Том 1

Глава 1.1 - Первая встреча с бессовестным братом Цзянем

В первый раз Цзянь Суйин встретился с Ли Юем в гостиной дома своей семьи.

/Цзянь Суйин, когда впервые увидел Ли Юя/

Когда он вошел в дверь с сигаретой в зубах, то увидел Цзянь Суйлиня, сидящего на диване с каким-то парнем. Ребята весело о чем-то болтали, громко смеясь при этом. Незнакомец сидел к нему спиной. На нем была баскетбольшая футболка с надписью "фейеноорд" [1]. Ткань, прилипшая к спине, идеально подчеркивала широкие плечи и спортивное телосложение.

[1] голландский профессиональный футбольный клуб

Вообще, одежда парней была грязной, особенно у них были уделаны шорты. Но им это никак не помешало разместиться на бежевом кожаном диване. Перед ними на маленьком кофейном столике валялась пара смятых пустых банок из-под кока-колы, а на тарелках лежали два недоеденных куска торта. Завершал картину всего этого безобразия валявшийся на полу грязный баскетбольный мяч.

Парни, услышав звук открывающейся входной двери, сразу же замолчали. Цзянь Суйлинь поднял голову, а его друг обернулся. Оба одновременно посмотрели в направлении источника шума.

В эту самую секунду взгляды Цзянь Суйина и незнакомца встретились. Он вдруг понял, что не может ни пошевелиться, ни сказать ни слова.

В этот момент Цзянь Суйин осознал, что чувство, возникшее у него внутри, было ни что иное, как та самая пресловутая «любовь с первого взгляда». Но если отбросить сантименты и быть более прямолинейным, то, попросту говоря, как только он увидел этого парня, у него встал! О такой реакции организма можно было, конечно, поразмышлять и позже, но, блядь! Произошедшее с ним иначе как херовым возмездием за какие-то непонятные его грехи и не назовешь!

Цзянь Суйин почувствовал, как его сердце ускорило бег, бешено ударяясь о ребра, а ровное до этого дыхание участилось. Ладони вспотели, а на виске запульсировала венка.

Этот парень... Как бы его лучше описать… внешность такая… красивая… манящая. И вид интеллигентный. Если говорить словами Цзянь Суйина: «Он полностью в моем вкусе».

Ведь Цзянь дашао[1] всегда нравились вот такие хорошенькие мальчики со смазливыми мордашками и упругими задницами. Но парень, находящийся перед ним, был настоящим красавчиком. Он выглядел просто сногсшибательно. Суйин никогда раньше таких парней не встречал.

[1] Дашао (大少 Dàshào) — сын богатой семьи, обращение к золотой молодежи Китая.

Он всегда думал, что его исключительный во всех отношениях младший брат-долбоеб Цзянь Суйлинь, — один из самых нежных и симпатичных мальчиков, которых Суйин только знал. Но у парня перед ним были совершенно иные преимущества и другие черты лица: спокойные, серьезные и красивые.

Взгляд Цзянь Суйина скользнул от темно-красных губ незнакомца к его светлой длинной шее, по талии и далее, спускаясь к шортам, которые открывали потрясающий вид на стройные и крепкие икры.

В своей жизни Цзянь Суйин встречал бесчисленное множество различных людей, но никогда ранее у него не возникало такого отчаянного желания сблизиться с кем-либо. А сейчас ему это было необходимо! Однако существовало одно очень значительное но! Как назло, этот восхитительный парень был другом его младшего брата Цзянь Суйлиня.

Суйин взял себя в руки, быстро спрятав свои эмоции, стараясь выглядеть невозмутимо. Он окинул ребят спокойным и безразличным взглядом.

Видя равнодушие в глазах старшего брата, Цзянь Суйлинь все равно радостно выкрикнул:

— Гэ[2], ты вернулся!

[2] Гэ/гэгэ (哥 gē) — буквальное значение — старший брат, но также является суффиксом, используемым для обозначения старшего мужчины, вне независимости от его статуса.

Примечание: предпочитаю использовать гэ вместо того, чтобы говорить «брат», так как позже будет странно звучать «Брат Цзянь, Брат «неважно»», поэтому придерживаюсь гэ.

— Мгм, — коротко ответил Суйин как обычно, совершенно не обращая на брата особого внимания.

— Гэ, познакомься, это мой одноклассник Ли Юй. Он внук лао [3] Ли.

[3] Лао Ли (老李 lǎo lǐ) — старик Ли, дедушка Ли Юя, используется как уважительное обращение к пожилым, в данном случае к дедушке Ли Юя.

— О… И почему это я раньше его не встречал? — поинтересовался Цзянь Суйин.

— Ли-шушу[4] по работе переводили в другую провинцию. Но в этом году он вернулся обратно сюда. Мы с Ли Юем знаем друг друга еще с детства. Правда, конечно, уже давно с ним не виделись.

[4] Шушу (叔叔 shūshu）— дядя.

Цзянь Суйин вспомнил, что его отец что-то упоминал об этом: сын лао Ли получил повышение и был переведен обратно в Пекин. Но ему эта информация была не нужна, поэтому он не предал этому особого внимания. Хотя семьи Цзянь и Ли часто участвовали в одних и тех же крупных мероприятиях и пересекались по деловым вопросам, но отношения между ними никогда не были особенно близкими.

Если бы Цзянь Суйин только знал, что у лао Ли есть такой нежный[5] и очаровательный внук, настоящий пупсик, то он бы давно уже бросился к их двери, втерся в доверие и напросился в друзья.

[5] Жу хуа сы юй (如花似玉 rú huā sì yù) — буквальная идиома: нежный, как цветок, утонченный, как драгоценный нефрит.

Прежде чем подойти к друзьям, Суйин кивнул своим мыслям и попытался взять себя в руки, успокаивая свое дыхание и сердцебиение, всеми силами стараясь внешне казаться спокойным и равнодушным.

Когда Цзянь Суйлинь встал, Ли Юй сделал то же самое.

С первого взгляда было легко заметить, что Ли Юй довольно рослый. Такой стройный, сильный и крепкий. Теперь же, когда он поднялся, стало видно, что парень почти такого же роста, как и сам Цзянь Суйин. Черты его красивого лица еще не потеряли юношеское очарование, но аура была взрослого мужчины… И чем больше Цзянь Суйин смотрел на него, тем быстрее сердце в его груди отбивало ритм.

Парня с такой фигурой можно смело назвать красивым и сексуальным. Глядя на такого красавца, в брюках аж все зачесалось. Цзянь Суйину всегда нравилось развлекаться с такими парнями, поэтому он протянул руку и улыбнулся.

— Значит, внук лао Ли? Тогда ты можешь называть меня гэ.

Выражение лица Ли Юя было очень спокойным и даже больше безразличным, но хорошие манеры, привитые с детства, заставили его улыбнуться и слегка сжать руку Цзянь Суйина в ответ.

— Цзянь-гэ.

Всего лишь одно рукопожатие, а симпатия и «любовь» Цзянь Суйина к нему возросли еще больше. В восемнадцатилетнем возрасте очень редко можно увидеть такую серьезность.

— Вы с тренировки вернулись? — Цзянь Суйин не удержался и похлопал парня по спине. — Не включайте кондиционер так сильно. Ваша одежда мокрая, и вы легко можете простудиться.

Суйин все еще не отпустил ладонь Ли Юя, продолжая ее сжимать. Чувствуя давление руки понравившегося парня, его сердце затрепетало и вновь ускорило бег. Казалось бы, куда еще быстрее?

Цзянь Суйлинь настолько редко видел старшего брата таким дружелюбным и в хорошем настроении, что не смог утаить свою радость и скрыть улыбку, поэтому тут же внял его словам и быстро взял пульт дистанционного управления:

— Я сейчас же увеличу температуру.

— Вы уже поели? — Цзянь Суйин проигнорировал произнесенные слова, смотря на кусочки торта на тарелках.

— Нет еще, — ответил Суйлинь.

— Вы завалились домой уставшие после тренировки и до сих пор нормально не поели? Зачем, черт возьми, вы наелись сладостей? Где У-ма[6]?

[6] У-ма — (суффикс 妈 mā) экономка, няня, домработница, также обращение к матери.

— У нее возникли какие-то срочные дела, поэтому она отпросилась и ушла рано утром.

— Значит, дома никого нет?

— Отец вернется только вечером. И моя мама… она тоже.

Суйлинь сразу же занервничал, когда понял, что ответил. Его мать была неприятной и запретной темой для старшего брата.

В любое другое время Суйин не преминул бы воспользоваться этой небольшой оговоркой, чтобы хорошенько взгреть и поиздеваться над младшим братом, но сегодня он был в действительно хорошем настроении и решил не придираться к словам.

— Как насчет того, чтобы заказать еду на вынос? Я тоже голоден, — спросил Цзянь Суйин.

— Гэ, что ты хочешь съесть? — Суйлинь с готовностью согласился на предложение.

«Я хочу съесть это…» — первая пришедшая мысль была о Ли Юе.

Взгляд Цзянь Суйина встретился с полными надежды глазами младшего брата, а затем он перевел его на Ли Юя.

— А знаете что? Давайте не будем брать еду на вынос, неизвестно, из чего она делается. Поскольку твои одноклассники редко приходят к нам в дом, то, может быть, приготовишь что-нибудь сам? Помнишь то блюдо из баклажанов, которое ты готовил в прошлый раз? Оно было довольно вкусным.

— Хорошо… Гэ, ты хочешь баклажаны? Я пойду и приготовлю их, — Суйлинь был потрясен словами брата. Он моментально повернулся и пошел в сторону кухни.

Младший брат скрылся и Суйин остался с Ли Юем наедине, отчего последний почувствовал себя неловко.

— Почему мы стоим? Садись, — восторженно похлопав парня по плечу, Цзянь Суйин улыбнулся.

Ли Юй вежливо улыбнулся в ответ и опустился на диван. Суйин немедленно расположился рядом с ним. Он посмотрел на лицо Ли Юя и чем больше смотрел, тем больше его желал. Прямо сейчас Суйин жалел, что не может вжать этого красавчика в диван, сорвать с него футболку и заняться с ним чем-нибудь очень бессовестным и непристойным, но безумно приятным.

Кстати говоря, теперь, когда он подумал об этом, то внезапно понял, что никогда раньше его не привлекали парни в такой одежде. Позже, когда Суйин приберет этого красавчика в свои руки, тому придется изменить свой вкус в одежде.

Цзянь Суйин старался, насколько это было возможно, сохранять нормальное выражение лица, используя тон старшего брата.

— У вас скоро Гаокао[7]. Ты уже адаптировался к новой школе?

[7] Гаокао — (сокр. 高考 gāokǎo, NCEE) Национальные вступительные экзамены в колледж (вступительные экзамены в колледж КНР). 普通高等學校招生全國統一考試 [Pǔtōng Gāoděng Xuéxiào Zhāoshēng Quánguó Tǒngyī kǎoshì] — Единый государственный экзамен для поступления в высшие учебные заведения в КНР/Национальные вступительные экзамены в КНР

— Да, все в порядке. Экзамены везде экзамены, и не важно, какая это школа, — ответил Ли Юй с небрежностью. Его взгляд был направлен в сторону кухни, где находился его друг.

Цзянь Суйин достал сигарету и хотел уже было зажать ее губами, но взглянул на Ли Юя и улыбнулся.

— Ты куришь?

— Нет, я не курю, — нахмурившись, ответил Ли Юй.

Цзянь Суйин посмотрел на белое, почти фарфоровое лицо, излучавшее полное равнодушие. Оно было такое отстраненное. И это было так непривычно. Симпатия к этому парню, кажется, вновь возросла.

Суйин не был слепым и прекрасно видел, что Ли Юй уж слишком откровенно игнорирует его. И это было неудивительно, ведь, в конце концов, он был другом Цзянь Суйлиня, и кто знает, что этот пацан мог наговорить о нем такого, что могло вызвать у Ли Юя к нему неприязнь.

Суйин принял это как вызов. Он Цзянь Дашао, и ему нравилось, когда приходилось кого-то завоевывать. Это действовало на психологическом уровне. В нем просыпался инстинкт охотника. Завоевание! То, что Ли Юй подчеркнуто не обращал на него внимание и старался игнорировать, его заводило! Разве что-то может быть приятнее победы?! Как говорится, кто не рискует, тот не пьет шампанское.

Цзянь Суйин, словно не замечая напряженности в глазах Ли Юя, продолжал все говорить и говорить.

— Так, значит, тебя зовут Ли Юй? Какой Юй? — не испытывая никакого чувства неловкости, Цзянь Суйин нес всякую чушь, лишь бы поддержать разговор.

— Юй, который от юйци[8].

[8] Юйци дэ Юй (玉器的玉 yùqì de yù) — Юй, как в слове «нефрит/яшма». (Ли Юй — 李玉 Lǐyù) .

— Оу, разве это имя не юной леди?

Ли Юй опустил веки, пряча глаза за ресницами, и промолчал.

— О нет! — вдруг опомнился Цзянь Суйин. — Это очень хорошее имя и оно абсолютно точно не подошло бы никому другому так, как подходит тебе. Оно полностью тебя описывает и добавляет характера, — все это прозвучало чрезвычайно двусмысленно, но, так как Ли Юй не смотрел на него, было не понятно, что он думал в этот момент.

— Мы могли видеться раньше? Сколько тебе было лет, когда ты уехал из Пекина? — Цзянь Суйин улыбался, продолжая сыпать вопросами.

— Я не помню, — в глазах Ли Юя моментально вспыхнул и тут же погас огонек.

— Действительно. Я бы точно запомнил тебя. Сколько там было Суйлиню, когда он пришел в мой домой? Я и не помню уже… он был маленьким. Если вы познакомились в детстве, то если бы я видел тебя, то обязательно запомнил. Если ты сейчас такой красивый, то ребенком точно был просто очаровашкой! Ха-ха-ха.

На лице Ли Юя уже явно читалось нетерпение и желание побыстрее уйти, однако из вежливости он все-таки оставался на месте.

— Как твои успехи в учебе? В какой университет собираешься поступать? — Цзянь Суйин не прекращал свой расспрос.

— С оценками все впорядке. В любом случае я буду поступать в местный университет.

Цзянь Суйин был абсолютно бесстыжим и наглым — чем больше его игнорировали, тем больше он заводился. Адреналин в нем так и кипел.

— И в самом деле, у нас в Пекине много хороших университетов. Нахрена ехать в другую страну, где ты никого не знаешь, правильно? Ты сейчас, вероятно, очень сильно устаешь? Сяо Линь-цзы[9] в последнее время часто засиживается допоздна и не спит до двух-трех часов ночи. На самом деле это не очень хорошо. Чем ближе экзамены, тем важнее хороший отдых. Ваше здоровье — самое главное.

[9] Сяо Линь-цзы (小林子) (или Цзянь Суйлинь (简隋林)) — одно из имяобразований от Суйлинь: Сяо — маленький (обращение старшего к младшему, один из уменьшительно-ласкательных префиксов); Линь-цзы — один слог, имя с обязательным добавлением суффикса.

— Мгм.

— Очень здорово, что у вас есть возможность заниматься спортом в свободное от учебы время. Он поддерживает здоровье, — говоря все это, Цзянь Суйин улучил возможность похлопать Ли Юя по спине и, ощутив под рукой крепкие мышцы, опять поплыл.

— Я пойду помогу на кухне, — Ли Юй неловко дернулся, предпринимая еще одну попытку уйти.

— Ну что ты? В этом совершенно нет необходимости. Если кто-то еще придет готовить, то какой толк тогда от Суйлиня? Он сам сможет приготовить что-нибудь сносное. Это не должно тебя вообще тревожить, ты же гость, — не позволяя парню встать, Цзянь Суйин сменил тему разговора. — Кстати, я вот что хотел у тебя спросить: у сяо Линь-цзы есть девушка?

— Нет, — Ли Юй отрицательно покачал головой.

— Нет? Такая душка, как Суйлинь, явно имеет большой спрос у девушек. В вашем возрасте уже должны быть девушки. Я же был таким же, как и вы, и все эти разговоры о любви… Это пустая трата времени! Вы должны быть сосредоточены на другом. Сейчас идет очень важный этап в жизни. Так что, если у него кто-то есть, ты должен мне сказать.

— Цзянь-гэ, у него действительно никого нет.

— Тогда как насчет тебя? У тебя есть?

На самом деле это было единственное, что интересовало Цзянь Суйина в действительности и о чем он хотел знать. Была ли девушка у Суйлиня или нет, ему было плевать.

— У меня тоже нет, — Ли Юй не хотел больше отвечать. Он стал терять терпение. Его желанием было свести этот разговор на нет, встать и уйти, но он не мог просто так это сделать, поэтому приходилось беспомощно отвечать на вопросы.

Цзянь Суйин моментально повеселел. Он услышал то, что ему было нужно, поэтому можно было и посидеть в тишине, закончив весь этот бессмысленный и скучный разговор ни о чем. А вот в Ли Юе, напротив, росло раздражение, которое было уже нелегко скрывать.

Цзянь Суйин на самом деле был откровенным и прямолинейным. Он был очень популярным и щедрым, и имел огромное количество друзей, которые его боготворили. Мужчина никогда не позволял себе быть назойливым с кем-то. Ему было достаточно бросить пару глупых фразочек, чтобы им начали восхищаться такие молодые парни, как Ли Юй. Но, что касается Ли Юя… На нем это все не работало, поэтому пришлось менять всю тактику. Почему-то выработанный годами самоконтроль сейчас был не помощником.

И в этом ведь не было ничего такого! Он просто хотел расположить к себе парня и попытался понравиться ему. Почему нет?

Жаль, что как друг Цзянь Суйлиня, Ли Юй не чувствует его своим сердцем. Цзянь Суйин знал, что ему это надо учитывать. Он должен произвести на него хорошее впечатление, и вот так раздражать его было бы контрпродуктивно. Поэтому Цзянь Суйин решил не гнать лошадей и остановиться, подумав, что стоит сделать упор на второе впечатление, раз уж первое оказалось не очень. Если он продолжит в том же духе, то сделает только хуже.

— Ладно, посиди пока тут, а я схожу на кухню и посмотрю, что там, — вставая, произнес Цзянь Суйин.

В эту самую минуту после услышанных слов Ли Юй вздохнул с облегчением.

Цзянь Суйин вошел в кухню и увидел своего младшего брата с фартуком, повязанным вокруг талии, полностью погруженного в процесс готовки.

— Как продвигаются дела? — прислонившись к дверному косяку, спросил Суйин.

— Гэ, я уже почти закончил. Тебе лучше вернуться в гостиную, здесь слишком много дыма...

— Все в порядке, — ответил Цзянь Суйин, подходя к Суйлину и заглядывая в сковороду на изумрудно-зеленый перец в ней, — пахнет довольно вкусно.

С самого детства между Суйлинем и его старшим братом никогда не было хороших отношений. Он постоянно находился под давлением Суйина, и в году набегало всего пару-тройку дней, когда брат был в удачном расположении духа. Например, как сегодня. Именно поэтому на какое-то время Суйлиню стало не по себе и он не нашелся с ответом.

— Почему внук Лао Ли перевелся именно сейчас? Уже ведь конец года. Сможет ли он идти по вашей программе? — Суйин сделал вид, что спрашивает это непринужденно, и что это не столь важно для него.

— Конечно, он ведь невероятно умный.

— Появившись так неожиданно, он явно переполошил всех девчонок вашей школы. Они наверняка сошли с ума от него, — Цзянь Суйин говорил максимально обычным тоном, стараясь не выдавать свой интерес.

— Действительно, в тот день, когда он только приехал, весь коридор, начиная от нашего кабинета, был битком забит девушками, которые прибежали взглянуть на него. И это не будет преувеличением, — с улыбкой ответил Цзянь Суйлинь.

Суйин не знал, как это описать, но мысленно он был доволен собой. Скорее всего, потому, что чувствовал, что смог распознать нечто прекрасное. И этим прекрасным был Ли Юй.

Ли Юй

************************************************************************************************

ВАЖНОЕ ОБЪЯЛЕНИЕ на 25.01.2024

Если вы хотите прочесть эту работу, то это можно сделать на ваттпад скопировав ссылку:  https://www.wattpad.com/user/Shelleer

или через ваш поисковик: Но ты влюблен в него Shelleer

Обложка работы таже, что и здесь. Имя переводчика Shelleer.

Мы уходим с этого сайте и этой работы здесь не будет. Приношу прощения за доставленные неудобства. Все подробности в главе 85

Канал в телеграм, чтобы не потеряться:

https://t.me/You_But_Love_Him_Shelleer

Вселенная 188男团 /188 group/

************************************************************************************************

Глава 1.2 - Дверь в ванную, из-за которой у Цзянь Суйин образовалась диллема

Цзянь Суйлинь управился очень быстро. Ему понадобилось около сорока минут, чтобы приготовить три разных блюда и супа. Вскоре, накрыв на стол, он позвал брата и друга обедать.

Только после того, как Ли Юй сел рядом с Суйлинем, он более менее успокоился и расслабился.

Цзянь Суйин выбрал из семейного винного шкафа бутылку фруктового вина с относительно низким содержанием алкоголя. Название на этикетке было написано на иностранном языке. Неизвестно, кто преподнес им эту бутылку в подарок, но он явно не знал вкусы семьи, поскольку они не пили такое.

Отец Цзянь Суйина был родом из северо-восточной части Китая и к столу предпочитал белое сухое вино. А эта сладкая дрянь годилась только для полоскания рта. И раз уж его отец никогда не будет пить такое приторное вино, то почему бы не открыть его сейчас, за обедом?

Было как раз подходящее время, чтобы угостить двух молодых парней алкоголем для некоторого оживления атмосферы. Да и взбодриться им бы не помешало.

— Давайте выпьем пару глотков, чтобы пробудить аппетит, — Суйин достал три бокала и налил вино.

Несмотря на то, что сейчас был всего лишь полдень, Суйлинь не возражал, так как для их семьи было обычным делом выпить немного алкоголя за обедом.

— Цзянь-гэ, я не пью, — ответил Ли Юй, краем глаза взглянув на бутылку.

Люди, которые говорят, что они не употребляют алкоголь, вызывают подозрения. Обычно имеется две причины для отказа: либо они боятся последствий пьянки, либо же они просто притворяются, что не пьют... В конце-концов, вероятность того, что будет первый вариант, кажется менее правдоподобной.

Цзянь Суйин совершенно не обрадовался такому исходу. «Не курит и не пьет! Разве такое вообще возможно? В наше время даже ученики младших классов средней школы[1] не такие лицемерные...»

[1] Суйин произносит: 三好青年 sānhǎo qīngnián Саньхао циннянь — лозунг Мао Цзэдуна, выдвинутый в 1953 г. и обращенный к молодежи: «Иметь хорошее здоровье, хорошо учиться, хорошо работать», впоследствии сокращенный просто до Саньхао — «три хорошо».

Суйин решил пропустить его слова мимо ушей. Он придвинул бокал с вином ближе к Ли Юю и улыбнулся.

— В том, чтобы выпить немного вина, нет ничего плохого. Если ты не умеешь пить, то сейчас самое время научиться этому. Какой же ты мужчина, если не можешь пить алкоголь? К тому же вино слабоалкогольное, так что тебе не о чем волноваться. Даже, если моя собака его выпьет, с ней будет все в порядке.

— Цзянь-гэ, нам еще нужно на занятия во второй половине дня, — нахмурился Ли Юй.

— До занятий еще много времени. Окажи мне честь, выпей со мной.

Ли Юй бросил на Цзянь Суйлиня быстрый взгляд только для того, чтобы увидеть, как он беспомощно опустил глаза, уставившись в стол.

Во взгляде Ли Юя блеснуло недовольство. Но он, ничего не ответив, взял бокал с вином и сделал небольшой глоток.

— Ты прямо как молодая госпожа! — Цзянь Суйин рассмеялся. — Когда мужчины пьют алкоголь, то пьют большими глотками. Сяо Линь-цзы, покажи своему другу, как нужно это делать.

Повинуясь словам брата, Цзянь Суйлинь схватил свой стакан и осушил половину за раз, но из-за своей излишней торопливости поперхнулся, мгновенно краснея и закашливаясь.

— Не спеши! Что ты делаешь? Дать запить воды? — взволнованный Ли Юй похлопал друга по спине.

— Не нужно! Все в порядке, — отмахнулся Цзянь Суйлинь.

— Ну, раз все в порядке, то выпей со мной, — обратился Суйин к Ли Юю, поднимая свой бокал вина.

Ли Юй беспомощно поднял свой и со звонким звуком стукнулся о край бокала Цзянь Суйина, прежде чем запрокинуть голову назад и выпить половину.

Увидев в глазах Ли Юя нескрываемую злость, извращенное удовольствие захлестнуло Суйина. Его сердце наполнилось неописуемой радостью. Такого раньше Суйин за собой не наблюдал.

Но после того, как Ли Юй поставил свой стакан на стол, он на Цзянь Суйина больше не взглянул — удрученно опустил голову и молча приступил к еде.

Чувствуя некоторое удовлетворение, Цзянь дашао закинул ногу на ногу, прежде чем взять себе немного еды. Он протянул руку к тарелке с креветками и постучал палочками по ней.

— Сяо Линь-цзы, очисти для меня несколько креветок.

— Хорошо, — Цзянь Суйлинь быстро положил свои палочки на стол и принялся чистить для своего гэ креветки.

Увидев это, Ли Юй замер, не донеся палочки с едой до рта. Он угрюмо посмотрел на руки Суйлиня, который уже начал чистить первую креветку, и почувствовал, как внутри поднимается буря негодования.

Руки Суйлиня были белоснежные и красивые, словно у девушки. Для такого высокого парня, как он, у него были слишком изящные длинные пальцы.

«Такие красивые руки ничего не должны делать», — подумал Ли Юй.

Но вмешиваться в семейные отношения других людей было непозволительно и неуместно. Может быть, у семьи Цзянь так заведено, и в этом нет ничего необычного. Возможно, у братьев это вполне обычное дело, и они уже привыкли к такому за столом. Все, что мог сейчас делать Ли Юй, это терпеть.

Цзянь Суйлинь положил очищенные креветки на тарелку брату, а затем снова взял свои палочки и продолжил есть.

Весь обед Суйин вел себя, как подобает старшему брату. Он с беспокойством расспрашивал их об учебе, амбициях и планах на будущее. Кто куда из парней собирается подавать документы и прочую ерунду. Конечно же, он забудет всю эту чепуху, как только они встанут из-за стола.

Из-за сидящего рядом младшего брата Суйин не осмеливался проявлять слишком большой интерес в отношении Ли Юя. Присутствие Суйлиня омрачало Цзянь дашао.

То, что он был геем, особо не скрывалось и не было в их семье ни для кого секретом. Так же, как и друзья знали об этом.

Со стороны отца родственники его стыдились, в то время как родня покойной матери любила и обожала. Спасательным кругом Цзянь Суйина в этих непростых отношениях стал финансовый фонд всей семьи, который он держал в своих руках. Поэтому отцу не оставалось ничего другого, кроме как притворяться, что он не знает ничего о его ориентации, и никогда не поднимать этот вопрос.

Но, несмотря на все это, Цзянь Суйин не хотел, чтобы Суйлинь узнал о том, что старшему брату понравился его одноклассник. Независимо от того, в курсе тот о его сексуальных предпочтениях или нет.

Кроме того, если младший брат догадается об истинных мотивах Суйина, то намеренно наговорит много гадостей о нем Ли Юю. В таком случае будет полный провал, а добраться до цели станет в несколько раз тяжелее.

К тому времени, как они закончили с обедом, Ли Юю и Суйлиню уже пора было возвращаться на занятия.

Суйин не проживал в этом доме уже давно, а сегодня вернулся лишь для того, чтобы взять кое-что. Обычно он раз в пару недель приезжал на обязательные встречи с родней. Семья из трех человек и без него была счастлива и гармонична. И все это не имело к нему абсолютно никакого отношения. К тому же он совсем не желал встречаться даже взглядом со второй женой отца, не говоря уже о том, чтобы мириться с тем, что рядом будет находиться эта отвратительная женщина[2].

[2] эта женщина — имеется в виду мать Цзянь Суйлиня. Суйин отзывается о ней в пренебрежительной манере, не желая называть даже ее имя. Цзянь Суйин и Цзянь Суйлинь — сводные братья. Так как Суйлинь и его мать живут в этом доме, Суйин редко бывает здесь. Люди, живущие тут, — это его отец, мачеха и сводный брат.

______________________

Примечание от Shelleer: Далее будет понятно, почему у Цзянь Суйина такое отношение ко всем троим, включая отца. Так что не зная всего, прошу воздержаться от оскорбительных слов в адрес Цзянь Суйина. Не зная всего, не нужно его осуждать. Неизвестно, как бы вы вели себя в его случае.

— Пойдемте, я отвезу вас в школу, — взяв свои вещи, Суйин приготовился идти на выход.

— Не нужно, гэ. Ма-шу нас отвезет, — ответил Цзянь Суйлинь.

— Давай, пошли! Ма-шу уже в возрасте. Пусть он лучше вздремнет после обеда. А вы двое давайте переодевайтесь и поехали.

— Гэ, нам надо сначала принять душ. После игры мы грязные и вонючие, — нерешительно возразил Суйлинь, перед этим неловко взглянув на Ли Юя.

— Тогда идите. Я никуда не тороплюсь.

Никогда еще Суйин не был так терпелив с Цзянь Суйлинем. Видя, как старший брат себя ведет, Суйлинь сильно смутился и почувствовал себя некомфортно. Он не мог адаптироваться к такому хорошему поведению за столь короткий промежуток времени, поэтому даже боялся смотреть на брата.

— Тогда... тогда я первый приму душ. Ли Юй, ты посиди и подожди меня, я быстро.

— Ты можешь принять душ в моей комнате. Так вы сэкономите немного времени, — в противовес предложил Цзянь Суйин Ли Юю.

— В этом нет необходимости. Я подожду, — Ли Юй выглядел уже чрезвычайно несчастным от такого назойливого внимания.

— Ладно тебе, у нас с тобой почти одинаковое телосложение. Ты можешь надеть мою одежду, — не отставал Суйин.

Не найдя веских причин для отказа, Ли Юю ничего не оставалось, как согласиться. Он поднялся по лестнице за Цзянь Суйином в его комнату.

— Иди в душ, я пока поищу тебе одежду, — Суйин указал на дверь ванной.

Ли Юй быстро скрылся за дверями ванной комнаты, и уже через пару секунд оттуда отчетливо послышались звуки журчащей воды.

Суйин уставился на дверь, отделяющую его от Ли Юя, и почувствовал, как медленно тонет от сотни непристойных и развратных фантазий, которые начали возникать в его голове. Это было слишком даже для него с его многолетней работой над собственными чувствами и самоконтролем.

Всего одна дверь отделяла его от желанного тела. Однако единственное, что он мог сейчас сделать, это прислушиваться ко всем малейшим звукам, исходящим оттуда. Внутри все клокотало. От такой безысходности хотелось топать ногами. Ему стоило огромных усилий, чтобы успокоиться и перестать зацикливаться на этих мыслях. Он успокаивал себя тем, что когда придет время, вдоволь насладиться всем, что ему причитается.

Ли Юй быстро ополоснулся, и уже минут через пять-шесть он высунул голову из приоткрытой двери.

— Цзянь-гэ — одежда!

Цзянь Суйин подошел к парню, держа в руках вещи, которые приготовил. Передавая ему их, он не мог удержаться, чтобы не заглянуть в маленькую щелку, и чуть опустив взгляд, мельком увидел обнаженный торс Ли Юя.

У него моментально перехватило дыхание. Эта тонкая шея, крепкая грудь со светло-коричневыми сосками. Он забыл как дышать! От одного только взгляда Цзянь Суйин едва не лишился последней крохи своей невозмутимости и был в шаге от того, чтобы сорваться. Ему так хотелось распахнуть дверь, грубо прижать Ли Юя к стене и медленно слизать все капли воды со всего его разгоряченного тела.

К сожалению, сейчас, даже будучи в крайне возбужденном состоянии, Цзянь дашао не мог себе такого позволить. Вот уж действительно, с этим парнем весь его самоконтроль летел к чертям!

Хорошо, что Ли Юй, забирая одежду, не увидел дикого возбужденного взгляда Суйина. Отдав вещи, он тут же покинул комнату.

Ли Юй и Суйлинь спустились с двух разных лестниц. Они оба находились в разных частях дома, но одновременно вошли в гостиную.

— Ну, пошли, — Цзянь Суйин приподнял руку, показывая ключ от гаража.

Когда они вошли в гараж, выражение глаз Ли Юя изменилось. Заметив это, Суйин втайне обрадовался.

Нет такого мужчины, который бы не любил автомобили. Любили все! А роскошные — так и подавно.

Суйин моментально вспомнил времена, когда он был в возрасте Ли Юя и еще не сдал экзамены на права. В то время он мог только тайком прокрадываться сюда и угонять машину отца, чтобы удовлетворить свою жажду скорости.

Ли Юй же был из семьи, где все были государственными чиновниками. И пусть даже у него уже были права, он все равно не мог ездить самостоятельно, потому что это привлекало слишком много ненужного внимания.

Суйин вполне мог понять, какие чувства испытал Ли Юй, когда увидел гараж, полный шикарных автомобилей.

Цзянь Суйин лично занимался проектированием этого гаража. Если сложить все его машины и машины отца, то всего здесь стояло двадцать семь автомобилей. Парковка дома, в котором находилась квартира Суйина, где он жил, не имела возможности вместить все его машины, так что пришлось оставить большую часть здесь.

Мужчине показалось, что он нашел то, что заинтересовало Ли Юя. Но каково же было его разочарование, когда парень огляделся и ничего не сказал. На его лице не появились новые эмоции от такого зрелища.

«Внук лао Ли, должно быть, тоже повидал много роскоши», — подумал Цзянь Суйин.

Такой отчужденный вид и спокойствие ему понравились. Это добавляло лишь больше плюсиков в пользу Ли Юя.

— Какая тебе понравилась? — Цзянь Суйин похлопал Ли Юя по плечу.

— Что? — переспросил растерявшийся Ли Юй, не ожидавший такого вопроса.

— Какая тебе нравится? Я отвезу вас на той, которую ты выберешь.

— Цзянь-гэ, возьми машину, которая удобна для тебя, — уголки губ Ли Юя слегка приподнялись, одаривая его улыбкой.

— Значит так, — заглядывая в глаза Ли Юю, ответил Цзянь Суйин. И, пользуясь моментом, непринужденно положил свою руку на плечо парня. — Если я сказал тебе выбрать, значит, ты должен выбрать! Я давно уже не пользовался ни одной из них. И думаю, сейчас как раз подходящее время выбрать какую-нибудь для поездки. Так что скажи мне, какая из них тебе приглянулась?

Суйлинь напрягся всем телом и от удивления поджал губы. Такого в его сторону старший брат себе никогда не позволял. Парень закрыл глаза. Смешанные чувства наполнили его изнутри.

— Мазерати, — Ли Юй указал на автомобиль, который был припаркован ближе всего к воротам гаража.

— Хорошо. Мазерати так Мазерати, — Цзянь Суйин расположился за рулем, ожидая, пока парни разместятся сзади, и повернул ключ в зажигании. В салоне едва было слышно, как утробно зарычал мотор, прежде чем автомобиль тронулся с места и они выехали.

Суйин вспомнил, как один раз был в школьном кампусе Суйлиня. Он был вынужден заменить отца, который не смог присутствовать на его родительском собрании. Они с Суйлинем пошли вдвоем, и он до сих пор помнил, как в тот день младший брат был счастлив. По возвращению домой он даже сказал Суйину, что многие девушки позавидовали ему в том, что у него такой красивый брат.

Несмотря на то, что Суйин услышал столь лестные слова о себе, он не воспринял их с каким-то энтузиазмом или радостью. Во-первых, сам факт, что он красив, мужчина и так уже знал. Во-вторых, у него нет и не было никакого интереса к женщинам. Так что для него это все было пусто.

То родительское собрание проходило вечером, так что учеников было немного. Сейчас же был день, и у главных ворот школы столпилась толпа учеников.

Когда Суйин огляделся, то заметил огромное количество парней. Многие, завидев машину, бросились к ним, чтобы рассмотреть ее поближе и потрогать руками. В голове вдруг мелькнула мысль, что кампус — довольно неплохое место, если захочется кого-то подцепить.

Цзянь Суйин был геем, самодовольным и высокомерным. После того, как парни вышли из салона, он сделал то же самое. Мгновенно раздались громкие крики восхищения и Суйин пришел в восторг. Все это внимание было обращено именно к нему, что не могло не поднять его настроение.

И пока он ликовал, на лице Ли Юя отразилось смущение. Он бросил Суйину небрежное прощание и, потянув за собой Суйлиня, быстро растворился в потоке студентов.

В глазах Цзянь Суйина вспыхнул блеск, когда он посмотрел на удаляющуюся спину Ли Юя, непроизвольно облизывая губы.

___________________

сам факт, что он красив - Суйин знает) Он знает себе цену и четко знает, что хочет.

Этот герой у меня вызывает непроизвольную улыбку)

— Цзянь-гэ, посиди с нами немного, — вдруг раздался голос Ли Юя. — Сегодня же день рождения Суйлиня.

Рука Суйина, лежавшая на руле, замерла. Он не стал поворачивать ключ в замке зажигания до конца и заглушил двигатель.

Суйин повернулся, смотря на Ли Юя. Красивое лицо парня освещалось неоновыми огнями, смешивая некую грациозность и властность.

Ли Юй выжидающе смотрел на него.

Даже сильные духом герои питают слабость к такому очарованию![6]

[6] 英雄难过美人关啊» Китайская идиома. Даже  могучий герой, не может устоять перед чарами красавицы.

Цзянь Суйин вытащил ключ, выходя из машины.

— Хорошо! Я пожертвую собой на сегодняшний вечер и составлю вам компанию, ребята.

Глава 1.3 - Он снова здесь

/Цзянь Суйин/

Оставив парней в школе, Цзянь Суйин вернулся в компанию.

Хоть встреча с Ли Юем и проведенные с ним несколько часов и всколыхнули в нем небывалые ранее чувства, но работа есть работа, от нее никуда не денешься и за тебя ее никто не выполнит. Поэтому, как бы ни хотелось предаваться мечтам и фантазиям о Ли Юе, его все же пришлось отодвинуть на второй план и заняться рабочими делами.

После напряженного дня, когда совсем стемнело, Цзянь Суйин позвал Пипи на ужин, и этой же ночью в отеле, вжав в матрас этого нежного и отзывчивого парня, трахнул его, излив все свои накопленные за день чувства.

Но даже после того, как Суйин получил сексуальную разрядку, желаемого эффекта удовольствия не было. Хоть он и достаточно вымотался физически, в душе, тем не менее, остался неудовлетворен. В действительности Суйин хотел, чтобы тем, кто стонал и кричал от удовольствия сегодня под ним, был тот самый невинный, не обращающий на него внимания, равнодушный и холодный Ли Юй.

Несмотря на то, что Цзянь дашао может быть жестоким человеком и порою даже зверем, он все равно не планировал взять Ли Юя силой.

Цзянь Суйин прекрасно понимал, что до единого национального вступительного экзамена осталось менее двух месяцев. Ли Юй долгие десять лет усердно учился, поэтому Суйин не может сейчас давить на него. В семье Ли действительно рождались таланты — каждое последующее поколение превосходило предыдущее, и Ли Юй тоже должен был стать выдающимся человеком.

Цзянь дашао остался под сильным впечатлением от внешности Ли Юя. Но все же, когда эффект от первой встречи немного сошел, и Суйин, грубо сказать, протрезвел, то он стал задаваться вопросом: возможно, не стоит вообще его трогать? Все-таки Ли Юй был из уважаемой семьи лао Ли.

Конечно, он не много знал об их семье, и в частности о внуках лао Ли, но кое-что точно помнил.

В семье Ли тогда уже был маленький ребенок-мальчик, и отец Ли Юя не ожидал, что жена забеременеет вторым. Аборт она, конечно же, отказалась делать, все попытки уговорить ее потерпели крах. Уже тогда, будучи чиновником высокого уровня, он был на виду у партии и не мог позволить совершить ошибку, чтобы не лишиться карьеры. В восьмидесятых годах политика Китая была строгой и семьям не разрешалось иметь больше одного ребенка. Отец Ли Юя был образцовым чиновником и не мог нарушить этот закон, высокий статус не позволял такого. Цзянь Суйин припоминал, что вся родня тогда давила на госпожу Ли, заставляя ее избавиться от ребенка, но женщина наотрез отказывалась. Она заявила, что этот ребенок явился ей во сне и что он подарок небес. Его судьба — стать миллионером и прожить благородную жизнь. Он непременно должен появиться на свет. И если они поступят так, как требует общество, она этого не переживет и покончит с собой.

Тогда отец Ли Юя сдался жене. У них не было другого выхода, кроме как тайком записать ребенка на мужа его сестры, господина Ли. Родственники записали мальчика на себя, чудом не потеряв свою работу. Таким образом отец Ли Юя сохранил свое положение.

С того времени в семейном реестре Ли Юй был записан как сын тети. Он до сих пор числился так, хотя вскоре политика уже смягчилась, а контроль ослабили. Об этом знали все, кто имел хорошие отношения с семьей Ли. Однако теперь они не могли раздуть шумиху из-за этого, во-первых, потому что срок давности истек, а во-вторых, из-за того, что дедушка Ли Юя по отцовской линии поднялся на такую вершину, что теперь практически был неприкосновенен.

Ребенок, ради которого вся семья пошла на такой огромный риск, должен быть самым любимым для всей родни. Он явно являлся ее сердцем и душой.

Цзянь дашао подумал, что если он как-то причинит вред Ли Юю и лао Ли узнает об этом, то их семьи больше не смогут хорошо общаться. Лао Ли не будет бездействовать и месть за внука может быть очень жестокой.

Но если посмотреть с другой стороны, то кто не совершал ошибок в молодости? Кто не выходил за рамки дозволенного? Ну переспит он с Ли Юем, ничего страшного же не случится. Когда придет время, они же все равно расстанутся, и тогда Ли Юй сможет жить счастливо, наслаждаясь жизнью. Почему бы тогда не рискнуть?

Цзянь Суйин долго думал и рассуждал об этом. С рациональной точки зрения, ему было бы достаточно просто смотреть и фантазировать о Ли Юе. В мире ведь найдутся еще другие парни, не менее красивые, с которыми можно поразвлечься без проблем. Для чего ему тогда идти на возможный конфликт с такой могущественной семьей, как Ли? Но, вспомнив внешность Ли Юя… его темперамент… все вопросы отпали. Он был особенным.

Цзянь Суйин был из того типа мужчин, для которых чем сложнее завоевание, тем больше его хочется. А он привык получать все. Вспомнив поведение Ли Юя, Цзянь Суйину захотелось, чтобы этот чертов король, коим возомнил себя этот юнец, сам приполз и попросился к нему в постель.

Цзянь Суйин тяжело выдохнул из-за своих принципов и особенностей, сильно вдавив сигарету в пепельницу. Пошло все нахер! Он не хочет сейчас об этом думать. Возможно, через несколько дней он даже не вспомнит о том, как выглядит Ли Юй, и тогда вообще к черту все эти проблемы.

Он сунул руку под одеяло и ущипнул Пипи за мягкую нежную попку.

— Маленькая шлюшка[1], еще рано спать, — он сдернул с парня одеяло и начал его облапывать.

[1] Сяо Ланхуо: 小浪货 «маленькая сучка» или «маленькая шлюха». Пипи — один из сопровождающих Цзянь Суйина.

— Господин Цзянь, вы раздавите меня, — пропищал Пипи, начиная хихикать. — Вы действительно потрясающий. Разве на сегодня мы уже не все?

В течение трех недель Цзянь Суйин не возвращался в дом отца, и образ Ли Юя практически исчез из его памяти.

Однако сегодня отец позвонил и попросил приехать на обед, заехав перед этим за Суйлинем в школу. Родитель почему-то полагал, что братья должны проводить вместе больше времени, чтобы улучшить свои отношения. Однако в действительности, чем больше Суйин и Суйлинь общались, тем сильнее старший раздражался, так как тот его безмерно бесил.

Если не брать во внимание бесстыжую мать Суйлиня, то Цзянь Суйлинь не тот младший брат, которого хотел бы Суйин.

Он вспомнил, как впервые увидел Суйлиня в своем доме. С самого детства этот ребенок был очень покорным и всем подчинялся, стоило лишь повысить на него голос. Он всегда втягивал шею и смотрел напуганно, как маленькая девочка. На Цзянь Суйина он произвел плохое впечатление с самого первого раза, как он впервые увидел его.

Теперь, когда они выросли, Суйин не являлся больше тем невежественным ребенком, которым был в детстве. Таким образом, их отношения чуть улучшились, но они все еще при каждом взаимодействии будто ходили по тонкому льду, который вот-вот треснет. Но, несмотря на все изменения в лучшую сторону, Суйин отказывался возвращаться в родительский дом, говоря при этом: «С глаз долой — из сердца вон».

Но, когда отец позвонил и настоял на этом приглашении, у Цзянь Суйина не было другого выбора, как пораньше закончить работу и заехать в школу за Суйлинем.

К тому времени, как он приехал за ним, почти все ученики уже разошлись. Суйин набрал номер брата, как вдруг услышал знакомый рингтон совсем недалеко. Он повернул голову и увидел баскетбольную площадку недалеко от главных ворот школы. Там было много школьников, но Суйин сразу заметил младшего брата и Ли Юя рядом с ним.

Увидев последнего, его сердце болезненно ударилось о ребра, словно теряя тормоза и учащая биение. Суйин сделал глубокий вдох, чувствуя, как все внутри сжимается и становится тяжело дышать. Он моментально сбросил звонок и быстрым шагом направился на баскетбольную площадку.

— Гэ, ты приехал, — закричал Суйлинь, заметив еще издалека приближающегося брата, и, улыбаясь во все тридцать два зуба, побежал к нему навстречу.

— Мгм, — Суйин лишь мельком взглянул на него, сразу же переводя взгляд на Ли Юя. Рубашка школьной формы на нем была мокрая от пота, а брюки, закатанные до колен, открывали взору потрясающие стройные крепкие икры. Солнечный свет рассеивался на его теле, словно подсвечивая его ауру. Неудивительно, что вокруг него была толпа девушек, таких же, как и Цзянь Суйин, очарованных его красотой.

Ли Юй красиво уложил в корзину трехочковый лайп, и все девушки громко завизжали. Когда мяч вновь попал к нему в руки, он начал оглядываться по сторонам в поисках человека, которому мог передать пас, но вдруг замер на мгновение, увидев стоявшего Суйлиня и его брата. Парню потребовалось несколько секунд, чтобы передать мяч и побежать к ним.

Взгляд Цзянь Суйина был полностью прикован к нему. Он, полностью очарованный, с улыбкой на лице наблюдал приближение Ли Юя. Между ними все больше сокращалось расстояние и этот красавчик становился все ближе и ближе. Каждый шаг, что приближал Ли Юя, отдавался в сердце Суйина. Цзянь дашао не ожидал, что его накроет волной неожиданного восхищения и возбуждения. Только этот парень мог лишь своим видом заставить его мгновенно почувствовать тесноту в штанах.

Все эти недели, что они не виделись, желание обладать Лю Юем практически исчезло. Но стоило лишь на мгновение увидеть его, как оно моментально вернулось с удвоенной силой.

— Цзянь-гэ, — кивнул ему Ли Юй.

— Ли Юй, — медленно произнес его имя Суйин, слегка растягивая гласные, — мы уже давно не виделись. Наверное, прошло уже сколько… недели две-три?

— Где-то так, — небрежно ответил Ли Юй, переводя свое внимание на Суйлиня. — Мы уходим прямо сейчас?

— Да, — кивнул головой Цзянь Суйлинь.

— Он тоже идет? — едва сдерживаясь от распирающего его счастья, спросил Суйин. Он старался не подавать виду, что эта новость обрадовала его.

— Да. Я пригласил еще несколько одноклассников, но Ли Юй останется с нами до ужина.

«На кой черт ты вообще их пригласил?» остался невысказанным вопрос Цзянь Суйина.

— Сегодня день рождения у Суйлиня, — произнес холодно Ли Юй, словно прочитав невысказанный вопрос.

— А, — Суйин не выказал никакой реакции, — тогда поехали.

Услышав такой ответ старшего брата, Суйлинь расстроился. В его глазах вспыхнуло разочарование, стирая улыбку с лица. Это не осталось незамеченным для Ли Юя. Взгляд его сразу стал холодным, придавая его виду грозность.

В дороге большую часть пути парни молчали, смотря каждый в свое окно. Цзянь Суйин задал пару вопросов Ли Юю, но тот отвечал с неохотой, поэтому разговор сошел на нет. Вести так диалог было не интересно, поэтому, больше не проронив ни слова, он вел машину, думая о своем.

Вместе с ярким фасадом дома Цзянь Суйин увидел несколько припаркованных машин. Он понял, что приехали родственники.

Когда парни вошли в дом, все взгляды присутствующих были обращены на Цзянь Суйина.

— Суйин приехал, — воскликнула его вторая тетя и зашагала к нему навстречу с полными блеска глазами и радостной улыбкой.

— Эргу[2]，гуфу[3], — Цзянь Суйин поприветствовал всех родственников по очереди, прежде чем его взгляд достиг сидящего в углу дивана человека.

[2] Эргу (二姑 èr gū) — вторая тетя по отцу.

[3] Гуфу (姑父 gūfu) — дядя, муж тети по отцу.

То была красивая и элегантно одетая женщина, которой было за тридцать. Она смотрела на всех с холодным выражением на лице. Казалось, что никто из родственников не обращал на нее внимания. Только лишь когда Суйлинь подошел и сел рядом, называя ее мамой, выражение лица женщины смягчилось.

Суйин саркастически усмехнулся этому.

Сегодня Цзянь Суйлиню исполнилось восемнадцать, и это было довольно большое и знаменательное событие для их семьи. В доме присутствовало довольно много родственников, поэтому в помещении было очень оживленно.

Все основные темы за обеденным столом были сосредоточены вокруг вступительных экзаменов Суйлиня. Все говорили почти одновременно, пытаясь выяснить его успеваемость и в какой институт он планирует поступать. Атмосфера была похожа на любой обычный семейный ужин.

Цзянь Суйин намеренно сел рядом с Ли Юем и не обращал ни на кого внимания. Ему хорошо удалось игнорировать почти всю родню и общаться лишь только с Ли Юем. Так как все знали, что он внук лао Ли, то к парню тоже было приковано большое внимание. Каждый вопрос об учебе, адресованный Суйлиню, затрагивал и Ли Юя тоже. Казалось, его втягивали почти во все разговоры. Кто, мать вашу, сделал их одноклассниками?

Это очень раздражало Цзянь Суйина. Он был крайне недоволен.

Когда закончился ужин, старшие родственники стали один за другим пихать Суйлиню в руки хунбао.[4] Цзянь Суйин, увидев у него уже стопку красных конвертов, достал из кармана чековую книжку, заполнил несколько листков и отдал их брату.

[4] хунбао (红包 hóngbāo) — красный конверт с деньгами внутри, самый популярный в Китае способ сделать подарок. Во времена династии Цинь красной нитью связывали монеты, считая, что они будут отражать неудачу и злых духов, принесут здоровье их обладателю. Значительно позже монеты заменили красными конвертами. Именно поэтому в Китае столетиями чтится и передается традиция: хранить, дарить деньги в конвертах красного цвета.

— Вот, возьми, можешь потратить, — сухо произнес он.

— Спасибо, гэ, — Суйлинь без особой радости принял чек.

— Суйин, почему ты не купил подарок для своего брата? — спросил рядом стоящий отец, мельком заглядывая в чек. Мужчина не одобрил подарок старшего сына. — Он еще только заканчивает школу. Зачем ты даешь ему так много денег? Что он с ними будет делать? Это непристойно.

— Он взрослый, — ответил Суйин, совершенно невпечатленный словами отца, — он должен уметь тратить деньги.

«Какого черта я ему должен выбирать подарок?» — в глубине души Суйина раздирало от негодования.

— Ты действительно взрослый, — недовольный словами старшего сына, Цзянь Дунъюань, нахмурив брови, повернулся к младшему. — Ты знаешь, как тратить деньги, но совсем не знаешь, как их зарабатывать. В будущем ты должен большему научиться у старшего брата.

— Да, папа, — Суйлинь кивнул, соглашаясь с ним, а сам смотрел на брата большими блестящими глазами.

— Хорошо, тогда давай попросим Ма-шу[5] отвезти тебя к друзьям, туда, где вы договорились отпраздновать с ними сегодня вечером.

[5] Ма-шу — шу (叔 shū) дядя (младший брат отца); дядюшка, дяденька. В устах отца Суйлиня звучит как обращение к водителю.

— Я отвезу их, — вмешался Суйин.

— Ты не останешься поговорить с нами? — спросил Цзянь Дунъюань.

Если честно, Суйин уже давно хотел уйти, но никак не мог найти повода. О чем ему вообще было разговаривать со сборищем стариков?

— Нет. У меня есть еще дела вечером. Я их подвезу и уеду.

— Хорошо.

Цзянь Суйин практически схватил двух подростков и они быстро покинули дом родителей.

Он привез их в KTV, где была намечена вечеринка. Суйин бросил быстрый взгляд на Ли Юя и собрался уходить.

— Гэ, — Суйлинь нерешительно позвал его, — а ты не можешь ненадолго остаться с нами?

— Что я там забыл? Разве там есть кто-то, кроме твоих одноклассников? — со всей небрежностью спросил Суйин.

— Может, ты посидишь немного с нами? — почти шепотом спросил его Суйлинь, поджимая губы.

— Ты че, хочешь, чтобы я сидел с толпой малолеток, как курица-наседка? — Цзянь Суйин уставился на него, заводя машину. — Не хватало еще тратить время на толпу сопляков.

— Цзянь-гэ, посиди с нами немного, — вдруг раздался голос Ли Юя. — Сегодня же день рождения Суйлиня.

Рука Суйина, лежавшая на руле, замерла. Он не стал поворачивать ключ в замке зажигания до конца и заглушил двигатель.

Суйин повернулся, смотря на Ли Юя. Красивое лицо парня освещалось неоновыми огнями, смешивая некую грациозность и властность.

Ли Юй выжидающе смотрел на него.

Даже сильные духом герои питают слабость к такому очарованию![6]

[6] 英雄难过美人关啊» Китайская идиома. Даже  могучий герой, не может устоять перед чарами красавицы.

Цзянь Суйин вытащил ключ, выходя из машины.

— Хорошо! Я пожертвую собой на сегодняшний вечер и составлю вам компанию, ребята.

Глава 1.4 - Что я здесь делаю?

Как только дверь в КТV открылась, звуки шумной музыки и смеха вырвались словно порывы холодного ветра, вызвав дрожь у Цзянь Суйина. Он поднял глаза и увидел комнату, в которой находилось не менее двадцати-тридцати человек, которые начали кричать, когда они вошли.

— Ой, именинник уже здесь! Ты приехал!

— Именинник сегодня такой красивый!

Несколько девушек и парней подошли и окружили их. Кто-то положил руку на плечо Цзянь Суйлиня, кто-то лез обниматься, а кто-то уже успел сунуть ему в руку пиво. В этот момент убавили и музыку, чтобы слышать друг друга.

— Позвольте мне представить вам всем моего гэ, — с гордостью и довольной улыбкой произнес Цзянь Суйлинь.

Цзянь Суйин улыбнулся и поприветствовал группу подростков.

— Твой гэгэ такой красивый! — завизжала группа девушек.

Взгляд Цзянь Суйина бессознательно метнулся к Ли Юю. Он смотрел на его красивое лицо в то самое время, когда им самим восхищались.

Но Ли Юй совершенно не замечал его. Он заботливо положил свою руку на плечо Цзянь Суйлиня и улыбнулся.

— Пойдем сядем.

Но Цзянь Суйлинь не обратил внимания на друга, смотря на Цзянь Суйина.

— Гэ, иди садись. Что ты хочешь выпить?

— Просто воды.

Цзянь Суйин нахмурился. Он посмотрел на подростков, которые находились рядом. Его особенно взбесили девушки, с восхищением смотрящие на него. Их взгляды были пугающими. Кроме Ли Юя и брата, здесь не оказалось никого, кто бы соответствовал его стандартам красоты и был бы хоть малость симпатичным. Он на мгновение задумался, не зная, где бы ему отсидеться.

Цзянь Суйин посмотрел на Ли Юя и решил, что где бы тот ни сел, он сядет там же. Поскольку он пришел в караоке только из-за него, то решил воспользоваться шансом сблизиться с ним, иначе время, проведенное здесь, было бы бессмысленным.

В этот момент очень милая и приятная девушка поставила большую коробку на стол и открыла ее. В ней оказался праздничный торт.

Ли Юй не был похож на человека, который обычно проявлял активность в таких вещах, но прямо сейчас он взял инициативу на себя и поставил свечи на торт, зажигая их. Он пригласил всех сесть и велел выключить свет, начиная первым напевать песню «С днем рождения».

Цзянь Суйин обнаружил, что Ли Юй обладает лидерскими качествами, в нем были задатки организатора. Он мало говорил, но всегда по делу. Все присутствующие стали действовать в соответствии с его распоряжениями и ранее хаотичная компания стала успокаиваться. Они окружили Цзянь Суйлиня, подхватывая песню.

В слабом свете свечей лицо Цзянь Суйлиня казалось особенно мягким, красивым и утонченным. Ли Юй смотрел на него и вдруг понял, что не может отвести от него глаз. К счастью, свет был очень тусклым, поэтому никто не обратил внимания на его странности.

После того, как Цзянь Суйлинь загадал желание и задул свечи, он разрезал торт и отдал первый кусок Цзянь Суйину.

Никогда не любивший сладости Цзянь Суйин нахмурился, глядя на торт, но все же протянул руку и неохотно взял его.

— А это тебе, сюнди[1], — Цзянь Суйлинь, улыбаясь, протянул Ли Юю кусочек с украшавшей его большой клубникой.

[1] брат [xixiōngdì] — термин, используемый для описания братьев или близких друзей; в нашем случае, близких друзей; это все равно, что называть кого-то «брат»

На губах Ли Юя появилась нежная улыбка, которая тут же была замечена Цзянь Суйином. Он практически захлебнулся слюной, глядя на него.

Цзянь Суйин, только в честь сегодняшнего дня рождения и Цзянь Суйлиня, заставил себя попробовать торт, прежде чем поставить тарелку на стол. Честно говоря, оставаться с группой детей, которые младше его на восемь-девять лет, было странно и неловко. В конце концов, он же не воспитатель в детском саду. Тяжело вздохнув, он сто раз уже пожалел о том, что пришел сюда.

После того, как торт был съеден, пришла очередь дарить подарки. Одноклассники один за другим начали протягивать имениннику коробочки. Казалось, что в школе у Цзянь Суйлиня были довольно хорошие отношения со многими.

Воспользовавшись тем, что за столом появились пустые места, одна отважная девушка села рядом с Цзянь Суйином, пытаясь завязать с ним разговор.

Цзянь Суйин не обращал на нее внимания. Единственное, что он сейчас хотел знать, что Ли Юй подарил его младшему брату. По внешнему виду коробка была похожа на ту, в которой находятся мобильные телефоны. Цзянь Суйин чуть наклонился. И действительно, это был сотовый.

— Эй! Это же точно такой, как и у тебя! — радостно воскликнул Цзянь Суйлинь, смотря на Ли Юя.

— Разве ты не говорил, что мой прост в использовании и нравится тебе? — рассмеялся Ли Юй.

— Спасибо! — поблагодарил именинник, убирая свой подарок в карман.

Цзянь Суйин думал, что с таким проницательным умом, как у Ли Юя, подарок будет более творческий. Сейчас он был разочарован, и последнее, что могло удержать его здесь, было утеряно. Цзян Суйин решил, что не останется здесь больше ни секунды.

С самого начала решение прийти сюда было неправильным! И сейчас он был намерен немедленно исправить эту ошибку!

— Сяо Линь-цзы, я ухожу, — Цзянь Суйин подошел к брату, который стоял на сцене и пел.

— Гэ, почему ты уходишь? Ты же даже десяти минут не посидел, — Цзянь Суйлинь поспешно передал свой микрофон парню, стоявшему рядом.

— Почему я должен сидеть здесь и тратить свое время впустую? — раздражение и нетерпение быстро росло в Цзянь Суйине.

— Тогда… я провожу тебя, — с полными разочарования глазами произнес Цзянь Суйлинь.

— В этом нет необходимости! Оставайся здесь, — махнул ему на прощание Цзянь Суйин.

Цзянь Суйлинь хотел что-то еще сказать, но его перебил Ли Юй.

— Ты должен остаться здесь. Это же твои гости. Я провожу твоего брата сам.

Казалось, что Цзянь Суйин получил именно то, что хотел.

— Это будет выглядеть нехорошо, если ты уйдешь. Ты же сам пригласил их всех, — добавил Суйин.

Ли Юй жестом указал в сторону двери. Цзянь Суйин небрежно и в спешке попрощался с подростками, а выходя из зала даже не оглянулся.

— Сяо Линь-цзы очень популярен в школе, верно? Пришло много людей, — Цзянь Суйин решил завести разговор, пока они шли к парковке.

— Довольно популярен, — небрежно ответил Ли Юй.

— Как давно вы не виделись? Судя по тому, насколько хороши ваши с ним отношения, создается впечатление, что вы дружите лет десять.

— Моя семья переехала, когда я учился в начальной школе. Мы не виделись почти десять лет, но всегда поддерживали связь.

— О, получается, вы близки еще с тех пор?

— Детьми мы часто играли вместе в вашем доме.

— В самом деле? Почему у меня в памяти о тебе нет никакого воспоминания?

— Разница в возрасте слишком большая. К тому же ты никогда не играл с Суйлином, — с сарказмом ответил Ли Юй.

— Понятно...

Они вдвоем вышли к стоянке. Цзянь Суйин огляделся вокруг, было пустынно. Его сердце заныло, но он принял надменный вид и усмехнулся.

— Даже если я и видел тебя, ты тогда был еще ребенком. Но кто бы мог подумать, что ты вырастешь таким красивым. Парни действительно меняются к восемнадцати. Ха-ха.

— Цзянь-гэ, ты не знал, что сегодня день рождения Суйлиня? — спросил Ли Юй, опуская голову и наступая на чужой тлеющий окурок.

— Я не помнил, — небрежно ответил Цзянь Суйин.

— Ты даже не сказал ему "с днем рождения!" — Ли Юй поднял голову и уставился на него потемневшим взглядом.

— Разве? — Цзянь Суйин не мог вспомнить, говорил он это или нет. Но какая, к черту, разница? Он же пришел сегодня и подарил ему красный конверт. Разве слова так важны?

— Суйлинь восхищается [2] тобой с самого детства. Раз уж ты пришел, то просто поздравь его с днем рождения. Для него это будет значить больше, чем все, что ты ему подарил, — Ли Юй смотрел на Цзянь Суйина.

[2] обожать [崇拜chóngbài] — поклоняться/обожать

Цзянь Суйин не привык к такому. Он уже подарил брату чек на сумму сто восемьдесят тысяч юаней, это более прагматично, чем болтать ерунду. Слова легко рассеиваются на ветру. Разве была сейчас необходимость обсуждать эту чушь? Кажется, его мнение о Ли Юе оказалось немного завышенным. Слова, что тот сейчас говорил, принадлежали ребенку.

— Восхищается? Ты еще скажи обожает! Мы не ладим в том плане, как ты думаешь. Наши отношения отличаются от твоих и твоего брата, — смеясь, произнес Цзянь Суйин.

Ли Юй открыл было рот, но предпочел проглотить обвинение, что собирался сказать. Вместо этого он просто сказал:

— Цзянь-гэ, хотя бы отправь ему сообщение со словами «с днем рождения».

Вся эта ситуация была однозначно глупой. Цзянь Суйин чувствовал приступ надвигающегося смеха. У этих двоих слишком уж хорошие отношения. Он не мог вспомнить, был ли он таким же невинным и милым, когда ему было семнадцать-восемнадцать.

— Хорошо, хорошо! Цзянь-гэ послушается тебя, — Цзянь Суйин улыбнулся и подмигнул Ли Юю, прежде чем выудить свой телефон из кармана и отправить Цзянь Суйлиню сообщение.

«Сяо Линь-цзы, с днем рождения. Твой гэ»«Спасибо, гэ! Я очень рад, что ты смог прийти сегодня»

Ответ пришел секунд через десять.

— Доволен? — поднимая глаза от экрана телефона и сразу убирая его, Цзянь Суйин с улыбкой посмотрел на Ли Юя.

— Спасибо.

Цзянь Суйин рассмеялся, качая головой. Он открыл дверцу машины, собираясь сесть. Но вдруг развернулся в сторону Ли Юя.

— Я возьму тебя повеселиться, когда ты сдашь экзамены. Так что, когда придет время, сообщи Цзянь-гэ об этом.

— Без проблем, — без колебаний и раздумий ответил Ли Юй, не отводя от него взгляда.

Напевая под нос песенку, Цзянь Суйин выехал с парковки.

Глава 1.5 - Столкновение

Отъезжая от КТV, Цзянь Суйин отправил текстовое сообщение семейному водителю, попросив его приехать и забрать Цзянь Суйлиня. Сяо Линь-цзы оберегался всей семьей, так как на него возлагали обязанности продления рода Цзянь.

Оставив машину на подземной парковке, Цзянь Суйин добрался до своей квартиры и заснул крепким сном.

В течение следующих трех недель Цзянь Суйин не видел ни младшего брата, ни тем более Ли Юя. Он жил в своей квартире, и если отец не звонил ему и не настаивал на ужине, то сам он редко бывал в доме семьи.

После первой встречи и расставания с Ли Юем, Цзянь Суйину потребовалось всего два-три дня, чтобы забыть о его существовании. Сейчас же все обстояло иначе. Образ миловидного Ли Юя постоянно всплывал в его памяти. Цзянь дашао всегда было плевать на вступительные экзамены, но в последнее время он только и ждал их окончания, чтобы наконец-то увидеться с Ли Юем. Конечно, он понимал, что придется пригласить еще и Цзянь Суйлиня, этого туоюпина [1], ведь без него Ли Юй точно откажется.

[1]Туоюпин:拖油瓶 уничижительный термин для обозначения ребенка женщины, родившейся во втором браке. Мать Цзянь Суйлиня — вторая жена Цзянь Дунъюаня.

** Отец Цзянь Суйина изменял своей жене с Чжао Янь, замужней женщиной. Цзянь Суйлинь родился, когда она все еще была замужем за своим первым мужем.

За три дня до вступительных экзаменов в колледж Цзянь Суйин и начальник отдела недвижимости договорились о встрече за пределами компании, чтобы обсудить дела. Когда она закончилась, Цзянь Суйин вдруг понял, что находится недалеко от школы Ли Юя.

Когда он проезжал мимо нее, то, повернув голову, увидел ближайшую к школьным воротам баскетбольную площадку. Несколько учеников играли на ней в баскетбол. Кто это были, он, конечно же, не разглядел.

Цзянь Суйин улыбнулся и покачал головой.

Вжав педаль в пол, он проехал около ста метров. Хотя Цзянь Суйин и смотрел вперед, его мысли оказались позади, оставшись у баскетбольной площадки. Он прекрасно видел дорожную камеру и сплошную полосу, но, несмотря на это, развернулся, нарушив правила, и вернулся к школе. Припарковав машину у главных ворот, он вышел на территорию учебного заведения.

В школе уже практически никого не было, огромный кампус казался тихим и пустынным. Только со стороны баскетбольной площадки доносились крики и звуки удара мяча. Размеренным шагом он направился в их сторону, остановившись у края игрового поля. Суйин внимательно всматривался в лица и фигуры игроков, но не найдя того единственного, ради кого приехал, он усмехнулся.

"Смешно! Оказавшись случайно здесь, я надеялся встретить его. Откуда может быть такое совпадение, мы же не в кино"

Он не понимал, что с ним не так. Возможно, все из-за того, что он никогда не встречал никого, кто бы настолько соответствовал его идеалу и вызывал дикое желание. Все его связи были односторонними и скучными. Отсутствие в его жизни настоящих чувств обесценивало ее. Он всегда искал того, кто сможет его по-настоящему радовать и с кем можно будет расслабиться после работы не только телом, но и душой. Ему нужен такой партнер, от которого он никогда не устанет. Чтобы он своей красотой радовал взор и не был легко доступен. Цзянь Суйин хотел бы насладиться охотой на него. Его партнер должен быть утонченным, темпераментным, чтобы заслуживал того, чтобы находиться рядом с ним. В своей твердой надежде встретить кого-то, кто позволит ему наслаждаться этими многочисленными удовольствиями, он встретил Ли Юя.

Их встреча произошла не рано и не поздно, а в нужный момент. Молодой, красивый, немного гордый и высокомерный… Лю Юй соответствовал всем его фантазиям. Это захватывало. Он строил большие планы на Ли Юя и с нетерпением ждал процесса завоевания этого парня, чтобы потом долго наслаждаться плодами своей победы.

Поэтому кажется вполне понятным, что он смог сделать что-то настолько глупое, как стоять на баскетбольной площадке средней школы в ожидании случайной встречи.

Жаль, что они так и не встретились.

Цзянь Суйин тяжело вздохнул и собрался уходить.

— Цзянь-гэ? — сзади него раздался неуверенный голос: молодой, приятный и такой шелковистый, который давно уже отпечатался в сердце.

Сердце Цзянь Суйина сжалось и он забыл как дышать.

Суйин почувствовал, как у него перехватило дыхание. В груди зародилось неведанное ранее и неописуемое словами чувство. Как будто кто-то неосознанно исполнил его желание, исполнение которого он не ожидал. Сердцебиение ускорилось, Цзянь Суйин был взволнован. Он чувствовал, как счастье заполняет его изнутри.

Цзянь Суйин резко обернулся и увидел позади себя Ли Юя. Ох, как же он ему нравился!

Все тело Ли Юя было мокрым, а с волос капали прозрачные капельки. Пот был это или вода, он не знал, но вся его рубашка промокла и прилипла к груди. На белоснежном лице горел румянец от интенсивной тренировки.

Цзянь Суйин уже знал, что эта картина навсегда врезалась в память и он никогда не забудет сегодняшний вид Ли Юя, даже спустя много лет.

Ли Юй увидел, что Цзянь Суйин слишком пристально смотрит на него. Он слегка засмущался, вытирая рукавом рубашки свое лицо.

— Жарко очень, — едва улыбаясь, произнес он.

— Сегодня да, очень жарко… Почему ты все еще в школе? — Цзянь Суйин словно проснулся ото сна.

— Не хочу сидеть дома, — вытирая лицо вновь и направляясь на спортивную площадку, ответил Ли Юй, — но Суйлинь сегодня не пришел.

— У меня недалеко отсюда была деловая встреча и, закончив ее, я решил заглянуть сюда. Узнать, здесь ли он, и предложить подвезти его домой, — Цзянь Суйин бессознательно последовал за ним.

— Здесь практически никого нет, все отдыхают дома.

— До экзамена осталось всего три дня. Всем обязательно нужно немного отдохнуть.

Поскольку они мало общались, естественно, у них было не так много тем для разговора. Не зная, что сказать, Ли Юй взял баскетбольный мяч, который ему бросил одноклассник, и смущенно взглянул на Цзянь Суйина.

Цзянь Суйин чувствовал, что он здесь лишний, но у него не хватало духу, чтобы уйти.

— Эй, разве ты не гэ Цзянь Суйлиня? Ты был с нами на дне рождении в KTV, — к ним подбежал одноклассник Ли Юя, радостно вопя.

— Да, это я.

— Цзянь Суйлинь сегодня не пришел.

— Да я просто зашел посмотреть…

— Дагэ, [1] а ты умеешь играть? Мы хотим сыграть три на три, но нам не хватает одного игрока.

[1] Дагэ — старший брат

— Хорошо, давайте сыграем несколько периодов, — ответил радостно Цзянь Суйин, подумав о том, что парень появился как раз вовремя.

Сняв галстук, Цзянь Суйин положил его вместе с ключами от машины, бумажником и остальной мелочевкой прямо на землю. Он закатал рукава дорогой рубашки и вышел на поле.

— Цзянь-гэ, ты точно сможешь играть в такой обуви и штанах? — Ли Юй с интересом смотрел на него.

Цзянь Суйин взглянул на свои дорогие, сшитые на заказ брюки и кожаные туфли, а потом перевел взгляд на Ли Юя.

— Хорошему игроку ничего не помешает. Я, между прочим, в школе тоже в баскетбол играл, — Цзянь Суйин встал в позу, готовый ловить мяч.

— Давай, давай! Отдай мяч дагэ, — раздался свисток и игра началась.

Прошло много времени с тех пор, когда он в последний раз играл в баскетбол, ведь с большой нагрузкой на работе это было непросто. Но получив сейчас мяч в руки, он вдруг почувствовал некое возбуждение. В нем стал пробуждаться спортивный азарт. Цзянь Суйин крутанул его несколько раз, сделав обманный финт, и немного размялся, прежде чем начать играть.

Парни были поделены на две команды, играя три на три. Ли Юй играл против Цзянь Суйина. Как только игра началась, к Цзянь дашао сразу подбежали несколько парней, окружая его.

Сначала чувствовалась некая скованность тела, но Цзянь Суйин попытался расслабиться и постепенно привык к такой активности. Он чувствовал скорость и подвижность, как и раньше. Хотя на улице и стояла жара и солнце плавило все вокруг, вспотевший Цзянь Суйин чувствовал необычный прилив сил. В данный момент ему было хорошо. И пусть, что он играл с детьми, но именно сейчас он вновь почувствовал себя молодым. Дополнительным плюсом было то, что время от времени он сталкивался с Ли Юем. Для полной радости ему хватало и мимолетного прикосновения. Никогда ранее баскетбол не был для него столь приятным видом спорта.

Одежда, в которой он был сегодня, была крайне неудобной для игры. К тому же он все время отвлекался на Ли Юя. Каждый раз, когда Суйин делал движение и Ли Юй появлялся перед ним, мужчина уходил в свои мысли. Рассеянность Цзянь Суйина росла и движения замедлялись. Бдительность падала. Именно в один из таких моментов он не смог в очередной раз уклониться и в него влетел Ли Юй, едва не ударив головой в лицо.

Ли Юй был высоким и крепким парнем, с весом не менее семидесяти килограмм. Он влетел в него на огромной скорости.

Цзянь Суйин упал на спину, ударившись головой. Он почувствовал головокружение. Не успел он отреагировать, как сверху на него рухнул Ли Юй, придавливая его всем телом. Острая боль пронзила лодыжку. Цзянь Суйин сам не заметил, как закричал. В этот момент он не мог даже пошевелиться.

— Ты в порядке? — сбоку от них послышались встревоженные голоса подошедших парней. Кто-то из них попытался поднять Ли Юя.

Вокруг началась суматоха. Сбитый с толку Ли Юй неуклюже начал подниматься, но, потеряв координацию, несколько раз наступил на ногу Цзянь Суйину. Суйин собрал все свое самообладание, чтобы не выплеснуть свой гнев.

— Цзянь-гэ, ты в порядке? — нервничая, спросил Ли Юй.

— Нога! Ты давишь мне на ногу, — выдохнул Цзянь Суйин, чувствуя, как боль проходит через все тело.

Стоявший рядом парень помог подняться Цзянь Суйину, в то время как Ли Юй стал задирать брючину его штанов. Он обнаружил, что лодыжка начала распухать. Суйину помогли добраться до трибун, усаживая его на скамейку.

— Вот что случается, когда становишься старше, — не удержался от смеха Цзянь Суйин, — одно неверное движение и сразу получил травму.

— Дагэ, тебе всего двадцать с небольшим, как ты можешь такое говорить? Столкновения в игре это обычное дело, — засмеялся один из мальчишек, — к тому же Ли Юй это сделал ненамеренно.

— Пить хочу. Принесите мне воды, я просто умираю от жажды, — кривая улыбка появилась на лице Суйина.

Кто-то из парней протянул ему бутылочку с водой. Цзянь Суйин открутил крышку и прислонил горлышко к губам. Всего несколько глотков и вода была выпита вся.

Ли Юй присел перед ним на корточки, осторожно снимая обувь и носок. Он обеспокоенно смотрел на красную и опухшую лодыжку. Цзянь Суйин немного занервничал, сам не понимая почему.

— Не стоит беспокоиться, — Суйин попытался убрать ногу. — Просто помоги мне добраться до машины и все. Тут нет ничего страшного, опухоль спадет через пару дней.

— И как ты собираешься вести машину? — не отпуская ногу Суйина, спросил Ли Юй.

Цзянь Суйин смотрел на него совершенно охреневший. У него была травмирована правая нога. И действительно, как он теперь поведет машину?

Заметив замешательство Цзянь Суйина, Ли Юй обратился к однокласснику.

— Сходи и купи пакетик льда в магазине, что находится у входа в школу, — а потом он повернулся к Суйину, помогая тому подняться, — Цзянь-гэ, я отвезу тебя домой.

«Это просто благословение небес! Хрен с ними, с этой травмой и ногой! Это все стоило того!» — Цзянь Суйин воздал благодарность всем богам.

Несколько парней помогли им добраться до машины и усадить Суйина в салон. Ли Юй взял принесенный лед и засунул в носок Суйину.

— Это охрененно приятно, — рассмеялся Суйин, чувствуя мгновенное охлаждение и притупление боли.

— Цзянь-гэ, дай мне ключи, я отвезу тебя домой, — Ли Юй беспомощно смотрел на него.

— Ты водить-то умеешь? — бросая ему ключи, спросил Цзянь Суйин.

— Да, — коротко ответил Ли Юй, устраиваясь за рулем и заводя мотор.

— И права есть?

— Нет! — ответил Ли Юй, вдавливая педаль газа в пол.

Глава 1.6 - Поддразнивание мальчика

Ли Юй въехал на подземную парковку дома, в котором находилась квартира Цзянь Суйина.

— Неплохо, — присвистнул Суйин, — кто тебя научил водить?

— Мой дагэ, — ответил Ли Юй, выходя из машины. Он обошел ее, открывая пассажирскую дверь, чтобы помочь Суйину вылезти из салона.

Это был бы не Цзянь Суйин, если бы не воспользовался таким случаем. Он бесстыже притворился, что у него нет сил, прижимаясь слишком близко к Ли Юю. Суйин был мужчиной, чей рост был выше ста восьмидесяти сантиметров, несложно представить, что и вес у него был немаленький. Ли Юй весь покрылся испариной, прежде чем сумел помочь ему вылезти из автомобиля.

— Оу, — выдавил из себя Цзянь Суйин в тот момент, когда споткнулся больной ногой о здоровую, теряя равновесие. Он посчитал это отличным тактическим приемом, чтобы обнять Ли Юя за талию. Ничего личного, это все только для поддержки.

— Цзянь-гэ, не обнимай меня, здесь слишком жарко, — возразил на такие действия Ли Юй. Парковка, на которой они находились, не была оборудована системой вентиляции. Вспотевшие во время игры в баскетбол, а теперь еще и прижатые друг к другу — все это вызывало дискомфорт и неприятное чувство липкости.

Но только не для Цзянь дашао! Он прижался еще плотнее. В голове у него вертелась только одна мысль:

«Эта талия настолько тонкая! Эта шея!.. Так бы и съел тебя целиком! Ммм»

Ли Юй не знал, что творилось в голове у благородного Цзянь Суйина. Какие у того были развратные и недостойные мысли относительно его. Он искренне верил, что травма ноги полностью его вина. Юноша был обеспокоен, поэтому логично было, что он помог тому добраться до дома, боясь, что в противном случае Цзянь Суйлинь будет плохо о нем думать.

— Вообще-то у меня нога болит, — фыркнул Суйин, — я не могу самостоятельно передвигаться и мне нужно на что-то опираться.

Но, несмотря на сказанные им же слова, он немного отстранился. Он боялся слишком давить на Ли Юя, дабы не спугнуть его. Но и полностью перестать его касаться он не мог. Так что, контролируя себя, он несильно, но все же опирался на Ли Юя.

Сделав небольшую передышку, Ли Юй перехватил Цзянь Суйина поперек спины, поддерживая его. Именно так они и добрались до лифта.

К большому удивлению Ли Юя, Цзянь Суйин проживал на самом верхнем этаже — двадцать восьмом. Это был двухуровневый пентхаус с жилой зоной на первом этаже и личным бассейном с маленьким садиком на втором. Несмотря на обстановку и грамотную планировку, квартира казалось пустой и неуютной. Все потому, что в ней проживал всего один жилец.

С момента покупки и заселения, Ли Юй был первым, кто переступил порог этой квартиры, не считая отца и пары родственников.

Цзянь Суйин никогда не приводил к себе ни эскортников, ни любовников, ни друзей. Он не хотел пачкать свою квартиру их присутствием. Но глядя на Ли Юя, у него появилось странное желание: он захотел здесь жить с ним.

— Здесь больше никого нет? Ты живешь один? — войдя в квартиру и осмотревшись, спросил Ли Юй.

— Обслуживающий персонал работает неполный рабочий день, так что сейчас здесь уже никого из них нет.

— Ты уже ужинал? — нахмурившись, спросил Ли Юй после того, как помог Цзянь Суйину расположиться на диване.

— Еще нет, — Суйин непроизвольно коснулся своего живота, чувствуя голод. Он с тревогой посмотрел на Ли Юя.

— В холодильнике есть хоть что-то из продуктов? — понимая, что ему не сбежать, спросил Ли Юй. — Я могу разогреть и принести тебе что-нибудь поесть.

— Ничего нет. Только пиво и другие напитки.

— Ты не ешь дома? — удивился Ли Юй.

— Я живу один, зачем мне есть дома? О, я вспомнил! У меня есть лапша быстрого приготовления.

— Тогда я могу приготовить тебе ее. Будешь?

— Хорошо! Я съем все, что ты приготовишь, — Цзянь Суйин улыбнулся и откинулся на спинку дивана, устраиваясь поудобней.

Ли Юй достал из шкафчика пару пакетов лапши и поставил кипятиться воду. Пока появилась возможность, Суйин решил действовать.

— Ли Юй, ты не мог бы помочь своему гэ? Я хотел бы принять душ и переодеться.

— Конечно, — Ли Юй подошел и помог ему добраться до ванной.

Цзянь Суйин увидел Ли Юя с другой стороны — хотя внешне он казался безэмоциональным и даже бесчувственным, на самом деле парень был внимательным и добрым. И если бы он не хотел отношений с ним, а просто решил бы использовать, то не стал бы действовать так деликатно и притворяться.

На самом деле Суйин легко мог бы допрыгать до ванной и на здоровой ноге. Но каков же был его восторг, когда ему помог Ли Юй. Как только они добрались до ванной комнаты, Суйин прислонился к стене и начал снимать с себя одежду.

Увидев это, Ли Юй растерялся и тут же отвел взгляд.

Цзянь Суйин всегда гордился своим телом. Он знал, что у него отличное телосложение и красивая фигура. В данной ситуации он не знал лишь одно — интересуется ли Ли Юй мужчинами или нет. Расстегивая медленно пуговицы на рубашке, он внимательно наблюдал за реакцией Ли Юя.

Если парня интересуют мужчины, то он отреагирует на раздевание. Суйин не верил, что перед такой провокацией можно устоять.

К моменту, когда рубашка оголила ключицы и широкие плечи, обнажая полностью торс, на лице Ли Юя не отразилось никакой реакции. Единственное, что он раз лишь дернулся, выставляя руки вперед, боясь, что Цзянь Суйин может упасть. В этот момент он готов был прийти на помощь. Отсутствие заинтересованности немного огорчило Суйина, но он не собирался сдаваться.

— Мне нужно снять брюки. Не мог бы ты помочь?

Ли Юй подошел и поддержал его за одну руку. Суйин второй рукой начал расстегивать ширинку и пуговицу. Когда у него получилось это сделать, то его брюки сползли по стройным бедрам, складываясь гармошкой у стоп.

Освободив здоровую ногу из штанины, Цзянь Суйин попытался сделать то же самое с больной, но тут же замер. Прострелившая боль от опухшей щиколотки оказалась весьма ощутимой. Без помощи рук освободить ноги от брюк оказалось весьма проблематично. Та боль, что он чувствовал, была настоящей, ее он не имитировал.

Выражение лица Ли Юя заметно изменилось, когда он посмотрел на Суйина, но он так ничего и не сказал. Его ноги и руки были довольно красивыми, как и кожа. Он подумал, что это, наверное, наследственное у братьев, так как у Суйлиня тело тоже было весьма привлекательным. В Цзянь Суйине было красиво все, кроме его ужасного характера.

Стиснув зубы и шипя от пульсирующей боли, Суйин все же сумел избавиться от брючины и освободить ногу. Следующим его действием стало избавление от нижнего белья.

— Цзянь-гэ, вода, должно быть, уже закипела. Я пойду посмотрю, — не дожидаясь, пока Суйин полностью обнажится, Ли Юй попытался уйти. Взгляд его забегал и он перестал смотреть тому в глаза.

— И как мне справиться, если ты сейчас уйдешь? — заметив такое изменение в Ли Юе, Суйин не мог позволить ему уйти. Такая реакция давала маленькую надежду, что не все так безнадежно, как кажется.

Бесстыдство Цзянь дашао было огромным. Гораздо больше, чем у любого другого смертного. Если он сможет соблазнить Ли Юя своей голой задницей, то почему бы и нет? Фигура у него хорошая, а смущения он и вовсе не чувствовал.

На лбу Ли Юя выступила испарина. Он всегда чувствовал, что Цзянь Суйин его дразнит намеренно. Смутившись от всей этой ситуации, на щеках парня появился румянец.

— Тогда… раздевайся уже быстрее, — смущенно произнес он.

Как только Цзянь Суйин стянул с себя нижнее белье, из него выпрыгнул Цзянь сяо[1]. Как только боксеры упали к стопам, Суйин вытащил сначала левую ногу. Освобождая правую, он намеренно закричал, якобы заплетаясь в ногах и теряя равновесие, и навалился на Ли Юя всем своим голым телом.

[1] Цзянь сяосюнди (简小兄弟): если быть точным, его член это «младший брат Цзяня» — Цзянь — его фамилия.

Ли Юй испытал шок, но он быстро сориентировался и ухватил падающего Суйина, обнимая его и прижимая к себе.

В этот момент губы Цзянь Суйина вскользь коснулись щеки Ли Юя. Суйин замер, спокойно наблюдая за тем, как уши Ли Юя меняют цвет и становятся ярко-красными.

Это открытие взволновало Цзянь дашао и он подумал о том, насколько же этот ребенок очаровательный и даже восхитительный. В нем была застенчивость подростка и устойчивость и спокойствие мужчины. Ко всему прочему, он был чертовски красив! Разве можно найти кого-то лучше?

У каждого человека одна жизнь. Жить надо настоящим, получая от этого наслаждение. В этот самый момент Цзянь Суйин принял решение: независимо от того, чьим внуком является Ли Юй, но он должен заполучить его.

Откуда взялись силы у Ли Юя, он не знал. Но он каким-то образом умудрился донести Цзянь Суйина до ванны и усадить его туда. Как только он включил теплую воду, то сразу же бросился к двери.

— Пока я готовлю лапшу, ты можешь помыться, — выбегая из ванной комнаты, прокричал он.

Цзянь Суйин посмотрел ему в спину и ухмыльнулся. Конечно, Ли Юй был еще ребенком, Суйин чувствовал, что пройдет совсем немного времени и он сможет прижать Ли Юя под собой и любить нежно и сильно, как ему захочется.

Цзянь Суйин с комфортом принял ванну и заметил, что за все это время Ли Юй так и не пришел к нему проверить, все ли нормально. Неужели он так напугал его?

— Ли Юй, принеси своему гэ халат, — крикнул Суйин, спуская воду. Он сумел дотянуться до полотенца и стал вытираться.

Ли Юй вошел, держа в руках халат. Он избегал смотреть на Суйина, отводя глаза в сторону.

— Почему ты смущаешься и ведешь себя, как девушка? Разве ты не мужчина? У тебя же есть все то же самое, что и у меня! Так чего ты стесняешься? — Цзянь Суйин намеренно дразнил его.

Ли Юй нахмурился и хотел было открыть рот, чтобы защититься, но понял, что независимо от того, что он скажет, смущение никуда не денется.

— Как тебе тело гэ? — Суйин улыбнулся, — скажи, что эти мышцы прекрасны. Чтобы поддерживать такую форму, мне приходится тренироваться не менее двух раз в неделю. Но это того стоит. Иди сюда и помоги мне подняться.

Ли Юй подошел в полном оцепенении, на его лице не отражалось никакой эмоции. Он помог Суйину подняться и даже вытащил его из ванны.

— Ли Юй, ты знаешь, какую часть тела мужчине нужно тренировать больше всего? — надев халат и приблизившись к самому уху юноши, спросил Суйин.

— Не знаю, — честно ответил Ли Юй.

— Талия, — двусмысленно произнес Суйин и улыбнулся, — талия — это самое важное. Но ты поймешь это позже. А пока скажи мне правду, ты с кем-нибудь уже спал?

Ли Юй, слушая все это, прикусил губу.

Цзянь Суйин еле сдерживал рвущийся наружу смех. И почему он раньше не знал, что дразнить детей так интересно?

— Если ты не хочешь говорить об этом, то не страшно. Но если захочешь, то дай знать. Цзянь-гэ может научить тебя практическому опыту. Тебе его на полжизни точно хватит, — легкий смех отразился эхом от стен.

Ли Юй глубоко вздохнул. Если бы он не являлся причиной травмы Цзянь Суйина и тот не был старшим братом Суйлиня, то можно было бы давным-давно уйти. Он все думал о том, как такой легкомысленный и бесстыжий мужчина, стоявший перед ним, может быть братом Суйлиня.

Когда наконец-то Суйин оделся, хоть и не без труда, Ли Юй помог ему добраться до кухни и усадил за обеденный стол.

— Цзянь-гэ, ты можешь поесть один? Мне нужно идти.

— Ты уходишь?

— Моя мама ждет меня к ужину.

Услышанные слова ужасно расстроили Цзянь Суйина. Он очень надеялся, что Ли Юй составит ему компанию и они поедят вместе. Но несмотря на травму ноги, он не мог держать его около себя постоянно.

С уходом Ли Юя у Суйина пропал аппетит.

Осматривая свою пустую квартиру, Суйин почувствовал некое сожаление. Он, видимо, слишком уж заигрался и перегнул палку. Он понял, что был слишком уж рад тому, что Ли Юй был рядом, и сейчас, из-за своей несдержанности, не знал, сердится ли он на него.

Но в одном он был сейчас уверен — он был бы счастлив, если бы Ли Юй остался жить в этой квартире навсегда.

Глава 2.1 - Сводный брат

Цзянь Суйин решил не ходить на работу пару дней, пока у него болела лодыжка. Идеальная причина.

За день до вступительных экзаменов Суйин лежал на диване и смотрел фильм. Его телефон зазвонил и он посмотрел на входящий вызов. Это был Цзянь Суйлинь. Суйин не стал отвечать, а просто отключил звук. Но его младший брат не сдавался и продолжал звонить.

— Что случилось? — Суйин принял вызов. В его голосе слышалось раздражение.

— Гэ, Ли Юй сказал, что ты повредил ногу.

— Легкое растяжение.

— Тебе сейчас лучше? Ты сегодня ел?

— Ты думаешь, я морю себя голодом?

— О тебе есть кому позаботиться?

— У меня не гемиплегия[1] и я не инвалид. Я просто подвернул ногу. Мне не нужна ничья забота, — Цзянь Суйин пропустил несколько сцен фильма, что он смотрел, отчего его раздражение усилилось. — Если тебе больше нечего сказать, то разговор окончен, я отключаюсь, — в нетерпении произнес он.

Гемиплегия — полная потеря возможности произвольных движений (паралич) в ноге и руке с одной стороны тела.

— Гэ!

— Что еще?

— Тебе нужны лекарства? Может, сделать массаж? Если ногу не лечить, то на ее восстановление уйдет не менее двух недель.

— Все это слишком хлопотно. Через несколько дней все пройдет само.

— Как насчет того, чтобы я принес тебе лекарства? В нашей баскетбольной команде часто бывают травмы, поэтому я знаю, что нужно делать.

— Нет! Завтра у тебя вступительный экзамен в колледж, перестань так глупо тратить время, — Цзянь Суйин редко брал отгулы на работе, поэтому оставаться дома и отдыхать в одиночестве для него было чрезвычайно комфортно. Он не хотел видеть своего брата, который его раздражал, поэтому отказался.

— Учитель сказал не повторять ничего больше в эти дни, поэтому сейчас я дома, отдыхаю. Я могу прийти и повидаться с тобой.

— Если я сказал нет, то это значит нет!

— Гэ…

— Ты меня раздражаешь! Я устал от того, что ты такой глупый и сверхчувствительный!

Цзянь Суйлинь тут же проглотил слова, которые намеревался сказать.

— Завтра у тебя вступительный экзамен. Сдай его хорошо, чтобы семья Цзянь не потеряла свое лицо. Не опозорь нас, — поспешно произнес Суйин и сбросил звонок. Он взял лежавшие на столе закуски и продолжил смотреть фильм.

На самом деле, нога Цзянь Суйина уже почти не болела. Небольшое растяжение это уж не такая большая проблема. Он просто воспользовался возможностью, чтобы немного отдохнуть. Настроение Суйина было хорошим, но после звонка Суйлиня оно испортилось. Это же Ли Юй повредил ему ногу! Это он должен лично позаботиться о нем. Но вместо него позвонил этот сопляк Суйлинь! Странно было бы, если Цзянь Суйин не разозлился.

Перед глазами всплыл образ Ли Юя с покрасневшими ушами и бегающим взглядом. Цзянь Суйин подумал, что было бы хорошо вновь увидеть его перед собой воочию, а не предаваться воспоминаниям. Он тут же поставил фильм на паузу. В его огромной квартире стало тихо. Давящая пустота вдруг стала ощутима и в квартире стало невыносимо находиться одному.

Цзянь Суйин дотянулся до мобильника и набрал номер Цзянь Суйлиня.

— Гэ, — мгновенно ответил младший брат.

— Хорошо.

— Гэ, ты… ты хочешь, чтобы я пришел?

— Нет! Я хочу съесть Ма Сяо.[2]

[2] Раки, приготовленные в 13 видов специй.

— Мне заказать их или приготовить самому?

— Я не хочу есть дома. Приедь ко мне и отвези меня в Гуйцзе [3]

[3] Гуйцзе (簋簋) или «Улица призраков» — популярная улица в Пекине с более чем ста ресторанами, предлагающими разнообразные блюда из разных частей Китая, охватывающая две станции метро Dongzhimen и Beixinqiao.

Какое отношение еда имеет к призракам? Во времена династии Цин ворота в Дунчжимене использовались для перевозки трупов на окраину Пекина для захоронения. Естественно, Дунчжимен стал центром похоронного бизнеса. Из-за гробов, размытого и тусклого освещения и теней от масляных ламп в те времена жуткую улицу окрестили «Улицей призраков». Позже, когда улица больше не служила своему конкретному назначению, в этом районе появились другие виды бизнеса, хотя, казалось, ни один из них не преуспел, кроме продовольственного бизнеса, который особенно хорошо процветал по ночам. Название улицы было изменено на «Гуйцзе (簋街)», где «гуй (簋)» по-прежнему имеет то же произношение, что и «призрак (鬼)», хотя иероглиф «гуй (簋)» совершенно другой, что означает контейнер для еды.

— Хорошо, я сейчас приеду.

— Эй, позвони Ли Юю.

— А… позвонить Ли Юю?

— Приведи его, да!

— Для чего? — Цзянь Суйлинь на мгновение замолчал, а потом все же нерешительно спросил.

— Он внук семьи Ли, — Цзянь Суйин не ожидал такого вопроса, поэтому немного растерялся, но затем уверено ответил, — нет ничего плохого в том, чтобы с ним поладить. У вас хорошие отношения. Я позже хотел обсудить кое-что с его старшим братом. Возможно, он мне поможет с землей в Бэйхае.

— О, но я не знаком с его старшим братом. Мы встречались с ним всего несколько раз.

— Я тоже не знаком. Но сейчас есть шанс познакомиться с ним через Ли Юя. Позови его вместе пообедать.

— Хорошо.

Как только Цзянь Суйин закончил разговор, его телефон зазвонил снова. Он посмотрел на экран и увидел, что это опять номер Цзянь Суйлиня.

— Что еще?

— Суйин, — голос в трубке принадлежал его отцу.

— Папа?

— Суйлинь собирается к тебе?

— Да.

— Я сказал ему, чтобы он взял с собой кое-какие вещи, чтобы остаться у тебя на ночь.

— Зачем ему нужно оставаться здесь? — Цзянь Суйину это совсем не понравилось.

— Район города, в котором ты живешь, находится недалеко от экзаменационного центра. Поскольку все студенты завтра сдают вступительный экзамен, пробка определенно будет серьезной. Что произойдет, если он прибудет туда поздно?

— Разве он не сказал тебе, что у меня растяжение? Я не смогу его отвести.

— Я знаю это. Он возьмет такси.

— Папа, у меня нет места, где бы он мог остановиться.

— Блять, — отец цокнул языком, — в чем проблема, если твой младший брат останется у тебя? Почему у тебя столько возражений? Это же всего на одну ночь.

Цзянь Суйин закатил глаза.

— Суйин, вы оба уже совсем взрослые, — отец несколько секунд молчал. — Несмотря ни на что, он твой брат. Когда мы умрем, вы двое будете полагаться только друг на друга. Ты понимаешь?

Поскольку его отец с самого начала хотел, чтобы у двух братьев были хорошие отношения, он часто искал способы, которые позволили бы им проводить время вместе. Но на самом деле все это было бесполезно. Цзянь Суйин хотел спросить своего отца, правда ли тот не понимает, почему он не хочет, чтобы рядом с ним был его брат. Поскольку его отец не заботился о нем и позволил этой женщине вмешаться в его семью и заставил его мать оказаться в такой ситуации, Цзянь Суйлинь никогда не сможет быть ему нормальным братом. В этой жизни это было невозможно. Тот факт, что он может спокойно общаться с Суйлинем, уже считается щедрым с его стороны.

— Хорошо, хорошо. Пусть будет по-твоему.

Его отец удовлетворенно хмыкнул и уже собирался повесить трубку, когда Цзянь Суйин снова заговорил.

— Папа, скажи сяо Линь-цзы, чтобы он позвонил и внуку лао Ли. Поскольку у меня здесь много места, почему бы мне просто не отправить их обоих завтра?

— Он тоже может остаться у тебя, да?

— Просто спроси. И его отец, и старший брат обладают большой властью. Возможно, если что-то всплывет, их помощь будет полезной. Но в любом случае, нет ничего плохого в том, чтобы иметь с ними хорошие отношения.

— Хорошо. Я попрошу Суйлиня спросить его.

Когда звонок завершился, Цзянь Суйин с нетерпением ждал того, что Ли Юй останется у него на ночь — в противном случае все это было бы бессмысленно.

Цзянь Суйин прождал дома больше часа, валяясь на диване. Только когда его веки медленно опустились, поглощая его в дремоту, наконец раздался звонок в дверь. Конечно же, Суйлинь привел с собой Ли Юя. И это мгновенно сделало Суйина счастливым.

Как только Цзянь Суйлинь вошел, он с беспокойством посмотрел на брата.

— Гэ, как твоя нога? Позволь мне взглянуть.

— В этом нет необходимости, все в порядке. Какой тебе смысл смотреть? Разве ты врач?

— Дай мне взглянуть. Я захватил с собой немного масла. Позволь мне сделать тебе массаж.

— Нет! Не надо. Просто заходи и садись, — вежливые слова Цзянь Суйина были полностью адресованы только Ли Юю.

— Цзянь-гэ, как твоя нога? — поздоровавшись, спросил Ли Юй.

— Ничего серьезного.

Цзянь Суйлинь помог ему сесть. Он настоял на том, чтобы все же посмотреть ногу. Поначалу Цзянь Суйин сопротивлялся. Однако он подумал, что демонстрация его распухшей лодыжки, похожей на распаренную булочку, может вызвать у Ли Юя чувство вины. Он решил, что позволит им посмотреть, поэтому великодушно поставил ногу на диван.

— Гэ, ты был в больнице? — спросил Цзянь Суйлинь, задирая штанину.

— Нет. Зачем мне в больницу? Через несколько дней все будет хорошо.

— Это никуда не годится. Если ее не лечить должным образом, ты долгое время не сможешь водить машину, — Суйлинь достал маленькую бутылочку с маслом. — Я сделаю тебе массаж. Это будет немного больно, просто потерпи.

Прежде чем Суйин успел что-либо сказать, Цзянь Суйлинь уже открутил крышку и вылил немного масла на ногу. Все, что он хотел сказать, застряло у него в горле.

Цзянь Суйлинь осторожно положил его ногу к себе на колени и начал мягко массировать, добавляя немного больше силы то здесь, то там, все время придерживая его лодыжку.

Ли Юй сидел в стороне и наблюдал за происходящим. Его тело казалось напряженным, и независимо от того, как он сидел, он чувствовал себя некомфортно. Он не понимал, почему Цзянь Суйлинь был так добр к такому брату — до такой степени, что даже заискивал перед ним.

Он всегда знал, как Цзянь Суйин относился к Суйлиню. Обиды Цзянь Суйина на своего отца и мать Цзянь Суйлиня не имели ничего общего с самим Суйлинем. Однако Цзянь Суйин упрямо вымещал весь свой гнев на брата с тех пор, как он был еще ребенком. У Ли Юя всегда было предвзятое мнение о Суйине. Что еще больше злило его — независимо от того, как Цзянь Суйин обращался с братом, тот всегда говорил, что его гэ очень добр с ним и снова отзывался о нем с похвалой и блеском в глазах.

Каждый раз, когда он видел, как Цзянь Суйин высокомерно приказывает Суйлиню, Ли Юй сразу же думал, что Суйлинь не заслуживает такого.

Но Цзянь Суйин совсем этого не чувствовал и так не думал.

По его мнению, как бы Суйин ни издевался над ним, для Цзянь Суйлиня было нормально угождать ему. Он был старшим сыном семьи Цзянь, тем, кто зарабатывал деньги и занимался всеми деловыми вопросами, — многие в семье зависели исключительно от его тяжелой работы, в то время как их отец жил свободно и в свое удовольствие, как император. Теперь, когда их дед стар, отец был главой семьи, и вторым, кто мог решать что-либо, был он. Не дай Бог, чтобы однажды что-то случилось с его отцом, у Суйлиня было бы последнее слово в семье Цзянь. О матери Цзянь Суйлиня даже и упоминять не стоило. Никто в семье Цзянь особо не заботился о ней. Когда придет время, мать и сын захотят жить хорошей жизнью. Им придется смотреть в лицо Цзянь Суйина, умоляя его. Суйлинь не был глуп. Он понимал, что ради своего будущего он пойдет на все.

Поэтому, когда Ли Юй в последний раз сказал, что Цзянь Суйлинь боготворит его, Суйин подумал, что это смешно. Цзянь Суйлинь очень хотел, чтобы такой человек, как Цзянь Суйин, никогда не существовал в этом мире.

— Эй, эй, мне больно! Твои маленькие руки слишком грубые, — закричал Суйин. Сила, с которой Суйлинь массировал, становилась нестерпимой.

— Если не больно, значит, не эффективно. Этот массаж помогает улучшить кровообращение.

— Ладно, ладно… хватит! Это чертовски больно! Достаточно уже! Не делай больше! — закричал Суйин.

— Гэ, просто потерпи еще немного, чтобы быстрее прийти в форму…

— Черт возьми, я хочу постепенно выздоравливать. Прекрати! Не делай! — Цзянь Суйин отдернул ногу.

— