черного списка?"

Он очень не хотел, чтобы с ним нельзя было связаться.

"Это будет зависеть от твоего отношения".

Сюэ Лин наблюдал за людьми и машинами за окном, и медленно добавила:

"Я не просто внес твой телефон в черный список".

"..."

Вэнь Жои почти забыл, что он был заблокирован на Weibo, QQ и всех других платформах и сервисах.

В глазах Сыму не было места для раздражающей песчинки. Если случалась даже самая незначительная вещь, которой он был недоволен, он тут же сбрасывал ее в пропасть. Похоже, ему предстоял еще очень долгий путь, если он хотел выбраться обратно...

После этого они оба молчали всю обратную дорогу. Системе это показалось довольно странным, и она почувствовала, что атмосфера какая-то неправильная. Она украдкой взглянула на них, а затем тихо спросила своего хозяина:

"Хозяин, ты действительно не собираешься его прощать?"

"Я просто даю ему еще один шанс добиваться меня~".

Сюэ Лин лениво подпер подбородок рукой и мысленно ответил на слова системы.

"Прощу я его или нет, зависит от него".

"Согласно тому, что я знаю о хозяине, твое сердце должно быть настолько мягким, что в нем полный беспорядок... Очевидно, что я подстроил столько подводных камней, но ему действительно удалось не наступить ни на один из них. Если бы ты не появился в этом мире, он бы, наверное, очень скоро все прояснил с Нин Сыму...".

"Так ты понимаешь, что ты все испортила?"

Система: "..."

Теперь это была ее вина? Кто был тем человеком, который заставил его злоупотребить своей властью в прошлом мире?

Быть системой действительно нелегко! К ней вообще не относились как к человеку!

"Теперь я помогаю тебе навести порядок".

Сюэ Лин посмотрел на человека, который больше не осмеливался смотреть на него из-за его предыдущих слов. Он почувствовал, что этот мир действительно очень интересен.

Обычно в каждом мире его мужчина был могущественным и подавляющим. Он редко казался таким доступным, как в этот раз. Более того, в этом мире он выглядел очень мягким, и, судя по описанию в оригинальном тексте, он должен быть очень приятным и ласковым человеком… как… Нежный Закат.

Он вспомнил, что было несколько миров, где этот человек также казался особенно нежным. Пройдя через столько миров, мужчина всегда лавировал между айсбергом и нежностью, но единственное, что никогда не менялось, это то, что независимо от того, был ли он явно подавлен, или его подавленная черта была скрыта, неважно, он всегда был таким чертовски замкнутым.

Система была так разбита. Она не могла дышать после такого обвинения! Она больше не хотела иметь дело с любовной игрой этой пары. Если бы у нее было время на то, чтобы беспокоиться об их нынешнем неловком статусе отношений, она могла бы поискать несколько книг, чтобы почитать и убить время.

Решив вопрос о своих отношениях с Му Сычао, Сюэ Лин отправился в очередь, чтобы спеть на своем канале. Но его ждал целый ряд событий...

Все началось из-за одного человека.

Ну, хорошо. От начала и до конца, именно из-за этого человека поднялся весь этот шум в интернете.

Сюэ Лин как раз занял очередь к микрофону, когда девушки в публичном чате начали отправлять сообщения одно за другим, спрашивая Сюэ Лина о том, что он от них скрывал. После целой череды сообщений модератор отключил звук и попросил их обратить внимание на нынешнего исполнителя у микрофона.

Сюэ Лин нахмурился. Сначала он вошел в свой собственный QQ. Как и ожидалось, как только он вошел в систему, количество уведомлений почти заморозило его компьютер. Сюэ Лин почувствовал, что этот человек мог сделать что-то серьезное, поэтому он подождал, пока его QQ успокоится, и стал читать каждое сообщение по очереди.

В большинстве сообщений были вопросы о его отношениях с Нежным Закатом. Некоторые беспокоились, все ли с ним в порядке, а его поклонницы догадывались о многом и даже спрашивали Сюэ Лина, был ли его парень-неудачник Нежным Закатом.

Сюэ Лин поднял брови. Вэнь Жои никогда не любил смешивать свои личные дела с онлайн-жизнью, поэтому он несколько раз публично заявлял, что не хочет участвовать ни в каких шипах. Он даже сказал в сети, что он и Задумчивый Рассвет были только друзьями, и он надеялся, что онлайн фанаты не будут связывать их вместе.

Что же происходило сейчас? Люди один за другим подходили к нему, чтобы спросить об этом.

Как только Сюэ Лин открыл свой аккаунт на Weibo, из компьютера раздался голос модератора канала, который напомнил ему, что теперь его очередь к микрофону.

Сюэ Лин включил микрофон.

"Добрый вечер всем".

Его тон был более легким, чем в последние два дня, и девушки пришли в восторг, отправляя сообщения, которые бешено прокручивались на экране, передавая приветствия и повторяя свои вопросы, заданные ранее.

"Честно говоря, я почувствовал себя так, словно на меня вылили ведро холодной воды, когда я увидел ваши вопросы. Я до сих пор не знаю, что происходит. Может ли кто-нибудь объяснить мне это простыми словами?"

Итак, все начали говорить Сюэ Лину, чтобы он проверил Weibo. Сюэ Лин издал звук "ох", а затем сказал:

"Хорошо, я посмотрю позже. Сначала я спою для всех".

В последние несколько дней ему нечем было заняться, поэтому он изучал песни этого мира, и его список песен значительно расширился. Он больше не ограничивался определенным жанром, как первоначальный владелец этого тела. Сюэ Лин нажал на древнюю народную песню и тут же начал подпевать.

У него была хорошая память, он помнил все слова и песни, которые слушал всего один раз, поэтому он мог работать в режиме многозадачности, пока пел и открывал свой Weibo...

И вот, когда его фанатки всё ещё были заворожены песней, они вдруг услышали "блять!"

За этим последовали звуки хаоса со стороны Сумеречного Господина и крик: "Твою мать, нежный закат!»

Наконец, он, казалось, вспомнил, что делал, и быстро пришел в себя:

"Ахххх, ветер дул, и я оступился. Притворитесь, что вы ничего не слышали! Хахаха~"

Фанатки ответили, что здесь всегда ветрено, и это нормально, пока он развлекается.

Поскольку он заблокировал Нежный Закат, при обычных обстоятельствах Сюэ Лин не смог бы увидеть ни одного сообщения в Weibo, связанного с его аккаунтом. Но он не мог избежать того, как множество людей ретвитят Вэнь Жои и шлют ему сообщения, в которых он упомянут.

[ Waiting To Think: Сумеречный Господин, большой бог стоит на коленях и умоляет о прощении, скорее взгляни! // Нежный Закат: Сумеречный Господин, детка, я искренне прошу прощения. Я действительно сделал это не нарочно. Сделай мне одолжение, вычеркни меня из черного списка, хорошо? [Слезки] [Слезки] [Слезки] Дамы, пожалуйста, прекратите ссориться и помогите мне QAQ ]

Это действительно был конец света. Нежный Закат так долго был назван богом в сети, но это был первый раз, когда он пытался вести себя мило в тексте. Он также впервые так прямо попросил фанаток сделать что-то для него.

Если бы он добавил фотографию себя, стоящего на коленях на стиральной доске, это сообщение Weibo было бы идеальным, как письмо с извинениями от человека, которого выгнали из спальни и заставили спать на диване.

Сюэ Лин ткнул пальцем и вошел в аккаунт Weibo Вэнь Жои. Он обнаружил, что он не только отправил то единственное сообщение. Он также несколько раз перепостил это сообщение.

[Нежный Закат: Детка, на этот раз я действительно облажался, но меня беспокоит, что у меня нет возможности связаться с тобой, потому что ты закрылся. Хотя бы разблокируй меня на одной платформе, ладно? //

Нежный Закат: Детка... ты действительно экстремально вычеркнул меня отовсюду... ты даже заблокировал меня на YY...

// Нежный закат: Детка, а ты не можешь разблокировать меня на Weibo, QQ и по телефону?

// Нежный Закат: Сумеречный Господин, детка, я искренне извиняюсь. Я действительно сделал это не нарочно. Сделай мне одолжение, вычеркни меня из черного списка, хорошо? [Слезки] [Слезки] [Слезки]

Дамы, пожалуйста, прекратите ссориться и помогите мне QAQ ]

Сюэ Лин закончил петь свою песню, вернулся к микрофону и сказал:

"Простите меня за это... Я испугался Weibo...".

Девушки на общественном экране засмеялись и сказали:

"Господин испугался внезапного признания Нежного Заката?"

"А... Это бомба, а не признание".

Сюэ Лин проверил, и его очередь у микрофона подошла к концу.

"Ладно, тогда я пойду разберусь с этим. До встречи, девочки!"

После того, как его очередь закончилась, Сюэ Лин не собирался продолжать стоять в очереди. Он открыл диалоговое окно Weibo и прокомментировал сообщение Вэнь Жои.

[Сумеречный Господин: помечтай.]

Хотя он ответил "помечтай", Сюэ Лин все равно разблокировал Вэнь Жои на QQ.

[Сумеречный Господин: Чего ты добиваешься!!! (▼皿▼#)]

[Нежный Закат: Я хочу изменить свое имя. Как тебе "Влюбленный Закат"?]

[Сумеречный Господин: Не очень!]

[Нежный Закат: Детка, не сердись больше. Я просто подумал, что так будет проще. Таким образом, никто не будет ненавидеть тебя в будущем, что бы ни случилось. Теперь ты можешь ругать меня на Weibo, и все будут думать, что мы просто поссорились, и не будут нам мешать.]

[Сумеречный Господин: Хаха. Ты думаешь, я идиот, который поверит в твою ложь?]

[Нежный Закат: Я думаю, что Влюбленный Закат звучат очень хорошо.]

[Сумеречный Господин: Отвали. Удали эти сообщения в Weibo! (▼皿▼#)]

[Нежный Закат: Детка, удалить это было бы все равно, что попытаться скрыть это. Люди, которые должны знать, уже знают об этом.]

[Сумеречный Господин: Если это нормально, то ты можешь оставаться в черном списке до конца своей жизни.]

[Нежный Закат: Не будь таким, детка. Я совсем не хочу связываться с тобой через других... Ты сказал, что я могу добиваться тебя. Ты не можешь отказаться от своих слов и не дать мне даже шанса!]

[Сумеречный Господин: Как ты можешь быть таким бесстыдным?]

[Нежный Закат: Как только я подумал о том, что не смогу провести с тобой всю свою жизнь, я понял, что такие вещи, как самоуважение, больше не имеют смысла.]

[Сумеречный Господин: ... Если ты удалишь сообщение в Weibo, я разблокирую тебя...]

[Нежный Закат: Договорились! Я удалю его немедленно].

Сюэ Лин прикрыл лицо и сказал системе:

"У него появились новые странные черты характера...".

Система в данный момент помогала Сюэ Лину редактировать его недавно записанную песню. Услышав слова Сюэ Лина, она подняла мордочку, чтобы прочитать разговор между ними, и мрачно произнесла:

"Он обыграл хозяина...".

Сюэ Лин: "..."

"Похоже, что даже если вы оба поменялись мирами, он все равно знает, что ты будешь относиться к нему с мягким сердцем. Вот почему он ведет себя так возмутительно - ты можешь обновить Weibo, чтобы увидеть, насколько он беспринципен".

Сюэ Лин поджал губы и открыл Weibo Нежного Заката. Как и ожидалось, предыдущее сообщение было удалено, но было добавлено новое.

[Нежный закат: Малыш пригрозил мне и сказал, что занесет меня в свой черный список, если я не удалю это сообщение. Чтобы я обрел счастье в этой жизни, будет лучше, если я послушно удалю его. Девочки, спасибо вам за помощь.]

Выражение лица Сюэ Лин было мрачным. Система пожала плечами и сказала:

"Видишь? Вот что значит дай палец - откусит руку, уступи раз и будешь все время уступать".

Сюэ Лин стиснул зубы и открыл комментарии. Все, что он мог увидеть, это такие комментарии, как:

[Нежный закат показал свою любовь дважды за день, спасите нас! Мы слепнем!]

[Вытянул ногу, чтобы опрокинуть миску с собачьим кормом!]

[Хватит, мы знаем, что у тебя есть малыш. Следующий!]

[Не думал, что Сумеречный Господин такой высокомерный…]

[Почему это явно сообщение, которое послал Нежный Закат, но мы все равно чувствуем, что Господин не в духе…]

[Очевидно, только что, когда Господин был у микрофона, он в порыве гнева назвал имя Заката, а затем сказал, что ему нужно пойти разобраться с делами. После этого Закат удалил свой пост. Тск, тск.]

[Неудачник, с которым, по словам Господина, он расстался, должен быть Закатом, верно? (-i_-｀) Нежный Закат, что плохого ты сделал, что заставило тебя встать на колени на стиральной доске? Не думай, что тебя так легко помилуют!]

Сюэ Лин потер подбородок. Все комментарии были похожи на игривые жалобы на то, что они едят собачий корм. Хотя содержание некоторых комментариев было немного странным, большинство фанатов все же делали рациональные замечания.

Фан-менеджер Сюэ Лина наблюдала за этим инцидентом, а затем прямо спросила Сюэ Лина об этом.

[Беннини: Дорогой, что происходит между тобой и Закатом? Он твой бывший парень?]

Голос Нежного Заката был хорошо известен в аудио кругах. Его голос был чистым и нежным, и его уже давно прозвали богом. Все в основном обращались к нему как 'Закат'.

Беннини была лидером фангруппы Сумеречного Господина. Она была одной из самых первых поклонниц, и они были знакомы уже два года. Они познакомились, когда она была еще студенткой колледжа, но теперь она была замужем.

Когда Беннини вышла замуж, Сумеречный Господин даже присутствовал на ее свадьбе. Узнав его возраст, Беннини всегда считала его своим братом, и благодаря ей, хотя фангруппа Сумеречного Господина была еще небольшой, она всегда была хорошо организована.

[Сумеречный Господин: .... угу. Бывший парень или что-то в этом роде - примерно так.]

[Беннини: У тебя были отношения, но ты даже не сказала мне (w`) Дорогой, разве я больше не твоя старшая сестра... (слезки)]

[Сумеречный Господин: ... Нет... Я хотел сказать тебе, но мы уже расстались, и все закончилось вот так, так что...]

[Беннини: В чем дело? Вы расстались? Он плохо с тобой обращался! Дай своей старшей сестре его адрес, твоя старшая сестра и зять пойдут поддержат тебя и изобьют его у него дома!]

[Сумеречный Господин: ... Нет, это я с ним расстался.]

[Беннини: ?]

[Сумеречный Господин: Ах. Я не знаю, как объяснить это старшей сестре. Это касается наших общих дел, и я не хочу об этом говорить.]

[Беннини: Но он явно не хочет, чтобы это дело вбило клин между вами двумя. Кота уже выпустили из мешка. Хотя это может помочь вам стать популярным на некоторое время, такое внимание не пойдет вам на пользу и вызовет неприязнь других людей. В последнее время количество ваших поклонников резко возросло, и трудно ими хорошо управлять. Я беспокоюсь, что кто-то доставит вам неприятности.]

[Сумеречный Господин: Все в порядке, не волнуйся об этом слишком сильно. В ближайшем будущем у нас должно появиться много новых поклонников. Просто соберите новую группу и управляйте ею так же. Через некоторое время мы узнаем, останутся они или уйдут, а ты пока повремени с их обучением.]

[Беннини: Ооо, Господин имеет в виду, что ты скоро станешь популярным?]

[Сумеречный Господин: Разве сестра не считает, что я должен быть популярным?]

[Беннини: Да, да, да! Чем сексуальнее, тем лучше! Хахахаха, эта старшая сестра ждала столько лет, и наконец-то этот день настал! Я наконец-то могу сказать им, хахаха, что я встретила Господина лично!]

[Беннини: Эй, эй, красавец Господин, иди поцелуй меня~]

[Сумеречный Господин: Шурин зовет тебя домой на ужин]

[Беннини: Ах ты, сопляк! Не играй так!]

Разобравшись со своим менеджером, Сюэ Лин получил сообщение от организатора мероприятий. Хотя он уже давно присоединился к музыкальному каналу, эфирное время Сумеречного Господина было довольно коротким.

Поскольку он был занят своей стажировкой, переездом и другими делами, он не всегда участвовал в этих мероприятиях. Теперь, когда у него появилось больше времени, планировщики, естественно, стали его искать.

[Game Over: Господин~ Хочешь принять участие в концерте? _(:3)∠]_ Раз в году проходит большой концерт, ну же, соглашайся ~ Ты еще никогда не пробовал, это здорово~ Умоляю тебя покажи себя хоть в этот раз!]

[Сумеречный Господин: Твоя мама знает, что ты такой бесстыжий, когда говоришь?]

[Game Over: Моя мама знает~ Если ты обещаешь прийти, я тоже могу называть тебя "мамой"~]

[Сумеречный Господин: Твой отец знает, что ты такой бесстыжая?]

[Game Over: ~(～o￣▽￣)～o... катается на спине... o～(＿△＿o～)~ Господин хочет, чтобы я тоже называл тебя "папой"?]

[Сумеречный Господин: ... Ты выиграл. Что это за концерт? Это дуэты? Но у меня нет партнера...]

[Game Over: Какой тип тебя интересует, Господин? Мы лучшие свахи, и я могу выступить в роли посредника. Что вы думаете о Закате? Он никогда не участвует в концертах, но у меня есть предчувствие, что если Господин присоединится, он обязательно придет...]

[Сумеречный Господин: Ты ведь знаешь, что он мой бывший парень?]

[Game Over: Я не знал~ Значит, отношения между вами такие (⊙o⊙) Это здорово. Это взрывная тема для разговора! Тогда давай сделаем это, Господин должен принять участие!]

[Сумеречный Господин: ...]

[Game Over: Детка, муа~ Я сейчас позвоню Закату. Я думаю, что он точно предпочтет выступить на концерте с тобой, а не стоять на коленях на клавиатуре.]

[Сумеречный Господин: Хватит, прекрати играть. Ты шпион, которого он подослал, верно? Сколько он заплатил, чтобы найти меня?]

[Game Over: Ооо, кажется я не понимаю, о чем ты говоришь? ~~ Ну, тогда решено. Когда мы со всеми свяжемся, я соберу вас в группу. Сначала я поцелую детку Господина~ муа~ ╭(╯3╰)╮].

Сюэ Лин без выражения нажал на «x» и закрыл разговор. Он спросил свою систему:

"Что происходит? Он пытается пойти обходным путем?"

Система уже закончила редактирование песни и теперь создавала изображение для видео. Услышав голос Сюэ Лина, она посмотрела на компьютер перед Сюэ Лином:

"Разве ты не знаешь в глубине души как обстоят дела с этим человеком? Он как минимум хочет объявить, что ты принадлежишь ему на глазах у всего мира. Даже если ты еще не его, он хочет, чтобы все знали, что ты тот, за кем он гоняется".

"Я знаю~ Разве я не даю ему возможность провоцировать меня, чтобы я мог безжалостно избивать его?"

Сюэ Лин лениво потянулся и еще раз просмотрел сюжет. В первоначальном плане этот период времени был оставлен открытым для Нин Сыму, чтобы создать проблемы. Он сделал так, чтобы у них четверых не было покоя ни в сети, ни за ее пределами, а поскольку он разгласил много новостей обо всех четверых, особенно о Вэнь Жои, это привело к тому, что он был популярен довольно долгое время.

Но это была популярность, основанная на ненависти, и в этот период было много неприятных моментов. Следующим событием, которое должно было произойти после этого, был фестиваль.

На этот месяц был запланирован масштабный фестиваль анимации. Уровень популярности Сумеречного Господина был недостаточно высок, чтобы его пригласили участвовать в таком мероприятии, но Му Сычао принял участие.

Чтобы найти своего младшего брата, Му Сычао принял большинство приглашений, которые он получил. Конечно, обычно он надевал черную маску, когда появлялся на публике. Хотя он уже нашел своего младшего брата, он все равно продолжал участвовать во многих мероприятиях, которые посещал раньше.

Его отношения с Су Вэньцзюнем были раскрыты Нин Сыму во время этого фестиваля, что вызвало хаос среди фанатов на месте событий и в итоге сорвало интервью в прямом эфире.

У Сюэ Лина не было привычки раскрывать чужие отношения, но он все же планировал пойти на этот фестиваль анимации.

Он собирался пойти не для того, чтобы посмотреть шоу и развлечься, а потому что многие люди с его канала тоже собирались пойти. Многие люди из его фангруппы собирались приехать и хотели встретиться лицом к лицу. Информация о том, что Сюэ Лин живет в этом городе, уже была обнародована, и довольно много людей заявили, что как человек из этого города, он обязательно должен пойти.

Первоначальный владелец этого тела, вероятно, пропустил это мероприятие, потому что был одержим идеей разрушить жизнь каждого в данный момент времени. Теперь у Сюэ Лина не было причин отказываться. Он мог только согласиться, а затем открыть кошелек и посмотреть, сколько там денег.

На самом деле, у оригинала не было недостатка в деньгах. Хотя они не встречались, отчим регулярно посылал ему деньги каждый месяц. Только вот первоначальный владелец этого тела был крайне неловким и категорически отказывался пользоваться его деньгами.

Он рано просыпался, поздно возвращался домой и работал на разных работах, пока не нашел свою нынешнюю работу переводчика, и качество его жизни, наконец, начало улучшаться.

Сюэ Лин посмотрел на деньги, оставшиеся на его банковском счету, и почувствовал, что ему, вероятно, все еще нужно найти работу, которую он забросил в угол на некоторое время... У него была система, которая делала за него такие вещи, как перевод~.

Поскольку у него был такой золотой палец, было бы пустой тратой времени, если бы он не использовал его в такие моменты.

Изначально Сюэ Лин думал, что Вэнь Жои преследовал его, ведя себя в интернете как бесстыдник. Неожиданно оказалось, что это лишь часть его действий. На следующий день, когда его разбудили от сна звуки и запахи, доносившиеся из кухни, Сюэ Лин глубоко осознал, что его мужчина в этом мире, вероятно, никогда не поймет, что значит быть «отвергнутым».

Сюэ Лин погладил свою голову, полную мелких кудряшек. Они были очень непослушными; Сюэ Лин снова попытался расправить их, но безуспешно, и, не обращая на это внимания, в пижаме ковылял на кухню.

Человек, который неизвестным образом проник в его дом, стоял перед плитой в фартуке. На плите в кастрюлях томились каша и суп, в воздухе витали ароматы, от которых у Сюэ Лина громко заурчало в животе. Но он все еще выглядел удивленным и возмущался: "Как ты вошел?!"

Вэнь Жои повернул голову и увидел, что он проснулся. Его губы изогнулись, и он сказал:

"Ты проснулся? Давай позавтракаем, если ты не спишь. Я сегодня утром ходил на рынок, купил свинину и сделал булочки на пару. Можешь попробовать".

Сюэ Лин посмотрела на стол. Стол уже был накрыт на двоих, и завтрак уже стоял на столе. От каждого блюда исходил пар, а аромат стоял нешуточный. В животе у Сюэ Лина заплакал одинокий кит...

Он надулся и решил расправиться с мужчиной после того, как наестся досыта.

Сюэ Лин сначала пошел в ванную, умылся, прополоскал рот, переоделся и попытался расчесать свои кудри, которые, как всегда, упрямо путались.

Когда он снова вышел, Вэнь Жои уже снял с плиты кашу и вынул из пароварки булочки с мясом. Они были выложены на тарелку одна за другой, белые, толстые и очень симпатичные.

"Откуда у тебя мой ключ?"

"В прошлый раз, когда я ходил за лекарствами для тебя, я сделал запасной на всякий случай".

Вэнь Жои принес приготовленные соусы и сел за стол, когда все было готово.

"Хотя у тебя дома очень чисто, по пустому холодильнику и основным кухонным принадлежностям видно, что ты не очень-то заботишься о себе. Лекарства, которые есть у тебя дома, просрочены, а ты даже не поменял их".

"Это не значит, что ты можешь просто сделать копию моего ключа и входить в мой дом, как тебе вздумается".

Как только Сюэ Лин закончил говорить, к его губам поднесли булочку с паром.

"Хочешь попробовать? Я не знаю, что ты любишь, поэтому приготовил все как обычно".

В душе Сюэ Лин задался вопросом, действительно ли он готовит дома... но не стал спрашивать об этом вслух, а лишь бросил взгляд на Вэнь Жои, после чего опустил голову и откусил булочку.

"Мм..."

Булочка на пару была не очень большой, и ее можно было съесть за два-три укуса. После того, как он прокусил кожицу, аромат приготовленного мяса вырвался наружу и проник в его нос. Специально приготовленная свинина была завернута внутрь теста и издавала характерный аромат после приготовления на пару. Когда немного мясной юшки из булочки попало в рот через булочку, Сюэ Лину захотелось плакать.

Этот вкус был очень знакомым. В любом мире, если Су Сюаньянь готовил еду, она всегда несла его прикосновение, и всегда была одинаковой. Вдруг в этом мире он снова смог есть его еду, - Сюэ Лин необъяснимо поперхнулся.

Ах, как же ему хотелось обнять этого человека и потереться о него...

Вынашивая эти мысли, он смотрел на Вэнь Жои глазами, наполненными влагой.

Вэнь Жои все еще не знал, как себя вести, и вдруг увидел его со слезами на глазах. Он поспешно встал и подошел, чтобы спросить:

"Что случилось? Неужели так вкусно, что хочется плакать?"

Сюэ Лин не знал, смеяться ему или плакать, поэтому он уклонился от ответа и сказал:

"Я хочу плакать, потому что это невкусно!"

Вэнь Жои увидел, что он снова смеется, и почувствовал себя немного спокойнее. Только что его сердце было в панике. Он не мог вынести, что человек перед ним так смотрит на него, и протянул руку, чтобы погладить его по голове.

"Просто ешь больше, если тебе нравится. Я приготовил много, и если ты не сможешь доесть это сегодня, мы можем убрать все в холодильник".

Сюэ Лин отбросил его руку и уже собирался заговорить, когда раздался звонок в дверь.

В стене рядом с обеденным столом была вмонтирована панель доступа к двери в жилой комплекс. Сюэ Лин посмотрел на Вэнь Жои, а затем пошел посмотреть, кто пришел в гости так рано утром.

На самом деле было не так уж и рано, но он привык отсыпаться. Для него любое время до полудня считалось ранним утром.

Человек по другую сторону панели доступа выглядел очень знакомым. Его брови были очень похожи на брови Сюэ Лина.

Сюэ Лин поднял брови - он не ожидал, что Му Сычао решит навестить его сегодня. Казалось, что он уже закончил переваривать всю информацию, которую узнал вчера...

"Старший брат".

Приняв вызов по внутренней связи, Сюэ Лин улыбнулся и поприветствовал Му Сычао, нажав на кнопку, чтобы открыть ворота и впустить его.

"Поднимайся, я открою тебе дверь".

Кнопка, которую он нажал, открыла ворота в жилой дом. Му Сычао был совсем не похож на Вэнь Жои и не стал бы притворяться жильцом, чтобы попасть в дом.

Сюэ Лин жил на третьем этаже, и попасть в его квартиру было проще простого. Вэнь Жои, казалось, услышал Сюэ Лина, когда тот поприветствовал его как "старшего брата", но он по-прежнему сидел, не шевелясь, как гора, и выглядел так, словно жил здесь и был одним из хозяев дома.

Сюэ Лину было лень возиться с ним. У него не было возможности объяснить ему все как следует, поэтому он повернулся и пошел открывать дверь для Му Сычао.

Задача Сюэ Лина в этом мире не была похожа на все его предыдущие задачи. В прошлом он менял судьбу главных героев, ухудшая их первоначальный благоприятный конец. В других, как в мире мерфолков, он мог изменить сюжет мира, просто изменив свою собственную судьбу.

Но этот мир был еще более спокойным, чем мир мерфолков. Пока он не вмешивался в отношения двух главных героев и позволял им сближаться, они могли оставаться вместе, пока их волосы не побелеют.

Му Сычао был человеком с собственным мнением. Он был немного старше Су Вэньцзюня и более четко понимал, чего хочет. Если он чего-то хотел, он стремился к этому. Если бы Нин Сыму не натворил дел, он мог бы попытаться укрепить свои отношения с Су Вэньцзюнем, и они, естественно, остались бы вместе до конца.

Су Вэньцзюнь был другим. Он был молод и безрассуден, и можно даже сказать, что проблемы, созданные между ними Нин Сыму, изменили их отношения и заставили Су Вэньцзюня повзрослеть как можно быстрее.

Из мятежного, собственнического и особенно ревнивого проклятого ребенка он превратился в уверенного взрослого, который был готов отпустить Му Сычао и исполнить желания его умершего брата.

Сюэ Лин не мог прокомментировать, была ли эта перемена хорошей или плохой. В любом случае, при нормальном развитии этой истории, все в итоге оказались бы в синяках.

Если бы он не сделал этих вещей, развитие их отношений, вероятно, сильно замедлилось бы. Как брат Му Сычао, Сюэ Лин считал, что нет ничего плохого в том, что он приложит немного усилий, чтобы проверить любовника своего брата.

А что касается его и Вэнь Жои?

Изначально он просто играл с ним. Он не знал, мог ли Вэнь Жои подсознательно понять, что Сюэ Лин ничего ему не сделает, поэтому все его действия были особенно чрезмерными, но в то же время оставались на той грани, где Сюэ Лин не разозлится настолько, чтобы ответить. Это заставляло его чесаться и скрипеть зубами, но он не мог ничего с ним сделать, макСымум, что он мог - это немного поругать его и заставить признать свои ошибки.

Он уже был готов встать на колени на стиральной доске. Извиниться было несложно.

Му Сычао купил подарок. Вероятно, он подумал, что должен принести что-то для первого прихода в его дом. Он не купил никакой здоровой пищи или чего-то подобного, а вместо этого принес закуски. Возможно, потому что Сюэ Лин казался таким маленьким, и он чувствовал, что не ошибется, если попытается его откормить.

Сюэ Лин был немного растерян, когда принял кучу закусок. Его лицо было полно удивления, когда он моргнул, а голова с вьющимися волосами выглядела очень мило.

Му Сычао протянул руку и погладил его по голове.

"Вы с мамой очень похожи, у вас обоих кудрявые волосы".

"О".

Сюэ Лин положил закуски в руки и схватился за голову:

"Почему старший брат пришел так рано? Ты уже завтракал? Мы как раз сейчас едим, не хочешь присоединиться к нам?"

"Мы?"

Му Сычао удивленно огляделся вокруг и обнаружил, где находится столовая. Он увидел выходящего Вэнь Жои, который выглядел очень непринужденно и начал уговаривать его младшего брата:

"Малыш, твоя каша сейчас остынет. Иди и поешь сначала."

Сюэ Лин поднял пакет с закусками и бросил в его сторону.

"Не называй меня малышом, я не трехлетний ребенок!"

"… Жои…"

Му Сычао почувствовал, что не может понять его. Он сделал паузу на несколько секунд, прежде чем задаться вопросом:

"Почему ты здесь?"

Только закончив говорить, он вспомнил, что, переваривая вчерашнюю информацию, он, кажется, забыл, что... его хороший друг, похоже, состоит в отношениях... с его младшим братом?

"Я пришел, чтобы приготовить ему завтрак".

На самом деле, в прошлом он не часто бывал в квартире Сюэ Лина, но Вэнь Жои вел себя так, словно не мог быть более знакомым с этим местом, как будто он был вторым хозяином этого места.

"Он любит спать по утрам, и если его никто не разбудит, он будет спать до полудня. Для его желудка вредно есть завтрак на обед".

Сюэ Лин закатил глаза. Это действительно была его привычка - в любом мире, пока он бездельничал, он использовал это время для сна. Хотя это был не сон в обычном понимании этого слова, и на самом деле он занимался культивированием... Но чтобы этот человек мог угадать его привычки даже без его воспоминаний...

Тск. Как бы ему описать это недовольное, но счастливое настроение?

Система: "..."

Они действительно демонстрировали свою любовь. Она была такой яркой, но ее хозяин все равно настаивал на расставании. Кто бы им поверил, если бы они сказали, что не были увлечены друг другом?

"… Старший брат, не обращай на него внимания. Он тайком пошел и сделал другой ключ. Я как раз собирался позвонить в полицию и заявить, что он вломился в мой дом после завтрака".

Сюэ Лин потянул Му Сычао вперед, обойдя Вэнь Жои и толкнув его на стул.

"Старший брат, попробуй паровые булочки".

Му Сычао чувствовал себя немного неловко, но два других человека, казалось, совсем не смущались. Их взаимодействие было необъяснимо гармоничным, и у Му Сычао возникло ощущение, что он только что был поражен их близостью.

"Жои, когда ты сошелся с Сыму?"

"Давно".

Вэнь Жои смотрел на Сюэ Лина и ждал, пока тот доест свою порцию жидкой каши, которая была как раз нужной температуры. Он небрежно ответил Му Сычао:

"Мы начали встречаться, пока ты был занят тем, что накручивал себя по поводу отношений с тем маленьким мальчиком".

"Тогда почему ты не сказал мне…"

Му Сычао нахмурился.

"Если бы ты сказал мне раньше... Я бы смог найти Сыму раньше…"

"Ты никогда не говорил мне, что ищешь своего младшего брата. Я также не знал об отношениях между тобой и Сыму".

Пока он говорил, он запихнул еще одну булочку с мясом в рот Сюэ Лину.

"Вы с Сыму даже не похожи".

Сюэ Лин презрительно посмотрел на него. Очевидно, он начал встречаться с ним из-за того, что они были похожи. В результате он полностью изменил свою точку зрения и теперь говорил, что они совсем не похожи.

Му Сычао: "..."

Это была иллюзия? Почему он чувствовал, что его хороший друг настороженно относится к нему?

"После развода родителей я последовал за нашим отцом, а Сыму - за матерью. Мы жили раздельно более десяти лет и никогда не встречались, поэтому я никогда не говорил об этом с тобой. Все эти годы я искал свою мать, но на самом деле я искал и Сыму".

Вэнь Жои не интересовался этими вещами и просто издал звук, подтверждающий, что он слышит. В принципе, он знал все о Му Сычао. Сейчас его больше интересовало, как Сюэ Лин провел эти годы.

"Сыму... Я пришел сегодня, потому что хотел спросить тебя о некоторых вещах".

Му Сычао развел руками и выглядел немного неловко.

"Ты уже упоминал, что у тебя есть личные вещи матери..."

"Да, есть".

Сюэ Лин доел паровую булочку, затем вытер руки и повернулся к спальне.

"Мама оставила кое-что для тебя перед смертью и сказала, чтобы я отдал это тебе, когда найду тебя. Я взял это с собой, когда переезжал, так что теперь это со мной".

Вэнь Жои не последовал за ними, а принялся добросовестно убирать со стола.

Вряд ли он мог быть более добродетельным.

Сюэ Лин достал вещи, которые принадлежали Му Сычао, основываясь на воспоминаниях этого тела, и передал их ему. Эти вещи изначально были оставлены для Му Сычао их матерью, но по первоначальному сюжету Нин Сыму не очень нравился старший брат, претендующий на внимание его возлюбленного, поэтому он никогда не поднимал этот вопрос.

Отношения между братьями не были близкими с самого начала, но они становились все более и более отдаленными по мере того, как Нин Сыму бросали.

Му Сычао принес все вещи в гостиную и стал их перебирать. Он рассматривал их одну за другой.

В коробке лежали все письма, которые они с матерью пересылали друг другу. Также там были письма, которые мать писала ему время от времени, но они больше не могли до него добраться, поэтому она отправляла одну копию по почте, а другую хранила как запасную. Она хранила их вместе с предыдущими письмами, чтобы в один прекрасный день все это можно было передать Му Сычао.

Даже до конца своей жизни она продолжала писать письма Му Сычао. Он открыл и прочитал только одно письмо, и уже был погружен в печальный транс.

Сюэ Лин быстро остановил его, не дав продолжить чтение писем.

"Старший брат может забрать их с собой. Позже ты сможешь прочитать их медленно. Когда я был маленьким, я часто видел, как мама писала тебе эти письма, и она всегда писала их с улыбкой. Я думаю, она не хотела бы, чтобы ты грустил, читая их, поэтому будь счастлив".

Му Сычао замер на мгновение, затем кивнул головой и торжественно сказал:

"Хорошо."

"Сыму..."

Он замолчал на мгновение, сжимая письмо в руке. Наконец он поднял голову и спросил Сюэ Лина:

"Не хочешь ли ты переехать к своему старшему брату?"

Сюэ Лин очень естественно покачал головой. Его ответ был твердым.

"Я уже вырос, и хочу жить самостоятельно. Я понимаю смысл слов старшего брата - в этом мире только мы есть друг у друга, но нам не обязательно жить вместе, чтобы быть близкими... Мне очень нравится старший брат, и если старший брат беспокоится обо мне, ты можешь приходить ко мне так часто, как захочешь~".

"Ты также можешь зайти в интернет и послушать мое пение~ Твое настроение станет лучше, когда ты услышишь, как я пою~".

Му Сычао увидел, как он улыбается, и понял, что Нин Сыму действительно не нужно жить с ним. Он беспомощно вздохнул и сказал:

"Это правда. В таком случае, в будущем я буду видеть тебя чаще. Сыму поет в интернете? Что за песни?"

Вэнь Жои лениво поднял голову и сказал:

"Как давно ты не был на Weibo? Ты сможешь найти его, если посмотришь мои последние посты".

Му Сычао: "..."

Он был прав. Его друг был действительно враждебен по отношению к нему... Это было необходимо... Это был его родной брат - что может произойти между ними? Чтобы он ревновал до такой степени... Человек перед ним действительно не был похож на Вэнь Жои, которого он знал.

"А... Старший брат, в этом месяце в городе будет проходить фестиваль анимации. Наш канал планирует провести оффлайн-встречу. Не хочешь пойти со мной?"

"Подожди. У вас оффлайн встреча? Почему я не знаю об этом?"

Голос Вэнь Жои был немного холодным, когда он вмешался, заставив Му Сычао сдержать слова, которые он собирался сказать.

Сюэ Лин моргнул и невинно посмотрел на него.

"Между нами нет никаких отношений. Я не обязан рассказывать тебе о своих планах".

Вэнь Жои был подавлен словами Сюэ Лина "между нами нет никаких отношений", и некоторое время молча смотрел на него.

Му Сычао, потирая подбородок, задумчиво спросил:

"Фестиваль в городе в этом месяце? Это на стадионе Юньцзе в районе Наньшань?"

"Да. Старший брат знает о нем?" — Сюэ Лин повернул голову и, оставив Вэнь Жои в стороне, радостно схватил Му Сычао за руку:

"Вэнь Жои только что упомянул о Weibo. Может ли быть, что старший брат также участвует в аудио-драмах?"

"Ах, вы двое познакомились в интернете. Я забыл об этом".

Му Сычао наконец вспомнил, что Вэнь Жои раскрыл ему информацию о своем малыше.

"Да. Сыму должен узнать меня, я - Задумчивый Рассвет".

Сюэ Лин похлопал себя по голове и сказал:

"О! Я знаю! Ты тот, кто стоит в паре с Нежным Закатом. Знаешь, твои фангёрлы некоторое время назад приходили ко мне на Weibo, чтобы пофлеймить. Драка была очень ожесточенной, и теперь они все еще говорят, что я увел твоего мужчину».

Му Сычао нахмурился и сказал:

"Они действительно склонны к этому. Я давно не выходил в интернет, чтобы проверить их. Через некоторое время твой старший брат отправится поддержать тебя".

"Это хорошо."

Всегда лучше иметь больше больших бедер, которые можно обнять. Сюэ Лину было все равно, был ли он популярен, потому что его ненавидели, или потому что он был горяч. Пока они были его поклонниками, он верил, что в конце концов они станут его настоящими поклонниками~

"Старший брат определенно более полезен, чем некоторые другие люди."

Вэнь Жои открыл свой мобильный телефон и молча начал набирать новое сообщение в Weibo.

Поэтому утром поклонники Нежного Заката снова получили головокружительное сообщение от их божества, в котором он презрительно отозвался о своем коллеге, с которым он якобы был в паре в прошлом.

[Нежный Закат: Я никогда не любил участвовать в парных проектах и до сих пор не люблю. Кроме моего малыша Сумеречного Господина, я надеюсь, что мои поклонники больше не будут говорить ни о каких других парах. Особенно о Задумчивом Рассвете - мой малыш снова враждует со мной из-за этого. Если он действительно сбежит с Задумчивым Рассветом, вам, дамы, придется взять на себя ответственность за это.]

Младшие сестры были в замешательстве, и все они выразили мнение, что он сам виноват!

Почему мы должны брать на себя ответственность за это? Почему никто не понял их внутренних страданий?!

Сюэ Лин увидел, что они оба пишут на Weibo, и молча достал свой телефон. Открыв свой аккаунт, он обнаружил, что уже получил обновление.

Он увидел сообщение Вэнь Жои, как только зашел на сайт, и стиснул зубы, обдумывая, какая будет реакция у Му Сычао, если он подойдет сейчас и укусит Вэнь Жои у него на глазах.

Он уже готовился вступить в схватку с Вэнь Жои, когда на его Weibo пришло новое уведомление. Он кликнул на него и обнаружил, что Му Сычао также сделал сообщение.

При этом он написал его, ретвитнув пост Нежного Заката:

[Задумчивый рассвет: Я не против позаботиться о малыше, Сумеречном Господине. Продолжайте в том же духе, дамы~ // Я никогда не любил участвовать в парных проектах и до сих пор не люблю. Кроме моего малыша Сумеречного Господина, я надеюсь, что мои поклонники больше не будут говорить ни о каких других парах. Особенно о Задумчивом Рассвете - мой малыш снова враждует со мной из-за этого. Если он действительно сбежит с Задумчивым Рассветом, вам, дамы, придется взять на себя ответственность за это. ]

На данный момент это действительно стало драмой года. Сюэ Лин удивленно посмотрела на Му Сычао.

"Брат..."

Му Сычао потер голову.

"Твой старший брат говорит правду. Если он тебе действительно не нравится, скажи об этом старшему брату. Я обязательно встану на твою сторону и дам ему отпор".

Сюэ Лин неловко рассмеялся, а затем наконец отреагировал на свои первоначальные слова.

"Но, старший брат... не слишком ли двусмысленно ты это сказал..."

"Не беспокойся о нем. Он всегда был таким в сети, и никто не найдет в этом ничего плохого".

Вэнь Жои не мог спокойно смотреть на то, как братья ведут себя так дружно, и был вынужден вставить ногу, решительно блокируя все, что хотел сказать Му Сычао:

"Если кто-то и будет недоволен таким развитием событий, так это твой парень".

"Я ясно объясню ему свои отношения с Сыму".

Му Сычао не беспокоился об этом. Он лишь хотел, чтобы его поклонники лучше относились к его младшему брату. Он уже давно был в этом кругу и знал, насколько вредными могут быть люди в сети.

Даже если у его младшего брата было хорошее душевное состояние, он не хотел допустить, чтобы ему навредили такие слова.

"Я буду присутствовать в качестве гостя на вечернем шоу на фестивале анимации, о котором говорит Сыму. Возможно, мы сможем пообедать вместе, прежде чем я выступлю вечером".

"Старший брат будет петь?"

"Да. Хотя мои способности к пению не так уж велики, на таких мероприятиях обычно озвучивают и поют вместе. Ты можешь прийти посмотреть шоу - у меня есть билеты для друзей и родственников".

"Хорошо!"

"Если ты хочешь пойти посмотреть, я тоже могу принять приглашение выступить... Я тоже умею петь. Мы можем спеть вместе..." — пробормотал Вэнь Жои, но никто не обратил на него внимание.

Он молча склонил голову и снова открыл Weibo.

[Нежный Закат: Увы, мой малыш держит меня на расстоянии. Как мне пройти через это... ]

[Воспоминания детства: тон Заката кажется таким жалостливым...]

[Сумасшедшая соседка: Закат пытается вести себя как жертва и привлечь внимание? Не может быть, верно? Может быть, Его Величество украл твоего малыша сразу после того, как переслал сообщение?]

Самой известной работой Задумчивого Рассвета была длинная аудио-драма, в которой была прекрасно показана жизнь молодого императора из романа. Основываясь на своем опыте изображения императоров в аудио-драмах, он сумел интерпретировать эту роль самым совершенным образом. С тех пор поклонники называют его "Его Величеством".

[Разговоры о молодости: Закату еще не удалось вернуть Господина? Кто-то со стороны Господина сказал, что вы уже расстались. Закат, ты уже вставал на колени и обнимал его ногу, умоляя не отталкивать тебя? ]

[ Не хватает времени на обновления: *Потирая голову Заката*~ Возможно, тебе стоит попробовать превратить сырой рис в вареный~ ]

(*Превратить сырой рис в варенный - затащить в постель.)

Му Сычао оставался до самого вечера, прежде чем уйти. Обед в полдень также был приготовлен Вэнь Жои. После того, как Му Сычао отправился в путь, Вэнь Жои тоже собрался уходить. Сюй Лин удивленно посмотрел на него.

"Ты наконец-то вновь обрел самоуважение? Готов уйти?"

Вэнь Жои покачал головой и сказал:

"Нет, просто в холодильнике не осталось еды. Я пойду куплю продукты".

Сюэ Лин на мгновение задумался и решил, что заставлять его готовить еду не так уж плохо. Он надел ботинки и собрался пойти с ним.

"Я дам тебе еще один шанс. Не забудь оставить ключ, когда выйдешь позже~".

Хотя он так и сказал, он понятия не имел, когда Вэнь Жои действительно ушел.

После ужина Вэнь Жои отправил Сюэ Лина принять ванну. После того, как он вышел, он включил компьютер, чтобы зайти на свой канал и спеть, пока Вэнь Жои помогал ему наводить порядок и убирать дом. Наконец, когда пришло время спать, он уложил его в постель со стаканом теплого молока.

Все было так естественно. Казалось, что они уже давно живут вместе. Иногда Сюэ Лин реагировал на просьбу прежде, чем успевал подумать, и делал то, что ему говорили. Он послушно выпил молоко и лег спать.

Все время, пока Вэнь Жои выключал свет после того, как он заснул, Сюэ Лин испытывал странное чувство...

Смог ли Вэнь Жои восстановить его воспоминания о предыдущих мирах, которые они провели вместе?... Или так будет каждый раз, когда часть его души временно покинет его?

Все его действия казались особенно знакомыми, и чаще всего у Сюэ Лина не было возможности сказать что-нибудь, чтобы прогнать его, потому что стоило ему открыть рот, чтобы заговорить, как Вэнь Жои блокировал его слова и придумывал что-то новое.

Свет в квартире был выключен, а дверь в квартиру закрыта. Сюэ Лин убедился, что мужчина ушел, а затем тайком достал свой мобильный телефон и открыл Weibo.

После целого дня раздумий, обсуждения под постом, который отправил Нежный Закат, взорвались. Многие из них поддерживали Сумеречного Господина, и Сюэ Лин широко улыбнулся, когда зашел почитать комментарии.

Большинство комментариев шутили над ними, или интересовались, почему Задумчивый Рассвет вдруг появился, когда они вдвоем занимались своими делами. Небольшая часть комментариев была посвящена тому, что Его Величество действительно никогда не менялся, предлагая Закату поспешить и найти Его Величество для дуэли.

Сюэ Лин прочитал активность в комментариях и усмехнулся, нажав "нравится" на комментарий, который предлагал Вэнь Жои и Му Сычао сразиться друг с другом. Затем он вернулся на свою страницу в Weibo и проверил своих поклонников.

Число его поклонников увеличилось на несколько десятков тысяч благодаря сегодняшней маленькой драме. Сюэ Лин скривил губы, взглянул на песню, которую он отправил ранее, и снова заглянул в комментарии.

Промежуток времени между песнями, которые он отправлял, был относительно небольшим. Эти две песни были связаны между собой, но их стиль был совершенно разным. Песня в старинном стиле была элегантной и изящной, а песня в оперном стиле была очень трогательной; современная бравурная баллада, полная дразнящих намерений. Она действительно вызывала у слушателей желание встать на колени и назвать его "папой".

Его сообщение о современной песне было наполнено комментариями, содержащими слово "папа". Все просили больше песен, говоря, что сейчас слишком много заинтересованных людей, и места не хватает. Поторопитесь и выложите больше, чтобы все могли насладиться~.

Сюэ Лин закончил просматривать большинство комментариев и мог наконец спокойно лечь спать, но тут появилось уведомление о личном сообщении. Это было прямое сообщение Вэнь Жои.

[Нежный Закат: Разве ты не должен спать?]

Сюэ Лин надулся, немного недовольный тем, что этой ночью он удалил этого человека из своего черного списка в Weibo.

[Нежны Закат: Я видел, как ты нажал "нравится" на чей-то комментарий. Бесполезно притворяться, что тебя там нет. ]

Вэнь Жои продолжал посылать ему сообщения.

Сюэ Лин ответил ему смайликом с высунутым языком, а затем послушно лег спать.

Он не знал, было ли это потому, что первый мир, где они встретились, был тем, где он был его старшим братом, но пока мужчина говорил с ним строгим тоном, он часто обнаруживал, что у него нет другого выбора, кроме как делать то, что хочет другая сторона. Этот метод был так же эффективен, как и слова любви, и было неизвестно, как Вэнь Жои обнаружил этот факт.

С тех пор Сюэ Лин видел Вэнь Жои каждое утро, когда просыпался, и последнее, что он видел перед тем, как закрыть глаза ночью, тоже был он.

Вэнь Жои стал относиться к его дому как к тайной базе - кроме того, что его не было там, когда он спал ночью, он проводил там большую часть своего времени.

Сюэ Лина кормили три раза в день хорошей едой, и его отношение постепенно смягчалось. Хотя время от времени он все еще холодно разговаривал с Вэнь Жои, тот обычно просто гладил его по голове, пока тот не менял свое отношение. Вэнь Жои также не воспринимал его ледяные и пронзительные замечания всерьез.

Все виртуальные ножи, которые посылал Сюэ Лин, блокировались его мягкостью. Со временем отношение Сюэ Лина стало меняться, и он начал смягчаться в реальной жизни, хотя в сети он по-прежнему оставался горделивой королевой.

Вэнь Жои, похоже, тоже не собирался срывать свой фасад. Казалось, он понимал, что Сюэ Лин специально разыгрывает его, поэтому его поведение часто было очень мягким. Он был настолько мягок, что Сюэ Лину становилось стыдно за такое отношение к нему, и он даже мог извиниться перед ним после того, как ударил его ледяным ножом.

Вскоре наступило время фестиваля анимации. Сюэ Лин назначил время встречи с Му Сычао у входа в его жилой комплекс, но Вэнь Жои тоже явился за ним, поэтому, выходя из дома, за ним уже тянулся хвост.

Когда он дошел до входа в свой комплекс, то обнаружил, что хвост был не только у него. Позади Му Сычао торчал еще один распушенный хвост.

Сегодня утром пришел холодный фронт, и чтобы не замерзнуть от резкого падения температуры, Му Сычао надел черный балахон. Капюшон был довольно большим и закрывал половину лица. Он также носил маску, и если бы за ним не следовал маленький хвостик, Сюэ Лин мог бы его не узнать.

Сюэ Лин подошел и позвал: "Старший брат!"

Му Сычао снял маску и помахал ему рукой.

"Доброе утро. Сегодня утром холодно, ты надел дополнительную одежду?"

"Да. Вэнь Жои заставил меня".

"О."

Му Сычао ущипнул себя за щеки и снова надел маску.

"Жои пришел так рано утром, чтобы заставить тебя надеть больше одежды? Похоже, это настоящая любовь".

"Вчера я тоже выбирал одежду для профессора посреди ночи. Мы с профессором тоже любим друг друга".

Су Вэньцзюнь говорила ледяным голосом, стоя за спиной Му Сычао.

Сюэ Лин закатил глаза на гуна главного героя и проигнорировал его. Он просто спросил Му Сычао:

"Старший брат простудился или что?"

"О, ты имеешь в виду маску на лице?"

Му Сычао покачал головой и сказал:

"Хотя я участвую в мероприятии как приглашенный гость и раздаю автографы, я не собираюсь показывать свое лицо. Вообще, я всегда надеваю маски, когда иду на фестивали или мероприятия".

"Что ж, лучше перестраховаться~"

Пока они разговаривали, Вэнь Жои уже подогнал свою машину.

Сюэ Лин сел на заднее сиденье. Му Сычао хотел последовать за ним, но Су Вэньцзюнь был на шаг быстрее и занял его место, так что в итоге они оказались втроем на заднем ряду с Су Вэньцзюнем посередине между двумя братьями.

Сюэ Лин проворчал, открыл дверь и сел на переднее пассажирское сиденье, а затем обратился к Му Сычао:

"Старший брат, этот твой парень очень ревнив".

Су Вэньцзюнь крепко держал Му Сычао за руку и зыркал на Сюэ Лина. Му Сычао посмотрел вперед и почувствовал, что Вэнь Жои также смотрит на него недружелюбными глазами.

Он только посмеялся над словами Сюэ Лина, в душе подумав, что тот, кто сейчас сидел за рулем, тоже был великим демоном, хлебавшим уксус - он был даже больше ревнивец, чем Су Вэньцзюнь!

Но ключевым моментом было их положение! По сравнению с Вэнь Жои, его парень еще даже не закончил детский сад.

Сюэ Лин договорился встретиться с певцами и другими людьми с канала, участвующего в фестивале, довольно поздно. Они условились собраться вместе в палатке у стенда их канала.

Некоторые из певцов были очень известны, и у них было много поклонников. Они решили встретиться там, чтобы не привлекать внимание и не создавать шум. Здесь же находились и дополнительные товары, которые продавцы разместили здесь для хранения.

Все присутствующие в машине были так или иначе вовлечены в один круг. У большинства из них были общие темы, поэтому Сюэ Лин и Му Сычао быстро увлеклись разговором. Они обсуждали предпочтения и увлечения друг друга на протяжении всей поездки и обнаружили, что они действительно братья.

Независимо от того, какие певцы им нравились, какое оборудование они предпочитали, или даже каким артистам они подражали —  они были похожи. Как братья, они испытывали в этот момент радость и сожаление.

У Су Вэньцзюня на протяжении всего пути было холодное выражение лица. Он никак не мог вмешаться в их разговор. Вэнь Жои тоже несколько раз пытался заговорить, но его блокировал Сюэ Лин. В конце концов, он решил сосредоточиться на вождении и больше не пытался мешать его малышу общаться со старшим братом.

Город А был довольно большим, даже в масштабах всей страны. Здесь был крупнейший стадион с таким количеством трибун, что одного взгляда было недостаточно, чтобы охватить их все.

Очередь на вход также была очень длинной. Хотя, по сравнению с ранним утром, к моменту прибытия Сюэ Лина и его группы очередь немного уменьшилась, она все равно была довольно длинной.

Сюэ Лин проснулся поздно и перед выходом выпил стакан воды, чтобы не опоздать. Теперь, когда ему пришлось стоять в очереди, он с досадой потирал живот, чувствуя, что немного проголодался.

В этот момент Вэнь Жои, как ангел, протянул ему коробку.

"Я догадался, что ты пропустишь завтрак, поэтому принес это для тебя".

Он открыл коробку. В ней было несколько булочек с разными вкусами.

"Я взял это с собой, когда уходил из дома. Поторопись и поешь, а то остынет".

Сюэ Лин послушно откусил кусочек от мягкой булочки и запил молоком из стакана, который протянул мужчина. Он удовлетворенно прищурил глаза.

Му Сычао подошел к Су Вэньцзюню и прошептал ему на ухо:

"Я тебе уже говорил. Я не нравлюсь Вэнь Жои. Если бы я ему нравился, мне бы не пришлось беспокоиться о еде и одежде, так как он бы мне во всем помогал".

Су Вэньцзюнь уже все это понял. Он порывисто схватил Му Сычао за руку и спросил:

"Профессор хочет, чтобы я делал то же самое? Я тоже могу научиться готовить..."

Му Сычао повернул голову, чтобы посмотреть на него. Когда он встретился с его взглядом, полным предвкушения, он подумал о том, что Су Вэньцзюнь приготовил в прошлый раз. Он слегка улыбнулся и сказал:

"Нет необходимости. Твой профессор может делать такие вещи, как приготовление пищи для нас".

Су Вэньцзюнь был немного недоволен.

"Профессор говорит, что то, что я готовлю, несъедобно?"

"Ты и сам знаешь, что это несъедобно. Будь умницей и перестань суетиться. Твой профессор - человек с независимым жизненным опытом. Мне не нужно, чтобы ты держал меня в своих объятиях и заботился обо мне".

Му Сычао улыбнулся, коснувшись головы своего ученика.

"..."

Су Вэньцзюнь поднял руку и молча указал на двух мужчин перед ним. Один из них кормил, а другой ел, и они выглядели так, словно находились в состоянии любви и блаженства.

"Согласно словам профессора, ваш брат скоро... станет не в состоянии заботиться о себе?"

Му Сычао посмотрел на двух мужчин перед ним и спокойно сказал:

"Человек познает радости и горести только того, через что прошел сам. Я не Сыму, и у меня нет права принимать за него решения. Похоже, ему так удобно, и мне нет нужды много говорить. Тем более, я знаю, что за человек Жои. Как только он определится с человеком, он будет относиться к нему со всей душой. Поскольку они выбрали друг друга, я уважаю их выбор".

Хотя он был старшим братом Нин Сыму, в конце концов, он был всего лишь братом.

Они только начали узнавать друг друга. Он чувствовал, что Нин Сыму прощупывает его. Он не стал расспрашивать его о том, как Нин Сыму жил все эти годы, боясь случайно затронуть то, о чем Нин Сыму не хотел вспоминать.

К счастью, несмотря на то, что Нин Сыму, похоже, рос в одиночестве, у него все сложилось удачно. Му Сычао, как человек, не принимавший участия в его развитии, не мог судить о его эмоциональной жизни.

Это была самая личная вещь между ними. Он мог только молча поддерживать их на заднем плане. Если ему и нужно было что-то сделать, так это просто промолчать.

Су Вэньцзюнь посмотрел на Нин Сыму, который только что закончил есть и теперь всячески отчитывал Вэнь Жои, и тихо подумал, что хорошо, что человек, который ему нравится, - это его профессор, а не Нин Сыму. Он бы не смог выдержать странный характер этого человека...

Однако, если он хотел быть квалифицированным возлюбленным, он должен был заплатить любую цену или вытерпеть что-то, чего он не хотел. Он также хотел помочь своему профессору, и также хотел позволить ему показать такое беззаботное выражение лица...

Было бы лучше быть такими, как эти двое перед ним. Он также хотел быть связанным с профессором онлайн, и сделать так, чтобы фанаты, которые любят болеть за разные парочки, заткнулись...

Увы... Если бы только его профессор не был так хорош во флирте...

Но если бы его профессор не флиртовал, он не был бы его профессором... И, возможно, они бы не встретились и не оказались вместе...

Пары были погружены друг в друга, и время пролетело особенно быстро. Очень скоро наступила очередь четверых, у них проверили билеты, и они официально вошли на территорию фестиваля. Сюэ Лин открыл свой мобильный телефон и вошел в QQ.

Люди, участвующие в сегодняшней встрече, уже отправили множество фотографий в групповой чат. Сюэ Лин нашел номер стенда, который они упоминали ранее, и начал искать его по карте-путеводителю на входе.

Некоторые участники группы уже несколько раз проявляли нетерпение, призывая его встать с постели и посетить фестиваль. Сюэ Лин передал задачу по поиску стенда Вэнь Жои, взял его за руку и пошел следом, а затем склонил голову, чтобы продолжить отвечать людям в группе.

[Сумеречный Господин: Я прибыл. Я ищу стенд. Не торопите меня~ ╮(╯▽╰)╭ ]

[ Не уезжай в апреле: Дорогой, скорее, скорее~ Мы тайно припрятали маленькие подарки от босса (*^__^*) и сохранили для тебя несколько копий~ ]

[Темные облака: Мне больно. Сестра Эйприл, почему ты не оставила несколько для меня... QAQ ]

[ Не уезжай в апреле: Уходи, я подарю их Господину!]

[Сумеречный Господин: Это подарок на нашу первую встречу? Думаю, вам понадобится больше копий. Со мной три человека. Можно ли привести членов семьи? ]

[ Судзаку: Господин привел Нежный Закат? ]

[ Время вышло: ∑(っ°Д°;)っ!!! Ты привел своего парня! Разве недостаточно того, что ты публично демонстрируешь свою любовь? Ты даже привел его сюда, чтобы покрасоваться перед нами (>﹏<) Как будут жить одинокие собаки! ]

[ Конфетка: Господин, ты изменился! Мы же договорились, что будем лучшими друзьями до конца жизни, а первой в отношения вступит собака!!! ]

[ Не уезжай в апреле: Господин хочет сказать, что это нормально быть собакой, пока у него есть Закат. Кто хочет быть с тобой лучшими друзьями ～o(￣ヘ￣o＃) ]

[ Сумеречный Господин: Ну, Заката взяли с собой в качестве запасного варианта. Я привел сюда Его Величество. Все должны приготовиться встать на колени и кричать "да здравствует"! ]

[ Прохладный Ветер: Конечно, Закат пришел... Хотя Его Величество тоже пришел... Господин, я никогда не думал, что ты такой человек ⊙▽⊙ ]

[ Красная пыль: Его Величество - это тот, у кого сегодня выступление? ╰(*°▽°*)╯ Задумчивый рассвет! Это великий бог! ]

[ Лунный свет: Если я правильно помню, Сумеречный Господин тоже великий бог... ]

[ Возврат в прошлое: Внезапно стало так много богов ].

[ Сумеречный Господин: Мы здесь~ Кто-то должен выйти поприветствовать нас~ ]

Большинство людей в группе были певцами с канала или кем-то из управляющего персонала. Практически все, кто пришел сегодня, были частью группы. В группе было более дюжины человек, и они выглядели довольно внушительно, когда собрались все вместе.

Сюэ Лин назвал пароль девушке на входе, а затем провел всех внутрь. Войдя, они увидели, что многие люди в палатке смотрят на них с ожиданием.

Сюэ Лин не чувствовал никакого страха перед сценой. Он поднял руку и поприветствовал всех: "Привет~".

Некоторые люди в толпе подняли руки в ответ и спросили: "Господин?"

Сюэ Лин скривил губы и кивнул.

"Это я. Разве мы не болтали только что? Почему никто не разговаривает теперь, когда я появился?"

Как только он открыл рот, чтобы заговорить, тишина в комнате была нарушена. Большая толпа людей внезапно столпилась вокруг него, их голоса звучали хаотично.

"У Господина прекрасный голос и он так красив вживую!"

"Господин, муа~!!!"

"Господин, дай я ущипну тебя за лицо!"

"Господин такой красивый!"

"Господин даже привел с собой трех красивых мужчин!"

"Ооооо, это целая куча красавцев!"

"Прекрасный Господин, я буду поддерживать тебя всю жизнь!"

Сюэ Лин был очень спокоен, и даже успел представить людей позади себя:

"Это Задумчивый Рассвет, и Нежный Закат, а это..."

Он указал на Су Вэньцзюня и сказал:

"Я не знаю, откуда взялся этот маленький некто. Он пришел с Его Величеством, и вы, ребята, можете просто не обращать на него внимания".

Губы Су Вэньцзюня дрогнули. Он подумал про себя, что ему очень не нравится Нин Сыму. Он действительно не понимал, почему этот человек так любит дразнить его...

Все собравшиеся были оживлены и взволнованы. Большинство из них уже общались раньше, и Сюэ Лин был очень рад пообщаться с ними. Он очень хорошо ладил с людьми на канале, а также раньше общался с некоторыми людьми из группы аудиодрамы.

Вэнь Жои и Му Сычао раньше работали вместе с певцами с канала, поэтому им не было неловко присоединиться к ним. Су Вэньцзюнь сначала был недоволен тем, что профессор оставил его в стороне, но потом смог влиться в коллектив.

Наступило время обеда. Ресторан уже был забронирован, поэтому все выходили группами, готовые к веселью.

После обеда они отправились в караоке, которое также было заранее забронировано. Их группа состояла в основном из певцов, и они уже давно готовились к выступлению.

Сюэ Лин все еще держал в руке свой мобильный телефон. Он склонил голову, чтобы поиграть с ним, и Вэнь Жои потянул его за собой, пока они шли. Вэнь Жои несколько раз потряс рукой перед его лицом и сказал, чтобы он прекратил играть на мобильном телефоне, но был отброшен, поэтому у него не было выбора, кроме как действовать в качестве навигатора для него.

И тут он обнаружил, что это чувство было довольно приятным. По крайней мере, большинство взглядов, обращенных на него и Сюэ Лина, были полны желания и зависти.

Сюэ Лин обновил домашнюю страницу и обнаружил новую фотографию из планировщика канала "Не уходи в апреле", старшей сестры, которая приготовила для него подарок на встречу.

Она была старшей сестрой, отвечающей за планирование событий на канале, и была одной из тех, кто основал канал, а также одним из лидеров. Раньше Сумеречный Господин не был с ней близок, но после появления Сюэ Лина в этом мире они сблизились, и она стала особенно заботливо относиться к нему.

"Не уезжай в апреле" поделилась фотографией, на которой были запечатлены их спины. Подростка, который был ниже ростом, тащил за собой мужчина рядом с ним, и они были очень близко друг к другу. Подросток смотрел в свой мобильный телефон, а мужчина направлял его, пока они шли.

Эта картина была до смешного гармоничной. Сопроводительное сообщение "Не уезжай в апреле" гласило:

[Эта история говорит нам о том, что когда у тебя нет парня, не смотри на свой мобильный телефон во время прогулки! [фото]]

Сюэ Лин: "..."

Он молча нажал на комментарии к фотографии. Многие фангёрл задавались вопросом, кто этот человек. Многие из них были с канала и знали, что сегодня будет оффлайн-встреча, но они не могли разглядеть лица двоих на фото, и эти двое не были похожи ни на кого с фотографий, которые они отправляли в группу ранее.

Никто из них никогда раньше не видел такого проявления любви, и все они плакали и умоляли старшую сестру дать им ответ. Если им суждено умереть, то они хотели умереть от умиления, а не от разочарования!

Но Weibo Эйприл оставался безмолвным.

Сюэ Лин задумался на мгновение, включил фронтальную камеру своего мобильного телефона и схватил Вэнь Жои, который все еще тянул его за собой. Он сказал:

"Остановись. Давай сделаем фото".

Вэнь Жои посмотрел на него несколько беспомощно.

"Хватит валять дурака. Мы идем, почему ты хочешь сделать фото именно сейчас?"

Сюэ Лина это совершенно не волновало. В этом мире его характер стал намного хуже. Поскольку этот мир изначально был предназначен для отдыха, он действительно делал все, что хотел, и не желал терпеть даже малейшего недовольства.

Видя его выражение лица, Вэнь Жои несколько беспомощно замедлил шаг и действительно присоединился к нему, чтобы сделать снимок. Хотя его выражение лица носило следы беспомощности, оно казалось более снисходительным, чем что-либо другое.

Ракурс, который выбрал Сюэ Лином, был довольно странным. Хотя он запечатлел их обоих, на снимках была видна только нижняя половина лица и все тело. Сюэ Лин подправил ракурсы, а затем потратил немало времени на то, чтобы выбрать лучший из многих, прежде чем отправить его на Weibo.

["Сумеречный Господин": По дороге на обед. Я остановил кое-кого, чтобы мы могли сфотографироваться~ фото] ].

Как только его фото было отправлено, "Не уезжай в апреле" немедленно переслала его. Она даже повернула голову в реальной жизни, чтобы жестом показать Сюэ Лину, что она помогла ему распространить эту волну собачьего корма.

Этот пост в Weibo привел фангёрл в бешенство.

[ "Не уезжай в апреле": Вот ответ, которого вы, ребята, хотели. Он даже привел своего партнера на групповую встречу. Увы, я очень хочу опрокинуть эту миску с собачьим кормом ногой. // Сумеречный Господин: По дороге на обед. Я остановил кое-кого, чтобы мы могли сфотографироваться~ [фото]]

[ Темные облака: (╯‵□′)╯︵┻━┻ Я опрокинул миску с собачьим кормом одной ногой, а затем был вынужден беспомощно поднять ее и съесть Увуууууу… Господин и Закат действительно не просто играют?! Надеюсь, у них будет счастливая жизнь! ]

[ Острый меч: Такие красивые. Хотя показана только половина их лиц, меньший должен быть Господин, верно? Он выглядит таким милым... ]

[ Много домашней работы: Почему то, что вы отправляетесь, чтобы посмотреть новости о фестивале анимации, а получаете мешок с собачьим кормом? Может ли этот мир стать более дружелюбным к одиноким собакам? ]

[ У меня болит шея: Я уже видел нашего Господина насквозь. Вероятно, он видел, как мы плакали и умоляли увидеть его настоящий облик, поэтому он специально прислал это фото для нас! Если вы осмелитесь, пришлите фото! Пришлите фото всего вашего лица! ]

[ Мисс знает лучше: (-i_-｀) Эта пара уже долгое время показывает нам свою драму, тайно наслаждаясь своим временем вместе. Сегодня они наконец-то показали нам немного сладости. Не знаю, почему эта миска с собачьим кормом до сих пор кажется мне немного аппетитной. ]

[ Джанго: (＿＿)ノ｜ Я могу только сказать, что желаю им счастливой жизни. Надеюсь, Закат будет должным образом баловать и потакать нашему Господину! ]

Сюэ Лин закончил читать комментарии тех, кто был вынужден есть собачий корм, удовлетворенно убрал свой мобильный телефон и последовал за толпой в ресторан, который они выбрали ранее.

Во время совместного ужина все были громкими и активными. Никто не пил спиртного, но довольно многие все равно умудрялись шуметь.

После того, как Му Сычао снял маску, все с любопытством стали расспрашивать о его отношениях с Сюэ Лином. Они действительно были слишком похожи, особенно когда находились рядом друг с другом.

Хотя их темпераменты в корне отличались, они оба были хороши собой, и люди, посмотрев на них некоторое время, непременно что-то замечали.

Му Сычао ответил на эти вопросы:

"Он мой младший брат".

"У Его Величества есть младший брат! Но я никогда не видел, чтобы ты сотрудничал с Господином все эти годы... Это действительно слишком хорошо маскировалось".

Сюэ Лин махнул рукой и сказал:

"Тсс, мой старший брат только недавно узнал о моем увлечении. В прошлом моя семья была очень строгой. Они не разрешали мне выходить в интернет, и мне приходилось тайком пробираться туда, чтобы спеть для вас. Это было нелегко!"

На самом деле, правда никого не волновала. Му Сычао, естественно, последовал примеру Сюэ Лина и продолжил:

"Тут много можно говорить, но если бы не Закат, который привел своего парня, я бы никогда не узнал, что мой младший брат так хорошо поет".

Все смотрели на Сюэ Лина и Вэнь Жои лукавыми взглядами. Их лица, казалось, говорили:

"Вы двое давно любовники, но все равно умело скрывали это?"

Сюэ Лин кашлянул и сказал:

"Что вы на меня смотрите? Я не видел, чтобы вы присматривали за мной, когда мой старший брат хотел сломать мне ногу..."

"Ничего себе, Его Величество хотел сломать ногу Господину..."

"Разве я похож на человека, который прибегает к насилию?"

Му Сычао беспомощно надавил на голову Сюэ Лина, говоря ему, чтобы он не делал свои истории такими преувеличенными.

Сюэ Лин недовольно хмыкнул, склонив голову, и молча съел еду, которую Вэнь Жои положил ему на тарелку.

Группа не использовала недомолвки между двумя братьями для создания проблем. Они сменили тему и продолжили разговор, оживленно обсуждая, кто из них будет петь лучше. Так что, еще до того, как еда на столе была убрана, некоторые из них уже поспешили в караоке, чтобы заказать комнату.

Сюэ Лин ел ни быстро, ни медленно, время от времени ковыряясь в еде, а затем спокойно доедая ее, когда Вэнь Жои угрожал ему. К тому времени, как они вчетвером прибыли в караоке, там уже стояла длинная очередь. Сюэ Лин не стал подниматься и присоединяться к толпе, он нашел относительно просторный диванчик и прилег переварить пищу.

Эйприл подошла к нему и закатила глаза: "Ты такой неторопливый, как старик".

"Я просто боюсь, что если я буду петь, вы все склонитесь перед моим голосом и попросите меня петь все время".

Сюэ Лин закатил глаза, а затем медленно сел, прислонившись к Вэнь Жои.

"Что ты хочешь? Ты думаешь, что я слишком счастливо лежу, и ревнуешь меня?"

"Нет, Господин! Но мне кажется, что раньше у тебя еще было какое-то достоинство? Куда оно теперь делось?"

"Его съел Закат".

Сюэ Лин схватил руку Вэнь Жои и лениво потянулся.

"Хватит, разве это не просто конкурс пения? Я иду!"

Девушка: "..."

Хотя ее целью было заставить его прийти и спеть, почему она чувствовала себя так, будто ее насильно накормили собачьим кормом? А Закат еще даже не заговорил!

Вторую половину вечера они провели в караоке. Му Сычао даже удалось вздремнуть, прислонившись к Су Вэньцзюню во время такого шумного мероприятия. Когда он проснулся, то сказал, что ему нужно осмотреть сцену, и он уйдет первым, прихватив с собой Су Вэньцзюня.

После его ухода Эйприл наклонилась к Сюэ Лину и с любопытством спросила:

"Господин! Младший брат рядом с Его Величеством должен быть его парнем, верно? Кажется, что эти двое не разлей вода".

Сюэ Лина только что отогнали от микрофона, потому что он все время его держал. Он пил воду, но когда он услышал эти слова, его брови наморщились, и он весело сказал:

"Почему ты спрашиваешь об этом? Вы планируете разоблачить моего брата?"

"Вовсе нет!"

Эйприл была молодой девушкой. Как менеджер канала, она, похоже, прекратила работу, чтобы сосредоточиться на музыке. Она сказала Сюэ Лину:

"У голоса этого младшего брата хороший тембр. Мой друг недавно готовился к съемкам нового сериала и переживал, что не сможет найти нужный голос. Если ты хороший брат, то познакомь его со мной~ Из того, что ты говоришь, кажется, что он тоже в круге".

"Его зовут Солнце и Луна Горной Реки. Он часть круга, а также актер озвучивания. Просто скажи своему другу, чтобы он пошел и договорился о встрече".

Вэнь Жои прервал разговор, засовывая пастилку в рот Сюэ Лина.

Эйприл получила информацию и с радостью записала имя Су Вэньцзюня. Она похвалила:

"Закат просто великолепен. Я боялась, что Господин обманет меня, если я спрошу его".

"Ты заметила, что я тут рядом с тобой, когда ты говоришь такие вещи?"

"О, дорогой Господин, муа~ Ты самый милый. Ну, я собираюсь сообщить эту счастливую новость другим людям на встрече~".

Сюэ Лин потянулся, посмотрел на время, затем вскочила на ноги и сказал:

"Еще рано. Давай вернемся на фестиваль. Я хочу подышать свежим воздухом~".

Вэнь Жои, естественно, последовал за ним, когда он уходил. Вдвоем они попрощались с группой, которая, по сути, вошла в азарт пения, и вышли из караоке среди шума.

Зимой ночь наступала рано, и небо уже окрасилось в красный цвет. Сюэ Лин зевнул и медленно размял на ноги для неторопливой прогулки.

"Разве тебе не интересно, почему я выложил нашу совместную фотографию?"

Он задал этот вопрос неожиданно, пока они шли.

Вэнь Жои покачал головой и ответил:

"Не любопытно. Я не буду мешать тебе делать то, что тебе нравится".

"Тск."

Сюэ Лин повернул голову, чтобы посмотреть на него, и начал идти позади, протянув руку к Вэнь Жои, чтобы тот мог вести его, пока они шли.

"Почему ты такой скучный? Ты преследуешь меня уже полмесяца и даже не получил ответа. Ты даже не выглядишь счастливым, что я выложил фотографию нас двоих. Может быть, у тебя действительно нет никаких желаний и стремлений?"

Его взгляд встретился с глазами Вэнь Жои, когда он заговорил. Несмотря на то, что они были как обычно нежными, в их глубине, казалось, пылало яростное пламя.

Шаги Сюэ Лина подсознательно приостановились.

"Никаких желаний и стремлений".

Вэнь Жои, казалось, тщательно обдумывал эти четыре слова, а затем улыбнулся, словно весенний ветерок. Однако Сюэ Лин почувствовал, как по его спине пробежала дрожь, а волосы внезапно встали дыбом.

"Если бы у меня не было никаких желаний, зачем бы я бесстыдно торчал с тобой весь день? Разве есть необходимость в том, чтобы я заботился о плохих привычках какого-то человека?"

"Кажется, это называется синдром домработницы".

Вэнь Жои крепко сжал его руки и довольно беспомощно проговорил:

"Тебе действительно так трудно угодить. Я так усердно работаю каждый день, чтобы угодить тебе, но ты в итоге считаешь меня просто домработницей".

"Ты не хочешь? Если тебя это не устраивает, ты можешь вернуть мне ключи. Я могу гарантировать, что завтра ты не сможешь попасть в дом".

Сюэ Лин моргнул, сделал шаг назад и радостно сказал:

"Или я могу просто подарить тебе этот ключ. Я поменяю замки, когда вернусь".

"Я согласен. Мне приятно заботиться о тебе. Если ты сжалишься надо мной и позволишь мне переехать к тебе, а не бегать каждый день, я буду еще больше счастлив".

Сюэ Лин задумался, поднял подбородок и высокомерно сказал:

"Хорошо. Этот господин позволит тебе оставаться рядом и служить мне. Завтра у меня будет время, и ты как раз сможешь перевезти свои вещи".

Вэнь Жои говорил только то, что считал нужным, и был готов к отказу с самого начала. Неожиданно Сюэ Лин действительно согласился. Этот приятный сюрприз произошел слишком быстро; простите его за то, что он некоторое время не мог ответить.

Он взял Сюэ Лина за руку и притянул его к себе, прямо отправив этого человека в свои объятия. Сюэ Лин был застигнут врасплох, и его голова ударилась о его грудь. Он прикрыл ушибленную голову, которая немного пульсировала, и посмотрел на него, говоря сквозь стиснутые зубы:

"Что ты делаешь?"

"Убеждаюсь, что человек в моих объятиях реален, а не просто выдумка, которую я создал!"

Вэнь Жои широко улыбнулся, а затем склонил голову, чтобы поцеловать его в лоб.

"Может, найдем место для ужина? Выступление начнется после того, как мы закончим. Тогда мы сможем вернуться на фестиваль".

Сюэ Лин надулся и издал звук согласия. Он пробормотал:

"Ты уже по одному этому подозреваешь, что я фальшивлю. Как же тебе не хватает уверенности..."

"Я просто не ожидал, что ты так легко простишь меня..."

Вэнь Жои был вне себя от радости, его глаза были головокружительного оттенка чернильной тьмы.

"Знаешь, всего полмесяца назад ты с ледяным выражением лица говорил о том, что собираешься порвать со мной".

Сюэ Лин в душе подумал, что и сам не ожидал, что продержится так долго. Полмесяца - этот мир действительно был слишком спокойным. Кроме как заниматься культивированием, ему больше нечем было заняться.

Достаточно было просто иногда поддразнивать его; отношения между ними не должны были включать в себя такие вещи, как так называемое прощение. В конце концов, это было то, что взбудоражило систему, так что он не воспринимал это так серьезно, и он не был по-настоящему зол...

Но, несмотря на это, он все равно был очень недоволен тем, что лица двух братьев так похожи на его собственное.

Система: "..."

Да, да, в конце концов, это все равно моя вина, мой просчет...

Увы, система чувствовала себя так удрученно...

В последнее время ее хозяин жил слишком комфортно. Это должно заставить его снова испытать невезение в следующем мире - чем больше не повезет, тем лучше.

Сюэ Лин понятия не имел, что замышляет система в данный момент. Он последовал за Вэнь Жои, когда они уходили, и спросил:

"Как ты думаешь, я действительно простил тебя, или я только обещаю снова сойтись с тобой, чтобы влюбить тебя сильнее, и снова оттолкнуть тебя в сторону, чтобы ты окончательно потерял голову?"

Вэнь Жои не знал, смеяться или плакать, глядя на него.

"Тебе не нужно проходить через столько трудностей. Я не упаду духом, даже если ты меня бросишь десять тысяч раз".

Сюэ Лин: "... Хорошо, тогда я доверюсь тебе в этот раз".

На самом деле, то, что сказал мужчина, было неплохо. Независимо от того, сколько раз его воспоминания были обнулены, он все равно смог бы безошибочно найти его и влюбиться в него.

Даже если бы система расставила для него эти ловушки и нашла двух людей, так похожих друг на друга, она не добилась успеха. Только из-за того, что он колебался, она выставила его подлецом.

Сюэ Лин размышлял о том, влюбится ли он в человека, если тот действительно окажется мерзавцем, и в конце концов пришел к выводу, что будет бить мерзавца до тех пор, пока тот не станет лучше, а затем позволит другой стороне продолжать любить его.

Его характер был испорчен этим человеком за все эти миры. Если бы он перешел к кому-то другому, он бы точно не смог его терпеть. Сюэ Лин сузил глаза и крепко сжал руку Вэнь Жои. Он наклонился к его уху и сказал:

"Жди, пока я тебя не найду".

Вэнь Жои с любопытством посмотрел на него и спросил: "Что?"

Сюэ Лин покачал головой.

"Ничего~"

Для плавного развития сюжета этого мира требовалась лишь незначительная корректировка. Как критический компонент изменения, пока Сюэ Лин не сделает шаг, сюжет не пойдет в ложном направлении.

Поэтому он присматривал за Му Сычао и Су Вэньцзюнем в течение нескольких лет, и за это время они несколько раз ссорились, расставались и снова сходились, прежде чем, наконец, успокоились и провели остаток жизни вместе. Сюэ Лин наконец-то смог расслабиться и взял Вэнь Жои с собой в путешествие по миру.

Неизвестно, было ли это связано с тем, что Су Вэньцзюнь часто видел любовь Вэнь Жои и Сюэ Лина, или же его слишком часто бил по лицу ядовитый язык Сюэ Лина, но он повзрослел быстрее, чем в оригинальной истории.

Сотрудничество, которое он организовал через Эйприл, получило множество отличных отзывов, и он постепенно начал расти как звезда. Только после того, как его сила и способности были признаны в кругу, и он смог настоять на своем, его отношения с Задумчивым Рассветом были обнародованы.

К тому времени Задумчивый Рассвет уже не принимал участия во многих аудио-драмах. В основном он выступал в качестве ведущего или участвовал в живых шоу. Он также стал известен на канале Сюэ Лина, и иногда объединялся с Сюэ Лином, чтобы спеть вместе.

Если бы не отношения "Сумеречного Господина" и "Задумчивого рассвета", которые были хорошо известны в кругу, а проявления любви Сюэ Лина и Вэнь Жои не были так бесконечны, многие, возможно, болели бы за "Сумеречного Господина" и "Задумчивого Рассвета" как за пару.

Личность Сюэ Лина, пока он был в этом мире, становилась все более и более беззаботной. Он провел всю свою жизнь с Вэнь Жои, и самое долгое время, которое они провели в разлуке, это когда они не видели друг друга в течение дня.

Они проводили свои дни, приклеившись друг к другу, и расставались только раз в десять лет или около того. Каждый раз, когда кто-то в кругу обсуждал это, все говорили, что они были образцовой парой.

В конце концов, "Солнце и Луна Горной Реки" и "Задумчивый Рассвет" постоянно то появлялись, то исчезали, и за исключением самого начала, когда они спорили на публике, но втайне все еще были влюблены, они никогда не переживали никаких бурь.

Если Сюэ Лин что-то предлагал, Вэнь Жои всегда кивал головой и соглашался. Хотя то, что он делал, и то, что говорил Сюэ Лин, иногда были совершенно разными вещами, они жили вместе прекрасной жизнью, и даже Му Сычао немного завидовал им.

Однако он также был очень рад, что его младший брат встретил Вэнь Жои. Он очень серьезно поблагодарил Сюэ Лина, сказав, что он очень благодарен за то, что смог увидеть Вэнь Жои с абсолютно новой для себя стороны.

Когда Сюэ Лин умер и вернулся в системное пространство, частичка души, которая была отделена от него в предыдущем мире, плавно соединилась с ним, принеся с собой часть энергии, а также некоторые воспоминания.

Сюэ Лин узнал о том, как закончилась жизнь Юй Шаофэна и Чи Цзяня — они стали спутниками на пути культивации и вознеслись рука об руку. Он также узнал историю о том, что случилось с ним и Чи Ланем, и от этого ему стало так смешно, что заболел живот.

Его душа вернулась в свое первоначальное состояние, а сила, заключенная в хвостах, полностью уравновесилась. Сюэ Лин оставался в медитативной позе и готовился атаковать оковы своих воспоминаний.

Эти воспоминания были запечатаны глубоко в его море воспоминаний и крепко заперты. Сюэ Лин атаковал бесчисленное количество раз, но в конце концов ему удалось создать крошечную брешь. Разрозненные воспоминания выплывали из этой щели, как опавшие листья, дрейфуя и опускаясь в море воспоминаний.

Его восприятие становилось все слабее и слабее. Из путаницы Сюэ Лин словно вернулся в детство. Это был период, о котором он ничего не помнил. Его держали в чьей-то ладони и легонько поглаживали пальцами.

"Увы..." — раздался тихий вздох возле его уха.

"Неужели нет никакого выхода?"

Вслед за этим послышался голос человека средних лет. Сюэ Лин не мог контролировать свою реакцию, но он чувствовал, что из-за этих голосов его тело жалобно сопротивляется, в замешательстве заглядывая в чужие объятия.

И тут он почувствовал прикосновение руки к своей спине.

Это была, вероятно, детская ладонь, очень маленькая, но очень легкая и нежная, когда она коснулась его.

"Поскольку судьба этого ребенка такова, все, что я могу сделать, это найти для него другое место, чтобы он смог избежать этой катастрофы. Но если это так, маленький Янь..."

"Я не возражаю".

Мягкий и нежный голос ребенка был особенно тверд.

"Если разлука со мной означает, что он может жить, я лучше потеряю его".

Этот голос долгое время оставался в задумчивом молчании. Наконец, он тихо вздохнул.

"В таком случае, передай это мне".

…..

Его воспоминания резко оборвались. Сюэ Лин не знал, что это было за "оно", и было ли оно передано. Он также не знал, кто говорит, потому что перед глазами все время было темно. Он лишь смутно чувствовал, что там кто-то есть.

Сюэ Лин внезапно проснулся, и его встретило обеспокоенное выражение на лисьем лице системы.

Он медленно выдохнул и закрыл глаза. Когда он снова открыл их, в его взгляде мелькнула решимость.

"Система, давай отправимся в следующий мир. Нам нужно ускорить темп. Я хочу знать, что именно я забыл".

Система не знала, что ему удалось вспомнить, но, увидев, что он вновь обрел энтузиазм в выполнении заданий, а не желание предаться любовным утехам, радостно кивнула.

"Нет проблем. Мы отправимся немедленно~"

________

Интересно, кто этот маленький Янь?

Шаги Сюэ Лина приостановились. Человек, который тащил его за собой, тревожно обернулся и крикнул:

"Ваше Величество! Мятежники уже пробили себе дорогу! Вдовствующая императрица давно забрала своих людей и бежала! Если Ваше Величество не убежит сейчас, будет слишком поздно!"

Сюэ Лин: "???"

Система спокойно открыла рот, чтобы заговорить.

"Успокойся, хозяин. Сначала лиши этого сопляка сознания, а потом мы сможем медленно разобраться в ситуации".

Сюэ Лин издал звук "ох", затем сжал губы и уставился на человека перед собой широко раскрытыми глазами. Это заставило человека, который выглядел как маленький евнух перед ним, покраснеть, он запыхался и снова в панике объяснил:

"Ваше Величество! Ваш раб не говорит глупостей, пожалуйста, послушайте! Звуки боя снаружи уже донеслись до заднего дворца!"

Сюэ Лин медленно подошел к нему, а затем, под его недоуменным взглядом, поднял руку и нанес удар прямо по шее маленького евнуха.

Лицо маленького евнуха все еще было полно недоумения, когда он упал без сознания.

Сюэ Лин не знал, почему он так смотрит на него, но он мог сказать, что ситуация была очень напряженной. Мало того, он только что оглушил человека, который мог спасти его от моря несчастий. Но он не был несчастным изначальным владельцем этого тела, и у него всегда были способы справиться с ситуацией.

Поэтому он неторопливо огляделся вокруг и осмотрел свое окружение. Он с удивлением обнаружил, что находится в месте, похожем на императорский кабинет.

Недалеко от него стоял стол, за которым император должен был заниматься делами. Здесь в беспорядке были свалены всевозможные вещи, и поскольку снаружи царил беспорядок, никто здесь не озаботился наведением порядка.

Следуя указаниям системы, Сюэ Лин открыл потайной отсек и достал оттуда недостающие нефритовую печать и знак тигра, которые были в нем размещены. Он спрятал их в своей одежде, а затем выбрал несколько каллиграфических надписей, картин и нефритовых гончарных изделий, которые система забрала обратно в системное пространство.

Самым важным было несколько коробок с мазями, на которые указала система. Их положили в шкаф неподалеку от стола, и после того, как Сюэ Лин все это убрал, он открыл дверь и выглянул наружу.

Дворец, казалось, горел, слышались громкие крики и шум. Казалось, там собралось множество людей, а мятежные министры и предатели еще не вошли во дворец. Тем не менее, номинальный император Сюэ Лин был полностью брошен. Когда он открыл дверь в кабинет, стражи, которая должна была стоять у двери, там уже не было.

Сюэ Лин хмыкнул. Это означало, что здесь не было никого, кто мог бы помочь ему совершить кражу. Он также не мог переодеться в свою драконью мантию и мог только закрыть дверь и повернуть назад.

Система показала ему карту всего дворца. Он мог видеть, где собрались люди, где их было мало, и даже мог видеть, где происходили боевые действия; все это было представлено перед ним.

Он небрежно бросил взгляд - вероятно, потому что императоры предыдущих династий боялись смерти, из императорского кабинета был тайный ход, который вел наружу дворца. Он был очень хорошо спрятан и, очевидно, был заброшен в течение многих лет.

Кроме Сюэ Лина, который ничего не знал о ситуации, но необъяснимым образом все понимал, никто больше не мог найти и войти в него.

Сюэ Лин просунул руки под мышки маленького евнуха и, как мешок, втянул его в тайный ход.

Потайной ход не открывали уже много лет. Там было много пыли, ничего не было видно, но воздух был по-прежнему хорош. Он не стал затхлым из-за того, что долгое время был запечатан, и двое людей могли дышать.

Загнав маленького евнуха внутрь, Сюэ Лин снова открыл дверь в императорский кабинет. Это место уже было перевернуто им ранее. Он опрокинул несколько стульев, создавая впечатление, что его обокрали, а затем развернулся и сам вошел в тайный ход, закрыв за собой вход.

Вскоре после его ухода в императорский кабинет ворвалась группа солдат, которые перевернули всю комнату вверх дном. Не найдя ничего полезного, они, как прилив, поспешили наружу.

У их господина было достаточно стимулов, чтобы приказать армии двигаться; удалось ли им поймать императора или нет, не имело значения. Главное, что им нужно было сделать, - это найти то, что нужно их господину.

Сюэ Лин вошел в потайной ход и нашел ряд шкафов рядом с входом. С помощью системы он нашел свечи и спички в шкафах. После того, как он зажег свечи, проход больше не был окутан тьмой, настолько густой, что невозможно было разглядеть собственную руку, когда ее подносили к лицу.

Он дал маленькому евнуху пинка, и, убедившись, что тот все еще без сознания, Сюэ Лин облегченно вздохнул и попросил систему сообщить ему, что происходит.

Пройдя через столько миров, Сюэ Лин уже привык к тому, что при трансмиграции случаются непредвиденные ситуации. Но было очевидно, что этот мир не был миром, наполненным магией или способностями, а тело, которое он сейчас занимал, было настолько слабым, что это пугало.

Казалось, все его физические силы были исчерпаны, и все, что он мог сделать, - это рухнуть на пол в тайном проходе и задыхаться. У него не осталось сил даже на то, чтобы трепать от злости мех на системе.

Возможно, дело было в том, что этот проход был слишком грязным; система не хотела допустить, чтобы ее белый мех был испачкан пылью, поэтому она постоянно предпочитала общаться со своим хозяином через общение душ. Очень быстро она отправила Сюэ Лину историю этого мира.

Сначала Сюэ Лин проверил личность своего текущего тела, а затем разразился смехом.

Теперь он понял, почему система не решалась появиться перед ним - она определенно боялась, что он ее убьет.

Это был мир с параметрами, схожими с параметрами мира ABO. Он не знал, кто это придумал, но Сюэ Лин иногда восхищался мозговыми извилинами людей, создающих подобные нелепые истории.

В этом мире не было женщин. Точнее, персонажи женского типа были мужчинами, которых обозначали как "геры". Они были маленького роста, и их сила была намного слабее, чем у обычных мужчин.

Короче говоря, все они были красивыми мальчиками - милым созданиями, которые могли иметь детей. В этом мире геры рождались для того, чтобы их выдавали замуж в качестве жен. У них всегда была красная киноварная родинка на теле, и яркость этой родинки отражала уровень их плодовитости.

По этой родинке определялось, смогут ли они иметь много детей.

Нынешнее тело Сюэ Лин было герой. Но было очень мало людей, которые знали о том, что он гера. Мазь, которую система велела ему взять с собой, была именно тем средством, которым он намазал лицо, чтобы скрыть красную родинку.

Поскольку красная киноварная родинка на его нынешнем теле располагалась прямо у уголка глаз, она была очень заметна. Хотя красная окраска была слабой, она все равно подтверждала его принадлежность к роду гер, несмотря ни на что.

Но он также был Императором, возвышающимся над десятками тысяч людей, и последним из рода предыдущего Императора. Несмотря на его слабое тело и покорный характер, ему все равно было велено стать Сыном Неба.

Однако это был заговор, который вдовствующая императрица планировала на протяжении многих лет. Он был лишь шахматной фигурой для вдовствующей императрицы и семьи его матери. Это объясняло, почему он был покинут в считанные минуты, как только кто-то вторгся во дворец.

Сюэ Лин переместился на более поздние стадии истории. Влияние, которое он мог бы оказать на двух главных героев-мужчин, было очень слабым, и ему потребовалось бы много усилий, чтобы выполнить свою задачу.

Поэтому, узнав о теле, в котором он сейчас обитает, он переключился, чтобы посмотреть, о чем была оригинальная история, которая была написана с точки зрения другого маленького гера в этом мире.

Это была история о перерождении и изменении судьбы законного сына в известной семье. Главный герой Шоу был законным вторым молодым господином семьи Ли из Центрального судебного управления Шаоцин. Его звали Ли Юань.

Задние дворы большинства семей никогда не были спокойными, независимо от того, были ли они заполнены женщинами или герами. Ко всему прочему, дело происходило в период, когда династия находилась на грани краха, а императорский двор перешел под контроль вдовствующей императрицы и ее родственников.

Хотя Ли Юань был законным наследником и имел старшего брата, который заботился о нем, он не жил счастливой жизнью.

В ранние годы, когда двор еще не был охвачен смутой, его жизнь была прекрасной и интересной. В конце концов, он был гер из большой семьи и мог проводить свои дни, занимаясь тем, что ему нравилось. Но когда он стал взрослым и вошел в чужую семью, все, казалось, неумолимо перевернулось с ног на голову.

Его жениха застукали в отношениях с его сводным братом, который был рожден от наложницы. Он увидел эту сцену своими глазами, и его затошнило до рвоты.

После болезни и окончательного пробуждения он обнаружил, что его брак состоялся, но чтобы замять скандал, его отец прислушался к шепоту своей второй жены и фактически заставил сводного брата жениться на от имени Ли Юаня.

Внезапно его имя стало использоваться другим человеком, и он превратился из жениха, рожденного от первой жены семьи, в сына наложницы.

Он проводил свои дни в оцепенении и еще не успел отреагировать на изменение своей личности, когда на заднем дворе произошло нападение и его лицо обезобразили.

Его мать умерла рано, а старший брат служил далеко в армии. В поместье практически некому было его защитить; его лицо было изуродовано, и, будучи гером, который больше не мог выйти замуж, он проводил свои дни в насмешках на заднем дворе.

Первые восемнадцать лет он жил беззаботной жизнью, но последующие годы были полны страданий, так как он терпел злобные действия окружающих.

Постепенно он начал чувствовать себя неполноценным и стал трусливым. Позже он только узнал, что снаружи царил хаос, поскольку его отец решил встать на сторону не той фракции. Поместье Ли было конфисковано, а его семья изгнана.

Как маленький ребенок, которому не на кого было положиться, он узнал, что его семья практически забыла о его существовании, когда они бежали. Его старший брат наконец вернулся и нашел его, но к тому времени он уже умирал и держался из последних сил. Он не хотел умирать вот так, не понимая, что произошло.

После смерти его душа не рассеялась, а стала странствовать по миру вслед за братом. Он видел всевозможные вещи и узнал, что представляет собой мир за пределами поместья Ли. Он жил роскошной жизнью, но в некоторых местах люди убивали друг друга ради еды.

Императорский двор был некомпетентен, и повсюду царил хаос. Его старший брат, под влиянием отца, стал преступником. Ему оставалось только сменить имя и броситься в Южную армию, следуя за Южным принцем в бой, пока он окончательно не погиб на поле боя.

Ли Юань дрейфовал по многим местам. Горы и реки рушились, и он наблюдал, как все увядает и умирает. То, что он пережил за свою жизнь, с другой точки зрения, казалось, имело смысл, и ему казалось, что он многое понял, но он по-прежнему многого не знал.

Затем он снова проснулся и обнаружил, что вернулся в то время, когда ему было семнадцать лет. До катастрофы оставалось еще много времени. Кроме себя, Ли Юань больше беспокоился о состоянии мира. Он не хотел, чтобы мир был разрушен, не хотел, чтобы все было залито кровью.

Поэтому возрожденный Ли Юань обратил свой взор на принца Сяня и помогал ему в его замыслах. Хотя он был гером, после стольких лет скитаний его проницательность не могла сравниться с теми герами, которые были заточены в своих домах.

Принц Сянь был ему симпатичен, а также восхищался его мыслями, поэтому они хорошо подходили друг другу. Пройдя вместе через все трудности, они наконец отправили войска на подавление дворца.

Теперь тело Сюэ Лина было телом бедного императора, которого насильно посадили на трон. В его первоначальной судьбе маленький евнух привел его, чтобы бежать, но они не смогли скрыться от глаз солдат, заполнивших дворец.

Его сразу бросили в тюрьму; новым императором стал его дядя-император, но это был человек, с которым он никогда раньше не общался. Дядя не испытывал к нему симпатии и приказал обезглавить его, после чего больше не беспокоился о нем.

Далее он устроил пышную свадьбу и женился на Ли Юане.

Маленький император больше не мог поддерживать свою комфортную жизнь. Без мази, чтобы скрыть его, красная киноварная родинка в уголке его глаза была обнаружена тюремщиком, который отвечал за тюрьму. Его личность как гера была раскрыта, но тюремщики не собирались сообщать об этом деле.

Все солдаты принца Сяня были крестьянскими детьми, у которых раньше не было ни еды, ни теплой одежды, и многие из них провели большую часть своей жизни на улице.

Тюремщики никогда прежде не видели такого красивого маленького гера, не говоря уже о том, что когда-то он был императором, который возвышался над тысячами людей. У них даже не было возможности взглянуть на него.

Эта группа бандитов уже зашла так далеко, и не могло быть и речи о том, чтобы не пойти дальше. Они внезапно стали злыми и дерзкими и совершили групповое изнасилование маленького императора.

Он был еще несовершеннолетним. Как он мог вынести такое унижение? После этого случая он разбил себе голову и умер в тюрьме. При жизни он даже не видел лица Ли Юаня.

На этом история формально закончилась. Новый император и его императрица, взявшись за руки, присматривали за этими десятью тысячами миль гор и рек и жили счастливо вместе, как принцы и принцессы в сказках.

Сюэ Лин подумал про себя, что он не знает, кто был более несчастен - он или главный герой Лю Юань в своей предыдущей жизни. Посмотрев на то, что произошло после финала, он обнаружил, что они оба были в похожем положении, и, наверное, лучше не спорить об этом.

Принц Сянь уважал свою императрицу Ли Юаня, но он был императором и содержал императорский гарем. Пока они были геррами, их принимали в заднем дворце. Ли Юань не воевал и не устраивал раздоров в заднем дворце, поскольку его заботили простые люди в этом мире.

Но принц Сянь не был человеком, который готов делиться радостями и горестями, богатством и почестями. Он чувствовал, что его императрица то и дело вмешивается в управление государством.

До обретения власти он восхищался несравненной мудростью Ли Юаня и радовался, что человек, с которым он делил подушку, обладает подобной тактикой, но после того, как он занял высокий пост и обрел величайшую власть, вмешательство Ли Юаня в его дела вызывало у него растущее недовольство.

Такие мелочи стали складываться в единое целое; Ли Юань думал, что они вместе плывут в одной лодке, и искренние чувства восторжествуют над всем. Но он не понимал, что император все больше и больше сторонился его, и они все дальше и дальше отдалялись друг от друга. Ли Юань возродился, но в конечном итоге ему так и не удалось добиться хорошего конца.

Его любимый старший брат был уничтожен императором по причине ненависти к его храбрости и многочисленным военным заслугам. Сам он оказался заперт в глубине заднего дворца и провел вторую половину своей жизни в холодном дворце, пока окончательно не умер от депрессии.

Реальность всегда была жестокой. По сравнению с прекрасным совершенством рассказа, его финал был гораздо более провокационным.

Сюэ Лин пролистал всю информацию, которую выдала ему система, и лениво потянулся. Он примерно понимал, какова текущая ситуация. Его мозг заработал, когда он начал думать, как ему выйти из сложившейся тупиковой ситуации.

Армия Ли Юаня и принца Сяня уже заняла дворец. Хотя они не смогли найти нефритовую печать и знак отличия тигра, и их восхождение на трон было еще более или менее неполным, изменения во дворце обычно не приносили ничего хорошего.

Если бы у них не было императорской нефритовой печати и знака отличия тигра, они, скорее всего, обратили бы свои взоры на вдовствующую императрицу, которая была матерью этого тела. Изначально он не вызывал беспокойства, и никто не думал, что он может создать какую-то волну.

Ситуацию в столице нужно было менять. Он мог бы использовать свою силу, чтобы убить всех, кого нужно было убить, но это привело бы к тому, что он вышел бы за рамки OOC, а это было бы слишком неконтролируемо.

В таком случае, сейчас ему нужно было покинуть столицу и найти армию, которая помогла бы ему восстановить свое положение императора.

_________

Невероятно драматическая арка…

За потайным ходом было шумно, но Сюэ Лин, сидя за столом, казался совершенно спокойным.

Он зажег несколько свечей и расставил их на вымощенном камнем проходе, словно бы представлял перед собой территорию королевства, анализируя ситуацию.

Королевство Сюэ в настоящее время переживало период упадка. Еще в середине правления старого императора контроль центрального правительства над местными округами стал неустойчивым. Князья, размещенные в разных местах королевства, и губернаторы различных провинций уже давно стали независимыми.

Хотя ситуация внутри королевства казалась спокойной, на самом деле оно страдало как от внутренних раздоров, так и от внешнего давления. Руки центрального правительства были недостаточно длинными, и даже если бы Ли Юань и принц Сянь контролировали столицу, им все равно пришлось бы пройти долгий путь, если бы они хотели объединить все королевство.

Именно поэтому Ли Юаню пришлось впоследствии вмешиваться в военные дела, а принц Сянь стал относиться к нему все более настороженно.

Огромные пространства рек и гор, принадлежавшие королевству Сюэ с момента его основания, уже давно были разделены королями.

Хотя центральное правительство все еще существовало, оно контролировало лишь внутренние районы вокруг столицы. Свечи, которые расставил Сюэ Лин, представляли собой несколько принцев и губернаторов королевства Сюэ, которыми он мог воспользоваться.

Было не так много людей, которых он мог использовать. На самом деле, было всего четыре человека, и эти четверо были местными тиранами, которые правили своей областью в течение очень долгого времени. Их жизнь была намного комфортнее, чем у Сюэ Лина.

Маленький евнух, лежавший на земле, в замешательстве начал приходить в себя, потирая глаза, когда очнулся. Шея болела, а зрение было нечетким. Он сел и на мгновение застыл, пока наконец не заметил Его Величество, сидящего в свете свечи с торжественным выражением лица.

Шу Хэн служил маленькому императору с самого детства. Он наблюдал за его взрослением и знал, что его маленький господин всегда страдал внутри, но он мог только наблюдать со стороны и не имел возможности поделиться своими переживаниями.

Несмотря на то, что Шу Хэн часто находился рядом со своим маленьким господином, он все еще был полностью очарован им.

Он был ближайшим слугой императора и, естественно, знал, что его маленький господин был гером. Он всегда хранил для него этот секрет и волновался за него.

В молодые годы его господин был еще юн, и другие не могли разглядеть его тайну: маленький господин был крошечной фигуркой в желтых одеждах, сидящей на троне императора.

Никто не смотрел на него, и в основном они опускали головы, когда говорили о делах. Однако за последние два года господин начал расти, и по мере того, как вытягивался его рост, его внешность стала преображаться. Постепенно некоторые министры стали замечать, что что-то не так.

Шу Хэн наблюдал за тем, как постепенно меняется его лицо. По логике вещей, он должен был выработать в себе стойкость к этому, но в этот момент он все еще был ослеплен, и его душа почти покинула тело.

Свеча ярко светила, пламя мерцало, отчего прекрасное лицо казалось мечтательным и сюрреалистичным. Он стер мазь в уголке глаза и обнажил красную киноварную родинку, похожую на каплю слезы. Шу Хэн не знал, была ли это иллюзия, но казалось, что родинка стала намного ярче.

Его взгляд был опущен, завитые ресницы, казалось, трепетали под светом свечи, как мотыльки, а пламя, отражаясь в глазах, окрашивало их в красный цвет...

Шу Хэн внезапно очнулся от оцепенения, когда задумчивый взгляд Его Величества встретился с его глазами.

Он мгновенно вспомнил, что произошло перед тем, как он впал в беспамятство, и что Его Величество неожиданно сделал с ним.

"Ваше Величество..."

Он всегда с благоговением и любовью относился к этому маленькому императору, но раньше его действия были слишком дерзкими из-за волнения. Сейчас, вспоминая те события, он был немного напуган.

Сюэ Лин сдержал холодность во взгляде и ответил ленивым тоном:

"Ты проснулся? Тогда иди ближе".

Шу Хэн не знал, где они сейчас находятся, но судя по внешнему виду Его Величества, это должно быть безопасное место. Он немного успокоился и перешел на сторону Сюэ Лина. Когда он увидел свечи, расставленные у ног Его Величества, то удивленно поднял брови.

Его Величество присел на землю, держа свечу в руке, и указал на север.

"Семья губернатора Ван живет на севере, и у него есть свои солдаты, которые подчиняются его приказам. Он давно установил там свою независимость и больше не прислушивается к приказам императорского двора".

"На западе есть генерал Мо Бэй, под командованием которого находится 100 000 кавалерийских солдат. Они так долго находились за пределами страны, что уже не подчиняются воле императора".

"На юге находится князь Чжэннань, у которого есть своя пехота и флот. Он граничит с самой богатой частью королевства и стал правителем Юга. Хотя принц Шу на юго-западе является нашим королевским дядей, мы с ним никогда не встречались".

"Участок земли, которым он правит, всегда был известен как "Королевство изобилия". Даже если Нам удастся найти его и преодолеть горы и реки, чтобы вернуться в столицу, солдаты будут задыхаться еще до прибытия..."

"Ваше Величество..."

Шу Хэн моргнул. Ему казалось невероятным, что эти слова исходят из уст Его Величества.

Он мог не знать многого в этой жизни, но он удостоверился, что с тех пор, как Его Величество узнал, что он гер, и отличается от других людей, его внимание всегда было сосредоточено на желании научиться тому, чему должны учиться геры.

Его никогда не интересовали эти политические стратегии и детали. Позже он даже не интересовался этими вопросами; королевство не нуждалось в его правлении, и при дворе он использовался лишь как украшение.

Если быть честным, то он стал талисманом королевства Сюэ - его поставили туда, чтобы выглядеть красиво, и если бы другие начали находить его раздражающим, то вполне нормально, что его трон был бы опрокинут, а его положение отнято.

Другие могли не знать, но самым большим желанием Его Величества было найти обычную семью, чтобы вступить в брак и провести вторую половину жизни в обычном и спокойном мире.

Как такие слова могли прозвучать из его уст...

Сюэ Лин взглянул на лицо Шу Хэна и понял, что его потрясло. Он открыл рот и медленно проговорил:

"Это наша земля. Мы можем не хотеть ее, но другим нельзя позволять делать такие непочтительные вещи. Я могу нести бремя всех людей под небесами, но все люди под небесами никогда не победят меня. Шу Хэн, ты понимаешь?"

Шу Хэн был потрясен. Он был полностью ошеломлен импульсом Его Величества в этот момент. Он обнаружил, что его колени дрожат, и он почти хотел встать на колени.

"Но Ваше Величество, вы..."

Ты - гер! Ты никогда не должен был сидеть в этой позе и быть поставленным в ситуацию, когда тебе придется нести бремя всех под небесами.

Раньше у тебя не было выбора, но теперь, когда у тебя есть возможность сбежать, зачем тебе ввязываться в эту борьбу?

Тон его голоса, когда он обратился "Ваше Величество", был слишком почтительным, что заставило Сюэ Лина поджать губы.

"Шу Хэн, люди - это нож, а я всего лишь мясо на разделочной доске. Если мы ничего не сделаем, ты действительно веришь, что королевский дядя Сянь оставит меня в живых?"

Шу Хэн потерял дар речи. Предыдущий император держал принца Сяня в столице именно потому, что тот был слишком могущественным. К сожалению, оставить его в столице было намерением старого императора, но бывший император рухнул вскоре после выхода указа, несмотря на то, что был еще в расцвете сил.

Его Маленькое Величество был сразу же посажен на трон, и с тех пор в столице начались волнения. После этого принц Сянь сдерживал свои движения и на несколько лет успокоился, так что его практически никто не замечал. Неожиданно выяснилось, что он всегда планировал узурпировать трон.

Вспомнив о том, что сделал принц Сянь, лицо Шу Хэна стало серьезным.

Принц Сянь и вдовствующая императрица всегда были несовместимы. В те времена они были политическими врагами, и если бы он действительно был у власти, его маленький император никогда бы не пришел к хорошему концу...

"Тогда мы должны бежать из столицы. Я могу вывести Ваше Величество, сохранить нашу анонимность и помочь Вашему Величеству прожить остаток жизни без забот..."

Сюэ Лин усмехнулся:

"Шу Хэн, ты слишком наивен, или ты веришь, что я так же наивен, как и ты? Вся земля под небесами принадлежит императору. Куда я могу сбежать?"

Шу Хэн больше не говорил. Он сжал губы и скрыл свое выражение лица, но в душе он был зол.

Он был действительно бесполезен, заставляя Его Величество беспокоиться о таких вещах.

"Семья губернатора Вана уже давно не является вассалом Королевства. У нас в руках нет достаточно козырей, чтобы заставить их выступить против принца Сяня. И это будет провалом, если начнется гражданская война, и земля в итоге окажется в руках чужаков".

Сюэ Лин погасил свечу, изображавшую северного правителя, и спокойно продолжил:

"Князь Шу далек от ситуации, а у генерала Мо Бэя в руках целая армия кавалерии. Если бы он действительно захотел, то мог бы сравнять столицу с землей. Однако он равнодушен по натуре и не заботится ни о чем, кроме военной мощи. Больше всего он увлечен борьбой с гуннами и презирает конфликты внутри королевского двора".

"Ваше Величество имеет в виду... принца Чжэннаня?"

Шу Хэн колебался, пока говорил. У него не было больших знаний о таких вещах, но он слышал о репутации Чжэннаньского принца.

"Чжэннаньский принц носит фамилию Ван. Старый император сделал исключение и пожаловал ему титул, так что он действительно многим обязан королевской семье... Только вот он уже столько лет не был при дворе и всецело посвятил себя Югу..."

"Но он близко. Когда мы отправимся из столицы, нам нужно будет проехать по суше и воде менее полумесяца, чтобы добраться до его территории".

Сюэ Лин больше всего беспокоился о том, чтобы не тратить время на дорогу.

"Если он согласится послать войска, мы осадим столицу и застанем принца Сяня врасплох в кратчайшие сроки".

Шу Хэн моргнул. Он не знал, почему Его Величество был так уверен в своей способности убедить принца Чжэннань.

"Ваше Величество, когда Чжэннаньский принц получил свой титул, вы были еще молоды и никогда не видели его раньше. Но я видел его мельком несколько раз..."

"О?"

Сюэ Лин посмотрел на него с некоторым интересом. То, что он сейчас сказал, вытекало из той информации, которая была у него под рукой. В конце концов, он только что прибыл, а воспоминаний у первоначального господина было очень мало, и они совсем не пригодились. Ему было полезно услышать больше, когда это возможно.

"Поделись".

"Шу Хэн не так много изучал, и могу только сказать, что он один из самых выдающихся деятелей нынешней эпохи. Он отличается от людей в Столице, высокий и хорошо сложенный, и у него есть своего рода бесконечная храбрость".

"Тогда я видел его всего один раз, но я так испугался, что у меня ослабли колени... Честно говоря, все жители Столицы немного боятся его... Он - бич. Титул Чжэннаньского принца он получил в результате резни. Я слышал, что он сын самого скромного торговца".

"Затем он пошел в армию и выделялся среди других в казармах своим умением убивать. В те времена на юге были распространены бандиты, и он вел своих людей в атаку, чтобы убивать их до тех пор, пока они не затаились в страхе больше не показываясь".

"Хотя эти слова несколько неуважительны по отношению к Вашему Величеству, на Юге люди всегда признавали принца Чжэннаня своим правителем, а не Ваше Величество".

Сюэ Лин взмахнул рукой и погасил две свечи, представляющие северо-запад и юго-запад. Он рассмеялся и сказал:

"Не говоря уже о юге, даже в столице нас никто не признает".

Он встал и продолжил:

"Поскольку решение о том, в каком направлении идти, уже принято, мы должны отправиться раньше. Хотя этот тайный ход и скрыт, он не является безопасным местом. После того, как мы выйдем из тайного хода, мы сменим наши личности и выйдем из города, направляясь на юг. Мы будем искать принца Чжэннаня".

Хотя маленький евнух не считал, что это хорошая идея для маленького мальчика бегать повсюду, но когда он увидел решимость в его взгляде, у него не было возможности что-либо сказать. В конце концов он замолчал и продолжал держать свои мысли при себе.

Сегодня он уже сделал слишком много того, чего не должен был делать. Будет лучше, если он просто будет послушно идти за Его Величеством.

Тайный ход был очень длинным. В шкафу у входа находилось несколько предметов, которые обычно используются, в основном серебро и немного одежды. Только вот серебро после стольких лет еще можно было использовать, а одежда была довольно уродливой и старой.

Сюэ Лина это не слишком беспокоило. Он велел Шу Хэн собрать все вещи, а когда все было убрано, взял Шу Хэна с собой и ушел.

Тайный ход был не просто единственной дорогой, ведущей наружу. Это была сложная структура, в которой были пути, ведущие к другим дворцам. Если бы у человека не было карты, это было бы похоже на бег по лабиринту - существовала вероятность, что он никогда не сможет выйти. Конечно, было несколько выходов.

Один из них вел в процветающий район, и кому-то из дворца было поручено поддерживать его в чистоте круглый год, даже если он не использовался в течение многих лет. Использовать этот путь было совершенно невозможно. Выход, который выбрал Сюэ Лин, был самым дальним.

Он вел к небольшому дому в пригороде, который пустовал круглый год и изначально предназначался как убежище для императора.

За ним не ухаживали много лет, но его все еще можно было временно использовать. К тому же этот район был малонаселенным, и они не привлекли бы нежелательного внимания своим неожиданным появлением.

Когда они вошли в потайной ход, был уже полдень. Из-за того, что они задержались на некоторое время, к моменту их появления уже стемнело.

Сюэ Лин послал Шу Хэна вскипятить горячую воду. После мытья и стирки он сменил свою драконью мантию на старую одежду из тайного хода.

Как императору, ему связывали волосы, несмотря на его незрелость. Приведя себя в порядок, Сюэ Лин полностью распустил волосы, оставив их в виде полотна черного шелка. Он поискал зеркало и, наконец, взглянул на свою внешность в этой жизни.

Чтобы больше походить на обычного человека, маленькому императору приходилось каждый день вносить некоторые изменения в свою внешность. Намазывание мазью красной киноварной родинки в уголке глаза было лишь одним из них. Чтобы его кожа не казалась такой белой, ему также пришлось потемнеть.

Изначально он был худым; после нанесения темной краски он выглядел смуглым и худым, как тощая обезьяна. Но после того, как он привел себя в порядок и осмотрелся, Сюэ Лин уже не удивлялся, почему стражники были настолько ошеломлены, что сразу же захотели напасть на маленького императора.

Предыдущий император любил красоту. Мать маленького императора и нынешняя вдовствующая императрица в те времена была названа красавицей номер один в мире. Только вот вдовствующая императрица была красавицей типа ядовитого скорпиона.

Он сотрудничала со своей семьей и отравила бывшего императора, сыграв важную роль в смерти императора, когда тот был еще в расцвете сил. Маленький император был лишь орудием. Вдовствующая императрица, казалось, пренебрегала его личностью и уделяла очень мало времени заботе о нем.

Если бы ее попросили описать, как выглядит ее сын, она, вероятно, не смогла бы ничего сказать. Но на самом деле маленький император вырос и стал очень похож на нее.

"Цзи Юньхуа. Эта внешность действительно нежна, как облако, и прекрасна, как картина".

Сюэ Лин протянул руку и коснулся своего отражения в бронзовом зеркале. Хотя отражение не было четким, он точно знал, что это за лицо.

Он действительно был красавцем, вдохновленным луной, с нефритом в костях, снегом и льдом в коже и осенней росой в сердцевине. При прямом взгляде на него человек чувствовал себя словно воскресшим из мертвых.

От этого хрупкого и мягкого вида брови Сюэ Лина поднялись так высоко, что почти достигли неба.

Боже, в нем не было даже намека на мужественность. Система действительно пыталась доставить ему неприятности весь день, каждый раз подбирая для него такие странные тела...

Они сбежали из дворца и устроились на время, но во дворце по-прежнему царил хаос. Князь Сянь ждал целый день, но никто из его подчиненных не смог найти ни нефритовую печать, ни знак отличия тигра.

Ли Юань неторопливо налил себе чашку чая и отпил. Его взгляд был загадочным, и он предположил:

"Может быть, ее унес Дэн Ши?"

Принц Сянь сжал кулаки:

"Семья Дэн намерена выступить против нас".

"Их контроль над императорским двором с использованием императора в качестве марионетки не является чем-то новым. Если бы мы не действовали тайно в этот раз, они бы не отстали и были вынуждены спешно покинуть столицу. Возможно, Дэн Ши решил выкрасть императорскую нефритовую печать и знак отличия тигра, чтобы доставить вам последние неприятности. В лучшем случае, это затянет дело на день или два".

"Ха."

Принц Сянь усмехнулся.

"Это действительно наивно. Дядя все равно взойдет на трон без императорской нефритовой печати и знака отличия тигра, лишь бы показать им, что это возможно!"

"Церемония уже давно подготовлена. Ваше Королевское Высочество может взойти на трон завтра".

Принц Сянь посмотрел на Ли Юаня и взял его за руку. Он ласково сказал:

"После того, как я взойду на трон, я приведу тебя во дворец с огромной процессией и назначу императрицей".

Ли Юань не понимал, почему ему стало не по себе, но в конце концов он отбросил свои переживания, поклонившись принцу:

"Хорошо. Тогда я буду спокойно ждать новостей от Вашего Величества".

__________

Итак, мы услышали о нескольких могущественных мужчинах в этом мире. Любопытно, кто из них тот самый?

Была ночь, и все должно было быть тихо, но вдруг в комнате раздался низкий стон, а затем приглушенный звук удара чего-то о пол. Лежащий в постели человек тут же сел, испугавшись легкого шума, и взмахом руки зажег свечи на столе.

Движение было быстрым, что заставило человека, только что ввалившегося в комнату, расширить глаза и потемнеть.

"Кто здесь?"

Движения лежащего на полу человека затихли из-за голоса, а острый клинок, зажатый в руке, остался на месте, а не вылетел наружу. Вслед за этим тонким голосом кто-то поднялся с кровати.

Этот человек был сильно ранен и сумел продержаться, пока не добрался до дома. Он думал, что там, как обычно, никого не будет, но неожиданно столкнулся с хозяином дома, и его сила была не меньше его собственной.

Но, к его удивлению, человек, который надел верхние одеяния и поднялся, чтобы медленно идти к нему, на самом деле был маленьким гером.

Гер был красив, и его внешность была яркой в свете свечей. Поскольку он только что проснулся, его глаза были еще сонными. Лисьи глаза были полузакрыты и туманны, а родинка в уголке глаза, которая выдавала в нем гера, была похожа на мазок кисти.

Когда гер, прекрасный как картина, пошевелился, он показался еще более ярким, и заставил нижнюю часть тела мужчины полушепотом захотеть отреагировать.

Другая половина его тела уже была без сознания из-за тяжести полученных травм.

Мужчина лежал неподвижно и мог только смотреть, как молодой человек осматривает его. Казалось, он совсем не был в панике, несмотря на то, что кто-то ворвался в комнату посреди ночи. Он не спеша зажег еще одну свечу и погасил ту, что стояла на столе. Затем, взяв с собой подсвечник, он подошел к лежащему на полу человеку.

Свет, который испускала свеча в его руке, был гораздо тусклее, чем предыдущая. Мужчина удивился, но вскоре понял его намерения.

Поскольку он прятался в этом доме, чтобы скрыться от преследования, лучше всего было принять меры предосторожности и сделать так, чтобы свет свечи изнутри не был замечен. Мужчина не знал почему, но его напряженные нервы вдруг слегка расслабились.

Гер принес свечу с собой и присел перед мужчиной. Свет свечи отразился от его лица, и гер, подняв брови, спросил:

"Божественный страж Шести врат?"

Мужчина нахмурился.

"Ты узнал меня?"

Он хотел защищаться, но из-за ран не мог пошевелиться.

Гер не ответил ему, а только поднес свечу ближе, чтобы внимательно осмотреть его с ног до головы. Затем он спросил критически:

"Сколько людей тебя окружало, чтобы ты был так ранен?"

Мужчина сжал губы. На этот раз он не ответил, но маленький гер, казалось, смог прочитать его мысли. Он продолжил за него:

"Принц Сянь сегодня занял дворец. Ты поспешил во дворец, потому что услышал эту новость?"

"Кто ты?!"

"Кого ты пытался спасти? Если это был Дэн Ши, то его уже увезли. Расслабься, с ним ничего не случилось. Если ты хотел спасти императора, то тебе не о чем беспокоиться".

Мужчина продолжал лежать на земле. Он слабел от ран, но в данный момент все еще был в сознании. Когда он услышал, как гер перед ним произнес эти слова, он еще яснее понял, что этот человек не обычный. Затем гер ущипнул его за подбородок и заставил поднять взгляд. Его голос был медленным и ровным, когда он спросил:

"Говори. Кому ты предан?"

Мужчина выплюнул полный рот крови и холодно ответил:

"Конечно, я предан нынешнему императору".

Он знал, что если он скажет что-то не так, то следующим шагом будет смерть, но теперь, когда он дошел до этого момента, единственное, что он мог сделать, это оставаться твердым в своих убеждениях.

"О."

Гер рассмеялся, встал и сказал:

"Можешь считать, что тебе повезло".

Он подошел к двери, открыл ее и позвал:

"Шу Хэн, войди".

Это было знакомое имя, но мужчины не было времени подумать об этом, потому что он потерял слишком много крови и впал в кому.

Находясь в оцепенении, он, казалось, слышал голос парня, который говорил спокойно и безразлично, как будто его слова не могли быть более простыми.

"Я спас твою жизнь. Отныне она будет принадлежать мне".

Находясь в трансе, он почувствовал себя так, словно исполнил какую-то миссию. Он был успокоен и полностью расслабился, позволив себе погрузиться в бессознательное состояние.

Шу Хэн был вызван Его Величеством в комнату, чтобы вынести тело посреди ночи. Он был совершенно растерян, и когда он увидел рану на человеке, то был шокирован. Казалось, что он был разделен пополам! Хотя он еще дышал, можно ли было назвать его человеком?

Его Величество скрестил руки и безучастно наблюдал за перемещением тела, а когда позвал Шу Хэна, то даже слегка пнул мужчину ногой и спросил его:

"Шу Хэн, он тебе знаком? Это божественный страж Шести Врат. Если мы сможем вылечить его, наше будущее на юге будет более безопасным".

Выражение лица Шу Хэна было полным замешательства.

"Но Ваше Величество, как мы будем его лечить?"

Его Величество рассмеялся и попросил перенести тело на кровать - у него были свои методы.

Шу Хэн почувствовал, что Его Величество, казалось, основательно повзрослел за время этого переворота. Он всегда говорил туманно, позволяя ему путаться и не понимать, но этот вариант Его Величества вызывал у него необъяснимое желание доверять ему.

Поэтому он перетащил раненного человека, которого Его Величество назвал "божественным стражем Шестых врат", на кровать, а затем принес воды, чтобы вытереть кровь на его теле.

Он тщательно вытер кровь и грязь с лица мужчины, в то время как Его Величество достал набор акупунктурных игл и использовал их, чтобы остановить сильное кровотечение и заставить последние остатки жизни остаться в его теле.

Что еще больше удивило Шу Хэна, так это следующие действия Его Величества. Его выслали из комнаты и велели охранять дверь. Он не знал, что сделал Его Величество, но к тому времени, когда он снова вошел в комнату, раны на человеке исчезли.

Даже маленькие порезы от стрел на его лице исчезли, и лицо мужчины уже не было таким бледным, как раньше, а дыхание ровным. Он совсем не походил на полуразрезанное тело, которое появилось всего несколько мгновений назад.

Шу Хэн был совершенно ошеломлен. Он не мог понять, когда Его Величество научился этому навыку - это было похоже на похищение жизни из подземного мира! И ему действительно удалось спасти человека.

Его Величество, казалось, понял, чему он удивляется. Он вытер руки, а затем произнес фразу:

"Мы - истинный Император Драконов. Есть ли что-нибудь, что Мы не можем сделать?"

В этот момент Шу Хэн мог только ответить:

"Нет… Ваше Величество правит с небесной милостью и обязан управлять всем под небесами".

Его Величество махнул рукой и зевнул:

"Нет необходимости править всем под небесами. Будет достаточно, если тот, кто сейчас сидит на этом месте, заблудится и скатится с трона."

Шу Хэн: "..."

На рассвете Шу Хэн взял серебро, которое вручил ему Его Величество, и отправился купить кое-что необходимое. Он также отправился в королевский дом, куда велел ему пойти Его Величество, воспользовался своим жетоном, чтобы взять некоторые вещи, и купил карету, после чего поспешил обратно во двор в пригороде.

Дворец был омыт кровью, но обычные люди об этом не знали. Для них не имело значения, изменился ли император или кто он такой. Пока их жизнь не менялась, кто сидел на этом месте, для них не имело значения.

Поэтому обратная дорога Шу Хэна прошла гладко - до тех пор, пока он не подъехал к двору с каретой и не был остановлен человеком, стоявшим у ворот.

Шу Хэн выскочил из кареты, проигнорировал человека с уродливым выражением лица, завел лошадей во двор и закрыл ворота.

"Где твой Господин?!" — спросил мужчина.

Шу Хэн нахмурился.

"Так ты относишься к своему благодетелю?"

Мужчина поперхнулся, и на мгновение ему нечего было ответить. Когда он проснулся утром, то обнаружил, что его раны полностью зажили. Это было удивительно, но в то же время он продолжал чувствовать, что что-то не так. Только когда он пошел поинтересоваться, как дела, он не нашел никого в доме...

На мгновение ему показалось, что прошлой ночью он встретил привидение.

Иначе все это не имело никакого смысла...

К счастью, он успел только выйти на улицу и постоять там некоторое время, прежде чем кто-то действительно вернулся. Но это был не тот человек, которого он ожидал увидеть.

Му Гэ уже бывал в этом дворе. Похоже, что Господин использовал это место как склад или как дом отдыха, и большую часть времени здесь никого не было. Но через определенные промежутки времени кто-то приходил и перебирал все во дворе, после чего он снова оставался пустым.

Иногда Му Гэ нужно было отправиться на окраину города для расследования, и он оставался здесь на ночь. Каждый раз, уходя, он приводил дом в порядок и оставлял в нем немного серебра.

Он решил прийти сюда прошлой ночью, полагая, что никто его здесь не найдет, но неожиданно вернулся Господин дома.

Шу Хэн не обратил на него внимания и спустил вещи из кареты. Он занес вино и продукты в дом, а затем отогнал карету в сторону и посмотрел на Му Гэ.

"Господин сказал, что ты был главным стражем Шести Врат?"

Му Гэ вспомнил, что тот человек говорил ему об этом прошлой ночью, и кивнул.

"Но не после прошлой ночи".

Он открыто противостоял принцу Сяню, и они никогда бы не отпустили его, если бы не были уверены, что он умрет от полученных травм.

"За тобой гнались?"

"..."

Он снова кивнул.

"Поскольку это было ради Его Величества, не имеет значения, что ты сменил сторону".

Шу Хэн надулся и сказал:

"Я говорю тебе, личность Его Величества особенная. Не суетись, когда увидишь его. Тебе не позволено иметь никаких идей о Его Величестве, иначе я тебя кастрирую".

Му Гэ: "???"

В тот момент, когда он хотел спросить, что он имел в виду, во двор вошел еще один человек.

Сюэ Лин тоже вышел купить кое-что необходимое. Он также купил новую одежду и переоделся в новый комплект, а остальное убрал в системное пространство.

Когда он вернулся, в руке у него был веер, и выглядел он как модный гунцзы. Киноварную родинку в уголке глаза он замазал мазью, но это не могло скрыть привлекательности его лица.

"Проснулся?"

Как только Сюэ Лин вошел, он увидел двух людей, которые стояли и глупо смотрели во двор. Он закрыл веер в своей руке и сказал:

"Теперь, когда ты проснулся, мы будем есть полуденную еду, а после еды отправимся в путь. Принц Сянь все еще должен уделять внимание Дэн Ши и еще не заметил, что мы не умерли".

Он сузил глаза и улыбнулся Му Гэ.

"Если Мы правильно помним, ты должен быть Му Гэ, главным стражем Шести ворот. Тогда, когда ты завоевал Наше признание, Мы подарили тебе каллиграфию?"

Глаза Му Гэ широко раскрылись, когда он наконец понял, кто перед ним. Он с силой опустился на колени, не успев рассмотреть, почему человек, которого он прошлой ночью ясно видел как гера, превратился в мужчину.

Он склонил голову и сказал:

"Ваше Величество цел и невредим. Это действительно удача для нашего королевства Сюэ!"

Он наконец-то вспомнил, почему этот человек был ему так знаком. Много лет назад, когда он еще был тайным стражником во дворце, он провел ночь, охраняя его. В то время ночи были длинными, а работа тайного стража - скучной.

Он часто смотрел на этого человека. Тогда маленький император был еще не повзрослевшим мальчиком, и такого темперамента, как сейчас, в его натуре не было раньше...

Со временем он понял, что его мысли отличаются от мыслей других. Он знал, что человек на посту императора - не тот, кого позволено желать, но никак не мог оторвать от него свой восхищенный взгляд.

Чтобы не совершить ничего из ряда вон выходящего, он перевелся из отдела тайной стражи и стал главным стражем Шести Врат. После этого он безжалостно набросился на работу, приобрел известность и наконец получил от него каллиграфию...

Именно эти скрытые и подавленные в нем мысли заставили его бросить все и отчаянно мчаться во дворец, когда он узнал, что император свергнут. Даже если он умрет, он хотел спасти этого человека от моря горечи...

Сюэ Лин закрыл дверь и посмотрел на хмурого Му Гэ. Он усмехнулся и сказал:

"Ты можешь говорить такие слова кому угодно, но Мы - исключение. У тебя должны быть воспоминания о прошлой ночи, и ты должен знать, что Мы за человек".

Сердце Му Гэ подпрыгнуло, и он вспомнил красную киноварную родинку, которую он видел в уголке глаз этого человека прошлой ночью.

"Я спас тебя, поэтому твоя жизнь - моя. Нравится тебе это или нет, но спасти тебя было легко, и убить тебя тоже не составит труда. Понял?"

Му Гэ опустил голову и ответил:

"Этот слуга - человек Вашего Величества. Даже по смерти я буду призраком Вашего Величества!"

Сюэ Лин кивнул головой и не стал упоминать, насколько странными были эти слова. Вместо этого он сказал:

"Вставай, после полуденной трапезы я помогу тебе надеть маскировку. Мы покинем столицу и отправимся в паромный порт Цзиньцзи".

Это был ближайший паромный порт от столицы. Лодки приходили и уходили оттуда каждый день. Это был самый короткий путь на юг.

Му Гэ не стал спрашивать его, почему он так решил. Он быстро кивнул несколько раз, а затем встал.

Сюэ Лин еще раз оглядел его, затем отвел взгляд и сел за полуденную трапезу.

[За тысячи миль от столицы, в Чжаньцзине…]

Во дворце Чжэннань принц Чжэннань потерял контроль над своим нравом и сейчас крушил вещи.

Его заместитель генерала, стоявший рядом с ним, был обеспокоен, пытаясь сдержать Его Королевское Высочество, и в то же время с тревогой спрашивал у стоявших в стороне слуг:

"Что именно здесь произошло!"

"Я не знаю!"

Маленький слуга тоже волновался, помогая сдерживать его. Он был так напряжен, что на его лбу выступил пот.

"Его Королевское Высочество проснулся сегодня утром в крайне раздраженном настроении. Только что, чем больше он сдерживался, тем больше злился, а потом вдруг начал ломать вещи!"

У заместителя генерала заплетался язык, но Его Королевское Высочество, наконец, казалось, разбил достаточно и почувствовал себя лучше, когда открыл рот, чтобы приказать:

"Пусть придут люди и наведут порядок".

Заместитель генерала быстро махнул рукой, чтобы маленький слуга привел себя в порядок, а затем поднялся и спросил в панике:

"Королевское Высочество... Вы...".

Принц Чжэннань прижал пальцы ко лбу и покачал головой.

"Я не знаю. После получения этой новости прошлой ночью я почувствовал смятение в сердце. Особенно прошлой ночью, мне постоянно снились кошмары и было какое-то зловещее чувство".

Заместитель генерала с некоторым любопытством принял письмо от Его Королевского Высочества и был удивлен, взглянув на него.

[Столица пала. Принц Сянь взошел на трон, семья Дэн бежала, местонахождение императора неизвестно.]

"Принц Сянь обратился против него?"

Заместитель генерала сначала почувствовал недоумение, но потом пришел в себя и перестал считать это странным. Он кивнул и сказал:

"Верно. Он столько лет лежал на дне. Измена - это всего лишь идея. Но у него действительно есть средства, чтобы добиться этого стремительно".

"Это только начало".

Разбив вещи и выплеснув свои эмоции, Ин Шэн сдержался и холодным голосом сказал:

"Как только он сядет на трон, наш народ больше не сможет спокойно проводить свои дни".

Заместитель генерала нахмурился и сказал:

"Он в столице. Даже если он соберет войска, сколько настоящих мужчин он сможет собрать? Вашему Королевскому Высочеству не нужно беспокоиться об этом. Если Ваше Королевское Высочество действительно хочет занять этот пост, мы можем послать войска, чтобы занять трон и поддержать ваше восхождение в течение года!"

Такая идея пришла ему в голову не в первый раз, и он не чувствовал, что это запретная тема. Его благоговейный взгляд заставлял думать, что перед ними не простой чжэннаньский принц, управляющий югом, а император, правящий всем под небесами.

Ин Шэн не собирался исправлять его замечания. Он был уверен, что первопричиной его раздражения было не восхождение принца Сяня на трон. Его не волновало, кто стоит во главе мира - в конце концов, в его глазах в мире не было ничего такого, за что он не мог бы побороться и получить, если только сам этого захочет.

Наверное, в новостях было что-то, что его беспокоило, но в первый раз он просто не обратил на это внимания, потому что это было слишком незначительно.

Ин Шэн придавал большое значение своей интуиции. Он нахмурил брови и дважды внимательно перечитал новости, после чего нашел то, что постоянно игнорировал.

Местонахождение императора было неизвестно...

Император...

...его местонахождение было неизвестно?

Он тщательно разделил слова, содержащиеся в этой фразе, медленно пережевывал их и перечитывал снова и снова, пока наконец не убедился, что они действуют ему на нервы и заставляют волноваться.

После стольких лет сражений в Королевстве, это был первый раз, когда на Ин Шэна что-то так повлияло. После прочтения этой фразы, казалось, что его мысли стали довольно рассеянными...

Это было странно. Он даже не видел этого маленького императора раньше...

Он приезжал в столицу восемь лет назад, когда получил титул Чжэннаньского принца, но в то время на Драконьем троне сидел предыдущий император в расцвете сил. Он опасался его из-за его влияния, но в то же время был вынужден даровать ему титул Чжэннаньского принца, чтобы успокоить его.

В те времена Ин Шэн пренебрежительно относился ко всему, что было связано со столицей. В конце концов, это было место, посвященное чувственным удовольствиям, далекое от бедствий и раздоров.

Они не видели угроз перед собой и вели экстравагантный образ жизни. Рано или поздно они саморазрушатся именно по этой причине. По этой же причине ему стало неинтересно, и с тех пор он ни разу не возвращался.

Даже когда Император внезапно умер, а на сцену вытолкнули маленького Императора, когда в столице начались скрытые и открытые беспорядки, он просто безучастно наблюдал за происходящим и ждал, когда они уничтожат друг друга изнутри.

Согласно вестям, которые передавали его шпионы, маленький император был слаб, некомпетентен и не имел собственного мнения. Он не мог и не хотел вмешиваться в политические дела. Все, чего он хотел, - это стабильной жизни. Как мог такой человек привлечь его внимание...

Подождите...

Когда он дошел до этого момента, его мысли внезапно зашли в тупик. Ин Шэн наконец-то понял, что в этой информации было странным.

Судя по ситуации с маленьким императором, Дэн Ши определенно не взяли бы его с собой, когда бежали. Он был беспомощен во дворце в одиночку. Если бы его не поймал принц Сянь, единственным вариантом было бы превратиться в труп на месте.

Однако в сообщении, отправленном его людьми, говорилось, что его "местонахождение неизвестно". Это означало, что никто не знал, жив он или мертв, и что труп найти не удалось... Как бы он ни думал об этом, в ситуации было что-то подозрительное.

Если он действительно находился во дворце, не могло быть и речи о том, что его жизнь или смерть неизвестна. Принц Сянь мог не беспокоиться по этому поводу, но Ин Шэн чувствовал, что, возможно, ему нужно проверить, как дела у этого маленького императора.

