Глава 1 - В поисках бессмертия

Темные облака катились, словно густые чернила, размазывающие небо. В этих свинцовых слоях гром и молнии проносились, как серебряные змеи, и казалось, что идет сильный дождь. Воздух застыл в тишине, без малейшего дуновения ветра, как будто даже поток воды оставался неподвижным.

Десятки парней и девушек в льняных одеждах шли по труднопроходимой горной дороге, держа голову опущенной, как будто позади них было что-то вроде напасти, они не осмеливались оглянуться.

— Торопитесь! Почти пора!

— Осталось совсем чуть-чуть!

Слыша эту команду, молодые люди начали волноваться, их лица были покрыты потом, и они ускорили темп, чтобы перейти эту горную дорогу, но она казалась бесконечной, и конца не было видно.

Вокруг высокие горные стены, и только узкая горная тропа посередине разрушенной стены, по которой могут идти эти дети. Вскоре многие девушки упали в обморок от истощения, но все остальные скрипели зубами и продолжали идти.

Грохот…

Молния, толщиной с бутылку, ударила прямо вниз, на горную дорогу перед командой, и прорезала глубокую яму в земле. Постепенно с неба раздавались удары грома все громче и громче, и электрический свет озарил небеса и землю, заставляя высокого молодого человека, идущего впереди, дрожать от страха.

— Я больше не пойду! Я больше не пойду! Я умру, если этот гром продолжится!

— Я тоже не пойду. Хуашань, я хочу завершить это испытание!

— Я тоже хочу прекратить судебное разбирательство!

Сказав фразу “прекратить испытание” и  этих людей серебряный свет вспыхнул на их телах и вскоре они исчезли на этой горной дороге. Другие поспешно выступили вперед, чтобы продолжить свои испытания.

Гора Тайхуа, врата в мир понимания, Глава открывает ворота раз в десять лет, чтобы принять испытания детей младше пятнадцати лет в мире. Пройдя три испытания, эти обычные дети могут получить возможность попасть на гору Тайхуа и даже подняться в небо по одной ступеньке за раз, став Бессмертным в сердцах смертных.

В трех испытаниях горы Тайхуа первые два не были опасными, но в последнем «Дорога грома» каждый раз убивали детей. Эти гром и молния — настоящие гром и молния. Со смертными телами этих детей, пока они будут разбиты, они обязательно умрут. Более того, еще есть ограничение по времени, чтобы пройти по этой «дороге грома».

За последние четверть часа на громовой дороге осталось всего тридцать один ребенка.

Они все еще более чем в миле от конца, но гром в тот день становится все более и более жестоким, и каждый удар сотрясает небо, и землю, казалось, он может прорезать гору.

Молодая девушка в центре команды побледнела от испуга и робко сказала:

— Брат Чен, давай сдадимся, хорошо? Этот гром убьет людей.

Услышав это, идущий перед ней мальчик, которому было около четырнадцати лет, повернул голову и посмотрел на девушку.

Этот мальчик не такой красивый, но очень привлекательный. В его глазах загорелся проницательный свет, он посмотрел на маленькую девочку перед ним со странным выражением лица и, наконец, рассмеялся:

— Мэй, ты слишком робкая, не волнуйся, мы все можем стать бессмертными - протянув руку он сказал - идём.

Маленькая девочка хотела что-то сказать, но, глядя в решительные глаза молодого человека, ей пришлось проглотить свои слова.

Сказал, что было слишком поздно, а значит, скоро. Когда они продолжали двигаться вперед, толстая молния ударила прямо в мальчика. Девушка задрожала от страха, но каким-то образом она собрала мужество всего своего тела. Внезапно она протянула руки и остановилась перед мальчиком, крича:

— Брат Чен, будь осторожен!

Девушка была всего в десяти метрах расстояния до молнии, но девушка этого не заметила. Парень, стоявший позади нее, слегка приподнял рот, обнажив неожиданное выражение. Его глаза были полны самодовольства и ожидания, как будто он подавлял что-то, стремящееся двинуться с места.

Но как только молния собиралась поразить девушку, он увидел голубой свет меча, рассекавший воздух!

Свирепая аура меча поражает свирепую молнию, высвечивая серебряные искры. Свет меча был холодным и безжалостным, пронзая гром, и синий свет меча яростно распространялся, заставляя всех детей на горной дороге падать на землю, и молния исчезла в одно мгновение.

Все тридцать один человек широко открыли глаза, глядя на человека, который внезапно появился в воздухе в ужасе.

Между десятками тысяч футов скал появился Бессмертный в белых одеждах с широкими рукавами, стоящего среди бесчисленных молний и громов, спокойно глядя на свою группу испытателей, сидящих на земле..

У него глаза феникса, длинные брови, прямой нос и тонкие губы, а узкие концы глаз слегка приподняты. Затем ореол, черный, как чернила, медленно распространился, заставив детей затаить дыхание, не смея дышать. Черные волосы неспособные действовать сами по себе, танцевали и покачивались в воздухе, позади него были серебряные змеи молний и грома. Этот человек беззаботно переносил бесчисленные удары молний и только безмятежно смотрел на группу детей, опустив глаза.

Действительно благородно, так красиво и элегантно до крайности!

Еще одна молния яростно ударила, он вскинул руку, поднялся меч и разбил яростный гром на куски. Серебряный длинный меч танцевал в воздухе как красивый цветок, и постепенно превратился в серебряный свет и со свистом пронесся между бровями мужчины, оставив след серебряного узора.

На всей дороге грома никто не осмеливался говорить.

На данный момент испытательный срок прошел, но никто не подумал над этим вопросом.

Через какое-то время три монаха в белых одеждах поспешно прилетели. Увидев этого человека, они поклонились и закричали:

— Брат Ло.

Ло Цзяньцин слегка кивнул троим. Затем он повернул голову, чтобы посмотреть на детей на громовой дороге и быстро нашел пару участников которые, казалось, были братом и сестрой..

Увидев это, монах рядом с ним сразу же прошептал:

— Этого мальчика зовут Ли Сючэнь. Ему четырнадцать в этом году. У него сильные корни. Эту девочку зовут Лю Сяосяо. В этом году ей девять лет. Ее телосложение считается корень третьего ранга.

Падая, он сказал:

— Старший брат Ло, я не знаю, что случилось сегодня с громовой дорогой. Сложность резко возросла. Если бы вы не пришли, я боюсь, эта маленькая девочка могла умереть здесь невинно.

Гора Тайхуа открывала ворота раз в десять лет, но не каждый раз, когда ей удавалось набирать учеников. Хотя корни третьего ранга не так хороши, как корни первого и второго рангов, считается, что они имеют больший потенциал для выращивания бессмертных, чем обычные люди. Разумно сказать, что они могут войти в гору Тайхуа, чтобы культивировать бессмертных.

Услышав эти слова, Ло Цзяньцин легонько взглянул на брата и сестру, затем повернул голову и сказал:

— Кстати, я вернулся в секту. Это дело на громовой дороге все еще нуждается в вашем тщательном рассмотрении, чтобы предотвратить любые другие неприятности в будущем.

Звук похож на звучание сказочной музыки, и струны и нефрит столкнулись друг с другом, это тихо и очаровательно.

Все трое немедленно кивнули.

Через некоторое время Ло Цзяньцин ушел, исчез в громовой дороге в мгновение ока.

Благодаря этой прогулке кажется, что весь мир вернулся к своему первоначальному виду, без ауры шока и угнетения.

Лю Сяосяо сглотнула слюну, потянула Ли Сючэня за рукав и осторожно сказала:

— Брат Чен, эта  старшая сестра выглядит очень красивой. Все ли Бессмертные такие красивые?

Лицо Ли Сючэня было мрачным и ничего он не ответил.

Девушка не заметила отклонения Ли Сючэня и продолжила:

— Этот красивый брат с горы Тайхуа? Брат Чен, мы должны присоединиться к горе Тайхуа, она спасла нас, и мы хотим его поблагодарить.

— Поехали - холодно сказал Ли Сючэнь .

Лю Сяосяо глубоко вздохнула:

— Брат Чен, ты слишком жесток, ты причиняешь мне боль.

Ли Сючэн медленно отпустил руку девушки. Сначала он повернул голову и взглянул на маленькую девочку рядом с ним, затем пошел вперед. Девушка не знала, что происходит. Она пробормотала:

— Старший брат Чэнь все еще не сбавляет темп? - а затем быстро последовала.

— Нет! Все не так!

Маленькая девочка никогда не знала, что ее жизнь должна была остановиться здесь, блокируя гром для своего любимого брата Чена. Ненормальная ситуация произошла на громовой дороге, и сложность резко возросла. Ли Сючэнь, который был в своих корнях, почти был убит громом, но был спасен возлюбленной его детства Лю Сяосяо. Лю Сяосяо должна была увянуть, как цветок, тогда Ли Сючэнь плакал бы и мучительно причитал. Монахи горы Тайхуа увидели эту сцену в их глазах и решили отвести этого мальчика-скелета к горным воротам.

— Выше показан сюжет в начале «Цинсянь».

Три года назад Ли Сючэня не звали Ли Сючэн, но в результате несчастного случая он прошел через «Бессмертных». Когда он обнаружил, что прошел через это и стал Ли Сючэнем, он был так взволнован, что не мог с собой поделать.

Ли Сючэн! Главный герой «В поисках бессмертных»! Имейте супер непобедимый золотой палец! Он просто сын самолета!

Три года он честно жил согласно сюжету, заложенному в его память, а затем привел сестру своего соседа Лю Сяосяо для участия в испытании на горе Тайхуа. Он был готов принести в жертву маленькую девочку и позволить себе войти в горные ворота. Но почему все не так? В чем проблема?

Почему сейчас появляется Ло Цзяньцин!

В этот момент Бессмертный в белом, которого  приняли за «старшую сестру», уже улетел с громовой дороги и действительно вошел в ворота горы Тайхуа. Братья вокруг него с энтузиазмом приветствовали его, и он отвечал нежно один за другим, с нежной улыбкой на его красивом лице, как женщина, как весенние цветы яркие и мягкие.

Однако, когда Ло Цзяньцин вошел в свой дом, он хлопнул рукавом и сильно захлопнул дверь.

Улыбка на его лице мгновенно исчезла полностью. Глаза Луо Цзяня были ясными, и он повернул голову, чтобы посмотреть на стол неподалеку. Он прищурился и в его руки залетела толстая книга и быстро ее открыл. На обложке этой книги были изображены два смелых и безрассудных персонажа — «За бессмертие»

Ло Цзяньцин, первый ученик пика Юйсяо горы Тайхуа, и человек из царства совершенствования, Глава, замкнутый ученик. Он предал своего хозяина, потому что ненавидел своего младшего брата Ли Сючэня и стал демоном своего поколения. Много лет спустя Ли Сючэнь преследовал и убил Ло Цзяньцина. После десяти дней и десяти ночей ожесточенного боя он умер от меча Ли Сючэня. Это была заслуженная смерть, так счастливо!

Но теперь…

Ло Цзяньцин слегка улыбнулся, скривил уголки губ и спокойно посмотрел на слово «за бессмертия» на книге с золотым светом.

«Ло Цзяньцин возвращается».

Глава 2 - Брат Ло - старшая сестра?

Днем позже младший брат монах пришел сказать Ло Цзяньцину, что ошибка на громовой дороге была чисто случайностью.

Как секта главы в мире понимания, гора Тайхуа будет набирать учеников со всего мира каждые десять лет. Десять лет — это просто уединение для практикующих. Естественно, что старейшины секты не могут заниматься этим видом ученичества напрямую, но все они отдаются молодому поколению учеников.

Ло Цзяньцин — первый ученик горы Тайхуа и единственный ученик горы Тайхуа Главы Цифэн Юйсяофэн. Однажды он практиковался один раз десять лет назад, но на этот раз случилось так, что он путешествовал за границу, поэтому эта задача выпала Вэй Цюнъинь, третья сестра горы Тайхуа.

Однако что-то случилось на громовой дороге.

Ученик, ответственный за начало громовой Дороги с камнем духа, случайно по ошибке поместил в него камень духа среднего уровня вместо камня духа более низкого уровня, в результате чего сложность на громовой дороги резко возросла и почти привела к катастрофе.

Вэй Цюнъинь знала, что команда была неправильной, поэтому она приняла месячное наказание и побежала обдумывать поверхность утеса, поэтому следующие вершины были переданы Ло Цзяньцину.

Слушая голосовую передачу[1] Вэй Цюнъинь «Тысяча миль», Ло Цзяньцин был действительно ошеломлен.

1) Передача голоса: техника боевых искусств. Кто-то делает так, чтобы его голос был услышан только тем человеком, с которым он разговаривает.

«Брат Луо, Семь вершин горы Тайхуа — самые неспешные для тебя. Пик Юйсяо — моя вина на этот раз. Я обязательно получу наказание. По словам главы секта, я хотела бы, чтобы ты помог мне с экзаменами на высший уровень. Я премного благодарна. Вэй Цюнъинь.»

Кто бы сказал кому-то: «ты самый ленивый» и все равно попросил бы о помощи?

Похоже, что Вэй Цюнъинь такая же, как и в предыдущей жизни, она все еще занимается только совершенствованием.

Ло Цзяньцин не отказывался от этого. Фактически, он был ответственен за различные вершины в своей предыдущей жизни. Он наблюдал за здоровым ребенком, как если бы тот помогал. Всего за десять дней был достигнут большой прогресс. В конце концов, он стал второй Главой каждой вершины, а также напрямую вошел на пик Юйсяо, став двумя учениками Главы пика Юйсяо.

Три дня назад, Ло Цзяньцин проснулся среди стада трупов.

Казалось, что все его тело раздроблено, его голова весила тысячу килограммов, а его белый халат был залит кровью. Были сотни трупов. Ло Цзяньцин думал, что в то время находился в аду, но когда он обнаружил, что духовная сила в его теле работает сама по себе, он был вне себя от радости и внезапно подумал об этом месте…

Звериный хребет.

Много лет назад он часто любил приходить на хребет Зверей, чтобы убить монстров, и даже одно убийство длилось два или три года.

Убийство демона в Зверином хребте не подлежало никакому контролю, и демонам тоже приходилось ремонтировать. Культиваторы могут приходить сюда, чтобы охотиться и убивать людей. В эту зону, часто люди и культиваторы демонов приходят сюда, чтобы решить свои личные проблемы. Убийство здесь никем не будет контролироваться.

Ло Цзяньцин не встал сразу после того, как проснулся, а сел в трупе группы животных, думая о своей прошлой жизни. Он уже знал, что вернулся восемнадцать лет назад, когда Ли Сючэнь не вошел в гору Тайхуа и не стал его младшим братом.

И вот наступил важный период, когда Ли Сючэнь собирается войти в горные ворота!

Разобравшись с этим, Ло Цзяньцин поспешно отправился обратно на гору Тайхуа, чтобы помешать Ли Сючэню войти в секту. Неожиданно он только что поднялся на шаг, прежде чем меч взлетел, и внезапно он заметил, что что-то быстро упало с неба и точно поразило его.

Ло Цзяньцин сжал руку и взял книгу. Он опустил глаза и посмотрел: «В поисках бессмертных?»

После открытия книги вся жизнь Ло Цзяньцина была полностью разрушена.

Его мир — книга! И это жеребец книга без трех взглядов[2], без нижней границы и без логики!

2 Три взгляда: концепция в философии, которая состоит из вашего взгляда на мир, взгляда на жизнь и взгляда на ценности.

Ли Сючэн поднял голову, чтобы встретить магическое оружие, и опустил голову, увидев духовного зверя. С того момента, как он вошел в гору Тайхуа, он был подобен рыбе в воде, отбирающей все удачи мира. Возможно, он не понравился каждой девушке в этой книге, когда она впервые встретила его, но у Ли Сючэня всегда есть возможности для различных героев спасти красавицу, а девушка меняет свое мнение о нем и даже тайно обещает ему.

После прочтения этой книги Ло Цзяньцин почувствовал себя плохо. Красивое и изящное лицо было полно гнева, и пара глаз феникса также была прищурита. Махом своего меча он убил демона, который собирался атаковать, а затем быстро встал и направил меч обратно в секту.

Книга «В поисках бессмертных» не очень полная. В ней рассказывается только о том, как Ли Сючэнь заменил его и Ло Цзяньцина и стал любимым младшим братом горы Тайхуа. Ло Цзяньцин знал, что после этого Ли Сючэнь дважды подставил его, и в конце концов он гневно обезглавил одного из духовных зверей Ли Сючэня, а Ли Сючэнь был серьезно ранен в секретном царстве, поэтому его выгнали.

— Очевидно, он искал сокровища в тайном царстве. Ли Сючэнь сражался с ним, чтобы такое произошло. В конце концов, оказалось, что он напал на Ли Сючэня!

По пути из Звериного хребта обратно к горе Тайхуа Ло Цзяньцин прочитал книгу «В поисках бессмертных» двенадцать раз.

Чувство проникновения в сердце в его прошлой жизни все еще в его памяти, и он никогда не позволит этому повториться в этой жизни.

Перед тем, как прийти на громовую дорогу, Ло Цзяньцин даже подумал о том, чтобы оказаться здесь и убить его Ли Сючэня одним мечом. Но это просто чтобы подумать об этом. Есть много младших братьев и сестер, которые смотрят за пределами громовой дороги. Он определенно не может делать такие ненормальные вещи. Таким образом, Ло Цзяньцин заблокировал гром для маленькой девочки, которая должна была погибнуть трагически, и изменил развитие сюжета.

Однако…

— Брат Ло, это список новых учеников в этом году взгляните.

Ло Цзяньцин посмотрел на десятки имен. Когда он увидел эти слова «Ли Сючэнь», уголки его рта слегка дернулись. Он улыбнулся, поднял глаза, чтобы посмотреть на младшего, и спросил мягким голосом:

— Этот Ли Сючэнь, я помню его корни, он также вошел в горные ворота?

Глядя на это белое элегантное лицо и равнодушную улыбку, младший брат не мог не проглотить рот, тряся горлом и сказал:

— Хотя у Ли Сючэня плохой корень, он прошел громовая дорогу. Брат Ло, после того, как вы остановили гром, громовая дорога была быстро закрыта, поэтому на это испытание были приняты 24 младших братьев и сестёр. Почти все испытатели, оставшиеся напоследок, были собраны.

Ло Цзяньцин приподнял брови и ничего не сказал. Младший брат смотрел на него с восхищением и ждал, пока он уйдет. К тому времени, как он покинул комнату Ло Цзяньцина, он повернул голову шесть раз. Вот что он сказал: через три дня после всесоюзных экзаменов он придет и попросит Ло Цзяньцина взять их на себя.

Ло Цзяньцин отвечал один за другим. После ухода младшего брата улыбка на его губах исчезла.

После тяжелого вздоха Ло Цзяньцин встал и покинул пик Юйсяо. Он вернулся через полдня с кучей денег в руках.

Три дня спустя пики были открыты вовремя.

Двадцать четыре новых ученика стояли под ареной, глядя по сторонам с любопытными глазами. Среди 24 учеников было всего восемь девушек, и среди них Лю Сяосяо была самой красивой и привлекательной. Но Лю Сяосяо продолжала тянуть молодого человека к себе, чтобы поговорить, и вообще не замечала чужих глаз.

Если вы скажете, что этот мальчик очень хорош, это нормально, но Ли Сючэнь совсем как кость и выглядит очень обыкновенно.

В связи с этим многие люди обратили на него внимание, желая увидеть, где у этого ребенка такой хороший корень, чтобы он так понравился новой ученице, которая учится в третьем классе.

— Брат Чен, ты практиковал свой метод бокса? Чувствую, что ты не очень хорошо их знаешь. Тебе не кажется, что сегодня что-то может пойти не так?

Ли Сючэн небрежно кивнул:

— Да

Глядя на небрежное отношение собеседника, Лю Сяосяо печально сморщила лицо:

— Брат Чен, ты не имеешь в виду, что, войдя в гору Тайхуа, мы можем стать бессмертными. Став бессмертным, могут ли мои родители жить хорошей жизнью? Но вчера старший сказал, что мы не можем пойти домой.

Ли Сючэнь сердито сказал:

— Ты можешь пойти домой рано или поздно.

Когда Ли Сючэнь заговорил, он даже не дал Лю Сяосяо сказать, так что маленькая девочка, которой было меньше десяти лет, была сильно обижена.

Лю Сяосяо не знает, что не так с ее братом Ченом. Очевидно, что до громовой дороги брат Чен особенно заботился о ней. В последние три года он всегда заботился и любил ее. Но теперь Ли Сючэнь не заботится о ней. Она приехала с Ли Сючэнь, чтобы позволить своим родителям жить хорошей жизнью, и она никого не знала.

Ее сердце на какое-то время охватили всевозможные неприятные чувства. В конце концов, она была всего лишь восьми-девятилетней девочкой. Лю Сяосяо моргнула, и слезы почти полились. Однако когда она подняла голову и внезапно увидела изящную красавицу в белом, она удивленно расширила глаза и закричала:

— Старшая сестра! Брат Чен, посмотри, это старшая сестра которая спасла нас!

Голос Лю Сяосяо был негромкий, большинство присутствующих учеников выше стадии очистки ци, с прекрасным слухом могли ясно ее слышать.

— Старшая сестра? Эта маленькая девочка сказала, что брат Ло - старшая сестра?

— Хахахаха, наш брат Ло тоже такой изящный. Он популярен от бесчисленного количества девочек из 36 префектурах.

—В первый день я пошел на гору Тайхуа и подумал, что брат Ло - старшая сестра, которая любит носить мужскую одежду. Он очень хорошо собой.

Услышав это предложение в то время Ло Цзяньцин был ошеломлен и удивленно посмотрел на маленькую девочку, только чтобы увидеть, что последняя крепко держала за руку своего брата Чена, постоянно радостно махая ему руку.

Всего чуть больше метра, худощавая, эта маленькая девочка, похожая на бобовый росток, на самом деле называла его старшей сестрой? !

Одетый в черное юноша со стороны улыбнулся, наклонился к уху Ло Цзяньцина и сказал:

— Брат, у этой маленькой девочки хорошие глаза.

Ло Цзяньцин опустил глаза. С первого взгляда молодой человек в черном сразу же невинно, молча развел руками. Ло Цзяньцин снова спокойно оглядел публику, и те младшие братья и сестры, которые разговаривали тихо, также быстро закрыли рты.

Но были также некоторые люди, которые тайно передавали звук и все еще спокойно обсуждали его. Ло Цзяньцин мог догадываться об этом с закрытыми глазами, поэтому он улыбнулся и приподнял губы. Дойдя до середины высокой платформы, он принимал белый кристалл в свою поднятую ладонь.

Под ярким солнцем, высокий и красивый молодой человек был одет в белый халат, обшитый серебряной нитью, и нежными глазами смотрел на братьев и сестер под платформы. Это красивое лицо, казалось, ласкал весенний ветерок, и оно было настолько красивым, что люди не могли шевелить глазами. Однако мощная и гнетущая аура этого человека заставляла людей не осмеливаться совершать ошибку, и они могли только спокойно смотреть вверх и уважать.

Ло Цзяньцин слегка встряхнул белый кристалл в руке и сказал:

— Вершины - главное событие из шести вершин горы Тайхуа. В такое важное время вы не должны делать никаких мелких движений одни. Если этот камень передачи звука сияет, не обвиняйте меня в безжалостности под мечом и пошлет вас к своей самой нежной старшей сестре Вэй.

Ученики, которые внезапно закрыли рот:……

Далеко отсюда, на скале, Вэй Цюнъинь молчала, пока ее беспомощно высмеивали:……

Молодой человек в черном сказал:

— Ха-ха, брат, ты слишком фальшивый для личной выгоды. Мы даже не можем отправлять голосовые сообщения? Самая нежная сестра Вэй? Если бы старшая сестра Вэй была нежной, то я был бы самым увлеченным мужчиной в мире.

Ло Цзяньцин повернул голову, чтобы посмотреть на своего младшего, и серьезно сказал:

— Четвертый младший брат, я расскажу все это третьей младшей сестре.

Се Цзычжуо испугался:

— Брат Ло, ты хулиган!

Ло Цзяньцин безмолвно улыбнулся.

Это всего лишь небольшие эпизоды. Через некоторое время, с объявлением Ло Цзяньцина, официально начались соревнования.

24 новых ученика тянули жребий, чтобы сражаться на сцене один за другим, как и раньше, чтобы продемонстрировать свой прогресс в совершенствовании за последние десять дней старшим братьям и сестрам шести вершин. Победитель мог продолжить участие в следующем соревновании, и если он был достаточно талантлив, его даже мог принять старейшина в качестве своего ученика.

Ученики, принятые горой Тайхуа, не должны обладать какими-либо навыками самосовершенствования. Даже юная леди из большой семьи может выучить только некоторые техники самозащиты. Духовная сила на этот раз с сравнение пиков в основном зависит от таланта каждого ученика и усилий каждого человека за десять дней, что очень справедливо.

Но в конце концов, у этих учеников нет никаких навыков самосовершенствования, поэтому такое сравнение не стоит смотреть.

Большинство учениц тихо обратили взоры на высокую платформу и посмотрели на старшего брата в белых одеждах. Ло Цзяньцин был очень спокоен, с улыбкой на губах играл с камнем передачи звука в руке, спокойно наблюдая за ситуацией на арене.

Спустя долгое время, наконец, настала очередь Ли Сючэня выйти на сцену. Движения Ло Цзяньцина внезапно прекратились, и Се Цзычжуо со стороны внимательно заметил ненормальность Ло Цзяньцина. Он перевел взгляд на Ли Сючэня и сказал с улыбкой:

— Кажется, брат очень заинтересован в этом ребёнке?

Ло Цзяньцин приподнял бровь:

— Как вы думаете, он сможет победить?

Се Цзычжуо засмеялся:

— Если он сможет победить, я бы практиковал уединение в течение года!

Ло Цзяньцин махнул рукой:

— Не будь таким несчастным, просто иди к старшей сестре Вэй и сопровождай ее на скале Сигуо - этого будет достаточно.

Се Цзычжуо широко открыл глаза:

— Брат Ло, ты хулиган!!!

Ло Цзяньцин приподнял губы и слегка улыбнулся, казалось, расслабленно. Однако даже Се Цзычжуо не заметил, что взгляд Ло Цзяньцина смотрел на Ли Сючэня, с мрачным выражением лица он наблюдал, как этот обычный мальчик выходит на арену, и смотрел на противника напротив сложными глазами.

Ло Цзяньцин медленно уменьшил улыбку, и в его ясных глазах вспыхнул тусклый свет.

— Хм…? Ли Сючэн, что ты собираешься делать?

Глава 3 - Этот человек выводит меня из себя

На следующий день 24 учеников соревновались один за другим на арене, и у каждого из них не было никакой основы для духовной силы. Такого рода соревнования были очень скучными и подавляющему большинству официальных учеников было скучно наблюдать за ними. На самом деле, к тому времени, когда настала очередь Ли Сючэня, многие люди даже не смотрели на него.

Был только Ло Цзяньцин, чей пристальный взгляд все это время был сосредоточен на этом невзрачном молодом человеке.

На протяжении всей своей прошлой жизни Ло Цзяньцин никогда не понимал, как молодой человек с таким посредственным телосложением мог угнетать звезд на всех экзаменах средней силы, или как он получил второе место. Несмотря на то, что ни у кого из других учеников не было никакой духовной силы, среди них было много новых учеников, пришедших из кланов, которые изучали приемы боевых искусств с детства, и их сила намного превосходила силу обычного человека.

Однако Ло Цзяньцин на самом деле был единственным, кто достиг уровня Конденсации Ци за десять дней!

Среди 36 префектурах люди-культиваторы были разделены на девять уровней, а именно: Сгущение Ци, Создание Основы, Формирование Ядра, Зарождающаяся Душа, Выход из тела, Слияние Тел, Прохождение Бедствия, Махаяна и Бессмертное Вознесение. Каждый уровень имел свои собственные подуровни, а именно начальную стадию, среднюю стадию и последнюю стадию, за исключением того, что период Конденсации Ци был разделен на девять фаз, от первой фазы конденсации Ци до девятой фазы.

В его прошлой жизни всего было 23 ученика (не считая покойной Лю Сяосяо), и, что удивительно, только худший из них, Ли Сючэнь, достиг Конденсации Ци! И Ли Сючэнь не только родился в бедности, но и в его семье не было хороших условий для воспитания детей. Прямо как в фантастической истории.

Сегодня, прочитав “В поисках бессмертия”, Ло Цзяньцин наконец понял почему.

Как он мог такое сказать? Это было просто потому, что Ли Сючэнь был дитем небес!

Увидеть волшебное зелье, когда он поднимает голову, встретиться с духовным зверем, когда он опускает ее - это была правда, когда она пришла к нему.

Ли Сючэнь и остальные новые ученики были временно назначены внешними учениками горы Тайхуа для совершенствования в течение десяти дней. Вот что говорилось в “В поисках бессмертия”: из-за трагической смерти своего дорогого друга детства Ли Сючэнь был полон решимости стать сильным, усердно работая над самосовершенствованием каждый день. Однако его врожденное мастерство на самом деле было очень низким, и была огромная разница между тем, что он совершенствовался в течение восьми дней, и тем, что кто-то другой совершенствовался в течение одного дня. Поэтому в ночь перед началом всенародных экзаменов он отправился на заднюю часть горы, чтобы развлечь себя, а затем… он наступил на лекарственную таблетку!

Таблетка, растворяющая спирт.

Это считалось самой распространенной лекарственной таблеткой, и чего Ли Сючэнь также не знал, так это того, что какой-то мастер медицины случайно оставил ее, и именно так он ее нашел.

Таблетка, растворяющая Спирт, была очень средней, лекарственной таблеткой первого уровня. Если бы 10 000 из них были положены перед Ло Цзяньцином, он бы и второго взгляда на них не обратил. Но он не мог сравниться со сверкающим MC! Эта Таблетка, Плавящая Дух, была не так уж плоха; на самом деле, это была Таблетка, Плавящая Дух небесного ранга! После того, как Ли Сючэнь принял его, его меридианы очистились и стали сильнее за одну ночь, и он официально перешел на первый уровень совершенствования!

Когда он дошел до этого места в книге, Ло Цзяньцин потерял дар речи.

Пилюля небесного ранга, расплавляющая Дух, ха!

На всей горе Тайхуа, Владыка пика Цин Лан, достопочтенная Ю Цинци смогла усовершенствовать медицину. Но как могла великий мастер, которая могла усовершенствовать Пилюлю, Плавящую Дух небесного ранга, возможно, усовершенствовать Пилюлю, Плавящую Дух первого уровня? И не только это, но неужели этой старой женщине нечего было делать, кроме как искать внешних учеников, прогуливающихся у подножия горы, и случайно уронить по дороге пилюлю с лекарством небесного ранга?

Где тут логика?! Где тут рассуждения?! В этом вообще не было никакого смысла!

Поэтому три дня назад Ло Цзяньцин без единого слова покинул пик Юйсяо и направился к подножию горы, чтобы собрать вещи.

Кто-нибудь, не только Ли Сючэнь, в какой-то момент наступил бы на эту пилюлю небесного ранга, но Ло Цзяньцин практически перевернул всю гору, чтобы найти ее. Наконец, после целой ночи, он нашел золотую, сверкающую лекарственную таблетку. Эта таблетка была поистине экстраординарной, поскольку в ней говорилось, что воля небес была настолько наклонена, что вы не могли видеть ее лицо!

После того, как он использовал свое духовное чутье, чтобы исследовать его, он положил Пилюлю небесного ранга, Плавящую Дух, в свое кольцо для хранения. Тонкие губы Ло Цзяньцина слегка изогнулись, расцветая в спокойной и непринужденной улыбке. Его темно-черные брови слегка разгладились, а глаза феникса изогнулись так, что стали похожи на полумесяцы. Видя это, сердца многих учениц падали одно за другим. Однако взгляд Ло Цзяньцина был прикован к тому, что происходило на арене, ни на йоту не отвлекаясь.

И тогда он сказал:

— У тебя нет Таблетки, Расплавляющей Дух, так как же ты победишь своего противника, будучи обычным человеком?

Тонкие, как нефрит, пальцы Ло Цзяньцина мягко постучали по черному железному столу. Его глаза слегка сузились, а выражение его улыбки было глубоким.

На арене Ли Сючэнь был мрачен, все его сердце было неспокойно. Ему почти захотелось вернуться и снова перечитать “В поисках бессмертия”.

“В поисках бессмертия” был очень известным романом о жеребцах с супер золотым пальцем. В своей прошлой жизни Ли Сючэнь прочитал его не менее десяти раз. Он снова и снова перебирал в уме детали, но ничего особенного не приходило в голову. Он ясно помнил, что на девятый день он обошел заднюю часть горы Тайхуа, затем наступил на Пилюлю небесного ранга, Плавящую Дух, и поднял свое совершенствование за один раз. Но вчера он провел всю ночь, прогуливаясь по задней части горы Тайхуа, где находились внешние ученики. Даже не упоминайте о лекарственной таблетке небесного ранга, он даже не видел ни единого духовного корня!

Вы действительно можете сказать, что у него нет депрессии? Вы действительно можете сказать, что он не угрюмый?

Без Пилюли, Расплавляющей Дух небесного ранга, как он мог победить этих учеников, которые были воспитаны в кланах?

В его телосложении не было ничего особенного!

— Десятый матч всенародных экзаменов нового ученика горы Тайхуа. Сюй Хуа из Чанчжоу, корень  четвертой степени: Ли Сючэнь из Ючжоу, корня нет.

После того, как голос стих, старшие братья, которые судили их, отступили на шаг назад, чтобы дать новичкам немного пространства. Увидев крепко сложенного Сюй Хуа напротив себя, лицо Ли Сючэня дернулось.

у него не было ни одной толстой руки! Как он собирается бороться с ним? Он был не лучше боксерской груши!

На высокой платформе два человека наблюдали за этим огромным разрывом в силе. Се Цзычжуо усмехнулся, полностью покрытый черным, и придвинулся ближе, чтобы тихо пробормотать на ухо Ло Цзяньцину:

— Старший брат, разве я не говорил этого раньше? Как вы могли сказать, что у него может быть шанс на победу? Что телосложение Сюй Хуа четвертой степени, и его совершенствование уже на уровень выше, но у Ли Сючэня вообще нет телосложения, и он невысокий и маленький. Если он победит, не будут ли небеса слишком предвзяты?

Ло Цзяньцин повернул голову, чтобы посмотреть на Се Цзычжуо, его светлые и элегантные глаза мягко изогнулись в улыбке. Он посмотрел на своего неряшливо выглядящего младшего брата с улыбкой, которая была не совсем правильной.

— Ты так уверен, что он проиграет?

Се Цзичжуо сказал, как будто это было очевидно:

— Конечно. Если он все-таки победит, завтра я отправлюсь на скалу Сигуо и буду сопровождать старшую сестру Вэй!

Ло Цзяньцин изобразил удивление, приподняв брови.

—Ты собираешься пойти на такую крупную авантюру?

Се Цзычжуо загадочно ответил:

— Да, я так и сделаю. В любом случае, старший брат Ло, если ты в конце концов ошибешься… Я хочу гребень из нефритового быка, которым ты пользуешься каждый день.

Уголки губ Ло Цзяньцина растянулись в улыбке:..…

Се Цзичжуо увидел выражение лица своего старшего брата:

— Не будь таким извращенцем - он тут же махнул рукой и внес ясность - Это не то, чего хочу я, это то, чего хочет младшая сестренка. Старший брат, знаешь ли ты, что младшая сестра была влюблена в тебя с самого детства? Иначе она никогда не стала бы совершенствоваться. Я не хочу, чтобы это когда-нибудь случилось, так что ты можешь с ней спорить, но ее последнее желание - использовать твой нефритовый бычий гребень.

— ...Зачем младшей сестре понадобился мой нефритовый бычий гребень?

Глаза Се Цзычжуо расширились, и он недоверчиво сказал:

— А почему бы и нет? Если бы пик Юйсяо не был таким строгим, наша младшая сестра никогда бы не поднялась наверх. Ты веришь мне, когда я говорю, что она даже посреди ночи забралась бы наверх, чтобы подсмотреть за тобой!

Ло Цзяньцин:……………

Слова Се Цзычжуо все еще лились нескончаемым потоком. Очевидно, он говорил о том, что его собственная младшая сестра была такой несчастной и извращенной, но в его словах не было ни капли презрения. Вместо этого, было бы точнее сказать, что он вздохнул с гордостью.

— Младшая младшая сестра такая своенравная. Если бы я был хотя бы наполовину такой смелый, как она, я бы посещал пик Цан Шуан каждый день ”.

Услышав его слова, Ло Цзяньцин безмолвно улыбнулся, но в его сердце начало подниматься горькое настроение.

Он был очень близок со своей младшей сестрой с самого детства. Прежде чем она достигла брачного возраста, она заявила, что никогда не выйдет замуж. Но его младшая сестра была замужем за Ли Сючэнем до самого конца, став его женой с завязанными волосами и всем прочим[1]. Он никак  не ожидал такого от своей гордой и упрямой младшей сестры, и после этого ее муж взял еще девять жен. Ло Цзяньцин слышал, что его младшая сестра была очень щедра, заботясь о Ли Сючэнь вместе с другими сестрами, но он не мог себе представить ничего подобного.

1 结发: связывание волос по достижении совершеннолетия

Под этим голубым небом и палящим солнцем Ли Сючэнь держал в руке пилюлю с лекарством небесного ранга и высокомерно сказал ему:

— Ло Цзяньцин, хотя ты и наследник великого ученика пика Цин Лань, эти пилюли, которыми ты наслаждался всю свою жизнь, теперь со мной. Не испытывай никакого сожаления.

Он был таким человеком. Эти красные одежды были яркими, как огонь. Возможно ли, что ему действительно нравилось быть выше Ло Цзяньцин до самого конца?

— Потому что он был героем, который спасал красавиц! Потому что яд желания пробежал по его телу!

Как небеса вообще могли быть несправедливы? Небеса были только справедливы к Ли Сючэню!

Его элегантное, бледное лицо медленно покрывалось слоем горя, но тут же исчезало в одно мгновение. Ло Цзяньцин наблюдал за Ли Сючэнем со сложным выражением лица. Не зная почему, он сказал, не подумав:

— Хорошо, если он проиграет, я отдам тебе свой нефритовый бычий гребень.

Се Цзычжуо искренне пытался убедить его, и время от времени он втягивал Вэй Цюнъинь, говоря что-то вроде:

— Сопровождать старшую сестру Вэй - такая страшная мысль. Старший брат Ло, мне повезло, что ты ничего не потеряешь, отдав мне свой нефритовый бычий гребень.

Услышав, что Ло Цзяньцин внезапно согласился, он пришел в неописуемый восторг и с волнением посмотрел на арену.

Но в следующую секунду…

Высокий и сильный Сюй Хуа внезапно прикрыл свой живот.

— Ах... это больно! Судьи... Старшие братья, пожалуйста, дайте мне минутку!

Судьи:………

Ли Сючэнь:……………

Се Цзичжуо был ошеломлен:……………

Ло Цзяньцин хранил полное молчание:…………

Несмотря на то, что он и раньше догадывался, что небеса предвзяты вплоть до другого конца Китая, он не думал, что они будут настолько предвзятыми!

Первый матч Ли Сючэня закончился из-за того, что у другого человека слишком сильно болел живот, и он победил без боя!

Второй матч Ли Сючэня закончился как раз в тот момент, когда соперник сделал ход и внезапно растянул поясницу, выиграв без боя!

Третий матч Ли Сючэня был против Лю Сяосяо. Как только Лю Сяосяо протянула руку, чтобы ударить Ли Сючэня по руке, он взвыл от боли, напугав Лю Сяосяо, заставив ее отдернуть руку и робко спросить:

— Старший брат Чэнь, ты в порядке? - после этого Ли Сючэнь двинулся, чтобы усмирить ее.

Все наблюдавшие за происходящим хранили полное молчание:…………

Ло Цзяньцин вздохнул:………

Се Цзычжуо был безутешен и возмущен.

— Это несправедливо! Это просто удача! Все это было просто удачей!

Ло Цзяньцин мягко покачал головой и рассмеялся:

— Младший брат, как мы, бессмертные, говорим, удача - это всегда сила.

Се Цзычжуо наблюдал за ареной, кипя от гнева. Он яростно сказал:

— Осталось только три человека. Двое других - оба дети восьмой по величине аристократической семьи. Я в это не верю. У одного телосложение первой степени, а у другого телосложение второй степени. Как они могут быть хуже, чем ужасный маленький мальчик без телосложения?

Четвертый противник Ли Сючэня был оправдан, естественно, победив без боя.

Се Цзычжуо молчал, а по его щекам текли слезы:………………

Внизу вся арена была заполнена бормотанием, и многие люди указывали на Ли Сючэня. Маленькая девочка Лю Сяосяо не переставала потирать свой ноющий живот и больше не сидела так близко к своему старшему брату Чэню. Ладонь Ли Сючэнь безжалостно ударила ее по телу. Хотя она была молода и знала только, как полагаться на своего знакомого старшего брата Чэня, она не была глупой.

Ладонь Ли Сючэнь действительно болела не так сильно, но он был очень расстроен, его маленькое хорошенькое личико было совершенно разбито.

То, что произошло, ничем не отличалось от его прошлой жизни. Ли Сючэнь снова занял второе место на всех экзаменах, обязанный стать внутренним учеником. После этого Ли Сючэнь просиял от счастья и гордо пробормотал:

— Так это и есть ореол главного героя, да? Это действительно круто! Ха-ха-ха-ха!

Ло Цзяньцин наблюдал за безмерно гордым лицом Ли Сючэня со сложными чувствами в сердце. После долгого наблюдения за ним он медленно начал улыбаться. Он поднял голову, глядя в ясное голубое небо, как будто мог увидеть в темно-синем небе вещи из далекого прошлого. На его нежном, красивом лице была только нежная улыбка.

На этот раз он снова занял второе место, но уже сейчас кое-что изменилось.

В его прошлой жизни, после того, как Ли Сючэнь занял второе место, ученики на сцене внизу все воскликнули от восхищения. Новый младший брат без какого-либо телосложения сиял на арене наверху, став единственным учеником, достигшим Конденсации Ци. Это обнадеживающее событие заставило людей не может не восхищаться им. И многие люди также знали, что этот младший брат только что потерял своего друга детства, поэтому они сочувствовали ему.

Но сейчас…

— Этому парню действительно повезло, да?

— Да, этот парень довольно злобный. Он только что сразил ту маленькую девочку, которую знал на арене.

— Он станет внутренним учеником со вторым местом, но я не знаю, повезет ли ему так же в будущем.

Ло Цзяньцин выслушал это бормотание без единого слова, с легкой улыбкой на лице. Се Цзычжуо стоял рядом с ним, настолько подавленный, что был парализован над своим стулом. Он сказал удрученно:

— Небеса несправедливы, небеса действительно слишком несправедливы. Такого рода удача - это то, о чем я, Се Цзычжуо, никогда не слышал! Небеса несправедливы!

Однажды Ло Цзяньцин  рассмеялся бы и спокойно  сказал:

— Младший брат, небеса никогда не были справедливы.

Первоначально Се Цзычжуо говорил только не подумав и не ожидал получить ответ от Ло Цзяньцина. Он поднял голову, чтобы посмотреть на своего старшего брата, и на мгновение увидел унылое выражение на его лице. Тогда Ло Цзяньцин горько улыбнулся и сказал:

— Если небеса несправедливы, тогда сделай их справедливыми. Младший брат, наше совершенствование зависит от нас самих, а не от воли небес. Ты понимаешь, что я только что сказал?

Се Цзычжуо на мгновение вздрогнул, затем почтительно кивнул, без малейшего следа прежней беспечности.

—Да.

Все экзамены закончились.

Все лучшие шесть участников экзаменов стали внутренними учениками, остальные стали внешними учениками. И первая тройка могла выбирать, куда бы они ни захотели пойти, двигаясь от первого к третьему по порядку. Победитель, занявший первое место, происходил из могущественной семьи с телосложением первой степени и сразу же выбрал вершину лидера секты горы Тайхуа, пик Цан Шуан. Ученик-наследник с пика Цан Шуан пришел и забрал его.

Следующим был Ли Сючэнь.

Ло Цзяньцин стоял в центре высокой платформы, его красивое лицо было спокойным и собранным, когда он нейтрально сказал:

— За последние десять дней должен был быть внутренний ученик, который рассказал вам основные обстоятельства нашей горы Тайхуа. Поскольку вы заняли второе место на экзаменах по всем вершинам, мы позволим вам выбрать одну из шести вершин горы Тайхуа. К какому из них ты хочешь пойти?

В отличие от первого ученика, никто не сказал ни слова после того, как Ло Цзяньцин понизил голос.

Все старшие братья и сестры шести вершин, пришедшие принять новых учеников, молчали, странно уставившись на Ли Сючэня, который был на сцене. Им не очень нравился этот слабый младший брат, и никто не хотел лично помочь ему стать сильнее. Могут ли они взять этого мальчика за шею и заставить его вернуться? Будет ли его удача в будущем такой же хорошей, как сегодня?

Эта ситуация полностью отличалась от той, что была в его прошлой жизни. В то время все требовали Ли Сючэня, но теперь никто не проявлял никакого интереса. Выражение лица Ло Цзяньцина не изменилось, когда он наблюдал за Ли Сючэнем, не выказывая ни печали, ни радости. Подобно богу в морозных небесах, его внушительные манеры и нейтральное выражение лица угнетали.

Однако, точно так же, как и в его прошлой жизни, Ли Сючэнь смиренно сложил руки в знак приветствия и серьезно сказал:

— Старший брат, я слышал, что на горе Тайхуа всего семь вершин. Почему ты говоришь, что мне позволено выбрать одну из шести вершин?

Как только его слова упали на землю, все подняли шум.

Уже некоторое время Ло Цзяньцин чувствовал ледяной холод и резь в сердце, но он сказал с нежной улыбкой:

— Пик Юйсяо, где я живу, не принимает учеников. Я единственный, так что давай, выбирай из остальных шести вершин.

Услышав эти слова, в глазах Ли Сючэня промелькнуло приятное удивление. Изображая безразличие, он продолжил:

— Старший брат, я хотел бы попасть на пик Юйсяо. Сэру Сюань Линцзы нет равных, он бросает вызов демоническим культиваторам своей собственной силой, являясь образцом для нас, культиваторов. Я не скрою от тебя, старший брат, что я им очень восхищаюсь. На самом деле, я приехал на гору Тайхуа только для того, чтобы учиться у сэра Сюань Линцзы. Даже если бы я стал учеником, подрабатывающим случайными заработками, я был бы очень рад.

Когда это случилось в его прошлой жизни, Ло Цзяньцин был так зол, что духовная энергия в его теле взбунтовалась, взмахнув рукавом, мальчик чуть не разбился насмерть.

Его достижения с самого рождения были превосходны, он обладал необычайным терпением, но его единственной слабостью был этот человек. Ли Сючэнь попал точно в его больное место, и он не мог не прийти в ярость. Он ранил Ли Сючэня, затем этот человек, который никогда раньше не покидал ворота, внезапно покинул пик Юйсяо, чтобы вернуться и лично вылечить Ли Сючэня. Затем он сказал ему нейтральным голосом:

— Цзяньцин, отныне он будет твоим младшим братом.

В своей прошлой жизни Ли Сючэнь бесчисленное количество раз подставлял его. хотя была только одна вещь, которую сказал Ли Сючэнь, которая была правильной.

Он ненавидел Ли Сючэня. Он ненавидел то, что Ли Сючэнь стал учеником этого человека, разделяя это положение, предназначенное только для него.

Прошлое проплыло, как облака, перед его глазами и промелькнуло в мгновение ока. Ло Цзяньцин опустил голову и посмотрел на Ли Сючэня. Он увидел, что последний смотрит на него с легким страхом, но в его глазах также был след ожидания, как будто он чего-то ждал. Но на этот раз Ло Цзяньцин лишь тяжело вздохнул. Под рукавами его ногти крепко сжали ладонь. Он сказал с нежной улыбкой:

— Пик Юйсяо никогда не принимал никаких учеников. Младший брат, выбери другого.

Ли Сючэнь мгновенно остолбенел.

Все это время он ждал, что Ло Цзяньцин нападет, и тогда Сюань Линцзы придет, чтобы помочь разрешить спор с Ло Цзяньцином, одновременно приведя его на пик Юйсяо. Как же Ло Цзяньцин за все это время ни разу не поднял на него руку? Может быть, он перешел в эту книгу, и именно поэтому он так радикально изменился?

Подождав мгновение, выражение лица Ли Сючэня все это время было нерешительным, он медленно выдохся, чтобы сказать.

Он ничего не сказал. Ло Цзяньцин тоже ничего не сказал и терпеливо ждал. Однако на его стороне Се Цзычжуо был нетерпелив.

— Перестань быть таким нерешительным и выбери уже, куда пойти. Та молодая леди, которая заняла третье место, я вижу, что у вас довольно хорошее телосложение. Ты хочешь отправиться с моим старшим братом на пик Хао Мин? У нашего пика Хао Минг самые красивые пейзажи на горе Тайхуа, и он лучше всего подходит такой милой молодой леди, как вы ...

Остальные пятеро учеников, которые ждали все это время, уже выбрали свою собственную школу, чтобы пойти в нее. Ли Сючэнь все еще стоял на том же месте, что и раньше, не двигаясь. Когда Лю Сяосяо была захвачена человеком с Пика Цин Лан, она на мгновение заколебалась, затем сказала Ли Сючэню:

— Чэнь-гэгэ, пик Цин Лан действительно хорош. Ты хочешь пойти со мной на пик Цин Лан?

Ли Сючэнь ответил ей решительным тоном:

— Я хочу учиться у сэра Сюань Линцзы.

Ло Цзяньцин услышал, что он сказал. Улыбка на его губах стала шире, и он ничего не ответил.

Наконец, все остальные 23 ученика выбрали вершины, на которые они хотели подняться, оставив только Ли Сючэня, который медлил со своим решением. Он поднял голову, чтобы посмотреть на Ло Цзяньцина, который опустил голову, чтобы посмотреть на него. Из них двоих один занимал высокое положение, одетый в белую мантию, естественный и грациозный, такой красивый, что казалось, он излучал сияние всего мира; другой стоял в низком положении, одетый в одежду из мешковины, выглядел совершенно заурядно, и его глаза были полны проницательности.

Через некоторое время Ло Цзяньцин мягко сказал:

— Младший брат, ты должен отправиться на пик Хао Мин. Их методы подходят тебе больше.

Ли Сючэнь решительно покачал головой.

— Нет! Старший брат, я приехал на гору Тайхуа, чтобы присоединиться к пику Юйсяо, чтобы учиться у сэра Сюань Линцзы!

Фраза “сэр Сюань Линцзы” заставила улыбку Ло Цзяньцина медленно переместиться к его глазам. Его ладонь уже была испачкана его собственной кровью от того, что его ущипнули, но он с самого начала не показывал и следа своих истинных чувств. Уголки его губ приподнялись, когда он больше не обращал внимания на Ли Сючэня. Вместо этого он повернул голову, чтобы сказать смущенному Се Цзычжуо:

— Младший брат, уведи его.

Се Цзычжуо сначала хотел что-то сказать, но он посмотрел на прозрачные струйки крови в глазах Ло Цзяньцина и тупо кивнул головой. Но когда Се Цзычжуо приказал людям схватить Ли Сючэня, он все еще громко кричал:

— Нет! Я хочу попасть на пик Юйсяо, я хочу попасть на пик Юйсяо! Я хочу видеть сэра Сюань Линцзы, я хочу видеть сэра Сюань Линцзы!

Небо было чистым, как хрусталь. Внешние ученики горы Тайхуа на другой стороне платформы были спокойны и тихи. Элегантный, невозмутимый великий старший брат горы Тайхуа стоял высоко со спокойным выражением лица, наблюдая, как младший брат кричит, когда его уводят.

Кто бы мог подумать, что это произойдет! Но он увидел, как на горизонте появились облака, и золотой меч света разрезал воздух, быстро проникая в небо.

Величественный свет меча привел к покорности всю гору Тайхуа. Атмосфера застыла, и вода перестала течь. Золотой свет меча, заполнивший небо, заставил все мечи задрожать, как будто они хотели поклясться в своей верности. Ученики были напуганы, их сердца были настолько неустойчивы, что они чуть не упали на колени.

Только протяжный, глубокий голос был слышен на бескрайнем расстоянии, как будто он доносился из древних времен. Смешанный со слабым вздохом, он мягко прозвучал с неба:

— Цзяньцин.

Глава 4 - Цзянь Цин, пик Юй Сяо начал принимать учеников?

Эта безграничная духовная энергия заполнила все небо, настолько мощная, что, казалось, превратилась в море, настолько угнетающая, что каждый ученик там не мог поднять головы. Только Ло Цзяньцин, стоявший посреди высокой платформы, слегка поднял голову, как будто он давно привык к этой устрашающей, гнетущей ауре. Он поднял взгляд, устремленный куда-то вдаль.

Никто еще не прибыл. Только голос достиг их первым.

После того, как этот огромный, величественный золотой меч-свет прошел, они, наконец, смогли увидеть фигуру в белом.

Длинные черные волосы были собраны в простейшую корону из белого нефрита, одета в белое вышитое платье, расшитое сложными узорами с густыми прожилками, богатую одежду с широкими рукавами, контрастирующую с голубым небом над головой. Он был настолько ослепителен, что люди не могли не смотреть на него с благоговением, расцветающим в их сердцах. Он стоял на вершине над всеми живыми существами, наблюдая за толпой внизу апатичным и спокойным взглядом. Наконец, его взгляд медленно остановился на вершине высокой платформы. Голова Ло Цзяньцина была поднята, в нескольких сотнях метров от него, одна в небе, другая на земле, уставившись на этого человека.

Как будто он не видел его сто тысяч лет, Ло Цзяньцин безмолвно смотрел на него, а другой человек спокойно отвечал ему тем же взглядом. Через мгновение пятна крови на его ладони стали такими горячими, что казалось, они вот-вот воспламенятся. Ло Цзяньцин поднял руку в знак уважения и торжественно произнес:

— Учитель.

Сюань Линцзы стоял в облаках, легко отвечая:

— Мн.

Повелителем пика Юйсяо горы Тайхуа был сэр Сюань Линцзы, бессмертный номер один в мире культивирования. В пятнадцать лет он добился создания Фонда. В 25 лет он достиг стадии Формирования Ядра. В 56 лет ему удалось создать Зарождающуюся Душу. В настоящее время он занимался самосовершенствованием не более 300 лет, но был единственным самосовершенствующимся под небесами, который преобразовал свою ци в дух. Оглядываясь на последние 5000 лет, он также был единственным культиватором, который надеялся подняться на небеса и стать бессмертным.

Бесчисленные ученики расширили глаза от изумления, когда увидели Сюань Линцзы. Даже недавно принятые ученики не осмеливались смотреть на этого человека с недоверием. Они лишь мгновение смотрели на него, а затем робко отодвинулись в сторону.

Это было превосходство заслуженного старшего, который достиг духовного очищения. Они лишь мгновение смотрели на него, но быстро впали в панику.

И среди толпы учеников никто не был так взволнован, как Ли Сючэнь. С дикой радостью он посмотрел на благородного почтенного старшего, который был одет в белое чан пао. Хотя он не мог смотреть на него слишком долго, он был так взволнован, что не мог себя контролировать: Сюань Линцзы пришел! Сюань Линцзы собирается взять меня к себе в ученики!

На холодном, элегантном лице Сюань Линцзы не было и следа эмоций, как будто ему было совершенно наплевать на окружающих его учеников. Его взгляд был прикован к его собственному ученику, золотая метка меча в середине его лба слабо светилась золотым светом. У него были узкие глаза и длинные брови, нос, словно срезанный ножом, губы, лишенные цвета. Он действительно казался простым и элегантным бессмертным без каких-либо мирских забот, заставляя любого уважать его.

Сюань Линцзы внимательно посмотрел на ученика на высокой платформе. Ло Цзяньцин опустил голову, храня молчание.

Через мгновение зрачки Сюань Линцзы сузились и внезапно переместились на высокую платформу.

Как только он появился, Се Цзычжуо, стоявший рядом с Ло Цзяньцином, испугался. Се Цзычжуо поспешно выкрикнул несколько фраз:

— Воинственный дядя Сюань Линцзы.

Сюань Линцзы слегка кивнул ему, и Се Цзычжуо поспешно спустился с высокой платформы, не смея встать рядом с этим одаренным воинственным дядей.

— Ты действительно не хочешь поднять голову? ,- апатично спросил Сюань Линцзы.

Ло Цзяньцин, как и прежде, сохранял свою почтительную позу, не отвечая.

Его красивые брови сошлись вместе, Сюань Линцзы посмотрел вниз на своего непокорного ученика и снова спросил тихим голосом:

— Твой учитель только что вышел из уединения и услышал, что ты в настоящее время устраиваешь все лучшие экзамены для новых учеников. Твой летающий меч закончил очистку, хочешь посмотреть?

Ло Цзяньцин по-прежнему держал голову опущенной, никак не реагируя.

Эта ситуация заставила Сюань Линцзы плотно сдвинуть брови, как будто он не понимал, что случилось с его обычно внимательным учеником. Он поджал холодные губы, собираясь задать вопрос, как вдруг услышал за сценой приятно удивленный возглас.

— Сэр! Я Ли Сючэнь, я восхищаюсь вами много лет и хочу поступить в вашу школу.

Сюань Линцзы, казалось, не слышал его и сложил руки за спиной, продолжая смотреть на своего ученика сверху вниз.

Спустя долгое время мощная и гнетущая океаническая аура сильно рассеялась, заставив учеников возле высокой платформы почувствовать такую угрозу, что их лица побелели. Даже Ли Сючэнь, который кричал раньше, вспотел, как свинья, от страха. И одетый в белое великий старший брат, который находился в самом сердце гнетущей ауры, чувствовал себя настолько стесненным, что не мог выпрямить спину, но он все еще стискивал зубы и не издавал ни звука.

Сюань Линцзы тяжело вздохнул и убрал свою гнетущую ауру.

— Возвращайся на пик Юйсяо.

Ло Цзяньцин внезапно удивленно поднял голову. Он посмотрел на другого человека и удивленно спросил:

— Учитель?

На этот раз Сюань Линцзы обнаружил, что в какой-то момент глаза его обычно уважительного ученика стали полностью красными. Его светлое и красивое лицо было покрыто густым потом, а разметавшиеся волосы были влажными от пота и прилипли к лицу. У него не хватало духовного дыхания, но это испуганное состояние было еще прекраснее.

Никак не отреагировав на это, Сюань Линцзы нейтрально кивнул.

— Возвращайся. Я покажу тебе твой новый летающий меч.

Ло Цзяньцин был вне себя от радости от неожиданной хорошей новости и немедленно ответил:

— Да!

Пока он говорил, Ло Цзяньцин передал ученику, стоявшему рядом с ним, последующие вопросы по всем экзаменам, а затем приготовился вернуться со своим учителем. Никто не ожидал, что в этот момент Ли Сючэнь подбежал к краю высокой платформы и, подняв голову, громко сказал:

— Сэр Сюань Линцзы, этот ученик хочет попасть на пик Юйсяо, чтобы стать вашим учеником!

Все странно притихли, когда прозвучали эти слова.

Улыбка Ло Цзяньцина исчезла в мгновение ока. Он крепко сжал пальцы, его ногти снова впились в недавние пятна крови. Пятна крови уже образовали струп, но кровь снова начала просачиваться, когда ее прокололи. Боль заставила Ло Цзяньцина прищурить глаза, глядя на Ли Сючэня за сценой.

У Ли Сючэня было серьезное и серьезное выражение лица, но втайне он был очень взволнован.

После того, как он станет учеником Сюань Линцзы и достигнет пика Юйсяо, он получит тщательное руководство от самого могущественного человека в мире совершенствования. В 20 лет он мог бы достичь Основы Ци, а в 40 - сформировать Ядро. Может быть, он и не так хорош, как Сюань Линцзы, но хорошо быть хорошо подготовленным! Его врожденная слабость не была проблемой, у него был золотой палец. Первый шаг - найти хорошего мастера, тогда он будет продвигаться все дальше и дальше!

Все это было хорошо и прекрасно, но хотя этот Ло Цзяньцин был немного странным, Сюань Линцзы все же в конце концов прибыл. Он мог бы войти на пик Юйсяо, как и раньше.

Из-за своей радости Ли Сючэнь не обращал внимания на то, что происходило на высокой платформе.

Только увидев холодную белую мантию Сюань Линцзы и ослепительную золотую метку меча на его лбу, он опустил голову, чтобы взглянуть на Ли Сючэня, затем повернул голову, продолжая смотреть на своего ученика. С холодным выражением лица он безмятежно спросил:

— Цзяньцин, пик Юйсяо начал принимать учеников?

Внезапно услышав эти слова, Ло Цзяньцин споткнулся, чудовищная ненависть в его сердце мгновенно исчезла. Он удивленно посмотрел на него, его логика и разум тоже исчезли в этот момент.

Под ярким солнечным светом Сюань Линцзы смотрел на него со своим обычным безразличием. Он похоронил эту фразу, которую произнес, в глубине своего сердца. За две свои жизни он так и не смог избавиться от своей обиды и горечи, и вдруг почувствовал, что они несколько ослабли.

Ло Цзяньцин слабо приоткрыл рот. Когда он заговорил, то обнаружил, что его голос уже стал хриплым.

— …Нет, учитель.

— Тогда пошли.

— Да.

Это произошло очень быстро. Ли Сючэнь с удивлением смотрел на мастера и ученика и долго не мог собраться с мыслями. К тому времени, как он отреагировал, вслед за золотым светом, исчезающим над горами, эти двое оставили позади ожидающего Ли Сючэня, стоящего в зале, вместе с его наблюдающими старшими и младшими братьями.

— Пик Юйсяо традиционно никогда не принимал учеников в течение многих лет. Почему этот новый младший брат этого не понимает?

— Я слышал, что в те дни боевой дядя Сюань Линцзы был единственным учеником пика Юйсяо, а теперь у пика Юйсяо есть отличный старший брат. Он все еще думает, что может войти?

— Стандарты ученичества пика Юйсяо очень высоки. Этот парень совершенно не соответствует требованиям. Боевой дядя Сюань Линцзы обладает телосложением высшего уровня, как и старший брат Ло. У этого человека, похоже, вообще нет никакого телосложения. Как мог воинственный дядя Сюань Линцзы даже смотреть на него?

Глаза Ли Сючэня были широко открыты, он в замешательстве смотрел туда, где исчезли два человека. Как только его доставили на пик Хао Мин, в отведенной ему комнате он пробормотал, как будто потерял свою душу:

— Нет, нет, нет… как это могло случиться? Как? Где я в конце концов ошибся? Откуда взялся...он? Ло Цзяньцин?!

Думая об этом, Ли Сючэню показалось, что в него ударила молния. Через мгновение он громко выругался:

— Правильно! В эту маленькую девочку должна была попасть молния, так почему же вдруг появился Ло Цзяньцин? И почему сегодня Ло Цзяньцин не ударил меня! Ло Цзяньцин, Ло Цзяньцин... Возможно ли, что он тоже переродился? Гребаный Ло Цзяньцин, кто ты, черт возьми, такой!!!

Ло Цзяньцин не слышал проклятий Ли Сючэня, так как все это время следовал за Сюань Линцзы обратно к пику Юйсяо. Прошло совсем немного времени, прежде чем он смог разглядеть два простых и скромных бамбуковых домика. Бамбуковые дома были окружены густым бамбуковым лесом. Зеленый бамбук мягко покачивался на ветру, заставляя их булькать.

После того, как они вернулись к бамбуковым домам, Сюань Линцзы достал меч из своего кольца для хранения.

— Этот меч имеет длину три фута и семь дюймов и весит 312 фунтов. Используй это десятитысячелетнее железо, которое ты привез ранее, тысячелетний Кристалл Молнии, низкоуровневую дробинку Молнии четвертой степени и очистить их вместе. Этот меч быстр и может вызвать десять тысяч миль молний и грома, чтобы присоединиться к тебе в сопротивлении врагу. Считается, что это магическое оружие земного уровня.

Говоря это, Сюань Линцзы схватил меч одной рукой и передал его своему ученику.

— Цзяньцин, отныне это будет твое магическое оружие, связанное с жизнью, поэтому у него должно быть название.

Голубой кончик меча слабо мерцал, а острый и свирепый край, казалось, мог рассечь небеса, но он был временно запечатан духовной силой Сюань Линцзы. Меч слегка дрожал, как будто он не соглашался сдаваться в этом крошечном бамбуковом домике. Сюань Линцзы все это время держал меч, ожидая, когда его ученик возьмет его.

Однако Ло Цзяньцин все это время внимательно смотрел на меч и медленно реагировал.

В своей прошлой жизни он назвал этот меч Чжуй Инь.

Его учитель с удивлением спросил его, почему он выбрал это имя. Он ответил:

— Этот меч быстр и гонится со скоростью звука, поэтому я назвал его Чжуй Инь1.

(1) Чжуй Инь (追音): преследовать звук

В то время его учитель слегка кивнул и больше ничего не спрашивал. Но он был единственным, кто действительно знал, что означает название этого меча.

Бессмертным именем Повелителя пика Юйсяо горы Тайхуа был Сюань Линцзы, первоначально носивший имя У Инь. (2)

(2) У Инь (无音): без звука

Гоняться за звуком, гоняться со скоростью звука или, может быть, вообще без звука?

Глядя на этот меч, сердце Ло Цзяньцина постепенно начало болеть. Через мгновение он взял меч. Первоначально воющий меч внезапно стал послушным в руках Ло Цзяньцина, струясь голубым светом и издавая низкий крик.

Сюань Линцзы удовлетворенно наблюдал за этой сценой. Он понял, что этот меч уже узнал своего хозяина. Но прежде чем он успел подумать о чем-то еще, он услышал, как его ученик тихо сказал:

— Учитель, его имя будет Шуан Фу(3).

(3) Шуан Фу (霜浮): плавающий иней

Сюань Линцзы задрожал всем телом и поднял голову, чтобы посмотреть на Ло Цзяньцина. Через некоторое время он, наконец, спросил:

— …По какой причине?

Ло Цзяньцин рассмеялся и сказал:

— Гром пугает электричество, заставляя его рассеиваться. Снег брызжет, превращаясь в плавучий иней. И поскольку этот меч может метать молнии на десять тысяч миль, я называю его Шуан Фу.

Голос Ло Цзяньцина только что упал, когда меч слегка задрожал, как будто соглашаясь с ним.

Ло Цзяньцин с улыбкой посмотрел на свой меч, затем решил развернуться и пойти в бамбуковый лес, чтобы испытать его. Однако, как только он повернулся, он услышал холодный и элегантный голос Сюань Линцзы, сказавший позади него:

— Цзяньцин, ты.... что случилось с твоей рукой?

В следующее мгновение ледяная рука внезапно схватила Ло Цзяньцина за запястье и потянула его назад.

Глава 5 - Больше не жди

Нефритово-зеленый бамбук свободно раскачивался, тонкие листья танцевали взад и вперед.

Пик Юйсяо находился в самом сердце горы Тайхуа, окруженный другими шестью вершинами, и занимал позицию обладателя самых лучших духовных жил земного типа. Пик Юйсяо имел 81 ограничений первого класса, 36 ограничений второго класса, которые просто так совпали с 36 провинциями Китая; и, наконец, было девять ограничений третьего класса, символизирующих, что девять, деленное на девять, равно единице. (1)

(1) Девять на девять - это один: правило абака. Это также означает, что события неизбежны.

Их было так много, что все предыдущие великие старейшины даже объединились, чтобы создать и запечатать огромную армию на вершине, которая могла бы заманить в ловушку любого культиватора, находящегося на стадии Махаяны или ниже.

Если гора Тайхуа была святой землей каждого земледельца, то пик Юйсяо был основанием горы Тайхуа.

За последние тринадцать поколений подряд Пик Юйсяо принял только одного ученика. Одна из причин заключалась в том, что требования пика Юйсяо к принятию учеников были очень высокими, и они должны были иметь телосложение высшего уровня; другая причина заключалась в том, что обучение одного ученика требовало больших усилий и заботы. Если бы они были просто обычными учениками, тогда не было бы никаких проблем, но ученики пика Юйсяо воспитывались с целью сделать их великими старейшинами своей секты.

Сюань Линцзы занимался самосовершенствованием не более 316 лет, и сегодня он был единственным самосовершенствующимся во всем мире, который достиг Духовного Совершенствования. Ло Цзяньцину было 17 лет, когда он достиг Основания Ци, Формирования Ядра в 32 года, и он также уже был гигантом среди мужчин этого поколения. У него была уверенность, что однажды он обязательно прорвется через Духовное Очищение.

И в данный момент Сюань Линцзы смотрел вниз на пятна крови на ладони своего ученика, ничего не говоря.

Культиваторы, достигшие образования Сердцевины, уже имели тела прочные, как сталь, и повредить их было почти невозможно.

Эта серия шрамов в форме полумесяца была явно недавней и оставлена собственными ногтями владельца. Насколько сильна была его решимость, даже если у него совсем не было ногтей, если это позволяло ему пускать кровь из своей твердой кожи?

Сюань Линцзы по-прежнему не задавал никаких вопросов, только отряхнул рукав, чтобы достать маленькую белую нефритовую бутылочку из своего кольца для хранения. Он достал каплю Концентрированного Нефритового сиропа и осторожно размазал его по ранам. Его гладкие, круглые кончики пальцев мягко поглаживали нежную кожу ладони. Все тело Ло Цзяньцина слегка задрожало, онемение передалось на его ладонь.

Даже когда Сюань Линцзы применял волшебное лекарство, он был таким же спокойным и невозмутимым, как обычно, совершенно непоколебимым.

Его прищуренные глаза слегка опустились, белое одеяние, покрывавшее все его тело, было отчужденным и выдающимся. Золотой знак меча на его лбу придавал ему элегантный, достойный и благородный вид, из-за чего никто не осмеливался приблизиться к нему. После того, как он закончил осторожно наносить лекарство на левую ладонь Ло Цзяньцина, он плавно взял другую руку.

Но Ло Цзяньцин внезапно отдернул руку и хрипло сказал:

— Учитель, я сделаю это сам.

Движения Сюань Линцзы внезапно становятся вялыми. Через мгновение он слегка кивнул головой и передал ему Концентрированный Нефритовый сироп.

Ло Цзяньцин взял немного светло-зеленой мази и намазал ею свою правую ладонь. Он использовал правую руку, чтобы держать свой меч, и как мастер владения мечом, это была его самая важная рука. Его левая рука уже была такой чувствительной; при условии, что если бы он действительно позволил этому человеку помочь ему нанести мазь на правую руку, он не знал, что бы он натворил.

Через короткое время Ло Цзяньцин закончил с мазью.

Светло-зеленая мазь немедленно растворилась, и Ло Цзяньцин почувствовал, что его раны немного затекли. Когда он поднял руки и посмотрел на них, маленькие ранки уже зажили, оставив после себя только ряд розовых шрамов.

Сюань Линцзы тихо сказал:

— Возьми с собой эту бутылку Концентрированного нефритового сиропа и больше не навреди себе.

Ло Цзяньцин кивнул в ответ.

Менее чем через мгновение они вдвоем вышли на открытое пространство перед бамбуковым домом, готовясь опробовать меч.

Правая рука Ло Цзяньцина держала меч, его зрение сосредоточилось в тонкую линию. Он серьезно смотрел прямо перед собой, как будто перед ним был единственный враг. Шуан Фу в его руке ответил на его приветствие и нетерпеливо выпустил вспышки зеленого тумана, как будто это было нетерпеливо.

В следующую секунду его меч метнулся вперед, испуская яркий свет меча.

Его длинный меч танцевал, его рукава энергично развевались, когда зеленый свет меча трепетал вокруг виридианского бамбука, как плавающий дракон, поднимая песок и пыль. Гнетущая аура его меча захлестнула весь лес, как могучая река, но он обращался с ним так безупречно, что не повредил сам бамбук, только заставил его сильно раскачиваться.

Этот меч был магическим оружием земного типа, связывающим жизнь, и человек, танцующий с мечом, был лучшим мастером молодого поколения.

Его черные волосы развевались без ветра, красота его утонченной и исключительной внешности была едва заметна в середине движений меча, его манеры были расслабленными, и его энергия меча также была угнетающей. Если бы его младшая сестра могла видеть это, возможно, в нем пробудилась бы любовь. Но тем, кто наблюдал этим, был Сюань Линцзы, только наблюдавший сверху с безразличием и без всякого осуждения.

После того, как он закончил опробовать свой меч в первый раз, Ло Цзяньцин вцепился в Шуан Фу, направляясь обратно в бамбуковый дом.

— Учитель, этот меч связан с моим сердцем.

Сюань Линцзы равнодушно кивнул.

— Мн, тренируйся усерднее.

— Да.

Волосы Ло Цзяньцина уже промокли от пота, его яркие глаза подернулись рябью цвета воды, губы были темно-красными, а щеки розовыми. Его и без того красивое бессмертное лицо стало еще более удивительно притягательным, как самая великолепная мерцающая дымка вокруг живописных озер и гор. Его красота была настолько велика, что уже перешла границы пола.

Но Сюань Линцзы никак не отреагировала на все это. Снова поговорив о каких-то тривиальных вещах, он двинулся в путь.

Ло Цзяньцин был слегка поражен и импульсивно закричал:

— Учитель!

Сюань Линцзы повернулась, чтобы посмотреть на него.

— В чем дело?

Ло Цзяньцин надолго поджал губы и сказал:

— Учитель, почему на этот раз вы так долго были в уединении?

Как будто он не мог придумать ответа, прошло довольно много времени, прежде чем Сюань Линцзы наконец сказал:

— Самое короткое время, которое я провел в уединении, было полмесяца. Самый долгий был три года.

Выражение лица Ло Цзяньцина потемнело.

Это было совсем не похоже на его прошлую жизнь.

В своей прошлой жизни, после того как Сюань Линцзы принял Ли Сючэня, он больше никогда не уединялся. На протяжении всех 18 лет он уделял много времени обучению Ли Сючэня с большим вниманием, настолько, что этот мальчик без конституции достиг Основы Ци в 20 лет и обладал необычайной способностью сопротивляться.

Ло Цзяньцин уже был довольно хорош в своей прошлой жизни, находясь на поздней стадии Формирования Ядра и всего в шаге от вступления в стадию Зарождающейся Души. Но в то время Ли Сючэню было не более 34 лет, и он находился только на поздней стадии становления Ци. К его удивлению, он возглавил группу достойных и праведных людей и нарушил великую границу, вонзив этот меч себе в сердце.

Когда присутствовал Ли Сючэнь, этот человек никогда не уходил в уединение, предпочитая, чтобы его совершенствование застаивалось на ранней стадии Очищения Духа в течение 18 лет. И теперь, когда Ли Сючэня здесь не было, он немедленно продолжил уединение и сказал ему всего несколько тривиальных слов, после чего ему больше нечего было сказать.

Постепенно это горькое чувство превратилось в агонию, пока, наконец, не превратилось в бушующее пламя, пожирающее сердце Ло Цзяньцина.

На его красивом и невозмутимом лице больше не было и следа той радости, которая была у него раньше. Ло Цзяньцин сложил ладони рупором в знак приветствия и бесстрастно сказал:

— Учитель, этот ученик надеется, что ваши великие учителя прикажут изгнать того нового ученика, который никогда не должен был входить на гору Тайхуа.

В течение очень долгого времени Ло Цзяньцин ждал ответа Сюань Линцзы, опустив голову. Наконец он услышал, как другой человек решительно спросил:

— Зачем?

Ло Цзяньцин снова сказал:

— Вам не нужно спрашивать, кто это?

Сюань Линцзы сказал:

— Тот мальчик, который хотел попасть на пик Юйсяо, не так ли?

Все тело Ло Цзяньцина напряглось.

Его хозяин никогда не помнил людей. Из семи лучших учеников семи вершин горы Тайхуа его учитель не помнил ни одного из них. Но, к удивлению, он вспомнил Ли Сючэня.

Брови Ло Цзяньцина нахмурились, когда он посмотрел вниз, его голос был холоднее леса.

— Да, это он. Мастер, на громовой дороге Цзяньцин лично был свидетелем того, как он попытался отступить на шаг назад, прячась за той 12-летней маленькой девочкой, которая сопровождала его. Он даже потянул за угол халата девушки, просто чтобы закрыть для него молнию. Такой жестокий и безжалостный ученик ни в коем случае не должен входить на нашу гору Тайхуа. Учитель, пожалуйста, смотрите яснее.

Пальцы Ло Цзяньцина были крепко сжаты, он упрямо ждал его ответа.

Через некоторое время он услышал, как Сюань Линцзы ровным тоном сказал:

— Поскольку он уже вошел на пик Хао Мин, естественно, старший брат Гуанлин должен проверить это дело вместо него. Ты должен обсудить это со старшим братом Гуанлинем и попросить его тщательно расследовать это дело. Если то, что ты говоришь, правда, милосердия проявлять не следует.

Ло Цзяньцин стиснул зубы, пламя в его сердце уже снова разгорелось.

— Цзяньцин, ты ни в коем случае не должен вмешиваться в это дело. Имей в виду, что ты должен сосредоточиться только на совершенствовании. Не связывайся слишком сильно с этим учеником.

Его голос стих, и дверь бамбукового домика закрылась.

Ло Цзяньцин в одиночестве стоял у бамбукового домика, все еще сложив руки рупором в знак приветствия. Спустя очень долгое время он медленно выпрямился и уставился на бамбуковый дом болезненным и сложным взглядом, как будто мог видеть человека внутри.

Все верно, он совсем забыл. В то время меч этого человека, связанный жизнью, безжалостно пронзил его живот. Этот меч был таким же холодным, как и человек, которому он принадлежал. В конце концов, мастер и ученик, которые были вместе десятки лет, не могли сравниться с Ли Сючэнем, которого он знал восемнадцать лет. Если бы у него не было меча Сюань Линцзы небесного уровня, судьба Ли Сючэня с небесами не имела бы значения, поскольку он не мог пересечь уровни и обезглавить его.

К сожалению, это действительно оказался Сюань Линцзы!

Разум кипел в нечистой ци, зрачки Ло Цзяньцина сузились, и он поспешно бросился в свой собственный бамбуковый дом. Как только он вошел, его вырвало кровью из сердца. Обиженная печаль, которая отражалась с тех пор, как он перевоплотился, рассеялась и сменилась переполняющей его яростью.

— Разве ты не мой учитель, а я не твой ученик? Я так внимательно следовал твоим учениям на протяжении всей своей прошлой жизни, что никогда не переступал твоих границ даже на полшага до самого конца, и что я получаю взамен? У Инь… У Инь,У Инь!

Позаботившись о крови в своем сердце, вскипевшей от гнева, Ло Цзяньцин медитировал в бамбуковом доме в течение следующих трех дней. Во второй половине третьего дня Ло Цзяньцин услышал шум, доносящийся с пика Юйсяо далеко-далеко. Он немедленно схватил свой меч и спустился с горы, а затем увидел беспорядочного Се Цзычжуо.

Губы Ло Цзяньцина приподнялись, и он повернулся, чтобы уйти.

Се Цзычжуо поспешно догнал его, не сказав больше ничего. Внезапно он лег на землю и обнял бедро Ло Цзяньцина.

— Старший брат!!!

Ло Цзяньцин:  ……

Через мгновение Ло Цзяньцин сбросил животное со своего бедра. Однако он не ожидал, что это животное так крепко вцепится в него, как кусок пластыря из собачьей шкуры, и не смог его оторвать.

Ло Цзяньцин удивленно сказал:

— Младший брат, ты тоже культиватор золотого ядра, разве у тебя не может быть немного лица?

Се Цзычжуо покачал головой, нисколько не заботясь об этом.

— Нет! Старший брат, если ты мне не ответишь, я не отпущу!

Ло Цзяньцин: …

После того, как Ло Цзяньцин поднялся на пик Юйсяо, таща за собой Се Цзычжуо на протяжении всего путешествия, он принес немного бамбуково-зеленого чая с вершины пика Юйсяо, который Се Цзычжуо выпил залпом целую чашку. Он тут же взял чайник и вылил его себе в рот, точно корова, жующая дерево. Ло Цзяньцин, который был не в лучшем настроении, наклонил голову, чтобы посмотреть на этого человека. Се Цзычжуо, казалось, ничего не заметил. Закончив пить, он снова лег на живот и прильнул к бедру Ло Цзяньцина.

— Старший брат, спаси меня!!!

Ло Цзяньцин молча дал Се Цзычжуо вареный каштан и выслушал его объяснение.

Первоначально причина, по которой Се Цзычжуо хотел найти младшую сестру, чтобы она приготовила для него пилюли, была не для него, а для... духовного зверя пятого младшего брата. В тот день Се Цзычжуо отправился на пик Ю Шоу, чтобы найти пятого младшего брата, но не смог его найти. Затем он отправился на поиски недавно прирученного духовного зверя шестого уровня пятого младшего брата.

Се Цзычжуо сделал большой глоток чая, затем сказал:

— Старший брат, духовный зверь шестого уровня! Это на том же уровне, что и Зарождающийся культиватор Душ, и он тоже был приручен!

Ло Цзяньцин поднял бровь.

— Так что же с ним случилось?

Се Цзычжуо озорно усмехнулся.

— Я просто кое-что сделал.

