Глава 1

Хан Ису стал невесткой чеболя по имени Кан Джуман.

Хан Ису впервые встретил Кан Джихёна в баре в районе Чхонгдам, куда пошел выпить со своими друзьями.

Он увидел его в первый раз и потерял голову от любви.

Кан Джихён был высоким и красивым мужчиной, но его лицо выглядело суровым и бесчувственным. Вокруг него стаями вилось много женщин, которым такое нравилось. Но после нескольких месяцев унижений, в конце концов, именно Хан Ису стал тем, кому достался трофей по имени Кан Джихён.

Сначала Ису подумал, что Джихёну нравятся девушки, и сдался. Однако, это прекрасное лицо не забывалось ни днем, ни ночью, поэтому Ису грыз червь сомнения. Неожиданно, Кан Джихён согласился на свидание.

— Тебе всегда нравились парни?

— На самом деле мне все равно.

— Хорошо.

— А что, тебя это беспокоит?

— Разве? Все в порядке.

Кан Джихён был похож на главного героя дорамы. Он рассказал Ису, что является единственным сыном знаменитого чеболя, президента "Чобонг Груп", и что потерял свою мать, Пак Ён Чжу, в автокатастрофе, когда был маленьким. С тех пор он жил под опекой своего отца.

Он был наследником чеболя, у которого был очень грубый характер. Более того, его отец не был примером для подражания, потому что никогда не посвящал достаточно времени семье. Желание Ису обнять Кан Джихёна всем телом росло в геометрической прогрессии.

Это был день, когда Ису, после нескольких месяцев отношений с Джихёном, собирался поздороваться с его отцом.

— А нужно ли мне с ним здороваться?

Ису не стыдился своей сексуальной ориентации, но знал, насколько общество подвержено влиянию традиций. Конечно, Ису собирался провести с Джихёном всю оставшуюся жизнь. Однако, не стоило вот так врываться в чужой дом. Всему свое время.

— А что такого? Я ведь познакомился с твоими родителями на прошлой неделе.

— Нет, это другое.

— А в чем разница? Ты не скрываешь от них отношения со мной, и я не хочу тебя прятать. Давай жить открыто. — Джихён сказал это так, будто давно стал защитником прав человека, и посмотрел прямо на Ису.

Ису тут же обнаружил, что пассажирское сиденье роскошной иномарки может быть очень и очень неудобным.

Джихён же, припарковавший машину в переулке возле роскошных особняков, улыбнулся Ису. По лицу не было заметно, но сердце Ису колотилось как бешеное, а напротив были глаза его сумасшедшего любовника, которые говорили:

"Мне нужен только ты, Хан Ису".

"И ты мне".

Ису вышел из машины и все же дал слабину перед этим невероятным мужчиной, который как никто умел очаровывать. А когда он пробудился от грез, то обнаружил, что уже находится у него дома.

Но есть же на свете такие ситуации, к которым необходимо готовиться. И создает их особенный тип людей.

Кан Джуман был чеболем, который упоминался как минимум в углу (если не в центре) на первой странице истории экономического развития Кореи. Он буквально жил на работе и обладал настолько вспыльчивым характером, что был похож на бульдозер.

Если его сын играл главную роль в романтической дораме, которую смотрят люди в возрасте от 20 до 30 лет, то Кан Джуман был злодеем второсортного сериальчика, которого проклинал бы любой зритель.

Он устранил все препятствия, которые стояли на его пути в бизнесе. Он был настолько опасным человеком, что можно было с уверенностью сказать, что слухи о нем были правдивы и ни разу не преувеличивали.

Ису вошел в просторный дом и сел на диван в гостиной. Его колени дрожали. Это был самый напряженный момент в его жизни с тех пор, как он открылся родителям. Вскоре после того, как Джихён пошел в кабинет, чтобы позвать отца, раздался громкий крик:

— В моем доме геям не место!

Ису струсил настолько, что мог бы сменить белье.

— ...

Раздался звук удара.

Ису подумал, что упала бомба. Шум был настолько громким, что вполне можно было представить, что там не просто сломалась мебель. Пол затрясся из-за падения большого тяжелого предмета. На мгновение Ису показалось, что произошло землетрясение.

Кан Джуман и Кан Джихён кричали друг на друга так сильно, что могли бы потерять слух.

"А я говорил ему с самого начала! Кан Джихён, у тебя красивая мордашка и пустота в голове!"

Глава 2

Хан Ису с самого начала знал, что к нему отнесутся с неприязнью. Как бы сильно ни менялся мир, гомосексуальность по-прежнему осуждалась. Даже родители Ису, которые придерживались демократических взглядов по поводу домашних дел, не могли принять реальность, когда их сын признался, что гей.

Его отец в порыве гнева ломал мебель и бытовую технику, как будто играл с ними в воздухе одной рукой. Его мать, которая была близка с сыном и считала их жизнь идеальным сочетанием утонченности и благородства, но которая, услышав новость, начала плакать, словно бедная женщина, потерявшая целое состояние. Несколько месяцев шла внутренняя борьба, прежде чем двое взрослых людей, получивших приличное образование и достаточно открытых для вопросов о правах человека, пришли в себя и смирились.

Вот настолько непоколебимым был склад ума корейцев среднего возраста. Тогда что взять, если этот чеболь, Кан Джуман – самый консервативный среди консерваторов? Что, если покусились на святое: втянут наследник большой корпорации и единственный ребенок в семье, который получит целое состояние! Чудо, что Кан Джуман не разгромил целый дом после таких новостей.

– Вон!

– Я и так собирался уйти.

За "взрывом бомбы" последовала перебранка, а затем грохот тяжелой мебели. Внезапно открылась дверь и на пороге появился Кан Джихён. Он не выглядел так, словно только что дрался: аккуратная одежда была такой же, что раньше. Ису поднялся с дивана. Джихён подошел ближе и потянул его за запястье.

– Пойдем.

– Ч-что?

Ису и так казалось, что он сидит на иголках, поэтому он сразу последовал за Джихёном. За их спинами эхом отдавались крики и лязг ломающихся предметов.

Когда Ису сел в машину, припаркованную перед домом, Джихён ударил рукой по рулю от ярости. Когда мужчина собирался нанести следующий удар, Ису поспешил остановить его:

– Не принимай это близко к сердцу.

– Ох...

Вздохнув, Джихён откинул голову назад, так Ису смог рассмотреть его лоб, откуда стекала струйка крови.

– С тобой все в порядке?

Пораженный увиденным, Ису поспешил осмотреть Джихёна. У края его волос обнаружился небольшой порез. Один этот вид заставил Ису почувствовать боль в сердце. Он достал носовой платок из кармана и очистил рану Джихёна. Несмотря на то, что кровь уже запеклась, рану не было видно из-под волос, так что все было в порядке. Тем не менее, Ису повел плечами от дискомфорта.

– Ты же ударился головой.

– В меня бросили кресло.

– Кресло?

– Старое президентское кресло с деревянными подлокотниками. Я попытался увернуться, но налетел лбом на какую-то железяку.

– Ох! И как ты с ним живешь?

Так вот что означал звук, похожий на землетрясение. Ису вздохнул и кивнул.

– "Мужчина должен спать с женщинами, а ты ненормальный", – процитировал отца Джихён.

Слова "Что за дерьмовый у тебя отец?" застряли в горле у Ису. Ему не хватило смелости это сказать.

– Но ты же не прекратишь общаться с ним?

Как и все мы, Ису очень боялся прекратить общение с человеком после большой ссоры. Джихён же сразу спросил:

– О чем ты говоришь? Конечно.

У Ису вырвался вздох. Какой неблагодарный сын этот Кан Джихён. В чем тогда разница между ним и его отцом, который бросается креслами? Нельзя так поступать с родителями. Ису сказал:

– Помирись с отцом, если хочешь и дальше встречаться со мной. Сделай, что я говорю.

– Что? Я пытался исправить ситуацию словами, но с ним это не работает. Даже не вздумай предложить еще раз.

– И что ты сделаешь? Притворишься, что ушел из дома?

– Не говори так.

Джихён нахмурился. Ису сделал короткий вдох:

– Завтра я пойду с тобой туда снова.

– Ты сошел с ума?

– Слова в этом случае бесполезны. Мы заставим его привыкнуть к нам, так что поехали.

А затем Ису важно скрестил руки на груди и жестом подбородка дал сигнал трогаться с места. Нажав на кнопку питания, Джихён спросил:

– Что? Куда?

– Едем в мебельный магазин в районе Чхонгдам. Купим кровать для молодоженов.

Джихён, тяжело вздохнув, тут же склонил голову и оперся лбом на руль, а затем его плечи затряслись. Ису на секунду подумал, что он плачет, но обнаружил, что он улыбается.

– Ты невероятен, Хан Ису.

– Да-да, я знаю, гони быстрее.

– Есть.

Джихён вел машину хладнокровно. Он быстро покинул Канбук и поехал через мост над рекой Хан в сторону Каннама. Окно было чуть приоткрыто и дул ветер. Это должно было охладить поднимающуюся ярость.

Ису сильно стиснул зубы, сыпля проклятиями в своих мыслях.

"Ты сделал больно моему Кан Джихёну? Моему красивому и статному Джихёну! Брось еще раз свое кресло, я от тебя не отстану. Гей я или еще кто, я отомщу тебе, ублюдок".

Несмотря на то, что в его возрасте его трудно было назвать стариком, Кан Джуман был достаточно энергичен, чтобы швыряться креслами. На следующий день при встрече он резко фыркнул как разъяренный бык. Кан Джихён, который был очень похож на него, но притворялся довольно покладистым снаружи, стоял перед ним, совершенно ничем не сдерживаемый. Среди них двоих Хан Ису был единственным, кто в данный момент "умирал" от сердечного приступа. Он лишь притворялся спокойным, но на самом деле так нервничал, что у него скрутило живот.

Он искал в интернете фотографии председателя Кан Джумана. Фотографий, которые передают информацию только о плоских поверхностях, было недостаточно, чтобы объяснить сущность Кан Джумана. Он был немного ниже Кан Джихёна, но казался крупнее из-за возраста. У него был живот, но он не выглядел уродливым, а морщинистая кожа казалась довольно подтянутой.

Кроме того, его лицо с несколькими крупными морщинами было довольно симпатичным, как и у Джихёна. Конечно, слово "красивый" подходило больше, чем просто "симпатичный". Его густые волосы были аккуратно причесаны и забраны назад. Его нос можно было бы сравнить с ножом, но все же в случае с Кан Джуманом его лучше было бы назвать прямым лучом. Кроме того, его глаза имели такую форму, как будто он забрал их у тигра.

Как можно переубедить такого упрямца? Ису обычно обрывал все связи с людьми, если они просили об этом. Теперь же он пожалел, что ранее не согласился на это.

– Как ты посмел вернуться?

Председатель Кан Джуман приближался к ним, как бык, топчущий копытами, чтобы в любой момент нанести удар рогами. Ису хотел сделать шаг назад, чтобы сбежать, но не смог, потому что Джихён поймал его за плечи. Даже когда Джихён заметил, что Ису печально покачал головой, он лишь улыбнулся и толкнул его в спину:

– Здравствуйте, председатель Кан Джуман из Чобонг Груп. Это моя... женушка, Хан Ису.

– Эй, ты чего!

Ису почти прокричал это. В то же время приближающийся бык остановился на месте. Кожа Ису покрылась мурашками от взгляда, с которым на него смотрел Кан Джуман. Теперь нельзя отступать: вы живете вместе – вы получаете признание. Но где же голос, который возразит, что Ису не жена, а муж?

– Что ты сейчас сказал?

Председатель Кан Джуман начал дрожать от ярости. Ису захотелось схватить Джихёна и немедленно выбежать из дома. Но Джихён ему не давал. Не потому что не хотел, а потому что держал Ису настолько сильно, что тот не мог сопротивляться. Они были одного роста и телосложения. Откуда взялась такая разница в силе? Наверняка в этом поучаствовал ген, унаследованный от того старика.

– Ты чего, Ису? Поздоровайся.

"Эй, какой же ты ублюдок... Ты хочешь умереть прямо сейчас? Кто, кроме тебя, лучше всего должен знать, что твой отец не человек. Но мы уже пришли сюда... Надеюсь, он не убьет меня. Как хорошо, что мы стоим в неудобном коридоре, так что здесь нет мебели, которой можно было бы бросаться. Поздороваюсь и покончим с этим".

– З-здравствуйте, отец.

Ису как можно вежливее поклонился.

– Какой я тебе отец? Смерти моей хотите?!

Кан Джуман со скоростью молнии, которую никто не мог ожидать от него, поднял тяжелую стеклянную пепельницу со стола в гостиной и бросил в их сторону. В это же время Джихён толкнул Ису вперед, чтобы избежать удара.

– Ох?!

Раздался дребезг.

Пепельница разбила стекло шкафа-витрины. Повсюду разлетелись осколки.

Глава 3

"Откуда здесь эти люди?" – подумал Ису.

Люди в костюмах поспешили успокоить Кан Джумана, который пылал от ярости. По словам Джихёна, это были секретари.

– Эй, ты, сукин сын. Где ты взял этого ублюдка?

– Значит ли это, что вы кобель? – съязвил Кан Джихён.

Кан Джуман разозлился ещё сильнее. Ису захотелось дать пощечину своему мужу. Он уже собирался вывести Джихёна на улицу, но тот остался на месте.

– Куда ты меня тянешь? Это теперь наш дом. Давай лучше пойдем в нашу комнату.

– Я больше не могу это терпеть!

– Не ты ли сказал, что он привыкнет?

– Тогда я еще не знал, что твой отец такой упертый.

– Я тоже не отступлюсь.

– Что? Куда ты?

Джихён схватил Ису за руку и подошел к Кан Джуману.

– Это мой супруг. Теперь вы будете видеться каждый день, так что, пожалуйста, позаботьтесь о нем.

– Вы посмотрите, этот ублюдок собирается свести меня в могилу. Привел "невестку" в дом и решил, что все в порядке? Сегодня либо я умру, либо он.

Столкнувшись лицом к лицу с гневом своего отца, Джихён лишь посмотрел на Ису и ухмыльнулся. Он, видимо, даже не подозревал, что шутки в такой ситуации неуместны. У Кан Джумана вскипела кровь, он даже начал задыхаться. Он шарил вокруг и кричал горничной, чтобы та принесла ему швабру.

– Теперь мы живем в комнате на втором этаже.

Не дожидаясь разрешения своего отца, Кан Джихён начал подниматься на второй этаж. Ису почувствовал себя беззащитным.

– Мистер Кан, прекратите, прошу вас, – сказал Кан Джихёну один из присутствовавших там секретарей. Джихён проигнорировал его, сочтя, что хозяина этого дома не должен учить жизни посторонний человек. Разглядев улыбку на лице Джихёна, Ису нахмурился.

– Несколько дней назад сюда доставили мебель для молодоженов. Президент этому очень обрадовался. Но что случилось? – поинтересовался секретарь.

– Он делает это мне назло, – вмешался Кан Джуман. – Я точно его прибью!

Ису вздохнул, пораздумав над словами секретаря. Обслуживающий персонал посчитал, что Джихён привел невестку, поэтому так любезно открыл дверь сегодня.

– Я ничего не обещал. Это вы все неправильно поняли, – бросил Джихён.

– Конечно, я подумал о невестке, – вспылил Кан Джуман. – Вот почему я впустил вас, а ты привел сюда этого бесполезного ублюдка! Вы грязные отбросы! Собираетесь жить в моем доме? Убирайтесь!

"Бесполезный? Грязный? Я не хотел ругаться, потому что все это время думал, как сохранить отношения между отцом и сыном. Но почему я должен выслушивать подобные оскорбления? Зачем брать в дом невестку, которой другие всегда прислуживали за столом, кормили, одевали и учили, потому что этим не занимались ее родители?"

В помещении стало душно. Ису подумал о том, чтобы прямо сейчас уйти вместе с Джихеном, но быстро передумал. Должна же быть причина, почему Кан Джуман вел себя подобным образом, а Кан Джихён доводил отца до белого каления.

Ису мгновенно стер с лица удивленное выражение и широко улыбнулся, чуть скривившись, словно наконец решил головоломку. Он повернулся к президенту и поклонился самым вежливым образом.

– Отец, если вы хотите, я буду жить здесь в качестве полноценной невестки. Ради Джихёна я стану хозяйкой в доме. Я на самом деле очень выносливый и работящий. Перестаньте так злиться, это вредно для вашего здоровья.

Кан Джуман, который скоро станет тестем, перестал краснеть от злости и застыл с глупым выражением на лице. Секретари тоже уставились на Ису. Ровно три секунды длилась тишина.

– Хах...

Джихён начал смеяться. Свекор не плакал и не смеялся. Чуть раньше его гнев не смогли сдержать два секретаря, повисшие на его руках. О чем думал Ису, когда бросился к нему и схватил за ногу? В таком положении он сказал:

– Любовь свекра равна любви невестки!

Ситуация не походила на шутку. Идея Ису была ошибкой, но он подумал:

"Как же я справлюсь с жестокостью мира, если не смогу победить этого старика? Я заставлю его принять меня".

***

Как только началась семейная жизнь, утихли споры. Вместо этого свекор издевался над Ису всеми возможными способами. Ису как мог терпел это.

– Сукин сын.

Свекру, который всегда ругался на пустом месте, Ису радостно отвечал:

– Отец, невестке сделать вам массаж?

– Отстань от меня, ублюдок.

– Пожалуйста, сидите смирно. Ха-ха-ха.

Когда дородная невестка ростом более 180 сантиметров набросилась сзади и ухватилась за плечи, свекор зарычал и стиснул зубы от боли. Ису, оказавшись в ситуации неожиданного замужества, испытывал большой стресс, но молча терпел ради любви к Джихёну.

Кан Джихён был единственным, кто поддерживал Ису в это время:

– Ты устал?

– Все хорошо, я в порядке.

– Было бы здорово, если бы отец потерял всю энергию и перестал злиться. Этот человек никогда не постареет.

– Это же твой отец, перестань так говорить.

– Мне тяжело смотреть на твои страдания. Давай будем жить отдельно?

– Все мои проблемы только из-за того, что я почем зря провоцирую твоего отца.

На этих словах выражение лица Джихёна слегка исказилось.

"Неужели, он так ненавидит своего отца? Конечно, характер у него не сахар, но не стоит воспринимать все его слова всерьез. Если его не трогать, ничего не случится".

– Может, рванем в путешествие на выходных?

– Куда?

– Куда угодно.

Если подумать, Ису довольно давно не бывал за границей. Кроме того, он уволился с работы, чтобы стать невесткой чеболя, который этим еще и был недоволен. Встреча с родителями случалась раз в четыре месяца, а друзей можно было увидеть лишь раз в году. Ису начал бояться, что однажды ему придется наверстывать упущенное с помощью желтой прессы, потому что теперь начал уходить с вечеринки после того, как со всеми поздоровался.

– Хорошо, едем.

Когда он дал согласие, Джихён рассмеялся. Затем он обнял Ису и поцеловал его.

Но в результате поездка сорвалась. За три дня до отъезда в доме отсутствовала прислуга, поэтому Ису пришлось много работать, накрывая поминальный стол, чего он раньше никогда не делал. Он даже не сумел собрать свои вещи. Джихён был в ярости. Стол, который Ису так старался накрыть для поминок покойной Пак Ён Чжу, жены Кан Джумана и матери Джихёна, был перевернут Кан Джихёном. Тогда атмосфера в доме изменилась...

Случались и взлеты, и падения, но Ису было все равно, и все потому, что Джихён был рядом. Свекор тоже постепенно привык к Ису. Вместо того, чтобы ужинать вне дома, он предпочитал, чтобы именно Ису готовил ему еду. Они не ужинали за одним столом, но Ису все же надеялся, что однажды отец и сын помирятся и будут жить как семья. Ради этой мечты он отказался от своей карьеры, мужественности и даже от своей гордости и приложил уйму усилий. Ису считал, что все не так плохо, как было на самом деле.

Пока Кан Джихён, которого он так сильно любил, не привел в дом женщину.

Чтобы добиться признания тестя после столь ужасающих ссор, Ису все больше и больше влюблялся в роль очаровательной невестки. Даже во время приготовления ужина он играл свою роль. Когда Джихён вернулся с работы, Ису с улыбкой направился к входной двери.

– Милый, ты устал? Пойдем внутрь...

Однако, вошли два человека. Кан Джихён и незнакомая Ису женщина. На вид ей было около сорока. Она выглядела элегантно, но выражение её лица казалось встревоженным.

– Кто эта женщина?

Глава 4

– Здравствуй, это моя невеста.

Будто кто-то выстрелил Ису прямо в голову. Он был ошеломлен и ничего не сказал в ответ.

Бах.

Сзади раздался звук, и знакомая тень оттолкнула Ису. В тот момент, когда он отошел в сторону...

Раздался громкий хлопок.

Джихён повернул голову, и предмет упал на землю.

Свекор швырнул стул, но не задел Джихёна. По крайней мере, Ису так показалось. Брошенный предмет разлетелся вдребезги, потому что Джихён избежал удара. Все уже привыкли к такому, ведь Кан Джуман любил "играть в мяч" с сыном каждые несколько дней. Однако, летал не бейсбольный мяч, а хрустальная пепельница, которая, если попала бы в кого-нибудь по ошибке, утащила бы за собой прямо в ад.

– Откуда ты взял эту мерзкую суку?

– Хах, и это говорит человек, который встречался с ней несколько лет.

– Что за бред ты несешь?

Свекор снова поднял руку. На этот раз Джихён заблокировал удар.

– Она мерзкая? Не вы ли спускали на нее деньги ради одной ночи? Вы ей так понравились, что я привел ее сюда, чтобы она вышла за меня замуж. Что такое? Она вам уже противна?

Теперь настала очередь Ису удивляться. Он громко рассмеялся.

"Так ты привел женщину, которая была в отношениях с моим тестем?"

"...чтобы жениться на ней?"

Свекор, оттолкнувший руку сына, вдруг повернулся и направился в комнату. Все услышали звук, словно там что-то пролилось, а затем появился Кан Джуман с клюшкой для гольфа в руке.

Бах.

Железная голова клюшки рассекла воздух. Если она попадет в кого-нибудь, будет больно.

– Ублюдок! Что я посеял, то и пожну!

Кан Джуман закатил глаза и замахнулся клюшкой по голове Джихёна. Ису захотелось убить его.

– Нет!

Ису отлетел в сторону. Твердая клюшка для гольфа ударила его по плечу.

– Ох.

Он согнулся от боли, словно его кости вот-вот сломаются. Но прежде, чем его свекор смог снова взмахнуть палкой, он быстро поднялся и схватился за талию Кан Джумана.

– Отец, что ты делаешь?

– Отпусти меня, идиот! Из-за того, что ты такой глупец, этот щенок привел суку в дом. Понимаешь?

Свободной рукой свекор ударил Ису по голове. Однако, Джихён не двигался. Он смотрел на Ису с грустным выражением на лице.

– Эй, забирай ее и уходи отсюда! Умереть захотел? Кто, по-твоему, пострадает, если я отпущу его?

Когда Ису закричал, Джихён схватил испуганную женщину за руку и ушел.

Наблюдая за ними, свекор покачал головой и направился в кабинет. Ису слышал весь дальнейший разговор, хотя и не хотел вслушиваться из-за громких криков.

– Секретарь Ким? Кан Джихён с сегодняшнего дня исключается из моего семейного реестра! Такой ублюдок – позор семьи. Что не можете понять... Хорошо ли это? Позорит компанию и мой дом! Немедленно соберите нужные документы!

Вскоре в дом вошел секретарь Ким. Он был примерно того же возраста, что и свекор, служил помощником Кан Джумана и занимался всеми его рабочими и личными делами. Он посмотрел на Ису, который впал в ступор, и вздохнул. Он также открыл рот, но ничего не смог сказать, поэтому пошел в кабинет, чтобы встретиться с тестем.

Ису не знал и не хотел знать, что происходило внутри. Он безучастно сидел на диване в гостиной, размышляя о том, что только что произошло. Джихён был женат на женщине, которая состояла в отношениях с его отцом.

"Означает ли это, что я больше не его невестушка? Нет, я был супругом в первую очередь? Но это были отношения, не имевшие обязательной юридической силы..."

Несмотря на это, Ису чувствовал, что, как партнер, должен получить хотя бы минимум уважения. Однако, оглядываясь назад на последние несколько месяцев, нельзя было точно сказать, был ли он возлюбленным Джихёна или же нет. Они почти перестали спать вместе. Нет, после инцидента с поминальным столом отношения в постели сошли на нет.

"В последний раз это было несколько месяцев назад. Нет, может, это было в прошлом году?"

Пощечина.

Кан Джуман ударил Ису по щеке не сильно, но больно. Благодаря этому Ису наполовину пришел в себя. Когда он поднял голову, его свекор рассмеялся, сложив руки на поясе словно генерал.

– Очнись!

Плечо Ису, которое ранее задело клюшкой, пульсировало, а голова кружилась. Ису подташнивало.

– Ты давно живешь в этом доме, но не можешь даже контролировать своего муженька?

В ушах звенело. Ису даже не слышал, что ему говорят. Он только кивнул головой. Лишь бы все закончилось.

Не зная, что делать дальше в гостиной, Ису поплелся на второй этаж. Горячий душ склеивал разбитый разум.

Прежде всего он хотел бы восстановить полную картину событий. Он звонил Джихёну бесчисленное количество раз в течение ночи. Сначала загорелся сигнал, а потом Ису услышал гудок, что значило, что Джихён отключился. На всякий случай Ису поспешил в квартиру на Каннаме, в которой раньше жил Джихён. Дом был пуст, там отсутствовала мебель. Ису не спал всю ночь.

На следующий день Джихён даже не появился на работе. Свекор проклинал собственного сына:

– После этого ублюдок вернется только за своими вещами. Секретарь Ким!

– Да, президент.

– Немедленно позвони Юн Бёну и попроси его приехать.

В доме появился юрист. Обсудив с ним что-то, свекор позвонил Ису и приказал подписать документ. Ису спросил, что это такое, но прослушал все, что ему говорили. Он с трудом понял, что это не какая-то гарантия. Он ничего не лишался, скорее, это было похоже на документ о наследстве, в котором большое состояние получал Ису. Он только раздавал автографы. Он удосужился подумать:

"Деньги – это хорошо, но я не хотел бы получить чужое таким образом..."

Он подумал, что его свекор намеренно подменил наследников, потому что злился, поэтому с большой вероятностью документ изменится позже, когда Джихён вернется. Это означало, что Джихён хоть однажды должен был встретиться с Ису.

Тогда Ису хотел бы спросить Джихёна, почему он его предал и любил ли он его вообще. Если, конечно, Ису не убьет Джихёна до того, как это сделает Кан Джуман. После этого Ису решил собирать вещи. Он подумал, что не имеет причин оставаться в этом доме, пока Кан Джихёна здесь нет.

Дверь открылась со звуком шагов. Вошел свекор и увидел, как Ису складывает вещи в чемодан. Свекор тут же подбежал и перевернул чемодан вверх дном. Все упало на пол. Кан Джуман начал кричать с лицом, налитым кровью:

– Ты, грязный урод, сделал с моим сыном такое! Возьми на себя ответственность!

– Каким образом?

– Ты станешь его заменой!

– Что?

Свекор бросил конверт, который принес. Ису поднял желтый конверт, упавший на землю. Когда он заглянул внутрь, то увидел распоряжение назначить Ису наследником "Чобонг груп" на нескольких страницах.

– Видимо, отдел юристов работал сверхурочно, чтобы оформить эти бумажки.

Когда он сказал это, какой бы абсурдной ни была ситуация, Кан Джуман снова закричал с требованиями:

– Оставайся дома, пока слухи не улягутся!

Не слушая Ису, он вернулся вниз.

Старый тигр, отчаянно пытающийся отомстить своему сыну за то, что он перевернул его дом вверх дном, действительно уничтожил структуру бизнеса. Обычно стареющим президентам корпораций требуются десятилетия, чтобы уполномочить на ведение дела своих преемников и вывести их на передний план, но в одночасье этот процесс полностью остановился.

Это большое изменение также потрясло основы компании. Акции "Чобонг" резко упали, хотя слухи, очевидно, были под контролем. Если вакансия главы не будет занята немедленно, в долгосрочной перспективе компания может сильно пострадать.

У Кан Джумана не было никого, кому он мог бы передать свою компанию и имущество, кроме его едиственного потомка Кан Джихена. На самом деле обращение с корпорациями, как с личной собственностью, и передача их потомкам, были той еще головной болью Кан Джумана, но это было вполне естественно для таких чеболей, как он.

"Это собственность, но если не ребенку, то кому еще она принадлежит?" – вот что он думал. Он полностью игнорировал голос общества, говорящий о том, что это не его богатство. Отдать корпорацию общественности? Не бывать такому. Если бы у Кан Джумана оставалась хоть толика здравомыслия, корпорацию можно было бы передать профессиональному управленцу, но свекор напрочь игнорировал существование такого метода.

– Дела компании я могу поручить только верным мне людям, которые меня понимают.

Самым далеким до этого человеком был не кто иной, как Хан Ису. Ису не понимал своего тестя и не был верен ему, по крайней мере, он так думал, но со стороны его тестя и окружающих оценка была другой.

– Сейчас ему некому доверять, кроме вас, Хан Ису. Это нормально – чувствовать себя обремененным. Когда президент выпустит свой гнев, все вернется в норму. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне, – так сказал секретарь Ким. Почему-то он казался готовым спокойно пережить эту ситуацию. Но какое это имеет отношение к Ису?

Ису проверил банковский баланс на своем мобильном телефоне. Ему пришлось бросить работу, чтобы стать невесткой, которую даже не признавали, но его деньги по-прежнему принадлежали ему, поэтому баланс Ису остался нетронутым. Ему не хватало на покупку хорошей квартиры прямо сейчас, но он мог платить за аренду. Это была вполне подъемная сумма.

На самом деле, у Ису была довольно приличная квартира, которую недавно ему подарили родители. Однако, поскольку он встречался с Джихёном, то остался в его доме после того, как они "поженились". Ису сдавал свою квартиру в аренду, потому что не хотел оставлять ее пустой. Кроме того, до истечения срока аренды было еще далеко. Можно было бы срочно расторгнуть контракт, но Ису не хотел доставлять неприятности. Больше всего он беспокоился, что его родители узнают об этом в процессе, поэтому отказался от переезда в эту квартиру с самого начала.

– Мне нужно полистать сайт с арендой.

Ису решил остаться в отеле на несколько дней, а затем поискать себе новый дом.

Глава 5

Ису посмотрелся в окно, когда сел в такси до отеля. Изображение казалось размытым в окне автомобиля. У Ису было бледное лицо, нечесаные волосы и темные следы от щетины на подбородке. Под глазами появились круги, так что он стал похож на мертвеца. К тому же, он оказался разведенным и выглядел намного старше своего возраста.

"Что это такое, Хан Ису?"

Когда он был маленьким, то постоянно слышал шутки про “Мисс Корею” в качестве комплимента. Он очень любил свою внешность и обладал отменным чувством юмора. Он прибавил свои таланты и жадность до денег к типичному стилю парня из Даечи-дона и стал заниматься инженерным проектированием. Его родители решили, что он должен устроиться на работу, где может с честью протягивать свою визитную карточку, куда бы ни пошел. После учебы в США он работал в крупной корпорации и получал большую зарплату. Он был замечательным сыном, которым родители не могли не гордиться как дома, так и за его пределами. И все было бы хорошо, кроме одного: проблема сексуальной ориентации.

С самого раннего возраста Ису знал, что отличается от других мальчиков. Но ему и в голову не приходило, что он гей. Люди, которых Ису встретил во время учебы в Америке, стали для него возможностью осознать свою личность. Обычное дело: молодой азиатский мужчина, который не знал, что гей, встретил свободного духом западного гея и узнал, какой стороне он принадлежит, после идеологических и физических столкновений. (звучит забавно, да?)

Хотя отец Ису, рано вышедший на пенсию и добившийся успеха в качестве частного инвестора, и мать Ису, окончившая женский колледж, сравнимый по дисциплине с армейским, были довольно непредубежденными (п.п: самостоятельными в выводах) для типичного среднего класса из района Каннам, когда Ису признался в своей сексуальной идентичности тем, кто должен бы посмеяться над ним, потому что сам был в оппозиции, реакция, которую он встретил, была хуже, чем он мог себе представить.

– Мой сын не может быть таким! Все остальные, но не мой сын!

Ису все еще тяжело вспоминать, как его мать, которая носила густую волнистую прическу, как у Жаклин Кеннеди, плакала, вырывая себе волосы руками. Когда Ису проказничал, его отец никогда не поднимал на него руку, хоть и сильно его ругал, но сейчас он взялся за клюшку для гольфа.

С юношеской энергией они вступили в бой, который был близок к смертельному. И после многодневных схваток – да таких, что соседи из других домов кричали им: “Прекратите!” – Ису выбежал на крышу жилого комплекса, на двадцатый этаж, чтобы совершить суицид. Решив, что живой сын-гей лучше, чем мертвый гетеросексуальный сын, родители, наконец, подняли белый флаг.

– Надеюсь, вбитый тобой гвоздь в мою грудь обеспечит тебе счастливую жизнь. Такую, чтобы все тебе позавидовали, – сказала мама Ису.

После этих слов его измученные ссорами родители не переставали ворчать. Проведя некоторое неловкое время друг с другом, Ису попросил прощения за свои выходки и дал им достаточное количество денег, чтобы отправить в роскошный круиз.

Его родители путешествовали по миру вдвоем около двух месяцев. Они шутили, что Ису должен показать им своего возлюбленного, чтобы оценить, насколько они успокоились. Похоже, его отец понял, что успехами сына-гея можно гордиться, поскольку поладил с иностранной парой в круизном путешествии. Было странно осознавать, что отец Ису так разоткровенничался перед незнакомцами, но это помогло родителям принять Ису, так что он не стал возражать.

– Твоя мама стала глобальной личностью. Ты должен быть за меня счастлив.

(п.п: начала думать о жизни других людей, народов)

С нежностью мама молилась за счастье Ису, словно почувствовала себя аристократкой, противостоящей жестоким принципам общества. Затем она искренне добавила:

– Если ты приведешь первого встречного с улицы, я его вышвырну. Во всяком случае, он должен быть из семьи лучше, чем наша. Я не могу отдать своего драгоценного сыночка в бедную семью!

– Ты становишься глобальным человеком. Это ведь мало похоже на корейца?

– Кореец и глобальность – одно целое.

(в оригинале “что корейское, то и глобальное”)

Отец пообещал, что обязательно отправит красивую фотографию спутника сына своему иностранному “лучшему другу”, который был знаком с ним всего два месяца. Кое-кто тут рисковал своей жизнью, чтобы отстоять свою идентичность, но один иностранный “фрукт” пришел и сгладил все шероховатости в отношениях! Негодование захлестнуло Ису, но он терпел его с таким усилием, словно это была крайняя сыновья почтительность.

Именно Кан Джихёна он поймал на крючок в результате усердной борьбы и с помощью негласной поддержки родителей. Однако, Джихен был выбран целью не из чистого снобизма*. Причина, по которой Ису отбросил всю свою гордость и преследовал его день и ночь, заключалась в том, что Джихен был человеком, который соответствовал идеальному типажу парня из его мечтаний.

(п.п: преувеличенное восхищение всем, что модно, или склонность перенимать обычаи, моду или идеи потому, что они считаются выдающимися)

В любом случае, Кан Джихён – красивый, способный, из богатой семьи – был человеком, который мог с гордостью представить своих родителей. На самом деле, мать Ису очень полюбила его и даже называла “Ривер-уэст” (западная река). Он был “западной удачей” среди всех остальных возможных партнеров, и мама Ису ухватилась за то, из какой образцовой семьи он был. Но после того, как Ису признался, что живет в семье Кан как невестка, его мать сделала странное выражение лица:

– Не дочь.

– …вот так.

– Ну, пока тебе это нравится.

Хотя родители Ису давно были самостоятельными, их огорчал тот факт, что однажды им придется отправить своего ребенка в чужой дом. Однако втайне они радовались, что дом, в котором окажется Ису, был особняком председателя Чобонг-груп.

“Дорогие родители… Тут случилось кое-что… Я не хотел бы огорчать вас еще больше”.

– Не заставляй свою мать волноваться, – когда-то сказала Ису мама.

Слухов было достаточно, поэтому Ису решил пока не говорить родителям правду.

***

Прошла неделя с тех пор, как Ису остался в отеле. Тем временем позвонил секретарь Ким, помощник тестя. Когда Ису ответил, секретарь сказал, что беспокоится об этом внезапном исчезновении. Ису ответил, что возьмет перерыв на некоторое время. Несколько секунд секретарь Ким молчал, а затем пообещал связаться с Ису, если что-то случится, и повесил трубку.

Ису провел несколько дней, думая о другом. Он почти не спал.

“Я не мог и представить, что у Джихёна роман на стороне! Я думал, он занят работой… И о том, что мне стоит купить для него витамины, потому что из-за переутомления он мог причинить мне боль. Дома я не слишком шумел, потому что свекор мог услышать, поэтому я сказал Джихёну, чтобы он не переусердствовал. Он просто ответил: “О, хм”.

– Блять.

Ису лег на кровать и прикрыл глаза тыльной стороной ладони. Они предательски слезились.

“Меня смущает мысль о каких-то витаминках? Я прикинулся сумасшедшим, вел себя как невестка, а затем в самом деле потерял рассудок!”

Внезапно раздался звонок. Ису подумал, что секретарь Ким снова пытается с ним связаться. Как только он рефлекторно принял входящий вызов, не глядя на экран, другая сторона сразу же закричала. Это была мама Ису.

– Где ты?! В Каннам?

Ису вскочил. По звуку голоса показалось, будто мама стояла рядом и ругалась.

– Этот ублюдок бросил тебя. У него, значит, роман со старой стервой?! Где теперь эта сволочь? Я пойду к нему, возьму адрес!

“Откуда вы обо всем знаете?”

– О чем ты говоришь? Почему вдруг выдумываешь какую-то чушь?

– Не лги мне! Папа сказал, что сегодня случайно столкнулся с секретарем Кимом. Значит, этот парень, которого нужно поймать и убить на месте, предал тебя, перевернул дом вверх дном и после этого ты тоже сбежал?!

“Черт возьми, старый ублюдок, зачем ты вообще снова об этом заговорил?”

– Почему ты так со мной поступаешь? Я же твоя мама, мне все еще тяжело… Каков урод! Недостаточно заботился о бедном ребенке, потому что сам недостаточно хорош! Вот гребанная сволочь…

Мать Ису плакала от истерики, и слезы навернулись на глаза Ису, когда он услышал, как она плачет спустя долгое время после того, как он уехал из дома.

– Мне очень жаль, мама. Прости меня.

– Почему ты чувствуешь жалость? Кто и должен сейчас жалеть, так это тот плохой человек. Где ты сейчас, милый? – а затем она обратилась к отцу Ису: – Папа, ты найдешь этого ублюдка? Пообещай!

Отец взял трубку и ответил Ису с печалью в голосе. Он был также зол, что по спине Ису побежали мурашки.

– Папа, зачем вы так? Я даже не знаю, где сейчас этот…

– Какая разница? Поднимись он хоть в небо, опустись в землю, если я захочу найти его, я его найду, так что приезжай прямо сейчас. Ладно?!

– Милый! Детка, ты плачешь? А ну дай мне телефон! Твой папа так зол, собирает сейчас все свои клюшки для гольфа… Говорит, что убьет его, так что прежде всего вам двоим нужно прийти сюда и рассказать, что случилось.

– Мам, я правда не знаю, где он. Мне тоже так тяжело…

– Сынок, мама придет к тебе. Где же ты? Сын?

Ису бросил трубку, рыдая, как ребенок, из-за взрослых проблем. Телефон звонил без перерыва. Ису вынул аккумулятор.

Ису очень хотел умереть – ни больше, ни меньше. Он просто хотел, чтобы его дыхание внезапно остановилось. Ему показалось, что в его глазах тает снег, а затем в его голову пришла глупая мысль, что можно вот так вот утонуть в слезах. Но этого не произошло: глаза Ису опухли и болели. С его лица стекало столько же соплей и слюны, сколько и слез. Когда его глаза перестали слезиться, он смог нормально дышать. Мир оставался прежним, черт возьми.

Ису встал и пошел в душ. Он не мог больше скрывать правду, когда его родители узнали об этом. Его отец был настолько вспыльчив, что мог бы прийти к дому Кан Джумана и схватить его за горло. Каким бы сильным ни был отец Ису, он был бы в абсолютно невыгодном положении, если бы столкнулся один на один со стариком Кан Джуманом, как с точки зрения социального престижа, так и тела.

Ису принял горячий душ и начисто побрился. Затем он включил телефон и отправил матери сообщение с просьбой, чтобы она встретила его, потому что после обеда он возвращается домой. Ису посмотрел в зеркало, принимая душ. Его волосы были в беспорядке. До сих пор он не обращал на это особого внимания. Лицо тоже показалось грубым. Возвращение домой в подобном виде не успокоило бы родителей. Как раз отель находился недалеко от бутиков. После выселения Ису оставил свой багаж в отеле, хотел взять такси, но решил прогуляться пешком. Он надел солнечные очки, потому что не дал себе времени освежиться и его опухшие глаза были слишком заметны.

Ису остолбенел от солнечного света. Он давно не вдыхал свежий воздух, знакомый запах города. Он думал, что кто-нибудь от горя обязательно заболеет и умрет, но мир вернулся в нормальное состояние. Вместо того, чтобы сильно огорчиться… все случилось наоборот: его настроение кардинально изменилось. В Каннам-даэро люди в костюмах проезжали мимо даже днем, широкая дорога была забита автомобилями, а у сидящих в них пассажиров были разные невыразительные лица. Увидев грязный, но полный жизненной силы город, Ису почувствовал, что может жить. Он глубоко вздохнул и направился на прогулку.

Вскоре перед Ису остановился иностранный седан. Ису машинально посмотрел на него и вдруг остановился. Это была знакомая машина… Тонированное окно опустилось, и Ису увидел внутри знакомого человека… Время было слишком подозрительным для совпадения. Ждал ли он здесь? Да ни за что!

– Здравствуйте.

Ису поздоровался первым. Его свекор был в строгом костюме. Похоже, он только что вышел из офиса, так как не снял галстук. Тот факт, что Кан Джуман ходил на работу, означал, что Джихён все еще не вернулся домой. Свекор открыл рот и заговорил с угрюмым видом, не встречаясь глазами с Ису:

– Куда идешь?

– О, я иду сражать наповал. Собираюсь поправить прическу.

– Садись.

– Все в порядке, я хочу пройтись.

– Садись.

Тестя было безумно трудно терпеть, еще труднее проигнорировать, с ним неудобно было общаться – но что Ису мог с ним поделать? Оглядываясь назад, этот город все еще был не по зубам для геев. Всего несколько дней назад Ису называл этого человека “отцом”, а теперь ему кажется странной простая поездка в его машине. Все бы хорошо, если бы подобная ситуация сложилась раньше, но сейчас, кажется, не самое подходящее время, чтобы сидеть рядом с теплой улыбкой. Пока Ису раздумывал, водитель вышел и открыл перед ним дверь.

– Садись.

Ису почувствовал себя неловко: они находились в районе, где парковка сама по себе была незаконной. Автомобиль сзади подал сигнал, потому что дорога была перекрыта. Водитель оглянулся и с сожалением покачал головой, но гнев других автомобилистов только усилился. Это явно было самое неподходящее место для распрей с тестем.

– Спасибо.

И Ису залез в машину.

– Отец, как ваши дела? – спросил Ису у человека на заднем сидении, но свекор проигнорировал его вопрос, пренебрежительно осмотрев Ису и цокнув языком.

Глава 6

— Чего стесняешся?

Ису покраснел от смущения. Раньше он мог такое перетерпеть, но в последнее время стал более неуверенным в себе.

Кан Джуман — типичный чеболь с сильной харизмой. Причина, по которой мать Кан Джихёна, госпожа Пак Ён Чжу, умерла так рано, заключалась в том, что ее муж так сильно страдал, что поговаривали, будто она умерла от удара вазой. Конечно, Ису слышал, что она попала в автомобильную аварию, так что сразу подумал, что это был всего лишь слух. Но если бы слухи говорили правду, Джихён стал бы сильно ненавидеть своего отца.

Кан Джуман был властным и выглядел как лучший представитель человеческого рода. Рядом с ним не стоял ни его сын, ни остальные люди, которые, как муравьи, сновали мимо него. Одному "щенку" пришлось подбирать слова, когда он сказал Кан Джуману избавиться от гнева. Как в современной сказке о ветрах и волнах, его лицо, на котором отразилось эго, накопленное за несколько лет существования Республики Корея, было темным от солнца.

В последнее время морщины вокруг глаз Кан Джумана углубились, но его обычный вид создавал такое впечатление, что кожа, наоборот, казалась подтянутой. Его глаза обладали невероятной силой заставлять людей цепенеть. По натуре он был несдержанным человеком, так что, наверняка, у него болел рот от грязных слов. По правде говоря, он был из тех людей, которые не хотели ввязываться в какой бы то ни было бизнес без серьезной причины.

Водитель спросил, куда ехать.

— Куда мы едем? — спросил Ису.

— У меня есть время, чтобы подбросить тебя.

Ису был слегка поражен, что его свекор не стал спорить. Было очевидно, что у него созрел план, но даже если он решил повременить, у него все еще был характер, с которым он никогда не раскроет истинную цель поездки.

Тогда Ису сообщил водителю место, где находился салон. Свекор производил впечатление, будто что-то идет не так.

"Если ему есть что сказать — пусть скажет. Если бы я попал в такую ситуацию, я бы добился желаемого нежным флиртом. Но сейчас мне совсем не хочется..."

Салон был в нескольких минутах ходьбы, поэтому они быстро добрались туда на машине. Как только водитель остановился, свекор распрямился и огляделся. Ису немедленно выбежал из машины.

— Спасибо, что подвезли.

Кан Джуман не ожидал, что место назначения будет так близко. Помахав ему вслед, Ису заметил, что машина какое-то время оставалась на месте. Зайдя в салон, он обернулся и заметил, что свекор разговаривает по телефону. Ису горько улыбнулся, так как с ним даже не попрощались.

Прошло некоторое время с тех пор, как Ису стригся. Он ощущал такую легкость, словно его волосы вот-вот улетят. Вместо привычного капучино Ису выбрал горький американо в ближайшей кофейне. Сделав несколько глубоких вдохов, он решил взять такси до родительского дома.

Его отца пришлось успокаивать, потому что он намеревался найти и убить сбежавшего "кобеля", Кан Джихёна. Ису утешал свою расстроенную мать, которая плакала, но для его родителей такое было не редкость. Предстоял разговор о получении крупной суммы в качестве алиментов. На самом деле, та бумажка гласила, что Ису получал большое состояние, хотя тесть подписал ее импульсивно.

Ису подкрепился ужином, который приготовила его мама, и лег на кровать, на которой спал, когда учился в старшей школе. Как только он почувствовал знакомый домашний запах, то расслабился. Ему даже казалось, что он теряет сознание вместо того, чтобы заснуть.

Неделю Ису провел с мамой, которая была в плохом настроении и все время ходила с жалобным видом. Отец дал ему кредитную карту, ничего не сказав.

"Ну, если в таком возрасте мне будут давать карманные деньги... Очень хорошо".

— Купи какую-нибудь одежду и носи ее вместо этой. У тебя на плече дырка. Мой сын не должен так ходить.

Ису носил дизайнерскую футболку, которая нарочно сползала с одного плеча, но в глазах отца она была лишь грязным бельем. Ису сделал вид, что попался на эту уловку. Было забавно наблюдать, как отец чешет нос и стесняется, но Ису решил сменить тему:

— Пап, где тут можно почистить обувь? Я схожу туда ненадолго.

Несколько дней Ису провел с родителями. Он пошел в торговый центр с радостной мамой, взволнованной от такого события, а после порыбачил с отцом. Делая одно за другим дела, которыми не занимался годами, Ису смог забыть о болезненных событиях.

— Если тебе здесь нравится, ты можешь остаться, — предложила мама.

— Нет, я не могу так. Мне тоже надо работать. Жить у родителей, когда у меня появится парень? Ну уж нет.

Мама Ису вздрогнула при слове "парень", но тут же кивнула:

— Да, ты прав.

Когда Ису предложил купить квартиру на имеющиеся у него сбережения, мама ответила ему, что в этом нет необходимости.

— Есть квартира, которую твоя мама давно хотела купить. Переезжай туда, твой папа заплатит за нее.

— Это же незаконно? Такие подарки...

— Эй! Что за закон такой между родителями и детьми?

Мать Ису начала переживать, когда сын заговорил на больную тему. Она немедленно должна была дать ему что-нибудь. На самом деле, она, должно быть, применила все свои гениальные уловки, чтобы сделать Ису "главой родового гнездышка" Чхонбон.

Ису как раз собирался вернуться домой после того, как подписал контракт аренды, и уже расставался с мамой на середине пути, потому что ее ждало срочное собрание. Они взяли только одну машину, а мамина встреча была далеко, поэтому Ису пришлось отправить ее дальше и сойти возле остановки. Он шел, мечтая о посиделках в баре после столь долгого перерыва, и вдруг кто-то его окликнул:

— Мистер Хан Ису.

Ису обернулся и встретил секретаря Кима, который подошел, ярко улыбаясь. Черная машина остановилась позади него. Ису внимательно изучил этого человека, гадая, не появится ли свекор снова.

— Как ваши дела? — спросил Ису.

— Давно не виделись.

— Появились какие-нибудь новости?

— Вы поели?

— Перезвоните мне позже, — Ису понял, что новостей не будет, поэтому повернулся, собираясь уходить.

— Куда вы? Машина в этой стороне.

Разговор показался Ису странным. Когда он пришел в себя, то увидел двух мускулистых секретарей, крепко сжимающих его руки.

— Что вы делаете?

— Давайте сначала поедим.

"Что-что?"

Тем временем Ису затолкали в машину. Когда он попытался выйти, замок автоматически заперся. Секретарь Ким, устроившийся на сидении рядом, приказал водителю возвращаться домой.

"Что за бред?

***

Ису проснулся утром с пустой головой и сделал суп из ростков фасоли. Эту кухню он тщательно адаптировал под себя несколько месяцев кропотливой работы, но спустя несколько недель на ней стало некомфортно находиться. Ису не мог понять, почему он теперь варил здесь суп.

Прошлой ночью он был похищен секретарем Кимом и доставлен в район, где жил его свекор. Еще до того, как Ису переступил порог, разгневанный Кан Джуман прорычал:

— Приготовь ужин!

Ису вошел в зал и не смог ничего ответить. Секретарь Ким закатил глаза. Ису сделал, как велели. Он достал продукты из холодильника.

Свекор был в полной растерянности, когда приехал в супермаркет. Старик остался еще в том времени, когда супермаркеты называли "магазинами" и продавали там порцию ттокпокки за десять вон. Конечно, в свою корзину он добавил продукты не самых здоровых органических брендов. Такая еда редко попадала на стол в последние годы.

— Никаких сосисок. Ненавижу рыбные котлеты.

Кан Джуман был чеболем, поэтому питался качественными продуктами, но также он был родом из Чхонбона, что отличало его от остальных. Он не был потомком чеболя и родился в простой семье. Умная голова помогла ему стать таким, какой он есть сейчас. А причина, почему он пошел в бизнес, заключалась в том, что он унаследовал состояние от своей тещи, которая была чрезвычайно богатой. Из-за своего бедного детства он вел себя несколько иначе, чем другие люди представляли президента-чеболя. Однако, он не тратил деньги попусту. Он покупал все, что ему нравилось. У него в кабинете даже стояла стена с коллекцией различных вещей, чтобы хвастаться. Еще одним отличием было, что, вопреки распространенному мнению, он накрывал на стол.

Нельзя так просто избавиться от вкусовой привычки, укоренившейся в детстве. Он часто ел самые разные продукты на лучших ярмарках и в отелях, но в конце концов ему приходилось есть дома. Он накрывал простой стол для простых людей и с улыбкой говорил, что его мать бы им гордилась.

Когда Ису готовил свой первый ужин в этом доме, он ничего не знал. Он принес Кан Джуману лучший сыр, лучший стейк, что-то еще — и получил ложкой по голове! Свекор, рассерженный присутствием Ису, хотел было опрокинуть стол, но итальянский мрамор лишь слегка тряхнуло. Теперь, когда Ису думал об этом, его удивлял тот факт, что тяжелый стол вообще затрясся.

— Я сделал это для вас! — умолял Ису.

Он сразу понял, что Кан Джуману не нравятся изысканные блюда. Ису хотел бы узнать, какая еда все-таки нравится свекру, но, как только Ису заявил, что будет жить в этом доме как невестка и домработница, он потерял право разговаривать со свекром. Таковым было позорное требование Кан Джумана.

В конце концов, Ису попросил у мамы рецепт. Она собрала хороший набор продуктов и принесла ему. Но свекор каждый раз обнулял все старания Ису. Хоть Джихён и просил Ису оставить это, он не сдавался. Остались нетронутыми японская, китайская, итальянская, французская и даже турецкая кухни.

Свекор говорил:

— Это человеческая еда? Даже свинья, умирающая от голода, не стала бы такое есть!

"Голодная свинья ровно неделю ничего не ела, блин, старик!"

Ису уже собирался сдаться и пожелать голодной смерти Кан Джуману вместе с Джихёном. Тем не менее, он не хотел отступать, потому что должен был показать, что умеет. К тому же, у него появилось желание победить в этом одностороннем споре. Услышав, как этот немолодой человек жует, Ису тяжело выдохнул.

На крайний случай он подготовил намуль-бап, приправленный соевым соусом (п.п: относится к травяным блюдам). На самом деле, такое готовили для собак. Хоть свекор и выглядел истощенным, потому что ничего не ел, он не встал из-за стола и даже съел половину от всего приготовленного.

С тех пор Ису наловчился.

Глава 7

Ису посмотрел на оставшуюся в холодильнике еду. Казалось, свекор ничего не ел. Теперь Ису не мог выйти в магазин, чтобы купить что-нибудь, поэтому он приготовил все, что мог, из имеющихся ингредиентов: сварил рагу из соевой пасты и подал его с подходящим гарниром. Кан Джуман вошел на кухню еще до того, как все было готово.

— Дай мне рис.

Не говоря ни слова, Кан Джуман бросил рис в тушеную соевую пасту и схватился за миску, как самый голодный на свете человек. Ису был так поглощен едой, что не мог произнести ни слова. Соскоблив рис на дне чашки в соевую пасту, свекор встал со своего места.

— Завтра утром свари суп из ростков фасоли.

Позже секретарь Ким позвонил, чтобы узнать, не нужно ли Ису чего-нибудь. Ису попросил сходить на рынок вместо универмага, а затем отправился в кабинет тестя. Хоть ему и было интересно, что, черт возьми, Кан Джуман имел в виду, пришло время спросить. Свекор просматривал документы, сидя за столом, и отдал приказ, даже не взглянув на Ису:

— Принеси чай с красным женьшенем.

— Хорошо.

Ису вернулся на кухню, достал чай с красным женьшенем и заварил его с медом, купленным ранее на рынке. Затем он отнес его тестю, но вышел, потому что свекор был занят. Сразу же раздался звонок от родителей. Наверняка, они позвонили по какой-то причине, но рассказывать им правду пока не хотелось. Ису придумал отговорку, что живет у заграничного друга.

После раннего завтрака, состоящего из тарелки супа из ростков фасоли с порошком из красного перца, свекор немедленно сел за работу. Тем временем, Ису рыскал по дому с мыслью:

"Где чертов грязный галстук этого старика? Бесит!"

Когда они все жили вместе, в первую очередь Ису помогал Кан Джихёну одеться, а затем шел на помощь своему тестю.

"Даже сам не может," — думал Ису.

Тогда постоянные хлопоты сводили с ума, но теперь Ису вспоминал о них с улыбкой. Костюм, галстук и рубашка появлялись и исчезали в гардеробной на первом этаже, словно Ису дрессировал настоящую дворняжку, пока свекор, оценивающий предложенные варианты одежды, не оставался доволен. Ису сам подбирал себе костюмы несколько лет, но здесь все было по-другому.

— Да, это.

Во время поиска наилучшего варианта, чтобы привлечь внимание тестя, Ису наловчился с первого или второго раза выбирать лучший. Свекор хотел от него сразу сотню вещей. В конце концов, Ису приходилось оставлять Джихёна, чтобы тот одевался самостоятельно, и бежать на помощь тестю. Неважно, что Ису ворчал про себя, Кан Джуман всегда трепетно реагировал, когда Ису сразу приносил то, что тот хотел.

— Хорошо!

Но разве лесть — единственный способ? После похвалы Ису чувствовал себя так, словно завоевал золотую медаль на олимпийских играх. Но все это в прошлом, а теперь... Соперник нарушил правила и нанес удар, Ису пришлось выйти из гонки. Почему это случилось именно с ним?

После того, как свекор ушел на работу, Ису поднялся наверх. Удивительно, но комната, в которой жил Джихён, оставалась нетронутой. Исчезли только его вещи, а все остальное, принадлежавшее Ису, лежало на своих местах. Ису почувствовал себя странно, ведь это была комната Джихёна. Это покрывало они выбирали вместе... Пространство, которое когда-то было таким удобным, теперь стало пустым.

В дверь позвонили, когда Ису спустился. Это был секретарь Ким.

— Я пришел по просьбе президента.

Ису усадил секретаря на диван и напоил чашкой свежезаваренного чая. Секретарь Ким с благодарностью это принял и достал вещи из своего портфеля. На столе появились кредитная и дебетовая карты, ключи от дома и от машины. Первоначально это были вещи, которые Ису использовал, когда жил в родном городе. Конечно, карта была перевыпущена.

— Вы знаете лимит? Можно совершить единовременный платеж, если он не превышает ста миллионов вон за раз.

— Нет, постойте, зачем все это?

— Это приказ президента.

— Тогда почему президент так поступает?

— Это...

Пожилой секретарь, на несколько лет моложе Кан Джумана, дал очевидный ответ, что только президент знает, что у него самого на уме. Он выглядел искренним и даже смущенно почесал лоб.

— Не говорите президенту, что я это сказал, иначе я умру...

— Ладно.

— Джихён исчез, и мистер Хан Ису тоже ушел. Президенту не хватило сил или что-то в этом роде. Вы меня понимаете? Кроме того, новая экономка не соответствовала ожиданиям президента, поэтому он стал забывчивым, пренебрегал едой, выглядел небрежно и ругался на всех, кто входил и выходил. Так он жил один после всего этого...

— И что?

— Я купил посуду и заказал еду в японском ресторане, но он не стал это есть, пока все не испортилось...

Это оказалось вполне в духе Кан Джумана. Свекор был человеком, который мог есть дорогую еду только в особых случаях и не стал бы постоянно питаться ей, даже находясь на пороге смерти. Тогда Ису приготовил ему холодный рис с кимчи. Такое поведение называлось "болезнь бедности", от которого чеболь до сих пор не мог избавиться. Выслушав объяснение, Ису громко рассмеялся. Секретарь Ким, который увидел в этом хороший знак, продолжил говорить, чуть смягчившись:

— Опять же, уборка, стирка и отсутствие официальной домработницы доставили мне неудобства, поэтому я жил в отеле несколько дней, но чувствовал себя не в своей тарелке. Президенту также это не нравилось.

— Значит, меня похитили для того, чтобы я готовил, стирал и убирал?

На самом деле Ису не ждал ответа от секретаря Кима. Поскольку свекор приказал ему, у него не оставалось иного выбора. Однако секретарь Ким поспешил извиниться:

— Это не то, за что секретарь Ким должен просить прощения.

(имеет в виду: прости за похищение, но стирку, уборку и готовку я тебя делать не заставляю")

Честно говоря, Ису чувствовал себя не очень хорошо. Гнев, который выплеснулся в тот вечер, когда Джихён покинул дом со скандалом, исчез. Но говорить с секретарем было бесполезно. Ситуацию стоило обсудить непосредственно с тестем.

— Мне кажется неправильным жить здесь. Всякие слухи распространяются...

— Мы обо всем позаботимся, мистер Хан Ису. Пожалуйста, позаботьтесь о президенте. В последнее время он совсем не отдыхал...

Это было очевидно, даже если бы Ису этого не видел, как вся компания трясется от ужаса, подобно человеку, укравшему рис. Секретарь Ким кланялся снова и снова, прося об одолжении, и внезапно Ису сказал, что согласен. Вместо того, чтобы утомлять множество людей вокруг, Ису придумал план: он попросит нанять профессиональную домработницу, научит её, как соответствовать отвратительному вкусу тестя, а затем бросит всё и уедет. Даже если всё это было на время, сразу покинуть этот дом в ситуации, когда на его имя отписали наследство, было невозможно.

— Вы нашли Джихёна?

— Я занимаюсь этим, но могу подтвердить, что он покинул страну.

Секретарь Ким сильно вспотел. Должно быть, ему было сложно, ведь главный секретарь крупной корпорации теперь  — гей-бойфренд бывшего наследника. Нет, смущаться из-за бывшего парня Ису не хотелось. Ещё одной проблемой был характер Ису, который оказался недостаточно жестким, чтобы отказать человеку в просьбе. В конце концов Ису кивнул, тяжело вздохнув.

Позже он отчитался маме:

— Мам? Я нашел работу, м-м-м. Это офис друга, нужна была помощь. Зарплаты почти нет, это вопрос лояльности. Даже если я захочу получить работу прямо сейчас, её придется опробовать, меня же несколько лет не было в этой сфере. Не волнуйся. У меня все хорошо. Что? Нет, это просто друг. Хотя я до сих пор понятия не имею... Передай папе".

Ложь давалась с трудом. К счастью, это продолжалось недолго. Прежде, чем родители Ису узнают обо всем, он решил найти кого-нибудь и передать ему управление.

Свекор по-прежнему говорил с ним холодно и резко. Он был не из тех, кто менялся. Их связь должна рано или поздно закончиться. Ису совсем не хотелось становиться таким же, как этот ублюдок, поэтому он молча "встал на колени".

Свекор воспринял молчание, как знак подчинения, и начал баловать Ису.

Старику казалось, что Ису превратился из грязного неряхи в удобного парня. Теперь Кан Джуману не нужно было повсюду его искать, но он звал его к себе снова и снова. Если секретарь Ким был слугой в компании, Ису играл ту же роль дома. Свекор сидел в своем кабинете и использовал звонок, как пульт управления людьми.

— Принеси воды!

Ису приходилось бросать все, что он делал, и наполнять стакан холодной водой. Она была ледяной даже в середине зимы. У Кан Джумана, как и у действующего вулкана, одинаковое количество жара внутри, поэтому каждый раз свекор пил только холодную воду. Чуть теплую он сразу же выливал на пол. В эти дни он добавил, что всегда злился на своего сына, который выглядел в точности, как он, пытаясь исправить то, что он сделал. Было бы легче, если свекор пил воду из бутылок, но он постоянно доставлял проблемы тем, что просил ячменный чай и Ису делал холодный ячменный чай.

Конечно, Ису тяжело трудился.

Глава 8

Уже неделю Ису и Кан Джуман жили вместе. На этом все. Ису не мог понять, когда закончатся эти странные ни дружеские, ни приятельские — никакие — отношения. Казалось, они вечны. В какой-то степени Ису должен был принять, что его присутствие в этой семье было необходимо для решения бытовых вопросов прямо сейчас.

— В скором времени я обязательно передам работу по дому горничной. По-человечески жаль, что "отец" без меня голодает. Хотя, если подумать, это не совсем так? — Ису без сожалений сказал это секретарю Киму, вежливо подчеркнув последнюю реплику.

Секретарь Ким не знал, что на это ответить. На самом деле, ему было стыдно даже встречаться с Ису. Было бы легче, если бы между ними разразилась обычная сексуальная драма мужчины и женщины. Секретарь Ким работал на семью чеболей больше десяти лет, тем не менее, и для него существовали неразрешимые вопросы.

Однако Ису был мужем Кан Джихёна. Второй ушел под руку с дамой, которая была любовницей его отца. Конечно, если бы секретарь Ким мог вернуться в прошлое, то разозлился бы так сильно, что схватил бы Кан Джихёна за горло и заставил бы того пойти в армию. Для секретаря средних лет это было бы невыполнимо. Ису прекрасно это понимал.

Не обошлось без сравнений. Даже если такая выходка сильно повлияла на секретаря Кима, что оставила его в расстроенных чувствах, должно быть, у Ису разбилось сердце, и что ощущал Кан Джуман, оставшийся без наследника. Ису мечтал выбраться из проклятого дома как можно скорее.

Секретарь Ким смутился и не спешил отвечать. Ису решительно пригрозил, что соберет чемоданы. Если его попробуют остановить, он расскажет об этом всему миру. Пусть готовятся к национальному позору.

— У меня есть на примете домработница, которую я как раз нашел до вашего возвращения. Я попрошу, чтобы она пришла завтра.

— Спасибо.

Женщина пришла вовремя на следующий день. Она оказалась опытной женщиной средних лет. Мягкий тембр голоса и острый взгляд быстро "вписали" её в обстановку кухни, так, что Ису даже не успел ничего сказать. Также она поразила бывшую "невестку" своими кулинарными способностями. Ису поступил бы хорошо, если бы смог в деталях объяснить ей "деревенские" пристрастия к еде президента Чхобонг-груп.

В тот же вечер свекор, потянувшийся к принесенной тарелке, но отпрянувший, словно получив порез от ножа, посмотрел на странную женщину с неприязнью. Домработница вместе с Ису поприветствовали его.

— Кто эта женщина?

Ису подвернулся прекрасный шанс всё объяснить. Он с улыбкой открыл рот, чтобы не задеть нрав вскипевшего "тигра".

— Это новая экономка. Она не доставит проблем и с этого дня будет помогать вам, отец.

— Что она здесь делает? Она мне не нужна!

— Но мне нет смысла оставаться в этом доме!..

Послышался шум и замерцал свет. Ису зажмурил глаза, а затем прижал ладонь к горящей щеке и удивленно посмотрел на свекора. У старика на лице застыло знакомое выражение, словно они вернулись в тот день, когда Джихён впервые привел в дом невестку.

Ису хотел сжать кулак для удара, но стиснул зубы и подавил свой порыв, но не потому, что они жили в обществе, где молодым нельзя было бить стариков, а потому, что противник был чеболем, а это место оказалось замкнутым пространством. Ису не знал, куда его чуть что могут затащить и подвергнуть пытке водой.

— Я сказал тебе взять на себя ответственность за беспорядки в моей семье! Ты превратил моего сына в грязного гомосексуала и был таким бревном в постели ("не нес вахты"), что допустил, что он спутался с этой сукой! Исправляй последствия!

Обвинения Кан Джумана казались несправедливыми, даже если Джихён был несчастлив по вине Ису, возразить было нечем, потому что все разрушилось из-за него. Однако на самом деле Джихён обманул Ису с какой-то целью. Он был единственным, кто слушался, но все случилось именно так, потому что ему стало скучно? Он даже не подвергался насилию.

Кроме того, именно Кан Джихён нанес удар в спину трудолюбивому любовнику и закрутил роман на стороне. Существует ли для него хоть какое-нибудь свидетельство о регистрации однополых браков? Хотя бы фактическое признание союза? Даже если существует, то почему должен страдать Ису, а не его супруг? Кроме того, Кан Джуман — это не старик, который живет один и голодает без миски риса.

— Но отец, разве ваш сын не Кан Джихён? Говоря начистоту, я же мужчина, а не ваша невестка! Честное слово, я не виноват. Если не будете есть, примите лекарство! Я не готовить сюда пришел!

Ису разозлился настолько, что вынудил свекора его выслушать. Впрочем, старика с "железной" логикой это совершенно не озадачило.

— Это не твой сын ушел без твоего ведома! Ты погубил Джихёна и заставил меня его выгнать, ты должен занять его место!

Джуман потерял рассудок. Для того, кто не знает понятие "логика", не существует логичного ответа. Даже если это его сын сбежал и тем самым перевернул шахматную доску, где все уже было распланировано за него, подобные требования от свекора звучали так, словно он пытался починить все с помощью изоленты. Его разгоряченное лицо выглядело так, словно из его ноздрей сейчас пойдет кровь.

"Черт бы побрал дом этого гребанного ублюдка! Либо он, либо его сын сошли с ума!"

— Тогда как?!

Ису закричал так, что экономка рядом с ним заерзала и посмотрела на телефон. Похоже, она подумала о том, чтобы позвонить в полицию, но помня про это знаменитое семейство, она мудро следила за ситуацией, к тому же многие семьи не приветствовали суетливую домработницу. Ису готов был пойти на многое, чтобы сбежать и больше не делать работу по дому. "Блин, я же не заложник, так почему я должен варить ростки фасоли?!" — думал он, не находя ответа. Скорее он вызовет полицию и поставит в неловкое положение весь район, чем молча сбежит. Когда Ису приблизился к телефону, свекор произнес какую-то чушь:

— Стань преемником бизнеса.

— Чего?

Ису уже собирался нажать кнопку вызова, но остановился.

— Что вы сейчас сказали?

Проигнорировав вопрос, свекор радостно направился в кабинет. Ису последовал за ним, предполагая, что получит удар дверью, если осмелится разрушить планы Кан Джумана. Свекор с видом, несколько отличавшимся от обычного, вернулся и бросил в Ису папку с документами. Пластиковый кейс ударился в грудь через тонкую рубашку и упал на пол.

— Прочитай это и приступай к работе, начиная с понедельника следующей недели.

"Откуда у него эти дурацкие бумажки? Какой смысл совершать столь глупый поступок... Я?!"

Вы тоже смогли бы поверить, если бы собственными глазами это увидели. Ису подумал, что эти бумажки можно легко разорвать и обругать свекора на чем свет стоит, затем сделать несколько дел по дому и отправиться восвояси. Кроме того, стоило бы взыскать со старика компенсацию за насилие. Дальше Ису откроет хотя бы один филиал под видом переноса имени... Кто-то вообще получил отель после развода. Ису также был преисполнен веселья и открыл документы.

И не смог закрыть рот от удивления.

***

Ису все же пошел работать в штаб-квартиру Чобонг-груп, иначе статья о том, что "бывшая_невестушка-гей.txt" была до смерти забита разъяренным тестем титановой клюшкой для гольфа, могла распространиться по всему интернету. В тот же день, когда она появилась бы в женских журналах, освещавших семейные сплетни чеболей, бедная мать бывшей невестушки упала бы в обморок в салоне красоты, услышав эту новость.

Документы, которые Ису получил, были в полном порядке. Кан Джихён был уволен с поста директора, эта должность перешла к Ису. Совет директоров утвердил это без возражений.

"Должно быть, свекор воспользовался грязной лазейкой или угрожал кому-нибудь".

Руководители с озадаченными лицами поприветствовали Ису у входа в штаб квартиру. Независимо от того, какие слухи ходили в компании, высшие должностные лица все же вышли на встречу. Все они оказались новичками. Они также не знали его, но, несмотря на их кислые мины, казались дружелюбными.

— Добро пожаловать. Мы получили указания президента.

— Здравствуйте. Меня зовут Хан Ису. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне.

Несмотря на то, что Ису пошел работать в штаб-квартиру, он принадлежал к другому подразделению. Как дочерняя компания Cheonbong Communications, это была дочерняя компания, которая могла бы стать новой холдинговой компанией после покупки всех акций Cheonbong Group в ближайшем будущем. Там Ису будет назначен техническим советником и директором по планированию.

Короче говоря, это было место, где закрепился бы преемник основной корпорации. Человек, "спустившийся с неба с парашютом" всем на головы, был не одиночкой, а наследником. Его лицо уже выражало эмоции шока и замешательства.

"Когда-то я специализировался на промышленном дизайне".

Ису был довольно талантливым дизайнером, учился в США, с ним часто связывались работодатели, но сейчас он не сразу продемонстрировал свою способность работать техническим советником. Хоть он и был преемником всего бизнеса, на самом деле это была временная работа, с которой можно было уволиться в любое время из-за изменившихся обстоятельств.

"Прежде чем беспокоиться о будущем компании, нужно задуматься о её настоящем. У президента слабоумие. Вот придурок".

В дальнейшем предполагалось, что доля будет ликвидирована в течение двух лет. Если нечего было есть, то на все хватало. Ису мог разбогатеть на акциях, просто наблюдая, как хорошо продуманный бизнес-план руководителей компании оказывается успешным. Таково было условие, предложенное советом.

— Кан Джихёна выгнали, так что сиди теперь здесь. Просто оставайся на месте. Когда я выйду на пенсию, отдам тебе его долю.

Также в папку с документами был приложен нотариально заверенный договор о взаимоподдержке. Как только на нем появится все три или четыре печати, через два года Ису достанется огромное состояние.

— Ты взял печать со своим именем? Если не хочешь попасть в тюрьму за подпольную торговлю, делай, как я говорю, тогда и получишь эти деньги.

Передача семейного бизнеса не может быть настолько простой. Свекор наверняка сделал что-то незаконное. Однако правда была в том, что Ису не мог сказать "нет" перед таким количеством денег. Кто посмеет возразить, что это неправильно — получать алименты?

Ису остался один в светлом кабинете, похожем на декорацию из дорамы. На столе не было ни пылинки, стекло достаточно блестело, чтобы отражать лицо. Даже компьютер оказался новым, только интернета не было. Ису не взял с собой зарядное устройство для телефона, поэтому позвал секретаря.

Сотрудник примерно того же возраста, что и Ису, пришел из компьютерного отдела и настроил интернет, даже принес с собой зарядное устройство. Кроме того, на столе появились различные сладости и чай — так сотрудники показали свое гостеприимство по отношению к VIP-персонам. Затем они аккуратно отступили назад и покинули кабинет, словно встретили божество. Ису заметил страх в их глазах. Он не просто свалился как снег на их голову, а оказался кем-то вроде того старого тигра, который мог разорвать их в любой момент.

Общий рабочий зал, единственное изолированное помещение в большом офисе, в котором столы отделялись друг от друга перегородками, казался не символом превосходства, а клеткой для заточения зверей.

Глава 9

"Тут работал этот ублюдок? Или его отец?"

В любом случае Ису согласился.

Как бы он это ни отрицал, Кан Джихён был точной копией Кан Джумана. Он был высоким, широкоплечим, мускулистым и длинноногим. Его черные волосы были настолько густыми, что поддавались укладке лишь гелем для волос. А на лице красовались темные брови с гордо поднятым носом. В целом, он был красив и заслуживал всеобщего внимания, но если бы на его лице были какие-нибудь шрамы, он был бы больше похож на бандита, нежели на чеболя.

Если бы Кан Джихён имел только смазливую мордашку, у Ису не было бы причин им интересоваться. В дополнение к его достойному поведению, его голос был настолько глубоким и мягким, что "плавил" уши. Прежде всего, его утонченные манеры сразу сломали чувствительный гей-барьер.

"Если бы не его голос".

Кроме того, если бы у него не было недостатков, многие женщины признаются, что связываются с мудаками из материнской любви и стыдятся этого. Когда мама Ису указала пальцем на героев дорамы, в которой хорошие главные героини страдают из-за высокого главного героя-их бывшего, мол, посмотри на них, Ису, и научись уму-разуму. Она имела в виду, что дорамы показывают правду жизни? Ису пожалел о том, что не послушал ее, позже. Что насчет дел, которые уже были сделаны? Ису потер лицо руками.

"Давайте усердно работать в этом году и покинем Корею".

Вчера Ису заранее связался с родителями, которые вскоре искали бы его работу. Казалось, он не согласен, но когда понял, как его доводы становятся бессмысленными, он сдался.

"Я должен прийти в себя и жить своей жизнью. Я не могу вечно думать об этом ублюдке. И без него справлюсь, переживу как-нибудь".

— Да, мой малыш. Если понадобимся, мы на связи. Работай хорошо. Даже если у нас не будет денег, приходи домой, когда все надоест, договорились?

Папа просто кашлянул рядом с ним. Мама, должно быть, объяснила ему, что все в порядке.

Ису было неловко обманывать родителей, но сколько бы он ни думал, он ненавидел то чувство, когда его выбрасывали голышом на улицу после того, как над ним поиздевался какой-то ублюдок. Он надел лживую маску на лицо, чтобы позаботиться о своей чести.

"Хороший офис".

Ису встал и прошелся по кабинету. Он находился в самом центре Сеула. Из окна офиса, расположенного на верхнем этаже огромного здания, открывался очень красивый вид на город. Ису почувствовал мягкое прикосновение роскошного костюма, который был куплен на деньги, подаренные тестем. Даже после того, как Ису вынул его из коробки и надел на несколько часов, обувь, прилипшая к его ногам, казалась неудобной и ощущалась как босые ноги.

"Купи что-нибудь хорошее".

"Би-бип".

Внизу Ису увидел спортивную иномарку, которая с грохотом проехала светофор.

"Купи машину тоже".

Карточка, которую тесть дал Ису, спряталась в новом бумажнике, носимом на груди. Ису решил поцарапать магнит, пока он не стерся.

Только в этом году.

Это был последний отпуск, который дали Хан Ису.

***

Сидеть часами в офисе оказалось тяжелой работой. Ису любил активное времяпрепровождение. Он не особо любил спорт, но часто смотрел популярные игры. Он встречался с близкими друзьями, ходил в бары, наслаждался выставками и выступлениями. У него был довольно широкий круг знакомств.

"Все это в прошлом".

Так было до тех пор, пока несколько лет назад, решив жить с Кан Джихёном, Ису не отказался от друзей и увлечений. Гей-пара наследника чеболя переходила из уст в уста: "невестушку" просто заперли в доме. Неугомонный тесть задобрил прессу деньгами или чем-то ещё, поэтому Ису долго оставался под домашним арестом, пока подозрительные статьи не исчезли из женских журналов. Так он потерял всякую связь со своими друзьями.

"Стоит ли говорить, что теперь у меня есть деньги и время, но не осталось друзей, с которыми можно вспомнить былое? Как Хан Ису докатился до такого?"

Вздох вырвался сам собой.

Отражение Ису в окне выглядело неважно: мышцы ослабли, потому что он не мог заниматься спортом; он сильно похудел. Он был нормального телосложения, но не сказал бы про себя, что гордится своим телом. Его лицо осталось относительно белым, потому что долгое время он не видел свет.

"Может, немного загореть? Я выгляжу больным".

На самом деле, у Ису болело лицо. Щека, по которой недавно ударил тесть, словно по крышке чугунной кастрюли, слегка распухла.

"Откуда столько силы у этого старика? Еще бы раз, и я подал бы в суд".

Ису достал свой телефон и сделал селфи, явно заметив впалые щеки на снимке. От подобных "проверок" внешности он решил отказаться и решил, что впредь стоит внимательнее относиться к фотографиям.

Ису просидел в офисе несколько часов, но его никто не искал. Если бы существовал хоть кто-то, кто помог бы "парашютисту", застрявшему здесь по прихоти президента, который, в свою очередь, прекрасно умеет переворачивать столы из-за ярости, и сказал бы ему, что каждая секунда обходится слишком дорого, Ису был бы первым, кто прибежал бы туда и пожалел бы его в ответ ругани тестя. Так что Ису решил, что ему позволительно уйти с работы раньше положенного времени.

Ису вышел из кабинета и люди, которые были заняты делами в разгар рабочего дня, внезапно обернулись на него и замерли. Ису подумал, что кабинет директора в группе планирования смотрится неуместно. Начальник должен организовать свой офис в вонючем углу! Дизайн же этого кабинета казался неоднозначным.

— Есть что-нибудь срочное сегодня?

— О да, сэр, срочное на сегодня.

Сотрудник поднялся со своего места и огляделся, не решившись говорить. Судя по разбросанным документам, работа была проделана значительная, и, очевидно, помощник просматривал документы и понятия не имел, как объяснить это Ису. А он же неправильно истолковал его ответ.

— Мне нужно там быть?

На прямой вопрос, сотрудник четко ответил: "Нет".

— Завтра с этим разберусь.

Сотрудники дружно посмотрели на настенные часы: до обеденного перерыва оставалось семнадцать минут.

— Хорошего дня.

Ису был геем с большими деньгами. Он был так хорошо одет, что вокруг ходили слухи о его хорошем вкусе. Благодаря подаренной тестем карточке, Ису немного отомстил, взяв несколько нарядов из дорогих магазинов. Не сказать, что он сам не мог бы оплатить это на собственные деньги, но так как в покупку вошло более десяти комплектов одновременно, цена немного уменьшилась.

"Обещаю ли, что завтра?.."

Когда Ису попрощался с сотрудником магазина и вышел, перед ним вдруг появилась витрина с часами "мечты".

— Эй, когда вы успели открыть этот магазин в Корее?

Воробей прошел мимо мельницы, а Ису не прошел мимо магазина с часами.

(п.п. скорее всего, какая-то народная мудрость. обыгрывается желание воробья украсть немного зерна и в то же время какое-то высокое качество, не позволившее это сделать)

"Человек — это часы. А чеболь носит квартиру на запястье, вот и все".

Прошло всего двадцать минут с тех пор, как Ису вошел туда, околдованный роскошью.

— Спасибо, сэр.

Ису получил чек на миллиард долларов, нельзя было не купить такое. Раньше Ису не мог себе такого позволить, мог лишь жить за счет сбережений своей годовой зарплаты в течение нескольких лет. Потребовалось всего несколько секунд, чтобы получить желаемое с помощью карты Кан Джумана. Пока Ису потягивал вкусный кофе, его внимание привлек телефон. Он ждал уведомление, но секретарь Ким ничего не написал.

"Ха-ха! Да здравствует чеболь Кан Джуман!"

Ису вернулся домой и, распираемый гордостью, положил часы, которые так импульсивно купил, на витрину гардеробной на втором этаже. Отпраздновав покупку громким криком, Ису лег спать, наслаждаясь ощущением счастья спустя столь долгое время.

Утром его сердцебиение поутихло. Вместо этого проснулось желание заполнить витрину из двенадцати предметов самыми дорогими часами на свете — и всего за два года.

— Мясо и ростки фасоли.

Ису не предполагал, что скажут другие, увидев его в роли экономки. Однако, на этом все не закончилось. Ису придумал лайфхак: смешать ростки фасоли, приготовить немного мисо-супа — вуаля, часы в кармане каждый месяц. Отныне зовите его профессиональным полицейским.

(п.исп. п: он имеет в виду, что за приготовление пищи ему будут платить, а в будущем он купит себе часы)

— Ты сошел с ума? С утра трясешь задницей?

— Отец...

Удивившись, Ису уронил половник, который держал в миске с супом. Стоило ему потянуться за кухонным прибором, он услышал, как тесть щелкнул языком, словно отметив жалкий вид Ису. Кончики ушей невестки слегка покраснели.

— Рис.

Кан Джуман с достоинством сел за стол. Как обычно, еда была готова, Ису сел рядом. На тесте была рубашка и галстук вместо обычной повседневной одежды, поэтому Ису неосознанно поправил его галстук рукой. Тесть, только что взявший ложку, посмотрел на Ису сверху вниз злым взглядом.

— Что ты делаешь?

— Вы в хорошей форме.

Фраза не была ни оскорблением, ни комплиментом. Трапеза продолжилась.

Ису ел охотнее, чем обычно, поэтому стол быстро опустел без лишних разговоров. Через некоторое время Ису поднялся на второй этаж, надел пиджак и часы, а когда уже почти спустился вниз, раздался рев:

— Носки!

"Я положил их на видное место, как же ты не заметил? Какой проблемный старик..."

Ису удалось сдержать гнев. Он настроил свои часы, спустился вниз с сумкой и курткой, положил их на диван в гостиной и пошел прямо в комнату тестя. Свекор застегивал рубашку и, не глядя, снова отдал приказ:

— Принеси мои носки.

Ису вернулся в вестибюль, нашел носки, которые пахли горьким алкоголем, сигаретами, крепкими мужскими духами, показавшимися Ису не особо приятными, но и не отвратительными.

Когда тесть получил свои носки, он сел на пол и надел их. Ису восхитился наивным невежеством тестя: он носил брюки высокого качества и не беспокоился о складках и грязи. В комнате стояла кровать, так что Ису удивился, зачем было садиться на пол, но тесть надел свои носки и поднялся как ни в чем не бывало.

— Галстук.

Тесть кивнул и отдал приказ:

— Завяжи его на один узел.

Не задумываясь, Ису завязал узел немного больше, чтобы он соответствовал размеру тестя: его лицо величиной с тигриное было так близко, что казалось еще больше. Кан Джуман сжал губы и выдохнул, словно зверь.

Ису закончил с узлом и спрятал конец галстука. Он всегда носил жилет, но его тестю это очень не нравилось. Поскольку было жарко, за исключением крайней необходимости, Ису выбирал ему только пиджак.

Тесть завел руки за спину, как будто это было для него привычным движением. Ису помог ему надеть пиджак, а затем почистил его одежду щеткой. Тесть утвердительно промычал, подтверждая, что ему понравился узел галстука. Несколько раз прикоснувшись к рубашке, он вышел из комнаты.

— Идем.

Ису быстро последовал за ним.

Они добирались на работу в одной машине. Помимо водителя и секретаря Кима было еще как минимум два человека, которые видели, как Кан Джуман и Хан Ису выходили из одной машины.

— Хорошего дня тебе.

Когда пришло время попрощаться в холле, тесть тяжелой рукой похлопал Ису по плечу. Ису все равно собирался ему подыграть:

— Да, спасибо.

Он вежливо ответил и обернулся. Тесть сдержанно улыбнулся и показал большой палец. Первое, о чем подумал Ису, было то, что если он перестанет обращать внимание на свою роль экономки, он сможет всего добиться. Кан Джуман бегал по конференц-залу на верхнем этаже и кричал на персонал. Тем временем Ису спокойно просматривал веб-сайты и играл в игры.

Глава 10

Со временем Ису понемногу начал задаваться вопросом, где находится Кан Джихён. Секретарь Ким не выглядел так, словно собирался сообщить ему важную новость, поэтому Ису в отчаянии залез в интернет и обшарил каждый уголок новостных сайтов. Перед ним мелькнула статья из желтой газеты, в которой говорилось, что наследник корпорации "Ч" сбежал из дома из-за романа с геем и женщиной, связанной с его родителями. Статья появилась в виде баннера в углу, но, когда Ису нажал на нее, открылась страница, на которой говорилось, что такой статьи нет.

"Я ни за что не останусь здесь навечно".

Возможно, информация о Кан Джихёне появилась на фондовом рынке, но было бы странно просить сотрудников добыть её.

Ису устал вглядываться в маленький экран смартфона, поэтому включил свой рабочий ноутбук. Когда он открыл браузер, автоматически появилась домашняя страница сайта его компании. Ису нахмурился.

"Кто придумал этот дизайн? Смотреть невозможно".

Ругательства возникли не на пустом месте. Кто в наши дни пользуется сайтами, сплошь и рядом покрытыми всевозможными всплывающими окнами и баннерами красного, синего и коричневого цвета? Ису не знал на практике, удобно ли это. Даже дизайн, который придумал Стив Джобс, умирая от рака, не так бросался в глаза. Ису ожидал, что компания такого уровня выберет что-нибудь получше для осуществления коммуникации с клиентами и предпочтет качественный дизайн для зажиточных бизнесменов, нежели подобную безвкусицу для бедняков.

"Может быть, это вкус семьи Кан".

Ису не был старомодным, лишь видел задачи бизнеса по-другому. Такой вкус мог родиться у современного аристократа, считающего, что розовые сосиски лучше лишенных красителей в своем составе серых сосисок, просто потому что он не может ошибаться.

"В конце концов все по-старому".

В итоге Ису показал в экран средний палец. Его гнев казался жалким и был направлен на человека, ошибку которого он не мог исправить. Успокоившись, Ису внимательно пролистал веб-сайт Cheonbong Group. Руки Ису самостоятельно потянулись записывать правки, хоть его никто и не просил об этом.

"Тьфу".

Просидев возле монитора какое-то время, Ису почувствовал боль в плече и потянулся. Расслабившись настолько, что суставы приятно хрустнули, Ису почувствовал голод. Он посмотрел на свои часы и обнаружил, что настало время для обеда.

"Так чего я засиживаюсь с работой? Или нет..."

На огромном письменном столе, на котором раньше стоял только ноутбук, теперь лежало несколько листов белой бумаги и стикеров. Сверху выглядывали примерные макеты для дизайна домашней страницы, которые нарисовал Ису. Даже клавиатура ноутбука, который предназначался лишь для украшения, казалась горячей, потому что Ису пришлось просматривать несколько сайтов.

Ису почувствовал гордость, о которой совершенно забыл за годы жизни в качестве невестки (но отметил, что был довольно способной хозяюшкой). Никому не было дела до сайта, но никто и не смог бы остановить Ису.

"Раз я один занимаюсь этим, дам себе время доделать до вечера".

Ису решил купить кофе и сэндвичи в ближайшей кофейне и съесть их в офисе.

"Все так делают".

Когда он вышел из офиса, сотрудники одновременно поднялись с мест. Помощник вежливо спросил:

— Куда вас отвезти?

"Да уж, дерьмовая культура. Есть ли у вас вообще темы для разговора во время обеда?"

Во всяком случае, Ису уже тошнило от риса, потому что утром и вечером он ел в компании президента.

— Все в порядке, я поем в одиночестве. Не беспокойтесь и наслаждайтесь едой, — сказал Ису и вышел, не оглядываясь.

Люди за его спиной обсуждали меню, пахнущее, как соджу в середине дня, и выбирали между супом хэджангук и сэонджигук. Ису невольно вздохнул. Cheonbong Group всегда принадлежала Кан Джуману.

Настало обеденное время. Ису заметил нечто странное: все сотрудники клали удостоверения личности в нагрудные карманы или переворачивали их на груди. Как только служащие покидали вестибюль, они снимали ID-карты и прятали их в карманах.

Cheonbong Group была довольно успешной компанией. Не одним из пяти успешных конгломератов, конечно, но и оставить её без упоминания было нельзя. И все же казалось странным, почему сотрудники прятали свои удостоверения.

Явно не стоило идти в кафе, которые находятся недалеко от работы. Ису беспокоился о том, что его может узнать какой-нибудь сотрудник. Он пытался не привлекать к себе внимание, но его лицо все равно было достаточно узнаваемым. Пусть он уже и совершил каминг-аут, но это совсем другое дело, когда его имя было на слуху, как у главного героя дорамы о  о чеболях .

Ису нашел довольно оживленное кафе всего в квартале от работы, заказал кофе и закуски. Официант показался ему довольно опытным: он выслушал заказ с дружелюбной улыбкой. Немного помолчав, Ису озвучил свои мысли:

— Многие сотрудники Cheonbong Group ходят сюда?

— Конечно.

— Точно, сотрудники Cheonbong Group прячут свои удостоверения личности, поэтому их трудно узнать, ха-ха.

Немного подумав, официант ответил широкой улыбкой:

— Они никогда не произносят название компании. Им кажется, что оно плохо звучит. Все называют его ЧБ-груп. Спрячьте свою карточку, если вам тоже не нравится слово "Чхобонг", которое пишут на удостоверении личности.

— Понятно, спасибо.

Официант поклонился и ушел.

"Прячут, потому что название некрасиво звучит? Похоже, в этом есть смысл, мы же не живем в африканской прерии, а в обществе, где сильные смотрят на сильных. Боссы, которые любят хэджангук, никогда не спрашивают мнение молодых сотрудников в современных костюмах, облегающих тело. Для последних важно, чтобы название компании хорошо звучало, даже если она много платит.

Честно говоря, надо ещё постараться сделать такое уродливое удостоверение личности сотрудника. Зачем нужно писать Чхобонг курсивом? Старик, ты что, сам взял кисть и вспомнил о каллиграфии? Интересно, почему фотография такая большая? У вас что, так много денег?

В течение следующих двух лет Ису придется ездить в Чхобонг на работу в дождь и снег. Название "Чхобонг" в форме арки, написанное на карточке сотрудника, которая будет выпущена для Ису в ближайшее время, а также уродливая фотография в мягкой обложке, которая будет напоминать регистрационную карточку резидента... Мысли об этом заставляли Ису морщиться от отвращения. Зачем менять лаконичный шрифт бренда, пришитый на роскошный костюм, на это?

"Прежде, чем я уволюсь (даже если такого не случится), нужно это исправить. Должно быть, сотрудники сейчас испытывают большой стресс из-за меня — парашютиста, свалившегося им на голову. По крайней мере, я должен убедиться, что они перестанут так небрежно относиться к удостоверению личности".

Конечно, это касалось Ису. Он ненавидел каждое проявление дурного вкуса в этом мире.

Сотрудники, у которых еще не закончился обеденный перерыв, бездельничали.

Как только Ису распознал устаревающие порядки, все вокруг него начало казаться устаревшим. Вестибюль был украшен орнаментом из позолоченного железа и цветным мрамором, который используется в любом дешевом мотеле. С одной стороны стоял большой фонтан с маленькой водяной мельницей, а с другой — огромный аквариум с тропическими рыбками. Сотрудники клининговой компании, которые убирают это, должно быть, страдают. Ису вообще считал, что подобный квадратный резервуар для воды уже давно вымер в офисах Сеула в двадцать первом веке.

На потолке красовалась люстра, по всей видимости, перекочевавшая сюда из свадебного зала 70-х годов. Она отливала золотисто-желтым цветом. Увидев, как вспыхивают сотни кристаллов водяных капель длиной с палец, Ису невольно зажмурился. Униформа мужчин и женщин, сидящих за стойкой регистрации в вестибюле, была отвратительного серого цвета. Такую даже на фабриках не носили. А по всему помещению были разбросаны орхидеи во всевозможных безвкусных керамических горшках.

"...У компании нет денег".

Ису поднялся на лифте, который сверкал сусальным золотом.  Его явно не вывезли из Эльдорадо. Пол в офисе с низкими потолками из гипсокартона был монолитным.

"И правда монолит! Что за дизайн столетней давности?"

Сочетание дорогой обуви и пола, где покрытие уже стерлось и кое-где проступали чёрные пробоины, казалось странным.

На всякий случай Ису заглянул в другие офисы. Они выглядели, как кабинеты провинциальной администрации, а не штаб-квартира известного холдинга. Конечно, не обязательно, чтобы главный офис был роскошным, но частная компания не должна быть похожа на государственное учреждение.

"Хотя бы мой кабинет выглядит как убежище молодого ублюдка".

Ису вздохнул и принялся за работу.

"Мне больше нечем заняться. Нужно поработать над интерьером и обновить веб-сайт".

Ису не думал, что на самом деле получится, но остановить его было некому. Если бы у него была машина, он бы все равно распоряжался ей самостоятельно. Конечно, его личные деньги лежали на карточке, которую дал ему свёкор. Даже будучи "спустившимся, как снег на голову", он все равно руководил группой планирования, поэтому, что бы он ни планировал, мог это завершить. Сначала он решил обновить веб-сайт.

Один или два сотрудника вернулись в тихий офис. Ису отказался от сэндвича и продолжил работу над планом по обновлению веб-сайта. Он посещал другие сайты и собирал информацию о похожих компаниях, а также сделал несколько телефонных звонков. Даже самый талантливый на свете человек не напишет идеальный план к презентации всего за один день.

"Работаем в своем темпе. "Прыгнул с парашютом" на них — так добьюсь, чтобы крылышки не порезали".

Ису решил тщательно подготовить простое предложение на уровне отчета студента колледжа. Ему показалось, что это займет около недели, учитывая время на отдых.

"Из-за работы мне хочется кофе".

Кофе из забегаловки почти закончился, и Ису огляделся. Он поискал кофе, который принесли сотрудники, но воды не было. Также он вспомнил, что уже видел дверь с надписью "Комната отдыха", когда осматривал офис раньше.

Почти пустая комната имела немного странную форму. Ису оказался в большом помещении со столом и кулером. Рядом с окном возвышалась стойка, на которой были сложены различные предметы.

Ису принес горячую воду для своего кофе и заметил, что есть узкая щель, чтобы протиснуться к внутренней части стойки, на которой стояла коробка с оборудованием. Ису медленно отодвинул стакан и заглянул в маленькое окошко. Оттуда было видно, как открылась дверь туалета и туда вошли сотрудники. Ису никто не заметил благодаря большой коробке.

— Ты слышал?

— Этот мерзкий гей нацелился на компанию. Он уже успел пожить в гражданском партнерстве с сыном президента. Затем у сына случился роман, и президент его выгнал. Теперь они живут вместе.

"Когда это, черт возьми, распространилось?"

*хэджангук (подвид — сэонджигук) — классический суп корейской кухни. Кастрюля, в которой готовится этот суп, называется тукпеги. В корее хэджангук ценится, как блюдо, уменьшающее последствия похмелья.

Компания, должно быть, перевернулась с ног на голову, но в то же время слова "они живут вместе" не означали совместную жизнь. Эти люди, сотрудники из различных слоев общества, имеющие свои личные убеждения и хобби, были «семьей» владельца компании. Про президента прошел слух, что он флиртует с дамами, но на самом деле это ни для кого не имело значения.

— Хватит нести чушь. Ты сама в это веришь?

— Это правда. Никто не знает точно, но и ты не глава компании. Как много позволено женщине?

— Разве она не проститутка? Почему ходят слухи, что на этот раз Кан Джихён встречается с дамой или что-то в таком духе?

«Это были не слухи, друзья. Это правда. У этого ублюдка роман с женщиной, которая была любовницей его отца. Речь ведь идет о красивом любовнике, который похож на актера и изо всех сил пытается вести себя как гангстер» — Ису заострил на этом внимание: «Я бы хотел показать этим сотрудникам, насколько испорчен Кан Джихён».

— Когда Кан Джихён только пришел на работу, сотрудницы вели себя с ним высокомерно.

— Ничего не говори. Я не люблю золушек, поэтому хотела бы, чтобы у моего парня были хорошие внешние данные.

— С Кан Джихёном я впервые начала гордиться CB-group.

— Ты все равно не встречаешься с ним, какое это имеет к тебе отношение?

— Эй, мой парень сказал, что Джихён красивый, как актёр.

«Да, это правда. Так и есть. Но лучше быть красивым, чем смазливым».

— Но он вообще когда-нибудь спал с женщиной? Со стороны это выглядело иначе, на самом деле он не интересовался женщинами, поэтому я подумала, что роман на стороне вполне в его духе.

— Ничего не подтверждено. Слухи — это всего лишь слухи. Если все слухи, по-твоему, правдивы, значит, президент убил свою жену?

И снова об этом. Вновь прошел слух, что свекор убил свою жену, которую Ису не знал. В конце концов, внутри компании не стихали сплетни.

— Думаешь? В любом случае, что-то должно было случиться, иначе почему президент выгнал своего сына?

— А что насчет Хан Ли Ису, который недавно поступил сюда? Разве он не красавчик?

— Думаю, у нашего президента глаз наметан. Как ни странно, ему нравятся мужчины в компании. Конечно, я не могу всего знать.

— Если есть хэджангук каждый день, можно стать айдолом, а продюсером станет богатый дядя.

— Так и есть.

Девушки болтали и пили кофе, а Ису молча сидел на корточках, не имея возможности вздохнуть. Не то чтобы его сильно оскорбили подобные сплетни, но было ясно, что он вызовет большой переполох, если выйдет и попытается возразить. Он хотел уйти тихо.

— А есть ли кто-то у Хана Ли Ису?

— Я не знаю. А какова вероятность, что Пак Чонхи завтра окажется на стойке регистрации? Мне, кстати, сказали, что президент был очень добр к Ису. Разве не подозрительно, что он пришел в нашу компанию?

— У него фамилия другая, и родственников у президента не так много.

Ису задержал дыхание и открыл рот.

— Разве он не похож на президента? В молодости он был красив, но президент и Кан Джихён, честно говоря, похожи на диких зверей, а Ису другой.

— Это мог быть аутсорсинг.

П.п. Аутсорсинг — это передача непрофильных функций компании сторонним организациям.

— Думаешь?

— Я рада, что у Cheonbong появился собственный айдол. Компания имеет слишком длинную историю, чтобы быть забытой. У Хан Ли Ису хотя бы есть вкус, и он выглядит как мужчина.

— Да, так и есть.

— Надеюсь, что Кан Джихён вернется позже. На внутренних спортивных соревнованиях я бы хотела разделить коллектив на команду директора Кана и директора Хана.

— Было бы здорово.

«Эй, существует ли ещё такая компания, которая делится на команды в спортивных соревнованиях? Подождите, это же та компания, в которой я работаю? Старик все испортил, все разорил. Нужно просто запереть дома этого старомодного отца Кан-сана и победить его. Он бы проклинал меня и говорил такое, что я не смог бы собраться с силами».

— У нас полностью закончились запасы?

— Ису временно бездействовал после смены персонала, но теперь начинает работать после вмешательства президента. Честно говоря, Кан Джихён тоже не делал ничего особенного. Важно лицо компании, а не место в строчке директоров.

— Кстати, как долго это продлится? Атмосфера в компании ухудшилась, когда Ису приступил к работе.

— Словно кто-то положил красную рыбу поверх хэджангука.

— Ха-ха, правда. Почему мы все время ужинаем этим? Разве мы не можем просто пойти в семейный ресторан?

— Чео-о-онбу-у-унг груп, может быть.

— Я бы хотела, чтобы Хан Ли Ису как-нибудь себя проявил.

— Какой силой обладает этот «парашютист»? Он пытается удивить нас, сидя на месте?

— Что касается команды планирования, на самом деле он не имеет там власти. Мы работаем в собственном ритме. Президент собрал персонал и сказал мне делать всё, что Хан Ли Ису пожелает. Так что команда работает самостоятельно.

— В самом деле? Может, он внебрачный ребенок?

— Думаю, что это так. Больше нет причин выгонять Кан Джихёна и сажать Ису на место директора, если он не внебрачный ребенок. В чем смысл быть таким добрым с тем, кто просто сидит на попечении.

Надо же! Сплетни не знали конца! С другой стороны, это разрывало у Ису сердце. Сотрудники нацелились на скрытую родственную связь Ису и Кан Джумана, и, вспомнив женщин, прошедших через свекора, они задались вопросом, был ли среди них кто-нибудь по фамилии Хан.

«Благодарю. Большое спасибо всем. Тайный сын Кан Джумана звучит намного лучше, чем гей, мечтающий разбогатеть. Мама и папа, мне очень жаль. Я буду проявлять сыновью почтительность на деньги семьи мистера Кана».

Сотрудницы, выпив по две чашки кофе, собрались и ушли. Побывав в эпицентре «шторма», Ису остался один и расслабился в своем углу.

«Никто не должен знать, что мы живем в одном доме. Даже если это обнаружат, они не должны выяснить, что я — гей».

Ису думал об этом, разговаривая сам с собой. Не имело значения, что с ним случится, если его поймают. В любом случае, сексуальной ориентации Ису, открывшейся раньше времени, было достаточно, чтобы эта странная история прошла через уста сотрудников компании и в дальнейшем привела к краху фондового рынка.

«Если бы такое опубликовал женский журнал, моя мама упала бы в обморок, укладывая волосы».

«И железная клюшка отца (под номером 3) убьет меня прежде, чем я одолею Кан Джихёна».

Ису вернулся в офис, и, поскольку он отсутствовал в течение некоторого времени, сотрудники с удивлением уставились на него. Но Ису было все равно. Насколько он понял, это, вероятно, случилось потому, что он стал кумиром CB-group.

Признаться, Ису был красивым мужчиной, а семья Кан, которая соперничала с ним, была старомодной и провинциальной. По сравнению с ней Ису провозгласил себя «красивым мужчиной» двадцать первого века. Если он останется таким и в дальнейшем, все будет в порядке. Прежде всего, он привлекал людей тем, что не был похож на типичного гея.

Ли Ису мечтал разрушить предрассудки, направленные на геев. Таким образом, он действовал вопреки стереотипам: не все геи по-женски жестикулируют, не все говорят очаровательным тоном. Геи — это не женщины. Такова была теория Ису, несмотря на то что проклятый Кан Джихён оставил на нем пятно «невестки» чеболя.

Причина, по которой Ису стал невесткой, а не зятем, была в Кан Джихёне. Обычно Ису был не из тех, кто применял гендерные роли в постели. Кроме того, он считал, что необязательно что-то «вставлять», чтобы подтвердить свою привязанность и удовлетворить желание. Однако, в то время Кан Джихён гордился своей новой ролью.

— Я доставлю тебя на небеса.

Он бросил слова на ветер и нелепо попытался применить теорию на практике. В тот день Ису подумал, что его поясница вот-вот сломается. Мысли об этом ублюдке заставляли его сердце биться чаще. А теперь он чувствовал, что способен на убийство, но не мог отрицать тот факт, что этот придурок был довольно хорош в постели.

«Я начал встречаться с новичком не из-за его навыков в сексе, а потому что мне понравился его голос».

Ису пытался оправдаться, но тщетно. Кан Джихён — чеболь во втором поколении, красивый, при деньгах, с хорошими манерами, не ходит налево, преодолевший трудности сексуальной идентичности, — смотрит только на Ли Ису. Кто бы не попался в ловушку? Нельзя критиковать Ису за это.

«Я не менялся. У меня был другой план, поэтому я сыграл гея», — сказал бы Кан Джихён.

Честно говоря, Ису восхищался внутренней силой этого ублюдка, Кан Джихёна. Независимо от того, о чем думал бывший любовник, для Ису казалось немыслимым даже представить жизнь с женщиной. Он, с низким, мягким голосом и хорошими манерами, за исключением веселой доброй души, а за ним этот ублюдок, который ест дуриан вместо тыквенных семечек.

«Я очень хочу ему накостылять».

Восхищение оставалось лишь восхищением, а гнев — гневом. Сколько зла он получил от свекра за невестку, которая разрушила семью? Пережив все это, Ису решил, что подошел к финишной черте, так что неловкость исчезнет, если продолжить делать то, за что его оскорбляли ранее. Он сжал кулаки, представляя, как раскусывает два ореха.

«Я собираюсь уничтожить семью Кан. Джихён не будет спокойно жить, пока я не верну ему всё, что заставил меня пережить этот старый ублюдок».

На первый взгляд, отношения между Кан Джуманом и Ли Ису казались дружескими отношениями между богатыми и бедными. Но на деле всё обстояло иначе: они были врагами. Они так ненавидели друг друга, что, находясь вместе, чувствовали себя как два тигра в доме.

Тем не менее, Ису никогда не думал, что свекор станет его патроном, поскольку у него была не одна, а несколько любовниц, которые ничем не отличались от той мадам. Кто бы мог ожидать, что он будет щедр к себе и строг к другим, но только сильный человек и никакой другой может выбросить из семьи сына из-за женщины.

«Может быть, есть что-то, чего я не знаю».

Внезапно и без спроса Ису, который ненавидел Кан Джихёна что есть мочи, оказался введен в совет директоров. Он думал, что между отцом и сыном просто детская борьба за власть, из-за которой люди совершают глупости.

Ису вновь рисовал эскиз сайта. Когда он сосредотачивался на чем-то, время летело незаметно, таким образом он развлекал себя. Зазвонил телефонный аппарат. Ису даже не подозревал, что началось рабочее время.

Как режиссер дорамы, с ручкой в одной руке и трубкой телефона в другой, он ответил:

— Да, это Хан Ли Ису, директор по планированию.

Он давно хотел так представиться.

— Чем ты занят?

По телефонному аппарату мог позвонить только один человек, который не назвал свою должность и принялся допрашивать Ису.

— Ах, отец.

Сам того не осознавая, Ису вскочил со своего места.

— Поднимись ко мне.

— Я понял.

Ису поспешно вышел из кабинета, и взгляды сотрудников показались ему ещё пристальнее, чем раньше. Казалось, они инстинктивно почувствовали, от кого был звонок.

— Отец вызывает, ха-ха, — объявил он.

Сотрудники оживились:

— Слышали? Президент — его отец?

Ису услышал тихий шепот. Он назвал президента «отцом» совершенно случайно, но на мгновение подумал, что все сделал правильно, и похвалил себя.

Тон голоса, который Ису услышал, как только вошел в кабинет президента, сбил его с толку.

— Что ты здесь делаешь? Ты сумасшедший.

Он спросил:

— В смысле?

— Что ты здесь делаешь с пустыми руками?

Ису вспыхнул от гнева и закатил глаза.

«Нет, почему ты сначала звонишь, а затем кричишь на меня?»

— Разве тебе не нужно принести мне документы или что-нибудь ещё? Ты впервые в кабинете президента?

«Этот старик… Никак не может заткнуться».

Свекор сидел спиной к большому окну за массивным письменным столом. Его большой торс казался ещё больше, потому что на него падал свет и отражался от прямых вертикалей. Кожаные папки с различными заголовками были сложены одна на другую. Китайская перламутровая табличка с именем «Кан Джуман» и парой фениксов напомнила Ису больше о Пак Чонхи, чем о современном корейском предпринимателе.

— Мне очень жаль.

Ису поклонился, и, возле кабинета президента, молодая секретарша, только что закончившая учебу, посмотрела на него обеспокоенным взглядом. Ису лучезарно улыбнулся и вернулся к себе.

«Ему нужно для начала сказать мне, что делать, а потом я бы взял платежные документы и вошел. Я случайным образом взял на себя управление бизнесом, а он говорит, что я должен подумать об этом? Нет, во-первых, он сам сказал мне ничего не делать. В противном случае...»

Ису слышал о важности поведения напоказ и о «зрелищности» в жесткой организационной культуре, но, честно говоря, он не знал, нужно ли придерживаться этих культурных правил. Чеки можно было оплатить в электронном виде.

«Почему этому чеболю всё ещё требуется кожаная папка?»

Что ж, не было причин сомневаться, ответ был очевиден. Кан Джуман, это имя на табличке разве не объясняет весь этот абсурд и бессмысленную трату энергии? Ису решил, что лучше всего ни на что не полагаться, а спокойно выполнить просьбу, а затем исчезнуть.

Ису открыл программу создания документов и что-то нажал. Существовала лишь одна вещь, о которой он должен был сообщить своему свекру, и Ису написал именно об этом. Хотя содержание поместилось на одной странице, текст был изложен в свободном стиле и снабжен правдоподобным заголовком. Ису поблагодарил судьбу за то, что в его кабинете стоял отдельный принтер. Если бы это увидели другие сотрудники, это могло бы разрушить их теорию едва справляющегося со своими обязанностями «внебрачного ребенка».

— .......

Ответив на неловкий зрительный контакт не менее неловкой улыбкой, Ису вернулся в кабинет президента с платежными документами. Сотрудники смотрели ему в спину так пристально, словно целились в мишень на олимпийских играх.

— Я принес счета.

Ожидание было подобно страху перед действующим вулканом, который накапливает огромное количество энергии и может взорваться в любой момент.  Свекор отодвинул другие документы, которые только что подписал, и выхватил платежные счета, которые принес ему Хан Ису. Он был невежественен и резок, поэтому каждое его движение нельзя было назвать изящным.

Ису предположил, что далее прозвучит грохот. В то же время ему показалось, что у  свекора лопнули кровеносные сосуды. На самом деле он увидел чеболя потрясенным, словно нарисованным на картине, на которую только что пришла нерадивая секретарша с чашкой чая.

— Что это такое?

— План ужина на сегодняшний вечер.

Под заголовком "Ужин для спокойного сна" была подробно описана диета, состоящая из легкоусвояемой каши с кунжутом, простых трав, кимчи из редьки с приблизительным составом питательных веществ, рыночной ценой и временем приготовления. Свекор опустил взгляд, и его губы дрогнули. Ису спросил:

— Есть ли в нем какие-нибудь недостатки?

Посмотрев на свекора , Ису почувствовал себя так, словно его ударили лазерным лучом. Ему стало так больно, что он представил, если Cheonbong разорится, свекор смог бы открыть незаконный центр лазерной эпиляции и тем самым вновь разбогатеть.

— Это всё?

— Да.

Свекор, который еще несколько секунд назад молчал, достал ручку с золотым драконом и блестящим образом подписал отчет. У него была потрясающая ручка.

— В целом хорошо, но в следующий раз подумай о разнообразии.

— Например?

«Чернильный клюв» золотого дракона вонзился в слово «кунжут».

— Кунжут лучше.

— Понял, исправлю это.

Как бы невзначай свекор закрыл папку и вернул её Ису.

— Замечательно.

— Благодарю.

Ису попрощался и вернулся к себе, думая о том, чтобы заказать кашу в специализированном магазине. Сегодня настоящий праздник для гурманов. Придя с работы раньше свекра, Ису положил бы кашу и лепешки, которые купил, в глиняный горшок — на этом все. Не забыть бы налить в горшок немного каши и прижать его. Совершенство.

Когда Ису вернулся в офис, взгляды сотрудников снова устремились к нему. На самом деле они все были слишком заинтересованы в новом директоре-«парашютисте». Во-первых, он получил должность директора, над ним был только президент. Ису обладал неограниченной властью, но все, что он делал — платил за еду. Знал ли он о своих возможностях?

— Я... Господин директор...

— Да, мистер Пак.

— Ваш отчет одобрили?

Вперед выступил руководитель группы Пак, который имел самый высокий рейтинг среди сотрудников. Все остальные сразу же посмотрели на него. Он был хорошим менеджером, несмотря на свой возраст, и мог стать причиной большого скандала в компании, если бы этого хотел. Тем не менее, его взгляды и поведение не вызывали проблем, и он казался достаточно безобидным, чтобы не задаваться вопросом, как он стал руководителем группы на уровне менеджера с такой-то индивидуальностью. Конечно, Ису, который достиг вершины в недоверии к людям, подозревал, что его поведение может быть лицемерным. Все что-то скрывали, как и он сам.

— Да, а что?

— Ничего...

Позади руководителя группы Пака, который продолжил негромко говорить, его подчиненные смотрели на Ису с восторгом и одобрением.

— Мне стыдно признаться...

Ису показалось, что он попал в эру Чосон. Когда всплыло почетное имя президента, Ису невольно понизил голос. Затем тон руководителя команды Пака смягчился. Он схватился за талию Ису и упал на колени:

— Пожалуйста, спасите нашу команду!

— Что?

— Спасите нашу команду!

Ису казался себе чиновником из Чосона, который кричал: «Говори же!» — своим тоном и позой. Сотрудники, сбитые с толку неожиданной просьбой о помощи, наблюдающие за представлением со стороны, встали один за другим и подбежали к руководителю группы, и все умоляли с серьёзным видом:

— Директор, пожалуйста, скажите, что мы можем сделать?

— Я... Что?

— Правда, что президент одобрил ваш отчет? Пожалуйста, помогите.

— Что бы ни случилось, сначала объясните, чтобы я смог вам помочь.

Ису встал, чувствуя смущение, на полпути остановил руководителя команды, который собирался поклониться. Прежде, чем Ису успел что-либо сказать, несколько сотрудников вбежали в приемную.

— Что вы делаете? Я всего лишь временный директор. Я ничего не могу.

— Нет, вы не сын президента. Мы втайне проверили. Говорят, что вы разговариваете друг с другом очень открыто. Пожалуйста, помогите.

— Очень хорошо. Ничем помочь не могу. Я просто временный директор, у меня нет полномочий.

Один из членов команды, который не слушал, воскликнул:

— Наша команда распадется таким образом. Мы в отчаянии.

— Что?

Разве отдел планирования не являлся второй по важности группой в компании после президента? Планирование — краеугольный камень управления. Какой гей выберет подслушать женские сплетни, когда команда по планированию собирается распасться?

— Так почему команда распадается?

— Как видите, она неэффективна.

— Чушь собачья. Как будет работать компания без планирования?

Менеджер Пак вздохнул в ответ.

— "Cheonbong Group" — это компания, которая зависит лишь от харизмы президента. Нужно делать всё, что он говорит. На самом деле, наш план состоит только в том, чтобы воплотить то, что решил президент, на практике.

Подобные компании весьма распространены по всему миру.

— Я не возражаю, если здесь будет старомодный уклад, но не понимаю, в этом ли проблема.

— Кстати, мы проделали большую работу с бывшим директором Кан Джихёном. Однако с ним президент не одобрил ни один проект с нашей стороны. Сначала бывший директор Кан тоже пытался протестовать, но затем сдался и подшутил над нашим планом... Таким образом, гнев президента усилился, а мы стали невидимками.

— Ты, должно быть, ошибаешься. Как вас могли не замечать? Что за шутки?

Руководитель команды Пак, вспотев от стыда, сказал:

— Вот так...

Ису не знал, что ответить, поэтому посмотрел на подчиненного, который стоял рядом. Никто не проронил ни слова, но лишь один сотрудник среди них был «на шаг впереди».

Глава 12

— Президент отклонял все предложения Кан Джихёна даже не глядя, поэтому бывший директор Кан разозлился, распечатал что-то похожее на эротический роман и принес президенту. Рукопись начиналась весьма невинно, но затем выяснилось, что это — порнографический гомосексуальный роман. Кан Джихён экстренно собрал персонал и отчитался перед всеми менеджерами и руководителями. С тех пор нашу команду перестали воспринимать всерьёз.

"Нет, мистер Кан, так по-детски ссориться в компании, которая стоит сотни миллиардов долларов? Масштаб вашей глупости поражает. Кроме того, с первых слов я почувствовал, словно знаю, почему Кан Джихён стал геем. Может быть, он..."

Ису почувствовал холодок на коже.

— Я не хочу премий. Пожалуйста, помогите нам заходить в офис достойно через парадную дверь.

— Я больше не хочу, чтобы меня называли порно-планировщиком.

— Я никогда не смотрел порно на рабочем месте! Даже в ночную смену!

— Не знаю, что вы там предложили, но вы получили подпись золотого дракона!

— Предло… Золотого дракона?

— Это эксклюзивная авторучка президента. Говорят, что в процессе создания компании появилась легендарная авторучка, которая никогда не поднимается в небо.

[Имеется в виду «никогда не ставит подпись»].

Компания – это тебе не какая-то фантастическая историческая дорама, названная в честь голубой горной вершины [Примерная дефиниция Cheonbong на самом деле звучит та-а-ак мемно в контексте новеллы. А свёкор — глава голубой горы (возможно, даже горбатой)]. Что за "золотой дракон президента"? Звучит так по-детски. Ису передернул плечами от усталости.

— Почему это? — переспросил он.

—  Подпись — моя мотивация работать в команде.

Сотрудник поднял руку. Социальная сеть компании, должно быть, была повсюду.

—  И что? Что я могу сделать?

—  Ничего такого, просто покажите проект, который мы сделали. И пусть о него снова вытрут ноги, просто позвольте нам жить нормально. Пусть меня уволят из-за неспособности работать. Но хотя бы дайте нам возможность поработать.

—  Может быть просто смените работу?

После этих слов все сотрудники подняли на Ису глаза.

—  Слухи уже распространились.

—  Порно-планировщиков никуда не возьмут.

— Что я могу вне этой компании? Жарить курочку?

— Стать менеджером в кафе?.. Кошмар, и сколько чашек кофе я продам?

«Ах, этот менеджер. Я сразу это понял».

Менеджер, любезно отзывавшийся об Ису, хоть и повстречал его впервые, явно поделился этим с коллегами, которые теперь могли увидеть его воочию.

— Но компания – это не шутка. А я здесь бессилен. Что я могу…

— Мы подготовим документы, так что хотя бы раз переступите порог кабинета президента. Вот и всё. Я предпочел бы иметь план. После того инцидента с порнографией мы даже не могли, да и сейчас не можем присутствовать на собраниях, нам так стыдно.

— Я хочу под землю провалиться. Если уйти из компании сейчас, найти другую работу будет сложно. Мне так стыдно, я даже не могу уволиться.

— Если меня уволят, я не выдержу. Моя дочь учится в Сеуле, обучение такое дорогое…

Лицо этого работника выражало отчаяние.

«Неудивительно. Мне показалось странным, почему меня сразу назначили на ключевую позицию по планированию. Хоть я и являюсь временным преемником Кан Джумана, как он может поставить директора, который вообще ничего не делает, на ключевую должность? Тут без комментариев. С другой стороны, это не такая уж важная работа, а единственная в своем роде должность».

— Это не компания, а соевая мука!

[Сложное корейское непереводимое. “It’s soybean flour. soy flour” — образное выражение, используемое, когда что-то рушится, отношения портятся. "Состояние, при котором рухнул порядок внутри группы или исчезли близкие отношения". Здесь, видимо, причитает один из подчиненных: не компания у меня, а соевая мука! Нет порядка! Мука не клейкая, так что все правильно — блины из такой муки развалятся, вот и компания тоже развалились].

Ису рассмеялся от удивления:

— Хорошо. Дайте мне что-нибудь. Что было труднее всего сделать?

— Спасибо!

У сотрудников посветлели лица, словно на них зажглись светодиоды. Менеджер Пак взял Ису за руку, несколько раз поклонился и выбежал из офиса.

— Сегодня работаем сверхурочно!

— Ура-а-а!

Похоже, это был первый случай в истории, когда офисный планктон был вне себя от радости, услышав про сверхурочную работу.

— Заместитель управляющего Ли, ой, помощник управляющего! Отправьте свой план прямо сейчас!

— О чем ранее говорили заместитель директора Ким и помощник менеджера Чон? Мы успеем до завтра?

— Я позвонил домой и сказал: «Дорогая? С сегодняшнего дня я работаю сверхурочно!».

— А я маме: «Мам! Приду домой поздно! Не жди, ложись спать!»

Некоторые сотрудники, схватив кошельки, побежали за ночным перекусом, другие же начали настраивать пыльный копировальный аппарат и побежали в общий отдел, чтобы принести тонер и бумагу перед работой.

«Так выглядят люди, которых, наконец, заметили? Не могу в это поверить».

— Это… Тогда я приду на работу первым, — промямлил Ису.

Поскольку делать было нечего, менеджер Пак вскочил на ноги и сказал:

— Я загружу черновик завтра утром!

— Ах… Нет, не спешите.

— Увидимся завтра в 9!

— Ха-ха, берегите себя.

Ису подумывал опоздать. И, черт возьми, уже плакал внутри.

***

После работы Ису высыпал кунжутную кашу, которую заказал, в глиняный горшок, чтобы сварить. Помешивая её половником, он вздохнул, вспомнив о тимлиде Паке и о его бедных подчиненных. И всё из-за сумасшедшего мистера Кана.

Ису не мог понять, почему в крупной компании творится детский сад, когда управление – не детская шалость, на кону стоят чьи-то средства к существованию. Ситуация стояла за гранью воображения.

«Какого чёрта делают эти отец и сын? Хотите ругаться – ругайтесь друг с другом дома, не ввязывайте других. Два сумасшедших парня: один нецензурно бранится на важном совещании, другой в отместку создал из центрального отдела компании невесть что».

—  Это на самом деле не шутка.

Не один и не два человека вовлечены в борьбу между отцом и сыном. Вероятно, самой большой жертвой оказался Ису. Судя по абсурдным поступкам, которые Кан Джихён совершал в компании, было ясно, что его желание встречаться с Ису, вероятно, не было чистой любовью.

«Пошел ты к чёрту. Даже если не хотел, сделал невинного виноватым. Сукин сын. Что мне теперь делать с этими людьми?»

Ису тяжело вздохнул.

— Чего вздыхаешь?

Свекор, сидевший в назначенное время за столом и почти начавший есть, приготовился бросить ложку в Ису. Бывшая «невестка» вздрогнула и, изменившись в голосе, спокойно сменила тему:

—  Как вы и просили, каша с периллой.

—  Хорошо… Вот только вздыхать иди в морг.

—  Я понял.

Увидев вкус родного города, воспроизведенный франшизой, Ису кивнул. Свекор, выдувший целую миску горячей овсянки, поднялся со своего места.

—  С этого момента заходи с платежными документами раз в день.

—  Хорошо.

Ису не понял его намерений, но подумал, что будет приходить раз в день, потому что должен играть роль агента по планированию и утверждению. Тогда он, конечно, согласился, но почти ушедший свекор внезапно обернулся. В его полуприкрытых глазах читалось неверие.

«Что тебе ещё нужно, старик?»

Ису, у которого не было иного выбора, кроме как поступать разумно, снова вздрогнул, стоя перед тигром, который может похвастаться вспыльчивостью даже в старости. Наглый взгляд свекра скользнул вверх и вниз. Ису почувствовал тяжесть, сравнимую с посещением рамки на контрольно-пропускном пункте аэропорта, которую люди проходят с волнением.

— Хорошо работай.

В голосе прозвучала странная смесь сомнения и ожидания. Ису неосознанно напряг свои ягодицы. Сработал его инстинкт жертвы – хотелось сорваться с места.

— Конечно.

На напряженный ответ свекор кивнул и вошел в кабинет.

Ну вот.

После того, как дверь закрылась, Ису выдохнул и расслабил позу. Он приподнялся, не осознавая, насколько занервничал.

«Почему он вдруг так посмотрел на меня? А ты тоже хорош, испугался какой-то мотивационной речи».

Ису показал средний палец в сторону кабинета. Изнутри раздался крик:

— Хан Ису!

— Да?!

Как новобранец с жесткой воинской дисциплиной, он принял неподвижную, настороженную позу.

— Чай с красным женьшенем!

— Да! Сейчас будет!

Выпрямив спину, Ису быстро заглянул в холодильник и достал экстракт красного женьшеня. Затем, не осознавая, он оглядел комнату. Вокруг не было системы видеонаблюдения.

Когда Ису пришел на работу на следующий день, он не сразу обнаружил свой стол. Всё потому, что он оказался похоронен в огромной куче документов.

— Что это все такое? — спросил Ису с изумлением. Лидер команды Пак, одетый в тот же галстук и рубашку, что и вчера, ответил очень счастливым голосом:

— Это черновики.

— Что это за проект, к какому виду государственного аудита он готовится?

Бибип.

Раздался громкий шум. Сотрудник, который боролся с копировальным аппаратом, сказал:

— Теперь я сменил тонер! Когда будете печатать, следуйте инструкции. Если сложить всё сразу, ксерокс снова сломается.

Услышав эти слова, сотрудники, оставаясь на местах, начали решать, кто пойдет первым на «камень-ножницы-бумага». Все были одеты так же, как и вчера.

— Похоже, они не спали всю ночь.

— Да, оплата задерживается.

На этих словах руководитель команды Пак указал на гору документов. Ису не смог бы дотащить её прямо до офиса президента. Мало того, что это было физически невозможно, так ещё и пришлось бы молиться, как бы всё это не оказалось в камине из-за вспыльчивости Кан Джумана.

— Я не смогу взять всё это. Выберите несколько, пожалуйста.

— Это то, что я выбрал. Из первоначальных планов я выбросил все неподходящие, у которых истекло время; исключены также планы, представленные другими компаниями. Это лишь около 10% от моих собственных идей.

— Ха-ха-ха.

Разразился смех.

— Мне принести тележку?

Увидев, как тимлид Пак гордо расправил грудь, Ису покачал головой.

— Ещё раз. Это нормально?

— Конечно-конечно, мы должны получить одобрение директора по планированию.

Ису не нравилось такое отношение. На предыдущем месте работы Ису было много людей, которые каким-то образом пытались избежать ответственности за свои поступки. Компания – это мир, полный уверенных в себе людей, которые хотят идти прямо к вершине, не спускаясь ни на одну ступеньку. Во многом Cheonbong казалась безумной компанией. От президента до стажера.

Ису снял пиджак и повесил его на стул. Когда он сел, то оказался закрыт стопкой бумаг, так что не мог видеть дальше собственного стола. Он захотел убежать. Просто придумать план ужина, а после подписания пойти домой… Когда он склонил голову на бок, на глаза попались копировальные аппараты и распечатки, выделявшие тепло, поднимающееся дымкой; сотрудница, чей макияж смазался из-за бессонного вечера; проектное предложение, которое с гордостью принял коллега, с которого стекал пот, потому что он не мог даже умыться. Что будет, если сбежать отсюда?

— Директор.

Столкнувшись с реальностью, Ису передумал убегать. Лучше всего сдаться и приспособиться к ситуации. Разве не так сделала невестка чеболя? Выше нос!

Страница книги Ису из семьи Кан в интернете

Table of Contents

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

1 - 11

Глава 12

О книге