Обдумав все вышесказанное, он тут же написал письмо и распорядился отправить его голубем, чтобы как можно быстрее оповестить своих шпионов в столице.

Их просили как можно быстрее найти маленького императора.

Лучше было держать такую переменную в собственных руках.

Заместитель генерала наблюдал, как тот нахмурился и долго думал, прежде чем внезапно просветлел. Он яростно писал, затем позвал людей, чтобы те пришли и отправили его письмо.

Заместитель генерала был немного озадачен и открыл рот, чтобы спросить:

"Ваше Королевское Высочество, поскольку в столице произошли изменения, нужно ли нам сделать какие-то приготовления?"

"Навести порядок в столице, вычислить всех шпионов, собрать армию и запастись зерном для войны займет у Цзи Жунханя много времени. К тому же, год скоро закончится и наступит зима. Если он действительно планирует начать войну, то сможет начать ее только через два или три года. Кто должен торопиться, так это он, а не мы".

Его глаза и выражение лица были равнодушными, когда он говорил о новом императоре в столице. Его пальцы постукивали по столу, пока он продолжал:

"Море скоро замерзнет. Если мы действительно планируем сделать шаг, нам также придется подождать до весны. Отправьте приказ - мы будем оставаться наготове. В конце концов, юг - самый безопасный. Если бы он действительно собирался сделать шаг, он бы не выбрал нас в качестве первой цели".

Хотя он был сыном торговца, его разум был полон ученого духа. Он явно был бойцом и фехтовальщиком, каждое его движение было героическим и убедительным, но когда его лицо смягчалось, оно казалось нежным, как нефрит. Такой темперамент был очень противоречивым, но по нему можно было судить о его настроении.

"Да! Ваш подчиненный отдаст приказ!"

Заместитель генерала увидел, что выражение его лица стало холодным и безразличным, ледяным, как надвигающийся зимний снег, и понял, что в его сердце что-то беспокоит, чего он не может понять.

В мыслях Его Королевского Высочества было не разобраться, и ему оставалось только подчиниться приказу и вернуться в штаб для обсуждения с военачальниками.

В королевстве Сюэ приближался конец года, наступала зима. В это время года выпадал снег, независимо от того, на юге или на севере. Отсюда и произошло название королевства Сюэ.

Сюэ Лин и его отряд поспешили и успели на последний корабль, который покинул паромный порт до того, как река замерзла. Это было грузовое судно, и Шу Хэн дал морякам достаточно денег, чтобы они согласились взять их троих с собой.

В конце концов, тело, в которое он вселился, было телом гера. Даже после поддержки системы и сознательных тренировок Сюэ Лина, такое тяжелое путешествие слишком сильно обременило его тело.

Особенно после посадки на корабль Сюэ Лин обнаружил, что его тело подвержено морской болезни, а после полумесячного плавания он совсем похудел. Шу Хэн был встревожен, но он ничем не мог помочь. Даже лицо Му Гэ было озабоченным.

Во время путешествия Сюэ Лин не скрывал, что он гер. Вместо этого он рассказал, что оба его родителя умерли, и старший брат сопровождает его на юг, чтобы он пожил у их родственников.

Такая мрачная история жизни в сочетании с его больной, но все еще красивой внешностью, заставила людей на борту позаботиться о нем. Хотя он болел всю дорогу, они не сильно страдали, и Сюэ Лину оставалось только терпеть, пока все не закончится.

К тому времени, когда лодка причалила к берегу, все на борту уже были в предвкушении новогодних праздников. Они возбужденно обсуждали, как проведут новый год после возвращения домой. Сюэ Лин поправлялся от морской болезни, и никто не пытался с ним общаться. Шу Хэн тоже старался не давать ему слишком много знать, боясь, что он огорчится, если услышит.

Нужно знать, что в это время в прошлом году, даже если никто не заботился о Его Величестве и не любил его, в конце концов, никто не посмел бы уступить ему в чем-то. Вокруг него было много людей, и все равно было какое-то подобие праздника.

Он был совсем не таким, как сейчас, - больным до такой степени, что его лицо сильно побледнело. Он выглядел жалко, и при взгляде на него у Шу Хэна защемило сердце.

Корабль причалил к пристани Цзянси в Чжаньцзине. Это был самый большой порт на юге страны, а также ближайший к Чжаньцзину, где находился дворец князя Чжэннань.

Му Гэ сошел на берег и отправился за покупками. К тому времени, как Сюэ Лин и Шу Хэн встали с постели, карета и необходимые вещи, чтобы согреться, уже были готовы.

С неба падал снег. Сюэ Лин протянул руку к небу, желая поймать снег, но его руку прижал Му Гэ, и он был вынужден надеть меховую шубу. У них не было недостатка в деньгах, поэтому Му Гэ купил для него самое лучшее.

Огромный мех облегал его лицо, делая его маленьким и хрупким. Длинные волосы, спадавшие ему на спину, были свободно связаны. Му Гэ помог ему надеть большую меховую шапку, отчего он стал похож на маленький круглый шар из меха.

Его лицо все еще носило следы болезни, и он не сопротивлялся, когда его укутывали, просто позволяя Му Гэ двигать его по своему усмотрению. Когда все было улажено, Сюэ Лин даже улыбнулся ему и сказал:

"Изначально я просто хотел найти телохранителя, но ты даже берешь на себя работу Шу Хэна".

Шу Хэн фыркнул рядом с ними. Он был полностью согласен со словами Его Величества.

Му Гэ ничего не выражал на своем лице, отвечая:

"Наш долг - заботиться о вас. Это одинаково, независимо от того, кто это делает. Если он будет двигаться слишком медленно, то я поднимусь и сделаю это вместо него".

Шу Хэн хотел подойти и поспорить с ним о том, кто медлит, но Му Гэ отмахнулся от него и передал ему в руки маленький обогреватель. Голос Му Гэ немного смягчился, когда он сказал:

"Держи этот обогреватель, чтобы согреть свое тело. На улице очень сильный ветер, поэтому вам лучше скорее сесть в карету".

Сюэ Лин кивнул и повернул голову, чтобы приказать Шу Хэну:

"Шу Хэн, сначала сходи в город и посмотри, нет ли там дворов на продажу. Выбери небольшой и быстро купи его. Сейчас уже зима, и нам, скорее всего, придется остаться и ждать весны в Чжаньцзине".

Теперь, когда Шу Хэн получил задание, он поспешил его выполнить. Он повернул лошадь, которую купил для него Му Гэ, и поскакал в сторону города.

Му Гэ помог Сюэ Лину забраться в карету, а сам сел на место водителя и приготовился ехать. Повернув голову, он увидел, как Сюэ Лин вытянул голову и поджал губы.

"На улице ветрено".

Сюэ Лин кивнул и сказал:

"Я просто хочу посмотреть, как выглядит Чжаньцзин. Я никогда раньше не покидал Столицу".

"Чжэннаньский принц — Ин Шэн. В его распоряжении больше, чем у генерала Мо Бэя и северной семьи Ван. Если вы хотите, чтобы он встал на вашу сторону, то, вам нужно не на пейзажи смотреть".

Му Гэ некоторое время был расстроен, но смог придумать только это обескураживающее замечание.

Сюэ Лин хмыкнул и сказал:

"Мы знаем, что будет трудно произвести на него впечатление, но он - единственный выбор..."

"А если он не захочет помочь? Куда вы тогда пойдете?"

Сюэ Лин отвернулся и опустил занавеску, загораживая Му Гэ взгляд. Он знал, какой ответ хотел получить Му Гэ, но он никогда не позволит себе оставаться посредственностью до конца жизни.

Когда желания изначального хозяина тела вступали в противоречие с его собственной задачей, он мог только выбрать выполнение задания. Ему нужно было изменить судьбу двух главных героев, и самым простым способом сделать это было бы сразиться с ними и не дать им шанса на сожаление...

Спустя много времени Му Гэ услышал голос юноши, который доносился из кареты. Он не был капризным, но в нем слышался легкий носовой оттенок, вызванный болезнью. Если прислушаться, он был немного милым. Но слова, которые он произнес, казалось, решительно развеяли все желаемые мысли.

"Му Гэ, нет ничего такого, чего бы Мы не хотели, чего нельзя было бы достичь. Независимо от того, какие средства нужно использовать, Мы сделаем это".

Чтобы скрыть свою личность, Му Гэ уже полмесяца не слышал, чтобы император обращался к себе подобным образом. Теперь, когда Его Величество использовал королевское "мы", Му Гэ вдруг почувствовал, что снег, падающий на его голову, внезапно стал холодным...

Именно так. Даже если сейчас он стал более доступным, он все еще оставался тем Императором, который стоял высоко. Даже если его сместили с трона, он все еще сохранил свое упорство...

И он говорил раньше, что независимо от того, чего он хочет, он отчаянно отдаст все свои силы, чтобы получить это...

Снежинки порхали и постепенно окрасили весь город Чжаньцзин в белый цвет. Каждый дом зажег красный фонарь в честь наступающего Нового года, и в этот момент даже королевский дворец был охвачен суетой.

Все были заняты, но для Ин Шэна это было самое свободное время.

Новый год и гости, которых он принесет, еще не наступили. Это было праздничное время, и у него не было много военных дел. В первый же день, когда выпал снег, он выбрал хорошую лошадь и приготовился выехать за город на прогулку.

Он переоделся в повседневную одежду и приказал всем своим сторонникам разойтись, а затем медленно направился к городским воротам.

Первый день Нового года наступал через два дня. К тому времени у городских ворот будет появляться огромное количество карет и лошадей. Многие простолюдины, жившие за городом, приезжали в город за покупками, образуя длинную стройную очередь у городских ворот.

"Я везу Гунцзы к его родственникам".

Ин Шэн услышал эту фразу среди шума, и его взгляд очень естественно упал на тело говорившего. Его голос был сильным, и казалось, что его способности к боевым искусствам были не слабыми. Когда он оглянулся, лицо этого человека было лишено выражения, но от него не укрылся его импульс.

Несмотря на то, что он выглядел опасным, стражник не собирался просто так пропускать его в город и повторил свою предыдущую просьбу.

"Люди в карете должны выйти, чтобы мы могли их увидеть. Хватит прятаться".

Эта патовая ситуация, казалось, продолжалась еще некоторое время, и как раз когда Ин Шэн начал чувствовать скуку, его уши дернулись, когда он услышал другой голос, который заставил его захотеть остаться на месте.

"Брат Му, поскольку это правило Чжаньцзина, мы должны просто сотрудничать. Не усложняй жизнь братьям-стражникам".

Голос не отличался особым тембром. На самом деле он был немного хриплым из-за болезни. Но пока он говорил, он поднял занавеску кареты и высунул свое тело наружу.

Плащ светлого цвета был обернут вокруг его стройного тела, а черные шелковистые волосы свисали за спину. На голове у него была шапка из меха какого-то неизвестного животного, и все вокруг него было мохнатым, что подчеркивало, какое воздействие это лицо оказало на его сердце.

Лицо маленького гэра было как нефрит, а красная киноварная родинка в уголке глаза напоминала цветущую сливу зимой, одинокий цветок, лежащий посреди заснеженной земли. Красный цвет был ослепителен и великолепен, и это заставило сердце Ин Шэна на мгновение остановиться...

"Брат страж, как ты видишь, я не опасный человек. Просто я заболел из-за долгой дороги, которую мы проделали, и старший брат Му беспокоился, что я простужусь от ветра, поэтому он не позволил мне выйти».

Когда его выражение лица стало мягким, это заставило сердца других смягчиться. Даже прохожие, не участвовавшие в их разговоре, не могли сдержаться, чтобы не сказать ему что-нибудь резкое, когда видели его, поэтому охранник у ворот кивнул и помахал им рукой.

Только когда занавес кареты опустился, и колеса кареты провернулись, а звук ударов копыт о землю постепенно затих, Ин Шэн наконец взял себя в руки, и по его щекам разлился яркий красный румянец. Казалось, что его сердце хочет вылететь из груди.

Его взволнованная лошадь громко фыркнула, ударив передними копытами о землю, надеясь, что господин выйдет из оцепенения. Вместо этого господин погладил ее гриву своими большими руками.

Ин Шэн подтолкнул лошадь ногами, и она рванула вперед, словно ей никогда раньше не позволяли бегать, и выскочила за городские ворота. Стражники посмотрели друг на друга, но в итоге предпочли остаться на своих постах, как будто ничего не видели.

Стражники заметили фигуру Ин Шэна, когда он ненадолго остановился у ворот, но не осмелились его потревожить.

Шу Хэн прибыл в город намного раньше Сюэ Лина и Му Гэ и уже сделал все необходимые приготовления. Му Гэ отвез карету в город и доставил их на постоялый двор, после чего поселил Сюэ Лина в комнате для гостей.

Двор, который нашел Шу Хэн, все еще нуждался в уборке. Поскольку они торопились, он не стал слишком придираться, выбрал первый попавшийся приличный и купил его на имя Сюэ Лина.

Перед тем как покинуть столицу, Шу Хэн по просьбе Сюэ Лина приобрел жетоны идентификации для всех троих. С ними им было проще путешествовать по Королевству Сюэ, не вызывая подозрений.

"Господин, я уже нашел несколько человек, чтобы привести в порядок дом. Хотя он немного обветшал, но после уборки мы сможем переждать там год. Я пойду с Му Гэ купить кое-что необходимое, чтобы господин мог удобно устроиться".

Шу Хэн был так занят, что крутился вокруг да около, но он все еще оставался очень уважительным по отношению к Сюэ Лину.

Сюэ Лин снял шапку, открыл окно в комнате для гостей и высунулся наружу. Он заметил, что окно выходит на задний двор гостиницы, где было посажено цветущее сливовое дерево. Дерево цвело, и лепестки неторопливо опускались на землю.

"Шу Хэн, не нужно быть таким почтительным, обращаясь ко мне. Я теперь ребенок из бедной семьи. Достаточно обращаться ко мне как гунцзы - не нужно называть меня господином".

"Да, гунцзы".

Шу Хэн закрыл окно и нахмурился:

"Гунцзы еще не оправился как следует от своей болезни, лучше не простужаться от ветра."

"Я не какая-нибудь легко разбиваемая фарфоровая кукла".

Сюэ Лин снял шубу и слегка похлопал себя по лицу.

"У нас не так много времени на отдых и восстановление. Му Гэ, сходи и расспроси, как принц Чжэннань установил здесь иерархию. Будет лучше, если ты сообщишь конкретные детали, например, кто его люди и с кем он близок, чтобы я знал, к кому обращаться".

Му Гэ кивнул. "Да".

"Говоря о людях, подчиненных князю Чжэннань..."

Шу Хэн на мгновение замешкался, а затем сказал:

"Когда я расспрашивал о дворе, я услышал кое-какую информацию."

"О?"

"Около года назад во дворец Чжэннань прибыл новый военный советник, которому принц Чжэннань дал почетную должность. Говорят, что его мудрость не имеет себе равных, и он - чудовищное существо, которое признал принц Чжэннань. Более того, он является гером, и ходят слухи, что они - пара, созданная на небесах. Возможно, Гунцзы может начать с того, чтобы обратиться к нему?"

"Военный советник?"

Сюэ Лин поднял брови, выражение его лица было многозначительным.

"Это действительно интересно. Му Гэ, сосредоточься на расследовании этого военного советника, когда пойдешь собирать информацию".

"Да."

Отправив их двоих, Сюэ Лин сел и потер лоб. Он вызвал систему и спросил:

"Что происходит? Откуда взялся этот военный советник?"

"О? Разве я не говорил господину об этом раньше?"

Система взмахнула своим белоснежным хвостом и отправила Сюэ Линю подробности для другой истории.

"На самом деле, автор написал не только историю принца Сяня и Ли Юаня в этом мире. Тут имеется и другая история".

Это был первый раз, когда Сюэ Лин столкнулся с такой ситуацией. Ему было немного любопытно, и он хотел, чтобы система объяснила все правильно.

"Некоторые писатели создают мир, а затем продолжают писать другую историю в том же мире, в котором происходило действие первой истории. Следующая история может быть связана с первоначальной, а может и не быть".

"Это из-за второй истории ты сказал мне выбрать Чжэннаньского принца?"

"Да, в этой серии есть две истории. Одна - о Ли Юане и принце Сяне, которая закончилась после того, как они поженились. То есть, эта история уже закончилась. Затем автор добавил другую историю, которая основана на их успешном восстании. Главный герой этой истории - путешественник во времени, который попал в этот период из современной эпохи. Это означает, что события нынешней династии были записаны для него как история, и причина, по которой он попал в эти древние времена, - изменить историю мира."

"Чего?"

После того, как принц Сянь взошел на трон, он изо всех сил пытался управлять, но поскольку структура королевства Сюэ была зафиксирована на месте в течение долгого времени, а трещины существовали так долго, было невозможно, чтобы она восстановилась при его жизни.

Кроме того, с возрастом он все больше скучал по любви Ли Юаня к нему, но Ли Юань уже давно умер в холодном дворце. Чем больше он тосковал по нему, тем меньше у него оставалось в сердце огня для управления страной.

После его смерти следующий император вернулся к прежним привычкам и предавался декадансу, пока королевство Сюэ окончательно не встало на путь разрушения.

Путешественник во времени питал особую любовь к этой эпохе. Он был студентом китайского факультета и был довольно одиноким. Он считал, что его жизнь должна быть посвящена любви к слову, а его любимым человеком был Чжэннаньский принц Ин Шэн из истории.

Но история Ин Шэна закончилась не очень хорошо - на него было совершено покушение. Хаос, возникший на юге из-за его смерти, ускорил гибель королевства Сюэ. Путешественник во времени был глубоко обеспокоен его смертью.

Возможно, он слишком сильно переживал, потому что однажды, проснувшись, он обнаружил, что переместился в этот период истории.

Ин Шэн был еще жив, а принц Сянь только что взошел на трон. Все еще можно было изменить, поэтому он начал планировать, как шаг за шагом изменить судьбу Ин Шэна. Благодаря тому, что он отличался от других, Ин Шэн обратил на него внимание, они постепенно узнали друг друга и полюбили, но только когда этот военный советник принял на себя удар, предназначенный для Ин Шэн, они наконец оставили тревоги в своих сердцах и сошлись. Затем они пробились в столицу, объединили королевство Сюэ и изменили историю.

Сюэ Лин воспринял такую трогательную историю любви, и его брови нахмурились все сильнее.

"Похоже, автор намеренно подставил Ли Юаня..."

"Верно. На самом деле, задача хозяина совершенно особенная. Чтобы повлиять на всех четверых, главным ключом является не принц Сянь, и не Ли Юань. Самый важный человек - это принц Чжэннань".

"Почему ты не сказала этого раньше?"

"... Ну, господин не спрашивал... Ты просто хотел узнать сюжет, связанный с Ли Юанем, и не спрашивал о Чжэннаньском принце".

Сюэ Лину не нужно было задумываться, чтобы понять, что система намеренно увеличивает его нагрузку. Ему было лень возиться с мехом системы, он нахмурился и попытался найти способ разобраться с этим путешествующим во времени военным советником.

"Принц Чжэннань... Изначально я думал, что можно будет просто передать ему должность императора, но теперь, похоже... мне все еще нужно сидеть на этом месте..."

В таком случае, проблема усложнилась.

"Но так я ничего не смогу использовать..."

"Хозяин, почему я вдруг чувствую себя такой нервной теперь, когда ты так серьезно обдумываешь, как справиться с этой задачей...?"

"Если бы ты не бросила меня в ловушку, разве мне нужно было бы делать так много сейчас?"

Сюэ Лин поднял систему и в конце концов от разочарования зарылся всем лицом в белый мех системы.

"Забудь об этом. Даже если ничего не сработает, у меня все еще есть способность очаровывать. Я не верю, что не смогу справиться с простым принцем Чжэннань!"

"Господин не должен так расстраиваться..."

Система заговорщически прошептала:

"Может быть, он и есть «тот человек»?"

Сюэ Лин знал, что это значит. Он хмыкнул и сказал:

"Не думаешь ли ты, что это было бы читерством?"

"Ты все еще мой хозяин? Разве ты не жульничал всю дорогу?!"

Система чувствовала себя немного странно, когда ее хозяин вел себя так серьезно. Было слишком страшно, когда ее господин вел себя так, будто у него не было времени даже поиграть со своим возлюбленным!

"Ну и что, если это он? Уже есть военный советник, который был рядом с ним целый год. Даже если я захочу сблизиться, другая сторона все равно должна хотеть меня. Говорю тебе сейчас, если я окажусь в роли любовника, я отомщу ему".

Система: "..."

Почему она почувствовала, как по позвоночнику пробежал холодок? Он был зол, не так ли! Ее хозяин определенно был зол!

"Господин, может, у них нет химии, и из этого ничего не вышло. В конце концов, если это действительно тот человек, ты же знаешь его характер..."

Она вырыла для него столько ям, но он никогда не прыгал в них. Как он мог в этом мире так внезапно измениться и полюбить кого-то другого?

Сюэ Лин усмехнулся. Все, что он делал сейчас, основывалось только на предположениях. До того, как он по-настоящему столкнулся с принцем Чжэннань, все это не имело значения.

На самом деле, ему все еще нужен был кто-то, кто бы его представил... и этим человеком... мог быть только главный герой Шоу из второй истории.

Приняв решение встретиться с этим человеком, Сюэ Лин привел в порядок вещи в комнате, натянул на себя шубу и приготовился немного отдохнуть.

Его тело не могло позволить себе выйти на прогулку после целого дня беготни.

Он спокойно отдыхал дома, но у Чжэннаньского принца не было возможности отдохнуть. Он также не знал, что его прошлое и будущее, возможно, изменится. Сейчас Чжэннаньский принц подгонял своего коня, чтобы тот мчался по сельской местности, дабы успокоить его беспокойное сердце.

Он был свободен от желаний столько лет, что даже его подчиненные перестали уговаривать его найти девушку, о которой он мог бы заботиться, полагая, что у него просто нет таких потребностей. Но на самом деле он просто чувствовал, что ему нужно дождаться определенного человека.

Пока он ждал его, он не мог интересоваться другими людьми, потому что тот человек мог очень разозлиться. Он не хотел вызывать его гнев, поэтому столько лет хранил свое сердце в чистоте и ограничивал свои желания.

Но именно сейчас он ясно почувствовал ауру человека, которого ждал... Ин Шэн не пошел вперед, потому что не хотел, чтобы тот человек неправильно понял его и подумал, что у него плохие намерения.

В конце концов, любой, кто подойдет и начнет болтать после одного взгляда, никогда не оставит хорошего первого впечатления, а он хотел создать идеальную первую встречу.

Человек, стоявший рядом с ним, сказал, что они едут в Чжаньцзин, чтобы погостить у своих родственников, верно...

В таком случае, фестиваль фонарей после Нового года был бы хорошей возможностью встретиться с ним. В празднике фонарей участвовали даже те, кто недавно приехал в город. Тогда он мог бы постараться произвести хорошее впечатление на маленького гера.

Принц Чжэннань, который не знал, что другая сторона пришла сюда, чтобы найти его, размышлял о том, как создать идеальную первую встречу. Лучше всего было бы сделать так, чтобы маленький гер влюбился в него с первого взгляда...

Он знал, что многие геры влюблены в него, и что его популярность всегда была очень высока, но по какой-то необъяснимой причине он очень волновался, что другая сторона будет смотреть на него свысока...

Хотя Шу Хэн описывал этот дом как простой и грубый, он казался таким только по сравнению с дворцом. На самом деле, для обычного двора он был довольно хорош, но Шу Хэн всегда очень беспокоился о Сюэ Лине и считал, что не смог обеспечить Его Величеству достаточно хорошую жизнь.

Поэтому каждый раз, когда ему приходилось искать пищу, кров или транспорт для Сюэ Лина, он пренебрегал всем и считал это недостаточным.

Этот двор находился в центре города и уже давно был выставлен на продажу, но из-за слишком высокой цены никто не хотел его покупать. Цена была явно установлена на уровне грабительской, но после сравнения нескольких дворов Шу Хэн все же твердо решил купить этот. У них не было недостатка в деньгах, поэтому он, естественно, выбрал лучший для своего хозяина.

Этот маленький дворик был расположен в четырехугольнике, и в нем было довольно много домов. Главный дом был очень ухожен, и когда Шу Хэн купил его, слуги, которые отвечали за поддержание всего в рабочем состоянии, также были переведены, поэтому не было необходимости беспокоиться о домашних делах.

Шу Хэн выбрал солнечный день, чтобы привести Сюэ Лин в новый двор. Когда они подъехали к входу, Шу Хэн наконец объяснил Сюэ Лину:

"Гунцзы, во дворе напротив нашего живет военный советник, о котором я тебе уже говорил".

Сюэ Лин вышел из кареты и перевел взгляд на вход с другой стороны. Он скривил губы, а затем хлопнул рукой по плечу Шу Хэна.

"Молодец!"

Шу Хэн немного горделиво рассмеялся и бросил на Му Гэ довольно вызывающий взгляд. Му Гэ проигнорировал его и повернулся, чтобы поддержать Сюэ Лина, когда тот выходил из кареты.

Ин Шэн получил известие о том, что они переехали во двор, когда они еще обустраивались. Он удивленно поднял брови и с сомнением спросил:

"Они теперь живут во дворе напротив моего военного советника?"

"Да. Ваш подчиненный лично видел, как они въехали. В правительственном офисе также есть доказательство того, что они купили дом".

"А?"

"Этого парня зовут Сюэ Лин. Он из столицы, но хотел поехать на юг, чтобы найти своих родственников, потому что его родители умерли. К сожалению, он не смог найти их, когда прибыл в Чжаньцзин. От долгого путешествия сюда он заболел, поэтому решил на время поселиться в Чжаньцзине".

"Сюэ Лин..."

Ин Шэн произнес это имя негромким голосом и глубоко в душе смаковал его, вспоминая, как он видел этого человека. На его губах неосознанно появилась улыбка...

"Хорошее имя".

Докладывающий подчиненный безучастно смотрел на Их Королевское Высочество. Он улыбался... и это была очень страшная улыбка... она была похожа на улыбку, предвещающую приход весны.

На лице любого человека она была бы вызывающей, но когда она была на лице Их Королевского Высочества, она становилась особенно тревожной...

"Ваше Королевское Высочество... Нужно ли нам продолжать следить за ним?"

Хотя он не знал, почему ему поручили такое задание, подчиненный все же сохранил почтительное выражение лица, задавая этот вопрос.

"У этого гера есть господин рядом с ним, и его способности неординарны. Наши люди не осмеливаются подходить слишком близко".

Ин Шэн махнул рукой.

"Нет необходимости. Сначала отступите".

После этого он сделал паузу, обдумал вопрос и добавил:

"Пусть экономка приготовит подарок. Этот принц собирается навестить своего военного советника".

Подчиненный принял его приказ, развернулся и отступил. Он был все более и более невежественным в отношении ума их генерала. Заставляя его следить за маленьким гером и делая подобные вещи, что он пытался сделать...

Неужели для их Королевского Высочества наконец-то наступила «весна»?

Сюэ Лин остался во дворе в то утро, а после обеда он попросил Шу Хэна приготовить подарок и приготовился посетить маленького путешествующего во времени военного советника, который жил по соседству.

Независимо от того, был ли Чжэннаньский принц этим человеком или нет, или каковы были его отношения с военным советником, ему нужно было вступить с ним в сговор, если он хотел зацепить Чжэннаньского принца.

Чтобы в будущем им было легче найти общий язык, Сюэ Лин планировал использовать свою личность в качестве гера и сначала установить хорошие отношения с другой стороной.

К слову сказать, обстановка в этом мире была действительно уникальной. Тот путешественник во времени прибыл из далекого будущего, но в этом будущем все еще существовали геры и люди.

Чтобы такой мир как-то плавно развивался... Конечно, дыра в мозгу автора была действительно бездонной — любой вид обстановки можно было контролировать с легкостью.

После того, как подарок был готов, Сюэ Лин написал письмо с просьбой о визите, а затем попросил Шу Хэна доставить его в соседнюю виллу.

Он мог только надеяться, что сосед заинтересуется им или будет заинтригован его письмом. В конце концов, согласно установкам автора, этот военный советник был замкнутым академиком, который любил погружаться в учебу целыми днями. Даже любовь не заставляла его выныривать из моря литературы более чем на несколько секунд.

Это тело изначально было императором. Его достижения в поэзии были, по крайней мере, достойными, а его письменные навыки были неплохими — в конце концов, даже такие поверхностные вещи все равно нужно было делать хорошо.

Однако их можно было ограничить только сферой "хорошо", и чтобы скрыть свои способности, Сюэ Лин написал довольно много писем для тренировки, причем рукописные символы становились все лучше и лучше, пока он, наконец, не выбрал письмо, которое выглядело как необыкновенное произведение искусства, и передал его Шу Хэну.

Шу Хэн видел слишком много изменений в Его Величестве по пути сюда. Он уже не удивлялся тому, что Его Величество вдруг стал писать таким красивым почерком, что им могли восхищаться эксперты.

Он похвалил Сюэ Лина, прежде чем окончательно покинуть двор, но в остальном никак не отреагировал на это; Му Гэ, который уже давно не был с Цзи Юньхуа, естественно, тоже ничего не сказал.

В дополнение к скромному подарку, который преподнесла Шу Хэн, Сюэ Лин также попросил Му Гэ приготовить для него несколько листов бумаги, чтобы он мог создать несколько картин.

Он слишком давно не сталкивался с миром, в котором требовалась подобная демонстрация литературных способностей. Мастерство Сюэ Лина, когда он рисовал, было немного ржавым, но в итоге он все равно сделал это за один раз. Хотя это была не лучшая его работа, но все же более чем достаточная.

В этом мире не поощрялось рисование, поэтому большинство художников и артистов были герами. Первоначальный владелец этого тела всегда любил рисовать, и у него было довольно много достижений в этой области. Му Гэ посмотрел на картину, которую создал Сюэ Лин, и все его лицо стало нежным.

В те годы, когда он охранял маленького императора, он часто зажигал свечи по ночам, чтобы рисовать втайне. Вдовствующая императрица не разрешала ему делать то, что обычно делали геры, поэтому он выгонял всех из своих комнат, чтобы спрятаться и рисовать.

Хотя его нынешние работы уже не были такими незрелыми, как в те времена, они все равно успокаивали Му Гэ...

Иногда ему казалось, что радость, которую он испытывал, видя изменения маленького императора, была неуместной - в конце концов, процесс взросления был слишком жестоким, и герам не следовало проходить через то, что пришлось испытать ему - чаще он чувствовал удовлетворение от того, что изменился в этом направлении.

Хотя это означало, что у него была возможность увести его подальше от атрибутов придворной жизни, туда, где он мог блистать и ослеплять других, именно из-за того, насколько ослепительным он был, Му Гэ стало совершенно ясно, что он его недостоин...

К тому времени, как картина высохла, из поместья Чэнь уже пришел ответ. Военный советник Чэнь пригласил Сюэ Лина к себе и принял его в главном зале поместья.

До этого Сюэ Лин имел представление о Чэнь Цзинчжэне по результатам расследования Му Гэ и описаниям системы. После личной встречи Сюэ Лин смог составить собственное мнение.

Это действительно был ребенок, который любил учиться. Даже если он был человеком из современной эпохи, который путешествовал во времени, он никак не мог подделать эту ученость.

Чэнь Цзинчжэнь перенесся в прошлое вместе со своим телом и, полагаясь на свой мозг, достиг того уровня известности, который он имел сегодня.

Он больше не был незарегистрированным членом страны без документов, и теперь, когда он пробыл здесь так долго, его поведение было спокойным и достойным. Благодаря своему росту и телосложению, он излучал благородство.

Сюэ Лин сдержал свой взгляд - пока он смотрел на собеседника, тот тоже оценивал его. После того как их взгляды встретились, они улыбнулись друг другу.

У них было много общего, но это были два совершенно разных типа людей.

Внешность Чэнь Цзинчжэня можно было назвать элегантной. Он также был мерином, и его киноварная родинка была на мочке уха. Цвет был не очень ярким и соответствовал тому, каким он был человеком - уместным и вполне плебейским.

Его волосы были завязаны, потому что он уже достиг зрелости, а его губы были естественно изогнуты вверх, что создавало у окружающих впечатление, что он улыбается, даже когда на его лице не было никакого выражения.

"Когда я увидел вашу каллиграфию, я подумал, что человек, который может писать с таким стилем, определенно является кем-то необычным. Теперь, когда мы встретились, я понимаю, что моя интуиция была верна. Конечно, вы действительно непревзойденный красавец этого поколения, способный затмить всех живых существ".

Сюэ Лин покачал головой в знак того, что этот комплимент был слишком экстравагантным. Повернувшись к Шу Фэну, он показал ему, чтобы тот принес их подарки, и сказал:

"Когда я только прибыл, я услышал, что нашим соседом будет военный советник Чэнь, поэтому я пришел сюда с особым визитом. Это небольшой подарок, а также картина. Надеюсь, военный советник Чэнь сможет принять его".

Это была обычная практика - обмениваться подарками при посещении чьего-либо дома, и даже то, какие подарки были приемлемы, было довольно специфично в соответствии с обычаями. Чэнь Цзинчжэнь, естественно, принял их и попросил домработницу забрать подарок, а сам взял картину, которую нарисовал Сюэ Лин. Он сказал:

"Я всегда был немного несдержанным, и есть некоторые обычаи, которых я не придерживаюсь. Если Сюэ Гунцзы не возражает, можно я открою картину и посмотрю?"

Сюэ Лин скривил губы и кивнул: "Да".

В королевстве Сюэ не принято было жить отдельно в собственном особняке. Большинство из них были сильными личностями, которых не волновали осуждающие взгляды окружающих, и их общение не всегда соответствовало приличиям.

Став таким, Сюэ Лин стал еще более своенравным. Хотя он не мог объяснить, почему ему подсознательно хотелось ошеломить собеседника, Сюэ Лин всегда поступал так, как ему заблагорассудится.

После того, как они уселись, был подан чай, и они вдвоем изучали картину, которую принес Сюэ Лин, а затем перешли к обсуждению поэзии и литературной классики. Благодаря подключению к системе, Сюэ Лин был очень сведущ в культурных материалах этого мира, и независимо от того, о чем говорил Чэнь Цзинчжэнь, Сюэ Лин всегда находил подходящий ответ.

В конце концов, глаза Чэнь Цзинчжэня засияли, и он почувствовал, что нашел родственную душу. Если бы не то, что небо темнело, а на лице Сюэ Лина все еще были видны следы болезни, он бы, наверное, настоял на том, чтобы Сюэ Лин продолжал беседовать с ним до самой ночи.

Солнце окрасило небо в яркий красный цвет, и сумерки быстро приближались к тому времени, когда Сюэ Лин наконец смог покинуть поместье Чэнь вместе с Шу Хэном. Чэнь Цзинчжэнь сопровождал их всю дорогу с явной неохотой, хотя они явно жили неподалеку и им нужно было только перейти улицу, чтобы попасть туда.

Узнав, в каком дворе они живут, Чэнь Цзинчжэнь сказал Сюэ Лину, что навестит его с ответным визитом в другой день. В это время они смогут продолжить разговор сегодняшнего дня. Сюэ Лин сказал, что будет рад видеть его в любое время.

На этом их первая встреча была завершена.

Чэнь Цзинчжэнь отправил его обратно в свой двор. После того как двери закрылись, улыбка на лице Сюэ Лина исчезла.

Шу Хэн не мог понять, что происходит в его голове, поэтому он осторожно позвал:

"Гунцзы?"

"Увы."

Сюэ Лин вздохнул и сказал:

"Талантливый национальный ученый попал под контроль принца Чжэннань. Такой талант оказался в таком месте, как это, а в столице полно людей, которых заботит только слава и у них пусто в голове. При императорском дворе нет никого по-настоящему полезного... Увы, королевство действительно несчастно..."

Шу Хэн нахмурился:

"Если Ваше Величество так привязались к нему, возможно, вы сможете пригласить его присоединиться к вам, когда вернетесь на Север в будущем? Поскольку Ваше Величество планирует использовать Чжэннаньского принца, его люди также должны быть в Вашем распоряжении."

Сюэ Лин кивнул и больше ничего не сказал, он уже перешел к другим мыслям.

Ему было интересно, совместимы ли Чэнь Цзинчжэнь и Ли Юань или нет. Один из них действительно страдал от тягот жизни, а другой был изолирован от мира, затерявшись в своих книгах.

Хотя их рождение и жизненный опыт были совершенно разными, кое-что все же совпадало. Сюэ Лин догадывался, что эти двое очень подходят друг другу, и он сможет их использовать.

Теперь, когда они достигли этой точки, хотя Сюэ Лин и не знал, что за человек на самом деле Чжэннаньский принц, он уже наметил основные шаги по возвращению в столицу.

Изначально он планировал убить его во время весны, после Нового года, но теперь казалось, что есть способ обратить Ли Юаня. Как он мог оставить такого человека рядом с Цзи Жунханем (Принц Сянь), чтобы вся его яркость постепенно угасла?

Может быть, пережив все на этот раз, Ли Юань поймет, что неправильно привязываться к человеку, полагаясь на эмоции, чтобы сохранить контроль над ситуацией. Он мог бы абсолютно самостоятельно стоять на авансцене - судя по анализу характера Ли Юаня, проведенному Сюэ Лином, его привязанность к Цзи Жунханю никогда не перевесит его любовь к миру.

Годы, проведенные им в мире в качестве духа перед возрождением, слишком тяготили его; любовь не смогла бы отменить изменения, произошедшие в его сердце.

Возможно, это и было основной причиной того, что они с Цзи Жунханем пришли к своему первоначальному концу. Но Сюэ Лин не хотел, чтобы он отказывался от своих идеалов. Если он действительно хотел изменить будущее этого мира, он должен был сам прийти к власти.

Он мог заставить придворных благоволить и бояться, заставляя их подчиняться, но реальных изменений не будет, если все придворные будут мужчинами. Раз уж он хотел изменить устройство этого мира, то пусть это будет грандиозная перемена.

Он мог бы поддержать геров и изменить их образ жизни, позволив им выйти на авансцену из-за кулис. Ли Юань и Чэнь Цзинчжэнь были бы хорошими шахматными фигурами для этого...

Сюэ Лин размышлял о долгосрочной перспективе. Тем временем Чэнь Цзинчжэнь даже не подозревал, что его отметили. Он уже давно не испытывал такого чувства, как при встрече с доверенным лицом. Независимо от темы разговора, собеседник не отставал от него.

Хотя собеседник был красив, он явно не решил "зарабатывать на жизнь с помощью своего лица". Согласно их нынешней эпохе, Сюэ Лин, вероятно, был воплощением фразы "мог бы использовать свое лицо, чтобы заработать на жизнь, но решил этого не делать".

Этот жалкий военный советник понятия не имел, что его ждет, но в ту ночь он обнаружил, что так взволнован, что не может заснуть.

Это привело к тому, что на следующий день он проспал весь день. Его мозг был затуманен, и когда он узнал, что Его Королевское Высочество собирается нанести визит, он все еще был немного возбужден.

Сначала, когда Чэнь Цзинчжэнь узнал, что он путешествовал в прошлое, и в чью эпоху он попал, он был очень взволнован. В конце концов, он испытывал необычайно сильные чувства к "Ин Шэну" и был очень рад, что попал в это время и может помочь этому человеку.

Но постепенно, после того как он начал общаться с Ин Шэном, он понял, что как современный человек, он все еще ограничен в своих возможностях.

Ин Шэн был очень сильным человеком. Его мудрость и способности к боевым искусствам были намного выше, чем записано в книгах по истории. Чэнь Цзинчжэнь чувствовал, что может помочь ему, но на самом деле, он не знал, был ли это эффект бабочки, но многие ходы и мысли Ин Шэна были намного лучше, чем то, что он читал.

Постепенно Чэнь Цзинчжэнь очнулся от своего идеалистического взгляда на мир и понял, что разрыв между ним и Ин Шэном был более существенным, чем он думал.

Этот человек был слишком силен, и Чэнь Цзинчжэнь не чувствовал никакого желания расчищать для себя место в его сердце. Со временем Чэнь Цзинчжэнь понял, что отношения между ним и Ин Шэн будут лишь отношениями советника и его господина. Они часто обсуждали деловые вопросы, но практически никогда не обсуждали ничего личного.

К слову, у этого человека, похоже, не было личной жизни...

В таком случае, почему он пришел навестить его? Судя по его пониманию, его Королевское Высочество был человеком, который никогда не ходил в храм просто так.

Но раз уж он пришел с визитом, Чэнь Цзинчжэнь почувствовал, что в этой ситуации есть что-то подозрительное.

Поместье Чэнь Цзинчжэня находилось в самом процветающем районе южного города. Оно находилось недалеко от королевского дворца, но если не происходило ничего важного, он обычно оставался дома и лишь изредка выходил на улицу, чтобы насладиться чтением стихов и полюбоваться пейзажами. Пока принц Чжэннань не находился на войне, его жизнь действительно была довольно неторопливой.

До Нового года оставался всего один день. С точки зрения логики, у Чжэннаньского князя не было причин лично приезжать в его поместье. Хотя Чэнь Цзинчжэнь был полон сомнений, он все же пошел и поприветствовал его у дверей.

Ин Шэн не привел с собой много людей. За ним следовал только один слуга, и когда Чэнь Цзинчжэнь увидел их, он понял, что этот визит должен быть связан с личными делами Ин Шэна.

С тех пор, как Ин Шэн стал его начальником, и до настоящего времени, количество раз, которые Ин Шэн бывал в его поместье, можно было пересчитать по пальцам одной руки.

Чаще всего его вызывали в королевский дворец, когда нужно было обсудить какие-то дела. Вместо него здесь довольно часто бывали его заместители генералы, которые искали его, чтобы обсудить мысли Их Королевского Высочества.

У Чэнь Цзинчжэня не было таких мыслей по отношению к Ин Шэну, поэтому он редко принимал участие в их обсуждениях. Заместители постепенно поняли, что Чэнь Цзинчжэнь не интересуется их генералом в таком ключе, поэтому перестали приходить к нему так часто.

"Ваше Королевское Высочество".

Он почтительно поклонился. В конце концов, это был его непосредственный начальник. Чэнь Цзинчжэнь заметил, что слуга, шедший позади него, принес подарок, и с некоторым удивлением сказал:

"Новый год еще не наступил. Ваше Королевское Высочество прибыло заранее?"

"Есть некоторые вещи, которые нужно обсудить".

Ин Шэн улыбнулся, заставив себя отвести взгляд от двора напротив них.

"Давайте пройдем внутрь, чтобы поговорить. Я принес тебе несколько подарков, считай, что это новогодние подарки от принца".

Чэнь Цзинчжэню это показалось довольно необычным, но он кивнул и пригласил Ин Шэна войти внутрь. Его взгляд скользнул по входу во двор напротив - жаль, что он сможет навестить Сюэ Гунцзы только после Нового года.

Рано утром выпал снег. В комнате горел камин, и, выглянув наружу, можно было увидеть во дворе белые пятна снега, перемежающиеся с парой красных сливовых деревьев. Их лепестки, словно звезды, рассыпались по белому снегу.

Ин Шэн посмотрел на два сливовых дерева и восхищенно сказал:

"Значит, наш военный советник наслаждается цветами, которые цветут зимой. Поистине уникально".

"Это просто небольшое украшение для двора".

Чэнь Цзинчжэнь не знал, какова его цель, и мог только следить за выбранной темой разговора.

"Ваше Королевское Высочество прибыло сегодня с какой-то особой целью?"

Выражение лица Ин Шэна стало серьезным.

"Я не должен беспокоить нашего военного советника по такому пустяку, но я тут кое о чем поинтересовался".

"Ваше Королевское Высочество может говорить".

"Ситуация в Столице такая же, как и тогда, но почему у меня в голове постоянно возникают сомнения? Кроме того, мои подчиненные не смогли найти маленького императора. Моя интуиция подсказывает мне, что он будет большим препятствием".

"Тогда я сказал Вашему Королевскому Высочеству, что превращение Принца Сяня в предателя было предрешено, и это лишь вопрос времени. Как только он это сделает, влияние и власть Вашего Королевского Высочества неизбежно станут препятствием для его гегемонии над всем королевством. Императрица Ли придумает план для королевства, но принц Сянь откажется его использовать..."

Чэнь Цзинчжэнь объединил свои знания из книг по истории со своим нынешним пониманием этой эпохи и предоставил этот анализ Ин Шэну.

"Кроме них двоих, об остальных беспокоиться не стоит. Пока Ваше Королевское Высочество позволяет нашим людям ускорять и усиливать конфликты между принцем Сянь и императрицей Ли, союз между ними должен быть разрушен в течение года. Что касается маленького императора...".

Чэнь Цзинчжэнь не мог понять, почему Ин Шэн уделяет ему столько внимания.

"Возможно, ему действительно удалось сбежать. Если это так, то небеса так высоки, а море так велико, что он сможет делать все, что захочет. Вашему Королевскому Высочеству будет трудно найти его, если только он специально не доставит себя к вашим дверям".

"Но какая у него ценность?"

Чэнь Цзинчжэнь просто не мог понять этого. Ин Шэн продолжал настаивать на том, что маленький император - это проблема, но они не знали, что это за проблема.

"У него в руках императорская нефритовая печать и знак отличия тигра".

Ин Шэн скривил губы.

"Цзи Жунхань думал, что эти два предмета находятся в руках Дэн Ши, но на самом деле Дэн Ши сбежал еще до того, как получил известие из дворца. Хотя он занимался придворными делами из-за ширмы, он не мог держать эти два предмета рядом с собой. Маленький император был его шахматной фигурой. В спешке бегства он даже забыл взять с собой шахматную фигуру. Как он мог подумать о том, чтобы взять с собой императорскую нефритовую печать и знак отличия тигра?"

"Нефритовая печать..."

В древние времена этот предмет был действительно необходим для того, чтобы стать настоящим императором. Любой человек, взошедший на трон, хотел заполучить этот предмет, потому что в противном случае его всегда будут считать лжеимператором.

Достаточно было того, что маленький император сбежал - как ему удалось прихватить с собой императорскую нефритовую печать? Неужели он искал возможность перевернуть ситуацию?

Хотя он знал историю, Чэнь Цзинчжэнь еще лучше понимал, насколько страшным может быть эффект бабочки. Он путешествовал в прошлое, чтобы изменить историю, и, естественно, даже малейшее изменение могло повлиять на формирование будущего.

Такую причинно-следственную связь Чэнь Цзинчжэнь не мог объяснить, и он уже не был уверен, что история, хранящаяся в его голове, пригодится в будущем. К счастью, у него еще оставались полезные идеи, на которые он мог опереться. Если бы кто-то другой путешествовал во времени в эту эпоху, он, вероятно, уже был бы потрясен.

"Вашему Королевскому Высочеству нужна имперская нефритовая печать?"

«Советнику известно, что я не очень заинтересован в этой должности".

Ин Шэн махнул рукой и продолжил:

"Быть Императором - не обязательно самая почетная должность в мире. Я не хочу, чтобы мне пришлось решать столько вопросов за всех под небесами. Если бы мне действительно дали такую должность, я бы, наверное, никогда больше не смог наслаждаться свободным днем".

Чэнь Цзинчжэнь: "..."

Разве это не было просто ленью? Но он все равно понимал. Иначе, почему он правил только на Юге, несмотря на то, что имел такие сильные войска? Это было полностью связано с тем, что ничто не вызывало его интереса к захвату трона...

"Кстати, когда я только вошел, я увидел, что во дворе напротив поменяли таблички. У вас новый сосед?"

Теперь, когда они договорились до этого момента, Ин Шэн попытался случайно перевести тему в естественное русло, но на самом деле переключение разговора было настолько жестким, что беседа почти умерла.

"Этот двор пустует уже долгое время".

Чэнь Цзинчжэнь удивленно поднял брови и сказал:

"Он действительно долгое время пустовал. Несколько дней назад здесь проводились ремонтные работы, и таблички поменяли. Туда заселилась маленький гер".

"О? Это редкость, чтобы маленький гер решил жить один тихо, как вы. Он тоже талантливый человек, как и советник?"

"Он действительно замечательный человек".

Теперь, когда они обсуждали его соседа, лицо Чэнь Цзинчжэня просветлело. Он продолжил:

"Вчера он пришел с визитом и даже подарил мне картину. Не желает ли Ваше Королевское Высочество оценить ее?"

Ин Шэн не получал новостей о визите Сюэ Лина к Чэнь Цзинчжэню. Неожиданно, он не ожидал, что сможет получить представление о нем, просто вызвав собеседника на разговор. Естественно, он захотел оценить его картину и последовал за Чэнь Цзинчжэнем в комнату, чтобы посмотреть на картину, которую тот там разместил.

"..."

Если он откроет рот и попросит об этом, то не рассорится ли он с Чэнь Цзинчжэнем? ...Как у принца, у него не было причин отбирать вещи у своих подчиненных. Но он действительно хотел эту картину...

Видя, как он смотрит на картину, Чэнь Цзинчжэнь не смог удержаться от смеха и сказал:

"Вашему Королевскому Высочеству, похоже, тоже очень нравится эта картина. После Нового года я планирую найти мастера, который оформит ее в раму. Она может считаться одной из лучших работ в моей коллекции".

"С таким превосходным уровнем достижений в живописи, он должен быть, как сказал Цзинчжэнь, настоящим талантом, который появился благодаря процветанию региона".

Ин Шэн опустил взгляд и, в конце концов, удержался от желания бесстыдно открыть рот, чтобы попросить картину у Чэнь Цзинчжэня.

"Если в будущем будет время, возможно, Цзинчжэнь сможет представить мне этого человека?"

Чэнь Цзинчжэнь был ошеломлен, когда разговор перешел на тему межличностных отношений и общения, но цель Ин Шэна была настолько очевидна, что даже он начал догадываться о том, чего он хочет.

Он думал, что Его Королевское Высочество проделал весь этот путь ради какого-то важного дела. Но после столь долгого затягивания выяснилось, что он отправился в путь, потому что его заинтересовал маленький гунцзы по соседству...

Как любопытно. Даже такой человек, как Ин Шэн, мог быть тронут такими эмоциями. Раньше он думал, что Ин Шэн - это скала, которая не восприимчива к чувствам и влечению в своей жизни. Но если объектом его интереса стал соседский малыш...

Чэнь Цзинчжэнь в душе подумал, что если стандарты Его Королевского Высочества так высоки, то неудивительно, что он никогда не интересовался им...

"Да."

Чэнь Цзинчжэнь не мог сдержать улыбку на лице, и в его выражении были всевозможные тонкости. Ин Шэн увидел, что он понял его намерение, и кашлянул.

"Может ли Цзинчжэнь рассказать мне немного о том, что он за человек?"

Чэнь Цзинчжэнь наконец-то громко рассмеялся. В его глазах стояли слезы, и он не знал, смеяться ему или плакать:

"Ваше Королевское Высочество даже не знает, что он за человек, но все равно прибежал в такой спешке?"

"Я хочу, чтобы у него сложилось хорошее первое впечатление обо мне, и не хочу опрометчиво спешить к нему".

Ин Шэн вздохнул.

"Раз уж мы заговорили об этом, возможно, мне действительно нужна помощь Цзинчжэня".

"Вашему Королевскому Высочеству нужно только попросить. Только я тоже мало что знаю о Сюэ Гунцзы. Я видел его только один раз вчера и думал нанести ответный визит, но пока не сделал этого".

"А вы можете пригласить его на Праздник фонарей в пятнадцатый день Нового года?"

Чэнь Цзинчжэнь был поражен, его взгляд, когда он смотрел на Ин Шэна, был полон удивления, но он кивнул и сказал:

"Все в порядке. Нужно ли Вашему Королевскому Высочеству, чтобы я сделал что-нибудь еще?"

"Нет необходимости".

Если бы его могли пригласить, то его план был бы наполовину завершен.

Ин Шэн вскоре ушел, решив свои дела. Чэнь Цзинчжэнь проводил его до входа и был весьма удивлен, когда его взгляд встретился со взглядом человека, который только что вышел из дома напротив.

Теперь, когда Ин Шэн снова встретился с этим человеком, его аура показалась ему еще более странной. Его подчиненные уже упоминали об этом человеке, говоря, что он был искусным мастером боевых искусств.

Невозможно, чтобы в обычном доме был кто-то такого уровня, и неизвестно, путешествовал ли он по Цзянху или занимался чем-то другим, но этот человек всегда вызывал у Ин Шэна некоторую настороженность.

Му Гэ также заметил двух людей, которые смотрели на него с другой стороны улицы. Искры разлетелись, когда его взгляд столкнулся со взглядом Ин Шэна.

Му Гэ слегка наморщил лоб. Он моргнул, но выражение его лица не изменилось.

Ин Шэн первым вышел из тупика. Он перевел взгляд и попрощался с Чэнь Цзинчжэнем, который все еще стоял рядом с ним.

Они прошли мимо друг друга. Хотя ни один из них не повернул головы, чтобы оглянуться, в их сердцах было ясно, насколько опасен тот или иной человек.

Тем временем Сюэ Лин находился во дворе, греясь на солнце. За последние несколько дней он оправился от болезни, но если он пытался выйти на улицу, Му Гэ и Шу Хэн сворачивали его в клубок. Ему редко выпадала свободная минутка, и он наслаждался этими днями, нежась на солнце.

Му Гэ вернулся со двора и увидел его с полуприкрытыми глазами, как будто он мог задремать в любой момент.

"Гунцзы, на улице холодно. Если ты действительно хочешь спать, тебе лучше вернуться в свою комнату".

Сюэ Лин от его слов проснулся и недовольно огляделся.

"Ты только что вернулся, верно? Какие новости снаружи?"

"Скоро Новый год, и дворец князя Чжэннань занят приготовлениями. Солдаты в основном в отпуске. Никаких новостей не было".

После того как Му Гэ закончил говорить, он вспомнил еще об одном моменте.

"Я только что видел Чжэннаньского князя снаружи. Вероятно, он навестил Чэнь Цзинчжэня".

Сюэ Лин нашел это немного любопытным.

"Завтра будет канун Нового года. Зачем ему навещать Чэнь Цзинчжэня сегодня?"

"Судя по слухам, которые я слышал раньше, возможно, между ними действительно что-то происходит".

Му Гэ искусно швырнул Чжэннаньского принца в грязь. Он не знал почему, но это его немного порадовало.

Сюэ Лин кивнул, но не воспринял это слишком серьезно.

"Тебе не стоит выходить завтра. Возьми несколько дней отдыха во время Нового года. После этого мы можем стать занятыми".

"Да."

Хотя Сюэ Лин не проводил этот Новый год в такой оживленной атмосфере, как во дворце, его характер был вполне реалистичным, и он оставался спокойным и не беспокоился по этому поводу. Напротив, Шу Хэн расстроился из-за него, чувствуя, что Его Величество обидели.

Некоторое время после этого Шу Хэн тратил много сил, пытаясь найти для Сюэ Лина вкусные вещи. Он был полон решимости помочь ему восстановить вес, который он потерял во время болезни на корабле.

Они только приехали сюда, поэтому на Новый год к ним никто не приходил. Но Чэнь Цзинчжэнь приходил несколько раз и вскоре стал хорошим другом Сюэ Лина. Чэнь Цзинчжэнь очень сожалел, что они не встретились раньше, и почти жалел, что не может жить в его поместье, чтобы общаться с ним день и ночь.

Правда, его немного раздражало, что Му Гэ всегда вел себя довольно грубо, оправдываясь тем, что Сюэ Лин нуждается в отдыхе, чтобы отослать его.

Чэнь Цзинчжэнь, может быть, и не умел многого, но он был очень толстокожим, когда сталкивался с подобными ситуациями. Неизвестно, о чем он думал, но следующие три дня он провел, бегая туда-сюда между двумя дворами, и даже пригласил Сюэ Лина посетить поэтическое чтение, откуда они вернулись только после того, как вдоволь насладились друг другом.

Благодаря этим событиям Сюэ Лин кивнул и согласился на приглашение посетить Праздник фонарей на пятнадцатый день первого месяца после Нового года.

"Я уже бывал в столице, но, хотя там тоже были праздники фонарей, я редко их посещал. Интересно, каким будет фестиваль фонарей в Чжаньцзине".

"Вам понравится".

Сказав это, Чэнь Цзинчжэнь взял с собой Сюэ Лин и вышел на улицу.

Му Гэ сказал, что хочет следовать за ним, и Сюэ Лин не высказал никакого мнения по этому поводу. В душе он прекрасно понимал, что Му Гэ, вероятно, обнаружил какие-то мелкие проблемы с Чэнь Цзинчжэнем, и поэтому не хотел позволять ему выходить на улицу одному.

Сюэ Лин также мог сказать, что Чэнь Цзинчжэнь не просто так пытается подойти к нему так близко, но ему было неясно, что это за цель, поэтому он следовал его шагам и продолжал идти дальше.

По мере того, как они шли все глубже и глубже в толпу, Сюэ Лин постепенно заметил, что его медленно уводят от Му Гэ.

"Впереди загадки с фонарями!"

Голос Чэнь Цзинчжэня, казалось, доносился издалека, скрытый голосами людей вокруг. Толпа всколыхнулась, и Сюэ Лин оказался отделен от Чэнь Цзинчжэня.

Только сейчас он понял, насколько мирным и счастливым местом был Чжаньцзин. В памяти Ли Юаня это царство было местом, где куда ни глянь, всюду царила разруха. Но на юге было такое место, где царило счастье, от которого не хотелось уезжать сразу же после приезда.

По дороге на лицах всех было выражение радости и восторга. Сюэ Лин натянул маску на лицо. Чэнь Цзинчжэнь дал ему эту маску, сказав, что герам лучше носить маску, особенно ему, потому что он был таким симпатичным гером.

Пришла еще одна волна людей, и Сюэ Лин расслабил свое тело, позволяя людскому потоку подталкивать его, пока они двигались. Вдруг он попал в очень знакомые объятия, и его сердце, молчавшее некоторое время, вдруг начало колотиться как сумасшедшее.

Сюэ Лину больше не требовалось подтверждение системы - он и так знал, что перед ним человек, который последовал за ним в этот мир. Несмотря на то, что он специально не пытался его искать, этот человек все равно сумел его найти.

Уголок его рта не мог не приподняться, но он все же попытался вырваться из объятий человека. Однако давление толпы пресекло его намерение еще до того, как он смог начать.

Поток людей, окружавших их, толкнул его в объятия другого, и тот очень естественно заключил его в свои объятия.

"Гунцзы, ты был разлучен со своей семьей?"

Сюэ Лин вскинул голову, его руки поднялись, чтобы поправить маску. Мужчина обхватил его за талию и сорвал маску, сказав:

"Здесь слишком много людей. Я приведу Гунцзы в менее людное место".

Сюэ Лин прищурил глаза. Мужчина был намного выше его ростом и носил маску, которая полностью закрывала его лицо. Сюэ Лин позволил ему вести себя так, как ему хотелось, и совершенно по-новому оценил, насколько подлым был этот человек.

Разве Чэнь Цзинчжэнь не позвал его на свидание, а потом этот человек устроил так, что люди разняли их в толпе, только чтобы создать ему возможность поступить как ему вздумается?

Однако он, похоже, забыл, что порядочные люди не будут нагло пользоваться чужой слабостью, хватая человека за талию. Его нынешние действия больше походили на действия извращенца.

Извращенца, похищающего маленьких геров.

Но с момента их последней встречи прошло так много времени, что Сюэ Лин не стал нападать на его методы, пока они находились среди толпы. Мужчина взял его с собой, и толпа автоматически рассеялась, когда они подошли ближе.

Уголок губ Сюэ Лина изогнулся, когда он подумал, что эта группа артистов была действительно хорошо обучена, тщательно помогая своему начальнику во время Праздника фонарей.

Они молча разбежались, но даже уходя, они умудрялись "небрежно" толкать Сюэ Лина обратно в объятия определенного человека каждый раз, когда он пытался вырваться из его объятий.

Ему даже не нужно было поднимать голову, чтобы увидеть, насколько самодовольной была ухмылка этого человека. Не думайте, что он не заметил, что тот воспользовался возможностью дважды ущипнуть его за задницу, пока он снова сжимал его в своих объятиях!

Люди не должны быть такими бесстыжими, иначе карма может настигнуть их через несколько дней!

Они вдвоем шли против толпы, пока не выбрались наружу; количество людей постепенно уменьшалось. Сюэ Лин постоянно находился в объятиях мужчины и успевал вертеть головой туда-сюда и оглядываться по сторонам, пока они шли.

Мужчина, вероятно, подумал, что он ищет людей, с которыми его разлучили, и утешил его, сказав:

"Если Гунцзы не возражает, я могу помочь Гунцзы найти ваших друзей".

Сюэ Лин посмотрел на него и безразлично сказал:

"Вы замаскировались, но все еще хотите, чтобы я вам доверял?"

Мужчина замер. Это была первая фраза, которую Сюэ Лин произнес в его адрес. Он неожиданно оказался таким прямым и непосредственным человеком. Мужчина не знал, смеяться ему или плакать, он снял маску с лица и беспомощно сказал:

"Это не маскировка. Просто я нахожусь в той же ситуации, что и Гунцзы. Моя внешность слишком выдающаяся, и мне иногда нужна возможность побыть в одиночестве".

Сюэ Лин внутренне отметил, что он действительно бесстыден. Нет ничего плохого в том, чтобы быть красивым, но произнесение таких слов вслух разрушало его священный образ Чжэннаньского принца.

Теперь Сюэ Лин мог подтвердить, что мужчина перед ним - его возлюбленный, а также то, что он и есть цель его приезда на Юг.

У него была система, и он мог подтвердить личность мужчины, даже если тот намеренно скрывал ее. Не говоря уже о том, когда у человека не было искреннего намерения скрывать ее.

Его тираническая аура "весь мир существует, чтобы служить мне" уже полностью выдала его. Сюэ Лин долго смотрел на него, и чем дольше он смотрел, тем больше он напрягался.

Только когда на его лице появился румянец, Сюэ Лин наконец перевел взгляд в сторону и по собственной инициативе пошел в направлении, где было меньше людей.

"Не стоит больше беспокоить Ваше Превосходительство. Мои друзья тоже взрослые и могут сами найти дорогу домой. Я не маленький ребенок, который нуждается в защите. Нет ничего сложного в том, чтобы дойти до дома самостоятельно".

Выражение лица Ин Шэна практически застыло. В конце концов, он не думал, что Сюэ Лин так далеко отклонится от его сценария, проявив силу характера, а не растаяв в его объятиях, как сделал бы какой-то дешевый гер. Но, подумав, он решил, что в этом нет ничего плохого.

Раз уж он смог позаботиться о себе и добраться до Чжаньцзина из столицы, то, естественно, он будет отличаться от робких геров, которые проводили все дни в своих резиденциях и ничего не знали о мире.

"Гунцзы, вы неправильно поняли мое намерение. Я не считаю, что вы слабы и нуждаетесь в чьей-то защите. Однако Чжаньцзин обречен на бессонную ночь, и свет в каждом доме будет гореть до утра. В городе много неизвестных людей, и я не могу спокойно отпустить маленького мальчика одного домой".

Сюэ Лин странно посмотрел на него и сказал:

"Мы не знаем друг друга. Если бы вы не вытащили меня сегодня из толпы, то и такой проблемы не возникло бы".

Он поджал губы и продолжил:

"На самом деле, даже если бы я был отделен от остальных, я все равно смог бы следовать за потоком людей и вернуться домой. Теперь, когда вы вытащили меня вот так, я уже не уверен, где я нахожусь".

Ин Шэн: "..."

Действительно достойный человек, который его привлекал. У него был такой болтливый язык, что он вообще не смог получить никакого преимущества в разговоре. Несмотря на то, что он тщательно спланировал их первую встречу, казалось, что другая сторона полностью его проигнорировала!

"Поскольку вы не знаете, где находитесь, я сопровожу вас обратно в качестве искупления моей вины".

Сюэ Лин снова долго смотрел на него. Это длилось так долго, что Ин Шэн был уверен, что с его лицом должно быть что-то не так, прежде чем он наконец неохотно кивнул и повернулся, чтобы уйти.

"Тогда пойдем туда".

Направление, в котором он повернул, было неправильным, но Ин Шэн все равно последовал за ним.

"Ваше Королевское Высочество должно знать, где находится поместье военного советника Чэня, верно? Просто ведите меня в том направлении".

Шаги Ин Шэна застопорились.

"Откуда вы знаете, что я..."

Сюэ Лин долго сопротивлялся и не мог больше держаться. Его губы слегка изогнулись, когда мужчина произнес эти слова. Он наклонил голову, чтобы посмотреть на него, и его улыбка была чарующей.

"Ваше Королевское Высочество уже преследовало геров?"

Ин Шэн подсознательно покачал головой. Хотя он никогда раньше не преследовал гер, но перед тем, как приступить к плану, он посоветовался с Чэнь Цзинчжэнем.

Чэнь Цзинчжэнь сказал, что он определенно сможет произвести хорошее впечатление... Но проблема была в том, что другая сторона с первого взгляда смогла разгадать его личность и даже задала ему такой вопрос.

"Неудивительно."

Сюэ Лин опустил взгляд и повернул голову, продолжая идти вперед.

"В следующий раз Вашему Королевскому Высочеству не нужно использовать такие средства против меня. Хотя в уголке моего глаза есть киноварная родинка, я больше всего ненавижу, когда люди считают меня глупым. Игра Вашего Королевского Высочества сегодня была очень романтичной. Возможно, если бы это был кто-то другой, он бы влюбился в вас с первого взгляда, но для меня это напрасно".

Ин Шэн опустил голову, чтобы посмотреть на него. Гер был ниже его на целую голову, но сейчас он шел рядом с ним с легкой улыбкой на лице. Было видно, что он в хорошем настроении, но не из-за только что произошедшей встречи, а потому что он все разгадал. Улыбка, похоже, была вызвана скорее тем, что он находил его предыдущие действия забавными.

"Тогда что же нужно сделать, чтобы вы влюбились с первого взгляда?"

Неосознанно Ин Шэн задал этот вопрос в своем сердце.

Чем ближе он подходил, тем больше понимал, как сильно его сердце склонялось перед человеком рядом с ним. Когда он заговорил с ним, его сердце заколотилось и запрыгало от радости, а в голове пронеслись пугающие мысли о том, как он немедленно пойдет и захватит для него весь мир, если он этого захочет.

Если бы он сказал ему еще несколько слов, он был бы готов без колебаний отдать и свою жизнь.

Это чувство было слишком странным. Как будто другая сторона очаровала его, что заставляло его разум пульсировать при каждой встрече с ним, так что он не мог думать ни о чем другом.

Первую половину своей жизни Ин Шэн никогда не понимал, что такого особенного в любви. Его подчиненные всегда стремились к тому, чтобы он нашел кого-то, кто ему понравится, но хотя он интуитивно чувствовал, что ждет и ищет определенного человека, он никогда не испытывал той жгучей страсти, которую они описывали, когда говорили о любви. По крайней мере, пока он не увидел перед собой этого человека...

Неужели это его проклятие...?

Ин Шэн слегка отвлекся от своих мыслей.

Сюэ Лин поднял голову и посмотрел на него довольно глубоким взглядом, а улыбка на его губах стала еще лукавее.

«Его Величество хочет знать?"

Он кивнул. Теперь, когда другая сторона разгадала его намерения, они оба могли быть более честными. Хотя он сомневался в том, от какого маленького демона произошел этот человек, чтобы быть особенно привлекательным для его души, пока собеседник говорил, он не мог отказаться...

"Вы можете мне сказать?"

"Да."

Сюэ Лин снова опустил взгляд и больше не смотрел на него. Он посмотрел на фонари, освещавшие улицу, и сказал:

"Но не сегодня".

Его шаги слегка замедлились:

"Теперь, когда я вышел, как я могу вернуться, ничего не увидев? Если Ваше Королевское Высочество не возражает, как насчет того, чтобы сопровождать меня, чтобы насладиться фонарями в Чжаньцзине?"

"Естественно, я готов это сделать".

Верно. Это было то, что он должен был сделать...

"Такая великолепная картина".

Сюэ Лин развернулся и пошел обратно, чтобы присоединиться к толпе.

"Я не знаю, когда смогу увидеть это снова..."

Его голос был почти потерян среди шума толпы. Ин Шэн в оцепенении поспешил за ним.

"Пока Гунцзы хочет, Чжаньцзин будет иметь такой вид каждый год".

"Я хочу увидеть не только красивый пейзаж в Чжаньцзине".

Произнеся это бессмысленное предложение, Сюэ Лин больше не произносил ностальгических слов. Такие события, как Фестивали Фонарей, в каждом мире были по-своему чудесны.

Люди в Чжаньцзине жили относительно богатой и беззаботной жизнью, поэтому их творчество, естественно, было более необузданным. Фонари изготавливались самыми разнообразными способами, исполнялись танцы дракона и льва, пение и танцы были в самом разгаре. Повсюду слышался смех и звуки праздника.

Люди задерживались на каждом углу и не давали забыть о том, что нужно идти домой, поэтому, когда Ин Шэн привел Сюэ Лин домой, было уже за полночь. Му Гэ все это время охранял ворота. Как только он увидел фигуру Сюэ Лина, то сразу же бросился вперед, чтобы убедиться, что все в порядке.

"Это вина этого подчиненного, что Гунцзы сегодня потерялся. Гунцзы может наказать меня по своему усмотрению!"

Сюэ Лин махнул рукой и сказал:

"Старший брат Му не должен воспринимать это так серьезно. Там было так много людей, что ты не смог бы уследить за мной все это время".

Му Гэ склонил голову и промолчал. Его опозорили сегодня не потому, что было так много людей. А потому, что кто-то подстроил так, чтобы увести его. Подумав об этом, он поднял голову и посмотрел на Ин Шэна, который шел позади Сюэ Лина. Его взгляд потемнел.

Ин Шэну было все равно, что он о нем думает, но ему было неприятно слышать, как Сюэ Лин называет его старшим братом Му.

"Поскольку Сюэ Гунцзы уже прибыл, этот принц удалится".

Сюэ Лин кивнул:

"Я навещу Ваше Королевское Высочество, когда королевский дворец снова начнет принимать гостей после Нового года. Я только надеюсь, что Ваше Королевское Высочество будет таким же вежливым и приветливым, как сегодня".

Он затянул вторую половину фразы, его нежный голос был интригующим и невероятно манящим. Это заставило сердце Ин Шэн потеплеть.

"Конечно. Если вы придете, я непременно буду "вежлив и доброжелателен"".

Пока они разговаривали, казалось, что для других не осталось места. Глаза Му Гэ были закрыты капюшоном, он стоял в стороне и сопровождал Сюэ Лина.

"Гунцзы... Это принц Чжэннань..."

После того, как мужчина удалился, Му Гэ осторожно напомнил ему об этом.

"Я знаю. Разве я не обращался к нему как к Королевскому Высочеству?"

Сюэ Лин стер с лица все следы эмоций, в его глазах появился холодок.

"Королевский дворец снова откроет свои двери после пятнадцатого дня первого лунного месяца. Готов ли ты отправиться туда вместе со мной?"

Му Гэ посмотрел на его лицо, и его сердце успокоилось. Он кивнул.

"Гунцзы планирует раскрыть свою личность?"

"Если он собирается посылать войска, то, естественно, лучше, чтобы он узнал об этом как можно раньше".

"Гунцзы уверен?"

Му Гэ не понимал, почему Сюэ Лин так уверен, что король Чжэннань ничего с ним не сделает, даже если он покажет все свои карты.

"Возможно, в прошлом эту карту было трудно разыграть, но сейчас это не так".

Сюэ Лин не делал напрасных вещей. Теперь, когда он подтвердил, что его возлюбленный — принц Чжэннань, можно было начинать действовать заранее. До начала весны нужно было многое сделать. Даже если бы Ин Шэн успел подготовиться, он не стал бы выкладываться на полную катушку.

Сюэ Лин не участвовал в незапланированных сражениях. Раз уж им нужно было сражаться, то, естественно, они должны были убедиться, что все подготовительные работы завершены.

Он повернулся, чтобы зайти в дом, и обратился к Му Гэ:

"Даже если он разозлится и захочет меня убить, я думаю, что у тебя, Му Гэ, все равно найдется способ меня спасти, верно?"

Му Гэ молчал.

Сюэ Лин нашел это забавным, похлопав его по плечу.

"Не волнуйся, этого не случится".

Му Гэ тихо согласился, но было неизвестно, действительно ли он верил в это или нет.

Время шло быстро, и вскоре ежегодные каникулы закончились. В королевском дворце снова начали решать всевозможные вопросы, а Ин Шэн все ждал того человека, который обещал прийти. Сюэ Лин не разочаровал его: на второй день после окончания каникул он прислал письмо с просьбой об аудиенции.

Ин Шэн сразу же попросил людей привести его. По его озабоченному виду незнакомые люди могли подумать, что человек, ожидающий снаружи, выше рангом, чем сам принц.

Если бы Сюэ Лин все еще был императором, он был бы выше по рангу, но сейчас он был всего лишь свергнутым императором, у которого отобрали должность.

Несмотря на нехватку карт в руках, Сюэ Лин в этот раз вышел на сцену очень сдержанно. Он не взял с собой Шу Хэна, а привел только Му Гэ. Войдя в комнату, он сразу перешел к делу.

"Ваше Королевское Высочество не нуждается в церемониях. Я пришел сегодня, чтобы обсудить кое-что важное с Вашим Королевским Высочеством. Если это возможно, не могли бы Вы, Ваше Королевское Высочество, попросить сопровождающих удалиться? Это дело большой важности, и я бы предпочел не говорить о нем в присутствии стольких людей".

В одно мгновение в голове Ин Шэна пронеслись истории о кровной вражде или обидах в семье Сюэ Лина. Он был невероятно расстроен и попросил всех удалиться.

"Что у вас за обиды? Просто расскажите этому принцу. Если это в моих силах, я сделаю для вас все, что угодно".

Сюэ Лин скривил губы и попросил Му Гэ тоже выйти.

"Это прекрасно. То, что я хочу сделать — это то, в чем мне может помочь только Ваше Королевское Высочество".

Ин Шэн кивнул.

"Это причина, по которой вы проделали такой долгий путь и приехали из столицы в Чжаньцзин? Вы сказали, что приехали в город, чтобы найти своих родственников, а теперь из-за этого живете один?"

"Если вы хотите так сказать, то вы правы".

Сюэ Лин поправил рукава. На нем был белый парчовый халат, расшитый по краям золотой и красной нитью. После снятия большого плаща он выглядел очень худым и хрупким.

"Ваше Королевское Величество, похоже, очень тщательно проверили мою биографию. Я не знаю, посылали ли вы кого-нибудь в Столицу, где я жил раньше, чтобы проверить, нет ли в какой-то семье гера по имени Сюэ?"

Ин Шэн покачал головой.

"Я лишь хотел узнать некоторые вещи. Я не проводил тщательное расследование, словно у меня какие-то подозрения".

"В таком случае, Ваше Королевское Высочество действительно должно провести расследование".

Сюэ Лин холодно рассмеялся.

"Вы обнаружите, что в столице никогда не было человека по имени Сюэ Лин. Если вы подробно изучите охранника рядом с ним, то узнаете, что этот человек - Му Гэ, главный страж Шести Врат, который якобы был убит королем Сянем во время дворцового переворота".

Лоб Ин Шэна слегка наморщился. Казалось, он наконец-то понял, что то, что собирался сказать человек, стоящий перед ним, вероятно, вызовет у него сильный шок. Это определенно не будет простым вопросом, который он может решить улыбкой и взмахом руки.

Внезапно риторика Сюэ Лина стала необычайно торжественной:

"Принц Чжэннань только что сказал, что если он может помочь Нам, то он готов сделать для Нас все, что угодно?"

Он наклонил голову и посмотрел прямо на ошеломленного Ин Шэна.

"Это прекрасно. Нам нужны эти реки, горы и все остальное под этим небом! Мы хотим утащить человека, сидящего в кресле императора, вниз и разбить его на десять тысяч кусков! Мы хотим принести мир в королевство Сюэ!"

Он поднял руку и выпрямил спину. Его талия была тонкой, и из-за этого казалось, что его фигура не способна выдержать даже порыв ветра, но сейчас его импульс был полностью открыт, и в этот момент Ин Шэн увидел в его теле отголосок себя.

Это был импульс Императора мира.

"Мы еще не представились принцу Чжэннань".

Сюэ Лин снова изогнул губы, и эта улыбка несла в себе нотки злобы.

"Нас зовут Цзинь Юньхуа, и Мы - истинный хозяин этой земли".

Этот человек был одет в белый халат, расшитый красной и золотой нитью, и казалось, что он ярко сияет под лучами солнца. Его губы кривились в лукавой улыбке, но от этого сердце Ин Шэна чуть не выпрыгнуло из груди.

Человек перед ним словно светился, это сияние было настолько притягательным, что ослепляло. Ин Шэн никак не мог отвести взгляд.

Если это действительно был император, то он был готов склониться перед ним и сдаться...

"Цзи Юньхуа..."

Он пробормотал это имя. Это имя засело у него в сердце и не давало ему покоя с того самого дня, как дворец перешел из рук в руки. Он всегда беспокоился, что этот человек избежал смерти, но сейчас он был особенно рад, что он все еще жив.

Если бы этот человек сидел на троне в то время, когда ему был пожалован титул принца, он бы уже давно был в столице. Принц Сянь и его планы не имели бы шанса на существование.

Подумав об этом, Ин Шэн почувствовал особое сожаление. Почему он не потрудился посетить столицу только потому, что считал маленького императора слабым...?

В человеке, стоящем перед ним, не было ничего слабого! Его порыв, когда он говорил, был властным и агрессивным. Если бы он переоделся в драконью мантию, то от него бы точно исходил другой аромат.

При мысли об этой сцене у Ин Шэна пересохло в горле.

"Это ваше условие для того, чтобы влюбиться с первого взгляда?"

Сюэ Лин поднял брови и сказал:

"Что Мы за человек по мнению принца? Разве Мы способны продать свои чувства и тело ради королевства?"

Ин Шэн поспешно махнул рукой и сказал:

"Я не это имел в виду...".

Количество информации, которую он только что получил, было немного подавляющим. Его мозг временно не справлялся, но главная причина этого заключалась в том, что стоящая перед ним особа действительно была слишком привлекательной.

Его внимание было сосредоточено на изменениях, происходящих в его собственном теле, и независимо от того, насколько хорош был его мозг, его мысли все равно были хаотичными, когда это происходило.

Сюэ Лин посмотрел на его неподвижную позу и не смог удержаться от того, чтобы не перевести взгляд вниз. Затем, как ни в чем не бывало, он снова поднял взгляд и потребовал:

"Король Чжэннань, готов ли ты стать нашим вторым командиром и послать войска в столицу по весне, чтобы помочь нам вернуть наше королевство?"

Ин Шэн, естественно, был готов, но переговоры обычно так не проводились.

"Ваше Величество, этот слуга может помочь вам вернуть королевство, но этот принц не желает быть вашим вторым командующим".

Он назвал себя слуга, и Сюэ Лин сразу понял его намерения. Этот человек, как только встретил его, никогда не имел никакой нижней границы и постоянно уступал его требованиям.

Не было ничего удивительного в его согласии или готовности отказаться от своего положения владыки. В конце концов, именно поэтому он был так уверен в своем сегодняшнем успехе. Другая сторона искренними действиями доказала, как сильно она его любит, и это действительно наполнило Сюэ Лина радостью.

Учитывая это, его выражение лица немного смягчилось.

"Если ты не желаешь быть Нашим вторым командующим, хочет ли принц Чжэннань забраться в постель дракона?"

"Если вы действительно хотите стать императором, то в заднем дворце могу быть только я".

Они уже дошли до этой точки, Ин Шэн больше не пытался скрывать свои мысли.

"Независимо от того, кто ты, я все равно хочу быть с тобой. У меня нет никакого намерения делать из этого обмен, и я не собираюсь вести с тобой переговоры."

"Хм..."

Пальцы Сюэ Лина постукивали по столу и издавали легкие звуки. Ин Шэн почувствовал, что его сердце бьется вместе с ритмом пальцев. Он был похож на заключенного, ожидающего приговора, и не мог ничего сделать, кроме как наблюдать за человеком перед ним, ожидая, когда он объявит свое окончательное решение.

Ну, не то чтобы он ничего не мог сделать...

Сюэ Лин поднял голову и увидел, что перед ним появился Ин Шэн. Он стоял перед ним, протягивая руку, чтобы схватить его за руку, лежавшую на столе, и притянуть к себе всем телом.

"Даже если ты ничего не чувствуешь ко мне, ты не должен отвергать меня. Можешь ли ты пообещать мне, что попробуешь?"

"А что если я попробую, но останусь незаинтересованным?"

Сюэ Лин моргнул глазами и легкомысленно спросил.

Ин Шэну нечего было сказать. Он опустил голову и встретил взгляд Сюэ Лина. В этих глазах не было никакого эмоционального волнения. По сравнению с ним, который после нескольких встреч уже не мог сдержаться, взгляд собеседника всегда был спокойным.

Казалось, что он ценен только потому, что полезен. При таких мыслях Ин Шэну захотелось скрежетать зубами.

Ин Шэн опустил голову, обхватил Сюэ Лина одной рукой за талию, а другой — за плечи, контролируя его движения. Он понизил голос:

"Если возможно, я не хочу принуждать тебя. Ты мне очень нравишься. Возможно, ты мне не веришь... Я думаю, что люблю тебя".

Сюэ Лин поднял взгляд и посмотрел ему в глаза.

"Но мы встречались всего один раз".

"Я влюбился в тебя с первого взгляда, и по-настоящему полюбил, когда мы встретились снова. Я не могу сбежать от своих чувств, когда нахожусь рядом с тобой, и не могу больше контролировать свое сердце..."

Сюэ Лин рассмеялся, и его брови изогнулись. Он протянул руки и обвил ими шею мужчины. Это положение было немного затруднительным, так как он был недостаточно высок; Сюэ Лин мог только встать на цыпочки, чтобы прижаться лбом к его лбу.

"Твои слова любви так сладки, кому ты говорил их в прошлом?"

"В этой жизни, в этом мире, ты был единственным".

Сюэ Лин был доволен и больше не пытался его разыгрывать. Как бы ни смотрел на это, он находил его довольно жалким.

"То, что я хочу, это не только эта жизнь и этот мир. Независимо от того, будут ли это предыдущие жизни и миры, или будущие жизни и миры, я хочу, чтобы ты был моим во всех них".

Ин Шэн посмотрел в его глаза и обнаружил, что он выглядел очень серьезным, когда произносил эти слова. Он кивнул, но слово "хорошо" еще не успело сорваться с его губ, как что-то мягкое прижалось к его губам. Глаза Ин Шэна засветились, он полностью притянул собеседника в свои объятия, склонил голову и поцеловал его в ответ.

Его поцелуй не был скользящим, как у Сюэ Лина; кончик его языка нежно очертил контур красных губ, а затем медленно, шаг за шагом, проник в рот, как будто он хотел впиться в живот собеседника.

Тело Сюэ Лина обмякло от поцелуя, но его уши все еще были настороже, ожидая каких-либо звуков. Он услышал звук открываемой двери, и когда Му Гэ увидел сцену в комнате, он сразу громко закричал:

"Недостойно!"

Ин Шэн медленно отпустил Сюэ Лина и нежно поцеловал его, после чего усадил его позади себя и прикрыл его своим телом. Он открыл рот, чтобы ответить Му Гэ:

"Ты пытаешься потерять лицо перед своим хозяином, войдя без его разрешения? Неудивительно, что ты осмелился дурачиться во время беспорядков во дворце. С таким поведением тебе повезло, что ты тогда не умер. А теперь ты даже хочешь вмешиваться в мои дела!"

Му Гэ с ледяным выражением лица вытащил меч.

"Это наше величество! Даже если ты не хочешь сделать шаг от его имени! Ты все равно не должен его так унижать!"

"Унижать?"

Ин Шэн нашел это забавным.

"Я даже не могу любить его достаточно сильно. Унизить его? Ты действительно знаешь, что он за человек и какой выбор он делает?!"

Му Гэ хотел упрекнуть его, но Сюэ Лин спокойно вышел из-за спины Ин Шэна и прервал их разговор.

"Му Гэ, не будь грубым".

"Ваше Величество!"

Му Гэ заговорил с тревогой:

"Если он откажется посылать войска, есть еще другие способы. Ваше Величество не должны так обязываться перед другими! Что скажут о Вашем Величестве в будущем записи и истории!"

"Все, что напишут истории, не может быть хуже, чем упоминание об императоре, потерявшем трон".

Сюэ Лин небрежно поправил свою мантию.

"Мы знаем, что Мы делаем. Что касается многих вещей, то тебе не о чем тут говорить".

Слова Му Гэ были заблокированы. Его глаза широко раскрылись, и он не знал, как ответить на слова Сюэ Лина. Рост юноши, стоявшего перед ним, казалось, внезапно стал выше, а динамика его тела снова стала похожа на силуэт императора, возвышавшегося над ним. Исчезло его спокойное поведение последних дней.

"Да..." Его голос был низким. "Ваш подчиненный поступил опрометчиво".

Как Ин Шэн мог не видеть мысли Му Гэ? Сюэ Лину было ясно многое, но он не стремился целенаправленно ломать дверь. Ин Шэн не был таким человеком - он не думал, что ему стоит оставлять Му Гэ с подобными мыслями.

Иногда лучше использовать меч и отсечь эти нежелательные мысли, чтобы другая сторона окончательно сдалась.

"Юньхуа..."

Он открыл рот, чтобы позвать Сюэ Лина.

Сюэ Лин махнул рукой и сказал:

"Ты все равно должен называть меня Сюэ Лин. Мне очень нравится это имя".

"Лин-эр, вопросы, которые ты сейчас поднял, все еще требуют рассмотрения в долгосрочной перспективе. Мы могли бы обсудить их сегодня более подробно. Пусть телохранитель Му уйдет".

Сюэ Лин бросил на Ин Шэна многозначительный взгляд и понял, что тот намеренно ведет себя таким тошнотворным образом. В его глазах появилось веселье, и он сказал:

"Му Гэ, оставь нас. Я расскажу тебе больше о некоторых вопросах, когда вернусь".

Му Гэ поднял глаза и внимательно посмотрел на него, затем бросил на Ин Шэна сердитый взгляд, после чего развернулся и ушел.

Сюэ Лин смотрел, как он закрывает дверь, а затем взглянул на Ин Шэна:

"Разве весело злить его?"

Ин Шэн нахмурилась: "Его чувства к тебе не невинны".

Сюэ Лин рассмеялся: "Его мысли невинны, но они не для меня".

Он не стал больше затрагивать эту тему. Вместо этого он неторопливо сел. Место, которое он выбрал, было главным, из-за чего Ин Шэн пришлось сесть в другое место.

"В будущем, возможно, в истории будет записано, что император, потерявший трон из-за трусости, забрался в твою постель, чтобы вернуть себе должность императора этого кусочка неба".

Ин Шэн покачал головой.

"Я бы помог тебе вернуть трон, даже если бы ты не захотел лечь в мою постель".

Сюэ Лин ответил "ох", его голос был немного нервным.

Ин Шэн смягчил взгляд и сказал:

"Меня не очень интересуют эти реки и горы, но если они тебе нужны, то нет ничего сложного в том, чтобы получить их и предложить тебе".

Сюэ Лин подпер подбородок рукой и посмотрел на него.

"Я действительно не знал, что принц Чжэннань окажется таким романтиком. Должно быть, мне очень повезло".

Ин Шэн кивнул и сказал:

"Ты мне нравишься".

"О, - ответил Сюэ Лин на одном слоге, а затем продолжил, - Жаль. Я поклялся, что не буду искать любви, пока не отвоюю этот участок земли".

Способность Сюэ Лина непринужденно нести чушь с годами становилась все сильнее и сильнее. Он даже не моргал, когда произносил такие беспочвенные слова.

Его способность говорить ложь была настолько превосходной, что системе было лень даже критиковать его.

"Тогда мы поговорим об этом после того, как отвоюем этот участок земли".

Ин Шэн не собирался давить на него дальше. По его мнению, получить обещание Сюэ Лина использовать этот период как пробный и переходный, уже было очень хорошим результатом.

"Ты не боишься, что я передумаю, когда взойду на трон?"

"Поскольку у меня есть способность сместить людей с трона один раз, я, естественно, смогу сделать это и во второй раз".

Ин Шэн не постеснялась сказать эти слова ему в лицо.

"В то время я могу сам сесть на это место, и если хочешь, я также могу прижать тебя к нему и заниматься тобой, пока твое намерение покинуть мою сторону не исчезнет окончательно".

Сюэ Лин: "..."

Разве это не было очередной игрой в маленькой черной комнате? Только вот масштаб маленькой черной комнаты превратился в целый дворец!

Как он мог сказать такое без каких-либо изменений в выражении лица? Заслуживал ли он вообще это лицо, которое становилось таким нежным и ученым, когда он улыбался?! Сейчас его можно было назвать только вежливым негодяем!!!

"Ты не удивлен?"

Необъяснимо почувствовав свое бессилие, Сюэ Лин неловко сменил тему.

"Когда я взошел на трон, меня однозначно объявили мужчиной, но на самом деле я настоящий гер".

"Пока ты счастлив, независимо от того, мужчина ты или гер, я все равно позабочусь о том, чтобы ты мог стабильно сидеть на этом месте".

Сюэ Лин бросил на него презрительный взгляд. Хорошо, что этот человек встретил его. Если бы это был кто-то другой, то его слова точно бы его не обрадовали.

Что он имел в виду, говоря, что убедится, что сможет стабильно сидеть в таком положении?

"Я буду полагаться на себя, чтобы удержаться на этом месте. Тебе нет необходимости выступать в роли опекуна. Но если ты хочешь стать министром, я не против, чтобы ты стоял там".

"Я могу лечь в заднем дворце".

Двое сидели очень близко друг к другу. Сюэ Лин с выражением наблюдал, как Ин Шэн произносит эти слова, затем протянул руку и ущипнул его за лицо, заставив посмотреть в сторону:

"Не смотри мне в лицо, когда говоришь такие слова. Иначе я захочу избить тебя до смерти".

Ин Шэн: "..."

Маленький Сюэ-эр был очень привлекательным, когда стеснялся.

Сюэ Лин не хотел продолжать обсуждать с ним эти странные темы. Иначе атмосфера становилась все более и более фривольной. Хотя отношения между ними и так были странными с самого начала, сейчас они становились еще более тошнотворными.

"Давай не будем об этом. Можно ли перебросить войска, когда наступит весна?"

"Если ты этого хочешь, я могу это сделать".

Ин Шэн постучал пальцем по столу и сказал:

"Разве ты не приехал на Юг, потому что скорость была важна, а солдаты на Юге были лучшим выбором?"

"Да."

"Теперь я чувствую, что это была отличная идея - поселиться на Юге. По крайней мере, это заставило тебя задуматься о том, чтобы найти меня, когда ты столкнешься с трудностями".

"Я впервые вижу, чтобы кто-то был так рад быть полезным, когда его используют".

"Если этот человек - ты, то проблем нет".

"..."

Поскольку Ин Шэн сказал, что нет никаких проблем, Сюэ Лин, естественно, поверил его словам. Независимо от того, каким человеком был Ин Шэн в оригинальной истории, Сюэ Лин чувствовал, что раз он изменился на его человека, то все обязательно будет сделано хорошо.

Поэтому он постепенно переключил свое внимание на дела в столице, вместо того чтобы беспокоиться о том, как разместить войска.

Ин Шэн управлял войсками, а он управлял Ин Шэном. Именно это и должен был делать император. Что касается составления планов и тому подобного, то это была задача Чэнь Цзинчжэня.

Говоря о Чэнь Цзинчжэне, когда он узнал о личности Сюэ Лина, он почувствовал себя ужасно. Он посмотрел на Сюэ Лина, затем на Ин Шэна и почувствовал, что он - фигура в центре шахматной партии, из которой ему никак не выбраться.

Его первоначальный шок изменился после того, как Сюэ Лин рассказал ему о своих намерениях. У Сюэ Лина были амбиции и стратегия, которые должны быть у хорошего императора.

Многие вещи, о которых Чэнь Цзинчжэнь думал только в глубине души, стали вполне реальными возможностями после того, как он вынес их на обсуждение.

С приближением весны на юге начали медленно распространяться новости о том, что Сюэ Лин находится на юге. У него в руках была императорская нефритовая печать и знак отличия тигра, поэтому он должен быть законным императором этого королевства.

Простые люди узнали, что человек по имени Цзи Жунхань, который сейчас сидит на троне, не взошел на него надлежащим образом, а был куском мусора, узурпировавшим трон.

В столице, в императорском кабинете, Цзи Жунхань смахнул все памятные записи со своего стола. Он был в ярости, допрашивая шпиона, пришедшего с новостями.

"Что ты сказал! Как этот человек мог остаться в живых?"

У шпиона была разбита голова, и кровь текла свободно, но он все равно склонил голову с выражением спокойствия.

"Это новость, которую прислали с юга. Это абсолютная правда!"

Выражение лица Цзи Жунханя было крайне уродливым. То, о чем он больше всего беспокоился, когда взошел на трон, случилось. Имперская нефритовая печать и знак отличия тигра, которые не были в его руках, теперь стали самой весомой уликой против него.

Если бы они были в руках Дэн Ши, он мог бы как-то отговориться, но они были в руках Цзи Юньхуа. Это был предыдущий император, которого он прогнал из дворца, но тот каким-то образом выжил благодаря удаче!

Его существование было самым большим доказательством его попытки узурпировать трон, а также самым большим пятном на его жизни!

Почему такой человек все еще существует! Как он мог остаться в живых!

"Что случилось?" — Ли Юань поднял свою мантию, когда вошел. Он нахмурился, глядя на беспорядок в императорском кабинете, и подумал, почему Цзи Жунхань становится все более и более раздражительным в эти дни.

"Почему вы устроили такой хаос?"

"Ин Шэн восстал!" — Цзи Жунхань почувствовал, что его дыхание застряло в груди, и сердито сказал: "Что ты тогда сказал? Ты сказал, что пока у него есть слава и богатство, он не сделает ни шагу против нас в ближайшем будущем?! Юг распространяет слухи, что мое восхождение на трон было незаконным, и что без императорской нефритовой печати и знака отличия тигра его не признают небеса! Он явно набирает обороты! Если он действительно пробьет себе дорогу в столицу, как наши солдаты будут противостоять ему? Ты хочешь, чтобы я сместился со своего поста и бежал из столицы так же, как это сделал Цзи Юньхуа?!"

Ли Юань нахмурился и обратился к подчиненному, который все еще стоял на коленях на полу, истекая кровью.

"Уйди".

"Да..."

Мужчина по-прежнему низко кланялся, отступая назад.

Ли Юань медленно начал подбирать вещи с земли и сказал:

"Ваше Величество, нет смысла так волноваться. Даже если вы поторопитесь с действиями, те, кто будет сопротивляться, все равно сделают это. Из-за новостей этого дня вы можете лишь подготовиться как можно быстрее. Это будет лучше, чем не иметь никакого плана сопротивления и выглядеть так, будто вы не приложили никаких усилий, когда они прибудут".

"С наступлением весны поверхность реки оттает, и корабли с юга смогут подходить прямо к столице. Какие приготовления мы можем предпринять? Выйти ли нам в море, чтобы перехватить их?" — Цзи Жунхань бросился в кресло, крепко ухватился за подлокотник и гневно проговорил: "Это все вина Цзи Юньхуа!"

Ли Юань нахмурился. Он изменил судьбу Цзи Юньхуа, и будущее стало мутным и неясным. В прошлой жизни Цзи Юньхуа пробыл на троне недолго, и о том, как он умер, ничего не было известно. Двор находился под контролем Дэн Ши, а в столице были и другие силы, борющиеся за власть. Позже, после его отъезда, новости, которые он получал из Столицы, постепенно сокращались.

Но, согласно общей информации, которую он получил из своей предыдущей жизни, Ин Шэн не должен был делать ход так рано.

Ли Юань больше не был уверен в своем выборе, который он сделал тогда. Цзи Жунхань не подходил на роль императора, его сердце не было устойчивым, поэтому его взгляды легко могли измениться, как только он достигнет власти.

Он подтолкнул его к этому положению из-за собственного эгоизма, и до сих пор не знал, правильно ли поступил. Но если бы он позволил Ин Шэну убить его на пути к столице, как это было в его предыдущей жизни, а затем шаг за шагом захватить власть в стране, то мир, которого он хотел, стал бы труднодостижимым.

Ин Шэн был хорош во всех отношениях, но его средства были слишком зловещими. Он не упустит ничего, что угрожает ему, и как только он решит занять трон, он умоет это королевство кровью. В те времена он в виде духа посетил своего старшего брата на поле боя, и именно во время битвы его старший брат погиб. Он знал, что случилось с королевством из-за той войны, и поэтому пытался предотвратить ее.

Неожиданно он все просчитал и продумал, но в конце упустил одну переменную - Цзи Юньхуа...

Ли Юань грустно улыбнулся и сказал: "Что бы ни случилось, я буду наступать и отступать вместе с Вашим Величеством".

Он потянулся, чтобы взять Цзи Жунханя за руку, но тот просто стряхнул его. Ли Юань осталось неизменным, наблюдая за тем, как выражение лица Цзи Жунханя становится все более мрачным.

Он издал протяжный вздох.

"Ваше Величество, не думайте об этом. Сначала я попрошу кого-нибудь навести здесь порядок".

Цзи Жунхань продолжал молчать. Ли Юань покачал головой и не стал больше с ним разговаривать, а развернулся и ушел.

Он не отдал честь и не вышел из комнаты. Он по-прежнему обращался с Цзи Жунханем так, как они общались раньше, но Цзи Жунхань больше не был принцем Сянем, который жил в бесчестии и таился в столице, как ядовитая змея, ожидая возможности нанести удар. Теперь он был императором, который стоял над всеми и держал всю власть в своих руках.

Ли Юань не знал, насколько настороженно Цзи Жунхань относился к нему в этот момент. Это было вызвано тем, насколько равнодушным он выглядел, или, возможно, потому что он слишком часто вмешивался в его дела в последнее время.

С начала нового года Цзи Жунхань практически не посещал дворец императрицы. Хотя Ли Юань чувствовал себя недовольным, он объяснил это тем, что только вступил на престол, и у него было слишком много дел, из-за чего он не мог расслабиться даже в Новый год, и не говорил об этом слишком много.

Цзи Жунхань оказался не таким уж хорошим человеком, как предполагал Ли Юань. Казалось, что пропасть между ним и Ли Юанем все увеличивается. Старший брат Ли Юаня, Ли Фань, с чьей помощью он тогда занял трон, все еще контролировал вооруженные силы и не вернул ему войска.

Когда Ли Юань вышел за Цзи Жунханя, он, естественно, считал его членом своей семьи и не считал ничего плохого в том, что его брат обладает военной властью.

Выйдя из двери в большой зал, стоявший рядом с ним слуга поспешил сообщить:

"Гунцзы, Юэ Хуа, который остается рядом со старшим гунцзы, просит аудиенции".

Ли Юань кивнул. Он повернул голову назад, чтобы посмотреть на императорский кабинет, и беспомощно вздохнул.

Хотя он любил Цзи Жунханя, он не был ослеплен любовью. Возможно, выбор Цзи Жунханя тогда был не самым лучшим выбором. Возможно, он мог бы воспользоваться тем, что Цзи Жунхань еще не выбрался из мутной воды, чтобы вытащить его из этой пропасти и вывести из этой ситуации.

Голова Ли Юаня разболелась еще больше при мысли о том, что недавно произошло на Юге.

Он уже постепенно отходил от той твердой позиции, которую занимал вначале. Если южане действительно планировали пробиться в столицу, у них не было шансов на победу. Чем сидеть здесь и ждать смерти, лучше согласиться на условия этого человека и заключить сделку с Цзи Юньхуа...

Весна началась в марте. Зимний снег начал таять, и лед на реке начал разрушаться. Многие места стали грязными, а с приходом весны жизнь начала возрождаться, и перед глазами людей появилась зелень.

Армия в Чжаньцзине была собрана и ждала приказа Чжэннаньского князя. Они были готовы проложить себе путь к столице.

Во дворце Чжэннань заместители генералов беспомощно наблюдали, как их Королевское Высочество расхаживает взад и вперед перед ними. В душе они критиковали свое прошлое.

За два с лишним месяца совместной жизни эти люди очень хорошо узнали Сюэ Лина, этого их молодого императора. Поначалу они думали, что это всего лишь маленький мальчик, который приглянулся Ин Шэну и который в будущем может стать их принцессой.

Но Ин Шэн тут же покончил с их заблуждениями и сказал, что это столичный император, и им нужно вернуть его на трон.

Вначале все говорили, что Его Королевское Высочество, должно быть, шутит. Немного шутит?! Даже если бы они сначала не обратили внимания на то, какая у него личность, независимо от того, кем он был, они не могли просто подтолкнуть его к тому, чтобы он стал Императором!!!

Позже люди, которые высказали эту мысль, были избиты их Королевским Высочеством, а затем снова избиты Му Гэ. Когда все они почувствовали горечь, но не могли ничего сказать, Сюэ Лин вышел веселый и снова избил их.

Он бил их еще более жестоко, чем двое других, и совсем не проявлял милосердия. У всех заместителей генерала в сердцах поселились психологические травмы, и они боялись даже заикнуться о том, что он гер.

Сюэ Лин скрыл от Му Гэ и Шу Хэна, что он их избил, поэтому они по-прежнему относились к Сюэ Лину как к вазе, которую легко разбить. Каждый раз, когда заместители генерала видели, как они бережно защищают Сюэ Лина, их сердца сжимались от боли.

Позже заместители генералов узнали, что их генерал влюбился в маленького императора, поэтому он посинел от гнева и приготовился напасть на столицу.

Вначале некоторые люди беспокоились, что их генерал был одурачен и использован маленьким императором. Они думали, что после того, как маленький император взойдет на трон, их генерал будет в мгновение ока отброшен в сторону. Позже, проведя больше времени вместе, они больше не чувствовали себя так.

В конце концов, им постоянно, необъяснимым образом, демонстрировали всевозможные неосознанные проявления привязанности, и они понимали, что между этими двумя людьми не может быть такого обмана.

Чэнь Цзинчжэнь отличался от остальных. Казалось, он с самого начала понял, насколько важен Сюэ Лин для Ин Шэна. Более того, он знал, что за человек Сюэ Лин, и каковы планы Сюэ Лина на будущее.

Теперь, когда все изменилось, не было никаких проблем, если он сделает что-то, чтобы продвинуть историю вперед, и не было никаких опасений по поводу изменения хода истории.

Поэтому он был рад, что Сюэ Лин станет императором. В конце концов, Сюэ Лин обещал, что в будущем, после вступления на престол, он станет премьер-министром. Чэнь Цзинчжэнь не был человеком, который довольствовался бы тем, что его оставили в углу.

После путешествия во времени он сохранил свои амбиции. Так же, как в оригинальной истории ему удалось убедить Ин Шэна отправить войска в столицу, он никогда не планировал оставаться на юге и проводить свои дни, наслаждаясь хорошей жизнью.

Сюэ Лин не только хотел вернуть себе трон. После возвращения к власти он, естественно, вернет контроль над южными, северными и западными территориями, принадлежавшими королевству Сюэ. Желательно, чтобы он расширил границы своего королевства; Сюэ Лин не планировал лениво коротать время после того, как он потратил столько усилий, чтобы вернуть себе трон.

Изменение будущего этих четырех главных героев могло повлиять на судьбу всей династии. Только так он сможет полностью избежать страданий в будущем.

"Сюэ Гунцзы здесь".

Стражник поспешил сообщить об этом, как только увидел карету Сюэ Лина. Услышав его слова, люди в комнате выпрямились, приняли серьезное выражение лица и исправили свои прежние ленивые взгляды.

"Раз уж он прибыл, давайте отправимся в путь".

Ин Шэн перестал вышагивать, взмахнул рукой и громовым голосом сказал:

"Передайте приказ трем армиям. Мы отправляемся!"

"Да!"

Появление Сюэ Лина было подобно сигналу. Заместители генералов приняли приказы и повернулись, чтобы покинуть дворец. Их лошади были готовы и ждали за пределами дворца. Один за другим они сели на лошадей и громко позвали, ряд за рядом солдаты последовали за ними, чтобы вместе отправиться в путь.

Сюэ Лин прошел весь путь во дворец, миновал нескольких заместителей генерала и наконец оказался лицом к лицу с Ин Шэном.

Вместо длинной ученой мантии на нем сегодня была приталенная одежда, отчего он выглядел очень аккуратным и опрятным, а длинные черные волосы были завязаны в хвост. Он выглядел гораздо энергичнее, чем обычно.

"Вы передали приказ?"

Ин Шэн поднял руку и поправил волосы, упавшие на лоб из-за спешки.

"Да. Флот отчалит от причала сегодня днем".

"Хорошо."

Сюэ Лин скривил губы.

"Есть новости из столицы. Ли Юань готов согласиться на эту сделку с нами. Когда мы сойдем на берег, его люди придут принять нас. Все приготовления во дворце также завершены. Они только ждут нашего возвращения".

"Он так быстро согласился?"

"Я уже говорил это раньше. С характером Цзи Жунханя, когда он поднимется на вершину, он изменится настолько, что никакие лекарства не смогут его вылечить. Ли Юань и сейчас любит его и попросил меня сохранить ему жизнь, но я уверен, что Цзи Жунхань не поблагодарит его".

"Я не такой. После того, как ты восстановишь свое положение, ты все равно будешь мне очень нравиться".

Он наклонился очень близко. Сюэ Лин протянул руку и оттолкнул его лицо. Он сказал:

"Не ты будешь сидеть наверху. Если кто-то и изменится, то это буду я".

"Неважно, как ты изменишься, ты все равно будешь мне нравиться".

Ин Шэн потянул его за руку и вытащил наружу.

"Я могу терпеть любые перемены, лишь бы ты не покидал меня. Ты можешь быть таким капризным, каким захочешь. Даже если ты станешь бесполезным, самовлюбленным правителем, я все равно позабочусь о том, чтобы ты мог спокойно и надежно оставаться на этом посту".

Сюэ Лин был недоволен:

"Кого ты называешь бесполезным, самовлюбленным правителем?"

Чэнь Цзинчжэнь, который притворялся прозрачным воздухом следовал позади них: "..."

Он действительно хотел опрокинуть эту миску с собачьим кормом ударом ноги...

Армия отправилась в путь. Флот пробил льдины на реке и отплыл от пристани Чжаньцзин. Простые люди собрались на берегу, чтобы помахать на прощание, и их возгласы были особенно громкими, поскольку они болели за то, чтобы истинный Император Драконов вновь занял свое место. Теперь все было не так, как раньше, когда у них не было оправданных причин для войны, поэтому все гордо подняли головы.

Простые люди не знали, каким правителем будет Сюэ Лин, но они доверяли Ин Шэну. Король Чжэннань обеспечил им богатую жизнь, свободную от забот, поэтому император, которому он решил быть верным, естественно, также сможет принести им мир и счастье.

В отличие от них, лидеры и фракции со всех сторон больше надеялись на то, что Ин Шэн будет крепко держаться за императора и командовать дворянами от его имени. В конце концов, большинство людей знали, что за человек Цзи Юньхуа.

Они могли только сожалеть, что Цзи Юньхуа не попал в их руки. В противном случае, те, кто мог бы сделать шаг в этот момент и послать войска в столицу без осуждения, были бы счастливчиками.

Тем временем человек, которого все считали шахматной фигурой, Сюэ Лин... лежал в каюте, бледный и полумертвый, потому что его тело не выдержало напряжения плавания...

Действительно, что это было, черт возьми! Система действительно должна была выбрать для него лучшее тело в следующем мире. Что это за слабое телосложение такое, что его укачивает на волнах!!!

Это было очень обидно!!!

"Осталось еще полмесяца. Ты уже так слаб, ты уверен, что сможешь продержаться?"

Ин Шэн наблюдал, как небольшое количество мяса, которое он вернул на тело Сюэ Лина, медленно исчезает, и его настроение стало ужасным. Он взял Сюэ Лина за руку и потрогал его лоб. К счастью, оказалось, что его тело просто не привыкло к стрессу - не было ни жара, ни чего-то еще.

"Так было, когда я приехал на Юг. Все в порядке", - нахмурился Сюэ Лин. Движение судна было не таким резким, как раньше, но почему-то в этом теле никак не удавалось избежать морской болезни. С тех пор как они сели на корабль, он не мог находиться в вертикальном положении в течение целого дня, ему приходилось все время лежать и изображать из себя мертвеца.

Его кости были готовы разлететься на куски, и он не мог много есть, потому что не мог встать и передвигаться. В итоге все пошло по нисходящей спирали, и плоть, которую он с большим трудом восстановил на своем каркасе, увядала день ото дня.

Ин Шэн сжал его руку и сказал:

"Прости меня, если бы я знал, что ты в столице, я бы не позволил тебе оказаться в такой ситуации, в какой ты оказался сегодня".

Сюэ Лин покачал головой:

"Это была судьба. Некоторые вещи не случаются без катализатора. Возможно, ты бы не влюбился в меня, если бы был в Столице?"

Он изогнул губы. Его рука была зажата в руке Ин Шэна, и он кончиком пальца нарисовал круги на ладони Ин Шэна.

"В конце концов, в Столице мне приходилось каждый день прибегать к помощи мази, чтобы скрыть киноварную родинку. Я сидел на троне дракона, но не мог ни к чему прикоснуться и ни на что повлиять~".

Ин Шэн поднял его руку и поцеловал кончики пальцев.

"Я никогда не видел, насколько ты ослепителен и вдохновляющ на драконьем троне. Теперь, когда мы едем в Столицу, я должен увидеть эту чудесную сцену своими глазами".

Сюэ Лин рассмеялся и сказал:

"Даже если я вернусь, там будет не на что смотреть. Ты должен знать", — он протянул руку, чтобы провести по родинке в уголке глаза. "Я - гер. Я не собираюсь скрывать этот факт".

"Если кто-то не согласится, - Ин Шэн дернул рукой, которой прикрывал киноварную родинку, - я убью его. Если они не согласятся, я убью всю их семью. Я буду убивать до тех пор, пока не останется никого, кто осмелится усомниться или ослушаться тебя".

Сюэ Лин не знал, смеяться ему или плакать. Теперь он понимал, почему люди постоянно подчеркивали, что Ин Шэн был "безжалостным". Только, похоже, что он использовал его не в том направлении.

"Все они - мои будущие министры. Как ты можешь просто убивать их по своему усмотрению..."

"Это я делаю ход, ты тут ни при чем".

Ин Шэн, похоже, не шутил, когда произносил эти слова. Он выглядел абсолютно серьезным, и, казалось, уже обдумывал, как убить их так, чтобы это не оказало никакого негативного влияния на Сюэ Лина.

Сюэ Лину было лень его поправлять. Он вспомнил, что сегодня не слышал никаких новостей из столицы, и снова открыл рот:

"Какова текущая ситуация в столице?"

"Ничего необычного. Ли Юань контролирует разведывательную организацию Цзи Жунханя, так что если он не хочет, чтобы Цзи Жунхань что-то знал, он об этом не узнает".

Благодаря их предложениям Ли Юань постепенно отдалился от Цзи Жунханя, что сделало его менее зависимым от него. Хотя это был не лучший способ обращения с возлюбленным, это был лучший выбор, который Ли Юань мог сделать в данный момент.

У них не было своей армии. Если бы они действительно столкнулись с армией князя Чжэннаня, то понесли бы большие потери, что противоречило бы тому, чего он изначально хотел добиться. Он не хотел, чтобы солдаты в столице были ранены, и не хотел, чтобы эти ранения были вызваны их действиями, ведь он посылал их на смерть, зная, что у них нет шансов на победу.

Ли Юань дорожил всем миром и не подходил для руководства армией. Еще меньше он подходил для принятия решений, потому что никогда не был готов пожертвовать кем-то. Конечно, причина, по которой он принял решение в этот раз, была очень убедительной: у него просто не было достаточно власти или силы в руках.

"Семья Ци генерала Мо Бэя никогда не участвовала в таких схватках. Если ты действительно сможешь отвоевать столицу и заставить принца Сяня подчиниться, он, естественно, примет твое верховенство".

Теперь, когда они обсуждали королевство, у Ин Шэна было свое мнение.

"Если хочешь, я могу помочь тебе вернуть территории, которые изначально принадлежали тебе".

Сюэ Лин долго смотрел на него и сказал:

"Да. Если ты действительно сможешь вернуть земли моей семьи Цзи, то должность императорского супруга будет официально твоей".

Ин Шэн наклонился к нему и сказал:

"Я должен положить королевство к твоим ногам, чтобы претендовать на это положение?"

"Это правда, постоянно давать пустые обещания не очень приятно".

Рука Сюэ Лина провела по волосам на его висках. Он моргнул, и кончик его языка вытянулся, чтобы облизать губы.

"В таком случае, ты можешь занять эту позицию до того, как отправишься в путь".

Он наклонился ближе и прошептал Ин Шэну:

"После твоего возвращения я позволю тебе один раз сделать это на троне".

Глаза Ин Шэна засияли. Он уже мог представить, каким ослепительным будет этот человек, когда сядет на трон. И прижать эту его версию под своим телом...

Он с трудом контролировал свою реакцию, представляя себе эту сцену.

Ин Шэн склонил голову и безжалостно прикусил губу Сюэ Лина.

"Ты победил. У меня действительно нет возможности одержать верх в этой жизни!"

Сюэ Лин весело усмехнулся, отступая назад. Выражение его лица было очень естественным, и оно совершенно не соответствовало тому, что он только что сказал.

Полмесяца пути были пустяком для армии князя Чжэннаня, которая хорошо освоилась в морских сражениях. К моменту прибытия флота в столицу все солдаты были в отличном настроении и ничуть не подавлены путешествием по воде.

Сюэ Лин накинул плащ и подошел к носу корабля, чтобы понаблюдать за высадкой солдат.

Они находились в паромном порту Цзиньцзи, откуда он в свое время покинул столицу. С течением времени столица перестала охранять порт. Вместо этого, по мере расширения, она выдвигала свою оборонительную линию наружу.

Но самое смешное, что когда строилась столица, никто не ожидал, что приближающаяся армия придет по воде, поэтому этот водный путь остался совершенно незащищенным.

Контрольные пункты были расположены дальше, и когда солдаты отправлялись из паромного порта Цзиньцзи, они могли добраться до ворот столицы, не проходя ни через один из контрольных пунктов.

Столица не находилась в таком положении, чтобы ее было трудно атаковать и легко защищать; неизвестно, откуда у Цзи Жунханя взялась уверенность, позволяющая ему думать, что он сможет противостоять атаке Ин Шэна с помощью только имперских сил из города и солдат, размещенных снаружи.

Сюэ Лин не пошел на передовую, когда раздались звуки битвы. Он остался на корабле - его тело окончательно восстановилось, и Ин Шэн не хотел, чтобы он отправлялся на поле боя. Сюэ Лин тоже не хотел смотреть это шоу.

Они никогда не собирались полностью посвящать себя этой битве. Ли Юань уже давно общался с ними: как только армия приблизится к городским воротам, его люди откроют городские ворота, чтобы впустить их.

На самом деле это не было заговором или изменой. Это была скорее взаимная уступка.

В любом случае, у Сюэ Лина была под рукой система. Даже если он оставался в тылу, он все равно знал, что происходит на передовой, и мог держать ситуацию под контролем.

Чэнь Цзинчжэнь остался с ним. Несмотря на то, что он был военным советником, в этот раз у него было не так много возможностей помочь. Во время всего путешествия он изучал всевозможные отношения и распределение власти в столице, готовясь справиться со всеми силами, которые могли угрожать Сюэ Лину в будущем, когда армия войдет в столицу и захватит власть.

Как и предсказывал Сюэ Лин, битва так и не началась. В течение трех дней армия захватила всю столицу. Цзи Жунхань оказался в ловушке во дворце и в ярости чуть не убил Ли Юаня.

Ли Юань не знал, что сказать, чтобы успокоить его, и только попросил других сдержать его, чтобы с ним можно было разобраться после того, как Сюэ Лин войдет во дворец.

Все, что он сделал за два года после своего возрождения, казалось бессмысленным в эти три дня. Хотя Ли Юань знал, что поступил правильно, он все равно был очень растерян и сбит с толку.

Казалось, что его большая свадьба с Цзи Жунханем была только вчера, но все вокруг стало расплывчатым, и ничего из этого не было понятно. Ли Юань рассмеялся. Он уже не знал, ради чего он упорствует, что отстаивает, и даже чего добивается.

Когда армия вошла в столицу, многие великие семьи были уничтожены в одночасье. Самые процветающие и могущественные семьи не смогли подняться под натиском армии, и на некоторое время все в столице оказались под угрозой, так как все поняли, что титул князя Чжэннаня - не пустой звук. Если его спровоцировать, он действительно может сделать все, что угодно.

Что касается императора, который мог спасти их всех и изменить их судьбу, то он сейчас сидел без дела, трескал дынные семечки с Чэнь Цзинчжэнем и обсуждал, какую семью Ин Шэну разрешат посетить завтра.

Именно такую картину увидел Ли Юань, когда его подняли на борт судна. Он думал, что его отправят прочь, как Цзи Жунханя, но вместо этого его сопроводили на борт.

Когда Сюэ Лин увидел, что у них гость, он слегка приподнял брови и удивленно сказал:

"Тебя так скоро прислали? Похоже, что Цзи Жунхань действительно худший вид отбросов".

Ли Юань все еще не понимал, кто перед ним, и только когда человек позади него заговорил, он догадался.

"Ваше Величество, пожалуйста, обратите внимание на свой образ".

После этого Ли Юань изумленно посмотрел на Сюэ Лина. Он совершенно не мог поверить, что перед ним стоит Цзи Юньхуа.

Сюэ Лин лениво пожал плечами, но все же выпрямился на своем месте.

"Что, ты больше не узнаешь нас теперь, когда мы не обмениваемся письмами?"

Ли Юань покачал головой и сказал:

"Я просто не думал, что вы...".

Он посмотрел на Чэнь Цзинчжэня, который стоял рядом с Сюэ Лином, и был в замешательстве от происходящего.

"Зачем вы привели меня сюда?"

Кроме того, что он некоторое время был императрицей, в глазах других людей он ничем особенным не выделялся. Цзи Жунхань уже пал, и, по сути, его жизнь, вероятно, уже закончилась.

Вспомнив, как Цзи Жунхань смотрел на него перед уходом, Ли Юань почувствовал, что жизнь его безрадостна.

"О чем ты думаешь?"

Сюэ Лин встал, затем поднял руку, чтобы постучать по голове Ли Юаня.

"Я хочу заключить с тобой пари".

"Какое пари?"

"Ставку на твое положение в сердце Чжи Жунханя".

Сюэ Лин улыбнулся и похлопала Ли Юаня по плечу, а затем спросил:

"Как ты думаешь, он любит тебя больше, чем трон, или наоборот?"

Ли Юань нахмурился и ничего не ответил. Он не был человеком, который ставил любовь превыше всего. Цзи Жунхань уже знал, что он был в сговоре с Цзи Юньхуа. Перед тем, как они расстались, он даже спрашивал себя, почему ему не было больно...

Его сердце болело, но он чувствовал, что эти его чувства не стоят того, чтобы из-за них играть в азартные игры. Он усмехнулся:

"Ваше Величество не считает смешным говорить такие вещи?"

С тех пор как Цзи Юньхуа начал общаться с ним, он постепенно начал понимать, какие отношения существуют между ним и Цзи Жунханем. Другая сторона явно держала их обоих в своих руках, но все равно хотела заключить подобное пари.

"Что за сокровище Ваше Величество хочет использовать в этом пари, которое я точно проиграю?"

"Это не какое-то великое сокровище. Вместо этого, это твоя свобода".

Сюэ Лина не волновало, насколько уродливым было выражение лица Ли Юаня, когда он говорил. Так как это был так называемый путь, который он выбрал сам, он должен был дойти до конца, даже если это будет на коленях.

"Я хочу, чтобы ты стал для меня премьер-министром. Я не знаю, готов ли ты обменять свою свободу на эту власть".

Ли Юань удивленно посмотрел на него. Сюэ Лин поднял руку, чтобы остановить его, и продолжил:

"Я уже обещал тебе, что если ты поможешь мне захватить столицу, то я оставлю Цзи Жунханя в живых. Его отправят на юг. Это территория Ин Шэна. Ему не придется беспокоиться о еде и одежде, и до конца жизни у него не будет никаких забот. Что касается тебя, то ты останешься в столице. Возможно, настанет день, когда все нереальные мысли в голове Цзи Жунханя исчезнут, и он вспомнит твои положительные стороны".

Ли Юань сжал губы. Он не понимал.

"Почему я?"

"Наверное, потому что ты один из немногих, кто имеет здравый смысл".

Сюэ Лин наклонил голову и указал на Чэнь Цзинчжэня, который стоял рядом с ним.

"Если вы согласны, вы двое станете моими левым и правым премьер-министрами. С вами двумя, как моими любимыми подданными, двор станет намного интереснее в будущем".

Ли Юань посмотрел на Чэнь Цзинчжэня и почувствовал беспокойство. До свадьбы с Цзи Жунханем его темперамент был похож на Чэнь Цзинчжэня.

В данный момент он казался таким же, как и он, полным амбиций и мыслей об изменении судьбы королевства. Но он упал в бездну под названием "Цзи Жунхань" и сейчас видел первые лучи света, ведущие к выходу из этого места, в то время как Чэнь Цзинчжэнь уже стоял на свету. Оставался всего один шаг, но мог ли он также достичь вершины?

"... Я..."

Он нерешительно открыл рот, но был остановлен Сюэ Лином.

"Тебе не нужно заставлять себя. Возможно, ты сначала обсудишь это с Цзинчжэнем. Я думаю, он тебе понравится".

Чэнь Цзинчжэнь тоже встал и сказал:

"Ли Гунцзы, пожалуйста, следуй за мной. Мы пока останемся на лодке и подождем, пока Его Королевское Высочество подготовит церемонию восхождения на трон. Судя по характеру Его Королевского Высочества, у вас будет очень много времени, чтобы адаптироваться к схемам Его Величества".

Ли Юань хотел знать, что именно происходит. Он все еще был в замешательстве, но Чэнь Цзинчжэнь уже оттащил его в сторону. На выходе из каюты они встретили Ин Шэна, который только что поспешил вернуться.

Ли Юань даже прикоснулся к Ин Шэну, но тот даже не взглянул на него. Даже Чэнь Цзинчжэнь, казалось, не собирался останавливаться и здороваться с ним.

"В будущем вы поймете. У Его Королевского Высочества не так много странностей. Но если вы будете приветствовать и здороваться с ним, вы будете тратить его время, и он будет игнорировать вас".

Ли Юань: "???"

Все они говорили, что Чжэннаньский принц был сыном торговца, вежливым и учтивым. Хотя его средства были порочными, он никогда не заставлял другую сторону чувствовать себя неловко, когда они встречались.

Почему же эта сцена казалась немного неправильной?

Впечатление Ли Юаня о Сюэ Лине полностью перевернулось за три дня пребывания с ним, а образ Ин Шэна не мог рухнуть более очевидно за это время.

Иногда Ли Юань смотрел на них двоих, и в его мозгу возникали мысли типа "так вот как выглядит настоящая любовь", или "боже мой, это собачий корм", или даже "мой брак был совершенно неуместным» — всего за три дня он начал сомневаться в своей жизни.

Единственное, что было хорошо, так это то, что Сюэ Лин, будучи императором, вполне соответствовал его представлениям о правителе. Они с Сюэ Лином обменивались мнениями, и политика, которую они изучали и обсуждали, а также некоторые будущие законы и правила, которые они хотели принять для королевства в будущем, полностью соответствовали принципам Ли Юаня. Как будущий коллега, Ли Юань был еще больше доволен Чэнь Цзинчжэнем.

Когда он был с Цзи Жунханем, принц Сянь брал на себя лидерство более подавляющим образом. Даже если он переродился, Ли Юань все еще оставался человеком этой эпохи, и был ограничен мыслями этого периода и не думал об этом слишком много.

Чэнь Цзинчжэнь был совсем другим — большинство его идей пришло из современности, и столкновение идеологий между ними было таким же взрывоопасным, как и представлял себе Сюэ Лин. Между ними было много искр и споров, но было сделано много выводов, которые очень помогли бы Сюэ Лину в том, чего он хотел достичь.

Вдохновленный Чэнь Цзинчжэнем, Ли Юань внезапно открыл дверь в совершенно новый мир и обнаружил, что может проявить свой ум и мудрость, не стоя за кулисами. Теперь перед ним открывалась возможность - стоило ему сделать шаг вперед, и он мог бросить вызов существующим правилам.

Хотя правление Сюэ Лина изначально строилось на военном сдерживании Чжэннаньского короля, они трое стали бы ключевыми фигурами, необходимыми для его дальнейшего успеха.

Ли Юань в итоге решил встать рядом с Сюэ Лином. Он хотел побыть некоторое время отдельно от Цзи Жунханя, и, возможно, этого времени будет достаточно, чтобы они смогли ясно понять, какое положение занимают они в сердцах друг друга.

Сюэ Лину было все равно, о чем думает Ли Юань, лишь бы он мог использовать его в своих целях. Вместо этого он сосредоточил свое внимание на церемонии, за организацию которой отвечал Ин Шэн, — церемонии его восхождения на трон.

Когда он первые раз взошел на трон, Дэн Ши использовал предлог, что прежний владелец этого тела довел себя до слез из-за внезапной смерти бывшего императора, и после самой беглой церемонии возвел его на трон, заявив, что его тело не выдержит большего.

Его министры даже не имели возможности приблизиться к своему императору, поскольку он всегда располагался на высоком драконьем троне, в драконьих одеждах и тяжелой короне. Жемчуг с кисточками, свисавший с короны, закрывал большую часть его лица.

Изначально министры не ожидали, что ребенок может что-то знать, поэтому он редко говорил при дворе и каждый день в основном сидел на троне. Изредка он дремал, а после окончания утреннего суда снова ложился спать.

Такая жизнь императора была очень неторопливой, но Сюэ Лин не хотел ее испытывать. Ин Шэн хотел устроить для него торжественную церемонию, чтобы он мог официально вступить в контакт с двором.

Теперь, когда Ин Шэн находился в столице, в их руках была абсолютная военная власть, и министры не смели их опровергать. Ин Шэн хотел воспользоваться этим временем, чтобы подготовить группу имперских войск и тайных охранников для Сюэ Лина, чтобы тот мог пойти и выполнить свое соглашение о том, чтобы вернуть ему реки и горы, как только ситуация в Столице полностью стабилизируется.

Ин Шэн потратил много сил на эту церемонию, но к тому времени, когда она официально началась, он обнаружил, что совсем не чувствует усталости.

Когда Сюэ Лин медленно шел к нему в мрачном черном халате и простой короне, Ин Шэн почувствовал, что все его усилия были напрасны. Он и сам не знал, были ли его усилия направлены на то, чтобы потеснить императора на драконьем троне, или же ему просто нравился его нынешний вид. Как бы то ни было, он чувствовал, что из всех вариантов Сюэ Лина, который вел себя так, словно был государем, сошедшим в этот мир, этот подходит ему больше всего.

Он был так хорош собой, что нельзя было отвести взгляд, так привлекателен, что хотелось подойти к нему прямо сейчас, раздеть догола и безжалостно овладеть им.

Красная киноварная родинка в уголке глаза маленького императора была очень яркой. Министры были обеспокоены, но не осмеливались высказывать свое мнение, пока Ин Шэн стоял рядом с ним. Более того, маленький император казался совершенно другим человеком, чем тот, которого они видели тогда.

Его аура была настолько сильной и мощной, что придворные не осмеливались смотреть ему в глаза. При виде его они краснели, а затем стыдливо отворачивали лица. Импульс тела императора не шел ни в какое сравнение.

Будучи чиновниками в те времена, они не знали, считать ли себя счастливчиками или несчастными, имея такого императора.

После жертвоприношений Небу пришло время новому императору задать тон своему правлению и назначить всевозможных чиновников. Изначально все происходило не так, но новый император явно хотел создать новую атмосферу и собирался начать с разжигания костров среди придворных.

Первым делом он сместил многих важных министров двора по обвинению в коррупции, взяточничестве, убийствах и беззаконии. Они не имели возможности сопротивляться, когда их уводили солдаты армии Ин Шэна, и многие люди были шокированы. В конце концов, они впервые видели подобное, а сами министры были напуганы до одури, мысленно перебирая свои поступки и гадая, не окажутся ли они следующими.

К счастью, новый император не собирался рубить всех своих придворных, а выбрал для примера нескольких совсем потерявших совесть чиновников. Однако этот поступок все равно был агрессивным. В конце концов, два поста левого и правого премьер-министров остались пустыми, что было сродни отсечению собственной левой и правой руки императора, не заботясь о заботах других. По сути, он выбросил в окно традицию поддерживать преемственность при дворе и позволять старшим руководить молодыми.

Разобравшись со старыми министрами, следующим шагом было назначение новых. В этот момент придворные поняли, насколько капризен новый император. Вместо того чтобы выбрать новых премьер-министров из нынешнего состава двора, он привел двух новобранцев, независимо от того, насколько уродливыми были выражения лиц придворных и насколько сложным было их настроение.

"С сегодняшнего дня эти два любимых подданных будут моими левым и правым вторыми помощниками. Сможет ли королевство Сюэ стать сильным, будет зависеть от этих двух любимых подданных".

Сюэ Лин лично поднял Чэнь Цзинчжэня и Ли Юаня, которые встали на колени, чтобы принять императорский указ, и обвел взглядом всех недовольных придворных. Затем он поднял руку и попросил Шу Хэна издать третий императорский указ.

Придворных уже поразила молния после первых двух указов, и в их головах все еще был сумбур, когда они вдруг услышали третий. Они подумали, что ослышались, но когда посмотрели на окружающих, то увидели в глазах друг друга то же недоверие.

Назначить чжэннаньского короля Ин Шэна императорским супругом? И одновременно императрицей? Какого черта? У них что, со слухом проблемы?

Сердца и лица всех были полны сомнений, но Шу Хэн продолжал спокойно зачитывать указ. После того, как он закончил говорить, весь церемониальный зал погрузился в тишину.

Дворцовый слуга, державший нефритовую печать императрицы и книгу сокровищ, медленно вышел вперед. Сюэ Лин передал нефритовую печать Ин Шэну и сказал:

"Это то, что Мы тебе обещали. Не забывай, что ты обещал Нам".

Ин Шэн посмотрел на книгу сокровищ и нефритовую печать в своих руках, усмехнулся и сказал:

"Мне нужно не только это".

"Я знаю."

Сюэ Лин развернулся, взмахнув рукавами, а затем оглянулся и спросил:

"Пойдешь со мной?"

Это был заключительный шаг для получения супруги. Император и императрица должны были соединить руки, чтобы подняться по ступеням и сесть на трон.

Ин Шэн встретился с ним взглядом и в итоге решил взять руку протянутую Сюэ Лином.

Хотя такая сцена была странной, как бы он об этом ни думал, он был вполне готов к такому обращению со стороны маленького императора.

На самом деле, его не волновало положение Императорского Консорта. В конце концов, император полностью принадлежал ему, а титул не имел большого значения. Тем не менее, он был очень рад, что маленький император сделал ему такой подарок в день его восшествия на престол.

По окончании церемонии все придворные удалились. Праздник был повсюду, а небо над столицей окрасилось в праздничный красный цвет. Хотя придворные удалились, и сердце каждого из них было полно проклятий, они ничего не могли сделать, чтобы повлиять на грандиозную сцену, раскинувшуюся перед ними.

Посмотрите на эти нечестивые мысли; было достаточно плохо, что император менялся туда-сюда, даже если не принимать во внимание тот факт, что новый император был гером, а прежняя императрица не изгнана а стала премьер-министром, но почему король Чжэннань теперь был императорским супругом? Почему император просто не вознесся на небеса напрямую?!

Придворные были полны проклятий, которые они не могли выразить, но это нисколько не мешало Сюэ Лину. Новый император взошел на трон, и не прошло и нескольких дней, как раздались радостные звуки празднования, и император начал показывать свои когти и зубы. Начав со столицы, он нацелился на ахиллесовы пяты многих людей и сместил их с занимаемых должностей.

Раньше придворные смотрели на двух геров-министров свысока, когда те взошли на пост, но теперь они обнаружили, что их водят по кругу и обманывают своими схемами. Многие наконец поняли, что император сидит на своем посту не ради удовольствия, и еще менее вероятно, что его поставили туда в качестве марионетки. В конце концов, если Ин Шэн хотел стать императором, ему не нужно было подталкивать его к этому положению и бежать в задний дворец своего хозяина, чтобы на заднем плане дергать за ниточки.

Месяц спустя атмосфера во всей Столице освежилась, и императорский двор, казалось, наконец-то начал понимать. Сюэ Лин наконец-то сбросил груз со своих плеч и упал в объятия Ин Шэна.

"... Так устал..."

Ин Шэн нежно похлопал его по спине и опустил взгляд, чтобы посмотреть на него, его взгляд был невероятно нежным.

"Все будет хорошо после этого периода тяжелой работы. Всегда будут всякие неприятности и паника, когда ты только начинаешь".

Сюэ Лин переместился и прямо уселся на его руки.

"Эти придворные — все дураки. Я потратил столько сил, чтобы научить их, но они все равно не понимают меня! Они постоянно приходят ко мне с этими странными и ненужными докладами, как надоело".

Ин Шэн легонько помассировал ему виски, притянул его ближе и крепко обнял.

"Разве не достаточно того, что я тебя понимаю?"

Сюэ Лин смотрел, как он прижимается к нему, и обхватил его шею рукой, чтобы поцеловать.

"Достаточно. Тогда Мы сегодня же прекратим работу над этими надоедливыми документами и благословим тебя Своим присутствием?"

Хотя Сюэ Лин произнес такие слова, на самом деле он вовсе не собирался двигаться.

"Только что пришло военное донесение с северо-запада. Семья Ци генерала Мо Бэя уже ответила. Похоже, что одного месяца им хватило, чтобы понять, чего именно я хочу".

"Разве это не очень хорошо? Раз уж Ци Шэн сам готов подчиниться, мне не придется вести ожесточенную борьбу. Я не хочу разлучаться с тобой так надолго".

Ин Шэн не беспокоилась о том, что семья Ци может попытаться сделать. В их семье всегда было так: когда дела у императора шли хорошо, они прислушивались к центральному правительству, а когда император был в замешательстве, они шли своим путем. В любом случае, пока Северо-Запад принадлежал им, последнее слово оставалось за ними.

Сюэ Лин сузил глаза. Он постучал пальцем по секретным отчетам на столе и усмехнулся:

"Семья Ци уже давно занимает видное место. Неужели они думают, что мы оставим их в покое, пока они подчиняются?"

"Тогда просто не торопись и медленно перемалывай их. Я заставлю их понять, что после того, как власть передана, ее уже не вернуть".

Он приложил немного силы, и Сюэ Лин снова лег на него.

"Король Шу утверждает, что его территория недосягаема и это влияет на его способность получать новости, поэтому он и не отреагировал на предыдущий инцидент. Что ты думаешь?"

"Семья Дэн бежала на территорию короля Шу. Скажи мне, что я должен думать?"

Рука Сюэ Лина замерла. Он знал, что его императорский дядя был беспокойным, но он не понимал, что семья Дэн была на его стороне.

"Ты тогда был еще молод и не знаешь, какие чувства испытывали друг к другу Дэн Ши и Король Шу. Как ты думаешь, почему король Шу вообще пошел на его территорию?"

Выражение лица Ин Шэна было ироничным, когда он обсуждал секреты императорской семьи.

"Дэн Ши должен быть очень счастлив сейчас, думая, что он может продолжать использовать тебя, так как ты снова занял трон".

"Я еще молод".

Внимание Сюэ Лина не было приковано к этим секретам. По сравнению с хаотичными отношениями императорской семьи, Сюэ Лина больше интересовал другой ключевой момент.

"Но ты уже довольно стар~ Ты даже знаешь о таких вещах. Ты действительно заслуживаешь звания старого дяди".

Ин Шэн нахмурил брови: "Ты презираешь меня за то, что я старше тебя?"

Сюэ Лин сел прямо. "Между нами больше дюжины лет, старичок".

Ин Шэн встретил его взгляд, и они долго смотрели друг на друга. В конце концов, Сюэ Лин обхватил его за шею и поцеловал в губы.

"Ладно, не грусти. Ты мне нравишься, даже если из тебя песок сыплется".

Ин Шэн был задет. Он вскочил и одной рукой смахнул документы на столе а затем усадил Сюэ Лина прямо на его поверхность.

"Я не тороплюсь делать это на драконьем троне. Мы можем сначала попробовать на императорском столе".

Сюэ Лин поднял подбородок и немного вызывающе сказал:

"Ты уверен, что сможешь это сделать?"

Ин Шэн протянул руку и начал снимать с себя одежду императорского двора. Казалось, он был окутан легким гневом и раздражением:

"Я могу показать тебе прямо сейчас, дряхлый я или нет, и могу ли я это сделать".

К этому моменту Шу Хэн уже медленно и бесшумно вышел из императорского кабинета. Он даже закрыл за собой дверь...

Прослужив династии императора так долго, он наблюдал за развитием отношений Сюэ Лина и Ин Шэна, и прошел весь путь от изумления до привыкания.

В любом случае, это была императорская супруга, и независимо от того, где они хотели пошалить, самое большее, что он мог сделать, это тихо выскользнуть, чтобы охранять дверь и жевать собачий корм.

В любом случае, он был не самым несчастным. Му Гэ был еще более несчастен; его кормили только собачьим кормом, но собачий корм Му Гэ был смешан с уксусом~.

Лето близилось к концу. Доживая последние дни лета, армия была готова снова отправиться в путь.

Их целью была семья Ван на севере, большой клан, который был известен на протяжении многих поколений, их линия наследования продолжалась непрерывно.

Их народ издавна расселился по всему северу, и даже если бы они сдались, Сюэ Лину было бы очень трудно выступить против них. Более того, семья Ван вообще не собиралась налаживать с Сюэ Лином никаких отношений.

Местность, которую они занимали, была северной и выгодной для них. Семья Ван казалась бесстрашной, но Ин Шэн со смехом отправился в путь, сказав Сюэ Лину, что приглашает его посмотреть хорошее шоу.

Сюэ Лин не беспокоился, что будут вещи, которых он не сможет достичь. Он просто помог ему поправить доспехи и сказал:

"Надеюсь, ты сможешь вернуться до Нового года".

Ин Шэн встретил его взгляд, рассмеялся и склонил голову, чтобы поцеловать его в лоб.

"Смогу. Когда я вернусь, я буду сопровождать тебя, чтобы увидеть фестиваль фонарей в столице".

Сюэ Лин на мгновение остолбенел, потом вспомнил, что он сказал этому человеку на пятнадцатый день Нового года. Он не смог удержаться от смеха, и все нахлынувшие тревоги были полностью развеяны.

"Хорошо. Я буду ждать твоего триумфального возвращения".

Армия Ин Шэна отправилась навстречу осеннему ветру, а Сюэ Лин тоже повернул назад, чтобы заняться делами короля Шу.

Король Шу написал ему письмо, чтобы сообщить, что о его королевской матери хорошо заботятся. Он собирался взять с собой вдовствующую императрицу, чтобы та посетила столицу и повидалась с Сюэ Лином.

Сюэ Лин ответил письмом, в котором говорилось, что их тепло встретили, а затем повернулся и передал приказ через Му Гэ. Как только король Шу войдет в столицу, он должен был привести своих людей, чтобы схватить его как можно быстрее.

Сюэ Лин уже приготовил обвинения для него и Дэн Ши, и не собирался так просто их отпускать. При обычных обстоятельствах, если бы они специально не выскочили перед ним, Сюэ Лину было бы лень с ними разбираться.

Только в этот раз семья Дэн оставила свои мозги на обочине, когда бежала в такой спешке, и верила, что Сюэ Лин все еще тот маленький император из прошлого, которым они могли манипулировать.

Они думали, что он вернулся к власти только благодаря поддержке Ин Шэна, и теперь спешили вернуться и снова захватить власть.

Сюэ Лин был готов обвинить Дэн Ши и короля Шу в отравлении бывшего императора. Как только это обвинение будет озвучено, вся семья Дэн и все девять поколений будут привлечены к ответственности и казнены, а их имущество конфисковано.

Король Шу также должен был умереть; к сожалению, он был императорским дядей, и у Сюэ Лина не было возможности обречь на смерть всю его семью вместе.

После подготовки к встрече с этими двумя людьми, траектория этого мира была тщательно скорректирована.

Жизнь Ли Юаня теперь была очень насыщенной, но все, что он делал, было практичным и полезным. После успешного применения своих идей на практике, он наконец-то понял, почему он чувствовал себя бесполезным и оторванным от реальности, когда был с Цзи Жунханем. Возможно, это было потому, что Цзи Жунхань думал только о себе, а не о людях королевства.

Люди, жившие в столице, были лучше осведомлены о том, какие изменения император привнес в их жизнь. Благодаря политике этого периода, к концу года у простых людей были излишки продовольствия, и они испытывали гордость, когда обсуждали императора - хотя он оказался гером.

Простых людей не волновала личность и статус человека, стоящего на вершине власти. До тех пор, пока они вносили положительные изменения в их жизнь и делали королевство более процветающим, они считали их мудрыми правителями, а такие правители были достойны их уважения и поддержки.

Сюэ Лин предотвратил крах королевства Сюэ, устранив его первопричину. Он даже нашел маленького ребенка из королевского рода и начал готовить его в качестве следующего императора.

Императорский клан никогда не испытывал недостатка в детях, и Сюэ Лин с первого взгляда остановил свой выбор на этом мальчике. Он привел его во дворец и сразу же дал ему должность наследного принца.

Несмотря на возражения придворных, он сразу же внес его в родословную королевской семьи, изменил его имя и записал его как своего ребенка.

Этот процесс обсуждался с Чэнь Цзинчжэнем. Будучи премьер-министром, Чэнь Цзинчжэнь также должен был заниматься несколькими делами одновременно. Помимо работы на Сюэ Лина, ему также было поручено заботиться о ребенке.

Сюэ Лин облекал этот вопрос в красивые фразы, говоря, что у ребенка будет более широкое видение, если он последует за Чэнь Цзинчжэнем, и он сможет лучше понять будущее и повести королевство Сюэ по тому пути, по которому они хотят.

Неизвестно, понял ли Чэнь Цзинчжэнь, что имел в виду Сюэ Лин, но он начал прививать ребенку передовые современные идеи. Сюэ Лин не собирался препятствовать этому, и иногда, когда Ли Юань проходил мимо, чтобы послушать, как он учит ребенка, он чувствовал, как на его голове выступает пот. Ему очень хотелось сесть с Чэнь Цзинчжэнем и как следует поговорить о жизни.

Перед Новым годом Ин Шэн вернулся с триумфом. Сюэ Лин устроил для него грандиозный банкет, а потом сказал, что их ребенку уже исполнилось шесть лет и он может самостоятельно пойти и купить соевый соус.

У Ин Шэна сначала было растерянное выражение лица, но после того, как он увидел ребенка, он все понял.

В ту ночь император привез свою императорскую супругу во дворец Шэнлун. Долго происходили вещи, не поддающиеся описанию, и Шу Хэн, который должен был убирать за ними, чувствовал, что его жизнь довольно жалка; в последнее время Его Величество стал слишком много проказничать.

Придворные не знали, как Его Величество убедил Императорскую Супругу принять наследного принца, но поскольку свирепая Императорская Супруга уже приняла его, как у министров, у них больше не было причин возражать против этого перед Его Величеством.

За исключением придворных, которые всегда грозились удариться головой об пол в знак протеста, остальные придворные уже давно привыкли к тому, как поступает Его Величество.

Может быть, он просто делал все наобум? Все было хорошо, пока они не придирались к этому. И все было хорошо, пока Его Величество был счастлив.

Его Величество был еще так молод. Возможно, после рождения собственного ребенка Его Величество сможет все обдумать?

Конечно, они не знали, что эта их мечта никогда не исполнится в этой жизни. Хотя Сюэ Лин был гером, имел красную киноварную родинку, подтверждающую это, и ни один из необходимых органов не отсутствовал, он не мог иметь детей.

Возможно, причина была в том, что... Это было слишком постыдно?

После Нового года король Шу привез вдовствующую императрицу обратно в столицу, и как только он въехал в городские ворота, его окружили императорские гвардейцы. Во главе императорской гвардии стоял бывший главный стражник Шести ворот Му Гэ, который принес с собой императорский указ, схватил всех, кого Шу Король привез с собой, и бросил их в императорскую тюрьму.

Заговор короля Шу и Дэн Ши с целью отравления бывшего императора получил огласку, и император, похоже, не собирался сохранять достоинство императорской семьи. Дело вызвало большой шум, и после того, как все в королевстве узнали об этом, все девять поколений семьи Дэн и король Шу были казнены. Территория Шу снова оказалась в руках королевства.

Таким образом, все силы, входившие в состав королевства Сюэ, по крайней мере, подчинились Сюэ Лину, что в какой-то степени можно считать объединением.

В течение следующих пяти лет центральное правительство полностью взяло под контроль ветви территорий, а люди в разных местах были заменены на верных трону. Вся власть была сосредоточена в столице, и Сюэ Лин полностью завершил централизацию правительства, которой он изначально намеревался добиться.

Хотя подобная система будет постепенно ослабевать вместе с развитием времени, она, по крайней мере, очень подходила для нынешней ситуации.

Пять лет могут многое изменить, но некоторые вещи не изменятся никогда.

Цзи Жунхань начал размышлять о себе, он всегда хотел вернуться в столицу, чтобы увидеть Ли Юаня, но Ли Юань не собирался с ним встречаться. Его сердце было наполнено заботой о народе, и он уже бросился служить людям.

В свои одиннадцать лет маленький наследный принц уже был человеком, на которого можно было возложить большую ответственность. После обучения у императорской супруги за эти годы он стал гораздо более уравновешенным и мог выдвинуть много хороших предложений. Сюэ Лин уже разрешил ему участвовать в политике.

У Сюэ Лина и Ин Шэна не было своих детей, несмотря на то, что они прожили вместе столько лет, и они всегда воспитывали наследного принца как своего собственного ребенка. Учитывая талант и ум наследного принца, у него были задатки хорошего будущего императора, поэтому придворные постепенно приспосабливались к ситуации.

В настоящее время в императорский двор влилось довольно много новой крови. Теперь весь императорский двор был очень энергичен, и атмосфера во время утренних заседаний значительно отличалась от той, что была раньше.

Они уже достигли того уровня, когда Сюэ Лин мог позволить им самим управлять государством, а сам проводил дни, лежа в объятиях императорской супруги и коротая время.

Когда наследный принц подрастет, он сможет передать свои полномочия наследному принцу, а затем взять Ин Шэна с собой в путешествие по миру.

Чем больше они ждали этого, тем быстрее шло время. Очень скоро наследный принц достиг своего совершеннолетия. Он попросил Сюэ Лина даровать ему брак и успешно привел левого премьер-министра Чэнь Цзинчжэня в свой дворец.

Наследный принц был в восторге перед свадьбой, но он не ожидал, что после свадебных торжеств его ждут такие плохие новости...

Его королевский отец отрекся от престола и передал ему свою должность. Он забрал с собой императорскую супругу и сбежал.

Наследный принц был разгневан до бесчувствия. Да и как можно чувствовать себя, когда тебя угощают конфетами, а потом бьют по голове? Он был застигнут врасплох!

Он только что выехал из нежной сельской местности, и у него даже не было возможности взять с собой принцессу для путешествия по королевству. Почему он стал императором? Его отец был таким презренным!

Хотя его сердце было полно критики, у наследного принца в конечном итоге не было другого выбора, и он взошел на трон. Во время торжественной церемонии, подтверждающей его восхождение на престол, Чэнь Цзинчжэнь был повышен с должности левого премьер-министра до императрицы.

Конечно, статус императрицы не мешал ему присутствовать при дворе. В конце концов, на примере короля Чжэннаня придворные смогли бы принять его, даже если бы они были еще более нетрадиционной парой.

Все хотели сказать, что вопрос о капризности императорской семьи возник не так давно, что для императрицы присутствие при утреннем дворе - это мелочь. Разве нынешний правый премьер-министр не был императрицей в те времена?

Ли Юань: "???" Как получилось, что его застрелили лежа????? Как это могло быть связано с ним!!!

Прошло десять лет. Сюэ Лин и Ин Шэн впервые поехали в Чжаньцзин, где Ин Шэн настоял на том, чтобы взять его с собой на другой фестиваль фонарей, где они впервые встретились.

"Тогда я решил, что раз толпа толкнула тебя в мои объятия, значит, с этого дня ты должен быть моим".

"Да ладно, ты правда думаешь, что я не знал, что люди, которые толкнули меня в ту ночь, были твоими?"

"Детка, ты согласился не разрушать сегодняшнюю атмосферу".

"Ладно".

После этого они путешествовали по всему королевству Сюэ. Кроме ежегодной отправки писем, они не раскрывали никаких других намеков на свое местонахождение.

Постепенно наследный принц уже более десяти лет был императором. Он привык к своему положению и мог считаться мудрым правителем. Только тогда два его отца закончили свои путешествия и вернулись в столицу.

Сюэ Лин и Ин Шэн отдохнули несколько лет, а затем снова отправились в путь. Они отправились в море и покинули королевство Сюэ, чтобы отправиться в дальний путь.

В этом мире Сюэ Лин и Ин Шэн путешествовали далеко-далеко. Они видели бесчисленное множество Фестивалей Фонарей, но в конце концов решили поселиться в Чжаньцзине, в месте, где они впервые встретились, и спокойно ждать разлуки, которую они уже переживали столько раз.

Когда пришла смерть, Сюэ Лин впал в транс, снова пытаясь войти в море своих воспоминаний.

Эта попытка отличалась от предыдущей. На этот раз он уже чувствовал, что версия себя, содержащаяся в его воспоминаниях, начала двигаться.

В его памяти была темная, безлунная и ветреная ночь. Он появился один посреди темного леса, и только старейшина клана подобрал его, принес обратно и дал ему имя.

"Его мех такой белый, и он появился на снегу. Если бы мои глаза не были такими острыми, боюсь, он бы замерз в снегу насмерть".

Старейшина положил его на ладонь и поднял, чтобы снова посмотреть на него.

"О, ты еще дышишь. Я не знаю, к какой семье ты принадлежишь, поэтому пока оставлю тебя у себя".

"Этот мех такой красивый. Не возись с ним. Будет ужасно, когда его семья придет искать его. К тому времени все будут встревожены этим делом".

"Какая разница. Я его подобрал, значит, он мой".

Он был еще совсем маленьким, и старейшина нес его на руках, пока он брел обратно в свою ветхую хижину. Старейшина положил его в свои теплые меха, потом некоторое время смотрел на него и сказал:

"Ты такой белый. Значит я буду звать тебя Сюэ Лин".

Сюэ Лин уже не был тем маленьким лисенком, который замерз до бессознательного состояния. Он облегченно вздохнул, услышав слова старейшины, и мог только благодарить его за то, что тот не проявил внезапную глупость. По крайней мере, он не сказал:

"Ты такой белый. Я буду звать тебя Маленький Белый (Сяо Бай)».

Он действительно не хотел провести всю свою жизнь с таким именем.

Сюэ Лин знал, что произошло потом, потому что это были воспоминания его детства. Но когда он вспоминал их, у него не было понятия времени. Время пролетело так быстро, что казалось, будто оно пролетело незаметно; он сразу повзрослел, а потом по глупости подрался с тем даосским мастером.

Позже он воплотился в тело ребенка, а тот трансмигрировал. Он последовал за душой этого ребенка и попал в другой мир.

К Сюэ Лину внезапно пришло осознание. Действительно, он вспомнил, что ребенок был причиной того, что его духовное тело было завершено. Он смог отделить себя от ребенка и двигаться самостоятельно, поэтому попрощался с ним и отправился на поиски Мастера Границы.

Мысли Сюэ Лина остановились, когда он подумал о Повелителе Границы.

Теперь, оглянувшись назад, он обнаружил нечто очень интересное. Согласно тому, что он узнал за время, проведенное рядом с ребенком, мир, в который он переместился, тоже был вымышленным. Но правила этого мира были совершенны, и ему действительно удалось найти в этом мире Мастера Границы.

Мастера Границы были очень особенной группой людей. Они обладали способностью контролировать правила мира и связываться с людьми внутри и за пределами каждого мира. Другими словами, они могли позволять другим трансмигрировать.

В обычных семьях Мастеров каждые несколько сотен или тысяч лет появлялся только один наследник. Если этот человек сможет дожить до Года Судьбы, он получит мощные способности Мастеров, сможет путешествовать во времени и пространстве, а также отправлять людей за пределы времени и пространства, в которых они сейчас находятся.

В этот момент Сюэ Лин вдруг понял, почему он тогда появился в снегу. Он вспомнил, что искал Мастера Границы, чтобы понять, почему его должны были оставить в том мире, но вместо этого отправили в другой мир.

Согласно воспоминаниям, которые он получил в прошлый раз, причина, по которой он смог перенестись в другой мир, заключалась в силе Мастера Границы. Цель была очень проста - это было сделано, чтобы сохранить ему жизнь.

Тогда возникал следующий вопрос. Почему он не мог жить дальше? Или, если задаться другим вопросом, кем он был? Будучи Девятихвостым Лисом, Сюэ Лин впервые начал сомневаться в своем происхождении.

Он не сомневался в своей личности, но он хотел понять, как он родился и как оказался в этом мире. Он также хотел знать, почему этот мир не позволил ему существовать и почему он был вынужден менять миры, чтобы выжить.

И наконец... удалось ли ему найти Мастера Границы?

_______

Знаю, что ничего не понятно. Произошел мощный вброс информации и придется постепенно разбираться.

Не успел Сюэ Лин избавиться от тягучих воспоминаний, как почувствовал боль в костях. Застигнутый врасплох, он закричал, но из его рта не вырвалось ни звука.

Его голос был хриплым и надтреснутым, а крик напоминал скрежет ногтей по меловой доске. Даже просто думать о таком звуке было неприемлемо, не говоря уже о том, чтобы услышать его собственными ушами.

Сюэ Лин открыл глаза. Все перед ним расплывалось и путалось от боли. Фигуры были скручены в странные формы, это было одновременно ослепительно и гротескно.

"Оливер, почему мы должны были дойти до этого..." — послышалось рядом.

Он ждал, когда все перед глазами прояснится, но голос проник в барабанные перепонки Сюэ Лина, отчего ему стало еще хуже.

"Кент не причинил вреда твоим родителям намеренно. Почему вы двое не можете жить в гармонии вместе ради меня..."

В голосе слышались признаки плача, и от этого слушателю становилось грустно. К тому времени, когда Сюэ Лин смог разглядеть этого хрупкого и жалкого человека, он понял, к кому относилась поговорка "те, кто видел его, проливали слезы".

Он протянул руку, чтобы поддержать голову. Его тело испытывало невероятный дискомфорт, но он должен был сосредоточиться на том, чтобы слушать слова юноши перед ним, чтобы проанализировать ситуацию.

"Оливер..."

Подросток со слезами на глазах жалобно проговорил:

"Не разрывай контракт со мной, ладно? Это нанесет слишком большой вред твоему телу. Как ты мог так навредить себе? Если бы твои родители увидели тебя в таком виде с небес, у них бы сердце разорвалось".

Сюэ Лин стиснул зубы. Услышав это предложение, его тело наполнилось гневом, и он тут же стряхнул руку юноши.

Это был, пожалуй, первый раз, когда с юношей так обращались, поэтому на его лице было написано недоумение. Это выражение его лица сделало его еще более жалким, а выражения лиц всех окружающих Сюэ Лина становились все более странными.

"Оливер, я знаю, что Кент убил твоих родителей, но это было сделано ради того, чтобы сделать подарок для его матери. Он ведь тоже делал это с добрыми намерениями, верно? Поскольку ошибки уже совершены, разве ты не можешь простить его ради живых? Если ты действительно настаиваешь на его убийстве, как его парню, что мне делать?"

"Мой добрый Оливер, как насчет того, чтобы возобновить контракт? Я знаю, что обещал тогда помочь тебе отомстить, но у меня действительно нет возможности сделать шаг против Кента. Этот человек - мой возлюбленный! Оливер, ты же должен понимать, какие чувства я к нему испытываю? Так же, как ты любишь меня, я тоже страстно влюблен в него~ В этом мире нет ничего, на что не могла бы повлиять любовь, Оливер, почему бы тебе не попробовать и не увидеть, какую силу производит любовь?"

Сюэ Лин не мог больше выносить ни этой страстной речи, ни этой ауры Святого. Он примерно догадался, что это тело сейчас чувствует себя так ужасно из-за "разрыва контракта", о котором говорил юноша. Он укусил себя, используя боль, чтобы привести себя в сознание, и с большим трудом смог произнести:

"После того, как я убью всю твою семью, ты сможешь прийти и поговорить со мной о силе любви".

Сказав это, он больше не хотел оставаться здесь ни секунды. Если бы он не почувствовал, что этот лучезарный Святой был одним из главных героев, Сюэ Лин, вероятно, просто убил бы его.

Юноша застыл на месте и смотрел, как тот уходит все дальше и дальше. Его глаза, которые все это время были красными, наполнились отчаянием, и слезы начали собираться и падать.

Наконец, среди окружающих его людей возникло волнение, и кто-то крикнул, что прибыл Кент. Люди вокруг него тут же разбежались, и вскоре никого не осталось.

Мечник держал свой меч наготове, приближаясь к нему. Его героические брови слегка наморщились, и он выглядел невероятно расстроенным.

"Эван, что случилось?"

Юноша поджал губы. Из-за слез он выглядел слабым, жалким юнцом, и при одном взгляде на него сердце мужчины размягчилось. Он с тревогой обнял юношу и нежно притянул его к себе.

"Не плачь, не плачь. Если что-то случилось, просто скажи мне. Я помогу тебе решить это. Не плачь - если ты будешь плакать, мое сердце будет болеть до смерти".

Эван с досадой схватился за одежду Кента. Его голос звучал приглушенно:

"Оливер разорвал со мной контракт. Почему?! Он был готов отпустить свою ненависть и обиду на тебя... Он явно раньше так хорошо понимал меня, почему же теперь он так жесток? Он даже насильно разорвал контракт. Он умрет... Кент, он умрет...".

Кент нежно похлопал Эвана по плечу, чтобы утешить его:

"Это всего лишь демонический зверь на трех звездах. Если ты действительно хочешь, я могу помочь заключить контракт с другим".

Эван застыл, затем топнул ногой по ноге Кента и сердито сказал:

"Оливер - мой партнер! Я никогда не отдам его так просто!"

Сказав это, он развернулся и побежал в том направлении, куда направилась Сюэ Лин. Кент поспешил за ним, и сцена действительно выглядела довольно странно...

У Сюэ Лина не было времени думать о том, играют ли эти двое, гоняются ли друг за другом или что-то еще. В этот момент он упал в траву. Он закрыл лицо двумя лапами, а затем мысленно вытащил систему, чтобы спросить у нее, что, черт возьми, происходит!

Систему уже гоняли по кругу и один раз избили, она жалобно обхватила голову лапами и появилась перед Сюэ Лином.

Это было великолепно!

Наконец-то настал тот день, когда она стала одного роста с Сюэ Лином, даже чуть выше, и могла стоять и смотреть на своего хозяина свысока.

Как лиса, система дважды обошла вокруг лежащего на земле волчонка и сказала:

"На этот раз хозяин нарушил волю мира. Боль должна пройти через некоторое время. Это последствия нашей трансмиграции в этот мир".

Сюэ Лин проговорил сквозь стиснутые зубы:

"Какие проклятые последствия? Я только что проверил. Его демоническое ядро сильно повреждено, и нет никакого способа обратить это вспять. Даже у меня нет способа спасти его. Что за непотребное тело ты выбрала для меня на этот раз!"

"Не волнуйся, хозяин".

Система коснулась лапой уха Сюэ Лина, но была отбита лапой волчонка. Если бы не то, что Сюэ Лин все еще не был знаком с этим проклятым волчьим телом, он бы точно откусил несколько кусков от системы, чтобы унять свой гнев.

"Раз уж я выбрала это тело, то должен быть какой-то способ его спасти. Хозяину бесполезно беспокоиться. Почему бы тебе не присоединиться ко мне в распевании сутр и не успокоить себя?"

Сюэ Лин холодно проговорил:

"Был ли хоть один мир, где ты не появлялась ради того чтобы создать мне проблемы?"

Система благоразумно замолчала и передала ему сюжет.

"Позови меня после того, как посмотришь сюжет. Я могу быть уверена, что, рассмотрев сюжет с нескольких сторон, хозяин найдет это тело наиболее подходящим для себя. Даже если хозяин только что разорвал контракт с главным героем, даже если ты сейчас серьезно ранен до такой степени, что не можешь поддерживать человеческую форму, и даже если ты можешь оставаться таким только до тех пор, пока не исцелишься, ты должен оставаться сильным!"

Сюэ Лин выгнал систему.

Система беззвучно исчезла.

Каждый раз, когда хозяин просил ее появиться, ее либо заставляли работать, либо избивали. Пора было дать понять хозяину, что даже у системы могут быть чувства!

Хотя хозяин всегда был в состоянии переломить ситуацию, независимо от того, какое тело она для него выбирала, было довольно приятно видеть его в трудном положении время от времени... Даже если хозяин все еще умудрялся безжалостно выплескивать на нем свое разочарование, когда тот оказывался в затруднительном положении...

Сюэ Лин молча лежал на земле, вникая в сюжет. Он не знал, что главный герой Эван в данный момент ищет его повсюду. Место, где он решил прилечь, было хорошо спрятано, и там было странно тихо, никто не ходил поблизости. Хотя он чувствовал, что что-то не так, у Сюэ Лина, который ничего не знал и не мог контролировать ситуацию, не было другого выбора.

Это был беспринципный западный фантастический мир. Хотя ему не хватало моральной чистоты, он все же был несколько лучше, чем мир "Белоснежки с семью любовниками". В этой истории было меньше гунов, но с точки зрения морали эта история действительно достигла нового уровня по сравнению с миром Белоснежки.

В конце концов, в том мире история с самого начала давала понять, что она была написана для ** и "романтики", поэтому не было ничего страшного в том, сколько бы мужчин ни появилось. Но эта история была устроена иначе!

Действие этой истории разворачивалось в западном фэнтезийном мире, но в ней был второй слой глубины, дополняющий первоначальные основы мира.

Главным героем был Эван, юноша, который только что рассказал Сюэ Лину, что он должен простить убийцу своих родителей и что любовь позволяет им производить энергию.

В начале истории Эван влюбился в Кента после поступления в академию. Это была любовь типа "когда горы рухнут, а земля смешается с небом, только тогда я перестану тебя любить".

Казалось, это была глупая и милая история любви, в которую была вплетена непрекращающаяся ненависть между его контрактным зверем и Кентом.

Эван оказался между ними и был полон душевной боли, а кроме того, Кент, который был его старшим, на самом деле был принцем их страны. Его мать не одобряла их отношений, и если не присматриваться, то можно было подумать, что это похоже на историю Золушки из западных сказок.

Если кто-то действительно верил в это, то он был слишком наивен.

Тело, в которое трансформировался Сюэ Лин, очевидно, было телом договорного зверя Эвана, который непрестанно конфликтовал с Кентом. Этот демонический зверь также был скрытой сюжетной линией, запрятанной глубоко внутри истории.

Давным-давно, чтобы отпраздновать день рождения своей матери, Кент отправился в Лес Демонических Зверей и убил двух волков Мо Янь. И так получилось, что эта пара были родителями Оливера.

Оливер много лет упорно трудился, чтобы найти подходящий путь, который помог бы ему подобраться к Кенту и уничтожить его семью из мести. Выбранным им партнёром оказался главный герой, Эван, юноша, похожий на ангелочка и казавшийся особенно доступным.

Он поручил Эвану приблизиться к Кенту, но в итоге тот упустил шанс убить Кента, потому что у него возникли неприемлемые чувства к Эвану. Что касается Эвана, то он влюбился в Кента и со слезами умолял Оливера позволить им быть вместе.

Он даже пошел против контракта, который заключил с Оливером, и с помощью колдовства наложил проклятие на их контракт, чтобы Оливер до конца жизни не смог убить Кента.

Это стало последней каплей, которая сломила Оливера. С одной стороны, он должен был отомстить за смерть своих родителей, а с другой стороны, партнер предал его и сделал так, что у него не было возможности уничтожить своего врага.

В конечном итоге Оливер решил навредить себе, тщательно проведя четкую линию между ним и Эваном. Он отказался от контракта, который они подписали, и силой расторг его.

В результате насильственного разрыва контракта его демоническое ядро было повреждено, а культивирование регрессировало. Он больше не мог трансформироваться в человеческую форму.

Но он не отказался от своего намерения отомстить. Изначально он планировал проникнуть в самую глубь Леса демонических зверей и найти Священное озеро. Если он сможет принять там крещение, то сможет начать жизнь заново.

Но в этой истории он был злодеем, чей характер обрекал его на несчастье, поэтому все, что он хотел сделать, никогда не проходило гладко. В конце концов, такие вещи, как Священное озеро, явно предназначались для таких людей, как Эван, чей святой свет озарял простых людей.

Оливер прошел через Лес Демонических Зверей, но на последнем шаге ему преградили путь. Он не смог войти, и его засосало в демонический мир через существовавшую там пространственную трещину. Он окончательно пал духом и стал инструментом, который мир демонов использовал для того, чтобы править миром смертных.

Оливер дал клятву, используя свою собственную душу, что он убьет Кента, несмотря ни на что, в этой жизни. Из-за него весь континент окутала тьма из мира демонов.

Эван был избранным спасителем, но в этой истории спаситель мог спасти всех, кроме себя.

Эван не был принцессой, которая могла бы жить долго и счастливо с принцем. Мать Кента была недовольна его личностью и происхождением, что привело ко второй половине истории.

Вторая половина была о том, как Эван постепенно превращался из "святого святых" в "сломанную куклу".

Сюэ Лин: "... У меня не было достаточно времени на подготовку. Откуда мог взяться этот безумный сюжет???"

Чтобы остановить Кента, его мать наняла человека, который следил за Кентом, Эваном и их командой во время выпускного экзамена в Академии с секретным зельем, которое было доступно только для королевской семьи.

Эван проглотил зелье во время экзамена. Его душа, которая изначально была самой чистой в мире, постепенно окрасилась тьмой. Он потерял свои светлые способности и был брошен в глубины Леса демонических зверей.

Странное стечение обстоятельств привело к тому, что он забрел в самые глубины Леса Демонических Зверей и оказался перед Священным озером.

Именно так. Священное озеро, который Оливер так и не смог найти, было каким-то образом обнаружено и использовано Эваном благодаря ряду странных событий.

Войдя в Священное озеро, он встретил второго гуна этой истории, божество зверей Си.

Си был божеством, который жил в уединении в Лесу демонических зверей. Он не выходил в мир в течение многих лет, и Эван был первым человеком, которого он встретил после пробуждения.

Чистота Эвана поразила его, его упорство заставило Си взглянуть на него с другой стороны, а затем он потерял свое сердце из-за него.

Проще говоря, на Си повлиял свет Святого.

Он заботился об Эване, душа которого после крещения стала еще чище. Он испытывал к нему глубокие чувства, но никогда не давал Эвану о них знать. Он даже пообещал сопроводить Эвана из Леса демонических зверей, когда тот оправится от ран.

Хотя к тому времени Эван уже полюбил его, его сердце все еще принадлежало Кенту, и он очень хотел вернуться к нему. Он чувствовал, что Кент, должно быть, очень огорчен тем, что он так надолго исчез.

Но он никогда не думал, что после того, как ему дали зелье, у матери Кента все еще есть что-то в рукаве. Кроме того, Оливер вернулся из Мира демонов, пока он восстанавливал силы, и принес с собой тьму.

А Оливер когда-то был его контрактным зверем.

Все это вместе взятое превратило его в бич, на который все роптали и хотели побить. Хотя Кент доверял ему, против него было слишком много улик, и он никак не мог поверить в него по-настоящему.

Поэтому Святой Эван стоял спокойно и позволил Кенту ударить его ножом, чтобы доказать свою невиновность.

Он чуть не умер, и Кент наконец осознал свои истинные чувства. Но он не смог спасти Эвана и мог только наблюдать, как появился божественный зверь Си и забрал Эвана.

Эван был убит горем из-за нападения Кента, и после того, как за ним заботливо ухаживал Си, он, казалось, встал на сторону божества. Но еще до того, как божество зверей смог признаться в своих чувствах, он провалился в пространственную трещину и оказался в Мире демонов.

В этот момент автор начал вести себя так, словно вконец обкурился, и внезапно начал управлять сюжетом, как безумный гонщик, издеваясь над главным героем.

Казалось, что прежний Эван был лишь иллюзией; такой невинный лунный цветок, как Эван, не мог выжить в таком месте, как Мир демонов. Его мучили всевозможными способами, пока наконец не отправили греться в постель Верховного Короля Демонов это мира.

Главным развлечением Короля-Демона было мучить его целыми днями - в конце концов, это было очень приятно наблюдать, как такая чистая душа медленно омрачается тьмой.

Но в конце концов главным героем все равно оставался Эван. Король-Демон постепенно влюблялся в него, пока мучил его. Но к тому времени, когда чувства Короля Демона стали искренними, и он на самом деле захотел быть с ним, Эван уже давно превратился в сломанную куклу: глаза пусты и сердце угасло.

В этот момент божество Си и Кент, сменивший короля на троне, оба проложили себе путь в Мир Демона.

В результате началась великая битва за Эвана.

Сюэ Лин следил за развитием сюжета до этого момента, и на его лице уже не осталось никакого выражения.

Он не мог придумать, какими ругательствами выразить свои чувства, и мог только молча показать средний палец автору.

Возможно, Святой Эван действительно оскорбил всю семью автора…

_____

Плюсую к реакции Сюэ Лина…

Не то чтобы Сюэ Лин жалел Эвана, но изменение конца его истории зависело от изменения судьбы Эвана. А для того, чтобы изменить его судьбу, ему нужно было в первую очередь противостоять этим трем "гунам".

Один был Королем человечества, другой - Королем демонов, третий - Богом зверей... Если сравнить этот состав с нынешним слабым телом Сюэ Лина, не обладающим абсолютно никакой боевой силой, то ситуация становилась просто смехотворной.

Самым жалким в этом мире, не считая Святого Эвана, было тело Сюэ Лина.

Волчонок изначально был Волком Мо Янь в ранге трех звезд. Его черный мех содержал следы красного цвета, образуя на теле узор, похожий на пламя, которое излучало тепло при прикосновении.

У волков Мо Янь была очень высокая сила атаки, а полностью выросшие волчата Мо Янь могли сравниться с демоническими зверями в ранге четырех звезд.

Детство Оливера было очень хорошим благодаря силе его родителей. В конце концов, ранг выше четырех звезд принадлежал легендарным демоническим зверям, которые жили в сердце Леса Демонических Зверей и редко выходили в мир.

Но его родители были окружены и схвачены людьми Кента и замучены до смерти. Кент хотел подарить их красивый, теплый мех своей королевской матери, чтобы она боролась за его место наследника. Конечно, его дальнейший путь действительно стал гораздо более гладким благодаря его щедрому подарку на том дне рождения.

В то время Оливер был спрятан в траве своими родителями, став молчаливым свидетелем того, как Кент замучил родителей Оливера, убил их, а затем содрал с них шкуру ради их меха.

После этого, благодаря открытию Кента, стоимость шкур волков Мо Янь взлетела до небес, и все хотели носить одежду из их меха. С тех пор Оливеру ничего не оставалось делать, как постоянно спасаться бегством.

Если бы во время бегства он не столкнулся со счастливым случаем и не обнаружил наследство легендарного демонического зверя, которое позволило ему принять человеческий облик, у него, вероятно, вообще не было бы шансов добраться до Кента.

Именно ненависть к Кенту позволила Сюэ Лину занять это тело. Эта огромная ненависть все еще существовала в этом теле, и, вероятно, именно из-за нее Оливер никак не мог принять предательство Эвана. Что еще хуже, Эван добавил проклятие к их контракту и довел его гнев до крайности.

Он насильно аннулировал контракт между ними, даже повредил свое демоническое ядро до такой степени, что больше не мог принимать человеческий облик.

В дальнейшем, несмотря на то, что он попал в Мир демонов и стал настоящим "демоническим зверем", Оливер так и не стал человеком. Сюэ Лин улыбнулся и спросил систему:

"Может, объяснишь, в чем дело?"

Система вела себя глупо, и мило ответила:

"Тот, кто не может принять человеческую форму, был он, а не ты. Хозяин, ты уже пережил столько миров, где ты менял форму - ты даже был деревом раньше. Чего тебе бояться?"

Сюэ Лин сухо рассмеялся и окончательно убедился, что его система невероятно ненадежна. Он порылся в своих воспоминаниях, чтобы найти все, что связано с наследством легендарного демонического зверя, и после долгих поисков наконец нашел в уголке своего сознания информацию о Священном озере, которое можно было найти в самой глубокой части Леса демонических зверей.

Ходили слухи, что Священное озеро было самым святым источником на всем континенте. Оно могло полностью окрестить душу человека и дать ему новую жизнь.

Но Священное озеро могло выбирать; только те, кто ему нравился, могли видеть его, и только те, кто ему нравился, могли быть допущены к нему.

Если Священному озеру нравился такой Святой, как Эван, то у Сюэ Лина не было шансов на успех. Но в нынешней ситуации у него не было возможности изменить ход событий. Чего мог добиться слабый, бессильный волчонок, не умеющий даже говорить? Ха-ха.

После прибытия в этот мир Сюэ Лину необъяснимо захотелось посмеяться над своей горькой участью.

Заставив систему предоставить ему карту, Сюэ Лин обнаружил, что место, где он сейчас прячется, было входом в Лес Демонических Зверей. Однако вход был заброшен уже много лет, и обычные искатели приключений не проходили мимо, поэтому до сих пор ему удавалось надежно прятаться.

Сюэ Лину не хотелось выяснять, почему заброшен такой хороший вход. Он вытянул голову, а затем снова лег на землю...

Забудьте об этом, он уйдет, когда боль отступит. Подождать немного не помешает.

Континент был огромен, но Лес Демонического Зверя занимал две трети континента, а на остальной части жили люди. Сюэ Лин сейчас находился в Академии, где учились Эван и Кент. Согласно легендам, это была академия, которую построил Бог Света.

Это должна была быть очень известная Академия, но Бог Света уже пал, а магия света, которую он оставил после себя, постепенно угасала, поэтому Академия Старшего Бога постепенно исчезла из поля зрения всех.

Кент пришел в эту Академию, потому что в королевской семье существовало правило, согласно которому те, кто станет королем, должны посещать Академию Старшего Бога для дальнейшего обучения. А Эван пришел сюда, потому что у него было единственное в своем роде телосложение светлого мага.

После падения Бога Света такие благословенные физические данные больше не появлялись на континенте, но теперь, когда они появились у Эвана, он стал надеждой Академии Старшего Бога.

Академия Старшего Бога располагалась недалеко от юго-западного входа в Лес Демонических Зверей. Каждый день здесь было очень многолюдно: студенты и охотники приходили в Лес Демонических Зверей, чтобы поохотиться.

Но точно так же демонические звери охотились на людей, которые заходили в лес. Эта игра с высокими ставками существовала с тех пор, как люди впервые ступили на этот континент.

На самом деле, огромный Лес Демонических Зверей имел границы, которые разделяли его на три слоя.

Самым внешним и самым большим был слой демонических зверей. Здесь обитали обычные демонические звери и некоторые звери, которые еще не обрели сознание и не могли общаться.

Они были самыми плодовитыми, их численность была практически неисчерпаемой, и они составляли большую часть популяции демонических зверей. Здесь было много охотников и воинов, чье пропитание зависело от охоты и продажи убитых в Лесу Демонических Зверей.

Академия Старшего Бога охраняла один из входов. После входа охотники должны были заплатить определенный процент от добытого ими зверя в качестве платы при выходе. Хотя студентам не нужно было платить взнос, они должны были полагаться на патрулирование и поддержание порядка во внешнем кольце Леса Демонических Зверей, чтобы получить квалификацию для поступления.

Хотя репутация Академии постепенно падала, а светлая магия потеряла свой престиж, их жизнь здесь все еще была комфортной благодаря доходам от этого бизнеса.

Второй слой леса не был местом, куда мог просто войти любой, у кого были деньги. Лес демонических зверей с самого начала существования поддерживал свои границы. Во второй слой могли попасть только маги или рыцари, обладающие магическими способностями.

Если кто-то не мог применить магию к своему оружию, он не мог войти, так как граница не позволяла ему войти. На втором уровне находились демонические звери ранга трех звезд и выше, которые уже могли говорить и думать на одном уровне с людьми.

В отличие от демонических зверей, которые обычно собирались вместе во внешнем слое, эти могущественные демонические звери после обретения сознания предпочитали рассредоточиться, и найти их следы было непросто. Даже охотники с многолетним опытом не смели похвастаться тем, что смогли найти демонических зверей во втором кольце.

В те времена Оливера и его семью выслеживали несколько месяцев, прежде чем они погибли от их рук. Если бы осиротевшему Оливеру не повезло, его, вероятно, убили бы и разобрали до костей еще до того, как он встретил Эвана.

Внутренний слой был самым загадочным местом в Лесу Демонических Зверей. Говорили, что здесь обитали самые продвинутые легендарные демонические звери - теоретические пятизвездочные и выше демонические звери, а также Бог-Зверь, о котором ходили слухи с тех пор, как появилось человечество.

Однако никто не мог войти в это место, а тех, кто случайно попадал внутрь, всегда немедленно отправляли обратно. Если бы некоторые люди не видели на континенте пятизвездочных демонических зверей, возможно, внутренний слой Леса Демонических Зверей так и остался бы легендой.

Сейчас Сюэ Лину нужно было попасть в самый внутренний слой. В конце концов, у него не было шансов на успех, если бы он решил войти в Мир демонов, поэтому внутренний слой был его единственной надеждой.

Даже если бы он был здесь сейчас, если бы он не мог изменить предначертанный путь Оливера, не было бы никакой возможности осуществить все эти планы. У него вообще не было способа изменить странные судьбы главных героев в этом мире, ориентированном на власть, если бы он не полагался на какой-то обман.

"Почему этот мир так сильно отвергает меня?"

Это было то, чего Сюэ Лин не мог понять. Впервые Сюэ Лин столкнулся с миром, который так сильно его недолюбливал, до такой степени, что открыто и ярко вонзил в него нож боли, как только он вошел в этот мир. Если бы не воля этого мира, он не был бы парализован, лежал бы здесь, глядя на заброшенный вход в Лес Демонических Зверей, и думал о разных вещах.

"Возможно, это потому, что воля мира не хочет, чтобы ты изменил судьбу Эвана".

Система могла общаться с волей мира, но воля мира ясно выразила свое неприятие, и система фактически потеряла дар речи.

"Я думаю, что автор этой истории, вероятно, испытывает глубокую ненависть к Святому, и написал эту историю для того, чтобы создать этот мир, где они могли бы выместить злобу на Эване. В первой части рассказа к нему относятся очень хорошо, и он выглядит как бог, которому место на небесах. Вторая половина... Какой бы святой ни была его жизнь до этого, она стала прямо пропорциональна тому, через какую боль он прошел. Вы видели дальнейшую судьбу Эвана. Его просто бесконечно передают по кругу людям, зверям и всяким другим существам... Возможно, потому что злой умысел автора слишком очевиден, поэтому и воля мира вызывает отвращение к Эвану. Хотя он и главный герой, они все равно настаивают на том, чтобы его постигло несчастье".

Сюэ Лин: "..."

О, он забыл, что в мире существует другой тип литературы, специально созданный для издевательств над главным героем - такой, где читатели не будут платить деньги, если над ним недостаточно издеваются.

Ну и ладно. Он не испытывал симпатии к этому Эвану, и это не означало, что он не мог издеваться над ним в процессе изменения его судьбы.

Целый день Сюэ Лин оставался на месте. Ночью он, наконец, пришел в себя настолько, что уже не чувствовал такой боли, что не мог даже ходить. Он только что пережил свою жизнь в качестве Девятихвостого Лиса в своих воспоминаниях, поэтому не чувствовал никакого сопротивления при ходьбе на четырех ногах.

Вызвав в памяти карту, предоставленную системой, он шагнул прямо в Лес Демонических Зверей, хотя входить в лес ночью было запрещено.

Внешний слой Леса демонических зверей имел большую заколдованную границу. Прежде чем войти в нее, нужно было активировать ее. Именно благодаря тому, что Академия Старшего Бога контролировала этот метод активации, им удавалось оставаться местными тиранами на протяжении стольких лет.

Сюэ Лин изначально был демоническим зверем из Леса Демонических Зверей. Хотя его сила уменьшилась, и он больше не мог говорить человеческие слова, он все еще считался трехзвездочным демоническим зверем и имел квалификацию для входа в лес.

Когда Сюэ Лин действительно ступил в Лес Демонических Зверей, он понял, почему людям не разрешалось входить в него ночью. Даже те, кто входил в лес, оставались в защитных зонах, установленных магом, или в заранее купленной защищенной палатке.

Ночью Лес Демонических Зверей превращался в мир, наполненный демоническими растениями. Всевозможные странные растения светились в темноте, и хотя пейзаж был очень красивым, он был полон опасности.

По лесу распространился уникальный аромат, а землю окутал легкий туман. Если кто-то из людей в это время еще бодрствовал, то его мог потревожить этот запах, и он неосознанно попадал в ловушки демонических растений.

Они исчезали и становились пищей для леса, питая эти живые растения, которые днем казались обычными, а ночью становились активными и вырастали в несколько раз больше своего первоначального размера.

Даже будучи демоническим зверем, Сюэ Лин сильно пострадал, когда пробирался через лес.

Из-за повреждения демонического ядра Сюэ Лин больше не мог использовать ни одну из способностей, присущих Волку Мо Янь. У него также не было возможности воспользоваться наследством легендарного демонического зверя. Единственное, что он мог сделать, это использовать свое гибкое тело для борьбы с этими ужасными растениями.

Пройдя через многочисленные болота, наполненные живыми лианами и щупальцами, перепрыгнув через озера, полные водорослей-людоедов, Сюэ Лин, наконец, бездыханно лежал на большом листе лотоса. Лист лотоса обвил тело волчонка и, казалось, хотел поглотить его, но Сюэ Лин полностью игнорировал его.

Это было не первое растение, которое пыталось его поглотить. По сравнению с прежними скользкими, этот лист лотоса просто пытался обхватить его и, используя бугорки на своей поверхности, растирал его вверх-вниз.

Он просто рассматривал это как массаж; пока он не останется внутри листа в течение десяти дней или около того, этот лист лотоса не сможет причинить ему никакого вреда. В конце концов, ему потребовалось много усилий, чтобы просто обернуть его.

На рассвете растения во всем лесу закончили свой ночной охотничий карнавал и начали затихать. Сюэ Лин соскользнул и упал с листа лотоса, так как тот больше не мог выдерживать его вес после того, как уменьшился до нормы. Он приземлился прямо на землю, и от удара очнулся.

Задние ноги Сюэ Лина закрутились в воздухе, когда он резко пробудился ото сна, и ему показалось, что он слышит чей-то тихий смех у себя над ухом, когда он резко проснулся...

В трансе он огляделся вокруг, но вокруг ничего не было. Система появилась рядом с ним, растерянная, и сказала:

"Хозяин, нам пора в путь".

Сюэ Лин кивнул, но не был полностью уверен в этом. Он чувствовал себя довольно вялым; в конце концов, пройдя через столько миров, он впервые должен был тяжело работать без чьей-либо заботы. Чтобы протрезветь, Сюэ Лин пошел к озеру и плеснул себе на лицо немного воды.

Он не знал, была ли это иллюзия, но вода у края озера казалась теплой... как будто кто-то нагрел все озеро.

Лес Демонических Зверей был действительно странным. Сюэ Лин не обращал внимания на эти необъяснимые и неразумные вещи и продолжал идти дальше.

Он был очень маленьким, а его четыре ноги были очень короткими. Ему предстоял еще долгий путь, и лучше не терять времени на дорогу. Он не хотел столкнуться с главным героем Эваном в Священном озере как раз в тот момент, когда он собирался туда войти.

Пестрый солнечный свет падал сквозь густой полог леса, не оставляя после себя ни следа тепла. Листья шептались на ветру, следуя за маленькой командой, осторожно бредущей через лес.

У них не хватало сил, и они боялись столкнуться с чем-то, с чем не могли позволить себе сражаться; они не хотели закончить жизнь в этом таинственном лесу.

Прошлой ночью они уже потеряли одного товарища. Этот идиот не послушал их совета и решил не спать и нести вахту посреди ночи. В результате он исчез в лесу демонических зверей ночью.

Ночь в Лесу Демонических Зверей не принадлежала ни людям, ни демоническим зверям, поэтому мало кто из демонических зверей передвигался по нему ночью, так как они становились удобрением для демонических растений. Если бы не тот факт, что демонические растения превращались только ночью, Лес демонических зверей уже давно стал бы миром демонических растений.

Когда-то этот континент был процветающим, на нем жили бесчисленные расы: гномы, эльфы, орки, все расы, существовавшие в легендах, когда-то появились на этом континенте, но теперь они существовали только в истории.

Это время давно прошло; настолько давно, что когда родился самый старый из ныне живущих старейшин, на этом континенте уже не осталось ничего, кроме Леса Демонических Зверей и места, где жили люди. Все остальное давно исчезло.

Легенда гласила, что в центре Леса Демонического Зверя когда-то жил клан эльфов. Король эльфов обладал чрезвычайно высокой магической силой, а также самой сильной духовной силой на этом континенте. Если бы он захотел, то мог бы перевернуть весь континент.

В то время в Лесу Демонических Зверей не было демонических зверей, а существовали только демонические растения. После падения Королей и Богов мир демонов и мир смертных оказались изолированными, и дети больше не слышали легенд о эльфах. Даже легендарного Бога-зверя многие презирали.

Этот мир вступил в эпоху, подобную опустошенным эпохам в мирах культивации. Боги медленно исчезали по неизвестным причинам. Было очевидно, что они заботились об этом континенте, но не оставили после себя ни малейшей частички себя, даже легенд о давних временах.

Сюэ Лин не понимал этих вещей, да и не хотел обращать на них внимания. Он присел в стороне от группы людей, пытаясь выбрать наиболее подходящий угол, чтобы пройти по дороге перед ними, не привлекая их внимания.

Он прикидывал туда-сюда, не находя никакого способа добиться этого, и в конце концов закатил глаза от отвращения, чувствуя, что эта группа людей действительно слишком привлекает внимание.

Что эта группа бесхребетных людей делала в Лесу Демонических Зверей? Неужели они не могли просто найти какую-нибудь случайную рощу деревьев, чтобы поиграть в ней и покончить с этим?

Они все еще находились во внешнем слое Леса Демонических Зверей. Если бы они вошли в средний слой, то рано или поздно с ними было бы покончено.

Сюэ Лин еще не закончил критиковать их, когда услышал сзади слабый шелестящий звук.

Он весь напрягся, и шерсть на его загривке встала дыбом. Он без колебаний сиганул вниз и приземлился на голову одного из мужчин в группе, оттолкнулся ногой и побежал, словно летел.

Глаза тех людей засветились, и кто-то крикнул: "Незрелый Волк Мо Янь!"

На их лицах тут же вспыхнули улыбки, но радовались они недолго, так как сзади послышался крик птицы.

Крик птицы был резким, а хлопанье крыльев огромной птицы производило очень громкий шум, порождая свирепый ветер, который пронесся по толпе.

У них не было возможности сохранить свои ряды, и демонические звери вокруг них начали бежать, так как различные звуки и призывы нарастали и опадали один за другим.

Это был сигнал о надвигающемся кризисе. Хотя демонические звери здесь не обладали способностью говорить, они все равно были очень умны. Когда появлялись их естественные враги или более могущественные силы, их ауры было достаточно, чтобы напугать их до смерти, быстро вызывая хаос в этой области.

Члены команды тут же разбежались, прячась во все стороны. Несколько из них погибли на месте, их смерть была жалкой; большинство из них по неосторожности бросились на уже испуганных демонических зверей и в результате были разрублены пополам.

Плач, вой и прочие звуки никак не влияли на действия огромной птицы в небе.

Размах ее крыльев был очень велик; длина одного вытянутого крыла вдвое превышала рост человека. Когда они взмахивали, то приподнимали сравнительно небольшое тело, и птица казалась легкой и грациозной.

У охотника, который прятался неподалеку, ожидая возможности устроить засаду на демонических зверей, на лице появилось удивление:

"... Как это может быть? Это же четырехзвездочная Метеоритная Птица! Почему она находится во внешнем слое!!!"

Именно этот вопрос хотел задать Сюэ Лин. Проклятье, если бы он не был начеку, его бы наверняка унесла огромная птица, которая так бесшумно приближалась к нему!

Метеоритная птица, как и следовало из ее названия, падала очень быстро, подобно метеориту. Обычно она оставалась незамеченной для цели, и к тому времени, когда они приходили в себя, их уже настигала Метеоритная Птица.

Сюэ Лину повезло, что он смог ее обнаружить, но если ему удалось сбежать один раз, это не значит, что он сможет сбежать во второй раз, особенно когда он стал целью птицы.

Сюэ Лин изо всех сил старался перемещаться в различные места, которые система отмечала для него, где обитали другие демонические звери. Он пытался нарушить лес и заставить Метеоритную Птицу сменить цель, но, к сожалению, добыча, на которую птица нацелилась, не имела возможности сбежать.

Тело волчонка Сюэ Лина имело короткие ноги, и это усугублялось иерархическим подавлением. Разрушив все на значительном участке леса, он все равно попал в когти Метеоритной Птицы, взлетевшей прямо в небо.

Сюэ Лин перестал сопротивляться. Когда метеоритная птица поймала его, она была очень осторожна и не причинила ему вреда. Хотя Сюэ Лин не боялся, этот детеныш вел себя очень жалко, дрожал и плакал, когда его уносили в небо.

Сюэ Лин: "..."

Это действительно было слишком. Он стал меньше только потому, что его ранили. Его прежняя форма все еще была очень сильной - когда он принимал человеческую форму, он был сильным и бесстрашным, ледяным красавцем. Почему же теперь это тело было таким слабым и бесполезным?

Конечно, он все еще сомневался в теле маленького гера из предыдущего мира, но, по крайней мере, то тело было способно использовать его собственную силу. Теперь же, поскольку он был заблокирован волей этого мира, он мог использовать только изначальную силу этого тела...

А это тело сейчас находилось в форме незрелого детеныша...

Подумав по кругу и вернувшись к исходной точке, Сюэ Лин, находясь в небе, стал похож на человека, которому не для чего жить.

Система утешила его: "Не грусти. Разве это не здорово? Она поймала тебя, чтобы принести в свое старое гнездо, которое должно находиться в самой глубине среднего слоя. Исходя из силы Метеоритной Птицы, как ни посмотри, территория, которую она занимает, должна быть превосходной. Тебе больше не нужно взбираться на горы и пересекать реки, чтобы добраться до среднего слоя, но ты все еще так несчастен."

"Тогда, когда оно сбросит меня вниз, ты заменишь меня и послужишь ему пищей?"

Система: "... Хозяин, будь более терпеливым. Может быть, она просто хотела забрать тебя к себе для развлечения и на самом деле не собирается тебя есть?"

Сюэ Лин: "Ха-ха".

На самом деле это было очень хорошо - бесплатно прокатиться на самолете а-ля Метеоритная Птица. И поскольку она несла его на себе, Сюэ Лин наконец понял, насколько велик Лес Демонических Зверей на самом деле, и почему люди установили так много передающих формаций в слоях.

Если бы он полагался на свои короткие ноги, возможно, три гуна уже разрушили бы мир, сражаясь за Эвана, прежде чем он достиг бы центра леса.

Пролетев большую часть дня, Метеоритная Птица пересекла границу среднего слоя, затем приземлилась на дерево и немного отдохнула. Сюэ Лин был крепко зажат в ее лапах, и всю ночь у него не было никакой возможности вырваться.

На следующий день ему оставалось только отказаться от всякого сопротивления и позволить птице нести его очень долгое расстояние, пока они не добрались до гнезда Метеоритной птицы.

Метеоритные птицы жили на скалах высотой в три километра. Их гнезда было очень трудно найти, и только они могли с первого взгляда заметить свои гнезда в небе, а затем опуститься на землю, как метеориты, в честь которых они были названы.

Сюэ Лин догадался, что птица, скорее всего, не собиралась его есть. Хотя они были естественными врагами, магическое пламя взрослых волков Мо Янь могло сжечь метеоритных птиц на близком расстоянии. Так как они были прирожденными врагами, именно поэтому Сюэ Лин стал мишенью для птицы.

Сюэ Лин понял намерения огромной птицы после того, как его бросили в гнездо.

Сейчас в лесу было очень мало Волков Мо Янь, потому что их вид был истреблен Кентом. Даже если бы они были сильнее, они не смогли бы противостоять людям, и было бы трудно найти даже неполовозрелого детеныша.

Волки Мо Янь были очень полезны для Метеоритных Птиц - только съев волка Мо Янь, неполовозрелые Метеоритные Птицы могли по-настоящему расправить свои очень широкие крылья.

В целом волке не было нужды. Достаточно было одного кусочка мяса, но Сюэ Лин, глядя на ряды яиц в гнезде, чувствовал себя немного подавленным.

Даже если бы они поделились им, этим птицам этого было бы недостаточно.

Без Волка Мо Янь смертность молодых Метеоритных Птиц была бы очень высокой. Неудивительно, что птица отправилась во внешний слой, чтобы поймать и найти Сюэ Лина. Должно быть, она постоянно искала, пока направлялась туда, но единственным волком, которого ей удалось найти, оказался Сюэ Лин.

Огромная птица бросила его в подвесное гнездо. Она была уверена, что Сюэ Лину не удастся выбраться из гнезда, которое было устроено очень высоко в скалах, поэтому развернулась и улетела, чтобы продолжить поиски волков Мо Янь.

Высиживание детенышей не требовало заботы птицы, и люди не смогли бы заметить гнездо, поэтому она улетела без особых опасений. Сюэ Лин бесшумно подошел к краю птичьего гнезда и попросил систему вызвать карту, чтобы он мог понять, где находится.

"Этот утес находится рядом с самой внутренней границей. Сейчас ты ее не видишь. Давай я помогу тебе включить функцию "вид бога"".

Слова системы были довольно банальными, но граница в виде полукруга действительно появилась в поле зрения Сюэ Лина. Граница не учитывала высоту и не делала различий между небом и землей.

"Я говорила хозяину думать позитивно. Если ты спрыгнешь отсюда вниз, то станешь на шаг ближе к Священному озеру. Он совсем близко отсюда".

Сюэ Лин саркастически рассмеялся: "Сначала я сброшу тебя вниз. После того, как ты упадешь, ты можешь подстелить мне соломки".

"Хозяин, не смейся так!"

Сюэ Лин не знал, что пытается сделать система, но она предложила:

"Я понесу хозяина вниз. Даже если хозяин не может использовать свою собственную силу, ты все равно можешь взять мою силу. Хозяин, не волнуйся. Я полечу вниз".

Сюэ Лин не волновался, но он не хотел обнимать эту белую лису, которая выглядела так глупо, когда встала. Лапой он шлепнул систему на землю, а сам залез ей на спину. Его лапы сжимали два пучка меха, и они выглядели как двухслойный ковер - сцена была очень красивой.

Система довольно жалобно встала. Она знала, что на этот раз все идет не так гладко для ее хозяина, и предусмотрительно постаралась не идти против него... Иначе хозяин не просто лежал бы на ее теле, а решил бы выдрать ее мех во время спуска на землю.

Сюэ Лин задумался об этом. Хотя Метеоритной Птице было нелегко нести его сюда, она изначально намеревалась съесть его мясо и выпить его кровь. Казалось, что простой уход не соответствовал его характеру - мстить за любую обиду и получать реванш.

Система прокомментировала: "Кроме тебя, в лесу нет других волков Мо Янь. О чем ты беспокоишься? Ее птенцы не смогут выжить, даже если вылупятся. В этот момент она, вероятно, пойдет и вступит в противостояние с людьми".

"Некоторое время назад первоначальный хозяин этого тела услышал, что люди планируют вывести своих собственных волков Мо Янь, потому что волки в лесу уже были вырезаны ими. Как только он услышал эту новость, Эван тут же развернулся и наложил на него это проклятие, чтобы он не смог убить Кента всю свою жизнь. На его месте, даже если бы я не смог убить Кента, я бы все равно зарезал Эвана, чтобы Святой тоже узнал, каково это - быть зарезанным и убитым."

Система пожала плечами, встала на край гнезда и прыгнула вниз.

Сначала система падала не очень быстро. Она выбрала место приземления прямо на границе и планировала придумать, как переправить Сюэ Лина через границу после того, как они приземлятся. Но когда они опустились на половину пути, Сюэ Лин обнаружил, что Метеоритная Птица заметила их и приближается.

Метеоритная птица нацелилась за систему, и та в панике ускорилась. Независимо от того, где они приземлятся, если это будет в пределах среднего слоя, они все равно будут пойманы птицей во второй раз. Убежать во второй раз будет совершенно невозможно, так как Метеоритная Птица обязательно схватит их.

"Направляйся к самому внутреннему слою".

Сюэ Лин лежал на спине. Он крепко обхватил шею системы и скомандовал:

"Она не может попасть во внутренний слой!"

Это правда, что она не может попасть внутрь! Но мы тоже не можем туда попасть! Система зарычала и подумала про себя, что если бы войти во внутреннюю границу было так просто, то этот мир был бы совсем не веселым!

Но она даже не успела выругаться, когда они столкнулись с внутренней границей. Система изначально думала, что они создадут громкий звук "бах!", когда ударятся о границу, но неожиданно они действительно прошли насквозь. Она подсознательно попыталась остановиться, и случайно отправила Сюэ Лина, который был на ее спине, в полет по воздуху.

Система: "..." Все кончено. Хозяин непременно убьет меня...

Система посмотрела вверх и увидела, что Метеоритная Птица была заблокирована границей. Система изначально думала, что она попытается войти, но вместо этого, когда Метеоритная Птица увидела, что они вошли, она просто развернулась и улетела. Казалось, что дети в гнезде были не так важны, как граница.

Фигура системы исчезла в воздухе. В конце концов, ее не было на самом деле, и если бы она захотела, то могла бы немедленно вернуться на сторону своего хозяина...

Даже если хозяин был без сознания от того, что его сбросили со спины...

Сюэ Лин проснулся от боли. Каким бы модифицированным телосложением он ни обладал, он никак не мог остаться невредимым после падения с такой высоты, особенно если учесть, что его демоническое ядро было повреждено, а сил у него совсем не было.

Некоторое время он лежал на земле, прежде чем наконец поднял голову и осмотрелся.

Было уже темно, но картина, представшая его глазам, сильно отличалась от того, что он видел в других слоях Леса Демонических Зверей.

Здесь демонические растения не смели действовать самовольно. Они росли, не сдерживаясь великолепно, и не было и следа их агрессии, как во внешних слоях.

Демонические звери также не отступали в течение ночи; когда Сюэ Лин поднял голову, чтобы посмотреть на небо, над его головой пролетела потрясающая птица.

Сверкающие искры сыпались с ее перьев, когда она хлопала крыльями, а хвостовое оперение было похоже на великолепное пламя, которое мерцало и освещало все небо.

Возможно, благодаря тому, что птица освещала небо, Сюэ Лину не мешала темнота. Здесь было много светящихся растений и животных всех видов; они испускали слабый свет, но все находились на некотором расстоянии от Сюэ Лина. По какой-то причине он оказался в изоляции.

Сюэ Лин встал, размял ноги, убедился, что еще может двигаться, и позвал систему, которая не откликнулась.

Возможно, она знала, что Сюэ Лин не оставит без внимания вопрос о том, чтобы его сбросили со спины, поэтому система прикидывалась мертвой - один раз увернуться от пули было все же лучше, чем ничего.

Сюэ Лин некоторое время безуспешно угрожал ей, и ему оставалось только пытаться взобраться на более высокую точку обзора, чтобы понять, где он сейчас находится.

Как и система, он не ожидал, что сможет так легко пересечь границу, и это его немного смутило. Он исследовал окружающую местность и обнаружил нечто странное: все растения и животные старались избегать его. Все они держали определенную дистанцию между ними и Сюэ Лином и относились к нему, как к чуме.

Неужели эти растения и животные были так бдительны, потому что он пришел извне?

Сюэ Лин напряженно думал, но не мог придумать причину их действий. Спросить было не у кого, и он мог только продолжать свои поиски понемногу.

Центральный слой имел форму долины. Сюэ Лин не знал, где он приземлился, но если он направится к центру, то все будет в порядке. Согласно легендам и оригинальной истории, Священное озеро должно находиться в центре центрального слоя.

Сюэ Лин некоторое время бежал по пологой земле, пока его внимание не привлекли несколько пятен света, парящих в воздухе.

Центральный слой был совсем не страшным, даже ночью. Напротив, он казался сказочно красивым. Вероятно, он был создан таким образом, чтобы главный герой Эван мог беззаботно жить здесь какое-то время.

Обстановка здесь была очень мягкой и безвредной, потому что демонические звери, обитавшие здесь, были легендарными пятизвездочными божественными зверями, которые не нападали просто так, без причины.

На своем уровне они могли свободно принимать человеческую форму, и им не нужно было полагаться на охоту, чтобы выжить, так как они могли поддерживать себя за счет энергии мира.

Все демонические звери, которых видел Сюэ Лин, независимо от того, летали они или ходили, были невероятно красивы и вполне заслуживали слова "легендарный".

Эти маленькие пятна света отличались от прежних демонических зверей и растений. Они не избегали Сюэ Лина, а наоборот, кружили вокруг него очень близко. Несколько из них приземлились на его шерсть, а затем мило крутились вокруг, словно требуя, чтобы их побаловали. Если бы они не были просто световыми пятнами без глаз, ушей, носов и так далее, Сюэ Лин мог бы подумать, что эти световые пятна живые.

Время шло, и чем дальше он продвигался вперед, тем больше становилось световых пятен. Сюэ Лин оказался окружен ими и удивленно посмотрел вперед.

Расстояние, на которое он мог видеть, было ограничено, но в небе появились похожие на аврору ленты света, которые парили в воздухе впереди. Эти пятна света, казалось, исходили оттуда.

Удивительно, но пятна света, упавшие на тело Сюэ Лина, превратились в энергию, которую он смог поглотить. Его демоническое ядро было повреждено, поэтому он не должен был поглощать энергию; даже если бы он это сделал, не было бы никакого способа сохранить ее, и энергия должна была медленно рассеиваться из его тела.

Но с этими пятнами света все было иначе. Он ясно почувствовал, что его демоническое ядро начало реагировать после того, как они вошли в его тело. Хотя у него все еще не было возможности сохранить энергию, световые точки продолжали накапливаться, а его тело стало чувствовать себя менее слабым. Сначала Сюэ Лин двигался довольно медленно, но к концу пути он уже практически рысил к этим лентам света.

Было совершенно очевидно, где находится Священный озеро. Сюэ Лин не ожидал, что все окажется так просто. Эти события действительно были замаскированным благословением.

Забудьте об этом, в ситуации, когда все еще неясно, было бы лучше не поднимать флаги.

Сейчас он был всего лишь тяжело раненым трехзвездочным демоническим зверем. Все, что обитало в этом лесу, могло легко убить его за секунду. В случае если что-то действительно случится, будет смешно, если он обрадуется слишком рано.

Пройдя рысью еще небольшое расстояние, рой маленьких огоньков уже превратился в туманный слой света, который клубился под ногами Сюэ Лина, словно сцена из сказки.

Легенда гласила, что Священное озеро был местом, где рождались боги. Они выходили из Священного озера и превращались в богов, становясь самыми могущественными существами в мире.

По сути, искупавшись в озере, каждый мог бы стать богоподобным. Главный герой Эван не только избавился от тьмы, загрязнявшей его душу, когда он отмокал здесь, но и очистил свою душу.

Хотя эта чистота была полностью уничтожена позже в Мире демонов, способность Священного озера к очищению все еще была замечательной.

Сюэ Лин бежал все быстрее, а слой тумана становился все плотнее, пока он добирался до Священного озера.

Его нельзя было назвать озерцом. На самом деле это было очень широкое озеро, над которым висели красивые ленты света. Над его поверхностью плавал радужный туман, а из тумана вились и поднимались белые нити пара. Все Священное озеро было похоже на Обитель бессмертных из восточных легенд. Сцена была прекрасна до крайности.

Туман, клубящийся под ногами, уже готов был накрыть маленькое тело Сюэ Лина, когда система, наконец, поняла, что происходит, и выскочила, чтобы призвать Сюэ Лина:

"Хозяин, быстро иди и окунись внутрь! Неизвестно, что может случиться дальше!"

Сюэ Лин промолчал. Вместо этого он молча поднял заднюю лапу и усердно пнул систему.

Система с грохотом упала в Священное озеро. Она пробормотала "ай" и даже не посмела дернуться, после чего исчезла со сцены и затихла. Гнев хозяина еще не угас - вероятно, не стоило выходить и провоцировать его.

Сюэ Лин поднял маленькую, мохнатую и особенно симпатичную лапу и потрогал воду в озере. Кроме того, что его шерсть немного намокла, никакой другой реакции не последовало, что немного успокоило Сюэ Лина.

Он не знал, настоящее ли это Священное озеро, и вообще, реально ли все то, что предстало его глазам, но возможности выбора были ограничены, и он мог только делать шаг за шагом, стараясь не упустить ни одной возможности, которая была перед ним.

Он шаг за шагом вошел в озеро и медленно погрузил в воду все свое волчье тело. Его шерсть намокла, но, как ни странно, ему было совсем не холодно, поскольку вода в Священном озере была довольно теплой.

Когда она закружилась вокруг Сюэ Лина, все его тело расслабилось, и вскоре он ослабил бдительность и позволил водным потокам перемещать его по своему усмотрению.

Хотя его тело было расслаблено, дух Сюэ Лина все еще был напряжен. Он не переставал следить за окружающей обстановкой и вскоре обнаружил, что вода в Священном озеро живая. Он двигался по течению, но это было не обычное течение. Его толкало в определенном направлении, и даже радужный туман, казалось, двигался вместе с ним.

Течение несло Сюэ Лина к середине озеро. Чем ближе он подходил к центру озера, тем больше энергии вливалось в его тело. Сюэ Лин закрыл глаза и обнаружил, что его демоническое ядро постепенно восстанавливается; оно снова начало светиться и больше не было тусклым и безжизненным.

Его тело также мерцало светом. Божественная сила Священного озера проходила через его тело, пока Сюэ Лин держал глаза закрытыми и медитировал. Когда он очнулся, его тело стало совсем другим, чем прежде.

Он поднял руку и обнаружил, что уже наступил день. Опустив руку, он понял, что то, что он поднял, было рукой!

Сюэ Лин взмахнул рукой, и вода из Священного озера подняла его тело вверх; лист воды поднялся, как зеркало, и позволил ему ясно увидеть свой собственный облик.

Внешность, которую имела эта форма, не контролировалась Сюэ Лином. Кроме глаз, остальные части его лица совсем не походили на его собственное. Лицо казалось жестким и холодным, от него исходила хладнокровная аура.

Ненависть обволакивала его сердце, из-за чего он не хотел общаться с другими людьми, кроме Эвана. Его темные брови были похожи на мечи, и он выглядел как типичный западный красавец. Поскольку он был Волком Мо Янь, цвет его волос и глаз был черным со следами красного, а в сочетании с глазами в форме лисы, ощущение, которое он производил, сильно изменилось.

Хотя он все еще был героическим, теперь в нем чувствовалась необъяснимая злость. Сюэ Лин поджал губы, полсекунды смотрел на свое отражение, а потом обнаружил, что на нем нет одежды.

Он бесшумно опустился обратно в Священный озеро и стал думать, как ему выбраться на берег.

Его магическое ядро было полностью восстановлено, но вода из озера все еще перестраивала его тело: улучшала мышцы и делала тело более гибким. Его фигура стала более стройной, и у него появилась пара красивых ног, с которыми можно было бегать целый год.

Сюэ Лин высунул голову, сказал "спасибо" воде в озере, и вода брызнула ему в лицо. Он не мог понять, было ли это ответом на его благодарность, или Священное озеро разыграла его.

Сюэ Лин наклонил голову и посмотрел на дневной вид Священного озера.

В отличие от вчерашнего вечера, днем над Священным озером не было лент света. Разноцветный туман практически рассеялся, и только усики белого дыма все еще поднимались от его поверхности. Все это по-прежнему напоминало что-то из сказки, но теперь все вокруг словно спало.

Сюэ Лин хотел вернуться туда, где он впервые вошел в воду, но Священное озеро упрямо толкало его к другому берегу. Сюэ Лин наконец вспомнил, что, согласно первоначальному сюжету, Бог зверей жил у Священного озера.

Было описано, что он любит жить в домике на дереве, и это было похоже на место, где живут герои сказок. Но когда Сюэ Лина подтолкнули к берегу, он обнаружил, что что-то не так...

Разве они не говорили, что это дом на дереве?

Белый туман от Священного озера был самым плотным на этой стороне. Перед Сюэ Лином стоял замок изо льда. Он не был большим, но занимал большую площадь, и весь он был сделан изо льда, который, казалось, был создан из воды в Священном озере. С таким уровнем экстравагантности, может ли быть, что Священный озеро принадлежало божественному зверю?

После того как Сюэ Лин вышел на берег, он снова превратился в демонического зверя. В конце концов, у него не было одежды, а его уменьшенная форма зверя делала его похожим на потерявшегося, незрелого детеныша, что больше подходило для обмана.

Сюэ Лин давно отбросил такие вещи, как достоинство.

Вода в озеро рябила от лап Сюэ Лина, он медленно и осторожно продвигался вперед, незаметно направляясь к замку изо льда, используя туман, поднимающийся от озеро, как прикрытие.

Его нелегко было заметить невооруженным глазом, но некоторые люди, очевидно, видели не только глазами: они наблюдали за этим малышом столько дней, что, естественно, могли его вычислить.

Как только Сюэ Лин шагнул в замок, его передние конечности тут же попали в чью-то хватку, а все тело поднялось вверх. Шерсть на теле Сюэ Лина встала дыбом, он поднял голову, чтобы попытаться укусить того, кто его держал, но тот просто держал его голову неподвижно. На его мохнатом лице читалось недовольство, глаза слезились, и он безуспешно изображал несчастье.

Тот человек негромко рассмеялся:

"Какой незрелый волчонок! Ты всю ночь купался в моем озере и получил все преимущества, а теперь пытаешься кусаться, когда я хочу тебя обнять?"

Сюэ Лин сразу понял, кто этот человек, как только он взял его на руки. Его движения были слишком мягкими, а аура слишком знакомой. Ему не нужно было задумываться, чтобы понять, что появился его человек. Но даже если это и так, он не отказался от своего намерения укусить его.

Он знал это! По пути происходило слишком много странных событий, и кто-то должен был разыграть его. После того как он так долго создавал проблемы, им оказался этот парень. Теперь, когда у него появились способности, он больше не действовал лично, а приказывал животным и растениям мучить его и пользовался тем, что Сюэ Лин не мог загрызть его до смерти.

С этими мыслями он снова посмотрел на мужчину.

Мужчина скривил губы. Его улыбка была очень мягкой, но Сюэ Лин необъяснимо почувствовал, как по его позвоночнику пробежала дрожь.

__________

Всем шампанское!

У мужчины были длинные золотистые волосы, которые переливались, практически достигая земли. Он был одет в белые одежды, и его внешность была красивой и привлекательной.

Его глаза были полуприкрыты, когда он смотрел на Сюэ Лина, его выражение лица и движения были очень мягкими, но Сюэ Лин необъяснимо чувствовал, что человек перед ним был немного напряженным.

Система дрогнула в его сознании и сообщила ему:

"Хозяин, позволь сообщить тебе неприятную новость. Я только что обнаружил силу одного из твоих хвостов в этом человеке..."

Сюэ Лин: "..."

Не могла ли система просто заткнуться? Теперь ему хотелось ударить что-нибудь каждый раз, когда она открывала рот!

"Почему ты не пришел в человеческой форме? Тебе здесь очень рады".

Мужчина проигнорировал сопротивление Сюэ Лина, связал его четыре ноги и насильно понес в замок.

"Отпусти меня!"

Как только его демоническое ядро было восстановлено, Сюэ Лин снова смог говорить. Его четыре лапы были заблокированы, и он ничего не мог сделать, поэтому он уставился на мужчину, чтобы выразить свой гнев.

"Не сопротивляйся и не смотри на меня так".

Мужчина высвободил руку и ущипнул Сюэ Лина за загривок, отчего все его волчье тело задрожало.

"Я не очень люблю непослушных маленьких существ. Ты, наверное, не хочешь снова испытать боль от уничтожения своего демонического ядра, так что веди себя хорошо. Понял?"

Сюэ Лин: "..."

Этот человек... Почему он казался таким неправильным в этом мире... В оригинальном тексте говорилось, что Звериный Бог был очень мягким человеком, и поскольку он круглый год оставался во внутреннем слое Леса Демонических Зверей, он был очень одинок.

Появление Эвана заставило его по-новому взглянуть на жизнь, поэтому он и полюбил Эвана. Но человек перед ним, казалось, был довольно мрачным...

"Это должно быть потому, что на него повлияла сила твоего хвоста. Твоя сила не принадлежит миру, и теперь, когда в его теле есть эта сила, он стал существом, которое может стоять бок о бок с небесами. Воля мира не имеет возможности контролировать его, и со временем он поймет, что этот мир не правильный. Я и раньше задавалась вопросом, почему в настройках этого мира фигурирует падение богов. Если бы он был устроен таким образом, чтобы Эван мог стать богом, это имело бы смысл. Но даже к концу истории Эван все еще не оправился, так что это никак не могло произойти... Автор не объяснил слишком много о настройках, но, исходя из нынешней ситуации, настройки этого мира могли быть вызваны самим миром, и очень вероятно, что они связаны с человеком перед хозяином."

Сюэ Лин поднял брови.

"Какое влияние оказала моя сила, когда вошла в его тело?"

"Кажется, она вызвала небольшие изменения в его личности и повлияла на чувства между вами двумя..."

"Чувства?"

"Ну. В норме он должен был влюбиться в хозяина с первого взгляда, а потом стать послушной марионеткой, как это было в предыдущих мирах~".

"А что сейчас? Разве он не влюбился в меня, а затем бросил меня прямо в Священное озеро, чтобы я тушилась?"

"Нет... Возможно, он влюбился с первого взгляда, а потом планировал запереть хозяина в темной комнате и трахать всю жизнь?"

Система была неуверенна. Она колебалась мгновение, затем осторожно продолжила:

"В конце концов, разве он не выглядит сейчас пугающе?"

"Разве я сейчас выгляжу напуганным?"

В голосе Сюэ Лина звучали нотки веселья. Система незаметно отступила и больше не осмеливалась говорить.

Сюэ Лин задумчиво посмотрел на мужчину и встретил его взгляд, когда тот посмотрел в его сторону. Он задумался, затем моргнул и постарался сделать выражение лица немного более милым.

"Куда вы меня ведете? И... Кто вы...?"

Вероятно, было хорошей идеей еще раз подтвердить личность этого человека в этом мире. Текущая ситуация действительно была вне контроля Сюэ Лина. Система не обнаружила, что на этот мир повлияла сила в хвосте Сюэ Лина до того, как они вошли в него, а теперь его хвост внезапно появился.

Возможно, он был подавлен собственной силой человека, поэтому система не могла его почувствовать, пока они не подошли вплотную.

"Ты можешь называть меня Си. Я единственный Бог, который еще остался в этом мире".

Си не собирался скрывать свою личность. Когда он увидел, что Сюэ Лин успокоился, он также ослабил руку, сдерживающую тело Сюэ Лина, и нежно прижал его к своей груди.

"Пока что не меняй свою форму на человеческую, так как твое тело слишком слабо. Если ты хочешь добиться дальнейшего прогресса, тебе нужно будет ежедневно купаться в озере в течение следующего полумесяца. Только так ты сможешь обрести тело полубога".

Сюэ Лин на мгновение растерялся:

"Я не хотел становиться полубогом...".

Когда мужчина остановил свои шаги, Сюэ Лин подумал, что он собирается преподать ему урок. Вместо этого он повернулся и открыл перед ним дверь.

Все двери в замке выглядели одинаково, и Сюэ Лин не мог понять, на что опирался Си, чтобы различить, что находится за каждой дверью. Все, что Сюэ Лин видел по пути сюда, выглядело в основном одинаково, и если бы он шел по этому пути один, то наверняка заблудился бы.

Мужчина вошел в комнату, и картина перед глазами Сюэ Лина внезапно изменилась. По сравнению с холодным внешним видом, убранство этой комнаты было более индивидуальным и, по крайней мере, выглядело более гостеприимным.

Мужчина положил Сюэ Лина на большую кровать в комнате, затем посмотрел, как Сюэ Лин переставляет ноги, чтобы встать, и молча протянул руку, надавил на спину и толкнул маленького волчонка обратно вниз.

Сюэ Лин: "..."

Все будет кончено, как только он вернется в человеческую форму!

"Как домашнее животное, ты, кажется, слишком непослушен".

Си опустил взгляд и равнодушно посмотрел на Сюэ Лина. Его глаза были темно-сине-зелеными, как весенняя вода, и когда они были нежными, то могли заставить сердце человека превратиться в теплую лужу. Однако в данный момент его взгляд был безэмоциональным и жутко спокойным.

"Может быть, мне нужно научить тебя некоторым правилам, чтобы ты понял, что домашние животные не могут быть избалованными и высокомерными".

Шерсть Сюэ Лина снова встала дыбом. Он был похож на маленький комочек меха, а его четыре лапки дрыгались, когда он яростно боролся, прижатый к кровати. Сюэ Лин не мог видеть лицо мужчины под таким углом, но после того, как он покрутился некоторое время, мужчина, похоже, понял, что он пытается сделать, и позволил ему перевернуться.

Сюэ Лин посмотрел на него и сказал:

"Что значит "домашнее животное"? Когда это я стал твоим питомцем!!!"

Взгляд мужчины сначала стал более мягким из-за его действий, когда он пытался перевернуться, и в его глазах даже появились следы улыбки, когда он смотрел на него. Но когда раздался довольно сердитый голос Сюэ Лина, он недовольно нахмурился и снова протянул руку, чтобы прижать ее к маленькому животу волчонка.

Он приложил немного силы, и его рука стала несколько тяжелой, он слегка приподнял подбородок и высокомерно сказал:

"Пока ты в этом лесу, ты принадлежишь мне. Раз я сказал, что ты мой питомец, значит, так и есть".

Сюэ Лин начал чувствовать, что в этом мире что-то не так с мозгами его мужчины. Он боролся еще более яростно, и, вероятно, потому, что его сопротивление было слишком сильным, мужчина выглядел очень несчастным. Он снова перевернул его и надавил рукой на спину Сюэ Лина. Сюэ Лин мог только повернуть голову назад, чтобы завопить:

"Что ты делаешь?!"

"Непослушные питомцы нуждаются в дисциплине" — бесстрастно произнес мужчина, когда его вторая рука поднялась. Раздался звук шлепка, а затем Сюэ Лин застыл на месте.

Он мог принять любой вид позорной "игры", но он должен был быть в человеческой форме, и это должно было быть в удовольствие... Это был первый раз, когда Сюэ Лина отшлепал его мужчина. Это так усугубило его настроение, что он тут же замолчал.

Си ударил его пять раз подряд. Сюэ Лин зарылся головой в одеяло и притворился мертвым. Его две маленькие передние лапы поднялись, чтобы закрыть глаза, а все тело волчонка, казалось, выражало неповиновение.

Отшлепав его, Си вовсе не собиралась его утешать. Казалось, он решил утвердить свое положение хозяина Сюэ Лина.

"Это моя комната, и отныне она будет твоей. Ночью ты будешь ходить в Священное озеро, чтобы понежиться в воде, а остальное время будешь проводить здесь. Именно по этой причине я привел тебя в Лес Демонических Зверей, а также позволил тебе войти во внутренний слой."

"..." Сюэ Лин молча отвернулся и проигнорировал его.

Мужчина продолжил: "Здесь ты будешь спать".

После его слов перед Сюэ Лином появился небольшой ледяной домик. Он был похож на собачий домик, был очень маленьким и милым, и наполнен всем, что должно быть в собачьем домике.

"Тебе не разрешается подниматься на мою кровать без моего разрешения. Также не позволяй мне узнать, что у тебя есть намерение уйти. Я могу исцелить тебя, но могу и переломать тебе ноги и сделать так, что тебе придется остаться здесь навсегда".

"..."

Сюэ Лин продолжал молчать. Он уже повалил мужчину на землю и сотни раз избил его, а в душе кричал:

"Даже если он обнимет меня за бедро и будет со слезами умолять забраться в его постель, я все равно не пойду!"

Сюэ Лин молчал и не говорил, но Си не выглядел очень обеспокоенным. Он запихнул Сюэ Лина в маленький домик и сказал ему:

"Вчера ты всю ночь поглощал энергию из Священного Озера. Теперь ты должен начать превращать энергию Священного Озера в свою собственную силу. Ты всего лишь трехзвездочный демонический зверь. Если ты не будешь усердно работать, я не смогу взять тебя с собой на встречу с другими".

Сюэ Лин: "..."

Ты был проклятым отшельником десять тысяч лет и, возможно, даже не покинул этот дурацкий внутренний слой за всю свою жизнь! И ты смеешь говорить, что не можешь повести меня на встречу с другими? Это я должен так говорить!

К счастью, духовная сила Сюэ Лина была достаточно сильна, чтобы мужчина не мог прочитать мысли в его голове. В противном случае, ему не нужно было бы сейчас преобразовывать энергию, его бы снова толкнули вниз и шлепали бы целый день.

Си повернулся и ушел, оставив Сюэ Лина внутри маленького домика. Сюэ Лин поспешно выскочил следом за ним, стянул с кровати простыню и превратился в человека. Он собирался пойти и открыть дверь, но еще до того, как он дошел до нее, его предупредила система:

"Хозяин, не перемещайтесь беспорядочно. На этой двери стоит защита. Твоей нынешней силы недостаточно. Если она отскочит назад, то сегодня ночью вам придется снова окунуться в Священное озеро, чтобы восстановить демоническое ядро".

Рука Сюэ Лина замерла. Он повернулся и хотел пройти через окно, но система снова заговорила:

"Окно тоже не годится. Вся эта комната была заблокирована. Я бы посоветовала хозяину не восставать против божества сейчас".

Тон Сюэ Лина был мрачным: "Ты тоже хочешь, чтобы тебя отшлепали?"

Система: "..."

Обида хозяина была глубока.

"Хозяин может попытаться убежать снова, когда пойдет понежиться в озере сегодня вечером. Но его слова не ошибочны - отмокание в озере в течение полумесяца действительно поможет хозяину улучшить качество этого тела. Независимо от того, насколько сильным станет твое тело, оно будет на уровне четырехзвездочного демонического зверя. Если хозяин сможет обрести тело полубога, ты сможешь попробовать использовать свои силы. К тому времени твое тело должно быть способно выдержать это".

Сюэ Лин поджал губы. "Неужели нет другого способа улучшить состояние этого тела?"

"Нет... И хозяин все еще должен оставаться рядом с божеством Си ради своего хвоста..."

Сюэ Лин потер подбородок и задумался на некоторое время. Просто не было способа решить эту проблему; мужчина в настоящее время держал его хвост в себе, и это был первый раз, когда возникла подобная ситуация.

Хотя Сюэ Лину казалось, что он вот-вот до смерти разозлится из-за того, как этот человек с ним обращается, он все равно не хотел бездумно забирать эту силу из его тела.

"Пока что я могу только остаться здесь и разобраться с ним..."

Когда он это сказал, Сюэ Лин даже немного возмутился, нахмурился и сказал:

"Ну, раз он делает меня несчастным, я буду делать несчастным и его".

"Это уже не похоже на мой стиль, если я не отвечаю взаимностью".

Система: "..." Все ради того, чтобы вредить друг другу…

Когда Си вернулся с едой, волчонок послушно свернулся калачиком в своем маленьком гнездышке. Только маленький хвостик виднелся снаружи, вяло покачиваясь, отчего он выглядел очень жалким.

Он нахмурился, подавил чувство неправильности в своем сердце и положил принесенную еду рядом с маленьким домиком.

"Выходи и ешь".

Он впервые хотел завести домашнее животное, поэтому обращал особое внимание на образ жизни обычных демонических зверей. Он знал, что его волчонок отличается от тех легендарных демонических зверей, которые жили за пределами его дворца и не могли полагаться на духовную энергию мира для поддержания своей физической силы.

Поэтому великий бог снизошел до того, чтобы выяснить, что наиболее подходит для питания волков Мо Янь, а затем лично отправился добывать это для него.

Сюэ Лин проигнорировал его. Он оставался внутри маленького домика и даже не выглядывал наружу, используя свои действия, чтобы выразить отвержение.

Но на самом деле он мысленно спрашивал систему:

"Что он принес мне поесть?"

Система взяла себя в руки и молча помогла хозяину разведать обстановку: "Это должно быть яйцо метеоритной птицы".

Сюэ Лин:

"... Это был настоящий поворот событий. Эта огромная птица, вероятно, никогда не думала, что вчера она захочет использовать меня в качестве еды для своих детей, но сегодня ее ребенок был превращен в яичный крем для меня".

"Вероятно, она никогда не ожидала, что Бог зверей будет настолько..."

Системе было трудно это описать.

"Неблагодарным. На самом деле, твой мужчина должен был быть ответственным за то, что ты так быстро вошел в центральный слой. Как богу зверей, ему не составит труда намекнуть Метеоритной Птице, что она должна выйти наружу и схватить тебя... Метеоритную Птицу использовали и выбросили... Неужели он может быть таким бесчувственным?"

Мясо Волка Мо Янь помогало Метеоритным Птицам отращивать крылья. Точно так же мясо Метеоритной Птицы было очень полезно для Волков Мо Янь. Если птиц нет, то яйца тоже могут помочь.

"В конце концов, без Волка Мо Янь эти маленькие птички умерли бы еще при рождении. Если я их съем, что ж... это можно считать их удачей".

Сюэ Лин все еще не хотел слышать, чтобы система говорила что-то плохое о его мужчине. Хотя этот человек был довольно странным в этом мире, даже если бы он превратился в плохого человека, он не позволил бы другим судить о нем свысока.

"Хозяин собирается есть?"

Системе было довольно любопытно. Разве он не сказал, что они будут взаимно вредить друг другу? Неужели так легко заставить хозяина пойти на компромисс?

Сюэ Лин усмехнулся:

"Как это может быть. Я скорее умру от голода, чем буду есть. Я вырву его, даже если меня заставят его съесть. Если у него хватит смелости, пусть попробует запихнуть это мне в рот!"

Небольшие движения маленьких ягодиц волчонка доказывали, что он не спит, а просто не хочет двигаться или обращать внимание на Си.

На лице божества не было видно никаких изменений, он просто поставил яичный крем перед маленьким домиком Сюэ Лина и сел на свою кровать. Он сразу же начал читать какую-то неизвестную книгу.

Сюэ Лин не умел читать мысли и не знал, о чем думает другая сторона. Он никогда не был из тех, кто терпит, когда его обижают, но ему хотелось, чтобы другая сторона чувствовала себя обиженной из-за него.

Борьба ничего не решала, он должен был дать понять другой стороне, насколько тверда его воля и каково его отношение. Иначе, как в будущем он сможет получить право говорить? Возможно Си продолжит носить его как маленького щенка повсюду, куда пойдет.

Он вспомнил, что главный герой Эван будет прокладывать себе путь сюда. Что если Эван войдет в комнату и спросит Си, кто он такой, а Си ответит ему, что он его питомец?!

Возможно, тема перейдет к вопросу: "Ты тоже вырастил Волка Мо Янь? Какое совпадение, у меня тоже был такой. Он такой же, как твой. Какое совпадение... вот так".

Эта сцена в его голове была слишком ужасной. Сюэ Лин не хотел докатиться до такого. Поэтому он проигнорировал все мысли Си и лег на лапы, чтобы заниматься культивированием. Вскоре после этого он бессознательно заснул.

Пока он спал, все его тело поднималось и опускалось вместе с прерывистым дыханием. Звук был очень слабым, но он не мог ускользнуть от ушей Си.

Си посмотрел в сторону гнезда, откуда волчонок первоначально угрюмо высунул свой зад. Теперь он спал, свернувшись клубочком, и Си почувствовал, как все его сердце смягчилось.

Си впервые обратил внимание на этого малыша, когда увидел его. Весь Лес Демонических Зверей находился под его контролем, и это была его территория. Хотя он не слишком беспокоился об этом, он установил эти границы и открыл эти входы, чтобы не позволить еще большему количеству людей беспокоить его и нарушать экосистему леса.

Те, кто охранял входы, были уже мертвы, исчезнув в Священном озере вместе со своими секретами. Поэтому, когда ему было скучно, Си иногда сам осматривал входы.

В прежние времена входов было не так уж много. Был только один заброшенный, и за его охрану отвечала Академия, за которой присматривал Бог Света. Но в тот год что-то случилось, поэтому он был полностью заблокирован, и никто не входил через него уже много лет. А тут маленький демонический зверь проделал такой грандиозный путь и прямо вошел в лес.

Обычные случаи пересечения границы, естественно, не привлекли бы внимания Си, но у этого входа были свои особенности. В те времена он был заперт самим Си, и без его разрешения никто не мог пройти. Однако волчонок как-то очень естественно пробрался через него.

При одном только взгляде на него у Си возникло ощущение, что он встретил что-то интересное.

Он не мог вспомнить, сколько он прожил. Только скучные дни проходили один за другим, и он уже свыкся с этим. И вдруг появилось нечто, что могло его позабавить и заинтересовать; как же он мог не обратить на это внимание?

Поэтому его взгляд перемещался вместе с волчонком, пока тот прокладывал себе дорогу. Он наблюдал, как тот, используя свои четыре короткие лапки, передвигается по ночному лесу демонических зверей, спасаясь от преследования всевозможных демонических растений.

Си находил это забавным, и нечаянно немного подогревал озеро, когда хотел умыть лицо, не желая, чтобы оно замерзло от холода.

Такие мысли были очень странными. Си прожил столько лет, но впервые ему пришла в голову идея помочь человеку или волку. Будучи последним оставшимся богом, он контролировал самую великую силу в мире и долгие годы был одинок и опустошен. Впервые его заинтересовал волк с разрушенным демоническим ядром.

Си не знал, что послужило причиной этого, но он обратил свой взгляд на внешний мир, чтобы немного понаблюдать. Он обнаружил, что люди снаружи называют животных, которых они любят, "домашними питомцами", поэтому Си в частном порядке назвал этого волчонка своим собственным питомцем.

Поскольку он теперь был благосклонен, волчонку, естественно, не нужно было проделывать путь в тысячи миль, чтобы добраться до центрального слоя. Си знал, как используется Священное озеро, поэтому мог догадаться, почему Сюэ Лин хочет попасть в центральный слой. Он просто приказал Метеоритной Птице принести малыша, и наблюдать за тем, как малыш пытается спастись, было очень мило.

Он был богом. Животное, которое он хотел вырастить, естественно, не могло быть обычным демоническим зверем. А трехзвездочный зверь, у которого демоническое ядро было уничтожено из-за расторжения контракта с человеком...

Глаза Си наполнились убийственным намерением, когда он вспомнил об этом. Это был его питомец! Как он мог подписать контракт с человеком? Даже если он уже нарушил контракт, он все равно не может этого допустить. Что, если в его сердце все еще живут мысли о хозяине?

К сожалению, равный контракт можно было подписать только при согласии обеих сторон. В настоящее время у него не было возможности контролировать мысли волчонка. Даже если бы он мог заставить его остаться, он все равно не смог бы заставить его согласиться подписать контракт с самим собой... Он также не хотел подписывать с ним контракт хозяина с рабом, чувствуя, что в будущем обязательно пожалеет об этом...

Пока бесчисленные мысли проносились в голове Си, уже в мгновение ока стало темно. Он встал, взгляд его выражал недовольство, когда он смотрел на холодный яичный крем, но он не открыл рот, чтобы критиковать Сюэ Лина.

Волк покатился, ударился головой о край маленького домика и мгновенно проснулся. Он все еще находился в оцепенении, когда его ноги оттолкнулись, голова повернулась, и его нос почти коснулся миски с заварным кремом. Глаза Си немного смягчились:

"Уже ночь. Ты должен пойти в Священное озеро".

Сюэ Лин поднял на него свирепый взгляд. Хотя его большие, влажные глаза все еще были оцепеневшими от сна, он все же успел бросить взгляд, прежде чем убежать на своих четырех коротких ногах.

Си не знал почему, но у него возникло необъяснимое желание рассмеяться. На самом деле, он не очень-то злился; мало кто мог пойти против него, и он чувствовал, что это очень интересно. Но хотя он мог смириться с тем, что волчонок пошел против него или рассердился на него, он не мог позволить Сюэ Лину так небрежно обращаться с его телом.

Если он все же откажется есть яичный крем, когда вернется вечером, ему придется принять другие меры.

Он наблюдал за многими обычными людьми, и, похоже, у них были свои методы воспитания домашних животных. Хотя он не хотел использовать эти способы для дрессировки волчонка, наказание все же было возможно.

Дверь уже была открыта для Сюэ Лина, поэтому он, естественно, выбежал наружу, не оборачиваясь. Однако у него были короткие ноги, и его несколько шагов могли сравниться только с двумя обычными шагами Си, поэтому вскоре он был подхвачен и снова прижат к груди Си.

Он словно боялся, что Сюэ Лин узнает, как отсюда выбраться. Си всю дорогу прикрывал ему глаза рукой.

Сюэ Лин потерял дар речи. Хотя он был демоническим зверем, он уже мог принимать человеческий облик. Разве он не мог обращаться с ним как с человеком?

Позже он подумал о том, что после принятия человеческой формы с ним будут обращаться как с домашним животным... разве это не было бы еще ужаснее? Поэтому он молча подтвердил свое намерение продолжать холодную войну с этим человеком.

Если тот не позволит ему видеть, тогда он просто закроет глаза. В любом случае, он будет идти против него, как только сможет, и злить его при каждом удобном случае.

Ему нужен был шанс договориться. Было бы лучше противостоять ему после того, как он несколько раз окунется в Священное озеро и будет чем подкрепить свою храбрость.

Этой ночью Священное озеро был таким же сказочным, как и предыдущей. После того как Сюэ Лина отправили в воду, вода снова вытолкнула его в центр озера. Си, казалось, покинул берег озера, поэтому Сюэ Лин принял человеческую форму и бесшумно погрузился под воду.

Хотя он мог заниматься культивированием и плавая на поверхности, он необъяснимо чувствовал, что так им воспользуются.

Вода Священного озера постоянно омывала тело Сюэ Лина, тщательно изменяя его телосложение изнутри и снаружи. Его волосы постепенно начали отрастать, и это было окончательным доказательством того, что его сила начала увеличиваться.

Возможно, его действительно разозлил этот человек; Сюэ Лин был очень усерден в культивировании, поэтому, когда на следующий день Си забрал мокрого волчонка из Священного озера, он был в отключке на берегу и даже не заметил приближения Си.

Си несколько беспомощно высушил его шерсть, а затем поднял волчонка на руки. Он задумался, затем опустил голову и поцеловал волчонка в мохнатый лоб.

Он вернул Сюэ Лина в комнату, затем ткнул волчонка в щеку. Он тыкал его до тех пор, пока Сюэ Лин не исполнился всякого нетерпения и, наконец, не открыл глаза, возмущенно пытаясь укусить его за палец. Си воспользовался его открытым ртом и засунул ложку крема прямо ему в рот.

Волчонок еще не успел собраться с мыслями - он на мгновение остолбенел, а затем глупо проглотил крем. Наконец, его глаза недоверчиво распахнулись, он уставился на мужчину, затем отвернулся и попытался выплюнуть то, что только что съел.

Си равнодушно сказал сзади:

"Если ты не будешь есть, я раздавлю твое демоническое ядро так, что даже Священное озеро не сможет восстановить повреждения. Таким образом, ты станешь обычным демоническим зверем".

Волчонок замер на некоторое время. Через полминуты Си беспомощно вздохнул и поднял его за загривок, чтобы снова прижать к груди.

"Разве быть моим питомцем не хорошо? Я могу дать тебе силу и сделать тебя сильнее. Если ты этого хочешь, я могу дать тебе это".

Сюэ Лин не открыл рта и просто позволил собеседнику двигать им по своему усмотрению, его тело было неподвижным и напряженным.

Си беспомощно посмотрел на него, но увидел, что глаза волчонка пусты, на влажных глазах блестят слезы, вид у него жалкий. Он не мог выглядеть более несчастным.

"Ты плачешь?"

Теперь его охватила паника. Ему действительно нравился этот кроха, причем нравился до невероятной степени. Его прежнее равнодушное отношение было притворством; теперь, когда малыш плакал, как он мог продолжать оставаться равнодушным?

"Я не могу оставаться здесь вечно".

Голос Сюэ Лина был полон сдавленных рыданий, он звучал трагично и заставлял сердца других людей страдать.

"Я не могу быть твоим питомцем. У меня еще есть дела. Если ты не позволишь мне их выполнить, даже если я превращусь в обычного зверя, я все равно уйду отсюда и отомщу".

Си погладил его по голове и на мгновение замолчал. Он пошел на компромисс и сказал:

"Я могу вывести тебя и помочь тебе отомстить, но при условии, что ты согласишься подписать со мной равноправный контракт. Кроме того, даже если ты захочешь уйти, это должно произойти через полмесяца".

Система: "..."

Что случилось с его жестокими, черными средствами? Бог зверей пошел на компромисс, как только Сюэ Лин заплакал! Как он мог быть последним богом в мире? Если бы все они были такими же мягкими и добрыми, как он, с этим миром рано или поздно было бы покончено!!!

Сюэ Лин отвернулся. Он больше не плакал, но, очевидно, не собирался соглашаться на просьбу Си.

После стольких миров он уже давно понял слабость этого человека, которой был он сам.

Лучшим способом добиться желаемого было насилие над собой; если для того, чтобы выиграть переговоры, достаточно было вести себя жалко, выглядеть трагично и плакать, он не возражал против этого.

В их борьбе не было никакого завершения. Си пошел на компромисс, но Сюэ Лин не собиралась идти ему навстречу. Он был отдельной личностью, и подписывать какой-либо контракт, пусть даже равноправный... кто захочет подписывать контракт в качестве демонического зверя, будучи человеком?

Хотя он и был демоном, а его изначальное тело было телом демона-лиса, у человека должно было быть собственное достоинство. Он никогда бы так легко не пошел на компромисс.

Так что этот вопрос зашел в тупик. Не привязывать насильно Сюэ Лина к себе было последним шагом Си назад. Если Сюэ Лин не желал с этим мириться, он тоже не собирался уступать. Атмосфера на мгновение застыла, а затем Сюэ Лин со слезами на глазах вернулся в свое маленькое гнездышко.

Он отказывался верить в то, что не сможет вести холодную войну против этого человека.

Но схема холодной войны немного изменилась. Чтобы остановить человека, насильно кормящего его кремом, Сюэ Лин начал есть, но его отношение к Си всегда оставалось безразличным. Так проходили дни более полумесяца, вплоть до того момента, когда тело Сюэ Лина практически преобразилось, и он был готов уйти. Тогда они поссорились во второй раз.

Система: "... Хозяин, ты выбрасываешь человека после того, как использовал его, как бессердечно..."

"Говори культурнее. Что значит бессердечный? Я выбрасываю его на задворки сознания только ради мести. Осталось разобраться с непримиримой ненавистью, как я могу встречаться и влюбляться в таком состоянии?!"

"... Разве твой человек не сказал, что может помочь тебе убить главного героя?"

Сюэ Лин потрогал подбородок и сказал:

"Почему я должен просить его помочь мне? Я хочу, чтобы Святой Эван лично ощутил, как убивают его семью и истребляют его расу".

"... Не говори с таким праведным выражением лица. Главный герой Эван - сирота, и у него уже давно нет родителей. Если ты хочешь убить его расу, разве ты не убьешь все человечество? Тогда воля всего мира будет против тебя".

Система уже давно привыкла к манере своего хозяина говорить глупости и бесстыдные слова с упрямым лицом. Ее хозяин всегда был из тех, кто делает все, что приходит в голову. Какими бы экстремальными и неистовыми ни были его идеи сейчас, всегда оставался шанс, что он забудет их, как только выйдет из комнаты.

Сюэ Лин проигнорировал систему. Он пытался воспользоваться тем, что Си не было в комнате, чтобы найти себе одежду. В эти дни он сохранял свою звериную форму, потому что ему приходилось заниматься культивированием днем, и кроме того, что он принимал человеческую форму, когда шел ночью в озеро, он вообще не трансформировался снаружи.

Невозможность найти одежду также была ключевым фактором в этом решении.

В комнате Си не было ничего, кроме кровати, которую он иногда использовал. Похоже, ему нужно было только место, где можно прилечь, так как он жил слишком долго, и его жизнь была слишком скучной, и кроме как спать, он больше ничего не мог делать.

Кроме кровати, Сюэ Лин не нашел нигде одежды... Подумав, он понял - Си был богом, и то, что на нем было надето, должно быть одеянием бога... оно должно было быть сделано из его божественной силы, поэтому он не нашел в комнате ни шкафа, ни гардероба.

После отказа от поисков одежды Си все стало проще. Сюэ Лин спустил когтями занавеску и аккуратно накинул ее на свое тело. Хотя было немного стыдно обернуть что-то подобное вокруг своего обнаженного тела, это было все же лучше, чем выйти на улицу без одежды.

В течение всего этого времени Си не ослаблял своего наблюдения за Сюэ Лином. Даже если он отлучался ненадолго, комната всегда оставалась закрытой.

Сюэ Лин отказался выходить через дверь, так как не знал, как выбраться из дворца. Скорее всего, его поймают еще до того, как он покинет парадные двери, поэтому он мог уйти только через окно.

За эти короткие полмесяца он наполовину перешагнул порог царства полубогов благодаря тому, что занимался культивированием день и ночь. Из-за ограничений собственной родословной он не мог продолжать восхождение, пока не был готов полностью заменить кровь, текущую в его теле, водой из Священного Озера.

Но Сюэ Лин решительно отказался. Он не хотел становиться богом. Ему нужна была сила, но при условии, что он не причинит вреда изначальному владельцу этого тела. Скорее всего, это был последний оставшийся волк Мо Янь, и если он полностью изменит свою кровь, то больше не останется ни одного представителя его рода.

Вода Священного Озера обладала собственным сознанием. Она могла перемещать Сюэ Лина по всему озеру, поэтому Сюэ Лин отказался позволить заменить свою кровь. У Священного озера был хозяин, и его хозяином был Си.

Если для того, чтобы стать богом, нужно было просто заменить кровь в своем теле водой из Священного Озера, то как только Си захочет, чтобы "бог" пал, ему нужно будет только приказать Священному Озеру сделать это.

Эти "боги" теряли свою "кровь", теряли свою силу, а затем взрывались, потеряв все.

Сюэ Лин смутно понимал, почему Си был последним богом в этом мире. Потому что он контролировал Священное озеро, а затем убил других "богов".

Сюэ Лин не хотел пока углубляться в вопросы, связанные с богами и Си. Ему еще нужно было разобраться со Святым Эваном. Используя дополнительные силы, накопленные за последние несколько недель, Сюэ Лин разбил окно в комнате, высунул голову наружу, огляделся и решительно прыгнул вниз.

Но как только он выскочил, занавес, обернутый вокруг его тела, был кем-то пойман и отдернут. Это сделало его ноги неустойчивыми, и он тут же упал.

Несмотря на панику, Сюэ Лин не забыл схватить занавеску. Он просто обернул ее вокруг себя - еще бы немного и он полностью обнажился!

Но теперь у него не было никакой возможности использовать силу своего тела. Все его тело было прижато к окну в странной позе, руки были разодраны и начали кровоточить.

Сюэ Лин недовольно поднял голову и посмотрел на Си, который не хотел отпускать свой конец занавески. Его взгляд был свирепым. Если бы он не застрял сейчас, то, возможно, подпрыгнул бы, чтобы укусить его.

Этот взгляд заставил Си немного растеряться. Он знал, что волчонок может принимать человеческий облик, и видел его издалека, но тогда это не вызвало у него никаких особых чувств. Ему казалось, что он предпочитает его пушистый, маленький вид.

Теперь, когда он был ближе и на него смотрели свирепые, суженные и сверкающие глаза, он необъяснимо почувствовал, что в груди что-то зашевелилось, а все его тело стало каким-то странным.

Если посмотреть вниз, то молодой человек, закутанный в занавеску, был стройным и светлокожим. Занавес оставлял его полускрытым и полуприкрытым. Это еще больше привлекало внимание, и Си почувствовал, что его щеки начинают гореть.

Но, несмотря на это, он не собирался отпускать стоящего перед ним человека и с помощью силы попытался втянуть Сюэ Лина обратно в комнату.

Но в мгновение ока юноша исчез, а из занавески вылетел волчонок и приземлился прямо на пол. Моргнув еще раз, он превратился в Волка ростом с человека и бросился бежать, желая вырваться наружу.

Си нахмурился, и его глаза проследили за бегущим волком. Он поднял руку, и вода из Священного озера вылетела и устремилась к волку.

Магическое пламя вокруг Волка Мо Янь было внезапно погашено водой из Священного Озера. Затем вода превратилась в цепи, которые превратились в круглую клетку, в которой оказался волк.

Он медленно поднял руку, и клетка медленно поднялась и зависла в воздухе.

Волк Мо Янь в клетке, похоже, не отказался от намерения бежать. Он был весь мокрый, пока превращался обратно в щенка, но неожиданно цепи сдвинулись вместе с ним; когда он уменьшился, цепи, составляющие клетку, тоже последовали его примеру, и она медленно поплыла обратно в комнату.

Сидя в клетке, Сюэ Лин чувствовал себя злым и подавленным. Он испробовал все, что только можно было испробовать. Так как он не мог убежать, он мог только поднять шум.

Он думал, что тот еще несколько раз ударит его по заднице, но тот лишь равнодушно посмотрел на него, а затем использовал свои божественные силы, чтобы починить окно и восстановить штору, после чего встал перед ним и отпер клетку.

Сюэ Лин был весь мокрый. Он сердито отвернулся и не хотел смотреть на человека, повернувшись так, что его зад был обращен к нему, а хвост совсем не вилял. Человек, который пытался убежать, был он сам, тот, кто устроил скандал, тоже был он; система спокойно хранила слова, которые хотела сказать, спрятав их где-то в брюхе.

У нее необъяснимым образом сформировалась ужасная привычка раздражать своего хозяина, и она слишком часто обижала его в этом мире. Лучше было пока помолчать.

Мужчина протянул руку и потрогал его мокрую голову, а затем довольно беспомощно использовал свои божественные силы, чтобы сделать ему одежду.

"Наденешь одежду, и мы поговорим?"

Сюэ Лин не ответил ему, но мужчина встал и направился к выходу.

"Даже если ты убежишь на край земли, я все равно смогу вернуть тебя в следующую секунду, так что не пытайся убежать тайком. Я уже достаточно побаловал тебя, а ты стал надменным и высокомерным".

Сюэ Лин ответил ему с усмешкой.

Мужчина беспомощно вышел. Как только дверь закрылась, Сюэ Лин снова принял человеческий облик и стал надевать одежду, над которой так трудился Си. Мужчина всегда знал, что ему нравится - это было словно вырезано в его душе после прохождения через столько миров.

Вещи, которые он готовил для него, всегда были удобными и хорошо подходили ему. Этот комплект одежды тоже был таким. Он был черно-красным, такого же цвета, как и его мех, и неизвестно, по какому образцу он был сшит, но талия была очень узкой, сапоги заканчивались на изгибе икры, а верхняя одежда напоминала костюм с небольшими украшениями.

Когда Сюэ Лин надел его, он идеально обрисовал его фигуру. Особенно от талии вниз, от этого его ноги выглядели особенно стройными и красивыми.

Его некогда короткие волосы отросли до пояса. Из-за того, что он намок до этого, его волосы все еще были мокрыми. Сюэ Лин откинул голову, чтобы убрать волосы за спину, и недовольно пошел открывать дверь.

Си стоял снаружи. Его взгляд задержался на его теле, когда он увидел, что тот вышел, хотел удовлетворенно погладить его по голове и нахмурился. Он потянул Сюэ Лина за руку, втащил его обратно в комнату и усадил на кровать, чтобы помочь ему высушить длинные волосы.

Сюэ Лин вырвал волосы из его рук и холодным голосом сказал:

"Чего ты на самом деле хочешь?".

"Я хочу, чтобы ты не смог покинуть меня".

Си, казалось, тоже не возражал против его отношения. Длинные черные волосы Сюэ Лина имели следы демонического красного цвета и были беспорядочно разбросаны по спине. Он использовал свою божественную силу, чтобы создать ленту, и, не обращая внимания на упрямство Сюэ Лина, связал его волосы и закрутил их.

"Как я уже говорил, я никогда не позволю тебе покинуть меня".

Сюэ Лин был недоволен:

"Я не понимаю. Я всего лишь обычный Волк Мо Янь. Может ли быть так, что такие тщедушные вещи ценны? Если тебе так нравятся Волки Мо Янь, почему ты не защитил эту расу? Ты - бог. Если бы ты захотел, Волки Мо Янь бегали бы и прыгали по всему двору! Почему ты поймал меня!"

"То, что мне нравится, это не Волки Мо Янь".

Рука Си погладила его по длинным волосам. "Это ты. Только ты".

Сюэ Лин фыркнул: "Ты просто хочешь домашнее животное. Почему ты сходишь с ума? Без меня ты можешь просто выбрать другого. Я уже говорил, есть вещи, которые мне еще нужно сделать, и я не могу подписать с тобой контракт. Ты также знаешь, что я уже расторгал контракты. Мне нечего бояться".

"Ты не боишься смерти?"

"О, я боюсь, как я могу не бояться? Больше всего я боюсь смерти. Если я умру, то не будет возможности отомстить".

Сюэ Лин опустил взгляд, и с точки зрения Си, его длинные ресницы дрожали, отчего он казался очень хрупким.

Си обнял его целиком. Хотя после принятия человеческой формы это тело уже не выглядело таким слабым и хрупким, Си все еще мог заключить его в свои объятия, когда пожелает.

Он прижался к голове Сюэ Лина, затем провел рукой по его шее, говоря:

"Я не хочу, чтобы ты умирал. Если ты не хочешь, я не буду заставлять тебя подписывать контракт... Но мне просто неспокойно, и я не хочу, чтобы ты покидал меня, поэтому я буду строить планы, заговоры и делать все возможное, чтобы ты был рядом со мной".

"Разве ты не сказал только что?"

Сюэ Лин нашел изъян в его словах.

Ты сказал, что даже если я убегу на край света, ты все равно сможешь поймать и вернуть меня обратно. В таком случае, чего ты боишься?"

"Это другое дело".

Си кротко улыбнулся и сказал: "Поймать тебя и вернуть, а потом заставить остаться - это не то же самое, что ты сам согласишься остаться со мной".

Сюэ Лин надулся. Он внутренне спросил: "Ты уже заставил меня остаться здесь. В чем разница?"

"Тогда..."

"Что если ты отпустишь меня, а потом вернешь обратно, когда моя месть закончится? Тогда я смогу остаться..."

Это был, пожалуй, первый компромисс Сюэ Лина, поэтому Си был весьма удивлен. Он думал, что для достижения своей цели ему придется долго разговаривать с этим малышом. Он не ожидал, что все будет так просто.

"Я пойду с тобой".

Сюэ Лин: "..." Он прилип к нему?

"Тебе не разрешается уходить из моего поля зрения".

Другая сторона пошла на компромисс, поэтому Си отхватил милю, когда ему дали дюйм.

"Это большой компромисс для меня".

Выдвинув такое требование, Си подвел черту, давая понять, что он уже сделал шаг назад, и Сюэ Лин может принять его или сдаться.

Сюэ Лин: "..." Он действительно становился все более и более бесстыдным...

Но был ли у него выбор? Нет...

Сюэ Лин беспомощно кивнул и согласился на эти унизительные и бестактные условия.

Выбраться из Леса Демонических Зверей было бы легко, если бы Си вела его за собой, но Сюэ Лин не уходил. В Лесу Демонических Зверей вскоре должны были произойти некоторые события, и он хотел посмотреть, как они будут развиваться.

Спустя полмесяца никто в Академии Старшего Бога уже не помнил о недавнем волнении. Хотя Эван все еще помнил Оливера, он не смог его найти, и постепенно отбросил этот вопрос на задворки сознания, сосредоточившись на предстоящем выпускном экзамене.

Это был самый важный экзамен в течение учебного года в Академии Старшего Бога. Он определял, смогут ли студенты продолжить обучение в Академии в следующем году.

Эван был очень выдающимся учеником, отличником. Поскольку он был сиротой, он жил на стипендию, которую предоставляла Академия, и не мог позволить себе отнестись к экзамену несерьезно.

Поскольку это был практический экзамен, Эвану нужно было найти команду, к которой он мог бы присоединиться. Согласно траектории его судьбы, в команде, в которую он попадет, будет человек, которого перекупила королева, мать принца. Этот человек напоит его запрещенным зельем, после чего у Эвана появится шанс встретиться с Си.

На этот раз Сюэ Лин все же даст Эвану возможность повредить свою душу. Зелье все равно будет введено, но он не даст Эвану никакой надежды на выздоровление. Ему было бы совершенно невозможно очистить свою душу и снова выйти на свет.

Он уже убрал Си из уравнения, и у Эвана не было возможности приблизиться к нему. Сюэ Лин также попросил Си заблокировать центральный слой, когда они уходили, так что у Эвана не было возможности случайно попасть туда.

Сюэ Лин хотел, чтобы Эван пережил не только эти события; Эван должен был понять, что чувствовал Оливер, падая в бесконечную тьму, борясь там, и пытаясь шаг за шагом отомстить, только чтобы быть побежденным с легкостью... Это глубокое, темное отчаяние было тем, что Эван должен был ясно ощутить на своей шкуре.

Конечно, помимо Эвана, главными целями мести Сюэ Лин были Кент и королева этой страны. Оливер мечтал вернуть себе одежду, сшитую из меха его родителей; он также хотел вернуть себе всю одежду, сшитую из волков Мо Янь по всему миру. Люди в этой стране должны были почувствовать гнев Волков Мо Янь и понять, что есть вещи, которые никогда нельзя делать.

Для того чтобы совершить эти вещи, требовались выдающаяся сила и способности. В конце концов, у знати и дворцов в этой стране были сильные и могущественные стражи. Оливер раньше вообще не решался приблизиться к дворцу, потому что, если бы он подошел, его окрас был бы виден насквозь. Но Сюэ Лин не боялся этого.

У него в голове уже были планы мести. Согласно смутным воспоминаниям изначального тела, Сюэ Лин привел Си к входу в Лес Демонических Зверей, который охранялся Академией Старшего Бога. Лучше было прибить пораньше, чем оставлять все на волю случая; к тому времени, как они прибыли, команды из Академии уже собирались в путь.

На этот раз студентов отправляли на экзамен в разные места. Поскольку ответственные лица были подкуплены, команду Эвана отправили ближе к центральному слою, чтобы ни у кого не возникло подозрений, если это приведет к потере целителя их команды.

Целительная сила Эвана была очень сильной, поэтому команда, которая взяла его с собой, тоже была очень мощной. В их возрасте такая команда должна быть способна легко сдать экзамен, но Эван не мог представить, какое будущее ждет его после входа в лес.

Сюэ Лин стоял на вершине дерева и смотрел на Эвана, который не хотел расставаться с Кентом. Спустя долгое время он вдруг спросил у стоящего рядом Си:

"Тебе нравится этот человек?".

Си невозмутимо ответил: "Мне нравишься только ты".

Сюэ Лин почти закатил глаза и продолжил:

"Если его душа загрязнится, ты будешь использовать Священное озеро для его лечения?"

Си задумчиво огляделся. Когда его взгляд остановился на Эване, в нем промелькнул убийственный огонек. Хотя контракт был расторгнут насильно, на теле Эвана все еще оставалась аура Сюэ Лина, и часть ауры Эвана также присутствовала на теле Сюэ Лина из-за наложенного им проклятия.

"Он твой бывший партнер?" — тон Си был низким и убийственным. Сюэ Лин повернул голову и посмотрел на него, предупреждение в его взгляде было очевидным.

"Не трогай его". Он поджал губы. "Я хочу разобраться с этим лично".

Си был еще более недоволен, когда он сказал это. Изначально он был недоволен тем, что кто-то другой смог связать себя с Сюэ Лином, а затем предал его. Если бы не Эван, возможно, Сюэ Лин не отказал бы ему в просьбе, и у Си не было бы официального титула, с которым он мог бы оставаться рядом с Сюэ Лином.

"Ты знаешь, что будет дальше?"

То, что Сюэ Лин спросил его об этом, указывало на то, что скоро произойдет что-то, что, скорее всего, будет связано с ним.

"Тогда ты хочешь, чтобы я спас его?"

Сюэ Лин покачал головой и сказал:

"Спаси его. Но не тем способом, о котором я говорил раньше".

"А?"

"Ты когда-нибудь слышал о "Падших небесах"?"

Сюэ Лин наблюдал, как Эван неохотно оторвался от Кента и вернулся к своей команде. Он сузил глаза и рассмеялся:

"Легенды гласят, что это зелье может даже загрязнить Бога Света и заставить его крылья почернеть".

Си поднял брови в некотором удивлении и улыбнулся, сказав:

"Я знаю об этом".

"Ты можешь подавить его на короткое время? Чтобы это была не внезапная вспышка, а инфекция, которая медленно, изнутри наружу, изменяет душу человека, пропитывая тьмой..."

Улыбка Сюэ Лина носила отпечаток веселья, его сузившиеся глаза сверкали злобой.

"Есть вещи, которые нужно переживать медленно, чтобы полностью понять глубину отчаяния..."

"Падшие Небеса" - это вода Священного Озера".

Си спокойно поделился этим потрясшим небеса фактом.

"Священное озеро состоит из света, но на самом деле, все элементы в полной мере присутствуют в воде Озера. Падшие Небеса — это просто вода из Священного Озера, которая была благословлена тьмой".

Он потёр подбородок и весело сказал:

"Я не ожидал, что хорошие вещи передаются по наследству. Скорее, именно такая вещь передавалась до сих пор и была взята на вооружение."

Сюэ Лин был ошеломлен и подумал, что это просто череда переплетенных событий. Неудивительно, что Эван смог войти во внутренний слой после воздействия 'Падшего Неба' и получить одобрение Священного Озера.

Дело было не в его ауре Святого, а в том, что "Падшие Небеса" в его теле изначально принадлежали Священному Озеру, и Озеро, естественно, было готово принять возвращение части его самого.

"Значит, все так и было..." — Сюэ Лин кивнул, чтобы показать, что он все понял. Си был владельцем Священного Озера. По его воле Священное озеро могло сделать все, что угодно в его руках. Отсрочить действие "Падших Небес" стало невероятно просто.

Пока они болтали, команды, собирающиеся войти в лес, уже выстроились в стройную очередь перед входом.

Сюэ Лин проследил за Эваном. После того, как их пропустили внутрь, он протянул руку и взял Си за руку.

"Пойдем и последуем за ними".

Си не знал, что именно хотел сделать Сюэ Лин, но поскольку это была его просьба, он не мог отказать. Но он не любил затягивать дело - такое медленное уничтожение врага было не в его стиле.

По его мнению, злодеи умирали от того, что слишком много болтали, поэтому им не следовало ждать, пока их противник станет сильнее и сильнее, делая ход в последний момент. Си предпочитал душить своих противников на начальных стадиях, пока они еще не выросли.

Однако методы Сюэ Лина нельзя было считать тренировкой противников, поэтому Си позволил ему делать то, что ему нравится.

Поскольку Си взял его с собой, Сюэ Лин нисколько не беспокоился о том, что потеряет след Эвана и его команды. Он наблюдал, как команда Эвана была отправлена в глубь леса, а затем с волнением попросил Си приказать нескольким демоническим зверям поднять шум.

И тут он снова увидел бедную Метеоритную Птицу... Ее действительно использовали повсюду; потеряв ребенка, Метеоритная Птица уже начала понемногу сходить с ума. После того, как Си направил ее в команду Эвана, она сразу же посчитала команду Эвана теми, кто украл ее яйца, и в отчаянии начала преследовать их.

Во время этого процесса команда Эвана впала в хаос, и их экзамен, который изначально проходил гладко, внезапно столкнулся с множеством взлетов и падений.

Поскольку многие из них были ранены, Эвану приходилось много лечить, и он очень уставал по ночам. Поскольку он был окружен своими товарищами по команде, он совсем не был начеку, и двум людям, которые долгое время плели заговоры, было легко сделать свой ход и подлить ему в воду "Падшие небеса".

Он выпил воду, проснувшись на следующий день, и обнаружил, что чем больше он использовал свою способность исцеления, тем больше наступала эрозия его души.

Пока двое думали, как избавиться от Эвана, Сюэ Лин предусмотрительно вмешался, чтобы помочь им, попросив Си приказать нескольким демоническим зверям осадить их, чтобы они разделились и полностью рассеялись.

Эван подумал, что это случайность, но Сюэ Лин не собирался позволять ему долго оставаться таким глупым и милым. Он хотел заставить Эвана понять, что этот мир не так уж и прекрасен. Есть вещи, которые не могут быть решены путем получения сил из одной только большой любви.

Под руководством Сюэ Лина Эван тайком услышал, как двое его товарищей по команде обсуждали вопрос о выполнении задания, и наконец узнал о личности Кента, а также о недовольстве королевы по отношению к нему.

Они никогда не встречались, но королева была намерена использовать столь жестокие методы, чтобы расправиться с ним. Что касается товарищей, с которыми он обычно так хорошо ладил и о которых заботился, то они тайно предали его ради собственного будущего и дали ему зелье.

Столпы мировоззрения Эвана начали рушиться. Он хотел броситься к ним и спросить, что происходит, хотел спросить, что он сделал не так. Почему его будущее, его жизнь и его возлюбленный должны были быть принесены в жертву ради их будущего?

Но его ноги больше не двигались, и он не мог издать ни звука. Он мог только смотреть, как двое его товарищей разбивают талисман, подающий сигнал о помощи, а затем рассказывают учителю, что он отделился от них и, скорее всего, погиб в Лесу Демонических Зверей.

Целители не обладали способностью к нападению, поэтому им нужен был кто-то для защиты. Эван заблудился посреди Леса Демонических Зверей один, и если бы его никто не защитил, он бы точно умер.

Сначала Эван пытался бороться, но затем он постепенно обнаружил, что его тело, похоже, находится под чьим-то контролем. Он не мог заставить окружающих обратить на себя внимание, и даже демонические звери, проходящие мимо, закрывали на него глаза.

Эван закрыл глаза, и только когда учитель ушел вместе с двумя его товарищами, он обнаружил, что снова может двигаться. Если раньше он сидел на корточках, то теперь встал, чувствуя онемение и слабость в ногах. Он прислонился к дереву и тихо позвал:

«Есть здесь кто-нибудь?"

Поскольку кто-то управлял им, он должен быть поблизости.

Он спросил несколько раз подряд, прежде чем услышал звук движения. Эван резко поднял голову и увидел две фигуры, стоящие на дереве. Один из них смотрел на него с улыбкой, отчего казался одновременно героическим и красивым, а его пара лисьих глаз была полна злых намерений.

Эван был потрясен. Он не видел этого лица уже несколько недель, но ему показалось, что в этом человеке что-то изменилось...

Странно, неужели глаза Оливера всегда выглядели так хорошо в прошлом?

"Оливер?" — голос Эвана был ошеломлен, когда он спросил вслух.

Сюэ Лин улыбнулся и поприветствовал его:

"Давно не виделись, Эван. Как ты оказался в таком тесном месте?"

Глаза Эвана загорелись, и он пробормотал:

"Оливер, ты вернулся, чтобы найти меня. Это потому, что ты хочешь вернуться на мою сторону? Я действительно так счастлив, что ты не желаешь покидать меня... Оливер, как они могли так поступить со мной? Мать Кента отравила меня... Оливер, ты заберешь меня отсюда? Ты ведь демонический зверь и должен быть знаком с Лесом Демонических Зверей? Ты отведешь меня к Кенту? У него найдется способ избавиться от яда в моем теле..."

Сюэ Лин широко улыбнулся и кивнул. "Я могу отправить тебя обратно".

Выражение лица Эвана было восхищенным.

"Я так и знал! Оливер, ты определенно не сможешь меня подвести. Должно быть, ты действительно любишь меня больше всех".

Когда он произнес эти слова, лицо Си было черным, как уголь. Он был там все это время, но Эван просто не мог его видеть.

Взгляд Эвана был полон нежности, когда он смотрел на Сюэ Лина, его глаза были мягкими, как вода. Если бы на его месте был кто-то другой, его сердце, вероятно, замирало бы от одного взгляда. Но на лице Сюэ Лина появилась легкая улыбка, и он продолжил:

"Но вернуться на твою сторону - ни за что".

Эван был ошеломлен.

"Я вернулся только для того, чтобы посмотреть, как ты шаг за шагом будешь предавать близких тебе людей".

Его взгляд был подобен ядовитым змеям, и ноги Эвана начали дрожать.

"Эван, знаешь ли ты, каково это - медленно гнить и терять все?"

Ночь в Лесу Демонических Зверей была долгой и страшной. Эван шел по лесной тропе ночью, не смея оглянуться по сторонам, не говоря уже о том, чтобы оглянуться назад. Хотя ему сказали, что он выйдет из леса живым, он все равно пребывал в состоянии крайнего ужаса.

Его дух был измучен до предела. Учитывая его крайний характер "святого святых", он был вынужден холодно наблюдать со стороны, как на его глазах умирают его товарищи, убитые грязными трюками других товарищей.

В глазах Эвана этот лес, этот экзамен уже превратился в нечто совершенно иное. Он впал в оцепенение и задумался, как он дошел до такого состояния.

Затем перед его глазами мелькнула улыбка того человека. От ужаса у него волосы вставали дыбом, и он метался и ворочался без сна, день и ночь напрягаясь, чтобы как можно скорее покинуть эту ужасную клетку.

Как только он выходил из этого места, представлявшего собой тьму, к нему возвращался свет — «его Кент» будет там, ожидая его возвращения.

Эван, пошатываясь, шел по дороге, ведущей из леса. Рядом с ним были свирепые демонические растения, которые использовали лианы как оружие, охотясь на людей или демонических зверей, которые ночью переходили на их территорию. Но все до единого избегали спотыкающегося, шатающегося Эвана, который даже не мог двигаться по прямой.

Дальнейший путь Эвана был совершенно безопасен. Когда он обнаружил, что никакие демонические звери не приближаются к нему, независимо от того, днем или ночью он путешествует, Эван проявил доброту и взял с собой целителя, отставшего от своих спутников.

К сожалению, его доброжелательность была глупой. У демонических зверей был приказ избегать его, но это не означало, что они будут делать то же самое с людьми вокруг него.

В итоге лекаря, который последовал за Эваном, затащили глубоко в лес. Эван долго преследовал его, но ничего не мог поделать, и ему оставалось только смотреть, как человек умирает у него на глазах.

После этого Эван перестал пытаться вывести других из леса...

Его сердце постепенно онемело; те чувства, которые он первоначально испытывал, помогая миру, постепенно исчезли, когда он погрузился в печаль и горе.

Он не мог спасти даже себя, не говоря уже о других.

Когда Эван думал об этом, он снова увидел в своем сознании лицо Оливера и вспомнил, что чувствовал, когда увидел Оливера три дня назад.

Он впервые понял, что такое предательство, и ему нужен был кто-то, кто утешил бы его, но Оливер жестоко сказал ему, что то, что ему предстоит пережить, гораздо больше, и это лишь начало.

Эван не знал, как Оливер дошел до такого состояния. Милый, симпатичный волк из его воспоминаний исчез, а тот Оливер, которого он помнил сейчас, был так же ужасен, как и этот лес.

Это явно был заговор, который Оливер затеял сам. Должно быть, он давно знал, что эти люди хотят его отравить, но не предупредил его, а просто наблюдал, как он шаг за шагом становится изолированным и покинутым своими товарищами по команде...

Верно, он проклял Оливера, чтобы тот не мог причинить вред Кенту и мог мстить только ему. Изначально он думал, что Оливер сможет понять, что в этом мире есть не только ненависть - кроме ненависти, есть еще и любовь. Но в сердце Оливера не было места для любви, он жаждал только мести.

Его племя уже умерло и не могло быть воскрешено. Почему они должны были причинять друг другу такую боль? Убийство врагов не вернет к жизни его родственников, верно? Почему он не мог умерить свою ненависть и начать все сначала...

Сюэ Лин вряд ли смог бы понять своеобразный образ мышления Эвана в этой жизни. Он не собирался следовать за Эваном из Леса Демонических Зверей. Он просто сказал Си, что этот человек не может умереть сейчас, а затем приготовился создать проблемы для Кента.

Кент был освобожден матерью от выпускного экзамена уже на второй день после того, как Эван вошел в лес по государственным делам и отправился в обратный путь в столицу. Даже если бы Эван вышел из Леса Демонических Зверей, он не смог бы сразу встретиться с Кентом.

Сюэ Лин дал Эвану интересное проклятие. Пока он использовал свои целительские навыки, чтобы помочь другим, сила света в его теле терялась и не могла быть восстановлена с помощью культивации. За каждую потерянную частицу силы света, его тело будет еще больше разъедаться "Падшими Небесами".

Первоначально Сюэ Лин хотел позволить Падшим Небесам разъедать его постепенно. Позже он решил, что так будет интереснее; с темпераментом Святого Эвана, он определенно хотел бы использовать свои способности для спасения других, но спасение других означало причинение вреда себе. В тот момент все будет зависеть от того, какой выбор он сделает.

Сюэ Лин хотел знать, до какого предела дойдет Эван. Будет ли его тело полностью испорчено Падшими Небесами к тому времени, когда он снова увидит Кента, или он будет в порядке, и светлая сила в теле все еще будет поддерживать его стабильность?

Настоящий Святой Эван пожертвовал бы собой ради спасения мира, в то время как те, кто действовал так только на поверхности, причиняли боль другим, чтобы спасти себя. Он не знал, какой путь в конечном итоге выберет Эван.

Уладив дела Эвана, Сюэ Лин решил отправиться в столицу. Он хотел исполнить желание первоначального владельца этого тела и забрать всю одежду, сделанную из меха волка Мо Янь.

Столица находилась недалеко от Лидшира, где располагалась Академия Старшего Бога. Столица называлась Буши, и она была центром страны и точкой, вокруг которой располагались все остальные человеческие города. Они жили на континенте, где две трети территории занимал Лес Демонического Зверя, поэтому казалось, что все равнины окружены горами.

Между Лидширом и городом Буши было два графства, но поскольку вся страна была не очень большой, хотя они и назывались графствами, на самом деле эти места были не очень большими. Если бы они ехали на лошадях, то путь занял бы около месяца, а если на демонических зверях, то меньше двух недель.

Сюэ Лин и Си проделали этот путь пешком.

Си был богом. Если он хотел, то мог появиться в любом уголке мира. Скорость Сюэ Лина тоже была очень быстрой - он сам был демоническим зверем, и его скорость не уменьшалась даже в человеческом облике.

Поэтому они вдвоем делали остановки, грабили знатные семьи, проходя мимо. Помимо одежды из меха волка Мо Янь, Сюэ Лин опустошал сокровищницы знати, забирая золотые и серебряные сокровища, шелк и атлас. Он забирал все, что видел.

Они путешествовали быстро и вошли в Буши сразу после того, как Кент ступил в город.

За последние две недели новости о кражах из знатных семей уже распространились по всему королевству. А поскольку кражи совершались по пути в столицу, почти каждый мог догадаться, где будет следующая остановка воров.

Самое страшное заключалось в том, что эти дворяне были застигнуты врасплох. Они жили безбедно и неторопливо уже очень долгое время и не предпринимали никаких мер предосторожности.

Теперь, когда они узнали, что стали мишенью, они потратили кучу денег на привлечение многих охранников, но все равно не смогли избежать участи быть ограбленными. В течение последних двух недель все дворяне были в панике.

Если эти воры смогли бесшумно забрать их сокровища, значит, они могли также бесшумно забрать и их жизни. Дворяне больше беспокоились о своей жизни и продолжении своего имени, чем о деньгах; если бы эти воры захотели, они могли бы лишить их жизни в любой момент - вот что беспокоило дворян больше всего.

Поэтому всевозможные доклады отправлялись в столицу и попадали на стол королевы. Королева начала обращать внимание на это дело и приказала провести расследование.

Такого вопиющего грабежа страна не видела уже очень давно. Они совершенно не скрывали своего местонахождения, а иногда даже случайно отправляли письма знатным семьям, указывая, что собираются посетить их дома этой ночью.

Подобные действия нанесли серьезный ущерб интересам знати в стране, и королева немедленно приказала людям серьезно расследовать это дело. Если подобные люди не будут пойманы и арестованы, достоинство дворян будет подорвано; у простых людей появится больше тем для обсуждения дворян, что крайне негативно скажется на правлении королевской семьи.

Как только она отдала приказ, пришел еще кто-то, чтобы доложить, что Его Высочество вернулся.

Королева опустила взгляд и отдала еще несколько распоряжений, после чего приказала людям пригласить Его Высочество в дом.

Пока королева и принц вели ожесточенный спор, Сюэ Лин и Си искали место, где можно поселиться в столице.

Сюэ Лин хотел остаться здесь на некоторое время, но качество гостиничных номеров здесь было слишком низким, поэтому он намеревался купить частный дом в столице. Они вдвоем только прибыли в столицу, но не стали тратить время на поиски гостиницы и сразу же начали искать поместье.

Этот мир был основан на западных фантастических мирах, и поскольку развитие цивилизации было не очень высоким, большинство простых людей жили в глинобитных домах, а дворяне - в небольших виллах.

Сюэ Лин хотел жить так же, но у него не было дворянского статуса, и он не мог купить виллу. Вместо этого он мог только найти посредника на черном рынке и снять виллу, приняв облик дальнего родственника знатного человека, которому не повезло.

Разобравшись с жильем, Сюэ Лин развернулся и потянул Си за собой, чтобы купить украшения и мебель. Си был озадачен его восторженным поведением, и после вопроса, какой стиль он хочет, он напрямую использовал божественную силу, чтобы изменить ремонт и декор всего дома.

Сюэ Лин был удивлен, что магия может быть использована таким образом. Внезапно перед ним открылась дверь в новый мир, и он обнаружил прекрасное применение для божества Си.

Хотя они вдвоем прибыли в столицу, они не собирались сразу же начинать воровство по всему городу. Сюэ Лин заставил систему следить за главным героем Эваном и сообщать ему, когда святой будет почти здесь, чтобы они могли сделать ход и отправиться во дворец, чтобы разобраться со всем одним махом.

"Почему ты все еще не хочешь сдаваться после того, как так долго следил за мной?"

Сюэ Лин лежал на толстом ковре. Все, что создавал Си, соответствовало его вкусам; ковер был сделан из меха демонического зверя и очень приятен на ощупь. Сюэ Лин любил бегать по нему босиком и кататься на нем, когда ему нечем было заняться.

Обычно Си сидел рядом, поэтому Сюэ Лину достаточно было протянуть руку, чтобы схватить его за угол одежды.

В отличие от облегающей одежды, которую он приготовил для Сюэ Лина, Си обычно носил белый халат и позволял своим волосам свободно ниспадать. Его халат был очень изысканным, расшитым разноцветными рунами различных стихий.

Они были очень сложными, и каждый рисунок представлял собой мощную защиту. У Си было много таких мантий, и после того, как Сюэ Лин пожаловался, что он все время носит одну и ту же мантию, он стал надевать разные мантии каждый день.

Иногда он завязывал волосы по указанию Сюэ Лина, а когда Сюэ Лин был без дела, он любил сидеть рядом с ним и заплетать ему волосы. Это был интересный способ убить время, и Сюэ Лин находил его очень забавным.

Си всегда позволял ему возиться, как ему заблагорассудится; даже если он испортит волосы, ему хватило бы мгновения, чтобы использовать божественную силу и выпрямить их, поэтому его совершенно не волновало, что Сюэ Лин делает с его волосами.

Когда Сюэ Лин играл, на его губах появлялся намек на улыбку, а его фигура вызывала у Си особое чувство родства и близости. Именно поэтому он всегда потакал ему.

"Я все еще не понимаю, почему ты так настойчиво хочешь сделать из меня домашнее животное. Очевидно, что я совсем не милый".

Сюэ Лин, конечно, понимал, что именно чувствует к нему мужчина, но сам мужчина не понимал! Хотя Си и понимал, что безжалостный бог безраздельно заботится о Сюэ Лине, он совсем не был просвещен.

Сначала Сюэ Лин намеренно решил не напоминать ему об этом, но позже он понял, что это было очень правильное решение. Таким образом, тепло старой пары будет время от времени выходить наружу. Сюэ Лин также не хотел, чтобы его утащили сразу в постель, поэтому он не особо пытался указывать Си и прояснять их отношения.

"Ты очень милый".

Ход мыслей Си не совпадал с ходом мыслей Сюэ Лина. Как и сейчас, когда они разговаривали, казалось, что они обсуждают совершенно разные темы. Он действительно чувствовал, что Сюэ Лин очень милый.

Независимо от того, что он делал, угрожал ли он Эвану и осложнял его жизнь, или отбирал имущество дворян, все его действия казались Си милыми и прекрасными.

Возможно, это было потому, что красота была в глазах смотрящего. Но как бы то ни было, для него все в Сюэ Лине было прекрасным.

Только вот он постепенно начал понимать, что его любовь к Сюэ Лину не похожа на заботу хозяина о своем питомце. Но если он не был домашним животным, то кем же он был для него?

Сюэ Лин лег на землю и некоторое время задумчиво смотрел на мужчину. Он увидел, что Си застыл на месте, и медленно отвел взгляд в сторону, тихо пробормотав:

"Это действительно странно, независимо от того, просветлен ты или нет, эта глупая внешность довольно мила, как бы я на нее ни смотрел...".

Он скатился со своего места у ног Си, прежде чем тот успел ответить.

Поскольку он еще не догадался, он мог дразнить его еще несколько дней. В любом случае, даже если Си поймет, что он на самом деле чувствует к Сюэ Лину, он все равно планировал вывесить его на просушку на некоторое время в качестве мести за то, как тот обошелся с ним, когда они впервые встретились в этом мире.

Эван должен был прибыть в Столицу через два дня. Сюэ Лин чувствовал, что самое время начать действовать.

Не было смысла наказывать Кента или Эвана в одиночку. Сюэ Лин хотел, чтобы эта пара поняла, что мир не вращается вокруг них, и никто не обязан жертвовать собой ради них так, как это сделала бы мать.

Для властного, "весь мир вращается вокруг меня" Святого Эвана, так стремившегося к тому, чтобы весь мир посвятил себя ему, это было не только смешно, но и жалко.

Сюэ Лин редко составлял планы, в которых могли быть задействованы два главных героя, и одновременно пара, которая казалась непреклонной и бесстрашной перед лицом любых внешних сил, действительно пересматривала и проверяла свои отношения.

Неискушенный Эван, о котором Си заботился в оригинальной истории, пожертвовал собой, когда Кент заподозрил его, и нарвался на меч Кента. Но теперь, он становился все ближе к смерти каждый раз, когда немного жертвовал собой.

Что бы подумал Эван, который постепенно начинал сомневаться в своих взглядах на жизнь и больше не верил в то, что любовь порождает безграничную любовь, когда Кент перестанет ему доверять, допросит его и направит на него меч?

Сюэ Лин подумал о противостоянии этой пары и решил, что за этим будет очень интересно наблюдать. Поэтому он отправил во дворец письмо, в котором указал, что они планируют ограбить дворец этой ночью.

О странных грабителях ходили самые разные слухи. Некоторые говорили, что они были группой. Иначе они не смогли бы унести столько золота и сокровищ из домов вельмож. Но поскольку они забрали все так быстро, а для большой группы людей просто не хватало времени, чтобы одновременно войти и выйти, многие отвергли эту версию.

Позже было высказано предположение, что грабитель должен быть пространственным магом, у которого было собственное пространство, и он мог очистить комнату с сокровищами, когда захочет.

Это предположение было принято большинством людей, даже если они не могли понять, зачем магу с такой силой делать такое или каков его настоящий мотив.

Но как только дело стало касаться борьбы между магами и дворянами, оно стало еще более интересным и популярным среди простых людей. В любом случае, они не потеряли ничего из своего имущества, а наблюдать за тем, как высокопоставленные и могущественные дворяне получают по морде один за другим, им было очень приятно.

Многие из простых людей были поклонниками такого воровства. Конечно, были и те, кто сожалел, что воры не следуют модели ограбления богатых, чтобы помочь бедным; в противном случае они могли бы получить немного больше денег.

Как номинальный вор, Сюэ Лин хотел возразить:

"Хочешь получить что-то просто так? Ха-ха".

У Сюэ Лина не было ни магического пространства, ни пространственной магии. Все, на что он полагался, было большим внешним плагином, Си. Любые требования Сюэ Лина всегда удовлетворялись Си; пока Сюэ Лин был готов оставаться рядом с ним, Си был полностью готов делать вещи, которые могли бы запятнать его репутацию бога, поэтому все шло очень гладко.

Он не казался добрым человеком, и у него не было совести, чтобы убедить Сюэ Лина быть добрым. На самом деле, идея опустошить сокровищницы дворян была его идеей. Он рассудил, что если бы он забрал только мех волка Мо Янь, то все было бы слишком очевидно.

Они работали рука об руку друг с другом и получили условное звание "воров".

Кстати, о людях во дворце: с тех пор как кто-то обнаружил письмо, написанное на изящной канцелярской бумаге и лежавшее среди груды официальных документов, об этом уже доложили королеве.

Королева в это время находилась на совещании, но когда она узнала о случившемся, то пришла в ярость и отругала людей, которым ранее приказала расследовать дело воров.

Позже Его Высочество наследный принц, который уже несколько дней вел холодную войну с королевой, открыл рот и попросил назначить его начальником стражи во дворце в ту ночь.

Кент не был самым влиятельным человеком во дворце, но его окружало множество людей, и подразделение магов королевства признало его законным наследником страны.

Если он будет там, самый могущественный маг, Верховный маг Мерфи, тоже захочет появиться. Королева взвесила все за и против и в итоге согласилась на просьбу наследного принца.

Она понимала, что если принцу удастся уладить этот вопрос, то у него появится преимущество, чтобы бороться с ней за власть, но это дело было слишком странным, и королева не чувствовала бы себя спокойной, если бы передала его кому-то другому и лишила бы дворец защиты Мерфи. У нее не было другого выбора, и она могла только верить в принца.

Если наследный принц не сможет решить проблему, или Мерфи не сможет справиться с ворами...

Королева сразу отбросила эту возможность. Мерфи была самым сильным человеком в Столице. Если даже он не сможет справиться с этии, тогда воры смогут разбежаться по всему миру, и у них не будет никакой возможности поймать их. Королева не хотела рассматривать этот наихудший из возможных вариантов развития событий.

Днем Кент собрал большое количество людей для тщательной охраны дворца. Он даже получил указ королевы и прямо приказал ввести комендантский час на эту ночь. Никому не разрешалось появляться на улице, а если их поймают, дворец расправится с ними как с ворами.

Его тактика была настолько жестокой, что многие люди испугались, прочитав указ.

Отправив письмо во дворец, Сюэ Лин послал людей разнести весть о том, что этой ночью во дворец войдут воры, поэтому многие узнали об этом еще до королевы.

Изначально они планировали следить за дворцом с наступлением ночи, но не ожидали, что Его Высочество применит столь безжалостные средства. Теперь им оставалось только сидеть и ждать новостей.

Толпа была недовольна, но Сюэ Лин с самого начала не возлагал на этих людей больших надежд, поэтому его это ничуть не беспокоило. Когда пришло время, он взял Си с собой и приготовился действовать.

Вещи, которые они "взяли", были очень произвольными. Они не боялись входить внутрь, независимо от того, насколько строгой была охрана вокруг сокровищницы, потому что Си всегда телепортировал их прямо внутрь.

Кент, похоже, не знал об их методах, а большинство его людей находились на периметре. Поскольку его мышление было негибким, внутри сокровищницы находилось всего несколько человек, но ситуация уже была намного лучше, чем у тех неудачливых дворян, которых ограбили раньше.

Большинство людей воздержались бы от выставления патрулей в своих сокровищницах, но Кент решил оставить свое главное оружие, Верховного мага Мерфи, в хранилище.

Духовное сознание Мерфи могло охватить всю столицу. Кент чувствовал себя очень уверенно и спокойно, когда он находился в центре.

Как только Сюэ Лин и Си вошли в сокровищницу, они обнаружили Мерфи, и Мерфи тоже заметил их. Палец Си слегка шевельнулся, и тут же появился пространственный разлом. Сюэ Лину не нравилось, когда люди вмешивались в его дела, поэтому Си подсознательно принял меры.

Он не стал помогать Сюэ Лину сражаться. Это был враг Сюэ Лина, и все, что ему нужно было сделать сегодня, это помочь ему прийти и уйти. В остальное время ему достаточно было просто оставаться сторонним наблюдателем.

"Два человека?" — Мерфи оказалась красивой молодой женщиной, ее кожа была белой, а характер - как снег. Ее длинные светлые волосы были убраны за спину, и она была одета в бледно-золотистую мантию.

Она казалась вырезанной из той же формы, что и Си, просто по тому, как они одевались. У нее было красивое лицо, а губы были сжаты вместе, как у королевы, выходящей из снега и льда, но на самом деле она была довольно старой. Только благодаря своей силе она смогла сохранить свою внешность.

"Я весьма удивлена".

"Верховный маг?" — Сюэ Лин знал, что в королевской семье есть святая покровительница.

Говорили, что когда-то она была принцессой королевской семьи, но благодаря своей силе она пережила своих сверстниц и с тех пор защищала королевскую семью. Наследник престола в каждом поколении должен был быть одобрен ею.

Ее положение было очень высоким, но Кенту все же удалось повлиять на нее, чтобы она приняла меры - похоже, что королевская семья действительно благоволила ему, и положение наследного принца не претерпит серьезных изменений.

"Наследный принц очень льстит мне. Он даже пригласил Верховного мага, чтобы тот держал оборону".

"Вы проявляете неуважение к дворянам, лишаете их финансов, оскорбляете королевскую семью и вторгаетесь в королевский дворец. Любого из этих преступлений достаточно, чтобы приговорить себя к смерти".

Красные губы Мерфи открывались и закрывались, когда она сразу определила преступления Сюэ Лина. Ее голос был ровным, и хотя она не могла видеть двух людей перед собой, ее импульс нисколько не уменьшился.

Она выглядела спокойной и невозмутимой, но Мерфи уже подготовила свои ходы. Если Си или Сюэ Лин предпримут какие-либо неожиданные действия, она сможет мгновенно среагировать. Правильно оценивать своих противников было отличной привычкой, которую она выработала за долгие годы.

Сюэ Лин прищурился и, наконец, обнаружил, что ему стало немного интересно. Его сила быстро росла, но Си был единственной, кто делал движения по пути, и у него не было возможности практиковаться. Уровень выше "высшего" в мире людей означал получение статуса бога, и он был очень похож на статус полубога, который он имел сейчас.

Сюэ Лин был заинтересован в том, чтобы как следует сразиться с этим верховным магом; он был бойцом ближнего боя, а противник - дальнего. Если он хотел сделать ход, ему нужно было...

"Си, помоги мне найти эту одежду. Все остальное в этом месте может быть уничтожено, но то, что мне нужно, точно должно остаться целым".

Он изогнул губы, обращаясь к Си.

Си кивнул, и в следующую секунду Сюэ Лин уже бросился вперед. Как волк, он был очень быстр, и в тот момент, когда он оказался в воздухе, его руки уже превратились в острые когти, а из вытянутых лап вырвалось красно-черное пламя, направленное прямо на Мерфи.

Мерфи уже поставила вокруг себя защиту. Она защищала от огня, но пламя все равно пробивалось сквозь нее. Многочисленные магические решетки, которые она разложила под ногами, начали активироваться одна за другой, и бесчисленные вспышки света с большой скоростью устремились к Сюэ Линю.

Из-за тающей защиты Мерфи на мгновение замерла, а Сюэ Лин воспользовался возможностью убежать от света. Он быстро спрятался, но его приближение уже было нарушено атаками. Сюэ Лин нахмурился, его шаги изменились, и он подпрыгнул в небо. Бесчисленные решетки под его ногами начали таять, а рассеянные языки пламени падали на них и сжигали.

Это была битва между бойцом ближнего боя и нападающим с дальней дистанции; Сюэ Лин непрерывно пытался приблизиться, а Мерфи постоянно отступала. Трудно было сказать, кто из них сильнее, и в ходе битвы вся сокровищница была практически уничтожена.

Си уже выполнил просьбу Сюэ Лина и собрал для него одежду, сшитую из меха его родителей, а также выбрал несколько предметов, которые он едва ли мог считать стоящими.

Вблизи его тела бесконечно падали световые и огненные шары, но все они бесполезно падали на землю, натыкаясь на защиту, которую он установил вокруг себя, и растворялись в маленьких углублениях на полу.

За пределами ограждения некоторые люди уже обнаружили аномалию в сокровищнице. Они попытались войти внутрь, но обнаружили, что территория закрыта заслонами, и начали непрерывно атаковать, пытаясь проникнуть внутрь. Си выглянул наружу, а затем небрежно пропустил одного из них внутрь.

Затем он исчез из виду и продолжил наблюдать за происходящим.

Человеком, которого он впустил, был Кент. Перед тем, как они пришли сюда сегодня, Сюэ Лин сказал ему, что он должен увидеть Кента сегодня вечером, поэтому Си воспользовался случаем и просто впустил его.

Кент пытался силой открыть завесу, но неожиданно ему сразу же удалось войти. Он магическим образом прошел через двери сокровищницы и сразу же вошел в палаты, но первое, что он увидел, это продолжающуюся битву Сюэ Лина и Мерфи и разрушенную сокровищницу.

"Ваше Высочество Мерфи!" — Кент выхватил меч и бросился вперед, чтобы помочь Мерфи разобраться с Сюэ Лином.

Нелепо было слабому человеку опрометчиво бросаться в бой между двумя сильными мастерами. Темп Мёрфи сразу же нарушился, она поспешно отбила атаки и мгновенно заняла оборонительную позицию.

Она знала, что заслоны были установлены другой стороной, но ей было непонятно, почему эти двое позволили Кенту войти внутрь. Ее движения стали беспорядочными, и мысли тоже пришли в хаос; ее движения немного замедлились, и Сюэ Лин воспользовался возможностью, чтобы усилить свои атаки, пока Мерфи не упала на два шага назад и не вырвала полный рот крови.

С другой стороны, Кент все еще радостно мчался вперед и выкрикивал имя Мерфи, но когда он встретился с суровым взглядом Сюэ Лина, он застыл на месте.

Время остановилось. Сюэ Лин прекратил свои атаки после того, как Мерфи вырвало кровью, и они втроем образовали треугольник, столкнувшись друг с другом. Сюэ Лин бесстрастно смотрел на Кента, и Кент, наконец, оправился от удивления.

"Это ты..." — пробормотал он низким голосом, затем внезапно бросился к Мерфи и протянул руку, чтобы поддержать ее:

"Простите, Ваше Высочество, я был безрассуден".

Мерфи покачала головой. Хотя она и была ранена, другая сторона не нанесла ей серьезных повреждений. Сюэ Лин мог бы ударить ее, но было ясно, что он контролировал свою силу и остановился после того, как она вырвала полный рот крови.

"Вы знаете этого человека?" — Мерфи больше волновали слова Кента, чем ее тело. "Этот человек силен, и за ним стоит таинственная личность. Как ты их спровоцировала?"

Сначала Мерфи подумала, что они пришли за национальными сокровищами и золотом в сокровищнице, но эти два человека, похоже, не собирались грабить и воровать.

Казалось, они вообще не жаждали этих вещей и совершенно не заботились о них, пока сражались. С первого взгляда было ясно, что они здесь не ради сокровищ. А раз не ради сокровищ, то, должно быть, ради мести.

И если Кент знал их, то, вероятно, это произошло из-за участия Кента.

Когда разговор перешел на тему провокации Сюэ Лина, выражение лица Кента стало странным.

Сюэ Лин усмехнулся и посмотрел на принца взглядом, полным иронии. Он хотел услышать, какие слова вырвутся из уст Кента.

"Оливер! Я же тогда дал тебе шанс! Я не ожидал, что ты будешь одержим до такой степени, что совершишь ужасное преступление - проникнешь во дворец! Если ты сейчас признаешь свою вину, я смогу сохранить тебе жизнь. В противном случае все закончится не так просто, как расторжение контракта!"

Слова Кента содержали серьезный подтекст. Он яростно прорычал их в лицо Сюэ Лину, но это было похоже на то, что он говорил громко, чтобы компенсировать недостаток мужества.

Сюэ Лину вся эта ситуация показалась довольно забавной. Он усмехнулся и сказал:

"В таком случае, спасибо, Ваше Высочество, что позволили мне дожить до сегодняшнего дня. Если бы не Ваше Высочество, возможно, я бы до сих пор находился в Лесу Демонических Зверей, даже не зная, что такое дворец".

Мерфи нахмурилась. Слов, которыми обменялись эти двое, было уже достаточно, чтобы она увидела некоторые подсказки. Если бы действительно существовала возможность примирения, или, скорее, если бы существовало средство унять эту ненависть, Кент не стал бы так открывать рот и оскорблять другую сторону.

Теперь, когда он так говорил, казалось, что он пытался сказать ей, чтобы она не пыталась помирить этих двух людей; ненависть между ними была больше, чем небо, и она была обречена на провал.

Это было не очень хорошо. Кента с детства учила Мерфи, и она всегда подчеркивала, что он не должен обижать других до такой степени, когда только смерть может решить проблему. Всегда должны оставаться другие пути решения проблемы. Когда же ему удалось спровоцировать такого человека?

"Кент".

Мерфи сделала шаг вперед. Хотя Кент дал ей сигнал, Мерфи все еще хотела попытаться смягчить отношения между двумя сторонами.

"Есть ли какие-то недоразумения между вами и этим джентльменом? Если да, то лучше это обсудить. Если мы сможем это обсудить, все смогут остаться друзьями".

Она вела себя как посредник, и это выглядело особенно жалко.

Сюэ Лин пожал плечами и сказал:

"Нет необходимости. Я не настолько хорош, чтобы дружить с Его Высочеством Кентом, да и не хочу".

"Ваше превосходительство".

Мерфи была человеком, который умел отбросить свои замашки. Иначе ей не удалось бы выжить до сих пор. Ради королевской семьи, по ее мнению, можно было пойти на многие компромиссы, поэтому она продолжала пытаться наладить отношения с Сюэ Лином.

Больше всего нужно было приложить максимум усилий, чтобы понять противоречия между двумя сторонами, чтобы их можно было разрешить.

"Я - старшая родственница Кента, и его дела - это мои дела. Если Кент нанес обиду, вы можете объяснить ситуацию, и я постараюсь ее разрешить".

Она выглядела особенно искренней. Сюэ Лин наклонил голову и долго смотрел на нее, а затем вдруг рассмеялся и сказал:

"Хорошо, тогда разрешите эту ситуацию для нас. Что, по мнению Ее Высочества Мерфи, нужно сделать, чтобы решить проблему убийства отца и матери, истребления всей расы, заставить демонического зверя насильно разорвать контракт с хозяином и тем самым сильно навредить себе, а затем дать предыдущему хозяину демонического зверя яд **, от которого нет лекарства?"

"Это..."

Лицо Мерфи слегка побледнело. Каждое слово, произнесенное Сюэ Лином, казалось, било ее по лицу. Она только что сказала, что возьмет на себя ответственность за другую сторону, но за те вещи, которые сделал Кент, каждой из них было достаточно, чтобы другая сторона могла обоснованно потребовать жизнь за жизнь. Но где она могла найти столько Кентов, чтобы он мог их убить...?

Кент побледнел и в ужасе сказал:

"Когда это я отравил Эвана? Я так его люблю!!! Что с ним случилось? Разве он не пошел участвовать в выпускном экзамене? Как такое могло случиться?"

Сюэ Лин изогнул губы и иронично рассмеялся. С того момента, как он увидел Кента, насмешливая улыбка, затаившаяся в уголках его губ, становилась все шире и шире, отчего сердце Кента все больше паниковало.

"Что касается того, что его отравили, тебе придется спросить у своей почтенной матери. Я оставил Эвана меньше чем на полмесяца, но ты уже сорвал маску доброты и сделал убийственный шаг против него. Ваше Высочество наследный принц, может ли быть так, что вы действительно невежественны в этом вопросе? Легко ли вам было врать Эвану о своих чувствах? Не может быть, чтобы Ваше Высочество не знало о препарате Падшие Небеса, верно? Вы злобно используете подобные вещи, а теперь хотите спросить меня, как с ним что-то случилось?"

"Если бы не уровень силы Эвана, позволяющий ему силой подавлять тьму внутри, он, вероятно, стал бы одним из мира демонов."

Выражение лица Сюэ Лина было прохладным:

"Я пришел только для того, чтобы испытать его. Вашему Высочеству наследному принцу лучше подумать о том, как его вылечить. Если Эван умрет под вашими руками, я дам вам испытать, что такое ад".

"Если с ним что-то случится, я похороню всю королевскую семью в отместку".

Мерфи не знала, что за человек Эван, о котором говорили обе стороны. Хотя королева и Кент сильно поссорились из-за Эвана, она не вмешивалась и даже не была уверена, есть ли у Кента возлюбленная. Или что это касается такого важного вопроса.

Глаза Кента были красными от гнева.

"Это Эван попросил тебя прийти?"

"Кто же еще? Твоя мать хотела уничтожить его и дала ему яд. Сила света в его теле будет рассеиваться понемногу, и однажды он окончательно погрузится во тьму. В тот день он обязательно потащит тебя за собой".

Улыбка Сюэ Лина приобрела злобный оттенок в глазах Кента.

"Поэтому, Ваше Высочество, не стоит беспокоиться. Вещи, которые должны быть возвращены вам, рано или поздно вернутся".

Кент вздрогнул и проговорил с недоверием:

"Самое нерушимое, что есть между нами, - это доверие. Я не верю в это. Ты, должно быть, обманываешь меня!"

Сюэ Лин пожал плечами. В любом случае, семена подозрений были посеяны. Даже если Эван разоблачит его ложь, Сюэ Лин знал, что Кент больше никогда не сможет доверять Эвану всем сердцем и душой. В конце концов, ему нужно было защититься от того, чтобы Эван не забрал его с собой в ад.

Стать демоном было самым порицаемым явлением на этом континенте, и Кент не стал бы так жертвовать собой ради Эвана. В это верил Сюэ Лин, и на этом основывались его усилия.

Мерфи молча наблюдала за происходящим. Кент полностью потерял самообладание и превратился в безумца; она глубоко вздохнула. По сравнению с Кентом, который обратил внимание только на вторую половину слов Сюэ Лина, Мерфи прекрасно понимала, что то, что было сказано в первой половине, было более пугающим.

Убийство всей семьи и даже истребление целой расы. Разве можно относиться к такому легкомысленно? Даже если дать этому демоническому зверю десять Кентов для убийства, то и этого будет недостаточно в качестве компенсации.

Так и есть. Теперь Мерфи было ясно, кто перед ней. Возможно, она не могла с точностью сказать, чем занимался Кент на протяжении многих лет, но ей было ясно, что именно ей нужно знать.

У Кента не хватало смелости для геноцида, но если бы ей нужно было указать хоть один случай, когда произошло "уничтожение клана" или "уничтожение расы", то это были бы только Волки Мо Янь того года.

Ей и раньше было интересно, что за пламя использовал юноша, но теперь казалось, что это было уникальное пламя Волков Мо Янь. Но поскольку сила юноши была намного выше, чем у обычных Волков, пламя стало намного яростнее и могло быть использовано непосредственно в атаках против нее.

"Похоже, сегодня невозможно заключить мир..." Мерфи, наконец, осознала этот момент.

"Настоящей целью твоего путешествия сюда были меха волков Мо Янь, верно? Ты также пришел во дворец ради мехового одеяния, которое Кент подарил королеве".

Сюэ Лин кивнул.

"Мы получили его, и пора идти. Вашему Высочеству Мерфи не нужно нас провожать. Думаю, мы еще встретимся в будущем".

Мерфи протянула руку, наблюдая за его уходом: "Подождите. Неужели нет никакого способа решить это?"

"Да."

Сюэ Лин широко улыбнулся, повернув голову назад, чтобы посмотреть на нее. На самом деле, он очень ценил этого верховного мага. Она не нагнетала обстановку, не давила, и ее характер не был таким уж несносным. С какой стороны ни посмотри, она вовсе не выглядела пушечным мясом.

"Если Его Высочество наследный принц, а также Ее Королевское Высочество королева и все те, кто согрешил против меня, будут переданы мне, чтобы я поступил с ними по своему усмотрению, я могу отпустить королевскую семью".

Мерфи долго молчала. Наконец, она покачала головой.

"Этим вы разрушите фундамент королевской семьи, и королевская семья никогда не оправится".

"Поскольку Ее Высочество Мерфи не может принять такое решение, тогда просто спокойно ждите моей мести".

Сюэ Лин повернулся и поднял руку.

"Будьте уверены, я обязательно верну все, что королевская семья мне задолжала".

После того, как его голос упал, перед ним появился Си. Сюэ Лин встретил его глубокий взгляд и почувствовал, что в нем что-то не так, но он не стал долго думать об этом, взял его за руку и сказал:

"Пойдем".

В прошлом Си достаточно было взять его за руку, чтобы увести их, но сегодня Си притянул его в свои объятия и обхватил руками за талию, прежде чем увести их. Если Сюэ Лин не ошибся, Си даже бросил на Мерфи многозначительный взгляд, прежде чем они ушли.

Сюэ Лин: "???"

Он лишь немного поблагодарил Мерфи... Неужели он должен был зайти так далеко...

Факты доказали ему, что Си действительно должен был это сделать. Неизвестно, что за внезапное осознание пришло к Си во время его схватки с Мерфи, но после того, как он привел Сюэ Лина обратно в их гнездо, он неотрывно смотрел на Сюэ Лина, не говоря ни слова.

Под его горячим взглядом Сюэ Лин принял ванну, переоделся, заварил чай и, прихватив с собой пухлую подушку, устроился рядом с камином. Свет от огня освещал книгу в его руках, а также мягкое выражение его профиля.

После того, как на него долгое время смотрели, Сюэ Лин уже привык к этому. Он видел, что Си хотел что-то сказать, но, подождав некоторое время, так и не открыл рот, поэтому Сюэ Лин принялся читать книгу.

Как только он начал, он увлекся, и к тому времени, когда он вернул свое внимание к окружающей обстановке, Си уже пересел с дивана, стоявшего недалеко от него, и оказался рядом с ним. Он все еще молча смотрел на него, хотя ему явно было что сказать.

Сюэ Лин наклонил голову и встретил его взгляд. Через некоторое время Си неожиданно подошел, положил руку ему на затылок, наклонился вперед и поцеловал его прямо в губы.

Сюэ Лин посмотрел на него с некоторым удивлением. Си и раньше целовал его, но всегда так, словно умиротворял или проявлял заботу, поцелуи были легкими и мимолетными. Но в этот раз, хотя их губы встретились, он не просто прикоснулся и ушел.

Сюэ Лин застыл на месте, когда Си вдавил его в ковер. Он поднял глаза, чтобы посмотреть на него, а затем опустил голову и кончиком языка лизнул губы Сюэ Лина.

Сюэ Лин моргнул и с готовностью раздвинул губы, чтобы язык Си мог беспрепятственно проникнуть внутрь. После этого все вышло из-под контроля: Сюэ Лина целовали до тех пор, пока он не превратился в лужу на земле.

Огонь от камина рядом с ним нагрел все его тело до невероятного жара, и после двух глубоких поцелуев его дыхание стало неровным, но Си, казалось, нашел что-то восхитительное. Сюэ Лин попытался вырваться, но Си лишь сильнее притянул его к себе и не отпускал.

Кончик языка Си нежно лизнул его губы. Губы Сюэ Лина уже покраснели от предыдущих поцелуев, но Си не отходил от него ни на шаг и время от времени наклонялся, чтобы украсть поцелуй и воспользоваться преимуществом.

Сюэ Лин немного пришел в себя, поборолся и оттолкнул Си от себя. Он нахмурился и спросил,

"Почему ты вдруг так себя ведешь!"

Си уставился на его влажные губы и облизал свои.

"Просто мне вдруг захотелось тебя поцеловать".

Сюэ Лин: "..."

"Хотя я знаю, что ты просто хочешь, чтобы между ними возникло недопонимание и начались проблемы, мне очень неприятно слышать от тебя слова, которые создают впечатление, что ты защищаешь других".

Он сузил глаза, в сапфирово-синих глазах вспыхнуло пламя. Это несколько удивило Сюэ Лина, так как в тот же миг он почувствовал, что человек перед ним изменился.

Нынешний Си был похож на того, каким он был, когда Сюэ Лин впервые увидел его в этом мире. Не то чтобы он был холодным и отстраненным, но в нем чувствовалась какая-то жестокость и грубость. Раньше Сюэ Лин думал, что это иллюзия, но теперь...

"Когда ты это сказал, я подумал, что было бы неплохо, если бы был какой-то способ заблокировать твой рот".

Сюэ Лин: "..." Конечно, что-то было не совсем так...

"Эй."

Си нежно погладил рукой щеку Сюэ Лин. Его движения были очень мягкими, но кончики пальцев были холодными. От его прикосновения Сюэ Лину захотелось задрожать.

"Если ты не хочешь быть моим питомцем, как насчет того, чтобы стать моим любовником?"

Сюэ Лин был ошеломлен.

"Хотя мне не нравится ни один из них, и тебе они тоже не нравятся, я думаю, что их отношения нам вполне подходят".

Си поймал руку Сюэ Лина и потянул его вверх, затем опустил голову и слегка поцеловал тыльную сторону его руки. Он поднял голову и посмотрел на него, в его глазах был легкий холодок, как будто если Сюэ Лин не пообещает и не согласится, он вырубит его и унесет в маленькую черную комнату.

"Я просто посмотрел, какие отношения у "любовников"".

Сюэ Лин снова оказался в его объятиях, а его свободная рука медленно спустилась с талии, погладила по талии и время от времени пощипывала ее.

"По сравнению с тем, что я относился к тебе как к домашнему животному, мне, кажется, больше нравится прикасаться к тебе и сближаться с тобой. Я только что попробовал, и мне очень нравится целовать тебя".

Сюэ Лин протянул руку и схватил блуждающую руку Си. Он сузил глаза, встретившись с ним взглядом, затем наклонился вперед и прижался к лицу Си. Его губы изогнулись, и теплый выдох его дыхания нагрел щеку Си.

Их позиция была очень интимной, ухо Сюэ Лина терлось о плечо Си, его действия одновременно возбуждали и были двусмысленными. Его голос был низким, когда он спросил:

"Только поцелуи?"

Сюэ Лин поймал руку Си и, воспользовавшись его кратким оцепенением, перевернул его и подмял под себя. Он сел на талию Си, наклонился и опустил голову так, что его лоб уперся в лоб Си, а носы потерлись друг о друга. Его взгляд был способен свести человека с ума.

"Когда ты прояснишь, чего именно ты хочешь, мы сможем продолжить выяснять отношения между нами".

Си положил одну руку на спину Сюэ Лина, а другую положил на его талию.

"Ты не собираешься учить меня?"

Его дыхание было неровным. Сюэ Лин сидел на нем и отчетливо чувствовал, что некоторые части его тела заметно изменились.

"Ты не захочешь знать, к каким последствиям приведет то, что я буду учиться сам".

Они долго смотрели друг на друга, потом Сюэ Лин неожиданно рассмеялся и сказал:

"Нет никакого вреда в том, чтобы учить тебя. Ты мне очень помог, и получение некоторой выгоды вполне естественно".

Кончики его пальцев скользнули по шее мужчины. Его прикосновения были легкими, но каждое его действие было крайне провокационным.

"Но после этого времени между нами все будет ясно. Все, на что я согласился раньше, и все, что ты сделал, после этого станет недействительным".

Взгляд Си потемнел.

"Ты хочешь избавиться от меня вот так просто? Ты готов пожертвовать чем-то только ради того, чтобы оставить меня?"

Сюэ Лин покачал головой. Он весело сказал: "Куда подевались твои мысли? Даже если я брошу тебя, куда я пойду? Согласишься ли ты расстаться со мной?"

Си покачал головой.

Сюэ Лин облизнул губы: "Я просто хочу свести счеты между нами, чтобы с сегодняшнего дня мы могли относиться к нашим отношениям более просто".

Пока он говорил, он протянул руку, чтобы стянуть с Си одежду.

Халат Си выглядел очень сложным, что всегда подчеркивало воздержанность в его облике, как будто он был полностью отделен от каких-то низменных желаний.

Это было правдой. В конце концов, когда еще можно было увидеть, как бог приходит в недоумение от эрекции? Он всегда был холодным и спокойным божеством, стоящим высоко над всеми. Сюэ Лину нравилось видеть его напряженное лицо. Возможность дразнить кого-то до такой степени, что он весь раскраснелся, доставляла Сюэ Лину огромное удовольствие.

На самом деле, ему очень нравилось, что в каждом мире были небольшие различия в темпераменте человека. Это означало, что каждый раз, соблазняя его, он мог испытать что-то свежее и новое, и, кроме того, что другая сторона всегда забывала о нем, Сюэ Лин был исключительно доволен всем остальным.

Конечно, это не заставило его отказаться от намерения вспомнить, кто этот человек. В конце концов, если они были связаны друг с другом с самого начала, то вспомнить все было единственным способом уравновесить их отношения.

Возможно, именно поэтому мужчина всегда отказывался рассказать ему обо всем и настаивал на том, чтобы он узнал все сам. Его силы постепенно восстанавливались, и пройдет совсем немного времени, прежде чем воспоминания о том, что было между ними, перестанут быть тайной.

Сюэ Лин потянул, думая, что ему удастся снять слой одежды Си, но неожиданно его рука оказалась пустой, так как одежда Си исчезла. Он сузил глаза и пристально посмотрел на человека под своим телом.

"Ты знаешь, что я хочу сделать?"

"Ты хотел снять с меня одежду, верно?"

Ответ мужчины был спокойным. Несмотря на то, что корни его ушей уже покраснели, его тон и выражение лица все еще были полностью под его контролем.

"Одежда бога - это не то, что может снять каждый".

Сюэ Лин издал звук "ох", затем поднял брови.

"Раз уж так..."

Он ухмыльнулся:

"Тогда сам сними мою одежду. Это считается ответной услугой для тебя?"

Он взял руку Си в свою и потянул ее за собой, чтобы снять завязки, скрепляющие его халат для сна. Сюэ Лин улыбнулся, медленно, шаг за шагом, позволяя халату, в который он был одет, упасть с его плеч. Это действие было особенно провокационным: он был обнажен под халатом, и его стройное, но сильное тело медленно, шаг за шагом открывалось взгляду Си, обнажая плавные линии мышц и привлекательную белую кожу, купающуюся в отблесках мерцающего пламени камина. Когда халат медленно сполз вниз, дыхание Си стало учащенным.

Сюэ Лин медленно вынул руки из рукавов халата, и распахнутый халат свободно задрапировался на его теле, наполовину скрывая, наполовину открывая его наготу. Он все еще сидел на теле Си, и тот чувствовал, как нижняя часть его тела прижимается к нему сзади, но Си ничуть не стеснялся и не смущался, просто наблюдая за Сюэ Лином. Хотя он учащенно дышал, казалось, он не собирался делать никаких движений.

Сюэ Лин наклонился, и они оказались прижаты друг к другу. Он понизил голос и прошептал на ухо Си:

"Тогда позволь мне научить этого бога тому, чего именно ты хочешь".

……………………….

В ту ночь выпал снег. Он падал и покрывал весь город, когда дворец выдал ордер на обыск, и все гостиницы в столице были обысканы, но никто не был пойман. Утром следующего дня в городе было много разговоров.

Ходили слухи, что прошлой ночью рухнуло хранилище сокровищ дворца, и Его Высочество наследный принц не смог поймать воров. Люди были в смятении, и по какой-то причине все они начали беспокоиться о своих собственных домах.

Если эти воры могли свободно приходить и уходить из дворца, что они будут делать, если на них нападут?

В это время Кент спорил со своей матерью, которая также была королевой этой страны.

"Если мы не обыщем весь город сейчас, никто не сможет поймать их после побега!"

Королева, казалось, была в плохом настроении. Она сердито проговорила:

"Вчера вечером я передала тебе весь дворец, но ты так и не смог их поймать. Какой смысл искать их сейчас? Сможешь ли ты их поймать, даже если найдешь? Что если это вызовет бунт?! Ее Высочество Мерфи им не соперник, так что же ты хочешь сделать?! Бросить свою жизнь на произвол судьбы?!"

Кент разозлился еще больше. Он не думал, что все будет именно так. Кто знал, что случилось с этим Волком Мо Янь после того, как он расторг контракт с Эваном?! Он стал таким могущественным!

"Если бы мать не отравила Эвана за моей спиной, он бы не проделал такой путь во дворец! Чья это была вина! Матушка, как ты можешь сидеть здесь так спокойно!"

"Ха. По сравнению с Эваном, этот человек больше беспокоится о том, что ты убил его родителей и уничтожил всю его расу".

Королева усмехнулась: "Они даже могут свободно приходить и уходить в моем дворце; есть ли смысл беспокоиться? Если они захотят убить меня, я не смогу убежать, куда бы я ни пошла. Только я всего лишь получатель подарка, а он, скорее всего, будет больше сосредоточен на твоей смерти. Это не имеет ко мне никакого отношения".

Отношения между матерью и сыном всегда были очень напряженными. Королева долгое время находилась у власти, но она не выглядела старой и могла еще долго жить. Однако рост Кента был слишком быстрым и заставлял Королеву чувствовать угрозу, поэтому Королева была готова сделать все, что угодно, лишь бы помешать Кенту.

Отношения между матерью и сыном уже стали непростыми из-за их личных интересов и стремления к власти. На первый взгляд казалось, что дело с Эваном было вызвано тем, что королева не хотела, чтобы ее сын был связан с гражданским лицом, но на самом деле главная причина заключалась в том, что королева беспокоилась о чистоте светлой силы, содержащейся в теле Эвана.

Чем сильнее был Эван, тем больше он мог бы помочь Кенту, и тем большую угрозу они представляли бы для ее положения Королевы.

На этот раз инцидент послужил лишь искрой, которая разожгла конфликт между матерью и сыном. С утра вся комната была наполнена запахом пороха, и многие слуги держали головы опущенными и не решались заговорить. И только Мерфи, которая все утро молча сидела в стороне, наконец, решила заговорить:

"Если бы они действительно хотели, никто бы здесь не смог жить. Ради нашего будущего, единственный человек, на которого мы можем воздействовать, это Эван..."

Как только речь зашла об Эване, все в комнате замолчали. Мерфи наблюдала за тем, как выражения их лиц становятся странными, и ее собственное выражение постепенно становилось уродливым.

"Какой именно Эван? Кент, какие у вас с ним отношения? И какие отношения с ним у того человека, которого вы называете Оливером?"

Кент замолчал на мгновение, затем сказал:

"Оливер раньше был контрактным зверем Эвана. Но месяц назад он насильно разорвал контракт с Эваном и сильно поранился. Эван - мой любовник. Я встретила его в Академии Старшего Бога... Он целитель и очень близок к силе света".

"Насильно расторгнут?" Мерфи нахмурился и сказал: "Это наносит очень большой ущерб демоническим зверям, и их демоническое ядро может даже разрушиться. Как он мог так сильно измениться за такой короткий промежуток времени?"

"Я не знаю. С тех пор Эван больше его не видел. Мне также неясно, как он стал таким сильным".

"А что насчет Эвана? Падшие Небеса, о которых он говорил раньше... Это ведь не те Падшие Небеса, которые я знаю?".

"Что именно такое Падшие Небеса... Ваше Величество Королева, не могли бы вы рассказать нам сейчас?"

Выражение лица Кента было мрачным. Хотя у него теперь были свои сомнения по поводу Эвана, он все еще больше беспокоился о том, что за яд дали Эвану. Хотя он был наследным принцем, оставалось еще много секретов, которые не будут известны ему, пока он не достигнет трона.

Королева глубоко вздохнула и наконец кивнула головой. "Это как раз то самое Падшее Небо. Легенда гласит, что давным-давно Падшие Небеса могли развратить Бога Света и заставить богов потерять свою силу."

Мерфи встала. Ее лицо раскраснелось от гнева. "Это запрещенный эликсир!!! Как ты могла просто так взять и вынести его!!! Даже королевской семье запрещено прикасаться к этому! Как ты смеешь!"

Кент спросил в панике: "Ваше Высочество Мерфи! Что это за эликсир? Можно ли спасти Эвана?"

Мерфи усмехнулась и пошла к двери.

"Ха. Это такое дерьмо, против которого даже Бог Света не устоял. Как можно спасти Эвана? Я больше не могу защищать вас двоих. Ради будущего, я могу только надеяться, что его ненависть направлена на вас двоих, а не на всю королевскую семью. В противном случае, эта страна действительно достигнет своего конца".

Кент и королева потеряли дар речи и могли только смотреть, как Мерфи выходит из комнаты.

В этот момент они, казалось, потеряли все свои силы. Даже Мерфи не хотел их защищать; их будущее полностью погрузилось во тьму.

Кент бросил на королеву глубокий взгляд, затем повернулся и ушел, захлопнув за собой дверь.

Он все еще хотел проверить, действительно ли Эван больше не доверяет ему. Он хотел знать, изменился ли он сам. Раньше Оливер так внимательно прислушивался к словам Эвана, и даже после того, как он насильно разорвал контракт, в конечном итоге он все равно решил вернуться на сторону Эвана. Если Эван по-прежнему любил его, то Оливер не смог бы причинить ему сильный вред.

В конечном итоге, именно по этой причине Кент осмелился вчера так разговаривать с Сюэ Лином. Поскольку он все еще был готов подчиняться Эвану, Кент был уверен, что у него есть преимущество.

Оливер не станет его убивать. Он говорил себе это, пока шел.

С другой стороны, Сюэ Лин крепко спал до полудня, а потом окончательно проснулся. Это был первый раз, когда он делал это с этим телом, и он начал с выгодной для себя позиции, прежде чем его придавили еще на несколько раундов. Он очень устал и проспал в оцепенении до середины дня, прежде чем проснулся.

Проснувшись, он все еще был окружен объятиями Си. Как богу, Си, по сути, вообще не нужно было спать, но то, что они делали вчера, было слишком приятно. Хорошо выспавшись, он использовал свою божественную силу, чтобы сделать Сюэ Лину массаж, и почувствовал, что Сюэ Лин снова проснулся. Второй участник долго не вставал, поэтому Си понял, что тот действительно устал, и просто обнял его, опустив голову, чтобы наблюдать за ним, пока тот не проснется.

И вот, когда Сюэ Лин проснулся и сфокусировал взгляд, он встретился с невероятно нежными глазами Си. Он моргнул, затем потянулся и наклонил голову, принимая удобное положение.

"Доброе утро".

Си склонил голову, чтобы поцеловать его в макушку, и сказал:

"Я обдумал, какими должны быть наши отношения".

"А?"

Этот звук вырвался из его горла и прозвучал особенно расслабленно. Лисьи глаза Сюэ Лина лениво оглядели его, и красное пятнышко в уголке его глаз навеяло воспоминания о его кокетливом появлении прошлой ночью. Это заставило Си опустить голову, чтобы снова поцеловать его в уголок глаза.

"У нас такие отношения, какие бывают у людей, когда они делают такие вещи, какие мы делали вчера".

"Это называется плотскими отношениями".

Сюэ Лин широко улыбнулся и остановился на фактах.

"Ты хочешь стать секс-другом?"

Хотя слова Си были неясны и не совсем понятны, он покачал головой.

"Говоря словами обычных людей, они называют эти отношения, которые ближе, чем любовники, "мужем и женой"?"

Сюэ Лин выглядел отвратительно:

"Кто хочет быть с тобой мужем и женой?"

Он высокомерно усмехнулся и приготовился встать.

"Я даже не говорил, что ты мне нравишься. Я просто отдавал долги прошлой ночью. Ты не достаточно квалифицирован, чтобы попасть в мою постель в будущем~".

Он схватил лежавшую в стороне одежду и натянул ее, игнорируя взгляд Си.

"Моя месть еще даже не закончилась. Здесь нет места для разговоров о любви."

Эван наконец-то прибыл в город после нескольких объездов. Вся Столица была покрыта снегом, а вход и выход строго контролировались. Эвана остановили там, а затем отвели прямо во дворец.

Поскольку Сюэ Лин ранее упоминал, что Эван приедет в столицу, Кент приказал солдатам у ворот города искать подозрительные фигуры и приводить во дворец любого юношу, который представится Эваном.

Полмесяца странствий и мучений уже истощили Эвана как физически, так и умственно. Слишком много враждебных вещей произошло по пути. Люди боялись его волос и глаз, которые постепенно меняли цвет, но, узнав, что он целитель, оборачивались и просили его о помощи.

Эван уже начал контролировать свои порывы к целительству после того, как обнаружил, что исцеление других людей только ускорит продвижение яда в его теле. Он был опустошен.

С одной стороны, в нем прочно укоренилась доброта, и он просто не мог не хотеть спасти любого нуждающегося. С другой стороны, он не хотел умирать. После нескольких внутренних споров он сказал себе, что сможет спасти больше людей, только если выживет.

Люди, которые просили его о помощи сейчас, могли подождать, пока он найдет Кента и исцелится. Тогда он сможет вернуться и спасти их.

Эван знал, что это не то, что хотел бы видеть Сюэ Лин, но ему очень хотелось сказать Сюэ Лину, что нет ничего такого, что нельзя было бы решить любовью. Он мог простить тех людей, которые дали ему яд, потому что они занимали низкое и скромное положение.

Если бы это были не они, то кто-то другой все равно был бы нанят, чтобы дать ему яд. Он также не испытывал ненависти к матери Кента. Он знал, что, с точки зрения королевы, он не очень подходит Кенту, но он верил, что пока он может встретить королеву, у него будут способы убедить ее. В конце концов, чувства между ним и Кентом были настолько глубоки, что весь мир должен был проникнуться ими.

Сюэ Лин не знал, какое направление приняли его мысли. Когда он узнал, что Эван вошел во дворец, он попросил систему открыть для него прямую трансляцию, а сам остался лежать, свернувшись калачиком в постели, ленивый и расслабленный. Си толкнул дверь и вошел, а Сюэ Лин помахал ему рукой.

"Эван вошел во дворец. Не хочешь ли ты посмотреть на это вместе со мной?"

Хотя Си не мог ощутить существование системы, он знал, что у Сюэ Лина есть некоторые особенности, и понимал, что Сюэ Лин может следить за Эваном по своему желанию.

Хотя он был недоволен тем, что его возлюбленный постоянно уделяет внимание другим людям, Си все равно сел рядом с ним и использовал свою божественную силу, чтобы создать перед ними большой экран, на котором отображалось каждое движение и действие Эвана.

Сюэ Лин, который до этого говорил, что ему крайне неприятен Си, нашел удобное положение и, несмотря на его слова, прижался к нему и стал ждать окончания этого грандиозного спектакля.

Пока что Эван все еще не знал, насколько силен яд в его теле. Сюэ Лин хотел увидеть, скажет ли Кент ему правду, или просто использует Эвана, чтобы попытаться остановить его месть.

Руки Си мягко массировали его голову, и казалось, что ему совершенно неинтересны эти двое.

"Мы уже дошли до этой точки. Что ты будешь делать дальше?"

Сюэ Лин удобно устроился на руках Си и небрежно сказал:

"Пусть Эван лично убьет Кента".

"А?"

Руки Си замерли, и он нахмурился недоумевая.

"Как ты собираешься это провернуть?"

"Мне не придется много делать. Просто скажи Эвану, что только у тебя есть возможность вылечить его яд. Если он хочет спастись, ему нужно будет выполнить первоначальные условия нашего договора и помочь мне убить Кента".

Сюэ Лин сузил глаза. Он выглядел ленивым и расслабленным, но его взгляд был убийственным.

Си опустил взгляд.

"Ты будешь должен мне за то, что делаешь такие вещи, используя мое имя".

Сюэ Лин вздохнул и поднял взгляд, чтобы посмотреть на него. Его голова покоилась на колене Си. Он поднял руку и провел кончиками пальцев по шее Си, после чего ущипнул его за подбородок и опустил голову.

"Да, я снова буду у тебя в долгу. Великий бог, что ты хочешь, чтобы я сделал, чтобы загладить свою вину? Использовать мое тело в качестве платы?"

Си проговорил несколько беспомощно:

"Я не хочу развивать с тобой такие отношения".

Он хотел не только простого контакта. После этого случая он гораздо больше понял о "чувствах" и "любви", и его любовь к этому человеку в его объятиях была почти переполняющей.

Другая сторона, очевидно, знала о его чувствах и намерениях, но ему нравилось раззадоривать его, а затем беспечно бросать его в стороне и наблюдать за его озабоченным и беспомощным видом.

"Ты знаешь это."

Рука Сюэ Лина на мгновение замерла. Он усмехнулся, но ничего не ответил.

Спустя долгое время он наконец заговорил: "Я отомщу тебе".

"Отомстишь?"

Си показал горькую улыбку.

"Что я тебе сделал..."

После этих слов Бог зверей, который, очевидно, значительно улучшил свой эмоциональный интеллект за это время, вдруг вспомнил, как он познакомился с этим маленьким волчонком, и вспомнил, как он посадил его в тюрьму на полмесяца, потому что не понимал, как он на самом деле к нему относится...

"Это потому, что я отшлепал тебя по заднице?"

Сюэ Лин поднял голову и посмотрел на него, на его лице было написано "ты еще смеешь об этом вспоминать", как будто тот период времени был самым большим позором в его волчьей жизни. Поскольку он был крайне раздражен, его щеки слегка покраснели, и Си поцеловал уголки его глаз, прежде чем весело сказать:

"Кто велел тебе быть таким непослушным в те времена? ~".

Он не собирался извиняться и даже находил забавным вспоминать ту сцену. Он ущипнул Сюэ Лина за щеки, а когда Сюэ Лин отбросил его руки, Си погладил его по голове.

"Ты сам это сказал. Все обиды и долги между нами были исчерпаны. Независимо от того, что я тебе сделал, или как ты использовал меня, разве все уже не решено?"

Сюэ Лин: "..."

Это было то, что он сказал, но он все еще был зол!

Он отвернулся от Си и проигнорировал его. На экране Эван уже плакал в объятиях Кента.

Они не виделись почти две недели, но любовник Кента выглядел гораздо более изможденным. Из-за тяжелого путешествия лицо Эвана потеряло свою детскую округлость, поскольку он значительно похудел.

Его маленькое личико заострилось, и вместе с его жалобными большими глазами, когда он горько заплакал, Кент отбросил свои подозрения, обнял его и выслушал его слезные жалобы.

"Мои волосы и мои глаза, если бы не... Если бы не... Думаю, я бы тоже не смог приехать сюда и увидеть тебя..."

Эван был полон страха перед ядом в своем теле. Он больше не мог впитывать силу света, и это было ужасно — медленно, шаг за шагом, быть испорченным тьмой. Он страдал каждый день, и только мысль о Кенте поддерживала его на пути в столицу.

"Кент, они сказали, что ты принц, даже наследный принц. Мне все равно, кто ты, я знаю только, что ты мой любимый. У тебя бы не хватило духу смотреть, как я страдаю день за днем, верно?"

Он склонился в объятиях Кента и поймал его руку, поднеся ее к своей груди.

"Это сердце все еще бьется, потому что любит тебя. Как ты можешь спокойно смотреть, как оно постепенно останавливается, как я умираю?"

Губы Сюэ Лина дрогнули. Даже в операх не было таких драматических сцен. Он действительно не мог сказать, что Эван был таким человеком. Оказалось, что они общались так наедине...

"Эван..."

Лицо Кента было полно печали. Он погладил Эвана по затылку и долго молчал, прежде чем сказать:

"Это ведь Оливер помог тебе, верно?"

Хотя Эван опустил имя этого человека, Кент все равно очень четко понимал, что происходит.

"Он вывел тебя из Леса Демонических Зверей?"

"У него не очень хорошие намерения..."

Эван был похож на плачущую красавицу в этот момент:

"Поверь мне, Кент, он не простит меня, не говоря уже о тебе..."

"Эван, мой дорогой Эван, если на этот раз ты окажешь мне услугу, мы удалим яд, и я уговорю свою мать разрешить мне жениться на тебе как на принцессе. В будущем ты станешь королевой этой страны".

Он легонько похлопал Эвана по спине и сказал:

"Эван, помоги мне убедить Оливера больше не мстить королевской семье".

Эван был ошеломлен. Он не понимал, что происходит, но когда он услышал слова Кента, он удивленно поднял голову, вытер слезы и удивленно спросил:

"Я не понимаю. Что ты имеешь в виду?"

Сюэ Лин зевнул и увидел, как Кент начал объяснять Эвану суть грабежа, а также то, как он прибыл во дворец и ранил Мерфи. Суть заключалась в том, что Оливер стал очень сильным, и у них не было возможности бороться с ним, поэтому они могли только использовать его слабость для нападения.

Казалось, Кент беспокоился, что Эван не сможет набраться решимости, чтобы противостоять Сюэ Лину, поэтому он рассказал ему все о случившемся.

"Падшие Небеса — это яд, от которого нет лекарства. Обычно той дозы, которую тебе дали, было бы достаточно, чтобы ты полностью погрузился во тьму и умер в течение трех дней, но сейчас ты все еще жив. Это определенно из-за того, что сделал Оливер. Поскольку у него есть способ восстановить свое демоническое ядро, которое было разрушено принудительным расторжением контракта, и даже смог поднять свою силу до нынешнего уровня, у него, естественно, есть способ спасти тебя".

Кент держал руку Эвана и говорил с уверенностью.

Эван все еще не оправился от мощного воздействия Падших Небес, и сейчас он был еще немного слаб. Раз уж именно Оливер позволил ему дожить до сегодняшнего дня, то что, если он хотел, чтобы он умер...

Эван чувствовал себя так, словно его окружил глубокий страх. Заверения Кента не принесли ему ни малейшего успокоения.

"Кент, что нам делать? Как он может хотеть спасти меня? Если бы он хотел спасти меня тогда, он бы не стал просто смотреть, как я пью яд".

"Но он пришел во дворец специально ради тебя".

Кент вздохнул:

"Если бы он действительно не заботился о тебе, тогда почему он пришел, чтобы нанести мне удар прямо перед твоим прибытием в столицу?"

"..."

Эван замолчал на мгновение и, казалось, был убежден этим заявлением. Он нахмурился и сказал:

"Даже если так, мы не знаем, где его искать... Он владеет инициативой".

"Если он действительно заботится о тебе... Зная, что ты прибыл в столицу, он, конечно, придет, чтобы увидеть тебя снова и дать нам возможность высказать наши просьбы".

"..."

"Не волнуйся, я здесь". Кент поцеловал Эвана в лоб и поднял руку, чтобы позвать своего слугу. "Сначала ты должен спуститься с ними, чтобы помыться и отдохнуть. Я зайду к тебе позже. Расслабься, я помогу тебе все решить. Доверься мне".

Эван кивнул, но когда он повернулся и ушел, в его глазах был другой план.

Хотя он все еще был наивным, он уже не был тем Эваном, который верил всему, что говорил Кент... Он уже встретил Оливера, и во взгляде этого человека он казался ходячим мертвецом. Казалось невероятным, что Оливер пошел искать Кента из-за него...

Эван вдруг вспомнил... Что когда-то он проклял Оливера...

Тогда он не рассказал об этом Кенту, поэтому Кент не знал, что Оливер наложил на него проклятие, которое не позволяло ему ничего с ним сделать... Он не смог убить Кента, но все равно пришел, чтобы угрожать ему. За что же...?

Эван последовал за служанкой и повернулся, чтобы уйти, все еще пребывая в глубокой задумчивости.

Сюэ Лин перевел взгляд на двух мужчин, потянулся и встал.

"Больше не буду смотреть. Давайте собираться. Сегодня вечером мы их прикончим".

"Тебе действительно не нужно, чтобы я снял твое проклятие?"

"Не нужно", — равнодушно произнес Сюэ Лин.

"Мне необязательно самому делать шаг, чтобы он умер. Какой смысл снимать его?"

"..."

Сюэ Лин повернулся и одарил Си красивой улыбкой.

"Как изменится Эван после смерти Кента? Мне очень любопытно".

Теперь, когда все достигло этой точки, он уже изменил историю этого мира. Король демонов по имени Кайджи и этот грязный и ужасный сюжет мира демонов улетел далеко-далеко на крыльях бабочки Сюэ Лина.

"Возможно, Эвану еще нужно как следует отблагодарить меня за то, что я дал ему такой хороший конец."

Была ночь. Мерфи вызвали в качестве запасного варианта для переговоров. Хотя она уже полностью отказалась от Кента и его матери, когда ребенок, которого она вырастила, стоял перед ней на коленях и умолял ее в последний раз, она никак не могла ожесточить свое сердце и прогнать его.

Это была первая встреча Мерфи с Эваном. Она чувствовала себя немного беспомощной — если бы она встретила этого ребенка в любое другое время, возможно, он бы ей понравился. Но сейчас этот ребенок уже был уничтожен, и даже если бы яд можно было вылечить, его личность уже деформировалась.

Духовная сила Мерфи могла охватить всю столицу, поэтому Кент попросил ее отвести их во дворец.

Хотя она была очень сильна, забрасывание сети и поиски все еще требовали много энергии. Но не успела Мерфи начать, как перед ними материализовались те двое, которых они искали.

Атмосфера стала довольно неловкой. Мерфи медленно поправила свою осанку и вернулась к своему высокому и могучему положению. Она открыла рот, чтобы сказать:

"Поскольку люди, которых вы хотели видеть, уже прибыли, я не буду вас больше беспокоить. Я ухожу".

Она не хотела больше участвовать в этом деле. Если бы с ней что-нибудь случилось, королевская семья была бы обречена. Мерфи не зря прожила столько лет, и хотя ее внешность не выдавала ее возраст, ее опыт был подлинным.

Сюэ Лин негромко сказал: "Будет лучше, если Ваше Высочество Мерфи останется. Если вдруг здесь что-то случится, вы сможете выступить в качестве свидетеля".

Шаги Мерфи приостановились. Теперь, когда Сюэ Лин сказал это, было очевидно, что сегодня произойдет что-то важное.

"Я не собираюсь вмешиваться в сегодняшние дела".

Мерфи беспомощно вздохнула.

"Раз уж так вышло, не могли бы ваше... превосходительство дать королевской семье выход?"

Голос Сюэ Лина был ленивым.

"Я никогда не враждовал с королевской семьей. Но я не позволю этим двум людям уйти. Поскольку Ваше Высочество Мерфи сказали, что вы не будете вмешиваться, то это дело, естественно, не будет касаться королевской семьи".

Получив это обещание, Мерфи замолчала. В этом мире всегда уважали силу. Перед лицом абсолютной власти королевская семья не могла сказать ничего больше и могла лишь хранить молчание в целях самосохранения.

Кент бросил на Мерфи непонятный, глубокий взгляд. Он прекрасно понимал характер Ее Высочества и знал, что она всегда думает о благе королевской семьи. Но никто не смог бы сказать ничего хорошего о другой стороне после того, как ее так явно отбросили в сторону.

Эван нерешительно посмотрел на Сюэ Лина. Он не знал почему, но теперь он испытывал необъяснимый страх перед другой стороной.

"Оливер..."

Кент положил руку ему на плечи и подтолкнул его вперед, давая понять, чтобы он говорил медленно и не волновался.

Эван закрыл глаза и, наконец, набрался смелости и сказал:

"Оливер, мы можем нормально поговорить? Я знаю, что был неправ раньше, я не должен был наводить на тебя проклятие и идти против твоих желаний, но я действительно не могу ничего сделать с Кентом, понимаешь? Я действительно люблю его, и я также действительно люблю тебя. Вы оба — важная часть моей жизни, и я не могу позволить себе потерять ни одного из вас. Вот почему я пришел к такому решению..."

"Оливер, между нами больше нет договора. Ты уже сильно наказал меня своим уходом. У меня тоже было очень сильно разбито сердце. Я могу принять то, что ты хочешь отомстить мне, но не делай ничего с Кентом, хорошо?"

Он посмотрел на Сюэ Лина, и на мгновение в его глазах мелькнула честность.

"Кент действительно сделал непростительные вещи в отношении твоих родителей, но он не знал, кто они... Он был просто ребенком, который хотел дать своей матери самое лучшее. Раз уж ты так скучаешь по своим родителям, ты должен быть в состоянии понять Кента, верно?"

Сюэ Лин усмехнулся: "Он хотел дать своей матери лучшее, поэтому он намеренно планировал убить моих родителей. Это правда, демонические звери не имеют прав человека и были рождены для того, чтобы на них охотились люди. Так что нет ничего плохого в том, что я заберу его жизнь в качестве подношения моим родителям, верно?"

"Это не так."

Эван быстро ответил:

"Оливер, ты неправильно понял мои слова. Я имел в виду, что месть имеет свойство бумеранга. Если ты будешь продолжать пытаться отомстить таким образом, то ситуация будет только накапливаться из поколения в поколение".

"Что, ты собираешься родить ему сына?"

Выражение лица Сюэ Лина было безразличным.

"Нет смысла его рожать. Я задушу его, как только он родится".

Глаза Эвана были красными. Почему этот человек был таким? Почему все его слова были бесполезны? У них не было ни одной общей точки зрения, а он умел только драться и убивать. Как он мог подумать, что Оливер тогда был просто как нежный старший брат!

"Оливер! Как ты можешь так говорить? Несмотря ни на что дети невинны!"

"Да, и я тоже невинен".

Сюэ Лин уже стал немного нетерпеливым. Тон и отношение Эвана оставались неизменными, и ему совсем не нравились эти слова Святого. Око за око было его методом поведения.

"Давай не будем больше говорить ерунду. Разве ты тоже не невиновен? Тогда почему королева отравила тебя?"

"Это..."

Собственная логика Эвана остановилась на этом.

"Может быть, королева просто решила, что я не подхожу для Кента. Несмотря ни на что она сделала это ради Кента".

Сюэ Лин почувствовал, что логика Эвана вот-вот сдвинет с места даже его. Глядя на выражение лица Эвана, которое казалось, что он вот-вот заплачет, он был действительно поражен тем, насколько он Святой; он действительно был из тех, кто готов отдать себя на смерть, только чтобы доказать свою невиновность.

"Хорошо, тогда я предоставлю выбор вам двоим".

Он указал на них двоих и поднял вверх два пальца.

"Сегодня ночью только один из вас выживет".

Его тон был настолько безразличным, что казалось, он говорит не об убийстве, а о простой игре.

"Если Кент выживет, то ты умрешь от яда. Или, если ты убьешь его, я попрошу мою любовь рассеять твой яд и гарантировать, что ты сможешь жить в безопасности и здоровье долгое время".

Выражение лица Кента было очень уродливым:

"Ты лгал мне тогда, когда сказал, что мстишь мне за него?"

Он думал, что Оливер все еще заботится об Эване, но теперь, он выдвигал подобные требования, говоря, что только один из них выживет сегодня ночью, и выбор был даже не в его руках.

"Я говорил много чего еще, прежде чем сказать, что это ради него. Неужели Ваше Высочество наследный принц проигнорировал остальное?"

Сюэ Лин скривил губы: "Или ты думал, что отравление человека, не имеющего ко мне никакого отношения, разозлит меня настолько, что я убью тебя?"

Кенту нечего было сказать. На самом деле, намерение Оливера убить его никогда не менялось. Сначала ему было все равно. Позже он не думал, что Оливер сможет сделать шаг против него. Честно говоря, он никогда не воспринимал всерьез вопрос об убийстве родителей Оливера.

В конце концов, они были не людьми, а всего лишь двумя демоническими зверями. Для него убийство двух демонических зверей не было большой проблемой. Наоборот, они должны быть благодарны за то, что они ценны, и польщены тем, что он потратил время на их поимку.

"Хватит. Эван, делай свой выбор. Убьешь ли ты Кента и очистишь все счета? Раз уж ты наложил на меня такое проклятие, то нам имеет смысл дойти до того дня, когда ты возьмешь в руки меч и поможешь мне сделать то, что я уже не смогу сделать".

На его губах играла прекрасная улыбка. Она делала все его лицо коварным и обладала неким притягательным шармом.

"Ну же, Эван, дай мне посмотреть, что для тебя важнее — твой Кент или ты сам?"

Лицо Эвана было бледным. Он смотрел на Кента и шаг за шагом отступал от его объятий.

Кент подбодрил его и сказал:

"Не верь ему, Эван. Мы определенно еще можем найти способ избавиться от твоего яда без них".

Он посмотрел на Си, человека, который с самого начала молча стоял рядом с Сюэ Лином. Он только что заметил, что, по словам Сюэ Лина, сам Сюэ Лин не обладал способностью рассеивать яд. Он сказал, что попросит этого человека сделать это за него.

"Ваше превосходительство, я принц этой страны — наследный принц. Я могу дать вам все, что вы захотите, поэтому не могли бы вы развеять яд в моем возлюбленном? Что бы Оливер ни дал вам, я могу дать вам вдвое больше!"

Кент вел себя как отчаявшийся человек, который хаотично, с тревогой бросается на поиски врача.

Однако Си едва удостоил его взглядом. Он склонил голову и поцеловал лоб Сюэ Лин, говоря:

"Когда все будет улажено? Что бы ты хотел съесть сегодня вечером?"

Сюэ Лин засмеялся, обнял его за шею, затем посмотрел на Кента и сказал:

"Что ты пытаешься сделать? Купить его? Возможно, ты мог бы рассмотреть вариант продажи своего тела, но он необязательно захочет этого~".

Эван посмотрел на близость между двумя и спросил Сюэ Лина:

"Оливер, это твой новый партнер? Это ведь благодаря ему ты стал такой, какой ты есть сейчас? Оливер, который обращался со мной так хорошо, так нежно... Он бы никогда не стал таким. Это он, не так ли?! Это он сделал тебя таким, да?!"

Чем больше он спрашивал, тем больше истерил.

Сюэ Лин усмехнулся и холодно сказал:

"Когда я разорвал с тобой контракт, я ясно дал понять, что ты можешь говорить о прощении только после того, как я убью твоего любовника. Между нами больше нет никаких отношений. Теперь тебе остается только следовать моим словам и делать то, что я хочу. Если ты будешь так поступать, возможно, я даже подумаю о том, чтобы простить тебя".

Он бросил нож на землю и сказал:

"Возьми это. Он должен быть белым на входе и красным на выходе. Веди себя хорошо, скоро ты сможешь жить дальше. Не жди, пока я потеряю терпение; он все равно умрет, но ты... мы не знаем, кем ты станешь~".

Эван задрожал. Его выражение лица было очень странным; даже если бы у него было на десять мозгов больше, он никогда бы не подумал, что однажды дойдет до такого. Он не знал точно, почему это произошло, но время уже ушло.

Его волосы и цвет глаз темнели со скоростью, видимой невооруженным глазом. Тьма шаг за шагом уничтожала элементы света в его теле, и скоро его тело полностью превратится в колыбель для тьмы. Он станет демоном, диким существом, не способным жить под солнечным светом, изгнанным в безграничную тьму.

Кент долго смотрел на Эвана и наконец сказал:

"Эван, ты знаешь, я не могу умереть...".

Он бросил на Эвана слегка уклончивый взгляд. Теперь, когда дело дошло до такой точки, у него не было возможности праведно и торжественно сказать Эвану, чтобы он убил себя.

"У меня все еще есть моя страна, мой народ... Моя мать и мои друзья... Но Эван, у тебя есть только я..."

Смысл его слов заключался в том, что ты можешь умереть за меня?

Эван ошеломленно уставился на него. На самом деле, согласно его характеру, если бы Кент громко сказал ему, что не готов умереть за него, и попросил его быстро убить его, возможно, он бы заплакал и зарезал себя, чтобы умереть лучшей смертью.

Но Кент говорил именно так.

Если бы Эван был прежним Эваном, который еще не вошел в Лес Демонических Зверей, не был предан и оставался верен своему Святому Сердцу, а не обманывал себя, он мог бы действительно подумать об этих вещах и умереть вместо Кента, но теперь Эван изменился. Раньше он доверял Кенту, но Кент снял с себя маску и заговорил с ним вот так.

Эван посмотрел на него и медленно сказал:

"Кент, даже если я не сделаю ни шагу против тебя, ты все равно умрешь...".

Сюэ Лин никогда не говорил, что он откажется от убийства Кента, если Эван умрет. Он всегда говорил одно и то же: если Кент умирает, Эван может жить. Остального он не сказал, но Эван понял.

Теперь он понял, что сказал ему Оливер в Лесу Демонических Зверей. Он знал, как больно умирать, теряя силу света понемногу. Он также понимал, каково это — предавать родных и даже тех, кем дорожил больше всего.

Сердце Эвана наполнилось смешанными чувствами, когда он поднял нож с земли и посмотрел на Кента, но его вопрос был обращен к Сюэ Лину:

"Если я убью его, это положит конец всему между нами?"

"Да."

Если Кент и его мать умрут, все желания, которые были у первоначального владельца этого тела, будут исполнены. Сделав все это, а также основательно изменив характер Эвана, Сюэ Лин мог быть полностью уверен, что история больше не вернется к первоначальной сюжетной линии, поэтому он мог уйти и, возможно, никогда не вернуться.

"Хорошо."

Ответ Эвана был очень мягким. Он подошел к Кенту, протянул руку и коснулся лица Кента.

"Кент, закрой глаза. Я обещаю тебе, что это будет совсем не больно".

Он улыбнулся так же, как тогда, когда Кент впервые встретил его, его улыбка была очень чистой, очень прекрасной.

"Ваша страна, и Ее Высочество Мерфи, все, что принадлежит вам, я позабочусь о вас... Если это сделаю я, то мне точно будет не очень больно. Но если бы это был он, я не могу представить, как бы он мучил тебя... Это ради тебя, Кент".

Его брови изогнулись от улыбки, а изгиб рта приобрел тонкий, странный край.

"Итак, Кент, время умереть".

Глаза Эвана наполнились головокружительным цветом крови. Кент с изумлением наблюдал за происходящим; его тело не было под его контролем, и у него не было возможности остановить движения Эвана...

Он даже не подозревал, что Эван действительно сделает это и проткнет его сердце ножом. Красная кровь хлынула на лицо Эвана, а сознание в его глазах медленно разрушалось...

Последним мгновением жизни Кента было то, что Эван потерял рассудок, отступил на несколько шагов и упал в лужу его крови.

В ту ночь по дворцу разнесся пронзительный крик.

Когда пыль осела, Сюэ Лин сдержал свое обещание и попросил Си развеять яд в теле Эвана.

Но он всего лишь удалил яд из его тела. Следы тьмы, оставленные коррозией тьмы, не были стерты. Будущее Эвана превратилось из целителя с безграничными возможностями в разбитое тело, которое больше не любило силу света.

Однако для него это было неважно, потому что интеллект и психическое состояние Эвана после убийства своего возлюбленного снизились до уровня пятилетнего ребенка. Он не хотел взрослеть, не хотел смотреть в лицо тому, что он сделал, не хотел вспоминать сцену стояния на коленях возле своей возлюбленного в луже крови собственного авторства...

Поэтому он решил убежать от этого.

Он не мог понять, что он сделал той ночью, и не хотел провести остаток жизни, мучаясь от чувства вины и раскаяния, поэтому, очнувшись от комы, он полностью закрылся в себе.

Новости о том, что произошло во дворце той ночью, были полностью заблокированы Мерфи. Она хотела защитить королевскую семью, поэтому могла только наблюдать за смертью наследного принца. Она даже пришла к соглашению с Сюэ Лином и отстранила королеву от трона.

Через месяц королева была изгнана в Лес Демонических Зверей. Она потеряла все, что имела, и бродила голая по лесу, но Сюэ Лину этого было мало.

Он превратил королеву в демонического зверя с великолепным мехом, и благодаря этому меху королева все оставшиеся дни избегала охотников, которые хотели на нее охотиться. В конце концов охотники жестоко убили ее, содрали с нее шкуру и сделали из нее прекрасную одежду, которую она когда-то носила.

После того как все закончилось, Сюэ Лин остался с Си в соответствии с заключенным соглашением, но отношения между ними всегда были несколько странными. Си привел Сюэ Лина обратно в центр Леса Демонических Зверей, который был единственным местом на этом континенте, пригодным для существования богов.

Системе всегда было интересно, куда делись другие боги, и она хотела знать, что именно Си сделал тогда, чтобы стать единственным богом, но Сюэ Лин никогда не спрашивал, а Си никогда не затрагивал эту тему, поэтому любопытство системы так и не было удовлетворено.

В этом мире произошло много неожиданных происшествий. Большинство из них было связано с хвостом Сюэ Лина, который каким-то образом появился в теле Си.

Система послала запрос в Мир Десяти Направлений и получила инструкции сообщить Сюэ Лину, что она может помочь ему удалить энергию, содержащуюся в этом хвосте, но при этом могут возникнуть последствия.

"Он полностью забудет обо мне в следующем мире?"

Лицо Сюэ Лина было немного непонятным, когда он отреагировал на слова системы.

"Да. Обычно он влюбляется в хозяина, как только увидит, потому что накопленная любовь из других миров сделала его чувства к хозяину такими сильными. Но помощь хозяину в вытеснении энергии повлияет на эту конкретную особенность, и ситуация, когда он влюбится в тебя с первого взгляда, не произойдет в следующем мире".

Система помогла Сюэ Лину провести анализ будущего и добавила:

"Другими словами, хозяин может наслаждаться следующим миром, не подвергаясь его преследованиям, или устроить веселую игру, где ты возьмешь инициативу в свои руки и соблазнишь его, чтобы он влюбился в тебя~".

Сюэ Лин потер подбородок и сказал:

"Он не только забудет меня, он также забудет свою любовь ко мне..."

Он издал звук одобрения и почувствовал, что поступить таким образом совсем неплохо. Человек всегда ухаживал за ним по собственной инициативе на протяжении бесчисленных миров, и не было ничего страшного в том, чтобы попытаться изменить это хоть раз... Он чувствовал, что так будет веселее, как если бы он начал совершенно новую любовную связь.

Сюэ Лин редко занимал активную позицию в их отношениях. В основном это происходило потому, что он был ленив, а мужчина всегда проявлял спешное собственничество... Вероятно, это происходило потому, что в нем вспыхивала "накопленная любовь из всех миров".

Теперь, когда эта установка была затронута и больше не имела своего первоначального эффекта, это также можно было рассматривать как возможность для Сюэ Лина.

"Хозяин уже принял решение?"

"У меня нет другого выбора".

Это был вовсе не выбор, скорее вопрос с единственным вариантом. Ему определенно нужно было восстановить свои силы. Но был еще один ключевой момент.

"Повлияет ли нарушение этих ваших так называемых настроек на его первоначальные воспоминания?"

"Нет, эти настройки, похоже, установлены Миром Десяти Направлений... Хотя я не знаю, почему хозяин хочет делать эти странные вещи".

Сюэ Лин кивнул и сказал: "Тогда мы сделаем это".

Си не возражал против предложения Сюэ Лина забрать энергию, которая изначально ему не принадлежала. Казалось, он знал, что Сюэ Лин не принадлежит этому миру, и даже понимал, что Сюэ Лин вовсе не Оливер, поэтому никогда не называл его этим именем.

По поводу ухода Сюэ Лина Си задал всего один вопрос.

"Мы еще встретимся?"

Сюэ Лин ответил ему:

"Если бы я подошел к тебе по собственной инициативе, ты бы все равно влюбился в меня?"

Они оба замолчали, и в конце никто не ответил, потому что оба знали ответ.

Они расходились и сходились во многих мирах; за короткой разлукой всегда следовали долгие отношения. Это было подобно процессу реинкарнации: что бы ни случилось, они всегда могли вернуться друг к другу, а затем тесно прижавшись, провести сердце к сердцу всю жизнь.

Когда Сюэ Лин снова окунулся в мир своих утраченных воспоминаний их тумана забытья появилась фигура мужчины.

Вокруг Повелителей Границы всегда будут трансмигранты, потому что Повелители Границы контролировали пространство. Они, естественно, вносили коррективы в свой мир ради стабильности, и Сюэ Лин, который теперь был духом, вырвавшимся из оков тела, использовал ребенка по имени Цзи Чжичен, чье тело он использовал, исследуя окружающий мир. Он обнаружил, что все трансмигранты в этом мире были связаны одной и той же связью.

Эту связь звали Су Люньян. Цзи Чжичэн уже бывал в его доме, но тогда Сюэ Лин не почувствовал в нем ничего странного.

Сюэ Лин крепко задумался и наконец спросил Цзи Чжичена. Он вспомнил людей, которых он встретил в доме Су Люньяна, и людей, которых он видел, когда почувствовал ауру Мастера Границы, и наконец обнаружил одного человека.

Этого человека звали Су Сюаньянь, и он был главой семьи Су в том мире.

Вспоминая это, Сюэ Лин испытывал очень странное покалывание в кончиках пальцев. Он смотрел на себя со стороны, иногда ему хотелось указать дорогу этому молодому человеку, когда тот попадал в затруднительное положение, но он ничего не мог сделать. От этого ему становилось не по себе.

Он вспомнил имя этого человека. Тогда тот человек снова и снова повторял его ему на ухо, говоря, чтобы он запомнил его, запомнил его лицо...

Значит, он был Повелителем Границы того мира...

Сюэ Лин внезапно понял: Су Сюаньянь был Мастером Границы! Неудивительно, что он мог следовать за ним через столько миров; для Мастеров Границы перемещение между мирами было очень простым делом. И согласно информации, которую он знал сейчас, Мастер Су Сюаньянь был очень силен, а его методы корректировки миров были очень своеобразны.

Тогда какие отношения связывали его с Су Сюаньянем?

Последнее воспоминание все еще было скрыто в тумане. Если бы он двигался вперед, то смог бы избавиться от тумана, но когда Сюэ Лин попытался дотянуться до него, все его тело потянуло назад. После ненастоящего падения он резко проснулся.

Он недовольно зашипел. Ему очень нужно было найти последний хвост, чтобы узнать, что же произошло в итоге.

Система все еще ждала его команды. Сюэ Лин знал, что тот, скорее всего, наблюдает за ним неподалеку, но мог предположить, что после столь долгих игр в прятки он ни за что не захочет выходить к нему. Сюэ Лин планировал как следует рассчитаться с ним после того, как вспомнит все, что связано с их нынешней ситуацией.

Испытав знакомое ощущение входа в новый мир, Сюэ Лин открыл глаза. В этот раз он мирно лежал в постели. Сюэ Лин слегка пошевелился; тело тоже не болело. Это показалось ему немного странным. Может быть, в это раз система не усложнила ему жизнь?

Система: "..."

Это была такая хорошая система. Как же она превратилась в такую коварную штуку в сознании своего хозяина? Ее сердце так устало... Когда это задание закончится, она собиралась найти способ отвлечься...

Сюэ Лин перевернулся и сел. Судя по окружающей обстановке, он попал в высокотехнологичный футуристический мир. Он не стал пытаться узнать о нем больше, а огляделся вокруг в поисках зеркала, чтобы проверить свою внешность.

После того, как в зеркале появилось отражение первоначального владельца, Сюэ Лин поднял брови и понял, что это еще одна из схем системы. Система обычно организовывала его трансмиграцию в относительно слабых персонажей. Не бросать его сразу в какую-то грандиозную сцену было уже предусмотрительно.

Как сейчас. Глядя на этого юношу, похожего на подростка, Сюэ Лин ущипнул себя за щеку. Он выглядел невероятно нежным, его фигура была очень щуплой, настолько, что это могло быть чем-то вроде проклятого мира геров.

"Хорошо. Что за чертовщина творится в этом мире? Это тело, похоже, не было искалечено, и с ним все в порядке. Что с ним случилось?"

"Тело, выбранное на этот раз - черный лотос~".

Слова системы практически заставили Сюэ Лина взорваться. Она радостно продолжила:

"Как и в предыдущем мире, твоя нынешняя личность - злодей, и по сути, пушечное мясо".

Сюэ Лин издал звук "ох". В этом не было ничего странного. В любом случае, теперь, когда это тело было в его руках, он смог бы отмыть его до бела, даже если бы он был черным лотосом. В этом не было ничего ужасного.

"Сначала я дам хозяину общий сюжет и воспоминания из этого тела. Они, вероятно, вернутся через некоторое время, и у тебя скоро начнутся неприятности".

Сюэ Лин знал, что хотя система любит много говорить, она редко обманывала его по-настоящему, так что, вероятно, скоро будут неприятности. Сюэ Лин просто вернулся в постель, закрыл глаза и начал перебирать воспоминания.

Это тело изначально носило имя Хэлань Цзююнь, «кормильцем» с низкой духовной силой и низкой плодовитостью. Он также был старшим братом главного героя Шоу и постоянно издевался над ним, распространяя о нем негативные слухи и создавая ему проблемы целыми днями.

Конечно, он был только сводным братом. У них был один отец, но разные матери. Мать этого тела уже умерла, а главный герой родился у женщины, которую его отец привел после второго брака.

Первоначальный владелец не называло эту женщину мамой, потому что, как бы хорошо та ни относилась к нему внешне, за его спиной она плела множество хитростей и козней. Если бы не ум первородного героя, его, вероятно, уже выгнали бы из дома ядовитыми средствами мачехи, испортили бы его внешность и подпортили репутацию. Но и в этом случае его нынешнее положение было не намного лучше.

С быстрым развитием науки и техники в этом мире, повседневная жизнь людей в основном была окружена машинами. Гендерное разделение в этом мире проходило не между мужчинами и женщинами, а между зверолюдьми и кормилицами, а также частью полузверями.

Как следует из названия, зверолюди были людьми, которые могли менять человеческую и звериную форму. Они представляли власть и отвечали за защиту страны, пилотирование мехов и участие в боях.

Кормилицы, с другой стороны, играли вспомогательную роль. Они могли размножаться для зверолюдей, а также выполнять для них логистическую работу. Их духовная сила могла проникать в минеральные руды, чтобы судить об их качестве, и они также обладали способностью обрабатывать эти руды.

Руды были источником энергии для этого мира. Из руды можно было добыть минерал под названием "энергетический кристалл", который давал энергию для их повседневной жизни. Он также был необходимым элементом для зверолюдей в боях и тренировках.

Кроме умения сканировать руду, сильный кормилец мог сохранять энергетические кристаллы, содержащиеся в руде, и выделять из них формы, наиболее подходящие для потребления их силы. Более того, некоторые сильные кормильцы могли улучшать энергетические кристаллы и позволять им вырабатывать еще большую силу, гравируя их.

Кроме кормильцев, подобными способностями обладали и полузвери. Однако лишь малая часть из них смогла пробудить свои духовные силы, а большинство зверолюдей не могли улучшить свои способности, культивируя духовную силу. Поэтому они чаще всего занимались работой низшего уровня, и, хотя они также могли вырезать энергетические кристаллы, большинство из них работали на конвейере, и их шанс соприкоснуться с энергетическими кристаллами высокого уровня был очень мал.

Полузвери были существами, находящимися где-то между кормилицами и зверолюдьми. Они не могли превращаться в животных, но и не были полностью похожи на кормилиц, у которых не было ни одного признака зверолюдей. Большинство из них сохранили некоторые звериные черты, такие как хвосты и уши. Их не принижали, несмотря на низкую рождаемость, и в обществе они занимали почти такое же положение, как и кормилицы.

Но разница все же была. Закон о защите кормилиц - это закон, который провел четкую разделительную линию между кормилицами и зверолюдьми. Это было также различие между свободой и несвободой.

У зверолюдей была свобода жениться на ком угодно. Не существовало правил, согласно которым они должны были вступать в брак после достижения совершеннолетия, но для кормилиц все было совершенно иначе. Как только кормилица достигала брачного возраста, государственная система автоматически подбирала ей неженатого зверочеловека, и после того, как они становились любовниками, их насильно связывали вместе.

В таких условиях трансмиграция в тело полуторка была бы более полезной, и главный герой этой истории действительно так и сделал. Затем, опираясь на золотой палец, он поднялся на вершину своей жизни, стал старшим гравировщиком кристаллов, женился на богатой и красивой коллеге, родил несколько детей и прожил очень спокойную и красивую жизнь.

Сюэ Лин: "..."

В конце концов, все сложилось именно так. Почему эта история так похожа на фермерские романы? ... Этот тип массового, сладкого сюжета без глубокой ненависти и обиды было труднее всего изменить.

Неужели они не могли изменить сюжет?!

______________

Да-да-да — главный герой в этой истории тоже трансмигрант. Автор почему-то нечетко повторяет это на протяжении всей истории, так что имейте это в виду~.

На самом деле, оригинальное тело не должно было появиться в такой теплой истории, потому что его существование и подобная история были довольно несовместимы.

По описанию сюжета, он был неблагодарным мерзавцем, который постоянно думал о том, как навредить главному герою, завидуя тому, что главный герой, несмотря на то, что был полузверем, все же обладал большей духовной силой и талантом, чем он, который был кормилицей.

Из-за этого он делал все возможное, чтобы выступить против своего младшего брата. Главный герой сначала ничего не предпринимал в отместку, но в конце концов ему надоело, и он сделал свой ход.

Кроме него, в этой истории было очень мало других людей, которые были чрезвычайно злыми, а родители главного героя были невероятно добрыми. Он просто не мог понять, почему оригинальное тело было так недовольно этой семьей, до такой степени, что постоянно пыталось создать проблемы.

Но все это было представлено с точки зрения главного героя. Если бы история была написана с точки зрения первоначального владельца этого тела, ситуация выглядела бы совершенно иначе.

Отец первоначального тела женился на другой женщине. После того как его первая супруга, а также ее родители погибли в результате несчастного случая, отец, естественно, вступил в наследство, и все стало его.

Еще до того, как останки его матери остыли, он уже привел в дом свою настоящую любовь, мать главного героя, и их сына.

У главного героя также был еще один старший брат-зверь, который был старше первоначального владельца. Из этого становится очевидно, что отец Хэлань Цзююня изменял первой супруге на протяжении всего их брака, и хотя мачеха-зверь, которую привели в семью, внешне казалась очень дружелюбной к первоначальному владельцу, покупая ему еду и питье, не отказывая ему в одежде и предметах первой необходимости, за его спиной ее средства были порочными, так как она медленно, шаг за шагом разрушала духовную силу приемного сына.

Кормилицы в этом мире начинали пробуждать свою духовную силу, когда были еще молоды. Этот период был очень важен для Кормилиц, и если что-то случалось, это влияло на всю их жизнь. Согласно таланту матери первоначального владельца, его духовная сила никогда не будет ниже среднего уровня.

Первоначальный владелец был начеку и защищался от всего, чего только можно, но, к сожалению, он жил в этом доме, и его духовная сила так или иначе была повреждена. Он был уверен, что за этим стоит его мачеха.

На первый взгляд казалось, что первоначальный владелец жил хорошо, но на самом деле он сталкивался со всеми видами холодного насилия, дискриминации и жестокости. Он был кормилицей, но его духовная сила и плодовитость были невысоки, поэтому отец иногда смотрел на него с отвращением, ругал его за то, что он - пустое место, мусор, на который он потерял деньги, и говорил другие, такие же грубые слова.

В этот момент вмешивалась его мачеха, внешне вроде бы утешая отца, но на самом деле своими словами она лишь глубже вонзала нож, выражая свое презрение к приемному сыну.

Его мачеха была полузверем и, естественно, не могла родить кормилицу. Но сына полузверя, которого она родила, она баловала и лелеяла до небес; этот маленький звереныш видел, как его мать регулярно пренебрежительно относится к другому ребенку, поэтому ему также нравилось говорить негативные, вредные вещи о первоначальном владельце.

Хотя его боевые способности были не так высоки, как у его матери, он все равно казался маленьким белым лотосом и очень хорошо умел притворяться жалким. После того, как он несколько раз оказался впутан в неприятные ситуации, репутация первоначального владельца в школе стала очень негативной. Он был правильным, достойным ребенком, но все указывали на него и шептались за его спиной, куда бы он ни пошел.

Сначала первоначальный владелец не обращал на это внимания. В конце концов, они уже не были детьми. Но этот его младший брат мог говорить все, что хотел, и все же решил поиздеваться над его матерью, сказав, что она была бесполезной, несмотря на то, что была кормилицей, и, несмотря на ее высокую духовную силу, ей каким-то образом все же удалось родить такого бесполезного пустозвона, как он. Возможно, он родился под несчастливой звездой, поэтому его мать, бабушка и дедушка погибли в результате несчастного случая.

Никто не смог бы сдержать себя, услышав такие слова. Хэлань Цзюнь толкнул своего вульгарного младшего брата вниз по лестнице со второго этажа. Маленький звереныш ударился головой при спуске и попал в больницу.

Когда он вернулся, кто-то трансмигрировал в тело маленького полузверя. Он превратился в главного героя, стал живым и милым, включил нимб главного героя, и люди, увидев его, полюбили его еще больше.

Из-за того, что он толкнул своего младшего брата, первоначальный владелец и его отец сильно поссорились, и он был наказан. Весть об этом инциденте распространилась по его школе, и многие стали смотреть на него как на убийцу.

После этого путь был открыт для главного героя. Он получил кулон от своего отца, и неожиданное событие заставило его узнать секрет, заключенный в кулоне. Внутри было таинственное пространство, и там был не только духовный источник, но и все виды наследства от различных Гравировщиков.

Главный герой культивировал внутри, и его духовная сила, которая изначально не могла подняться из-за ограничений тела полузверя, начала неуклонно расти. После подпитки глаз водой из духовного источника и применения особого метода культивирования, он стал способен видеть энергетические кристаллы, содержащиеся в рудах, невооруженным глазом.

Надо сказать, что использование духовной силы для изучения руды позволяло лишь судить о наличии или отсутствии энергетических кристаллов в руде. Для определения класса и размера энергетического кристалла требовались знания и опыт, но золотой палец главного героя Шоу был тем же самым, что и обман.

Когда он только начинал тренироваться, это было еще туманно, но чем больше он практиковался, тем более удивительным становился впоследствии. Именно этот кулон позволил главному герою пройти путь Старшего Энергетического Гравировщика и дойти до самого пика жизни.

На самом деле, этот кулон был наследством, оставленным матерью оригинального владельца. Согласно ее завещанию, он должен был быть передан первоначальному телу в зрелом возрасте, но вместо этого был передан отцом непосредственно главному герою Сё в качестве компенсации за нанесенную им травму.

Пока главный герой делал успехи и шел к вершине, их отец планировал отправить другого сына замуж в другую семью, чтобы обеспечить ему возможность плавно подняться на следующую ступеньку политической лестницы.

Первоначальный владелец, узнав такие новости, попыталось поговорить с отцом, но в ответ получило лишь несколько фраз.

"Ты никому не нужен в любом случае, и уже здорово, что ты можешь быть полезен своему отцу. Такому выкормышу, как ты, с низкой духовной силой и низкой рождаемостью, очень трудно найти кого-нибудь, кто захотел бы тебя."

Какой биологический отец мог сказать такие бессердечные слова? Хэлань Цзююнь, наконец, понял, что от этой семьи ему ничего не дождаться, и начал планировать, как сбежать от брака. Но неожиданно, когда дело подошло к самому поворотному моменту, ему помешал главный герой.

Главный герой не любил этого старшего брата за его предполагаемую злобу в воспоминаниях тела, в которое он теперь вселился. Время от времени он подсознательно усложнял ему жизнь, и за ним последовали некоторые зверолюди в школе, которые знали, что он недолюбливает своего старшего брата. Они унижали первоначальное тело, чтобы сделать главного героя счастливым.

Главный герой сказал ему, что он не сын своего отца, и обвинил его в эгоизме за то, что тот сбежал от брака и разрушил его планы. Ведь отец воспитывал его столько лет!

Первоначальное тело тогда усмехнулось и сказало главному герою быть хорошим сыном и занять его место. Разве он не был самым послушным ребенком в семье?

Это предложение подстегнуло главного героя, поэтому он просто рассказал отцу и матери о том, что старший брат хотел избежать брака, и его немедленно заперли.

Его отрезали от всех контактов с внешним миром, а затем насильно женили на импотенте. По причинам, связанным с собственным телом его нового мужа, его муж имел взрывной характер и любил время от времени избивать его, ругая за бесполезность, низкую плодовитость и неспособность выносить ребенка.

Первоначальный владелец никогда не был тем, кто мог терпеть такие вещи. Он всегда настаивал на собственной мести, и после тщательного планирования он убил своего мужа.

Затем его арестовали, осудили и отправили в тюрьму.

Тюрьма была не самым лучшим местом. Хотя существовал закон о защите кормилиц, семья мужа обладала властью и добилась того, что приговор не был смягчен. Его отправили в тюрьму для полузверей и чуть не изнасиловали.

К счастью, он поладил с начальником тюрьмы и, полагаясь на свою смекалку и ум, сумел бежать. Ему это действительно удалось, и он стал межзвездным беглецом вместе с начальником тюрьмы, который помог ему выбраться из заключения. Позже главный герой потерял его след, и о его местонахождении больше не было никаких известий.

Согласно воспоминаниям, которые система передала Сюэ Лину, тот начальник помог первому телу найти способ восстановить духовную силу, и они объединились в группу межзвездных пиратов, которые круглый год дрейфовали по Империи.

В такой жизни, казалось, было больше взлетов и падений, чем у главного героя. Она была красочной и удивительной, и он наконец-то смог достичь своего счастья. Он провел остаток своей жизни, соревнуясь в остроумии и храбрости с тем тюремным начальником, и до самого конца они были вместе. Сюэ Лин восхищался храбростью и силой духа первоначального владельца этого тела и спросил систему о его желании.

Возможно, единственным сожалением в жизни оригинального тела было то, что он не смог вернуть то, что оставила ему мать, не смог отомстить подонкам из своей семьи и позволил им счастливо прожить остаток жизни. Сюэ Лин задумался, встал с кровати, открыл шкаф и выбрал себе одежду.

Личность оригинального тела вполне соответствовала его вкусам, и он был заинтересован в том, чтобы помочь ему отомстить. Система поглотила нанокомпьютер оригинального тела и вошла в сеть. По команде Сюэ Лина она помогла Сюэ Лину пройти через Закон о защите кормилиц, и Сюэ Лин щелкнул пальцами, когда ему пришла в голову идея.

Главный герой возвращался сегодня. После того, как он расскажет о том, что брат столкнул его с лестницы, их отец, несомненно, жестоко отругает его. Сюэ Лин приготовился ухватиться за эту возможность и полностью избавиться от этой ужасной семьи.

В Законе о защите Кормилиц говорилось, что кормилицы, не получившие должной защиты и надлежащего обращения в своих первоначальных семьях, могут подать заявление на разлуку с семьей и разорвать свои отношения. Тогда Ассоциация защиты кормилиц подберет для них другого опекуна, полностью защищая их права и интересы.

Сюэ Лин попросил систему выяснить, сколько времени пройдет до возвращения этой семьи, затем рассчитал время и связался с Ассоциацией Защиты Кормилиц.

После того, как он прошел через столько миров, для Сюэ Лина не составило труда изобразить белый лотос. Он смог всего за секунду войти в образ, поэтому он тихо всхлипывал, объясняя свою ситуацию и выражая желание разорвать все отношения со своей семьей. Он выразил надежду, что Ассоциация пришлет кого-нибудь, чтобы подтвердить ситуацию и забрать его.

Несмотря на существование этого закона, очень немногие кормилицы действительно решили покинуть свои родные семьи. Ассоциация защиты кормилиц придала большое значение ситуации Сюэ Лина и сказала, что скоро пришлет кого-нибудь.

Поэтому Сюэ Лин разрешил им войти в свой дом, сказав, что его родители не обязательно откроют им дверь, и еще раз подчеркнув свою надежду на то, что они быстро приедут.

После прекращения связи снизу донеслись звуки входящей в дом семьи. Сюэ Лин услышал крики отца, его тон был полон ярости, когда он громко призывал его спуститься вниз.

Сюэ Лин только что выбрал приличную одежду. В ней он выглядел маленьким, и когда он опустил взгляд, его лицо, на котором были следы агрессии, уже не выглядело таким сердитым. Его глаза и брови были наполнены холодом и безразличием; Сюэ Лин бросил последний взгляд на зеркало, убедился, что этот его вид сможет больше всего стимулировать его отца, и взял с собой единственное, что ему нужно было взять, когда он спускался вниз.

С этого момента он больше не будет заходить в эту комнату.

Его комната находилась на втором этаже. Комната Сюэ Лина находилась в самом конце второго этажа, и к тому времени, как он появился на лестнице, люди внизу уже были готовы спешить наверх.

Отец первоначального владельца был зверочеловеком, но его звериная форма была не очень сильной, поэтому он поступил на службу в правительство как политик. Пока он усердно работал, он мог подниматься вверх шаг за шагом.

В те времена мать первоначального владельца, похоже, занимала очень высокое положение в армии. Она была очень сильным гравировщиком, но из-за их брака и рождения первенца она оставила свою работу и решила работать дома.

Дедушка и бабушка первоначального владельца были владельцами небольшой компании, и хотя они не были очень сильными, у них все же был хороший кусок рынка. Но после их смерти его отец продал все эти вещи, сменил дом и вложил много денег в то, чтобы проложить путь к собственному будущему и достичь того уровня, на котором они сейчас находятся. На самом деле, его личность вовсе не была постыдной.

Базовым животным его мачехи, похоже, был хомяк. У нее были мышиные уши на голове и короткий круглый хвост, выходящий сзади. Главный герой тоже выглядел так, и когда они стояли втроем, то действительно были похожи на настоящую семью. А вот тело, которое сейчас занимал Сюэ Лин, казалось несколько несовместимым с ними.

"Негодный сын! У тебя еще хватает смелости показаться!"

Когда Хао Юаньлян увидел спускающегося Сюэ Лина, он ткнул в него пальцев и гневно закричал.

Первоначальный владелец взял фамилию своей матери, Хэлань, что, вероятно, было еще одной причиной, почему Хао Юаньляну он не нравился.

"Разве ты не кричал, чтобы я вышел?" — холодно ответил Сюэ Лин, подняв голову, чтобы равнодушно встретить его взгляд. Этот взгляд еще больше разозлил Хао Юаньляна.

"Только посмотрите на него!!! И он еще зовет себя кормилицей!!! С таким злобным сердцем, что ты даже своего младшего брата столкнул с лестницы!!! Ты пытаешься убить его???"

Сюэ Лин оттолкнул руку, которая указывала на его нос, и нетерпеливо сказал:

"Разве он еще жив?"

Хлесь!

Раздался звук пощечины, и Сюэ Лин прикрыл то место, где его только что ударили по лицу. Он подумал про себя, что если бы не тот факт, что это тело было незрелым, а опекуны-воспитатели имели слишком много прав, он бы никогда не пошел на такие жертвы.

"Ах ты, дрянь! Что это за слова!? Что ты имеешь в виду, разве он еще жив! Может быть, ты не будешь счастлив, если он не умрет?! Как я тебя вырастил! Если бы твоя мать знала, что за существо она родила, она бы точно была разгневана тобой до смерти!!!"

Сюэ Лин закрыл лицо. В его глазах стояли слезы, он злобно смотрел на мужчину.

"Как моя мать родила меня? Весь мир знает, что у меня не было матери, чтобы вырастить меня, а иметь отца - это то же самое, что не иметь его вообще".

Глаза Хао Юаньляна были красными от гнева. Он был крайне разъярен, схватил стеклянный стакан, который был рядом с его рукой, и бросил его в Сюэ Лина. Хотя Сюэ Лину удалось увернуться, стакан все равно разбился о его голову, и он начал истекать кровью.

Его мачеха не могла больше оставаться в стороне. Она шагнула вперед, чтобы удержать Хао Юаньляна, и с плачем обратилась к Сюэ Лину:

"Хватит! Цзююнь! Не говори больше. Неужели тебе нужно мучить всю семью и заставлять всех нас страдать, прежде чем ты будешь счастлив?! Твой младший брат только что вышел из больницы, а твой отец снова вышел из себя от гнева, но ты все еще отказываешься просто признать, что был неправ!"

Хао Юаньлян вырвался из рук, которыми она удерживала его, и указал на Сюэ Лина:

"Какой смысл так много говорить? Если бы этот мусор, тратящий деньги, вышел на улицу, другие бы сказали, что мы его плохо учили! Просто подожди и увидишь, не забью ли я его сегодня до смерти!"

"Мне не нужно принадлежать к вашей семье. Я собираюсь разорвать все отношения с тобой сегодня же!" — Сюэ Лин только закончил говорить эти слова, как раздался звук открывающейся двери. Одновременно с этим на его лицо обрушилась пощечина, и Сюэ Лина отбросило назад, его тело подлетело к двери и упало, выплевывая кровь изо рта.

Люди из Ассоциации Защиты Кормилиц, пришедшие для расследования, были ошеломлены, их рты раскрылись, когда они увидели, как этот хрупкий ребенок получил пощечину, достаточно сильную, чтобы отправить его в полет, и даже выплюнул полный рот крови, когда приземлился.

Что касается остальных трех человек в доме, то в данный момент их выражения были очень странными.

_____

Вот что значит рассчитать момент…

Всего три человека, двое мужчин и одна женщина, были отправлены на расследование; один из них был зверочеловеком, другой - полузверем, а третий - кормилицей.

Женщина была кормилицей, она была ошеломлена на мгновение, а затем поспешила вперед, чтобы помочь поднять Сюэ Лина, который упал рядом с ними. Сюэ Лина рвало кровью, его голова только что ударилась о стекло, на лице виднелись слабые следы отпечатка большой ладони от пощечины, он выглядел жалко, его глаза были пустыми, а лоб морщился от боли. Это вызывало у окружающих чувство жалости к нему.

Женщина увидела его внешний вид, и ее грудь вздымалась от гнева. Она заговорила сердитым тоном:

"Я думаю, нет необходимости проводить расследование. Его уже так избили, как такая семья может быть пригодна для жизни кормилицы?!"

Хао Юаньлян не ожидал, что его один удар отправит сына в полет. Хотя он был очень зол, его сила была не так уж велика. Теперь, когда он собрался с мыслями, он, естественно, не был рад трем людям, которые ворвались в его дом.

"Кто вы такие? Вломились в частную собственность без разрешения!"

Хмурый зверочеловек показал ему их удостоверения.

"Здравствуйте, мы сотрудники Ассоциации Защиты Кормилиц. Выслушав слова господина Хэланя, мы пришли провести расследование и подтвердить, подходите ли вы на роль его опекуна".

Хао Юаньлян не думал, что Сюэ Лин говорит серьезно. По его мнению, семейные дела должны решаться дома. Искать посторонних людей означало просто работать против их интересов, живя за их счет, и намеренно портить его репутацию.

"Хорошо, тогда ты из Ассоциации Защиты Кормилиц, верно~ Тогда забери эту пустую трату денег. Это будет так же, как если бы у меня, Хао Юаньляна, никогда не было такого сына, как он. Раз уж ты хочешь угрожать мне разрывом всех связей, хех, неужели ты думал, что люди снаружи не знают, кто ты такой? Твоя духовная сила и ценность плодородия даже не так хороши, как у твоего младшего брата. Если ты хочешь уйти, то уходи. Видеть тебя меня бесит!"

Хотя закон о защите кормилиц существовал в этом мире, очень немногие люди действительно понимали, что было написано в законе. Как только Сюэ Лин действительно расторгнет отношения отца и сына между ним и Хао Юаньляном, вся его информация будет передана из семьи Хао его новому опекуну.

После этого он будет иметь право обвинить Хао Юаньляна в том, что тот не поддерживает и не воспитывает его должным образом. При наличии достаточных доказательств он мог бы даже сместить Хао Юаньляна с его нынешней должности и отправить его в тюрьму, используя тот факт, что он жестоко обращался с кормилицей.

Но Хао Юаньлян естественно ничего об этом не знал. Он действительно думал, что эти трое — люди, которых Сюэ Лин использовал, чтобы запугать его. Он даже напустил на себя официальный вид, и его совершенно не волновало, что эти трое думают о нем и семье Хао. Он считал, что в сегодняшнем деле виноват Сюэ Лин, и если он будет распространять информацию об этом за пределами семьи, это приведет к всеобщему мнению, что Хэлань Цзююнь был отбросом. Ребенок всегда ошибался, а отец всегда все делал правильно.

Точнее говоря, Хао Юаньлян рассматривал Хэлань Цзююня как объект, принадлежащий ему. Он сам решал, как бить и ругать другую сторону, и это совершенно не касалось посторонних.

К сожалению, другие так не считали. Теперь, когда он произнес такие высокомерные слова, все люди из Ассоциации Защиты Кормилиц усмехнулись. Они записывали эти события с тех пор, как они вошли в дверь, и эти материалы использовались для последующей оценки. После таких слов Хао Юаньляна вопрос о том, что Сюэ Лин разорвал с ним все связи, практически был решен.

Его мачеха более или менее понимала, что эти люди были государственными служащими. Она смягчила свое выражение лица и обратилась к Сюэ Лину:

"Цзююнь, не сердись на отца. Он действительно был разгневан твоим поступком. Как ты мог столкнуть своего младшего брата с лестницы? Это было слишком".

Смысл этого предложения заключался в том, что причиной инцидента была Сюэ Лин, и Хао Юаньляна нельзя было в этом винить.

Главный герой, стоявший рядом с ними, выглядел невинно, добавив:

"Точно, старший брат, я знаю, что я тебе не нравлюсь, но я действительно не ожидал, что ты будешь так со мной обращаться".

Сюэ Лина поддержали. Он выблевал полный рот крови, и у него больше не было его обычного высокомерного вида. Его взгляд действительно стал пустым и оцепенелым, и казалось, что он больше не хотел видеть этих двух людей перед собой в этой жизни.

"Вы можете называть меня пустой тратой денег, говорить, что я бесполезен, унижать меня и говорить обо мне плохо посторонним, но единственное, чего вы никогда не сможете сделать, это говорить плохо о моей матери. Она была самым замечательным гравировщиком, и она не дура, как вы ее назвали. Она бросила свою работу ради меня, и это говорит о ее любви. Это не значит, что у нее были проблемы с мозгами. Вы можете говорить обо мне все, что хотите, но не смейтесь над моей матерью!"

Он решительно поднял голову, его глаза были красными, но он воздержался от слез; его голос становился все тверже и тверже по мере того, как он говорил.

"Шутить над ее смертью еще менее приемлемо!"

"Все эти годы я терпел, что бы ты ни говорил обо мне. Почему ты вспоминаешь мою мать? Может быть, того, что она пережила, недостаточно?"

Он задавал вопросы двум присутствующим родителям.

"Это вы научили его так говорить? Откуда взялось все, что ты ешь, носишь и на что живешь? Разве все это не было получено по смерти моей матери? Но вы, такие хорошие люди, все равно так к ней относитесь!"

Хотя им было неясно, что именно происходит в этой семье, трое следователей были успешно привлечены на сторону Сюэ Лина этими замечаниями.

Что касается притворства, то Сюэ Лин занимал более высокое положение, чем те два человека, которые сейчас притворялись жалкими и невинными. В конце концов, у него было достаточно капитала, чтобы его жалели, а его метод защиты своих близких заставлял других жалеть его от всего сердца.

Кроме того, количество информации, содержащейся в его словах, было еще более значительным и могло склонить других на его сторону.

Вышедшие вперед молодая женщина и зверочеловек помогли Сюэ Лину встать. Он вытер кровь со рта и продолжил:

"Поскольку эти три следователя сегодня здесь, мы попросим их выступить в качестве свидетелей. С сегодняшнего дня я разорвал все связи отца и сына с Хао Юаньляном, и с этого момента мы не будем иметь ничего общего друг с другом. Мне ничего не нужно от этого дома. Я просто хочу, чтобы вы вернули мне наследство моей матери. Она собиралась подарить мне кулон, когда я стану взрослым; это было последнее, что мама оставила мне, и я хочу, чтобы он вернулся в мои руки".

Хао Юаньляна охватил внезапный гнев, который повлиял на его разум, теперь он действительно хотел выгнать его. Он бросился в кабинет и достал шкатулку, в которой лежал кулон, и тут же швырнул ее в сторону Сюэ Лина.

"Это хлам, который оставила твоя мать. Возьми его и проваливай! И чтобы я тебя больше не видел!"

Зверочеловек шагнул, чтобы взять коробочку, и она с неожиданной силой ударилась о его ладонь. Если бы он не закрыл собой Сюэ Лина, то ребенок получил бы еще одну травму. Он посмотрел на Хао Юаньлина и сказал:

"Теперь, когда мы все пришли к соглашению, мы забираем господина Хэланя. Господин Хао должен позаботиться о себе. Мы обязательно увидимся с вами снова".

Хао Юаньлян снова отругал их и сказал, чтобы они убирались из его дома.

Главный герой скрывался с самого начала и до конца. Хотя в середине он произнес несколько слов, в основном он старался не высовываться. Для него было не очень хорошо получить такое количество информации сразу после того, как он покинул больницу. На самом деле, он все еще был немного озадачен и не понимал, почему сегодня все дошло до такой стадии.

Старший брат, которого он видел сегодня, казалось, сильно отличался от того человека, которого он помнил по своим воспоминаниям и который вел себя как мелкий злодей.

Конечно, он не знал, что его самый большой золотой палец уже забрал Сюэ Лин. Он все еще думал о том, как ему дальше жить в этом мире, и совершенно не знал, что его будущее уже полностью изменилось.

Сюэ Лина вывели из дома семьи Хао трое следователей. Они сразу же отвезли его в больницу, и только после того, как он прошел обследование и ему перевязали раны, почувствовали облегчение. Один из них подытожил ситуацию, а затем вернулся, чтобы доложить о ней.

Кормилица осталась заботиться о Сюэ Лине. Она взяла Сюэ Лина за руку и утешила его:

"Не грусти. Уход от такой семьи - это хорошо".

После того как кровь с лица Сюэ Лина была смыта, женщина смогла разглядеть его лицо и обнаружила, что он очень хорош собой, но это было скрыто из-за его стиля и поведения, так как его волосы были достаточно длинными и закрывали глаза, а одежда и движения были очень сдержанными.

"Кормилица, которая так хорошо выглядит, как ты, определенно понравится многим людям. Мы найдем для тебя лучшего опекуна".

Сюэ Лин держал в руке только что полученный кулон, его глаза были немного тусклыми. Казалось, что он вспоминает какие-то вещи, связанные с кулоном, и наступила пауза, прежде чем он снова обратил свое внимание на нее. Он спросил:

"Можно ли мне не иметь опекуна? Я уже столько лет забочусь о себе сам, что вполне могу справиться".

Изначально он планировал взять с собой этот золотой палец и первым делом покинуть семью, а остальное решить позже, но после того, как он так легко выбрался из этого дома, перед ним встала другая проблема. Ему придется жить в чужом доме, и свобода, которую он только что вырвал из рук Хао Юаньляна, очень скоро снова окажется в чужих руках. Это было не то, чего хотел Сюэ Лин, но таковы были правила, которым он должен был подчиняться в этом мире.

Кормилицы в этом мире считались взрослыми только после достижения 20 лет. До совершеннолетия Сюэ Лину оставалось еще два года, а это означало, что на два года ему придется передать большую часть своей свободы другому человеку. Это было не очень приятно, как бы он ни думал об этом.

"Прости".

По его тону было видно, что он не собирался вызывать сочувствие и просто рассказывал ей о том, как прошел его день. Глаза женщины слегка покраснели, когда она взяла Сюэ Лин за руку и продолжила:

"Таков закон. У нас нет возможности изменить его. Расслабься, мы очень гуманны, и чтобы семья Хао больше не причиняла тебе вреда, при выборе опекуна мы будем учитывать личность и статус, и выберем кого-то с высоким статусом, кто сможет открыть для тебя большие возможности в жизни."

"Какие вещи учитываются при оценке опекунов?"

"Как правило, они начинают с ваших родителей. В такой ситуации, как твоя, сторона твоего отца не будет рассматриваться, и мы найдем кого-то из сети твоей матери."

"Но моя мать уже давно мертва", - поджал губы Сюэ Лин.

Женщина была одновременно расстроена и беспомощна. Она взяла обе руки Сюэ Лина в свои и сказала:

"Пока не нашелся подходящий опекун, я буду заботиться о тебе, пока ты остаешься в Ассоциации. Если сможешь, расскажи мне о своей матери и о том, как с тобой обращались в той семье. Мы поможем тебе добиться справедливости".

Сюэ Лин поднял на нее глаза. Во взгляде женщины было ободрение; хотя она казалась совсем молодой, на самом деле она была намного старше Сюэ Лина. Она протянула руку и погладила Сюэ Лина по голове.

"Хотя наша организация не очень ценна, у нас есть влиятельные сторонники~ Ты можешь расслабиться и передать все в наши руки. Я обещаю, что мы добьемся справедливости для тебя, малыш!"

Сюэ Лин поджал губы. Он долго молчал, прежде чем наконец открыл рот, чтобы медленно рассказать женщине о том, что произошло за эти годы борьбы с семьей Хао. К тому времени, как он закончил, на улице уже стемнело, и женщина была так зла, что не стала ужинать. Накормив Сюэ Лина, она велела ему хорошо отдохнуть, развернулась и ушла писать отчет.

Если все, что сказал Сюэ Лин, было правдой, то двух взрослых членов этой семьи действительно следовало вытащить на улицу за волосы и расстрелять. Но даже этого было бы недостаточно!

Чем же так обидела их милая кормилица, что заслужила такое обращение?

Именно этот отчет помог Сюэ Лину завоевать симпатию и благосклонность Ассоциации Защиты Кормилиц. Такая умная и смелая молодая кормилица заставила их всех вздохнуть о несправедливой судьбе. После того, как вся группа узнала о ситуации Сюэ Лина, они стали еще больше стремиться помочь Сюэ Лину урвать великолепного опекуна.

Есть дети в семье? Отказ! А если он будет издеваться над маленьким приемным ребенком?!

Женат? Отклонить! Текущая ситуация ребенка требовала длительного ухода. Что, если новая семья не сможет обеспечить достаточный уход и повторит трагедию?!

После тщательного рассмотрения и оценки реалий и различных потребностей всех типов семей, одна семья, наконец, стала явным победителем среди всех вариантов. Только вот люди из Ассоциации защиты считали, что условия этой семьи, скорее всего, слишком хороши, и не знали, согласятся ли они усыновить ребенка или нет. Изначально они думали, что после отправки предложения пройдет некоторое время, прежде чем они получат ответ, но неожиданно на второй день они уже получили ответ из дома этого господина.

Поскольку это был ребенок их бывших товарищей по оружию, не было никаких проблем с тем, чтобы выступить в качестве опекуна на некоторое время. Маршальский дворец не испытывал недостатка в средствах, и экономка, ответившая на письмо, также заявила, что они обязательно позаботятся о новом молодом господине.

Все были очень довольны высоким положением и весом власти Маршальского дворца, а также тем импульсом, который, казалось, говорил о том, что никто, кроме самого маршала, не посмеет им помешать.

Это было самое подходящее место для этого ребенка; он скоро достигнет совершеннолетия и был вполне способен позаботиться о себе сам при условии, что ему будет обеспечена забота и светлое будущее. Большинство людей также считали его перспективы на будущее более важным моментом.

Если использовать Дворец Маршала как ступеньку, у ребенка определенно будет хорошее будущее, и они могли быть уверены в этом.

Когда Сюэ Лин получил уведомление, в Маршальском дворце уже было приготовлено все необходимое для его новой жизни. Экономка дворца маршала даже связалась с ним лично, выразив сожаление, что маршал завтра будет на совещании и не сможет его забрать, но вместо него за ним пришлют его личного охранника.

Они надеялись, что Сюэ Лин не будет сильно возражать, так как он очень понравился маршалу, и надеялись, что он будет чувствовать себя желанным гостем.

Сюэ Лин моргнул. Внутренне он задумался, почему титул "личный охранник" показался ему таким знакомым... Не эту ли должность занимал главный гун в этот период времени?

__________

Аааааа, просто мурашки от этой истории!

Империя, в которой теперь жил Сюэ Лин правила всей галактикой Млечного Пути, и в ней было несколько центров власти.

Королевская семья была ядром Империи. Животная форма зверолюдей из королевской семьи была формой уникального дракона Млечного Пути, не имеющего аналогов в галактике. Легенда гласила, что в критический момент выживания и гибели галактики появился клан драконов млечного пути.

Они повели зверолюдей в контратаку, уничтожив врагов за пределами галактики. После многих лет экспансии они утвердили положение галактики Млечный Путь во Вселенной и привели зверолюдей к славе, позволив людям теперь жить счастливо.

Таким образом, дракон был ядром галактики Млечный Путь. Режим менялся много раз, но королевская семья никогда не сходила со сцены. Их звериная форма была самой могущественной из всех животных, существовавших в истории, и именно благодаря их существованию Галактика Млечного Пути могла твердо стоять во Вселенной и не быть поглощенной другими расами.

В подчинении королевской семьи находились три основные силы. Одна из них - Военный штаб, который контролировал армию и обладал одной третью власти в Империи. У них были войска, разбросанные по всей Империи, и полицейские, обеспечивающие надзор, также находились под их юрисдикцией.

Второй силой был парламент, который возглавлял спикер парламента. Здесь решалось большинство государственных дел, но реальная власть парламентариев была невелика. Вопросы, касающиеся основных законопроектов империи, в конечном итоге оставались в ведении королевской семьи.

Третья сила была фактически ответвлением Королевской семьи; организация называлась Первый флот. Верховным главнокомандующим этой организации был Первый маршал империи, а подчиненные ему могли получить только звание генерала, поскольку второго маршала быть не могло. Этот пост всегда занимал человек из королевской семьи, обладавший самой сильной боевой мощью, и его могли занимать только принцы из королевской семьи.

Первый флот - это силы, которые действовали за пределами Империи. Как и Военный штаб, он обладал одной третью военной мощи Империи, но эта одна треть имела больший вес, поскольку Первый флот состоял из всех элитных боевых сил, которые были лично обучены и возглавлялись маршалом.

Они представляли собой воинов первой линии во всех аспектах военных действий, готовых сражаться за Империю своими жизнями, и именно по этой причине эти силы не падали на протяжении многих лет. Они были козырной картой Империи; если бы они пали, Империи тоже пришел бы конец.

Независимо от того, насколько сильно течения Империи боролись внутри, в пределах Империи Первый флот обладал иммунитетом по умолчанию.

С такой историей в Первый флот попадали люди из самых разных слоев общества. Главный герой Гун был одним из таких людей. Наличие Первого флота в его резюме было важным фактором для того, чтобы в будущем он стал одним из трех великих генералов Империи.

Нынешний маршал империи был дядей нынешнего императора империи. Принц Инь Цзя прожил в два раза дольше, чем нынешний Сюэ Лин.

Он был младшим братом бывшего императора, заняв пост первого маршала в возрасте 20 лет. С тех пор прошло шестнадцать лет, и никому из членов королевской семьи пока не удалось его победить. Но независимо от того, был ли это бывший император или нынешний, они оба испытывали огромное доверие к этому своему младшему брату или дяде. Если в Империи и был кто-то, кого можно было назвать ниже одного человека, но выше всех остальных, то это был именно этот маршал и никто другой.

Теперь Сюэ Лин понял, что имела в виду кормилица, когда сказала "у нас есть влиятельные сторонники". Если они смогли заставить первого маршала империи согласиться усыновить его, то за ними, скорее всего, стояла императрица.

На самом деле, если проследить весь путь, то у Сюэ Лина и этого маршала действительно были непростые отношения. В те времена его мать получила повышение от маршала, а перед тем, как уйти в отставку и вернуться домой, она была одним из эксклюзивных гравировщиков маршала и поддерживала с ним связь.

Согласно системе, похоже, что его мать и маршал делили между собой какие-то секреты, о которых нельзя было рассказывать другим. Кулон, который оставила его мать, также был подарен ей маршалом в то время...

Сюэ Лин: "Тц, тц. Маршал был холост столько лет. Может быть, он тайно влюблен в мою мать?"

Система: "... Откуда мне знать? Я просто стараюсь изо всех сил помочь найти некоторую информацию. Надеюсь, эти сведения помогут хозяину сохранить свое положение во дворце маршала. Ты должен понимать, что ты входишь не только во дворец маршала, но и во дворец королевского принца. Ты как воробей, который превратился в феникса".

Сюэ Лин проигнорировал слова, которые можно было понять как похвалу или насмешку. Он задумался на мгновение, а затем сказал:

"Неважно, что это за дворец, я буду свободен через два года, верно?"

"Да, но у тебя есть только три года, чтобы все обдумать. Если ты не сможешь найти его за это время, ты будешь вынужден выйти замуж за кого-нибудь~".

Система наклонила голову и подумала вслух:

"Если бы тебя действительно заставили выйти замуж, бросился бы этот человек выкрадывать тебя и сбегать?"

"Я даже не знаю, кто он в этом мире, и он не влюбится в меня с первого взгляда. Более того, ты - дрянная система, которая вообще не может его узнать".

"Ничего не могу поделать..."

Система чувствовала себя очень обиженной. Она была всего лишь третьестепенным винтиком в этой авантюре, почему с ней нужно было так обращаться?

"После слияния с небольшим количеством твоей силы, его аура изменилась, и теперь у меня нет способа почувствовать его, так как я больше не боюсь его ауры. Было бы здорово, если бы я смогла помочь..."

Сюэ Лин: "..." Это действительно была бесполезная система. Как он должен был ее использовать?

Система: «..."

Прекрасным солнечным утром люди маршала пришли в больницу, чтобы забрать Сюэ Лина. Рана на голове Сюэ Лина полностью зажила, но его тело все еще было слабым, в нем были обнаружены остатки запрещенных препаратов, постепенно уничтожавших его духовную силу, поэтому он оставался в больнице в течение этого времени. Даже после того, как он отправится во Дворец Маршала, ему придется сотрудничать с врачами в будущем.

Когда врач осмотрел Сюэ Лина, оказалось, что помимо ран, полученных в недавнем бою, было еще несколько разных мелких ран, которые система добавила по просьбе Сюэ Лина. С такими ранами двое взрослых членов семьи Хао не смогли бы избежать вины.

Сюэ Лин был несовершеннолетним, но столкнулся с такой ужасной вещью; многие медсестры глубоко сочувствовали ему, а если учесть, что он был привлекательным, то его довольно много кормили.

Первоначальный владелец этого тела боялся, что другие подмешают в его пищу что-то плохое, поэтому он ел очень мало. Все его тело выглядело костлявым, но за это время он немного оброс плотью, и медсестры и врачи выразили облегчение.

Услышав, что Сюэ Лин покидает больницу, многие из тех, кто ухаживал за ним в этот период, собрались, чтобы попрощаться с ним, но все они были заблокированы у дверей.

Все эти люди были одеты в аккуратную униформу, выражение их лиц было торжественным, и они демонстрировали отличную дисциплину, преграждая путь одному за другим, не давая им пройти.

Сюэ Лин уже собрал свои вещи. Услышав стук в дверь, он откликнулся, и его приветствовал человек в военной форме.

Судя по медалям и значкам на его груди, Сюэ Лин мог сказать, что этот человек в настоящее время майор, что соответствовало описанию ситуации главного героя Гуна. Сюэ Лин посмотрел на стоящего перед ним зверочеловека, моргнул, а затем застенчиво улыбнулся.

Его человек и раньше был главным героем, а теперь ему пришлось широко раскинуть сеть, чтобы поймать желанную рыбу. Короче говоря, раз уж это был мужчина, то сначала он должен был заручиться доброй волей. Так как он был протагонистом гуном, вероятность того, что этот человек окажется именно им, была довольно высока.

"Здравствуйте, молодой господин Хэлань, майор Мо Си из Первого флота сопровождает вас во дворец маршала по приказу маршала!"

Он отдал Сюэ Лину стандартное воинское приветствие. Он стоял прямо, его мощные длинные ноги подчеркивала военная форма, а по его лицу было видно, что он необычайно красивый зверочеловек.

Сюэ Лин кивнул и сказал: "Я Хэлань Цзююнь. Вы можете называть меня Хэлань или Цзююнь. Добавление "Молодой господин" или что-то в этом роде... Звучит странно".

Он выглядел довольно застенчивым, но чувство, которое он вызывал у других, было очень комфортным.

Мо Си, казалось, облегченно выдохнул. Он мог сказать, что Сюэ Лин не был сложным человеком в общении. Прежняя напряженность немного спала, и его чувства стали гораздо мягче.

Все верно. Мо Си был главным гоном этой истории. Его звериная форма была тигром, а сила его атаки была очень высока. Помимо семейного происхождения, он был первоклассным во всех отношениях, и его пребывание в Первом флоте было не более чем способом отточить себя во взрослой жизни. В конце концов он покинул Первый флот и вернулся в Военный штаб, который и стал той ступенью, на которой он поднялся к известности.

Но во второй половине истории, как бы высоко Мо Си ни забрался, он все равно сохранил глубокое уважение к Первому флоту. То, что он достиг звания майора в столь юном возрасте в Первом флоте, где было много квалифицированных людей, свидетельствовало о том, что его сила была на высшем уровне.

Именно поэтому Сюэ Лин подозревал, что Мо Си - его человек. Этот человек, похоже, предпочитал именно такой тип персонажей.

После короткого обмена мнениями Сюэ Лин передал небольшой багаж, который он собрал для себя, и приготовился уходить.

Во время его пребывания в больнице в эти несколько дней, независимо от того, врачи и медсестры больницы или сотрудники Ассоциации Защиты Воспитателей, которые приходили навестить его, все они принесли ему много вещей. У Сюэ Лина не было возможности забрать все это с собой, поэтому сегодня утром он раздал большую часть старейшинам из соседней палаты. Остальное он планировал забрать себе, рассматривая эти вещи как память о мыслях и заботе каждого. Среди этих вещей была одежда и множество вещей, полезных для кормилиц.

Выйдя из палаты, Сюэ Лин обнаружил, что снаружи собралась толпа людей. Он знал, что они пришли проводить его, и после пары слов с Мо Си, Мо Си согласился дать ему возможность попрощаться.

Так прошел еще один раунд неохотных прощаний. В поведении Сюэ Лина не было ни капли фальши, он вел себя как милый белый лотос, и с первого взгляда было видно, что он настроен серьезно и искренне всех любит и ценит. Такой человек помнил множество мелких услуг и деталей, и у окружающих создавалось впечатление, что после ухода из этого места, даже если его жизнь перевернется с ног на голову, он не забудет о своей благодарности к простым людям здесь.

Мо Си чувствовал, что рядом с таким человеком слишком легко чувствовать себя хорошо.

Но когда он подумал, что с сегодняшнего дня этот милашка станет приемным сыном маршала, Мо Си необъяснимо задрожал. Лорд-маршал в качестве отца... это был именно тот отец, которого потенциальный зять боялся бы больше всего. Судя по тому, какое значение он придавал этой маленькой кормилице, любой, кто преследовал бы его, был бы избит до смерти...

Они еще не успели познакомиться, а маршал уже надел на себя титул отца этой кормилицы... Маршал действительно... не знал, что сказать...

Сюэ Лин попрощался с людьми в больнице и в Ассоциации Защиты Кормилиц, которые пришли проводить его, один за другим, а затем последовал за Мо Си на армейский Шаттл.

Первый маршал Первого флота был настолько высокомерен, что даже послал за ним такой особый транспорт...

О том, что Сюэ Лин был усыновлен маршалом, не знали многие люди за пределами Маршальского дворца и Ассоциации защиты кормилиц. Даже врачи и медсестры в госпитале не знали о происхождении усыновления, поэтому, увидев такой грандиозный жест, большинство из них просто изумились тому, что люди из военного ведомства, как обычно, хотят устроить грандиозное зрелище.

В конце концов, обычно именно люди из военного штаба, которые любили вести себя с размахом, любили кататься на таких крупных Шаттлах. Нужно было понимать, что эти Шаттлы, как летательные аппараты, строго контролировались в воздушном пространстве из-за своих размеров, скорости и ударной мощи. Должно быть, они устроили такую штуку, чтобы выполнить особо важное задание.

Сюэ Лин: "..." Нет, его просто использовали, чтобы доставить домой недавно принятого сына маршала.

Маршальский дворец находился на севере Столичной Звезды и был очень близок к императорскому дворцу. На самом деле это был дворец королевского принца, но поскольку никто из королевской семьи не смог победить Инь Цзя и занять его место, через некоторое время Инь Цзя стало лень бегать туда-сюда между дворцом маршала и дворцом королевского принца, и он просто переименовал его в дворец маршала.

Маршальский дворец занимал очень большой участок земли. Помимо одного главного дома, здесь было еще четыре здания, которые, казалось, располагались вокруг главного дома. Весь дворец выглядел очень величественно, но на самом деле здесь жил только сам маршал. Во время войны здесь размещались войска, а иногда дворец служил местом проведения конференций для Первого флота. Здания имели широкий спектр применения, но вероятность использования их для проживания была очень мала.

Сюэ Лин наблюдал из салона Шаттла за тем, как они прошли через великолепные виртуальные ворота. Шаттл припарковался на специальной стоянке в переднем дворе. Судя по тому, сколько места оставалось на стоянке, припарковать еще несколько машин рядом с Шаттлом не составило бы труда. Сюэ Лин втайне подумал, что здесь может причалить даже главный корабль флота.

С Мо Си во главе, Сюэ Лин вышел из Шаттла. Это был первый раз, когда он ехал на чем-то подобном, но он, казалось, совсем не паниковал, что заставило Мо Си сильно повысить к нему благосклонность.

Под Шаттлом их ждала старая экономка. Она была человеком, который отвечал за общение с Сюэ Лином, и за время их предыдущих бесед по видеосвязи ей очень понравился их будущий молодой господин. В результате, как только Сюэ Лин сошел с Шаттла, его волосы взъерошила экономка, которая с восторгом бросилась к нему.

Старая экономка маршальского дворца была близкой подругой матери Инь Цзя. В молодости она была редкой женщиной-генералом-зверочеловеком Империи, но после несчастного случая, в результате которого она не смогла перейти в звериную форму, она ушла на пенсию.

В то время Инь Цзя только что принял должность первого маршала, и она решила занять место экономки в его дворце. Хотя она всю жизнь оставалась незамужней, ее жизнь была вполне приятной. Мать Инь Цзя уже много лет как умерла, но она была жива и здорова.

Несмотря на преклонный возраст, у нее была очень хорошая фигура, и возраст ее совсем не бросался в глаза. Сюэ Лин почти задохнулся на ее груди, его маленькое личико покраснело, прежде чем его наконец отпустили.

"Маленький милашка, я экономка Му Си из дворца маршала. Мы уже говорили по видеосвязи. С сегодняшнего дня я буду заботиться о тебе, так что в будущем зови меня сестрой Му, понятно?"

Сюэ Лин глубоко вздохнул, кивнул головой с растерянным выражением лица и позвал:

"Сестра Му".

Мо Си, который стоял в стороне, "...".

Бедное дитя, ты действительно ничего не знаешь. Сестра Му уже одурачила тебя... Судя по ее возрасту, Му Си может быть твоей бабушкой...

Возможно, потому что выражение лица Сюэ Лина было слишком растерянным, ему удалось попасть в точку миловидности Му Си. Она внезапно подхватила Сюэ Лина и втащила его на свой ховерборд.

Дворец маршала был слишком велик, и для передвижения по нему требовались ховерборды.

"Поехали. Маршал не вернется до обеда. Ваша сестра Му проведет для вас экскурсию по дворцу~".

Сюэ Лин протянул руку и страдальчески посмотрел: "Но мой багаж..."

"Не волнуйтесь, я скажу кому-нибудь разобраться с ним. Тебе просто нужно следовать за мной".

Она уже собиралась уйти с Сюэ Лином, когда повернула голову и увидела Мо Си.

"Сяо Мо Си! Возвращайся и доложи маршалу. Я заберу маленького милашку поиграть, если он не против. Отдай вещи маленького милашки слугам~, а потом убирайся отсюда~".

"..."

Сюэ Лин был пойман в ее хватку и никак не мог вырваться. Он был явно мужского пола, но почему-то на целую голову ниже, чем другая сторона.

Это было слишком позорно!

Когда Сюэ Лина привели во дворец маршала, до обеда оставался еще час. Поэтому, хотя Му Си оттащила Сюэ Лина и сказала, что поведет его на прогулку, на самом деле его просто привели в главный дом и дали краткие инструкции по использованию и распределению строений во дворце маршала.

"Маршал - трудоголик. Он не обязательно возвращается каждый день, так что тебе не нужно слишком беспокоиться о том, чтобы найти с ним общий язык".

Му Си привела Сюэ Лина в главный дом, который представлял собой трехэтажное здание. Снаружи он выглядел старым, но внутренняя отделка была совершенно новой. В основном здесь ходили роботы-слуги, и выглядели они очень организованно.

Вестибюль был очень величественным и грандиозным. Му Си сняла пальто Сюэ Лина и привела в порядок его рубашку, улыбаясь, она сказала:

"Маленький милашка так хорошо выглядит! Ты отлично выглядишь независимо от того, что на тебе надето! Я слышала, что ты ушел оттуда без ничего. Ничего страшного, завтра я отведу тебя за покупками".

Сюэ Лин не сказал ни слова. Действительно, ему нужно было приобрести больше одежды, которая соответствовала бы его вкусу. Теперь, когда его опекун сменился на маршала Инь Цзя, было вполне разумно тратить деньги и хорошо жить, пользуясь положением. В будущем, если не случится ничего непредвиденного, он будет неотделим от Маршальского дворца, и Сюэ Лин не собирался вести себя как чужак.

Он просто не знал, легко ли найти общий язык с этим так называемым маршалом...

Даже если он ему не понравится, Сюэ Лин мог использовать свое обаяние, чтобы улучшить его расположение; не было нужды слишком беспокоиться.

Пройдя через вход, они попали в большой зал. Зал выглядел очень просторным, и в нем было очень мало вещей. Му Си объяснила:

"Это место обычно используется только для банкетов, в остальное время оно пустует. Иногда маршалу нравится превращаться в животное, и он использует это место, чтобы немного порезвиться".

Сюэ Лин вдруг понял: зверолюди могли контролировать размер своей звероформы, но как бы он ни изменился, Инь Цзя все равно останется драконом!

Драконы Млечного Пути были совсем не маленькими, и теперь он понял, почему посадочная площадка снаружи была такой большой. Кроме того, что она использовалась для военных дел маршала, она, вероятно, чаще использовалась его животной формой...

После большого зала была столовая. Столовая тоже была очень большой, длинный стол вмещал от десяти до двадцати человек. Му Си снова заговорила:

"На самом деле, эта комната тоже редко используется. Маршал обычно ест в своей комнате или в кабинете".

Сюэ Лин был несколько удивлен и спросил: "Маршал очень занят?"

"Это зависит от обстоятельств".

Му Си спокойно ответила:

"Каждый год бывает напряженный период, но в остальное время все нормально. Пока нет крупных сражений, работа почти не доходит до него".

В этот момент она нахмурилась:

"Но не все это связано с его работой. Есть много людей в высших эшелонах власти Империи. Некоторые из них не делают ничего другого, кроме как устраивают вечеринки и собираются целыми днями. Есть и такие, которым он не может отказать, и они время от времени ищут его внимания. Кроме того, Императорский дворец иногда требует помощи маршала, поэтому у него так мало свободного времени".

Сюэ Лин пришел к выводу, что ему не придется часто видеться с маршалом. Возможно, именно потому, что он редко возвращался в свой дом, он и согласился его усыновить. В любом случае, наличие лишнего человека в его семье не было большой проблемой. Дом был таким большим, что если бы они специально не пытались встретиться, то могли бы вообще никогда не увидеть друг друга.

Спустившись вниз, Му Си подняла руку наверх.

"Я живу на втором этаже, здесь также есть несколько комнат для гостей. Я приготовила для тебя комнату на третьем этаже. Маршал также живет на верхнем этаже; надеюсь, у вас сложатся хорошие отношения".

Сюэ Лин: "..." Этот момент показался немного лишним.

Они прошли через второй и третий этажи, а затем Сюэ Лин вернулся вниз на обед.

Обед был съеден за обеденным столом. Му Си очень нравился такой способ питания. Было очень приятно, когда в доме было больше одного человека.

Говоря об этом, ее брови снова опустились вниз, и она беспомощно вздохнула:

"Я никогда не думала, что следующим хозяином в этой семье станет кто-то, кого усыновил маршал. Возможно, он не собирается искать себе кормилицу, с которой счастливо проведет остаток жизни..."

Сюэ Лина не очень интересовала эта тема, но в конце концов он собирался жить здесь. Он воспользовался случаем, чтобы продолжить тему Инь Цзя с Му Си.

"У маршала нет возлюбленной?"

Учитывая, насколько велика эта страна, разве этот человек не мог найти кого-то, кто ему нравится?

"Возлюбленная?" Му Си усмехнулась.

"Он просто как камень, и никто не заинтересован в его согревании. У него нет возлюбленной. Не волнуйся, все в этой семье будет твоим. Здесь не будет мачехи с поврежденными мозгами, и никто не будет над тобой издеваться".

Му Си знала, какой жизнью жил Сюэ Лин раньше, и подсознательно подумала, что Сюэ Лин боится повторения своей предыдущей трагедии. Она успокоила Сюэ Лина, сказав:

"Можешь быть уверен, что маршал довольно хладнокровен и бесчувственен, несмотря на то, что кажется очень легким на подъем. Он просто немного предвзято относится к кормилицам. Я наблюдала за его взрослением и никогда не видела, чтобы ему кто-то нравился. Вероятность того, что он влюбится в кого-нибудь в ближайшем будущем, очень мала".

Сюэ Лин ответил неопределенно, в душе задаваясь вопросом: если ему не нравятся кормилицы, может быть, ему нравятся другие зверолюди?

Забудьте об этом. Не было смысла слишком много думать об этом.

В течение всего дня Му Си показывала Сюэ Лину весь дворец маршала, включая холм на заднем дворе. С холма на заднем дворе поместья открывался вид на море, а у подножия холма, помимо четырех зданий, составлявших дворец маршала, находились различные развлекательные заведения. Одно из четырех зданий было перестроено в конференц-зал, который использовался нечасто. Му Си сказала Сюэ Лину, что там довольно скучно, и он не должен заходить туда без причины, чтобы маршал не стал за ним следить.

Еще одним зданием была библиотека дворца маршала. Все здание было трехэтажным, но при входе в него казалось, что это один этаж с очень высокими потолками. По словам Му Си, некоторые из книг, хранящихся в библиотеке, были написаны тысячи лет назад. Даже в библиотеке императорского дворца не было такой обширной коллекции книг, как во дворце маршала, потому что маршал с юных лет любил читать и собрал много хороших книг, все из которых были помещены в эту библиотеку.

На самом деле, эта библиотека также использовалась как место для хранения антиквариата. Сюэ Лин следовал за Му Си; после того, как система просветила его, он понял, что многие из случайно расставленных тут и там вещей на самом деле были культурными реликвиями. Только тогда он начал глубоко понимать, что именно за золотое бедро он сейчас обнимал.

Он не знал, кого благодарить, и в конце концов мог приписать свое везение только тому, что его мать поддерживала рабочие отношения с маршалом.

Оставшееся здание, похоже, было личным пространством маршала. Му Си не имела права входить туда, поэтому она не стала приводить туда Сюэ Лина. Она просто отправила Сюэ Лина обратно в его комнату и велела ему хорошо отдохнуть, прежде чем спуститься к ужину в тот вечер.

Сюэ Лин привел в порядок свои вещи, переоделся и лег вздремнуть. Когда он проснулся, то, слегка в оцепенении пошел принимать ванну, а затем переоделся в формальную одежду, чтобы встретиться со своим номинальным приемным отцом.

В конце концов, он был большим золотым бедром. Ему нужно было произвести хорошее впечатление, чтобы в будущем он мог вести себя как угодно!

Из-за этого дела он попросил академический отпуск, но не собирался бросать учебу. Через два дня ему предстояло вернуться в школу, а там еще предстояла война.

После того как небо потемнело, Сюэ Лин стоял в своей комнате и смотрел на улицу. Весь дворец маршала был освещен. Никаких особых приготовлений не было сделано, но все равно все выглядело очень величественно. В конце концов, между настоящим богатством и "ненастоящим" богатством семьи Хао все еще была большая пропасть.

Хотя они оба находились в Столице Звезды, разница между Дворцом Маршала и семьей Хао была равна разнице между небом и землей. Сравнение было просто невозможно.

Сюэ Лин действительно взлетел на небо и превратился в феникса.

Чтобы подчеркнуть свое упорство, независимость и силу личности, Сюэ Лин выбрал формальный костюм-тройку, но пиджак оставил в стороне и надел просто рубашку с жилетом, подчеркивая свое постоянно голодающее стройное тело. Переодевшись, он посмотрел на себя в зеркало и остался очень доволен своим внешним видом.

Раньше, чтобы мачеха не обратила слишком много внимания на его чрезмерно красивую внешность и не сделала шаг против него, Цзююнь всегда держал челку длинной и предпочитал носить очки, чтобы скрыть лицо. После того как Сюэ Лин попал в больницу, он попросил медсестер слегка подстричь его, чтобы глаза больше не были скрыты. Только медсестры не посмели возиться, и стрижка была очень простой, но от этого он выглядел очень хорошо. В сочетании с его нынешним нарядом он выглядел по-юношески чистым.

Робот-слуга постучал в дверь и пригласил его спуститься к ужину. Сюэ Лин ответил на зов, поправил одежду и спустился вниз.

На полпути вниз по лестнице он увидел, как кто-то вошел из главных дверей и остановился у входа.

Снимая пальто, мужчина окинул Сюэ Лина взглядом сверху донизу, после чего отвернулся и грациозно передал пальто стоявшей рядом Му Си.

Му Си позвала Сюэ Лина, застывшего на лестнице, и сказала:

"Сяо Юнь, быстро подходи".

Только тогда Сюэ Лин внезапно опомнился. Его шаги изменили свою прежнюю устойчивость и стали какими-то слабыми. Не по какой-либо другой причине, а потому что взгляд маршала Инь Цзя был поистине ужасающим, словно он мог видеть его насквозь...

Какая поступь белого лотоса, какая твердая и неукротимая кормилица... Он почувствовал, что под этим взглядом его разом раздели догола... Вся маскировка была видна насквозь, и это заставляло его действовать нерешительно.

Инь Цзя был необычайно высоким человеком. Сюэ Лин, стоя на лестнице и глядя на него, вдруг попятился и почувствовал, что ниже его на целую голову. Только подойдя к нему, Сюэ Лин обнаружил, что он достает ему до груди, только если встать на цыпочки.

Сюэ Лин: "..."

По какой-то причине он чувствовал себя таким подавленным!

Военная форма Инь Цзя выглядела точно так же, как и у Мо Си, но поскольку он был маршалом, на некоторых местах было больше деталей и отличительных особенностей. Его длинные серебристые волосы были завязаны сзади, лицо было ледяным, ни одна из его мыслей не отражалась на лице, отчего кожа головы Сюэ Лина необъяснимо онемела.

Му Си это ничуть не обеспокоило. Она поймала руку Сюэ Лина и полуподталкивала его, пока он не оказался перед Инь Цзя, сказав:

"Это маршал. Быстро поздоровайся".

Сюэ Лин был застигнут врасплох и напуган. Он не успел опомниться, как ему пришлось набраться смелости и улыбнуться не совсем улыбкой, сказав:

"Маршал".

Инь Цзя посмотрел на него глубоким, непостижимым взглядом. От этого взгляда кожа Сюэ Лина еще больше онемела, а улыбка застыла на лице.

Через некоторое время он отвел взгляд и сказал: "Зовите меня отцом".

Сюэ Лин был в оцепенении.

Уголок рта Му Си слегка изогнулся вверх, и она сказала Сюэ Лину:

"Правильно. Вы теперь одна семья. Почему ты называешь его маршалом? В будущем ты должен называть его папой!"

Сюэ Лин: "..." Почему он почувствовал себя немного неловко?!

Сюэ Лин некоторое время тушевался, затем под пристальным взглядом мужчины, наконец, выдавил из себя слово, похожее на комариное:

"Отец".

Инь Цзя не стал давить на него. Он кивнул и поприветствовал его, а затем приказал Му Си начать подавать ужин.

Сюэ Лин последовал за Инь Цзя, пока они шли в столовую. Инь Цзя очень естественно сел на место во главе стола, а Сюэ Лин задумался и направился к месту на два места ниже. Он достал стул и уже собирался сесть, когда Инь Цзя сказал:

"Садись сюда".

Кресло, которое он имел в виду, было рядом с ним. Сюэ Лин решительно вычеркнул этот вариант, но теперь Инь Цзя заставил его вернуться.

Сюэ Лин: "..."

Он нехотя рассмеялся.

"Хорошо..."

Его сердце обливалось кровью... утопая в крови...

Му Си сдерживала смех, наблюдая за их общением. Увидев, что они оба уселись, она приказала подать блюда.

Имперская кухня не следовала новомодной тенденции сосредотачивать внимания на питательности, игнорируя эстетику. К еде во дворце маршала придраться было не к чему. Хотя большая часть декора была выполнена в западном стиле, блюда, которые подавались на стол, в основном были китайскими, которые Сюэ Лин ел и раньше.

Сюэ Лин обнаружил, что многие блюда пришлись ему по вкусу, и после того, как Инь Цзя велел ему приступить к еде, он, естественно, начал есть. Наблюдая за тем, как он выбирает еду, было очевидно, что все эти блюда ему нравятся.

Казалось, маршал искренне не считал странным, что у него теперь есть дополнительный член семьи. Он не делал вид, что между ними сложилась неловкая атмосфера. Сюэ Лину было трудно есть, и он мог только наблюдать за тем, как он ведет себя, словно все нормально. Поэтому во время еды он чувствовал себя подавленным, и из-за необъяснимого чувства неловкости ему не удалось съесть много, и он незаметно положил палочки.

Инь Цзя, казалось, не обратил на него внимания, но когда механические слуги пришли навести порядок после еды, он равнодушно произнес фразу:

"Ешьте больше, дворец маршала не испытывает недостатка в еде".

Сюэ Лин ответил "хорошо", а затем наблюдал, как лорд поднимается наверх.

Когда фигура маршала полностью исчезла из поля зрения Сюэ Лина, он подошел к Му Си и с любопытством спросил:

"Сестра Му, маршал всегда такой? ...Почему мне кажется, что он особенно страшен..."

Му Си беспомощно вздохнула, ее лицо показывало, как сильно она ненавидит, что этот кусок железа отказывается превращаться в сталь.

"Верно. Именно такое отношение. Он ко всем так относится, холодный и ледяной, как глыба льда. Неважно, насколько он хорош собой, или насколько хорошее у него происхождение, какой в этом смысл? Какая кормилица сможет с ним ужиться?!"

Губы Сюэ Лина дернулись, и он издал несколько звуков согласия. Му Си несколько раз успокоила его, сказав, что маршал не испытывает к нему неприязни, только из-за его проклятого лица трудно убедить людей в обратном.

Сюэ Лин кивнул и пошел наверх, готовясь отдохнуть...

Говорили, что маршал был старше его как минимум вдвое, хотя он был на несколько лет моложе Хао Юаньляна. Он действительно был достаточно стар, чтобы быть его отцом, но он совсем не выглядел как дядя средних лет!

Верно... Пока зверолюди были достаточно сильны, они могли сохранять молодость. Инь Цзя был самым сильным человеком в империи, и его силы хватало, чтобы противостоять небесам. Разве мог сравниться с ним этот мерзавец Хао Юаньлян?

Хотя их встреча и напугала его, Инь Цзя не казался человеком, с которым трудно найти общий язык. Сюэ Лин задумался и решил, что такая жизнь вполне приемлема. В худшем случае, ему просто нужно следить за тем, чтобы они не сталкивались слишком часто, и все будет хорошо...

Иногда взгляд Инь Цзя был действительно пугающим...

Сюэ Лин не мог объяснить, почему у него был подсознательный страх перед Инь Цзя. На самом деле, это нельзя было назвать страхом, скорее это было подсознательное чувство признания верности другой стороне. После трансмиграции через столько миров, это был первый раз, когда у него была такая реакция. Сюэ Лину стало очень любопытно; он вызвал систему, чтобы спросить об этом, но система не смогла ничего объяснить. Она лишь сказала, что это реакция, вызванная самим Сюэ Лином.

Сюэ Лину это показалось очень странным. Что за проблема может быть у него? Что это может быть за проблема, из-за которой он хочет обнять бедра другого человека, когда они встречаются?!

Хотя он был немного возмущен, но когда он добрался до третьего этажа и встретился взглядом с Инь Цзя, он мгновенно застыл на месте. Его шаги приостановились, и он не осмелился подниматься дальше, стоя на лестнице, он поднял голову и посмотрел на маршала.

Они молча смотрели друг на друга, и атмосфера стала неловкой. Сюэ Лин долго стоял на месте, а затем, почесав голову, спросил:

"Маршал... Что-то не так...".

Инь Цзя нахмурился и повторил: "Зови меня отцом".

Сюэ Лин поперхнулся, уголок его губ слегка дернулся. Ему очень хотелось избить этого человека, но его сила была совершенно неподходящей для этого человека. Он только склонил голову и снова позвал:

"Отец, что случилось?"

Инь Цзя был наконец-то удовлетворен. Хотя по его ледяному лицу невозможно было понять, доволен он или нет, он сказал Сюэ Лину: "Следуй за мной", и повернулся, чтобы идти вперед. Сюэ Лин на некоторое время оцепенел, а затем поспешил за ним.

Третий этаж занимал очень большую площадь. Кроме приемной, которую можно было увидеть с лестницы, остальная часть этажа была личным пространством Инь Цзя. Сюэ Лин был похож на маленькое насекомое, случайно забредшее в его личные покои, и мог только осторожно пробираться вперед, боясь, что любая маленькая ошибка расстроит этого большого лорда, и он поднимет руку и раздавит его до смерти.

Лично ему не очень-то хотелось попасть в тюрьму, сбежать, а потом стать звездным пиратом. Если бы его человеком не был этот пиратский босс, разве он не понес бы большие убытки...?

А Инь Цзя не был тем, от кого можно сбежать, просто став пиратом! Он отпустил их только потому, что не беспокоился о них. Если бы он действительно хотел убить этих пиратов, то и десяти пиратских боссов ему было бы недостаточно...

Система:

"А ты не подумал о том, что этот человек может быть твоим человеком?"

Сюэ Лин: "..."

О, это было бы довольно ужасно. Ему совсем не нравилось это ощущение, что на него давят и разбивают на куски! И на этот раз у них были отношения приемного отца и сына!!! Было слишком позорно пытаться реализовать стратегию соблазнения в подобной обстановке!!!

Система: "... Значит, ты тоже понимаешь, что значит "позорно"..."

Сюэ Лин: "... Проваливай".

Этот разговор ни к чему не привел, и Инь Цзя, вероятно, понятия не имел о том, что происходит в мозговом театре маленькой кормилицы, которая следовала за ним. Он привел Сюэ Лина в кабинет и предложил ему сесть.

Инь Цзя родился в королевской семье и был очень привычен к роскоши. Глядя на убранство всего дворца маршала, можно было понять, что его вкус был простым, но роскошным, благородным и элегантным, но не экстравагантным. Все помещения и обстановка в главном доме тяготели к комфорту.

Его кабинет был местом, которое он чаще всего использовал для работы, но даже если он использовался для работы, он не скупился на предметы роскоши, которые делали бы кабинет более удобным. Когда Сюэ Лин сел, он едва не встал на ноги. Стул был слишком мягким, и ему казалось, что он утонет в нем, если сядет полностью.

Увидев, что он чуть не подпрыгнул, а затем медленно сел, думая, что его движения тайные, но совершенно не осознавая, что каждое его движение было замечено, в глазах Инь Цзя промелькнул намек на улыбку. Он налил Сюэ Лину стакан молока, протянул ему и сказал:

"Давай поговорим как следует".

Сюэ Лин был несколько ошеломлен его жестом и принял стакан молока. Хотя он не собирался его пить, он все же взял его в руки, рассматривая его как грелку для рук.

"О чем отец хочет поговорить со мной?"

Инь Цзя, казалось, был очень доволен тем, как он обратился к нему, и его самосознанием, и больше не смотрел на него, пока он не запаниковал. Он сказал:

"Теперь я твой опекун. С сегодняшнего дня я буду твоим отцом".

Его первое предложение подчеркнуло их отношения.

Сюэ Лин кивнул.

"Я уже знаю о ситуации между тобой и семьей Хао. Я помогу тебе разобраться с ними. Тебе не придется беспокоиться о них в будущем. Я помогу тебе вернуть все компании и дома, которые когда-то принадлежали семье твоей матери, и перевести их на твое имя".

Инь Цзя говорил так, словно навести порядок в семье Хао было так же просто, как раздавить муравья. Сюэ Лин моргнул и в душе задумался, действительно ли ему нужно быть таким агрессивным, холодным и ослепительным...

"Кроме того, если ты чувствуешь, что твоя предыдущая школа тебе не подходит, дайте мне знать. Я могу перевести тебя в Королевский колледж. Там не так много хаотических событий".

Инь Цзя постукивал пальцами по столу, медленно перечисляя решения всех проблем, с которыми ранее сталкивался Сюэ Лин, в разумном порядке.

"Я поручил врачебному сообществу королевской семьи проанализировать остатки препарата в твоем теле, и в ближайшие пару дней они должны разработать целевую программу восстановления. Твое лечение будет передано им; ты можешь быть уверены, что их программа поможет тебе".

Сюэ Лин открыл рот и выдавил из себя: "...я не хочу переводиться...".

Инь Цзя произнес только половину фразы. Он сделал паузу и посмотрел на Сюэ Лина.

"Они могут говорить, что хотят, а я буду делать то, что хочу. Мне нечего стесняться до того, что я должен перевестись из одной школы в другую. Я надеюсь, что смогу решить те проблемы, с которыми могу справиться сам".

Хотя он чувствовал себя немного подавленным перед этим человеком, буллинг в школе не был тем, что можно решить переводом в другую школу. Сюэ Лин не собирался убегать, и даже если бы здесь стоял первоначальный владелец этого тела, он бы тоже решил не убегать. Поэтому его тон голоса был особенно твердым, а когда он посмотрел на Инь Цзя, решимость в его глазах не казалась фальшивой.

Инь Цзя кивнул. "Понятно. Раз уж ты принял решение, это прекрасно. Но есть правила, которым тебе нужно будет следовать при решении проблемы".

Сюэ Лин: "..."

Разве он не был глыбой льда? Почему он так много хочет сказать?!

Му Си: "..."

Эй-эй, хотя у маршала ледяное лицо, он совсем не холоден, когда решает вопросы, и он не относится к своим словам как к золоту.~

"Мне все равно, что ты делаешь, но ты не должен от этого пострадать. Это мое главное правило для тебя".

Сюэ Лин был ошеломлен на мгновение, затем кивнул и сказал:

"Я понимаю".

"Тебе нужно понять гораздо больше, чем просто это".

Инь Цзя, казалось, находил его ошеломленный вид забавным. Он погладил его по голове и продолжил:

"Не нужно чувствовать себя сдержанным, неполноценным или еще кем-то. Более того, тебе не нужно быть вежливым. Поскольку я обещал усыновить тебя и внести твое имя в семейное древо Инь, я, естественно, признаю тебя членом семьи Инь. Тебе не нужно чувствовать давление, когда ты что-то делаешь. У тебя есть я, как твоя поддержка, а за ней вся семья Инь и вся королевская семья".

Сюэ Лин: "...О, хорошо."

Он был в оцепенении. Он не ожидал, что Инь Цзя скажет ему такие вещи. Изначально он думал, что тот просто возьмет его к себе на два года, и все разойдутся, когда придет время. А может быть, в семье появится еще один кормящий рот, о котором не нужно будет беспокоиться. Неожиданно Инь Цзя добавил его имя в дерево королевской семьи... Разве семья Инь не была королевской семьей?!!! Это внезапное изменение в сценарии было немного пугающим... В конце концов, даже если пирог падает с неба, это не должно быть так....

Инь Цзя дал ему немного времени, чтобы прийти в себя, а затем продолжил:

"Я редко бываю дома днем. Если тебе что-то нужно, ты можешь сказать Му Си. Она завтра поведет тебя купить кое-что из повседневных нужд, и тебе не нужно быть стеснительным, если тебе чего-то не хватает".

Сюэ Лин кивнул и очень послушно проговорил:

"Понял. Если отец закончил, я тогда пойду к себе".

Инь Цзя кивнула, что можно было расценить как согласие. Сюэ Лин быстро встал и вышел, затем почувствовал, что не должен быть таким грубым, поэтому он повернулся от двери и совершил поклон, прежде чем уйти, закрыв за собой дверь.

После того, как он закрыл дверь, Инь Цзя наконец не смог сдержать смех. Он посмотрел на руку, которой гладил голову ребенка, подумав, что этот ребенок действительно слишком милый. Но когда он вспомнил крошечное тело Сюэ Лина, то снова почувствовал, что слишком худой. Ведь он ел так мало за ужином.

Сюэ Лин и не подозревал, что маршал намеревался вырастить его пухлым и белым. Он закрыл за собой дверь, а затем уверенно сказал системе:

"Я уверен, что это он".

Система была весьма озадачена:

"Почему? Почему ты так внезапно решил это?"

"Я чувствую его".

"...Хорошо. "

Сюэ Лин дал такое туманное объяснение и успешно запутал систему, но система была слишком ленива, чтобы беспокоиться об этом. В конце концов, он был человеком ее хозяина, и если бы он узнал не того человека, то сам попал бы в беду. Это была всего лишь маленькая система, и она ничего не знала; все это не имело к ней никакого отношения.

Сюэ Лин был совершенно уверен в этом. Ведь то, как мужчина гладил его голову, было таким знакомым; его техника ничуть не изменилась. Хотя в этом мире аура мужчины необъяснимым образом заставляла его ноги подкашиваться, Сюэ Лин считал, что это просто вызвано расовыми различиями. В конце концов, он противостоял дракону, и то, что его ноги немного ослабли, не было большой проблемой.

Сюэ Лин с радостью приписал свою необъяснимую реакцию расовым особенностям этого мира, а затем переключил свои мысли на размышления о своей мужской сущности в этом мире. Что ему нужно сделать, чтобы успешно заставить его влюбить в себя?

Ух... Приемные отец и сын... Почему-то ему казалось, что это немного табу...

Он просто не мог придумать, с чего начать, поэтому Сюэ Лин решительно поставил вопрос о том, чтобы разобраться с этим подонком. Его успешно признали хозяином кулона, и после того, как он стал его истинным владельцем, Сюэ Лин отправился в пространство, чтобы осмотреть его.

Он должен был признать, что методы культивации и всевозможные хорошие вещи были достаточно хороши, чтобы шокировать людей. Сюэ Лин осмотрелся, затем выбрал метод культивирования и решил начать тренировку, прежде всего улучшив свои глаза.

Способность видеть и оценивать руды была первым шагом к тому, чтобы стать хорошим Гравировщиком, и самым большим желанием первоначального владельца было стать великим Энергетическим Гравировщиком, как его мать.

Но поскольку его духовная сила была не на высоте, он не смог достичь этой цели. Хотя Сюэ Лин мог попросить систему изменить параметры его нынешнего тела, небрежное внесение изменений всегда могло вызвать подозрения. Теперь он жил во дворце маршала, и каждый его шаг и действие были ограничены. Что касается повышения его духовной силы, то лучше было подождать, пока врач, которого Инь Цзя нашел для него, вылечит его, прежде чем он постепенно проявит свои способности.

На следующий день Му Си взяла Сюэ Лина с собой в магазин. Сюэ Лин поднялся с постели рано утром, чтобы вместе с Инь Цзя позавтракать, а после того, как проводил лорда-маршала, снова забрался в постель и уснул. Он вышел к Му Си только после того, как снова проснулся.

Вся Звезда Столицы была заполнена элитой. Если другие не были богатыми или могущественными, то Сюэ Лин и Му си были и богатыми, и могущественными.

Столичная Звезда была настолько велика, что была разделена на пять районов. Район Хао относился к району С. Возможность жить там показывала, что у хозяина семьи все еще было много возможностей для продвижения.

Поэтому Хао Юаньлян часто гордился тем, что может жить в этом районе, несмотря на то, что они продали свой дом в районе В, чтобы переехать туда. Но Хао Юаньлян твердо верил, что его положение в районе С было достигнуто благодаря его собственной борьбе, что совершенно отличалось от его унизительных воспоминаний о том, как он жил за счет жены в районе B.

Дом в районе В изначально принадлежал семье Хэлань. Это был тот самый дом, который Инь Цзя упомянул вчера вечером, сказав, что выкупит его и запишет на имя Сюэ Лина.

Му Си также спросила его, не хочет ли он пойти посмотреть его, но Сюэ Лин отказался. Му Си, вероятно, боялась затронуть тему, которая могла бы его расстроить, поэтому она просто успокоила его несколькими фразами и больше не поднимала эту тему.

Дворец Маршала, естественно, находился в округе А. Хотя между различными округами не было очевидных границ, и между ними не было много различий, в конце концов, округ А был ядром всей планеты. Все, что там можно было найти, было высшего качества.

Му Си намеревалась привести Сюэ Лина в магазин, куда Инь Цзя обычно ходил за одеждой на заказ, чтобы сначала купить ему несколько комплектов одежды. Они также снимут с Сюэ Лина мерки, чтобы в будущем не пришлось ездить за одеждой по индивидуальному заказу.

У Сюэ Лина не было особого мнения. В любом случае, тот человек сказал ему не быть вежливым, поэтому он действительно вел себя не слишком сдержанно.

Получив одежду и сделав замеры, Сюэ Лин вместе с Му Си купил кучу школьных принадлежностей по воспоминаниям первоначального владельца. Поскольку духовная сила первоначального владельца была невелика, хотя он постоянно усердно работал, его мастерство никогда не было очень хорошим. Когда он покинул семью Хао, Сюэ Лин не взял с собой инструменты первоначального владельца, поэтому, покупая новый набор, он также купил много материалов для тренировок.

Му Си очень поддержала его, видя, что он ведет себя энергично, а не впал в депрессию из-за своих бывших родителей-подонков. Она все больше и больше любила его, желая обнять и никогда не отпускать.

Они провели весь день за покупками, обедая на улице. Наконец, Му Си купила целую кучу вещей для Сюэ Лина; она никогда раньше не воспитывала кормилицу, поэтому покупка вещей для Сюэ Лина в этот раз была просто мечтой. Она полностью относилась к Сюэ Лину как к собственному ребенку, баловала его и покупала ему набор всего, что видела. Если бы Сюэ Лин не останавливал ее время от времени, она бы, наверное, скупила весь торговый квартал, чтобы забрать его с собой.

Когда они вернулись домой, то неожиданно обнаружили, что Инь Цзя уже тут. Странно, но он почувствовал некоторое облегчение, увидев груды вещей, которые роботы несли за ними.

"Положите пока все на место. Сначала мы поужинаем".

"Да, отец".

Хотя прошло всего два дня, Сюэ Лин уже привык к жизни во дворце маршала. Этот ужин был более спокойным, чем вчера, и Инь Цзя был очень доволен, когда обнаружил, что Сюэ Лин стал немного ближе к нему. Он помогал выбирать еду для Сюэ Лина, и неизвестно, бессознательно это было сделано или нет, но все блюда, которые он выбирал для него, пришлись Сюэ Лину по вкусу.

На третий день к Сюэ Лину пришел врач королевской семьи, о котором говорил Инь Цзя. Яд в организме Сюэ Лина уже был в основном очищен системой после его прибытия в этот мир, поэтому врачу не составило труда разобраться с остальным.

Ознакомившись с его состоянием, врач посоветовал ему медленно восстанавливаться, а яд будет выведен из организма примерно через месяц. Инь Цзя и Му Си почувствовали облегчение, услышав это, и согласились на просьбу Сюэ Лина вернуться в школу на четвертый день.

_________

Сюэ Лин внезапно активировал радар на своего мужчину, разве не прелесть?))

В Столичной Звезде было много школ, и существовали строгие правила о том, какие школы посещать в каком возрасте, но на самом деле здесь не было различий между хорошими и плохими школами. В конце концов, любая школа, которая могла оставаться открытой в Столичной Звезде, определенно должна была обладать определенным уровнем способностей.

Первоначальный владелец этого тела учился в школе «Цзиюэ», которая была известна как колыбель великих гравировщиков.

Школа Цзиюэ была филиалом Академии Звезды Столицы. Студенты, обучавшиеся в школе Цзиюэ, в основном все были кормилицами, и их основной областью обучения была гравировка энергетических кристаллов.

Конечно, были и другие Школы, но они были связаны между собой более слабо. В конце концов, создание энергетических кристаллов лежало в основе всей галактики, и чем больше у них было энергетических камней, тем лучше.

Хотя в последние годы появлялось все больше альтернативных источников энергии, энергетические кристаллы по-прежнему требовались для обеспечения энергией мехов и зверолюдей, поэтому это по-прежнему было главной темой и основным направлением деятельности Академии.

Отделение гравировки школы Цзиюэ было лучшим во всей Столице. Мать первоначального владельца этого тела также была выпускницей этой школы.

Хао Юаньлян потратил много усилий, чтобы отправить Хао Сунлэ в эту школу. После того, как он успешно поступил, его первоначальный владелец также был зачислен в школу в то же время. Хао Юаньлян не заботился о своем старшем сыне, но ему было выгодно сказать, что его сыновья учатся здесь, а поскольку он уже потратил деньги, то не было никакой разницы в том, чтобы отправить еще одного человека учиться.

Во время духовного пробуждения Хао Сунлэ показал гораздо лучшие результаты, чем все полузвери, поэтому его определили в класс В. Среди многих полузверей в школе Хао Сунлэ был на первом месте.

Несмотря на то, что он был кормилицей, из-за блокировки духовной силы первоначальный владелец этого тела смог попасть только в класс С, в котором училось несколько учеников-бездельников или тех, кто поступил в Академия через черный ход, поэтому очень немногие из них искренне стремились учиться. Первоначальный владелец тела искренне хотел научиться гравировке, поэтому ему не удалось найти друзей в школе.

Он привык заниматься своими делами, поэтому никто не заметил, что он взял несколько выходных. Сюэ Лин тоже не собирался предавать это огласке, поэтому не готовил никакой грандиозной сцены к его возвращению.

Но, видимо, у некоторых людей были другие планы.

Сюэ Лин встал рано утром и позавтракал с Инь Цзя. Изначально он планировал провести Инь Цзя, а потом привести в порядок свои вещи, чтобы идти в школу, но неожиданно Инь Цзя стоял у входа и просто наблюдал за ним. Сюэ Лин был немного ошеломлен его взглядом, поэтому Инь Цзя протянул руку и беспомощно погладил Сюэ Лина по голове.

"Иди, собери свои вещи, сначала я отвезу тебя в школу".

Сюэ Лин удивленно моргнул. Он знал, какую форму использовала Инь Цзя, когда выходил из дома. Возможно, это не было так экстравагантно, как то, что Мо Си надел в тот день, но его частный шаттл не был скромным транспортным средством, и вокруг него всегда было две команды сопровождения.

Хотя о боевых качествах Инь Цзя ничего нельзя было сказать, и никто не мог быть настолько глуп, чтобы напасть на него, он все еще использовал охрану и прислугу, которая ему причиталась по статусу.

Когда Сюэ Лин подумал об этом строе, остановившемся у ворот школы, он почувствовал, что не сможет не прославиться.

Невозможно было договориться с Инь Цзя о том, чтобы пойти самому. За эти два коротких дня Сюэ Лин уже понял о нем некоторые вещи. Например, что если у него не было достаточных оснований опровергнуть его, то он не мог отказаться от своих слов. Поэтому Сюэ Лин мог только смириться с тем, что он появится в школе в таком крутом, впечатляющем виде.

Инь Цзя, казалось, знал, о чем он думает, и после того, как они сели в шаттл, он открыл рот, чтобы сказать:

"Хотя у меня нет намерения устраивать банкет или бал, чтобы рассказать обществу о твоей личности, я все равно сделаю то, что должно быть сделано. Твоя личность не является чем-то, что нужно скрывать, поэтому необходимо шокировать людей, чтобы они поняли, что тебя нельзя обижать".

Сюэ Лин понимал, что таким образом он выражает свою поддержку, и не мог ничего сказать по этому поводу. Ему оставалось только покорно смириться, крепко обнять это большое бедро и еще несколько раз назвать его "отцом".

Управление воздушным движением было введено во многих местах Столицы Звезды, но шаттлы некоторых людей могли лететь куда им вздумается. Сюэ Лин чувствовал себя немного неловко, когда прибыл в школу на корабле Инь Цзя.

В конце концов, это мало чем отличалось от полета в сельскую школу на вертолете. К счастью, в этой школе не было недостатка во влиятельных людях, и не было недостатка в летающих аппаратах, но когда их шаттл приземлился с эскортом, на его внешней стороне красовались эмблемы Королевской семьи, Маршальского дворца и Первого флота, он привлекал гораздо больше внимания, чем другие летающие самолеты.

Инь Цзя привел в порядок школьную форму Сюэ Лина, которую он приказал сшить по фигуре сына. Она очень хорошо смотрелась на маленьком воспитаннике его семьи. Он снова взъерошил волосы, услышав тихое бормотание Сюэ Лина о том, что его прическа растрепалась, и наконец разрешил Сюэ Лину сойти с трапа.

Сюэ Лин покинул шаттл. Инь Цзя не собирался показываться на глаза. Он просто сказал Сюэ Лину, что заберет его после школы, и тщательно развеял все мысли Сюэ Лина о том, чтобы остаться в общежитии.

"Не кажется ли ему это хлопотным..."

Сюэ Лин смотрел, как шаттл взлетел и улетел, бормоча себе под нос, а затем повернулся, чтобы войти в школу.

Система закатила глаза, услышав его слова.

"Ты выпендриваешься, да? Даже если ты ему еще не нравишься, он уже балует и потакает тебе до такой степени. Если он действительно влюбится в тебя, ты должен будешь позволить ему баловать тебя до небес".

"Разве то, что я попаду на небеса, имеет к тебе какое-то отношение?" —ответил Сюэ Лин и шагнул внутрь, не обращая внимания на любопытные взгляды вокруг.

Класс, в котором он учился, было очень легко найти. Класс С-3 был полон тунеядцев и правонарушителей. Когда Сюэ Лин вошел, все они были собраны по двое и по трое. Этот класс в основном делился на две группы: воспитатели и зверолюди. В классе были и другие подразделения, но Сюэ Лина это не волновало. Он просто нашел себе место, достал учебники, по которым учился, и начал читать.

Класс на мгновение растерялся, когда он вошел. Через некоторое время к его парте подошел учитель и постучал по ней:

"Ученик, ты не ошибся классом? У нас здесь нет таких, как ты, верно?"

Сюэ Лин уже изменил свой образ, и не было ничего страшного в том, что его перестали узнавать. Он просто спокойно поднял голову и секунду смотрел на учителя, а затем покачал головой.

"Я в этом классе. Вы просто не узнали меня".

Другая сторона долго смотрела на него, ошеломленная, но неспособная сказать, кто он такой. Наконец, учитель смог догадаться только по тонкости его тела:

"Хэлань Цзююнь?".

Сюэ Лин кивнул и сказал: "Это я".

Другая сторона бросила на него еще один странный взгляд, а затем повернулась к своей маленькой группе. Они продолжали обсуждать его до самого следующего урока, и Сюэ Лин мог смутно слышать некоторые из их слов. Они гадали, не связался ли он с какой-нибудь крупной шишкой или что-то в этом роде, потому что иначе как бы его утренний выход на сцену мог быть таким крутым?

После этого они опровергли свои предположения, сказав, что не может быть большого денежного мешка на корабле с эмблемами Королевской Семьи, Дворца Маршала и Первого Флота! Это явно был шаттл Дворца Маршала, ясно?

Несмотря на то, что в классе были те, кто купил себе место в школе, или случайные ученики, недостатка в выдающихся семьях не было, поэтому весь урок они сплетничали о прошлом Сюэ Лина.

Хотя в Маршальском дворце не устраивали банкет по поводу новой личности Сюэ Лина, большинство людей, которые должны были знать, уже были проинформированы.

О появлении Сюэ Лина уже узнали во всех высших эшелонах общества, и все знали, что теперь у них есть новый человек, к которому можно подойти или за которого можно ухватиться, если они хотят установить хорошие отношения с маршалом.

За одно занятие Сюэ Лин был напичкан сплетнями, и ему стало трудно дышать. Следующее занятие он провел с поднятыми щитами, превратив его в самообучение.

Он не мог слышать ничего из того, что говорил учитель, но если бы он хотел учиться у учителя, то, вероятно, не научился бы гравировать даже к следующей жизни.

К сожалению, несмотря на то, что он ограждал себя от внешнего мира, некоторые люди все же находили способы дать о себе знать. Хао Сунлэ долго звал его по имени с порога, не получая никакого ответа, а затем, наконец, вошел внутрь и хлопнул рукой по столу.

Сюэ Лин поднял голову от книги и посмотрел на главного героя, стоявшего перед ним. Его взгляд был равнодушным, но в нем чувствовалась опасность. Один его взгляд был как нож, который напугал главного героя, заставив его убрать руку, которой он ударил по столу:

"Да?".

Он выключил музыку на нанокомпьютере, лениво потянулся и встал перед Хао Сунлэ.

Хао Сунлэ был несколько озадачен его ростом, когда он встал. Его рост был схож с ростом его матери, и для зверолюдей он выглядел очень маленьким и милым. Стоя рядом с Сюэ Лином, он уже не казался таким. Хао Сунлэ немного расстроился, но, вспомнив, что произошло дома, он сдержался.

"Старший брат Хэлань, я знаю, что ты все еще злишься из-за того, что произошло в тот день, но пойми, слова отца были сказаны просто в гневе. На самом деле он не собирается разрывать с тобой отношения и не хочет тебя изгонять. В конце концов, в конце концов, ты был тем, кто первым сделал шаг. Как ты мог донести на них? Отец отстранен от работы и теперь вынужден сидеть дома...".

Хао Сунлэ не хотел судить, кто прав, а кто виноват в этом вопросе, но он знал, что не может позволить себе потерять опору, которую представляли Хао Юаньлян и его семья. Его старший брат все еще проходил стажировку в армии, и у него не было возможности поддержать семью. Если с его отцом что-то случится из-за этого расследования, у него и его матери точно будет очень плохая жизнь.

Хао Сунлэ пришлось убирать беспорядок, оставленный прежним владельцем его тела, даже если он этого не хотел.

"В конце концов, вы отец и сын. Что это за конфликты, которые должны решаться извне?"

Сюэ Лин внимательно осмотрел его и обнаружил, что этот человек невероятно глуп. Без кулона, который был его золотым пальцем в оригинальной истории, этот главный герой совсем не выглядел конкурентоспособным. Для того, чтобы отбросить его далеко в сторону, достаточно было бы двух пощечин; он вообще не стоил никаких усилий.

"Отец и сын?" Сюэ Лин коротко рассмеялся и сказал:

"Разве отцы и сыновья бросают друг в друга вазы, как им вздумается? Бьют их, когда им вздумается? Если это то, что значит "отец и сын", то я тоже могу показать тебе, на что это похоже~".

Как только он заговорил, Сюэ Лин ударил Хао Сунлэ прямо по лицу. 'Па!'

Похоже, у него не было никаких конфликтов с нынешним трансмигрировавшим Хао Сунлэ, но на каком основании этот новый Хао Сунлэ считал, что может обращаться с ним как с мусором, как Хао Сунлэ обращался с ним в своих воспоминаниях? В таком случае он мог бы выместить свои прежние обиды на нынешнем главном герое.

Сюэ Лин ударил Хао Сунлэ по лицу, одновременно шокировав не только сопровождавших его друзей, но и воспитателей и зверолюдей, все еще находившихся в классе.

Он даже протянул руку, а затем с отвращением отряхнул ее, после того как дал пощечину брату.

"Тогда он тоже согласился, когда я сказал, что хочу разорвать все связи. А теперь ты приходишь сюда, чтобы сказать, что между отцом и сыном нет конфликта, который нельзя примирить? Ха-ха. Это потому что ты испугался после падения со своего поста? Теперь ты знаешь, что нужно подойти и обнять меня за бедра. Почему он не подходит сам и не называет меня "папой"?".

Хао Сунлэ только что снова собрался с духом, но был в глупом шоке от его откровенности. Он долго был в замешательстве, прежде чем с тревогой сказал:

"Почему ты такой? Я же с тобой разговаривал! Почему ты ударил меня?!"

Его друг быстро вышел вперед, чтобы защитить его сзади:

"Я слышал от Сяо Лэ о том, как ты издевался над ним дома. Я не поверил ему, но теперь я вижу, что в мире действительно есть такие кормилицы, как ты! Разве ты не знаешь, что в школе нельзя драться? Я скажу учителю!"

Сюэ Лин:

"Хватит. Ты что, трехлетний ребенок? Тогда вперед, ищи учителя. Не хочешь позвать и моего опекуна?"

Второй участник был так зол, что указал пальцем на нос Сюэ Лина.

"Не думай, что я не посмею! Разве ты не просто полагаешься на Закон о Защите Кормилиц, чтобы найти нового опекуна и покинуть дом?! Почему ты так уверен, что твой новый опекун будет на твоей стороне? Такая кормилицы, как ты, с грязным ртом, постоянно зовущая "папочку", сразу же бьющая людей! Я действительно хочу посмотреть, что за человек захочет усыновить такую кормилицу!"

По этой причине "родители" Сюэ Лина были вызваны в первый же день его прихода в школу.

Боясь потревожить Инь Цзя, а также чувствуя, что его вызов - это перебор, Сюэ Лин позвонил Му Си, когда ему сказали позвать опекуна. Му Си поспешила к нему, как только узнала, что в школе что-то случилось, и даже несколько раз спросила Сюэ Лина, не издевались ли над ним. Узнав, что это Сюэ Лин издевается над другими, она успокоилась и сказала, что все будет хорошо, она его прикроет.

Сюэ Лин: "..."

Они были действительно, очень, очень предвзяты к нему.

На самом деле, Сюэ Лин не ожидал, что в это дело будут вовлечены его опекун и "родители". Это чувство было совершенно чуждо ему; как древний демонический зверь, проживший неизвестно сколько времени, он еще не испытывал того, чтобы учителя требовали, чтобы он позвал родителей, потому что он ударил своего одноклассника.

Это было действительно то, что он мог бы сделать... В конце концов, он был довольно своенравным и не желал ничего терпеть или смиряться.

Мать Хао Сунлэ, бывшая добрая мачеха Сюэ Лина, приехала довольно быстро и привезла с собой кормилицу. Она была женой какого-то высокопоставленного чиновника. Мачеха огляделась по сторонам, как только вошла, и ее взгляд удивленно остановился на Сюэ Лине. Скорее, это кормилица, вошедшая следом за ней, нацелилась на Сюэ Лина и хотела дать ему пощечину, как только заметила цель.

Сюэ Лин был проворным и слегка отступил назад, холодно глядя на женщину, которую блокировала учительница. Это выражение заставило систему почувствовать, что ее хозяин в следующую секунду бросится бить другую сторону...

Учитель тоже был беспомощен. Все они были людьми, которых нельзя было провоцировать, и он не знал, чья семья более влиятельна. Быть учителем в такой школе было сложнее всего.

"Мадам, пожалуйста, успокойтесь. Мы здесь не для того, чтобы нападать друг на друга".

Женщина холодно усмехнулась и сказала:

"О. Я говорила, что судя по его соблазнительной внешности, неудивительно, что люди готовы забрать его и усыновить. Мне просто интересно, знают ли они, что этот парень мало чем отличается от белоглазого волка и не может быть воспитан должным образом. Если попытаться приручить такого, он обернется и вонзит в тебя свои зубы, и не успокоится пока не увидит кровь~".

Сюэ Лин посмотрел вниз на свои белые, чистые руки и бесстрастно сказал:

"Да, это верно. Нужно осторожно ловить и воспитывать белых волков, иначе можно утонуть в крови."

Учитель: "..."

Неужели этот ученик не мог вести себя тихо? Ситуация выходила из-под контроля!!! Люди и так были готовы устроить драку, а он ко всему провоцировал их!!!

На мгновение сцена вышла из-под контроля. Сюэ Лин стоял бесстрастно и выглядел очень расслабленным. Другая сторона вошла с мечом наперевес, не собираясь разговаривать с Сюэ Лином. Учитель не мог не нахмуриться, услышав эти кислые слова.

"Что, теперь у тебя есть смелость, раз ты нашел кого-то, кто тебя примет?"

Госпожа схватила лацкан одежды Сюэ Лина и увидела, что она сшита на заказ. Она не могла удержаться от смеха.

"В высший класс не так легко попасть, как ты думаешь. Неужели ты думал, что стал фениксом, просто сменив одежду и внешность и поднявшись на ветку повыше? Неужели ты думал, что все будут такими же глупыми, как семья Хао, и будут терпеть тебя, какой бы беспорядок ты ни устроил?"

Как только ее голос упал, дверь в кабинет снова толкнули и открыли. Вошла Му Си, обутая в туфли на высоких каблуках, одетая в костюм западного стиля. Она услышала это, когда вошла, и холодно рассмеялась в ответ:

"Не говоря уже о том, чтобы раздувать беспорядок, даже если он захочет подняться на небеса или спуститься в ад, мы все равно поддержим его. Сяо Юню из нашей семьи даже не нужно летать, чтобы стать фениксом. Я не понимаю, о чем крякают воробьи вроде вас".

Зверолюди и кормилицы внешне ничем не отличались, но они были принципиально разными. Например, Му Си могла свалить собеседницу на землю одной туфлей на высоком каблуке или отправить ее в небо одной пощечиной.

Она вошла в зал с огромной скоростью, на ее плечи был накинут плащ, а ее рост был гораздо более внушительным, чем у Сюэ Лина. Она окинула взглядом весь офис, и на некоторое время все замолчали.

Сюэ Лин смиренно позвал: "Сестра Му".

Му Си шагнула вперед на своих высоких каблуках и подошла к Сюэ Лину, взяла его за руку и повернула его по кругу, обеспокоенно спросив:

"Ты ведь не ранен?"

Сюэ Лин покачал головой и ответил: "Почти".

Му Си нахмурилась, повернула голову и оглядела нескольких человек в комнате, затем спросила Сюэ Лина:

"Почти? Кто хотел тебя ударить?"

Сюэ Лин был очень честен, как ребенок, над которым издевался друг, а потом побежал рассказывать родителям. Он указал на кормилицу, которая хотела дать ему пощечину, когда она вошла.

"Эта мадам вошла и хотела ударить меня, даже не сказав ни слова. Если бы я не увернулся, мое лицо уже распухло бы".

Му Си сузила глаза, а затем протянула руку, чтобы погладить Сюэ Лина по голове. Она вздохнула:

"Мы уже говорили, что переведем тебя в другую школу. Посмотри на уровень этих людей; в Королевском колледже действительно нет ничего подобного. Ты бы, наверное, уже закончил несколько энергетических скульптур".

Сюэ Лин издал звук признания.

Учитель увидел, что, хотя эта опекун была сильной, она не выглядела так, словно собиралась сделать шаг против другой стороны, ничего не сказав. Они только что открыли рот и собирались выступить в роли посредников, когда увидели, как Му Си подошла к мадам, внимательно осмотрела ее и с усмешкой спросила:

"Кто это, не мадам ли Спикер?"

Она помахала рукой, ее пальцы были длинными и тонкими, кожа бледной и чистой, совсем не похожей на зверя.

"Что касается меня, то мне никогда не нравилось бить кормилиц. Но забота и любовь, которую мы испытываем к ребенку в нашей семье, глубока до мозга костей. Как может быть, чтобы это была твоя очередь наказывать его?"

Когда ее голос упал, она уже подняла руку и дала мадам пощечину.

Учительница не успела удержать ее, и осталась стоять ошеломленная, с открытым ртом.

Жена спикера парламента только что получила пощечину; она была в полном замешательстве. Над ней давно так не издевались, с тех пор как ее муж занял свой пост. В этот раз она пришла, чтобы выместить злость на подруге, чей ребенок был избит, но все закончилось тем, что она сама получила пощечину.

"Ты!!!"

Она была так зла, что ее глаза покраснели. Она закрыла лицо рукой и с помощью нанокомпьютера отправила сообщение своему мужу.

Му Си была зверочеловеком. Она была правильной кормилицей и никогда бы не стала драться с такими мерзавцами!

Учительница наблюдала, как ситуацию становилось все труднее и труднее спасти. Наконец они уставились в пустоту:

"Простите, уважаемый опекун, как вы могли ударить других..."

Му Си заговорила спокойно:

"Мы решим эту проблему сами. Вам не нужно брать на себя ответственность за это. Позовите своего директора. Я хочу договориться, чтобы наш молодой господин сменил класс".

Уголок губ учителя дернулся. Она посмотрела на Сюэ Лина, который сидел в стороне и вел себя так, словно все это не имело к нему никакого отношения.

"Уважаемый опекун, вы не должны так говорить. Квалификация молодого господина... не на том уровне, чтобы требовать смены класса по своему желанию..."

После того, как учитель сказала это, Хао Сунлэ, его маленький друг-кормилица и даже их родители прикрыли рты и рассмеялись. Они смотрели на Сюэ Лина с насмешкой, но Сюэ Лин полностью игнорировал их.

Му Си спокойно продолжил.

"Учитель должен просто позвать директора. Кроме того, я не опекун. Я всего лишь управляю имением опекуна. Глава нашей семьи скоро придет. Тогда мы тщательно разберемся в сегодняшних делах".

Учитель был всего лишь подчиненным, он не смог выдержать давления, исходящего от Му Си, и с горечью повернулся, чтобы уйти. Поэтому в кабинете остались трое детей и трое взрослых. Му Си села рядом с Сюэ Лином, обнаружив, что он хочет заговорить, но сдерживается, и его вид необъяснимо мил. Она потянулась к его голове и сказала:

"Я знаю, что ты не хочешь беспокоить господина, но он приказал докладывать обо всем, что касается тебя, поэтому я должна была ему сообщит. Он также был тем, кто принял решение приехать, так что тебе не стоит беспокоиться по этому поводу".

Сюэ Лин: "..." Он боялся, что лорд Маршал поднимет на уши всю школу...

С другой стороны раздался голос мадам Спикер, в котором слышалось презрение и небрежность.

"Не имеет значения, сколько людей придет. Независимо от того, будете ли это вы или белоглазый волк вашей семьи, ни один из вас не сможет избежать этого инцидента. Раз уж ты знаешь, как защитить себя с помощью закона о защите кормилиц, разве ты не знаешь, что бить кормилиц противозаконно?"

У нее сложились хорошие отношения с Сун Инь, потому что у ее сына были хорошие отношения с Хао Сунлэ. Хотя Сун Инь не была высокопоставленным лицом, она хорошо говорила и знала, как правильно себя вести. Ее муж также был подчиненным, которым мог воспользоваться ее собственный муж, и был весьма полезен для них. Они с Сун Инь, по сути, стояли на одной стороне.

За эти два дня ее муж пережил немало неприятностей из-за отстранения Хао Юаньляна. Его жена заметила это и была очень недовольна Сюэ Лином, из-за которой произошла эта серия инцидентов. Сегодня, когда она услышала, что сына Сун Инь избили, а над ее собственным ребенком посмеялись, когда он стоял рядом с ним, она воспользовалась случаем, чтобы выместить свой гнев.

Неожиданно она столкнулась с таким человеком, как Му Си, с которым было трудно иметь дело. Хотя они обе были женщинами, кормилицы и зверолюди были разными по своей природе. Жена спикера не осмеливалась начать спорить с ней, опасаясь, что собеседница даст ей пощечину, и это испортит ее лицо.

Политика и аристократия были относительно разделены. Спикер парламента обычно не участвовал в частных мероприятиях королевской семьи, поэтому жена спикера не узнала Му Си. Хотя Му Си была экономкой дворца маршала, из-за характера маршала она очень мало времени проводила в обществе.

Хотя она знала, кем были многие из этих важных фигур, число людей, с которыми она лично сталкивалась, было очень мало; число людей, которые действительно пробирались к ней, чтобы стоять перед ней, было еще меньше. На самом деле, ее работа была ориентирована на пенсию, и дела, которыми ей приходилось заниматься, были в основном частными делами Маршальского дворца. Заместитель Инь Цзя занимался большей частью его работы и внешними делами, и ей не нужно было беспокоиться о них.

Сюэ Лин пролистал свою книгу, но был потревожен злобными взглядами с другой стороны. Он недовольно поднял голову и сказал:

"Что вы смотрите? Неужели раньше не видели симпатичного человека?"

Хао Сунлэ, смотревший на него, жалобно задрожал и изобразил белый лотос, открыв рот, чтобы сказать:

"Я могу относиться к этому так, как будто того, что старший брат ударил меня, никогда не было, поэтому, старший брат, ради нашей плоти и крови, не мог бы ты оставить вопрос об отце? Если семья дошла до такого беспорядка из-за такого незначительного инцидента, то мы выглядим как посмешище".

Выражение лица Сюэ Лина было холодным, когда он заговорил:

"Я уже говорил, что разорвал все связи с вашей семьей. У нас с Хао Юаньляном нет никаких отношений. У тебя тоже нет никаких отношений со мной. У нас даже фамилии разные, так что не стоит называть меня старшим братом. Это отвратительно просто слышать".

"Но, старший брат..."

"Более того, Хао Юаньлян заслуживает этого. Это дело еще не закончено. Неужели ты думаешь, что женщина, сидящая рядом с тобой, сможет остаться на своем месте после того, как все закончится?"

"Ты!"

Сун Инь остановилась на полуслове, вспомнила, что она выставила себя слабым белым лотосом, и смягчила свой тон:

"Сяо Юнь, нет необходимости говорить слова о том, что мы живем отдельно, когда мы все из одной семьи. Мы знаем, что инцидент того дня был недоразумением. Мы даже не отчитывали тебя за то, что ты столкнул своего младшего брата с лестницы, как ты мог так с нами поступить? Мы воспитывали тебя после смерти твоей матери, а теперь ты совсем не благодарен за нашу прежнюю благосклонность. Если ты будешь поднимать шум из-за пустяков, это отрицательно скажется на твоей репутации в будущем и даже может повлиять на твоего опекуна. Это все равно, что отрезать нос назло собственному лицу. Мы должны обсудить все как следует, еще есть шанс положить этому конец".

Сюэ Лин ничего не сказал. Эти два человека совершенно не понимали человеческого языка. Разговаривать с ними было пустой тратой слов.

Му Си равнодушно бросила фразу:

"Одна семья? Наш молодой господин - это тот, к кому вы можете обратиться? Прежде чем утверждать, что ты принадлежишь к одной семье с нашим Молодым Господином, тебе следует как следует разобраться в себе".

Жена спикера усмехнулась.

"Ты думаешь, что мы не можем ничего с тобой сделать только потому, что ты зверочеловек? Теперь, когда это дело приобрело такой размах, я действительно хочу увидеть, насколько высока личность вашего молодого господина, чтобы он смог избежать ограничений имперского закона. Ты окажешься в тюрьме, если я этого хочу. Ты всего лишь мелкая экономка, но все еще смеешь говорить все, что хочешь".

"О чем ты говоришь, осмеливаясь говорить все, что хочешь?"

Человек, задавший этот вопрос, открыл дверь и с некоторым изяществом пригласил директора, стоявшего за ним, войти в комнату первым.

Учитель сообщил об этом директору, который придал этому большое значение и поспешил встретиться с обеими сторонами. По дороге он столкнулся со спикером, и его голова покрылась холодным потом, так как он понял, что сегодня произойдет что-то важное!

Спикер очень вежливо поприветствовал директора, сказав только, что его жену избили другие, и он пришел, чтобы ее успокоить. Директор почувствовал, что в его мозгу словно разорвалась бомба, и не мог думать ни о чем, кроме того, что жену спикера избили... Спектакль сегодня был слишком большим; ученики в наше время действительно становились все более и более неуправляемыми...

Увидев, что пришел ее муж, жена и ребенок спикера поспешили к нему. Сун Инь и Хао Сунлэ, естественно, тоже встали. Спикера внезапно окружили четыре человека, а вместе с его телохранителями и секретарями они превратились в небольшую толпу. В одно мгновение их сила накрыла Сюэ Лина и Му Си.

Спикер сначала успокоил свою обиженную супругу, а затем спросил сына, что произошло. В процессе их бесстрастного объяснения спикер понял, что это дело было начато тем самым человеком, который доставил ему столько неприятностей за последние несколько дней, Сюэ Лином. Он был немного удивлен и угрожающе окинул собеседника взглядом.

Сюэ Лин бесстрастно встретил его взгляд, совершенно не боясь высоких и широких зверолюдей-телохранителей, стоявших позади него.

Му Си спокойно встала и заслонила собой Сюэ Лина. Она лениво проговорила:

"Что такого замечательного в том, что к вам прибыли ваши сторонники? Что господин Спикер хочет сказать о сегодняшних делах? Хочет ли он отправить нас в тюрьму, как мадам?"

Спикер был с достоинством, он не стал говорить с Му Си, а посмотрел на Сюэ Лина, который теперь тоже стоял.

"Молодой господин Хэлань, на самом деле, этот вопрос не должен был требовать нашего вмешательства, но раз уж он поднялся до нынешнего уровня, я думаю, его нужно решить должным образом".

Он не сказал, что Сюэ Лин и семья Хао были его семьей. Как спикер, он точно знал, какое положение занимают кормилицы в соответствии с Законом о защите кормилиц. В конечном итоге, Хао Юаньлин был не прав в вопросе Сюэ Лина. Если бы Сюэ Лин настаивал на том, чтобы тянуть Хао Юаньляна вниз, у него не было бы легкого способа выпутаться из этого. Главное, что если с Хао Юаньляном действительно что-то случится, то он, как спикер парламента, тоже будет вовлечен в это дело, что сильно повлияет на его положение.

Хао Юаньлян был одним из его подчиненных и многое делал для него. Если его посадят в тюрьму, спикер будет замешан.

"Решено?"

Сюэ Лин наклонил голову и рассмеялся.

"Простите, но то, можно ли решить этот вопрос, уже не в моих руках. Отец сказал, что все, что произойдет дальше, не будет иметь ко мне никакого отношения. Мне нужно только как следует учиться~ Так что говорить со мной бесполезно".

"Отец?"

Сун Инь нахмурилась и сказала:

"Сяо Юнь, прошло всего несколько дней. Твой отец все еще дома. Как ты можешь называть других людей "отцом"? Твой настоящий отец будет очень зол, если узнает об этом".

"Тогда пусть злится. Если он разозлится до смерти, это будет легкое избавление".

Сюэ Лин обхватил себя руками за грудь, его выражение лица было легким и беззаботным:

"Когда Хао Юаньляна посадят в тюрьму, ты, по сути, будешь сразу после него. Не думай, что ты не оставила следов, когда травила меня, и что ничего не случится только потому, что я не смог тебя поймать. Если отец захочет разобраться с тобой, это будет действительно легким освобождением. Если ты действительно попадешь в мои руки, смерть покажется тебе легким приговором".

"Как может такой маленький ребенок, как ты, говорить так злобно?"

Жена спикера выступила вперед и заговорила снова:

"Ты отказываешься признать, кто тебя родил, кто тебя вырастил и воспитал. Ты не помнишь хорошего в других, а думаешь только о плохом. Твоя духовная сила никуда не годится, значит, другие должны были отравить тебя? Если у тебя физические недостатки, то это потому, что кто-то сломал тебе конечности? Сун Инь хорошо к тебе относилась, каждый день давала тебе достаточно еды и питья, но теперь ты называешь ее злой мачехой? Как человек, ты не можешь быть настолько забывчивым".

"Ха-ха."

Му Си холодно рассмеялась, а затем сказала:

"Я действительно не знала, что способность мадам Спикер менять черное на белое настолько хороша. Вы что, пользуетесь преимуществом в численности, чтобы запугивать нас? Пользуясь своим возрастом, давите на нашего молодого господина? Должен ли он быть вынужден плакать и взывать к Хао Юаньляну, что он хороший человек, прежде чем удовлетвориться?"

"Ты..."

Спикер хотел опровергнуть, но его слова застряли в горле, когда он столкнулся взглядом с Му Си. Он наконец-то ясно увидел, кто такая Му Си, и вспомнил, кому она подчиняется. На мгновение он был ошеломлен.

"Госпожа Му?"

"Эх~" — ответила Му Си, растягивая этот единственный слог.

"Теперь господин Спикер узнал меня? Почему вы не заметили меня, стоящую здесь раньше, когда ваши люди использовали свою силу, чтобы оказать давление на моего молодого господина?"

Спикер открыл рот и снова закрыл его, и прежде чем он успел сгладить ситуацию, дверь в кабинет снова толкнули и открыли.

Человек, открывший дверь, был деканом, но он не вошел сразу. Вместо этого он освободил место, и взору предстала пара длинных ног. Длинные волосы Инь Цзя последовали за ним, когда он вошел, и взметнулись по дуге.

Его лицо было суровым, когда он вошел, и, увидев целую толпу, стоящую против Му Си и Сюэ Лина, он холодно сказал:

"Я отец Юнь-эра, и я решу любой вопрос, касающийся Юнь-эра. Если кто-то из вас хочет что-то обсудить, вы можете поговорить со мной об этом напрямую".

________

Папочка вовремя...;)

После нескольких секунд молчания Сюэ Лин встал и воскликнул:

"Отец...".

Инь Цзя кивнул, и выражение его лица стало немного мягче. Он позвал его и сказал:

"Иди сюда".

Сюэ Лин был хорошим ребенком и послушно подошел. Он встал рядом с Инь Цзя, а тот протянул руку, чтобы погладить его по голове, и спросил:

"Тебе больно?"

"Нет, просто разговаривать с ними немного хлопотно. Один или двое из них, похоже, не понимают человеческого языка".

Губы Инь Цзя изогнулись. Он погладил его по голове и жестом попросил Сюэ Лина встать позади него.

"Юнь-эр еще молод и многое пережил за это время. Я не хочу, чтобы он сильно переживал, поэтому я займусь всеми вопросами, которые вы хотите решить. Есть ли у кого-нибудь из вас мнения о том, как я буду вести дела?"

Королевская семья имела одну очень очевидную особенность. Кожа Дракона Млечного Пути была серебряной, поэтому у всех членов королевской семьи были серебряные волосы. На данный момент единственным членом королевской семьи, у которого были длинные серебристые волосы, был принц Инь Цзя.

Все поняли, кто он такой, как только он вошел. Ведь он был первым Богом Войны во всей галактике Млечный Путь. Звездная Сеть каждый год выбирала нового Бога Войны, но он всегда возглавлял список.

К тому же Спикер много времени общался с Инь Цзя по официальным вопросам и знал его лично. Внезапно он почувствовал себя неловко, и ему показалось, что, хотя Хао Юаньлян казался полезным, он не ожидал, что спровоцирует того, кого абсолютно нельзя провоцировать, как только что-то случится.

"Маршал!"

Спикер протянул руку, но Инь Цзя не собирался отвечать на этот жест.

"Ха-ха. Я не ожидал, что это новый молодой господин Дворца Маршала. Только что мои люди нанесли оскорбление, и я представляю свою жену и сына, чтобы извиниться. Это должно быть недоразумение. Я как раз собирался сказать это молодому господину, но маршал уже вошел".

Инь Цзя взглянул на него. На его лице не было никакого выражения, а его тон был ровным, когда он сказал:

"Недоразумение?"

"Да, недоразумение, недоразумение".

Спикер заговорил несколько беспомощно:

"В конце концов, это ссора между детьми. Как родители, мы не должны вмешиваться и раздувать это дело. Я думаю, что мы можем просто оставить сегодняшнее дело в покое".

"Оставить?"

Инь Цзя окинул взглядом всех присутствующих и сказал:

"Некоторые вещи не могут быть примирены только потому, что вы хотите, чтобы они были решены, или отменены только потому, что вы хотите, чтобы так случилось. Людей Дворца Маршала нельзя просто так запугивать, бить и ругать по своему усмотрению."

"Это..."

"Вы можете считать сегодняшний инцидент детской ссорой, но я не буду".

Инь Цзя хотел сегодня сделать шаг навстречу. Даже если человек, который сегодня сделал первый шаг, был его подопечным, даже если люди, которые сегодня пострадали, были людьми другой стороны, и казалось, что они не были правы, он все равно не собирался легко отпускать другую сторону сегодня.

"Я уже послал людей, чтобы задержать Хао Юаньлина. Госпоже Сун Инь, которая находится здесь сегодня, не нужно возвращаться. Мы уже получили предварительные доказательства того, что вы отравили Юнь-эра. Скоро вы столкнетесь с крупным судебным иском".

Сун Инь была ошеломлена. Она не знала, как другой стороне удалось найти доказательства, и мгновенно запаниковала.

Спикер хотел сказать еще что-то, но когда он встретился с многозначительным взглядом Инь Цзя, его охватил шок и необъяснимая паника.

"Спикеру также не нужно ходить туда-сюда по делам Хао Юаньляна. Вместо этого позаботьтесь о своем собственном положении. Официальный документ об импичменте может быть опубликован завтра. Если у вас есть время поболтать со мной здесь, почему бы вам не вернуться и не посмотреть, что еще не сделано, и не подготовиться к передаче дел?"

Инь Цзя только перестал говорить, когда на нанокомпьютере спикера раздался звонок. Он ответил на звонок, и тут же все его лицо посерело. Люди, которых привел Инь Цзя, тут же схватили Сун Инь. Хао Сунлэ держалась за Сун Инь и не хотел отпускать, поэтому Хао Сунлэ просто схватили вместе с ней.

Людей также могли задержать за препятствование охране правопорядка.

Офис очень быстро опустел. Инь Цзя повернулся к декану и сказал:

"Раз все улажено, думаю, теперь мы можем обсудить вопрос о переводе моего ребенка".

Декан наблюдал за тем, как он расправляется с группой так быстро и эффективно, как сильный шторм, и почувствовал себя дурно. Он надолго застыл, затем наконец сказал:

"Маршал, сменить класс не так уж и невозможно, но у школы есть свои правила. Судя по таланту молодого господина, смена занятий не принесет ему большой пользы".

"На его духовную силу повлияли некоторые внешние факторы, из-за которых она снизилась. Она восстановится после периода восстановления, и тогда ему придется сменить класс. Если вы не хотите разрешить ему сменить класс сейчас, я могу просто поменять школу".

Сюэ Лин сзади потянул Инь Цзя за рукав. Инь Цзя только наполовину заговорил, но все равно повернул голову назад, чтобы посмотреть на него.

Сюэ Лин сказал:

"Отец, я не хочу переходить в другую школу. Школа Цзиюэ - альма-матер моей матери и лучший выбор для гравировщиков в Столице Звезды".

Инь Цзя нахмурился, и, казалось, у него не было выбора, кроме как принять упрямство Сюэ Лина.

"Господин директор", — Сюэ Лин торжественно поклонился декану. — "Если я правильно помню, для перевода в другой класс необходимо пройти ряд тестов. Я готов пройти эти тесты. Пожалуйста, помогите мне перевестись, если у меня получится".

Директор не ожидал, что он будет так охотно следовать правилам. Сменить класс в школе Цзиюэ не было невозможно, но процедура перевода была сложной и очень трудной.

Возьмем, к примеру, Сюэ Лина. Если бы он хотел перевестись в класс S, который был самым высоким классом в школе, ему нужно было бы пройти три тура тестирования. Каждый тур был обязательным, и его нельзя было пропускать. Более того, уровень сложности каждого тура теста повышался с каждым разом, и тема была такой, что даже ученики класса S не всегда могли ее пройти.

То есть, чтобы попасть в класс высшего ранга, необходимо было достичь пикового уровня.

А во всей Галактике Млечный Путь количество гравировщиков пикового уровня можно было пересчитать по пальцам двух рук. Все они были на уровне Мастера, и никто из них не достиг этой стадии еще в школе.

Такие жесткие условия перевода были причиной того, что Инь Цзя хотел обойти правила и перевести Сюэ Лина в другой класс. Он не хотел, чтобы его любимец так уставал. К такому испытанию, которое нужно было пройти за один раз, нужно было готовиться с максимальной отдачей.

Сюэ Лина это нисколько не беспокоило. Он изначально планировал подать заявку на этот тест, и полагаться только на силу Инь Цзя для продвижения было нецелесообразно. В этом мире, где сила сокрушала все, он мог избежать критики только тогда, когда у него было достаточно силы, чтобы заставить этих людей перестать смотреть на него свысока.

Из-за настойчивости Сюэ Лина, декан согласился на его заявление о переводе, а затем из-за холодной ауры, исходящей от Инь Цзя, декан назначил дату теста на месяц позже, дав Сюэ Лину достаточно времени, чтобы восстановить свои духовные силы.

Тем не менее, он не думал, что Сюэ Лин сможет успешно пройти тест на перевод.

Все уладив, Сюэ Лин собирался вернуться в класс, но Инь Цзя забрал его с собой. Он сказал ему, что в течение следующего месяца пригласит для него специальных учителей, и в этот период ему не нужно будет приходить в школу. Обучение в классе будет только мешать ему учиться и не принесет никакой пользы.

Сюэ Лин не мог злобно рассмеяться и сказать ему: "дорогой, ты все еще слишком наивен, у меня есть плагин", и мог только позволить себя увести.

Он не знал, что в тот же вечер кто-то написал сообщение о том, что произошло в школе, и опубликовал его в Star Net.

Изначально это сообщение было написано на форумах школы, но кто-то разослал его из внутренней сети школы и разместил в Звездной сети. Публичных выступлений Лорда Маршала было ничтожно мало, и ошарашенные фангёрл не ожидали, что однажды смогут увидеть своего Маршала в собственной школе, занимающегося проблемами своего ребенка.

Не слишком ли это повредит его имиджу?????

Это было неправильно!!! Маршал не был женат, откуда взялся этот ребенок!!!

В ту ночь фанаты в Star Net не спали всю ночь и раскопали все о личности Сюэ Лина и его прошлом, а также о том, что произошло в последние дни, и о его успехе в становлении Молодым господином Дворца Маршала.

Бесчисленные кормилицы завывали в Интернете, спрашивая, должна ли Ассоциация Защиты Кормилиц быть такой жестокой, напрямую делая кого-то Молодым Господином Дворца Маршала?! Они хотели, чтобы это случилось и с ними!!! Они тоже были несчастны дома!!! Маршал, пожалуйста, усыновите их!!! Маршал, пожалуйста, отправьте их в школу!!! Пусть они тоже обнимут это большое бедро!!!

Фотографии Сюэ Лина, сошедшего с шаттла и унесенного Инь Цзя, разлетелись по интернету. Даже в местах, удаленных от Столичной Звезды, было бесчисленное множество людей, которые видели его появление и знали о его удаче. Хотя они сочувствовали его ужасному прошлому, они больше завидовали и ревновали к его новой личности.

Многие говорили, что тоже хотели бы быть усыновленными маршалом. Не могли бы их мамы и папы дать им пощечину!

Некоторые амбициозные люди говорили:

Что вы все ноете? Есть такая хорошая возможность, неужели вы не понимаете, как за нее ухватиться? Лорд Маршал, похоже, действительно заботится об этой маленькой кормилице. Если вы сможете угодить этому маленькому господину, вы угодите маршалу!!! Вы, глупцы, ваши цели должны заключаться в том, чтобы стать вторым родителем этой маленькой кормилицы!"

Были и более самосознательные люди, которые говорили гораздо проще:

"Я не прошу ничего другого, но я умоляю о том, чтобы стать приемным сыном маршала. Я обязательно буду хорошим и послушным и не буду доставлять хлопот папе-маршалу. Я буду целый день баловаться и флиртовать с игрушками маленьких мальчиков. Мне вообще не нужно будет ходить в школу, и не нужно будет, чтобы папа-маршал заступался за меня в школе!"

Сюэ Лин чувствовал себя довольно скверно после того, как провел время в Звездной Сети той ночью, потому что многие люди уже начали изучать его предпочтения и были готовы стать его папой или мамой.

Система также собрала кучу сплетен, просмотрела их и сказала Сюэ Лину:

"Расслабься. Это просто кучка людей, которые могут общаться только в интернете. Никто не может составить тебе конкуренцию. Трудись, хозяин! Первый пришел, первый обслужен, а кролики любят есть траву рядом со своими гнездами; быстро работай, чтобы заманить своего отца! Пусть эта группа отбросов поймет, что значит быть одновременно и любовником, и ребенком!"

Сюэ Лин: "Проваливай".

Система: "... Что я сказала не так? ...Я не сказала ничего плохого... Разве это не твоя цель?"

Сюэ Лин холодно фыркнул. Судя по его пониманию этого человека через столько миров, тот в настоящее время думал о нем только как о ребенке. Он испытывал к нему большую доброжелательность, но не думал в ином направлении. Было видно, что мужчина не испытывал к нему никаких эмоциональных намерений, а значит, то, что говорили эти люди о том, что он может стать для него еще одним родителем, было вполне возможно.

В конце концов, лорд-маршал был рядом. Пока у них есть мужество, каждый может придумать свою стратегию.

У Сюэ Лина сейчас не было времени разбираться с этими людьми. Ему нужно было завершить тест на перевод, чтобы через несколько дней не начали кричать, что он не подходит маршалу. Общественное мнение было слишком легко поколебать; Сюэ Лин вел слишком много войн за общественное мнение. Внезапное обретение популярности или что-то в этом роде никак не влияло на его планы.

Инь Цзя позвал его в кабинет в тот вечер не иначе как потому, что чувствовал необходимость как следует обсудить со своим воспитанником сегодняшние дела.

Он был человеком, который делал то, что говорил, а Сюэ Лин был человеком, который имел собственное мнение. Инь Цзя привык говорить, не спрашивая мнения других, потому что другие всегда должны были исполнять его слова в точности. Решения, которые он принимал, никогда не были ошибочными, поэтому ему не нужно было выслушивать сомнения или возражения других людей против его приказов.

Это была проблема, которая могла возникнуть только у того, кто был абсолютно уверен в себе и обладал хорошей дозой высокомерия. Он не собирался ничего менять, но сейчас он столкнулся с Сюэ Лином. Он не был человеком, который просто делает то, что он сказал, и хотя он не сопротивлялся тому, что Инь Цзя устроил для него, даже дошло до того, что он выглядел мило послушным и не делал никаких опровержений, на самом деле у него были свои собственные мысли, и он говорил одно, а делал другое, совершенно не боясь нрава Инь Цзя.

В сегодняшней пьесе он выглядел как обиженный персонаж, но если оглянуться назад, то окажется, что именно он был тем, кто с самого начала создал проблемы.

Когда Инь Цзя усыновил его, он уже имел подробное представление о его жизни, но неожиданно оказалось, что он до сих пор не может понять, что задумал этот ребенок.

Он выглядел как маленькая овечка, но под овечьей шкурой скрывался большой лисий хвост.

"Отец?"

Видя, что Инь Цзя позвал его, но не говорит, Сюэ Лин прервал его размышления и сказал:

"Если отцу ничего не нужно, я вернусь к учебе".

Инь Цзя поднял голову и еще раз внимательно осмотрел ребенка с головы до ног, но обнаружил, что по-прежнему не понимает, о чем тот думает. Сначала он просто подумал, что этот ребенок настороженно относится к нему, задумчив, но не плохой ребенок. Теперь же казалось, что он тоже глубоко задумывается и ведет себя совсем не как незрелый ребенок.

"Ты уже хорошо разбираешься в восстановлении собственной духовной силы".

Он произнес утвердительное предложение. Хотя человек перед ним, казалось, не имел никакой наступательной силы, Инь Цзя подсознательно чувствовал, что этот человек был очень способен совершить атаку.

Сюэ Лин слегка сузил глаза. Его губы изогнулись, когда он поднял взгляд и ответил:

"Как это может быть? Я просто верю, что унаследовал талант моей матери. Она была таким удивительным гравировщиком. Как ее ребенок, я, естественно, не уступлю ей".

Когда он поднял взгляд, уголки его глаз были слегка приподняты. На мгновение в его взгляде промелькнул яростный свет, да так быстро, что Инь Цзя почувствовал, что это была иллюзия.

Они посмотрели друг на друга и увидели в глазах друг друга то, чего не должно быть. Затем оба опустили глаза, как будто ничего не произошло во время этого краткого обмена взглядами...

Но Инь Цзя ясно понимал, что теперь все изменилось.

Он боялся, что больше не сможет относиться к этому ребенку как к обычному, простому ребенку.

На самом деле, тест на перевод проводился только один или два раза в год. Школа Цзиюэ транслировала весь процесс в прямом эфире, чтобы обеспечить справедливость экзамена, но сегодня впервые он привлек столько внимания. Когда открылась комната прямой трансляции, туда хлынуло множество людей. Если бы Звездная Сеть не обладала высокой пропускной способностью, способной справиться с таким внезапным наплывом, комната, вероятно, сразу бы рухнула.

Верхняя часть комнаты прямых трансляций была заполнена звездами и лунами, купленными и присланными обезумевшими фанатами, а также всевозможными фейерверками и небольшими подарками, присланными вошедшими людьми.

Школьная комната прямых трансляций в мгновение ока оказалась на вершине рейтинга прямых трансляций. Многие люди заходили туда, чтобы посмотреть, что за странный поступок совершила школа Цзиюэ.

Подобная сцена была и в оригинальной истории, но это произошло только после того, как репутация Хао Сунлэ как гения распространилась, и он приобрел определенную степень популярности, что его тест на повышение вызвал подобную реакцию. Но что касается исходной ситуации, то в комнате прямого эфира с самого начала не было такого накала, как в этой.

Директор также был удивлен всплеском популярности, но когда он подумал о маршале Инь Цзя, то понял, что это все из-за того человека, который принадлежал к дворцу маршала.

Это действительно было так. После того, как дело в тот день подняло такую шумиху, люди быстро поняли, что речь идет не просто о конфликте между молодым господином маршала и его одноклассником, потому что на следующий день после того, как дело взорвалось, королевская семья издала указ о смещении спикера, который был глубоко замешан во многих скандалах, связанных с несколькими социальными и другими делами.

Рано утром он был арестован при попытке бегства. Семья Спикера была заперта, их имущество конфисковано, а люди, проснувшись, обнаружили, что их вселенная словно взорвалась.

Крупные события происходили каждый день, но это был первый случай, когда столь значительное и яркое политическое событие произошло в таком быстром темпе. Очень быстро кто-то догадался, что Спикер был вовлечен в конфликт в школе Цзиюэ накануне. Он оскорбил маршала, и на следующий день был устранен. Скорость этого ареста была очень впечатляющей.

Некоторые люди сомневались, не был ли этот инцидент просто мелкой местью, но вскоре дело Спикера было поднято на сцену. Люди были удивлены тем, что он сделал, и еще больше потрясены его порочностью.

В конце концов, человек, который обычно выглядел как скромный джентльмен, использовал такие жестокие средства за спиной у всех и был готов на все ради достижения своих целей. После расследования, проведенного Военным штабом, выяснилось, что на имя Спикера была записана огромная сумма денег, полученная в результате коррупции и взяточничества. Спустя месяц многие люди все еще были поражены этой суммой.

Именно из-за его связи с делом спикера Сюэ Лин привлек к себе столько внимания во время этого теста на повышение. В конце концов, именно он стал катализатором всего этого инцидента. Если бы он не разорвал отношения отца и сына с Хао Юаньляном, многое из того, что произошло потом, могло бы и не случиться. Семья Хао Юаньляна также распалась после его ухода.

Поскольку спикер был раскрыт, Хао Юаньляну не удалось избежать вины. Сун Инь была заключена в тюрьму за отравление, а Хао Сюй, старший сын в семье Хао, был вынужден досрочно уйти из армии, чтобы присматривать за Хао Сунлэ, который теперь был эмоционально нестабилен. Только тогда Хао Сунлэ нехотя воспрянул духом и постепенно стабилизировал свое настроение.

Он также подал заявку на участие в этом тесте на повышение. Хотя Сюэ Лин был слишком занят культивированием своей духовной силы, чтобы обращать на него внимание, система все же неохотно обратила внимание на главного героя и обнаружила, что даже без помощи золотого пальца он может магически улучшить свою духовную силу.

Можно было только сказать, что он действительно был сыном судьбы. Даже если его постоянно блокировали на каждом шагу и отбирали золотой палец, он все равно мог прыгать с высоты и приземляться на четыре лапы. Система завидовала.

Изначально Инь Цзя не было необходимости участвовать в таких пустяках, как тест на повышение, но когда он подумал о том, как Сюэ Лин занимался в своем кабинете в течение последнего месяца, он почувствовал, что раз ребенок так усердно работает, то он будет плохим родителем, если не пойдет и не посмотрит. Поэтому он отложил работу на целый день и решил должным образом сопровождать Сюэ Лина.

Сюэ Лин не ожидал, что его опекун окажется таким заботливым. Если бы Инь Цзя не настаивал на том, чтобы он занимался в учебной комнате, Сюэ Лин с гораздо большей готовностью закрылся бы в помещении, чтобы учиться. Но он был его отцом, и последнее слово было за ним. Теперь, когда он захотел прийти, Сюэ Лин не мог сказать ему: "Если ты придешь, то отвлечешь меня", и мог только улыбнуться, выражая свое одобрение и восторг.

Инь Цзя прекрасно понимал, что ребенок, похоже, не очень хочет быть рядом с ним. Хотя ему было неясно, почему так происходит, он все же протянул руку, чтобы погладить Сюэ Лина по голове, и решил хорошенько поговорить с ним после теста. Было ли между ними какое-то недопонимание?

После их разговора месяц назад, когда они вернулись из школы, этот ребенок не захотел с ним сближаться. Он вел себя так умно, но при этом весь день держался отстраненно, что даже Му Си задумалась, не возникло ли между ними недопонимания.

Испытание на повышение состояло из трех частей. В первой части нужно было выбрать руду, что было точно так же, как и игра с камнями. Школа предоставляла всем желающим руды, которые уже прошли первичную проверку, чтобы убедиться, что все они содержат какие-то энергетические кристаллы. Но что это были за энергетические кристаллы и сколько энергии они содержали, было неизвестно, и выбор руды зависел от собственного суждения учеников. Каждый ученик мог выбрать три руды, и после того, как он делал свой выбор, его оценивали в соответствии с качеством выбранных им руд.

Весь процесс был автоматическим, что исключало возможность мухлевания.

После выбора и оценки руд они переходили ко второй части, в которой им нужно было очистить энергию во всех трех полученных энергетических кристаллах.

Независимо от того, насколько чистой была энергия в энергетических кристаллах, она все равно смешивалась с некоторыми лишними веществами, которые увеличивали потерю энергии. Только очищенный камень мог быть изваян, и критерии оценки в этом раунде были основаны на чистоте энергетического кристалла. Это также проверялось с помощью профессионального оборудования, и подделать его было невозможно.

Третий и последний этап заключался в создании набора скульптур из трех очищенных энергетических кристаллов. Набор должен был состоять из трех частей, а критерии оценки третьей части основывались на внешнем виде трех предметов, а также на их энергоотдаче.

Цель создания скульптур энергетических кристаллов заключалась в том, чтобы максимизировать выход и эффективность энергии в кристаллах. Раньше никто особо не следил за внешним видом этих предметов, и никто не помнит, когда люди начали требовать, чтобы они выглядели хорошо.

Но из-за этого каждый старший гравировщик был еще и очень хорошим дизайнером, их работы часто искали бесчисленные люди, и даже кормилицы тратили много денег, чтобы купить их работы, не из-за чистой энергии в энергетических кристаллах, а потому что их работы были изысканными и очень художественными.

Согласно правилам, прохождение всех трех туров позволяло ученику перейти в класс на один ранг выше. Целью Сюэ Лина было попасть в класс S, что означало переход на три ранга вверх, то есть ему нужно было пройти в общей сложности девять раундов.

Все раунды требовали больших затрат энергии и сил. Если участники не обладали высокой духовной силой, то повышение в класс S за один раз было просто фантастикой.

На этот раз Сюэ Лин был единственным претендентом на переход в класс S, поэтому во время первых трех туров он был единственным, кто работал в полную силу.

На скульптуры, необходимые для класса B, были наложены ограничения, поэтому Сюэ Лин мог видеть, что лучшей рудой среди всех них был энергетический кристалл класса B. Очистив его, Сюэ Лин превратил энергетический кристалл класса B в кристалл класса A, что шокировало многих людей, наблюдавших за тестом. Многие начали обсуждать, какой степени успеха они смогли бы достичь, если бы сами проводили тест.

Скульптурная часть первого теста не отняла у Сюэ Лина много энергии. Выбранные им энергетические кристаллы были невелики, поэтому он вырезал традиционный набор: ожерелье и пару серег.

Казалось, он легко справился со всем процессом, и система поставила ему очень высокий балл. Хотя учителя считали, что в его скульптуре есть куда совершенствоваться, для скульптора класса С такой уровень способностей уже был очень хорошим, поэтому оценка была довольно высокой. Му Си была так счастлива, как будто это она сама участвовала в конкурсе.

После небольшого перерыва Сюэ Лин начал второй тур, чтобы перейти из класса В в класс А. Кроме него и Хао Сунлэ, тест проходили еще пять кормилиц. Все они выглядели очень уверенно, долго готовились и решили пройти тест только после того, как убедились, что хорошо владеют необходимыми навыками.

Сюэ Лин был очень спокоен от начала до конца. При выборе руды в первом раунде он закончил первым.

На платформе прямой трансляции было множество сообщений, большинство из которых были похожи на:

[Маленький милашка выглядит очень уверенным в себе, так быстро закончив отбор!]

[Скорость отбора такая же, как и в предыдущем раунде~]

[Он действительно достоин быть моим будущим ребенком~ Твоя мать гордится тобой!]

Конечно, были и те, кто сомневался в нем, и было также много некрасивых слов. Однако сообщения проходили быстро, и всегда находились люди, готовые сообщить о них за плохое поведение, поэтому очень быстро люди перестали шуметь.

Сюэ Лин и не подозревал, что в Звездной Сети его уже признали "малышом", и все хотели стать его отцом или матерью. Пока другие испытуемые все еще выбирали руду, он уже сдал свою руду на добычу и тестирование.

Эта часть теста была механизирована, всю работу выполняли квантовые компьютеры. Сюэ Лин сразу же прошел в соседнюю комнату и стал ждать свои энергетические кристаллы.

Вскоре после того, как он вошел, Хао Сунлэ тоже последовал за ним внутрь. Похоже, он не хотел здороваться с Сюэ Лином, просто холодно смотрел на него, уже не надевая свою белую лотосовую шляпу. Теперь, когда он не мог позволить себе провоцировать Сюэ Лина, он решил спрятаться.

Поскольку собеседник пришел не для того, чтобы провоцировать его, Сюэ Лину, естественно, не хотелось иметь с ним дело. Он повернулся, чтобы взять свои энергетические кристаллы и очистить их. Они не могли увидеть свои результаты до конца теста, поэтому никто из них не знал, какую реакцию вызвал камень, который Сюэ Лин только что принес.

Комната для прямой трансляции снова взорвалась. Энергетические кристаллы класса А уже считались очень продвинутыми. Обычным людям потребовалось бы полгода сбережений, чтобы купить один из них, но Сюэ Лин случайно выбрал три таких кристалла. Как они могли не взорваться?

Сначала некоторые утешали себя тем, что в этих рудах должно быть много высококачественных энергетических кристаллов, но после того, как остальные студенты закончили выбирать руды и оценивать их, они обнаружили, что ни один из камней не был лучше. Все действительно хорошие камни были выбраны Сюэ Лином.

Некоторые люди начали слать сообщения, подозревая, что Сюэ Лин жульничает. Он должен был заранее знать, где именно находятся руды, чтобы так точно их выбрать! Здесь должен быть заговор!

И тут человек, задававший эти вопросы, был быстро поставлен перед фактом, потому что выяснилось, что в последнем раунде выбора руды лучшим энергетическим кристаллом был B Grade, и все они были выбраны Сюэ Лином. Было ясно, что его способности были сильны, и это не было жульничеством.

Впервые школа выступила с заявлением против этих слухов, заявив, что руды были доставлены прямо с планет, где ведется добыча, а философия школы заключается в честности и справедливости. Обман из-за власти или других подобных вещей - это то, чего они не приемлют.

Даже если это и было так, некоторые люди выражали свое возмущение.

Но вскоре результаты следующего раунда снова их покоробили, потому что Сюэ Лин закончил процесс очищения, и машины оценили результаты его очищения. Энергетическая чистота каждого камня достигла 95%. Даже учителя школы не всегда могли достичь такого уровня очищения.

Услышав, что здесь есть гений, способный очистить энергетический камень до 95%, к прямой трансляции стали привлекаться сильные Старшие Гравировщики. Они отложили свою работу и подошли, желая увидеть, каким уровнем способностей обладает Сюэ Лин.

Сюэ Лин не разочаровал их. После третьего раунда ваяния коэффициент использования энергии его работ также достиг 95%.

Как только появились эти цифры, экран прямой трансляции заполнился таким количеством комментариев, что люди, смотревшие трансляцию, даже не могли разглядеть лицо Сюэ Лина.

Маленький летающий робот-камера, отвечавший за видео- и фотосъемку, показывал работы Сюэ Лина со всех 360 градусов. По сравнению с предыдущими скульптурами, Сюэ Лин, казалось, потратил больше усилий на создание этого набора, а три энергетических кристалла были превращены в украшения для волос: две заколки с фениксом и маленькая корона феникса. Птицы на скульптурах были яркими и уже достигли того уровня, когда их можно было продавать на рынке.

Этот прямой и беспощадный поступок, демонстрирующий его силу, принес Сюэ Лину еще одну порцию новых поклонников; в конце концов, это был мир, где сила была королем. Сначала они обращали на него внимание, потому что он был горячей темой, и потому что он был номинальным приемным сыном маршала Инь Цзя, но теперь они были полностью привлечены им и куплены его навыками.

Сюэ Лин снова поднялся из класса В в класс А с очень высоким результатом. Он прошел тест вместе с Хао Сунлэ и двумя другими кормилицами. У трех оставшихся кормилиц итоговые баллы не достигли порога, и они провалились.

У Сюэ Лина было не так много времени на отдых и восстановление, прежде чем он должен был приступить к тесту класса А - класса S.

Вместе с ним на экзамене был еще один участник, у которого на щеках были две ямочки, когда он улыбался. Он выглядел очень добрым, и поскольку они встретились впервые, он тепло поприветствовал Сюэ Лина.

Но Сюэ Лин его проигнорировал.

Внешность кормилицы была очень милой, а детский жир на щеках еще не успел исчезнуть, что придавало ему гораздо большее сходство с Сюэ Лином. В некотором смысле, это был второй герой этой истории, а также младший брат главного героя Гуна, Мо Лань.

По сравнению с главным героем, основные условия Мо Ланя казались намного лучше. В конце концов, он был воспитанником, и хотя в детстве он был слаб и поэтому не смог попасть в класс S после пробуждения духовных сил, он был на вершине класса А. Он уже бесчисленное количество раз сдавал тест на повышение, чтобы попасть в класс S, но всегда терпел неудачу.

Он был поистине несгибаемым человеком. Он постоянно упорствовал и в конце концов добился желаемого, едва переступив порог, необходимый для поступления в класс S. И единственный раз ему удалось добиться успеха, когда он проходил тест вместе с главным героем.

А это был именно этот тест.

В оригинальной истории Хао Сунлэ поднял свою духовную силу до определенного уровня благодаря полученному пространству и тоже прошел тест на вхождение в класс S. Именно благодаря тому, что они проходили тест вместе, Хао Сунлэ встретил Мо Си, который все еще был майором Первого флота.

Мо Лань и Хао Сунлэ стали очень хорошими друзьями, и в рассказе бесчисленное количество раз упоминался человек, который ему нравился, но он всегда хотел достичь определенного статуса, прежде чем признаться другой стороне, и даже к моменту окончания истории он, похоже, так и не достиг своей цели.

А человеком, который всегда нравился Мо Ланю, был маршал Инь Цзя.

Сюэ Лин явно чувствовал близость Мо Ланя к себе, но причина, по которой он вообще не хотел говорить об этом, была очень проста.

Обращать на него внимание? Разве это не был просто другой человек, который хотел стать его отцом? Ха-ха.

Мо Лань не был слишком знакомым человеком. Так как Сюэ Лин проигнорировал его, он вернул свое внимание к себе и начал готовиться к следующему тесту на повышение.

Он был на год старше Сюэ Лина и в следующем году достигнет совершеннолетия. Он надеялся работать в Первом Флоте, когда станет взрослым, но первым условием для того, чтобы стать гравировщиком Первого Флота, было окончание класса S. После этого было много туров отбора, и если он не сможет поступить даже в класс S, у него вообще не будет надежды попасть туда. Именно поэтому Мо Лань упорствовал столько лет.

Он поднял голову и посмотрел на зрителей, которые наблюдали за тестом. Его взгляд метался вокруг и, наконец, удачно наткнулся на фигуру определенного человека...

На этот раз он был здесь. Мо Лань должен был ухватиться за эту возможность, чтобы успешно поступить в класс S. По крайней мере, он должен был произвести лучшее первое впечатление, так как это поможет ему в реализации его будущих планов.

Сюэ Лин ни разу не взглянул в сторону аудитории. После того как прозвучал сигнал о том, что можно начинать выбирать руды, он начал выбирать.

Он вспомнил, что в оригинальной истории было подробное описание этого теста. Для того чтобы подставить главного героя, одна из руд в этом раунде содержала энергетический кристалл класса SS.

Способности главного героя были не на высоте: хотя он сумел увидеть особенности этой руды и выбрать ее, он не смог полностью использовать чистоту энергетического кристалла в процессе очистки и создания скульптуры. Это было основной причиной снятия баллов, но также и причиной, по которой ему были начислены дополнительные баллы.

Но из-за вмешательства и существования Сюэ Лина главный герой так и не дошел до этого испытания. Все эти камни были оценены глазами Сюэ Лина, и в его взгляде форма, размер и чистота энергетических кристаллов в этих рудах были очень ясны. Поэтому процесс отбора не занял у него много времени. Он просто окинул взглядом всю сцену, а затем выбрал несколько лучших.

Сначала он выбрал руду, содержащую энергетический кристалл класса SS. Он планировал использовать три энергетических кристалла для создания набора вещей для Инь Цзя, поэтому выбрал отличные материалы.

Оставшиеся два камня имели наивысший уровень чистоты среди S Grade, а их формы совпадали с тем, что хотел Сюэ Лин. Выбрав руды, он поместил их в шлифовальный станок в соответствии с правилами. К тому времени, как он повернулся, чтобы войти во вторую комнату, Мо Лань выбрал только одну руду.

Сюэ Лин оглянулся на него, и Мо Лань встретил его взгляд милой улыбкой, в которой не было ничего смертельного. Сюэ Лин поднял брови, а затем пошел дальше. Этот ребенок не был каким-то могущественным соперником и мало чем отличался от тех, кто в Звездной Сети пытался понравиться ему, чтобы стать его матерью, за исключением того, что он был более склонен к практическим делам и упорно трудился, чтобы стать достойным этого человека.

Сюэ Лину захотелось рассмеяться, когда он подумал об этом, и он наконец поднял глаза в сторону места, где в аудитории сидел Инь Цзя. Неожиданно, когда он поднял голову, чтобы посмотреть туда, Инь Цзя тоже смотрел на него. Сюэ Лин был ошеломлен, когда попал в эти глубокие глаза, и ему потребовалось много усилий, чтобы прийти в себя. Он высунул язык перед Инь Цзя, хмыкнул, а затем принес энергетические кристаллы, которые были обработаны.

С наблюдательными способностями Инь Цзя он мог видеть все даже с большого расстояния. Он ясно видел, что маленькая кормилица показала язык. При этом его нос сморщился, и он выглядел очень мило. Он не знал, смеяться ему или плакать. Му Си наклонилась к нему и спросила:

"Маршал, как сильно вы обидели маленького милашку? Посмотрите, он никогда не выражал вам ничего положительного".

Инь Цзя почувствовал, что этот ребенок не обязательно его недолюбливал, он просто был слишком неловким. Он покачал головой, но ничего не ответил и продолжил наблюдать за тестом Сюэ Лина.

С другой стороны, люди, которые смотрели прямую трансляцию через Star Net, видели небольшое взаимодействие между двумя людьми благодаря маленьким записывающим роботам. Некоторое время поклонницы заполняли весь экран криками "АХХХХХХХХХХХХ", снова закрывая лица двух людей.

Другая группа людей хныкала и плакала, что Лорд Маршал был так снисходителен, они тоже хотели быть ребенком Маршала! Они хотели знать, нужны ли еще во дворце маршала животные или питомцы, которые могли бы менять форму.

Сюэ Лин совершенно не обращал внимания на кровавые бури, происходящие во внешнем мире. Он очищал все три энергетических кристалла и, из-за своих высоких требований, даже непосредственно очистил два других энергетических кристалла класса S в энергетические камни класса SS.

Он не собирался скрывать свои способности за неуклюжестью во время этого испытания, как и не собирался скрывать пространство от Инь Цзя. Его отношения с Инь Цзя все еще были хрупкими и слабыми, и Сюэ Лин был готов использовать существование пространства, чтобы укрепить отношения между ними.

С маленьким секретом, который был разделен только между ними, их отношения естественным образом улучшатся, и он сможет не торопить события. В любом случае, единственной кормилицей, которая могла приблизиться к Инь Цзя сейчас, был он. Если он не понравится Инь Цзя, то где еще он сможет найти того, кто ему понравится?

В конце процесса очистки Сюэ Лин передал три энергетических кристалла, которые уже приняли приблизительную форму того, что он хотел, для оценки.

После того, как машина показала механически рассчитанный результат, большинство людей уже не удивились. В конце концов, Сюэ Лин уже показал им всем, как рождается гений, поэтому теперь они не удивлялись, какие бы энергетические кристаллы Сюэ Лин ни производил.

Как бы не так!!!

Это были энергетические кристаллы класса SS!!! Только что они были S класса!!! Они уже чувствовали, что школа действительно превзошла себя в этот раз, но у Сюэ Лина была способность превращать эти кристаллы в SS Grade через очищение!!!

Можно ли вообще выучить что-то подобное!!! Неужели ему все еще нужно переходить из класса в класс!!! Он мог прямо сейчас открыть студию и не беспокоиться ни о чем до конца своей жизни!!! Он был абсолютно на уровне господина!!!

Поскольку это было ради Инь Цзя, Сюэ Лин не стал сдерживаться. На этот раз Сюэ Лин не стал специально оставлять чистоту на уровне 95%, а очистил ее до 99%. Используя систему поддержки, а также месячное изучение наследственности, оставшейся в пространстве, золотой палец Сюэ Лина был полностью готов к работе.

Он не собирался становиться гением, который медленно прокладывает себе путь наверх. Он хотел стать демоном, настолько сильным, что никто не мог усомниться в его силе. Имея силу и мощное происхождение, он мог не беспокоиться о будущем, а сразу же идти к следующей цели и наступать на Инь Цзя.

Вся Звездная Сеть была потрясена полученными данными. Они не сомневались, что коэффициент использования энергии конечного продукта Сюэ Лина достигнет 99%. В конце концов, эти три раунда испытаний уже слишком сильно потрясли их.

В течение последнего месяца Сюэ Лин уже разработал планы для этих трех скульптур. Это были камни, которые он специально подготовил для Инь Цзя. Самый большой из них был брошью, а второй - кольцом. Из оставшегося энергетического кристалла будет сделана шпилька для Сюэ Лина. Хотя это была часть набора, Сюэ Лин готовился носить ее сам.

Хотя он не мог сделать пару одинаковых колец прямо сейчас, он все же мог сделать шпильку для уха, чтобы удовлетворить свое собственное желание.

Поскольку он уже закончил обработку, Сюэ Лин начал создавать свой шедевр очень быстро. Этот набор узоров он больше всего практиковал дома, и по сравнению с предыдущими скульптурами, эта была его любимой. С учетом его нынешней силы, эти предметы были на пределе его возможностей.

В настоящее время он все еще не мог ваять энергетические кристаллы класса SSS. С одной стороны, они были редкими и их было очень трудно получить. С другой стороны, учения в пространстве золотых пальцев в основном останавливались на уровне SSS. Для вырезания энергетических кристаллов класса SSS Сюэ Лину, очевидно, нужно было исследовать их самостоятельно и использовать свои личные техники ваяния.

Духовная сила окутала три энергетических кристалла, и перед Сюэ Лином предстала внутренняя структура энергетического кристалла. Когда он начал, то не проявил никаких колебаний, а зрители, поедающие дынные семечки, стоящие сбоку, были шокированы, их головы онемели, они боялись, что эти кусочки энергетических кристаллов будут полностью растрачены, если его рука соскользнет.

Когда он достиг последней стадии, духовная сила Сюэ Лина была практически исчерпана. Хотя у него был внешний подключаемый модуль, его не всегда можно было так использовать; после успешного завершения последнего этапа его лицо уже побледнело, но ему все же удалось завершить все три скульптуры.

Набор из трех скульптур был отправлен на оценку. Школа предоставляла исходную руду, но конечный продукт принадлежал ученику. Стоимость этих руд была включена в стоимость экзамена при первоначальной записи. После сдачи экзамена школа поручала кому-то упаковать эти вещи и отправить их студентам.

Сюэ Лин прошел последний тур с полной отдачей. В комнате прямой трансляции люди уже начали предлагать заоблачные цены за эти украшения, и многие выразили готовность купить их, но другие говорили, чтобы отрезвить их:

"Да ладно, этот молодой господин не испытывает недостатка в деньгах. Он точно оставит это себе. У него нет причин продавать свои труды".

После завершения теста Сюэ Лин снова встретился с директором. Инь Цзя стоял прямо за ним, и его взяли под руки, чтобы проверить, не чувствует ли он дискомфорта. Директор рассмеялся и сказал:

"Поздравляю молодого господин с прохождением всех тестов. Нет абсолютно никаких проблем с переводом в другой класс. В будущем молодой учитель будет посещать класс S-1. Ваш учитель уже связался с нами, надеясь дать вам отдельное, индивидуальное руководство на более высоком уровне. Я надеюсь, что молодой господин сможет освободить немного времени, чтобы подробно поговорить об этом с учителем. Этот человек - главный старейшина и один из высших господинов среди Гравировщиков. Я могу подтвердить, что он будет самым подходящим учителем для молодого господина".

Сюэ Лин оттолкнул руку, которую Инь Цзя положила ему на голову, и кивнул.

"Хорошо. Я свяжусь с учителем".

Инь Цзя нахмурился и сказал:

"Сначала нам нужно вернуться. Твоя духовная сила была перерасходована, тебе нужно как следует отдохнуть".

Когда директор услышал эти слова, он кивнул головой и сказал:

"В таком случае, молодой господин должен вернуться и отдохнуть. Мы не будем вас больше беспокоить".

Сюэ Лин не успел больше ничего сказать, как его снова увел Инь Цзя на глазах у толпы. Только вот взгляды людей, смотревших на него, больше не были полны странности, а были полны поклонения.

Система показала, что ее хозяин очень хорошо умеет притворяться. Сюэ Лин не обратил на это внимания, а на обратном пути заснул на плече Инь Цзя. Казалось, что на этот раз он действительно устал.

Инь Цзя несколько беспомощно прижимал к себе спящую фигуру и продолжал носить его на руках, даже когда они вышли из шаттла, и лично отнес ее в свою комнату. Му Си наблюдала за поведением маршала с довольным выражением лица, радуясь тому, что маршал, похоже, немного научился заботиться о других.

Чрезмерное использование духовной силы требовало полноценного отдыха. Очнувшись от глубокого сна, Сюэ Лин обнаружил, что стал гораздо энергичнее. Встав с постели и умывшись, он спустился вниз, чтобы расспросить Му Си о сегодняшних скульптурах.

Все было расставлено в гостиной, напротив того места, где сейчас сидел Инь Цзя. Казалось, что он сидел там весь день, постоянно рассматривая эти вещи. Когда Сюэ Лин подошел, он обнаружил, что упаковка для этих вещей также была очень красиво сделана.

Сначала Сюэ Лин передал Му Си набор из трех предметов, сделанных из энергетических кристаллов класса А.

"Это для сестры Му. Ты обычно не носишь украшения для волос, поэтому ничего страшного, если ты захочешь оставить их для украшения или подарить. Они созданы как украшения древних времен. Я изучил много информации о них и создал их соответствующим образом".

В этом мире не было такого понятия, как заколки и короны для волос. Сюэ Лин сделал этот набор с расчетом на то, что они будут выставлены на всеобщее обозрение; он заметил, что Му Си очень интересуется древней культурой, поэтому он провел небольшое исследование и сделал этот набор для нее.

Му Си была так тронута, что почти обняла Сюэ Лина, чтобы поцеловать его, но поскольку Инь Цзя тоже присутствовал, она сдержалась и прижала его к груди, почти задушив его.

Все лицо Сюэ Лина раскраснелось благодаря действиям Му Си. Освободившись, он сделал несколько глубоких вдохов, после чего достал две скульптуры из другого набора и поставил их перед Инь Цзя.

"Это для отца".

Он уже переоделся в школьную форму и был одет в простую белую рубашку. Его волосы были еще немного взъерошены после сна, на лице сияла простая, невинная улыбка.

Когда он протянул подарки, сердцебиение Инь Цзя мгновенно участилось, да так быстро, что он чуть не потерял себя.

Это были два очень изысканных украшения. Инь Цзя долгое время просто смотрел на эти два предмета. Как маршал империи, он хотел и нуждался в энергетических кристаллах класса SSS, и именно их ему часто давали. Как король поля боя, важность энергетических кристаллов для него была очевидна.

Другими словами, он ни в чем не нуждался и поэтому никогда ничего не хотел.

У Инь Цзя была специальная команда старших гравировщиков, чьей ежедневной задачей было ваять для него энергетические кристаллы. Мать Хэлань Цзююня раньше была членом этой команды.

Инь Цзя не любил ювелирные украшения. На самом деле, он даже не предъявлял никаких требований к внешнему виду своих энергетических кристаллов. Если это был энергетический кристалл с высоким коэффициентом использования и чистотой, и он мог его использовать, то не имело значения, в какой форме он был, потому что, когда ему нужно было сделать шаг, он превращался в кусок энергетического кристалла высокого класса, который он потреблял.

За свою жизнь Инь Цзя пережил сотни сражений и поддерживал небо Империи. Во дворце маршала даже было специальное место для хранения пустых оболочек энергетических кристаллов, которое было заполнено энергетическими кристаллами, которые были опустошены в результате использования Инь Цзя. Эти вещи были скульптурами уровня мастера, которые при продаже стоили бы больших денег, даже если бы они были совершенно пусты и лишены малейшей энергии.

Инь Цзя впервые задумался о том, как выглядит энергетический кристалл, и впервые почувствовал желание носить такую вещь в качестве аксессуара. Ему даже казалось, что использование энергии, заключенной в этих энергетических кристаллах, было бы кощунством по отношению к этим скульптурам, и он должен выставить их на всеобщее обозрение.

С точки зрения дизайна и эстетики, скульптуры Сюэ Лина еще можно было улучшить, но в глазах Инь Цзя они были уникальными произведениями искусства.

Вероятно, причина этого была одна - человек, который создал эти украшения.

Вспомнив о Сюэ Лине, который только что спал в его объятиях, сладко потираясь о его грудь, и посмотрев на юношу, который невинно улыбался, предлагая ему эти два аксессуара, Инь Цзя почувствовал, что смягчается так, как редко делал.

"Для меня?"

"Да."

Сюэ Лин сел рядом с ним, открыл коробочку с кольцом и осторожно достала кольцо, находящееся внутри. Оно было полностью вырезано из одного куска энергетического кристалла; Сюэ Лин вырезал кольцо в виде черного дракона чернильного цвета, основываясь на уникальном цвете энергетического кристалла. Оно выглядело очень изящно. Хотя оно выглядело как небольшая скульптура, в нем содержалась основная энергия всего энергетического кристалла после его очистки и концентрации. Пока он носил его, он мог использовать и поглощать энергию, содержащуюся в нем, по своему желанию.

"Я создавал его полмесяца, желая удивить отца".

Сказав это, он очень естественно поднял руку Инь Цзя, задумчиво выбрал палец, а затем надел кольцо.

Это действие было очень непринужденным и естественным до такой степени, что даже после того, как он отпустил руку Инь Цзя, Инь Цзя не опомнился и рассеянно махнул рукой.

Сюэ Лин вложил брошь в его руку. Брошь и кольцо составляли единый комплект, на броши был изображен черный дракон, который выглядел очень величественно. Сюэ Лин использовал множество украшений, и все это выглядело очень хорошо, когда было помещено в шкатулку. А если надеть на тело, то будет еще лучше.

Инь Цзя кивнул и решил отложить брошь в сторону. В конце концов, это было выражение заботы этого ребенка о нем.

Он недолго радовался, когда вернулась Му Си и обратилась к Сюэ Лину:

"Юнь-Юнь, иди помоги сестре Му надеть корону феникса".

Она специально переоделась, облачившись в традиционный наряд с парой подходящих сережек, и натянула новые туфли на 7-дюймовых каблуках.

Сюэ Лин согласился и шагнул вперед, странно спросив:

"Почему сестра Му теперь называет меня Юнь-Юнь?"

Му Си ответила: "Они все называют тебя Сяо Юнь, и если я тоже буду так к тебе обращаться, это будет не так интимно. Маршал называет тебя Юнь-эр, и я не могу называть тебя так же, как он, поэтому я выбрала Юнь-Юнь. Разве это не мило?"

Губы Сюэ Лина дрогнули. Если бы не тот факт, что кормилицы действительно играли такую роль в обществе этого мира, он бы точно задушил тех, кто называл его такими грязными именами, до смерти. Он казался им таким мягким и слабым, они даже не подозревали о его свирепой стороне.

Сюэ Лин также воспользовался заколками для волос, помогая Му Си надеть корону феникса, а затем некоторое время смотрел на Му Си и сказал:

"Сестра Му, это платье не очень подходит. Сегодня вечером я создам для тебя лучшее, а ты попросишь других сшить его для тебя".

Му Си кивнула в восторге, а затем заметила, что выражение лица их маршала в какой-то непонятный момент времени стало уродливым. Она обиженно встала и вернулась в свою комнату, чтобы развлечься там.

Сюэ Лин снова сел рядом с Инь Цзя и достал из уха шпильку, которая также была частью набора; это была уменьшенная копия чернильного дракона. Сюэ Лин откинул волосы возле уха на одну сторону.

Инь Цзя уставился на нежную белую шею, обнажившуюся после того, как Сюэ Лин поднял волосы. По какой-то причине у него пересохло во рту, а последовавшая за этим сцена заставила его почувствовать, что внутри его тела горит огонь.

В руке Сюэ Лина появилась неизвестно откуда взявшаяся игла. Казалось, что он сделал ее из остатков энергетического кристалла. Он ущипнул себя за мочку уха и одним движением проколол дырку в ухе.

Инь Цзя не успел ответить, как кончики пальцев юноши коснулись мочки его уха, и на них выступила маленькая капелька крови. Подняв голову, он посмотрел на кровь на кончике пальца, а затем вытянул кончик языка, чтобы слизать кровь.

Кончик языка юноши, как и его красивые губы, был бледно-розового цвета и медленно двигался по кончику пальца. Маленький язычок слегка изогнулся, затем Сюэ Лин облизал уголок губ. Словно заметив, что взгляд Инь Цзя упал на него, он повернул голову и одарил Инь Цзя красивой улыбкой.

В тот же миг сердце Инь Цзя начало неудержимо биться. В его ушах раздавался звук биения собственного сердца, быстрый и громкий, и Инь Цзя почувствовал, что впал в транс.

Сюэ Лин проигнорировал его редкие колебания. Он использовал свою духовную силу, чтобы продезинфицировать ухо, а затем вставил шпильку в ухо.

С помощью своего нанокомпьютера он удовлетворенно посмотрел на собственное ухо, сфотографировал себя и разместил фотографию в Звездной сети.

Его личная домашняя страница была откопана нетизенами из предыдущей волны новостей. Первоначальный владелец не использовал сайт раньше, поэтому он был в основном пуст, только некоторые учебные материалы были перепощены. С тех пор, как Сюэ Лин взял на себя управление, он время от времени присылал обновления, например, книги, которые он изучал, или фотографии еды, которой он наслаждался с Му Си, когда они тайком ужинали.

В то время некоторые люди стали его поклонниками, основываясь на тех вещах, которые он выкладывал, но после сегодняшней грандиозной сцены, его страницу посещали снова и снова бесчисленное количество людей. После того, как Сюэ Лин отправил эту фотографию, ее сразу же подхватили и посмотрели бесчисленные пользователи сети.

Люди продолжали отчаянно голосовать за его страницу, и аккаунт Сюэ Лина сразу же оказался на вершине популярности.

[Профиль маленького принца так великолепен ~ ах ]

[Молодой господин надел шпильку на ухо. Это считается крупным планом, верно? Эта шпилька прекрасна вблизи!!! ]

[Ооооо, мочка уха молодого господина!!! Дорогу! Я кончил первым, и я лижу первым! ]

[Вувуву, этот маленький профиль, эти длинные ресницы, эта мочка уха заставляют меня действительно хотеть взять этого молодого господина домой!!! Слишком красиво!!! ]

[Предыдущий пост, время для расплаты, маршал уже спешит к вам со своим ножом. ]

[Предыдущий пост, приятного аппетита, берегите себя! (похлопывание по плечу)].

У Сюэ Лина наконец-то появилось свободное время, чтобы пройтись и посмотреть, какие у него есть поклонники. Он свернулся калачиком на диване, но ему было неудобно прислоняться к нему, поэтому он немного подумал и прислонился к Инь Цзя.

Он ясно чувствовал, что тело Инь Цзя стало жестким. Ему не нужно было удивляться, насколько беспомощным было выражение лица Инь Цзя. Сюэ Лин подавил свое веселье и сделал вид, что все это само собой разумеющееся, с удовольствием просматривая комментарии на своей домашней странице.

На Инь Цзя опирались, и половина его тела была готова сгореть дотла.

Ребенок только что принял ванну, и от его тела исходил молочный аромат, оставленный лосьоном для ванны. Верхняя часть его тела была прикрыта простой белой рубашкой, но две верхние пуговицы были расстегнуты, и, когда он наклонился, под углом зрения Инь Цзя была видна стройная шея, красивая ключица и небольшая часть груди. От его тела исходило едва уловимое тепло, а все тело было мягким, как хлопок. Когда сегодня утром Инь Цзя отнес его обратно, он обнаружил, что этот маленький мальчик наконец-то набрал немного плоти. Он выглядел немного круглее и был еще красивее, чем раньше.

Адамово яблоко Инь Цзя слегка шевельнулось. Он все еще был рассеян, его рука обвилась вокруг талии Сюэ Лина. Сюэ Лин, казалось, поднял взгляд, чтобы посмотреть на него, в его глазах появилось сомнение. Инь Цзя смотрел в ответ, не зная, что сказать. Несколько секунд он зависал в растерянности, прежде чем открыть рот и сказать:

"На что ты смотришь? Давай посмотрим вместе".

Сюэ Лин послушно кивнул головой, думая про себя, что этот человек действительно никогда не станет просветленным, если он не соблазнит его. Но он действительно был очень чист; все тело Сюэ Лина было прижато к нему, а он лишь протянул руку, чтобы обхватить его за талию. Если бы не то, что они вместе прошли через столько миров, и Сюэ Лин абсолютно верил в своего мужчину, он бы действительно начал подозревать, что другая сторона не способна на большее.

"Смотрю на комментарии на моей домашней странице".

Сюэ Лин заговорил немного странно: "Кажется, внезапно появилось много новых поклонников..."

Инь Цзя резко отбросил мысли назад и обнаружил, что, похоже, никогда не обращал внимания на домашнюю страницу Сюэ Лина. Но сейчас он не мог открыть свой нано-компьютер и следить за ним, поэтому он мог только последовать словам Сюэ Лина и сказать:

"Сегодняшний тест транслировался в прямом эфире. Вероятно, у тебя появилось так много новых поклонников, потому что все они видели тебя сегодня".

Сюэ Лин кивнул и открыл список своих подписчиков, обнаружив там кучу людей с золотым сертификатом. Количество их фанатов не было видно с первого взгляда, но когда он проверил их сертификацию, то обнаружил, что все они были Старшими Гравировщиками, каждый из которых был хорошо известен в галактике как личность уровня великого бога.

Первоначальный владелец также подписался на этих людей, но теперь их статус превратился во взаимных последователей, и Сюэ Лину показалось, что это чувство непередаваемо. Кроме гравировщиков, целая группа зверолюдей также стала его поклонниками. Судя по изображениям их профилей, многие из тех, кто завывал в комментариях, были зверолюдьми.

Сюэ Лин нашел все это очень забавным, а затем повернулся, чтобы прочитать комментарии. За этот короткий промежуток времени уже накопилась целая куча новых сообщений.

[ Умоляю о помощи! Как я могу преследовать молодого господина? Мне больше не нужен маршал. Я просто хочу заполучить красавицу! ]

[ Хватит мечтать. Ты можешь об этом думать, но Молодой Господин - такой красивый, и хорош собой, и силен. Тц, тц, тц. Маршал, вероятно, внимательно наблюдает за ним. ]

[ Я уже вижу время, когда группа людей поднимется, чтобы сделать предложение, и все будут отбиты маршалом~ ]

[(ノ≧≦)ノВы, ребята, такие бесполезные, так быстро меняете объект своей привязанности. Я все еще полна решимости стать матерью этого молодого господина, чтобы я могла тепло обнять своего дорогого сына~ ]

Сюэ Лин указал на этот комментарий и показал его Инь Цзя, его тон был несколько ироничным, когда он говорил:

"Похоже, что отец все еще очень популярен. Это не первый человек, который хочет стать моей матерью или отцом".

Он сдержал улыбку и сказал:

"Если бы сестра Му не сказала мне, я бы даже не знал, что скоро стану ребенком народа".

Он прислонился к боку Инь Цзя, и когда тот повернул голову, чтобы посмотреть на него, его голова оказалась прижатой к шее Инь Цзя. Его дыхание было теплым, от чего кожа головы Инь Цзя покалывала. Инь Цзя сдержал внезапное желание подняться и негромко сказал:

"Они все в бреду".

Проще говоря, не было никакого способа.

Сюэ Лин громко рассмеялся и переместился в объятия Инь Цзя. Он прижался еще ближе и указал на другой комментарий, чтобы показать Инь Цзя.

"Они также сказали, что мой отец вышвырнет всех моих ухажеров за дверь".

Инь Цзя подумал про себя, что им не нужно было появляться перед ним, он мог пойти и избить их всех до смерти прямо сейчас. Но его тон был все еще холодным и легким, когда он открыл рот:

"Естественно. Ты еще молод, и они будут плохо влиять на тебя".

Сюэ Лин уже мог ясно почувствовать, что человек отреагировал, но он продолжал вести себя невинно и наивно, как будто ничего не знал.

"Это правда. Я не хочу пока обращать внимание на этих людей".

Инь Цзя напрягся и спросил: "Что Юнь-эр хочет делать дальше?"

"Что я хочу делать?"

Сюэ Лин вытянул руку и посчитал на пальцах:

"Во-первых, мне нужно встретиться с учителем, о котором говорил директор. Затем я планирую записаться на конкурс гравировщиков, который состоится в конце года. Если я выиграю чемпионат, то получу сертификат старшего гравировщика, и мне не нужно будет сдавать экзамены один за другим. После этого я должен готовиться к участию в аттестации, чтобы присоединиться к Первому флоту".

Инь Цзя нахмурился и спросил:

"Ты хочешь вступить в Первый Флот?"

В Первом Флоте было много Гравировщиков, и команда Инь Цзя работала не только на него одного. Первый Флот имел право первого выбора на все энергетические кристаллы, которые они производили.

Глаза Инь Цзя потемнели, когда он подумал о том, что незнакомые ему зверолюди могут иметь возможность получить энергетические кристаллы, которые изваял человек в его руках.

Сюэ Лин, казалось, ничего не понимал, кивнув головой.

"Я хочу достичь положения, в котором находилась моя мать перед смертью, и посмотреть, на что это похоже".

Инь Цзя промолчал. Он глубоко вздохнул, склонил голову и прижался к лицу Сюэ Лина, опустив мягкий поцелуй на его лоб.

"Делай то, что тебе нравится. Я уже говорил это раньше. Я твой самый сильный сторонник".

Сюэ Лин почувствовал его немного взволнованное дыхание и понял, что он все еще способен подавить реакцию своего тела. Он моргнул и решил закончить сегодняшнее соблазнение на этом. Он встал, повернул голову, чтобы приподнять лицо Инь Цзя, и поцеловал его в щеку, после чего спрыгнул с дивана и направился в столовую.

"Я всегда был очень спокоен за отца".

Ответный поцелуй Сюэ Лина немного опьянил Инь Цзя, но его слова внезапно разбудили Инь Цзя. Как только он подумал о том, что он только что думал и делал, Инь Цзя покрылся холодным потом...

Реакция в нижней части его тела все еще сохранялась, служа доказательством мыслей, которые он не мог рассказать другим. Эти мысли пронзили его прямо в сердце, заставив в одно мгновение задрожать от страха.

Сюэ Лин прошел половину пути, затем повернулся и позвал:

"Отец, пора ужинать".

Он не выглядел ненормальным.

Инь Цзя глубоко вздохнул, сузил глаза, подавил пульсацию в сердце и встал.

________

Ох уже этот соблазнитель:)

После ужина Сюэ Лин разобрался с сообщениями, оставленными сегодня в его нанокомпьютере, нашел номер, оставленный директором, и связался со своим будущим "учителем".

Гравировщики, которые действительно обладали способностью создавать скульптуры на уровне SSS в Империи, были легендарны, и не было преувеличением назвать их национальными сокровищами. Большинство из них больше не продавали свои работы. Вместо этого они служили Империи, и даже если они создавали что-то для других, то, как правило, дарили это Империи, а не частным коллекционерам.

Конечно, Империя покупала эти энергетические кристаллы по высокой цене, эквивалентной той, которую они могли бы получить на открытом аукционе, или предоставляла старшим гравировщикам лучшие условия для работы и исследований. Короче говоря, им не нужно было беспокоиться ни о чем другом, пока они усердно работали.

Конечно, в число того, что Империя предоставляла гравировщикам, входила и рекомендация учеников.

Старший гравировщик не мог быть подготовлен через систему образования школы. Это в большей степени зависело от наличия хорошего учителя. Каждому перспективному гравировщику рекомендовали подходящего учителя, а учитель, которого школа рекомендовала Сюэ Лину, был номинальным вице-президентом школы Цзиюэ, а также самой заметной фигурой в школу. Вообще говоря, к его имени добавлялось множество приставок и обращений, когда его упоминали в разговоре или представляли.

Он был старшим гравировщиком уровня национального сокровища. Мэн Цяню было уже восемьдесят лет, но из-за сильных духовных способностей он все еще выглядел очень молодо.

Связь Сюэ Лина была принята сразу же, и если бы это не была частная линия, Сюэ Лин заподозрил бы, что собеседник - помощник Мэн Цяня, по одной только скорости. Но судя по появившемуся изображению, это было явно не так.

Мэн Цянь был очень известным старшим гравировщиком. Сюэ Лин уже видел некоторые из его работ и черпал вдохновение, а также находился под некоторым влиянием его стиля. Теперь, когда он разговаривал с настоящим человеком, Сюэ Лин был очень уважителен, обращаясь к собеседнику как "Учитель Мэн".

Мэн Цянь кивнул и принял это обращение, он выглядел как мужчина лет сорока. Пока сила человека была достаточно сильна, невозможно было точно определить его возраст. Кроме того, если они были сильны, то за бесчисленные годы крещения собственной духовной силой, они без проблем могли прожить сотни лет. Среди ныне существующих старших гравировщиков уровня национального сокровища Мэн Цянь все еще считалась молодым.

"С завтрашнего дня я дам тебе отдельный курс обучения".

Мэн Цянь полностью принял Сюэ Лина в качестве своего нового ученика, тщательно изучил информацию Сюэ Лина, а также подробно проверил его предыдущий тест от начала и до конца, потратив весь день на составление расписания занятий для Сюэ Лина.

"В твоей силе нет никаких сомнений, и ты уже можешь самостоятельно работать со всеми энергетическими кристаллами ниже SS Grade. Итак, с завтрашнего дня ты должен будешь вступать в контакт с энергетическими кристаллами класса SSS. Первое, что тебе нужно сделать, это добыть для меня руду класса SSS. Я дам тебе месяц времени".

Сюэ Лин: "..."

Ему поручили задание так скоро? Он не был готов!

Мэн Цянь продолжил, прежде чем он успел заговорить. "Я знаю, что у тебя очень знатная семья, но нет смысла использовать этого мальчика Инь Цзя, чтобы оказать на меня давление. Я наблюдал за его взрослением, и он ничего не может мне сделать. Наличие богатых ресурсов не означает, что ты можешь игнорировать основные навыки Гравировщика, поэтому ты не можешь полагаться на имеющиеся у тебя ресурсы для этой задачи. Если Инь Цзя поможет тебе найти эту руду, это будет считаться обманом".

Сюэ Лин задумался на мгновение и спросил:

"Разве это обман, когда отец приносит мне руду?"

Было много типов рудных планет и астероидов. В большинстве мест добывали руду только класса B/C, а руда класса A/S была очень редкой. Они также не разрабатывались бесконечно; эти шахты были открыты только определенное количество времени каждый год, после чего их закрывали, чтобы жилы могли восстановиться.

Камни, содержащие энергетические кристаллы выше класса SS, полностью зависели от удачи. Они могли появиться в рудниках любого уровня, но все же наиболее вероятно, что они появятся на рудных планетах, добывающих руду класса S.

Поэтому, если Сюэ Лин хотел найти руду класса SSS, он мог воспользоваться Дворцом Маршала, чтобы выбрать партию руды из шахты S-класса.

Учитель Мэн Цянь кивнул. "Это тоже считается мошенничеством".

Сюэ Лин понял, что он имел в виду, и спросил: "Значит, учитель хочет, чтобы я пошел и попытал счастья?"

Мэн Цянь наконец-то показал довольную улыбку, когда до него дошел этот вопрос. Он рассмеялся и сказал:

"Конечно, ты также можешь пойти в горные районы класса S, но условием является то, что ты не будешь использовать имя и власть Дворца Маршала."

Сюэ Лин: "..." Без использования Дворца Маршала он даже не узнает, где находятся эти шахты, ясно?!

Сюэ Лин мрачно закончил свой первый урок. Его учитель использовал эту возможность, чтобы дать ему понять, что удача - это первое, что требуется, чтобы стать хорошим гравировщиком.

Это было действительно забавно. Неужели это так просто - полагаться на удачу?

Сюэ Лин поджал губы, задумчиво вышел из своей комнаты и постучал в дверь кабинета Инь Цзя.

Инь Цзя принял холодный душ, наконец-то справившись с беспорядочными мыслями в голове. Он только сел, как в дверь постучал Сюэ Лин. Он не знал, как поступить с этим маленьким наследником в своей семье, и не мог не впустить его, поэтому пошел и открыл дверь.

Как только Сюэ Лин вошел, он спросил:

"Отец, могу я ненадолго взять Мо Си?"

Инь Цзя на мгновение застыл, но потом опомнился и спросил: "Что ты собираешься делать?"

"Я только что получил задание. Оно немного сложное, и я хочу побывать на всех крупных рынках руды в Столице Звезды, поэтому я и хотел одолжить Мо Си".

Главной задачей Мо Си в Первом флоте было патрулирование всей Звезды Столицы, а его семья была родом из рудного бизнеса. Это была вполне разумная просьба одолжить его, потому что он не мог не разбираться в этих вещах.

Инь Цзя кивнул и сказал: "Можно, но нельзя беспокоить его в рабочее время".

Сюэ Лин засмеялся и сказал: "Понял. Тогда я попрошу его встречаться со мной по выходным, когда он не работает~".

Получив нужный ответ, Сюэ Лин широко улыбнулся и повернулся, чтобы уйти, связавшись с Мо Си. В прошлую встречу они обменялись номерами телефонов. Только когда он ушел и дверь закрылась, Инь Цзя вдруг понял, почему та сцена показалась ему немного неправильной.

Что такого интересного было во встрече с Мо Си, пробормотал он в сердцах, вспоминая сообщения, оставленные в Звездной Сети... Он не мог не думать о том, как бы он отреагировал, если бы Сюэ Лин действительно привел зверочеловека и сказал, что хочет быть с ним.

Поразмыслив, он смог придумать только один ответ.

Он убьет этого зверя...

Он собирается держать Сюэ Лина взаперти и изолировать от всего мира!

Инь Цзя молча потер лоб. Он не знал, откуда взялись эти мысли, но они возникали сами собой, когда он думал о Сюэ Лине, который пришел сказать ему, что ему нравится другой. Яростный импульс в его груди мгновенно поднимался вверх, и он чувствовал, что у него нет способа избавиться от этого чувства, если только он не пойдет и не убьет несколько зверолюдей.

Что это была за хворь?

Инь Цзя почувствовал, что в последнее время он действительно ведет себя странно. Во-первых, даже если не принимать во внимание тот факт, что он был приемным отцом ребенка, даже просто основываясь на простых отношениях между двумя людьми, он был на одно поколение старше этого малыша, но он так нагло хотел взять на себя вторую половину его жизни... Он, вероятно, в конечном итоге возненавидит этого ребенка, верно?

Мысли Инь Цзя становились все более хаотичными, и он совершенно не обращал внимания на то, что Сюэ Лин сейчас прислонился к двери своего кабинета, опустив голову и глядя себе под ноги, и всерьез размышлял о том, как перевести их отношения на следующий шаг и воспользоваться ситуацией, чтобы крепко привязать его к себе и сердцем, и телом.

Сюэ Лин использовал это лишь как временное развлечение, желая, чтобы Мо Си сводил его на несколько рудных рынков вокруг Столицы Звезды. У Мо Си не было много свободного времени, и прошло две недели, прежде чем они смогли посетить все рынки. Сюэ Лин принес несколько руд класса SS, но не смог увидеть ни одной руды класса SSS.

Му Си тоже была обеспокоена и хотела помочь ему добыть руду класса SSS, когда узнала об этом, но руда класса SSS была на таком уровне, что даже Инь Цзя должен был вести учет, если бы хотел использовать ее, а у нее не было возможности помочь. Сюэ Лин не выглядел встревоженным, он даже засмеялся, утешая Му Си:

"Если нет другого выхода, я просто очищу руду класса SS в энергетический кристалл класса SSS~ Хотя я никогда не делал этого раньше, я могу попробовать~".

Прошла еще неделя, и когда до истечения срока в один месяц, который дала ему Мэн Цянь, оставалось всего пять дней, Сюэ Лин приветствовал первый тур Конкурса Гравировщиков.

По совпадению, в первом туре конкурса нужно было выбрать руду.

На самом деле Сюэ Лин тоже ждал этого конкурса. В предварительном конкурсе участвовало много людей, и было много руд на выбор. Организаторы даже поместили среди руд несколько кусков обычного камня, чтобы запутать игроков, а также включили несколько руд, которые не смогли бы оценить даже старшие гравировщики. Для первого раунда организаторы отвели целый стадион и заполнили его всеми видами руд и камней всех размеров. Участники заходили на стадион со своими регистрационными формами, и каждый участник мог взять с собой руду, когда уходил.

За полученную руду нужно было заплатить, а на территории находился механизированный рафинер, который очищал руду после того, как участник выносил ее со стадиона. Участники были разделены на несколько уровней в зависимости от класса выбранной ими руды, и уровень соревнования, к которому они могли присоединиться, также был подтвержден таким образом.

Если они выбрали руду класса SS, то могли пройти в финал, и так далее. Этапы, в которых им нужно было участвовать, определялись выбранной ими рудой.

Вся Звезда Столицы была оживлена из-за этого соревнования. Многие гравировщики с других планет также приехали, чтобы принять участие в этом мероприятии; в конце концов, это был их лучший шанс стать знаменитыми. Каким бы ни был их итоговый рейтинг, если они могли продемонстрировать очарование своих скульптур во время такого конкурса, вполне возможно, что их жизнь мгновенно перевернется.

Например, если они подпишут контракт с хорошей компанией или присоединятся к хорошему военному отряду, то все необходимые ресурсы будут предоставлены, и они смогут быть спокойны до конца своих дней.

Такое грандиозное событие было лучшим способом для Гравировщиков подняться по карьерной лестнице. Конечно, старших гравировщиков не допускали к участию в таких соревнованиях ради справедливости.

Причина участия Сюэ Лина в этом соревновании заключалась в том, что чемпион мог сразу же получить сертификат Старшего Гравировщика, что можно было считать выполнением желания изначального тела. Имея перед собой такую возможность, Сюэ Лин, естественно, не стал бы кропотливо проходить каждый квалификационный экзамен по очереди. Нужно было знать, что эти экзамены были намного сложнее, чем тест на перевод в другой класс, и проверялись всевозможные случайные вещи; Сюэ Лину совсем не хотелось возиться с этим

Главное, что Сюэ Лин не хотел тратить время на такие вещи, как посещение знаменитой Голубой планеты Созвездия Гравировщика или космические путешествия, так как это отнимало и без того ограниченное время общения с Инь Цзя.

В последнее время Инь Цзя избегал его, поэтому планы Сюэ Лина больше не могли быть реализованы. Он был раздражен, но ему некуда было выплеснуть раздражение!

Он не знал, о чем размышляет Инь Цзя. Он нравился Инь Цзя, но тот не хотел делать шаг навстречу, а только отдалялся, даже не приходил домой в последние дни, потому что не мог больше выносить его близости. Сюэ Лин еще не зашел так далеко, но он уже начал прятаться. Если бы он действительно пошел и нашел другого зверя, чтобы привести его домой, он бы так разозлился, что пролилась бы кровь?

Му Си не знала, что происходит с Инь Цзя, но маршал не каждый день возвращался домой, поэтому ее это не удивляло. Разбудив Сюэ Лина рано утром в день соревнований, она планировала сопровождать его для участия.

Помимо самих участников - воспитателей и зверолюдей, им также разрешалось взять с собой зверолюдей для защиты и помощи в добыче руды. В конце концов, количество руды было ограничено, а участников было так много, что несколько человек одновременно выбирали одну и ту же руду.

В отсутствие Инь Цзя, Сюэ Лин решил, что его будет сопровождать Му Си. Сюэ Лин все еще считал, что мало кто захочет выступить против него или подчиненного Дворца Маршала, поэтому Му Си будет более чем достаточно. Он не слишком беспокоился, что что-то случится, но другие, похоже, считали иначе, и после долгих раздумий, в конце концов, не смогли победить свои мысли и решили присоединиться.

Когда Сюэ Лин вышел из шаттла, он увидел, что Инь Цзя ждет их снаружи. Он удивленно посмотрел на Му Си и поинтересовался, не она ли помогла его позвать, но госпожа Му просто сказала, что ничего об этом не знает, и это не ее дело.

Инь Цзя сам объяснил: "В таком соревновании у мечей нет глаз, и слишком много людей знают о твоем таланте. Они будут готовы на все, чтобы пройти это соревнование, поэтому я буду более спокоен, если буду защищать тебя лично".

Сюэ Лин кивнул головой, как бы не понимая, но делая вид, что понимает. Инь Цзя протянул свою большую руку и погладил его по голове.

Сюэ Лин внимательно посмотрел и наконец обнаружил, что Инь Цзя носит брошь, которую он подарил ему сегодня.

"Реабилитирован".

Сюэ Лин опустил голову и пробормотал себе под нос, после чего привел себя в порядок и послушно позволил своему "отцу" взять себя за руку и приготовился вести его на соревновательную площадку.

Входной контроль осуществлялся машинами, и на нанокомпьютере каждого участника был уникальный тестовый код. В конкурсе участвовало слишком много людей, чтобы объявлять участников по именам на начальных этапах. Чтобы избежать путаницы в именах, каждый участник будет называться по своему персональному коду.

После объединения с выбранным зверем, скульптор должен был ввести свой личный код на официальном сайте, чтобы получить второй код для своего сопровождающего, чтобы они также могли выйти на арену соревнования.

Сюэ Лин не предоставил Инь Цзя код, но тот все равно легко прошел вместе с ним. Сюэ Лин повернул голову и бросил на него многозначительный взгляд, но не стал разоблачать его на месте.

Он с самого начала дал этот код Му Си, поэтому было очевидно, что Инь Цзя силой получил код от нее. Вряд ли такое можно было сделать на месте, поэтому, судя по тому, что Сюэ Лин понимал этого человека, он, скорее всего, получил код от Му Си сразу после того, как Сюэ Лин передал его ей.

Сюэ Лину было интересно узнать, когда он сделает свой ход, поэтому он не стал раскрывать его ложь. Войдя в зону соревнований, он сосредоточился на изучении руд.

Каждому давалось достаточно времени, чтобы выбрать руду. Они могли ждать до самого последнего дня, лишь бы не покидать место проведения соревнований в течение этого времени.

Каждый камень на стадионе был помечен, а для защиты здесь находились военные, поэтому никто не мог устроить беспорядки.

После того как Сюэ Лин вошел на территорию стадиона, он получил у помощника на входе распределение камней. Площадка была очень большой и была разделена на восемь зон, где было полно руды. Сюэ Лин посмотрел на маршрут и обнаружил, что если следовать по маршруту, обозначенному на площадке, то он сможет увидеть все восемь выставочных зон по пути.

Инь Цзя не задавал ему никаких вопросов и лишь молча стоял позади. Сюэ Лин не спешил искать руду, поэтому он наклонил голову, чтобы посмотреть на него, а затем спросил:

"Не обманываю ли я таким образом?"

Инь Цзя посмотрел вниз на его слегка восхищенное выражение лица. "Хм?" Он задумался, а затем выразил свое сомнение.

Сюэ Лин изогнул губы и потянулся, чтобы взять его за руку, обнимая его ладонь. Он прижался всем телом к Инь Цзя. Он был невысокого роста, и при таком приближении создавалось ощущение, что птичка прижимается к человеку. Он широко улыбался, и по тому, как они выглядели, те, кто их не узнал, скорее всего, приняли бы их за пару, а не за отца и сына.

"Мой отец - самый сильный человек в Империи. С тобой в качестве телохранителя, кто посмеет отобрать у меня руду?"

Инь Цзя протянул руку и потер голову, но не стал препятствовать его приближению. Неизвестно, думал ли он о чем-то, пока прятался от Сюэ Лина последние две недели, но он становился все более снисходительным к Сюэ Лину.

"Это к лучшему".

Сюэ Лин кивнул, и уже собирался взять с собой Инь Цзя, чтобы идти вперед, когда услышал, как кто-то рядом окликнул его по имени. Сюэ Лин повернул голову и сузил глаза.

Его приветствовал Мо Лань, который участвовал в тесте на перевод в другой класс и перешел в класс S вместе с ним. За ним следовал Мо Си, который стоял за спиной младшего брата с мрачным выражением лица, изображая настоящего телохранителя. С ними были еще два человека: главный герой Хао Сунлэ и его старший брат Хао Сюй.

Взгляд Сюэ Лина упал на Хао Сюя и стал довольно сложным. Если говорить о всей семье Хао, то если бы он мог сказать, кто из них лучше всех обращался с изначальным телом, то это был Хао Сюй. Хао Сюй также смотрел на Сюэ Лина, и когда их взгляды встретились, он обнаружил, что во взгляде Хао Сюя было немного вины и беспокойства.

Сюэ Лин удивленно поднял брови. Первоначальное впечатление Хао Сюя от Цзююня было неплохим, но это был лишь маленький лучик солнца среди бесконечной тьмы, поэтому он не ненавидел этого старшего брата. Вероятно, в глазах Хао Сюя его собственные родители обидели Хэлань Цзююня, поэтому он очень хорошо относился к нему. Но он проводил очень мало времени дома и не мог многого сделать.

На некоторое время сцена стала неловкой. У Хао Сунлэ было неприятное выражение лица, но когда он увидел, что Сюэ Лин держится за руки Инь Цзя, он просто замолчал и предпочел ничего не говорить. Хао Сюю редко выпадал шанс увидеть Сюэ Лина, поэтому, когда их взгляды встретились, он поприветствовал его.

"Давно не виделись, Цзююнь".

Сюэ Лин кивнул и больше ничего не сказал. Среди этих людей Мо Си был единственным, с кем он был знаком, поэтому он тоже поприветствовал его:

"Привет, старший брат Мо".

Мо Си скривил губы и кивнул Сюэ Лину.

"Маршал, Сяо Юнь, надеюсь, ты здоров".

Инь Цзя оглядел всех стоящих перед ним людей и пришел к выводу, что угроза конкуренции между ними слишком мала, и они не смогут увести его Юнь-эра. Поэтому он спокойно кивнул и сказал:

"Мы пойдем первыми".

Он видел, что Сюэ Лин не собирался идти с ним, поэтому он взял на себя инициативу и предложил им уйти.

Но, очевидно, люди напротив не собирались их отпускать.

"Это редкий шанс, что мы столкнулись друг с другом. Пойдемте вместе".

Хотя приветствие Мо Ланя было проигнорировано, он, естественно, ухватился за возможность поговорить с маршалом и общался с ним так тесно, как только мог. Мо Лань не собирался отпускать их одних.

"Мы все смотрим на камни, а также можем общаться друг с другом обо всем, что нас озадачивает".

Сюэ Лин загадочно усмехнулся, затем развернулся и ушел, потянув за собой Инь Цзя.

"Ты можешь следовать за ним, если можешь".

Его отношение было действительно высокомерным. Такой оскорбительный для других метод не был свойственен нормальным людям, но кто такой Сюэ Лин? У него также был Инь Цзя рядом, и с таким плагином, как он, Сюэ Лин мог быть высокомерным до крайности в этом мире, и с ним ничего не случится. Кроме того, его слова были правдой. Он мог видеть, как выглядит внутренняя часть руд, лишь одним взглядом. Скорость Хао Сунлэ и Мо Ланя не могла сравниться с его скоростью.

Но присутствующие вообще не знали о его силе. У каждого были свои мысли, и хотя Мо Си было немного любопытно, почему Сюэ Лин стал таким высокомерным, он провел много дней с Сюэ Лином и все еще имел некоторое представление о его характере. Глядя на его нынешнее поведение, он мог предположить, что Сюэ Лин не хочет общаться с ними.

В конце концов, там был Хао Сунлэ.

Выражение лица Хао Сунлэ было очень неприятным. Естественно, он понял слова Сюэ Лина как презрение. Когда он только пришел в этот мир, у него не было никакого желания победить, но после того, как его так долго топтали, ни один трансмигрант, у которого не было желания победить, не смог бы составить хорошее впечатление о Сюэ Лине. После долгого издевательства над Сюэ Лином в своем сердце, он, наконец, смог контролировать свое настроение.

Взгляд Мо Ланя упал на переплетенные руки Сюэ Лина и Инь Цзя, и он долго смотрел на спины этих двух людей, а затем повернулся к брату и сказал:

"Старший брат, пойдем. Мы последуем за ними и посмотрим".

Все в Звездной Сети говорили, что Инь Цзя был невероятно снисходителен к Сюэ Лину, а Мо Лань всегда определял отношения между ними как отношения приемного отца и сына. Учитывая ответственный характер Инь Цзя, было естественно, что он хорошо относился к Сюэ Лину, но он определенно никогда бы не позволил Сюэ Лину быть так близко к нему.

Почти скандально близко.

В сердце Мо Ланя поднялась тревога. Он последовал за ними, желая посмотреть, как они взаимодействуют друг с другом, но увидел, что Сюэ Лин прошел прямо через первую выставочную зону, не коснувшись ни одного камня и даже не взглянув на него.

Мо Лань нахмурился. Сюэ Лин даже отказался от всех камней в первой выставочной зоне, потому что не хотел идти с ними? Хотя маршрут в конце концов закруглялся, и была возможность пройти его еще раз, в конце концов, не было никакого порядка в расположении камней, и не было традиции, которая гласила бы, что в первой выставочной зоне нет хороших руд. Тот факт, что Сюэ Лин отказался от этой области, слегка поколебал мысли Мо Ланя.

Действительно ли нужно быть настороже против такого противника?

Инь Цзя, казалось, был удивлен действиями Сюэ Лина, и медленно заставил его замедлиться.

"Юнь-эр, разве ты не смотришь на руды?"

Шаги Сюэ Лина приостановились, и он поднял голову, чтобы посмотреть на него.

Инь Цзя сказал:

"Если тебе не нравятся эти люди, просто притворись, что ты их не видишь. Нет необходимости делать это только для того, чтобы пойти против них".

Сюэ Лин улыбнулся, покачав головой, а затем вздохнул.

"Отец все еще не понимает меня~".

Его тон был легким и кокетливым, а также немного дразнящим:

"Хотя я капризен, я не буду относиться к таким большим событиям легкомысленно. Я хочу воспользоваться этим соревнованием, чтобы найти камень класса SSS, который учитель просил меня найти. В первой зоне их нет, поэтому мы ушли. Дело не в том, чтобы сражаться с ними. Они того не стоят".

Шаги Инь Цзя тоже приостановились, когда он сказал:

"Ты можешь сказать, есть ли подходящие камни с первого взгляда?"

Сюэ Лин встал на цыпочки и пригласил Инь Цзя наклониться. Инь Цзя посмотрел на его завивающиеся ресницы и сверкающие озорством глаза, но все же опустил голову.

В этом мире единственным человеком, который мог заставить его так охотно склониться, был, наверное, только этот ребенок.

"Пока я использую свою духовную силу, чтобы сделать зачистку, я смогу увидеть, насколько эти камни большие или тяжелые, и посмотреть, что внутри них".

Инь Цзя была ошеломлен его словами, а Сюэ Лин подошел еще ближе, его красные губы выдохнули горячий воздух на ухо Инь Цзя, его голос был немного приглушенным, мягким и нежным, когда он продолжил:

"Если я захочу, я также могу увидеть, что у человека с собой, например...".

Кончиками пальцев он нарисовал круги на ладони Инь Цзя:

"У отца каждый день полный комплект нижнего белья, и всегда один и тот же..."

У Инь Цзя перехватило дыхание, когда его глаза встретились с забавными глазами Сюэ Лина. Ему было трудно прийти в себя.

Он не успел ответить, как Сюэ Лин разразился беззаботным смехом.

"Я шучу~"

Он с наслаждением поцеловал лицо Инь Цзя, затем повернулся и пошел дальше.

Инь Цзя сузил глаза. Он действительно начал подозревать, что этот ребенок намеренно провоцирует его.

Раньше он был в замешательстве и не подозревал, что в действиях Сюэ Лина были какие-то другие намерения, только чувствовал, что его собственные мысли были грязными. Теперь же, когда его настроение стабилизировалось, он совершенно естественно обнаружил, что некоторые из действий Сюэ Лина были полны кокетливых намеков. Он не мог не задаться вопросом, было ли это намеренно.

Но делал ли он это намеренно, потому что он ему нравился, или это было сделано с другой целью...

Мысли Инь Цзя не могли не забрести в странные места. Он опомнился, когда Сюэ Лин позвал его обратно, и увидел, что ребенок смотрит на него с сомнительным выражением на лице.

"Отец, пойдем? Чем ты так ошарашен?"

Инь Цзя покачал головой. "Ничем".

Независимо от того, что думал ребенок, он уже был рядом с ним. Поскольку он уже был вписан в семейное древо, он просто не покинет его в будущем.

Сюэ Лин ходил по выставочной зоне, и как раз когда он собирался сдаться, он увидел руду, которую искал, в последней выставочной зоне. Сюэ Лин был в восторге, он привел Инь Цзя, чтобы он встала рядом с камнем. Он сразу же поднял знак камня и попросил Инь Цзя подержать его для него.

Некоторые люди, которые видели, как он выбирал камень, не могли не смеяться и не подшучивать над ним, но когда они увидели серебристые волосы человека, который держал камень для Сюэ Лина, они предпочли промолчать.

Серебряноволосых людей нельзя было провоцировать, а гравировщик, за которым он шел, тоже не был тем, кого можно было расстроить.

Сюэ Лин плавно взял камень. Он был довольно большим, а содержащийся в нем энергетический кристалл был достаточно велик, чтобы Сюэ Лин мог вырезать из него полный набор вещей после обработки.

Он вывел Инь Цзя со стадиона, но прошло всего полдня с тех пор, как они вошли, а люди все еще входили один за другим. Он так быстро вышел, что казалось, будто он просто отказывается от соревнования.

Сюэ Лин не обратил внимания на удивленные взгляды и передал камень охранникам, чтобы они отправили его в рафинер.

Камень был довольно большим, и время, необходимое для рафинирования, было довольно долгим. Когда Сюэ Лин осторожно достал готовый продукт, чтобы положить его в коробку, которую уже приготовил Инь Цзя, по всему залу зазвучала музыка.

Это была очень волнующая музыка, и те, кто не знал, подумали бы, что настало время ринуться в бой. На самом же деле, в табеле о рангах всего соревнования появилось имя одного человека.

На данный момент количество людей, вышедших на арену, было очень мало, а количество имен в списке - еще меньше. Но когда в списке появлялись обычные участники, музыки не было. Поэтому, когда люди наконец смогли четко увидеть имя Сюэ Лина, а также качество камня, который он нашел, указанное за ним, звук громких голосов начал нарастать, и людей, которые хотели найти Сюэ Лина за пределами места проведения конкурса, внезапно стало больше. Внешняя сторона площадки покрылась рябью от людей, как поверхность воды, когда в нее бросили небольшой камень.

Однако Сюэ Лин уже вошел в шаттл Первого флота, который ждал снаружи, и возвращался во дворец маршала.

Камни класса SSS было очень трудно найти. Сюэ Лин прошел через всю площадку и нашел только один. Поэтому, когда стало известно, что Сюэ Лин нашел камень класса SSS, вся Звездная Сеть снова взбудоражилась.

Словно опасаясь, что эта новость не наделает достаточно шума, Сюэ Лин даже сделал 360-градусное изображение энергетического кристалла и разместил его на своей личной домашней странице. Если кто-то зайдет на его домашнюю страницу, то сможет лично насладится этим кристаллом.

И снова его домашняя страница была переполнена посетителями. Люди говорили, что нельзя сравнивать людей между собой, потому что это только разозлит их до смерти. Неужели молодой господин должен быть таким благочестивым и иметь такую удивительную удачу?! Неужели он не мог оставить в живых обычных людей?!

В связи с этим Сюэ Лин был очень рад своему успеху. В конце концов, он хотел помочь первоначальному владельцу стать победителем в жизни. Что касается зависти, ненависти и тому подобных вещей, то, конечно, чем больше, тем лучше.

__________

В этой арке у них невероятно милые отношения...

Сюэ Лин получил руду класса SSS, и он был уверен, что на всем стадионе не было другого камня такого класса, поэтому он был очень расслаблен, когда получил официальное письмо об освобождении, которое позволило ему пройти прямо в финал и избежать всех средних секций соревнования, которые были заполнены всеми видами причудливых конкурсов.

Многие люди высказывались по этому поводу, но это было правило, установленное официальным руководством соревнований с самого начала, и никто не мог ничего сказать по этому поводу. Сюэ Лина не волновали эти сплетни, и он стал рассматривать камень, который взял дома.

Этот энергетический кристалл был его ступенькой к успеху, а также реквизитом для финального соревнования. В финале конкурса он должен был очистить камень и гравировать его на месте.

Из-за этого требования некоторые люди, завидовавшие Сюэ Лину, ждали его провала. В конце концов, те, кто мог гравировать камни класса SSS, были все господина высочайшего ранга, а некоторые старшие гравировщики все еще не решались перейти к камням класса SSS. До финала оставалось всего полмесяца, и этого времени Сюэ Лину явно не хватало, чтобы овладеть умением гравировать энергетические кристаллы класса SSS.

Многие люди были такого же мнения.

[ Хэ Яньань: Не думайте, что он выиграет соревнование только потому, что получил камень лучшего качества. Хороший камень еще требует хорошего технического контроля. А что он может? Ха-ха. ]

Му Си была очень недовольна этими мнениями, и почти хотела выйти в интернет, чтобы выступить против этих людей, но Сюэ Лин остановил ее.

Будучи специалистом по битью лиц, который занимался этим более ста лет, Сюэ Лин не возражал против группового битья целой кучи людей одновременно. Они могли говорить все, что хотели; все станет ясно во время соревнования. Не было никакой необходимости спорить сейчас.

Помимо этих завистников и ревнивцев, на самом деле, больше людей были озабочены другими аспектами. Их внимание было странным, и Сюэ Лин восхищалась умом этих людей, которые всегда обращали внимание на странные моменты, от которых другие не знали, смеяться им или плакать.

Например, кто-то обратил внимание на время входа и выхода Сюэ Лина, доказав, что он вышел из арены менее чем за полдня. Они тщательно проанализировали всю площадку и пришли к выводу, что Сюэ Лин просто обошел площадку, выбрал камень, с которым вышел, и ушел.

В результате анализа они пришли к трем возможным выводам. Первый заключался в том, что Сюэ Лин сжульничал и с самого начала знал, где находится камень, поэтому ему нужно было только войти в помещение и забрать его перед выходом.

Второй: Сюэ Лину повезло, слепой кот встретил дохлую мышь и получил руду класса SSS.

Третье - духовная сила Сюэ Лина была сверхмощной, и он мог определить уровень энергетического кристалла, содержащегося в руде, просто прикоснувшись к нему.

Придя к трем выводам, оригинальный пост проанализировал возможность этих трех выводов для общественности.

[ Хозяином этого конкурса является Ассоциация гравировщиков, которые благородны и которым трудно угодить. Даже королевская семья не может повлиять на них, поэтому вероятность обмана равна нулю. Даже маленький воспитанник королевской семьи не получил такого обращения, когда участвовал в конкурсе. Поэтому он не мог жульничать через Ассоциацию гравировщиков только потому, что он приемный сын Маршала. Итак, первый вывод - невозможно.

Мог ли более удачливый человек выбрать камень класса SSS из огромного моря руды?

Если вы можете, поднимитесь и сделайте это. Если вы действительно можете выбрать один из них благодаря удаче, я встану на колени и назову вас отцом.

Вторая гипотеза выдвинута просто для увеличения количества слов. Любой, у кого есть хоть капля мозгов, знает, что это соревнование проводится не ради забавы. Молодой Господин был вместе с Маршалом, и подобное - просто обман, на который нормальные люди не способны. Если кто-то верит, что такой камень можно достать, случайно выбрав руду, то ему следует поменьше читать фантастики.

Остается только третий пункт, с которым лично я согласен. Это было сделано не для того, чтобы подержаться за большие бедра молодежи, а скорее с помощью достоверного перечня данных и фактов, чтобы ударить в лицо скептикам. Если бы кто-либо изучил три сцены, в которых молодой господин выбирал камни, он смог бы увидеть одну общую черту. Молодой господин выбирал камни очень быстро. Он даже не прикасался к камням, но все равно мог выбрать тот, который обладал самой высокой энергией, взглянув на него глазами. Я смонтировал эти три видеозаписи, на которых он выбирает камни. Вы можете внимательно их изучить.

[Видео 1]

[Видео 2]

[Видео 3]

Даже если вы войдете в голографический режим видео и встанете рядом с молодым господином, вы не сможете понять, как он может так точно выбирать руды. Ему нужно лишь некоторое время смотреть, а затем без колебаний протянуть руки, чтобы взять выбранные камни. Весь процесс занимает всего несколько мгновений, и он нисколько не колеблется. Итак, что же это значит?

Это говорит о том, что молодой господин очень уверен в своих способностях и еще больше уверен в своей силе. Подводя итог, можно сказать, что молодой господин выбрал этот камень класса SSS не с помощью других средств или удачи, а просто потому, что он направился прямо к нему.

Подонки, которые ненавидят молодого господина!!! Готовы ли вы получить пощечину от молодого господина в финале?! ]

Это сообщение было переслано бесчисленное количество раз в Star Net. Анализ, который сделал автор сообщения, был вполне обоснован. Более того, в посте он поносил всех ненавистников, приводя всевозможные аналитические данные и примеры, чтобы набить им морду.

Сюэ Лин посмотрел на пост и нашел его интересным. Он и не подозревал, что у него так много поклонников. После прочтения он был одновременно и весел, и тронут, а затем переслал сообщение на свою домашнюю страницу тем же вечером. Его сообщение гласило: «Готовы ли вы получить от меня пощечину во время финала?»

Он всегда был гордым и необузданным человеком, и совершенно не собирался быть сдержанным в Интернете. Сюэ Лин с самого начала хотел сделать именно это, но его предупреждение в интернете привело к кровавой буре во всей Звездной Сети.

Сюэ Лину было все равно, что произошло в Звездной Сети из-за его слов, потому что, как только энергетический кристалл прибыл, он официально начал обучение у своего нового учителя и остался в доме учителя, чтобы начать интенсивные тренировки за закрытыми дверями. Даже если его жаждал видеть Инь Цзя, Мэн Цянь все равно отказывался его выпускать.

Маршал, который страдал от того, что его оставили снаружи на несколько дней, был окружен грозовыми тучами. Мо Си не осмеливался говорить о своей отставке, опасаясь, что маршал скажет ему убираться прочь еще до того, как он закончит говорить. Он хотел отправиться в военный штаб, а не полностью покидать Столичную Звезду.

Экономка, казалось, осознала некоторые отклонения от нормы в этот период. Обычно она была довольно нечувствительна к таким вещам, но после долгого совместного пребывания она стала более проницательной в отношении эмоций Инь Цзя. Чем больше времени Инь Цзя проводил в комнате Сюэ Лина, тем больше взлетов и падений он демонстрировал в своей повседневной жизни, и от этого кожа головы Му Си все больше немела.

Какие именно намерения имел маршал по отношению к этой милашке? Чем больше она думала об этом, тем более странным ей это казалось.

Не успела Му Си сообразить, что не так с этой картиной, как незаметно прошло полмесяца. Сюэ Лина выпустили из дома Мэн Цяня, и первое, что он увидел, был Инь Цзя. Не видя его полмесяца, он обнаружил, что очень соскучился по нему. Сюэ Лин радостно бросился в объятия Инь Цзя и, не задумываясь, обхватил его за шею, приподнялся на цыпочки и поцеловал.

Инь Цзя обнял его за талию, прижал к себе, склонил голову и поцеловал Сюэ Лина в губы.

Это был страстный поцелуй, наполненный глубоким чувством тоски за последние полмесяца, а также невыразимой тоской. Было так жарко, что Сюэ Лин весь дрожал, и хотя он знал, как дышать во время поцелуя, Инь Цзя все равно целовал его до тех пор, пока он не стал задыхаться, а все его тело обмякло в его объятиях.

Наконец Инь Цзя отпустил его и осторожно обнял. Повернув голову, он бросил глубокий взгляд на Мэн Цяня, который стоял с открытым ртом, а затем перенес Сюэ Лина в шаттл.

Охранники Инь Цзя уже приучили себя быть глухими и немыми к внешнему миру, сосредоточившись только на своих обязанностях охранников, и совершенно не замечали отношений между своими хозяином и молодым господином. После того как Инь Цзя взошел на корабль с Сюэ Лином на руках, они отдали честь Мэн Цяню и повернулись, чтобы последовать за ним на корабль.

Когда Сюэ Лин пришел в себя, оба его уха были красными, и он с трудом вырвался из объятий Инь Цзя.

"Мне все еще нужно идти и соревноваться!"

Сегодня он вышел из своей закрытой тренировки ради соревнований, и как только Инь Цзя появился, они начали возиться. Почему у него возникло ощущение, что Инь Цзя планирует забрать его обратно и сделать это?!

Инь Цзя схватил его за талию. Его верхняя часть тела дернулась, но он все еще был ошеломлен и не мог выбраться из объятий Инь Цзя. Именно из-за этой возни и глубокого поцелуя какая-то часть его тела пробудилась.

Инь Цзя сказал низким тоном:

"Веди себя хорошо. Я отведу тебя на соревнования. Не двигайся. Иначе можешь забыть о финале".

Сюэ Лин на мгновение замолчал, а затем тихо сжался в объятиях Инь Цзя, его голова склонилась, и он больше не говорил.

Инь Цзя держал его в своих объятиях, внимательно разглядывая его и обнаруживая, что, кроме покрасневших ушей, маленький господин не собирался сопротивляться. В его глазах промелькнул смех. Похоже, его догадка не была ошибочной, но...

"Мы хорошенько поговорим после соревнований, а?"

Его рот был достаточно близко, чтобы укусить Сюэ Лина за ухо, когда он произносил это предложение, его глубокий голос стимулировал его ухо и заставлял Сюэ Лина только молча закрывать лицо руками.

Казалось, что он стесняется, но на самом деле он разговаривал с системой.

"Отлично, хозяин победил. Я думал, что он сможет продержаться хотя бы до совершеннолетия хозяина... Я не ожидал, что он окажется таким одержимым..."

У системы были некоторые возражения против этого Лорда Маршала. Он все еще не мог вырваться из лап хозяина, несмотря на потерю воспоминаний и чувств, и все еще находился в крепкой хватке чувств к Сюэ Лину. Всем было ясно, каким неистовым рабом своей жены он станет в будущем.

Сюэ Лин лениво и гордо ответил системе:

"Он не становится неистовым. Хотя он очень подавлен, он все еще способен проявлять инициативу. Он не видел меня полмесяца, как он мог не сделать шаг~ Не говоря уже о том, что он хотел что-то сказать, прежде чем мы расстались. Выдержать полмесяца - это уже предел".

Система сокрушалась, что Су Сюаньянь не сможет сбежать от ее хозяина в течение нескольких жизней. Неожиданно Сюэ Лин покачал головой, его губы изогнулись в нежной улыбке.

"Боюсь, он не только неразлучен со мной, но и я не могу без него обойтись".

После стольких лет, проведенных вместе, их отношения стали глубже, чем то, что они называли судьбой трех поколений. На самом деле, привязанность Сюэ Лина к мужчине была не меньше, чем глубокая любовь мужчины к нему.

Любовь была взаимной. Односторонняя любовь не смогла бы поддерживать их до сих пор. Хотя ему нравилось дразнить мужчину и разыгрывать его, на самом деле Сюэ Лин очень хорошо понимал, какое место тот занимает в его сердце.

В этот раз он действительно сильно пострадал. После стольких лет совместной жизни он, вероятно, простил бы другую сторону, даже если бы тот человек обратился к нему со скрытыми мотивами...

Пока он восстанавливал свой последний хвост, он мог вернуться в тот мир и восстановить свои воспоминания... Какой была его первая встреча с этим человеком?

Он хотел узнать, каким человеком был Су Сюаньянь в реальной жизни…

……

Аудитория, в которой проходил конкурс, представляла собой огромное море людей. В зрительном зале находилось бесчисленное множество людей, кроме того, конкурс транслировался в прямом эфире, а это значит, что огромное количество зрителей могли наблюдать за финалом по Звездной Сети со всей галактики.

Все участники, которые смогли дойти до финала, были очень компетентными. Среди них были Мо Лань и Хао Сунлэ, которые поприветствовали Сюэ Лина в начале соревнований.

Он не знал, было ли это связано с их ореолами главных героев или нет, но им действительно удалось дойти до этого момента. После общения в течение последних нескольких недель все уже хорошо знали участников, и у каждого из них были свои сторонники и сторонницы.

В отличие от них, Сюэ Лин, который поднял шум только в самом начале соревнований, не пользовался большой популярностью во время финала.

Несмотря на это, его появление тоже заметили, просто потому, что он был единственным неизвестным на этом этапе. Вполне вероятно, что он был сильной темной лошадкой. Если он смог выйти на сцену в финале, никто не будет смотреть на него свысока. Камень класса SSS в его руке был огромной тенью, которая довлела над всеми.

Качество материала давало Сюэ Лину как преимущества, так и недостатки. Если бы он не смог использовать его в совершенстве, его бы раскритиковали до крайности.

Сюэ Лина это совершенно не волновало. После того как он вышел на сцену, его глаза обшарили остальных участников. Хотя он был закрыт в течение некоторого времени, сила соперников всегда была в его поле зрения, а система следила за ходом поединков за него. Сюэ Лин не успокаивался из-за золотого пальца, который он держал в руке.

Гордость и самодовольство - это то, что может позволить себе только глупое пушечное мясо.

Первая часть соревнований заключалась в очистке собственного энергетического кристалла. За последние полмесяца Сюэ Лин очистил бесчисленное количество кристаллов класса SSS под руководством Мэн Цяня, и не мог быть более знаком с этим процессом. Насмешки тех, кто хотел увидеть, как он выставит себя дураком из-за недостатка духовной силы, были вынуждены утихнуть.

Когда Сюэ Лин сосредоточился, он смог отгородиться от всего этого хаоса. Его внимание было полностью сосредоточено на энергетическом кристалле перед ним, который еще до его появления был разрезан на две части. На этот раз Сюэ Лин хотел сделать пару колец.

Изначально он планировал сделать набор из трех частей, но реакция Инь Цзя сегодня утром заставила его почувствовать, что кольца скоро пригодятся.

Предыдущим кольцом он хотел закрепить свои права на этого человека. Теперь он мог основательно привязать его к себе.

____________

Как жарко стало...

Официально признаю, что обожаю эту историю:)

Каждый шаг участников был увеличен и транслировался в прямом эфире. Приемы других участников уже были видны на предыдущих соревнованиях, поэтому в этот раз внимание толпы было приковано в основном к Сюэ Лину, и ответственные лица также показывали больше экранов с его изображением.

Но в результате экран заполнился бешеными комментариями его поклонников. Если бы зрители не сделали никаких поправок, они бы вообще не смогли увидеть лицо Сюэ Лина, не говоря уже о его методах.

Конечно, кроме тех, кто пришел полизать его лицо, была и другая группа фанатов, которые пришли посмотреть на его технику. Они могли анализировать, были ли его методы превосходными или нет, основываясь на его движениях, но в итоге они не могли ничего критиковать. В конце концов, движения Сюэ Лина были слишком точными и эффективными, и они не могли найти никаких недостатков. В итоге им оставалось только молчать и выражать свое восхищение Сюэ Лином.

Обучаясь полмесяца, Сюэ Лин не мог более четко представить себе, как создать энергетический кристалл класса SSS. Каждый его шаг казался точно выверенным, Сюэ Лин очищал энергию в кристалле, чтобы она точно соответствовала рисунку кольца, которое он хотел создать, обеспечивая конденсацию энергии в нужных ему частях, в то время как в тех частях, которые он планировал отколоть, энергии не оставалось.

Через увеличенный объектив зрители могли видеть каждое мелкое действие Сюэ Лина в процессе создания. Один за другим они превращались в поклонников Сюэ Лина, и для многих из них громкость криков "этот сомнительный кусок мусора должен исчезнуть" была прямо пропорциональна тому, насколько больно было получить пощечину.

Конечно, дело было не в том, что конкуренции не было вообще, но у их противника был энергетический кристалл класса SSS и способность идеально использовать этот камень. Победа или поражение больше не вызывали сомнений.

Сюэ Лин успешно получил квалификационный сертификат Старшего Гравировщика, и в то же время объявил всей Звездной Сети, что еще один Старший Гравировщик теперь на арене.

И снова его прошлое и настоящее было вытащено на свет и препарировано другими. Каким несчастным было его прошлое, и как его духовные силы были изначально повреждены его проклятой мачехой. Но он все равно смог стать таким сильным сейчас, что показывало, как усердно он работал и насколько высок был его изначальный потенциал.

В этом мире сила была верховным правителем. Пока он доказывал свои способности, неважно, как быстро он продвигался вперед или насколько короткими были события, приведшие к его продвижению, его безмозглые фанаты и некоторые эксперты и ученые всегда смогут найти способ помочь ему убедить других в своей силе.

В сильных не стоит сомневаться. В конце концов, их сила была видна всем, и любое сомнение становилось простым и хрупким перед лицом абсолютной силы.

Когда соревнования и церемонии награждения закончились, Сюэ Лин сошел со сцены, и его чуть не заблокировали неистовые фанаты. К счастью, Инь Цзя уже был начеку и вызвал свой личный эскорт, чтобы вывести их к шаттлу.

Никто не осмелился противостоять маршалу в этот момент. Всем нужно было заново оценить дворец маршала и подумать, как подобраться к Сюэ Лину. В конце концов, в маршальский дворец было не так-то просто попасть. Если бы Сюэ Лин оставался там весь день, у них не было бы никакой возможности проникнуть внутрь.

Му Си уже приготовила для них праздничный банкет в особняке. Инь Цзя даже позволил охранникам остаться, чтобы поесть. Сюэ Лин уже давно не возвращался во дворец маршала и очень соскучился по еде. Он съел слишком много и почувствовал себя немного лучше только после того, как вернулся наверх, чтобы принять душ. Он взял с собой сегодняшнюю работу и приготовился наброситься на Инь Цзя.

Он пробыл в этом мире уже более полугода. Настало время для прорыва в его отношениях с Инь Цзя. Сюэ Лин не собирался медленно тянуть время до совершеннолетия с Инь Цзя; сейчас он особенно хотел, чтобы все остальные, кто думал об этом беспорядочно, кто хотел, чтобы он стал их сыном, перестали мечтать.

Не то чтобы он волновался, но все, чего ему нужно было достичь, уже было сделано. Сейчас Сюэ Лину нужно было только подумать о себе, и он хотел как следует обосноваться в отношениях.

Если бы он и Инь Цзя действительно завязали отношения, то на основании одной только личности это было бы очень большой проблемой. Но в этом мире не было оговорено, что приемный сын не может быть с приемным отцом, и он верил, что Инь Цзя тоже не будет заботиться об этом, поэтому он был готов дать волю своим чувствам и прояснить эти вещи со своим господином Отцом.

Он устал от всех этих гаданий туда-сюда.

У Инь Цзя, похоже, были какие-то официальные дела. Он был занят своей работой, когда Сюэ Лин пришел к нему в халате. Сюэ Лин ничего не сказал, а просто опустился всем телом на диван в кабинете Инь Цзя. Его движения были невероятно красивыми, и казалось, что он случайно обнажил свои длинные стройные ноги. Он надел свой нанокомпьютер в виде пары виртуальных очков, а затем прыгнул в виртуальный мир, чтобы поиграть в игры.

Взгляд Инь Цзя задержался на нем на некоторое время, прежде чем он наконец отвернулся и стал медитировать, чтобы успокоиться.

Но в конце концов он сдался. Просидев в патовой ситуации полчаса, Инь Цзя притянул сидящего на диване человека в свои объятия.

Сюэ Лин почувствовал, что кто-то посторонний прикасается к нему, поэтому он вышел из игры и снял очки. Он поднял взгляд и посмотрел на Инь Цзя, который прикрыл ноги халатом.

"Ты не должен так одеваться, независимо от температуры. Что если ты простудишься?"

Сюэ Лин моргнул, затем его губы изогнулись, он рассмеялся и спросил:

"Это все, что отец хочет сказать?"

Он приподнялся и сделал вид, что покидает объятия Инь Цзя.

"Если это все, то нам не о чем говорить".

Инь Цзя потянул его за руку и вернул обратно, затем склонил голову, чтобы поцеловать Сюэ Лина в лоб. Он беспомощно сказал:

"Что еще я могу сказать, когда ты так одеваешься, чтобы спровоцировать меня?"

Сюэ Лин весело ответил: "Ничего не говори, а просто сделай это?"

Инь Цзя хотел, но...

"Веди себя хорошо. Ты еще не взрослый. Я не буду тебя трогать".

Он потянулся к халату Сюэ Лин, который был ему великоват.

"Что бы ты ни думал, больше так не делай. Я буду сердиться".

Сюэ Лин задумался: "Разве это плохо, что я так поступаю?"

Лицо Инь Цзя было полно беспомощности. "Юнь-эр, я не знаю, для чего ты это делаешь, но я хочу дать тебе понять, что я не отвергаю тебя. Ты заслуживаешь лучшего; я должен предложить тебе все самое лучшее и держать это перед тобой. Ты не должен беспокоиться, что Дворец Маршала бросит тебя, и тебе не нужно делать это... чтобы угодить мне... Даже если я тебе не нравлюсь, ты не разлучишься с Дворцом Маршала в своей жизни. Я буду вечно защищать тебя под своими крыльями".

Сюэ Лин не знал, смеяться ему или плакать. Может ли быть, что Инь Цзя чувствовал, что он соблазняет его и заставляет понравиться ему, потому что он был неуверен в себе и не чувствовал уверенности, беспокоясь, что его в любой момент может бросить его высокородный Опекун?

Эта мысль была слишком забавной. Сюэ Лин улыбнулся и наклонился, обняв Инь Цзя, и засмеялся до слез.

Инь Цзя погладил его по голове, совершенно не понимая, почему он так себя ведет. Он с тревогой вытер слезы с уголков глаз Сюэ Лина и похлопал его по спине, чтобы успокоить. Сюэ Лин долго смеялся и наконец остановился, его щеки покраснели от смеха. Он вытер слезы с уголков глаз, затем потянулся и схватил Инь Цзя за шею, наклонившись, чтобы поцеловать его мимолетным поцелуем.

"Отец не смеет представить, что я делаю это, потому что заинтересован в тебе?"

Он обхватил одной рукой шею Инь Цзя, а другой коснулся его щеки. Он опустил взгляд и тихо сказал:

"Как маршал империи, отец так неуверен в своем обаянии?"

Инь Цзя был ошеломлен, а затем почувствовал экстаз, когда наконец отреагировал. Его взгляд был ярким, когда он посмотрел на Сюэ Лина.

«Юнь-эр?"

Казалось, он хотел что-то подтвердить своими словами, но в ответ Сюэ Лин поцеловала его.

Сюэ Лин поцеловал его в губы и рассмеялся:

"Я надеялся, ты все как следует обдумал. Не ожидал, что твои мысли пошли по ложному пути. О такой простой вещи, как то, что ты мне нравишься, неужели так трудно догадаться?"

Инь Цзя покачал головой и негромко рассмеялся.

"Я намного старше тебя, а мысли Юнь-эра так трудно угадать. Ты такой загадочный, как мне может быть легко угадать твои мысли?"

Сюэ Лин моргнул, затем провел пальцем под подбородком. Его красные губы разошлись:

"Значит, отец теперь в это верит?"

Инь Цзя долго смотрел на него, потом открыл рот и сказал:

"Раз ты говоришь, значит, я верю".

Сюэ Лин вздохнул и пожаловался:

"В конце концов, ты мне не веришь".

Он зарычал, затем встал и сел на тело Инь Цзя, потянувшись к одежде маршала.

Инь Цзя с силой поймал его руку, покачал головой и сказал:

"Юнь-эр, нет".

Сюэ Лин схватил его за руку и уставился на него, затем открыл рот и укусил его.

"Ты заходишь слишком далеко! Эй, ты уже набрал дюйм, но хочешь пройти милю, и ты все еще отказываешь мне так грубо. Ты ищешь драки?"

Инь Цзя горько рассмеялся:

"Ты такой непослушный. Ты еще даже не достиг совершеннолетия. Кто научил тебя быть таким?"

"Ты."

Сюэ Лин начал говорить серьезно.

"Я здесь сражаюсь по душам. Я уверен, что уже нравлюсь тебе, но я не рад тому, что сегодня дважды был отвергнут".

Инь Цзя снова долго смотрел на него, прежде чем сказать: "Это правда, что Юнь-эр мне нравится, но Юнь-эр, почему я тебе нравлюсь? Вспоминая процесс нашего знакомства, если ты не влюбился в меня с первого взгляда, ты не сможешь объяснить все то, что ты делал со мной с тех пор, как вошел во Дворец Маршала."

Сюэ Лин закатил глаза, а затем быстро ответил:

"Почему я не могу влюбиться в тебя с первого взгляда?"

"Не то чтобы не можешь, но, учитывая твой гордый характер, вероятность этого очень мала".

Инь Цзя потер голову.

"Поскольку ты способен заставить меня охотно влюбляться в тебя постепенно, ты, естественно, не какой-то глупый и милый человек. Ты уверен, что ты мне понравишься, а потом я полюблю тебя до такой степени, что не смогу отстраниться, поэтому ты и делаешь такие вещи... Даже сейчас я не очень понимаю, почему мое сердце так тронуто тобой, но я четко осознаю, что вся моя жизнь будет вращаться вокруг тебя. Даже если это было рассчитано, даже если ты меня обманул, я ни о чем не жалею. Но для чего ты это делаешь?"

Сюэ Лин некоторое время молчал, все его лицо спряталось на теле Инь Цзя. Его движения были естественными, как будто он делал это бесчисленное количество раз, его голова терлась о плечо Инь Цзя, как будто он хотел, чтобы его приласкали.

Его голос был приглушенным: "Потому что ты забыл меня".

Инь Цзя крепко сжал кулаки.

"Я не верю, что ты не видишь разницы между мной и оригинальным Хэлань Цзююнем. Я совсем не он. Если бы не я, судьба Хелань Цзююня не была бы такой, как сейчас. Я путешествовал по стольким мирам ради тебя, но почему ты всегда забываешь обо мне?"

Он был очень подавлен и бил кулаком в грудь Инь Цзя.

"Даже если это условия соглашения, мне оно больше не нравится. Я немного устал от того, что в каждом мире мне приходится влюбляться заново. Я хочу увидеть тебя и позволить тебе обнять меня..."

Он редко проявлял слабость, и его жалкий вид заставлял других сочувствовать ему.

Выражение его эмоций было настолько естественным, что совершенно не требовало актерской игры. В этот раз, казалось, он говорил с Инь Цзя со своими настоящими эмоциями.

"Эй, я знаю, что ты там. Выйди и проясни, какие у нас отношения. Как долго будет продолжаться эта игра?"

Рука, которой Инь Цзя обхватила его талию, напряглась. Сюэ Лин почувствовала, как он склонил голову и тихонько засмеялся, прижавшись к ее шее.

"Ты действительно несчастен, расстроен, и тебе это не нравится? Или ты разыграл драму только потому, что хотел выманить меня?"

Сюэ Лин резко поднял голову и недоверчиво посмотрел на мужчину.

Инь Цзя изогнул губы и поцеловал его, смеясь:

"Разве ты не просил меня выйти? Теперь, когда я здесь, почему ты так смотришь на меня?"

На мгновение Сюэ Лин не знал, что ему ответить.

Он искренне жаловался, потому что когда Инь Цзя спросил его, его мысли перевернулись, и он необъяснимо начал чувствовать себя обиженным. Хотя было весело и интересно проводить дни вот так, преследуя друг друга, невозможно было не устать от этого.

Иногда ему хотелось увидеть Су Сюаньяня и узнать, о чем он на самом деле думает...

Но он не ожидал, что сможет вызвать его на разговор, просто сказав эти слова!!!

В таком случае, какого черта он так старался его соблазнить?!

Сюэ Лин стиснул зубы и схватил Инь Цзя, вернее, Су Сюаньяня за воротник. Он был недоволен, наклонился вперед и потребовал:

"Теперь ты можешь выйти? Что ты делал до этого? Тебе было весело смотреть, как я кувыркаюсь?"

Су Сюаньянь беспомощно успокаивал его взъерошенные перья.

"Не так."

Сюэ Лин холодно усмехнулся. Он не стал продолжать разговор, но его вид ясно говорил, что если Су Сюаньянь сегодня не объяснит все четко, то он никогда этого не оставит.

Су Сюаньянь подавил улыбку и поцеловал его.

"Ты действительно сердишься?"

Сюэ Лин отвернул голову и не хотел смотреть на него.

Су Сюаньянь несколько беспомощно притянул Сюэ Лина в свои объятия, склонил голову и снова поцеловал его.

"Прости, это не было моим намерением. Мы уже на последнем этапе, и я могу освободить свою память на ограниченное время в условиях этого мира. Видя, что ты действительно обижен, я не мог не выйти".

Сюэ Лин был ошеломлен.

"Ты всегда в курсе происходящего?"

Су Сюаньянь обнял его и медленно погладил по голове, одно движение за другим, словно гладя по шерсти. От этого Сюэ Лин почувствовал себя комфортно, и он небрежно потерся о него головой, его глаза медленно моргали.

"Это не совсем так. Я все еще могу чувствовать, что происходит после того, как мои воспоминания запечатаны. Правила каждого мира будут преувеличивать те черты характера, которые у меня уже есть, чтобы не сбить роль с пути".

Сюэ Лин впервые услышал, как Су Сюаньянь рассказывает о своем состоянии, когда он попадает в эти миры.

"Каждый раз, когда ты покидаешь миры, я следую за тобой и ухожу вместе с тобой. Любовь, которую я испытываю к тебе в каждом мире, угасает, а затем накапливается в моем первоначальном теле, поэтому, когда ты спрашиваешь меня, что я думаю..."

Су Сюаньянь беспомощно проговорил:

"А что еще я могу думать? Я могу быть только безумцем, который любит тебя".

Сюэ Лин пожаловался:

"Когда ты так говоришь, я становлюсь несчастным. Как будто я заставляю тебя любить меня".

"Да, да, да. Естественно, это не твоя вина. Любить тебя - это мое удовольствие".

Су Сюаньянь посмотрел на человека в своих объятиях, и его мысли взлетели вверх. Он наконец-то понял, почему кто-то сказал ему, что что-то более ценно, когда оно было потеряно, а затем восстановлено. Су Сюаньянь не мог не рассмеяться, он снова коснулся его головы и тихо сказал:

"Встреча с тобой и влюбленность в тебя должны стать самым счастливым событием в моей жизни".

Сюэ Лин на мгновение замолчал, а затем спросил:

"Тогда не мог бы ты рассказать мне, какие именно отношения между нами?"

Су Сюаньянь сказал: "Ты так хочешь знать? Прямо в этот момент?"

Сюэ Лин поджал губы и промолчал.

Су Сюаньянь посмотрел на него и увидел решимость в его глазах. Он не мог удержаться от смеха и сказал:

"Ты будешь истерить, если я не скажу тебе сейчас?"

Сюэ Лин зарычал, затем обхватил его шею руками и наклонился, чтобы поцеловать. В этом поцелуе не было и следа похоти, в нем было больше ностальгии и любви. Эти неясные чувства тянулись между ними некоторое время, прежде чем Сюэ Лин слегка чмокнул Су Сюаньяня в губы, закрыл глаза и прошептал:

"Я хочу точно знать, кто ты... хочу точно знать наши отношения... хочу знать, как мы дошли до этого... хочу знать, есть ли у нас прошлое... я хочу знать так много...".

Су Сюаньянь почувствовал, что на сердце у него неспокойно. Он склонил голову, чтобы мягко улыбнуться и утешить его. Это было одно и то же лицо, но у Инь Цзя оно было серьезным, почти жестоким, не позволяющим другим приближаться. Когда же это было лицо Су Сюаньяня, оно казалось нежным до мозга костей. Сюэ Лин прижался к нему и не хотела уходить: времени, которое они могли провести вместе, было очень мало, и он очень дорожил этим.

"Ты уже догадался, кто я, не так ли?"

Задав этот вопрос Сюэ Лину таким образом, он подтвердил его догадки.

"Получается, что ты действительно Мастер Границы..."

Сюэ Лину это показалось немного невероятным:

"Тот мир... значит, в нем действительно есть Мастер Границы... Я думал, что фрагменты моей памяти обманывают меня..."

Су Сюаньянь кивнул и сказал:

"Семья Су - это семья Мастера Границы. Каждые пятьсот лет появляется новый Повелитель Границы, и род семьи Су становится скудным. С древних времен линия наследования семьи Су несколько раз почти прерывалась из-за появления Повелителей Границы. В моем поколении я - Мастер Границы семьи Су".

"Тогда я..."

Су Сюаньянь протянул руку, чтобы закрыть губы, и опустил голову на шею Сюэ Лин. Он тихо продолжил:

"У каждого Мастера Границы есть духовный артефакт, связанный с ним. Это существо, которое связано с ними с самого рождения, что позволяет ему лучше контролировать свои способности, когда они используют их как Мастер... Но мой духовный артефакт не был предметом..."

Сюэ Лин был потрясен на некоторое время. Он понял, что тот имел в виду, и показал пальцем на себя.

Су Сюаньянь поцеловал его в лоб и сказал:

"Да, ты мой духовный артефакт. Ты можешь понимать отношения между нами как между хозяином и духовным артефактом, но лучшее толкование - это то, что мы связаны друг с другом на всю жизнь. Возможно, мы не расстанемся даже в следующей жизни".

Сюэ Лин долгое время был в шоке, не в силах собраться с мыслями. Он никогда не думал, что так долго морочил себе голову, но в итоге их отношения оказались такими... странными?

Су Сюаньянь погладил его по спине, помогая прийти в себя.

"Очень мило. У тебя было такое же выражение лица, когда ты узнал об этом в первый раз. Глупый и шокированный, а после ты не захотел быть связанным со мной и хотел расторгнуть наши отношения..."

Сюэ Лин: "..."

Над чем он смеялся? Это была вполне нормальная реакция, понимаете? Кто захочет быть привязанным к незнакомцу!

"Это не правильно..." — внезапно отреагировал он. "Раз мы связаны вместе, почему... я рос без тебя?"

"Ты не помнишь?"

Настроение Су Сюаньянь стало несколько подавленным, когда они дошли до этого момента.

"Ты была слишком хрупкий, когда родился. Поскольку твое существование нарушало естественный закон, ты почти не мог выжить. У старейшин семьи не было опыта в том, что духовный артефакт является духовным животным, и после долгого обсуждения они пришли к выводу, что наше совместное существование в одном мире угрожает воле мирового небесного порядка, поэтому они хотели убить тебя... Другого выхода не было. Они могли только отправить тебя в другой мир".

Воспоминания Сюэ Лина и рассказ мужчины слились воедино, и его детские воспоминания стали более отчетливыми.

"В то время я тоже был ребенком, и мое здоровье было не очень хорошим, потому что воля мира была против нас..."

Сюэ Лин кивнул и спросил: "Что случилось потом?"

"Ты вспомнишь, что было потом, когда вернешься в системное пространство".

Су Сюаньянь тоже кивнул, а затем сказал:

"На самом деле, я тоже появился сейчас из-за чего-то, связанного с соседним миром".

Сюэ Лин моргнул. Ему было неясно, каким будет следующий мир. Иногда, когда он спрашивал систему, она скорее умирала, чем сдавалась. Но сейчас казалось, что следующий мир имеет довольно много общего с этим человеком.

"Следующий мир?"

"Да. В следующем мире ты забудешь меня".

Су Сюаньянь выглядел очень спокойным, когда произносил эти слова, как будто говорил о чем-то очень обыденном.

"Но не волнуйся. Я верю, что даже если мы забудем друг друга, мы все равно встретимся снова".

Сюэ Лин не очень понимал, что это за связь и почему они дошли до этого момента, но мужчина не дал ему спросить, а просто прижался к его лбу, говоря:

"Не торопись. Сначала мы насладимся другим миром любви".

Даже когда его голос упал, Сюэ Лин мог ясно почувствовать, что глаза Инь Цзя постепенно меняются. Он убрал с лица удивленное выражение, нахмурился и пересел на другую сторону дивана.

Инь Цзя в трансе потирал голову и смотрел на Сюэ Лина. Настроение Сюэ Лина в этот момент было довольно беспокойным, он смотрел на него, поджав губы, и казался очень отстраненным.

Инь Цзя тоже не понимал, что именно произошло. Он погладил Сюэ Лина по голове и больше не стал продолжать сегодняшнюю тему. Вместо этого он попросил Сюэ Лина уйти.

Их разговор в тот вечер был довольно неприятным и обрывочным. Сюэ Лин не послушался его слов и, вернувшись в свою комнату, вытащил систему, расспрашивая его о следующем мире.

Система не знала, кто выдал секрет. Она долгое время дрожала, но не произнесла ни слова. Что бы ни говорил Сюэ Лин, она все равно настаивала на том, что не расскажет ему об этом, пока они не вернутся в системное пространство. Сюэ Лин использовал все доступные ему средства, даже угрожал отказаться от этого мира и вернуться прямо в системное пространство, но система по-прежнему не желала говорить. Она лишь сказала, что пока Сюэ Лин будет возвращаться, он все вспомнит и, естественно, будет знать, что происходит.

В итоге Сюэ Лину не удалось заставить систему говорить. Он был очень подавлен, поэтому долгое время вел себя холодно по отношению к Инь Цзя. Инь Цзя смутно помнил ту ночь и знал, что обидел Сюэ Лина, поэтому не решался подойти к нему.

Два года спустя самый молодой Гравировщик Империи уровня национального сокровища Хэлань Цзююнь официально достиг совершеннолетия. Пока бесчисленные семьи посылали письма в Маршальский дворец с просьбой выдать молодого человека замуж, Маршальский дворец напрямую разослал приглашения на свадьбу. Королевская семья объявила о свадьбе маршала, и все вдруг взорвались от удивления.

Другой причины для этого не было: две легенды из дворца маршала, которые никто не мог получить или приблизиться к ним, сколько бы усилий они ни прикладывали, были решены внутри страны.

Независимо от того, насколько быстро реагировала Звездная Сеть, никто не мог понять, что пытался сделать Дворец Маршала в течение двух дней подряд. Все знали, что Хэлань Цзююнь был приемным сыном маршала. Так что же это было сейчас? Усыновить его в постели?

Хотя все они были в замешательстве, назначенная свадьба все равно будет. Пока вся Звездная Сеть пребывала в оцепенении, свадьба века состоялась.

Этот брак вызвал много споров в последующих записях. В конце концов, оба они были легендами Империи, и их достижения не обязательно уместились бы в трех книгах каждый. Их чувства друг к другу были прекрасны, и независимо от того, касалось ли это их характеров или их поступков, оглядываясь на их жизнь, можно сказать, что в этом не было большой проблемы. Они были гордостью небес и могли быть безрассудными, делая все, что им заблагорассудится.

Но самая большая проблема заключалась в их взаимоотношениях. У последующих поколений было две разные оценки их брака.

Один лагерь считал, что отношения между ними были слишком ненормальными, и что их чувства были такого рода, которые не мог оценить мир. Это была крайняя точка зрения, которой придерживались очень немногие. Большинство людей принадлежало ко второму лагерю, который считал, что эти двое должны любить друг друга больше, чем себя.

В конце концов, судя по записям их жизни, их любовь началась с пышной свадьбы и продолжалась до конца жизни, поскольку они каждый день кормили всех собачьим кормом своими проявлениями привязанности. О них также были созданы документальные фильмы, романы, кинофильмы и телесериалы. У последующих поколений были различные догадки о том, как начались их отношения, но никто не мог понять, как именно, шаг за шагом, строились их отношения.

Сюэ Лин смотрел, как Инь Цзя покидает этот мир раньше него. Он не знал, с каким настроением ему следует попрощаться, но перед тем, как Инь Цзя ушел, он обнял его и сказал, что они еще встретятся. Несмотря на это, Сюэ Лина охватила паника и печаль.

Впервые он немного боялся следующего мира, потому что не знал, с чем ему придется столкнуться.

Но все эти чувства исчезли, когда он вернулся в системное пространство.

Когда сундук с его воспоминаниями внезапно открылся, незнакомые сцены нахлынули на Сюэ Лина, и он едва не потерялся в море собственных воспоминаний. Сначала он удивился, почему эти запечатанные воспоминания вдруг появились, но когда он вспомнил их все, то перестал удивляться.

Как сказал Су Сюаньянь, если он вернется в пространство системы, то поймет, почему он сказал то, что сделал.

Система появилась перед Сюэ Лином только после того, как он закончил поглощать свои воспоминания.

"Хозяин, ты восстановил все свои воспоминания. Мир Десяти Направлений намерен немедленно отправить тебя в последний мир, если не возникнет никаких проблем."

Сюэ Лин кивнул, затем повернул голову, чтобы осмотреть пространство системы. Он спросил:

"А что с ним?"

"Этот господин уже отправился вперед. Согласно соглашению между вами и Миром Десяти Направлений, вы не можете общаться друг с другом до входа в последний мир. Главная причина - страх, что вы можете обмануть".

Сюэ Лин некоторое время смотрел на систему, а затем сказал:

"Тебя ведь не будет в следующем мире?"

В этот момент система, наконец, опустила свой высокий и высокомерный вид и жалобно подбежала к хозяину:

"Вувуву, хозяин не хочет расставаться с этой системой?"

Сюэ Лин холодно ответил ей, что мир не так уж и сладок.

"Разве я не теряю маленького жулика? Мне лишь немного жаль".

Система: "Холодный ветер хлещет по лицу, вот так восстание хозяина ранит мое сердце".

"Ты уже организовала мою личность?"

"Конечно! Я лично выбрала его для хозяина. Я уверен, что он понравится хозяину".

Сюэ Лин больше ничего не сказал. Согласно договору, который они заключили с Миром Десяти Направлений, он должен был испытать этот мир, а также потерять свои воспоминания. Его последний хвост был в этом мире, и если он пройдет испытание в этом мире, Мир Десяти Направлений поможет ему извлечь энергию хвоста... Только тогда он сможет пережить предстоящие девяносто девять молниеносных испытаний.

Сюэ Лин надолго закрыл глаза и наконец сказал:

"Пора идти. Система, отправляй меня".

Система ловко кивнула. Хотя она не хотела отказываться от своего хозяина, это было соглашение, которое Мир Десяти Направлений, Сюэ Лин и Су Сюаньянь заключили вместе. Это была всего лишь маленькая система, которая помогала Сюэ Лину проходить этапы, и пока Мир Десяти Направлений шевелил пальцами, он мог создать множество вещей, подобных этой системе... Возможно, после этого она будет стерта с лица земли и больше никогда не увидит своего хозяина...

Подумав об этом, система почувствовала себя очень обиженной, и, отправив Сюэ Лина, она внесла некоторые секретные изменения, чтобы он мог уйти вместе с ней.

Согласно первоначальному плану, система должна была остаться.

___________

Впереди финальная арка....

Это был мир, в котором индустрия развлечений занимала большую часть рынка мейнстрима и полностью господствовала на нем. В подобном обществе все, кто работал в индустрии развлечений, были чрезвычайно популярны, независимо от того, были ли они актерами, певцами, сценаристами или кем-либо, связанным с этой индустрией; все они давали духовную пищу и пользовались большим уважением.

Точно так же были люди из высшего общество, и существовало очень четкое разделение между правящими семьями. Главные семьи и их соответствующие партии управляли этим миром. Хотя простые люди не имели четкого представления о так называемых семи великих семьях и их внутреннем устройстве, различные слухи об этих семьях все равно циркулировали в верхних эшелонах общества Страны Хуа.

А Сюэ Лин был очень далек от всего этого. Он только что вышел в общество и стал очень маленькой, словно цветочек в букете... «звездой?»

Он и сам не знал, почему после слова "звезда" стоит знак вопроса. Возможно, потому, что у него тоже были некоторые сомнения по поводу собственной личности.

Однажды утром он проснулся и обнаружил, что совершенно не знаком с окружающим миром. Затем ему сказали, что он был привязан к так называемой системе "Обратный шоубизнес", что оставило Сюэ Лина в большом замешательстве.

К счастью, он лишь немного поглупел из-за того, что ударился головой, и вскоре приспособился к тому, что именно представляет собой его личность и что ему нужно делать.

В конечном счете, все началось, когда Сюэ Лин достиг 18 лет. Будучи сиротой, он был самодостаточной, трудолюбивой "интернет-звездой". По достижении 18 лет он официально потерял социальное пособие, которое получал как сирота, поэтому он полагался на то, чтобы быть онлайн-актером озвучивания, чтобы добиться небольшой известности.

После того как его заметили, благодаря его внешности, он подписал контракт с агентством и официально начал перемещаться из-за кулис на авансцену. По правде говоря, он не был каким-то удивительным "гуру" в области озвучивания, но в паре с его превосходной внешностью он стал признан кучей людей в течение короткого полугодового периода.

По сути, он был непревзойденной маленькой звездой, которая могла зарабатывать на жизнь своей внешностью. Он всегда полагался на свое лицо, чтобы быть успешным.

Он согласился на несколько предложений работы через агентство, но поскольку его актерские навыки практически отсутствовали, он мог браться только за некоторые неважные роли. В конце концов, люди, которые хорошо выглядят со всех 365 градусов без мертвых углов, будут радовать глаз независимо от того, куда их поставили.

Скорее всего, потому что он был послушным, умным и не заставлял других волноваться, у большинства людей сложилось хорошее впечатление о нем. Хотя некоторые режиссеры сожалели, что зря тратят его хорошую внешность, никто не возлагал особых надежд на его актерские способности, поэтому большинство сценариев, которые попадали в его руки, имели нулевые актерские требования и ему просто нужно было поприсутствовать на экране.

В целом, в его жизни не было серьезных взлетов и падений. Возможно, через пару лет, когда он накопит достаточно денег, он сможет покинуть этот круг, но сейчас было не время. Несмотря ни на что, его все еще можно было считать вошедшим в нижнюю часть круга популярности в сфере развлечений и имеющим множество поклонников; его компания не откажется от него и не вытеснит его, а поскольку у него не было никаких личных планов, он мог пока просто спокойно жить дальше.

Проснувшись посреди такой посредственности, в один прекрасный день Сюэ Лин обнаружил, что он связан с системой "Обратный шоубизнес".

Это было очень странное чувство. С самого утра он чувствовал, что в нем самом что-то не так. Особенно когда система поприветствовала его очень приятным тоном и рассказала о том, насколько она полезна, Сюэ Лин необъяснимо почувствовал что-то знакомое.

Именно поэтому он был готов выслушать всю ту чушь, которую говорила система, вместо того чтобы наотрез отказаться от нее.

Функция системы была точно такой же, как и ее название. Ее целью была "контратака", и то, против чего они шли, была индустрия развлечений.

Это было очень фантастическое ощущение. Сюэ Лин никак не ожидал, что первым человеком, предложившим "ты должен доминировать в индустрии развлечений", будет система, похожая на маленькую лису. Она даже не казалась реальным существом, но, похоже, была особенно хорошо знакома с ним и точно понимала его личность. Несмотря на то, что оно говорило такие нелепые слова, Сюэ Лин обнаружил, что на самом деле не хочет спорить и отказываться.

Небеса знали, что у него нет актерских способностей, но даже если система превозносила его актерские способности до небес, Сюэ Лин не чувствовал никакого отвращения по этому поводу и, более того, внутренне соглашался с этим.

Сейчас у Сюэ Лина был период отдыха, но он не бездельничал в это время. Исходя из своих предыдущих планов, он намеревался использовать это время, чтобы закончить все аудиозаписи, которые он задолжал в онлайн-круге. Сюэ Лин проигнорировал болтовню системы и спокойно повернулся, чтобы подготовить запись.

Хотя он не знал, почему у него нет никаких впечатлений относительно аудиодрамы, которую он собирался записать, он все равно уверенно открыл сценарий, который прислал менеджер, вошел в свою личную комнату в виртуальной сети и начал запись.

Исходя из того, что Сюэ Лин понимал о себе, запись не должна была пройти гладко, потому что его чувство драмы было очень слабым. Ему постоянно приходилось пересматривать сценарии бесчисленное количество раз, и запись, которую он создавал после многочисленных тренировок, все равно несла в себе ощущение разобщенности и странности.

Чаще всего это чувство странности уменьшалось и исчезало на некоторое время на более поздних стадиях, но чаще его критиковали за неспособность показать какие-либо чувства или глубину. Поскольку он не мог показать характер, он, как правило, не мог должным образом выполнить задание.

Но это не имело значения, потому что он выглядел чертовски хорошо! Поэтому фанаты все равно говорили: "Сноуи, все хорошо, муа~ Ты просто должен нести ответственность за то, чтобы оставаться красивым. С остальным мы разберемся!"

Однако, несмотря на такое самосознание, Сюэ Лин сумел идеально закончить записи для трех ролей всего за три часа.

В этом не было никакого смысла. Сам Сюэ Лин находил это очень странным, и он даже подозревал, что в него вселилась одержимость или, должно быть, что-то вошло в его тело. Но кроме системы, которая глупо вертелась рядом, он не мог найти ничего странного. И он не чувствовал, что вопрос наличия системы был странным; он очень естественно принял эту установку, как будто это было само собой разумеющимся.

В прошлом он не смог бы понять эмоции, содержащиеся в сценарии, даже если бы прочитал его три или четыре раза. Но теперь он мог передать эмоции главного героя своим голосом, и, как бы строго он ни относился к стандартам, он не смог найти никаких недостатков в записи. У Сюэ Лина было странное настроение, когда он закончил работу над тремя ролями, и он, наконец, понял, что, должно быть, что-то не так.

Он подумал, что даже если он не смог найти недостатки в записях, другие люди смогут, верно? Поэтому он выбрал одну из записей, которую закончил, прослушав собственный голос и решив, что нигде нет ничего, что требовало бы изменений, и отправил её менеджеру по сценарию.

Он хотел выяснить, где кроется проблема, основываясь на реакции менеджера... Это было слишком странно, чтобы однажды проснуться и стать самовлюбленным, полагая, что можно достичь всего в совершенстве.

[ Черный кофе: !!! О мой Бог!!!! Господин Снежный Лис!! Это всё ещё ты?!!! Почему я чувствую, что что-то не так!!! ]

Сюэ Лин посмотрел на ответ менеджера и подумал про себя, что он тоже чувствует, что это не совсем правильно.

Но он все равно спокойно ответил. [ Снежный лис: В чем проблема?]

[Черный кофе: Самая большая проблема в том, что никакой проблемы нет!!! Твоя голосовая запись на самом деле не имеет никаких изъянов!!! О Боже, это, должно быть, было тяжело для тебя, малыш!!! Ты, должно быть, записывал это много раз, чтобы добиться такого результата!!! Это так приятно слушать! Хотя для такой маленькой роли, как твоя, нет необходимости делать так много, я все равно тронута отношением малыш~ Вувуву~~ ].

Сюэ Лин посмотрел на ее взволнованный тон и мгновенно почувствовал, что сцена была довольно странной.

[ Снежный Лис: Я закончил запись за один раз... ]

[ Черный кофе: Малыш, прекратит врать! Я в это не поверю. Я знаю, что лисенок - самый честный; спасибо тебе большое за то, что ты так усердно работали над нашей аудиодрамой. В следующий раз я вернусь к тебе с хорошей ролью!!! Мне нужно пойти и похвалить тебя своим старым приятелям - ты слишком потрясающий!!! ]

После этого девушка больше не отвечала Сюэ Лину. Сюэ Лин некоторое время молчал, прежде чем снова войти в комнату звукозаписи. У него на руках было десять сценариев, половина из которых представляла собой небольшие роли, три - персонажей второго плана и два - главных героев. Изначально он перебирал сценарии в зависимости от того, какой из них приходил первым.

Сюэ Лин никогда не собирался закончить их все за один раз, но поскольку у него появилась эта странная способность, он боялся, что завтра она может исчезнуть; он спешно записывался в течение целого дня и ночи, и ему действительно удалось закончить все сценарии, которые были у него на руках.

Сюэ Лин нашел всех менеджеров и отправил каждому из них соответствующую запись, основываясь на их предыдущей истории чата. Совершив это, он наконец-то получил время для отдыха и покинул виртуальную сеть. Он встал, пошел заказать еду на вынос и принял ванну.

После того как он закончил есть и пить и немного отдохнул, он снова открыл нанокомпьютер и столкнулся с целой кучей сообщений. К счастью, его нанокомпьютер имел хорошую производительность и не взорвался.

Не у всех менеджеров было время зависать в Интернете, но всегда находились те, кто становился настолько взволнованным, что хотел броситься к дому Сюэ Лина, чтобы затискать его до смерти, когда получал пять высококачественных аудиозаписей.

Тот, кто домогался его больше всех, был хорошим другом в кругу. Он также был очень известным менеджером, и у него всегда одновременно велись различные аудиопроекты. Он неожиданно получил так много записей такого потрясающего качества, что мог отправить их прямо на более поздние стадии без всякого редактирования от милого маленького актера озвучки.

Для менеджера Сюэ Лин теперь был как ангел, спустившийся в этот мир, и не мог быть более прекрасным.

Сюэ Лин принадлежал к некоммерческой ассоциации с большим количеством членов под названием "Десяточка". Клуб не только выпускал различные аудиодрамы, но и создавал различные оригинальные песни и каверы. Кроме того, они также делали косплей, онлайн-драмы, музыку для мероприятий и все виды коммерческого дубляжа.

Сюэ Лин не очень заметно присутствовал в команде. В конце концов, по сравнению с различными богами в сообществе, он был лишь маленьким муравьем, и у него не было больших способностей. Вероятно, только благодаря его хорошим отношениям с менеджером ему всегда давали какие-то роли.

Однако эти роли были достойными и не заставляли его чувствовать себя униженным, и это одна из причин, почему он оставался в сообществе до сих пор.

Хотя это было некоммерческое объединение, на самом деле годовой доход «Десяточки» был значительным, поскольку они также принимали коммерческую рекламу и занимались комплексной интеграцией онлайн и офлайн. Если бы не тот факт, что у них не было офиса, их можно было бы считать хорошо организованной компанией.

Их внутренние обязанности были четко разделены, а преимущества для членов были очень хорошими. С годами, по мере появления новых членов, старые члены постепенно уходили, и количество старых членов, которые властвовали над другими, можно было пересчитать по пальцам одной руки. Подъем Сюэ Лина на авансцену также был связан с "Десяточкой", и это была вторая причина, по которой он остался в ассоциации.

Более того, "Десяточка" имели для него огромное значение. Это было первое место, где он почувствовал тепло домашнего очага. И хотя нынешний Сюэ Лин считал, что это немного нелепо - чувствовать себя так в прошлом, он все равно решил честно остаться в компании.

Прямо сейчас он наблюдал, как менеджер разбушевался в основной группе, даже зашел так далеко, что вырезал часть его записи, чтобы поделиться ею, чтобы показать, какого прогресса добился Сюэ Лин.

Наблюдая за тем, как все участники группы отвечают "о боже", уголок губ Сюэ Лина дернулся, и он тихонько выскочил в групповой чат.

[ [cv] Снежный лис: ...Неужели раньше все было так плохо?]

[ [сv] Сумеречное облако: Ага, Сяо Лис наконец-то вышел. Весенний спринт уже сделала два извилистых круга вокруг игровой площадки, прежде чем ты, наконец, появился. Ты действительно умеешь сдерживаться~ ]

[ [cv] Снежный лис: Я записывалась весь день, и только что вернулся с перекуса. ]

[ [cv] Выше Неба: ???? Сяо Лис записывался весь день? Это были те драмы, которые ты отправил менеджеру? ]

[ [cv] Снежный Лис: Хорошие новости~ Я закончил всю работу, которую должен (～￣▽￣)～ ]

[ [дизайн] Ветер, Цветок, Снег и Луна: ∑(っ°Д°;)っ Разве Снежный Лис не жаловался вчера вечером, что ему нужно засыпать 10 ям? Ты уже закончил? ]

[[менеджер]] Весенний Спринт: Мой дорогой Лисенок здесь ~(≧▽≦)/~ Я подарю тебе поцелуй любви~~ Значит, Лисенок делал запись весь день? Я слышала от Черного Кофе, что ты также передал ей две записи~ Снежный Лис, ты внезапно обрел просветление? ]

[ [cv] Снежный Лис: Что-то вроде этого. Возможно, завтра все исчезнет? Я также считаю это невероятным. ]

[ [Менеджер] Весенний Спринт: Тогда, как насчет... (*/w＼*) Снежный Лис, возьми другую роль~ Если нет проблем, то это, вероятно, по-настоящему~ В будущем Снежный Лис станет красавцем Большим Лисом с прекрасным голосом и всеми видами другой красоты~]

[ [cv] Выше Неба: …Весенний спринт, ты можешь говорить нормально? В настоящее время ты хватаешься за соломинку, верно? У тебя сейчас на руках только одна драма, и ты должна знать, что было объявлено о строгом отборе... Что будет, если Лисенок плохо справится со своей работой, а потом его будут ненавидеть?! ]

[ [cv] Снежный Лис: Какая драма? ]

Сюэ Лин молча посмотрел на окно с заданием, которое система открыла перед ним, хватаясь за одежду, бросил на него угрожающий взгляд, а затем медленно набрал эти два слова.

Его система говорила ему принять участие в этой драме...

Его система говорила, что контратаку на индустрию развлечений нужно начинать с того, чтобы стать горячей интернет-звездой...

Хотя Сюэ Лин был удивлен, он очень естественно принял указания системы... Он не знал, почему у него не было ни малейшего сомнения в отношении этой проклятой системы, и еще меньше понимал, почему он принял эту систему, несмотря на то, что не имел ни малейшего интереса к доминированию в индустрии развлечений.

Но поскольку перед ним лежала дорога, он мог бы взглянуть и посмотреть.

Разве это не просто роль в драме?

С другой стороны, Весенний Спринт отправила Сюэ Лину личное сообщение вместе со сценарием.

[ Весенний Спринт: Этот сценарий изначально предназначался для этого дурака Ван Чуаня, мать его, и реклама уже была записана, но с этим болваном что-то случилось, и его убрали из команды. Я не могу найти никого с таким же потрясающим голосом. Я подумала, что раз Снежный Лис вдруг просветлел, то можно попробовать. ]

[ Снежный Лис: Потрясающий голос?]

Его оригинальный голос в самом деле не соответствовал его внешности. Если бы он захотел сделать фальшиво соблазнительный голос, это было бы несложно, но вопрос был в том, достаточно ли этого для драмы такого уровня.

[ Весенний Спринт: Неважно. Снежный Лис, просто попробуй. Если бы не дедлайн автора и не то, что этот дурак Ван Чуань был занят и не успел сделать запись, я бы не оказалась в таком стесненном положении. В конце концов, объявление уже было сделано, и нехорошо, когда приходится так внезапно менять людей. ]

[ Снежный Лис: Хорошо. Сегодня вечером я прочитаю сценарий, а завтра попробую. Я помогу тебе, если смогу. Если не смогу, тогда все - тебе придется искать кого-то другого. ]

[ Весенний Спринт: Хорошо! ╭(╯3╰)╮ Снежный Лис ты самый милый~ Спасибо за тяжелую работу~ ]

Сюэ Лин отложил сценарий, прежде чем спросить свою систему:

"Почему мы должны принимать это? Ты должна знать, что драма уже объявлена. Это большой стресс для актёра озвучивания, который подбирает роль после кого-то. А голос злодея Ван Чуаня...

Хотя он чувствовал себя смущенным из-за многих вещей, он все еще помнил, что за человек был Ван Чуань.

Когда-то Ван Чуань был известным гун-голосом в кругу, но после того, как он взялся за проект для книги, написанной автором под псевдонимом Сяо Ван, постепенно раскрылся его талант менять голоса, и особенно его голос соблазнительного актива, который, как говорят, был достаточно демоническим, чтобы заставить натуралов лечь под него!

Сюэ Лин сначала просмотрел сценарий, чтобы получить общее представление о сюжете, и обнаружил, что это история о боевых искусствах. Его персонаж был главным героем, пассивом, и он был злодеем, который следовал по демоническому пути...

Сюэ Лин посмотрел на автора и обнаружил, что это был Сяо Ван...

Неудивительно, что система хотела, чтобы он принял его. Если это была книга Сяо Ван, то она действительно могла помочь ему стать еще более популярным.

"Хотя у тебя есть Ван Чуань в качестве сравнения, хозяин также может быть отличным злодеем~ Я верю, что у хозяина не будет проблем с этим~".

Сюэ Лин не знал, откуда взялась необъяснимая вера системы в него. Он открыл свой нанокомпьютер, чтобы взглянуть на оригинальный роман, и обнаружил, что это был роман о войне и трагедии. В конечном итоге два главных героя расстались навсегда. Гун умер, а Шоу превратился в того, кем он никогда бы не стал ранее.

По сути, это был текст, ориентированный на рост. В начале главный герой шоу действительно был соблазнительным красавцем. Но по мере того, как разворачивался сюжет и он всё больше и больше взаимодействовал с главным героем гуном, постепенно он начал меняться. В конце романа гонг погиб в бою, и шоу медленно переделал себя по образу и подобию гуна.

Согласно сценарию, который ему дали, менеджер должен был разделить новеллу на три этапа для аудиодрамы. Не обращая внимания на уже сделанное объявление, три этапа потребовали бы полгода, даже если бы всё было сделано как можно быстрее. У операторской группы оставалось не так много времени, и им не терпелось найти персонал.

Объявление уже вышло, и крайний срок, когда автору нужно было дать разрешение на проект, становился все ближе и ближе, но они никак не могли найти замену Ван Чуаню. В круге было слишком мало людей с голосами злодеев; особенно тех, кто мог стоять на одном уровне с Ван Чуанем.

Подумав об этом, Весенний Спринт, наверное, уже хватается за соломинку, уговаривая его попробовать, потому что он выглядит как злодей и, следовательно, должен быть способен звучать как злодей... Сюэ Лин потер переносицу, затем пошел в ванную и долго смотрел на себя в зеркало.

Он должен был признать, что у него действительно соблазнительное лицо - особенно эти лисьи глаза со слегка приподнятыми уголками. Он обладал природным обаянием, которое просвечивало даже без подводки для глаз, не говоря уже о том, когда его гримировали для различных программ. Когда на его глаза наносилась подводка или интенсивный макияж, вся его аура и темперамент становились невероятно привлекательными.

Его внешность была скорее андрогинной, но эта пара глаз очень помогала различать его пол. Он вспомнил, что долгое время тренировал свой взгляд, чтобы выглядеть немного мужественным, но сейчас, глядя на свои широкие от природы брови в зеркале, Сюэ Лин вздохнул.

Ай, неужели это его вина, что он выглядел как злодей? Нет, точно...

Было уже довольно поздно, и Сюэ Лин устал. Он немного привел себя в порядок и лег в кровать, открыв программу для аудиокниг, и начал слушать весь роман.

Но на полпути он заснул. Система пробила себе путь в нанокомпьютер, чтобы подключиться к сети этого мира, и начала безумно собирать всевозможную информацию.

Только собрав большое количество информации, она смогла бы помочь своему хозяину подняться как можно быстрее и помочь им двоим встретиться снова...

Но когда она подумала о личности этого человека, система снова почувствовала, что новая встреча будет зависеть от судьбы хозяина и этого человека. Сейчас их личности были немного далеки друг от друга; возможно, лучше начать с окружения того человека?

Поскольку Сюэ Лин не сохранил ни одного из своих воспоминаний, система не осмеливалась давать ему слишком много советов. Она могла только лгать и называть себя развлекательной контратакующей системой, чтобы подойти к делу с другой стороны.

Она пришла в этот мир за спиной у Мира Десяти Направлений, и если бы ее методы были слишком чрезмерными, Мир Десяти Направлений обязательно пришел бы и заставил ее вернуться назад. Ее бы схватили и убили, а потом снова схватили и убили…

Эта сцена была слишком ужасной, чтобы даже думать о ней...

Когда Сюэ Лин проснулся на следующий день, он обнаружил, что его помощник оставил сообщение, чтобы он позвонил после пробуждения. Сюэ Лин мог примерно догадаться, что происходит: причина, по которой он был в отпуске в этот раз, заключалась в том, что испытательный срок с агентством закончился, и теперь ему предстояло выяснить, стоит ли продолжать контракт.

Сюэ Лин сначала умылся; он не испытывал особых чувств к этой компании. Агентство не было крупным, и в этом мире, где господствовали развлечения, ресурсы компании были в основном тем, что утекало из рук более крупных агентств. Это также было причиной того, что количество работы, которую Сюэ Лин получал в последние несколько лет, было ограниченным, и поэтому он находился лишь на низших ступенях популярности, не став хитом. Это была грустная трата его хорошей внешности.

До вчерашнего пробуждения он явно не собирался доминировать в индустрии развлечений и хотел провести свою жизнь на берегу моря, но сегодня ему вдруг захотелось потрудиться. Ему было немного любопытно узнать об изменениях в себе, и Сюэ Лину было трудновато в это поверить. Он вытащил систему, чтобы спросить ее, не сделала ли она что-нибудь, но система искренне поклялась, что ничего не сделала.

Желание упорно трудиться было настолько сильным; ему казалось, что он что-то потеряет, если не будет стараться изо всех сил. Сюэ Лин очень долго искал взглядом систему и, наконец, решил, что пора менять агентство.

Система перечислила для него все компании в отрасли, наконец, указав на агентство, которое, как она надеялась, он тщательно рассмотрит.

Изначально Сюэ Лин намеревался искать такого лидера в индустрии, как «Хуася» (древнее название Китая), но вместо этого система порекомендовала ему другую развлекательную компанию. У него не было никакого представления об этой компании, но когда система показала Сюэ Лину резюме артистов компании и некоторые ресурсы компании, Сюэ Лин обнаружил, что слегка потрясен.

Эта компания называлась «Тяньсюань». По сравнению с такими крупными компаниями, как «Хуася», «Тяньсюань» казалась довольно заурядной, но артисты, которые выходили из этой компании, полностью отличались от других, и все они были известными, влиятельными людьми в индустрии.

В настоящее время ядром компании должен был стать Су Люнянь, который был известен как Император Кино. Владельцем компании числился Су Сюаньцин, и Сюэ Лин знал, что эта компания не будет испытывать недостатка в ресурсах. Но вопрос был в другом...

"У них уже есть Су Люнянь, и он все еще на подъеме. Он не уйдет еще лет десять. Как там может быть место для меня?»

Он не мог до конца понять.

Система сказала: "Но если ты выберешь Хуася, у тебя будет больше конкуренции. В Хуася много звезд первой линии и суперзвезд, но в плане актерского мастерства в Тяньсюань есть только Су Люнянь. Су Сюаньцин уже давно не участвовал в съемках, и кроме как отдать их Су Люняню, остальные ресурсы придут к тебе. А Су Люнянь - не просто актер. С каждым годом он берется за все меньше и меньше фильмов. Большинство из тех, на которые он соглашается - это работы, отмеченные наградами, и очевидно, что он больше времени тратит на писательство..."

Су Люнянь из Тяньсюаня был ровесником Сюэ Лина, и он был лишь немного старше Сюэ Лина. Но второй участник уже выиграл трофей Император Кино во время учебы в колледже. В том же году он стал богом Всемирной литературной сети. Когда его достижения сравнивали с достижениями Сюэ Лина, Сюэ Лин чувствовал, что он понятия не имеет, чем занимался в течение первой половины своей жизни.

Система предоставила Сюэ Лину еще один факт, пока он все еще разрывался между Тяньсюань и Хуася: "Большинство лучших ресурсов Хуася сейчас сосредоточены на Киноимператрице Цзы Энь, а роли для мужских персонажей разделены поровну. Независимо от того, насколько хороши твои способности, в Хуася тебе все равно придется начинать с самых низов. Быстрый рост там - не более чем мечта".

В итоге Сюэ Лин выбрал Тяньсюань, но проблема заключалась в том, что агентства не начинали набор только потому, что он хотел туда попасть. Требования Тяньсюань были очень высокими. Хотя они набирали людей каждый год, лишь немногие из них каждый раз могли поступить.

Они принимали только тех, у кого был абсолютный, неоспоримый уровень способностей; тех, чей уровень был похож на Су Люняня, кто мог войти и сразу же получить приз. Сюэ Лин также знал, что Су Сюаньцин не собирался расширяться и становиться сильнее, но, исходя из его нынешнего выбора, эта компания больше всего соответствовала тому, где он хотел быть сейчас и куда хотел попасть в будущем.

Чего он хотел, так это абсолютной свободы, и Тяньсюань могла предоставить ему именно это.

"Я отправил твое резюме еще вчера".

Получив согласие хозяина, система осторожно обнародовала то, что уже сделала заранее. Сюэ Лин усмехнулся и необъяснимо почувствовал, что это типично для того, как система обычно поступает.

"Давай сначала пойдем и отменим первоначальный контракт".

Сюэ Лин не стал ничего делать с системой и приготовился сначала выйти и разобраться с текущими делами, восстановив собственную свободу. Открыв гардероб, он долго рассматривал одежду, критикуя вкусы своего бывшего "я". Он вытащил из шкафа несколько более строгих предметов одежды, затем самые простые вещи, которые подходили ему. Общий эффект был простым и удобным, но никто не мог сказать, что у него плохой вкус.

Хотя никому не было дела до того, что он носит.

Выбрав пару солнцезащитных очков, которые закрывали большую часть его лица, Сюэ Лин вышел и поехал на своем ховермобиле* в компанию.

[*парящий автомобиль, машина на воздушной подушке, мир все-таки фантастический.]

Процедура расторжения контракта была простой. Вторая сторона, похоже, считала, что Сюэ Лин больше не хочет продолжать работать в кругу развлечений. В любом случае, поскольку срок действия контракта истек, это не было нарушением договора, и компания не стала бы удерживать такую маленькую интернет-звезду, как он, поэтому они просто отпустили его.

Когда Сюэ Лин вышел из дома, он отправился в супермаркет, который находился по дороге, и накупил себе много закусок и продуктов, после чего принес все домой.

Он приготовил себе еду, основываясь на некоторых смутных воспоминаниях, которые у него были. Сюэ Лин не хотел придираться к себе по поводу того, умел ли он готовить раньше, и было ли у него то же самое на вкус. Поскольку произошло уже так много изменений, некоторые из этих вещей уже не имели значения.

После обеда Сюэ Лин открыл вчерашний сценарий, вошел в студию звукозаписи в виртуальной сети и приготовился начать записывать эмоциональный сценарий, который ему дали. После вчерашнего он в общих чертах понял суть сюжета и немного послушал роман, так что в общих чертах мог уловить некоторые эмоции. Он открыл сценарий и приготовился попробовать.

К счастью, его вчерашнее чувство драмы все еще сохранялось, когда он делал запись. Сюэ Лин просмотрел все один раз, а затем начал правильно записывать. Поскольку у него были только описания из текста и не было никаких изображений или визуальных средств, на которые можно было бы положиться, все в записи зависело от собственного воображения Сюэ Лина.

Раньше Сюэ Лину требовалось много попыток, чтобы хоть как-то представить себе мир в своем воображении, но теперь он, казалось, без труда вживался в образ. С первой попытки у него получалось все идеально, его тон идеально подходил к каждой реплике, ему даже удалось воссоздать в своем воображении действия главного героя.

Поскольку все шло так гладко, он не стал останавливаться на записи. Сюэ Лин сохранял чувство драматизма на протяжении всего пути и закончил запись всех своих реплик по сценарию до полудня. Он чувствовал, что это было действительно неожиданно, но к тому времени, когда он восстановил свое самообладание, он уже несколько раз просмотрел запись и исправил некоторые слегка проблемные места.

Это было неловко. В конце концов, они не подтвердили, что он им нужен...

Сюэ Лин на мгновение задумался, а затем вырезал часть записи, чтобы отправить менеджеру.

Весенний Спринт всегда была онлайн. Она послал Сюэ Лину большой виртуальный поцелуй, как только получила запись, а затем ушла слушать фрагмент.

В ожидании Сюэ Лин сходил за стаканом воды и вернулся к потоку сообщений от Весенний Спринт.

[ Весенний Спринт: !!!! Снежный Лис!!! Ты изменился!!!]

[ Весенний Спринт: Теперь ты старый лис!!! Демон-лис!!! Лисичка-соблазнительница!!! ]

[ Весенний Спринт: Ты больше не та Маленькая Лиса, которую я знаю!!!]

[ Весенний Спринт: Но я так счастлива! Малыш Лис, ты самый лучший!!! Я введу тебя в группу!!! Директор и все остальные в команде хотят устроить тебе теплую церемонию приветствия!!!! ]

[ Весенний Спринт: Оооооооооооо, я должна скачать один из твоих плакатов и облизать его!!! ]

[ Снежный Лис: ...].

Ну, казалось, что проблем не было. Он не зря записал все это. Судя по тому, что он чувствовал сегодня во время записи, возможно, его чувство драмы также улучшилось вместе с его навыками аудиозаписи?

Возможно, все действительно было так, как говорила система, и у него теперь достаточно сил, чтобы перевернуть мир развлечений, стать императором кино, а затем стать партнером с кем-то высоким, богатым и красивым?

Минуточку... Почему почему это он вообще так спокойно мечтает стать парой кого-то высокого, богатого и красивого? Разве это то, что он должен был сделать? Почему он всегда чувствовал, что в этой картине что-то не так?

Сюэ Лин, который стал уверенным в себе из-за некоторых странных изменений в своей жизни, наконец-то получил уведомление от Тяньсюань. Он думал, что Тяньсюань отсеет его из-за его предыдущих дрянных работ, но позже оказалось, что любой, кто отправит свое резюме, получит ответ, поэтому он почувствовал некоторое облегчение.

Но это было, по сути, бесполезно. Тяньсюань подписывала новых людей раз в квартал, но их квота актеров никогда не заполнялась. Они не собирались выращивать второго Су Люняня и искали что-то другое. Но люди уровня киноимператора, как правило, имели свои собственные студии, и переход к ним был крайне маловероятен. Новички не обладали актерскими навыками уровня Су Люняня, поэтому, хотя Тяньсюань каждый год подписывала разных людей, ведущая актерская позиция всегда оставалась пустой.

В этом году правила привлечения новичков в Тяньсюань были такими же. Они изнутри предоставляли ресурсы и инвестиции для съемок и отправляли сценарии каждому, кто присылал резюме. Те, кто хотел присоединиться к Тяньсюань, приходили на прослушивание, и если они проходили и получали роль, это означало, что они прошли во второй тур проб. Если они не проходили, их отсеивали.

Было всего несколько ролей, которые можно было сыграть по сценарию, и было всего несколько мест для прослушивания. Это ничем не отличалось от того, как если бы тысячи лошадей пересекали деревянный мост; это была бы кровавая битва с множеством «погибших».

Но другого выхода не было: если сценарий был предоставлен Тяньсюань, то это гарантированно был хорошо созданный сюжет, а при таком уровне сюжета, как правило, режиссеры и продюсеры были очень требовательны к актерскому мастерству актеров. По сути, не было вообще никакого способа войти в состав актеров по блату.

Вдобавок ко всему, вступление в команду не обязательно означало попадание в Тяньсюань. Большинство людей все равно отсеивались после того, как сценарий был произведен, но сыгранные роли были средними. В конце концов, против семьи Су было нелегко выступить, и любой, кто вращался в этих кругах, знал, что за люди стоят за двумя киноимператорами семьи Су.

Сюэ Лин открыл сценарий. В этом году сюжет, в который инвестировала Тяньсюань, был современной криминальной детективной драмой. Это была адаптация известного лицензионного произведения, и делалась она в сотрудничестве с Всемирной литературной сетью. Автором произведения был известный писатель-саспенсер из этой сети. Сюэ Лин получил только часть сценария, поэтому он отправился в интернет искать книгу и приготовился исследовать, какую роль выбрать.

Главным героем истории был судебный врач. История начиналась в полицейском участке и городе, в котором он жил, и была сосредоточена вокруг дела о серийном убийстве. Подозреваемых было несколько, и хотя общее ощущение от всего сюжета было расслабленным и непринужденным, под этим светлым тоном скрывались подводные течения депрессии и напряжения. Каждый случай бил по голове читателя, но впоследствие сюжет все равно кренился в ироничную сторону, заставляя смеяться.

Частота убийств все более нарастала, но разгадки становились все более сложными. Убийца словно прятался в тумане, и тень его фигуры была очень размытой. Казалось, он непринужденно подшучивал над главным героем и наслаждался тем, что заставлял тревожиться читателей романа.

Этот метод адаптации романа в фильм или телевизионную драму был очень интересным. Авторский почерк был изощренным, и каждый намек на предвестие был хорошо спрятан; после того как читатель дойдет до финала и оглянется назад, он поймет, что автор уже рассказывал ему о том, что убийца сделал ранее, но в то время то, что понял читатель, и то, что в конечном итоге хотел передать автор, были совершенно разными.

Сюэ Лин провел два дня, тщательно проходя весь роман и сценарий снова и снова, многократно практикуясь перед зеркалом, прежде чем, наконец, поверил, что его актерские навыки резко улучшились, так же как если бы он каким-то образом внезапно выпил эликсир исключительной талантливости.

Он спросил систему, не является ли это преимуществом следствием того, что система находится рядом, но система настаивала на том, что это его собственный талант, и что он никак не связан с системой.

Сюэ Лин на мгновение поверил ее словам, затем повернулся, чтобы продолжить изучение психологии персонажей.

Глядя на всю историю, самым ярким персонажем, естественно, был главный герой. Роль протагониста была очень сложной, потому что он выступал одновременно в роли главного героя и злодея.

Серийные убийства в этой истории на самом деле были совершены руками главного героя, но он всегда был способен создать алиби и предоставить доказательства. Даже в конце истории он все еще был главным следователем по делу, и ему удавалось успешно уклоняться от всех обвинений и не давать подозрениям сесть на его тело.

У главного героя было две личности, одна - личность следователя, а другая - личность убийцы. Обе личности знали о существовании друг друга, и вся эта история была создана для того, чтобы продемонстрировать их различие. Все вокруг главного героя, те, кто считал себя его друзьями, его учителя и даже его партнёры по работе, - все они жонглировали и манипулировали этими двумя личностями.

В конце истории даже выяснилось, что в теле на самом деле была подавленная третья личность, но в итоге никто не знал, была ли эта третья личность изначальной, "настоящим" главным героем.

Когда книга была сериализована во Всемирной литературной сети, она вызвала огромную бурю. Каждый день люди писали тысячи слов, чтобы проанализировать и угадать, кто был убийцей, но в итоге все получили пощечину от правды.

Это была очень хорошая история - если не дочитать до конца, то не было абсолютно никакого способа узнать настоящую правду. Для Тяньсюаня было очень дорого получить лицензию на эту книгу, и это тоже было связано с Всемирной литературной сетью.

В конце концов, все знали, что Всемирная литературная сеть и «Хуася» находятся в одной группе. По сути, «Хуася» имела приоритет над всеми хорошими историями, и то, что Тяньсюань выиграла в тендере против «Хуася», означало, что в этом участвовали не только два киноимператора семьи Су.

Сюэ Лин не беспокоился о сделке, которую заключили Всемирная литературная сеть и Тяньсюань. Он просто посвятил себя исполнению главной роли этого разочарованного безумца с раздвоением личности. После того как раздвоение личности главного героя было разоблачено, число его поклонников неожиданно сильно возросло.

Многие выразили удивление таким поворотом; разве не говорилось, что он будет хорошим, простым, воздержанным главным героем?! Как он мог делить тело с этим психопатичным боссом-монстром! Ах, им действительно нравились такие вещи!

За этим романом последовала целая волна подобных произведений, но все они были не в состоянии сравниться, не говоря уже о том, чтобы сокрушить, всепоглощающе идеального главного героя оригинала. Независимо от того, как они были написаны, они все равно считались плохими подражаниями.

Взять на себя эту роль и сыграть ее было бы то же самое. Если бы он не смог изобразить основную суть роли, это определенно вызвало бы отвращение аудитории, и, вероятно, в конечном итоге его очернили бы как худшего из всех отбросов. В этом случае он не стал бы пытаться далее покорять индустрию развлечений; его бы выгнали за пределы круга.

Через неделю после получения даты прослушивания Сюэ Лин уже более десятка раз просмотрел весь сценарий, прежде чем окончательно решил, что у него все под контролем. Он нашел немного времени, чтобы зайти на свой Weibo и сообщить поклонникам, что официально расторг контракт со своим предыдущим агентством.

Поклонники также подумали, что он прекратит выступать, и подняли шум. Сюэ Лин объяснил, что он просто ищет другое агентство и не собирается бросать актерскую карьеру, а затем записал видео, где он поет, чтобы успокоить их, после чего окончательно превратил своих поклонников обратно в маленьких милых поклонников его обаяния.

Из-за этого видео с его пением Сюэ Лин необъяснимым образом снова стал популярным. Он записал его дома, и, поскольку это было сделано для того, чтобы успокоить своих поклонников, он спел песню о любви. Сам он не чувствовал, что достиг какого-то прогресса в пении, но все хвалили его за то, что он очень хорошо пел, и это вызвало у группы слушателей внезапное желание пойти и влюбиться.

Сюэ Лин заявил, что он невиновен, и отбросил этот вопрос на задворки. Естественно, он не понимал, что видео привлекло внимание определенных людей.

[Утренняя Заря: Люнянь, я нашёл человека, который может спеть для тебя, как ты и просил ранее~]

[Неблагоприятный год: ??? Ранее? Это для песни в конце драмы? ]

[Утренняя Заря: Ну, разве ты не сказал, что твой второй брат спел её отлично, но это было не совсем правильно, и ты хочешь, чтобы я присмотрел для тебя голос, в который хочется влюбиться, когда его слышишь? Я перешлю тебе видео, чтобы ты мог его послушать~ ]

[Неблагоприятный год: Хорошо. Присылай.]

[Утренняя Заря: Не знаю, иллюзия ли это, но мне все время кажется, что этот человек выглядит знакомым. ]

[Неблагоприятный год: Ты полноценно работаешь только полгода. Как может быть так много знакомых людей? Возможно, он уже снимался раньше, и ты его мельком увидел. ]

[Утренняя Заря: Я сейчас занят новым проектом. «Вознесение» начинает пробы на фильм, но у него не хватает помощников и он попросил прийти, чтобы поддержать его. ]

[ Неблагоприятный год: Окей.]

Су Люнян тоже был автором, который принадлежал к Всемирной литературной сети. У него был тот же редактор, что и у "Вознесения", а "Утренняя Заря" теперь был помощником редактора, отвечающим за их дела. Ему нужно было управлять множеством дел, и все они были сложными. Ему было тяжело, и он был занят до такой степени, что ходил кругами, но ему все же удалось уделить внимание голосу, который был нужен для окончания аудиодрамы.

Хотя Тяньсюань инвестировал в этот проект, и Тяньсюань отвечал за подбор актеров, прослушивание все равно проходило в здании Хуася . Казалось, что Хуася также инвестировала в этот проект, и большая часть режиссеров вышла из Хуася.

Сюэ Лин формально попрощался со своим бывшим помощником в связи с расторжением контракта. У него не было нереализованных проектов, и ему пока не требовался помощник, поэтому он взял с собой в здание Хуася только систему. После того как на ресепшене подтвердили письмо на его нанокомпьютере, его пригласили на седьмой этаж.

Хуася была компанией, которая принадлежала Юань-групп. Они в основном фокусировались на индустрии кино и телевидения. Кроме Хуася, у Юань-групп было еще несколько краеугольных предприятий в индустрии культуры и развлечений, включая Всемирную литературную сеть.

Именно поэтому, когда Сюэ Лин рассматривал возможность смены агентства, его первым выбором была Хуася. Независимо от того, где находилась группа "Юань" - дома или за границей, она была небосводом для индустрии развлечений.

Они контролировали более половины жизненных линий индустрии развлечений в мире. Независимо от того, была ли это художественная литература, кино, телевидение, или игры, музыка, до тех пор, пока это было хоть как-то связано с развлечением людей, Юань-групп так или иначе участвовала в этом. Они были очень достойны своего звания "номер один" в индустрии развлечений.

Но система, в конечном счете, не чувствовала, что для него будет хорошо присоединиться к группе Юань, и вместо этого пошла с Тяньсюань. По сравнению с Хуася, тень семи великих семей можно было увидеть и в Тяньсюань. Хотя по всем параметрам она казалась хуже Хуася, постановки их компании всегда отличались гарантированным качеством.

Многие люди пришли, чтобы принять участие в прослушивании. К счастью, Сюэ Лин пришел раньше, потому что иначе ему, возможно, пришлось бы стоять в очереди до следующего года. Некоторые люди, пришедшие позже, по сути, отказались от этой возможности в этот раз, потому что они не смогли бы присоединиться к нынешней команде.

Время режиссера было ограничено, а в круге актеров недостатка не было. Даже если в итоге они не смогут найти подходящих актеров среди такого количества людей, все равно вполне возможно, что они выберут людей, которые не принадлежат Тяньсюань. Что касается этого момента, Тяньсюань никогда ни на чем не настаивал. Они предоставили возможность, а смогут ли актеры воспользоваться ею, зависело только от них.

Место Сюэ Лина было в самом начале очереди. Он надел наушники и снова просмотрел сценарий, вместо того чтобы поприветствовать окружающих. Только когда нано-компьютер подсказал ему, он встал, привел в порядок одежду и спокойно шагнул в зал для прослушивания.

Поскольку это была современная драма, прослушивание не предусматривало никакого выбора одежды. Поэтому Сюэ Лин приложил немного дополнительных усилий при выборе одежды сегодня.

Он выбрал длинное белое пальто и немного принарядился в соответствии с наиболее распространенным описанием того, как одевались главный герой и его противник. Они любили носить всевозможные плащи и пальто, и когда они были надеты поверх костюма, это создавало ощущение аскетизма, серьезности, холода и отстраненности.

Комиссия сидела в линию внутри зала для прослушивания. Взгляд Сюэ Лина прошелся по ним, остановился на симпатичном юноше, а затем пронесся дальше, как будто ничего не заметил. Он поклонился и поприветствовал:

"Здравствуйте режиссер, и все присутствующие. Я - Сюэ Лин. Я прохожу прослушивание на роль Юй Чису".

Режиссер кивнул, посмотрел на Сюэ Лина и сказал: "Ты раньше был актером, и я немного слышал о ролях, которые ты играл. С твоими актерскими навыками ты не сможешь передать суть такого персонажа, как Юй Чису".

Он говорил очень прямо, и его слова в основном выражали одно - ты не сможешь этого сделать.

Сюэ Лин изогнул губы: "Если можно полностью определить, подходит ли роль, основываясь на предыдущих работах, тогда не было бы необходимости в прослушиваниях."

Директор не стал отклонять его ответ. Он просто поднял руку и сказал: "Тогда попробуй. Какая сцена?"

"Сцену 10".

Сценарий не был полностью завершен, и большинство сценариев, которые сейчас можно было пустить в производство, все были на ранних стадиях развития сюжета. Среди имеющихся сцен наиболее подходящей для демонстрации главного героя была сцена 10, которая выражала противоречия внутри этого персонажа.

Это был первый раз, когда появился кто-то из-за кулис, а также первый раз, когда он столкнулся с протагонистом и его партией.

Настоящий убийца явно стоял прямо рядом с ним, но Юй Чису все еще обладал способностью контролировать все вокруг и делать так, что его партнеры полностью исключили его из списка подозреваемых. Многие его ходы даже были сделаны прямо на глазах у всех, но никто не заподозрил его.

Зал для прослушивания был очень пуст. В углу стоял некоторый реквизит, из которого люди, приходящие на прослушивание, могли выбрать то, что поможет им в выступлении. Сюэ Лин просмотрел реквизит и, наконец, выбрал зажигалку, которую затем взял в руку.

Повернувшись и вернувшись в центр зала, он снова поклонился. Когда он снова поднял голову, на глазах у всех он уже напоминал Юй Чису.

Независимо от того, была ли это одежда на его теле или его пара прекрасных лисьих глаз, к тому моменту, когда он поднял взгляд, все стало другим.

Справедливая и сильная рука медленно перевернула зажигалку в его руке. Он стоял там, и явно был только один человек, но всем казалось, что они видят еще несколько персонажей, следующих сзади. Это было потому, что все движения Сюэ Лина указывали на то, что рядом с ним находятся его спутники.

Его тело слегка поворачивалось в сторону, а в его взгляде время от времени мелькало веселье, когда они касались различных мест. Его мрачный, но невероятно приятный голос зазвенел, когда он медленно, неторопливо открыл рот, чтобы заговорить, декламируя несколько строк, принадлежавших Юй Чису.

Стоя там, он явно демонстрировал черты характера двух разных людей. Его движения и внешний вид выглядели серьезно, но стоило взглянуть на ту пару рук, которые крутили зажигалку, как становилась очевидной необузданная сторона его личности. Выражение его лица было торжественным и даже несло на себе отпечаток глубокого страха, как будто он чувствовал, что противник, с которым они столкнулись, был очень сильным.

Но на самом деле человек, с которым он имел дело, был всего лишь маленьким лакеем, которому он заплатил. Все инструкции лакея исходили от него, и он был единственным человеком в этой игре, который все знал и все контролировал.

______________________________

Примечание по содержанию:

Состав персонажей для этой финальной арки на самом деле основан на трех других романах, написанных тем же автором.

Автор написала набор из четырех книг, где сюжет происходит в одной и той же "вселенной", из которых «Кто коснулся моего хвоста» является четвертой (и последней) книгой.

Это также является причиной того, что некоторые персонажи, кажется, имеют более глубокую предысторию, чем то, что на самом деле написано в арке; предполагается, что вы должны знать некоторые факты о них.

Пары для предыдущих книг следующие:

1 - Су Люнянь х Су Сюаньцин.

Су Люнянь возродился, эти двое технически являются братьями, но не кровными родственниками~ Су Сюаньянь - их старший брат.

2 - Юань Чуаньбай х Бfйли Шаоцзюэ

Юань Чуаньбай - настоящий предсказатель, семья Юань - та самая, которая владеет Всемирной литературной сетью.

3 - Цзи Цзычэнь х Шэнь Чунвэнь

Цзи Цзычэнь - это трансмигрирующий ребенок, к которому изначально была привязана душа Сюэ Лина~.

____________

Примечание переводчика на русский:

Комментарий выше сделан английским переводчиком и я не гарантирую что имена в парах 2 и 3 именно так и звучат.

Сюэ Лин ушел, как только закончилось прослушивание. Команда сообщит ему, если появятся какие-либо новости, поэтому он был очень расслаблен, когда уходил, но его глаза задержались на ряде людей, сидящих за столом. Он скользнул взглядом по одному имени, затем задумчиво направился к выходу.

Там сидели не только директора, там также присутствовали продюсеры и инвесторы. А на том месте, где сидел тот молодой человек, на бейджике было написано, что он из Всемирной литературной сети... Сюэ Лину всегда казалось, что этот человек выглядит очень знакомым, но сейчас он не мог вспомнить, кто он, и мог только ждать, пока они вернутся, чтобы попросить систему проверить это.

У этого человека было детское лицо, и когда он не улыбался, на его лице оставались крошечные ямочки. Он выглядел очень маленьким, и если бы он не сидел здесь как часть команды, Сюэ Лин, скорее всего, заподозрил бы, что он несовершеннолетний.

Сюэ Лин отошел, но команда режиссера не планировала вызывать следующего человека на прослушивание прямо сейчас.

Сценарист постучал пальцем по столу и сказал: "Это он. У меня не было вдохновения продолжать редактировать сценарий, но теперь нет проблем! Я уверен, что теперь смогу подогнать сценарий под нужный нам стиль! Но предпосылка такова, что он должен быть Юй Чису!"

Режиссер промолчал, а помощник режиссера задумался на некоторое время, затем сказал: "Я не ожидал, что он добьется такого значительного прогресса. Или он мог раньше скрывать свой талант?"

"Независимо от того, добился ли он значительного прогресса или скрывал свои способности, пока его актерская игра хороша, он может присоединиться. Тяньсюань уже дала нам добро. Если у автора нет возражений, то роль главного героя - его".

При этих словах все члены жюри перевели взгляд на редактора, который пришел от имени автора.

Если бы они не общались до этого, возможно, все подумали бы, что Всемирная литературная сеть прислала этого несовершеннолетнего в качестве шутки, но на самом деле эффективность работы этого человека с детским лицом была чрезвычайно высока.

Цзи Цзычэнь привел в порядок формы в своих руках и сказал:

"Согласно моему пониманию истории и тому чувству, которое «Вознесение» передал мне, когда мы ранее обсуждали эту тему, нет никаких проблем с выбором этого человека. Поскольку команда директоров также согласна, то будем ждать финального продукта. Сначала я заберу материалы. Если возможно, мы также хотели бы получить копию видео с прослушивания, которое было только что".

"Нет проблем. Но сначала нам нужно, чтобы ты подписал соглашение, гарантирующее, что съемочная группа не будет сливать никакой информации."

"Ну, это только для «Вознесения», чтобы он увидел". Цзи Цзычень встал и продолжил: "С главным актером определились, и я также теперь понимаю ваши требования и стиль; на сегодня с моей стороны достаточно. Я, вероятно, буду следить за всем снова, когда начнутся съемки. Спасибо всем за усердную работу".

"Ассистент Цзи уже уходит?"

"Да. Есть кое-что, что я хочу подтвердить, и есть другие вещи, с которыми мне нужно разобраться. От имени Всемирной литературной сеть я здесь, чтобы поблагодарить всех. Надеюсь, что съёмки для этого проекта пройдут гладко".

"Мы с радостью принимаем благоприятные слова помощника Цзи".

Сюэ Лин покинул двери Хуася и сел в машину, когда получил известие от съемочной группы о том, что он получил роль главного героя Юй Чису. Очень скоро после этого люди Тяньсюань связались с ним напрямую по телефону.

Сюэ Лин посмотрел на человека, который был очень серьезно одет в формальный костюм, но общий эффект которого портило его детское лицо, моргнул, а затем спросил:

"Вы хотите подписать со мной контракт? Зачем?"

Человек с детским лицом перед ним несколько отличался от предыдущего; тот вызывал у Сюэ Лина ощущение, что он очень хорошо знаком, и необъяснимое чувство, что он был маленьким ребенком, но у человека перед ним сейчас было относительно круглое лицо, но он не казался маленьким и необъяснимо нес в себе женский темперамент. К счастью, костюм немного компенсировал этот аспект его темперамента и заставил его казаться немного более властным.

"Только что мы получили новости от команды прослушивания. Я также видел запись ваших проб. Я очень высоко ценю ваши способности, и Люнянь тоже высокого мнения о вас. Мы, естественно, хотим, чтобы вас подписали в нашу компанию, потому что вы достаточно хороши".

"Су Люнянь?"

Сюэ Лин был весьма удивлен, наклонив голову.

"Если речь идет об официальном контракте, то я могу отправиться прямо в Тяньсюань. Я только что вышел из здания Хуася".

Все шло как-то слишком гладко; он не мог не находить это странным.

"Тогда приезжайте. Я сообщу на ресепшн, чтобы вам нужно было назвать только свое имя, чтобы войти. Мы сможем как следует обсудить контракт".

Человек, который связался с Сюэ Лином, был агентом Су Люняня, Шэнь Юэ. Он должен был быть довольно известным агентом в Тяньсюань, и говорили, что именно он ответственен за то, что Су Люнянь оказался в центре внимания.

Позже Тяньсюань, казалось, прошла через внутреннюю реструктуризацию, и он стал одним из главных лидеров Тяньсюань, а также одним из акционеров. Ранее он отвечал только за Су Люняня, и было непонятно, почему он так быстро связался с ним в этот раз. Хотя он не совсем понимал, Сюэ Лин все равно поехал в Тяньсюань.

Он не знал, что Цзи Цзычэнь бросился за ним вслед, но смог лишь наблюдать за его отъездом со спины. Он стоял там на парковке, подавленный и раздраженный, и топал ногами, прежде чем открыть свой нанокомпьютер, чтобы связаться с другим человеком.

"Сюэ Лин?"

Су Люнянь спросил довольно удивленно:

"Если ты говоришь о человеке из песни, которую ты прислал мне сегодня утром, то я только что видел его кинопробы, и скоро должен увидеться с ним лично".

"В таком случае, помоги мне прощупать его и посмотреть, узнает ли он меня".

Цзи Цзычэнь был немного подавлен. Если он правильно прочитал, Сюэ Лин должен иметь какое-то отношение к тому человеку, который исчез почти на год после того, как сказал, что ему нужно пойти в Семью Су, чтобы поискать кого-то.

"Узнает тебя?"

Су Люнянь издал многозначительный звук "ох", затем продолжил: "Ты сказал, что сегодня утром он выглядел знакомым, а теперь ты хочешь спросить его, узнает ли он тебя? Что ты пытаешься сделать за спиной своего Шэнь Чунвэня?"

Цзи Цзычэнь на некоторое время потерял дар речи: "Что ты имеешь в виду, говоря, что я делаю что-то за его спиной? Просто он особенно похож на друга, которого я давно не видел. Я просто хочу подтвердить, он это или нет".

"Хорошо." Су Люнянь сказал: "Он размахивал перед тобой руками и не поприветствовал тебя. Возможно, он не узнал тебя, забыл о тебе, или есть что-то, о чем он не может с тобой поговорить. Я могу помочь тебе проверить его, но если я ничего не найду, тогда я больше ничего не смогу сделать".

"Да. Я просто вернусь и поищу его информацию".

Су Люнянь согласился и повесил трубку, прежде чем повернуться и посмотреть на своего старшего брата.

"Это редкость, когда человек привлекает мое внимание, но сейчас кажется, что ситуация довольно интересная".

Су Сюаньцин сегодня пришел на работу вместе с младшим братом. Он не часто приезжал в Тяньсюань, чтобы разобраться с делами; сегодня Су Люняню нужно было помочь Шэнь Юэ отобрать людей, поэтому он приехал вместе с ним. Услышав слова Су Люняня, он поднял голову и спросил:

"Если сомневаешься, просто проведи частное расследование, что сложного?"

Су Люнянь пожаловался на дурную привычку своего брата расследовать всю чужую подноготную, проводя собственное расследование. Су Сюаньцин довольно беспомощно потрепал его по голове, после чего позволил ему исследовать этого человека по имени Сюэ Лин так, как ему нравится.

Судя по всему, этот человек не обладал его обаянием, и также не похоже, что он был способен на многое, поэтому он успокоился, вернувшись к просмотру своих рабочих документов.

Шэнь Юэ странно проговорил: "Раньше у него были плохие актерские способности... Но в этот раз у него такой внезапный прорыв...".

Су Люнянь поднял брови. Он тоже чувствовал, что в этом человеке есть что-то подозрительное, но он не мог ничего сказать, пока не встретится с ним лично. Он мог только сказать:

"Юэ-Юэ, твои мечты стать хорошим агентом, вероятно, только что были разбиты вдребезги~".

Шэнь Юэ потерял дар речи: "Что ты имеешь в виду? Разве я недостаточно квалифицирован, чтобы стать твоим агентом?"

Су Люнянь быстро утешил его: "Вовсе нет, Юэ-Юэ - хороший агент".

Как может кто-то, кого он сам обучал, не быть отличным? Но судя по тому, что этот человек по имени Сюэ Лин сделал в последнее время, он казался действительно независимым. Шэнь Юэ, вероятно, не смог бы оказать большого влияния, и, самое большее, он действовал бы как проводник. Было очень маловероятно, что ему придется воспитывать новичка и вести его за собой шаг за шагом.

Пока Су Люнянь говорил, его нано-компьютер снова вспыхнул новостями. Он опустил голову, чтобы взглянуть, и его глаза засияли, когда он удивленно сказал:

"Старший брат, старший брат пишет, что он возвращается".

Рука Су Сюаньцина сделала паузу: "От него были новости?".

Прошел почти год с тех пор, как они в последний раз слышали о Су Сюаньяне и узнали, что он собирается взять отпуск. С тех пор они не получали вообще никаких новостей, и если бы не то, что они были очень спокойны за методы своего старшего брата, Су Сюаньцин задумался бы, не похитили ли его инопланетяне.

"Он сказал, что его отпуск закончился, и он, вероятно, вернется к вечеру~".

Су Люнянь встал и взволнованно сделал круг по комнате, прежде чем радостно сказать: "Это хорошая возможность. Не буду терять время и распоряжусь, чтобы на вечер был готов самый лучший ужин. Нам нужно поговорить о стольких вещах".

Су Сюаньцин: "..."

Изначально он был недоволен тем, что возвращение старшего брата означает, что ему придется соперничать с ним за внимание младшего брата, но теперь он обнаружил, что его младший брат сосредоточен не совсем правильно.

Су Сюаньцин решил поставить опрокинутую банку с уксусом на место.

"Нет причин для твоего старшего брата возвращаться и беспокоить кого-то другого, чтобы он готовил для него, и тебе не стоит так заботиться о нем, когда ты сам занят в эти дни".

"О, я бы забыл, если бы ты не упомянул об этом. Бай-Бай выбросил приличное количество драм ради этого проекта".

Су Люнянь быстро собрал свои мысли воедино. Шэнь Юэ уже получил уведомление на рецепшине, что кто-то поднимается, поэтому он поспешно привел в порядок собственную одежду и принял правильную позу, чтобы произвести хорошее впечатление на своего нового младшего.

Когда Сюэ Лин толкнул открытую дверь и вошел, он увидел, что в комнате находились три человека. Один из них был Су Сюаньцин, который склонил голову, продолжая просматривать документы, а двое других - Шэнь Юэ и Су Люнянь, которые ждали его у двери.

Сюэ Лин не ожидал, что получит такой уровень обращения. Он был удивлен, когда сказал:

"Привет всем, я Сюэ Лин".

Су Люнянь должен быть на два-три года старше Сюэ Лина, но у него был относительно молодой вид. В сочетании с его стилем одежды, независимо от того, насколько молодо он выглядел, он все еще нес в себе нежность и элегантность. Когда он улыбался, это было похоже на ощущение весеннего ветерка, дующего на лицо; это было особенно приятно.

"Здравствуй, я Су Люнянь. Если подписание контракта пройдет гладко, я стану твоим старшим братом по цеху".

Шэнь Юэ был одет в стандартный западный костюм и выглядел очень серьезно и правильно. Эти несколько лет, которые он провел с Су Люнянем, были для него своего рода тренировкой, и тот женский темперамент, который был у него раньше, сильно ослаб. Когда его выражение лица было торжественным, он также умудрялся выглядеть как успешный служащий.

"Здравствуйте, я Шэнь Юэ, тот, кто хотел подписать с вами контракт. Заходите, и мы поговорим".

Сюэ Лин кивнул. Хотя он не знал, почему эти два человека казались совсем не такими, как указывалось в информации о них, он мог догадаться, что обнародованная информация, должно быть, была написана для всеобщего обозрения. Вот только он не мог понять, почему они вели себя перед ним таким естественным образом.

"Хорошо, могу я кое-что уточнить, прежде чем мы подпишем контракт? Правила найма Тяньсюань всегда были таковы, что после прохождения кинопроб еще есть период тестирования. Я только-только прошел кинопробы, а вы уже вышли на связь. На самом деле, я чувствую себя немного неспокойно...".

"Тебе не нужно так сильно об этом беспокоиться. Мы принимаем людей, основываясь на их лице, чувстве, актерских навыках и судьбе".

Су Люнянь тут же начал говорить глупости. Причина, по которой Тяньсюань не набирал актеров в последние годы, отчасти заключалась в нем самом. В те времена он скрывал свою личность, когда входил в круг развлечений. Когда некоторые сотрудники Тяньсюань стали завидовать ему, они распространили компромат о том, что он и его второй старший брат состоят в отношениях, где он продает себя ради выгоды.

Су Сюаньцин очень разозлился, когда разобрался с этим вопросом, и сразу же уволил многих людей. После этого требования к актерам стали намного строже. Если добавить к этому тот факт, что было не так много людей, способных привлечь внимание двух киноимператоров, то ситуация стала такой, какой она была сегодня.

Если честно, то, что о них болтали, было не совсем ложью, но у них с Су Сюаньцином были настоящие отношения, а не сделка, основанная на деньгах.

Сюэ Лин сомневался в этом утверждении, но вторая сторона была младшим братом босса и младшим молодым господином семьи Су. Что бы он ни сказал, даже если это будет ложь, два его старших брата помогут ему воплотить это в жизнь. Поскольку вторая сторона была так воодушевлена, Сюэ Лин тоже поднял себе настроение, общаясь с Су Люнянем.

Пообщавшись с собеседником, Сюэ Лин обнаружил, что тот, похоже, не собирается подстраивать ему ловушки. Все темы, которые они обсуждали, были связаны с работой, и единственные личные вопросы, которые он задавал, касались вещей, которые любой артист должен рассказать своей компании. Сюэ Лин очень четко представлял себе собственное развитие и предпочел бы двигаться в направлении большого экрана. Высококачественные телесериалы тоже можно было бы рассмотреть, но ему нужно было иметь возможность выбирать.

Первым артистом, которым управлял Шэнь Юэ, был Су Люнянь. Тогда требованием Су Люняня при подписании контракта было то, что он хотел иметь полный контроль над своей работой. По сравнению с этим, Сюэ Лин передал часть власти ему, и он необъяснимо почувствовал себя немного счастливым. У него не было много возражений против просьб, которые выдвинул Сюэ Лин, но он не был уверен, как Сюэ Лин планирует продолжать то, что он делал в интернете.

"Озвучка - это мое хобби, и я начал с этого, так что я не могу просто забросить его".

Сюэ Лин чувствовал, что отступать в этом вопросе не стоит. "Но я приму во внимание свою работу и постараюсь сделать все возможное, чтобы это не повлияло на мою основную карьеру".

"Это прекрасно. Поскольку ты ясно выразил свои намерения, я не буду препятствовать тебе в этом. Только, в конце концов, ты - публичная фигура, и должен обращать внимание на сценарии, прежде чем принимать их. Я перечитал большинство твоих постов в Weibo и не увидел ничего, что переходило бы грань. Я вполне спокоен по этому пункту".

У самого Су Люняня было две работы, между которыми он переключался туда-сюда, и иногда, когда он снимал фильм, ему все равно нужно было написать несколько глав и сохранить их. Шэнь Юэ нравился такой распорядок дня, поэтому он, естественно, не высказал никакого возражения, когда Сюэ Лин упомянул, что количество времени, необходимое ему для озвучивания, будет примерно таким же, как и требования Су Люняня.

После того как контракт был в основном согласован, Сюэ Лин подписал его на месте. Шэнь Юэ изначально хотел пригласить Сюэ Лина поужинать вместе, но его прервало входящее сообщение. У Сюэ Лина больше не было причин оставаться, он попрощался с ними двумя, а также с Су Сюаньцином, который все еще занимался своими бумагами, и ушел.

Компания Тяньсюань не была большой, но офис занимал все здание, и располагался он в хорошем городском районе. Было видно, что их спонсоры, семья Су, обладают огромным состоянием.

Автоматическая дверь, ведущая наружу, открылась сразу же при приближении Сюэ Лина. Он еще не попал в зону действия датчиков, поэтому посмотрел вверх и был немного ошеломлен тем, что увидел.

За дверью стоял мужчина в солнцезащитных очках. Его брови в форме меча виднелись над очками, закрывающими половину лица. Хотя он еще не вошел в дверь, Сюэ Лин уже мог почувствовать безразличие, которое отвергало людей и отталкивало их на тысячи миль. Эти двое стояли лицом друг к другу, и он ясно ощущал холодный воздух, исходящий от этого айсберга.

Но Сюэ Лин не мог не обратить внимания на этого человека, и у него не было возможности избежать чувства неловкости, потому что длинное пальто, в которое был одет этот человек, было таким же, как у Сюэ Лина. Но если у Сюэ Лина оно было белым, то у собеседника - черным...

Ношение одинаковой одежды не было ужасным; кто выглядел некрасиво, тот и был неловким.

Сюэ Лин чувствовал себя неловко не из-за своего лица или фигуры, скорее, разница в росте делала его несчастным...

Это было то же самое пальто, но когда другой человек надевал его, оно доходило ему до колен. На нем же оно доходило до икр... Хотя они оба выглядели красивыми, он просто не мог оставить это без внимания...

Этот человек очень явно не заметил смущенного выражения лица Сюэ Лина. Он потянул свой чемодан за собой и прошмыгнул мимо Сюэ Лина, даже не удостоив его взглядом.

_____________

ААААААА, море слез… даже не удостоил взглядом.

Изначально Сюэ Лин хотел пойти в супермаркет, но после ухода из Тяньсюань он сразу отправился домой. Это было простое дело - надеть ту же одежду, что и другой человек, но он был так зол, что даже не хотел ужинать сегодня вечером.

Придя домой, он долго ворочался на кровати. Он также чувствовал, что ведет себя немного слишком взволнованно, поэтому он вытащил систему, чтобы спросить ее:

"Со мной что-то не так?"

Система в глубине души подумала, что его беспокойство связано только с тем, что какой-то человек проигнорировал его, но она не выдала ни малейшей части своих мыслей и лишь ответила:

"Нет. Возможно, это потому, что сегодня все шло так хорошо, пока в самом конце что-то не пошло не так".

Сюэ Лин хмыкнул: "Раз уж сегодня все прошло так гладко, я должен хорошо себя вознаградить. Пойдём, поужинаем!"

Сказав это, он действительно встал и приготовился снова выйти на улицу.

"Система, посмотри, какая вкусная еда есть рядом с моим домом. Не беспокойся о цене! С сегодняшнего дня этот молодой господин направился к вершине жизни. Эта небольшая сумма денег ничего не значит!"

Система: "..." Не говори так, будто приглашаешь меня на ужин. Ты четко знаешь, что я не могу ничего есть.

Увы, хозяин оставался задирой даже тогда, когда потерял память!

Это была такая милая и преданная система. К счастью, она не стремилась мстить и по-прежнему была так внимательна к своему хозяину. Что бы делал ее хозяин без нее?

Пока он думал об этом, система все еще проверяла информацию для своего хозяина, чтобы узнать, куда он может пойти, чтобы поесть вкусной еды. Как только она вошла в интернет, система обнаружила, что определенный человек, которого она ранее заблокировала и отметила, случайно оказался в ресторане.

Как хорошая система, занимающаяся восстановлением воспоминаний своего хозяина, система даже не раздумывала, прежде чем установить это место как точку назначения и послать навигационные инструкции машине Сюэ Лина.

Это место находилось недалеко от дома Сюэ Лина, поэтому он прибыл очень быстро. Система взломала систему ресторана и сняла ему отдельную комнату. Сюэ Лин оставил машину у маленького парковщика, затем надел солнцезащитные очки, направляясь к частной комнате.

Сюэ Лин сообщил номер своей брони, затем оглядел ресторан. Казалось, он был построен с расчетом на уединение: здесь не было зоны ресепшн, и все комнаты были приватными. Официанты были роботами и демонстрировали одинаковое отношение ко всем гостям, независимо от их личности. Декор был очень хорошим, и он не слышал никаких других звуков, пока шел к своей комнате, что говорило о том, что звукоизоляция и конфиденциальность также были сделаны хорошо.

Дверь в отдельную комнату открылась как раз в тот момент, когда он обдумывал эти мысли, и появилась фигура. Шаги Сюэ Лина приостановились, и его настроение мгновенно испортилось. Он хотел до смерти избить ту версию себя, которая вдруг захотела пойти поужинать!

Было уже достаточно плохо, что он решил вытащить свои кости из дома, но неужели он не мог хотя бы переодеться?! Он уже надел то же самое, что и кто-то другой днем! Почему он не мог извлечь из этого урок?! А теперь смотри! Они снова встретились! Разве может быть все еще хуже!!!

Сюэ Лин как раз собирался опустить голову и пройти прямо мимо человека, но был позван назад другим голосом, который воскликнул с довольным удивлением:

"Сяо Лин? Какое совпадение!"

Сюэ Лин мог только остановиться и поздороваться. "Какое совпадение, Люнянь".

Когда он открыл рот, чтобы произнести такое приветствие, похожий на айсберг мужчина в очках посмотрел на него, но вскоре отвел глаза в сторону. Казалось, что он просто подтверждает личность Сюэ Лина.

"Позволь мне представить тебя".

Су Люнянь взял за руку мужчину рядом с собой и, смеясь, сказал:

"Это мой старший брат, Су Сюаньянь. Он только сегодня вернулся, и мы устроили для него ужин по случаю возвращения".

Губы Сюэ Лина дернулись, когда он внутренне подумал: отлично, три брата собрались вместе. Не то чтобы он пытался получить какое-то достижение, но зачем ему было встречаться со всеми тремя?!

"Здравствуйте, президент Су. Я - последний артист Тяньсюань, в будущем буду находиться под опекой брата Шэня".

Он поприветствовал собеседника и протянул руку, но тот не собирался ее пожимать и лишь кивнул головой.

Сюэ Лин был настолько смущен, что ему хотелось прямо сейчас убежать далеко-далеко!

Су Люнянь немного неловко рассмеялся и сказал: "Мой старший брат снаружи выглядит как айсберг, но на самом деле он очень мягкий. Не позволяй ему запугивать тебя".

Сюэ Лин покачал головой и сказал: "Все в порядке. Я собираюсь поужинать, поэтому не буду задерживать вас...".

Еще до того, как он успел закончить говорить, Су Люнянь удивленно воскликнул:

"Ого, внимательно посмотрев на одежду старшего брата и Сяо Лина, я вижу, что похоже, это действительно судьба!"

Сюэ Лин: "..."

Ха-ха. Сюэ Лин очень хотел ударить кого-нибудь, но пока мог только терпеть. "Да, так, ребята, вы собирались есть, поэтому я не буду вам мешать. Я пойду вперед".

Су Люнянь кивнул и сказал: "Хорошо. Действительно, жаль. Если бы ты приехал раньше, мы могли бы поесть вместе".

Сюэ Лин махнул рукой и попрощался с Су Люнянем. Из личной комнаты все еще доносились звуки; Су Сюаньцин и Шэнь Юэ должны быть внутри. Их группа уже закончила есть и готовилась к отъезду. Сюэ Лин повернул голову назад и несколько подавленно пошел в свою личную комнату.

Он не знал, что после того, как он закрыл дверь в свою личную комнату, некий Айсберг повернул голову, чтобы посмотреть в его сторону, прежде чем быстро вернуть свой взгляд. Его взгляд стал немного мягче, когда он нежно погладил Су Люняня по голове.

"Ты поезжай с Сюаньцином. Есть кое-что, о чем я хочу поговорить с Ло Чуаньюнем".

Су Люнянь кивнул: "Старший брат, не стоит сразу же возвращаться к работе, как только ты вернулся. У тебя так много дел, которые нужно решить, что все их невозможно закончить за один день. Сначала мы поможем тебе отнести багаж~".

Наблюдая за тем, как Су Люнянь и Су Сюаньцин уходят, Ло Чуаньюнь пошутил с Шэнь Юэ и Су Сюаньянем и сказал:

"Ты уехал в отпуск на целый год, но все равно вернулся один, как сейчас. Я думал, что тебя не было так долго, потому что ты нашел любовника, который как минимум свел тебя с ума. Несмотря на то, что ты так долго бродил по свету, ты все еще холост".

"Что плохого в том, чтобы быть одиноким?»

Су Сюаньянь засунул руку в карман своего длинного пальто. Внезапно перед его глазами промелькнул образ того человека, который был одет так же, как и он, и он вспомнил, как тот пытался скрыть свое смущение. Уголок его губ слегка приподнялся, и его настроение немного улучшилось.

"Если тебе меня жалко, то перестань демонстрировать свою любовь и проявления привязанности передо мной".

Уши Шэнь Юэ тихо покраснели, и он протянул руку, чтобы оттолкнуть руку Ло Чуаньюня, которая обвилась вокруг его талии, но его сопротивление было неэффективным. Вместо этого Ло Чуаньюнь притянул его еще ближе.

"Почему я не могу похвастаться? Моя женушка такая милая, такая красивая и такая хорошая. Конечно, я хочу, чтобы весь мир узнал~".

Су Сюаньянь: "..." Они не встречались целый год, но этот человек все еще вызывал у него желание избить его.

На самом деле, было кое-что, что Су Сюаньянь должен был сделать после возвращения из отпуска.

"Хватит, прекрати дразнить меня. На этот раз я вернулся, чтобы попросить тебя помочь мне найти кое-кого".

"Найти кое-кого?"

Ло Чуаньюнь нашел это немного странным: "Разве ты не должен быть лучше в поиске кого-то, чем я? Твоя семья управляет большим бизнесом. Ты можешь использовать деньги, чтобы найти их!" Сказав это, он проявил любопытство и спросил, "Какого человека ты пытаешься найти?".

Су Сюаньянь на мгновение замолчал, затем ответил: "Я не знаю".

"А?" Теперь не только Ло Чуаньюнь, но и Шэнь Юэ, который шел рядом с ними, стало любопытно: "Что значит "не знаешь"?".

Су Сюаньянь беспомощно проговорил: "Я не знаю, кого я ищу, но моя интуиция говорит мне, что я должен кого-то искать".

То, как он говорил заговариваясь, заставило Чуаньюня и Шэнь Юэ изрядно растеряться. Они оба размышляли некоторое время, а затем Шэнь Юэ рассмеялся и спросил:

"Брат Су, как мы можем помочь тебе найти такого человека? Ты не можешь предоставить даже малейшего описания, и просто говоришь, что хочешь найти кого-то без каких-либо подробностей вообще".

Ло Чуаньюнь кивнул, выражая согласие со словами возлюбленного.

"Вот именно, ты даже не ищешь иголку в стоге сена. Мы не сможем найти для тебя этого человека, даже если раскинем широкую сеть!"

Су Сюаньянь также знал, что это невозможно. Он беспомощно признал и сказал:

"Тогда, знаешь ли ты, чем я занимался в этом году?"

Ло Чуаньюнь: "..."

Неужели у его хорошего друга сегодня была дырка в голове?

Луо Чуаньюнь нашел это забавным, сказав:

"Ты все тот же человек после возвращения на этот раз? Никто не трансмигрировал в твое тело, верно? Что за вопросы ты задаешь? Если бы я знал, чем ты занимался в этом году, я бы не смог вступить с тобой в контакт? Может быть, у тебя целый год была амнезия, и ты только сейчас вспомнил, кто ты такой?"

Су Сюаньянь покачал головой, на мгновение замешкался, а затем кивнул.

"Я действительно забыл некоторые вещи. Я вообще не могу вспомнить все четко. Моя память останавливается в первый месяц после моего ухода, а следующее четкое воспоминание у меня появилось более чем через полгода. В этот период что-то произошло. У меня есть смутное впечатление об этом, но воспоминания не четкие".

Шэнь Юэ нахмурился и сказал: "Неудивительно, что ты хотел избавиться от киноимператоров Су для этого обсуждения. Ты не хочешь волновать Люняня".

"Да". Подтвердив это, Су Сюаньянь сам не знал, почему добавил еще одно предложение: "Я не хочу, чтобы они подняли шум...".

Ло Чуаньюнь: "..."

Он хотел найти кого-то, но не хотел придавать этому большое значение. Что он хотел сделать? Действительно ли он хотел искать?

"Ты обращался к врачу по поводу своей амнезии?"

На самом деле, Су Сюаньянь кивнул и сказал: "Ходил. Вот почему я не возвращался до сегодняшнего дня. Психиатр сказал, что мои воспоминания были насильственно запечатаны, и гипноз не может их вывести наружу. Он мог только предложить мне вернуться и оставить все как есть. Возможно, здесь я смогу найти простое решение проблемы".

Шен Юэ пробормотал: "Почему это звучит как телевизионная драма...?".

Они обсуждали, выходя из ресторана; на другой стороне Сюэ Лин только что закончил делать заказ и подпер щеку рукой, сомневаясь в самом себе. "Неужели я забыл посмотреть гороскоп сегодня перед выходом?"

Система успокоила своего хозяина и сказала: "Господин должен подумать об этом под другим углом. Возможно, это и есть судьба! Встретиться дважды, будучи одетым в одну и ту же одежду. Это просто уровень судьбы, который может поколебать небеса~".

Сюэ Лин выслушал несколько излишне восторженные слова системы, затем нахмурился и сказал:

"Почему мне кажется, что ты рада, что это случилось со мной?"

"Должно быть, это иллюзия. У меня тоже сердце разрывается от радости за хозяина".

Система выглядела очень серьезной. "В целом, сегодняшний день прошел очень гладко. Если хозяин действительно недоволен, рядом есть бар. Ты можешь пойти и немного развлечься там".

"Бар?" Тон Сюэ Лина слегка повысился. "Я еще не достиг того уровня, когда все меня знают... но идти в бар?"

"Это частный клуб. Он очень высококлассный, и туда не может войти кто-то случайный, там строгий контроль. Разве хозяин не хочет просто выпить?~ Я знаю, что хозяин хочет этого".

Система посмотрела на положение «цели», которую она отметила, и начала пытаться уговорить хозяина еще немного.

"Я уже вошла в их сеть и создала карточку члена клуба для хозяина. Информация находится в нанокомпьютере хозяина, и тебе нужно просто провести по нему пальцем, чтобы подтвердить членство~".

Сюэ Лин действительно был очень недоволен, и он не знал почему. Сначала он подумал, что расстроился из-за того, что на них была одинаковая одежда, но позже почувствовал, что он не такой человек. В таком случае, почему его так сильно волновал этот вопрос...?

Он размышлял над этим некоторое время и пришел к выводу, который не желал принимать, как раз когда принесли еду. Обслуживающий робот постучал в дверь и вошел, прервав мысли Сюэ Лина. Он холодно фыркнул и тут же отверг свои домыслы. Что за шутки, он не был таким человеком. Как он мог влюбиться в кого-то с первого взгляда?

Это было слишком странно.

Еда в этом ресторане была действительно вкусной. Настроение Сюэ Лина немного улучшилось, и после того, как он закончил есть, он пошел к бару, руководствуясь инструкциями системы. Идти было недалеко, бар располагался ближе к жилому поселку, в котором жил Сюэ Лин.

В убранстве бара не было ничего вычурного или кричащего; Сюэ Лин провёл по своему нанокомпьютеру, чтобы войти, и почувствовал себя так, будто только что попал в совершенно новый мир.

Декор бара был довольно старомодным. Свет был приглушенным. В баре звучала успокаивающая музыка, и он был относительно пуст, скорее всего, потому, что вечернее оживление еще не наступило.

Сюэ Лин подошел и сел за барную стойку. Он позвонил в маленький колокольчик, и молодой бармен протянул ему список напитков.

"Здравствуйте, что бы вы хотели выпить?"

Сюэ Лин посмотрел на список и заказал коктейль, прежде чем подпереть щеку и повернуть голову, чтобы осмотреться. Небо не упало бы, если бы он не оглянулся, но как только он повернул голову, то обнаружил, что человек, сидящий рядом с ним, был кем-то, кого нельзя было считать незнакомым...

Перед мужчиной поставили коктейль. Он был цвета звездного неба и был прекрасно смешан. Это был именно тот коктейль, который только что заказал Сюэ Лин, и это был фирменный напиток бара - "Звездное полуночное небо".

Если считать этот раз, то сегодня он столкнулся с этим человеком уже три раза. Сюэ Лин больше не чувствовал себя смущенным, и теперь ему было довольно любопытно, почему такой большой айсберг, как он, пришел в бар. Пытался ли он напиться? Но он даже не притронулся к своему напитку.

Возможно, из-за того, что взгляд Сюэ Лина был слишком пристальным, мужчина повернул голову, чтобы посмотреть на него.

Мужчина больше не носил очки, и было трудно скрыть свирепость его бровей. Казалось, он был в плохом настроении, в его взгляде читался легкий холодок, но, по крайней мере, он сдерживал атмосферу айсберга, которую носил в себе, и не собирался превращать бар в ледник.

Сюэ Лин продолжал подпирать щеку рукой, разглядывая его лицо. Он не знал почему, но он не смог сдержаться от появления многозначительной улыбки на своем лице.

Во внешности этого человека было что-то общее с его собственной - когда он не носил очки, он тоже казался немного похожим на злодея. Но по сравнению с Сюэ Лином, уровень "злодея" этого человека был явно не таким высоким, как у него. Когда к этому добавлялся его гигантский темперамент айсберга и свирепость между бровями, в нем чувствовалось личное обаяние, которое было странно притягательным.

Только вот выражение его лица было настолько мрачным, что это действительно было немного как мокрое одеяло.

Сюэ Лин помахал рукой собеседнику: "Какое совпадение, президент Су. Мы действительно связаны вместе судьбой~".

Мужчина пристально посмотрел ему в глаза, и они скрестили взгляды. Мрачность на его лице немного уменьшилась, когда он услышал его слова, но ледяной холод стал сильнее.

"Может быть, ты сделал это специально?"

Сюэ Лин цокнул и пожаловался: "Президент, кем ты себя возомнил? Зачем мне специально устраивать так, чтобы мы столкнулись друг с другом? Разве ты не видишь, что я почти готов выбросить эту одежду после того, как случайно надел то же самое, что и ты? Зачем мне возвращаться и намеренно натыкаться на тебя снова и снова? Как минимум ты должен обладать неким уровнем обаяния, чтобы привлечь меня~"

Взгляд мужчины был довольно холодным, когда он снова опустился на тело Сюэ Лина. Казалось, он был удивлен тем, что нынешний самонадеянный тон Сюэ Лина полностью отличался от его прежней сдержанности.

А улыбка, которую подарил ему Сюэ Лин, была способна свести с ума любого мужчину.

Бармен принес напиток Сюэ Лину. Он размешал его, сделал глоток и сузил глаза.

"Чего это большой президент так на меня смотрит? Поскольку я уже подписал контракт с Тяньсюань, меня, по сути, можно считать сотрудником семьи Су. Но как бы ты на меня ни смотрел, я все равно не захочу следовать скрытым правилам вместе с тобой~".

Су Сюаньянь нахмурился: "Я не использую скрытые правила".

Сюэ Лин издал звук "ох" и пробормотал: "Как скучно".

Сказав это, он сделал еще один глоток своего напитка и потянулся, вертя бокал для коктейля в руке, говоря:

"У меня сегодня плохое настроение, потому что мы одеты одинаково. Есть ли у большого президента какая-нибудь компенсация или утешительный приз для меня?"

Он наполовину опирался на барную стойку в ленивой позе, его тонкие, бледные пальцы медленно обводили ободок бокала. Су Сюаньянь посмотрел на него, затем открыл рот, чтобы заказать ему дополнительный коктейль.

"Я куплю тебе выпивку, если ты хочешь компенсацию".

Сюэ Лин повернул голову, чтобы взглянуть на него, затем повернулся обратно, чтобы опрокинуть коктейль перед собой. Он поднял брови и сказал:

"Как так получилось, что это только один напиток! Как бы ты на это ни смотрел, ты должен...".

Его рука махнула по кругу, и палец указал на ряд напитков у бара: "...угощать всех здесь".

Как только он закончил говорить, он лег на барную стойку и перестал двигаться.

На лице Су Сюаньяня не было никаких изменений, когда он смотрел, как Сюэ Лин рухнул на барную стойку. Секунду назад он все еще был полон энергии, поскольку обещал всем в баре выпить, но в следующую секунду он упал и больше не разговаривал. Те, кто не понимал ситуацию, могли подумать, что он отравился и умер.

Он долго ждал, но Сюэ Лин не двигался. Су Сюаньянь протянул руку и ткнул пальцем в ту часть щеки Сюэ Лина, которая все еще была открыта, отчего собеседник повернул голову и оттолкнул руку, слегка нахмурившись, выражая явное недовольство тем, что его побеспокоили.

Су Сюаньянь: "..." Только что он был так высокомерен, когда требовал компенсации, но в следующую секунду он напился?!

По правде говоря, Су Сюаньянь чувствовал, что другая сторона занимается вымогательством. Возможно, он действительно попал в ловушку, которую подстроила ему другая сторона; его намерения не могли быть более очевидными. Су Сюаньянь уже собирался оставить его здесь и покончить с этим, поскольку это был хороший бар, и он не умрет здесь, но когда он отвернулся, в его сознании промелькнула пара прекрасных глаз.

Действия Су Сюаньяня замедлились, и он опустился обратно на свое место.

Он внимательно оглядел Сюэ Лина, подложившего руку под голову и открывшего только половину лица, и начал вспоминать, как выглядели его глаза.

Пара прекрасных лисьих глаз, их взгляд ясен, и независимо от того, был ли он наполнен смущением, хитростью, недовольством или депрессией, все это, казалось, было написано там четко. Его глаза были узкими, но не маленькими, а слегка приподнятые уголки, казалось, подчеркивали его импульс.

Ресницы, обрамлявшие его глаза, были длинными, но не завитыми. Когда его веки были опущены, каждая отдельная ресница была четко различима, а если наклониться поближе, то можно было увидеть тень от ресниц на бледной щеке.

Су Сюаньянь бессознательно подходил все ближе и ближе, но в последний момент приостановился, и слегка нежное, сентиментальное выражение на его лице исчезло, так как он вернулся к своему первоначальному состоянию айсберга. Он нахмурился, проигнорировал два коктейля на барной стойке и, рассчитавшись по счету, протянул руку, чтобы поддержать Сюэ Лина.

Несмотря ни на что, он был артистом Тяньсюань, и будет нехорошо, если он оставит его здесь одного.

На самом деле, для него было простым делом поднять Сюэ Лина. Су Сюаньяню не пришлось тратить много усилий, так как казалось, что Сюэ Лин знает, что кто-то его двигает. Он открыл глаза и посмотрел на Су Сюаньяня, а затем прислонился к нему всем телом, словно успокоившись.

Тело Су Сюаньяня напряглось. Этот человек был немного ниже его ростом, и когда он добровольно прислонился к нему, его голова оказалась на его плече, а копна волос оказалась прямо перед глазами Су Сюаньяня. Сюэ Лин прильнул к нему, его дыхание коснулось шеи Су Сюаньяня, так что тот не смел пошевелиться.

Сюэ Лин моргнул и, казалось, немного протрезвел. Он сузил глаза и некоторое время внимательно смотрел на Су Сюаньяня, после чего рассмеялся и спросил: "Мы уходим?»

Су Сюаньянь нахмурился. Кем он себя возомнил, говоря "мы" так прямолинейно?

Сюэ Лин, казалось, не был полностью в сознании, поэтому Су Сюаньянь не стал с ним спорить и просто поддерживал его плечи и держал руку вокруг него.

"Где ты живешь? Я отвезу тебя обратно".

"Я буду жить там, где живешь ты", - пробормотал Сюэ Лин. Он покачал головой, прижавшись к груди Су Сюаньяня, и даже потерся об него.

"Ты сам сказал. Мой дом там, где ты".

Су Сюаньянь сжал губы вместе, когда его взгляд потемнел.

Ничего не сказав, он вывел Сюэ Лина из бара, нащупал солнцезащитные очки, которые оставил в кармане, и надел их на нос. Его движения были довольно небрежными, из-за чего Сюэ Лин чувствовал себя неловко. Сюэ Лин поднял руку, чтобы поправить их, затем слегка привстал на цыпочки и выдохнул ему в лицо:

"Су Сюаньянь, надень их как следует! Иначе я не лягу с тобой в постель сегодня вечером!"

Его голос был немного растерянным, когда он угрожал ему, и сила, которую он демонстрировал, когда только что встал, казалось, исчезла на полпути, когда он криво упал обратно в руки Су Сюаньяня.

Су Сюаньянь был так удивлен тем, как Сюэ Лин назвал его имя, что замер и обнаружил, что солнечные очки снова оказались в его руках. Он ошарашенно опустил взгляд, чтобы посмотреть на него:

"Ты говоришь со мной?"

Сюэ Лин почувствовал, что ведет себя довольно назойливо, и пожаловался:

"Если не я с тобой разговариваю, то кто? Если ты не наденешь их должным образом, то я просто не разрешаю их тебе носить. Если кто-то сделает фото, то можешь отказаться от любой идеи залезть ко мне в постель".

Он говорил непринужденно, как будто давно знал Су Сюаньяня.