Ло Цзяньцин не поверил ему, поскольку Се Цзычжуо находился на ранней стадии Формирования Ядра, и какую угрозу он мог представлять для духовного зверя шестого уровня? Но о делах мира было трудно догадаться. Се Цзычжуо не знал, что у этого духовного зверя была внутренняя травма, и причина, по которой ушел пятый младший брат, заключалась в том, чтобы дать этому духовному зверю таблетку лекарства. Перед лицом бесстыдных провокаций Се Цзычжуо духовный зверь был хорошо осведомлен и был уверен, что он не будет сдерживаться. Таким образом, Се Цзычжуо напал на него, несмотря на его внутренние повреждения, и нанес ему серьезную травму.

Се Цзычжуо сначала подумал: “Неужели я действительно стал таким сильным?”, А потом услышал, что пятый младший брат спешит унизить его.

Пятый младший брат уже заставил каждого ученика Пика Ю Шоу бить Се Цзычжуо всякий раз, когда они видели его, и если они не могли, они звали его, чтобы он пришел и избил его! Поэтому в те дни, когда Ло Цзяньцина не было, все сговорились с  друг другом, чтобы избить Се Цзычжуо. Это было так ужасно, что дошло до того, что он часто уединялся.

Се Цзычжуо знал, что он виновен, и хотел найти младшую сестру, чтобы усовершенствовать лекарственную пилюлю, чтобы вернуть духовного зверя. Однако младшей сестре было все равно, и именно поэтому он сегодня отправился на поиски Ло Цзяньцина.

Се Цзычжуо всхлипнул, слезы и слизь потекли по его лицу.

— Старший брат, в следующем году состоится великое соревнование сект. Если я не разрешу это дело с духовным зверем, пятый младший брат забьет меня до смерти! Его совершенствование не так хорошо, как у меня, но его духовные звери такие страшные, что ты должен спасти меня!

Пока он говорил, Се Цзычжуо все время держался за его бедро, начиная подробно объяснять последние десять лет или около того. Сначала он рассказал о том времени в своем детстве, когда он сопровождал Ло Цзяньцина, стоящего на коленях в наказание, затем рассказал о духе товарищества в то время, когда они вдвоем подглядывали, как третья старшая сестра принимает душ…

Слушая, как он говорит, голубые вены на лбу Ло Цзяньцина вздулись.

— Прекрати нести чушь! В те дни ты таскал меня за собой, куда бы ты ни пошел, и я не знал, что это была третья младшая сестра… кхе-кхе, и ты сопровождал не меня, а я сопровождал тебя! Учитель...

Его голос внезапно оборвался.

Се Цзычжуо не заметил странного поведения Ло Цзяньцина и подхватил его слова.

— Да, да, да, я знаю, что воинственный дядя Сюань Линцзы всегда был строг с тобой, но это не твоя вина, что ты хотел встать на колени вместе со мной. Старший брат, помоги мне на этот раз, мне больше не нужен твой нефритовый бычий гребень, ты только... помоги, хорошо?

Короткий светло-коричневый нефритовый гребень внезапно появился перед Се Цзычжуо.

Се Цзычжуо потянулся за нефритовым бычьим гребнем и поднял голову, застенчиво улыбаясь. Он хотел поблагодарить Ло Цзяньцина, но увидел, что великий старший брат “Цветок Тайхуа” спокойно улыбается. В его ясных и элегантных глазах вспыхнула маленькая звездочка, достаточная, чтобы привлечь внимание любого.

— Иди ... отдай это младшей сестренке и скажи ей, что мне нравится кто-то другой, чтобы она больше не ждала.

Он произнес эти слова мягко и тихо, отчего Се Цзычжуо постепенно стал сентиментальным. К тому времени, как Ло Цзяньцин встал, чтобы проводить его, Се Цзычжуо внезапно пришел в себя. Он посмотрел на своего старшего брата сложным и глубоким взглядом и, наконец, не удержался и сказал:

— Старший брат, ты дружишь с ней уже тридцать три года. Младшая сестренка никогда не сможет забыть тебя. Если ты используешь такое оправдание, она ни за что в это не поверит.

Ло Цзяньцин не смог удержаться от тихого смешка, глядя на Се Цзычжуо слишком долго.

Это было точно так же, как в его прошлой жизни. Они думали, что “мне нравится кто-то другой” - это просто отговорка, но никто не знал, что он говорит правду.

Слова Се Цзычжуо напомнили Ло Цзяньцину спросить, нахмурив брови:

— Я помню, что первая практика новых учеников состоится через два месяца. Их ведет маленькая младшая сестра?

Се Цзычжуо серьезно кивнул.

— Да, старший брат. Их ведет маленькая младшая сестра.

Это уже случилось очень давно, но как только ему напомнили, Ло Цзяньцин кое-что вспомнил.

Се Цзычжуо сказал, что младшая сестра никогда не сможет забыть его, но в конце концов младшая сестра все равно вышла замуж за Ли Сючэня, став его женой номер один. Это было потому, что во время их первой практики маленькая младшая сестра и Ли Сючэнь вместе погрузились в великие остатки чьей-то Зарождающейся Души. В конце концов, он был поглощен ядом желания, и у него не было другого выбора, кроме как для того, чтобы между ней и Ли Сючэнь вспыхнули такие отношения.

Се Цзычжуо мог догадаться, что произошло, учитывая характер Ли Сючэня и то, как он обращался со своей младшей сестрой. Этот мальчик, всего лишь на Основание Ци третьей степени, нарушал раннюю стадию Формирования Ядра младшей младшей сестры, чей разум был неясен. Он вспомнил, что в его прошлой жизни, после того, как его младшая сестра вернулась, она пришла на пик Юйсяо, чтобы найти его, прежде чем полностью уединиться на пять лет.

Его маленькая младшая сестра ждала у подножия пика целых десять дней. Из-за того, что он хотел разбить ей сердце, он никогда не приходил к ней.

В то время младшей сестре только что исполнилось ***, и человеком, который поднялся на пик Юйсяо и унизил ее, был не кто иной, как Ли Сючэнь, но она все еще упрямо ждала в том месте, куда пришел ее враг, чтобы найти ее. Думая об этом, сердце Ло Цзяньцина невыносимо болело.

Он никогда больше не даст этому мошеннику шанса проделать такое со своей младшей сестрой!

Даже несмотря на то, что Ли Сючэнь снова и снова спасал младшую сестру, в конце концов, не оставив другого выбора, кроме как решиться выдать себя замуж, он не позволил бы Ли Сючэню изнасиловать свою младшую сестру при таких обстоятельствах.

— “В поисках бессмертия” не упустил ни одной детали, настолько, что даже эти личные дела были полностью описаны.

“Эта старшая сестра долгое время была в лихорадке с головы до ног, но ни при жизни, ни при смерти она не сдвинулась с места. Наконец Ли Сючэнь не выдержала и потянула ее за руку. Из уголка глаза старшей сестры скатилась слеза, и спустя долгое время она наконец взяла Ли Сючэнь за руку. Высокомерие, которое она демонстрировала только что, полностью рассеялось под воздействием яда желания. Ли Сючэнь перевернул высокомерную и своенравную старшую сестру и толкнул ее вниз, разрывая на ней одежду.”

То, что было написано потом, было слишком стыдно упоминать.

Его глаза уже полностью покраснели, Ло Цзяньцин готовился к этому моменту и, насколько мог, стабилизировал свое психическое состояние. Он повернул голову, чтобы сказать Се Цзычжуо:

— Я могу попросить лидера секты боевого дядю позволить мне вести практику через два месяца. Пусть младшая сестренка расслабится и не торопясь приготовит для тебя таблетки.

Се Цзычжуо непонимающе уставился на него.

— Старший брат, руководство новичками во время практики - это неважное дело, которым ты не обязан заниматься.

Ло Цзяньцин решительно покачал головой.

— На этот раз я пойду.

Се Цзычжуо покачал головой так, словно она была наполнена туманом. Когда Се Цзычжуо собрался уходить, Ло Цзяньцин посмотрел на него и спокойно сказал:

— Как поживает этот Ли Сючэнь на пике Хао Мин?

Когда он упомянул это имя, выражение лица Се Цзычжуо потемнело.

— Как? Его телосложение настолько ужасно, что он до сих пор не вошел в Конденсацию Ци.

Ло Цзяньцин понимающе кивнул головой. Тихо, он сказал последнее слово:

— Младший брат, он мне не нравится.

Се Цзычжуо внезапно вытаращил глаза, а затем усмехнулся.

— Я знаю, старший брат. Ты можешь расслабиться.

Очень быстро Се Цзычжуо превратился в ленту серебристого света, исчезающую за горизонтом. Дело о “изгнании Ли Сючэня из нашей секты”, Ло Цзяньцин вообще не упоминал Се Цзычжуо, потому что он знал, что ни один человек не поверит ему, основываясь на пустых словах. Кроме того, сама Лю Сяосяо не знала, что произошло нечто подобное, и даже в страхе она вступится за своего старшего брата Чэня.

Ло Цзяньцин не мог действовать так безрассудно.

Глядя на зеленую, сочную траву у подножия пика Юйсяо, Ло Цзяньцин слегка нахмурил брови и, наконец, глубоко вздохнул.

Через два месяца он должен был провести новых учеников через практику. В течение этого периода времени он должен полностью сосредоточиться на совершенствовании или, по крайней мере, надлежащим образом распоряжаться своей непрестанно рассеиваемой духовной энергией. Границы... никогда не должны быть пересечены снова!

Глава 6 - Киноварная печать

Выполняйте упражнения, впитывайте ауру неба и земли, ходите небольшое воскресенье в соответствии с направлением всего тела, а затем отправляйтесь на большое воскресенье. Такие ответные девяносто восемь раз - обычная практика для нормального понимания.

В тот день, когда Ло Цзяньцин перевоплотился, на обратном пути к горе Тай Хуа, он обнаружил, что не может вдыхать вселенскую ци, как когда-то обычно делал. Если бы вселенскую ци сравнивали с невинным, но сильным ребенком, она была бы счастлива играть с Ло Цзяньцином высшего уровня конституции раньше, а теперь она избегала его, как чумы.

Независимо от того, как Ло Цзяньцин применял свои методы совершенствования, нигде в радиусе трех чжанов от его тела не было ни единой капли вселенской ци.

То, что практиковал Ло Цзяньцин, было уникальным методом культивирования пика Юйсяо, истинным рекордом Девятилепесткового Лотоса, который всегда держался в секрете. Это был самый охраняемый секрет горы Тайхуа. Говорили, что в те годы гроссмейстеры горы Тайхуа изучали именно этот метод совершенствования и полагались на них, чтобы парить в небесах и достигать бессмертия.

В записи "Истинного девятилепесткового Лотоса" не было абсолютно ничего плохого, но это духовное влияние не желало приближаться к нему.

Долгое время Ло Цзяньцин сидел на молитвенном коврике, размышляя над этим вопросом, но в конце концов так и не смог найти ответа. Когда он только перевоплотился, он уже прочно находился на средней стадии Формирования Ядра, а теперь он опустился до начала средней стадии. Если он снова упадет вот так, боюсь, что он через год может опуститься до ранней стадии Формирования Ядра.

После месячной медитации в своем бамбуковом домике Ло Цзяньцин встал, чтобы посмотреть на бескрайнее голубое небо, и внезапно ему в голову пришла мысль…

— Может быть, небеса больше не могут терпеть меня?

Естественно, у небес не было возможности ответить ему, но внутренности его тела больше не могли расти. Кроме того, все еще медленно снижающиеся границы были достаточным ответом для Ло Цзяньцина.

Но Ло Цзяньцин не рассердился. Он уже возмущался несправедливой волей небес, и хотя он знал, что его мир был всего лишь книгой, быть культиватором было тем, чего он действительно хотел. Самосовершенствование было его личностью. Ну и что с того, что это была просто книга? Он все еще был Ло Цзяньцином, и не было никакого способа, чтобы он был “учеником, у которого была одна внешность, на самом деле грязным, темным и ревнивым человеком”, или так было написано в той книге.

...Кхе-кхе, может быть, он немного ревновал.

Он не думал об этом слишком долго, так как приближалось время для первого практического опыта новых учеников. Ло Цзяньцин упаковал некоторые необходимые материалы в свое кольцо для хранения, затем отправился на поиски старейшины, который отвечал за руководство практикой, чтобы получить свой жетон.

После того, как он взял жетон лидера горы Тайхуа, Ло Цзяньцин едва успел спуститься с пика Цан Шуан, как увидел далекий огненный шар, спускающийся с неба. Его немедленной реакцией было развернуться и убежать, но не успел он сделать и двух шагов, как услышал за спиной обиженный голос.

— Старший брат, тебе обязательно поворачиваться и убегать всякий раз, когда ты видишь меня?

Ло Цзяньцин выдавил из себя два смешка и беспомощно обернулся, глядя на свою младшую сестру.

С головы до ног она была одета в огненно-красную хлопчатобумажную юбку. У нее было очень маленькое личико с большими круглыми глазами и тонкими, плотно сдвинутыми бровями. Она выглядела чрезвычайно милой и очаровательной, но ее высокомерный и своенравный характер сильно отличал ее от нежности женщин. Вместо этого она была энергичной и безрассудной, как пылающее солнце над головой, разгорающееся тысячами лучей света.

Семь великих учеников семи вершин горы Тайхуа, знаменитое молодое поколение мира совершенствования, семи людей горы Тайхуа.

Среди них, хотя Ло Цзяньцин был не слишком стар, его самосовершенствование было самым высоким, и поэтому его уважали как великого старшего брата. Остальные шестеро в настоящее время находились на начальной стадии формирования Ядра, и они, вероятно, могли бы выйти и основать свою собственную секту, но на горе Тайхуа они все еще были только учениками.

Ло Цзяньцин глубоко вздохнул и сказал:

— Младшая сестра, я тебя не видел.

Му Тяньсинь не поверила ему и поджала губы.

— Старший брат, раньше ты называл меня по имени. Ты никогда не называл меня младшей сестрой.

Пока она говорила, Му Тяньсинь снова шагнула вперед, заставив Ло Цзяньцина отступить назад. Му Тяньсинь снова двинулся вперед, а Ло Цзяньцин снова отступил. И вот таким образом они вдвоем ходили по одному шагу взад и вперед по дорожке под пиком Цан Шуан. С такой скоростью они вернутся на пик Цан Шуан. Младшие братья и сестры с любопытством наблюдали за ними. Ло Цзяньцин, наконец, перестал двигаться и изменил выражение своего лица, чтобы спросить:

— Синь-эр, зачем ты пришла ко мне?

Услышав “Синь-эр”, очаровательная юная леди немедленно просияла от счастья, но закашлялась, пытаясь изобразить безразличие и скрыть свои радостные звуки.

— Старший брат, я слышала, что на этот раз ты хотел возглавить новых учеников вместо меня. Я специально усовершенствовала эти лекарственные таблетки для тебя. Пожалуйста, будь осторожен во время путешествия.

Ло Цзяньцин взял у своей младшей сестры три маленьких нефритовых флакончика, не зная, плакать ему или смеяться.

— Ты имеешь в виду эти?

Му Тяньсинь тяжело кивнул.

— Да, эти.

Ее голос только что упал, когда ее лицо внезапно расплылось в ослепительной улыбке, ее большие глаза пристально смотрели на Ло Цзяньцина, непрерывно теребя рукава, как будто она беспокоилась, что Ло Цзяньцин не примет ее доброту.

Он долго смотрел на нефритовые бутылочки, затем положил их в свое кольцо для хранения.

— Младшая сестра, я помню, что четвертый младший брат попросил тебя усовершенствовать лекарственную таблетку третьего уровня. Ты усовершенствовала эти таблетки для меня, так что насчет четвертого младшего брата?

Му Тяньсинь махнула рукой, казалось, ее это нисколько не волновало. Как диктатор, она спокойно заявила:

— Я заставлю этого мальчика Се Цзычжуо терпеливо ждать.

Ло Цзяньцин не смог удержаться от смеха.

— Младшая сестра?

В следующий момент Му Тяньсинь тоже начала тихо смеяться, без какого-либо намека на маленького диктатора, как она вела себя всего минуту назад.

Они немного поговорили на горной дороге пика Цан Шуан, затем Му Тяньсинь срочно поспешила обратно, чтобы усовершенствовать лекарственную таблетку, и не задержалась надолго. Прежде чем уйти, она некоторое время смотрела на Ло Цзяньцина, неохотно уходя, оборачиваясь дважды через каждые три шага.

Когда она дошла до конца горной дороги, девушка в красной одежде остановилась и повернулась лицом к Ло Цзяньцину, громко сказав:

— Старший брат, должна ли я тебе в твоей прошлой жизни, или ты мне нравишься, это мое дело. Нравлюсь я тебе или нет, это твое дело. Никогда больше не используй предлог, что тебе нравится кто-то другой, чтобы отвергнуть меня. Это разобьет мне сердце.

Сразу после того, как ее голос затих, ярко-красные лучи быстро взлетели в небо и просто оставили Ло Цзяньцина стоять в его первоначальном положении, ошеломленным и не реагирующим в течение очень долгого времени.

Между обрывистой и скалистой горной дорогой Ло Цзяньцин поднял глаза, чтобы посмотреть туда, где только что появился красный луч. Спустя долгое время он, наконец, слегка покачал головой.

Он достал из своего хранилища три пузырька с лекарствами, два из которых были второго уровня, а один, на удивление, третьего. Даже если его младшая сестра была наследующей великой ученицей пика Цин Лан, создание лекарственной таблетки третьего уровня было непростой задачей. Такого высокого уровня лекарственная таблетка могла быть получена только в течение месяца. Он боялся... Что младшая сестренка мало отдыхала.

Думая об этом, чувствуя, как в глазах Ло Цзяньцина плывут кровавые струйки, он безмолвно вздохнул.

— Ты не была мне должна в моей прошлой жизни… это я был у тебя в долгу.

Слабый ропот наполнил атмосферу, и никто ничего не мог разобрать. Внезапно поток зеленого света поднялся с пика Цан Шуан и полетел прямо к пику Юйсяо. Ло Цзяньцин снова вернулся в свой бамбуковый дом. Он продолжал медитировать в уединении, ища решение проблемы того, что его “не терпят небеса”.

Хотя он не мог ответить своей младшей сестре, он мог, по крайней мере, пообещать.

— Младшая сестра, я никому не позволю запугивать тебя.

Месяц пролетел очень быстро. Ло Цзяньцин взял Шуан Фу и вернул его себе между бровей, на его лбу появилась зеленая отметина от меча. Он снял белую униформу пика Юйсяо  и переоделся в простое, легкое, зеленое вышитое платье, затем вышел наружу.

Когда он покинул пик Юйсяо, Ло Цзяньцин повернул голову, чтобы посмотреть на бамбуковый дом на вершине. Спустя долгое время он вернул себе зрение и быстро зашагал.

Новых учеников на этот раз было всего двадцать четыре, что можно даже сказать, что это самое большое число, когда-либо собиравшихся вместе за 100 лет. Каждый новый ученик должен был пройти практику, и на этот раз ведущим был Ло Цзяньцин. В то же время, было четыре ученика ступени Основания Ци, которые сопровождали Ло Цзяньцина, чтобы возглавить новых учеников.

Двенадцать младших братьев и сестер уже были взяты с собой учениками ступени Основания Ци. Когда Ло Цзяньцин догнал их, остальные двенадцать учеников стояли прямо, как стрела, наблюдая за ним большими глазами. В их взглядах читались любопытство, почтение и благодарность…

Э? Благодарность?!

Ло Цзяньцин повернул голову и увидел только маленькую девочку Лю Сяосяо, которая беспрестанно махала ему рукой, и одними губами произнес:

— Спасибо, старшая сестра.

Ло Цзяньцин: …

Даже если ты не говоришь, он все равно может понять, что ты говоришь, ты же знаешь!

Ло Цзяньцин посмотрел вниз на двенадцать новых учеников, прямо игнорируя пламенный взгляд маленькой Лю Сяосяо. Холодное и спокойное поле ци рассеялось по окрестностям, оказывая давление на толпу детей так, что они не могли глубоко дышать.

Ло Цзяньцин нейтрально сказал:

— Те, кто попал в транспортный строй, держитесь за руки и не разделяйтесь. Те, кто вошел в Основание Ци, когда вы войдете в транспортирующую формацию, вы почувствуете только небольшое головокружение, так что было бы лучше, если бы вы это пережили. А теперь подходите один за другим.

Маленькие редиски послушно кивнули, и каждый из них направился к транспортному строю.

После того, как поднялся последний, Ло Цзяньцин вышел вперед, встав перед двенадцатью людьми. Он повернул голову, чтобы посмотреть на двух учеников, отвечающих за транспортировку. Он слегка кивнул, и оба сложили ладони рупором, приветствуя его, одновременно сказав:

— Великий старший брат ,- затем они кладут спиртовые камни в желоб, готовясь начать транспортировку пласта.

В мгновение ока весь мир был залит белым светом, безграничная, мощная духовная энергия взмыла ввысь, окутывая Ло Цзяньцина и двенадцать редисок. Естественно, гнетущая аура транспортирующей формации ничего не значила для Ло Цзяньцина, но для маленьких редисок это был первый раз, когда они подверглись нападению духовной энергии. Видя, что это становится почти невыносимым для маленьких редисок, Ло Цзяньцин беспомощно покачал головой, взмахнув рукавами, чтобы заблокировать немного духовной энергии для маленьких редисок.

Секунду спустя он увидел, что маленькая редиска смотрит на него полными слез глазами и взволнованно кивает головой.

Ло Цзяньцин:

— ...Я просто делал это мимоходом.

Маленькая редиска напряглась, чтобы кивнуть головой.

— Спасибо тебе, старший брат, спасибо тебе, старший брат!

Видя, что эта маленькая редиска такая эмоциональна, Ло Цзяньцин втайне находил это забавным, и внутри у него стало немного тепло.

Транспортный строй начинался медленно, но к тому времени, когда тринадцать человек действительно были готовы к транспортировке, на горизонте появилась вспышка золотого света от меча. Ло Цзяньцин только слышал голос, эхом отдающийся в его голове: “Цзяньцин, разве твой учитель не говорил тебе сосредоточиться на совершенствовании?”

Его голос был таким же холодным, как всегда, но по какой-то причине Ло Цзяньцину показалось, что он услышал нотку настойчивости.

Когда этот голос эхом отозвался в его сердце, все тело Ло Цзяньцина задрожало, затем он медленно успокоился. Он отправил ответное голосовое сообщение: “Учитель, как великий старший брат горы Тай Хуа, я должен направлять этих новых учеников через практику”.

Прошло много времени, прежде чем глубокий и низкий голос Сюань Линцзы выдавил: “Цзяньцин, ты действительно хочешь уйти?”

Ло Цзяньцин стиснул зубы и сказал: “Учитель, транспортировка уже началась”.

Подождав некоторое время, Ло Цзяньцин подумал, что его учитель больше не хочет с ним разговаривать. Но, к удивлению, луч золотого света от меча попал прямо ему в лоб. Зрачки Ло Цзяньцина сузились, и он только что взял свой меч, чтобы защититься, но он услышал апатичный голос Сюань Линцзы, эхом отдающийся в его голове: “Это красная печать несёт в себе маленькую мысль твоего учителя. Если ты не будешь сосредоточиваться на совершенствовании, учитель обязательно об этом узнает”.

Глава 7 - Тридцать лет на восток, тридцать лет на запад?

Палящее солнце уже стояло над головой, когда Ло Цзяньцин привез двенадцать маленьких редисок в город Итянь Лянчжоу.

Двенадцать культиваторов Основания Ци, которые все были одеты одинаково, плюс красивый, одинокий культиватор Формирования Ядра, образовали боевое построение, которое было слишком мощным, привлекая внимание многих людей на протяжении всего путешествия. Они не могли летать в городе, поэтому Ло Цзяньцин и другие спустились с летающего магического инструмента и вошли в город Итянь.

Они как раз собирались войти в город, когда Ло Цзяньцин увидел четырех младших братьев и сестер Фонда Ци, а также других двенадцать новых учеников.

Четверо учеников один за другим приветствовали Ло Цзяньцина, когда увидели его, крича:

— Великий старший брат.

Двенадцать вновь прибывших тоже немедленно отдали честь.

— Великий старший брат.

Ло Цзяньцин слабо кивнул, окинув их мягким взглядом. Когда он увидел Ли Сючэня, то никак не отреагировал, а только спокойно перевел взгляд. Затем он повел толпу к крепости города Итянь и забрал людей, которых подготовила секта Итянь.

Сегодня они остановились отдохнуть в самой большой таверне города. Мужчина, высокий и сильный, как лошадь, увидел Ло Цзяньцина, и в его глазах промелькнуло удивление. Затем он сложил ладони рупором и сказал:

— Товарищ даос, я Лю Дун, старейшина секты Итянь. Что касается вопроса о Скрытом Царстве, моя секта уже назначила людей для расследования. Сегодня мы пригласим всех желающих пока отдохнуть в этом гостевом доме. Завтра утром я поведу всех ко входу в Скрытое Царство ,- он сделал паузу и спросил - Как зовут этого товарища даоса?

Для других выражение лица Ло Цзяньцина было спокойным, когда он нейтрально произнес:

— Ло Цзяньцин.

Мужчина был поражен, его глаза расширились. Через некоторое время он опустил голову и сказал:

— Товарищ даос Ло.

После того, как четыре ученика Фонда Ци сделали надлежащие приготовления для всех двадцати четырех новичков, старейшина Лю неторопливо ушел. Прежде чем уйти, он несколько раз спокойно смерил Ло Цзяньцина сложным и нечитаемым взглядом.

Ло Цзяньцин не обращает внимания на подобные мелочи, но он знал, о чем думает этот старейшина.

Слава о семерых детях Тайхуа уже давно распространилась по всему Китаю. В “В поисках бессмертия”, когда старейшина Лю услышал, что лидером была младшая сестра, последняя из семи детей Тайхуа, у него была такая же реакция. В конце концов, для такой маленькой секты, как секта Итянь, сильнейшие прошли лишь позднюю стадию Формирования Ядра. Даже старейшина Лю в то время находился только на поздней стадии Основания Ци.

На горе Тайхуа можно было стать старейшиной, только достигнув поздней стадии Формирования Ядра, а также установив большие заслуги. Все обычные старейшины были выше стадии Зарождения Души. Среди семи вершин сэр Сюань Линцзы с пика Юйсяо был единственным культиватором на Земле, который достиг Духовного Очищения. Что касается остальных шести вершин, то Повелитель пятой Вершины находился на стадии Махаяны, и только Ю Цинцзы находился на стадии Прохождения Бедствия.

Гора Тайхуа находилась в самом сердце Китая. Пик Юйсяо был настолько высок, что врезался в небо, и говорили, что он возвышался над всеми живыми существами. Среди миллионов и миллионов мест, которые охватывала гора Тайхуа, все школы там получили защиту от этой горы. Их единственная просьба состояла в том, что, когда они найдут какие-либо остатки Скрытого Царства, они должны сообщить об этом горе Тайхуа, чтобы они могли исследовать их.

Казалось, что эти остатки, обнаруженные Зарождающимся культиватором Душ секты Итянь, были лишь одними из других.

И все же гора Тайхуа все еще смотрела сверху вниз на остатки, найденные Зарождающимся культиватором Душ. Но, к счастью, это был первый раз, когда новички пришли на практику за десять лет, поэтому лидер секты позволил новым ученикам приходить сюда учиться.

Это, казалось, было очень похоже на “уплату дани”, что было хорошо для этих маленьких сект. Как они сказали, хранение нефритового кольца превращается в преступление, и поскольку их сил было недостаточно, чтобы защитить свое сокровище, они могли полагаться только на защиту горы Тайхуа, что пошло им на пользу.

В ту ночь, после того, как Ло Цзяньцин закончил медитировать в совершенствовании, к нему пришел ученик Фонда Ци.

Ученик был с пика Хао Мин, и можно также сказать, что он был доверенным последователем Се Цзычжуо. Войдя в комнату Ло Цзяньцина, он сразу же тактично сказал:

— Старший брат, мой старший брат Се велел мне передать вам, что ему не нравится то, что вам тоже не нравится. Так что на данный момент то, что вам не нравится, было обработано должным образом  ,- казав это, он усмехнулся.

Ло Цзяньцин поднял бровь.

— Как он справился с этим?

Ученик огляделся по сторонам. Ло Цзяньцин хладнокровно взмахнул рукой, устанавливая зачарованную границу, отрезая их от всех, кто мог бы наблюдать.

Ученик объяснил:

— Нам, пику Хао Мин, не нравится этот Ли Сючэнь. Вы знаете, что до следующего общекомандного соревнования осталось меньше года, и в прошлый раз пик Хао Мин занял предпоследнее место. Мы лишь немного опередили пик Цин Фэн, и они посвятили себя усовершенствованию лекарственных таблеток. Все на нашем пике очень целеустремленны, и мы хотим усердно работать и карабкаться вверх. Кто бы мог подумать, что появился какой-то удачливый ублюдок без конституции, и более того, он новичок, который думает, что он лучше всех остальных.

С конкуренцией пришла мотивация, и рейтинг на общесектантском конкурсе был справедливым. Ученик продолжил:

— Кроме того, что странно, так это то, что после того, как Ли Сючэнь пришел на пик Хао Мин, он не совершенствовался должным образом и просто сдался. И он также практически каждый день бегал на заднюю часть горы. Каждый новый ученик уже достиг Основания Ци, в то время как он просто тратит время впустую.

Услышав это, Ло Цзяньцин, наконец, нахмурил брови.

— Сегодня я увидел, что он уже находится на втором этапе создания Ци.

Ученик немедленно кивнул.

— Вот именно! Это очень странно. Очевидно, он никогда не совершенствовался, но полмесяца назад он внезапно вошел в Основание Ци, и через семь дней он вступил во вторую фазу! Даже старшему брату Се это показалось очень странным. Он ему не нравится, и он послал нескольких учеников, чтобы спровоцировать его, даже отобрав у него еду, но в любом случае он был очень зол и противостоял нам, а также ...

В этот момент ученик остановился. После долгих раздумий он наконец сказал:

— Точно! Ли Сючэнь сказал: “Тридцать лет река течет на восток, тридцать лет река течет на запад, не обманывай бедного молодого человека”. Он говорил, стоя на вершине скалы и глядя на нас всех, высоких и могучих. Затем он сказал, что в конце концов оставит нас позади и превратит в свою ступеньку. Поэтому старший брат Се не стал с ним разговаривать и планировал, что несколько новых учеников избьют его.

Ло Цзяньцин: ……

Ученик заговорил с восхищенным выражением лица:

— Старший брат Се действительно заслуживает быть нашим старшим братом. Он произнес только одну фразу и лишил Ли Сючэня дара речи. Он сказал: “Лао-цзы находится на стадии Формирования Ядра, вы находитесь на стадии Основания Ци. Мы, пик Хао Мин, сильны, как короли. Ты веришь, что Лао-цзы может раздавить тебя одним пальцем?

Ло Цзяньцин наконец фыркнул.

— Пффф.

Ученик все еще продолжал рассказывать о неудачных стычках Ли Сючэня с невезением на пике Хао Мин. Через час он, наконец, покинул комнату Ло Цзяньцина. Прежде чем уйти, ученик с удивлением посмотрел на отметину от меча на лбу Ло Цзяньцина и не смог удержаться от вопроса:

— Старший брат Ло, я не знал, что вы...

Ло Цзяньцин почувствовал взгляд ученика и открыл дверь движением рукава, равнодушно сказав:

— Это просто кое-что. Тебе не нужно беспокоиться об этом.

Было очевидно, что Ло Цзяньцин хотел проводить его, поэтому ученик не осмелился спрашивать дальше. Он сложил ладони рупором в знак приветствия и немедленно ушел.

После того, как в комнате остался только один человек, Ло Цзяньцин поднял руку в воздух, чтобы нарисовать водяное зеркало, мирно глядя на свое отражение.

Если бы кто-то практиковал непревзойденный метод культивирования пика Юйсяо, Истинный Рекорд Девятилепесткового Лотоса, а затем практиковал меч, на лбу образовался бы след меча. Этот знак от меча имел форму девятилепесткового лотоса. С самого начала стадии основания Ци раскрывался первый лепесток рисунка, затем второй лепесток при формировании сердцевины… на стадии Очищения Духа всего раскрывается восемь лепестков, и, наконец, когда кто-то улетает на небеса и становится бессмертным, он достигает девятого лепестка, становясь девятилепестковым лотосом. С этого момента они могли скакать галопом по всему миру, как неудержимые.

У Ло Цзяньцина в настоящее время была двухлепестковая зеленая метка меча на лбу, в то время как у золотой метки меча Сюань Линцзы уже было восемь лепестков.

Мысль Сюань Линцзы вошла в поток сознания Ло Цзяньцина и приняла форму этой красной печати. Ло Цзяньцин поспешил в город Итянь, внимательно изучая красную печать всю дорогу, но, в конце концов, ее не удалось скрыть, не говоря уже о том, чтобы снять.

Этот человек был культиватором Стадии Очищения Духа. Несмотря на то, что он сам был очень одаренным, он все еще не прошел процесс формирования Ядра.

Оба были разделены пятью великими границами. Даже если это была всего лишь мысль, он не мог устоять перед другим человеком.

Целую вечность глядя на красную печать в зеркале воды, Ло Цзяньцин медленно сдержал свои зрачки и рассеял зеркало воды движением рукава. Он медленно повернулся, чтобы помедитировать, следуя тому, что сказал этот человек, и сосредоточиться на совершенствовании.

На второй день он наблюдал за окружавшими его учениками Фонда Ци, затем наблюдал за двадцатью четырьмя новыми учениками. После этого он удовлетворенно кивнул и активировал летающий магический инструмент, позволив всем сесть, и вместе направился к останкам.

На этот раз не старейшина Фонда Лю Дун указал путь Ло Цзяньцину, а старый специалист по формированию Ядра на ранней стадии. Он сложил ладони рупором в знак приветствия и сказал:

— Секта Итянь не знала, что гора Тайхуа неожиданно назначила товарища даоса Ло лидером на этот раз. Вчера действительно не было проявлено никакого уважения. Это третий старейшина секты Итянь, Цао Хайнин. На этот раз пришел специалист, чтобы направлять наших собратьев-даосов. Я надеюсь, что товарищ даос Ло найдет в себе силы простить нас, пожалуйста, не сердитесь.

В “Поисках бессмертия” не упоминалась секта Итянь, заменившая проводника, но Ло Цзяньцин не возражал. После того, как он перекинулся парой фраз со старейшиной Цао, он вернулся в свою комнату и открыл границу заклинания, продолжая медитировать в совершенствовании.

Шестой младший брат послал этот летающий магический инструмент Ло Цзяньцину несколько лет назад. Его внешний вид был кораблем-сокровищницей, и всего в нем была восемьдесят одна комната. Это было в два раза медленнее, чем культиватор для формирования сердцевины, но это было очень удобно и вполне подходило для транспортировки этих маленьких редисок.

Когда они подошли к останкам, Ло Цзяньцин убрал магический инструмент и направился вместе с другими учениками.

Естественно, у культиваторов были необычайно сильные ноги, но остатки находились глубоко в горах Итянь. Они шли целый день, но от остатков не было видно и следа. Старейшина Цао, обеспокоенный тем, что Ло Цзяньцин неправильно поймет, немедленно сложил руки рупором и сказал:

— Товарищ даос Ло, эти останки находятся в глубине гор Итянь, и они полностью скрыты от глаз. Мы должны проехать еще один день, прежде чем прибудем.

Ло Цзяньцин кивнул в знак согласия. Учитывая, насколько сильны его ноги и ноги старейшины Цао, было естественно, что они скоро прибудут. Но эти маленькие редиски были совсем другими. Среди них лучший из них был не чем иным, как Четвертой Фазой Конденсации Ци, и дюжина или около того из них были просто новыми культиваторами, которые только что достигли Первой фазы Конденсации Ци. Они хорошо справлялись до сих пор и были нетребовательны.

Ночью группа сидела на циновке на лугу в горном лесу. Все разделились у двух костров, в то время как у Ло Цзяньцина был свой собственный.

Несмотря на то, что Цао Хайнин и Ло Цзяньцин оба были культиваторами Формирования Ядра, он знал, что в Фонде Ци первый из семи детей Тайхуа однажды убил демонического культиватора, который находился на ранней стадии Формирования Ядра. Он был настолько силен, что мог сравниться с ним по силе.

Старейшина Цао отстраненно посмотрел на Ло Цзяньцина и печально вздохнул.

— Товарищ даос Ло действительно трудолюбив и совершенствуется на протяжении всего путешествия.

Ученик Фонда Ци рассмеялся.

— Старейшина Цао, ты действительно не понимаешь этого. Наш великий старший брат - знаменитый безумец с горы Тайхуа. В те годы старший брат был всего лишь младенцем, когда воинственный дядя Сюань Линцзы привел его на гору Тайхуа. В то время второй старший брат давным-давно достиг Основания Ци, и он был старше великого старшего брата на год! Но сейчас? Великий старший брат уже достиг средней стадии Формирования Ядра, а второй старший брат не достиг ничего более высокого, чем ранняя стадия формирования Ядра.

Старейшина Цао в ужасе воскликнул:

— Неужели товарищ даос Ло действительно так дерзок?

Другой ученик Фонда Ци объяснил:

— На самом деле, следует сказать, что воинственный дядя Сюань Линцзы был чрезвычайно суров к великому старшему брату. Очевидно, в те дни великий старший брат мог побить рекорд Фонда Ци боевого дяди Сюань Линцзы, но боевой дядя Сюань Линцзы сказал, что фонд великого старшего брата недостаточно стабилен, и упрямо заставил великого старшего брата отправиться в горы Ван Шоу, чтобы убивать демонических зверей в течение трех лет. После этого он позволил ему пройти Основание Ци ,- он сделал паузу, чтобы вздохнуть - Великому старшему брату в то время было всего около десяти лет ...

Глаза старейшины Цао расширились от страха.

— Сэр Сюань Линцзы действительно… по-настоящему энергичный!

Все громко рассмеялись.

Подобные сплетни, даже если кто-то достигнет Формирования Ядра, неизбежно приведут к разврату. Очень скоро ученики фонда "хитрые лисы Ци" начали рассказывать историю о некоторых сексуальных скандалах на горе Тайхуа. За исключением старейшины Цао, остальные новые ученики Сгущения Ци с любопытством прислушались.

В кромешной тьме ночи никто не видел, как Ли Сючэнь украдкой встал и подошел к костру неподалеку.

Ло Цзяньцин установил для себя зачарованную границу, чтобы культиваторы ниже Уровня Ядра не могли приблизиться к нему. Однако он не установил зачарованную границу, которая была бы звуконепроницаемой. Ли Сючэнь окинул Ло Цзяньцина странным взглядом с головы до ног и, наконец, прошептал:

— Телевизор?

Ло Цзяньцин все еще сидел с закрытыми глазами, занимаясь самосовершенствованием.

Ли Сючэнь снова сказал:

— Компьютеры? Контра? Интернет?

Выражение лица Ло Цзяньцина было невозмутимым. Его сияющее лицо контрастировало с пламенем, делая его еще более потрясающе красивым.

Ли Сючэнь продолжал беспрестанно спрашивать:

— Братья, Олимпийские игры 2008 года? Корейские группы? Четыре небесных короля Гонконга?

Ли Сючэнь говорил уже целых три минуты, но Ло Цзяньцин ни разу не поднял глаз. Как раз в тот момент, когда он собирался сказать что-то еще, он увидел, как Ло Цзяньцин внезапно открыл глаза и устремил на него свой ледяной взгляд. Все тело Ли Сючэня затряслось. Когда он уже был готов открыть рот, Ло Цзяньцин взмахнул своим широким рукавом. Ли Сючэнь взвыл, когда его отшвырнуло на целых десять метров. Он врезался в большое дерево, издав громкий чудовищный звук.

Все, кто были поблизости и сплетничали: ……

Ло Цзяньцин встал, стряхнул пыль со своего тела и сказал с холодным выражением лица:

— Заткнись. Возвращайся на свое место.

Ли Сючэнь стиснул зубы и встал. Когда он вернулся на свое место, Ло Цзяньцин некоторое время назад снова сел, продолжая медитировать.

В это время Ли Сючэнь страдал, глядя на Ло Цзяньцина глазами, полными угрозы и гнева. Он тихо пробормотал:

— Тридцать лет река течет на восток, тридцать лет река течет на запад. Прямо сейчас ты можешь быть доволен собой, но подожди, пока... ах!

Другие ученики выглядели потрясенными, когда увидели, как Ли Сючэнь упал на три или четыре метра вниз, а затем врезался в другое дерево возрастом в несколько сотен лет. По какой-то необъяснимой причине на его лице был еще один отпечаток ботинка. Кровь медленно текла из его ноздрей. На этот раз он был полностью нокаутирован.

Все не понимали, что произошло, кроме старейшины Цао на ранней стадии Формирования Ядра, который дрожащей рукой вытер пот. Втайне он подумал:

“Это… эта сила поистине поразительна. Ло Цзяньцин быстр, как молния, и я даже не видел, как он ударил его ногой. И он даже вернулся к медитации”.

Воистину, никто меня не обманывает. Это первый из семи детей Тайхуа! Он действительно был достоин звания Первого из Семи Детей Тайхуа!

Через день все, наконец, приблизились к тому месту, где должны были находиться остатки. Ли Сючэнь чувствовал себя недовольным, когда следовал за всеми остальными, отпечаток ботинка все еще был на его лице. Как бы он ее ни стирал, она не снималась, так что он мог ходить только с опущенной головой и отпечатком ботинка на лице.

Вскоре после этого они увидели культиватор Формирования ядра средней стадии, идущий к ним в воздухе. Сначала он кивнул старейшине Цао и обменялся взглядами. Затем он повернул голову, чтобы встретиться лицом к лицу с грациозным и знаменитым земледельцем в зеленой одежде в толпе, сложив руки рупором в приветствии.

— Товарищ даос Ло, я, второй старейшина секты Итянь пика Чжао Юй, который ведет тридцать учеников Конденсации Ци и двенадцать учеников Основания Ци, с нетерпением ждал этого в течение долгого времени.

Глава 8 - На какой лодке пересечь могучую реку?

Второй старейшина секты Итянь сказал, что он привел тридцать учеников Сгущения Ци и двенадцать учеников Основания Ци. Оказалось, что у них было намного больше людей, чем у горы Тайхуа, но на самом деле, если бы они были сопоставлены друг с другом, двенадцать учеников Фонда Ци не могли бы сравниться с четырьмя учениками Фонда Ци горы Тайхуа.

Из четырех учеников Фонда Ци Тайхуа самый старший занимался самосовершенствованием не более пятидесяти лет, а самому младшему еще не исполнилось и тридцати. А в секте Итянь самому молодому ученику Фонда Ци было уже шестьдесят лет, и, кроме того, многие ученики полагались на прием лекарственных таблеток, чтобы пробиться в Фонд Ци, так как их фонд был очень слаб.

С одной стороны, в секте Итянь было двенадцать человек, которые достигли Основания Ци. Только один находился на средней стадии, в то время как все остальные были на ранней стадии.

А с другой стороны, на горе Тайхуа был только один, кто был на ранней стадии Основания Ци, и один, кто был на средней стадии Основания Ци. Кроме этих двоих, все остальные находились на поздней стадии становления Ци.

Эти обычные секты не осмеливались пытаться разобраться во внутренних делах великих сект, и именно поэтому вчера, после того, как старейшина Лю услышал, что лидером, на удивление, был Ло Цзяньцин, он поспешил доложить об этом своей секте. Наконец, секта И Тянь поручила Основателю Ранней стадии Формирования Цао Хайнину лично приветствовать Ло Цзяньцина.

Поскольку две группы собрались, первым делом нужно было объединиться в одну группу и подготовиться к входу в остатки.

Когда ученики секты И Тянь увидели идущего Ло Цзяньцина, они невольно расширили глаза. Все до единой внимательно смотрели на него, взгляды многих девушек притягивались к Ло Цзяньцину, как магниты. На зеленых холмах и под ярким солнцем великий старший брат выглядел благородно в своей голубой одежде, знак от меча на его лбу украшала крошечная алая родинка. Действительно, он выглядел ярким и элегантным, с божественной осанкой и мудрыми чертами лица.

— Этот человек, должно быть, старший брат горы Тайхуа, верно? Конечно, он старший брат Фонда Ци!

— Я уверен, что он находится на поздней стадии Основания Ци, в конце концов, он с горы Тайхуа.

— Верно, он, должно быть, находится на поздней стадии Становления Ци! Так потрясающе.

Хотя они говорили в основном голосовыми сообщениями, и все остальные, включая Ло Цзяньцина, вообще не могли их слышать, наблюдение за тем, как эти молодые девушки пялятся и указывают на своего старшего брата, заставило всех учеников Фонда Ци понимающе улыбнуться, все хихикали в знак солидарности.

После того, как обе группы были готовы, все вошли под руководством старейшины секты И Тянь Чжао.

Бесконечные горные цепи извивались, как потоки, сливающиеся в океан, и, наконец, заканчивались высокой и прямой вершиной. Они резко остановились, и Ло Цзяньцин активировал летающий магический инструмент и повел учеников в чистое небо. Все собрались на палубе и посмотрели вниз на костлявую громаду гор.

На корабле с сокровищами старейшина секты И Тянь Чжао внезапно взмыл в воздух, доставая гладкую и круглую жемчужину из белого нефрита.

Увидев это, ученики горы Тайхуа несколько раз с любопытством посмотрели на нее. Только Ло Цзяньцин один раз окинул его внимательным взглядом, а затем отвел взгляд в сторону.

Старейшина Чжао подбросил белую жемчужину в воздух, его пальцы двигались поочередно, образуя голограмму. Белая жемчужина испускала ослепительный свет, ее лучи проникали сквозь облака, когда она устремлялась прямо к вершине пика. В мгновение ока раздался грохот, и перед глазами у всех внезапно возник экран белого света.

Старейшина Чжао сложил ладони рупором и сказал:

— Товарищ даос Ло, впереди мы найдем остатки, которые нашел Истинный Владыка Зарождающейся Души. Этот по-прежнему будет направлять всех на этом этапе. Позвольте нам удалиться!

Ло Цзяньцин кивнул.

— Позвольте нам удалиться!

Очень скоро летающий корабль с сокровищами прошел внутри лучей света. Все вдруг почувствовали, что мир колеблется. Ло Цзяньцин положил корабль с сокровищами обратно в свое кольцо для хранения и поднял голову, чтобы посмотреть на это причудливое место.

Черные железные ворота простирались на тридцать три чжана в высоту, возвышаясь над всеми и излучая тяжелую гнетущую ауру. Хотя это были ворота, у этих ворот вообще не было дверей, только широко открытые, чтобы впускать людей. Все стояли перед воротами, крошечные, как капля в океане.

Внезапно увидев такие ворота, ученики не смогли удержаться и в недоумении огляделись вокруг.

Старейшина Чжао сказал вслух:

— Самое искусное формирование Истинного лорда Бэйдоу - это Формирование Большой Медведицы. Эти ворота являются первым горным перевалом остатков, известным как Яогуан (1). Сбоку от ворот есть много маленьких символов, которые подробно описывают требования для входа в ворота. Те, кто входит во врата, не должны быть старше 100 лет, а уровень совершенствования должен быть Нарождающейся Душой или ниже. Секта И Тянь однажды отправила культиваторов, которые не соответствовали условиям, и все они были выбиты за ворота с критическими травмами.

(1) Истинный Владыка Бэйдоу (文斗真君): Также имя божества в даосизме. Возник из древнего китайского поклонения созвездию Большой Медведицы (Бэйдоу).

Яогуан (摇文): Звезда в созвездии Большой Медведицы, а именно Эта Большая Медведица/Алкаид.

Его голос упал. Ло Цзяньцин равнодушно кивнул, затем повернул голову, чтобы посмотреть на нового ученика горы Тайхуа.

Этот ученик был ребенком из аристократической семьи, занявшим первое место на всесоюзных экзаменах. Он тактично кивнул и сделал шаг в ворота. Беспрепятственно пройдя, он быстро вошел, затем обернулся и сказал:

— Великий старший брат, все в порядке.

Слова “великий старший брат” только что прозвучали, когда ученики города И Тянь молча стояли на месте, как будто в них ударила молния.

— Отлично… великий старший брат? Великий старший брат горы Тайхуа?!

Все с недоверием посмотрели на переднюю часть толпы. Спокойный и сдержанный молодой человек Ло Цзяньцин, казалось, не замечал их и поручал каждому из учеников горы Тайхуа войти в ворота. Когда остался только один человек, он сказал:

— После тебя, старейшина Чжао.

Чжао Юй изначально чувствовал себя совершенно смущенным. Это были остатки, которые обнаружила их секта И Тянь, но они должны были позволить ученикам горы Тайхуа войти первыми. Когда Ло Цзяньцин остался на месте, не проявив инициативы войти, старейшина Чжао с благодарностью посмотрел на него и сложил ладони в знак приветствия, а затем позволил своим ученикам войти.

Когда вошел последний ученик секты И Тянь, единственными людьми, оставшимися за воротами, были Ло Цзяньцин и старейшины секты И Тянь.

Ло Цзяньцин холодно взглянул на старейшин секты И Тянь. Затем он встал на цыпочки, его силуэт превратился в зеленый свет, и быстро вошел в ворота.

Отныне дела внутри ворот не имели никакого отношения к людям снаружи, и руководство Секты И Тянь на данный момент больше не требовалось.

Войдя в останки Истинного Лорда Бэйдоу, старейший из учеников Фонда Ци секты И Тянь робко подошел, чтобы обсудить все с Ло Цзяньцином. Ло Цзяньцин мягко сказал:

— Тогда иди с учениками горы Тайхуа. Нет необходимости беспокоиться.

Человек тут же испустил вздох облегчения.

За черными железными воротами была тихая и черная, как смоль, тропа. Ученики горы Тайхуа достали из своих рукавов лунный камень, который излучал слабый и тусклый свет. Хотя он был не таким ярким, как солнечный свет, этого было достаточно.

Все шли так в течение часа. Тропа становилась шире, и чем дальше они шли, тем отчетливее слышались звуки падающей воды. Когда они только дошли до конца, даже Ло Цзяньцин не мог не выглядеть удивленным.

— Какая большая река!

— Огромная река! Это не просто большая река, это огромная река!

Мутная речная вода поднималась откуда-то издалека, разбиваясь о горные стены с силой и величием. Вода была темно-желтой, но ее волны были очень сильными. Поскольку зрение Ло Цзяньцина было недостаточно хорошим, чтобы разглядеть, как далеко распространилась речная вода, он мог видеть только то, что вода не просто остановилась на отметке сто ли (2)!

(2) Ли: 500 метров

Он был длиной в сто ли и уже занимал небольшое пространство!

Открытое пространство определенно было чем-то, что было создано с помощью мощной способности культиватора стадии Слияния тел. Очевидно, это не было делом рук истинного лорда Бейдо. Он наверняка получил какое-то сокровище, только тогда он мог создать для себя такие неестественные Зарождающиеся остатки уровня Души!

Ло Цзяньцин взглянул на него и вскоре увидел зеленую каменную табличку, стоящую прямо посреди речной воды.

Каменная табличка находилась по меньшей мере в ли от берега. Только Фонд Ци и выше смогли прочитать слова на нем.

Один ученик горы Тайхуа прочитал вслух:

— Такие обширные и могучие воды, откуда должен быть сосуд?

Ученик Конденсации Ци немедленно закричал:

— Здесь лодка! Здесь так много лодок!

Ученик Основания Ци продолжал читать:

— Седьмой уровень может нести один, через один ли; шестой уровень может нести два, через два ли; пятый уровень может нести четыре, через четыре ли; четвертый уровень может нести восемь, через восемь ли; третий уровень может нести шестнадцать, через шестнадцать ли; второй уровень может нести тридцать два, через тридцать два ли; первый уровень может нести шестьдесят четыре, через шестьдесят четыре ли. Небесный высший уровень может нести 128, через 128 ли!

Его голос упал. Из учеников, которые все хранили полное молчание, только Ло Цзяньцин нахмурил брови, в то время как Ли Сючэнь вульгарно рассмеялся.

Слова на каменной табличке были слишком простыми. Все культиваторы были разделены на девять типов телосложения. Во-первых, люди, у которых не было конституции, такие как Ли Сючэнь; во-вторых, люди, у которых была конституция более низкого уровня, от четвертого до седьмого уровня; второй и третий уровни, которые были среднего уровня; и, наконец, выдающаяся конституция первого уровня. Из бесчисленного множества людей ни у одного не было телосложения высшего уровня!

Трудно было найти конституцию высшего уровня. Это уже бросило вызов естественному порядку вещей.

Среди миллионов и миллионов людей только один был пригоден для самосовершенствования. И среди бесчисленных культиваторов только один мог иметь телосложение высшего уровня.

На горе Тайхуа было только двое, у кого было телосложение высшего уровня. Одним из них был сэр Сюань Линцзы, а другим - Ло Цзяньцин.

Ли Сючэнь, испачканный грязным черным отпечатком ботинка, с глазами, излучающими яркое сияние, посмотрел на великого старшего брата в зеленом, который стоял на берегу реки.

Хотя у Ли Сючэня не было никаких доказательств, он все еще верил, что он и Ло Цзяньцин оба переселились. В противном случае, согласно оригинальной работе, в этот момент всем было бы невозможно пересечь реку. Что должно было произойти, так это то, что младшая сестра — а также его первый член гарема — понесет в общей сложности шестьдесят четыре человека, а затем пусть два ученика конституции первого уровня несут пять учеников. Все усердно работали, использовали множество магических инструментов и, наконец, с большим трудом переправились через реку.

Но прямо сейчас все было по-другому.

У младшей младшей сестры Му Тяньсинь было телосложение первого уровня. Хотя конституция первого уровня была лучшей из лучших, она не была высшего уровня.

Но конституция Ло Цзяньцина была такой!

Это сделало первый горный перевал слишком легким для преодоления. Пусть Ло Цзяньцин возглавит лодку и заберет всех. Это было проще простого.

Думая об этом, наблюдая за колебаниями и беспокойством учеников секты И Тянь, Ли Сючэнь усмехнулся и сказал:

— Не волнуйтесь. Все знают, что великий старший брат нашей горы Тайхуа обладает телосложением высшего уровня. Он может нести семьдесят человек и больше!

Голос Ли Сючэня напрямую прошел через уши каждого отдельного человека. Секта И Тянь выглядела ошарашенной. Ученики горы Тайхуа как-то странно уставились на него.

Некоторые из учеников секты И Тянь все еще точно не знали, что это был за отпечаток ботинка на его лице, но, услышав его слова, многие ученики не могли удержаться от опасливого шепота:

— Мы не знали, что у великого старшего брата горы Тайхуа телосложение высшего уровня, но зачем ему все равно неси нас...

— Вот именно, у него нет телосложения высшего уровня, так почему же он так гордится собой?

— Какое телосложение у этого ученика горы Тайхуа, может быть, первого уровня?

Эти люди говорили очень тихо, и поскольку Ли Сючэнь был не чем иным, как Второй Фазой Конденсации Ци, он вообще не мог их слышать. Однако ученики Четвертой фазы Сгущения Ци горы Тайхуа слушали их разговор, опустив головы от негодования, в то время как у четырех учеников Основания Ци были плотно сжаты губы. Один из учеников пика Хао Мин ударил Ли Сючэня по затылку, заставив его споткнуться и чуть не упасть на землю.

— Давай, говори! Ты хоть понимаешь, что ты только что сделал? Ты знаешь? Ты заставил наш пик Хао Мин полностью потерять лицо!

Ли Сючэнь прикрыл голову, с гневом глядя на старшего брата пика Хао Мина. Он вообще не понимал, что сказал не так.

Поскольку кто-то уже указал на ситуацию, естественно, Ло Цзяньцин ничего не мог скрыть. Он махнул рукой, чтобы вызвать самую большую лодку, и нейтрально сказал:

— Все садитесь в лодку. Длина этой реки составляет более 100 ли. Я не знаю, куда это приведет всех, но давайте пройдем это шаг за шагом.

Все ученики секты И Тянь с благодарностью посмотрели на Ло Цзяньцина.

После того, как все сели в лодку, Ли Сючэнь сел на нее с лицом, полным ненависти. Он только что ступил на палубу, когда Ло Цзяньцин спокойно заявил:

— Вы, девятнадцать младших братьев, заткните этому человеку рот за меня.

Девятнадцать младших братьев пика Хао Мин радостно сложили ладони рупором.

— Да! Великий старший брат!

Ли Сючэнь в шоке расширил глаза. Он еще не понял, что произошло, когда его рот был забит куском мешковины. Было неизвестно, откуда взялась эта мешковина, и она даже немного воняла. Ли Сючэнь уже собирался поднять руку, чтобы снять мешковину, но Ло Цзяньцин взглянул на него сверху вниз. Когда Ли Сючэнь снова захотел поднять руку, все его тело застыло, как у трупа, не в силах сдвинуться ни на дюйм.

— Уууу… ву!

Ло Цзяньцин обернулся.

— Небольшое внутреннее дело в нашей секте было улажено. Я позволю тебе посмеяться.

Ученики секты И Тянь поспешно покачали головами, делая вид, что не видят Ли Сючэня.

— Неважно, неважно. Вперед, товарищ даос Ло!

Хотя они были очень благодарны за то, что Ли Сючэнь открыл рот, чтобы позволить им сесть в лодку, если бы они были учениками горы Тайхуа, они определенно были бы в такой ярости, что умерли бы.

После того, как все сели в лодку, Ло Цзяньцин подошел к носу корабля и посмотрел на огромный драгоценный камень. Он прищурил глаза и положил руку на крышку, передавая через нее свою духовную энергию. В одно мгновение внезапно появился яркий свет, и корабль немедленно остановился. Через мгновение большой корабль громко заурчал и, преодолев ветер, помчался вперед с неудержимой и амбициозной скоростью!

В течение всех 128 ли Ло Цзяньцин сохранял спокойное выражение лица, даже не морщил брови.

После того, как они достигли берега, Ло Цзяньцин был первым, кто сошел с лодки. Пальцы его ног легко касались земли, его зеленая мантия описывала в воздухе красивую дугу. Не упоминайте учеников горы Тайхуа; даже ученики секты И Тянь чувствовали, как восхищение расцветает в их сердцах, глаза полны благоговения.

После того, как все прошли несколько сотен ли, кто-то вдруг вспомнил:

— Э? только что тот ученик горы Тайхуа выглядел так, словно не мог пошевелиться, и он не пошел с нами!

Губы Ло Цзяньцина слегка приподнялись, когда он тихо сказал:

— Я забыл.

Все:…

Ты правда это сделал?!

Ло Цзяньцин взмахнул рукавом, и струящийся поток света полетел к берегу реки. Через несколько минут все увидели, что отпечаток ботинка, испачканный Ли Сючэнь, с несчастным видом догнал их. Он стоял в самом конце процессии, даже не подняв головы и не сказав ни единого слова, как будто действительно учился на своих ошибках.

Ло Цзяньцин только взглянул на него один раз, затем вернул свой взгляд и продолжил вести всех вперед.

Ли Сючэнь ничего не ответил. Неужели он все-таки действительно ничего не понял?

Когда лодка остановилась, Ло Цзяньцин сошел первым, что совершенно не соответствовало его натуре. Это все из-за того момента, когда маленькая лодка остановилась. Внезапно пролетел нефритово-белый луч света, и вышел Ло Цзяньцин, а затем забрал приз в виде горного перевала для себя.

Этот приз был сокровищем даже для Ло Цзяньцина.

Это был жетон из белого нефрита. В “Поисках бессмертия” после того, как младшая сестра получила жетон из белого нефрита и раздавила его, она могла переместиться на расстояние в шестьдесят четыре ли. Это был магический инструмент, используемый для побега. И теперь, когда у Ло Цзяньцина был жетон из белого нефрита, он мог переместить 128 ли в мгновение ока!

В своей прошлой жизни Ли Сючэнь получил белый нефритовый жетон первого уровня в самом конце, хотя сам он его не получил. Маленькая младшая сестра не получила ничего полезного в остатках, поэтому она отдала все, что получила, Ли Сючэню, надеясь, что этого будет достаточно, чтобы он сдержал свое обещание. О том, что произошло в ту ночь, не следует упоминать.

Но теперь… Глаза Ло Цзяньцина изогнулись в слабой улыбке, и он продолжил идти вперед.

Теперь Ли Сючэнь пожалел, что не получил его!

Глава 9 - Если не использовать чудесный предмет, он будет просто украшением!

Масштаб этих Зарождающихся остатков Души полностью противоречил ожиданиям Ло Цзяньцина.

В “Поисках бессмертия” было написано, что остатки Истинного Лорда Бэйдоу были созданы с помощью Формирования Большой Медведицы. Вход в первый горный перевал назывался Звезда Яогуан, а большая река, через которую все только что прошли, называлась Звезда Кайян. Ниже должна быть третья звезда Большой Медведицы, звезда Юхэн. Удивительно, но, пройдя меньше часа, они все еще не дошли до конца дороги.

Как единственный культиватор с золотой сердцевиной и лидер всей группы, Ло Цзяньцин шел впереди всех, как и полагалось по долгу службы.

Чем дальше они шли, тем холоднее становилось. К счастью, самым низким уровнем из всех присутствующих была Первая фаза Конденсации Ци, и они могли противостоять холоду, так что никто не слишком пострадал. И все же, когда они прошли всю тропу, все перед их глазами было огромным белым пространством. Бесчисленные ученики взволнованно вздыхали и восхищенно восклицали один за другим.

— Может ли это быть… третий проход?

Разделенный экраном белого света, мир льда и снега предстал перед глазами каждого. Яростно дул снег, рычали порывы ветра. Несмотря на то, что никто не ступал в него, каждый мог почувствовать пробирающий до костей холод, пробежавший от подошв ног до самого центра головы.

На этот раз каменная табличка была установлена прямо перед снежным полем.

— Огромный и бескрайний белый снег, неужели ему нет конца?

Девятнадцать младших братьев долго смотрели на него, пока не повернули головы, чтобы сказать Ло Цзяньцину:

— Старший брат, это, должно быть, третий проход Формирования Большой Медведицы, Юхэн.

Ло Цзяньцин слегка кивнул.

— У тебя хватит смелости войти?

Девятнадцать учеников громко рассмеялись и сделали шаг внутрь.

— Тогда, великий старший брат, мы постараемся найти путь для всех!

Их голоса только что стихли, когда силуэты девятнадцати младших братьев полностью исчезли в световом экране. Что всех поразило, так это то, что они полностью исчезли у всех на глазах! В бескрайнем снегу не было ни малейшего намека на силуэты девятнадцати младших братьев. Снежинки продолжали трепетать в воздухе, а яростные порывы ветра ревели так, словно проглатывали людей.

В толпе сразу же поднялся шум. Многие люди в страхе отступили назад, но Ло Цзяньцин повернул голову и сказал:

— Девятнадцать младших братьев уже вошли в другое пространство. С этого момента все будут разделены во время этой практики. Никто больше не может вам помочь. Если вы действительно не можете этого вынести, не забудьте немедленно повернуть назад. Не пытайтесь выпендриваться. Раздавите кусочки нефрита, которые вы получили в начале черных железных ворот, и вы сможете эвакуироваться из остатков, завершив это испытание.

Все одновременно сложили руки рупором в приветствии.

— Да, великий старший брат!

Ученики секты И Тянь тоже кивнули, как будто пытались развеять сомнения других людей. Ло Цзяньцин окинул всех безразличным взглядом, затем внезапно шагнул в экран света, исчезнув из этого пространства.

Когда Ло Цзяньцин открыл глаза, он уже прошел третий проход. Вокруг него больше никого не было, он не видел ничего, кроме бесконечного снега. Ло Цзяньцин думал поднять свою духовную энергию, но обнаружил, что его совершенствование было подавлено до стадии Основания Ци, поэтому он больше не был способен летать высоко в воздухе, как раньше.

После того, как он спокойно окинул быстрым взглядом свое окружение, Ло Цзяньцин прищурился.

— Первый проход ограничивает возраст и развитие, второй проход проверяет врожденные навыки, а третий проход подавляет развитие. Это проверка настойчивости?

Через мгновение Ло Цзяньцин двинулся вперед.

Этот снег не считался слишком глубоким, но снег доходил Ло Цзяньцину до лодыжек, когда он шел шаг за шагом. Если бы сюда пришел обычный человек, даже если бы он не замерз до смерти, он мог бы в конечном итоге страдать от снежной слепоты, глядя на такой белый снег так долго.

Ло Цзяньцин знал, что те ученики, которые последовали за ним, к настоящему времени подавили бы свое совершенствование, став действительно обычными людьми. Согласно этой книге, чем лучше телосложение ученика, тем тяжелее будет испытание. Например, аристократический ребенок, занявший первое место на всех экзаменах. Его совершенствование находилось на Четвертой стадии Сгущения Ци, но здесь он стал бы обычным человеком. Кроме того, у него было телосложение первого уровня. В книге он больше всего боролся за то, чтобы пересечь горный перевал.

Но теперь Ло Цзяньцин боялся, что титул “самого борющегося” достался ему.

Ло Цзяньцин поднял духовную энергию в своем теле, чтобы защитить свои артерии, в то время как остальная часть была помещена в нижнюю часть его ног, и он непрерывно ходил. Он не знал, как долго шел, но казалось, что прошло два часа, в то время как казалось, что прошел целый день. Его окружение никогда не менялось, заставляя его чувствовать, что он не добивается никакого прогресса. Но густо усеянные следы позади его тела говорили ему, что он шел очень долго.

Снежная буря стала еще более жестокой, порывы ветра захлестывали снежинки, словно ножом царапая щеки Ло Цзяньцина.

Ло Цзяньцин опустил взгляд на землю, как будто не замечал бешеной метели, все еще продолжая упорно идти. Счет, который он вел, достиг ста ли, и теперь он прошел еще тысячу ли.

Когда он достиг девяти тысяч ли, снег, наконец, достиг его живота. Ло Цзяньцин по-прежнему никак не реагировал, спокойно используя свою духовную энергию, чтобы рассеять снежинки. Его поведение, казалось, навлекло на себя гнев этого места, снежная буря хлынула вниз, как будто затопляя область, в которой находился Ло Цзяньцин.

Этот снег отличался от прежнего. Ло Цзяньцин снова использовал свою духовную энергию, чтобы оттолкнуть его.

Когда Ло Цзяньцин достиг целых десяти тысяч ли, снег уже затопил почти все его тело. Согласно текущему уровню развития Основы Ци Ло Цзяньцина, он уже мог сидеть на диете бигу (1) и не дышать в течение короткого периода времени. Однако он не позволил бы этому снегу похоронить себя!

(1) диета Бигу (辟榖): Даосская техника голодания, позволяющая избегать употребления зерна.

Как раз когда он прошел десять тысяч ли, он услышал протяжный вздох, доносящийся из его окружения.

— Небесный высший уровень, идущий вопреки естественному порядку. Здесь у вас есть конституция первого уровня, но даже с конституцией высшего уровня это только начало. В настоящее время вы все еще в состоянии повернуть голову.

Правая нога Ло Цзяньцина ступила на землю, и тяжелый снег вокруг его тела был сбит его мечом-светом. Он поднял голову, чтобы посмотреть на небо.

— Ради простых Зарождающихся остатков Души, что ты можешь со мной сделать?”

Когда он говорил, зеленый свет в середине его лба засиял, его зеленая метка меча, казалось, собиралась прорваться сквозь его разум. Горизонт ревел. Крошечная красная родинка была яркой, как огонь, и снежная буря на мгновение прекратилась.

Его голос только что упал, когда Ло Цзяньцин внезапно ускорил шаг, продолжая двигаться вперед.

Когда он прошел сто тысяч ли, Ло Цзяньцин не мог перестать задыхаться, и духовная энергия в его теле была готова иссякнуть. К счастью, после того, как он сделал последний шаг, заполненный снегом и льдом мир, казалось, превратился в мираж, полностью исчезнув. Казалось, это был знак того, что он прошел через горный перевал.

Внезапно его культивирование резко вернулось к средней стадии Формирования Ядра. Ло Цзяньцин поймал талисман, упавший с неба, и осмотрел награду, которую он получил на горном перевале. Отдохнув некоторое время для медитации, он перешел к четвертому проходу.

— Штормы, которые режут, как лезвия, еще не слишком поздно!

Как только он шагнул в четвертый проход, свирепый ветер громко завыл, как дикий зверь. У Ло Цзяньцина не было времени подготовиться, и он внезапно отступил назад. Этот путь через перевал был не слишком длинным, всего десять ли, так что он мог пройти через него. Однако в этот момент ветер, с которым столкнулся Ло Цзяньцин, был абсолютно жестоким. Каждая атака была с силой культиватора Формирования Ядра.

На этот раз Ло Цзяньцин снова не смог отнестись к этому легкомысленно. Он сразу же вытащил свой собственный защитный магический инструмент, а затем очень осторожно пошел вперед. Удивительно, но он не прошел и ли дальше, когда магический инструмент темного уровня громко взорвался. В глазах Ло Цзяньцина был страх. Он взял пузырек с лекарственными таблетками, которые дала ему младшая сестра, и проглотил одну.

Четвертый проход Формирования Большой Медведицы был назван Тяньцюань. Он не знал, откуда Истинный Лорд Бейдо взял так много сокровищ, даже поместив ядро демонического зверя седьмого уровня в конце четвертого прохода. Это звериное ядро постоянно испускало злой ветер. Чем ближе он подходил, тем сильнее становились атаки.

— Этот демонический зверь, должно быть, с атрибутом ветра. Его первоначальное тело также имеет Внетелесный уровень развития. Я боюсь, что если я подойду к нему слишком близко, злой ветер достигнет уровня тела.

Брови Ло Цзяньцина нахмурились. Он остановился в трех ли и дальше не пошел.

— Демонический зверь седьмого уровня с атрибутом ветра… Вне тела...

В его глазах вспыхнул огонек. Ло Цзяньцин достал из-за спины промасленный бумажный зонтик.

Этот зонтик из промасленной бумаги казался обычным, но поверхность была бледно-золотистого цвета, соответствующего декоративному узору. Материал каркаса тоже казался обычным зеленым бамбуком. Легкий и простой, он казался обычным зонтиком из промасленной бумаги.

Однако, как только он раскрыл зонтик, яростный ветер внезапно на мгновение прекратился. Ло Цзяньцин посмотрел на зонт сложным взглядом и медленно раскрыл его над головой. После того, как он раскрыл зонт, яростные ветры разрушительного шторма полностью избегали его и никогда не осмеливались напасть на него.

Золотистый свет мягко струился по поверхности зонтика. Ло Цзяньцин протянул зонт вперед, шаг за шагом продвигаясь до конца, и взял ядро зверя седьмого уровня. Через мгновение после того, как он забрал ядро зверя, бури утихли. Ло Цзяньцин тихо вздохнул и нежно убрал свой зонтик. Он не заметил, как красная родинка у него на лбу слабо заблестела, а затем снова замолчала.

Когда он достиг Формирования Ядра, этот человек подарил ему зеленый зонтик в качестве подарка.

Все во всем мире знали, что сэр Сюань Линцзы, помимо того, что был самым могущественным, был также экспертом в совершенствовании лекарственных таблеток, приручении зверей и совершенствовании инструментов. Казалось, не было ничего, чего бы он не мог сделать. Поздравительный подарок, который он преподнес своему ученику за достижение Формирования Ядра, также был магическим инструментом наилучшего качества и мог противостоять атаке от величайших усилий культиватора Слияния тел.

Ло Цзяньцин вспомнил, что сказал тогда его учитель.

“Этот зонтик - волшебный инструмент, который потребляет. Он может заблокировать для тебя одну атаку культиватора Слияния Тел, а затем он будет уничтожен. Если в этом нет необходимости, ты никогда не должен вынимать его.”

Взяв зонтик, Ло Цзяньцин так им и не воспользовался. Он лишь иногда нежно поглаживал зонтик, выглядя при этом задумчивым.

В своей прошлой жизни, когда его изгнали с горы Тайхуа, он отдал этот зонтик своей младшей сестре, чтобы та отнесла его своему учителю. Даже если он был где-то, где мог умереть, он отказывался когда-либо доставать зонтик, хотя теперь он смирился с этим.

— Я не буду использовать его как магический инструмент. Это просто украшение.

Когда Ло Цзяньцин только что убрал зонт, он обнаружил, что одна из рам отломилась. Если бы он использовал его много раз после этого, зонт действительно был бы уничтожен и превратился бы в груду мусора. Ло Цзяньцин чувствовал себя слишком подавленным, думая об этом. Немного отдохнув на том же месте, он встал и направился к каменной табличке пятого прохода.

— Бесконечная пустошь, с бесчисленными свирепыми зверями!

Как будто услышав его слова, Шуан Фу на короткое время взволнованно зашевелился в его сознании. Губы Ло Цзяньцина изогнулись в улыбке. Луч зеленого света меча внезапно вырвался из его лба, превратившись в железный меч, который упал в его ладонь.

— Мы должны действовать быстро, Шуан Фу.

Шуан Фу слегка задрожал, как будто отвечая: “Хорошо”

На этом широком пространстве красивый и яркий земледелец слегка прищурил глаза, глядя на обширную пустошь за белым экраном света. Он держал свой меч в правой руке, зеленая мантия развевалась на ветру. Между его лбом алая родинка горела огнем, как будто собиралась воспламенить весь мир.

Он должен был быть быстрым, потому что остатки были сложны по конституции. Среди семидесяти одного человека только Ли Сючэнь не имел конституции, так что любые барьеры, с которыми он столкнется, будет очень легко преодолеть. Ли Сючэнь должен был очень скоро дойти до конца, так что он должен был опередить Ли Сючэня и лишить его любого шанса!

В следующую секунду Ло Цзяньцин превратился в луч зеленого света, убегая в Бесконечную Пустошь, и начал сражаться врукопашную!

Глава 10 - Дикая бескрайняя пустошь - вот где будут покоиться кости Ли Сю Чэня!

Прежде чем войти в эти развалины, Ло Цзяньцин не ожидал столкнуться с чем-то опасным.

В той книге “В поисках бессмертия”, которую он получил, все путешествие было с точки зрения Ли Сючэня. Как всем было известно, Ли Сючэнь был единственным из семидесяти одного культиватора, у которого не было телосложения. Поскольку он использовал все возможные сбивающие с толку средства, чтобы поднять свое совершенствование до Уровня Конденсации Ци, остатки дались ему очень легко.

Например, в Бесконечной Пустоши самые сильные демонические звери, с которыми сталкивался Ли Сючэнь, были не более чем первого или второго ранга; на самом деле он столкнулся только с одним демоническим зверем второго ранга! Но прямо сейчас, Ло Цзяньцин только ступил на пустошь, как его немедленно окружили девять пылающих зверей четвертого ранга.

Демонический зверь четвертого ранга был эквивалентен культиватору Основы Ци!

Девять демонических зверей, внезапно бросившихся вперед подобным образом, застали Ло Цзяньцина врасплох, и он потратил много усилий, убивая их всех. Однако он все еще не убрал свой меч и не перевел дыхание, когда восемнадцать гигантских грозовых змей четвертого ранга окружили его со всех сторон!

Ло Цзяньцин:…

Чем дальше он шел по пустоши, тем более страшными становились эти демонические твари!

До самого конца волна за волной восемьдесят один демонический зверь четвертого ранга одновременно атаковал Ло Цзяньцина. Зеленый огонек на его лбу ярко засиял, когда Шуан Фу в его руке издал звонкий крик. Один человек и один меч вместе создавали иллюзию, быстро порхая между толпой зверей. При каждом ударе с головы капала кровь. Его удары были жестокими и режущими - результат многих лет тренировок в горах Ван Шоу.

Восемьдесят один демонический зверь, все из Фонда силы Ци, были убиты при Шуан Фу.

Но Ло Цзяньцин не расслаблялся. Его брови слегка нахмурились, когда он посмотрел куда-то недалеко вперед. Он мог видеть только золотую обезьяну ростом в десять чжанов с огненными глазами и направился к нему. Это был демонический зверь пятого ранга, того же уровня силы, что и на ранней стадии Формирования Ядра!

Глаза Ло Цзяньцина сузились. В одно мгновение меч в его руке сверкнул, и голова золотой огнеглазой обезьяны упала на землю.

Сразу после этого произошла средняя стадия Формирования Ядра золотой обезьяны!

И на поздней стадии Формирования Ядра один ... Пока они не достигли ранней стадии Зарождения Души!!!

— Этот Истинный лорд Бейдо весьма примечателен. Это определенно не остатки обычного культиватора Зарождающейся Души!

Зеленый чан пао Ло Цзяньцина танцевал в воздухе, когда он охотился. Пот уже стекал с его лба, но он не испытывал страха, столкнувшись лицом к лицу с демоническим зверем шестого ранга, который перешагнул его на одну большую границу, и просто поднял свой меч, когда он приблизился.

Два нефритово-белых пальца непрерывно мяли и сжимали, образуя сложные ручные печати. После нескольких коротких вдохов рука Ло Цзяньцина уже сформировала виртуальное изображение, в то время как блеск Шуан Фу вспыхнул в то же время. Темные тучи тихо собирались в небе, переступая зачарованные границы остатков, когда они появлялись над Бесконечной Пустошью.

Свинцового цвета облака клубились, когда ветер постепенно налетел на пустошь, а затем внезапно начал поднимать бурю из песка и камней.

Ветер становился все сильнее и сильнее, пока, наконец, не начал свистеть и реветь, поднимая одежду Ло Цзяньцина. Тем временем темные тучи в небе угнетающе окутали пустошь, воздух постепенно застаивался. Золотая огнеглазая обезьяна шестого ранга сердито закричала на Ло Цзяньцина, быстро хлопнув себя по животу, а затем убежала.

Сейчас самый подходящий момент!

Зеленый свет Шуан Фу вспыхнул повсюду. Небо начало сотрясаться от раскатов грома. Толстая и мощная молния с ревом ударила с неба. Ло Цзяньцин поднял свой меч, и молния ударила в живот огнеглазой золотой обезьяны, заставив ее взвыть от боли.

— Один меч превращается в девятилепестковый лотос!

Ло Цзяньцин подбросил свой меч в воздух, длинный меч превратился в девятку, когда он прямо пронзил тело огнеглазой золотой обезьяны. Обезьяна взревела от боли, а затем с грохотом рухнула на землю. Его огромное тело некоторое время подергивалось, пока, наконец, оно не перестало двигаться, окрашивая пустошь в красный цвет своей кровью.

Шуан Фу взволнованно издал клич меча. Как непослушный ребенок, он облетел вокруг неба один раз, прежде чем вернуться к Ло Цзяньцину. Однако лицо Ло Цзяньцина уже некоторое время было бледным. Он тихо задыхался, его глаза феникса были полуприкрыты, бдительно охраняя его от окружения.

Один меч становится девятилепестковым лотосом - это была одна из техник меча настоящий девятилепестковый лотос. Было разумно сказать, что его можно было использовать при достижении Зарождающейся Души. Сюань Линцзы очень рано научил этой технике владения мечом Ло Цзяньцина. Однако до формирования Ядра средней стадии Ло Цзяньцин ни разу не добился успеха. Только что ему повезло с этой техникой убийства.

Однако эта техника израсходовала всю духовную энергию его тела. Предположим, если бы демонический зверь второго ранга внезапно появился прямо сейчас, он, вероятно, мог бы получить серьезные ранения. Ло Цзяньцин абсолютно не жалел об использовании этой техники, но эта золотая обезьяна только что была действительно слишком злобной. Он должен был сделать ход первым, чтобы убить своего противника.

У него также была общая идея, что посылать демонического зверя Зарождающегося уровня Души было слишком возмутительно. Через секунду в Бесконечной Пустоши больше не было видно демонических зверей. Ло Цзяньцин восстановил немного своей духовной энергии, затем поспешно открыл свое кольцо для хранения, чтобы достать таблетку лекарства третьего уровня, которую младшая сестра усовершенствовала сама.

Эта лекарственная таблетка была известна как Таблетка для Сбора Духа и хранила огромное количество духовной энергии. С его помощью восстанавливалась духовная энергия культиватора.

Ло Цзяньцин немедленно проглотил пять таблеток. Наконец он почувствовал, что духовная энергия в его теле восстановилась на семьдесят процентов.

Очень скоро он продолжил идти вперед, держа Шуан Фу на руках. На этот раз он не столкнулся ни с какими ненормальными Зарождающимися демоническими зверями Души, но он столкнулся с несколькими демоническими зверями поздней стадии Формирования Ядра. Позже количество демонических зверей становилось все больше и больше. Хотя все они были на уровне формирования Ядра, они вынудили Ло Цзяньцина не иметь другого выбора, кроме как вытащить свой бамбуковый зонтик.

В одной руке он держал зонтик, а в другой - меч.

Внешний вид зонтика делал его неприступным для всех демонических зверей, в то время как одетый в зеленое культиватор внутри непрерывно убивал жизнь. Одним взмахом меча-света появилась отрубленная голова.

Всю дорогу скорость Ло Цзяньцина была чрезвычайно высокой, когда он искал фигуру Ли Сючэня.

В “Поисках бессмертия” именно в эту Бесконечную Пустошь была отправлена его маленькая младшая сестра. Удивительно, но Ли Сючэнь пошел вместе с ней. В конце концов, они происходили из одной и той же секты. Маленькая младшая сестра не была Девой Марией, но заботиться о новом ученике Конденсации Ци было тем, что она должна была делать. Таким образом, эти двое вместе пошли вперед.

Ли Сючэнь не мог предложить младшей сестре никакой помощи, но она несла его всю дорогу, пока они не покинули Бесконечную Пустошь.

Как раз когда они собирались уходить, младшая младшая сестра столкнулась с призрачным демоническим лисом шестого ранга!

Демонический зверь шестого ранга был очень неприятным. Ло Цзяньцин только что убедился в этом на собственном опыте. Более того, призрачный демонический лис был хорош в технике иллюзии. Младшая младшая сестра исчерпала свой запас лекарственных таблеток и магических инструментов, чтобы, наконец, серьезно ранить демонического лиса, затем взяла Ли Сючэнь и покинула Бесконечную Пустошь.

Но маленькая младшая сестра не знала, что призрачный демонический лис шел позади нее и Ли Сючэнь и выплюнул полный рот фиолетового демонического тумана. Демонический туман на мгновение стал незаметен, так что младшая сестра его не заметила. Удивительно, но демонический туман спрятался в их костях и ждал, пока последний проход, Звезда Тяньшу, внезапно не вспыхнет, заставляя яд желания вспыхнуть и в них двоих, и это привело к тому, что такого рода вещи произошли.

Нынешняя идея Ло Цзяньцина была очень проста. Согласно здравому смыслу, в Бесконечной Пустоши должно быть только два человека, он и Ли Сючэнь!

Хотя сила Ли Сючэня была очень слабой, и у него не было телосложения, барьеры, с которыми он сталкивался, были очень простыми, поэтому он быстро преодолел их. И он проделал весь этот путь в одиночку, прилагая все свои умственные и физические усилия, чтобы ускорить свою скорость, только для того, чтобы догнать его в Бесконечной Пустоши и убить Ли Сючэня одним ударом!

Никто не мог с уверенностью сказать, что происходило внутри останков. Также было очень вероятно, что Ли Сючэнь раздавил нефритовый жетон, но был убит демоническим зверем, прежде чем его отослали. Кроме того, Ли Сючэнь был не более чем обычным учеником. В этом мире только всемогущий Очищающий Дух Сюань Линцзы был способен оглянуться назад во времени, и даже оглядывание назад во времени могло привести только к самому страшному ложному контрзаряду небес. Поэтому было абсолютно невозможно, чтобы кто-либо знал, как на самом деле умер Ли Сючэнь.

— Бесконечная Пустошь станет твоим местом захоронения!

Красивый и апатичный культиватор в зеленой одежде быстро мчался вперед, осматриваясь в Бесконечной Пустоши. С бамбуковым зонтиком, защищавшим его от нападений, он путешествовал взад и вперед между демоническими тварями, совершенно беззаботный. Наконец-то! Внутри бассейна Ло Цзяньцин наконец-то заметил фигуру Ли Сючэня!

Ли Сючэнь в настоящее время противостоял атакам двух демонических зверей первого ранга.

Сила демонического зверя первого ранга была не больше, чем у культиватора Конденсации Ци Первой-ьретьей фазы. У него также не было духовного чутья, он мог полагаться только на чистый инстинкт в бою. Этот Ли Сючэнь уже был на Второй стадии Сгущения Ци, но, на удивление, он все еще мог держаться с такими напряженными усилиями, что заставляло Ло Цзяньцина чувствовать только презрение.

Видя, что Ли Сючэнь вот-вот убьет одного из них, Ло Цзяньцин убрал бамбуковый зонтик. Уголки его губ приподнялись, когда он поднял свой меч, прежде чем опустить его вниз. К его удивлению, как раз в тот момент, когда он собирался схватить свой меч и приготовиться убить его, он услышал соблазнительный крик зверя, раздавшийся позади него.

В его голове тут же зазвучал тревожный звоночек, и волосы по всему телу встали дыбом. Будучи культиватором Формирования Ядра, его острая интуиция позволила ему поспешно уклониться вправо. Секунду спустя он оставил глубокий отпечаток, который показал, где он был раньше.

Ло Цзяньцин бросился вынимать бамбуковый зонтик и раскрыл его. Но колеблющаяся ментальная атака с неба прямо пронзила защитные зачарованные границы зонтика, нацелившись на Ло Цзяньцина. Ло Цзяньцин без конца уворачивался, так как ментальные атаки никогда не прекращались.

Когда он отлетел на пять ли от бассейна, Ло Цзяньцин быстро убрал бамбуковый зонтик.

Ментальная атака!

Бамбуковый зонтик мог принять на себя всю мощь атаки уровня Слияния Тел, но только духовные атаки, а не ментальные атаки. В этом мире было мало культиваторов, которые могли бы использовать ментальные атаки. По большей части, ментальные техники были врожденным навыком демонических зверей, которые почти никогда не встречались.

Ло Цзяньцин поднял Шуан Фу и бдительно наблюдал за окружающим, все его тело было настороже.

Внезапно он услышал манящий и чарующий смех с небес, звук слегка пронзительный. Прибывший мягко улыбнулся.

— Мой хороший, красивый дорогой, как может такая красивая кожа существовать на твоем грязном, вонючем человеческом теле? Не лучше ли было бы снять с тебя эту кожаную сумку? Я сохраню тебе жизнь. Как ты думаешь?

Глава 11 - Цзянь Цин, если с тобой что-то случиться, что же тогда делать твоему учителю?

На широкой, ровной пустоши не было видно никаких гор, только ухабистая канава.

Ло Цзяньцин сжал свой меч в правой руке, нахмурив брови и настороженно оглядываясь по сторонам. Пронзительные крики зверей разносились со всех сторон, как будто чудовище преследовало Ло Цзяньцина. Фиолетовый призрак превратился в виртуальное изображение, так быстро, что Ло Цзяньцин не мог его видеть, но у него было приблизительное представление о том, кем мог быть демонический зверь.

Демонический зверь шестого ранга, призрачный демонический лис!

Лисья раса всегда была разумной. На пятом и шестом ранге они могли произносить любую человеческую речь.

— Маленький дорогой, почему бы тебе не улыбнуться своему слуге, а?

— Человек, почему ты все еще держишь свой меч? Ваш слуга в замешательстве.

— Почему бы тебе не последовать за своим слугой? Твой слуга может сохранить тебе жизнь.

Смех, похожий на серебряные колокольчики, разнесся вокруг него. Этот звук был подобен оружию, которое безжалостно вонзилось в уши Ло Цзяньцина.

— Печать меча Зеленого Лотоса!

Ло Цзяньцин не переставал менять ручные пломбы. Шуан Фу медленно поднялся и превратился в четыре острых меча, защищая Ло Цзяньцина. Четыре одинаковых меча непрерывно дрожали в воздухе и образовали зеленый барьер. Атаки демонического лиса продолжали врезаться в барьер.

Зеленый занавес света бесконечно дрожал. Первой атаке уже было трудно противостоять, а ко второй атаке все уже выглядело так, словно вот-вот развалится на части. Глаза Ло Цзяньцина задрожали от страха. Он достал из-за спины таблетку для сбора спирта и проглотил сразу десять таблеток. Сразу же его духовная энергия резко возросла, а экран света также стал значительно сильнее.

В то же время Ло Цзяньцин внимательно наблюдал за своим окружением, собираясь напасть на след другой стороны.

— Дорогой, если ты не будешь слушаться свою служанку, ей будет очень больно.

Фиолетовая фигура медленно сгустилась в форму, трансформируясь перед Ло Цзяньцином.

Это был пурпурный демонический лис ростом с человека, его огромный пурпурный хвост постоянно покачивался позади тела. Его форма еще не была завершена, но его глаза уже были переполнены лисьим очарованием, устремленным на лицо Ло Цзяньцина. Его откровенный взгляд блуждал по его телу, как будто раздевал его.

— Вы, люди, всегда такие глупые, как сейчас. Поскольку это так... ,— каждое слово было мощной ментальной атакой.

Ло Цзяньцин был потрясен, узнав, что, несмотря на то, что противник обнажил свое тело, он не мог атаковать, только пассивно защищаться. Он увидел, как демонический лис закрыл свою большую пасть, и рассмеялся:

— Раз это так, то… сними с меня этот кожаный мешок с телом!

Его голос только что стих, когда демонический лис внезапно превратился в пурпурный свет, устремляясь к Ло Цзяньцину.

Глаза феникса Ло Цзяньцина поднялись, уголок его рта изобразил улыбку. Четыре меча превратились в один Шуан-фу, появившись в его правой руке.

— Меч притягивает молнии!

С неба сверкнула серебряная молния. Тысячелетний кристалл молнии внутри Шуан-Фу притянул к себе весь гром и молнии с неба. Правая рука Ло Цзяньцина рассекла воздух, посылая гром в сторону тела призрачного демонического лиса.

Демонический лис был поражен и поспешно продолжил спуск, получив небольшую рану.

— Дитя мое, я заставлю тебя пожалеть о том, что ты ослушался меня![1]

1) 敬酒不吃吃罚酒: На самом деле фраза была такой. Определение CCdict таково: “отказаться от тоста только для того, чтобы быть вынужденным выпить фант; рис. колебаться, что делать, пока не заставят сделать еще больше”. Вот и более подробное объяснение. У меня, очевидно, не было возможности разместить это там с комфортом…

Демонический свет вспыхнул в глазах демонического лиса, и пурпурный хвост внезапно стал больше, ударив в сторону Ло Цзяньцина за долю секунды.

Серебряный меч и пурпурный хвост бесконечно сражались в воздухе. Ло Цзяньцин продолжал бороться со своим противником. Хвост превратился в быстрые атаки в воздухе, на которые он не мог реагировать.

Бах! Бах! Бах!

Казалось, что демонический лис был абсолютно ужасен в духовных атаках. Хотя он уже достиг Зарождающейся Души, сила его тела была на том же уровне, что и у Ло Цзяньцина.

В мгновение ока за телом Ло Цзяньцина вспыхнул золотой свет меча.

Хвост демонического лиса внезапно был перерезан пополам, заставив его ужасно завыть. Хотя он не двигался, вспыхнул луч золотого света, и демоническая лиса была аккуратно разрезана на две части. Из его тела выкатилась белая сердцевина.

Все тело Ло Цзяньцина застыло, он стоял на месте, не веря своим ушам.

Нейтральный голос произнес позади него:

— Цзяньцин.

Через некоторое время Ло Цзяньцин медленно обернулся и, наконец, увидел этого человека.

В сверкающей белой одежде, с холодными, элегантными чертами лица, с восьмилепестковым знаком меча золотого лотоса на лбу, даже чистота его черт не была запятнана в этом пустынном месте. Он наблюдал за ним, затем медленно протянул к нему руку. В его голосе был намек на срочность, когда он сказал:

— Цзяньцин, твой учитель прибыл немного поздно.

Ло Цзяньцин не удержался и пожал ему руку в ответ.

Холод ничем не отличался от того, что он помнил.

Ло Цзяньцин пробормотал:

— Учитель...

Сюань Линцзы спокойно посмотрел на своего ученика. Его губы приподнялись, показывая намек на очень легкую улыбку.

— Рад видеть, что с тобой ничего не случилось. Эта демоническая лиса - стадия Зарождения Души. Ты намного слабее его. Если бы твой учитель появился секундой позже, тебя, возможно, сейчас не было бы в живых.

Сразу после того, как его голос сорвался, Сюань Линцзы ткнул ладонью прямо в грудь Ло Цзяньцина.

Подобно цветку лотоса, прохладный воздух сразу же наполнил его ноздри. Ло Цзяньцина охватил ужас от этого чувства в груди, и он услышал, как низкий голос пробормотал ему на ухо:

— Цзяньцин, если я тебе для чего-то понадоблюсь, было бы хорошо сообщить своему учителю.

Пальцы Ло Цзяньцина слегка дрожали. Он не мог удержаться и крепко обнял другого, жадно вдыхая знакомый запах его груди. Он услышал, как другой человек тихо сказал:

— Эти останки действительно необычны. Сегодня твой учитель сначала выведет тебя наружу, затем пойдёт в  гору Тайхуа и внимательно осмотрит ее. После этого мы могли бы выяснить, что за несчастный случай здесь произошел. Цзяньцин, твой учитель не позволит тебе снова сделать что-то настолько опасное. Когда мы вернемся, ты останешься на горе Тайхуа и сосредоточишься на самосовершенствовании. Это... нгх, ты...

Шуан-фу торчал из живота Сюань Линцзы, на лезвии не было ни капли крови.

В мгновение ока весь мир изменился, и Сюань Линцзы именно тогда превратился в демоническую лису. Пурпурный демонический лис выплюнул кровь, его лапа уже была на спине Ло Цзяньцина, всего в трех дюймах от того, чтобы вырвать его сердце!

Демонический лис сказал с недоверием:

— Почему?… Моя иллюзия исходит из того, чего вы, люди, желаете больше всего. Твое развитие ниже моего, тебе было бы невозможно понять... почему…

Его элегантное и спокойное лицо без малейшего следа выражения, Ло Цзяньцин бесстрастно вытащил свой меч. Он засунул левую руку в даньтянь демонического лиса и вытащил пурпурную сердцевину.

— Ты спрашиваешь, почему я мог видеть сквозь твою иллюзию? ,— его левая рука все еще торчала из тела демонического лиса, Ло Цзяньцин опустил голову со спокойным выражением лица и нейтрально сказал — Потому что этот человек никогда бы не сказал мне таких слов. Если я умру, он все равно будет стоять на своем пике Юйсяо. Он не проявил бы ни капли сентиментальности по отношению ко мне.

Ло Цзяньцин достал фиолетовую сердцевину. Демонический лис задрожал от ненависти, выплюнув последнее фиолетовое дыхание демонического тумана, затем посмотрел на сопротивляющийся меч Ло Цзяньцина, Шуан Фу, который был полон молний, когда он блокировал демонический туман из тела Ло Цзяньцина.

— То, что я сделал с маленькой младшей сестрой раньше, я больше не сделаю. Поскольку ты отдал себя мне, тогда используй свою жизнь, чтобы извиниться перед маленькой младшей сестрой в моей прошлой жизни.

С нежеланием и раскаянием демонический лис постепенно падал.

Труп призрачного демонического лиса шестого ранга также был весьма ценным, поскольку мех на его теле можно было использовать для изготовления магического инструмента. Ло Цзяньцин взмахом рукава положил труп демонического лиса в свое кольцо для хранения. Он внимательно наблюдал за пурпурным ядром демона. Пурпурный свет циркулировал вокруг его поверхности, слабо отражая какое-то зловещее чувство. Ло Цзяньцин подумал про себя, что это немного странно, но в конце концов положил ядро демона в свое кольцо для хранения.

— Если бы ты не был так нетерпелив к победе и сражался со мной еще мгновение, я бы не смог устоять перед тобой.

Глядя на лужу крови на земле, Ло Цзяньцин без малейшего колебания поднял голову. Он поднял свой меч и ушел. Хотя он только что прошел через опасное для жизни воздушное сражение и до сих пор не восстановил свои силы, у него все еще было достаточно сил, чтобы сразиться с мальчиком-конденсатором второй фазы Ци и даже больше.

Когда Ло Цзяньцин подлетел обратно к бассейну, Ли Сючэнь просто сидел на большом камне, тяжело дыша. Казалось, что он только что убил этих двух демонических зверей и не заметил прибытия Ло Цзяньцина.

Ло Цзяньцин не дал ему ни минуты на отдых. Не говоря ни слова, зеленый световой меч быстро полетел вниз, целясь прямо в голову Ли Сючэня!

Дыхание культиватора Формирования Ядра было абсолютно не тем, что мог почувствовать Ли Сючэнь. Он остался лежать на большом камне, все еще не замечая, что меч на уровне земли приближается прямо к его голове. Однако! Как раз в тот момент, когда он был готов пронзить череп Ли Сючэня, он внезапно немного сместился в сторону.

— А-а-а! Это больно!

Шуан Фу пронзил левое плечо Ли Сючэня до его руки, едва не повредив ему кисть!

Зрачки Ло Цзяньцина сузились, и он сразу понял почему.

— Воля небес!

Полный гнева голос заставил Ли Сючэня повернуть голову и увидеть Ло Цзяньцина, напугав его, затем поспешно отодвинулся в сторону, чтобы увернуться. На этот раз он не мог обращать внимания на невыносимую боль в руке и настойчиво спросил:

— Что… что ты делаешь? Ты хочешь убить меня?!

Ло Цзяньцин не ответил. Шуан Фу превратился в луч зеленого света и вернулся в свою правую руку. С красивым лицом, холодным, как снег, его совершенно бесстрастный взгляд упал на Ли Сючэня, как будто он смотрел на что-то, что не было живым существом.

Внезапно Ли Сючэнь понял.

— Ты хочешь убить меня и заменить меня в качестве главного героя? Ло Цзяньцин, это невозможно! Я главный герой, ты прямо сейчас опускаешь свой меч и уходишь со мной. Я гарантирую, что мы с тобой сможем стать бессмертными вместе! Я не убью тебя, я не убью тебя в будущем, хорошо!

Ло Цзяньцин не обратил на него внимания, луч света меча быстро полетел к животу Ли Сючэня.

Ли Сючэнь бежал вперед и никогда не останавливался, но он не мог убежать никуда, куда Шуан Фу не мог добраться в мгновение ока. Через очень короткое время кончик меча был готов пронзить живот Ли Сючэня. Тем не менее, Ло Цзяньцин не расслабился и сложил два пальца вместе, три луча света меча вырвались из его кончиков пальцев, чтобы заблокировать Ли Сючэня с трех других направлений.

Наконечник Шуан Фу уже пронзил одежду Ли Сючэня насквозь.

Глаза Ло Цзяньцина расширились в ожидании этого момента.

До тех пор , пока… мир громко загрохотал, и белый свет залил все вокруг. Когда Ло Цзяньцин снова открыл глаза, Ли Сючэнь исчез из Бесконечной Пустоши. Ло Цзяньцин тупо уставился на эту сцену. Спустя очень долгое время он сжал правую руку в кулак и забрал Шуан Фу обратно, с негодованием указав ею на голубое небо.

— Воля небес!

В следующее мгновение перед телом Ло Цзяньцина замерцал белый свет, и Бесконечная Пустошь больше не удерживала его тень.

Все вокруг него было погружено во тьму. Ло Цзяньцин выглядел таким мрачным, что казалось, вот-вот протечет капля воды, которую Шуан Фу крепко сжимал в руке. Он ничего не мог разглядеть вокруг, потому что его перенесли на шестой перевал — перевал Тяньсюань.

В “Поисках бессмертия” говорилось, что этот перевал легче всего пересечь. Все, что ему нужно было сделать, это постоять на месте мгновение, и он переправился бы.

В бесконечном хаосе Ло Цзяньцин услышал неясный и хриплый голос. Этот голос был похож на грубый песчаник и повторял три слова снова и снова, без конца, как будто никогда не уставал.

— Человек или демон...Человек или демон…Человек или демон...

Другого голоса не было, но к нему примешивался оттенок чего-то древнего, бесконечно отдающийся эхом в этом пространстве. Лицо Ло Цзяньцина было спокойным, и он не обращал внимания на голос, пока тот внезапно не остановился где-то недалеко от него и не произнес одну фразу тихим голосом:

— Ты человек.

Ло Цзяньцин немедленно взмахнул своим мечом, но рассек только пустой воздух.

Да, Ли Сючэнь был человеком, поэтому его перенесли на седьмой проход.

— Человек или демон, человек или демон, человек или демон...

Голос медленно приближался к Ло Цзяньцину. В этот самый момент его гнев даже немного остыл. Ло Цзяньцин спокойно вынес Шуан Фу и ждал паса, чтобы проверить его. Когда он, наконец, приблизился к нему, он, казалось, почувствовал слабое присутствие, остановившееся перед ним. Голос прошептал:

— Человек… или демон...

Голос самопроизвольно оборвался. Через мгновение он внезапно сказал резким голосом:

— Ты демон!

Глава 12 - Яд желания

Голос только что упал, когда сильная и мощная атака духовной энергии обрушилась на Ло Цзяньцина.

Когда он услышал “ты демон”, Ло Цзяньцин, сузив зрачки, одновременно рефлекторно достал бамбуковый зонтик из своего кольца для хранения. Бурлящая, огромная духовная энергия атаковала бамбуковый зонтик и внезапно сломала каркас!

В ответ в сердце Ло Цзяньцина прозвенел тревожный звоночек, и он немедленно обнажил свой меч, чтобы встретить врага.

В туманном и лишенном света хаосе Ло Цзяньцин закрыл глаза, внимательно прислушиваясь, и поднял свой меч, чтобы отразить атаки, которые шли со всех сторон. Все атаки противника были направлены против бамбукового зонтика, в то время как атаки Ло Цзяньцина падали в огромную пустоту, не способную нанести ни одного удара.

Бах! Бах! Бах!

Хотя эти атаки были не такими смелыми, как в первый раз, например, когда он сразу же отломил каркас от бамбукового зонтика, он был способен отломить каркас за десять ударов. Даже если Ло Цзяньцин не был эмоционально привязан к этому зонтику, он знал, что в следующий раз, когда это случится, рано или поздно он встретит свой конец от рук другой стороны.

По крайней мере, такого рода атака была совершена экспертом по Зарождающейся Душе на поздней стадии. Даже поздняя стадия была бы идеальной на этом этапе!

Ум работал быстро, Ло Цзяньцин с трудом сопротивлялся, одновременно думая о том, что именно происходит. Он ни на секунду не верил, что может быть демоном. С древних времен демоны и люди никогда не жили бок о бок. Если бы даже Очищающий Дух сэр Сюань Линцзы увидел, что он демон, и все равно принял его как своего ученика, никто из этих остатков не смог бы воспринять его как демона.

Как возникла такая проблема…

— Ядро демона?!

Ло Цзяньцин крепко схватил свой зонтик, игнорируя атаки противника, и громко закричал:

— Старейшина! Этот определенно не демон!

В его голосе была смешана нить духовной энергии, заставляющая его разноситься вдаль и, наконец, останавливать атаки. Затем он услышал, как голос, такой же хриплый и неприятный, как и раньше, прохрипел:

— Демон, демон, демон...

Ло Цзяньцин повернул руку, чтобы достать пурпурное ядро демона из своего кольца для хранения, и почтительно сказал:

— Старший, этот человек только что забрал это ядро демона у демонического зверя шестого ранга в Бесконечной Пустоши. На самом деле, этот ранее убил бесчисленное множество демонов и даже забрал их ядра. Разве это не просто недоразумение?

Хаос на мгновение затих, и сердце Ло Цзяньцина постепенно успокоилось, но неожиданно голос резко пронзительно завизжал:

— Ты демон! Ты демон! Ты демон!

Еще одна сокрушительная атака была направлена на Ло Цзяньцина. Даже если бамбуковый зонтик Ло Цзяньцина мог выдержать эти атаки, в конце концов, он не знал, где находится враг, так что атаковать было невозможно. Ло Цзяньцин только почувствовал, что этот голос был слишком неразумным. Почему он пришел к выводу, что он демон? Если так, то разве каждый заслуженный старейшина на пике Тайхуа не подшутил над ним?

Вскоре отломился еще один каркас бамбукового зонтика. Ло Цзяньцин стиснул зубы и подбросил зонтик в воздух. Нежный золотистый свет струился с поверхности зонтика, окутывая Ло Цзяньцина изнутри.

На пальцах Ло Цзяньцина, которые держали Шуан-Фу, было несколько заострений, когда меч медленно вылетел из его ладони, его кончик был направлен прямо наружу. Ло Цзяньцин быстро сформировал ручные печати, зеленые лучи света мерцали между его двумя руками, как маленькие звездочки. Сияние Шуан Фу было еще более ослепительным.

Над этим хаосом, казалось, раздавался слабый звук грома.

Скорость формирования ручной печати Ло Цзяньцина стала еще быстрее, и Шуан Фу быстро развернулся, ожидая атаки противника. Но в этот момент зеленый свет между его руками, казалось, в какой-то степени потемнел. Ло Цзяньцин, не колеблясь, топнул правой ногой по земле, и полный рот горячей крови брызнул на Шуан Фу.

Внезапно последовала вспышка зеленого света!

У Ло Цзяньцина, все еще формирующего ручные печати, с его губ стекала струйка крови.

— Один меч превращается в девятилепестковый лотос!

Меч заколебался и превратился в девятку, стремительно летящую вперед. Шуан Фу уже превратился в виртуальный образ, в то время как гром прокатился с самых высоких небес, как звук барабанов, и ударила молния. Это произошло из-за железа возрастом в десять тысяч лет и тысячелетнего кристалла молнии, который был отлит для изготовления Шуан-фу. Ло Цзяньцин смог использовать один Меч, Превращающийся в девятилепестковый Лотос дважды за один день, но в этот момент его духовная энергия должна была рано иссякнуть, поэтому он был вынужден полагаться на бамбуковый зонтик, чтобы защитить себя.

Пурпурная молния залила все пространство. Подобно серебряным змеям, он дико извивался. Девять мечей не могли найти цель для атаки, поэтому они превратились в строй мечей, сметая каждый дюйм пространства с неудержимой силой.

У Ло Цзяньцина уже не было выбора. Если он действительно не мог пересечь этот горный перевал, у него не было другого выбора, кроме как сломать нефритовый знак и эвакуироваться из остатков.

Правая рука Ло Цзяньцина прикрыла его живот, израсходовав так много его духовной энергии. К сожалению, у него закончились таблетки для Сбора Духа, когда он отбивался от призрачного демонического лиса. В результате, глядя на то, как Шуан Фу атакует вслепую, Ло Цзяньцин мог только горько улыбнуться.

— Может ли быть... что я действительно остановлюсь здесь?

Мгновение спустя белый свет озарил тело Ло Цзяньцина. Когда он открыл глаза, он был в каменной комнате!

Ло Цзяньцин молча стоял на том же месте. Его первой реакцией было посмотреть, куда упал Шуан Фу. Когда он почувствовал, как меч радостно танцует в его сознании, Ло Цзяньцин, наконец, вздохнул с облегчением. Он поднял взгляд и внезапно вздрогнул.

Ли Сючэнь тоже молча стоял, наблюдая за избитым Ло Цзяньцином.

Некоторое время они молча смотрели друг на друга, не зная, что делать. Затем Ло Цзяньцин сложил два пальца вместе, и на кончиках его пальцев затвердел зеленый свет меча.

Ли Сючэнь только что преклонил колени на молитвенном коврике, когда увидел, как это делает Ло Цзяньцин. В ответ он тут же встал и настойчиво спросил:

— Ты… ты действительно хочешь убить меня? Мы оба пришли из одного и того же места. Мы оба земляки! Я обещаю, что не убью тебя в будущем. Я все равно не могу даже убить тебя, пожалуйста, пощади меня!

Ло Цзяньцин прищурился, его световой меч все еще направлялся вперед.

Ли Сючэнь продолжил:

— Я не буду соревноваться с тобой. Я дам тебе роль главного героя, хорошо! Ты знаешь, что приз за седьмой проход теперь пропал. Я не передам его никому, мне тоже не нужны сокровища. Я отдам тебе все, что у меня есть. Я могу быть твоим младшим братом. Все, что у меня есть, будет твоим.

В этот момент Ло Цзяньцин уже шел впереди Ли Сючэня. Его губы холодно приподнялись. Такой взгляд внезапно напомнил ему о том времени, когда он использовал это выражение, чтобы посмотреть на себя на утесе Дуань Цин.

В то время Ли Сючэнь сказал:

— Старший брат Ло, сегодня я в последний раз называю тебя старшим братом. Опустившись до демонического совершенствования, даже ранив второго старшего брата и шестого старшего брата, можно подумать, что небеса не потерпят, чтобы ты так опрометчиво предал всех. Сегодня ты, кажется, готов умереть на утесе Дуань Цин. Ради товарищества между боевыми братьями в те дни я мог бы попросить всех пощадить тебя и оставить твой труп нетронутым.

Этот Ли Сючэнь был таким ярким и безрассудным. Однако этот Ли Сючэнь был ничтожен, как муравей.

Слезы и сопли Ли Сючэня, текущие по его лицу, и это умоляющее выражение заставили Ло Цзяньцина почувствовать отвращение, но он также не хотел больше терять время. Его холодный меч-свет медленно поднялся, чтобы посмотреть прямо в лицо Ли Сючэню, чье лицо давно побледнело.

На этот раз Ло Цзяньцин взял бамбуковый зонтик, чтобы защититься от любых внешних атак.

Он посмотрел на Ли Сючэня, стоявшего перед ним, апатичным взглядом. Затем он неторопливо поднял пальцы, но внезапно услышал похожий на колокол голос, эхом отдающийся в его голове.

— Хи-хи-хи-хи, вы, люди, все еще убиваете друг друга? Маленький  дорогой, ты такой продажный, но твоему слуге это нравится. Было бы действительно лучше... отдать себя своему слуге, не так ли?

Глаза Ло Цзяньцина расширились, и острая, пронзительная боль пронзила его разум.

— Ах!!!

Это было так больно, что он прикрыл одну сторону головы. Ли Сючэнь воспользовался этим и побежал в угол.

Пурпурное ядро демона вылетело из накопительного кольца Ло Цзяньцина, пурпурный демонический туман рассеялся в воздухе. Вскоре одетый в зеленое культиватор оказался в ловушке внутри него. Ли Сючэнь наблюдал за этой сценой, совершенно ошеломленный и не понимающий, что происходит.

Естественно, он не понимал, какую боль испытывал в этот момент Ло Цзяньцин.

Мысленно Шуан Фу издал крик беспокойства и страха, когда шар белого света столкнулся с незваным гостем из пурпурного демонического тумана. Ло Цзяньцин в страдании катался по земле, пыль пачкала его зеленую мантию, волосы были растрепаны. Один глаз оставался ясным, в то время как другой уже был окаймлен пурпуром.

— Маленький дорогой, не сопротивляйся. Прямо сейчас твоё тело подобно лампе, в которой совсем не осталось масла. Лучше всего было бы повиноваться твоему слуге.

— Даже не думай об этом!

— Маленький дорогой, нет необходимости снова выпендриваться.

— Ты...

Его непревзойденно красивое лицо было мокрым от пота. Ло Цзяньцин держался за голову от боли, кровь текла из его фиолетовых глаз.

Никто не знал, как долго это продолжалось. Ли Сючэнь прятался в стороне, наблюдая и слушая, как Ло Цзяньцин кричит от боли внутри пурпурного демонического тумана. Он ждал целую вечность, даже когда услышал рыдания Ло Цзяньцин. Затем Ли Сючэнь внезапно увидел, что пурпурный туман значительно рассеялся, но он все еще прятался в углу, не смея сдвинуться с места.

Пока он не услышал низкий и двусмысленный стон.

Этот звук был слишком соблазнительным. Все тело Ли Сючэня напряглось, затем он с любопытством подошел.

В пурпурном тумане он мог видеть только красивого и элегантного молодого человека, прислонившегося к стене и тяжело дышащего. Его глаза феникса были яркими и красивыми, его губы были красными от капающей крови, такие неописуемо великолепные.

Ли Сючэнь почувствовал, как по его спине пробежали мурашки.

По мере того, как высокомерие великого старшего брата горы Тайхуа и культиватора Основных Формаций полностью исчезло, эта красота, которая была уникальной только для Ло Цзяньцина, расцвела полностью. Ли Сючэнь всегда знал, что Ло Цзяньцин определенно был самым привлекательным персонажем в “Поисках бессмертия”. Несмотря на то, что позже он женился на принцессе-русалке, он боялся, что не сможет сравниться с этим злодеем.

В прошлом Ли Сючэнь никогда по-настоящему не обращал внимания на внешность Ло Цзяньцина, потому что его аура была слишком сильной. Даже в этот момент он не мог противостоять силе этого человека. Но теперь Ло Цзяньцин бессильно лежал внутри пурпурного тумана. Его черные волосы рассыпались по зеленой одежде, когда он смотрел вперед с горящими глазами и розовыми щеками.

В этот момент Ли Сючэнь наконец понял, что это то, что они называют красотой, которая не была ни мужской, ни женской!

Пальцы Ли Сючэня постепенно начали дрожать. Он шагнул вперед, не раздумывая, желая рассмотреть получше. Он не двигался, но он думал, что этот пурпурный туман напоминал что-то в его памяти, когда внезапно он рассеялся перед ним. Ли Сючэнь чувствовал, что этот пурпурный туман был ему необычайно знаком, но он не мог придумать, как.

Он услышал, как Ло Цзяньцин хрипло закричал:

— Нет!!!

Озадаченный, Ли Сючэнь посмотрел на Ло Цзяньцина и увидел, что его глаза были широко открыты от ярости, глаза уже налились кровью, когда он смотрел на него и пурпурный туман от боли. Как только он начал колебаться, Ли Сючэнь внезапно почувствовал, как все его тело нагревается, распространяясь от бедер к остальной части тела ниже.

Раздался звук взрыва, как будто его рациональность сгорела дотла.

Ли Сючэнь хрипло дышал, его тело дрожало, когда он смотрел на красивую культиваторшу, которая полулежала.

Глаза Ло Цзяньцина не могли открыться дальше, но даже гневное выражение его лица не могло ослабить его красоту. Капля пота скатилась с бледного лба Ло Цзяньцина, скатилась по линии подбородка и, наконец, упала под одежду.

Ли Сючэнь не смог удержаться, чтобы не проглотить слюну, хрипло прошептав:

— Такая красивая...

Ло Цзяньцин повернул руку, чтобы сформировать вспышку света от меча, отправив его в полет в сторону Ли Сючэня. Удивительно, но свет меча лишь слегка искривился и оставил кровавый след на лице Ли Сючэня, а затем, наконец, ударился о стену.

— Небесная воля!!!

Ло Цзяньцин вздрогнул и подавил самые сильные желания своего тела, желая сбежать на пик Юйсяо.

Только что, когда демоническая лиса воспользовалась тем, что его духовная энергия была израсходована, она неожиданно попыталась завладеть его телом. Во время этой трудной борьбы Ло Цзяньцин чуть не погиб, убив сознание демонического лиса. В то же время он страдал от яда желания демонического ядра. Однако Ло Цзяньцин никогда бы не догадался, что демонический лис, даже на пороге смерти, внезапно направил этот демонический туман на Ли Сючэня, который находился в том же пространстве, что и он.

Когда демонический лис умирал, ему казалось, что это эхом отдается в его ушах:

— Грязный, мерзкий человек! Попробуй на вкус, каково это - быть женщиной под телом мужчины!

Свет меча только что был последним ходом Ло Цзяньцина. Весь запас духовной энергии в его теле был исчерпан, и это было не то, что можно было восстановить за час. Прямо сейчас даже усилие, затраченное на то, чтобы открыть глаза, пробудило в нем яд желания, не говоря уже о других вещах.

Если яд желания внутри демонического тумана поймал в ловушку даже его младшую сестру из Ядра Формирования, то яд демонического ядра уже затруднил бы культиватору Слияния Тел контроль над собой.

В этот момент Ло Цзяньцин уже некоторое время был безумно поглощен своими желаниями. Его тело кричало о чьем-то прикосновении, но его едва существующее разумное объяснение заставляло его только беспомощно смотреть, как Ли Сючэнь шаг за шагом приближался к нему, расстегивая ремень. Его глаза блуждали взад и вперед по лицу и телу, затем он медленно опустил голову.

— Ли Сючэнь… Я должен убить тебя, в этой жизни… Я обязательно убью тебя!

Струйка крови потекла с его губ, когда Ло Цзяньцин произнес эти слова с предельным усилием. Каждый раз, когда он говорил, кровь все больше наполняла его рот.

Ли Сючэнь не слышала ни одного его слова. Его жадный взгляд задержался на этом прекрасном лице и, наконец, на красной родинке на лбу. Краснота, казалось, вспыхнула, заставив Ли Сючэня смотреть на нее очень долго. Через короткий промежуток времени он не смог удержаться и опустил голову, желая поцеловать свои полные губы.

Унижение и негодование появлялись одно за другим на лице Ло Цзяньцина. Он уже чувствовал мерзкое дыхание Ли Сючэня. Оба его глаза были широко раскрыты, не желая закрывать их, так как он хотел запомнить этот момент навсегда, запомнить, когда этот человек навлек на него бесчестье, чтобы он вернул его в десятикратном размере в будущем!

Между их губами было расстояние меньше дюйма. Дыхание Ли Сючэня коснулось его соблазнительного лица.

Но в одно мгновение вспыхнул золотой свет.

Бах!

Ли Сючэнь был отброшен к стене. Холодный голос, смешанный с трудно игнорируемым гневом и тревогой, громким эхом отозвался в узкой каменной комнате, как нечто святое.

— Если ты посмеешь сделать еще один шаг, я разрежу твое тело на тысячи кусков, и я без колебаний сделаю это здесь!

Глава 13 - Я уже настолько отчаялся, неужели ты думаешь, что сможешь меня остановить!

Грохот эхом отозвался в каменной комнате.

Тело Ли Сючэня ударилось о стену вместе с разлетевшимися обломками. Стена его нисколько не остановила, но он был вне себя от боли. Каждая косточка в его теле, казалось, была превращена в пыль с головы до ног. Его ребра были, по крайней мере, сломаны в четырех местах. Если бы он был обычным человеком, то, вероятно, уже был бы мертв.

Не только это, но и мощная гнетущая аура прочно приковывала ноги Ли Сючэня к земле, не давая ему сдвинуться с места.

В этот момент кричащее желание все еще кипело в груди Ли Сючэня, но его это больше не волновало. Он с трудом поднял голову и наконец ясно увидел, кто это был.

Тело этого человека было красивым и грациозным в его белом халате. Его черные волосы были блестящими, и вокруг всего его тела был едва различимый золотистый свет. Восьмилепестковый золотой лотос на его лбу расцвел бесчисленными лучами света, горящими так ярко, что никто не мог смотреть прямо на него.

Зубы Ли Сючэня задрожали. Он уже знал, кто этот человек, но все это время не смел поверить, почему он появился здесь.

Сюань Линцзы холодно посмотрел на лежащего на земле жалкого Ли Сючэня без малейшего следа ни печали, ни радости, ни даже гнева, который он только что продемонстрировал. Вместо этого он смотрел на Ли Сючэня так, словно тот не был живым существом, заставляя последнего дрожать и хотеть только двигаться, поскольку этот человек мог убить его без малейшего колебания.

— Только что ты использовал эти две руки, чтобы прикоснуться к одежде моего ученика?

Его низкий и холодный голос звучал спокойно.

Какое-то время Ли Сючэнь страдал не только от яда желания, но и от боли, настолько сильной, что не мог вымолвить ни слова, поэтому, естественно, ответа не последовало.

Однако Сюань Линцзы не имел никакого желания слышать его ответ и только апатично поднял руку. В одно мгновение вспыхнул золотой свет меча, и духовная энергия прорвалась прямо через ладони Ли Сючэня!

— Ааа!!!

Из глаз Ли Сючэня текли слезы от боли, слизь также стекала по его лицу. Он с испугом посмотрел на отчужденного почтенного старшего, стоявшего перед ним. Другой человек равнодушно сказал:

— Только что ты использовал эти два глаза, чтобы посмотреть на тело моего ученика?

— Ааа!!!

Слезы боли потекли из глаз Ли Сючэня. Даже темный гром, яростно ревущий в небесах, не мог остановить движения Сюань Линцзы. Сюань Линцзы сложил два пальца вместе, золотой свет меча все еще струился между ними. Его узкие глаза феникса спокойно смотрели на его совершенно поверженное тело.

Сюань Линцзы сказал:

— Только что ты, Ли Сючэнь, хотел снова сразиться с моим учеником?

Вспыхнул свет меча между пальцами Сюань Линцзы. Он прищурился и указал пальцами на Ли Сючэня. В этот момент глаза Ли Сючэня были закрыты, и он катался в агонии. Он не мог понять, почему этот человек, который должен был быть его хозяином, вдруг захотел убить его, да так сильно, что каждое его слово сочилось ненавистью.

Он наблюдал, как этот меч-свет вот-вот встретится с его телом, в то время как звук грома в небесах становился еще яростнее. В одно мгновение с неба с грохотом сорвалась серебряная молния, рассекая воздух, и ударила в сторону Сюань Линцзы!

Уровень этой молнии не был чем-то таким, что Ло Цзяньцин мог вызвать раньше. Она была такой толстой, что превосходила размерами каменную комнату, и вокруг нее плавали серебряные змеи. Такая молния заставила людей задуматься о пугающей мысли – что это была молниеносная скорбь (1), которая могла уничтожить всемогущего культиватора Прохода Бедствия!

скорбь (1): Я посмотрел это и, по-видимому, в романах о совершенствовании небеса бросают в тебя кучу дерьма, чтобы помешать тебе стать бессмертным. Они также существуют в Библии (своего рода)

После того, как обрушилась серебряная молния, Сюань Линцзы поднял руку, чтобы блокировать ее.

И после этого последовала вспышка красной молнии, которая выглядела так, словно могла опрокинуть небеса и стереть с лица земли!

Не более тридцати шести безрассудных ударов молнии обрушились на землю. Несмотря на то, что лицо Сюань Линцзы постепенно бледнело, он снова повернул руку, чтобы блокировать вспышку пурпурной молнии. В небе клубились грозовые тучи, как будто собиралась обрушиться очередная грозовая катастрофа. Однако зрачки Сюань Линцзы сузились, когда он сердито сказал:

— Я уже сдался до такой степени, ты действительно думаешь, что сможешь остановить меня?!

Грозовые тучи на мгновение притихли, но задержались и не рассеялись. Они продолжали кружить по спирали вокруг небес остатков.

Плотные, темные облака были видны из любой точки на расстоянии 300 ли от гор И Тянь. Бесчисленное множество простых людей сидели на корточках на земле, бесконечно молясь, умоляя небеса не наказывать их. А в секте И Тянь присутствовали все три заслуженных старейшины Основного Формирования, которые с удивлением смотрели на грозовые тучи, которые распространялись на сотни ли.

Второй старейшина встревоженно спросил:

— Неужели всемогущий культиватор Прохода Бедствия переживает молниеносную скорбь?

Великий старец покачал головой.

— Даже если это был сэр Сюань Линцзы тех дней, говорили, что он столкнулся только с грозовыми облаками, которые простирались на 811 ли, и восемьюдесятью одним ударом молнии. В этом мире есть ли еще кто-нибудь, кто может превзойти заслуженного старшего горы Тайхуа? Должно быть, это святое видение, что царство демонов взбунтуется!

Третий старейшина внезапно вспомнил:

— Старший брат, может быть, это действительно останки лорда Бэйдоу...

— Чепуха! Они - не что иное, как остатки Зарождающейся Души. Как это могло вызвать такое видение?

На мгновение обычные люди повсюду преклонили колени на земле и молились, в то время как бесчисленные культиваторы не переставали говорить.

И внутри этих остатков бесстрастное и красивое лицо Сюань Линцзы оставалось неизменным, когда он молча поднял голову, чтобы посмотреть на небо. Его меч-свет не прекращался до самого конца. Он поднял ногу, чтобы пнуть Ли Сючэня в угол, затем протянул руку и извлек белый свет из его лба.

— Забудь о том, что произошло. Сегодня я сохраню тебе жизнь.

Его лицо исказилось от боли, Ли Сючэнь боролся еще мгновение, а затем, наконец, потерял сознание. Его лицо было темно-красным. Яд желания уже превратился в пурпурную нить демонического тумана, непрерывно рассеивающуюся внутри его тела. Но он не проснулся, как бы сильно яд ни разрушал его тело.

Сюань Линцзы, больше не обращая внимания на этого человека, обернулся и хладнокровно посмотрел на своего ученика, но когда он увидел другого человека, он внезапно вздрогнул.

— Цзяньцин!

Сюань Линцзы поспешил вперед и взял Ло Цзяньцина за руку, посылая ему чистую духовную энергию.

Щеки Ло Цзяньцина раскраснелись, и он уже некоторое время тяжело дышал. Когда он внезапно получил духовную энергию, у него внезапно появились силы двигаться. В результате яд желания в его теле, который он подавлял все это время, немедленно захватил этот освежающий источник, и он перевернул другого человека, придавив его.

Сюань Линцзы тупо уставился на эту сцену.

Ло Цзяньцин сидел верхом на его теле, опустив глаза и глядя на него затуманенным взором.

Те губы, которые в прошлом произносили “Учитель”, теперь были красными от капающей крови, соблазнительно красными. Его прекрасные глаза блестели от жидкости, одежда была в беспорядке, а его красивая, хрупкая ключица была обнажена.

Ло Цзяньцин медленно открыл глаза, глядя на человека, которого он прижимал к земле. Когда он увидел его лицо, то нисколько не удивился. Он только хрипло рассмеялся и тихо пробормотал:

— Это ... еще одна иллюзия? Иллюзия, иллюзия... мн...

Низкий и неясный стон вырвался из его горла. Ло Цзяньцин сдержался и медленно опустил взгляд на свое тело, придвигаясь ближе к лицу человека под ним. Со сложным выражением лица он вгляделся в свое лицо, его взгляд переместился с равнодушных глаз на тонкие губы. Наконец он внезапно наклонил голову и поцеловал его.

Глаза Сюань Линцзы сузились.

Теплое, влажное дыхание Ло Цзяньцина коснулось другого человека. Он закрыл глаза и искренне поцеловал человека под собой. Их губы терлись друг о друга, нежно покусывая и облизывая. Сначала он хотел разжать зубы другого человека, но, к его удивлению, тот крепко сжал челюсти, отказываясь приоткрыться даже на дюйм.

Они целовались целую вечность. Ло Цзяньцин поднял голову и посмотрел на благородного сэра Сюань Линцзы, выражение лица которого все еще не изменилось, когда он равнодушно посмотрел на него. Только его красные, распухшие губы выдавали то, что произошло раньше.

Ло Цзяньцин вовсе не был зол или унижен. Его учитель должен быть таким вечно, неспособным пошевелиться ради него.

Несравненный, исключительный великий старший брат горы Тайхуа сдержанно рассмеялся. Казалось, он смеялся и в то же время плакал. Он сдерживал яд желания в своем теле до самого конца. Он потер свою одежду, сам справляясь со своей похотью. Нижняя часть его тела была твердой, как железо, и плотно прижималась к животу Сюань Линцзы. И все же он по-прежнему запутывался, отказываясь проявлять инициативу.

Ранее пояс Ло Цзяньцина был снят Ли Сючэнем. Но теперь, после того, как он сорвал его, его одежда была растрепана, обнажая большую часть его белоснежной кожи на открытом воздухе. Вся его кожа имела слабый оттенок розового, напоминая самый красивый белый нефрит на земле, такой красивый, что от него захватывало дух.

Ло Цзяньцин сидел на теле Сюань Линцзы, не в силах контролировать себя, и ласкал свое собственное тело.

Он не замечал, что глаза человека под ним становятся все темнее и темнее. Сюань Линцзы две минуты наблюдал, как Ло Цзяньцин ласкает свою грудь. Его глаза сузились, и он внезапно перевернулся, прижимая Ло Цзяньцина к своему телу. Он посмотрел на своего ученика сложным взглядом. Спустя долгое время он, наконец, потянул Ло Цзяньцина за руку.

Ло Цзяньцин непонимающе посмотрел на него глазами, полными вожделения.

Выражение лица Сюань Линцзы было спокойным, когда он спокойно смотрел на нижнюю часть своего тела. Его ледяные губы обжигали его тело, целуя каждый дюйм его кожи. Наконец он остановился у Ло Цзяньцина за левым плечом. Он нежно целовал его, посасывая, пока на нем не остался соблазнительный красный след. Наконец он поднял голову и посмотрел на своего ученика, пойманного в ловушку похоти и неспособного освободиться.

Когда Сюань Линцзы пошевелился, Ло Цзяньцин непрерывно дышал. Он посмотрел на него водянистыми глазами, с легкой болью в голосе, когда пробормотал:

— Учитель, ха-ха…Учитель ... о...

Горячие губы прижались, запечатывая все слова, которые Ло Цзяньцин сказал бы следующим.

Его холодный язык прорвался сквозь горящие губы, облизывая каждый дюйм обжигающей кожи во рту, с причмокиванием облизывая полные губы. Ло Цзяньцин невольно издал стон. Он страстно обнял человека, стоявшего над ним, притягивая его ближе, желая, чтобы другой человек гладил и ласкал его.

Но Сюань Линцзы не только целовала его.

Они целовались жадно и бессмысленно, как будто чувства, которые подавлялись столько лет, вырвались на свободу. Он покусывал эти мягкие губы, смакуя эти сладкие жидкости, заставляя своего серьезного и сдержанного ученика невыносимо кричать.

Сюань Линцзы погладила волосы Ло Цзяньцина и вытащила зеленую нефритовую заколку. В мгновение ока все пряди черных волос рассыпались веером. Черные волосы посреди его волнующе красивого лица были особенно соблазнительны. Сюань Линцзы посмотрел на эту сцену сверху вниз, а затем поцеловал его еще более нежно.

Он нежно целовал его очень долго, потом наконец остановился.

Ло Цзяньцин вздрогнул, когда он обнял его, прижимая к своей обнаженной груди. Но взгляд Сюань Линцзы по-прежнему был спокойным, ни в малейшей степени не тронутым.

Через короткий промежуток времени Сюань Линцзы опустил голову и снова поцеловал эти губы. На этот раз бледно-красный свет засиял там, где он прикоснулся губами. Все тело Ло Цзяньцина напряглось, он безвольно лежал на камне, позволяя другому поцеловать его. Красный свет становился все ярче и ярче. По прошествии некоторого времени жар на коже Ло Цзяньцина постепенно исчез, и его светлая кожа вернулась к своему нефритово-белому цвету.

Правда заключалась в том, что мерцающий красный огонек находился между лбом Сюань Линцзы. К тому времени, как красный огонек между губами двух людей исчез, Сюань Линцзы немедленно отпустил Ло Цзяньцина. Как будто он не хотел ждать больше ни секунды, он положил своего спящего ученика на землю после того, как позаботился об этом яде желания внутри него.

Сюань Линцзы привел в порядок свою одежду. Благородный и холодный, ни единого выбившегося волоска, как будто ничего и не случилось. Он добросовестно надел каждый предмет одежды обратно на Ло Цзяньцина, выражение его лица было холодным, как будто он действительно просто заботился о своем собственном ученике, без какой-либо другой привязанности.

После того, как все было сделано, он медленно встал и посмотрел на молитвенный коврик в каменной комнате.

Глаза Сюань Линцзы сузились, и он сказал ледяным голосом:

— Поскольку ты уже так долго наблюдал за нами, почему ты все еще прячешься? Ты позоришь честь моего ученика, клевещешь на него и называешь его демоном, подставляя этого демонического лиса, чтобы завладеть его телом – тебе лучше приготовиться должным образом извиниться!

Глава 14 - [Незначительные изменения] Захват Сотворения Неба и Земли! Девять записей Захвата Небес!

После того, как голос Сюань Линцзы стих, в каменной комнате не было слышно ни звука.

Он сложил два пальца вместе, заставив золотой свет меча пронзить каменный стол перед молитвенным ковриком. Внезапно из-за каменного стола появился покачивающийся остаток души. Его тело было расплывчатым, казалось, что оно рассеется в следующий момент, но он все еще продолжал повторять слова:

— Человек или демон…

Если бы Ло Цзяньцин мог проснуться в этот момент, он бы сразу понял, что этот голос был именно тем, кто сражался с ним в Шестом Проходе. Это был всего лишь остаток души, можно даже сказать, что это был остаток души без особого осознания, но он содержал навязчивые идеи первоначального владельца, отказывающиеся рассеиваться.

— Человек или демон, человек или демон.......

Безразличное лицо Сюань Линцзы ничего не выражало. Внезапно восьмилепестковый золотой лотос между его бровями расцвел ярким светом, заставив оставшуюся душу взвыть от боли. Затем оставшаяся душа, дрожа, поднял голову и посмотрел на него. Посмотрев на него в течение долгого времени, он резко закричал:

— Ты демон!

Сюань Линцзы слегка усмехнулся:

— Какой же я демон?

Казалось, ничего не услышав, оставшаяся душа бросилась к телу Сюань Линцзы с пятью вытянутыми когтями.

Сюань Линцзы направил свой меч света на оставшуюся душу, заставив ее жалобно завизжать. Цвет его глаз постепенно прояснялся. Спустя еще один долгий промежуток времени он внезапно поднял голову и посмотрел на Сюань Линцзы. Он воскликнул в изумлении:

— Изначальный дух?! [1] ,— через некоторое время оставшаяся душа в ужасе сказала — Половина изначального духа...... вы совершенствуетесь выше уровня Махаяны! [2]

[1] Изначальный дух - часть их духа / души,

которую только совершенствующиеся могут отделить от своих тел (особенно совершенствующиеся выше стадии Махаяны)

[2] Быстрое обновление стадий культивирования в TVHSS:

- Конденсация Ци

- Учреждение фонда

- Формирование ядра - Зарождающаяся Душа

- Внетелесный (Чу Цяо)

- Слияние тел (Hé ti) Tribulation Passage (Dù Jié)

- Махаяна (Да Ченг)

- Очищение духа (Huà Shén)

При этом каждая стадия (кроме Конденсации Ци, уровень которой 1-9) делится на раннюю,Среднюю, Позднюю и Пиковую соответственно. Бессмертное Вознесение наступает после последней стадии совершенствования.

Сюань Линцзы проигнорировал слова остатка души, с холодным лицом, сравнимым с безразличием ледяного лотоса, он спокойно сказал:

— Поскольку ты уже восстановил свое Духовное осознание, извинись за то, что ошибочно обвинил моего ученика как демона.

Не дожидаясь, пока другой нападет, оставшаяся душа хрипло закричала:

— Он демон, он демон, он демон!

Сюань Линцзы холодно рассмеялся:

— Чепуха!

Оставшаяся душа сказала дрожащим голосом:

— Его не терпят небеса и земля, если не демон, то кем еще он может быть!

— Тот, кто не развивает волю небес, считается демоном?

— Да!

Взмахнув рукавом, мерцание золотого света упало в каменную комнату. Он сказал равнодушно:

— Тогда как насчет меня?

Оставшаяся душа потеряла дар речи. Через некоторое время он, казалось, снова потерял рассудок. Он постоянно начинал бормотать:

— Культиватор демонов стадии Махаяны, культиватор демонов стадии Махаяны...... ты демон, ты демон, ты демон!

Тонкие глаза феникса упали на обезумевшую душу. Сюань Линцзы апатично посмотрел на оставшуюся душу, держащую перед собой голову от боли. Инстинкт души, казалось, подсказывал ему напасть на Сюань Линцзы, но каждый раз, когда он поднимал на него глаза, то в страхе отводил взгляд.

В конце концов, оставшаяся душа медленно взлетела и непрерывно била себя по внутренней части каменной камеры. У него даже не было физического тела, но он продолжал кричать  “Человек или демон" и неоднократно калечил себя.

На это Сюань Линцзы просто спокойно наблюдал. Даже когда оставшаяся душа попала в Ли Сючэня, заставив тело потерявшего сознание Ли Сючэня содрогнуться в конвульсиях, он не сделал ни малейшего движения, чтобы остановить это. Только когда оставшаяся душа приблизилась к Ло Цзяньцину, зрачки Сюань Линцзы сузились. Взмахнув рукавом, оставшаяся душа была отведена назад.

Гнетущий голос культиватора стадии Очищения Духа эхом отдавался в маленькой каменной комнате, как гром.

— Поскольку ты уже умер, зачем быть таким настойчивым? С древних времен люди и демоны никогда не сосуществовали в гармонии. В этом поколении я сделал все, что смогу, для человеческой стороны. Две расы живут в мире уже более ста лет. Теперь ты должен уйти, это твоя судьба.

— Человек или демон...... демон...... ты демон.....

— Ты оклеветал моего ученика как демона и довел его до такого состояния. Теперь пришло время загладить свою вину.

— Демон, ты и есть демон, ты...... aaaaa!!!

Взмахнув одеждой, луч золотого света прошел сквозь тело остатка души, заставив его закричать от боли. Спустя время, потраченное на ароматическую палочку, крики остатка души резко прекратились. Он молча опустил голову и уставился в землю, как будто потерял сознание.

Сюань Линцзы понизил голос и сказал:

— Кроме этого человека, вознаградите тех, кто их заслужил.

Оставшаяся душа краем глаза взглянул на Ли Сючэня и слегка кивнул.

— Да.

В небе грозовые тучи издавали грохочущий звук, словно осуждая слова Сюань Линцзы.

Сюань Линцзы повторил его слова:

— Возмести моему ученику то, что ему причитается.

Оставшаяся душа еще раз кивнул головой:

— Да.

Сюань Линцзы взмахнул своими длинными рукавами, отчего вспыхнул кроваво-красный огонёк.

Грозовые тучи грохотали еще яростнее, и молнии обрушивались вниз недалеко от горного хребта и Тянь. Вслед за сильным раскатом грома обрушилась невероятно сильная красная молния, точно нацеленная на Сюань Линцзы.

Золотой свет вспыхнул между бровями Сюань Линцзы, и в его руке появился меч Сюань Лин. Направив свой меч к небесам, он выпустил в небо величественную духовную силу.

Гром и золотой меч встретились в воздухе, издав звук, способный потрясти небеса и землю.

В этот момент все вершины рядом с горным хребтом были стерты с лица земли. Мощные звуковые волны распространились, сотрясая культиваторов, которые собрались вокруг ранее, чтобы понаблюдать за волнением. Культиваторы, которые были ниже Зарождающейся Души  одновременно выплюнули полный рот крови. В то время как те, кто все еще находился в состоянии Конденсации Ци, все упали без сознания с серьезными внутренними повреждениями.

Грозовые тучи продолжали реветь, но больше не осмеливались посылать вниз удары грома. В каменной камере оставшаяся душа продолжала молча смотреть в землю, в то время как Ли Сючэнь и Ло Цзяньцин все еще были без сознания. Никто не знал, что самый сильный культиватор в мире только что отшатнулся и выплюнул полный рот крови.

В крови виднелись отблески золотого света.

Сюань Линцзы опирался половиной своего тела на меч Сюань Лин. Он взглянул на оставшуюся душу и сказал:

— Это принадлежит моему ученику.

Сразу же после того, как его голос затих, прежний кроваво-красный свет полетел к остатку души. Оставшаяся душа сначала хотела поймать свет, но была напугана энергией, исходящей от него. Он мог только послушно стоять и смотреть, как красный огонек остановился перед его глазами.

Оставшаяся душа почтительно сказала:

— Понятно.

Сюань Линцзы посмотрел на кроваво-красный свет. После долгих размышлений он, наконец, стер что- то со света своей рукой, а затем пошел к Ло Цзяньцину.

Красивое лицо Ло Цзяньцина было покрыто слоем пота, но его дыхание было ровным.

Сюань Линцзы долгое время молча наблюдал за происходящим. Наконец он вздохнул. Он ткнул пальцем в лоб Ло Цзяньцина и извлек белый свет, как он ранее сделал с Ли Сючэнем. Его движения были чрезвычайно нежными, Ло Цзяньцин просто слегка застонал, без какой-либо другой реакции.

В следующее мгновение Сюань Линцзы внезапно исчез. В то же время золотой свет пронзил барьер руин горного хребта И Тянь и полетел в направлении горы Тайхуа. Наконец, он исчез, когда вошел в защитную формацию горы Тайхуа.

Гора Тайхуа, пик Цан Шуан.

Великолепный зал стоял на вершине пика Цан Шуан, возвышаясь над всей горой и излучая внушающее благоговейный трепет давление. В этом зале, сидя на бамбуковой циновке, старик с седыми волосами выпрямил спину во время медитации.

Перед ним были целых четыре этажа ламп души. На первом этаже горели десятки ламп, на втором - шесть, а на третьем - всего две. На верхнем этаже стояла только одна лампа золотой души, ее мерцающий свет...

Лидер секты горы Тайхуа, Хао Синцзы, пребывал в состоянии умиротворенной медитации. В этот момент, увидев, что лампа золотой души внезапно потускнела, Хао Синцзы резко открыл глаза. Глядя на эту сцену с ужасом, он удивленно прошептал:

— Сюань-шиди?![3]

3)-  младший брат по обучению.

Как только его голос стих, Хао Синцзы превратился в белый луч света и полетел к пику Юцсяо в центре горы Тайхуа.

В Горном массиве И Тянь, в сотнях миль от горы Тайхуа, ученики горы Тайхуа и секты И Тянь все еще проходили жестокие тренировки.

Бесчисленные существа и звери бродили по пустоши. Все ученики горы Taйхya были отправлены на обучение в горы Ван Шоу своими

учителями с юных лет, каждый из которых имел приличный практический опыт. Но ученики секты И Тянь были другими. У большинства из них не было достаточного уровня развития, и у них не было большого реального боевого опыта. Многие ученики уже раздавили свои нефритовые жетоны и были вывезены из руин.

Итак, когда ученики из обеих сект, наконец, вышли из пустынной части руин, там было пятнадцать человек с горы Тайхуа, но только двое из секты И Тянь.

Группа из семнадцати человек встретилась на Шестом Проходе. Странным было то, что они долго ждали, чтобы достичь этого уровня, но все, что они могли видеть, была только темнота, заставляя их чувствовать себя очень сбитыми с толку.

В то же время, в каменной камере Седьмого Прохода пальцы Ло Цзяньцина слегка шевельнулись, и он медленно пришел в сознание.

Только что пережив битву с демоном-лисом, Ло Цзяньцин уже исчерпал свою духовную силу. У него не было сил встать, поэтому он мог только открыть глаза. Первое, что он увидел, был Ли Сючэнь, лежащий в углу, весь в крови.

Ло Цзяньцин прищурил глаза. Ему еще предстоит двигаться, но он внезапно почувствовал другое духовное присутствие. Когда он повернулся, чтобы посмотреть, то увидел странную тень, плывущую перед молитвенным ковриком, молча склонив Глаза Ло Цзяньцина широко раскрылись, он был готов вынуть зеленый бамбуковый зонтик из своего пространственного кольца, только чтобы услышать, как оставшаяся душа шепчет Ли Сючэню:

— Тренировка окончена, ты потерпел неудачу.

После того, как его голос упал, тело Ли Сючэня вспыхнуло белым светом и в мгновение ока он исчез в руинах.

Ло Цзяньцин тупо смотрел на эту сцену, как будто не понимал, что происходит. Последнее, что он помнил, была борьба с демоном-лисом, а затем падение без сознания. Почему он вдруг увидел остатки души, а также, казалось, что Ли Сючэнь был серьезно ранен?

Ло Цзяньцин использовал свою лишь немного восстановившуюся духовную силу, чтобы искать и охранять свое окружение.

Хриплый голос оставшейся души снова раздался в каменной комнате:

— Ты прошел испытания руин этого господина. Этот господин вознаградит тебя своими тремя духовными сокровищами.

После паузы на лице остатка души появилось выражение негодования.

— Я уничтожу демонов, если когда-нибудь не будет равновесия между людьми и этими монстрами! Я, повелитель Бэйдоу, много лет нахожусь на поле боя, и я один убил десять тысяч демонов. С расой демонов всегда будет либо они умрут, либо я умру! Эти три духовных сокровища наиболее эффективны по отношению к ним и очень помогут вам убить их.

Перед Ло Цзяньцином появились три луча белого света.

Ло Цзяньцин:…

Итак, что же здесь произошло?

Оставшаяся душа еще не закончила говорить, и он продолжил:

— Это тайный свиток этого господина, он также будет дан тебе.

На этот раз оставшаяся душа заговорила просто, без всяких лишних слов. Кроваво-красный свет полетел прямо на Ло Цзяньцина. В этот момент Ло Цзяньцин уже восстановил тридцать процентов своей духовной силы, поэтому он поднял руку, чтобы поймать красный огонек.

Свет сконденсировался в кроваво-красный нефритовый жетон размером всего с ладонь, но он, кажется, сконденсировался из крови, яркий по цвету и пронзительно привлекательный. Держа его на ладони, Ло Цзяньцин чувствовал, что оно может обжечь его. Несмотря на то, что он спокойно ждал, пока его владелец прочтет его, мощное давление, исходящее от нефритового жетона, заставило воздух застаиваться.

Ло Цзяньцин нахмурил брови. Он повернулся, чтобы посмотреть на оставшуюся душу, и сказал:

— Старший, я не знаю, что ...

Его голос резко оборвался. В удивленных глазах Ло Цзяньцина остаток души тупо поднял голову, его фигура превратилась в бесчисленные белые пятна, постепенно исчезающие в каменной комнате. Только низкий, хриплый голос еще долго отдавался эхом:

— Человек......или демон?

В этом голосе было достаточно одержимости и сожалений, чтобы эхом отозваться во времени.

Поскольку оставшаяся душа исчезла, у Ло Цзяньцина не было другого выбора, кроме как посмотреть на четыре вещи, которые он получил. Один из трех предметов был духовным оружием уровня земли, а два других были духовным оружием уровня сюань [4]. Хотя все они считались драгоценными, они также были предметами, которыми мог обладать зарождающийся культиватор Душ.

[4] Сюань (玄阶法文) - оставлено в форме пиньинь, потому что я не знаю точного перевод.

Только кроваво-красный нефритовый жетон привел Ло Цзяньцина в замешательство. Гнетущее давление, исходившее от нефритового жетона, казалось, могло прорезать древнее время.

Может ли быть так, что повелитель Бэйдоу действительно обладал такой большой удачей и смог разрушить Созвездие Бэйдоу Цисин, чтобы получить такой ужасный нефритовый знак?

После долгих колебаний Ло Цзяньцин все же использовал небольшое количество своего духовного чувства, чтобы проникнуть в нефритовый знак.

На мгновение из нефритового жетона и в его ушах раздался гнетущий голос:

— Способный захватить долгие годы, обширную землю и сотворение небес и земли. Способ захватить их всех. Это известно как Девять......  ,— голос внезапно остановился и через мгновение продолжил — Это известно как запись захвата Девяти Небес.

Глава 15 - Не слишком ли ты добр к Цзяньцину?

В огромном море облаков и тумана Хао Синцзы, лидер секты горы Тай Хуа, быстро достиг вершины Юй Сяо. Он передал свой голос своему шиди. Но неожиданно другая сторона не дала никакого ответа, заставив лидера секты нахмурить брови и направиться прямо к вершине.

Все ученики горы Тай Хуа знают, что пик Юй Сяо покрыт несколькими защитными барьерами и ограничениями. Даже Му Тяньсинь шимэй из Семи Детей Тай Хуа не смогла подняться. Каждый раз, когда она приходила сюда, ей оставалось только ждать, когда Ло-шисюн спустится с горы.

Но они не знали, что, кроме Му-шимэй, даже другим уважаемым старейшинам секты и верховным лордам не разрешалось подниматься на пик Юй Сяо.

Пик Юй Сяо был самой важной запретной зоной горы Тай Хуа. Только верховный лорд Сюань Линцзы, дашисюн* Ло Цзяньцин и Лидер Секты Хао Синцзы могли войти. Другие были бы запечатаны и непосредственно убиты массивом, если бы они сделали хоть один шаг в пик Юй Сяо без разрешения.

*самый старший или первый поступивший на обучение ученик.

Когда Хао Синцзы прибыл к бамбуковому дому, он сразу же почувствовал хаотичную духовную силу и следы крови в воздухе. Его глаза расширились, он поспешно прорвался сквозь барьер, оставленный его шиди, и прорвался через дверь. Увидев сцену внутри дома, он был немедленно ошеломлен.

Красивый и элегантный сэр Сюань Линцзы полулежал на бамбуковой кушетке, его лицо было бледным, а лоб покрыт капельками пота. Лацканы его белой мантии теперь были окрашены в ослепительный малиновый цвет. На земле перед ним была лужа крови, от которой исходила золотистая духовная энергия.

Увидев это, Хао Синцзы еще больше расширил глаза и воскликнул:

— Кровь из сердца! Шиди, ты...... [1]

1-[1] 心头血 - непосредственно переводится как “кровь из кончика сердца”.

Сюань Линцзы ничего не сказал, но его бледное выражение лица уже дало Хао Синцзы ответ.

Хао Синцзы поспешно достал пузырек с таблетками из своего пространственного кольца. В тот момент, когда изумрудно-зеленая таблетка была извлечена из флакона, ее аромат распространился в воздухе. Заставляя близлежащие цветы, растения и бамбук за пределами дома раскачиваться от волнения. Легким движением запястья таблетка влетела в приоткрытый рот Сюань Линцзы.

Сюань Линцзы потребовалось четверть часа, чтобы восстановить нарушенную духовную энергию в своем теле.

После того, как Сюань Линцзы был вне опасности, Хао Синцзы не мог не сказать:

— Шиди, что происходит? У тебя ци отклонилась? Невозможно. Ты совершенствовался более трехсот лет. Хотя это время очень короткое, ты всегда был чист умом и никогда не сталкивался с внутренним демоном [2]. Как у тебя могла быть такая реакция сегодня?

2- Внутренний демон (魔魔/ демон сердца). негативные эмоции и другие ментальные барьеры, которые препятствуют совершенствованию и могут привести к отклонению ци.

Сюань Линцзы кивнул в знак приветствия и равнодушно сказал:

— Лидер секты шисюн.

Хао Синцзы в этот момент выглядел суровым.

Он долго думал и вдруг сказал:

— Внутренний демон! Давным-давно Воинственный Дядя приказал тебе избавиться от всех внутренних демонов и поклясться защищать этот предмет. Это потому, что что-то пошло не так, и именно поэтому  ты такой? Шиди, этот предмет - самая важная запрещенная вещь в горе Тай Хуа, “Девятка”......

— Лидер Секты шисюн! ,— Сюань Линцзы холодно прервал Хао Синцзы — Это не имеет никакого отношения к тому предмету.

После того, как его голос упал, Сюань Линцзы щелкнул ладонью и вызвал кроваво-красный свет. В тот момент, когда этот предмет появился между небом и землей, облака, плывущие по небу, казалось, застыли, и слабые грозовые тучи начали собираться над пиком Юй Сяо. После того, как Сюань Линцзы забрал предмет обратно, грозовые тучи немедленно рассеялись.

Хао Синцзы вздохнул с облегчением:

— Пока этот предмет в порядке, все будет хорошо.

Затем, после паузы, он вдруг подумал: Тогда Шиди, почему ты...

Сюань Линцзы спокойно сказал:

— На этот раз что-то пошло не так с обучением новых учеников. Эти руины не принадлежат обычному культиватору стадии Зарождения Души. Мой изначальный дух последовал за Цзяньцином и вошел в руины вместе с ним. Я видел остатки души культиватора, он был культиватором на стадии Выхода из Тела. Но, должно быть, что-то произошло при его жизни, что заставило его вернуться к Зарождающейся Душе.

Хао Синцзы недоверчиво спросил:

— Шиди, разве ты не догадался остаться на горе Тай Хуа? Как твой изначальный дух смог уйти?

Сюань Линцзы равнодушно сказал:

— Я разделил свой изначальный дух пополам. Нельзя по-настоящему считать, что я покинул гору Тай Xya.

Всего эти несколько слов лишили Хао Синцзы дара речи.

Совершенствующийся, достигший стадии Зарождения Души, может уплотнить свой изначальный дух. Но в это время изначальный дух - всего лишь маленький ребенок, и у него не будет большой силы атаки. После стадии выхода из Тела изначальный дух может быть отделен от тела. И когда совершенствование достигает стадии Махаяны, изначальный дух может быть разделен по желанию. Чем выше уровень развития, тем больше расколов, причем каждый изначальный дух имеет потенциал для использования в бою.

Поэтому в предыдущих руинах, осознав, что Сюань Линцзы был наполовину изначальным духом, оставшаяся душа Повелителя Бэйдоу выпалила: "совершенствующийся выше уровня Махаяны".

Однако это было что-то теоретическое, и культиваторы стадии Махаяны редко разделяют свой изначальный дух. Причина просто в том, что боль от его расщепления - это, конечно, не то, что может вынести обычный человек.

Изначальный дух - это самая чувствительная часть совершенствующегося. Просто позволив постороннему прикоснуться к нему, все их тело онемело бы. Например, если физическое тело и изначальный дух подвергаются одному и тому же столкновению, физическое тело может испытывать боль, но изначальный дух будет чувствовать в сто раз большую боль!

Одна мысль о том, чтобы расколоть его изначальный дух, заставила кожу головы Хао Синцзы онеметь. Спустя долгое время он вздохнул и сказал:

— Не слишком ли хорошо ты относишься к Цзяньцин?

Лицо сэра Сюань Линцзы ничего не выражало. Он легко сказал:

— Цзяньцин - мой ученик.

Увидев такое появление своего шиди, то, что Хао Синцзы изначально хотел сказать, застряло у него в горле.

— Это были всего лишь останки культиватора во внетелесной стадии, пока он был готов сдаться, ничьим жизням не угрожала бы никакая опасность. Более того, у Цзяньцина при себе так много твоих духовных сокровищ и пилюль. Не слишком ли ты озабочен расщеплением своего изначального духа?

В конце концов, это все еще оставалось вопросом между мастером и учеником, и Хао Синцзы не хотел вмешиваться. Тщательно расспросив о физическом самочувствии Сюань Линцзы, он ушел, сказав:

— Я найду шимэй, чтобы она приготовила для тебя несколько таблеток. Они помогут тебе восстановить свой изначальный дух как можно скорее. — Затем он превратился в луч белого света и покинул пик Юй Сяо.

После того, как Хао Синцзы ушел, Сюань Линцзы, наконец, не смог продолжать сдерживаться. Он отшатнулся назад и снова закашлялся кровью.

В крови все еще были искорки золотого света. Сюань Линцзы невольно упал в обморок, его лицо было похоже на золотую бумагу. В то же время лампа золотой души на верхней полке зала на пике Цан Шуан продолжала мерцать и раскачиваться. Спустя долгое время огонь медленно успокоился, лишь немного потускнев, чем раньше.

В сотнях миль отсюда, в горном массиве И Тянь, грозовые тучи уже рассеялись. Многие культиваторы, собравшиеся здесь ранее, не нашли никаких артефактов или сокровищ после долгого наблюдения, и каждый сердито ушел.

Еще через несколько мгновений все ученики были вывезены из руин.

Ло Цзяньцин поместил три духовных оружия и кроваво-красный нефритовый жетон в свое пространственное кольцо. После того, как его отослали, он огляделся и быстро нашел учеников горы Тай Хуа.

— Ло-шисюн, в общей сложности семнадцать учеников с горы Тай Хуа прошли Шестой Перевал, и все они были вознаграждены.

Говоря это, девятнадцатый Шиди достал ту же самую белую нефритовую бусину и сказал:

— Это бусина воды. Этот водяной шарик, по-видимому, позволяет пользователю дышать под водой и погружаться на глубину до пятидесяти километров. Это тоже можно считать сокровищем.

Ло Цзяньцин одобрительно кивнул. Он огляделся и спросил:

— Почему вас только двадцать?

Девятнадцатый шиди рассмеялся и беспомощно сказал:

— Шисюн, пустынная часть руин действительно опасна. Некоторые из нас были ранены и раздавили нефритовые жетоны, чтобы выйти наружу. Когда я только что вышел, узнал, что Ли Сючэнь давным-давно вывезли. После того, как его отправили, его отвезли в секту И Тянь для восстановления сил, поэтому я попросил других раненых учеников тоже отправиться в секту И Тянь для восстановления сил.

Ло Цзяньцин слегка приподнял брови и удивленно спросил:

— Все ранены? Что, Ли Сючэнь тоже ранен?

Девятнадцатый шиди дважды тяжело вздохнул:

— Да, многие люди были ранены. Я слышал, что в секте И Тянь даже погибло несколько учеников Конденсации Ци. Но шисюн, ты не видел травмы Ли Сючэня, у него не было обеих рук, а глаза были слепы. Я не знаю, с каким свирепым монстром он столкнулся в пустоши. Это не отняло у него жизнь, а вместо этого оставило его в таком состоянии ......

Слушая, Ло Цзяньцин повел учеников горы Тай Хуа в секту И Тянь, готовясь вновь собраться с другими учениками.

Девятнадцатый шиди пришел к выводу:

— Если старейшина с пика Цин Лан [3] специально не усовершенствует пилюли, чтобы исцелить раны Ли Сючэня, он, вероятно, не поправится в этой жизни. Но поскольку он всего лишь новый ученик, секта не сделает для него так много. — Он вздохнул и продолжил — Шисюн, как ты думаешь, почему он просто не раздавил нефритовый жетон? Какая награда должна быть дана за это, это действительно......

Ло Цзяньцин слегка улыбнулся и сказал:

— Опыт всегда сопровождался опасностью. Не учитесь у него в будущем. Вы должны решительно сдаться, когда этого потребует ситуация.

Девятнадцатый шиди кивнул с усмешкой, показав полный рот белых зубов.

Увидев старейшину Чжао из секты И Тянь, Ло Цзяньцин мягко сложил руки рупором и поклонился. Другая сторона немедленно ответила на формальность, польщенная.

Ло Цзяньцин улыбнулся и сказал:

— После того, как старейшины Тай Хуа проверят, награды за обнаружение руин будут отправлены секте И Тянь. — После паузы Ло Цзяньцин снова сказал — Интересно, что случилось с моими учениками горы Тай Хуа, которые пришли отдохнуть в вашу секту?

Старейшина Чжао почтительно сказал:

— За исключением товарища-даоса со второго уровня Снисхождения Ци, который, кажется, ранен немного серьезнее, все остальные в порядке.

Не слыша имени, Ло Цзяньцин мог догадаться, кто был серьезно ранен. Хотя Ли Сючэнь был вывезен относительно скоро, Ло Цзяньцин все еще видел травмы Ли Сючэня своими собственными глазами. Такие травмы были смертельны для культиватора Конденсации Ци. Тот факт, что Ли Сючэнь не умер, уже несколько удивил Ло Цзяньцина.

Несмотря на то, что Ло Цзяньцин думал именно так, он не мог показать это внешне.

На его красивом и элегантном лице было легкое смущение. Ло Цзяньцин вздохнул:

— Поскольку этот шиди так тяжело ранен, интересно, сможет ли он восстановиться в вашей секте? Учитывая его нынешнее положение, я боюсь, что его состояние не подходит для длительных путешествий.

Старейшина Чжао немедленно сказал:

— Это решено! Все собратья-даосы горы Тай Хуа только что пережили опасный опыт, и я боюсь, что все они физически и умственно истощены. Товарищ даос Ло, лучше переместиться к Воротам моей секты И Тянь.

Услышав это, глаза феникса Ло Цзяньцина слегка расширились.

Первоначально он просто хотел оставить Ли Сючэня в секте И Тянь, но он не ожидал, что старейшина Чжао сделает такое предложение.

Подумав немного, Ло Цзяньцин улыбнулся и кивнул:

— Тогда мы должны побеспокоить собратьев-даосов.

Вскоре после этого группа поднялась на борт летающего корабля с сокровищами Ло Цзяньцина и полетела к горным воротам секты И Тянь. В течение этого времени ученики И Тянь развлекали учеников Тай Хуа вкусной едой и развлечениями, даже столкнувшись с новыми учениками на первом уровне Сгущения Ци, они не смели быть небрежными.

На третий день красивый культиватор в светло- зеленых одеждах стоял перед кроватью, глядя на пышные зеленые деревья во дворе.

Бледно-желтый бумажный журавлик медленно полетел к нему, покачиваясь среди множества цветов, и, наконец, остановился перед Ло Цзяньцином. В нем говорилось: "Ло-шисюн, информация, которую вы запросили, была проверена.

Губы Ло Цзяньцина слегка дрогнули, и появилась легкая улыбка: "Второй шиди, извините, что беспокою вас, вы знаете, в чем дело?"

Этот бумажный журавль был нарисован с использованием высокоуровневых символов передачи звука, так что даже тон и голос человека были четко воспроизведены. Услышав только нежный голос бумажного журавлика, Второй шиди горы Тай Хуа, Цзо Юнмо, слегка улыбнулся.

"Повелитель Бэйдоу был совершенствующимся на стадии Выхода из Тела тысячи лет назад. Он участвовал в течение 230 лет в Великой войне Людей и Демонов, прежде чем был выслежен демоном Девятого ранга, в результате чего его развитие упало с выхода из Тела до Зарождения Души…"

Автору есть что сказать:

Схема совершенствования такова: Сгущение Ци, Создание Основы, Формирование Ядра, Зарождение Души, Выход из Тела, Слияние Тел, Прохождение Скорби, Махаяна и Очищение Духа~

Глава 16

С древних времен человечество и раса монстров были подобны огню и воде, а дым от пушек был повсюду.

Все расы монстров культивируются монстрами. У так называемой несамостоятельной расы их сердца должны быть разными. Чтобы соревноваться за ресурсы, человеческая раса и раса монстров неоднократно сражались с древних времен, и теперь они — враги. Глубоко, как море, нет места для возврата.

Битва, упомянутая Цзо Юньмо, которая длилась 230 лет, Ло Цзяньцин до сих пор знает, что эта битва — кровавая книга в истории войны между двумя кланами. Человеческая раса также потеряла двух монахов Махаяны, один из которых был мастером вершины горы Тайхуа Хао Мин и мастером Ло Цзяньцина.

Однако Ло Цзяньцин практикует только 36 лет, и его время уже мирное. Хэ Цин Хайянь, два племени не воевали целых 100 лет. Высокопоставленные монстры не могут отступить, а человечество не проявляет инициативу, чтобы провоцировать споры. Только монахи ниже подходящего периода и монстры ниже восьмого уровня будут сражаться в пограничной войне, но войн больше не будет.

Хребет Десяти тысяч зверей, который часто посещает Ло Цзяньцин, — банальная зона, созданная Человеческой расой и расой монстров. Чудовища ниже восьмого уровня могут входить по желанию, и монахи ниже комбинированного уровня также могут входить в него. Здесь жизнь и смерть оставлены для жизни, богатство витает в небе, и два клана могут излить свою ненависть по своему желанию и беспричинно убивать.

Хихикающий голос Цзо Юньмо прозвучал в тихом дворе:»Старший брат, хотя Истинный Лорд Бэйдо недостаточно силен, он неоднократно добивался выдающихся достижений в той войне, поэтому он выиграл много сокровищ. Вы, ребята. На этот раз реликвией этого опыта является его натальное магическое оружие, массив Большой Медведицы. Это построение на уровне земли, которое может убить монаха зарождающейся души. К сожалению, реликвия сейчас закрыта, иначе вы можете захватить ее, и она будет очень полезна в будущем.»

Услышав это, Ло Цзяньцин осторожно приподнял уголки губ и спросил:»Младший брат, когда ты так точно рассчитал?»

Цзо Юньмо беспомощно сказал:»Больше Через полгода начинается Грандиозное Соревнование Цзунмэнь. Брат, я не хочу, чтобы директор снова делал мне выговор».

После того, как двое снова пошутили, тысяча бумажных журавликов медленно замахали крыльями. Взлетел в небо и вскоре исчез в поле зрения Ло Цзяньцина. Глядя на чистое небо, Ло Цзяньцин медленно прищурился, затем повернулся и вернулся в свой дом.

Вернувшись, Ло Цзяньцин достал кроваво-красную нефритовую карту прямо у На Цзе и внимательно посмотрел.

Название»Девять захватывает небеса» достаточно властное, и два слова»захватите небеса» сами по себе внушали Ло Цзяньцин чувство благоговения.

Г-н Бэйдо сказал, что это секретная книга, которую он получил, но Ло Цзяньцин считал это невозможным. Даже если бы Великий Владыка Большой Медведицы получил много собственности во время войны и открыл руины, далеко выходящие за пределы обычного монаха Возрождающейся Души, он не должен был обладать такой бросающей вызов небесам техникой.

Если бы Истинный Монарх Большая Медведица действительно практиковал эту технику, он не был бы преследован чудовищным чудовищем, упал бы до огромного уровня и, в конце концов, трагически погиб бы.

После битвы с призрачной лисой Ло Цзяньцин только вспомнил, что ему было больно, а затем его память на время была потеряна. Проснувшись снова, он увидел Ли Сючэня в крови.

После того, как Ли Сючэнь проснулся за последние два дня, хотя его глаза были слепыми, его уши не были глухими, а рот не был немым. Ло Цзяньцин попросил его исследовать свой рот. Ли Сючэнь сказал, что он помнил только то, что он достиг последнего прохода. Я не знаю, как это стало так.

— Ли Сючэнь тоже потерял память.

Ло Цзяньцин интуитивно чувствовал, что этот вопрос был определенно непростым. Вероятно, его воспоминания и Ли Сючэнь были стерты какой-то силой.

После долгих раздумий Ло Цзяньцин мог только думать, что этот инцидент, вероятно, был связан с Истинным Лордом Бэйдо, но не было возможности снова войти в руины, чтобы узнать правду.

Прошло более двух месяцев с момента его перерождения, Ло Цзяньцин очень ясно чувствовал, что духовная сила в его теле медленно уходит. На этой скорости, это абсолютно невозможно для Цзун Секта сравнить его полгода позже, чем Цзо Yunmo, второй младший брат, который всегда практиковал трудно, и даже третья младшая сестра Вэй Qiongyin может победить его.

Самое главное, что его королевство может пасть.

Думая об этом, Ло Цзяньцин крепко сжал в руке кроваво-красную нефритовую медаль.

Время идет за окном, заходящее солнце медленно садится, а ясная луна поднимается с востока. После того, как восходящее солнце Главы выпрыгнуло из-под земли на второй день, Ло Цзяньцин молча подошел к окну, глядя на яркое круглое солнце, и, наконец, вздохнул и вернулся на диван.

На этот раз Ло Цзяньцин поставил барьер вокруг дома и никого не попросил войти.

Он вложил луч духовного знания в нефритовый медальон, но на мгновение снова раздался оглушительный голос, и он мысленно прочитал секретный текст из»Девяти сражающихся небес». Ло Цзяньцин закрыл глаза, сел на мягкий верх, скрестив ноги, и зажал руки в воздухе.

Вначале его скорость была очень низкой, но позже он стал быстрее и в конце концов сформировал фантом.

«Мир недоброжелателен, и все — собаки; нет никаких следов времени, и все живые существа считаются ботинками.»

«Мое поколение практикующих культивирует изначальный ум, развивает себя, взращивает все в мире, но не совершенствует путь Небес!»

«Что ты чинишь!»

Тело Ло Цзяньцина было наполнено синим светом, и этот громовой голос прозвучал в его голове. Он внезапно открыл глаза, поднял голову, и его взгляд пронзил крышу, глядя прямо в небо!

«Я практикую путь покорения небес, я против небес, я небеса!»

Как только голос упал, Ло Цзянь осветил трехлепестковый зеленый лотосный свет между его бровями, и древнее дыхание медленно поднялось из-под земли, образуя призрак небытия. Как тонкая змея, обвилась вокруг тела Ло Цзяньцина. Но Ло Цзяньцин, казалось, ничего не заметил. После того, как эти змеи проникли в его тело, все они превратились в горячую ауру.

Духовная энергия кипела, как лава, отчаянно врываясь в каждый сантиметр меридианов тела Ло Цзяньцина, заставляя его кусать зубы от боли, но кровь все еще текла из уголков его губ. Этот налив крови содержит огромную духовную силу, подождите, пока Позже Ло Цзяньцин не смог выплюнуть глоток крови!

Духовная сила крови была огромна, как река. К счастью, чары Ло Цзяньцина были скрыты волшебным сокровищем, подаренным ему шестым младшим братом. Блокирование исследования культиваторов на стадии зарождающейся души. Великий старейшина секты Итиан был не более чем базой культивирования среднего Золотого Ядра и не обнаружил никаких отклонений.

Глоток крови Главы — это только начало. Затем, когда змея проникла внутрь, Ло Цзяньцин вырвало из рта кровь, как будто он собирался извергнуть всю кровь в своем теле. Духовная сила, содержащаяся в этой крови, отчаянно врезалась в чары и, наконец, была заблокирована чарами одно за другим, медленно рассеиваясь в воздухе и возвращаясь на небеса.

В этот момент царство Ло Цзяньцина постоянно падало.

На ранней стадии золотого ядра, поздней стадии строительства фундамента и средней стадии строительства фундамента

Наконец-то перешли непосредственно на стадию переработки газа!

После того, как его вырвало последней кровью, Ло Цзяньцин был потрясен, он слабо рухнул и потерял сознание.

В это время в его голове прозвучал низкий голос, похожий на вздох:»Является ли»Девять Лотос Оригинальная Запись Сердца»изначально потомком Пика Юйсяо?»

С этим голосом После падения снова раздался громовой звук!

«Дух растительности борется только за весну и осень; если вы хотите следовать за небом, почему бы не захватить небо!»

«Захватите дух растительности и закон весны и осени».

«Глава»Девять припадков», победи весну и осень!»

Звук просто раздался, и все цветы и деревья в этом маленьком дворике тряслись и тряслись.. Они робко встряхнули свои тела, казалось, желая сбежать, но пронесся порыв ветра, и иллюзорная сила пронеслась по их телам, сметая много яркого света, и, наконец, упала в тело Ло Цзяньцина. в.

Некоторое время Ло Цзяньцин дрожал и бессознательно снова сел.

Когда его пальцы подсознательно сжимали тактику, свет проникал через узлы его меридианов. Свет питал высохшие меридианы и восстанавливал меридианы, как прежде. Затем они подошли к даньтяну Ло Цзяньцина и приблизились к золотой пилюле в середине его даньтяня.

Это золотое ядро засохло задолго до того, как Луо Цзяньцин извергал всю свою кровь. Теперь у него нет сил сопротивляться свету, поэтому он может только позволить другой стороне просверлить его и снова отполировать.

Голубой свет мягко расцвел на теле Ло Цзяньцина, и эта иллюзорная сила уже вылетела из двора. Они беспринципно пронеслись через школу Итянь, и всякий раз, когда они касались растений, они дрожали от страха и, наконец, приносили немного света.

Сила прокатилась по двору, где покоились ученики горы Тайхуа, прокатилась по Ли Сючэнь, которая возмущалась и оскорбляла, захлестнула бесчисленное количество молодых девушек из школы Итянь, окружавших двор Ло Цзяньцин, и, наконец, устремилась в сторону школы Ютянь. Эликсир сад двери.

Каждый эликсир склонил голову под размахом этой силы, только эликсир третьего класса тряс его тело и отчаянно боролся с этой силой, но в конце концов он все же послал луч света. Этот свет был намного сильнее, чем другие огни, и после того, как свет был разделен, эликсир не сильно изменился, но он растянул ветви и листья более свободно и шагнул к солнцу.

Второй старейшина школы Итянь в ужасе сказал:»Брат! Разве холодная веточная трава не боится солнца? Почему твоя любимая третьесортная холодная веточная трава берет на себя инициативу и вытягивает свои листья к солнцу?»

Услышав это, старец также в ужасе сказал:»Невозможно! Эту холодную траву я выращивал много лет, и она давно обладает духовным сознанием. Невозможно для нее делать такие вещи, которые причиняют себе вред». Подобные странности постоянно появляются в Yitian School.

Подсолнух, который всегда обращен к солнцу, внезапно опустил голову, лицом к земле; это растение, которое цветет только зимой, а весной на нем внезапно появляется цветочная косточка!

Кажется, что эти растения и деревья отказались от реинкарнации небес и начали беспринципно делать то, что они хотят. Они больше не связаны невидимыми правилами между небом и землей, поэтому при таком самоконкурсе одни растения постепенно увядают и увядают, а другие растут лучше.

Этих Ло Цзяньцин не знал, его сознание медленно просыпалось, и он также заметил, что силы в его теле постепенно восстанавливались.

Эти световые пятна летели к его телу со всех сторон, и вместе с ними его дыхание медленно росло: период очистки ци, период строительства фундамента, период золотого ядра и период золотого ядра!

Он вернулся к средней стадии золотого ядра. За исключением боли от сверления костей в меридианах, казалось, ничего не произошло. Однако Ло Цзяньцин посмотрел на сгусток крови на земле, но он уже знал, что он только что бросил Что случилось.

Вся духовная сила ушла!

Если вы хотите практиковать»Девять Дуотянлу», вы должны отказаться от духовной силы, которую вы культивировали.

Хотя духовная сила в теле Ло Цзяньцина не отличается от того, чем он был раньше, Ло Цзяньцин чувствует, что оно больше не то, чем было раньше. Теперь он чувствует, что несовместим с этим миром, как будто его отталкивает все в мире, но некоторые цветы и растения во фракции Итианя подбадривают его, когда он просыпается, выглядя очень взволнованным.

Это Глава»Девяти суверенных рекордов», забирающая растительность и весну и осень.

Ло Цзяньцин практиковался на своем дворе в течение трех дней. После того, как он стабилизировал свое совершенствование, он попрощался с фракцией Итианя и управлял летающим кораблем сокровищ со своими младшими и младшими сестрами. Трое старейшин школы Итянь сказали:»Похоже, Ли Даою еще не выздоровел. Ло Даою, почему бы тебе не отдохнуть немного?»

Ло Цзяньцин стоял в небе в зеленой мантии, его длинные волосы плыли по ветру. Его брови были похожи на рисунки тушью, он улыбнулся и сказал:»Нет необходимости, учитель внимательный, спасибо за гостеприимство».

Трое старейшин сказали:»Если это так, я не хочу оставаться здесь. Я хочу лично отослать своих товарищей-даосов, но недавно холодная ветвистая трава во дворе брата вот-вот засохнет. Брат пытается спасти, и какое-то время не может уделить время».

Услышав эти слова, Ло Цзяньцин Вэйвэй На мгновение на красивом лице промелькнула вспышка смущения. Духовная сила в его теле, казалось, слышала голос трех старейшин и, несколько раз охваченная гордостью, казалось, просила у Ло Цзяньцина кредита.

Ло Цзяньцин кивнул от стыда. Прежде чем он смог заговорить, он услышал, как третий старейшина снова сказал:»Но, как ни странно, сегодня утром был успешно продвинут еще один эликсир 2 уровня в саду эликсиров. Он стал эликсиром уровня 3. Товарищ Ло Дао, гора Тайхуа существует уже тысячи лет, имеет долгую историю и много знаний. Вы знаете, что происходит?»

Ло Цзяньцин мягко покачал головой:» Я не знаю.»

Некоторое время они болтали, и Ло Цзяньцин махнул рукавами, чтобы управлять космическим кораблем, и формально покинул горный хребет Итиан.

На космическом корабле 19-й младший брат незаметно подошел к двери Ло Цзяньцина и постучал в дверь, чтобы войти. В конце концов, он собирается вернуться в секту. Раньше не было никаких правил снаружи, но теперь 19-й младший брат уважительно кланяется Ло Цзяньцину:»Брат, я вернусь завтра на гору Тайхуа, я не знаю, что Ли Сючэнь»

В этот момент Ло Цзяньцин смотрел вниз на зеленую сказочную траву. Он равнодушно сказал:»Травма младшего брата Ли очень серьезна. Вы сказали, что раньше, по крайней мере, должен быть старейшина, который пережил катастрофу. Возможно, он сможет вернуться к тому, каким был раньше».

Слушая это, Младший Брат Девятнадцатый в замешательстве нахмурился.

Ло Цзяньцин сказал спокойным голосом:»Старейшины — опора секты. Восстановление его тела нанесет вред развитию старейшин. Вы скажите мне, что я сказал, что касается его старейшин. Как с этим бороться не имеет к нам никакого отношения». После паузы Ло Цзяньцин повернул голову, чтобы взглянуть на Младшего брата Девятнадцать, и сказал с улыбкой:»Младший брат Ли серьезно ранен и не может совершенствоваться. В этом случае ресурсы его внутреннего ученика Это также бесполезная трата. Чтобы выздороветь, позвольте ему перебраться на внешнюю гору Хаоминфэн, прежде чем он выздоровеет. Я думаю, что после того, как вы вернетесь, спросите следующих четырех братьев, он должен знать, что делать.»

10 Младший брат Девятый был ошеломлен на мгновение, и, наконец, он улыбнулся:»Да! Старший брат, я знаю, как это сделать».

Глядя на спину Младшего брата Девятнадцатого, улыбка на лице Ло Цзяньцина постепенно исчезла..

Мысли девятнадцатилетнего младшего брата, он естественно догадывается, это не что иное, как выгнать этого высокомерного парня с никому не известным именем с горы Пик Хаоминг, и он удовлетворен. Но что касается Ло Цзяньцина, он надеялся, что Ли Сючэнь умрет!

До сих пор живо помнят предсмертную сцену из моей прошлой жизни. Ло Цзяньцин не осмелился забыть, но теперь он был немного в стороне от небесного пути, и, естественно, он знал, что если небесный путь снизил сознание трех тысяч, то по крайней мере две тысячи собрались на Ли Сючэне!

Он не может убить Ли Сючэня.

По крайней мере, сейчас Ли Сючэн не может быть убит.

Кроме того, у Ли Сючэня есть большие возможности и большая удача, но как расточительный человек может использовать эти возможности? Это не более чем

— шить свадебные платья для других.

Ло Цзянь слабо улыбнулся и скривил уголки губ.

Днем позже группа возвратилась на гору Тайхуа в могучей манере.

Эти ученики, которые только что пережили этот опыт, почувствовали, что они переродились, и с гордостью говорили с братьями, которые не пошли в руины, о руинах, а Ло Цзяньцин отправился на пик Цаншуан, чтобы выиграть нефритовую медаль. Его передали старейшинам, которые записали общую историю пережитого реликвия.

После того, как старший, ответственный за этот вопрос, подтвердил, Ло Цзяньцин поклонился и полетел обратно на пик Юйсяо.

Как только он успокоился, он услышал позади себя холодный и равнодушный голос:»Нарушение команды учителя, уходи с горы наедине. Постепенно становится ясно, когда ты стал таким неуважительным и дерзким.»

Ло Цзяньцин задрожал и напряженно повернулся.

Только перед зеленой горой из зеленого бамбука Почтенный в белых одеждах опустил глаза феникса и холодно посмотрел на него.

Глядя в безжалостные и равнодушные глаза собеседника, сердце Ло Цзяньцина постепенно похолодало, только он почувствовал, что его горло становится вяжущим. Он опустил голову и сказал упрямым тоном:»Учитель, я всегда серьезно тренировался и никогда не расслаблялся. Опыт новичков всегда был важным событием в секте. Разумно, когда меня ведет мой старший брат».

«Не бойтесь спорить!» Когда он сказал, мощный импульс был выпущен мгновенно, угнетая Ло Цзяньцина и неспособный поднять голову.

Слушая этот холодный голос, Ло Цзяньцин почувствовал боль в сердце, стиснул зубы и сказал:»Я не знаю, где я ошибаюсь!»

Спустя долгое время я только слабо слышал Сюань Линцзы. Сказал:»Если это так, то позвольте учителю проверить ваши результаты совершенствования. После десяти уловок оставьте это дело, иначе вы будете оштрафованы, чтобы остаться на пике Юйсяо в течение одного года и не разрешили выходить на улицу!»

Хаохань Цзяньци прямо пронзил Ло Цзяньцина, и Ло Цзяньцин подсознательно отлетел назад, но все еще был заколот прядью волос. Между его бровями вспыхнул синий свет, и в его руке появился Ледяной Парящий Меч.

В этот момент Сюань Линцзы использовал бамбук вместо меча, и его голос был холодным, как мороз:»Я приложу для учителя основу совершенствования на ранней стадии Цзинданя».

Ло Цзяньцин стиснул зубы и сказал:»Да!»

Две фигуры, одна белая и одна зеленая, взлетели в бамбуковом лесу. Ледяной парящий меч выпустил вспышки громовых змей, но они были заблокированы обычным бамбуковым мечом. В этом бамбуковом мече нет ничего выдающегося, просто потому, что человек, который его создал, был самым могущественным монахом в мире, он поднялся из земли, создав чудовищную силу меча, а Ледяной Парящий Меч был слишком слаб, чтобы сопротивляться.

Ло Цзяньцин смущенно сопротивлялся атаке Сюань Линцзы. На этот раз Сюань Линцзы казался очень злым, и каждый удар был направлен на жизненно важные органы Ло Цзяньцина. Хотя он подавлял свое совершенствование до ранней стадии Цзинь Дань, его царство уже оттолкнуло Ло Цзяньцина далеко. Следа замысла меча достаточно, чтобы сокрушить Ло Цзяньцина.

Прошел еще один свет золотого меча, Ло Цзяньцин поспешно уклонился, но на его лице все еще был нарисован окровавленный рот.

Сюань Линцзы это не тронуло, и его движения меча были сильнее, чем когда-либо. Когда Глава сделал девять ходов, он направил свой меч на грудь Ло Цзяньцина, Ло Цзяньцин поднял Ледяной парящий меч, чтобы заблокировать его, и отошел в сторону.

Бамбуковый меч прорезал рукава Ло Цзяньцина, обнажив кусок белоснежной кожи, на котором ярко и ослепительно красное розовое пятно, как если бы распустился красный цветок, контрастирующий с белой кожей, это невероятно великолепно.

Глаза Сюань Линцзи сжались, и его движения внезапно прекратились.

Это время!

Ло Цзяньцин вложил всю свою духовную силу в Ледяной парящий меч, и свет меча внезапно поднялся, и серебряный гром обрушился на ледяной парящий меч. Ло Цзяньцин обнажил свой меч и ударил Сюань Линцзы, который даже не сопротивлялся. Когда Гром и Цзянь Ци уже пронзили его лицо, он поспешно уклонился, и кусок волос был острижен.

Ло Цзяньцин убрал Ледяной Парящий Меч между бровями и сказал:»Учитель, мой ученик победит тебя за десять ходов Главы».

Сюань Линцзи молчал.

Ло Цзяньцин удивленно поднял глаза и увидел, что Сюань Линцзи смотрит на свою сломанную манжету сложными глазами. Ло Цзяньцин повернул голову и увидел красную метку, и сказал тихим голосом:»Кажется, это след в руинах, и он не был устранен с помощью Нин Билу, потому что это не главная проблема, поэтому меня это не волновало. Мастер, вы это знаете. Это шрам?»

На белом лице Сюань Линцзы быстро вспыхнуло красное облако, выражение его лица стало холодным, а рукава отбросили Луо Цзяньцина на три метра, а затем его голос холодно сказал:» Ибо Учитель не знает, что это, но это не кажется серьезной проблемой, так что не волнуйтесь. Поскольку вы хорошо практиковались, на этот раз вы останетесь закрытым на полгода, а когда конкурс сект закончится, вы уйдете».

Ло Услышав это, он был поражен и, наконец, кивнул в ответ.

В мгновение ока Сюань Линцзи телепортировался прочь, как будто он не хотел оставаться со своим учеником ни на секунду.

Увидев эту сцену, Ло Цзяньцин был слегка ошеломлен. После долгого времени он вздохнул, горько улыбнулся и сказал себе:»Я помню, что каждый раз, когда младшая сестра возвращается, Достопочтенный Юцинцзы заботится Бэй Чжи, я с нетерпением жду возможности заточить маленькую младшую сестру и помешать ей отправиться навстречу приключениям».

Ло Цзяньцин мирно посмотрел на закрытую бамбуковую дверь, бормоча:»Без звука. На этот раз я живу с девятью мертвыми, тебе вообще не нужно спрашивать, тебя это действительно волнует?»

Горький голос постепенно рассеялся в воздухе, Ло Цзяньцин прошел через бамбуковый лес и быстро вернулся в свой бамбуковый дом..

Прошло полгода в спешке, рано утром одного дня у подножия пика Юйсяо появилась светло-желтая фигура.

Лицо посетителя красивое, не очень красивое, но при этом оно мягкое. Он только слышит, как он громко говорит:»Брат, секта секты вот-вот начнется через три дня. Учитель приказал мне приехать. Позвольте мне сообщить вам, не пропустите час».

Этот человек — второй из семи сыновей горы Тайхуа, Цзо Юньмо, главный ученик пика Цаншуан.

Глава 17

Внешние монахи всегда называли семь главных учеников горы Тайхуа Цифэн»Семь сыновей Тайхуа», не без их источника.

Эти семь человек — самые выдающиеся существа среди учеников горы Тайхуа. За исключением младшей младшей сестры Му Тяньсинь, которая специализируется на алхимии и немного хуже в совершенствовании, остальные шесть — самые выдающиеся среди почти 100 учеников горы Тайхуа. Первый, кто сформировал таблетку, каждый раз на Гранд Соревновании Цзунмэнь также входит в число лучших.

Возраст — это уже облако для практикующего. До того, как Ло Цзянь принял таблетку, он был на самом деле юниором. Однако у Горы Тайхуа есть правила, и формирование алхимии означает»ходить по миру, не впадая в имя Горы Тайхуа». Следовательно, среди учеников преемственности тот, кто первым формирует алхимию, является старшим братом.

Цзо Юнь Моби Ло постепенно улучшил свой возраст больше, чем в предыдущем раунде, но все же занял второе место в главе именно потому, что он был на год позже алхимии Луо Цзяньцина.

После возрождения Ло Цзяньцин все еще видел Цзо Юньмо однажды в главе.

Его второй младший брат и третья младшая сестра Вэй Цюнъинь — безумный практик. Помимо заботы о делах пика Цаншуан, Цзо Юньмо не терпится запереться у горных ворот и попрактиковаться. Земля ушла.

Среди семи сыновей Тайхуа Цзо Юньмо — самый обыкновенный. Старший брат Ло Цзяньцин — беспрецедентный корень высшего класса, а другие старшие братья и сестры — первоклассники первого класса, только Цзо Юньмо считается старшим классом в первом классе. Однако это не означает, что сила Цзо Юньмо мала.

В прошлом единственным противником Ло Цзяньцина был Цзо Юньмо.

После полгода ретрита Ло Цзяньцин спустился с горы, услышав голос Цзо Юньмо, даже не позаботившись о своей одежде. Увидев его в такой спешке, Цзо Юньмо слегка улыбнулся, протянул руку, чтобы помочь старшему брату привести в порядок его одежду, и улыбнулся:»Брат, сколько ему лет? Почему он как ребенок, всегда вьющийся?»

Тон полон беспомощности и ласки, а голос нежный, как весенний ветерок.

Когда меня застал врасплох противник, Ло Цзяньцин был беспомощен, поэтому ему пришлось сказать:»Как я могу сказать, что теперь я тоже старший брат, младший брат, ты хочешь дать мне какое-то лицо?»

На нежном лице Цзо Юньмо появилось выражение удивления, которое в конце концов притворилось грустным:»Я помню, когда я был ребенком, мой брат часто брал моего брата гулять на гору Тайхуа. В то время, брат, тебе больше всего нравилось сидеть на моем. Плечо, позволь мне провести тебя сквозь облака и покататься в тумане. Прошло всего более 30 лет, ты забыл?»

Ло Цзяньцин выглядел пристыженным и прямо сменил тему:» Как насчет Большого конкурса Цзунмэнь?»

Полугодовой ретрит давно прошел. Ло Цзяньцин заметил время несколько дней назад и спросил Сюань Линцзи о его уходе. Сюань Линцзы не возражал, но холодно ответил:»Не теряйте лицо Юй Сяофэна» и продолжил практику отступления.

В этот момент Ло Цзяньцин и Цзо Юньмо вылетели на пик Цаншуан, где находилась вершина горы Тайхуа.

Хотя он старший брат, у Цзо Юньмо длинные рукава, и он хорошо танцует, когда имеет дело с сектами. Он ясно объяснил детали этого Гранд Турнира Цзунмэнь и напомнил Ло Цзяньцину, чтобы он обращал внимание на важные дела, но уважительным тоном он не стал бы красть старшинство старшего брата.

Ло Цзяньцин кивнул и прислушался, но его глаза бессознательно упали в лицо Цзо Юньмо.

В прошлой жизни на скале, где он был похоронен, Ли Сючэнь справедливо отчитал его за нанесение травм своим коллегам.

Хотя в то время он попал на путь дьявола, для Ло Цзяньцина было абсолютно невозможно делать такие жестокие поступки по отношению к одной семье. Однако в то время весь мир думал, что Ло Цзяньцин убил двух своих младших, и даже его учитель Сюань Линцзы не встал, чтобы говорить за него.

Потому что доказательства слишком убедительны.

Поскольку Ло Цзяньцин был изгнан с горы Тайхуа, он вскоре попал на магический путь. Достопочтенный Хао СинцзиГлава горы Тайхуа, издал приказ Тайхуа и разыскивал этого бесстыдного предателя по всему миру. Ло Цзяньцин пережил очень мрачные времена. Через три года после того, как Тайхуалин был выпущен, его нашли два человека, это были Цзо Юньмо и его шестой младший брат Сюхэнь.

Трое из них сражались в битве на крайнем севере. Каким бы талантливым ни был Ло Цзяньцин, он был измучен побегом и был побежден двумя юниорами. В это время Сюхэнь сделал шаг вперед и с грустью сказал:»Брат, ты вернешься с нами. Я обязательно попрошу у директора школы объяснений. Я считаю, что ты определенно не такой человек!»

Однако Цзо Юньмо остановил Сюхэня, а затем посмотрел на Ло Цзяньцина.

Когда он умер, Ло Цзяньцин вспомнил, что в то время второй младший и ученик, который был старше в его раунде, смотрел на него сложным взглядом. Мысли Луна.

Цзо Юньмо любит улыбаться, но в то время на его лице не было улыбки.

Ло Цзяньцин был доставлен в Юйсяофэн Сюань Линцзы, когда он был младенцем. Достопочтенный Сюань Линцзы был холоден по природе и не мог заботиться о детях, поэтому он позволил Цзо Юньмо, который был подростком, заботиться о Ло Цзянь. Цин вырос. Детство Цзо Юньмо было полно тени нежного брата.

Цзо Юньмо не ошибся, Ло Цзяньцин любил играть с ним, когда он был ребенком, и постепенно отдалился от него, пока он не начал практиковать.

Человек в мире, лучше всех знающий Ло Цзяньцина, — это не Сюань Линцзи, даже не сам Ло Цзяньцин, а Цзо Юньмо.

В порыве шквального ветра далекого севера Цзо Юньмо остановил импульсивного Шестого младшего брата и постепенно посмотрел на смущенного Мо Сюлуо. В конце он тяжело вздохнул и сказал:»Ты стал магическим культиватором, поэтому, естественно, ты несовместим с правильным путем. Ло Цзяньцин, ты не можешь вернуться на гору Тайхуа. Ты можешь сделать это сам. Твоя жизнь по-прежнему долгая.»

Тогда Цзо Юньмо остановил ремонтную марку и отпустил Ло Цзяньцина.

Три дня спустя Ло Цзяньцин узнал, что два его младших брата умерли на крайнем севере, и даже кости не были найдены.

Мир сказал, что Ло Цзяньцин воспользовался дружбой младшего брата и убил их. Но они не знали. Узнав эту новость, Ло Цзяньцин чуть не упал в обморок и даже вернулся на Крайний Север, несмотря на опасность. В конце концов, они не нашли кости этих двоих, но нашли меч жизни Цзо Юньмо. Острие меча.

Натальная лампа погасла, двое людей действительно мертвы, и их негде похоронить.

В конце своей предыдущей жизни Ло Цзяньцин испытывал отвращение к другим ученикам и сестрам из той же школы, и только остальные шесть из Семи Горы Тайхуа не жаловались на него.

Пятый младший брат Хо Юйчун был ему незнаком, но никогда не оскорблял и ненавидел его; Четвертый младший брат Се Цзычжуо неоднократно объяснял Ло Цзяньцину, но был заблокирован железными уликами; Третья младшая сестра Вэй Цюнгинь никогда не спрашивал об этом, но после того, как Ло Цзяньцин был изгнан с горы Тайхуа, он сразу закрыл тупик. Ло Цзяньцин не слышал об уходе этой младшей сестры до самой его смерти, а младшая младшая сестра была еще более огорчена. Но ее остановил ее партнер по двойному ремонту Ли Сючэнь.

«На этот раз соревнование сект, четыре секты и другие секты пошлют людей посмотреть битву. Учитель попросил меня и четвертого брата организовать этот прием, но вы знаете, брат, четвертый брат за эти полгода Я был вовлечен в дуэль с пятью младшими братьями, боюсь, у меня не так много времени. Если возможно, не приедет ли старший брат помочь младшему?»

Услышав это, Ло Цзяньцин опешил и очнулся от далеких воспоминаний. Приходить.

Он повернул голову, чтобы посмотреть в сторону Цзо Юньмо, но увидел, что глаза последнего приоткрыты, затем поднял руку, погладил длинные волосы на лбу Ло Цзяньцина за ушами и беспомощно сказал:»Брат, но недавно Что случилось, как ты можешь так выглядеть?»После паузы Цзо Юньмо улыбнулся:» Взгляд такой грустный».

Ло Цзяньцин быстро поправил выражение своего лица и сказал:» Ничего, кроме тебя, брат То, что я только что сказал, я думал о чем-то, но я не слышал этого ясно».

Цзо Юньмо не беспокоил его и продолжал повторять это снова.

Ло Цзяньцин сказал:»Хорошо, раз уж у Четвертого младшего брата что-то есть, позвольте мне организовать это вместе с вами».

Вскоре они вышли на площадь главного зала на вершине пика Цаншуан и вместе пошли в главный зал. На полпути Ло Цзяньцин не мог не спросить тихим голосом:»Младший брат, этот шип меча кажется немного старым, почему бы тебе не продолжать его менять?»

Порыв ветра, и слова Ло Цзяньцина утонули. На ветру Цзо Юньмо не ответил, как будто не слышал ясно.

Но когда эти двое собирались войти в зал, Ло Цзяньцин услышал в ушах улыбающийся голос Цзо Юньмо:»Брат, младший брат всегда вызывал ностальгию».

Ло Цзяньцин остановился, но Цзо Юньмо уже вошел в зал.

Спустя еще три четверти часа все семь сыновей Тайхуа собрались в Зале Линюнь, ожидая быстро покойного Достопочтенного Хао Син Цзы.

Даже во дворце Линьюнь пятый младший брат преследовал четвертого младшего брата, чтобы сражаться, и все виды магического оружия пошли в бой, и было выпущено несколько монстров пятого уровня. Пи, Лао-цзы — твой внук!»

Се Цзычжуо неоднократно умолял о пощаде:»Младший брат! Младший брат! Это просто монстр 6 уровня, я твой брат! Монстры действительно ценны, и цена выше!»

Хо Юй, пятый младший брат с короткими рыжими волосами, сделал глоток и выругался:»Пук! Ты, Цзе Цзычжуо, даже не можешь сравниться ни с одним волосом монстра Лао Цзы! Кто твой младший, Лао Цзы — твой враг!»

Се Цзычжуо плакал и кричал, горе и возмущение:»Прошло полгода, как долго ты собираешься сдерживать свои обиды!»

Хо Юйчун усмехнулся:»Я помню, когда ты поймал меня Только один мутировавший монстр 6 уровня!!!»

В это время Ло Цзяньцин знал, что монстр 6 уровня пятого младшего брата действительно мертв, но он не слышал об этом в своей предыдущей жизни. Пятый младший брат преследовал и убил четвертого младшего брата полгода.

Я видел, как младшая сестра подтянула прозрачные рукава Лало, и прошептала:»Брат, таблетку третьего класса сделать нелегко. Я пробовал это для тебя несколько раз после того, как попробовал пилюлю, но не решил. Таблетка для третьего сорта Цзычжуо была успешно переработана. Когда я, наконец, достал ее, я услышал, что чудовище мертв.»

Ло Цзяньцин, который, кажется, сознательно сделал что-то не так:»

Младшая сестра совсем не чувствовала себя беспорядочной и добавила кучу дров:»Брат, это таблетка, которую я использовал для очищения Се Цзычжуо. Прими ее. Поскольку этот парень Се Цзычжуо больше не может ее использовать. Тогда вы можете использовать его и ждать, пока вы покорите духовного зверя в будущем. Это таблетка, чтобы спасти духовного зверя».

Се Цзычжуо был измучен и сердито сказал:»Младшая младшая сестра, это то, что я дал Материалы, которые вы нашли!»

Му Тяньсинь усмехнулся и закатил глаза:» Ваши материалы — это мои материалы. Вы хотите, чтобы я выплюнул вещи, которые были отправлены в сердце Мутяна? Ни в коем случае?!»

Ло Цзяньцин, который, казалось, держал в руке кусок раскаленного угля, сказал:»

После того, как толпа немного возилась, достопочтенный Хао Синцзи с белой бородой и бровями уже захотел Когда мы прибыли в зал, Се Цзычжуо все еще возился с Хо Юйчун. Брови Ло Цзянь слегка нахмурились. Как только он хотел остановить их двоих, он увидел перед собой вспышку света меча, и Цзо Юньмо отнес их назад одной левой рукой, а другой — правой.

Глядя на Ло Цзяньцина, который только что вытащил Ледяной Парящий Меч, Цзо Юньмо улыбнулся и сказал:»Не беспокойте брата, после этого я закрою этих двух людей дверью увещевания».

Хо Юйчун:»Хорошо! Подождите, пока вы войдете в дверь увещевания, и посмотрите, где вы, вонючий мальчик. Беги!»

Глава 18

Хо Юй Чунбен все еще хотел посоревноваться с Се Цзычжуо, но Ло Цзяньцин слегка кашлянул. Хо Юйчун осторожно поднял глаза и взглянул на своего старшего брата и, наконец, онемел. Он неубедительно пробормотал:»Я расплачусь с тобой позже», а затем послушно отступил в сторону.

Ло Цзяньцин по-прежнему весьма величественен среди братьев. В конце концов, тот, у кого самый сильный кулак в мире совершенствования, является боссом. Семь сыновей Тайхуа — все громкие фигуры во внешнем мире, но как только они достигают своей собственной секты, тогда Я должен быть побежден старшим братом, чтобы найти Норта.

Таким образом, Цзо Юньмо смог соперничать с Ло Цзяньцином один или два. Среди других пятерых даже третья старшая сестра Вэй Цюнъинь не была соперницей Ло Цзяньцина.

Вскоре достопочтенный Хао Синцзи поднялся в небо и направился к центру Зала Линюнь, чтобы сесть.

Как будто не подозревая о движении среди этих юниоров, Хао Синцзи грубо рассказал о мерах предосторожности на этом Грандиозном соревновании Цзунмэнь, а затем попросил Цзо Юньмо осторожно рассказать об этом, а затем сказал: Соревнования Цзунмэнь, ваши двадцать четыре новых юниора и сестры, присоединившиеся к горе Тайхуа, только что догнали. Каждая вершина помнит о том, чтобы сказать новым ученикам не побеждать, а учиться друг у друга. Этот вопрос не имеет ничего общего с пиком Юйсяо, Юн Вы должны нести ответственность за это, Мо».

Цзо Юньмо шагнул вперед и кивнул:»Да, Мастер».

У Ю Сяофэна за все годы был только один ученик Ло Цзяньцина. В Менда Биду мало людей, не таких энтузиастов и неординарных, как на других вершинах. Однако Ло Цзяньцин был счастлив и спокоен, потому что он мог выиграть первое место для Юйсяофэна одним человеком и одним мечом.

Когда он был в период переработки, Главой в период переработки был Юйсяофэн. Когда он достигнет периода строительства фундамента, Юйсяофэн также должен выиграть первую Главу в период строительства. Теперь, когда он полностью стал существом с наивысшим уровнем совершенствования в поколении ученика, главным именем в этом мастере секты является не кто иной, как он, даже Цзо Юньмо не может даже захотеть взять ни цента.

В Зале Линьюнь одетые в белое старшие братья с широкими рукавами выглядят неторопливо, как будто пик Юйсяо находится на вершине всех пиков, холодный и недоступный. Ло Цзяньцин повесил на талию длинную подвеску с кисточкой с маленькой зеленой нефритовой бусиной — знаком пика Юйсяо и символом личности пика Юйсяо.

Он стоял так безразлично, но, казалось, у него был ярко выраженный характер.

Об этом свидетельствует не превосходный внешний вид. Это Ло Цзяньцин, уникальный старший брат горы Тайхуа.

Достопочтенный Хао Синцзы много лет отвечал за гору Тайхуа и, объясняя суть дела, был немного многословен. За исключением Цзо Юньмо, старшие ученики других пиков давно уже летали в небо, и даже Ло Цзяньцин просто стоял прямо, но в глубине души он начал думать о некоторых недавних проблемах в своем совершенствовании.

Не знаю, сколько это прошло, но он услышал в ушах улыбающийся голос:»Брат, я собираюсь прорваться.»

Как только эти слова прозвучали, Ло Цзяньцин внезапно проснулся и с удивлением посмотрел на Цзо Юньмо.

Однако он увидел Цзо Юньмо в светлой школьной форме пика Цаншуан. Слегка приподняв брови, Ло Цзяньцин прошептал прямо перед лицом своего учителя:»Я сделаю все возможное для конкурса Цзунмэнь.»

Ло Цзяньцин торжественно кивнул:»Я буду готов.»

Там достопочтенный Хао Синцзи говорил об этом четверть часа, и он, вероятно, видел беспечность этих старших учеников. Седовласый старик подавленно кашлянул, а затем сказал:» То, что я сказал раньше, Юнмо снова посоветует тебе внимательно. Но дальше вам придется потрудиться и прислушаться к моим словам.»

Все сразу же серьезно посмотрели на Хао Синцзы.

Нет главы и т.п. - пиши в Комменты. Читать без рекламы бесплатно?!

Выражение лица Хао Синцзы постепенно стало серьезным, и он сказал суровым тоном:»Магия Сю появилась в Чанчжоу.»

В зале поднялся шум.

Лицо Вэй Цюнгиня стало холодным, он сделал шаг вперед и сказал:»Дядя, я хочу пойти и уничтожить врага!»

Хао Синцзи махнул большим рукавом.»Этот магический ремонт убил целую секту на этот раз и убил двух других супер-старейшин. Старейшина с наивысшим уровнем совершенствования достиг стадии зарождающейся души, ты просто идешь умирать!»

Вэй Цюн Иньи Лицо Чжан Лэнъянь было полно озноба, слушая слова Хао Синцзы, она стиснула зубы и сказала:»Я убью Демона Сю!»

Хао Синцзи вздохнул, услышав это, и больше ничего не сказал.

Вэй Цюнъинь прибыл на гору Тайхуа только в период основания и не вырос на горе Тайхуа. Само собой разумеется, что гора Тайхуа будет принимать только новых учеников, у которых нет основы для совершенствования, но родители Вэй Цюнгиня и хозяин пика Бишен горы Тайхуа — это жизнь и смерть, поэтому, когда ремонт демона разрушил семью Вэй Цюнгуин, хозяин пика Бишэнь Преодолейте все трудности и приведите Вэй Цюнгиня в его секту.

Монахи всего мира отремонтировали Восемьдесят одну авеню и 3000 троп.

Среди них человеческое совершенствование можно разделить на даосское, буддистское, призрачное и демоническое. Даосизм основан на культивировании великого пути, в то время как буддизм должен распространиться по всему миру, культивирование призраков культивируется призраками после смерти, а демоническое культивирование является исключением.

На континенте Сюаньтянь очень мало демонических культиваторов, поэтому немногие обычные монахи не могут их найти, но они сильны, и их методы совершенствования чрезвычайно порочны и порочны, и все в мире наказывают их. Хотя в битве между человеческой расой и расой демонов, Мосиу также будет работать с другими монахами, чтобы сражаться с врагом, но пока они не сражаются против расы демонов, вместо этого Мосиу будет охотиться на человеческих монахов.

Ло Цзяньцин знал, что Мосю всегда был замкнут и редко собирался. Тем не менее,»Демоническое культивирование мира» также уважает мастера демонов поздней Махаяны, чья база совершенствования находится только под Сюань Линцзы, которую можно описать как две главы мира.

Повелитель Демонов единолично основал Дворец Демона Дао. Многие Культиваторы Демонов нашли убежище под его знаменем. Кроме него, в Культивировании Демонов нет никакой организационной секты, все они являются случайными культиваторами.

Но даже случайного ремонтника достаточно, чтобы от праведников заболела голова. Потому что до стадии зарождения души демоны ничем не отличались от других монахов, но их сила была выше, чем у обычных монахов. И как только он достигает стадии зарождения души, магический культиватор становится еще более мощным, и обычные культиваторы того же уровня могут умереть, только увидев противника.

Подумав об этом, Ло Цзяньцин сделал шаг вперед и спросил:»Учитель, дядя, вы собираетесь отправить старейшин для ремонта магии?»

Хао Синцзи мягко Покачав головой, он сказал:»Это волшебное восстановление возможно только на стадии Юань Инь. На этот раз гора Тайхуа пошлет старейшину подходящей стадии, чтобы возглавить это Великое Соревнование Цзунмэнь в тройку лучших в различных сферах, чтобы отправиться за границу». Пауза, Хао Синцзы сказал:»Юньмо, расскажи своим братьям о деталях».

Цзо Юньмо улыбнулся и сказал:»Да.»

Полчаса спустя все ушли вместе и вернулись на каждую вершину, чтобы заняться своими делами. Только Ло Цзяньцин остался на пике Цаншуан и вместе с Цзо Юньмо заботился об этой секте. Прием Да Би имеет значение.

Хотя говорят, что он просит помощи у Ло Цзяньцина, Цзо Юньмо в основном делает большую часть работы. На огромном пике Юйсяо есть только два мастера и ученики, Сюань Линцзы, даже если он самый лучший. Под именем старшего брата Кэ Ло Цзяньцин не очень хорошо заботится о домашних делах. Напротив, Цзо Юньмо часто помогает хозяину разобраться с делами и имеет большой опыт.

Когда небо темное, Ло Перед уходом он не мог не спросить:»Младший брат, на этот раз долина Чанчжоу Люянь открылась раньше срока из-за демонического совершенствования, ты тоже хочешь пойти?»

Цзо Юньмо слегка улыбнулся и мягко спросил:»Старший брат, ты не веришь, что младший ученик может выиграть тройку лучших учеников на этапе Цзинь Дан?»

Ло Цзяньцин на мгновение заколебался и покачал головой:»Если в нем есть настоящие дьявольские культиваторы, тогда вам следует остаться на горе Тайхуа и помочь главному учителю.»Более того, вы не получили никаких сокровищ в Долине струящегося пламени. Вместо этого вы были серьезно ранены и выздоравливали в течение полугода.

Ло Цзяньцин не произнес следующих слов, но при лунном свете неизбежно возник обеспокоенный взгляд. Брови были слегка нахмурены, как у Юань Дая, а глаза ее феникса были яркими, как звезды. Спустя долгое время она не услышала ответа Цзо Юньмо.

Ло Цзяньцин не мог не поднять глаза, но увидел, что его второй младший ученик, который всегда был спокоен, необъяснимо посмотрел на него и через долгое время сказал:»Брат, не волнуйся, Лю Я уверен насчет Огненной Долины. Даже если у меня не будет шанса, если я смогу помочь брату заполучить сокровище, это будет считаться выигрышем».

Ло Цзяньцин снова убедил Цзо Юньмо Но он просто улыбнулся и ничего не сказал.

Когда Ло Цзяньцин летел к пику Юйсяо, он этого не заметил. Улыбка на лице Цзо Юньмо медленно сузилась, и он тихо вздохнул.

Лазурный свет стремительно приближался к пику Юйсяо. Прежде чем Ло Цзяньцин поднялся на гору, он увидел человека, ждущего у подножия пика.

Ло Цзянь отчетливо улыбнулся, упал перед мужчиной, приподнял бровь и спросил:»Как долго вы ждали?»

Се Цзычжуо сразу же почернел и фыркнул»Брат, я ждал тебя четверть часа!»

Ло Цзяньцин достал бутылку из белого нефрита и сказал:»На этот раз поздно это я говорил со вторым младшим братом. Бутылка с таблеткой третьего сорта была первоначально усовершенствована из найденных вами материалов, поэтому вы должны сохранить ее, и она может быть очень полезна в будущем».

Се Цзычжуо отверг таблетку:»Нет необходимости. Если младшая сестра увидит это, она снова рассердится на меня, погонится за мной и ударится в гору.»После паузы в тему входит Се Цзычжуо. Он улыбнулся, банально сжал шею, наклонился к уху Ло Цзяньцина и сказал:»Брат, я сделал все, что мог, за последние шесть месяцев, и я не разочаровал тебя».»

Ло Цзяньцин приподнял бровь и спросил:» Как?» Что вы наделали?»

Се Цзычжуо похлопал обеими руками по рукам и начал беспрерывно говорить:»Это нужно сказать шесть месяцев назад!» Тогда я думаю, брат, как только ты вернешься, ты отступишь и устроишь мне весь беспорядок. Как я могу сказать, что Ли Сючэнь также является второй Главой среди новых учеников. Он — внутренний ученик нашего Хао Минфэна. Он все еще выглядит таким, когда уходит. Когда я возвращаюсь, я становлюсь таким. У меня две большие головы».

Преувеличение Се Цзычжуо, и Ло Цзянь понял рано утром. По его словам, Ли Сючэнь умирал десять раз в день. Каждый день он жил в глубоких водах и жаре, что было хуже, чем нижние восемнадцать ада. Однако его образ Се Цзычжуо был великолепен. Ему поклонялись и восхищались бесчисленные ученики.

Ло Цзяньцин слушал Се Цзычжуо со смешным выражением лица. После того, как Се Цзычжуо сказал полчаса, он спросил:»Вы хотите пить?»

Се Цзычжуо:»Немного.»

Ло Цзяньцин холодно фыркнул, затем крикнул:»Тогда скажи мне что-нибудь!»

Се Цзычжуо:»»Брат, ты запугиваешь людей!!!

На самом деле, хотя Се Цзычжуо немного преувеличил, Ли Сючэнь действительно прожил ужасную жизнь последние шесть месяцев. Первая — это ладонь, хотя она в основном исцелена, но меридианы немного заблокированы; второй — это слепые глаза, потому что нет старшей истощающей базы совершенствования, которая могла бы ему помочь, поэтому Ли Сючэнь пока немного слеп и не может ясно видеть вещи ночью.

Самым важным является то, что Се Цзычжуо был очень привержен»угнетению» этого нового ученика.

Я не буду говорить о том, чтобы отправлять людей на улицу, и я часто посылаю людей, чтобы спровоцировать Ли Сючэня. Когда я получаю предложение Ли Сючэня»Не запугивайте молодых людей»:»Рано или поздно я растопчу вас под ногами» Цзычжуо взволнованно зажег глаза и заставил людей подходить и избивать его.

—— Чтобы избивать людей, нужно иметь имя. Смотри, у Ли Сючэня нет братьев, и он все время ругает людей!

Но, честно говоря, несмотря на преследование Се Цзычжуо, Ли Сючэнь на самом деле малоизвестен в Хаоминфэне. С тех пор, как Ли Сючэнь стал слепым, нрав стал более раздражительным, и он плохо относится к слугам, не имеющим уровня совершенствования, и не имеет хорошего настроения перед другими старшими.

Ученик периода строительства фундамента прошел мимо него и не заметил его, а просто небрежно сказал своему товарищу:»Ночью слишком темно, чтобы ясно видеть горную дорогу, пойдем быстро», затем Ли Сючэнь Он в гневе упал с костылей, заставив собеседника смутиться и внезапно почувствовав отвращение.

В сфере совершенствования преобладает сила, и глаза ученика в период очищения обращены к небу, что весьма раздражает.

Говоря об этом, Се Цзычжуо не совсем понял:»Он тоже действительно странный».

Се Цзычжуо не понял, но Ло Цзяньцин немного понял.

Ли Сючэнь всего лишь подросток, несмотря ни на что, его характер не твердый. В прошлом Ло Цзянь обнаружил это рано утром. Ли Сючэнь, казалось, знал, что в будущем он получит много приключений и волшебного оружия, поэтому Ло Цзяньцин догадался: Ли Сючэнь, как и он, получил копию»Для бессмертных»..

Однако Ли Сючэнь, похоже, не помнит о своей прошлой жизни, что также удивило Ло Цзяньцина.

Но пока у Ли Сючэня есть»За бессмертных», его безрассудное поведение будет иметь смысл. Поскольку Ли Сючэнь знал, что Небесный Дао ему помогает, он также знал, что он был главным героем в этой книге»Для бессмертных», но тогда у него не было ни настойчивости, ни мозгов, поэтому, когда все пошло не в том направлении, которое он знал, он запутался. Не могу пошевелиться.

Например, в этой книге Ли Сючэнь является учеником Юйсяофэна и объектом восхищения других учеников пика, так что нет необходимости ладить с другими учениками в Хаоминфэне. Таким образом, без ссылки, некоторые из поступков Ли Сючэня, естественно, совпадают с тем, что он имел в виду, что очень отвратительно.

Но одна вещь заставила Луо Цзянь очистить брови и нахмуриться:»Он достиг четвертого уровня очистки ци?»

Се Цзычжуо был подавлен:»Да! Люди, которых я послал, сказали все, что сказали. Он мало практиковал, но у него есть четвертый уровень очистки ци, необъяснимо! Брат, ты сказал, что у него не корни высшего уровня, у него вообще нет корней, как он может так быстро совершенствоваться?»

Ло Цзяньцин молчал, и спустя некоторое время братья попрощались под пиком Юйсяо.

Се Цзычжуо пригрозил выяснить, что случилось с Ли Сючэном, и что он будет продолжать притеснять этого нового ученика, подняв глаза вверх, но Ло Цзяньцин слегка улыбнулся, скрывая новые эмоции. До глубины моего сердца.

Когда Ло Цзяньцин вернулся на пик Юйсяо, два бамбуковых дома в лунном свете казались холодными и тихими, как нефритовые блоки.

Дверь Сюань Линцзы была плотно заперта, и он, похоже, не имел никакого мнения о позднем возвращении своего ученика. Ло Цзяньцин находился в ретрите в течение полугода, а Сюань Линцзы продолжал отступать. Он выходил, чтобы наставить его только тогда, когда у Ло Цзяньцина были проблемы с самосовершенствованием, и никогда не уходил в остальное время.

Ло Цзяньцин повернул голову и взглянул на бамбуковый дом с закрытой дверью, затем вошел в свой дом.

Семь дней спустя все большие секты прибыли вместе, и Ло Цзяньцин и Цзо Юньмо вышли развлекаться.

Эти секты преследуют три цели: одна — обсудить с горой Тайхуа, как справиться с магическим ремонтом, а другая — обсудить, как действовать в случае предварительного открытия Долины Плавного Пламени. И последняя — секта горы Тайхуа три дня спустя!

Глава 19

Гора Тайхуа, секта главы на континенте Сюаньтянь, каждые семь лет проводит соревнования сект.

Как уникальная секта даосских глав, гора Тайхуа никогда не боится раскрыть свою силу. Вместо этого она позволяет своим элитным молодым ученикам в полной мере показать свой превосходный уровень и продемонстрировать высшее достоинство Тайхуа.

На каждом предыдущем грандиозном соревновании Цзунмэнь главные силы материка будут приходить поздравить.

На этот раз все было еще более неспокойно. Приглашенные небольшие отряды прислали своих голов или старейшин, чтобы возглавить команду для участия. Что касается четырех школ, восьми великих семей и шестнадцати школ, они напрямую отправили переправу. Поздравить пришли старейшины катастрофы.

Ло Цзяньцин и Цзо Юньмо, как лидеры молодого поколения, берут на себя задачу принимать посетителей. После того, как эти внешние монахи официально перебрались на гору Тайхуа, достопочтенный Хао Синцзы немедленно собрал всех вместе, чтобы обсудить крестовый поход против культиватора и переход в Долину Плавного Пламени.

Конечно, обычные ученики такого рода дел высокого уровня не могут участвовать, но Ло Цзяньцин сидит в Зале Линьюнь, спокойно слушая эти споры о силе периода соответствия и периода появления. Он прибыл сюда от имени Юй Сяофэна. Сюань Линцзы никогда не был особо вовлечен в эти сложные дела, не говоря уже о том, что это было всего лишь волшебное восстановление на стадии зарождения души, и оно не стоило его внимания.

Однако эта группа старших недолго обсуждала вопрос восстановления магией, и их больше беспокоила ситуация в Долине Текущего Пламени.

Долина струящегося пламени открывается каждые пятьдесят лет. Говорят, что во время битвы между двумя расами десятки тысяч лет назад в Чанчжоу упал некий Почтенный демон Небесного элемента огня, образовав таким образом Долину струящегося пламени. Пламя в Долине струящегося пламени не гаснет в течение тысяч лет, и только монахи, находящиеся ниже стадии зарождающейся души, могут войти в нее, чтобы исследовать секреты и получить большие возможности.

Демонический зверь небесного ранга эквивалентен стадии духовной трансформации человеческого развития!

Сделав еще один шаг вперед, небесные монстры могут превратиться в бессмертных и стать золотыми телами.

Можно себе представить важность Долины плавного пламени для монахов.

На этот раз Долина струящегося пламени была открыта заранее, что, естественно, вызвало у многих зависть. После обсуждения в течение целого дня и ночи, Хао Синцзи замахнулся рукавами и написал контракт. После того, как представители других школ подписали контракт и оставили свои духовные знания, все, наконец, приступили к исследованию секретов Долины Текущего Пламени. Достигните консенсуса.

После того, как главы и старейшины этих сект ушли, Ло Цзяньцин остался один. Он только слышал, как достопочтенный Хао Синцзи сказал:»Постепенно, на этот раз Долина Текущего Пламени открывается раньше намеченного срока. Для вас Это тоже хорошо. В противном случае, в зависимости от вашей базы совершенствования, когда Долина Текущего Пламени вновь откроется через 24 года, вы уже достигли стадии Зарождающегося Младенца и не можете войти».

Ло Цзяньцин кивнул:»Постепенно очищается. Я понимаю».

Хао Синцзы сказал:»Однако время открытия Долины Плавного Пламени не случайно. Молодое поколение Горы Тайхуа все еще растет, и я живу в то время, когда я не в курсе. Как старший брат, вы должны побуждать младших братьев и сестер действовать осторожно и ставить свою жизнь на первое место.»

После того, как Хао Синцзи отдал еще один приказ, он освободил Ло Цзяньцина обратно.

Как сказал Хао Синцзы, гора Тайхуа в настоящее время действительно не получает зелено-желтого цвета. Среди учеников наивысшим уровнем совершенствования был Луо Цзяньцин в середине золотого ядра. Ученики поколения Ло Цзяньцина сильны, но время обучения недостаточно велико, но Лю Янгу открылся в этот момент, поэтому их можно только послать.

Вернувшись на пик Юйсяо, Ло Цзяньцин не вернулся в бамбуковый дом, чтобы практиковаться. Вместо этого он щелкнул рукой, чтобы вынуть Морозный парящий меч, и практиковался в бамбуковом лесу.

Бледно-белое платье мягко парило в воздухе. Светло-голубой узор похож на бамбук, элегантен и шикарен. На ледяном парящем мече светится маленький световой меч, и кажется, что в синем свете меча плавает громовая змея, излучающая яркий свет, как сокровище под лунным светом.

Каждое движение Ло Цзяньцина чрезвычайно деликатно. Аура меча заставляет зеленый бамбук в бамбуковом лесу постоянно качаться, а листья бамбука падают, как лепестки, но это не повредит ни одному бамбуку. Кто-то, кто внимательно наблюдает, может обнаружить, что эти ауры меча точно контролируются до такой степени, что бамбук можно раскачивать, и даже след раны не может быть найден на бамбуке.

Ло Цзяньцин со слабым выражением лица поднимает меч. Я танцевал и тренировался целый час.

Когда он только что взял назад определенный прием меча из»Записи Девяти Лотосных Сердце», он услышал позади себя холодный голос:»Твое сердце не спокоено, поэтому твоего владения мечом недостаточно. Чисто. Постепенно, на Грандиозном Соревновании Цзунмэнь, два дня спустя, вы готовы показать всему миру мастерство фехтования на пике Юйсяо горы Тайхуа с такой силой?»

Ло Цзяньцин напрягся, он Он немедленно повернулся, опустил голову и сказал:»Учитель, я знаю, что ты ошибаешься».

Сюань Линцзи был одет в белое платье с лацканом, длинные черные волосы естественно ниспадали, его глаза спокойно смотрели на ученика перед ним. Он долго смотрел серьезно и, наконец, внезапно шагнул вперед и взял меч в руку Ло Цзяньцина.

Ло Цзяньцин подсознательно сжал рукоять меча и только услышал, как Сюань Линцзи с удовлетворением сказал:»Да, я знаю, что нужно держать твой меч».

Ло Цзяньцин неуверенно поднял голову. Он просто хотел заговорить, но его голос внезапно упал ему в горло.

Похоже, он только что принял ванну, длинные волосы Сюань Линцзи развевались, они не были связаны какой-либо нефритовой короной или лентой для волос, что очень непринужденно. Длинные волосы Яохэя падали рядом с холодными глазами феникса, делая это лицо еще выше и холоднее, холоднее, как лунный свет.

Ученики горы Тайхуа всегда были обеспокоены. Некоторые ученики однажды в шутку сказали за спиной:»Юйсяофэн должен быть ограничен. Достопочтенный Сюаньлинцзы настолько благороден. Я слышал, что»Четыре секты» Верховный старейшина Жизни Хуазун всегда тайно любил его. Не говоря уже о наших старших братьях, если нет ограничений, не говоря уже о маленькой старшей сестре, будет ли она подниматься на гору каждую ночь, я боюсь, что многие сторонние совершенствующиеся женщины не могут с этим поделать!»

Превосходство Юйсяофэна заключается не только в силе мастера и ученика, но и во всех их аспектах.

Они кажутся прекрасным нефритом без каких-либо недостатков. Безупречный и безупречный, достаточно совершенный, чтобы быть убедительным.

Ло Цзяньцин был на некоторое время ошеломлен, и Сюань Линцзи использовал некоторую духовную силу в своей ладони, а затем взял этот Ледяной парящий меч в руку. Ло Цзяньцин Подсознательно пытаясь схватить меч, Фростфло тоже был очень недоволен и дважды встряхнул, но Сюань Линцзи приложил немного силы и позволил Фростфро сдаться.

Сюань Линцзи сказал:»Прощай, ты и Оптимистичный.»

«Хаос сначала породил лотос, и лотос распустился на девять лепестков.»

Когда голос упал, Сюань Линцзы поднял свой меч и бросился прочь.

Под лунным светом черноволосый и одетый в белое почтенный легко танцевал своим мечом. Каждое движение Казалось, это было рассчитано с точностью до минуты, и зрители не могли не вздохнуть, что было действительно приятно для глаз. Энергия меча была в сотни раз сильнее, чем Ло Цзяньцин танцевал раньше, но в бамбуковом лесу не было бамбуковых ветвей, и даже листья бамбука тихо молчали. На ветке.

Наконец, огромный газ-меч превратился в золотой свет, и он приблизился к Ло Цзяньцину, который стоял в стороне, и остановился в дюйме от глаз Ло Цзяньцина.

Сюань Линцзы вернул меч Ло Цзяньцину и спросил:»Цзяньцин, ты ясно видишь?»

Без колебаний Ло Цзяньцин поднял свой меч. Дождавшись чашки чая, он закрыл меч и посмотрел на своего учителя, но увидел, что тот слегка нахмурился, а затем внезапно сделал шаг вперед и взял Ло Цзяньцина за руку!

С слабым ароматом Сюань Линцзы прошептал ему на ухо:»Ты торопишься».

Как только голос упал, Сюань Линцзы сдержал его. Рука Ло Цзяньцина медленно двигала меч.

Горячая температура передается через место соприкосновения кожи и течет по телу по кровеносным сосудам. Когда Сюань Линцзи убрал руку, Ло Цзяньцин внезапно почувствовал, что чего-то не хватает в его сердце. Он в оцепенении поднял голову, чтобы посмотреть на своего хозяина, но внезапно понял, что этот человек сегодня выглядел очень нежным.

Сюань Линцзы мягко сказал:»Осталось два дня, так что не волнуйтесь. Вы знаете, какой сегодня день?»

Ло Цзяньцин слегка испугался и покачал головой:»Ученик не знает».

Сюань Линцзи медленно приподнял уголки губ, показывая мягкую улыбку:»Сегодня твой день рождения».

«Тридцать шесть лет назад я подобрал вас на берегу реки Луошуй. Как только появятся корни высшего качества, их неизбежно будет сопровождать естественное видение. В то время ваши родители бросили вас рядом с Луошуи. I Поэтому я тайно дал им несколько серебряных таэлей и привел вас обратно. Прошло тридцать шесть лет. Несколько дней назад я считал этот год пределом для ваших родителей. Становится ясно, не хотите ли вы вернуться и взглянуть?»

Ло Цзяньцин улыбнулся и сказал:»Нет, Учитель. Теперь, когда ты отрезал пыль для меня и их, тогда нет никакой связи между жизнью и смертью».

Сюань Линцзы посмотрел на это. Красивый и красивый молодой человек перед ним слегка опустил глаза и сказал:»Ваше естественное видение таково, что боги спускаются с неба. 18 тысяч ли Луошуй постепенно прояснялись, поэтому в то время я назвал вас Луо Цзяньцин». За последние шесть лет вы действительно никогда не хотели пойти и взглянуть на ту жизнь, которую вам следовало бы вести?»

Ло Цзяньцин ярко улыбнулся, его голос немного смягчился:» Учитель, достаточно, чтобы ты был постепенно.»

Одно слово заставило Сюань Линцзы внезапно замолкнуть. Он смотрел на этого чрезвычайно красивого молодого человека в лунном свете, его пальцы не могли не дрожать, и в его духовной силе был след беспорядка.. Глядя на это красивое и несравненное лицо, его сердце было так горячо, что казалось, что оно зажгло чудовищный огонь, и Дао Синь постепенно становился нестабильным.

Сюань Линцзы внезапно похолодел и сказал:»Я проведу этот день рождения для тебя как учителя. С этого года ты больше не будешь связываться с миром. Ты можешь забыть о мире, и с этого момента, Скоро стань феей.»

Ло Цзяньцин выпалил:» Как мы можем забыть мир смертных?»

Сюань Линцзи на мгновение остановился и сказал:»Отрежьте корни пыли и помните.»

Ло Цзяньцин снова спросил:» Как срезать корни пыли?»

После долгого молчания Сюань Линцзы сказал:»Вы не имеете ничего общего с миром. С тех пор вы вырезали корни пыли.»

Услышав это, Ло Цзяньцин улыбнулся:»Учитель, я никогда не вырезал корень пыли». В моем сердце есть Тайхуа, второй младший брат, третья младшая сестра и все старшие и любители горы Тайхуа, которые меня любят.»

Слова остановились здесь и внезапно прекратились. Ло Цзяньцин легко поднял глаза, пара ярких глаз с яркой улыбкой пристально посмотрела на Сюань Линцзи, голос стал яснее и красивее. Кажется, он говорит самые сладкие любовные слова в мире:»Учитель, ты в моем сердце.»

Сюань Линцзы не ответил, на одном лице все еще был холодный цвет, но Ло Цзяньцин продолжал смотреть на него с улыбкой.

В течение долгого времени Сюань Линцзы сказал:»Я Ожидание — это не ваш корень пыли, когда вы достигнете этого состояния, вы, естественно, поймете.»

Когда голос упал, Сюань Линцзи влетел в свой бамбуковый дом, а Ло Цзяньцин почувствовал только порыв ветра, проходящий мимо, и его втянуло в бамбуковый дом. Сюань Линцзи слегка держал хосту. Мягко вставленный между волосами Ло Цзяньцина, его пальцы нежно царапали волосы Ло Цзяньцина, заставляя сердце Ло Цзяньцина слегка дрожать.

«Это сделано из нефритового халцедона, и в нем накапливается удар, составляющий 60% силы учителя. Постепенно, когда вы его израсходуете, он станет лишь самым распространенным украшением. Никакого другого эффекта, вы должны использовать его с осторожностью».

Затем Ло Цзяньцин причесал волосы в поисках Сюань Линцзы и помог ему Нефритовая корона была связана.

Сказал, что это празднование дня рождения, но всю ночь учитель и ученик мало говорили. Они сидели за шахматной доской, и мы с вами были в упадке. Когда небо было на пороге рассвета, из-под пика Юйсяо раздался голос Цзо Юньмо, который призвал Ло Цзяньцина вместе разобраться с делами Цзунмэнь Даби.

Ло Цзяньцин сразу же встал, подошел к воротам, но не мог не обернуться и спросил:»Учитель, я хочу знать, ты срезал корень пыли?»

Сюань Линь. Зи повернулся спиной к воротам и посмотрел прямо на шахматную доску.

Спустя долгое время, сразу после того, как Ло Цзяньцин подумал, что никогда не получит ответа, он услышал только вздыхающий голос Сюань Линцзы:»Я не учитель».

Ло Постепенно он отсалютовал и ушел, и бамбуковый дом внезапно вернулся в состояние покоя.

Сюань Линцзи сидел на бамбуковой кушетке, глядя на шахматную доску. После долгого ожидания он протянул руку и медленно погладил каждую шахматную фигуру, которую только что уронил Ло Цзяньцин. Его движения были чрезвычайно мягкими, напоминая о нем, и когда он коснулся последней шахматной фигуры, тело Сюань Линцзы затряслось, и он убрал руку, как будто был обожжен.

«От перехода к прозрачному»

Глава 20

Когда Ло Цзяньцин подтвердил, что все дела улажены, это было накануне Большого Соревнования Цзунмэнь.

Когда начался Гранд Турнир Цзунмэнь, Цзо Юньмо все еще не сломал царство. Он мог только помочь Ло Цзяньцину улыбнуться и сказать:»Жаль, брат. Это совсем немного, я должен Вы сможете пробиться к середине золотого ядра, а затем соревноваться с вами, тогда это будет весело».

Ло Цзяньцин услышал это, но усмехнулся:»Младший, даже если ты достигнешь середины золотого ядра, Даже не хочу бросать вызов величию брата».

Цзо Юньмо приподнял брови:»Я не знаю, кому всегда нравилось сидеть у меня на плечах, когда я был ребенком, каждый день»

«Брат!»

Цзо Юньмо слегка улыбнулся, зажал указательный палец губами и сделал движение»тише».

Ло Цзяньцин полностью потерял самообладание и может только думать: до завтра он должен позволить этому неопытному второму младшему ученику научиться писать три слова, старший брат!

Той ночью Ло Цзяньцин рассказал Сюань Линцзи о делах Главы на второй день, и после подтверждения того, что Сюань Линцзи не пойдет смотреть игру, он почувствовал небольшое разочарование, но также принял это как должное. Великое Соревнование Цзунмэнь — это просто битва между учениками, даже если он и Цзо Юньмо сражаются только на уровне культиватора Золотого Ядра, как Сюань Линцзи мог это увидеть.

Однако перед тем, как Ло Цзяньцин ушел, Сюань Линцзи тихо сказал:»Не позволяйте лицу Юйсяофэна упасть».

Вся гора Тайхуа окутана тихой ночью, такой тихой, что можно услышать шипение монстров в лесу.

Глава будет Великим Соревнованием Цзунмэнь через два дня, и многие ученики не спали всю ночь. Некоторые люди медитируют и практикуют и хотят как можно больше стабилизировать свое совершенствование; некоторые люди постоянно тренируют своих духовных зверей, чтобы убедиться, что они защищены от дурака; в то время как другие сравнивают со знакомыми мастерами и братьями, чтобы улучшить свои боевые возможности.

Темной ночью на пике Юйсяо мелькнула черная тень, преодолев множество препятствий и покинув пик Юйсяо.

Ло Цзяньцин быстро перемещался между вершинами. Он был одет в черную ночную одежду. Он не только закрыл лицо черной тканью, но и намеренно съел фу Жун Дань второго сорта, чтобы выбраться из своего тела. Монахи младше периода не могли исследовать его истинное лицо.

Ло Цзяньцин не беспокоится о том, что Сюань Линцзи сомневается в его местонахождении. Когда он был ребенком, он часто выходил тайно играть с другими шестью из Семи Сыновей Тайхуа посреди ночи. Сначала Сюань Линцзы даже наказал его за то, что он подумал об этом. Позже, когда наказание было немного более суровым, Ло Цзяньцин преклонил колени у ворот предостережения и отказался признать свои ошибки. Он фактически упал в обморок, и Сюань Линцзы больше не заботили эти вещи.

С детства Ло Цзянь был знаком с горой Тайхуа. После того, как он скопировал путь к пику Хаоминг, он не пошел в резиденцию внутреннего ученика, а пошел в резиденцию внешнего ученика.

В данный момент довольно много людей занимаются этим тайно, и без них Ло Цзяньцин через некоторое время нашел человека, которого искал.

Очевидно, Глава собирается начать Гранд Турнир Цзунмэнь в ближайшие два дня, и очевидно, что его собственные силы не выдержат Главу вообще, но Ли Сючэнь по-прежнему строго сидит во дворе. Один не тренируется, а другой не сравнивается друг с другом, просто держит кинжал со странным лицом и жестикулирует, не зная, о чем думает в его сердце.

После того, как Ли Сючэнь вошел в гору Тайхуа в своей последней жизни, он получил осторожное руководство Сюань Линцзы.

Хотя у Ли Сючэня нет корней, Сюань Линцзы настаивал на том, чтобы Ли Сючэнь достиг шестого уровня очистки ци в течение года. Вы знаете, из двадцати четырех новых учеников только двое достигли шестого уровня очистки ци, и один из них по-прежнему остается первоклассным корнем.

Внимательность этого человека заставила Ло Цзяньцина очень завидовать. В его предыдущей жизни Долина Плавного Пламени также открывалась с опережением графика. Ученики в период очищения Ци были разделены на три группы: ранняя, средняя и поздняя стадии, и они соревновались отдельно. Последние три чемпиона могут отправиться в Долину Плавного Пламени.

В этой жизни нет никакой разницы, единственное изменение: Ли Сючэнь имеет только четыре уровня очистки ци.

На самом деле, четвертый уровень очистки ци также сильно преувеличен. Ли Сючэнь совсем не обучался, и у него не было хорошего мастера, такого как Сюаньлинцзы. По словам Се Цзичжуо, он действительно мог достичь четвертого уровня очистки ци. Сказал, то есть: Ли Сючэн, этот ребенок определенно хитрый!

Ло Цзяньцин не знал, как практиковал Ли Сючэнь. В конце концов, Се Цзычжуо посылал людей смотреть на Ли Сючэня, но он не мог найти никаких следов тяжелой работы Ли Сючэня. Но Ло Цзяньцина это не заботило, и даже когда он пришел сюда сегодня вечером, его целью не было шпионить за Ли Сючэнем.

Подумав об этом, Ло Цзяньцин исчез из своей фигуры и перевел дыхание.

После чашки чая Ли Сючэнь снова прижал кинжал к поясу и, повернув голову, внезапно увидел стоящего перед ним человека в черной маске.

Ли Сючэнь в ужасе открыл глаза, собираясь что-то сказать, но его голос был заблокирован собеседником.

Я слышал только хриплый голос, раздавшийся во дворе:»Ты выглядишь очень приятным для глаз. Это сиденье тебя очень любит. Я даю тебе это волшебное оружие, которое поможет тебе завтра пройти через секту горы Тайхуа.. Вам не нужно благодарить это сиденье. Когда вы снова встретитесь в будущем, вы, естественно, узнаете, кто это сиденье».

Спустя долгое время Ли Сючэнь упал в обморок от изнеможения, но на землю остался длинный нож.. Ли Сючэнь все еще был погружен в ужасную атмосферу прямо сейчас, не говоря уже о том, что этот человек закрыл лицо, даже если другой человек не закрыл лицо, Ли Сючэнь не мог видеть внешний вид другого человека ночью.

Когда тремор, наконец, закончился, Ли Сючэнь подползла к длинному ножу и подняла его.

«Бог тоже помогает мне! Это Бог тоже помогает мне! Я действительно главный герой! Хахахаха!!!»

За пределами двора Ло Цзяньцин сорвал черную ткань со своего лица и усмехнулся. Раздался звук, а затем улетел.

Во второй день Главы секта горы Тайхуа один раз в семь лет открывалась вовремя.

Сегодня есть сотни учеников на стадии очистки ци в горе Тайхуа, сотни учеников на стадии строительства фундамента и десять учеников на стадии цзиндань. Среди них семь сыновей Тайхуа находились на стадии золотого ядра, и трое младших также усердно работали над совершенствованием и достигли стадии золотого ядра.

Все бидутаи располагаются на площади перед холлом Линьюнь на пике Цаншуан, и старейшины иностранных сект могут сидеть перед залом Линьюнь и наблюдать за этим грандиозным военным мероприятием молодого поколения. На этот раз к вершине Семи Пиков Тайхуа подошли три человека, а глава Хао Синцзы сидел посреди толпы, возглавляя битву.

Четыре старейшины, отвечающие за Гранд Турнир Цзунмэнь, являются четырьмя старейшинами в период отсутствия апертуры, и вокруг стадиона находится более 20 старейшин мета-младенческого периода. В случае аварии они могут немедленно спасти людей.

Всесторонние обсуждения всегда сопровождались опасностями, опасными для жизни. Если вы выложитесь на полную, это неизбежно приведет к смерти.

Итак, на Грандиозном Соревновании Цзунмэнь за старейшинами с высоким уровнем нужно наблюдать сбоку, иначе это может привести к катастрофе.

Первым, кто начал соревнование, был период очищения ци, сначала с учениками с первого по третий этаж. Наблюдать за этим соревнованием было нечего. После того, как все соревнования были окончены, ученики взорвались восклицаниями не в адрес победившего маленького юниора, а в адрес семи человек, внезапно появившихся вокруг соревнования.

Старшая сестра Му Тяньсинь одета в огненно-красную одежду, похожую на пылающий огонь; у шестого брата Сюхэня сильная, высокая и могучая фигура; у пятого брата Хо Юйхуна рыжие волосы и агрессивный характер; четвертый брат Се Цзычжу одет в черное. Веер танцует; третья старшая сестра Вэй Цюнъинь держит меч и ледяным взглядом смотрит в сторонку; второй старший брат Цзо Юньмо мягко улыбается, добрый и покладистый.

И тот, кто шел впереди семи, казалось, притягивал сияние неба и земли, ослепляя, как звезды.

На его лбу изображен голубой трехлепестковый лотос. Он одет в белую школьную форму с синей каймой. Он красив, у него живописные брови. Каждое его движение невероятно красиво. На его лице не так много выражений. У него холодный и пыльный характер. Однако он сразу отделился от других, и могущественные люди перед залом Линьюнь внезапно вспомнили имя.

«Ло Цзяньцин».

Гора Тайхуа, пик Юйсяо, Ло Цзяньцин.

Даже если это сила подходящего периода, давно знакома с этим именем.

Это единственный ученик пика Юйсяо горы Тайхуа, а также закрытый ученик мастера Сюаньлинцзы из мира совершенствования Глава.

«Это действительно гора Тайхуа, всего лишь юниорка посреди золотого ядра, и я действительно чувствую, как меч взлетает в небо»

«Глава Хао Синцзы, разве преподобный Сюань Линцзи не приходил сегодня посмотреть игру?»

Хао Синцзы был готов к такой ситуации, даже если его база совершенствования выше, чем у этих людей, Но он разговаривал с другой стороной как глава горы Тайхуа. Голос Хао Синцзы был спокойным и спокойно сказал:»Да, это мой великий брат Ло Цзяньцин с горы Тайхуа».

Все эти люди некоторое время вздыхают, даже если это четыре школы, восемь семей и десять Старейшины Шести Сект в Период Скорби внимательно смотрели на фигуру Ло Цзяньцина и не отводили взгляда.

В данный момент в Бидоутае Ло Цзяньцин наблюдает за учениками Бидоу, находящимися на средней стадии очищения ци. Всего на сцену вышли десятки людей, и в конце концов волны смылись… Когда обыкновенный на вид молодой человек выиграл, даже старший рефери застыл на месте, долго не издавая ни звука.

Через некоторое время старший судья сказал громким голосом:»Победитель периода очистки середины ци, Ли Сючэнь, четвертого уровня очистки ци!»

Как только это слово упало, ученики тут же пробормотали и решили Губы Цзычжуо искривились, он подбежал к Ло Цзяньцину и прошептал:»Брат, что это такое! Это он снова выиграл, и это снова он! В конце концов, он фактически победил ученика шестого уровня очистки Ци, вы верите? Я не верю! У его меча, должно быть, проблема, он такой мощный!»

При этом Се Цзычжуо захотелось встать и посмотреть в деталях. Однако Ло Цзяньцин оттащил его назад и любезно убедил:»Четвертый младший брат, этот младший брат также получил серьезную травму. Его нож действительно является сокровищем, но, поскольку старший судья не остановил его, Это разрешено».

Се Цзычжуо мрачно сказал:»Небеса несправедливы!»

Ло Цзяньцин тихо усмехнулся:»Младший, тебе не нужно завидовать удаче других людей.»

Глаза Се Цзычжуо были зелеными от гнева:»Я завидую ему?!»

Ло Цзяньцин протянул руку и сильно ударил Се Цзычжуо по голове. Пусть этот упрямый парень обиженно закрывает рот, продолжая бормотать:»Брат Мин Мин, ты тоже его ненавидишь, что происходит сегодня».

Услышав это, Ло Цзянь тихо улыбнулся.

Там Ли Сючэнь радостно праздновал и приветствовал, но несколько учеников пришли поздравить его. Даже маленькая девочка Лю Сяосяо стояла среди учеников Цинланьфэна, просто глядя на Ли Сючэня, но не шла вперед, чтобы благословить его.

Увидев это, Луо Цзянь слегка улыбнулся, сузил глаза и продолжил смотреть следующий матч.

Вскоре ученики в Период Очищения Ци подошли к концу, количество учеников в Период Строительства Основания было значительно меньше, но в течение долгого времени они также прекратили свое соревнование. В конце концов, остались только десять учеников стадии Цзиндан.

Все глаза зрителей были прикованы к пяти этапам соревнований. Ло Цзянь Цинфэй стояла на сцене и смотрела на симпатичную женщину в красном платье напротив, нежно чистя рукава и улыбаясь:»Маленький юниор» Сегодня я не могу быть вежливым».

Страница книги Злодею есть, что сказать в интернете

Table of Contents

Глава 1 - В поисках бессмертия

Глава 2 - Брат Ло - старшая сестра?

Глава 3 - Этот человек выводит меня из себя

Глава 4 - Цзянь Цин, пик Юй Сяо начал принимать учеников?

Глава 5 - Больше не жди

Глава 6 - Киноварная печать

Глава 7 - Тридцать лет на восток, тридцать лет на запад?

Глава 8 - На какой лодке пересечь могучую реку?

Глава 9 - Если не использовать чудесный предмет, он будет просто украшением!

Глава 10 - Дикая бескрайняя пустошь - вот где будут покоиться кости Ли Сю Чэня!

Глава 11 - Цзянь Цин, если с тобой что-то случиться, что же тогда делать твоему учителю?

Глава 12 - Яд желания

Глава 13 - Я уже настолько отчаялся, неужели ты думаешь, что сможешь меня остановить!

Глава 14 - [Незначительные изменения] Захват Сотворения Неба и Земли! Девять записей Захвата Небес!

Глава 15 - Не слишком ли ты добр к Цзяньцину?

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

О книге