Су Сюаньянь посмотрел на него сверху вниз, чтобы убедиться, что тот не пытается его разыграть, но Сюэ Лин был пьян, его лицо было ярко-красным, глаза расфокусированы. Когда он говорил с ним, его голова крутилась то тут, то там, как будто он не мог определить, где находится Су Сюаньянь, и глядя на это, он чувствовал себя довольно беспомощным. Если это был спектакль, то ему не повезло, что он попал в такую ловушку.

Он правильно надел солнцезащитные очки на лицо Сюэ Лина и небрежно помог ему поправить беспорядочно развевающиеся на ветру волосы. Су Сюаньянь закончил свой набор действий, затем впал в оцепенение, нахмурился, глядя на свои руки и удивляясь, почему эти действия происходят так естественно...

Сюэ Лин выглядел так, словно все было нормально. Он гордо схватил Су Сюаньяня за руку, и вес всего его тела прислонился к телу Су Сюаньяня, как будто ожидая, что тот потащит его домой.

Но Су Сюаньянь не знал, где находится дом Сюэ Лина!

Он сделал два шага и снова спросил: "Где твой дом?"

Сюэ Лин нахмурился и протянул руку, чтобы ущипнуть Су Сюаньяня за лицо. Его руки были довольно холодными, его действия были непринужденными и естественными. Он не использовал много силы, но это сразу ввело Су Сюаньяня в растерянное оцепенение.

"Мы живем вместе. Я уже сказал, что где бы ты ни жил, там и я живу!"

Он звучал немного недовольно.

Су Сюаньянь колебался, но в конце концов не смог сдержаться и спросил: "Мы живем вместе?"

"Да." Сюэ Лин хмыкнул.

"А я кто?"

"Су Сюаньянь, кем еще ты можешь быть...".

"Ты знаешь меня?"

"Почему бы мне не знать...".

В этот момент Сюэ Лин, казалось, застрял. Он моргнул и долго думал об этом, но в итоге так и не смог понять, знает ли он Су Сюаньяня или нет. В любом случае, он знал, что его место там, где был Су Сюаньянь, и, несмотря ни на что, они были связаны друг с другом.

"Я должен тебя знать". Подумав об этом, он стал немного неуверенным: "Я не помню".

Су Сюаньянь надолго потерял дар речи. Должно быть, в его мозгу есть какой-то дефект, чтобы он разговаривал с пьяным человеком...

Он просто достал свой нано-компьютер и попросил Шэнь Юэ дать ему личные данные Сюэ Лина. Он посмотрел его домашний адрес и уже был готов отправить его обратно, как вдруг обнаружил, что тот живет в общине прямо через дорогу...

Неудивительно, что Сюэ Лин был здесь. Скорее всего, он не специально пришел сюда, чтобы встретиться с ним.

На самом деле, идти с Сюэ Лином было очень легко. Хотя он и опирался всем своим весом на Су Сюаньяня, он шел прямо, и быстро шагал, когда надо было. Ему удавалось идти в ногу с Су Сюаньянем без того, чтобы он что-то говорил, и их молчаливое взаимопонимание было чрезвычайно хорошим. Из-за этого Су Сюаньянь был несколько не в состоянии прийти в себя.

Очевидно, что он был совершенно незнаком с другой стороной, и до сегодняшнего дня они были совершенно чужими людьми, но пока они шли вместе в этот раз, это было особенно гармонично. Он не мог точно определить, что это было за чувство, но смутно ощущал, что человек, которого его сердце призывало найти, скорее всего, сейчас перед ним...

Как еще он мог объяснить, почему его сердце, которому было неспокойно из-за ощущения, что он что-то потерял, вдруг успокоилось? Иначе почему ослабевает тревожное давление, которое он испытывал, чтобы вернуться и искать кого-то?

Дом Сюэ Лина был довольно дорогим. Он накопил немного денег за последние два года и потратил их все на эту квартиру. Его сбережения были пусты, и это была еще одна причина, почему Сюэ Лин облегченно выдохнул, когда подписал контракт... Он еще не закончил выплачивать кредит и не мог позволить себе потерять источник дохода.

Если бы не тот факт, что он был необъяснимо полон уверенности, Сюэ Лин также не решился бы расторгнуть контракт со своей первоначальной компанией. В конце концов, хотя компания и не дала ему хороших возможностей, она дала ему все, на что он имел право, в отличие от некоторых других компаний, которые обманывали других до смерти и никогда не давали артистам возможности пожаловаться.

Это было очень хорошо замаскированное частное сообщество. Попасть внутрь без нанокомпьютера владельца дома было невозможно, и вероятность проскользнуть внутрь была не очень высока. Руководство также хорошо справлялось со своей работой, и, если не считать абсурдной цены, Сюэ Лин был очень доволен всем.

Су Сюаньянь поддержал его по направлению к двери. Хотя охранники у входа при виде их надели странные выражения, увидев, что Сюэ Лин самостоятельно открыл дверь и даже дал указания другой стороне, они равнодушно закрыли глаза и позволили человеку рядом с ним увести его. Сюэ Лин позволял собеседнику перемещать его по своему усмотрению; разница была лишь в том, что его не несли на спине.

Эти два человека должны были знать друг друга; на них была одинаковая одежда, и как бы ни смотрели охранники, создавалось впечатление, что на них одежда пары. Добавив, как тесно они прильнули друг к другу, охранники спокойно отвели взгляды в сторону.

Это было не их дело - беспокоиться о делах хозяев, и они не могли говорить об этих вещах в случайном порядке. Единственное, что они могли сделать, - это вести себя так, будто все нормально, и оставить все как есть.

Су Сюаньянь привел Сюэ Лин в здание, к которому он их направил. Сюэ Лин отказался расставаться с ним после того, как они зашли внутрь, поэтому Су Сюаньянь мог только проводить его до самой двери.

Лифты для квартир в этом районе были все общие, но лифт мог доставить их прямо в квартиру. Сюэ Лин не собирался ничего скрывать от Су Сюаньяня, он провел по своему нанокомпьютеру и ввел заданный пароль. После этого он прислонился к плечу Су Сюаньяня и стал наблюдать за тем, как лифт поднимает их наверх.

Квартира Сюэ Лина была не очень большой. В ней было две комнаты и одна гостиная. Лифт привез их в специальное лифтовое фойе, которое вело в подъезд. Су Сюаньянь положил Сюэ Лина на диван, где тот лежал совсем без сил. Су Сюаньянь увидел, что тот лежит немного ошеломленно, определил, что, вероятно, больше проблем не будет, и повернулся, чтобы уйти.

На самом деле, исходя из его характера, это уже было большим делом, что он отвел кого-то домой, поэтому Су Сюаньянь ни за что бы не захотел присматривать за Сюэ Лином сейчас.

Но даже несмотря на то, что он хотел уйти, Сюэ Лин отказался его отпускать. Сюэ Лин схватил его за талию, как только Су Сюаньянь повернулся, его голова терлась о его талию, когда он обиженно говорил:

"Голова кружится. Неудобно".

Су Сюаньянь напрягся. Он замешкался на мгновение, затем повернулся и невыразительно посмотрел на Сюэ Лина.

Сюэ Лин пнул ногой, выражая тем самым, что хочет, чтобы с него сняли обувь.

Су Сюаньянь: "..." Он совсем задрал нос? Это было слишком самонадеянно.

Хотя его сердце было полно мыслей о том, не ищет ли этот человек смерти, Су Сюаньянь вполне естественно и умело снял обувь и загнал Сюэ Лина в спальню.

Поскольку он отказался спать на диване, сон на кровати не должен быть проблемой, верно?

Но Сюэ Лин отказался спать, не переодевшись.

Су Сюаньянь задумался на мгновение, протянул руку и погладил голову другой стороны. Когда другая сторона почувствовала себя комфортно и моргнула, он рубанул по затылку Сюэ Лина.

И напрямую сбил его с ног до потери сознания.

Теперь, когда никто не прилипал к нему и не мешал ему уйти, Су Сюаньянь удовлетворенно кивнул и взглянул на украшения внутри квартиры. Из того, что он мог видеть, казалось, что там был только один комплект всего. Слова, которые этот человек говорил раньше о том, что они живут вместе, должны были быть чепухой; похоже, что здесь не жил второй человек.

Су Сюаньянь не стал задерживаться и сразу же ушел, но он незаметно записал этот адрес и приготовился как следует исследовать этого человека, когда вернется домой.

Неважно, притворялся ли он сегодня вечером, или говорил правду, или даже если эти двое знали друг друга, и это было связано с его потерянными воспоминаниями, пока он вцепился в конкретного человека, он сможет узнать о нём всё.

После того как Су Сюаньянь действительно покинул жилой комплекс, система наконец-то вышла из духовного осознания Сюэ Лина. Ранее она не осмеливалась выходить во время общения Сюэ Лина и Су Сюаньяня, потому что, если Су Сюаньянь сможет почувствовать её, он точно сможет снять печать, которую Мир Десяти Направлений наложил на его воспоминания.

Способности Су Сюаньяня были не слабее, чем у Мира Десяти Направлений. Трудно было судить, как долго продержится печать. Подобно печати, наложенной на хозяина, которая ослабевала, когда он был пьян, пока Су Сюаньянь находился рядом с Сюэ Лином, она позволяла некоторым сценам их совместного общения просачиваться сквозь нее, что позволяло ему привлекать внимание Су Сюаньяня.

До тех пор, пока он обращал на него внимание, исходя из уровня способностей этого человека, он рано или поздно смог бы восстановить свои воспоминания. Когда это произойдет, вопрос о преследовании Сюэ Лина перестанет волновать этого человека, и ему останется только помочь своему хозяину захватить индустрию развлечений и медленно снять печать с воспоминаний Сюэ Лина.

Глядя на своего хозяина, который лежал в отключке на кровати, система тихо жаловалась, что методы Су Сюаньяня слишком безжалостны...

Он действительно не испытывал никакого сострадания к слабым. Раз уж Су Сюаньянь так охотно вырубил его, то когда завтра Сюэ Лин проснется и не сможет вспомнить, что произошло, он, скорее всего, возложит всю вину на голову этого человека.

Когда Сюэ Лин проснулся на следующее утро, в его шее была тупая боль, а голова ощущала головокружение. Он встал и посидел так некоторое время, прежде чем прийти в себя, нахмурился, затем поднял руку, чтобы помассировать лоб.

"Система".

Этой ночью он спал довольно хорошо, но его голос был немного сиплым, когда он проснулся. Система дрожала от страха и почти подумала, что ее хозяин восстановил его воспоминания.

"Да?" Система ступала осторожно и отвечала просто.

Сюэ Лин потер затылок, затем покачал головой и задумчиво спросил: "Кто привез меня из бара?"

"... Ну, президент Су...".

Среди трех братьев семьи Су, Су Сюаньянь был главой семьи Су, а также главным человеком. Не было ничего плохого в том, чтобы называть его президентом.

"Он вырубил меня?"

Хотя он сформулировал это как вопрос, его тон делал это скорее утверждением. Если бы система не была абсолютно уверена, что Сюэ Лин не помнит событий прошлой ночи, она бы точно испугалась его тона до слез.

"Эм... Должно быть ему пришлось..."

Если бы он не вырубил тебя, ты бы, наверное, приставал к нему с просьбами принять ванну, сменить одежду и сделать массаж...

Поскольку система говорила, что у него не было выбора, Сюэ Лин мог предположить, что он, должно быть, сделал что-то глупое, но он совершенно не помнил, что произошло после того, как он напился. По сути, он даже не знал, когда именно напился...

"Неужели моя переносимость алкоголя... настолько низка?"

Он испытывал некоторые сомнения, пока опускал голову и погружался в размышления.

"Хм... С тебя хватило одного бокала. И это был коктейль... Твоя толерантность к алкоголю едва достигла этого уровня?"

Система пыталась смягчить правду, но правды между словами было достаточно, чтобы атаковать самооценку Сюэ Лина.

Хотя он не знал, почему у него было чувство, что он не опрокинется от тысячи рюмок, в данный момент он не мог справиться даже с одной. Горький опыт отсутствия малейшего воспоминания о произошедшем заставлял Сюэ Лина быть настороже, и, похоже, ему не стоит пить в будущем. Вчера вечером он встретил человека с ледяным лицом и потерял сознание; если бы он столкнулся с кем-то еще, то мог бы даже не знать, где он находится, когда очнется.

Ему было страшно от одной мысли об этом; Сюэ Лин пока игнорировал боль в затылке. В конце концов, Су Сюаньянь оставался его начальником, даже если их разделяло несколько компаний, и был большим боссом. В будущем все будет хорошо, пока он будет избегать его. Он начал дразнить этого человека только вчера вечером, под влиянием внезапного импульса.

Но судя по его ледяному лицу и молчаливому характеру, который не отвечал, даже если кто-то долго с ним разговаривал, Сюэ Лин был уверен, что другая сторона не захочет иметь с ним ничего общего, не говоря уже о том, чтобы предпринять какие-либо действия, чтобы отомстить ему.

В конце концов, выражение лица другой стороны было покрыто словами "я суперкрут" и с первого взгляда напоминало альпийский снежный лотос; он не стал бы беспокоиться о таком мелком актере и работнике, как он.

Сюэ Лин с радостью решил забыть о том, что произошло прошлой ночью, и вести себя так, как будто этой глупости никогда не было. Он встал и принял ванну, затем поручил роботу-домработнице постирать простыни.

Хотя на его теле не было запаха алкоголя, Сюэ Лин все равно чувствовал, что лучше вымыть все как следует.

Поставив туфли на полу в гостиной обратно на полку для обуви, Сюэ Лин отказался думать о том, кто снял их прошлой ночью. Проворочавшись полдня, он с удовольствием приготовил себе обед и наконец открыл свой нанокомпьютер.

В последнее время он не проводил много времени в Интернете, пока готовился к прослушиванию. Как только он открыл Weibo, то обнаружил, что у него появилась целая тонна новых поклонников. Сюэ Лин поднял брови и внимательно посмотрел, прежде чем понял, что Тяньсюань объявила новость о подписании их контракта. Его анкетные данные уже были вывешены на официальном сайте Тяньсюань, и Су Люнянь также переслал их.

Еще одна вещь, которая внезапно сделала его популярным, - это список актеров, который разместила съемочная группа.

После вчерашнего прослушивания съемочная группа успешно подписала контракт со всеми актерами. Как телевизионная драма, адаптированная из интернет-романа, организаторы постоянно помогали с маркетингом, и среди адаптаций драма «Потерянный след» всегда была чрезвычайно популярна.

В конце концов, «Вознесение» был богом во Всемирной литературной сети и считался очень хорошим писателем даже в мировом масштабе. Это была не первая экранизация его произведений, и некоторые из его предыдущих работ оставили свои имена в истории кино и телевидения. Можно сказать, что читатели очень верили, что эта адаптация драмы будет успешной.

Но это доверие пошатнулось, когда в графе главных героев появилось имя Сюэ Лина.

Сначала многие люди понятия не имели, кто эта маленькая, едва известная звезда. Позже они поискали его и обнаружили, что Сюэ Лин - не более чем новичок. Даже если это было основано только на внешности, как они могли поверить, что он подходит на эту роль? Неужели у съемочной группы и режиссера были съедены мозги? Если такой человек был выбран на роль основного персонажа в драме, разве это не разрушало адаптацию?

Все актёры второго плана были людьми с силой, опытом и предыдущими работами; не похоже, что у съёмочной группы и режиссёров были проблемы с выбором людей на эти роли, так почему же только кастинг на роль главного героя показался неправильным?

Итак, целая толпа людей начала с энтузиазмом обсуждать эту тему. Поднимались вопросы о прошлой работе Сюэ Лина, о том, как он вошел в круг развлечений, и даже озвучивание, которое он делал раньше, тоже было поднято на поверхность. Довольно много людей насмехались над ним за то, что он ничего не смог добиться. Он был в круге уже десять лет, но у него не было никаких работ, которые могли бы принести ему титул "бога". Разве после всех этих лет он не полагался на свое красивое лицо, чтобы стать популярным?

Конечно, если были те, кто насмехался над ним, то, естественно, были и сторонники. Многие люди указывали на сообщения, которые рассылали Тяньсюань и Су Люнянь, и организованно и разумно анализировали этот вопрос. Они показали, что Тяньсюань недавно подписывала новых артистов, и если бы все захотели разобраться в этом, то обнаружили бы, что их требования к кандидатам были очень высокими. Если Сюэ Лину удалось подписать контракт, основываясь только на его лице, это означало бы, что Су Люнянь получил пощечину, так как это также повлияло бы на его собственный бренд и репутацию. Только дураки были бы готовы сделать такое.

Су Люнянь был в бизнесе уже столько лет, и больше всего он занимался тем, что бил по лицу других людей. Независимо от того, были ли это поклонники его семьи или другие люди, все они были чрезвычайно стабильны, когда дело касалось вещей, связанных с Су Люнянем. Все они придерживались убеждения, что у Киноимператора Су всегда были свои причины для тех вещей, которые он делал, и они провели последние два дня, готовясь наблюдать за пощёчинами. Люди, которые поддерживали Су Люняня, все были особенно оптимистичны в отношении Сюэ Лина.

Это означало, что поляризация мнений на Weibo Сюэ Лина была очень сильной. Некоторые люди ругали его, говоря, что его мусорные актерские навыки усложнят работу съемочной группы драмы, в то время как другие поддерживали его и надеялись, что он будет усердно работать. Его фанаты казались маленькими и слабыми по сравнению с этими группами людей, а те, кто был фанатами его лица или голоса, могли лишь слабо высказываться и говорить о том, как прекрасен их Снежный Лис, и какой замечательный у него голос.

Сюэ Лин потерял дар речи от этой хаотичной сцены. Он только начал думать о том, какое сообщение отправить, чтобы отвлечь тему, когда его аккаунт автоматически вошел в систему и замигал.

Сюэ Лин был совершенно уверен, что в последнее время он не принимал никаких новых заказов на озвучивание, но мигание было настолько интенсивным, что это, должно быть, один из менеджеров ищет его.

Он обнаружил, что это действительно так, когда открыл QQ. Это была Весенний Спринт, использующая свои обычные божественные средства для отправки бесконечного шквала сообщений. Он обнаружил, что все эти менеджеры особенно хорошо умели вести себя мило, и их слова всегда отправлялись короткими фразами, а вопросы, которые можно было четко выразить в двух-трех предложениях, каким-то образом растягивались на весь экран.

Весенний Спринт привычно хвалила Сюэ Лина в течение некоторого времени, прежде чем отправить целую вереницу сообщений, мило умоляющих Сюэ Лина выйти и поговорить.

Сюэ Лин уже сдал свои голосовые записи ранее, а новые сценарии еще не вышли. Зачем Весенний Спринт искала его?

[Весенний Спринт: Мой милый Снежный Лис, не мог бы ты просто взглянуть на группу? Мы вот-вот начнем вещание, но ты не сказал ни слова с тех пор, как присоединился к группе. Это потому, что тебе не нравится наш состав?! Слезки… ]

Это ее милое выражение лица заставило Сюэ Лина не знать, смеяться ему или плакать. Лично он обычно отключал уведомления во всех групповых чатах, но он был не прав, что не поприветствовал всех после вступления в группу из-за возникших вопросов.

[Снежный Лис: Я был немного занят последние два дня. Извини, что у меня не было времени поздороваться. Когда начнется игра? ]

[Весенний Спринт: Ах! Мой дорогой, ты наконец-то появился!!! Я знаю, что ты был занят~ Поздравляю с получением новой роли и подписанием контракта с новой компанией~ ]

[Снежный Лис: Спасибо.]

[ Весенний Спринт: Эй, эй (*/w＼*) Я всегда говорила, что рано или поздно ты станешь популярной~ Мы собираемся начать трансляцию сегодня вечером~ Если бы ты не появился в сети к тому времени, я была готова пойти и домогаться тебя в реальной жизни! Я уверена, что смогу найти твой адрес! ]

[Снежный Лис: Да, да, ты способна его найти. Я пойду посмотрю в групповом чате. ]

Раньше Сюэ Лин не обращал на это особого внимания, но позже он обнаружил, что аудиодрама «Битва на мечах», похоже, не была простым производством Десяточки. Как правило, актерский состав должен быть укомплектован членами сообщества, но более половины членов этого состава не носили в своих именах метку "Десяточки". Кроме менеджера и нескольких актеров озвучки, казалось, что режиссеры и сценаристы вообще не были из этой компании.

Сюэ Лин с некоторым удивлением посмотрел на имя сценариста, Сяо Вана. Если он правильно помнил... Разве Сяо Ван не был также автором этой книги? Был ли он также сценаристом?

Как бы странно это ни было, Сюэ Лин все равно всплыл в групповом чате.

[[Злодей] Снежный Лис: Всем привет. У меня не было возможности поздороваться со всеми вами. Все действительно много работали. ]

[ [Злодей]Снежный Лис: ...Это название группы... Кто его придумал? ]

[ [Менеджер] Весенний Спринт: Хе-хе, все согласились изменить его для тебя (*/w＼*) ]

[ [cv] Дерево на холме: Айя, Снежный Лис здесь~ Это потому, что ты знаешь, что трансляция начнется сегодня, и ты уже приготовился к тому, что тебя все будут облизывать? ]

[ [cv] Конец света: Поскольку ты все равно долго не проживешь, не выходи на улицу, чтобы пооблизываться. Даже если это ты страдаешь, в конце концов, мне все равно придется с этим разбираться! ]

[ [Режиссер] Конец света: За что вы, ребята, боретесь? Маленький Лис - главный герой. Те из вас, кто в итоге погибнет или будет ранен, должны отойти в сторону. ]

[ [Автор] Сяо Ван: Ах! Настоящий человек появился~ Какой серьезный и милый~ Он действительно злодей, не уступающий Ван Чуаню. Иди сюда и позволь тетушке ущипнуть тебя за щечку~ ]

В групповом чате царил хаос, и Сюэ Лин даже не мог определить, кто есть кто. После того как он появился, весь групповой чат словно взорвался, и в нём стали говорить всякие гадости, чтобы подразнить его. Если бы не тот факт, что у Сюэ Лина был определенный опыт, его лицо уже наверняка было бы красным от крови.

Подумав об этом, он все же сохранил свой торжественный тон, ответив.

[[Злодей] Снежный Лис: Между мной и Ван Чуанем все еще есть пропасть. Раз уж все собрались здесь, я считаю, что у меня еще есть возможности для совершенствования. ]

[[Главный Гун]] Ван Чуань: Я - оригинальный голос, а ты - тот, кому приходится притворяться. Если смотреть на это с такой точки зрения, то у тебя более высокие способности.]

Сюэ Лин: "..."

??? Как получилось, что этот человек оказался в группе ???? Разве он уже не покинул эту аудиодраму?

[ [Автор] Ван Чуань: Хехе, даже Ван Чуань так тебя хвалит. Маленький Лис действительно идеальный кандидат на звание злодея~ ]

[ [Злодей] Снежный Лис: ... Как так получилось, что господин Ван Чуань...]

[ [Директор] Неуверенное Возвращение: Поскольку он создавал проблемы, мы заставили его остаться, чтобы записать для нас финальную песню. ]

[[Злодей] Снежный Лис: Тогда мне пришлось присоединиться в спешке, потому что ты сказал, что разрешение на лицензирование может быть отозвано... Но разве господин Ван Чуань не здесь... ].

Сценарист был автором, так разве отзыв разрешения не зависел от её отношения?

[[Сценарист] Ван Чуань: (///w///) Хотя я и сценарист, условия контракта, которым следует следовать, все равно нужно соблюдать, и если сроки выйдут, разрешение придется отозвать. Конечно, менеджер может прийти и умолять о продлении срока~ ]

[ [Злодей]Снежный Лис: ...]

Что это было, черт возьми!

[[cv] Дерево на холме: Хахахахахахахахахахаха мне кажется, что я вижу застывшее выражение на лице Снежного Лиса. Его так легко обмануть! ]

Сюэ Лин потерял дар речи, вернувшись к своему аккаунту на Weibo. Он превратился в трендовую тему, и Сюэ Лин уже стал безразличен к этому вопросу. В любом случае, он, вероятно, будет бить других людей по лицу, как только выйдут его работы, поэтому то, что они говорят сейчас, не имело значения.

Съемочная группа уже разослала объявление, и через три дня они приступят к пилотному проекту. Режиссер уже решил, какую сцену сделать для пилота; это был как раз тот десятый номер, который Сюэ Лин исполнял на прослушивании.

Хотя выбор такого сложного акта был вызовом для актеров, именно такие яростные сцены, наполненные конфликтами, подчеркивали характеры персонажей и помогали актерам быстро войти в свои роли.

Съемочная группа снимала на городской базе кино и телевидения, и им не нужно было ехать на съемки, но даже несмотря на это, Сюэ Лин планировал собрать свои вещи и присоединиться к съемочной группе на месте. Не было смысла проводить весь день на съемках, а потом возвращаться домой. Дома о нем не было кому беспокоиться, так что если он будет работать на площадке, то сможет впитать опыт и кое-чему научиться, если ему больше нечем будет заняться.

Шэнь Юэ уже взял на себя некоторые дела Сюэ Лина. Поскольку это был первый раз, Шэнь Юэ также будет следовать за Сюэ Лином, когда тот присоединится к команде. У Сюэ Лина не было помощника, и он не собирался его искать, поэтому Шэнь Юэ сначала взял на себя эту роль, так как ему нужно было прочувствовать состояние Сюэ Лина, когда он работает, а также его характер, прежде чем подбирать ему подходящего агента. Он надеялся, что выбранный им человек не будет тянуть Сюэ Лина назад.

Три дня прошли быстро. Но в последнюю ночь перед тем, как Сюэ Лин собирался поехать и присоединиться к команде, он получил подарок.

Он смотрел без выражения на то, как кто-то из бара доставил несколько бутылок вина к нему домой. Смятение, которое Сюэ Лин чувствовал в своем сердце по отношению к Су Сюаньяню, становилось все более глубоким.

Изначально он думал, что Су Сюаньянь не появился перед ним, потому что намеревался вести себя с ним так, как будто после этой ночи их ничего не связывало. Но по какой-то причине мужчина попросил людей из бара доставить ему домой целый бар алкоголя два дня спустя.

Молодой человек, доставивший алкоголь, сказал, что это все от господина Су, и что он просил передать, что это его компенсация.

Сюэ Лин попросил молодого человека вернуть все обратно, но человек категорически отказался это делать. Он остановился совсем недалеко от того, чтобы обнять бедро Сюэ Лина и умолять его принять это, плача и крича, что он не хочет терять работу.

Он не мог просто так поставить молодого человека в неловкое положение, поэтому Сюэ Лин воспользовался случаем и попросил его помочь ему занести все в дом.

Мужчина четко знал, что пить ему нельзя. Какой был смысл переносить эти вещи к нему домой? В чем была его проблема? Неужели ему больше не на что было потратить свои деньги?

Предыстория фильма была создана в эпоху столетней давности. В то время города были не такими большими, а транспортные средства все еще передвигались по земле. Иногда зимой дымка накрывала весь город, и в ней прятались злые и грязные вещи.

В ту эпоху снималось много драм, поэтому существовала большая кино- и телебаза, посвященная этому типу декораций.

Сюэ Лин и Шэнь Юэ прибыли накануне вечером. Съемки начинались относительно рано на следующий день, и они вдвоем приехали раньше, чтобы не вызвать задержек на следующее утро. Прибыв на место, Шэнь Юэ привел Сюэ Лина нанести визит режиссеру, и он по очереди поприветствовали каждого из команды режиссера, после чего получили от сценариста полную копию сценария.

По словам сценариста, она была вдохновлена после просмотра выступления Сюэ Лина и закончила весь сценарий в течение недели. Качество сценария было необычайно высоким, настолько, что даже режиссер похвалил ее. По этой причине она также подарила Сюэ Лину несколько печений, которые испекла сама.

Сюэ Лин был очень благодарен, а затем сделал так, что отправил с ними пост в Weibo, чтобы показать, что команда была очень милой.

Его пост в основном подтверждал, что он присоединился к съемочной группе. Хотя он не раскрыл никакой информации о драме, ему все же удалось отправить точное подтверждение того, что он там был, своим ненавистникам. Неважно, как сильно они ненавидели его, съемочная группа не решит менять людей, и теперь он уже был на месте.

Неожиданно весь съемочный процесс прошел без заминок, потому что съемки каждой сцены проходили очень гладко. Пока Сюэ Лин был в кадре, все шло хорошо и, в принципе, могло быть завершено за один раз. В крайнем случае, нужно было только специально дополнить некоторые кадры с определенных ракурсов или крупных планов.

Съемки в этом мире предполагали съемку на 360 градусов без каких-либо мертвых углов. Кинотеатры могли воспроизвести всю сцену и фон, не упуская ни одной детали, что позволяло световым эффектам играть максимально полно. Каждый зритель мог наблюдать за происходящим с точки зрения третьего лица и наслаждаться историей в полной мере. Подобный технологический прогресс означал, что в требованиях к актёрским способностям исполнителей было больше предвзятости.

Если кто-то хотел выделиться в толпе, бесполезно было полагаться только на внешность. Самым важным оставался талант, и Сюэ Лин был тем, кого вся команда признала наиболее одаренным.

Вероятно, именно благодаря своей высокой работоспособности и выдающимся актерским способностям он мог заставить других людей, работающих с ним, быстро войти в соответствующее состояние духа, что позволяло завершать любые сцены с его участием чрезвычайно быстро.

Режиссер улыбался во время съемок и торопливо призывал людей запланировать все остальное заранее. Судя по ходу съемок, им не понадобится использовать все время, которое было выделено изначально. Съемки закончатся очень скоро, и они смогут сразу перейти к производству. Если бы у них было больше времени на производство, они, естественно, смогли бы сделать его более сложным и приятным.

Сюэ Лин больше не беспокоился о своем актерском уровне, который, казалось, взлетел до небес. В любом случае, пока он находился перед камерой, он мог вживаться в образ, как будто был рожден для актерской игры. Когда он находился перед камерой, снимаясь, он полностью был вовсе не Сюэ Лином, а самим главным героем.

Система отказалась признать его заслуги и заявила, что это все талант самого Сюэ Лина. Сюэ Лин задался вопросом: если это его врожденный талант, то что же он делал последние десять лет? Неужели всё это было напоказ? Но сейчас, когда он пытался вспомнить какие-либо глубокие впечатления из своего прошлого, у него было ощущение, что его предыдущая жизнь была очень безвкусной, как будто та версия его, которая представала в глазах других людей в прошлом, не была им. Тот, кто жил здесь сейчас, был наполнен жизнью, обладал актерскими способностями, был полон уверенности и не сомневался в своем будущем - это был настоящий он.

Чем больше Сюэ Лин размышлял над этим, тем больше вживался в образ. Раньше режиссер беспокоился, что его актерские навыки внезапно пропадут, но сейчас эта проблема его совершенно не волновала. Он почти хотел поблагодарить ту версию себя из прошлого, которая согласилась на прослушивание людей из Тяньсюаня. Сюэ Лин был просто как бог, который был ниспослан с небес, чтобы спасти его; с тех пор как он встретил его, все шло гладко. Инвестиции приходили быстро, а период постпродакшна был продлен, что давало ему достаточно места и времени для реализации своих идей.

Режиссер не был специалистом высшего класса и круглый год снимал телесериалы. Он чувствовал, что на этот раз он должен суметь переступить черту и стать одним из лучших.

Ему всегда не хватало работы, которую можно было бы выставить на всеобщее обозрение, которую хвалили бы бесчисленные люди и которая получила бы бесконечное признание, но теперь эта работа обретала форму.

По сравнению с жизнерадостным режиссером, Шэнь Юэ постепенно начал принимать это как должное. Актеры, которыми он управлял, в основном вообще не требовали от него беспокойства о них. Актерские способности Су Люняня и Сюэ Лина всегда были включены на полную; хотя личная жизнь Су Люняня была полна осложнений, размах бизнеса его семьи был велик и мог перекрыть все, не требуя от него никаких действий. Ему просто нужно было помочь организовать некоторые рабочие вопросы, и все. На этот раз он взялся за Сюэ Лина и думал, что наконец-то сможет хорошо поработать, но позже он обнаружил, что Сюэ Лин тоже не нуждается в том, чтобы он о чем-то беспокоился.

О его навыках межличностного общения нечего было и говорить; вся команда теперь обращалась к нему как к "богу", независимо от их пола. Его личная жизнь тоже не казалась проблематичной. В его семье больше никого не было, и с тех пор, как он начал сниматься, он жил в отеле съемочной группы и выходил, когда были сцены. Когда не было никакой актерской работы, он, казалось, наслаждался пребыванием в замкнутом пространстве даже больше, чем Су Люнянь.

Как раз когда Шэнь Юэ почувствовал, что он действительно бесполезен, Су Люнян связался с ним и попросил информацию о последних действиях Сюэ Лина.

"Кроме этого текущего проекта, у него больше ничего не происходит. Он планирует дождаться выхода сериала в эфир, прежде чем браться за что-то еще. Что касается других драм и так далее, ты также должен знать, что в последнее время не происходит ничего хорошего. Кроме этого детектива, ресурсы компании в основном сосредоточены на <Спроси у неба>, но сейчас он все еще находится на подготовительной стадии."

Как автор <Спроси у неба>, Су Люнянь, естественно, знал, какой стадии достигла адаптация. На самом деле, <Спрашивая небеса> был близок к началу съемок, когда Сюэ Лин вышел из рекламного периода <Потерянный след>. После того, как сценарий был улучшен, он планировал попросить Сюэ Лина принять участие.

На самом деле, основной причиной, по которой Тяньсюань набирал новых людей в этом году, была драма <Спроси у неба>. В этом фильме участвовали два культиватора меча, и одна из главных звезд уже определилась. Тогда Су Люнянь намеревался использовать <Потерянный след> для набора, и главная причина заключалась в том, чтобы найти другого мужчину-протагониста, чей характер соответствовал второй главной роли в <Спроси у неба>.

Но прямо сейчас Су Люнянь не волновал этот вопрос. "Ты уверен, что у него нет других занятий? Он целыми днями сидит в отеле, когда не снимается?"

"Да, а что не так?"

"Он ни с кем не вступал в контакт?"

"Что не так..." Шэнь Юэ странно посмотрела на Су Люняня. Су Люнянь никогда не обсуждал личную жизнь других людей. Сейчас он так подробно расспрашивал о личной жизни Сюэ Лина, что это казалось странным. "Кажется, ты чрезмерно обеспокоен..."

"Как бы это сказать..." Су Люнянь выглядел задумчивым и расстроенным. "Я только что видел нечто невероятное в комнате моего старшего брата".

"Брата Су?" У Шэнь Юэ не было глубокого впечатления о Су Сюаньяне. Он знал, что тот был без ума от своих младших братьев и очень глубоко заботился о Су Люняне. Раньше он был за границей, но после того, как за последние два года он начал переносить их бизнес обратно в Страну Хуа, он исчез на год, якобы на время отпуска.

Поскольку Су Люнянь был его другом, а Су Сюаньянь дружил с его собственным возлюбленным, Шэнь Юэ имел хорошее понимание относительно обеих сторон Су Сюаньяня.

Су Сюаньянь был чрезвычайно серьезен в вопросах, касающихся его двух младших братьев, и он показывал две совершенно разные стороны себя, когда имел дело с семьей и посторонними людьми. Он был очень нежен по отношению к Су Люняню, уделяя внимание всем аспектам всего, что касалось его.

Хотя он изменил способ проявления своей заботы после того, как Су Люнянь и Су Сюаньцин сошлись, он всегда выглядел очень нежным и заботливым старшим братом, когда находился дома.

По сравнению с его внешним образом, когда он сталкивался с посторонними людьми, даже если они были друзьями на протяжении многих лет, у Су Сюаньяня было лицо, похожее на айсберг. Это был такой гигантский айсберг, из-за которого утонул Титаник, и очень немногие обычные люди могли нести такую глубокую холодную ауру.

Он был главой семьи Су в нынешнем поколении, но на самом деле о многих делах и бизнесе в семье Су уже заботился Су Сюаньцин. Несмотря на это, статус Су Сюаньяня никогда не был поколеблен.

Подводя итог, можно сказать, что Су Сюаньянь был необычайно загадочной личностью в глазах Шэнь Юэ. Иногда он казался совсем близким, но Шэнь Юэ знал, что он не существует в одном измерении с этим великим богом.

"Что случилось с комнатой старшего брата Су?"

Выражение лица Су Люняня было слишком ужасным, чтобы на него смотреть. "...Она заполнена фотографиями Сюэ Лина...".

Шэнь Юэ: "..."

Шэнь Юэ: "???"

Выражение его лица определенно было очень сложным, сложным до такой степени, что его трудно было описать. Он мог только поставить несколько вопросительных знаков над головой, чтобы выразить недоверчивость, которую он чувствовал в своем сердце. Если бы он мог отправить смайлик, лицо Су Люняня, вероятно, было бы "лицом, покрытым вопросительными знаками".

"Откуда... Откуда они взялись?" - спросил он.

Выражение лица Су Люняня тоже было странным:

"...Он, должно быть, нанял людей, чтобы собрать и сделать их. Я взглянул, и это все недавние фотографии Сюэ Лина на съемочной площадке. Всевозможные фотографии... Его фотографии, сделанные до того, как он расторг контракт с предыдущей компанией, были выброшены в мусорное ведро... Но его недавние фотографии разбросаны по всему кабинету, а рядом с ними лежат какие-то записи, которые я не могу понять. Как будто он что-то изучает...".

Обычно у его старшего брата было лицо, полное безразличия. Он не ожидал, что его средства окажутся такими... странными?

Кроме похвалы за то, что он умеет играть, Су Люнянь, по сути, не мог придумать другого способа выразить, насколько странным было его настроение сейчас.

Он очень хотел, чтобы его старший брат нашел кого-то, кто ему понравится, но почему эта сцена казалась такой странной? Оставался ли его старший брат в своей комнате, чтобы изучать эти фотографии в последнее время? Он не сломался, точно... это было слишком страшно.

"... Я не заметил, чтобы кто-то делал снимки украдкой... На съемках все очень строго. Ты также должен знать, что обычный человек не сможет войти".

"Фотографии очень четкие, и некоторые из них - крупным планом. Если даже Сюэ Лин не знает, что кто-то его фотографирует, то определенно происходит что-то странное…"

Кожа головы Су Люняня онемела. Изначально он подозревал Су Сюаньяня не просто так, но теперь его кабинет был полон фотографий Сюэ Лина, и он все еще не знал, с какой целью Су Сюаньянь собирает их. Он мог только сначала спросить об этом Шэнь Юэ и выяснить, знают ли его старший брат и Сюэ Лин друг друга.

Но, судя по словам Шэнь Юэ, у Су Сюаньяня, похоже, не было возможности пообщаться с Сюэ Лином в последнее время...

"Кстати, об этом".

Шэнь Юэ вдруг вспомнил одну вещь. Теперь, когда он вспомнил, это тоже казалось довольно странным.

"Вечером после возвращения старшего брата Су, после того как мы ненадолго расстались, он прислал мне короткое сообщение с просьбой дать ему адрес Сюэ Лина. Он сказал, что Сюэ Лин был пьян, и он собирался отправить его домой...".

"..." Су Люнянь был еще больше озадачен.

Су Сюаньянь и Сюэ Лин знали друг друга? Если он знал его, то зачем ему понадобилось его фотографировать? Что случилось в этом году? Неужели его старшего брата бросили?

Но за последний год Сюэ Лин всегда был активен. Как минимум, он давал интервью о своих работах... Похоже, у него не было времени на заграничную любовную связь со старшим братом...

Подожди-ка. Все старые фотографии Сюэ Лина были выброшены, но недавние стали материалами для исследований. Это означало, что тот Сюэ Лин, который был до того, как он расторг свой старый контракт, а точнее, тот Сюэ Лин, который был успешен исключительно благодаря своей внешности, был тем, кого его старший брат не испытывал никакой необходимости изучать, верно? А человек, который интересовал его сейчас, был тем Сюэ Лином, который подписал контракт с Тяньсюань и обладал актерскими навыками, способными взорвать небо.

С такими мыслями в голове Су Люнянь закончил общение с Шэнь Юэ и почувствовал, что ему нужен кто-то другой, кто поможет ему заполнить недостающие части головоломки.

Поэтому он повернулся и сделал еще один звонок.

На другой стороне связи Су Люнянь безмолвно наблюдал за тем, как новоиспеченный отец разбирается с парой новорожденных близнецов, которые плакали достаточно сильно, чтобы сотрясать землю. Он внутренне подумал, что хорошо, что он и его второй брат не собираются заводить детей, потому что иначе их жизнь не была бы такой гладкой, как сейчас.

У Юань Чуаньбая, казалось, разболелась голова от шума, который производили дети, так как он бессознательно снял очки со своего носа. Два маленьких шумящих ребенка, наконец, перестали плакать, уставились в прекрасные глаза человека перед ними и потянулись, чтобы дотронуться. Но, они были оттолкнуты недовольным Байли Шаоши, который стоял поодаль.

Внимание Су Люняня было слегка отвлечено. Он хотел понаблюдать за сценой, разворачивающейся перед ним, но Юань Чуаньбай пригрозил закрыть связь, и он, наконец, пришел в себя:

"О, Чуаньбай, не вешай трубку! Я действительно искал тебя!"

В последнее время Юань Чуаньбай стал легко раздражаться из-за этих двух маленьких пукающих детей, и даже аудиодраму, на которую он согласился, пришлось отодвинуть, чтобы получить немного свободного времени. Он прижал пальцы ко лбу, спрашивая:

"В чем дело?".

"Мой старший брат пропал. Ты знаешь, куда он ушел?"

Юань Чуаньбай в душе пожаловался, что хотя он и умеет делать предсказания, но просить его искать пропавших людей на один день - это слишком банально, верно? Хотя он и чувствовал себя так, он все же помог Су Люняню вычислить судьбу Су Сюаньяня. Получив результат, он лениво проговорил:

"Чего ты так переживаешь за своего старшего брата? Недавно для него расцвели персиковые цветы, и счастливая звезда любви движется; он сможет найти тебе невестку, куда бы он ни поехал. Ты не можешь позволить себе цену, которую тебе придется заплатить, если ты будешь путаться под ногами и случайно испортишь его ухаживания".

Су Люнянь подумал про себя, что это действительно была счастливая звезда любви. Но его движения действительно были слишком странными, верно? Он подумал об этом некоторое время, затем рассказал Юань Чуаньбаю о фотографиях, которые он видел в кабинете Су Сюаньяня, но Юань Чуаньбай совсем не был обеспокоен. Он лишь сказал:

"Не беспокойся о нем. Ты все равно не сможешь помочь".

Затем он повесил трубку и приготовился изучать 360-й метод обучения детей.

Быть продолжателями рода там сложно. Они были двумя полностью взрослыми мужчинами, но все еще должны были заботиться о детях. Ах... почему их период младенчества проходил так медленно? Неужели они не могли взрослеть быстрее...?

Поскольку съемки Сюэ Лина прошли очень быстро, он вскоре вернулся домой со съемочной площадки.

Шэнь Юэ упомянул, что у него есть новый сценарий, который он должен посмотреть, но до его выхода может пройти еще несколько дней. Он посоветовал ему немного отдохнуть, поэтому Сюэ Лин, естественно, собрал свои вещи и отправился домой. Но неожиданно у дверей своего дома он столкнулся с Су Сюаньянем, чья голова была опущена, демонстрируя глубокую задумчивость.

Сюэ Лин замедлил свои шаги, глядя на табличку на двери. Он не ошибся местом... Это ведь был его дом, верно? Почему Су Сюаньянь должен быть здесь в таком состоянии? Неужели он знал, что вернется, и специально ждал его здесь?

Сюэ Лин потянул свой чемодан вперед и подошел на два шага ближе. Су Сюаньянь поднял голову и посмотрел в его сторону, его взгляд был загадочным.

Сюэ Лин был ошеломлен его сложным взглядом и не решался идти вперед. На мгновение ему даже показалось, что он бросил большую собаку, и теперь она вернулась, чтобы искать его, и стоит у его двери с лицом, полным обиды.

Он отвернулся и кашлянул, прежде чем неловко сказать:

"Хм... Какое совпадение".

Су Сюаньянь спокойно ответил: "Не совпадение. Я специально пришел сюда, чтобы подождать тебя".

Сюэ Лин довольно недоверчиво поднял палец и указал на себя:

"Меня? Мы с президентом Су никак не связаны... ах...".

Он вдруг вспомнил, что принял алкоголь, и поспешно подошел, чтобы открыть дверь.

"Если ты пришел за вином, я сейчас пойду и вынесу его для тебя".

Су Сюаньянь наблюдал за его движениями, но не сделал никакого движения, чтобы остановить его. Он лишь слегка изогнул губы и показал редкий след улыбки.

"Ты так хочешь отдалиться от меня? Ты был довольно бесстрашен в баре в тот день".

Движения Сюэ Лина застопорились, затем он закатил на него глаза и открыл дверь, втаскивая свой багаж в дом. Су Сюаньянь, должно быть, знал его пароль с прошлого раза, и он был довольно удивителен тем, что все еще ждал его у лифта. У Сюэ Лина не было привычки заставлять своего большого начальника обсуждать дела у двери, поэтому он пригласил его войти и непринужденно проговорил:

"Это было не бесстрашно. В конце концов, ты мой начальник, и это прозвучит не очень приятно, если что-то случится и просочится наружу. Я помню, что президент Су не вмешивался в дела Тяньсюань. Почему же ты вдруг так заинтересован в том, чтобы прийти к маленькому новичку вроде меня и ждать у двери?"

Хотя это было сформулировано как вопрос, и слова, и намерение, стоящее за ними, были наполнены презрением к Су Сюаньяню.

Су Сюаньянь не знал, смеяться ему или плакать. Хотя он не мог вспомнить многого, этот человек действительно был таким же гордым, как он помнил, и таким же трудным в общении. Он не произвел на него хорошего впечатления, и неудивительно, что с ним так обращаются.

"Наши отношения не так просты, как отношения между боссом и сотрудником компании".

Сюэ Лин как раз собирался вынести для него алкоголь. Он замешкался, услышав эти слова, и нахмурился, сказав:

"Кроме того, что мы встретились друг с другом в баре в тот день, мы с президентом Су никогда не были связаны раньше."

"Нет".

Су Сюаньянь немного загадочно рассмеялся.

"Между нами гораздо, гораздо больше уз, чем ты думаешь".

Сюэ Лин не знал, что он намеревался сделать, создавая с ним отношения здесь, но когда он видел безвкусную улыбку и выражение лица Су Сюаньяня, когда тот смотрел на него, он всегда чувствовал, что находится в более слабой позиции.

"Я думаю, что мысли президента Су несколько отклонились от темы. Я не хочу устанавливать с тобой отношения. Надеть ту же одежду, что и ты в тот день, было случайностью, и я не планирую развивать с тобой какие-либо другие отношения. Я могу очень хорошо справиться со своими собственными способностями".

Су Сюаньянь беспомощно проговорил: "Я действительно тоже не планирую быть твоим телохранителем".

"Тогда почему ты говоришь так много двусмысленных слов?"

Сюэ Лин не мог понять этого. Разве они только что не носили одно и то же? Почему он должен был настаивать на том, что у них есть отношения?

"Если мои слова звучат двусмысленно, то твои слова были гораздо более двусмысленными, чем мои".

"Что имеет в виду президент Су?"

Выражение лица Сюэ Лина теперь было основательно холодным. Он не любил, когда в кругу развлечений возникали хаотичные, беспорядочные отношения. Изначально он думал, что Су Люнянь странный человек, но неожиданно оказалось, что его старший брат оказался еще загадочней.

Су Сюаньянь больше не говорил глупостей. Он просто поманил его к себе и улыбнулся.

Сюэ Лин не знал почему, но добрая часть враждебности, которую он чувствовал в своем сердце, исчезла, когда он увидел эту улыбку. Обнаружив, что его отношение смягчается, Сюэ Лин был потрясен и неуверенно посмотрел в сторону Су Сюаньяня, словно боясь, что Су Сюаньянь его съест.

Су Сюаньянь мог только смягчить свой голос и мягко предложить:

"Иди сюда. Посмотрим что-нибудь вместе".

Сюэ Лин не был нерешительным человеком. Он усмехнулся, недовольный тем, как загадочно ведет себя Су Сюаньянь. Он все еще осторожничал, шаг за шагом переходя на его сторону, а затем наблюдал, как Су Сюаньянь открыл цифровой экран, на котором отображались события той ночи, когда он был пьян.

Сюэ Лин с открытым ртом смотрел на сцену, где он навалился на Су Сюаньяня и говорил какие-то непонятные вещи, требуя, чтобы тот отвез его домой.

Первоначально он планировал выгнать Су Сюаньяня из дома после того, как выяснит, что за странности тот пытается вытворять, но после просмотра всего видео на лице Сюэ Лина появился румянец, который уже перекинулся на шею. Он был в растерянности, но когда Су Сюаньянь выключил экран, он взял инициативу в свои руки и упредил его:

"Это ты вырубил меня в тот день! Задняя часть моей шеи болела несколько дней! И ты еще смеешь показывать мне это!"

На Су Сюаньяня указали пальцем, и он довольно беспомощно пожал плечами.

"Это моя вина?"

Сюэ Лин опустил руку, кивнул и великодушно предложил:

"Я прощу тебя. А теперь забирай свой алкоголь и уходи".

"Алкоголь - это подарок для тебя. Даже если ты не можешь его выпить, нет причин отдавать его обратно".

Его слова вонзились прямо в больное место Сюэ Лина, и взгляд, которым он обычно смотрел на Су Сюаньяня, стал еще более несчастным.

"Какого черта ты пытаешься сделать?"

"Все очень просто".

Су Сюаньянь указал на видео. Чтобы предотвратить любые несчастные случаи, он запустил функцию записи своего нано-компьютера, как только Сюэ Лин повис на нем. Это было одним из великих достижений технологии; независимо от того, было ли это выражение лица Сюэ Лина или тон его голоса, все было очень четко.

За это время Су Сюаньянь просмотрел эту запись бесчисленное количество раз, и в его сознании появились какие-то новые фрагменты воспоминаний. Но этого было недостаточно. Если бы он не общался с этим человеком лично, то никогда бы не узнал, насколько важны для него утраченные воспоминания.

Ему очень не нравилось, когда все выходило из-под его контроля.

"Основываясь на твоей реакции на меня, когда ты был пьян, я сделал вывод, что мы должны знать друг друга, и что отношения между нами непростые. Но ни ты, ни я, похоже, ничего об этом не помним".

Сюэ Лин поджал губы. Хотя на первый взгляд он не верил в это, на самом деле он был склонен согласиться с предположениями Су Сюаньяня. С тех пор как он проснулся и обнаружил, что внутри его мозга есть система, он чувствовал, что что-то потерял, и с ним что-то не так. Но как бы он ни старался вспомнить это, он не мог ничего придумать и не мог понять, что это было, что раньше существовало рядом с ним.

Су Сюаньянь встал и протянул руку, чтобы пожать его руку.

"Возможно, ты способен открывать рот и отрицать наличие каких-либо отношений со мной, но это не мешает вспомнить некоторые вещи. На самом деле, у меня уже есть несколько смутных воспоминаний, но количество информации, содержащейся в воспоминаниях, слишком велико, и я пока не смог четко рассортировать их и понять, о чем эти воспоминания."

Сюэ Лин пробормотал: "Как может быть так много воспоминаний всего за год? Если только ты не говоришь о прошлой жизни".

Су Сюаньянь крепко сжал его руку и вдруг рассмеялся, сказав:

"Это тоже возможно".

Он посмотрел на лицо Сюэ Лина, и его взгляд был полон нежной привязанности:

"Возможно, эти воспоминания сплетены из многих жизней. Иначе, как могло бы быть так много воспоминаний? В тех фрагментах, которые я могу вспомнить, повсюду ты".

Сюэ Лин не мог удержаться от того, чтобы не покраснеть из-за его неожиданного признания. Он быстро вырвался из объятий Су Сюаньяня и махнул рукой, чтобы скрыть это:

"Какая предыдущая жизнь, какая амнезия?! Я совершенно уверен, что такой человек, как ты, никогда не появлялся в моих воспоминаниях!"

Он открыл рот, чтобы произнести эти слова, но то, что промелькнуло перед его глазами, было серией странных сцен. Его движения замерли, и он слегка нахмурился, когда в его ушах зазвучали какие-то странные слова.

…Я люблю тебя. Можешь ли ты полюбить меня в ответ?

…Я могу полюбить тебя, но ты должен пообещать мне, что будешь любить только меня в этой жизни.

...

… Ты должен знать, я тот, кто был рожден, чтобы стать императрицей.

… Тогда это идеально. Я родился Императором".

...

… Но… я мужчина.

… Я знаю. Независимо от того, мужчина ты или женщина, ты мне нравишься.

Слова были хаотичными, но полными нежных чувств между влюбленными. Независимо от обстоятельств или того, какие личности у них были, у людей, произносивших эти слова, всегда была одна и та же душа.

Сюэ Лин схватился за голову и с силой встряхнул себя, приложив немало усилий, чтобы окончательно выкинуть эти странные вещи из своих мыслей. Только после этого он поднял голову и посмотрел на Су Сюаньяня, который был довольно встревожен, протягивая руку, чтобы поддержать его.

"Су Сюаньянь?"

Его тон был немного неуверенным и вопросительным, и Су Сюаньянь похлопал его по спине, притянув к себе в объятия, а затем небрежно склонил голову, чтобы поцеловать его в лоб в знакомой манере.

"Это я", - ответил он.

Сюэ Лин сделал глубокий вдох и, наконец, немного пришел в себя. Су Сюаньянь отпустил его в подходящий момент, внял сложному выражению его лица и сказал:

"Похоже, ты тоже что-то вспомнил".

Сюэ Лин покачал головой и сказал:

"Действительно, есть некоторые воспоминания, но все они разрознены и не могут быть схвачены, потому что через мгновение после того, как они всплывают, они снова исчезают со скоростью, которая заставляет меня сомневаться в их подлинности..."

Он поднял руку и прижал ее к виску, прежде чем продолжить:

"Может быть, все так, как ты сказал, и мы оба что-то забыли".

"Тогда сотрудничай со мной".

Су Сюаньянь наконец-то озвучил свою цель прихода сегодня.

"Очевидно, что человек, работающий в одиночку, не вспомнит никаких подсказок. Я начал медленно восстанавливать некоторые воспоминания после того, как вступил в контакт с тобой. Я думаю, что если я смогу побыть с тобой еще немного, то смогу вспомнить еще больше вещей".

Сюэ Лин нерешительно посмотрел на него. Хотя он верил, что у него была какая-то форма амнезии, он предпочел бы вытащить систему наружу и задать ей несколько вопросов. Он не очень хотел, чтобы незнакомец приходил и оставался в его доме.

Но вспышки тех сентиментальных слов, сказанных только что, неожиданно заставили его кивнуть головой.

Су Сюаньянь не был удивлен таким ответом. Он встал и сказал:

"Мои вещи в машине внизу. Я сейчас пойду и перенесу их наверх".

Сюэ Лин еще не собрался с мыслями, но обнаружил, что уже ввел отпечатки пальцев Су Сюаньяня в систему домашней безопасности и зарегистрировал его как гостя. Сам мужчина уже спустился вниз за своими вещами.

Сюэ Лин долгое время пребывал в замешательстве, пока до него не дошло, на что он только что согласился. Все, что произошло сегодня, как будто вышло из-под его контроля. Это было похоже на то, как будто они ехали на машине, но машина вдруг поднялась к небесам.

Количество информации, содержащейся в том, что произошло только что, было слишком велико, и Сюэ Лин никак не мог охватить все это. Он долго стоял на месте в замешательстве, пока система услужливо не открыла рот, чтобы спросить его:

"Есть ли у хозяина какие-нибудь вопросы?"

Это заставило его внезапно вернуться в реальность. Он уставился на систему, затем развернулся, чтобы запрыгнуть на диван и сесть, скрестив ноги, его выражение лица было торжественным и серьезным, как будто он собирался на встречу.

"У тебя все еще хватает смелости спрашивать меня об этом? Похоже, что ты многое от меня скрыла!"

Система поспешила выразить, что она всего лишь маленькая система, к тому же она беспомощна в некоторых вопросах и не имеет возможности рассказать об этом Сюэ Лину.

Сюэ Лин скрестил руки на груди и высокомерно проговорил: "Тогда скажи мне, чем именно ты можешь поделиться со мной?"

Система подняла обе лапы и призналась:

"То, что вы двое определили, уже довольно хорошо. Вы оба потеряли свои воспоминания. Возможно, он вспомнил кое-что из этого, но чтобы хозяин вспомнил это, тебе нужно будет завершить задание, которое я тебе дал, и доминировать в индустрии развлечений."

Сюэ Лин сузил глаза и угрожающе проговорил: "Правда? Но твои слова уже не внушают доверия. Как ты можешь доказать, что ты не являешься чем-то, что он прислал?".

События уже приняли этот сюжет в таком фантастическом направлении. Система подумала в своем сердце, что у этого человека не было силы создать систему из ничего~ Не говоря уже о системе, которая была такой милой и любимой~ Она польстила себе в своем сердце несколько раз, а затем скромно сказала:

"Каждый раз, когда я скрываю что-то от хозяина, всегда есть причина. Это не первый раз, когда ты теряешь свои воспоминания. В последний раз, когда это случилось, тебе удалось все восстановить, так что и в этот раз проблем быть не должно".

"Тогда почему он сказал, что потерял воспоминания за год, а я вообще этого не чувствую!" - нажал Сюэ Лин.

Система с сожалением сказала своему хозяину: "Потому что он человек, а ты нет".

Сюэ Лин: "Кого ты проклинаешь за то, что он нечеловек?".

Система жалобно вскрикнула: "Ву-ву-ву, я не проклинаю хозяина. Я имею в виду, что его воспоминания настоящие, а твои - ложные. Первые двадцать или около того лет твоей жизни все были ложными. Хозяин начал существовать в этом мире только тогда, когда ты проснулся и обнаружил, что я существую в твоей голове. Это и есть твоя отправная точка. Все остальное основано на теле, которое я выбрал для тебя, и жизненной траектории, которую это тело имело изначально."

Сюэ Лин был озадачен.

Тот, кто вдруг обнаружил бы, что первая половина его жизни была ненастоящей, тоже был бы в замешательстве. Он жил так долго, но только последние несколько месяцев времени были настоящими. Тот факт, что Сюэ Лин не сошел с ума, говорит о том, насколько превосходным было его душевное состояние; он даже сидел спокойно и просил систему подтвердить:

"Ты хочешь сказать, что я не человек. В таком случае, что же я такое? Кем я был до того, как ты заполнил мои воспоминания этой ложной жизнью?"

"Хозяину нужно будет изучить и исследовать это самостоятельно. Я уже сделал сегодня столько, сколько мог, чтобы попытаться разрешить замешательство хозяина".

Много времени спустя, когда система подумала, что ее хозяин уже поглупел от шока, Сюэ Лин открыл рот, чтобы спросить: "... Тогда Су Сюаньянь... Какие отношения у него со мной?"

"Если нам действительно нужно обозначить ваши отношения..."

Система задумалась, затем сказала: "Вас, ребята, следует считать любовниками, которые были сплетены вместе в течение нескольких жизней...".

Как только она закончила говорить, Су Сюаньянь открыл дверь и вошел. Он оглядел Сюэ Лина, у которого на лице было пустое выражение, и мягко рассмеялся:

"Я заказал еду на вынос. Неважно, что ты забыл, тебе все равно нужно поесть".

Сюэ Лин: "..."

Любовники, которые были сплетены вместе в течение нескольких жизней?

К неожиданному совместному проживанию Сюэ Лину было трудновато привыкнуть. Они жили под одной крышей, и раньше он считал Су Сюаньянь обычным человеком. Но теперь система говорила, что они любовники, которые были вместе несколько жизней, и всякий раз, когда он смотрел на Су Сюаньяня, ему казалось, что это неправильно.

Сюэ Лин никогда не думал о том, каким будет человек, которого он полюбит, поэтому у него не было никаких сравнений в этом отношении. Кроме того, в этой стране признавались однополые браки, и пол Су Сюаньяня не создавал для Сюэ Лина никаких проблем, но, несмотря на это, Сюэ Лин чувствовал, что в этом сценарии есть что-то странное.

Если он просто рассматривал Су Сюаньяня самого по себе, то реальной проблемы не было. Хотя временами он был ледяным и неприступным, после восстановления некоторых своих воспоминаний он, казалось, классифицировал Сюэ Лина как одного из своих, и при общении с Сюэ Лином демонстрировал нормальные реакции, а не вел себя как айсберг.

Например, его действия были очень естественными, когда он крикнул, что пора есть, после того как принесли еду на вынос. Это было почти как если бы Сюэ Лин был гостем, а он - хозяином дома.

Система только что выдала Сюэ Лину много информации, и он был слишком увлечен ее обработкой, чтобы даже ответить. Су Сюаньянь не стал заставлять его принять новую реальность, а вместо этого расставил всю посуду, прежде чем позвать Сюэ Лина на ужин.

В этом мире не было разницы между едой на вынос и ресторанной едой. Су Сюаньянь заказал еду из ресторана, в который они оба ходили в тот день. Он заполнил стол, и казалось, что еды было много, но порции были вполне умеренными. Для них двоих не составило бы особого труда прикончить все.

Сюэ Лин маневрировал перед столом. Наблюдая за тем, как Су Сюаньянь ставит перед ним еду, он наконец опомнился и смущенно поднял руки: "Я сам себе помогу".

В глазах Су Сюаньяня появилась улыбка, когда он посмотрел на него: "Конечно. Ты ожидал, что я тебя накормлю?"

Сюэ Лина немного задевали, и он был слегка раздражен, когда склонил голову, чтобы выбрать немного еды, спрятав в сердце слова, которые система сказала ему ранее за сто восемьдесят тысяч миль. Кого волновало, сколько жизней они были любовниками? Сейчас он этого не помнил, а если оба не помнили, значит, они были чужими. Если незнакомец флиртовал с ним, значит, ему нужно было флиртовать в ответ!

Он был не из тех людей, которые краснеют и опускают голову, ничего не отвечая, когда с ними флиртуют.

Возможно, именно решимость вести тяжелую битву с Су Сюаньянем наконец-то позволила Сюэ Лину восстановить равновесие; он медленно начал есть.

Су Сюаньянь мельком увидел его довольно расслабленные действия и сдержал свое веселье. Он подумал про себя, что действительно бессмысленно смотреть на фотографии в одиночестве. Фотографии не доставляли ему такого удовольствия, как взгляд на реального человека. В этом человеке действительно было слишком много интересного и сомнительного; ему определенно нужно было разобраться, что происходит.

То, что принадлежало ему, определенно не сможет вырваться из его рук. Даже если бы он не был его, раз уж он вызвал его интерес, он, естественно, должен был отказаться от любых мыслей о побеге.

Сюэ Лин только что вернулся со съемок, но менеджер каждый день помогал ему поддерживать порядок, так что особых проблем не было. Он просто открыл свой чемодан и разложил все по местам. Поев, он вернулся в свою комнату, а Су Сюаньянь распорядился, чтобы робот-доставщик увез все обратно. Оба они были спокойны, поскольку некоторое время занимались своими делами.

Но спокойствие было временным. Этот период гармонии полностью исчез, когда Су Сюаньянь занес свой чемодан в спальню Сюэ Лина. У Сюэ Лина был открыт шкаф, и почти все было сложено. Он как раз собирался убрать чемодан, когда повернул голову и увидел, что Су Сюаньянь поставил свой чемодан рядом с его, присел на корточки, чтобы открыть его. Он явно собирался разложить свои собственные вещи в его шкафу.

Сюэ Лин быстро остановил его и сказал: "Подожди минутку! Что ты пытаешься сделать?"

Выражение лица Су Сюаньяня было невинным. "Разве ты не сказал, что я могу жить здесь?"

Сюэ Лин указал на его чемодан и сказал: "Ты остаешься только на время! Разве ты не можешь просто оставить свои вещи в чемодане? Ты сможешь достать их, когда они тебе понадобятся! Нет никакой необходимости разбирать твои вещи сейчас!»

Он выпятил грудь и поднял голову, когда говорил, все его тело было полно высокомерия, но это как-то выглядело неловко, когда он насильно выражал свое несогласие.

"И в моем шкафу нет места для твоих вещей!"

Глаза Су Сюаньяня обратились к шкафу. Поскольку Сюэ Лин был артистом, его спальня соответствовала функции гардеробной. Вся стена была заставлена стеллажами и ящичками, но в шкафу было не так много одежды, и большая часть полок пустовала. Сюэ Лин выбросил большую часть одежды, которую он считал странной и необъяснимой, не соответствующей его эстетике. Он не мог понять, зачем купил эти вещи тогда, но поскольку при взгляде на них ему становилось стыдно, он просто избавился от всего этого.

Ну, а теперь там было пусто, и он чувствовал себя неловко, просто глядя на полки. Су Сюаньянь тоже ничего не сказал и просто смотрел на пустые шкафы, а потом снова посмотрел на Сюэ Лина, чьи уши медленно краснели, так как он не знал, что сказать. Он подавил свое веселье, а затем начал приводить в порядок свои вещи.

Он совершенно четко знал, что если он сейчас рассмеется, то Сюэ Лин может тут же взорваться. Хотя было очень весело наблюдать, как он выходит из себя, они все еще находились в критической точке, которая определяла, сможет ли он переехать, и лучше было бы не провоцировать его, чтобы не дать себя выгнать.

Вопрос с раскладыванием вещей был решен, но когда два человека начинали жить вместе, это был не только вопрос о том, где разместить вещи. Независимо от того, были ли это предметы повседневной необходимости или другие вещи, все они должны быть подготовлены, а также существовала проблема того, где они вдвоем будут спать этой ночью. Все эти вопросы нужно было решать один за другим.

Су Сюаньянь разобрался с вещами, которые он привез с собой, и начал распаковывать вещи первой необходимости. Естественно, он не стал брать с собой часто используемые вещи, поэтому спросил у Сюэ Лина, нет ли у него дома запасных. В результате у них оказались одинаковые чашки, полотенца и некоторые другие вещи. Это выглядело так, будто они специально подобрали пару, и, глядя на это, Сюэ Лин немного приуныл...

Если бы он знал, что так случится, он бы не стал покупать столько запасных вещей, чтобы держать их дома! Теперь, когда он смотрел на двусмысленную улыбку Су Сюаньяня, когда тот клал эти вещи на полку, ему очень хотелось врезать выскочке!

Когда наступила глубокая ночь, Сюэ Лин пошел мыться и приводить себя в порядок после того, как помог найти запасные вещи. К тому времени, когда он вышел в халате, Су Сюаньянь уже устроился в кабинете, чтобы начать заниматься своими делами. Когда Сюэ Лин проходил мимо, он подслушал, как тот сказал кому-то, что не вернется домой на этот период времени. Он не стал сильно переживать по этому поводу, а вместо этого пошел босиком искать полотенце для волос.

Его характер был очень спокойным, когда дело касалось повседневной жизни. Он клал некоторые вещи в случайных местах и не имел привычки полностью высыхать, прежде чем выйти после купания, поэтому оставлял на земле маленькие водяные следы, когда проходил мимо. У робота-уборщика были включены камеры, он деловито следовал за ним, как маленький хвостик, чтобы убрать воду, пока Сюэ Лин бесцельно бродил по дому. Су Сюаньянь не знал, смеяться ему или плакать, когда он наблюдал эту сцену.

Он вспомнил, где раньше заметил полотенце, и подошел, чтобы взять его для Сюэ Лина.

Су Сюаньяня насухо вытер волосы Сюэ Лина, и тот перестал бродить, чтобы подождать, пока он закончит. Он остановился довольно резко, и робот-уборщик натолкнулся на его пятку, прежде чем развернуться и быстро уехать. Сюэ Лин тихо пробормотал себе под нос, велев Су Сюаньяню поторопиться и принять ванну.

Су Сюаньянь несколько беспомощно принес ему тапочки: "Погода становится все холоднее, и ходить дома босиком вредно для тебя".

Сюэ Лин неторопливо хмыкнул, надел тапочки и убежал в спальню. Су Сюаньянь последовал за ним, бессильно вздыхая над его персоной. Сюэ Лин был не намного старше его младшего брата, и у них обоих был детский темперамент, они предпочитали не надевать тапочки, находясь дома.

Но их второй брат постелил ковровое покрытие во всем доме, в то время как в доме Сюэ Лина этого не было. Су Сюаньянь пошел за одеждой, чтобы переодеться после ванны, размышляя о том, не лучше ли поменять больше декора в этом доме.

После того как оба закончили мыться, они столкнулись с новой проблемой. Когда Сюэ Лин впервые купил эту квартиру, она была отремонтирована как квартира с одной спальней. Здесь была только одна хозяйская спальня; она была относительно большой и содержала двуспальную кровать. Это не было проблемой, когда Сюэ Лин жил здесь один, но проблемы возникли теперь, когда нужно было считаться с Су Сюаньянем.

Где он должен спать?

Сюэ Лин был очень спокоен относительно этого момента. Он взял одеяло со своей кровати и бросил его на диван, затем сказал:

"Пока спи на диване. Завтра мы организуем односпальную кровать для кабинета".

В кабинете было не так много места. Су Сюаньянь с самого начала намеревался переехать в спальню. Поскольку единственной другой комнатой был кабинет, если бы он был вынужден застрять на диване, он бы написал свое имя вверх ногами.

Пойти на компромисс в данный момент было очень просто. Су Сюаньянь быстро взял на себя вопрос о покупке кровати и сказал:

"Поскольку я собираюсь спать в ней, я буду отвечать за покупку другой кровати. Тебе не нужно об этом беспокоиться".

Сюэ Лин увидел, что он понял ситуацию, и просто поднял брови, позволяя ему уйти, прежде чем закрыть дверь спальни и снова запрыгнуть на свою кровать.

В каком-то смысле Су Сюаньянь был изгнан из хозяйской спальни, но он не сдавался. Он повернулся и пошел обратно в кабинет. Изначально он не хотел беспокоить своего младшего брата, но некоторые вещи все равно нужно было сделать, и чем быстрее, тем лучше.

Поэтому Су Люнянь был вынужден ночами работать за старшего брата, чтобы завершить окончательный вариант сценария. Каждый раз, когда он вспоминал этот случай, он чуть не плакал; в будущем он никогда не будет беспокоиться о делах своего старшего брата! Это было не его дело, если он за кем-то ухаживал, зачем было причинять ему столько боли?! (〒_〒)

Сюэ Лин планировал как следует отдохнуть и остаться дома на эти два дня, но, к сожалению, Шэнь Юэ попросил его пойти в компанию рано утром на следующий день, сказав, что есть сценарий, который он хочет, чтобы он посмотрел, который очень ему подходит. Поэтому у него не было другого выбора, кроме как пойти на улицу, съев завтрак, который Су Сюаньянь принес с собой, когда вернулся с утренней зарядки.

Он ушел в небольшой спешке и, естественно, не заметил, что Су Сюаньянь воспользовался его уходом из дома, чтобы впустить кого-то, кто привезет заказанную им вчера кровать и установит ее в хозяйской спальне.

Спальня была просторной, и Сюэ Лин не стал размещать в ней много вещей. Его кровать стояла там сама по себе, а Су Сюаньянь выбрал кровать, которая служила диваном, и ее можно было оставить там, чтобы она не выглядела неуместной, когда ее не используют. Она хорошо сочеталась со стилем остальной части комнаты, и было видно, что Су Сюаньянь не собирается спать на ней долго.

Он общался с Сюэ Лином всего одну ночь, и воспоминания в его голове сильно прояснились. Казалось, что воспоминания были несколько хаотичными, потому что охватывали так много миров, но Су Сюаньянь в основном разобрался с ними. Он был Мастером Границы и, естественно, понимал, что отношения между ними возникли не в какой-то прошлой жизни, а скорее благодаря опыту, полученному ими во многих мирах; они встречались, любили и узнавали друг друга снова и снова.

Только вот в этих воспоминаниях казалось, что Сюэ Лин всегда четко знал, какими должны быть отношения между ними, в то время как его воспоминания и осознание всегда блокировались, когда он входил в этот мир.

Воспоминаний об этих вещах было уже достаточно, чтобы Су Сюаньянь почувствовал вину и жалость к Сюэ Лину.

Он мог смутно догадываться, с чем были связаны эти вопросы, но Су Сюаньянь не собирался идти и искать Мир Десяти Направлений до того, как вспомнит все это.

Он не стал бы терять свои воспоминания без причины. Понять, почему он потерял эти воспоминания, было сейчас самым важным.

Нет, самым важным было заставить Сюэ Лина снова влюбиться в него. Даже без воспоминаний он все еще верил, что их будет тянуть друг к другу. Им удалось сойтись в стольких мирах; не было причин, по которым он не мог бы уговорить возлюбленного, потерявшего память.

Сюэ Лин не знал, что кто-то вторгся в его личное пространство. После того как он поспешил в компанию, он получил толстый сценарий.

Обычно полный сценарий не передавался актерам, потому что если они решат сменить актеров позже, то это будет проблемой, если сценарий утечет из их рук, поэтому многие съемочные группы предоставляли сценарий только после того, как актеры были утверждены. Было очень странно, что Сюэ Лин получил сценарий именно сейчас.

Видя, что Сюэ Лин, похоже, хочет что-то сказать, Шэнь Юэ поднял руку, чтобы остановить его. "В этом сценарии два главных героя. В этом году наша компания вложила больше всего средств в этот проект, который адаптирован из <Спроси у неба> Су Люняня. Господин Су поспешил закончить сценарий прошлой ночью, и, кроме основного сценария, есть несколько дополнительных. Посмотри сначала, а потом скажи мне, что ты думаешь".

Сюэ Лин был ошеломлен на мгновение, затем кивнул.

Ему сразу же дали такую большую постановку; слова Шэнь Юэ означали, что его роль в этом фильме, вероятно, уже определена, и его обязательно выберут. Сюэ Лин слегка нахмурился, но вскоре его брови разгладились. Говорить было особо нечего; если сценарий хороший, он возьмется за него. Если же...

Ну, Су Люнянь был писателем, которого Всемирная литературная сеть считала богом. Как может что-то, вышедшее из его рук, быть второсортным?

<Спроси у неба> был фэнтезийным романом. Судя по вступлению в начале сценария, Тяньсюань, похоже, планировал разделить его на четыре части для съемок и трансляции. Это был относительно долгосрочный съемочный проект; все должно было быть снято за один раз, но после прохождения через производство, оно должно было быть разделено на четыре отдельных фильма.

Это было рискованное вложение, потому что никто не мог судить о том, как изменится доход от этого сериала. Все фильмы, которые создавались подобным образом, сначала намечали предварительный план и делали пилотный выпуск, чтобы испытать воду.

Если зрители не велись на него, они либо изменяли сюжет, либо сразу прекращали вкладывать в него деньги. Это действие - вложить столько средств одним махом, а затем пожинать доход по частям - показало, что компания была очень уверена в этом сериале.

<Спроси у неба> была историей культивации, но главный герой этой истории не был одним из тех детей, которые начинали с нуля и прокладывали себе путь наверх. Главным героем романа был полубог по имени Цин Си.

Он был единственным человеком, у которого была возможность стать богом в этом мире. В мире были и другие, кто мог стать бессмертным, но среди небес и земли он был единственным, кто был квалифицирован стать богом.

Роман <Спроси у неба> рассказывал о Цин Си и его стремлении стать богом.

Цин Си не мог вспомнить ни своего перерождения, ни того, сколько лет он уже культивировал. Он всегда был возвышенным и отстраненным, проводя свои дни в закрытой культивации. Для культиваторов он был просто легендой, кем-то, кто всегда парил высоко над остальными, и мечтой, к которой стремился каждый.

Но в самом начале этой истории Цин Си столкнулся с величайшей трудностью в своей жизни. Ему нужно было в совершенстве реализовать семь страстей и шесть желаний, чтобы стать небожителем, но он уже забыл обо всем, что хранит мир. Как Цин Си мог использовать собственное прошлое для достижения прорыва? Итак, во второй части истории Цин Си использовал технику и отправил свою душу в мир.

Основная душа Цин Си разделилась на две части и рассеялась в три тысячи меньших царств, став двумя главными героями этой истории.

Один стал обычным юношей, который не имел корней, семьи и прожил жалкую жизнь, по имени Чжу Ифань. Другой стал могущественным и распутным молодым мастером секты демонов, который испытал самые высокие вершины и самые низкие падения, Фэн Цяньюнь.

Это были два не связанных между собой человека, и они начинали в совершенно разных местах и периодах. Но как писатель, Люнянь обладал способностью соединять истории жизни этих двух людей, когда он медленно рассказывал историю двух людей, которые были рождены, чтобы быть необычными, но в то же время обречены на забвение.

Они были воплощениями Цин Си, но они отличались от Цин Си тысячами способов. Они были просто маленькими точками существования среди миллионов миров и жизней. Один из них боролся всю жизнь, не избавляясь от своей участи одинокой звезды, получая что-то только для того, чтобы терять это снова и снова, его характер крепчал день ото дня по мере того, как его медленно одолевало безразличие.

Другой был гордым и беспутным сыном небес, который внезапно столкнулся с угрозой уничтожения своей секты, испытывая невыразимую горечь, бесчисленное количество раз смиряясь со смертью только для того, чтобы в последний момент спастись.

Насколько прекрасной и удивительной была его жизнь вначале, прямо пропорционально тому, насколько неловкой и жестокой она была впоследствии. Он боролся в трясине, погружаясь и поднимаясь снова и снова, стремясь изо всех сил, но терпя неудачу снова и снова.

Первая и вторая половины его жизни прошли в двух совершенно разных стилях. Чем более блестящей была первая половина, тем более уродливой она становилась, когда он падал.

Он встретил Чжу Ифаня, когда находился в самой низкой точке своей жизни. Один пережил сто лет уныния, а другой видел блеск, но в итоге всё равно упал. Когда они встретились и встали бок о бок, это была двойная порция невезения, но они все равно смогли противостоять этому, выстоять и продолжать жить сильными.

Судьба волшебным образом дала им второй шанс, и они стали счастливыми звездами друг для друга. Пока они светили друг другу, они могли двигаться вперед по своим путям.

Они возлагали большие надежды, но в итоге их ждало еще большее разочарование.

В конце романа, в конце концов, Фэн Цяньюнь использовал свою собственную жизнь как цену за продление жизни Чжу Ифаня, а Чжу Ифань унес с собой волю брата, когда ступил на принадлежавшее ему поле боя, и они вдвоем похоронили себя рядом со своими врагами.

Когда их разделенные души вернулись, Цин Си проснулся, он преодолел невзгоды и стал богом.

Но с тех пор никто никогда не видел бога по имени Цин Си.

У <Спроси у неба> было много поворотных моментов. Каждый поворотный момент был тем, когда судьба двух главных героев менялась. Кроме того, именно эти поворотные моменты, тщательно продуманные автором, позволяли этим двум людям бесконечно расти и учиться.

Они всегда переживали разные вещи в одно и то же время, но при этом испытывали одни и те же эмоции. Радость, гнев и печаль; они явно были частью одной души, но Чжу Ифань и Фэн Цяньюнь были двумя независимыми личностями. У них были свои собственные чувства, и в итоге они пошли по разным дорогам.

Это была очень хорошая история. После адаптации она также стала очень хорошим сценарием. На самом деле Сюэ Лину очень повезло, что он получил возможность работать с таким сценарием так рано.

Сюэ Лин закрыл сценарий и испустил долгий вздох.

"Ты хочешь, чтобы я сыграл Фэн Цяньюня?"

"Да".

Шэнь Юэ кивнул. Поскольку он уже прочитал сценарий, он считал, что с характером Сюэ Лина он определенно поймет, на какую роль тот лучше всего подходит.

"Люнянь будет играть Чжу Ифаня?"

Сюэ Лин кивнул. Основываясь на описании Су Люняня двух людей в сценарии, не было никаких проблем с выбором их характеров. Сюэ Лин не стал бы просить взять на себя роль Чжу Ифань, чей характер не подходил его актерской игре, ради так называемого прорыва в славе. Даже если бы его актерские навыки были еще лучше, Чжу Ифань не был тем типом персонажа, который был бы потрясающе великолепен и запоминался с первого взгляда, в отличие от Сюэ Лина.

"Тяньсюань решила подписать контракт со мной в самом начале ради персонажа Фэн Цяньюня, верно?»

Сюэ Лин мог сказать, что этот сценарий оставили в покое на довольно долгое время. Вероятно, они уже давно начали готовиться к проекту и искать актеров.

"Да, когда мы проводили пробы на Юй Чису, у нас также было намерение искать кого-то на роль Фэн Цяньюня. Я понимаю твои актерские способности, и в итоге ты не будешь подавлять Люняня. С вами двумя этот фильм определенно вызовет бурю".

Сюэ Лин кивнул. Хотя можно было сказать, что Юй Чису имел сходство с Фэн Цяньюнем, Сюэ Лин не чувствовал, что это ограничивает его манеру поведения. Его лицо изначально было билетом, который позволил ему вращаться в индустрии развлечений, но это также означало, что он пропустит много хороших ролей из-за различий в характере персонажей.

Сюэ Лин чувствовал, что у него есть способность сыграть роль Фэн Цяньюня, и определенно никогда не позволит зрителям почувствовать, что они смотрят на второго Юй Чису.

Поскольку проблем не было, Сюэ Лин подписал контракт, пока был там. На этот раз для <Спроси у неба> Тяньсюань не стал смотреть на Сюэ Лина свысока из-за его низкой квалификации и урезать его гонорар. Вместо этого он подписал тот же контракт, что и Су Люнянь, и это был определенно самый выгодный контракт.

Завершив работу над контрактом, Сюэ Лин поинтересовался текущей ситуацией со съемочной группой. Реквизит был почти готов, но подготовка костюмов еще продолжалась. Обстановка в мире для <Спроси у неба> была масштабной, а сюжет - обширным. Все задействованные команды уже прошли через годичную подготовку. С такими усилиями и вниманием к деталям для одного фильма, а точнее, для четырех фильмов, фундамент <Спроси у неба> уже был заложен.

Съемочная группа хотела воссоздать мир <Спроси у неба> как можно более реалистично.

"Кстати, это должен быть ваш первый опыт сотрудничества с режиссером Фаном. Как только режиссер Фан начнет работу, она станет чрезвычайно утомительной. Тебе следует как следует отдохнуть в этот период времени, чтобы ты мог быть в наилучшем состоянии, когда начнутся съемки".

Сюэ Лин кивнул, получив общее представление о режиссере, и в душе сделал некоторые приготовления.

Фан Юэцзе был эксклюзивным режиссером романов Су Люняня, и практически все его романы были сняты его руками. Он прославился еще в юности и завоевал множество международных наград, когда был еще молодым. Позже он работал в партнерстве с Су Люнянем и создал множество отмеченных наградами хороших работ. В жизни он казался очень покладистым, но с началом съемок превратился в абсолютного трудоголика.

Хотя Сюэ Лин долгое время не был в развлекательном кругу, после присоединения к Тяньсюань он познакомился с несколькими режиссерами, которые работали с Тяньсюань. Большинство из них ранее сотрудничали с Су Люнянем или Су Сюаньцином, и работы, которые они создавали, были изысканными, что вполне соответствовало философии Тяньсюань - выпускать только потрясающие работы.

Фан Юэцзе был самым молодым из этой группы режиссеров, но у него было самое большое количество релизов; если он не работал, у него чесались руки. Су Люнянь уже говорил, что он работает так, как будто жизнь не имеет значения.

Таковы были текущие впечатления Сюэ Лина о режиссере. Остальное он должен будет выяснить после присоединения к группе.

Закончив их разговор о работе, он пообедал с Шэнь Юэ, а затем снова отправился в супермаркет. Он купил несколько предметов первой необходимости для Су Сюаньяня, а также некоторые продукты, так как собирался идти домой и готовить.

Хотя еда на вынос была очень вкусной, он не привык питаться ею постоянно. Даже если он ел коробки на вынос каждый день во время съемок, то после возвращения домой ему надоедало их есть. Когда он был дома, он предпочитал готовить еду сам.

Сюэ Лин не знал, что любит есть Су Сюаньянь, поэтому он взял наугад немного мяса, выбрал несколько видов блюд, которые нравились ему самому, и в итоге купил много всего. Люди у прилавка бросали на него лишние взгляды, когда он расплачивался.

Он еще не был популярен, поэтому, выходя на улицу, надевал только солнцезащитные очки. Сюэ Лин думал о грандиозном зрелище, которое откроется после выхода детективной драмы, и не мог отделаться от чувства волнения.

Когда он вернулся домой, было уже за полдень. Су Сюаньянь открыл ему дверь, затем взял из его рук вещи, которые нес Сюэ Лин, и сказал ему:

"Теперь ты звезда. Слишком хлопотно бегать в супермаркет одному. В следующий раз не забудь позвонить мне, чтобы мы могли пойти вместе".

Сюэ Лин молча закрыл дверь, подумав про себя, что способность Су Сюаньяня кружить головы явно прокачалась. Это нисколько не помогло бы ему - какой смысл было звонить ему? Но на поверхности он издал очень формальный звук согласия. Любой, кто услышал бы его, понял бы, что он не принял его близко к сердцу.

Су Сюаньянь не беспокоился о том, было ли это формальностью или нет. Он посмотрел на купленные продукты и сказал:

"Я не могу жить, есть и пить здесь бесплатно. В будущем я попрошу экономку присылать сюда очередную порцию продуктов. Ты можешь просто сказать мне, что тебе нравится есть".

Глаза Сюэ Лина просветлели. Семья Су Сюаньяня обладала и властью, и влиянием, и была сделана из денег. Он был очень требователен к качеству еды, которую хотел есть. Иногда он чувствовал, что вещи в супермаркете недостаточно свежие, но ему было лень идти дальше и делать покупки в специализированном магазине.

Теперь, когда Су Сюаньянь предложил, чтобы кто-то специально присылал продукты, он, естественно, согласился. Но он не мог показаться свое счастье слишком очевидно, потому что иначе могло показаться, что с ним слишком легко иметь дело:

"Кто сказал, что ты живешь здесь бесплатно? Я собираюсь брать с тебя арендную плату~ раз уж ты живешь в моем кабинете...".

Он снял шарф, обмотанный вокруг шеи, когда шагнул в комнату, но еще до того, как он закончил свои слова, он начал скрипеть зубами.

"Су Сюаньянь!"

Су Сюаньянь рассмеялся. Что должно произойти, то произойдет. В любом случае, кровать уже была на месте, и Сюэ Лин не мог ничего с этим сделать. Он неторопливо подошел к нему и спросил: "Да?"

Сюэ Лин указал на диван-кровать, который теперь стоял на видном месте перед его подоконником, и спросил: "Что это?!"

"Как ты можешь видеть, это моя кровать".

"Когда это я обещал позволить тебе спать здесь? Я просто сказал поставить твою кровать в кабинете!"

"Но я думаю, что спать здесь более уместно, чем оставаться в кабинете".

На лице Су Сюаньяня появилась слабая улыбка. Если бы не то, что его лицо по-прежнему выглядело так же, никто бы не догадался, что это тот же человек, что и раньше, большой айсберг.

Он обнаружил, что дразнить Сюэ Лина очень весело, но нужно знать меру. Если Сюэ Лин действительно взорвется, то, по его расчетам, у него не будет даже шанса уговорить его, прежде чем его вышвырнут из дома.

Он шаг за шагом проверял нижнюю границу Сюэ Лина и, что интересно, обнаружил, что терпимость Сюэ Лина к нему казалась довольно высокой. Сюэ Лин, казалось, не испытывал к нему особого отвращения, несмотря на то, что он проявил инициативу и вторгся в его личное пространство.

Хотя прошла всего одна ночь, Су Сюаньянь мог сказать, что Сюэ Лин разрешит ему остаться здесь, если он не будет слишком давить.

Но оставаться честным и не давить - это не путь Су Сюаньяня; он очень четко формулировал свои цели.

"Ерунда! Это спальня!"

Сюэ Лин закатил глаза, а затем обнаружил, что, кажется, что-то не так. Тема снова сбилась с пути, и он недовольно проговорил:

"Убери это! Перемести его в гостиную или в кабинет! Меня не волнует, какое место, по твоему мнению, больше подходит для сна, просто не мешай мне спать, оставаясь здесь!"

Су Сюаньянь мягко сказал: "Мы же не делим одну кровать. Мы просто делим комнату, почему ты так злишься? Я буду вести себя очень тихо и не потревожу твой сон".

Сюэ Лин усмехнулся: "Сейчас это просто совместное проживание в комнате, но через несколько дней это будет кровать! Не думай, что я тебя не знаю!"

Закончив говорить, он замер и ошарашенно моргнул. Казалось, ему было немного любопытно, почему он произнес эти слова, и после осознания того, что он сказал, Сюэ Лин, казавшийся "чистой", юной девственницей, молча сильно покраснел.

Су Сюаньянь был весьма удивлен, наклонившись к нему: "Ты что-то вспомнил? Можешь сказать мне, что это было?"

Сюэ Лин отступил на два шага, выражение его лица было безразличным, когда он отказался: "Я ничего не вспомнил. Я вообще ничего не помню. Я подозреваю, что твои слова неверны, и просто готовился выгнать тебя".

Су Сюаньянь беспомощно сказал: "Но я уже многое помню".

Сюэ Лин был ошеломлен и не мог не сделать два шага вперед:

"Правда? Как много ты помнишь?

Увидев, что Сюэ Лин подошел по собственной инициативе, он небрежно потер голову и сказал:

"Я помню, что мы были вместе во многих мирах. В то время у тебя были свои воспоминания, но я потерял все свои".

Сюэ Лин пробормотал "воистину заговор", но не стал спрашивать дальнейших подробностей. Он тихо отвернулся и пошел в сторону. Ему стало стыдно, когда он услышал простые слова Су Сюаньяня; если он услышит еще больше подробностей из уст Су Сюаньяня, то, возможно, ему придется задохнуться под одеялом от смущения.

Су Сюаньянь увидел, что он повернулся и готовится уйти, не обсуждая дальше дополнительную кровать в спальне, и пожал плечами. Ничего страшного, если Сюэ Лин не желал слушать. В конце концов, то, что он помнил, все еще было разбито и разрознено.

Ничего страшного, если Сюэ Лин не мог ничего вспомнить, потому что, по крайней мере, он все еще иногда демонстрировал ту близость, которая была между ними. Это была хорошая отправная точка, и с таким фундаментом Су Сюаньянь мог бы выпытать у всей планеты, не говоря уже о том, чтобы справиться с одним Сюэ Лином.

В этом случае он начал бы с того, что ночью пробрался бы в спальню хозяина.

Оглядев недавно купленную кровать в комнате, Су Сюаньянь изогнул губы и вышел из комнаты в хорошем настроении.

Было уже 5:30 вечера. Сюэ Лин пошел осмотреть продукты, которые он купил и приготовился готовить, чтобы избежать Су Сюаньяня, но Су Сюаньянь, словно преследующий призрак, последовал за ним.

"Что ты готовишь? Я помогу тебе".

Сюэ Лин был весьма удивлен, что Су Сюаньянь умеет готовить, но Су Сюаньянь ответил:

"Я привык прислуживать тебе. Я уже должен знать твои вкусы и могу воссоздать это".

Сюэ Лин вдруг снова стал кокетничать; он усмехнулся, ему было лень разбираться с Су Сюаньянем, который начал дразнить его весь день только потому, что запомнил больше вещей, чем он.

У них было еще много времени. Когда он достигнет вершины индустрии развлечений и вспомнит все, он потихоньку сведет с ним счеты!

Сюэ Лин оставался дома в течение нескольких дней и просмотрел весь сценарий <Спроси у неба>, который предоставил Су Люнянь, а также прочитал его роман, несколько спин-оффов и фанфиков, и даже некоторые произведения, основанные на схожей тематике, чтобы получить приблизительное понимание того, каким персонажем был Фэн Цяньюнь.

Он хотел узнать, каким человеком он был в глазах автора, в глазах читателей и даже в глазах фанатов и читателей фанфиков, а также понять, сколько людей уже глубоко изучили его характер. После прочтения такого количества подобных вещей образ Фэн Цяньюня естественным образом возник перед Сюэ Лином.

Это была версия Фэн Цяньюня, которая несла в себе его собственное понимание характера; он был высокомерным, когда вел себя на публике бесцеремонно, но не доминирующим. Когда он был сдержанным, он был интровертом, но не саморазрушительным. Он был почти идеальным персонажем, а Чжу Ифань создавал резкий контраст для его личности.

Но именно такой человек в конечном итоге выбрал смерть в качестве своего финала. Многие люди были недовольны его смертью, и многие фанаты не чувствовали, что Фэн Цяньюнь, Чжу Ифань и Цин Си были одним и тем же человеком. Они казались совершенно разными личностями, и то, что эти двое наконец-то исчезли и стали частями целостного Цин Си, заставляло людей депрессировать.

Другие предполагали, что Цин Си разделился на две личности после того, как стал небожителем, поэтому он никогда не появлялся вновь. Многие фанатские произведения использовали это в качестве фона и начинали с этого новые истории.

Но Фэн Цяньюнь, о котором писал Су Люнянь, действительно умер. Среди них троих Фэн Цяньюнь ушел быстрее всех, его смерть была самой простой, но в то же время самой величественной.

Фэн Цяньюнь пожертвовал собой и умер; Чжу Ифань пожертвовал собой демону и умер вместе с ним; Цин Си стал небожителем, который не оставил после себя никаких следов. В самом конце <Спроси у неба> никто точно не знал, кто именно спрашивает у неба.

Когда Су Сюаньянь увидел, что он тоже в составе, он с любопытством спросил его: "Ты играешь Фэн Цяньюня?"

Сюэ Лин поднял брови и посмотрел на него, затем ответил: "А разве я не могу?"

"Я не это имел в виду". Су Сюаньянь сел позади него и сказал:

"Чжу Ифань - это Сяо Нянь, Цин Си - Сюаньцин, а теперь ты. Я не участвую, но если бы участвовал, то в актерском составе была бы вся наша семья".

Сюэ Лин молча закатил глаза и подумал про себя:

"Кто был в одной семье с тобой?!" После этого он был слишком ленив, чтобы обращать на него внимание, и отправился записывать песни в виртуальной сети.

Аудиодрама <Битва на мечах>, транслировавшаяся ранее, вызвала ажиотаж из-за внезапной смены актерского состава. Люди, которые ели дынные семечки в сторонке, не зная правды, обвиняли Сюэ Лина в краже чужих ролей - актерский состав уже сделал все приготовления, и еще до начала трансляции уже были разосланы новости о том, что Ван Чуань больше не может продолжать запись.

Те, кто должен быть в курсе, уже знали, что происходит, а ненавистники, которые остались, были просто для того, чтобы поднять бурю. Сюэ Лину было слишком лень обращать внимание на этих людей.

Аудиодрама подарила ему очередную порцию поклонников, поскольку все хвалили его за контроль над ролью. Изначально он думал, что проиграет в сравнении с Ван Чуанем, но неожиданно он создал другой эффект своей записью.

Сюэ Лин привычно игнорировал тех, кто крутился вокруг, изображая милашку, умоляя о поддержке или намеренно подшучивая над ним. Он просмотрел свой Weibo, принял к сведению посты, подталкивающие к <Потерянный след>, а затем закрыл приложение.

Съемки <Потерянного следа> были уже закончены. Сюэ Лин нашел время, чтобы посетить банкет, а официальный Weibo объявил, что фильм уже вошел в стадию пост-продакшна и скоро выйдет на экраны.

Сюэ Лин осознал, что прошло уже больше месяца с тех пор, как он получил систему, и произошли огромные, меняющие жизнь вещи. Во-первых, не говоря уже о его увлечениях виртуальной сетью и работе, даже просто в его повседневной жизни, в его доме вдруг появился лишний человек! Кроме того, он вдруг узнал, что он даже не человек. Сюэ Лин все еще был довольно сумбурно настроен по отношению ко всему этому.

В течение полумесяца он оставался дома и вообще не соглашался ни на какую работу. Каждое утро после пробуждения он совершал прогулку, затем спал и ел, ел и спал. Он читал книги и пил прекрасное вино, изредка болтая с Су Сюаньянем, а когда Су Сюаньянь был свободен, они выходили на прогулку, развлекаясь прокладывая себе путь через город с востока на запад. Пока это было что-то, что, по мнению Сюэ Лина, он никогда раньше не пробовал, он с энтузиазмом стремился попробовать.

Полмесяца спустя он наконец вернулся на работу и посетил публичную премьеру <Потерянного следа>.

Рекламные мероприятия, посвященные запуску детектива, уже были запланированы, и Сюэ Лину предстояло посетить в общей сложности шесть мероприятий, которые в основном проходили в городе X и городе B. Подтвердив время и расписание мероприятий, он собрал свои вещи и приготовился отправиться в путь. В то же время трейлер к фильму <Потерянный след> также был выложен на всеобщее обозрение.

Во время ужина они вдвоем смотрели первый анонс по телевизору. Они заблокировали пиковое время просмотра, но анонсы по телевизору не были в центре внимания; одновременно они транслировали основной трейлер в Интернете. После ужина Сюэ Лин зашел на Weibo, чтобы посмотреть, и увидел, что под трейлером были волны хвалебных отзывов.

Автор также переслала трейлер, описав его в преувеличенных выражениях; она была очень взволнована, поэтому ее фанаты тоже пришли посмотреть. Внезапно выяснился тот факт, что Сюэ Лин так замечательно сыграл главного героя.

Он был во многих сценах в трейлере, как в роли праведной личности, так и злой, и трейлер заканчивался странной сценой смеха. Многие люди, которые еще не читали оригинальный роман, также спрашивали в комментариях, что это за история.

Сюэ Лин очень кстати переслал пост, и уже через минуту после того, как он перепостил его, его Weibo был полностью заполнен комментариями. Некоторые люди были особенно взволнованы, и интерфейс Сюэ Лина бесконечно вибрировал. Звуки уведомлений заставили оглянуться даже Су Сюаньяня, который мыл посуду.

После этого он полмесяца занимался рекламой. Сюэ Лина теперь можно было считать человеком, который, полагаясь на эту работу, стал популярным в одночасье. Число его поклонников на Weibo взлетело до небес, а сам он стал быстро растущей темой трендов. Внезапно к нему нескончаемым потоком посыпались предложения о сотрудничестве и сценарии, но он сказал Шэнь Юэ, чтобы тот сначала отодвинул их все, потому что сначала он хочет сконцентрироваться на съемках для <Спроси у неба>.

Сюэ Лин был странным существом среди популярных звезд. Обычно все, кто становился популярным в одночасье, предпочитали начать увеличивать свое присутствие, постоянно появляясь в СМИ. Даже если у них не было никаких работ, которые они могли бы продвигать, они все равно могли поддерживать свою популярность, стремясь удержать своих новообретенных сумасшедших фанатов и заставить их продолжать следовать за ними.

Независимо от того, было ли это через спонсорство или эстрадные шоу, им нужно было продолжать показывать свои лица, чтобы все могли видеть, чем они занимаются, и пожинать очередной урожай фанатов.

Но то, что делал Сюэ Лин, было полной противоположностью. Кроме посещения различных рекламных мероприятий <Потерянный след>, где репортеры могли мельком увидеть его, он, казалось, оставался дома, полностью исчезая из поля зрения. Его информация была хорошо скрыта, и репортеры не могли ни найти его, ни сфотографировать.

Он еще не был звездой первой величины, поэтому многие репортеры вскоре отказались от попыток его поймать. Сюэ Лин не принимал участия ни в эстрадных шоу, ни в рекламных акциях, и было похоже, что он вообще не принадлежал к этому кругу: о нем не было ни рекламы, ни дальнейших новостей. Не было ни сплетен, ни горячих тем, и он не использовал ни один из доступных методов повышения своей популярности.

Многие начали подозревать, что он каким-то образом обидел компанию, потому что в противном случае компания не стала бы так с ним обращаться, позволяя таким полезным уровням популярности напрямую исчезать.

Сюэ Лин поступил по-своему. При подписании контракта ему была предоставлена высокая степень свободы, и если он хотел расслабиться, то Шэнь Юэ не мог его ни к чему принудить. Ему было слишком лень и неинтересно посещать варьете-шоу, а с Су Сюаньянем в качестве поддержки, все, что он хотел сделать, это просто снять несколько фильмов.

Это было правдой, что Шэнь Юэ не создавал никаких объявлений, чтобы увеличить его присутствие, но когда слухи распространились по всему интернету, он пошел вперед и сказал кому-то поделиться текущим особым статусом Сюэ Лина в компании.

Пост оказался очень полезным. Многие фанаты, казалось, поняли общий замысел, стоящий за ним, и осознали, что цели их кумира, вероятно, не так просты, как просто быть кумиром или звездой.

Рынок очень ясно дал понять, что иногда, "звезды" и "актеры" не всегда означают одно и то же.

Многие фанаты выразили свое мнение в разделе комментариев под постом.

[ Инь-Инь: ⊙▽⊙ Я понял только после того, как оригинальный постер объяснил, что наш новый мужской бог и маленький киноимператор из одной компании! Неудивительно. Эта компания всегда предлагала много свободы. Даже если судить по маленькому киноимператору, кажется, что количество случайных рекламных мероприятий, на которых он присутствовал, ничтожно мало. ]

[ Черные волосы: o(*￣)￣*]o Маленький киноимператор принадлежит к классу абсолютной власти - он использует свои работы, чтобы шаг за шагом создавать свой личный бренд. О, и его прошлое, когда оно, наконец, было раскрыто, я всегда хотел сказать, что те репортеры СМИ, должно быть, были безумно глупы. Теперь, похоже, что мужской бог Сюэ - младший из маленьких киноимператоров. Возможно, он станет следующим киноимператором? ]

[ Ветер, Цветок, Снег и Луна: Предыдущий текст, не говори таких вещей. У маленького Киноимператора много поклонников, а маленькая лиса сейчас не может позволить себе такое внимание. ]

[ Звук распутства: (～￣▽￣)～Для маленького лиса лучше иметь меньше случайной рекламы и сосредоточиться на съёмках, чтобы у нас было больше работ для просмотра~ ].

Вскоре после публикации этого сообщения Су Люнянь также отправил сообщение о том, что <Спроси у неба> вот-вот начнет сниматься. В этом сообщении он вскользь упомянул Сюэ Лина и выразил надежду на приятное сотрудничество.

Поэтому все понимали, что изначально Сюэ Лин не принял ничего нового, потому что готовился к <Спроси у неба>~ Многие люди с нетерпением ждали возможности увидеть сотрудничество двух мужчин-богов.

Конечно, пока одни люди с нетерпением ждали этого, были и другие, поглощенные ненавистью. Сюэ Лин никогда не обращал на них внимания, делая только то, что хотел, не считаясь с мнением других людей.

В этот период аудиодрама выпустила еще две передачи, что вызвало новый виток внимания. Можно считать, что Сюэ Лин все же предстал перед публикой, и этого было достаточно.

Фильм <Спроси у неба> будет сниматься по всей стране Хуа. Режиссер Фан настоял на том, чтобы некоторые сцены снимались на реальном фоне, и съемочная группа уже выбрала места для съемок. В процессе съемок вся команда будет путешествовать по стране и за ее пределами. Сюэ Лин не взял с собой много вещей; он планировал купить все необходимое, когда они приедут.

Су Сюаньянь жил с ним уже месяц, и их общение достигло той стадии, когда они вели себя как пожилая пара. Хотя оба они никогда ничего не говорили на поверхности, Сюэ Лин уже молчаливо принял ярлык "возлюбленного", который навесила ему система. Просто внешне он демонстрировал всяческое презрение к Су Сюаньяню, а в его словах всегда был намек на то, что Су Сюаньянь должен переехать домой.

У Су Сюаньяня, казалось, было больше дел, которыми он должен был заниматься после возвращения в страну, и вряд ли он стал бы следовать за Сюэ Лином, чтобы снимать фильм по всему миру. Сюэ Лин был очень рад тому, что наконец-то не придется жить в одной комнате с этим человеком, потому что чувство присутствия Су Сюаньяня было настолько сильным, что пока они спали в одной комнате, Сюэ Лин всегда видел его во сне по ночам.

Содержание снов казалось их прошлыми воспоминаниями, и это заставляло сердце Сюэ Лина сжиматься каждый раз, когда он смотрел их, но он никогда не мог ничего вспомнить, когда просыпался. В последнее время это негативно сказывалось на качестве его сна.

Когда он был очень зол, он подходил и несколько раз ударял Су Сюаньяня; неизвестно, что думал этот человек, но его взгляд, когда он смотрел на него, становился все более нежным. Иногда он был настолько нежным, что Сюэ Лин не имел возможности сорвать на нем злость, и просто шлепал его несколько раз, прежде чем решил восполнить потерянный днем сон.

Он не видел снов, когда спал днем, и ему было очень легко проспать всю вторую половину дня. Сюэ Лину показалось, что такой образ жизни был слишком декадентским.

Поэтому он захватил свой багаж и прибыл на площадку заранее.

<Спроси у неба> был фильмом о культивации, но все три тысячи маленьких миров имели свои отличия. Съемочная группа была разделена на несколько разных групп, а съемки - на несколько разных локаций. Им также нужно было осветить ранние жизни Фэн Цяньюня и Чжу Ифаня и то, что они пережили до того, как встретили друг друга. Это означало, что Сюэ Лин и Су Люнянь были разделены во время первой части съемок.

Был только один режиссер Фан, поэтому он был самым занятым из всех. Он практически никогда не останавливался, бегая туда-сюда между съемочными площадками, используя материал, снятый в одной стороне, чтобы начать производство и монтаж в другой, пока он ходил в другое место и руководил всем процессом.

Сюэ Лин сначала удивился, почему Фан Юэцзе был таким крупным и явно переедал, когда только прибыл на съемочную площадку, но позже он понял, что загруженность Фан Юэцзе означает, что он слишком много и слишком быстро сжигает. В начале его лицо было мясистым и с избыточным весом, но после прохождения через давление, которое он на себя оказывал, оно стало достаточно худым, чтобы превратиться в лицо дынного семечка.

Требования Фан Юэцзе были особенно строгими. Даже с учетом высоких стандартов и актерских способностей Сюэ Лина, ему все равно нужно было повторять некоторые сцены по несколько раз.

Однако режиссер Фан не был тем, кто любит громко ругаться и устраивать сцены. Он просто хотел закончить все как можно быстрее. Дух Сюэ Лина не сильно пострадал, но страдания, которые он испытывал на своей шкуре, напрямую отображались на его аккаунте в Weibo.

Он регулярно отправлял некоторые обновления о своей повседневной жизни. В последнее время его лицо худело со скоростью, видимой невооруженным глазом. Сюэ Лин не говорил об этом прямо, но он послал приветствие Су Люняню на своем Weibo, сказав, что наконец-то понял, почему Су Люнянь сказал ему больше есть перед тем, как войти в касту режиссера Фана.

Су Люнянь рассмеялся и переслал свой Weibo с комментарием:

"Видишь? Я уже говорил ранее, что Фан Юэцзе работал без оглядки на свою жизнь".

Эти двое вели себя как пара братьев, которые страдают вместе, и очень быстро из-за их обсуждений создалось впечатление, что все они - одна большая семья. Все их поклонники выразили мнение, что у этих двоих действительно прекрасные отношения друг с другом~.

Сюэ Лин действительно относился к Су Люняню как к хорошему другу, которому можно пожаловаться, но для Су Люняня это было немного более странно. Изначально он относился к Сюэ Лину как к талантливому человеку, которого можно использовать. Позже он обнаружил, что тот довольно хороший человек, с которым стоит познакомиться и подружиться. После этого...

Ему сказали, что Сюэ Лин - его будущая невестка, и ему нужно установить с ним хорошие отношения.

Поэтому Су Люнянь был очень осторожен в построении этих отношений. Независимо от того, насколько ядовитыми были средства его старшего брата и как он сначала фотографировал Лина, прежде чем ворваться в его личный дом, Су Люнянь твердо верил, что птицы одного полета будут слетаться вместе. Он должен должным образом позаботиться об этом несчастном младшем.

На второй неделе после того, как Сюэ Лин присоединился к съемочной группе, Су Сюаньянь нанес специальный визит на съемочную площадку. Он пришел в частном порядке и сказал о своем приходе только Сюэ Лину. Сюэ Лин был занят на съемках и не мог найти время, поэтому он попросил Шэнь Юэ договориться с ассистентом, чтобы тот привел его.

В то время Сюэ Лин снимал сцену в воздухе, и все его тело было подвешено в воздухе с помощью аппарата. Даже если у него был хороший контроль, ему все равно нужно было как следует сконцентрироваться при съемках такой сцены. Если бы он поскользнулся и упал, то даже если бы не умер, то все равно потерял бы слой кожи.

Хотя используемые машины все еще выполняли те же функции, что и старые, современные были просто двумя устройствами, которые можно было спрятать за телом человека. Управлять ими было немного сложнее, но технология уже достигла большого прогресса по сравнению с теми машинами, которые требовали, чтобы другие люди тянули его туда-сюда.

Когда Су Сюаньянь вошел, Сюэ Лин снимал сцену спуска с дерева. Он летел в красной одежде, и его чернильно-черные длинные волосы развевались вокруг него, когда он играл роль молодого мастера из секты демонов, который смеялся безрассудно и дерзко. Сцена, которую он устроил, спускаясь с дерева, была потрясающе красивой!

Шаги Су Сюаньяня застопорились, когда он вдруг вспомнил, что этот человек несколько раз надевал для него красную одежду. И каждый раз это было так же красиво и завораживающе, как сейчас.

Фэн Цяньюнь был противоречивым, но в то же время хорошо понятным человеком. Иногда он был настолько чист и прост, что заставлял других чувствовать себя растроганными, но в другое время он был достаточно жесток, чтобы заставить других испугаться.

По словам Су Люняня, он был очень своевольным человеком. Будучи молодым мастером клана демонов, он вырос так, что ему нечего было терять и нечего было бояться, поэтому Фэн Цяньюнь развил в себе такой беспутный и дерзкий характер. Даже после того, как он потерял все, он не изменил свой характер, а скорее спрятал его еще глубже.

Сейчас Сюэ Лин снимал те части фильма, где Фэн Цяньюнь все еще был частью клана демонов. Все началось с того момента, когда он только появился, затем продвигалось к серии основных событий, произошедших в клане демонов, которые привели к тому, что он был неправильно понят кланом. Впоследствии один из кланов демонов был уничтожен, затем последовал несчастный случай, последствия которого привели к истреблению всей фракции клана демонов.

Все это снималось в текущем периоде.

Фан Юэцзе не следовал временной шкале фильма во время съемок. Он много лет сотрудничал с Су Люнянем и Су Сюаньцином, и после того, как он несколько раз проверил Сюэ Лина, чтобы убедиться, что Сюэ Лин способен держать темп, он полностью погрузился в свой безумный режим съемок.

Все члены съемочной группы чувствовали себя так, словно Фан Юэцзе был похож на маленького дьявола, который гонялся за ними с кнутом, намереваясь заставить их закончить все как можно быстрее.

Именно поэтому Сюэ Лин был шокирован, когда он закончил текущую сцену и приготовился переходить к следующей, как вдруг Фан Юэцзе сказал ему сделать перерыв.

Неужели у режиссера Фана сломался мозг?

Хотя подвесные машины в воздухе уже не были похожи на те, что были в прошлом, которые могли легко поранить человека, если он слишком долго висел в воздухе, они все еще могли вызвать боль в мышцах после длительного использования. Поскольку режиссер велел ему отдохнуть, Сюэ Лин потер плечи и приготовился вернуться в свою личную зону отдыха и прилечь. Неожиданно он заметил Су Сюаньяня, как только повернулся.

Су Сюаньянь держал что-то в руке, а его лицо носило все то же выражение айсберга, которое, казалось, не растает и за тысячу лет. Но как только Сюэ Лин оглянулся, он стал похож на тающий весной снег, растворяющийся в воде под мягким теплом. Горячее выражение в его взгляде заставило Сюэ Лина на некоторое время поперхнуться, и он не решился ответить.

Су Сюаньяню было все равно, ответит он или нет. Поскольку Фан Юэцзе дал Сюэ Лину немного времени на отдых, он, естественно, последовал за Сюэ Лином в его комнату отдыха.

Они жили среди диких, нетронутых холмов. Съемочная группа установила несколько небольших навесов, чтобы облегчить съемки. Поскольку он был главным актером, Фан Юэцзе махнул рукой и выделил ему специальную комнату отдыха. Другие члены съемочной группы не осмеливались создавать ему проблемы, кроме того, актерские способности Сюэ Лина были очевидны для всех, что уж тут говорить?

Войдя в палатку, Су Сюаньянь наморщил брови. Хотя это была привилегия, обстановка внутри все равно была не очень хорошей. В центре стояли два соединенных между собой стола, заваленные высокими кучами вещей, большинство из которых были реквизитом для фильмов, который использовал Сюэ Лин.

Здесь его облачали в костюмы, поэтому команда реквизиторов также разместила здесь его вещи, чтобы быстро находить их. Кроме этого, здесь было только откидное кресло, которое помощник Сюэ Лина купил в Интернете. Оно покачивалось, когда он садился на него, и Сюэ Лин часто отдыхал на нем, когда уставал. Когда он укутывался и надевал на лицо солнцезащитные очки, он все еще мог отгородиться от остального мира.

"Я распоряжусь, чтобы команде прислали несколько полевых палаток".

Палатки высокого уровня содержали полный набор жилых помещений, но они были слишком дорогими, и съемочная команда не могла позволить себе использовать такую вещь, поэтому обычно они не включали их в бюджет.

Когда Сюэ Лин услышал, что это было первое предложение, сказанное им после того, как он вошел, он не смог удержаться от смеха и сказал:

"По твоему тону можно подумать, что ты мой сладкий папочка, готовый вывалить на меня тысячи долларов".

В его голосе прозвучал слегка шутливый тон, отчего его странное замечание показалось менее похожим на флирт.

Хотя, по сути, он и флиртовал.

Он также откровенно дразнил Су Сюаньяня.

Су Сюаньянь, подвергшаяся его поддразниванию, ответил:

"Я могу тратить на тебя деньги, даже если я не твой сахарный папочка. Это фильм, в который инвестирует компания, и добавить больше ресурсов, чтобы у команды был более высокий уровень жизни, никогда не будет ошибкой."

Сюэ Лин устроился в своем кресле, его тело слегка дрожало, когда кресло раскачивалось. Он все еще был одет в свой красный костюм из сцены, его лицо покрывал экзотический макияж, а губы были изогнуты в лукавой улыбке.

Это было особенно приятно для глаз Су Сюаньяня; такое "приятно", которое вызывало у людей желание раздеть его и поджать под себя на кресле.

"Знает ли Люнянь, что президент Су может говорить в такой манере? Он тоже из этой команды, но как получилось, что большой президент Су не беспокоится о своем младшем брате?"

Су Сюаньянь ответил:

"Он больше не требует, чтобы я беспокоился о нем".

С тех пор как Су Люнянь и Су Сюаньцин стали вместе, Су Сюаньцин больше не позволял Су Сюаньяню вмешиваться во многие дела. Хотя он по-прежнему сильно заботился о своих младших братьях, его отвергли бы, если бы он попытался вмешаться, и в конечном итоге дали бы отпор.

Даже если бы он не вмешивался, он все равно мог бы получить отпор. Су Сюаньянь потихоньку смирился с этим. В любом случае, Су Сюаньцин обеспечит то, чтобы о Су Люняне хорошо позаботились, так что он вполне мог побеспокоиться о своем человеке.

"Что? Ты ревнуешь к Люняню?"

Сюэ Лин поперхнулся, а затем усмехнулся. Мозговая дыра Су Сюаньяня была действительно большой; с чего бы ему ревновать к младшему брату? Он явно преувеличивал!

"Что именно ты здесь делаешь!?"

"Я пришел навестить съемочную площадку".

Зная, что он был чертовым цундере, Су Сюаньянь больше не настаивал на том, чтобы раздражать его. Он поставил коробку с терморегулятором на стол и пригласил Сюэ Лина подойти, сказав:

"В последнее время ты сильно похудел, поэтому я хотел приготовить тебе что-нибудь и помочь немного восстановиться".

Акцент Сюэ Лина слегка сместился. "Мы ведь не общались в последнее время, верно?"

После присоединения к команде Сюэ Лин слишком уставал после возвращения с работы, чтобы делать что-то, кроме как помыться и сразу лечь спать. Иногда его волосы были еще мокрыми, когда он засыпал, поэтому он никак не мог связаться с Су Сюаньянем. У него также не было угрызений совести по этому поводу, потому что, в конце концов, в настоящее время они двое только жили вместе, и это был довольно странный и необъяснимый вид совместной жизни.

"Как ты узнал, что я похудел?"

Су Сюаньянь потер голову и спокойно сказал:

"Я всегда наблюдал за тобой, даже когда ты этого не осознавал. Естественно, я бы знал, что ты похудел".

Сюэ Лин заговорил в некоторой панике: "Ты послал кого-то следить за мной?!".

Су Сюаньянь: "..."

Он не знал почему, но он чувствовал, что настороженность Сюэ Лина была немного странной. Почему он должен был быть зацеплен за этот вопрос?

"Нет. Естественно, я могу увидеть тебя, когда захочу".

Как Мастер Границы Мира, Су Сюаньянь иногда имел некоторые особые привилегии. На самом деле, фотографии, которые Су Люнянь видел в его комнате, были не снимками, сделанными камерой, а скорее фотографиями, созданными, когда Су Сюаньянь подглядывал лично с помощью своих способностей.

"..." Сюэ Лин все еще скептически относился к этому вопросу, но ему не дали возможности продолжить расспросы. Он почувствовал какой-то приятный запах, и его нос дернулся. Он поджал губы и с любопытством спросил:

"Что ты приготовил?"

"То, что ты любишь есть".

Открыв коробку, Су Сюаньянь вытащил посуду, которая была внутри.

"Поторопись и поешь. После еды ты можешь немного отдохнуть, прежде чем вернуться и продолжить съёмки".

Сюэ Лин посмотрел на блюда, потом на него, пробормотав:

"Это действительно был просто визит, чтобы посмотреть на съемочную площадку...".

Не было никакой логики, которая говорила бы, что он должен есть один. Сюэ Лин попросил своего помощника принести стул для Су Сюаньяня, и они вдвоем ели на небольшом пространстве, которое им удалось освободить на столах. Это был довольно необычный опыт.

Су Сюаньянь также принес несколько вещей для команды, которые Сюэ Лин поручил своему помощнику принести для всех. Он не пытался угодить всем, но все работали вместе, как одна команда, и всегда хорошо делиться с другими, когда есть что-то хорошее.

Су Сюаньянь сказал, что это для него, но смысл его слов заключался в том, что ему самому решать, как он хочет с этим поступить. Сюэ Лин просто попросил своего помощника равномерно распределить вещи и посчитал дело сделанным.

После обеда они вдвоем шли вдоль горной дороги, словно совершая прогулку после ужина. У Сюэ Лина редко было время выйти и прогуляться, разве что во время съемок, поэтому на его лице была улыбка, и даже его привычка время от времени колоть Су Сюаньяня своими словами немного поубавилась.

Они шли бок о бок по малонаселенной горной дороге. Су Сюаньянь спросил его:

"Тебе нравится сниматься?"

Сюэ Лин задумался и покачал головой. "Мне это не нравится".

"Хорошо".

Этот разговор несколько озадачивал. Сюэ Лин долго ждал следующего предложения собеседника, прежде чем с любопытством спросить:

"Почему ты не спрашиваешь меня, почему я снимаюсь, хотя мне это не нравится?"

"Нет необходимости. Если тебе это не нравится, тогда я не буду тратить слишком много времени на размышления в этом направлении. Если тебе это нравится, тогда мы можем тщательно сформулировать некоторые стратегические цели. Мы даже можем отхватить кусок пирога у Семьи Юань, если ты хочешь".

Сюэ Лин сказал: "Какой смысл это делать? Ты хочешь похвастаться горами и реками, которые ты добыл для меня?"

Су Сюаньянь не знал, смеяться ему или плакать. Он прекратил попытки разобраться в его странных мозговых схемах и сказал только:

"Ты согласишься быть со мной только потому, что я добыл для тебя несколько гор и рек?"

"Нет. Мы не будем вместе, если не понравимся друг другу. Это не имеет никакого отношения к горам и рекам".

Сюэ Лин очень непредвзято относился к взаимосвязи между эмоциями и другими вещами. Невозможно было сказать, что еще совсем недавно он был маленькой звездой, у которой едва хватало денег, чтобы выплатить ипотеку.

"А как насчет тебя? Понравлюсь ли я тебе только из-за этих воспоминаний?"

Это было легко произнесенное предложение, но Су Сюаньянь мог сказать по его словам, что собеседник придает какое-то значение его словам. Он говорил довольно эмоционально:

"Ты мне нравишься, и я люблю тебя, потому что ты - это ты. Как ты и сказал, то, что ты любишь, - это моя душа, я влюбился в тебя с первого взгляда независимо от того, через сколько миров мы прошли. Я все такой же".

Пока это был он, независимо от того, были ли у него воспоминания или нет, он все еще был тем человеком, которого он любил, и все еще будет его возлюбленным.

Сюэ Лин на мгновение был ошеломлена его словами. Затем он опустил голову, кончики его ушей покраснели, и он на некоторое время впал в оцепенение, после чего сказал Су Сюаньяню:

"Мне нужно стать киноимператором, чтобы я мог восстановить свои воспоминания. Вот почему я действую, хотя мне это не особо интересно".

Су Сюаньянь понял, что он имел в виду, и шагнул чуть ближе. Он протянул руку и потрепал Сюэ Лина по голове, успокаивая его словами:

"Тебе не нужно так волноваться. Ничего страшного, даже если ты не вспомнишь. Тебе просто нужно знать, что я люблю тебя, и что ты тоже любишь меня. Мы будем вместе всегда, и этого достаточно".

Сюэ Лин покраснел и отбил его руку, недовольно сказав:

"Ни за что. Я должен вернуть свои воспоминания. А вдруг ты меня обманываешь?!"

Он никогда не был откровенным, и Су Сюаньянь не ожидал, что сейчас он изменит свое отношение. Даже если он вспомнит, что они были вместе, у него не было возможности сделать что-либо с воспоминаниями Сюэ Лина. Их сделка будет эффективной, только если Сюэ Лин вспомнит все сам. К тому времени Сюэ Лин испытает относительно большой прорыв.

<Потерянный след> прекратил трансляцию через месяц. Сюэ Лин получил большую волну новых поклонников, пока был занят на съемках, и маркетинговая команда <Спроси у неба> воспользовалась его новой популярностью, чтобы начать волну рекламы нового фильма.

Су Люнянь всегда пользовался несомненным успехом в прокате, так что на самом деле <Спроси у неба> не было необходимости использовать нынешнюю популярность Сюэ Лина. Но Су Люняню нравилась суета и волнение; он был главным актером, сценаристом и инвестором, и у него было невероятное количество замашек.

Он ударил по столу и решил устроить фотосессию, так что костюмы и декорации персонажей <Спроси у неба>, которые все так долго хотели увидеть, наконец-то были представлены публике.

Оригинальный роман был шедевром, который Су Люнянь использовал, чтобы укрепить свое положение бога во Всемирной литературной сети. Он взорвал и привлек к себе массу внимания, когда был впервые опубликован, а после того, как появились новости о том, что роман будет адаптирован, и Су Люнянь сыграет в нем главную роль, количество фанатов, следящих за официальным аккаунтом фильма <Спроси у неба> на Weibo, достигло ужасающего количества. После того как на платформе были опубликованы фотографии персонажей и грима для фильма, количество фанатов и активность прямо-таки достигли небес.

Сюэ Лин наконец закончил снимать сцены в клане демонов, и готовился к съемкам участков поля боя. Он не успел отдохнуть, как ему сказали заглянуть в Weibo. Он открыл свой нанокомпьютер и обнаружил, что его собственный аккаунт в Weibo вот-вот взорвется. Не было необходимости упоминать тот факт, что количество его фанатов безумно увеличилось, но даже все его личное пространство было завалено подарками. Просто используя эти подарки для обмена на реальные деньги, он мог бы получить огромный доход.

Сюэ Лин открыл официальный Weibo фильма и увидел серию снимков.

В течение всей недели, пока шли съемки, на протяжении семи дней съемочная группа каждый день в полдень выкладывала фотографии дизайна персонажей. Каждый день появлялось по два персонажа, и все они были ключевыми героями романа.

Су Сюаньцин взял на себя роль Цин Си. Он уже два года как отстранился от съемок, но его камео заставило его поклонников плакать и падать в обморок в комментариях под официальным постом. Как главные герои, снимки костюмов Сюэ Лина и Су Люняня были опубликованы в последний день, что вызвало взрыв на Weibo Сюэ Лина.

Фотографии обоих мужчин в гриме и костюмах были сделаны вместе. Именно благодаря тому, что они были сделаны вместе, люди смогли ясно увидеть отношения между двумя персонажами. Чжу Ифань был одет в черное, а Фэн Цяньюнь - в красное. Всего было девять фотографий, которые продемонстрировали фанатам различные стили, которые были у Чжу Ифаня и Фэн Цяньюня в разные периоды фильма.

В юности один из них никогда не испытывал, что значит быть печальным, а над другим сильно издевались. В переломный момент один из них страдал от того, что на него охотились до полного исчезновения, и был окутан отчаянием, а другой только что увидел первый в жизни луч солнца и начал загораться.

Контраст между этими двумя фигурами был очевиден с самого начала, до разворота их статусов в середине, а затем до их тесной связи друг с другом ближе к концу. Всего девять фотографий показывали взлеты и падения этих двух людей на протяжении всей их величественной жизни.

Сюэ Лин, будучи актером, у которого была главная роль в одной телевизионной драме, совсем не был подавлен Су Люнянем, молодым киноимператором, который уже завоевал несколько трофеев киноимператора.

Напротив, он мог балансировать и стоять ровно на каждой фотографии с Су Люнянем, и у него был свой собственный уникальный стиль. Даже когда он попал в тяжелое положение, он все еще мог привлекать к себе много внимания.

Сила была лучшей защитой в кругу развлечений. Сюэ Лин посмотрела на комментарии, где люди восхваляли и умоляли выйти за него замуж, а затем молча переслала пост Су Люняня в Weibo.

["Снежный лис": Давай вместе перепишем историю. // @Su Liunian: Присоединяйся ко мне, чтобы стать свидетелем чуда~ // Спроси у неба: Это последний день выпуска фотографий наших персонажей! Наш Молодой господин и Ифань~~~ Я не признаюсь, что уже облизывал их бесчисленное количество раз (*/ω＼*) ]

После завершения первой половины сольных съемок Сюэ Лину дали десять дней отдыха. После этого он должен был отправиться за границу, чтобы продолжить съемки и начать совместную работу с Су Люнянем. Первая часть фильма показывала только личный опыт этих двух людей и их встречи.

Как только эти два человека, у которых не было ничего, пересекли горы и реки, чтобы встретиться друг с другом в самые тяжелые моменты своей жизни, первый фильм должен был резко оборваться.

Когда эти двое встретились, вся тьма, которую они пережили, осталась бы позади, и небо медленно начало бы светлеть.

Они собирались снимать в одном из зарубежных кино-городов, где можно было бы создать фон черного леса, описанного в романе, который хотел изобразить Фан Юэцзе, но роль Су Люняня была длиннее, чем у Сюэ Лина, поэтому у Сюэ Лина было десять дней свободного времени.

Что ему делать с этим временем? Су Сюаньянь предложил, чтобы они отправились в отпуск.

"Путешествовать? Сейчас? Я? Куда?"

Сюэ Лин задал серию вопросов, как только прозвучало это предложение. На самом деле он хотел выразить следующее:

"Я сейчас так популярен, куда ты хочешь меня отвезти? Где меня не будут преследовать до такой степени, что мне придется убегать?"

Су Сюаньянь взъерошил волосы и привел в беспорядок свою недавно уложенную прическу, затем сказал:

"Ты не настолько популярен, чтобы тебя знали во всем мире, расслабься".

Сюэ Лин был недоволен его словами. Он нахмурился и уже собирался контратаковать, когда Су Сюаньянь ущипнул его за щеку и сказал:

"Будь хорошим, не злись. Я отведу тебя развлечься в хорошее место. Там тебя точно не будут доставать. Это место недавно открылось, и там присутствуют только владельцы. Мы можем отдыхать там спокойно".

"Где?"

"Подводный город".

Су Сюаньянь достал из масла куски курицы, которые уже закончили жариться. В стороне лежало несколько относительно остывших кусков мяса, и он ловко подхватил один, чтобы скормить его Сюэ Лину, который склонился рядом с ним, чтобы посмотреть, как он готовит.

Кухня в доме Сюэ Лина была не очень большой, и из-за того, что двое взрослых мужчин теснились в ней, она казалась немного переполненной, но Сюэ Лину особенно нравилось смотреть, как Су Сюаньянь готовит. Возможно, это было связано с тем, что ему нравилось наблюдать, как большой президент лично готовит для него одного.

"Ву..." Хотя жареная курица была отложена в сторону на некоторое время, она все еще была немного горячей. Сюэ Лин долго жевал ее, прежде чем проглотить, моргнул, затем сказал: "Город Шаочуань, который находится на дне моря?"

"Да".

Все мясо было готовым. Су Сюаньянь выключил нагрев, развернулся и вынес тарелку наружу.

"Они рассчитали время, и для того, чтобы провести месячные торжества в честь новорожденных детей семьи Юань, Подводный город будет закрыт в этом месяце. Они закончили празднования два дня назад, и сейчас город пуст, так что это идеальное время, чтобы отвести тебя туда отдохнуть."

"Но чтобы поехать туда, нужно забронировать место за год вперед..." Сюэ Лин последовал за ним, схватив немного еды с тарелки и прищурившись на нее. "Тогда поедем~ Я никогда там не был!"

Подводный город располагался недалеко от Города Х. Это был город, который существовал на дне моря, и вся его структура была прекрасна, как гигантский хрустальный шар. Сюэ Лин поискал информацию, которую система собрала для него, и там действительно была кое-какая информация об этом городе.

Права собственности на Город принадлежали двум семьям, которые занимали первое и второе место среди семи великих семей - семье Бай и семье Юань. Два крупнейших акционера были супружеской парой, и именно здесь они провели свою свадьбу.

После свадьбы подводный город открылся для публики как рекреационный подводный дворец, но люди, которые могли забронировать место, всегда были богатыми или знатными, а также существовали временные ограничения на бронирование. Возможность пойти туда и отдохнуть полностью зависела от способности человека урвать место или от его личности.

После того как они двое сели за стол и закончили обед, Су Сюаньянь попросил Сюэ Лина собрать их вещи, а Сюэ Лин поискал в интернете, чем они могут заняться в городе. Только тогда он узнал, что город был разделен на две части.

Одна часть состояла из группы курортных островов, которые находились выше уровня моря. На них были всевозможные сооружения, и все места для отдыха, о которых только можно было подумать, были там.

Там также проходила дорога, которая вела в подземный город. Город на морском дне, иначе известный как город Шаочуань, который существовал на дне моря, не предлагал много туристических объектов, но то, что он мог предложить, не было традиционными средствами развлечения.

Это было чрезвычайно романтичное место, где люди могли жить в море, как рыбы. Им не нужно было надевать никакого водолазного снаряжения, и требовалось всего одно устройство, чтобы выполнять в воде все действия, которые люди могут делать на суше. Они могли гулять по дну океана, играть с рыбами и наслаждаться морскими пейзажами со дна моря. В городе Шаочуань было много услуг, которые позволяли посетителям наслаждаться жизнью под водой.

Сюэ Лин был довольно взволнован, когда смотрел на это. Хотя он не знал, почему он всегда подсознательно чувствовал, что когда-то был рыбой, это не имело значения, и это было здорово, пока у них было место, куда можно пойти и поиграть. Сюэ Лин не знал, каким человеком был его оригинал, но, основываясь на воспоминаниях, которые дала ему система, он никогда не расслаблялся и не отдыхал как следует.

Поэтому, когда Су Сюаньянь взял Сюэ Лина с собой в поездку, он вел себя как маленький ученик, который впервые отправляется на весеннюю прогулку.

Су Сюаньянь чувствовал себя довольно беспомощным. Он никогда не знал, что Сюэ Лина можно было так легко обрадовать. Все его лицо было очень оживленным только потому, что его вывели на прогулку. На его лице была улыбка, и он напевал какую-то песенку, останавливаясь совсем немного, чтобы попрыгать и потанцевать, чтобы выразить свою радость.

Видя его таким счастливым, Су Сюаньянь не мог не смеяться вместе с ним. Глядя на то, как он не перестает улыбаться, Сюэ Лин в конце концов одарил его взглядом, после чего он немного пришел в себя. Су Сюаньянь протянул руку и обхватил плечи собеседника, притянув Сюэ Лина, сидевшего на месте второго водителя, ближе к себе, и склонил голову, чтобы поцеловать его.

Сюэ Лин получил поцелуй и быстро отступил на свое место. Су Сюаньянь еще раз протянул руку, чтобы погладить его по голове, а затем повернулся обратно, чтобы сосредоточиться на вводе маршрутных указаний в их машине с автопилотом.

Сюэ Лин сделал небольшую паузу и, чтобы не смущать обе стороны, а может быть, потому что сам чувствовал себя неловко, завел тему для разговора. "Мы... Как мы выйдем в море?"

"У меня есть яхта". Су Сюаньянь спокойно ответил на это предложение.

Сюэ Лин издал звук "ох", затем повернулся, чтобы зарыться головой в колени. Конечно же, они собирались использовать яхту для выхода в море! Другой стороной был глава семьи Су! Не говоря уже о яхтах, он мог бы вызвать круизный лайнер, если бы захотел! Почему он должен был спрашивать! Это было еще более неловко!

Су Сюаньянь закончил вводить маршрут и заметил, что уши Сюэ Лина немного покраснели, когда он торжествующе уставился на улицу. Он изогнул губы и сказал:

"Как мило. Ты все еще стесняешься".

Сюэ Лин бросил на него взгляд и пожаловался: "Я такой чистый человек. Ну и что, если я стану застенчивым после поцелуя?!"

Су Сюаньянь подпер щеку, многозначительно глядя на него: "Ничего. Просто мне кажется, что это очень мило, когда тот, кто сделал все, что можно сделать, и знает более десятка различных позиций, вдруг начинает стесняться после короткого поцелуя."

Сюэ Лин искал, чем бы прикрыть лицо. В любом случае, их машина была настроено на автоматическое управление.

Су Сюаньянь принял его расстроенный, скрежещущий зубами вид и не смог удержаться от смеха.

"Ты не можешь винить меня за то, что я смеюсь. Ты бы тоже нашел это очень милым и забавным, если бы увидел себя таким".

Сюэ Лин: "..."

Если бы ему не нужно было, чтобы Су Сюаньянь указывал путь или использовал свою яхту, он бы действительно хотел убить его прямо сейчас!

Море было прекрасным местом. Город Х выходил на море, но побережье было незагрязненным и чрезвычайно потрясающим. Это всегда был очень красивый вид, не говоря уже о том, что вдали виднелся ряд островов, нанизанных друг на друга. Там были как большие, так и маленькие острова, большинство из которых находились в частной собственности.

Судно на воздушной подушке курсировало между частными островами, и Су Сюаньянь объяснил, что у большинства островов здесь уже есть владельцы. Некоторые люди покупали большие острова сразу, например, тот, что вдалеке, принадлежал семье Су, а также был его собственностью.

Сюэ Лин готовился столкнуть его в море. Ничего страшного, если он утонет.

Как можно быть таким назойливым?! Даже если он шептал ему, что остров также принадлежит ему, это все равно раздражало!

Шаочуань был действительно необычным городом. Поскольку в этом месяце у них ничего не происходило, кроме банкета по случаю празднования дня рождения, весь подводный город был пуст, и это сильно отличалось от суеты на островах наверху. Су Сюаньянь, похоже, с кем-то общался; после приземления они сразу же направились к лифту, который вел в Подводный город. По пути вниз они видели только голубой цвет.

Здания Шаочуань, как правило, были замками в западном стиле, но материалы были совершенно особенными. Там были кирпичи, похожие на лед, сверкающие на дне моря, как хрустальный замок в хрустальном шаре маленькой девочки. Это было очень сюрреалистично.

"Мы можем поселиться выше, чтобы ты мог обозревать весь город".

Су Сюаньянь заметил, что его взгляд был прикован к самому высокому замку, и его сердце стало невероятно мягким. Хотя Сюэ Лин хвастался, что он старый демон, проживший тысячи лет, на самом деле он мало что видел за годы своего культивирования. А ведь были всевозможные чудесные места, которые они могли посетить, пока трансмигрировали через различные миры, Су Сюаньянь всегда держал его привязанным к себе из-за своих собственнических желаний. В мире мерфолков Сюэ Лин очень редко возвращалась в океан.

Возможно, в будущем они смогут относиться к путешествиям по разным мирам как к разным поездкам. Исходя из личности Сюэ Лина, ему, вероятно, очень понравится такой способ игры.

"Хорошо".

Сюэ Лин наклеил небольшую наклейку, которую ему дали помощники, на тыльную сторону руки, затем с воодушевлением взял Су Сюаньяня за руку, провел его через защитный экран и потащил в море.

С этой наклейкой в качестве защиты они могли свободно дышать в воде и не подвергаться воздействию моря. Это также позволяло им есть и делать всевозможные вещи, которые они могли захотеть сделать. Сюэ Лин сначала подумал, что это преувеличение, когда увидел это в интернете, но теперь он узнал, что действительно существует нечто настолько высокотехнологичное.

Су Сюаньянь, похоже, был здесь частым посетителем. Они проследовали в замок и прошли через регистрационные формальности, затем попросили людей отнести их багаж в номер.

Они могли выбрать любую комнату, которая им нравилась, поэтому Су Сюаньянь выбрал ту, что была относительно высоко, с видом на море. Если открыть окно, то можно было видеть море со всех шести сторон комнаты; вид на море составлял 365 градусов без каких-либо мертвых углов. Они также могли испытать ощущение сна в море.

Сюэ Лин лишь взглянул на регистрационную форму, поэтому он не понял, что вторая сторона заказала номер для пары, в котором была только одна двуспальная кровать.

Уложив багаж, Сюэ Лин последовал за Су Сюаньянем, чтобы встретиться с владельцем этого подводного города.

Они жили в другом замке, не слишком большом, но он был четко отделен от других зданий и принадлежал исключительно владельцам Морского города.

Как только дверь открылась, Сюэ Лин услышал звук детского плача. Человек, который пришел открыть дверь, слабо улыбнулся и сказал:

"Извините, они только что проснулись голодными, поэтому здесь немного шумно".

Су Сюаньянь провел Сюэ Лина в дом и сказал: "Все в порядке. Это нормально, когда дети шумят. Разве ты не говорил, что ребенок будет плакать от несчастья, если он не в состоянии видеть твои глаза?"

Мужчина, который беспомощно открыл им дверь, горько улыбнулся:

"Ты ведь Сюэ Лин, верно? Рад познакомиться с тобой. Я - Юань Чуаньбай".

"Здравствуйте, я Сюэ Лин. Извини, что побеспокоил тебя".

"Ничего страшного. Сюаньянь - мой хороший друг. Просто дай мне знать в любое время, когда захочешь зайти и остановиться здесь. В конце концов, это место для людей, чтобы жить".

Пока они говорили, ребенку, похоже, дали что-то поесть, поэтому звуки плача постепенно ослабли. Юань Чуаньбай привел их внутрь и бессильно проговорил:

"Эти двое - маленькие дьяволята. У меня действительно нет способа справиться с ними, и я могу прийти сюда только для того, чтобы восстановить немного энергии."

Они пошли прямо в детскую и обнаружили там другого мужчину. Он был одет в обычную домашнюю одежду и держал в руках две бутылочки, пока кормил двух детей. Юань Чуаньбай представил Сюэ Лин: "Это мой возлюбленная Байли Шаоцзюэ и два маленьких демона нашей семьи".

Байли Шаоцзюэ в данный момент не мог двигаться, поэтому он кивнул Сюэ Лину в знак приветствия.

Су Сюаньянь подошел посмотреть на детей и весело рассмеялся:

"Хоть они и близнецы, но совсем не похожи друг на друга."

"Ну, один похож на меня, другой - на Шаоцзюэ".

Юань Чуаньбай поднял ребенка и протянул его Сюэ Лину, чтобы тот увидел. Лоб и брови ребенка действительно напоминали лоб и брови Юань Чуаньбая, особенно его глаза. Они были почти слишком красивы, словно черные дыры, скрывающие целую звездную вселенную. Одного взгляда было достаточно, чтобы тронуть душу:

"Кстати говоря, я все еще должен поблагодарить тебя, Сюэ Лин. Я действительно был так занят, заботясь о них, что у меня не было времени на записи, и я мог только искать людей, которые могли бы вмешаться. Здорово, что ты заменил меня. Я слушал твою аудиодраму, и она сделана очень хорошо".

Сюэ Лин отвел взгляд от глаз ребенка и произнес с некоторым удивлением: "Ты... бог Ван Чуань?"

"Не называй меня "богом". Ван Чуань - этого достаточно".

Маленький ребенок находился на той стадии, когда он просто ел и спал, спал и ел. Сейчас он был сонным после питья молока, но, увидев, что появились незнакомцы, он оживился и протянул руку, чтобы поманить Сюэ Лина. Юань Чуаньбай поймал его руку и слабо сказал:

"Ну вот, опять. Как только он видит что-то, что выглядит лучше него, он хочет протянуть руку и потрогать это".

Сюэ Лин с любопытством спросил: "Лучше, чем он?"

"В основном это красивые глаза. Ему нравятся люди с красивыми глазами. Например, ему не нравятся люди вроде Сюаньяня, чьи глаза могут метать ледяные кинжалы".

Малыш был похож на маленький пельмень, и Сюэ Лину показалось забавным то, как он тянулся к нему, поэтому он вложил палец в ладонь малыша. Малыш тут же крепко прижался к нему.

Ребенок потянул за палец, и Сюэ Лин позволил ему делать то, что он хотел. Наконец, карапуз поцеловал кончик его пальца.

Юань Чуаньбай не знал, смеяться ему или плакать. "Я не знаю, от кого у него такой характер. Он целует всех, кого находит красивым".

Су Сюаньянь раскрыл руку маленького сопляка и извлек палец Сюэ Лина, переглянулся, затем изменил позу Сюэ Лина так, что тот оказался прямо перед Юань Чуаньбаем, непринужденно сменив тему и успешно заставив всех сесть и поболтать.

Хотя весь процесс был очень естественным, он держался за палец Сюэ Лина и, наконец, когда тот не обращал на него внимания, даже поцеловал его. Сюэ Лин почувствовал, что с Су Сюаньянем должна быть какая-то проблема.

Он ревновал даже к маленьким детям. На него действительно не было никакой управы.

После того как они покинули Юань Чуаньбая, Су Сюаньянь повел Сюэ Лина на прогулку вдоль бескрайнего горизонта. Сюэ Лин поднял голову и посмотрел на голубое небо, а затем вниз, туда, где он шел по синему морю, и его эмоции немного улеглись по сравнению с его первоначальным волнением.

Су Сюаньянь все еще держался за руку, которую он поцеловал. Сюэ Лин боролся, а затем слабо сказал:

"Разве это не был всего лишь поцелуй ребенка? Тебя это все еще беспокоит".

Су Сюаньянь оглянулся на него и не ответил на его вопрос. Вместо этого он выбросил новый вопрос, спросив:

"Тебе нравятся дети?"

Сюэ Лин с любопытством спросил:

"Почему ты спрашиваешь? Ты хочешь детей?"

Су Сюаньянь покачал головой и сказал: "У них обоих нет выбора. Они последние в своей линии. Больше некому унаследовать их коммерческие империи, поэтому им нужно иметь детей".

"Но Юань Чуаньбай, кажется, очень любит этих двоих...".

"Он также очень любит кошек и собак. Но, они готовились много лет, прежде чем решили завести детей; они должны были уже сделать надлежащие приготовления и уверены, что смогут хорошо их воспитать."

Говоря об этом, Сюэ Лин вдруг понял, что хотел спросить Су Сюаньянь: "Ты спрашиваешь меня, хочу ли я иметь детей? Ведь семье Су тоже нужны наследники?"

Су Сюаньянь покачал головой и ответил: "Нет". Он посмотрел на Сюэ Лина и вдруг рассмеялся, сказав: "Если ты хочешь ребенка, мы можем попросить Люняня завести его".

Сюэ Лин: "..." Ты не должен так быстро продавать своего младшего брата...

"Между нами говоря, нет необходимости заглядывать так далеко в будущее. У нас еще много времени, и у тебя будет много возможностей принять эти решения и попробовать ту жизнь, которую ты хочешь прожить."

Слова Су Сюаньяня были полны подтекста, но Сюэ Лин не мог понять, что он хотел сказать. Возможно, когда он действительно восстановит свои воспоминания, он поймет, что тот пытался предложить.

С этими мыслями Сюэ Лин снова догнал собеседника. Должен ли он стараться ускорить свой темп? Су Сюаньянь, казалось, помнил все, но он продолжал забывать все после того, как видел это снова и снова. Казалось, что даже если он и помнил это, то без завершения задания так называемой "контратаки развлекательного круга", какая-то таинственная сила все равно обладала способностью стереть все, что он вспомнил.

Очевидно, что эти воспоминания принадлежали им обоим, но теперь ими владел только один человек, и такое ощущение было совсем нехорошим. Сюэ Лина нельзя было назвать мягким человеком, но, глядя на это с того места, где он стоял, он сейчас немного переживал за Су Сюаньяня.

Что чувствовало его сердце, когда он один нес на себе прошлое двух людей?

Сюэ Лин иногда спрашивал себя об этом.

Подводный город был действительно хорошим местом для отдыха. Даже если они провели целый день, не делая ничего, кроме как лежа в постели и любуясь видом на океан, наблюдая за тем, как стаи рыб проплывают перед их комнатой, это тоже был уникальный опыт.

Хотя предпосылкой для этого было то, что кровать принадлежала только ему.

Сюэ Лин лежал в кровати и долго смотрел на море. Внезапно другая сторона кровати прогнулась вниз, и он яростно повернул голову, вытянув ногу, чтобы отпихнуть Су Сюаньяня.

"Это моя кровать!!! Здесь так много комнат! Почему я должен делить с тобой одну комнату?!"

Су Сюаньянь был совершенно не задет. Воспользовавшись тем, что он был немного выше Сюэ Лина, Су Сюаньянь протянул руку и схватил его за лодыжку, притянув его немного ближе к себе.

"Потому что я привел тебя сюда".

Другими словами, раз он платил, то был счастлив и готов разделить комнату.

Сюэ Лин пнул его ногой, чувствуя себя немного обиженным, затем поднялся и дернул за руку Су Сюаньяня, укусив его в разочаровании. Су Сюаньянь не сопротивлялся, и его взгляд был очень мягким, рассматривая действия Сюэ Лина так, словно он просто дурачился, а не выражал искренний протест.

Сюэ Лин также знал, что выгнать его нереально, поэтому он ушел и завернулся в одеяло, только для того, чтобы Су Сюаньянь размотал его обратно: "Не зарывайся там. Иди сначала прими ванну и переоденься. После этого мы пойдем поедим".

Сюэ Лин издал звук "ох", а затем неохотно пошел за своими вещами и помылся.

Разве это была не просто кровать? Это не было похоже на то, что они никогда не спали вместе раньше. Сейчас он ничего не помнил, и Су Сюаньянь не стал бы ничего с ним делать из отчаяния.

А если бы он действительно попытался что-то сделать, то они, скорее всего, начали бы драться на месте.

Проведя в Подводном городе несколько дней, они вдвоем отправились к группе островов, которые, по словам Су Сюаньяня, принадлежали ему. Сюэ Лин провел десять дней, счастливо развлекаясь и отдыхая, затем собрался и приготовился к очередной череде издевательств со стороны Фан Юэцзе.

Сюэ Лин и Су Люнянь оба появятся во второй части фильма, и соперничество между ними также усилится во время этой части. Сюэ Лин и Су Люнянь жили в одном городе, поэтому съемочная группа устроила так, что они сели в один самолет.

Таким образом, три брата семьи Су неожиданно столкнулись друг с другом.

Сюэ Лин без выражения принял свой чемодан из рук Су Сюаньяня и сделал вид, что совсем не знает его.

Но, судя по всему, Су Люнянь так не считал. Он нисколько не удивился, увидев, что его старший брат провожает Сюэ Лина в аэропорт; он уже почти месяц как переехал к Сюэ Лину, и почти не показывался у себя дома.

Су Люнянь уже признал, что Сюэ Лин станет частью их семьи. Поэтому он был очень спокоен, когда приветствовал их, спросив, как только подошел:

"Старший брат, когда ты планируешь привести Сяо Лина домой?"

Сюэ Лин: "..."

"Вероятно, примерно на Новый год".

Су Сюаньянь был очень серьезен, отвечая на вопрос младшего брата.

"По тому, как он сейчас отказывается признавать свою связь со мной, ты, наверное, можешь сказать, что революция еще не удалась".

Сюэ Лин: "..."

Су Люнянь взглянул на чемодан в руке Сюэ Лина и издал звук "ох", который, казалось, говорил: "Старший брат, ты действительно не справляешься. Ты уже так давно переехал, но до сих пор не выполнил то, что задумал."

Сюэ Лин развернулся и пошел к выходу на посадку. Ему совсем не хотелось иметь дело с этими братьями.

После посадки в самолет Су Люнянь наконец-то взмолился к Сюэ Лину о пощаде. Его выражение лица было беспомощным, когда он сказал:

"Я не знал, что ты еще не согласился быть с моим старшим братом. Ты недоволен, потому что мы говорили об этом раньше?".

Сюэ Лин странно ответил:

"Нет... Я просто чувствую себя немного неловко...".

"Я тоже чувствую себя неловко".

Хотя он и не сидел на нужном месте, они забронировали весь салон первого класса, поэтому не имело значения, где он сидел. Су Люнянь сел рядом с Сюэ Лином и продолжил:

"Хотя я всегда хотел посмотреть, каким будет старший брат, когда найдет кого-то, кто ему понравится, я все равно был немного застигнут врасплох, когда ты действительно появился."

Сюэ Лин кивнул и предложил ему продолжить объяснять, почему он был застигнут врасплох.

"Старший брат всегда был очень стабильным. Если не считать того, что в этот раз он исчез на год неизвестно куда, то передо мной он всегда сохраняет образ нежного старшего брата. Теперь, когда он влюбился, кажется, что он находится в другом состоянии. Вы даже не так давно знакомы, но он уже переехал в твой дом. Он ведь не принуждает тебя, верно?"

Су Люняню можно простить его беспокойство; в конце концов, после того как он увидел те фотографии, которые были раньше, он постоянно чувствовал, что его старший брат слишком экстремален в своих ухаживаниях. Он беспокоился, что Су Сюаньянь может случайно сделать что-то с Сюэ Лином.

Уголки губ Сюэ Лина дернулись, и он покачал головой.

Су Сюаньянь действительно был очень мягким человеком, и у него не было никаких плохих привычек, которые, как правило, есть у богатых детей. Иногда, когда у него было много работы, он даже оставался на ночь в кабинете или гостиной, опасаясь, что может нарушить покой Сюэ Лина.

Поначалу Сюэ Лин даже не замечал этого, потому что Су Сюаньянь обычно просыпался рано, и к тому времени, когда он просыпался, он, по сути, даже не знал, где Су Сюаньянь провел ночь. Позже был один случай, когда он встал посреди ночи, чтобы налить себе воды, и обнаружил, что Су Сюаньянь спит на диване в гостиной.

С тех пор Сюэ Лин оставлял лампу включенной перед сном, говоря, что ему все равно следует вернуться в постель, как бы поздно ни было.

На самом деле, эти двое очень естественно поладили. Хотя Сюэ Лин не мог вспомнить многих вещей между ними, очень часто некоторые их действия показывали, насколько они знакомы друг с другом. Со временем Сюэ Лин мог почувствовать, как превращается в кого-то такого же мягкого, как Су Сюаньянь, учится идти на компромисс и сочувствовать другим людям. Поэтому, по сути, совместная жизнь с Су Сюаньянем не была для него проблемой.

Он не знал, что сделал Су Сюаньянь, чтобы вызвать непонимание Су Люняня. Как получилось, что Су Люнянь почувствовал, что его старший брат что-то с ним сделает?

"Это хорошо..."

Су Люнянь выглядел так, будто хотел поговорить по душам, и наклонился поближе, чтобы шепнуть Сюэ Линю:

"Моему старшему брату было очень тяжело. От наших со вторым братом похождений у него всегда болит голова, поэтому я всегда хотел, чтобы он нашел себе того, кто ему понравится. Но он всегда был равнодушен ко всем, пока не появился ты. Это делает меня по-настоящему счастливым".

Сюэ Лин: "..."

Эй, не стоит так непринужденно раскрывать маленькие секреты своей семьи незнакомым людям. Сюэ Лин вообще не хотел ничего знать о Су Люняне и его втором брате! Даже если Су Сюаньянь уже поднимал эту тему раньше! Даже если он мог более или менее догадаться, не было необходимости говорить об этом вот так!

"Но, я не буду заставлять тебя принимать его. Я верю, что мой старший брат настолько хороший человек, что он определенно сможет завоевать тебя в силу своего личного обаяния!"

Сюэ Лин отвернулся, ему было лень беспокоиться о киноимператоре, который пытался продать ему своего старшего брата.

"Возможно. Возможно, этот день не так уж и далек".

Су Люнянь не понимал, о чем он говорит, но не мог попросить его повторить. Видя, что тот не намерен продолжать разговор, он открыл свой нано-компьютер и незаметно сообщил старшему брату, сказав, что Сюэ Лин не проявляет интереса к обсуждению чего-либо, связанного с ним~.

Эти двое путешествовали вместе, и это действительно улучшило их понимание друг друга. Сюэ Лин узнал, что хотя на поверхности Су Люнянь, казалось, всегда улыбался, как весенний ветерок, в частной жизни он был немного с гнильцой. Несмотря на то, что он был киноимператором, он не надувал губы, и с ним было очень легко ладить, но он мог быть необычайно капризным и не желал обращать внимание на некоторые вещи.

Они больше не обсуждали Су Сюаньяня, а с энтузиазмом перешли к обсуждению различных вопросов, касающихся сценария, вплоть до самой высадки. Они даже назначили время, чтобы как следует обсудить боевые сцены другой стороны.

Су Люнянь был очень опытным актером. Его понимание ролей исходило из его перспективы и как актера, и как автора, в то время как перспектива Сюэ Лина была больше из угла читателей и фанатов. После их обсуждения характеры двух главных героев стали еще более цельными, и сцены, в которых им приходилось сотрудничать друг с другом, тоже прошли очень гладко.

Оба они, казалось, были рождены для актерской игры. Они очень хорошо контролировали сцену и не подавляли друг друга своей силой. Взаимодействие между ними представляло собой смесь плюс-минус; помощник режиссера сначала беспокоился, что Сюэ Лин не сможет удержать Су Люняня, но позже он начал беспокоиться, что другие актеры не смогут удержать их двоих.

Настроение Фан Юэцзе было очень хорошим благодаря гарантированному работе этих двоих. Даже если некоторым актерам второго плана нужно было много работать и пересниматься несколько раз, он вполне терпимо относился к ситуации. Если не считать его обычного поспешного отношения, то чем больше они двое сотрудничали, тем менее требовательным становился Фан Юэцзе.

Благодаря присутствию Су Люняня, Сюэ Лин постепенно познакомился с директором Фан. Частная личность Фан Юэцзе была довольно дешевой, и он осмеливался говорить все, что угодно. Он даже иногда флиртовал с Су Люнянем, и даже если в итоге получал отпор, казалось, ему это никогда не надоедало. Но как только он начал работать, весь его темперамент изменился.

Су Люнянь уже говорил, что Фан Юэцзе посвятил свою жизнь кино, и Сюэ Лин вынужден был согласиться.

Директор Фан действительно работал на полную катушку.

Поскольку теперь они были знакомы, Сюэ Лин получил рекомендацию. Даже в разгар съемок режиссер Фан все еще находил время, чтобы рассказать Сюэ Лину о фильме, для которого он мог бы подойти, что немного удивило Сюэ Лина.

"Режиссер - мой хороший друг. Если тебя не отпугивает тот факт, что он относительно новый и снял не так много фильмов, то я действительно думаю, что тебе стоит попробовать. Я видел сценарий его фильма, и, учитывая его способности, есть большой шанс получить с ним награду."

Сюэ Лин взял небольшую записку, которую передал ему Фан Юэцзе, и поискал его в Интернете.

Фан Юэцзе рекомендовал его новому режиссеру по имени Чжу Жоцю. Сейчас он был не очень известен в кругах развлечений, и у него было ничтожно мало работ. Единственное, что он смог найти, это два MV. Сюэ Лин посмотрел их и мог сказать, что идеи и техника режиссера были очень хороши. Однако из-за того, что это были видеоролики, и после того, как они прошли через мусорный монтаж, гениальность режиссера была полностью похоронена.

Фан Юэцзе сказал ему, что сценарий был написан самим режиссером, и в настоящее время он ищет финансирование. Сюэ Лин очень хорошо подходил на роль главного героя-мужчины, поэтому Фан Юэцзе предложил Сюэ Лину пойти и порекомендовать себя на эту роль. Су Люнянь подслушал их разговор и наклонился, чтобы посмотреть, что смотрит Сюэ Лин.

"Планирует ли Сяо Лин попробовать? Если Фан Юэцзе говорит, что он может завоевать награды, значит, так и будет~ Если ты хочешь попробовать, я могу попросить кого-нибудь сходить и получить копию сценария. Я вложу в него деньги, если он окажется хорошим".

Сюэ Лин покачал головой, затем почувствовал, что выражается не совсем ясно, и кивнул.

"Нет необходимости. Я найду немного времени, чтобы связаться с директором Чжу и попробовать. Если это действительно выполнимо, я поговорю с Сюаньянем об инвестициях".

Су Люнянь заметил, что он готов использовать его старшего брата, и, естественно, обрадовался. В любом случае, это все еще касалось его семьи, и ему было все равно, что он не вкладывает часть денег.

Через полмесяца они закончили съемки за границей и вернулись в Страну Хуа, чтобы продолжить съемки. У Сюэ Лина было два дня свободного времени, и первым делом он связался с Чжу Жоцю. Назначив время встречи, он взял с собой Су Сюаньяня для визита.

Сюэ Лин верил в видение Фан Юэцзе - его энтузиазм в отношении кино был очевиден для всех. Поскольку он давал рекомендацию Сюэ Лину на роль, это должен быть очень хороший сценарий.

Чжу Жоцю окончил университет год назад и последние полгода работал помощником режиссера в индустрии развлечений. Так он познакомился с Фан Юэцзе. Он очень понравился Фан Юэцзе, и, зная, что Сюэ Лин планирует пойти к нему, он рассказал Сюэ Лину о происхождении сценария, который был в руках у Жоцю.

Это был литературный фильм с некоторыми биографическими элементами, который рассказывал историю древнего талантливого ученого, прожившего легендарную жизнь. Его жизненный опыт был очень драматичным; в первой половине своей жизни он был ученым с репутацией, который затем выбрал путь, который ученые презирают больше всего, и занялся бизнесом.

Во второй половине своей жизни, после того как страна распалась, он отбросил перо и сражался на поле боя, поддерживая нового императора на троне и помогая строить новую страну. Однако после того, как новый император взошел на трон, он оставил после себя несколько стихотворений, которые передавались из поколения в поколение, и бесследно исчез.

В книгах по истории о нем больше не было никаких известий, и даже ходили слухи, что он вознесся на небеса как бессмертный.

Он был очень известным человеком в Стране Хуа и был тем, кого никто не осмеливался трогать. Многие люди исследовали его и писали о нем, но никто не осмеливался создать фильм о его жизни. Это также было причиной того, что у Чжу Жоцю был хороший сценарий, но ему было трудно найти инвестиции.

Фильмы об этом человеке слишком часто вызывали критику. Если бы кто-то был хоть немного неосторожен, его бы проклинали и ругали, и вполне возможно, что отправная точка всей его карьеры была бы полностью разрушена.

Фан Юэцзе туманно упомянул, что в фильме речь шла о личной жизни этого персонажа, который, казалось, имел внешний плагин, и именно из-за этого инвесторы не решались сделать шаг.

Хотя Су Сюаньянь недоумевал, почему Сюэ Лин попросил его поехать с ним, чтобы прочитать сценарий, Сюэ Лин редко обращался к нему, поэтому у него, естественно, не было причин не соглашаться. Они вдвоем приехали домой к Чжу Жоцю, воспользовавшись адресом, который он сообщил.

Дом Чжу Жоцю находился в строго охраняемом частном поселке. Без его разрешения охранники у ворот вообще не позволили бы им войти. Каждая вилла в общине принадлежала одной семье, а дом Чжу Жоцю находился у озера. Там была прекрасная обстановка, и после получения известия об их прибытии он сделал так, чтобы стоять снаружи и ждать приезда Сюэ Лина.

Он был одет небрежно, и его манера поведения создавала впечатление, что он успешный человек. Он полностью отличался от того неудачливого помощника директора, которого ранее описывал Фан Юэцзе.

Они втроем поприветствовали друг друга и вошли в дом. Чжу Жоцю завершил базовый этикет по наливанию чая, затем извлек улыбку с лица и сказал:

"Режиссер Фан знал, что я всегда искал кого-то на эту роль, поэтому он и рекомендовал тебя для этого фильма. Прежде чем ты пришел, я просмотрел твои предыдущие работы, а также выслушал несколько советов от режиссера Фана. Я уважаю твои актерские способности, но для того, чтобы претендовать на такую роль, нужны не только актерские способности."

Сюэ Лин кивнул головой в знак того, что он все понял. Его нынешнее резюме, как бы на него ни смотрели, казалось очень поверхностным, и если бы не ограниченность ресурсов Чжу Жоцю, ему не пришлось бы искать кого-то на свои роли самостоятельно. Пока кто-то вкладывал деньги, у него был бы продюсер, и ему нужно было бы только отвечать за ожидание актеров, которые придут к нему на прослушивание со сценарием.

"Сегодня я здесь не только для прослушивания. Я также привел кое-кого, и если сценарий настолько хорош, как сказал режиссер Фан, с потенциалом выиграть призы, то вам тоже не нужно будет беспокоиться об инвестициях."

Су Сюаньянь, человек-банкомат, соблюдал нейтралитет и не заговаривал первым. Казалось, он просто поддерживал Сюэ Лина, хотя и не понимал, зачем Сюэ Лин притащил его сюда до того, как услышал их разговор.

Чжу Жоцю посмотрела на Сюэ Лина и увидел, что он выглядит очень серьезным. Учитывая, что Фан Юэцзе был тем, кто рекомендовал его, он, наконец, передал копию сценария Сюэ Лину.

"Это книга моего отца. Перед смертью он больше всего хотел, чтобы я снял по ней фильм, но он не мог больше ждать, а я не успевал. По какой-то причине я хочу сделать этот фильм своей первой работой. Я могу принять суровые условия и долгие часы работы, но я не могу смириться с тем, что книга будет изменена, как и с тем, что место режиссера займет другой человек. Вот почему книга всегда была в моих руках, и было трудно найти инвестиции."

Хорошая книга в паре с новым режиссером - это сочетание, в котором инвесторы не могли увидеть никаких преимуществ, поэтому Чжу Жоцю не смог привлечь ни одной хорошей инвестиции.

Сюэ Лин не стал говорить. Он быстро открыл сценарий и начал его просматривать.

Гунцзы Чэ был самым красивым цветком в ту эпоху. Он прославился в юном возрасте и был известен своей красотой даже в учебниках истории. Когда официальные записи описывали его, они даже говорили о его красоте как о сиянии небожителя. Он был привлекательным, но прославился не только благодаря своей внешности.

Он был самым молодым ученым победителем в истории, и он получил титул ученого номер один. Хотя его имя не часто упоминалось после того, как он достиг такой славы, он оставил много исторических материалов и книг для будущих поколений в свою эпоху.

В этот период времени он писал и творил как маньяк. Он явно был еще молод, но каждая его книга становилась классикой, которая передавалась из поколения в поколение.

Он стал знаменитым в молодости, и ему еще не исполнилось тридцати лет, когда он пострадал от турбулентности своей страны. Перед лицом такого хаоса он отказался от своих гражданских занятий, чтобы присоединиться к армии и поддержать нового императора в создании новой династии.

Император стал императором-основателем Страны Хуа, Предком-основателем Чжу Цзи. После десяти лет войны они снесли реки и горы, но к тому времени, когда Чжу Цзи взошел на трон, персонаж, обладавший уникальной мудростью и демоническим уровнем знаний, больше не был рядом с ним.

После этого он исчез. Стихи, которые он время от времени писал, всплывали в мире, но когда кто-нибудь отправлялся на его поиски, он уже бесследно исчезал.

Основание династии было напряженным периодом времени, но император все равно издал указ о поисках Чэ Гунцзы. Однако в конечном итоге они не увенчались успехом.

Сценарий начался с падения Столицы на восьмом году периода Цзяньань. Чэ Гунцзы, словно пророк, повел людей из дворца прочь от Столицы, прежде чем она была запечатана.

Он решительно переселил свою семью, а затем самостоятельно ушел в армию. После нескольких поворотов, на втором году революции он решил присоединиться к Чжу Цзи, который в то время был невелик и занимал всего один город. В последующие восемь лет он использовал свою мудрость и боевые способности, чтобы поддержать Чжу Цзи, и сражался вместе с ним, захватывая город за городом, в конечном итоге господствуя над реками и горами страны.

Фильм выбрал два сражения, чтобы изобразить его уникальную мудрость. Одна была его первой битвой в качестве военного советника, где он утвердил свое положение в армии Чжу Цзи; другая - битва, определившая новую династию Страны Хуа. После этой войны армия Чжу Цзи пронеслась по Центральным равнинам и остальной части страны. Это была самая совершенная битва в его жизни, но это была и его последняя битва.

После войны он оставил новому императору Чжу Цзи много-много драгоценных вещей, а затем, в солнечный день, он ушел и больше не вернулся.

Фильм не остановился резко после его ухода. Покинув императора, Чэ Гунцзы проделал свой путь через Центральные равнины. Многие люди видели его след в разных местах, но они не раскрывали его местонахождение правительству. В конце истории Чэ Гунцзы отправился в море и покинул реки и горы, которые он почти в одиночку покорил.

Фан Юэцзе упоминал, что в фильме будет затронута эмоциональная драма между ним и императором Чжу Цзи. Изображение этих эмоций в сценарии было довольно расплывчатым, но не двусмысленным, а в некотором смысле довольно прямолинейным. Именно эти эмоции заставили Чэ Гунцзы в конечном итоге сделать выбор в пользу того, чтобы оставить двор позади и отдалиться от страны. И хотя император стал самым могущественным человеком в мире, он больше никогда не смог узнать местонахождение этого человека.

То, насколько естественным и несдержанным был Чэ Гунцзы во время своего ухода, было прямо пропорционально тому, насколько одинокой была фигура императора, ступившего на небесный трон.

Хотя в фильме присутствовала эмоциональная составляющая, сценарий не выделял этот аспект драмы. Несмотря на то, насколько важным был Чжу Цзи в фильме, в сценарии он не был главным героем. Вместо этого он был актером второго плана, а Чэ Гунцзы был истинным главным героем этой истории, потому что весь фильм был рассказан с точки зрения Чэ Гунцзы. То, на что он смотрел ярко, будет ярко отображено в фильме, а то, на что он смотрел тускло, будет приглушено.

История была простой, но сценарий был превосходным. Его описание, стиль повествования, все аспекты фильма были выдающимися. Как сказал Фан Юэцзе, эту книгу определенно можно было бы вывести в свет, чтобы получить награды.

Прочитав сценарий, Сюэ Лин повернулся к Су Сюаньяню и спросил:

"Если я скажу тебе инвестировать, ты вложишь деньги, даже если не хочешь?"

Су Сюаньянь беспомощно посмотрел на него, и ему ничего не оставалось, как ответить: "Да".

Сюэ Лин удовлетворенно отложил сценарий и сказал Чжу Жоцю:

"Режиссер Чжу, семья Су вложит деньги в этот сценарий, а Тяньсюань поможет вам с производством. Вы снимете фильм, а я сыграю в нем главную роль".

Чжу Жоцю не ожидал, что он так быстро придет к решению. Он был удивлен, когда спросил:

"Ты действительно способен сыграть главную роль?"

Его волновали не инвестиции или способы производства фильма, а то, сможет ли Сюэ Лин сыграть ту роль, которую он задумал в своем сердце.

Сюэ Лин кивнул, перевернул сценарий и сказал:

"Поскольку режиссер Чжу не уверен во мне, дайте мне десять минут. Я надеюсь, что режиссер Чжу даст мне шанс пройти прослушивание".

Чжу Жоцю увидел, что он был подготовлен к такой ситуации, и кивнул.

"Раз уж ты считаешь, что можешь это сделать, попробуй".

Двадцать минут спустя Сюэ Лин и Су Сюаньянь вышли из дома Чжу Жоцю, и Су Сюаньянь уведомил Су Сюаньцина, чтобы тот послал кого-то из компании связаться с Чжу Жоцю по поводу их предстоящего партнерства.

Сюэ Лин был в хорошем настроении и спросил его:

"Хорошо ли я выступил?".

Су Сюаньянь посмотрел на него, его взгляд наполнился редкой нежностью:

"Когда-то ты был такой романтичной и выдающейся фигурой. Как бы ты не смог изобразить его характер и дал плохое представление?"

Шаги Сюэ Лина приостановились. Он остановился надолго, прежде чем спросить:

"Тогда, когда я был тем романтическим и выдающимся персонажем, был ли я похож на него в конце? Ушел ли я далеко и никогда не вернулся?"

"Да, ты ушел в очень далекое место и не вернулся".

Казалось, что эти двое говорят загадками, и временно отошли от темы.

"Если, и я имею в виду "если", этот фильм действительно выиграет призы, тогда я смогу вспомнить, что произошло между нами".

Сюэ Лин говорил очень серьезно:

"Ты вкладываешь деньги, а я буду усердно работать. Если я все вспомню, мы пойдем получать брачную лицензию".

Су Сюаньянь был шокирован и отстал на шаг, прежде чем с неверием погнаться за Сюэ Лином. Он схватил Сюэ Лина за руку и спросил:

"Ты сейчас был серьезен?"

"Ты сам сказал это. Мы были вместе много-много раз".

Сюэ Лин все еще был серьезен:

"Раз мы можем любить и поддерживать друг друга в стольких жизнях, то нет ничего, что я, который все вспомню, отказался бы сделать для тебя."

"Су Сюаньянь".

"Я здесь".

"Ты не можешь предать меня".

"Не предам".

Су Сюаньянь улыбнулся, притянув его в свои объятия.

"Я знаю. Если я предам тебя, ты убьешь меня".

Он опустил голову, чтобы встретиться со взглядом Сюэ Лина, его глаза были наполнены нежностью, смехом и невероятной сладостью.

"Как ты сказал, мы прошли через столько жизней вместе. Я влюбляюсь в тебя каждый раз даже без своих воспоминаний, так как же я, который вспомнил все, могу когда-либо предать тебя?"

Сюэ Лин посмотрел ему в глаза и увидел свое собственное лицо, отраженное в зрачках Су Сюаньяня. Он подумал об этом, затем поднялся и поцеловал Су Сюаньяня, прежде чем повернуться и вырваться из его объятий. Он схватил руку Су Сюаньяня, крепко сжал ее и переплел их пальцы вместе.

"Я поставил печать. Отныне ты мой".

"Да, я весь твой".

Той ночью Сюэ Лину приснился сон. В его сне на поле боя шла ожесточенная война, и звуки сражающихся солдат разносились до небес. Су Сюаньянь мчался к нему верхом, спрыгнув с лошади как раз в тот момент, когда он подъехал, и бросился вперед, чтобы обнять его.

Он плакал, обнимая его.

Слезы падали ему на плечо. Он хотел протянуть руку, похлопать его по плечу и сказать, чтобы он не плакал, но обнаружил, что совсем не может двигаться, а его тело окоченело.

Казалось, он был мертв.

Сюэ Лину это показалось очень странным. Су Сюаньянь говорил, что они были очень счастливы в каждой жизни, и никогда не упоминал, что в одной из своих жизней он вот так умер. Возможно, именно это имел в виду Су Сюаньянь, когда говорил, что он ушел в очень далекое место и не вернулся.

[(つ . •́ _ʖ •̀ .)つ]

Помимо сна о поле боя, ему снилось множество других сцен, большинство из которых окружали его смерть. Каждый раз, когда он уходил, Су Сюаньянь оказывался рядом с ним, сопровождая его, а после его ухода Су Сюаньянь следовал за ним.

Сюэ Лин проснулся посреди ночи после того, как ему снова и снова снилась смерть. Его дух был несколько подавлен, и он метался и ворочался в постели, прежде чем наконец побежал к кровати Су Сюаньяня, захватив с собой подушку.

Хотя кровать Су Сюаньянь была одноместной, она все равно была относительно широкой. Сюэ Лин колебался, затем поднял одеяло и нырнул внутрь.

На односпальной кровати довольно сложно уместить двух человек, и его действия, естественно, разбудили Су Сюаньяня от легкого сна. Су Сюаньянь ничего не сказал, а увидев, что Сюэ Лэ пытается забраться в кровать, раскрыл объятия и притянул его к себе.

Их тела были тесно прижаты друг к другу, и Сюэ Лин чувствовал сердцебиение и дыхание Су Сюаньяня.

Изначально он думал, что не сможет заснуть, прижавшись так, но ему каким-то образом удалось хорошо выспаться.

Такое чувство... вероятно, было удовлетворением.

__________

Плачу, арка когда Сюэ Лин был военным советником и умер, разбила мое сердце тогда и сейчас.

К тому времени, когда был закончен монтаж первой части <Спроси у неба>, Сюэ Лин и Су Люнянь уже закончили съемки всех четырех частей, и теперь у них было время для рекламных мероприятий.

В этот момент Сюэ Лин наконец-то снова появился перед публикой. Предыдущая популярность, принесенная <Потерянным следом>, постепенно сошла на нет, но волна рекламы <Спроси у неба> вызвала еще одну большую волну.

Фан Юэцзе создал в общей сложности четыре рекламных трейлера, которые охватывали четыре разных части из оригинального романа <Спроси у неба>. Изначально фильм начинался при поддержке поклонников книги, а также фанатов Су Люняня и Сюэ Лина.

После того как в число фанатов вошли люди, которые видели рекламные фотографии <Спроси у неба >, которые теперь следили за ходом работы над фильмом, <Спроси у неба > стал самой горячей темой фильма, и практически все знали, что фильм вот-вот начнет промо-акции и показ.

Поклонники Сюэ Лина кричали и умоляли обратить на них внимание. Они действительно были слишком несчастны; Сюэ Лин пристрастился к съемкам и всегда игнорировал их. Раньше он посылал селфи, но после смены компании он не только не посылал селфи, даже все его посты в Weibo были только для промоакций. Когда бы он вышел пообщаться с ними?!

Возможно, именно это чувство вызвало взлет популярности Сюэ Лина, и его фанаты кричали громче всех во время первого рекламного мероприятия.

Сюэ Лин не очень интересовался рекламными мероприятиями, но он был знаком с большинством из них, и Су Люнянь был там вместе с ним, поэтому ему, естественно, нужно было появиться. Независимо от того, насколько неохотно он появлялся, пока он был там, те, кто видел его, впадали в оцепенение, не говоря уже о том, когда он действительно говорил и улыбался.

А если добавить к этому Су Люняня, то они превратились в настоящую декорацию, и фанаты были так счастливы, что чуть не плакали. Су Люнянь назвал его обидчиком фанатов - он так нравился фанатам, но он совершенно не заботился о них - и заставил его послать им несколько поцелуев на месте, а также пообещать, что в будущем он будет лучше относиться к ним на Weibo.

В день премьеры фильма съемочная группа организовала для них мероприятия по взаимодействию с фанатами в Интернете, и Сюэ Лин взял Су Сюаньяня с собой в кинотеатр.

Су Сюаньянь рассказал ему, что это не первый фильм, в котором он снимается. Раньше он был режиссером, но так как эти воспоминания еще не восстановились, для него он только участвовал в съемках, никогда не видя готового продукта. Сюэ Лину было очень интересно посмотреть на себя на экране.

В эту эпоху существовало несколько способов наслаждаться фильмами. Самым продвинутым методом было погружение в фильм, но <Спроси у неба> был не таким фильмом, и зрителям достаточно было надеть пару тонких очков, чтобы смотреть на большой экран. Сюэ Лин выбрал парное место для себя и Су Сюаньяня, и чтобы не слишком выделяться, он выбрал относительно нормальную позицию.

Его метод скрываться от папарацци и всевозможных других людей был настолько хорош, что никто не узнал их до конца фильма. Зрители были погружены в сюжет, но Сюэ Лин лишь частично смотрел фильм, а оставшуюся часть своего внимания тратил на шептание с Су Сюаньянем.

Су Сюаньянь так сильно докучал ему, что у него даже не было возможности посмотреть фильм как следует. Позже эти двое сдались и просто сосредоточились на тихом флирте друг с другом, заставляя людей рядом с ними так злиться, что они проклинали их за то, что они пара собак.

Они оба не обращали внимания на проклятия.

После окончания съемок <Спроси у неба> Сюэ Лин отдыхал два дня, а затем собрал свой багаж, чтобы отправиться на съемки исторической драмы <Длинная река>, так как Чжу Жоцю хотел, чтобы актеры провели месяц, изучая древний этикет перед съемками. У него были очень высокие требования к съемкам, и он надеялся, что актеры начнут вживаться в образ заранее.

К счастью, Тяньсюань был щедр в своих инвестициях, что позволило ему так подсуетиться, но у большинства актеров не было бы месяца свободного времени, чтобы приехать и попрактиковаться, поэтому этот актерский состав в основном состоял из новичков.

Большинство актеров второго плана были опытными исполнителями с опытом работы в опере, и если бы этот тип актеров не тратил время на то, чтобы набрать форму, то в итоге они бы разделили фильм на две части, что принесло бы еще больше проблем.

Принятие такого решения было довольно сложной задачей как для актеров, так и для компании, но, к счастью, у Чжу Жоцю были и вера, и способность выполнить это, а Тяньсюань получил разрешение сверху потратить много денег на этот проект, поэтому обе стороны сотрудничали очень радостно, и план провести месяц тренировок действительно состоялся.

Как главному герою, Сюэ Лину нужно было учиться больше, чем всем остальным. Чэ Гунцзы был гением в разных областях; он овладел всеми видами художественных и боевых навыков, и у него была способность хорошо проявлять себя как в гражданских, так и в военных делах. Чжу Жоцю беспокоился, что месяца времени ему не хватит, чтобы выучить все это, и велел Сюэ Лину выучить часть из них заранее.

Возможно, потому что это чувство срочности дало Сюэ Лину ощущение вызова, Сюэ Лин положил 120% своего внимания на подготовку к этому фильму. Даже Су Сюаньянь был слишком ленив, чтобы обращать на него внимание, ведь он каждый день проводил за изучением того и этого, двигаясь так быстро, что оставлял за собой ветер, когда проходил мимо, все его тело казалось почти как призрак.

Су Сюаньянь еще больше возненавидел проклятый Мир Десяти Направлений. Что за "контратака круга развлечений"? Очевидно, что он просто создавал проблемы. Судя по способностям Сюэ Лина, он должен был восстановить свои воспоминания так же быстро, как Су Сюаньянь. Но с решением Мира Десяти Направлений, он должен был получить так называемый титул киноимператора, прежде чем он сможет извлечь свой последний хвост.

Сюэ Лин был занят в этот период времени, но на самом деле Су Сюаньянь тоже не бездельничал. Он купил гору с именем семьи Су и переселил деревни, которые были поселены у подножия горы, используя утверждение, что они планировали развивать эту территорию, чтобы запечатать всю гору.

Гора находилась в отдаленном районе, где было очень мало людей, поэтому Су Сюаньянь специально организовал людей, чтобы временно установить вертолетную площадку, чтобы гарантировать, что они смогут беспрепятственно добраться сюда, когда наступит день.

В конце концов, с такими вещами, как молниеносная трибуляция, было легко случайно разрушить город. Было лучше, если бы они искали гору в глуши.

Пока они были заняты, время пролетело бы очень быстро. В мгновение ока они достигли конца года, и настало время кинофестиваля "Оскар". Производство для <Длинной реки> было спешным и торопливым, но в итоге все же было представлено вовремя, чтобы в последнюю минуту быть выставленным на суд. Неважно, каким будет результат, они уже сделали все, что могли.

Кинофестиваль "Оскар" был глобальным фестивалем, который проводила семья Байли. В этом году кинофестиваль проходил в гигантском кинотеатре в стране Фэн. Фильм <Длинная река> не разочаровал; он получил пять номинаций за лучший художественный фильм, лучшую музыкальную партитуру, лучший сценарий, лучшую мужскую роль и лучшую мужскую роль второго плана. Даже по номинациям было видно, что <Длинная река> - одна из «темных лошадок" среди фильмов этого года.

В этом году Сюэ Лин снялся в двух фильмах. Номинанты на лучшую мужскую роль были и в <Спроси у неба>, и в <Длинной реке>, но Су Люнянь был номинирован за <Спроси у неба>, а Сюэ Лин - за <Длинную реку>. Если бы не правила кинофестиваля "Оскар", согласно которым нельзя соревноваться с самим собой за звание киноимператора и каждый может быть номинирован только за один фильм, Тяньсюань, вероятно, номинировал бы Сюэ Лина за роль Фэн Цяньюня.

Помимо награды за лучшую мужскую роль, Сюэ Лин был также номинирован на премию "Лучший новичок". Шэнь Юэ чувствовал, что, скорее всего, он не выиграет эту премию, потому что это затруднит последующую победу в номинации "Лучшая мужская роль".

Соревноваться с Су Люнянем было невыгодно. На данный момент Су Люнянь уже получил пять наград за лучшую мужскую роль на кинофестивале "Оскар", и эта награда, похоже, доставалась исключительно их семье. Независимо от того, было ли это за границей или дома, было очень мало актеров, которые могли бы побороться с ними за эту награду и победить.

На протяжении многих лет у Су Люняня была традиция выигрывать все награды, на которые он был номинирован. Как новичку в киноиндустрии, у которого в этом году было всего две работы, Сюэ Лину казалось очень сложным соревноваться с ним за награду за лучшую мужскую роль, но Сюэ Лин отнесся к этому очень непредвзято. Он сидел рядом с Су Люнянем и даже пошутил с ним перед объявлениями:

"Раньше я говорил твоему старшему брату, что если смогу взять приз, то мы поженимся. Теперь, похоже, надежды мало".

Су Люнянь замер, затем сжал руку Сюэ Лина и прошептал:

"Сяо Лин, не пугай меня так! Меня не волнует награда! Если ты действительно не получишь ее, мой старший брат убьет меня!"

Сюэ Лин закатил глаза: "Тебе следует быть честнее. Когда это Су Сюаньянь относился к тебе плохо? Максимум, он выместит свой гнев на твоем втором брате".

Су Люнянь подумал об этом и понял, что это правда, что его старший брат никогда не был свиреп по отношению к нему. Даже если бы он действительно сделал что-то не так, его старший брат просто обвинил бы второго брата в том, что тот подает плохой пример. Когда он думал об этом моменте, он больше не беспокоился, потому что было кому взять вину на себя.

"Ты прав. В таком случае, мне стало легче".

Су Сюаньянь, который сидел рядом с ним, изображая публику: "...".

В последнее время его младший брат действительно становился все более самонадеянным. После того как он провел время с Сюэ Лином, его темперамент, казалось, стал немного более свирепым. Это была настоящая правда, что плохим привычкам легко научиться.

"Далее - церемония вручения индивидуальных наград. В этом году мы начнем с награды лучшему новичку~".

Ведущая на сцене посмотрела на карточку в своей руке и широко улыбнулась:

"Сколько сильных новичков появилось за этот год, и какие замечательные фильмы они нам принесли? Давайте посмотрим на актеров из шорт-листа~".

На большом экране начали проигрываться короткометражные ролики. Су Люнянь наклонился и спросил Сюэ Лина: "Сяо Лин, ты нервничаешь? В этом году есть пять номинаций на звание лучшего новичка, но никто из остальных четырех не может сравниться с тобой. Ты определенно выиграл этот приз".

Не успел он закончить свои слова, как на сцене раздался голос ведущего.

"Победителем премии "Лучший новичок" в этом году становится! <Спросил у неба>, Сюэ Лин!"

Громовые аплодисменты взорвались вокруг, и камера прямой трансляции выхватила в зале лицо Сюэ Лина. Су Люнянь поспешно сел прямо и улыбнулся, обнимая Сюэ Лина.

Сюэ Лин обнял его на мгновение, а затем встал, чтобы пожать руку Фан Юэцзе, обменялся приветствиями с командой, поднимаясь на сцену. Сюэ Лин был в отличном настроении, когда бодро поднимался на сцену.

Держа в руке тяжелый трофей, он поклонился сцене, затем изогнул губы и послал поцелуй в камеру, прежде чем сказать:

"Я хотел бы поблагодарить судей за их одобрение. Этот год был значимым для меня. Я получил новые возможности, начал новую жизнь, познакомился с новыми людьми и начал новый карьерный путь. Спасибо всем людям, которые были рядом со мной, и спасибо всем вам за любовь, которую вы проявили к совершенно новому мне!"

В комнате прямой интернет-трансляции шквал комментариев взорвался с того момента, как он послал свой летящий поцелуй.

"Ахххххх мужской бог поцеловал меня!!!"

"Развожусь и выхожу замуж снова!"

"Вувуву, я так счастлив, меня поцеловали!" и другие подобные комментарии были отправлены в комнату. Некоторые люди не знали, кто он такой, но после просмотра шквала комментариев они более или менее узнали о нем кое-что.

После такой ночи, как эта, он, вероятно, действительно собирался получить новую порцию поклонников.

После произнесения речи, Сюэ Лин отвесил глубокий поклон и сошел вниз.

Его шаг был неторопливым, он выглядел очень спокойным и совсем не нервничал. Многие смотрели на него за это благосклонно, и неважно, что эта награда значила для него лично, то отношение, которое он демонстрировал сейчас, скорее всего, позволит ему завтра попасть в заголовки газет. В конце концов, новостей о нем было очень мало, и многие журналисты хотели уловить его слабые стороны или сообщить о чем-либо, связанном с ним.

Вернувшись на свое место, Сюэ Лин вздохнул с облегчением. Су Люнянь протянул ему бутылку воды и спросил:

"Каково было подниматься на сцену?"

Сюэ Лин сделал глоток воды и спокойно ответил: "Ты можешь задать этот вопрос снова, когда я получу награду за лучшую мужскую роль. Тогда я тебе отвечу".

Су Люнянь хмыкнул. У него уже не было никаких чувств по поводу победы в премии. Другими словами, ему уже нечего было доказывать, выиграв именно эту награду.

"Я знаю, что ты хорош в актерском мастерстве, и сценарий больше импонирует судьям, но ты говоришь это уже сейчас. Если ты действительно не получишь его позже, разве ты не будешь бить себя по лицу? Лучше не выделяться так сильно".

Сюэ Лин поправил галстук и наблюдал за захватывающим выступлением на сцене.

"Если я не выиграю приз, то приготовления, на которые твой старший брат потратил месяц, окажутся напрасными. Он уже сказал вертолету ждать снаружи, пока я закончу получать приз, чтобы я мог сразу после этого сбежать."

Су Люнянь: "..."

Как так вышло, что он должен был вспоминать о его старшем брате каждые три предложения! Сяо Лин, ты одержим?!

Возможно, из-за того, что его лицо было натерто проявлениями любви со стороны других людей, Су Люнянь почувствовал тот кислый запах, который ассоциируется с пощечиной от проявлений любви. Он ошибся! В будущем он будет сначала проверять ситуацию, прежде чем делать публичные проявления привязанности (〒_〒)

Это чувство, когда его ослепляют эти проявления любви, было действительно ужасным, и в будущем он определенно будет более внимательным!

Награды вручались одна за другой. Не было никаких сомнений в том, кто выиграет награду за лучшую женскую роль. Победительницей стала Цзи Цзыен, которая была номинирована за роль в военном фильме. По какой-то причине, когда Сюэ Лин видел Цзи Цзыен, ему всегда казалось, что у нее над головой нимб. Хотя свет был тусклым, это действительно был нимб. Он вспомнил, что в последний раз видел нечто подобное, когда встречался с Байли Шаоцзюэ.

Тогда он подумал, что ошибся, но система подсказала ему, что это было нечто, называемое ореолом главного героя. Однако их ореолы были повреждены в результате разрушения сюжета, поэтому свет потускнел. В противном случае уровень яркости был бы ослепительным.

"Конкуренция за лучшую мужскую роль в этом году очень жесткая. Есть актёры-ветераны, императоры кино, которые побеждали несколько раз, новички, а также старые друзья, которые были номинированы несколько раз."

Лицом, ответственным за объявление награды за лучшую мужскую роль, была Цзи Цзыен, которая только что получила награду за лучшую женскую роль. Она была одета в длинное платье со шлейфом в виде рыбьего хвоста, а ее длинные вьющиеся волосы развевались на ветру. Вся ее личность выглядела благородно, изысканно и элегантно.

"Но кто же станет обладателем трофея в этом году?"~

После того как она закончила говорить, на большом экране начали показывать ролики с участием номинированных актеров.

Сила номинированных актеров, естественно, не вызывала сомнений. У всех были отличные актерские способности; круг развлечений - это не тот круг, где люди могут стоять на сцене, основываясь только на внешности. Если они хотели получить награду, они должны были обладать необходимой силой.

Цзи Цзыен медленно открыла конверт, который держала в руке. Ее брови слегка приподнялись, когда она увидела имя.

"Ну что ж, давайте все сегодня засвидетельствуем награду за лучшую мужскую роль..."

Лопасти пропеллера вертолета вихрем проносились по воздуху, создавая порывы ветра. Казалось, что даже сияющие огни также следовали направлению ветра. Су Сюаньянь стоял перед вертолетом, на небольшом расстоянии от здания, и наблюдал, как задняя дверь внезапно открылась.

Бесчисленные лучи света устремились наружу, словно пытаясь вырваться из дверного проема. В свете, льющемся сквозь дверной проем, появился силуэт человека.

Су Сюаньяню не нужно было видеть его четко, чтобы понять, что это тот, кого он ждал.

Фигура открыла дверь и посмотрела в сторону Су Сюаньяня, словно желая что-то подтвердить, затем сорвалась с места и побежала к нему.

Су Сюаньянь не мог просто стоять и ждать. Когда он увидел бегущего к нему Сюэ Лина, его сердце и разум не имели возможности оставаться спокойными, поэтому он тоже бросился вперед и крепко обнял человека, который бежал прямо в его объятия.

Сюэ Лин раскрыл свои объятия и крепко, крепко обнял его, затем крепко обхватил его за талию и встал на цыпочки, чтобы поцеловать его.

Было слишком много эмоций, слишком много сложных и смешанных чувств, слишком много слов, которые он хотел сказать, поэтому в итоге он промолчал и излил все это в поцелуе, передав все свои чувства Су Сюаньяню.

Су Сюаньянь обхватил его затылок, его черты лица смягчились, когда он склонил голову, чтобы встретить поцелуй Сюэ Лина, слегка касаясь его губ, искренний и благочестивый, поскольку он праздновал свое возвращение в этот мир.

Они долго обнимались и целовались, прежде чем разойтись, задыхаясь. Сюэ Лин вложил трофеи в руки Су Сюаньяня, затем потянул его за собой и сказал:

"Пойдем и сядем в вертолет. Мы сможем с пользой применить то место, которое ты так долго готовил".

Су Сюаньянь посмотрел на трофеи в своих руках. Их было два. Один был наградой лучшему новичку, а другой - наградой лучшему актеру мужского пола. Хотя он догадывался о результате, он все равно был счастлив от всего сердца, когда Сюэ Лин искренне сумел выиграть эти два трофея.

"А что насчет Люняня?" - спросил он.

"Я не знаю. Мы выиграли приз вместе. Я сначала рассказал о том, что чувствовал, выиграв трофей, а после окончания побежал искать тебя".

Сюэ Лин потянул его на борт вертолета, затем ущипнул его за лицо.

"Расслабься, я не лишал твоего младшего брата его трофея~".

"У вас обоих достаточно сил для победы. Я не беспокоился о том, что он не получит приз".

Он пристегнул Сюэ Лина, и сразу после этого вертолет взлетел. Су Сюаньянь крепко сжал его руку и спросил: "Теперь все в порядке?"

"Система уже вернула мне последний хвост, когда я выиграл приз".

Сюэ Лин покачал собственным пальцем, его взгляд был полон звезд. Когда он медленно огляделся, его выражение было наполнено привязанностью, и одного взгляда было достаточно, чтобы заставить других потерять себя в его глазах.

"Хотя это немного в спешке, все же лучше решить проблемы, с которыми рано или поздно придется столкнуться поскорее".

"Тогда в путь. Тут недалеко".

Су Сюаньянь прислонился лбом к голове Сюэ Лина, затем протянул руку, чтобы привести в порядок свои волосы, которые ветер разметал в беспорядке.

Сюэ Лин покачал головой, улыбнулся и прислонил голову к плечу Су Сюаньяня. Он спросил: "Когда ты все вспомнил?"

"На второй неделе после переезда в твой дом. Однажды утром, когда я проснулся, все воспоминания вернулись. Тогда я тайком поцеловал тебя. Но ты спал очень глубоко и ничего не понял".

Была разница между Сюэ Лином без памяти и Сюэ Лином, который восстановил свои воспоминания. Су Сюаньянь очень естественно обвил руку вокруг его талии, двое прильнули друг к другу так близко, что, казалось, стали одним целым. Пилот спереди делал вид, что ничего не видит, и совершенно отказывался смотреть на то, что его босс и новый киноимператор делали сзади.

Сюэ Лин посмотрел на него, его дразнящий взгляд был наполнен смыслом: "никогда не думал, что ты такой Су Сюаньянь", и он широко ухмыльнулся. Он взял руку Су Сюаньяня и крепко переплел их десять пальцев.

Он сказал: "Ощущение того, что ты помнишь все, просто великолепно. Нет слоя тумана, блокирующего все передо мной. Я знаю правду обо всем, я знаю, кто я, и кто ты. Я знаю, кто ты для меня".

Это началось год назад. Его душа наконец-то смогла покинуть тело ребенка, с которым делила тело, и снова объединиться сама по себе. От этого ребенка он получил информацию о Су Сюаньяне и планировал отправиться в семью Су, чтобы найти его.

Но он опоздал на один шаг. Су Сюаньянь уже уехал отдыхать за границу.

Будучи духом, незнакомым с этим миром, Сюэ Лин в одиночку отправился через океан и нашел Су Сюаньяня на небольшой вилле за границей.

Мастер Границы этого мира.

Это был один из сотен миллионов малых миров, и он также был создан сюжетом, но он родился как Мастер Границы, что позволило изменить первоначальный сюжет мира и вырваться из оков истории, став новым, независимым миром. Все это произошло благодаря усилиям Су Сюаньяня и потому, что он постоянно пытался изменить траекторию этого мира, чтобы ослабить влияние создателя, который пытался принудить мир вернуться к первоначальному сюжету. Факты доказали, что он был очень успешен, и воля мира начала ослабевать.

В качестве последней контратаки перед тем, как воля этого маленького мира исчезла, он проклял Су Сюаньяня так, что он и его духовный талисман никогда не смогут быть вместе. Мастер Границы, потерявший свой духовный талисман, не был бы сильнее воли мира, поэтому Сюэ Лин, как духовный талисман Су Сюаньяня, не был признан этим миром и не мог здесь существовать.

Такое проклятие было несложно взломать, но в конце концов, это была предсмертная воля мира, и представляла она волю создателя мира. Когда Су Сюаньянь начинал подделывать эти вещи, он неизбежно наталкивался на сопротивление создателя этого мира.

Су Сюаньянь уже давно пытался заставить создателя отказаться от этого мира. Другими словами, он хотел, чтобы они отказались от романа. После этого он пересмотрел события, которые должны были произойти в этом мире. Он не стал делать многого и просто сделал так, что некоторые души, которые должны были появиться в этом мире, исчезли, при этом позволив войти другим душам. С таким эффектом бабочки, как только он начинался, так называемый сюжет полностью изменялся.

К тому времени, когда Сюэ Лин встретил Су Сюаньяня, этот мир уже обладал полной автономией. Он больше не подчинялся ограничениям сюжета и мог свободно развиваться.

Но проклятие все еще оставалось. Для Сюэ Лина было абсолютно невозможно восстановить свою первоначальную культивацию или даже перестроить собственное тело в этом мире.

В то время Сюэ Лин был очень недоволен отношениями между собой и Су Сюаньянем. Он родился гордым и высокомерным, а ему вдруг сказали, что он является духовным талисманом другого человека и был связан при рождении. Хотя он по разным причинам упустил возможность вырасти вместе с Су Сюаньянем и по необъяснимой причине, казалось, прожил намного больше лет, чем другая сторона, пока он был в этом мире и пока он мог воссоздать свое собственное тело, он все равно был бы связан с Су Сюаньянем и подвергался бы влиянию проклятия против него. Но как бы он себя ни чувствовал, у него не было тела, и существовать в виде простого духа и парить вокруг - тоже не выход.

В отличие от Сюэ Лина, который был особенно обижен на их отношения, Су Сюаньянь был очень заинтересован в нем. Поэтому Су Сюаньянь заключил сделку с Сюэ Лином.

Он связался с Миром Десяти Направлений и отправил душу Сюэ Лина в различные малые миры, которые были присоединены к Миру Десяти Направлений, чтобы получить опыт и позволить ему извлечь энергию, которая была рассеяна в этих мирах, или иначе известную как хвосты Сюэ Лина. После того как он вернет все хвосты, которые были потеряны в других мирах, Сюэ Лин сможет вернуться в этот мир.

Перед возвращением его и Су Сюаньяня воспоминания будут запечатаны.

Если бы Сюэ Лин не был способен вспомнить эти вещи, он бы не чувствовал никакой ностальгии и мог бы медленно завершить эту жизнь. После смерти он бы вспомнил все, но к тому времени Су Сюаньянь, рядом с которым не было его духовного талисмана, тоже дожил бы до конца жизни и умер.

В этом случае отношения между Су Сюаньянем и Сюэ Лином стали бы намного слабее, и, соответственно, проклятие тоже ослабло бы. В то время, после насильственного расторжения отношений между ними двумя, Сюэ Лин смог бы воссоздать свое собственное тело в этом мире и жить дальше.

Если бы Сюэ Лин чувствовал достаточно сильное желание вспомнить все, то он был бы способен вспомнить это. В таком случае он прошел бы через трибуляцию в этом мире напрямую, использовал бы небесную силу, чтобы насильно снять проклятие, и восстановил бы свое тело. Но этот метод означал, что он будет связан с Су Сюаньянем на всю жизнь.

Как Мастер Границы, Су Сюаньянь никак не мог не состариться в этом мире. Но после смерти его могущественная душа попадет в царства Мира Десяти Направлений, где его душа станет вечной, и Сюэ Лин будет сопровождать его туда.

Будущее для них было бесконечным; подобно тому, что Сюэ Лин пережил раньше, они могли проходить мир за миром, счастливо живя в каждом из них, прежде чем перейти в следующий. Но в этой ситуации Сюэ Лин не смог бы разлучиться с Су Сюаньянем.

Это был выбор, который Су Сюаньянь предоставил Сюэ Лину, а также выбор для себя. Он не хотел заставлять Сюэ Лина оставаться рядом с ним, но и не хотел, чтобы тот вот так просто ушел.

Поэтому он последовал за Сюэ Лином в эти маленькие миры.

Именно благодаря связи между ними он всегда замечал Сюэ Лина в этих маленьких мирах. Первоначально он лишь хотел, чтобы тот, потерявший память, вспомнил, что ему нужно обратить внимание на другого человека, но неожиданно такое внимание изменилось и привело ко все более глубоким чувствам.

Достижение нынешней стадии произошло благодаря вкладу и Сюэ Лина, и Су Сюаньяня.

После восстановления своих воспоминаний Сюэ Лину нужно было столкнуться с Небесной Трибуляцией. Если он сможет пережить это молниеносное испытание, он станет Небесным Девятихвостым Лисом. И как только он станет бессмертным, Су Сюаньянь, который был наиболее тесно связан с ним, также испытает некоторые изменения.

"Как ты думаешь, бессмертие - это хорошо или плохо?"

Они вдвоем склонились друг к другу, звук вертолета звенел в их ушах, казался одновременно далеким и близким. Сюэ Лин посмотрел на небо снаружи и задал этот вопрос Су Сюаньяню.

"Если это с тобой, то это хорошо. Если без тебя, то это плохо".

Сюэ Лин довольно беспомощно огляделся: "Разве не больно будет смотреть, как твои родственники один за другим покидают тебя?"

"Жизнь, возраст, болезнь и смерть - мир всегда меняется. Я могу сделать очень мало. Как я могу печалиться об этом, если они счастливо умрут в старости?"

Сюэ Лин перестал спрашивать. Оказалось, что Су Сюаньянь все обдумал более тщательно, чем он. Мастера Границы, рожденные в каждом поколении, были бессмертны; даже если их плоть старела, их души оставались на месте. Именно благодаря этому наследие Граничных Мастеров могло постоянно передаваться по наследству.

"Я уже думал об этом. Умереть - это нормально. После смерти мы можем выбрать те маленькие миры, которые нам нравятся, и жить в них еще одну жизнь. Миров так много, и у нас так много, так много времени на протяжении многих жизней. Есть так много разных жизней, которые мы можем прожить, и с тобой, сопровождающим меня, бессмертие, для меня, это хорошая вещь".

С тех пор как ему понравилось путешествовать, а затем он влюбился в Сюэ Лина, Су Сюаньянь уже начал рассматривать эти вещи. Он многое обдумывал за многих людей, но впервые задумался о собственном будущем.

В то время он не мог быть более уверенным, что независимо от того, как выглядит будущее, Сюэ Лин будет его частью.

Вертолет остановился на высокой горе. Ветер свистел сквозь ночь и проносился по горам, завывая, когда кружил вокруг них.

Сюэ Лин схватил Су Сюаньяня за галстук и потянул за него, чтобы заставить его склонить голову, и в конце концов поцеловал его. Не колеблясь, он развернулся и, махнув рукой, направился к вершине горы.

Су Сюаньянь стоял на месте и смотрел, как он уходит. Он взял в руки два трофея, его губы изогнулись. Он решил никуда не уходить и ждать возвращения Сюэ Лина здесь.

В ту ночь на вершине этой отдаленной горы собрались тучи. Грянул гром, и одна за другой засверкали молнии. Даже близлежащий округ страдал от дождя всю ночь.

Гром гремел, молнии били; вспышки спускались из темных туч, как будто кто-то раскалывал горы своим топором. Молнии вспыхивали, гром бушевал, нанося удары, словно на свободе, и почти освещая близлежащую округу.

На Weibo появилась тема #культиватор какой секты проходит через молнию-трибуцию, и она мгновенно поднялась ввысь, так как люди, которым не давал покоя шум грома, начали обсуждать это внезапное изменение погоды, которое произошло без предупреждения - метеорологические сети были действительно бесполезны!

Су Сюаньянь провел ночь на горе, держа в руках зонтик и два трофея Сюэ Лина. Недалеко от него ударила молния, но он чудом не пострадал. Он ждал всю ночь, пока рассвет не разогнал тьму. Он наблюдал, как облака уплывают прочь и небо полностью проясняется.

Небо стало довольно глубокого синего цвета, а затем медленно, медленно начало светлеть.

Все деревья на вершине горы недалеко от него были сломаны. Половина горного пика была разрушена, и вся вершина горы выглядела обугленной.

Первый луч солнечного света упал на молодого человека, который стоял на вершине, свет очертил его фигуру сзади. Он был одет в белую мантию, его голова с черными волосами была распущена и развевалась синхронно с ветром. Он поднял руку, сузил глаза и посмотрел в сторону восходящего солнца.

Су Сюаньянь выкрикнул его имя, и он медленно обернулся.

Ему тоже не удалось выбраться невредимым. Он выглядел немного растрепанным, но это ничуть не уменьшало его запредельной привлекательности: он казался настолько похожим на бессмертного, что мог бы взлететь до небес.

Его рот слегка изогнулся, когда он поднял руку в сторону Су Сюаньяня, энергично помахал ею, а затем полностью развернулся и побежал к нему, как вчера вечером, когда он вышел из театра, вспомнив все и не дождавшись встречи с Су Сюаньянем, безрассудно бросился вперед и врезался в него.

Они обнимали друг друга на фоне восходящего солнца.

Как замечательно! Они вместе прошли через столько миров, были вместе на протяжении стольких жизней. Замечательно, что они вместе прийти к сегодняшнему дню.

_____________

Автору есть что сказать:

Рассыпь цветы за то, что вы дошли до конца текста

★,:*:?(￣▽￣)/?:*?°★

После того, как я не спала допоздна, чтобы закончить эту главу, мне очень хочется встать и танцевать ~(≧▽≦)/~

Это был самый длинный текст, который я написала. Мне жаль, что дорога была такой долгой, и я обманула всех, чтобы прибыть в это место~.

Спасибо вам всем, что сопровождали меня~

Теперь, когда мы здесь, будет несколько экстр, и тогда всё официально будет завершено.

Давайте сделаем групповое муа~

И наконец сладкие экстры (///ω///)

1. Относительно двух киноимператоров:

В период интервью после кинофестиваля "Оскар" репортеры окружили Су Люняня.

"Простите, киноимператор Су, Сюэ Лин сошел со сцены сразу после того, как произнес речь о принятии премии. Это потому, что между вами есть какие-то разногласия?"

"Как киноимператор Су относится к решению оргкомитета о двух киноимператорах в этом году? Действительно ли актерская игра Сюэ Лина может сравниться с вашей?"

"Сюэ Лин подписал контракт с Тяньсюань. Будет ли он иметь право голоса в делах Тяньсюань в будущем?"

"Сюэ Лин ушел в такой спешке. Что происходит?"

"Какие мнения у Киноимператора Су относительно сегодняшней награды?"

Су Сюаньцин молча стоял перед братом и распространял свою холодную ауру. Репортеры медленно убрали микрофоны, которые они направили на лицо Су Люняня, и мгновенно стали гораздо более приличными.

Тень, которую Су Сюаньцин оставил в сердцах журналистов, все еще была там. Репортеры никогда не решались на необдуманные поступки, сталкиваясь с этим человеком, который уже отошел в сторону, но все еще имел большое влияние на индустрию.

Айя, сегодня было слишком много тем для репортажа. Они были безрассудны; святой хранитель Су Люняня всегда был рядом с ним.

"Я знаю, что всем не терпится получить информацию из первых рук".

После того как его старший брат появился с угрожающим выражением лица, Су Люнянь естественно вышел и показал немного смущения.

"Сюэ Лин ушел в спешке, потому что есть неотложные дела, которые нужно решить, что-то очень важное. Кроме того, что касается отношений между нами двумя, я хочу объяснить их как следует".

Он всегда излучал гибкий и мягкий образ при общении со СМИ, но журналисты никогда не могли получить инициативу, когда он делал заявления.

"Сюэ Лин - один из артистов нашей компании и, естественно, мой младший брат. Я очень хочу поддерживать его и заботиться о нем. Я отношусь к нему, как к члену семьи, и искренне надеюсь, что в будущем он сможет стать моей семьей. Поэтому вам не нужно пытаться угадать, какие разногласия могут существовать между нами. Я не думаю, что они когда-либо будут существовать".

Репортеры на некоторое время растерялись, не понимая, на что пытается намекнуть Су Люнянь, но в мгновение ока Су Люнянь уже ушел вместе с Су Сюаньцином. Они не смогли получить никакой информации из уст Киноимператора Су.

Кстати говоря... Что он имел в виду, говоря "надеюсь, что в будущем он сможет стать моей семьей"?

2. Относительно разрешения на свадьбу:

На следующее утро после прохождения трибуляции у Сюэ Лина и Су Сюаньяня не было времени пойти домой или сообщить кому-либо новости. Сюэ Лин воспользовался тем, что тело, которое он восстановил после трибуляции, имело длинные волосы, и успешно предотвратил то, чтобы кто-нибудь узнал бы его как нового киноимператора с предыдущей ночи. Он потянул Су Сюаньяня за собой в Бюро гражданских дел в городе Икс, чтобы зарегистрировать разрешение на свадьбу.

К счастью, за завершение процесса отвечали роботы. Им удалось не шокировать оператора, и хотя у молодой женщины, ответственной за штамповку лицензии, было много сомнений относительно этих двоих, она не узнала Сюэ Лина до самого возвращения домой. Она поняла, что, похоже, сделала сегодня что-то необычное, только после того, как вернулась домой.

Получив две маленькие красные книжечки, Сюэ Лин был в особенно хорошем настроении. Хотя это был не первый раз, когда они были женаты, это был первый раз, когда они напечатали свои настоящие имена в маленькой красной книжке.

Он взял с собой Су Сюаньяня и провёл с ним весь день, побывав во многих местах и сделав множество вещей, которые, казалось бы, должны были делать обычные пары, прежде чем окончательно убедился в том, что он действительно существует и что это не сон.

После того как небо потемнело, они вдвоем сидели во вращающемся ресторане на самом высоком здании города и смотрели вниз на раскинувшийся перед ними город. Внезапно их сердца, наконец, вернулись к ним.

Глаза Сюэ Лина ярко вспыхнули, когда он посмотрел на Су Сюаньяня и сказал: "Пойдем, закажем номер!"

Су Сюаньянь беспомощно проговорил: "Зачем снимать комнату, если у нас есть дом, куда мы можем вернуться?"

Сюэ Лин сказал: "Дома некому делать уборку. Давай забронируем комнату и займемся этим!"

Су Сюаньянь: "..." Он только-только восстановил свои воспоминания, но тут же стал наглым.

Но ему это нравилось.

3. Относительно получения номера:

Отель принадлежал семье Юань, и портье была ошеломленно глупой.

"Здравствуйте, мы хотели бы получить номер для молодоженов".

Двое мужчин перед ним положили нанокомпьютеры на запястьях поверх стойки.

Молодая женщина за стойкой запыхавшись ответила:

"А! Уважаемые господа".

Она моргнула и четко посмотрела на двух мужчин перед ней. Хотя у одного из них были длинные волосы, они действительно были двумя джентльменами.

"Наши номера для пар делятся на номера для пар и номера для молодоженов, и мы также предлагаем пакеты для медового месяца. Согласно системе, вы, джентльмены, недавно поженились. Мы хотели бы порекомендовать..."

Еще до того, как молодая женщина закончила говорить, она услышала, как длинноволосый мужчина сказал:

"Тогда вот это. Давайте сделаем то, что наиболее романтично".

Как одинокая собака, молодая женщина с ресепшена могла только скрипеть зубами.

Ву-ву-ву, как получилось, что она каждый день набивалась собачьим кормом, даже работая на ресепшене в отеле? Чего хотела эта недавно поженившаяся пара? Попросить номер в ночь их свадьбы, что это за вкусы?

Стиснув зубы и закончив процесс регистрации, девушка за стойкой посмотрела на спины двух мужчин, уходящих вместе, и вдруг вспомнила, что лицо длинноволосого мужчины выглядит немного знакомым...

4. Относительно разоблачения

Заголовки газет на второй день после кинофестиваля "Оскар" были полны новостей, касающихся двух мужчин-киноимператоров, которые были назначены на фестивале.

На третий день заголовки были о том, что недавно коронованный киноимператор ужинал с таинственным мужчиной во вращающемся ресторане, после чего они отправились в Гранд Отель Юань, чтобы снять номер.

Общественность была в ажиотаже. Таинственный мужчина был покрыт пиксельной мозаикой, и никто не мог понять, кто он. Было много обсуждений как онлайн, так и офлайн, а Weibo Сюэ Лина мгновенно взорвался. Аккаунты Тяньсюань и Су Люняня в Weibo тоже оказались в похожей ситуации.

Су Люнянь, вероятно, был замешан в этом, потому что он сказал "надеюсь, что в будущем он сможет стать моей семьей", что заставило многих людей поверить, что таинственный человек - это он.

Все фанаты Су Люняня встали на его защиту.

[ Вы все, должно быть, фальшивые фанаты. Только по их росту можно понять, что это не наш маленький киноимператор, да?! ]

Су Люнянь: "..."

Опровергать слухи - это нормально, но зачем нападать на мой рост?

В этот момент внешний мир перевернулся с ног на голову, вход в отель был окружен репортерами, а Сюэ Лин… находился в глубоком сне.

Всю ночь он дурачился с Су Сюаньянем и проспав меньше двух часов проснулся от звонка телефона. Он был в очень плохом настроении, когда встал, поэтому Шэнь Юэ смог увидеть редкую, убийственную сторону артиста, которым он управлял.

5. По поводу разоблачения 2

Сюэ Лин неохотно проснулся и наконец-то понял, почему Шэнь Юэ связался с ним так рано. Это было потому, что вчера они вели себя слишком смело и безрассудно, поэтому первым его заголовком после получения титула киноимператора стала новость о том, что он снял комнату с другим человеком.

По правде говоря, Сюэ Лин совсем не был шокирован. В этом не было ничего особенного; Су Сюаньянь не был тем, кого нужно прятать. Поэтому он сказал Шэнь Юэ оставаться спокойным и дать ему поспать еще немного.

Су Сюаньянь тоже был разбужен. Первым делом он склонил голову и поцеловал Сюэ Лина. Затем, прислонившись к плечу Сюэ Лина, он посмотрел на Шэнь Юэ по ту сторону экрана и сказал:

"Вы, ребята, можете сначала разобраться с этим вопросом. Когда у нас будет время после обеда, мы устроим пресс-конференцию. Нет необходимости подавлять новости. Раз уж мы раскрыты, мы обнародуем правду".

Шэнь Юэ: "..."

В него только что запихнули большую горсть собачьего корма. Они спали вместе в одной кровати и не были одеты; он совершенно не хотел думать, что произошло прошлой ночью!

Шэнь Юэ повесил трубку и повернул голову, чтобы поговорить с другим своим артистом, который лениво лежал другой стороне:

"Твой старший брат сказал объявить об этом".

Су Люнянь издал звук "ох", а затем продолжил:

"Если он хочет сделать это публичным, то сделай это публичным~ Я случайно сказал об этом два дня назад, а сегодня это уже стало реальностью~ Старший брат проделал большую работу."

Шен Юэ: "..."

Он действительно не хотел переживать больше из-за этой семьи!

6. Относительно разоблачения 3

Конференция была назначена на вторую половину четвертого дня, что давало достаточно времени для отдыха им двоим.

Пресс-конференция транслировалась в прямом эфире в интернете. Поклонники Сюэ Лина, которые не могли получить никаких новостей о своей звезде, а вместо этого получали новости о секс-скандале, начали подозревать, что они поддерживают фальшивую звезду.

Несмотря на это, они не упускали ни одного случая, когда Сюэ Лин мог бы появиться, поэтому они пришли пораньше с небольшой скамейкой и ждали начала конференции.

В настоящее время они находились в Гранд Отеле Юань. Поскольку в эти два дня вход был заблокирован группой репортеров, они решили провести конференцию прямо здесь, чтобы выразить свои извинения отелю.

Су Сюаньянь также постарался заранее связаться с Юань Чуаньбаем, чтобы сообщить новости, и получил благословение на сто лет счастья.

Репортеры прибыли раньше всех и установили свое оборудование, но когда они посмотрели на планировку места проведения мероприятия, то начали сомневаться, не приехали ли они не туда и не присутствуют ли вместо этого на свадьбе...

Всем раздавали свадебные конфеты. Что же происходило!?

Факты доказывали, что это была настоящая свадьба. Участвующие стороны действительно заслужили свою репутацию. Сюэ Лин шокировал всех всякий раз, когда появлялся; каждый раз его появление на публике становилось сенсацией!

Они действительно появились рука об руку.

Комментарии обрушились сумасшедшим шквалом:

[ АХХХХХХ Мужской бог! ]

[ Мне плевать, что экран грязный, я собираюсь облизать его и нанести удар первым! ]

[ Он действительно может держать мужского бога за руку! Я видел мужского бога только издалека, издалека. Если бы я смог коснуться его руки, я бы не мылся всю жизнь!!! ]

[ Айя, я обнаружила, что мужчина, с которым держится за руку мужской бог - большой красавец~ ]

[ Их внешность совпадает (*/ω＼*) ]

[ Я продолжаю чувствовать, что произошло что-то важное ]

[ Этот мужчина мне немного знаком ].

7. Относительно пресс-конференции

"Журналисты и друзья, присутствующие сегодня, а также все, кто смотрит трансляцию, я бы хотел сначала объявить одну хорошую новость, прежде чем начнется сессия вопросов".

Сюэ Лин поклонился, затем начал говорить, не отпуская руку Су Сюаньяня.

Неизвестно, было ли это связано с его аурой, но когда он заговорил, репортеры внизу не осмелились произнести ни слова.

"Я уже получил свидетельство о браке".

Он поднял их соединенные руки, затем сказал:

"Мы с этим человеком официально стали мужьями позавчера. Хотя это было немного поспешно, но поскольку все уже узнали, мы неохотно решили объявить об этом общественности."

Он помахал маленькой красной книжечкой, которую держал в руке.

"Я думаю, что все должны пожелать мне всего хорошего".

Комментарии были наполнены:

[ О Боже!]

[ Меня застал врасплох собачий корм!]

[ Я подозреваю, что смотрю фальшивую трансляцию и смотрю на фальшивого бога-мужчину...]

[∑(っ°Д°;)っ О мой Бог!!! Мужской бог женился(???). И даже завел маленькую красную книжечку!!!??? ]

[ Ву-ву-ву! Изначально я хотел сказать, что могу сделать скриншот и отфотошопить себя рядом с ним. Как так получилось, что у него вдруг появился партнер... ]

[ Всем привет, мужчина рядом с ним ненастоящий. На самом деле мужской бог женился на мне. ]

[ Прости, что скрываю это от всех, но на самом деле я вместе с мужчиной-богом уже десять лет. Мы были возлюбленными в детстве и единомышленниками... Ву-ву-ву-ву. Я не вру и мне нужно поплакать. ]

Выражения лиц журналистов, казалось, говорили:

[ О Боже, я уверен, что присутствую на фальшивой пресс-конференции ]

[ Разве можно так объявлять о свадьбе?! ]

[ Это, должно быть, розыгрыш!!! Как такое возможно!!! ]

[ О... Это действительно большая история... ].

8. Относительно пресс-конференции 2

"Сегодняшнее объявление - временное. Мы оповестим журналистов и друзей, когда состоится настоящая свадебная церемония. Вот только, кто будет приглашен, еще предстоит обсудить".

Су Сюаньянь заговорил после Сюэ Лина. Его выражение лица было холодным, как айсберг, который не растает и за тысячу лет.

"Мы и Тяньсюань имеем право преследовать и принимать меры против тех, кто распространяет слухи и домыслы через интернет. Газетам и компаниям, которые пытались очернить репутацию моего любимого, уже отправлены адвокатские письма. Я уже не раз говорил, что всем следует избегать шагов в сторону кого-либо из семьи Су".

Лица журналистов на мгновение застыли, а затем некоторые из более опытных людей наконец вспомнили страх, который они испытывали, когда их подавляла Семья Су.

Они также слышали эту фразу на пресс-конференции, на которой объявили о личности Су Люняня! Люди, которые тогда оклеветали Су Люняня, исчезли из индустрии! Довольно много компаний также потерпели крах!

Какой ужас! Они вспомнили, кем был этот человек с холодным лицом!!!

Люди в комнате вещания тоже начали узнавать Су Сюаньяня.

Хотя прошло уже много времени, у большинства людей все еще были довольно хорошие воспоминания.

[ Теперь я понимаю, что имел в виду маленький киноимператор, когда говорил, что они станут семьей!!! Это его шурин!!! ]

[ Уже второй раз меня шокирует старший брат семьи Су! Аххххх я сменил мужских богов!]

[ Выше, пожалуйста, проснись. Они - пара.]

[ Ах, Семья Су действительно сильна... ]

[ Неужели никто не заметил, что трофей кинофестиваля "Оскар" снова достался Семье Су? Как страшно. Все это принадлежит этому странному кругу. ]

[ Ах, они посмотрели друг на друга, и все тело старшего брата Су стало нежным. ]

[ Вувуву, мне набили еще один рот собачьим кормом. Это как наказание за то, что я не замужем (〒_〒) ]

[ Так мило, взгляд старшего брата Су так снисходителен, когда он смотрит на Сюэ-Сюэ!]

[ Я решил поддержать эту пару! Я нарисую книгу!]

[ ... Эй-эй-эй, ты слишком быстро переходишь на другую сторону].

Таким образом, надлежащая пресс-конференция действительно превратилась в мероприятие по объявлению о свадьбе.

Шэнь Юэ хотел выразить, что эта семья действительно невероятна!

9. Относительно возвращения домой

После пресс-конференции Су Сюаньянь выплатил оставшийся кредит за маленькую квартирку Сюэ Лина. Они вдвоем собрали вещи и приготовились переехать в особняк семьи Су.

Особняк семьи Су не занимал огромной площади. Это была простая трехэтажная вилла, но окружающая территория была очень обширной. Все холмы принадлежали семье Су, а дорога, которая вела туда, была несколько отдаленной. Им приходилось полагаться на суда на воздушной подушке, чтобы добраться до особняка.

На вилле было не так много людей: два брата Су - Люнянь и Сюаньцин, а также пожилая экономка. Большую часть уборки и другой подобной работы выполняли роботы, и в основном они никогда не появлялись перед своими хозяевами.

Су Люнянь ждал их снаружи к тому времени, когда они приехали и вышли из машины с вещами.

Это был первый раз, когда Сюэ Лин увидел Су Люняня с тех пор, как они вместе выиграли трофей киноимператора, и Сюэ Лин восстановил свои воспоминания.

Он был одет в простой комплект домашней одежды и закутан в большое свободное пальто. Он весело улыбнулся и помахал рукой Сюэ Лину: "Привет, невестка".

Сюэ Лин закатил на него глаза и отказался от такого способа обращения.

Су Сюаньянь шел позади Сюэ Лина с их вещами, слегка шлепнул младшего брата по голове и сказал:

"Хватит дурачиться. Просто называй его по имени".

Су Люнянь пожал плечами, выражая, что все в порядке, пока эта пара мужей счастлива~.

Второй этаж старого дома принадлежал Су Люняню и Су Сюаньяню. Су Сюаньянь раньше жил на третьем этаже в комнате на одного человека, но после того, как он все вспомнил, он отремонтировал весь этаж. Теперь комната на третьем этаже стала двухместной, а остальная часть этажа была заново отделана.

Сюэ Лин отбросил в сторону их багаж, затем вскочил и плюхнулся на кровать. Он прищурился на Су Сюаньяня и погрозил пальцем:

"Иди сюда и покажи мне участок рек и гор, который ты завоевал для меня~".

Су Сюаньянь беспомощно потёр голову.

"Не соблазняй меня. Мы все равно должны сегодня спуститься и поужинать вместе".

Сюэ Лин: "..."

Была ли его вина в том, что его внешность была соблазнительной? Он просто хотел, чтобы он подошел и сел на кровать! Как это превратилось в то, что он его соблазнил?!

10. По поводу их медового месяца

"Старший брат, где вы с Сюэ-Сюэ собираетесь провести медовый месяц?" После ужина Су Люнянь вышел из кухни с фруктами, сунул клубнику Су Сюаньцину, который смотрел новости, и с любопытством спросил.

Сюэ Лину тоже была любопытна эта тема. Он хотел отправиться в путешествие, но Су Сюаньянь сказал, что у него есть предложение получше, поэтому ему просто нужно позволить Су Сюаньяню заняться планированием.

"В место, которое ты не знаешь". Слова Су Сюаньяня казались успокаивающими.

Су Люнянь был заблокирован и на мгновение замер. Изначально он планировал передать поднос с фруктами в руки Сюэ Лина, но теперь повернулся, чтобы вместо этого запустить в Су Сюаньцина еще одной клубникой.

"Хмф. Разве ты не издеваешься надо мной и старшим братом тем, что мы не можем поехать в медовый месяц?! Мы тоже можем уехать! Мы поедем завтра! И будем путешествовать по всему миру!"

Су Сюаньцину подарили довольно много клубники. Он беспомощно отложил их, затем поставил поднос, который держал Су Люнянь, и поставил его на стол.

"Если мы уйдем, то передадим всю работу нашему старшему брату".

"Разве он не взял тот длинный отпуск?"

Су Люнянь автоматически, бессознательно забилась в объятия Су Сюаньцина. Су Сюаньцин поднес клубнику к его губам, и он послушно съел ее. Сюэ Лин незаметно повернул голову. Разве они не занимались публичным проявлением привязанности? Каждый мог это делать!

"Куда именно мы отправимся?" - спросил Сюэ Лин.

Рука, которой Су Сюаньянь возился с какими-то документами, остановилась. Он притянул Сюэ Лина в свои объятия и тихо сказал:

"Я скажу тебе завтра. Мы пойдем в любое место, которое тебе понравится".

Сюэ Лин все еще был немного озадачен.

Экономка наблюдала, как они вчетвером угнездились в двух углах дивана и вошли в свои собственные миры, и испытала молчаливое удовольствие.

Было здорово, что Старший Молодой Господин больше не был ослеплен любовью других людей в течение всего дня.

11. Относительно выбора

"Мерфолки, гер, зверочеловек, мир зомби…» Сюэ Лин молча посмотрел на варианты, затем спросил Су Сюаньяня: "Это те варианты, о которых ты говорил?"

Как маленькая система, которая была переброшена Су Сюаньяню Миром Десяти Направлений после успешного выполнения своей задачи, его нынешняя работа заключалась в том, чтобы служить этой паре мужей и помогать им перемещаться по разным мирам.

"Эти миры - не единственные доступные. Поскольку у хозяев медовый месяц, я просто выбрала несколько миров, которые больше подходят для определенных действий~ Они больше подходят для того, чтобы вы двое могли пошалить".

Су Сюаньянь обнял Сюэ Лина сзади, положил голову ему на плечо и потёр их щёки друг о друга.

"Выбирай сами. Мы пойдем в тот, который тебе понравится. Разные миры движутся с разной скоростью по отношению к нашему изначальному миру. Если хочешь, мы можем даже пройти через все из них. Но так это займет немного больше времени".

Сюэ Лин повернул голову и ущипнул его за лицо, сказав:

"Какой смысл проходить их так много? Мы можем играть, проходя их медленно, после твоей смерти".

Су Сюаньянь: "..." Он уже ждал его смерти, верно? Иначе зачем бы он проклинал его так?

Сюэ Лин усмехнулся. Он знал, что система пытается умничать и специально выбрала эти мусорные миры. К Су Сюаньяню это не имело никакого отношения, поэтому он отбросил этот вопрос. Он задумался, а затем сказал:

"Поскольку это медовый месяц, мы должны выбрать относительно мирную и процветающую эпоху~ Давай сначала отправимся в древние времена~".

Сердце системы устало, когда она устанавливала для них координаты.

Когда она оставалась в Мире Десяти Направлений, ее заставляли делать целую кучу вещей, а теперь, когда она была здесь с Сюэ Лином, ее целыми днями ослепляли проявлениями любви. Она устала! Как маленькая система, что она должна делать?

12. Относительно нового мира

Сюэ Лин снова испытал то ощущение смены тел, которое всегда заставало его врасплох при трансмиграции, затем подсознательно посмотрел вниз на свою одежду...

"???" Юбка?

Сюэ Лин поспешно огляделся. Су Сюаньяня не было рядом с ним: они разделились после трансмиграции в этот мир.

"Система! Что происходит?!"

"Не волнуйся, хозяин. Ты просто носишь женскую одежду. В этом нет ничего страшного".

Система спокойно всплыла. По тону голоса Сюэ Лина она поняла, что хозяина вот-вот хватит удар, поэтому поспешила успокоить его:

"Твой пол не изменился. Расслабься".

Сюэ Лин не знал, что ответить: "Тогда что это значит? Фетиш женской одежды?"

"В принципе".

Система говорила неторопливо.

"Найди зеркало и посмотри. Ты не полный кроссдрессер. Это оригинальное тело любит косплей и будет носить мужскую или женскую одежду, но предпочитает женскую одежду и иногда наряжается в девушку, чтобы пройтись по магазинам. У них дома много одежды. Ты можешь пойти и посмотреть, там есть и мужская одежда".

Сюэ Лин уже собирался пойти и поискать одежду, но тут раздался стук во входную дверь. Стук другой стороны становился все более настойчивым, и пока Сюэ Лин раздумывал, переодеться или открыть дверь, другая сторона уже открыла дверь и вошла.

Вошедшим оказался Су Сюаньянь.

Они смогли точно узнать друг друга, несмотря на то, что не использовали свои оригинальные тела. После того как они узнали и признали друг друга в качестве пары Мастера Границы и духовного талисмана, связь между ними стала намного сильнее.

Су Сюаньянь стоял у двери дома Сюэ Лина, когда тот пришел в этот мир. Он почувствовал, что Сюэ Лин внутри, и постучал в дверь, но никто не ответил. Он долго колотил, прежде чем обнаружил, что ключ у него в кармане.

Смущение, которое он почувствовал в этот момент, было едва уловимым.

Сюэ Лин трогал одежду на своем теле и первоначально очень хотел переодеться, но после того, как он увидел Су Сюаньяня, действия Сюэ Лина прекратились, крича, чтобы система убиралась сюда!

"Система, что, черт возьми, здесь происходит!"

Система увидела, что Су Сюаньянь тоже появился. Она закатила глаза и объяснила им сюжет.

"Поскольку вы двое проводите медовый месяц, я выбрал этот мир для вас двоих. Отношения между вами в настоящее время как между парой мужей, но поскольку хозяин любит наряжаться женщиной, большинство людей думает, что вы обычная пара мужа и жены. Вы только вчера подписали свидетельство о браке за границей. Вы оба - богатые представители третьего поколения, которым не нужно беспокоиться ни о бизнесе, ни о домашних делах. Для вас двоих не проблема просто есть, жить и ждать смерти. Основной бизнес господина - косплей, и вы проводите всевозможные представления. Ты также можешь спеть несколько песен и открыл интернет-магазин. Не нужно беспокоиться об управлении им, так как Мистер Су играет на фондовом рынке. У него есть компания, но он не особо ею управляет".

Система покачала головой и сказала:

"Я действительно потратила много усилий, чтобы найти это место для медового месяца для вас, ребята".

Сюэ Лин немного насторожился: "Ты подобрела? Тогда, в этом мире, с такой счастливой жизнью, в чем подвох?"

Система широко улыбнулась и продолжила: "Хозяин действительно понимает меня. Через два года этот мир переживет апокалипсис~ Господин сможет испытать комфортную жизнь до апокалипсиса, а также острые ощущения и опасность во время конца света. Разве это не особенно весело?"

Сюэ Лин: "..."

"Что ты скажешь на то, - спокойно проговорил Су Сюаньянь, - если я вышвырну эту систему обратно в Мир Десяти Направлений?"

Сюэ Лин: "Ноль возражений".

Система: "..."

Ваххх, она знало, что это неправильно! Умоляя двух больших господ отпустить простить ее на этот раз (〒_〒) Мир Десяти Направлений был большим извращенцем!!! Не отправляйте ее обратно!!!

13. Относительно нового мира 2

Поскольку это был новый мир, это была возможность испытать новую жизнь. Сюэ Лин колебался, глядя на красивую девушку в зеркале.

Уровень соблазнительности этого лица резко повысился после того, как были учтены его глаза. Он был одет в короткую пышную юбку, с топом на плечах и свободным красивым пиджаком, который был застегнут наполовину. Его красивые ключицы были обнажены, и на нем было тонкое серебряное ожерелье, которое остановилось чуть ниже ключицы. Там висели их обручальные кольца, и по какой-то причине, когда эти два кольца обрамляли его ключицы, они казались немного соблазнительными.

Длинные, вьющиеся каштановые волосы ниспадали с его парика до талии, и после того, как он поправил их, у него появилась некая взбалмошная красота. Даже без макияжа он выглядел бесконечно круто, и если бы он вышел на улицу, то его внешность мгновенно привлекла бы группу фанатичных людей, таких, которые называли бы его младшей сестрой и умоляли поцеловать, и приобнять его.

Изначально это тело казалось андрогинным. Его лоб выдавал мужское начало, и если бы он носил мужскую одежду, то его определенно считали бы красивым мужчиной, но не было ощущения дисгармонии, когда он надевал женскую одежду. Перед кроватью стояла пара черных сапог длиной до колена, которые должны были сочетаться с его нынешним нарядом.

Система подбадривала его со стороны.

"Хозяин, быстро надевай сапоги~ Ты обещал сегодня сделать несколько селфи для своих поклонников. Ты не можешь делать все наполовину! Кроме того, ты не забыл, что ты идешь с господином Су смотреть новый дом?"

Сюэ Лин сверкнул глазами на систему: "Кто именно вызвал нынешнюю ситуацию?"

Система сжала шею и не осмелилась говорить дальше.

Су Сюаньянь вышел из дома после того, как понял, что он хочет переодеться. Он подождал некоторое время, затем вернулся и обнаружил, что Сюэ Лин все еще одет в ту же одежду. Он удивленно спросил:

"Больше не переодеваешься?"

Сюэ Лин в раздражении схватился за голову и сказал: "Ладно! Я не буду ее менять! Нет такого стиля, который я не могу освоить! Разве это не просто кроссдрессинг?! Я просто буду носить его!"

Именно в этот момент Су Сюаньянь наконец-то обратил внимание на его одежду. До этого он торопился, и когда он вышел, его голова все еще была полна мыслей о том, как справиться с апокалипсисом, который случится через два года. Только сейчас он обнаружил, что Сюэ Лин одет довольно привлекательно.

Сюэ Лин заметил, что его взгляд остановился на его теле, усмехнулся, а затем сказал:

"На что ты смотришь? Разве ты раньше не видел людей с плоской грудью?!"

Су Сюаньянь сдержал смех и не обратил внимания на его слова.

Сюэ Лин был слишком ленив, чтобы обращать на него внимание. Он просмотрел воспоминания оригинального тела и проверил планы на сегодня, прежде чем надеть пару сапог, которые стояли у кровати.

Это была пара сапог длиной до колена. Они были достаточно длинными и достаточно теплыми, чтобы Сюэ Лину не нужно было надевать чулки. Он встал перед зеркалом, затем снова посмотрел на собственное отражение.

... Как ему следует описать его? У него был какой-то завораживающий, панковский взгляд?

Во многих случаях ноги мальчиков действительно выглядели лучше, чем ноги девочек. Первоначальное тело было одним из них; у него были длинные ноги, и он носил короткую юбку с высокой талией. Его ноги были белыми и стройными и контрастировали с парой черных сапог.

Су Сюаньянь закрыл дверь и небрежно повернул замок позади себя, не отрывая взгляд.

Сюэ Лин изначально планировал изучить этот так называемый мир. Услышав шум, он повернул голову и с любопытством спросил:

"Что ты делаешь?"

"Раз уж ты не можешь это снять, позволь мне помочь тебе".

Су Сюаньянь задумался, затем усмехнулся и сказал:

"Не похоже, что тебе определенно придется сегодня фотографироваться на улице~".

В тот вечер известный косплеер на целый день исчез из поля зрения фанатов. Он заставил бесчисленное количество людей скрючиться перед своими компьютерами в ожидании фотографий, прежде чем, наконец, разослал партию снимков, на которых было видно только его лицо. Он принес всем искренние извинения и сказал, что из-за того, что некий человек дома был глуп, другие его части пока нельзя фотографировать.

Его фанаты на Weibo:

[ ... Ждал полдня только для того, чтобы накормить нас собачьим кормом?]

[ Ручной мах рукой на прощание! Тебе действительно нужно так поступать с нами? (〒_〒) Неужели ты не можешь выпустить нашего женского бога! ]

[ Неужели я единственный, кто понял смысл слов мужского бога (///ω///) ]

14. Относительно апокалипсиса

Этот мир был построен вокруг апокалипсиса. Переживания главного героя также были связаны с апокалипсисом. Су Сюаньянь использовал свой авторитет, чтобы определить причину апокалипсиса, изучил причину и вложил деньги в вакцину от зомби-вируса на год раньше времени.

Он успешно решил проблему еще до того, как массовая вспышка зомби могла начаться, и одновременно сколотил состояние.

Система: "Боже мой. Тебе правда нужно быть таким напряженным? Вы, ребята, напрямую избавились от всего сюжета!".

"Лучший способ изменить судьбу главного героя - сбить его с пути с самого начала, верно? Апокалипсис не случится, поэтому главный герой не появится, и траектория этого мира будет полностью изменена, верно?"

Система: "... Ну, ты прав".

По сравнению с Сюэ Лином, Су Сюаньянь был еще более порочным и безумным... То, как он изменил сюжет, было таким прямолинейным.

15. Относительно 'Конца'

После того как закончился медовый месяц, они вдвоем вернулись в свой первоначальный мир. Там прошла неделя времени, но они провели в этом мире целую жизнь.

Сюэ Лин потянулся, затем лениво лег на колени Су Сюаньяня и сказал: "Я подумал об этом. Чтобы не заскучать в будущем, я могу продолжать работать. Мы будем медленно стареть вместе в этом мире, а потом вместе его покинем".

Су Сюаньянь поднял руку и коснулся своей головы. Он засмеялся и согласился: "Да, мы будем медленно стареть вместе".

.......

Сюэ Лин дважды хмыкнул и позволил Августину положить его на кровать так, как ему нравилось, закинув обе руки ему за голову.

Кончик языка Августина медленно скользил вниз по его рукам, облизывая руку, и, наконец, добрался до лица. Поцелуи мужчины опускались один за другим, заставляя Сюэ Лина щурить глаза.

Он уже давно впал в смятенное вожделение, и ему было довольно трудно приспособиться к этой медленной, продолжительной прелюдии. Это отчаянное чувство желания наполниться заставляло его немедленно сделать это с мужчиной, но он был прижат другой стороной и не мог двигаться вообще.

Августин, казалось, знал, о чем он думает. Он издал низкий смешок и сказал:

"Я не хочу причинить тебе боль. Не тревожься, хорошо?"

Сюэ Лин почувствовал легкое восхищение его способностью сдерживаться до такой степени. Он даже начал сомневаться, что на мужчину на самом деле не подействовали его феромоны.

Но на самом деле нижняя часть тела мужчины была болезненно распухшей. Он также хотел проигнорировать все и погрузиться прямо в тело юноши, но остатки разума подсказали ему, что это причинит ему боль, и это помогло ему подавить желание.

Сняв всю одежду с тела юноши, ладони Августина скользили по телу, сводившему его с ума, и его адамово яблоко покачивалось, когда он бессознательно сглатывал.

Казалось, юноша знал, на что он смотрит, и гостеприимно раздвинул ноги. Его белые и стройные ноги приземлились прямо на нижнюю половину его тела и терлись о него снова и снова. Хотя его мучили феромоны, у него все еще оставались силы, чтобы выкладываться на полную катушку и дразнить мужчину.

Проще говоря, он беспрестанно пытался доставить неприятности.

Взгляд Августина был темным и очень страшным, но Сюэ Лин был бесстрашен.

Мужчина снял свои брюки. Из-за дразнилок юноши нижняя часть его тела уже не могла ждать, пружинисто выскочив из трусов, как только он стянул их.

Это заставило Сюэ Лина немного прийти в себя. Возможно, это было потому, что эта сцена была чересчур возбуждающей; нижняя часть тела была пугающей крупной.

Эта пара маленьких ножек, которые осмелились бесцеремонно блуждать, теперь бесшумно прятались, но Августин не слишком много думал об этом; как он мог так легко отпустить его и позволить ему уйти после того, как подразнил его? Он протянул руку и посадил юношу к себе на колени. Он сидел на краю кровати, и благодаря их положению юноша устроился на его бедрах, его ноги были раздвинуты, а возбужденное маленькое нечто между ног энергично указывало вверх.

Августин ущипнул его за подбородок и заставил Сюэ Лина посмотреть на себя сверху, слегка подвинув его талию так, чтобы их два затвердевших стержня могли встретиться. Он мог чувствовать, как человек в его объятиях дрожит. Только что его действия были очень провокационными и необузданными, но теперь он начинал бояться?

Августин нашел это немного забавным и склонил голову, чтобы поцеловать рот юноши.

Его рука медленно ласкала изгиб талии юноши, потираясь о две розовые точки на его груди и заставляя юношу извиваться и бессознательно подаваться вперед.

Тело Сюэ Лина двигалось впереди его мозга, и после движения он начал чувствовать себя смущенным. Он чувствовал, что жесткий предмет другого человека еще больше затвердел из-за его движений, и это было странное ощущение, когда он терся о него.

Он еще не успел прийти в себя, когда мужчина приподнял свое тело, склонив голову, чтобы провести кончиком языка вверх-вниз по его правому соску. Августин заметил, что тот опустил голову, чтобы посмотреть, и тихо рассмеялся:

"Это потому что я недостаточно усердно работаю, что ты все еще способен впадать в оцепенение?"

Сюэ Лин хотел что-то возразить, но мужчина засосал этот маленький узелок между губами, и его зубы медленно заскребли по кончику соска.

Казалось, его тело стало перенапрягаться. Сюэ Лин был недоволен собственной пассивностью, он открыл рот над плечом мужчины и прикусил. Хотя разница в телосложении не позволила ему укусить слишком сильно, он все же смог оставить несколько следов на коже мужчины.

Укусив его один раз, он, казалось, немного пристрастился к этому ощущению, вытянув кончик языка, чтобы облизать место, где он только что укусил, и скользя по следам от зубов. Воспользовавшись моментом, Августин поцеловал его в ухо и ввел палец, который только что обмакнул в мазь, глубоко в нижний проход юноши.

Сюэ Лин издал сдавленный крик и нахмурился от новых ощущений. К счастью, обстановка в этом мире была создана с учётом разврата, и его тело быстро адаптировалось к таким вещам. Розовая дырочка быстро акклиматизировалась к введенному пальцу, и проход подрагивал, словно желая большего.

Сюэ Лин нетерпеливо покрутил талией.

Августин уложил его обратно на кровать и подтолкнул его длинные ноги к своей груди. Вместо того чтобы терпеливо дать ему привыкнуть ко второму пальцу, он тут же ввел сразу три пальца.

Сюэ Лин издал возглас удивления, и его дырочка начала сжиматься в сопротивлении.

Августин легонько поцеловал его пальцы и негромко сказал:

"Расслабься немного, ты сможешь это сделать".

Сюэ Лин тихо бормотал и выглядел немного обиженным, глядя на него, но взгляд, который он послал, только заставил дыхание мужчины остановиться, а за ним последовало еще более бурное наступление.

Стоны и все более интенсивные феромоны в воздухе взбудоражили нервы Августина. Человек под ним уже давно размяк в лужицу, и маленькая дырочка в нижней части его тела казалась немного недовольной, когда он вытаскивал пальцы, трепеща и сжимаясь, когда стоны юноши становились еще более приятными для ушей.

Августин снова поднял юношу, целуя его веки, шепча:

"Теперь ты в порядке?".

Руки Сюэ Лина слабо обвились вокруг его шеи, и он нетерпеливо сказал: «

Ты все еще способен сдерживаться, как мощно".

Августин интуитивно чувствовал, что лучше, чтобы он стонал, а не говорил. Мужчина держал его, точно расположив вход в его дырочку над своей собственной твердой частью тела.

Он намеревался позволить юноше медленно скользить вниз, но юноше пришлось лишь немного побороться, и в итоге он сел весь сразу.

Сюэ Лин громко задышал, почувствовав, как что-то разрывает его. Ощущение пустоты исчезло, и огромный предмет мужчины полностью заполнил его сзади. Это заставило все его тело напрячься, его отверстие конвульсивно сжалось, заставив мужчину издавать низкий стон.

"Расслабься".

Августин протянул руку и похлопал его по заднице.

Сюэ Лин был напряженным, но он также знал, что не должен быть таким напряженным. Он уставился на мужчину с некоторой обидой в глазах, пока расслаблял свое тело, облегчая принятие огромности мужчины.

Он опустился на колени на тело мужчины, обхватив руками его шею, и сказал несколько лениво: "Эта позиция... ты хочешь, чтобы я двигался сам?"

Недостаточно было просто сказать это, он даже покачал бедрами.

Такая стимуляция заставила впавшего в наслаждение мужчину полностью потерять контроль. Августин прижал юношу к себе, привставая, полностью вытаскивая твердый предмет из его тела и яростно вколачивая его обратно.

"Ах!"

Сюэ Лин крепко вцепился в его шею, боясь упасть, но вскоре у него не осталось сил беспокоиться о том, упадет он или нет. Движения мужчины были яростными и грубыми, и казалось, что это совсем другой человек, нежели тот, который был так терпелив и нежен в прелюдии в самом начале. Каждый раз он вытаскивал его до конца, а затем так же быстро входил обратно.

Эти большие движения заставляли его висеть на грани жизни и смерти, он не видел ничего, кроме вспышек света перед глазами, и потерял счет времени.

Этот человек явно понимал, что нужно омеге в жару. Скользящие движения, которые были до этого, делались просто так. Теперь же, когда они были в полном разгаре, его движения довели до того, что Сюэ Лин не мог ничего сделать, кроме как задыхаться и стонать, не в силах сказать ничего другого.

Запах феромонов внутри комнаты постепенно менялся. По мере того как действия Августина продолжались, у него больше не было возможности контролировать выброс собственных феромонов. Как только доминирующий и мощный аромат был высвобожден, он не мог не накрыть всю комнату пронизывающим запахом. Любая мысль, которая оставалась в голове Сюэ Лина, полностью исчезла вместе с их совместными запахами.

Осталось лишь самое изначальное, базовое желание.

Они родились в этом мире друг для друга, и их тела естественным образом идеально, несравненно подходили друг другу. Они никогда не наскучили бы друг по другу, когда были сплетены вместе, и, кроме желания удержать другого, тесно прижатого к себе, их мозги не были сосредоточены ни на чем другом.

После высвобождения первой волны кульминации быстро последовала вторая волна желания.

Очень скоро они оба глубоко погрузились в эту первобытную радость и удовольствие, забыв обо всем вокруг.

После окончания банкета дворец казался довольно пустынным. Министры вернулись в свои дома, а люди, которые приводили дворец в порядок, были заняты банкетом. Его Величество потянул за собой свою Императорскую Супругу, которая вернулась с триумфом только для того, чтобы получить сообщение о том, что их ребенок достаточно взрослый, чтобы купить соевый соус, и пребывает в ужасном настроении, и вырвался из толпы, прибыв во дворец Шэнлун.

Это было место, где император проводил утренний суд. Утренний суд королевства Сюэ был очень регламентирован и проходил раз в два дня. Сегодня Сюэ Лин проводил утренний суд, поэтому ни сегодня вечером, ни завтра во дворец Шэнлун не придет много людей.

Шу Хэн получил приказ от Его Величества выйти и охранять дверь. Он должен был оставаться снаружи, чтобы следить за происходящим; то, что будет происходить внутри, он не мог видеть! Куда же подевалось его непорочное величество? Он даже привёл Императорскую Супругу, чтобы сделать что-то подобное на Драконьем Троне...

Если бы духи предков действительно существовали, то они, вероятно, были бы разгневаны Сюэ Лином и вылезли бы из своих могил.

Ладно, если бы духи предков действительно существовали, они должны были бы выбраться уже тогда, когда «гер» короновался как император.

Ин Шэн выглядел очень недовольным. Он толкнул Его Величество, Императора, на Трон Дракона и навис над ним, немного жалобно спрашивая:

"Ты вернул этого ребенка и вырастил его, потому что не хочешь моего ребенка?"

Его ключевой момент казался немного странным; по сравнению с тем, что этот ребенок в будущем станет императором, его, похоже, больше волновало то, что Сюэ Лин не хочет иметь ребенка от него.

Уголки губ Сюэ Лина дернулись, и он беспомощно вздохнул:

"Не так...".

"Тогда это потому, что ты думаешь, что я не смогу этого сделать, и переживаешь, что не сможешь родить?"

Сюэ Лин: "..."

Как он должен был объяснить?

Поскольку он не мог победить словами, Сюэ Лин беззаботно обвил руками шею Ин Шэна и спросил его:

"А если я не хочу иметь ребенка?"

Ин Шэн нахмурился. На самом деле, он не так уж сильно заботился о детях и был просто недоволен тем, что Сюэ Лин решил найти ребенка, не спросив его, и планировал просто уклониться от этого вопроса. Он склонил голову, чтобы поцеловать лоб Сюэ Лина, и сказал:

"Если ты не хочешь, я не буду настаивать на этом вопросе. Только вот ты принял это реШэние с такой тревогой; о чем ты беспокоишься?"

Сюэ Лин медленно расстегнул пояс и неторопливо заговорил:

"А что, если я скажу, что на самом деле не хочу оставаться на этом троне вечно и очень хочу найти преемника, чтобы мы могли оставить все это позади и взять тебя с собой, чтобы свободно странствовать по всему миру?"

Ин Шэн: "..."

Атмосфера на мгновение застыла. После недолгого молчания Ин Шэн был весьма переполнен радостью, когда он крепко обхватил руками талию Сюэ Лина. Они оба все еще стояли, и он перенес Сюэ Лина на Драконий Трон.

Драконий Трон королевства Сюэ был достаточно широким, а Сюэ Лин был героем с достаточно маленькой фигуркой, поэтому казалось, что, когда его на него сажают, там поместиться еще пять императоров.

Ин Шэн находил это немного забавным. Обычно Сюэ Лин оказывал такое большое влияние и власть с этого Трона Дракона, но сегодня его одежда была наполовину снята, голова с шелковистыми черными волосами растрепанна, и его внешний вид нес в себе другой смысл. Ин Шэн посмотрел вниз, затем прижал его к Трону Дракона, притянув немного ближе.

Его дыхание опустилось на щеку Сюэ Лина, его тон был неразборчив, когда он сказал:

"Ваше Величество хочет путешествовать по всему миру с этим министром?"

Его руки не были честными, пока он говорил, и уже скользнули в Драконий Халат, распуская пояс Сюэ Лина.

"Значит, изначально у Его Величества были такие намерения по отноШэнию к этому министру".

Сюэ Лин: "..."

О~ С ним было покончено, он чувствовал себя обиженным и теперь начинал язвить.

Это было прекрасно, разве это не было просто ролевой игрой? Кроме того, в настоящее время он был Императором, и в этом не было ничего плохого.

Сюэ Лин поджал губы, а затем сказал: "Если этот император хочет, чтобы его министр умер, то у министра нет другого выбора, кроме как умереть. Естественно, если я хочу, чтобы ты сопровождал меня в странствиях по миру, у тебя нет другого выбора, кроме как сделать это".

Ин Шэн уже был взволнован; зачем ему беспокоиться о том, что Сюэ Лин подобрал отродье, швырнул его в задний дворец и назвал своим? Что сейчас было самым важным?

Нужно позаботиться о маленьком императоре на Троне Дракона до тех пор, пока он не заплачет!

Кончиком языка он лизнул губы Сюэ Лина:

"Да, все, что Ваше Величество захочет сделать этот министр естественно, все сделает".

Его руки уже скользили вверх по груди Сюэ Лина, щипали эту чувствительную точку и начинали неистово ласкать. Это был не первый раз для них обоих, и Ин Шэн очень четко знал, где тело его маленького императора наиболее чувствительно.

Его горячее дыхание коснулось шеи Сюэ Лина, зубы царапнули по его адамову яблоку, когда одна рука ущипнула эту точку на груди, а другая скользнула вниз, чтобы схватить слегка пробудившийся драконий корень.

Сюэ Лин слабо выругался и сердито проговорил:

"Как дерзко! Что ты пытаешься сделать!"

"Я, естественно, служу Вашему Величеству~".

Ин Шэн поцеловал мочку уха Сюэ Лина и сказал с низким смехом:

"Разве все тело Вашего Величества не взывает сейчас о том, что вам нужна помощь?"

Сюэ Лин: "..."

Такой злой~ Но он ничего не мог с этим поделать. Тела геров были невероятно чувствительны, и он становился мягким, как вода, если его немного подразнить. Даже если бы он хотел взять инициативу в свои руки, у него не осталось сил двигаться.

Его влажные, блестящие глаза были наполнены возбуждением желания, и когда он возбуждался, уголки его глаз становились головокружительного, красивого алого цвета. Он слегка приподнял свое тело, словно желая быть ближе к Ин Шэну.

Ин Шэн выглядел невозмутимым, медленно дразня красавца под собой. Красавец был явно возбужден: его белое, как нефрит, тело покрывала тонкая розовая пыль, длинные чёрные волосы разметались по золотому Трону Дракона, резко контрастируя с подушками и заставляя нижнюю часть тела Ин Шэна вздыматься ещё больнее.

Только, как бы больно ему ни было, он не мог действовать необдуманно. Хотя Ин Шэн хотел быстро овладеть Сюэ Лином, он не хотел причинять ему боль.

Зная, что они собираются делать сегодня вечером, Ин Шэн прихватил баночку с мазью, пока его тащили во дворец Шэнлун. Он принес ее; это была императорская вещь, и ее особенно хорошо было использовать. Ин Шэн обнял Сюэ Лина и поцеловал его, одной рукой успокаивая истекающий драконий корень, а другую окуная в мазь и направляя ее на нижнюю часть тела Его Величества. Он даже дразнил Сюэ Лина, растягивая его:

"Как вы себя чувствуете, Ваше Величество?"

Сюэ Лин так разгорелся от его касаний, что зацепил голые ноги за талию Ин Шэна. Его задний проход ощущался невыносимо пустым, он открывался и закрывался, умоляя, чтобы его заполнили. Палец Ин Шэна, покрытый мазью, только коснулся его дырочки, как тут же был проглочен; казалось, что эта маленькая дырочка жаждет еще.

Сюэ Лину не нравилось иметь такое тело, но это тело особенно хорошо подходило для таких вещей. Они с Ин Шэном уже дурачились раньше, и после того, как они сделали это в первый раз, его тело запомнило это ощущение. Ин Шэн так долго «постился», что сегодня вечером он горел, как сухие дрова. Этот огонь был невыносим для Сюэ Лина, заставляя его вертеть талией и конечностями, желая, чтобы человек над ним вошел.

Ин Шэн только что ввел палец и обнаружил, что Его Величество сегодня ночью был особенно активен. Это маленькое отверстие было теплым и влажным, мазь растаяла, как только он вошел, нежная плоть заднего входа засосала палец и втянула его внутрь.

Он больше не колебался и добавил второй палец, сумев снова беспрепятственно войти.

Сюэ Лин был настолько стимулирован его движениями, что его глаза покраснели, веки покрылись слоем влажного тумана, а голос нес следы плача:

"Достаточно, входи".

Ин Шэн наконец расслабился, но не отказался от своего первоначального игривого намерения. Этот огромный предмет прижался к входу в его тело, его талия слегка изгибалась вперед, когда он немного вошел внутрь, прежде чем отступить и подразнить Сюэ Лина. Он спросил, "Что Ваше Величество хочет чтобы я вошел? Если Ваше Величество не скажет это четко, то этот министр не будет знать, что делать~".

Сюэ Лин стиснул зубы и подумал, что завтра он обязательно сведет с ним счеты. Он бросил на него кокетливый взгляд, а затем обиженно воскликнул:

"Ты...".

"Чего хочет Ваше Величество?" - медленно переспросил Ин Шэн.

Его голос уже стал невероятно хриплым; даже если бы Сюэ Лин не сказал этого, он, вероятно, не смог бы сдержаться.

Но в качестве компенсации Сюэ Лин все же прикрыл лицо и низким голосом выплюнул слова: "Войди в меня".

Удовлетворенный, Ин Шэн протаранил своим огромным корнем его вход до конца, стимуляция заставила Сюэ Лина почти прожогом вскочить с Драконьего Трона. Ин Шэн затащил свою громадину в знакомые внутренности и, наконец, испустил вздох облегчения. Он потянулся, чтобы заключить Сюэ Лина в свои объятия. Ноги Сюэ Лина обхватили его талию, когда все его тело оказалось прижатым, и он на мгновение лишился чувств.

Ин Шэн поцеловал его в щеку и мягко сказал:

"Мое дорогое Величество, открой глаза и посмотри".

Сюэ Лин усмехнулся и ущипнул его за руку, желая открыть рот и укусить его в недовольстве, но он не успел сделать шаг, когда Ин Шэн обхватил его за талию и толкнул вверх, заставив Сюэ Лина застонать.

"Это двор Вашего Величества, двор полон гражданских и военных министров, которые все сейчас смотрят на Ваше Величество".

Сюэ Лин: "Ву... Ты... Ах!" Он хотел отругать Ин Шэна за бесстыдство, но с каждым ударом, который делал Ин Шэн, его яростно пронзала нижняя часть тела. Сюэ Лин был пронзен до такой степени, что его душа наполовину вылетела из тела, и больше не мог произносить слова. Он мог только издавать бесконечные, хаотичные стоны.

"Здесь так много людей, неужели Ваше Величество совсем не смущается?"

Эти постыдные слова все еще произносились, пока Ин Шэн шаг за шагом спускался с трона. Этот процесс спуска по ступенькам был для Сюэ Лина просто пыткой; эта штука внутри его заднего входа терлась и терлась, но не проникала глубоко. Эта неторопливая стимуляция в сочетании со словами Ин Шэна так смутила Сюэ Лина, что он зарылся головой в его плечо и потянулся, чтобы ущипнуть его за руку.

"Ты уже закончил?"

Ин Шэн издал низкий смешок, но не остановился. Хотя он перестал говорить эти постыдные слова, он продолжал идти, неся Сюэ Лина по всему залу, стимулируя его во время ходьбы, и к тому времени, когда он вернулся к Трону Дракона, Сюэ Лин уже был оттрахан до отказа, и его сперма брызнула прямо на тело Ин Шэна.

Ин Шэн все еще носил свою придворную одежду на верхней части тела и выглядел очень аккуратным и элегантным, но на самом деле это было только на поверхности. Его брюки были по-прежнему свободно надеты на тело, и он выглядел спокойным, отчего Сюэ Лин, который был в его объятиях, казался чересчур развратным.

Белый свет, блокирующий взгляд Сюэ Лина, рассеялся, но твердый предмет Ин Шэна не собирался выходить. Исходя из опыта Сюэ Лина, этот человек мог не обязательно кончить, даже если они сделают еще один круг по залу. Он стиснул зубы и крепко напряг талию, пытаясь выдавить его наружу.

Ин Шэн не собирался отпускать его так скоро. Он склонил голову, чтобы поцеловать его, затем рассмеялся и сказал:

"Вашему Величеству не нужно спешить. У нас еще есть целая ночь~".

Он вытащил свой твердый предмет, прижал Сюэ Лина к Трону Дракона, скорректировал свою позу, затем приподнял его талию и снова протолкнул свой мощный корень внутрь.

У них все еще была целая ночь. Шансы на то, что Его Величество будет кончать до бессознательного состояния, оказались очень высоки.

Сюэ Лин облизнул губы: "Я просто хочу свести счеты между нами, чтобы с сегодняшнего дня мы могли относиться к нашим отношениям более просто".

Пока он говорил, он протянул руку, чтобы стянуть с Си одежду.

Халат Си выглядел очень сложно, что всегда подчеркивало воздержанность в его облике, как будто он был полностью отделен от некоторых низменных желаний.

Это было правдой. В конце концов, когда еще можно было увидеть, как бог приходит в недоумение от эрекции? Он всегда был холодным, спокойным богом, стоящим высоко над миром. Сюэ Лину очень нравилось видеть его напряженное лицо. Возможность дразнить кого-то до такой степени, что он весь раскраснелся, доставляла Сюэ Лину огромное удовольствие.

На самом деле, ему очень нравилось, что в каждом мире существовали небольшие различия в темпераменте мужчины. Это означало, что он всегда мог испытать что-то свежее и новое каждый раз, когда соблазнял его, и, кроме того, что другая сторона всегда забывала о нем, Сюэ Лин был исключительно доволен всем остальным.

Конечно, это не заставило его отказаться от намерения вспомнить, кто этот человек. В конце концов, если они были связаны друг с другом с самого начала, вспомнить все было единственным способом уравновесить их отношения. Возможно, именно поэтому этот человек всегда отказывался рассказывать ему и настаивал на том, чтобы он узнал все сам.

Его сила медленно восстанавливалась, и пройдет не так много времени, прежде чем воспоминания о том, что существовало между ними, перестанут быть тайной.

Сюэ Лин потянул, думая, что ему удастся снять слой одежды Си, но неожиданно его рука оказалась пустой после его действий, так как одежда Си исчезла. Он сузил глаза и окинул человека под своим телом глубоким взглядом.

"Ты знаешь, что я хочу сделать?"

"Ты хотел снять с меня одежду, верно?»

Ответ мужчины был спокойным. Несмотря на то, что кончики его ушей уже покраснели, его тон и выражение лица по-прежнему казались полностью под его контролем.

"Одежда бога - это не то, что может снять любой".

Сюэ Лин издал звук "ох", затем поднял брови.

"Раз уж так..."

Он ухмыльнулся: "Тогда я сниму свою собственную одежду. Это считается ответной услугой для тебя?"

Он взял руку Си в свою и повел ее за собой, чтобы стянуть завязки, удерживающие вместе его халат для сна. Сюэ Лин улыбнулся, когда он медленно, мало-помалу, позволил халату, который был на нем, упасть с плеч. Это действие было особенно провокационным: он был обнажен под халатом, и его стройное, но сильное тело медленно, шаг за шагом открывалось взгляду Си, обнажая плавные линии мышц и привлекательную белую кожу, купающуюся в отблесках мерцающего пламени камина. По мере того как халат медленно сползал вниз, дыхание Си становилось рваным.

Сюэ Лин медленно вынул руки из рукавов халата, и распахнутый халат свободно съехал вниз, наполовину скрывая, наполовину открывая его наготу. Он все еще сидел на теле Си, и тот чувствовал реакцию нижней части его тела, прижимавшейся к нему сзади, но Си не испытывал ни малейшего стеснения или смущения, просто наблюдая за Сюэ Лином. Хотя он учащенно дышал, у него, казалось, не было намерения сделать шаг самостоятельно.

Сюэ Лин наклонился, и они оказались прижаты кожа к коже. Он понизил голос и прошептал на ухо Си:

"Тогда позволь мне научить этого бога тому, чего именно ты хочешь".

Его голос был низким, и теплый воздух от его дыхания прошелся по щеке Си. Мужчина посмотрел на него и слегка приподнял свое тело, пытаясь поцеловать его губы, но Сюэ Лин оттолкнул его.

Сюэ Лин положил одну руку ему на плечо, напоминая, чтобы он оставался лежать на ковре, а другая его рука медленно скользнула вниз по ключице.

Он сел на тело мужчины, склонил голову и поцеловал его в губы. Это был не глубокий, а скорее поверхностный поцелуй, который исчез почти так же быстро, как и появился. Мужчина попытался удержать его, но Сюэ Лин отодвинулся.

Кончик языка Сюэ Лина лизнул его челюсть, оставив влажное, теплое прикосновение, и он стал целовать его ниже, кусочек за кусочком, время от времени используя свои зубы, чтобы оставить маленькие красные следы на шее Си. Сюэ Лин посмотрел на свой шедевр, и улыбка на его губах стала еще более лукавой.

Его пальцы двигались быстрее, чем губы, и уже некоторое время рисовали круги вокруг пупка Си. Похоже, он счел их нынешнюю позу неудобной и, наконец, встал.

Когда он встал, халат, наполовину прикрывавший и наполовину открывавший ключевые части, полностью спал, и Сюэ Лин стоял обнаженный перед Си, взгляд которого скользил по его прекрасной русалочьей линии, пока не был встречен видом его слегка приподнятого полового органа. Си сузил глаза: очень хорошо, похоже, не он один пострадал от их баловства.

Вот только между ними все еще оставалась некоторая разница. Си чувствовал, что вот-вот взорвется, а Сюэ Лин все так же неторопливо менял позиции, протягивая руку, чтобы обхватить член Си, который уже стоял вертикально и возбужденно. Его рука скользила вверх-вниз, а рот изогнулся в улыбку, когда он сказал:

"Ты действительно не можешь сдерживаться~".

Си приподнялся и перевернул Сюэ Лина. Он не знал, что делать, и мог только инстинктивно тереться о него. Его нижняя часть тела двигалась, но и верхняя не бездействовала: он лизнул дорожку вниз по шее Сюэ Лина и вернул ему то же самое, что Сюэ Лин сделал ему раньше.

Он слегка прикусил выступающее адамово яблоко, и Сюэ Лин нетерпеливо зарычал, вытянув ногу, чтобы пнуть его:

"Не лижи наугад~".

Его слова заканчивались слегка приподнятым тоном и несли в себе ощущение соблазна. Хотя он произнес слова отказа, это больше походило на приглашение продолжить.

Си проигнорировал его и продолжил спускаться. Он обгладывал одну из красных горошин, кончик его языка скользил по ней, провокационно облизывая.

Тело Сюэ Лина уже разогрелось от его ласк. От поглаживаний Си две точки на передней части его груди стали очень чувствительными; его талия слегка выгнулась дугой, когда его ноги подсознательно обхватили талию мужчины, поднимая его грудь вперед, как подношение.

Его подсознательная реакция позволила Си понять, что он действует правильно, и он удвоил свои усилия на этих двух точках руками, одной левой, другой правой; он использовал свои руки в сочетании со ртом, заставляя две точки набухнуть, прежде чем отпустить его в удовлетворении.

Сюэ Лин слегка задыхался. Его член выгнулся немного выше из-за того, что Си только что лизал и играл, и, судя по их положению, нижняя часть тела обоих соприкасалась, терлась друг о друга, поскольку каждый из них пытался получить больше удовольствия.

У Си уже были некоторые навыки самообучения; он слегка потянул тело Сюэ Лина вперед и опустил голову, чтобы взять член Сюэ Лина, который уже начал просачиваться в его рот.

Сюэ Лин чуть не сел от удивления. Рот Си был теплым и приятным, и хотя был период привыкания, Си быстро взял его в рот. Его язык лизнул вокруг столба, превратив талию Сюэ Лина в мягкое облако, и он полностью повалился назад.

Сюэ Лин слегка прикрыл глаза руками. Ощущения были очень приятными; он испустил низкий стон.

Си не собирался позволять ему чувствовать себя хорошо в одиночку. Он потянул руку Сюэ Лина к своему телу, явно желая, чтобы тот ответил ему взаимностью. Сюэ Лин взглянул на него, затем ослабил ноги, обвивавшие талию Си, и подал знак, что им следует сменить позицию.

Таким образом, Си снова был отброшен на ковер.

Сюэ Лину было непонятно, что за вещи были свалены в пространстве системы, поэтому он небрежно достал баночку с лубрикантом. Он не мог вспомнить, из какого мира она прибыла, но это не имело значения, пока она была пригодна для использования.

Си не понимал, что он делает; он страдал от того, что ему приходилось сдерживаться, а другая сторона не позволяла ему прикасаться. Его глаза были немного красными от подавляемого возбуждения, но он мог только наблюдать, как Сюэ Лин двигался перед ним.

Это была первая попытка Сюэ Лина подготовиться, и невозможно было сказать, что он не чувствовал стыда, поэтому он держал голову опущенной и отказывался смотреть на Си. Его уши были красными, и даже его тело было покрыто розовым цветом.

Он сел на теплый ковер и раздвинул ноги, его мужское достоинство стояло прямо от их возни, но ему не дали возможности так быстро испытать облегчение. Сюэ Лин проигнорировал это, его голова склонилась, когда он наклонился и нашел свою дырочку смазанными пальцами.

Жидкость спереди уже стекала к его отверстию из-за его положения, и маленькая дырочка слегка открывалась и закрывалась от стимуляции. Сюэ Лин научился тому, что мужчина делал с ним раньше, и осторожно прижал палец к внешней стороне, нанеся немного смазки на внешний ободок, прежде чем ввести палец в крошечную дырочку.

Все еще казалось особенно постыдным сидеть и готовиться перед мужчиной, но сегодня вечером Сюэ Лин был очень раскрепощен.

Он кусал губы, покачивал талией и конечностями и медленно крутил пальцами в заднем проходе, раздвигая стенки. Из-за смазки его тело медленно начало отвечать на его движения, постепенно подстраиваясь под его пальцы, сокращаясь и пульсируя, посылая волны онемевшего удовольствия в мозг Сюэ Лина.

Си, казалось, уже понял, что делает Сюэ Лин. Он не остался стоять в стороне и наблюдать. Вместо этого он подался вперед со слегка блестящими глазами и подарил Сюэ Лину нежный, утешительный поцелуй.

Он также покрыл свои пальцы смазкой и просунул палец в задний проход Сюэ Лина, пока тот не обращал на него внимания.

Это был первый раз для этого тела, и это место не привыкло к подобным вещам, поэтому ему нужно было подготовиться как следует. Ощущение, когда к нему присоединяется вторая рука, было очень странным, особенно когда пальцы принадлежали двум разным людям. Сюэ Лин немного томно застонал, прежде чем Си заблокировал его губы своими.

Он с некоторым сожалением вытащил свой палец и позволил Си продолжить растягивание. К тому времени, когда он ввел три пальца, маленькая дырочка уже адаптировалась к ощущению наполненности и хотела, чтобы ее заполнили еще, поэтому Сюэ Лин снова заставил Си лечь.

Хотя между твердым мужским достоинством Си и тремя пальцами все еще оставалась разница, стрела уже была наложена на тетиву, и он не мог на этом остановиться; независимо от того, был ли это Си или Сюэ Лин, ни у одного из них не было намерения продолжать сдерживаться.

Сюэ Лин настаивал на том, чтобы сделать это самостоятельно, поэтому Си мог только лежать и позволять ему двигаться так, как он хочет. Он наблюдал, как юноша раздвинул свои ноги, обхватив свой напряженный член, пока медленно насаживался на его орудие.

Дыхание Си участилось, и от дикого стука сердца его глаза снова покраснели, и он с силой подавил желание повалить Сюэ Лина на спину и сделать это самому, решив вместо этого смотреть, как Сюэ Лин постепенно, шаг за шагом, использует свой маленький задний вход, чтобы принять в себя его огромное мужское достоинство.

Эта сцена была слишком красивой.

Размер Си был слишком ужасающим; Сюэ Лин оценил его размер, когда впервые увидел его, но видеть его и чувствовать внутри - это явно разные вещи. Даже несмотря на то, что он достаточно подготовился, когда огромный член Си медленно скользнул внутрь, он все равно понемногу истощал его физические силы.

Гигантское мужское достоинство терлось о стенки его кишечника, и ощущение того, как его маленькая дырочка принимает мужское достоинство Си внутрь своего тела, передавалось прямо в его сознание.

Впервые Сюэ Лин ощутил, что его сгибают в круг, и он не сможет восстановить свой рассудок в течение нескольких жизней. Он продолжал опускаться вниз; от захватывающего удовольствия он совсем не мог думать, и когда он наконец вобрал в себя весь член Си, ему показалось, что он попадет в рай.

Через некоторое время они оба приспособились к ощущениям, и Сюэ Лин глубоко вздохнул и начал двигаться.

Катание в такой позе требовало, чтобы человек, находящийся сверху, двигался, чтобы чувствовать себя хорошо; Сюэ Лин попробовал поднимать себя и отстраняться понемногу, прежде чем опуститься обратно. После первых попыток он, казалось, постиг некоторые хитрости, и его движения становились все более плавными.

Но плавность не означала, что он не был злым; его движения, казалось, были созданы для того, чтобы спровоцировать Си. Он медленно терся, его лицо раскраснелось, но он отказывался позволить Си достичь пика.

Наконец, именно Си больше не мог сдерживаться. Он перевернул свое тело и прижал Сюэ Лин под собой, приподняв талию, когда начал неистовые толчки. Он словно хотел отомстить ему; его действия были подобны дикой буре, стимулируя Сюэ Лина до тех пор, пока он не стал задыхаться, в его глазах стояли слезы, когда он умолял его двигаться медленнее.

Итак, Си учил себя, как задерживаться и дразнить. Подобно тому, как Сюэ Лин ранее использовал свои движения, чтобы дразнить его, он двигался медленно, почти полностью вынимая и требуя, чтобы Сюэ Лин сказал то, что он хочет услышать, прежде чем снова войти.

Как только он делал толчок, он входил до упора, словно боясь, что не сможет затрахать его до смерти, проходя весь путь внутрь и заставляя Сюэ Лина кричать, чьи руки вцепились в ковер под ним, а тело поднялось вверх в красивом изгибе.

Поняв, какие движения нужно использовать, Си, казалось, вдруг точно узнал, что нужно делать. Сюэ Лин однажды был подтолкнут к краю пропасти и не успел спуститься с пика, как его развернуло. Он двигался, и маленький задний вход естественно следовал за ним и извивался; мужское достоинство Си все еще было ужасающе твердым и совсем не собиралось кончать. Мозг Сюэ Лина был полон самобичевания, он задавался вопросом, почему он решил спровоцировать Си таким образом сегодня вечером.

У него не было возможности вспомнить первоначальную причину, прежде чем Си снова отправил его на небеса; его глаза закатились к затылку, и он мог только бессознательно следить за движениями собственного тела вверх и вниз.

Он был похож на маленькую лодку в море, плывущую за волнами, когда море вздымалось и штормило. Он снова и снова достигал пика, прежде чем упасть на дно моря...

Его вздохи, стоны и мольбы были заблокированы снаружи границей, которую установил Си. Свет от огня мерцал, падая на два обнаженных тела, сплетенных перед камином, и освещая прекрасную сцену внутри комнаты.

_______

И на этой прекрасной ноте, отпускаем сие произведение, или добавляем в любимые. Не забывайте поставить оценку новелле!

Спасибо, что читали!

Страница книги Кто коснулся моего хвоста! в интернете

Table of Contents

Глава 1 - Кажется... сегодня что-то изменилось

Глава 2 - Этот расчетливый взгляд… это все еще наш Гунцзы?

Глава 3 - Мой любимец был непослушен и потревожил Генерала

Глава 4 - Нельзя просто так взять и нагнуться!

Глава 5 - Вверенный заботам генерала

Глава 6 - Генералу нужно больше времени

Глава 7 - Военная компания

Глава 8 - Миссия завершена – начало новой истории

Глава 9 - Неудачное замужество Вэнь Сютин

Глава 10 - Похоже, это будет затяжная война

Глава 11 - Человек предлагает, а Бог располагает

Глава 12 - Это моя визитка

Глава 13 - Мистер Оуэнс столкнулся с проблемой

Глава 14 - В конце концов, они вернутся

Глава 15 - Мистер Оуэнс, рад видеть вас снова

Глава 16 - Клубок запутанных семейных отношений

Глава 17 - Давайте обсудим, кого легче разводить - овец или лис

Глава 18 - Эти двое сияют так ярко, что можно ослепнуть

Глава 19 - Этим двоим необходимо чудо

Глава 20 - Сесть в первом ряду и увлеченно грызть семечки

Глава 21 - Давайте поспорим о том, что Вэнь Сююань не может заниматься бизнесом

Глава 22 - Пощечины продолжаются

Глава 23 - Но он любит тебя!

Глава 24 - Почему он должен страдать из-за чужой любви?

Глава 25 - Мешок с деньгами выглядит как-то неправильно

Глава 26 - Так и хочется преклонить колени у его ног

Глава 27 - Старший брат, спасибо тебе, что спас меня из этого моря страданий

Глава 28 - Господин, не могли бы вы быть более бессовестным?

Глава 29 - Способный так открыто и честно войти через заднюю дверь

Глава 30 - Гордый сын Неба всегда был ненавистен другим

Глава 31 - Он не умрет, если немного поживет

1 - 32

1 - 33

1 - 34

1 - 35

1 - 36

1 - 37

1 - 38

1 - 39

1 - 40

1 - 41

1 - 42

1 - 43

1 - 44

1 - 45

1 - 46

1 - 47

1 - 48

1 - 49

1 - 50

1 - 51

1 - 52

1 - 53

1 - 54

1 - 55

1 - 56

1 - 57

1 - 58

1 - 59

1 - 60

1 - 61

1 - 62

1 - 63

1 - 64

1 - 65

1 - 66

1 - 67

1 - 68

1 - 69

1 - 70

1 - 71

1 - 72

1 - 73

1 - 74

1 - 75

1 - 76

1 - 77

1 - 78

1 - 79

1 - 80

1 - 81

1 - 82

1 - 83

1 - 84

1 - 85

1 - 86

1 - 87

1 - 88

1 - 89

1 - 90

1 - 91

1 - 92

1 - 93

1 - 94

1 - 95

1 - 96

1 - 97

1 - 98

1 - 99

1 - 100

1 - 101

1 - 102

1 - 103

1 - 104

1 - 105

1 - 106

1 - 107

1 - 108

1 - 109

1 - 110

1 - 111

1 - 112

1 - 113

1 - 114

1 - 115

1 - 116

1 - 117

1 - 118

1 - 119

1 - 120

1 - 121

1 - 122

1 - 123

1 - 124

1 - 125

1 - 126

1 - 127

1 - 128

1 - 129

1 - 130

1 - 131

1 - 132

1 - 133

1 - 134

1 - 135

1 - 136

1 - 137

1 - 138

1 - 139

1 - 140

1 - 141

1 - 142

1 - 143

1 - 144

1 - 145

1 - 146

1 - 147

1 - 148

1 - 149

1 - 150

1 - 151

1 - 152

1 - 153

1 - 154

1 - 155

1 - 156

1 - 157

1 - 158

1 - 159

1 - 160

1 - 161

1 - 162

1 - 163

1 - 164

1 - 165

1 - 166

1 - 167

1 - 168

1 - 169

1 - 170

1 - 171

1 - 172

1 - 173

1 - 174

1 - 175

1 - 176

1 - 177

1 - 178

1 - 179

1 - 180

1 - 181

1 - 182

1 - 183

1 - 184

1 - 185

1 - 186

1 - 187

1 - 188

1 - 189

1 - 190

1 - 191

1 - 192

1 - 193

1 - 194

1 - 195

1 - 196

1 - 197

1 - 198

1 - 199

1 - 200

1 - 201

1 - 202

1 - 203

1 - 204

1 - 205

1 - 206

1 - 207

1 - 208

1 - 209

1 - 210

1 - 211

О книге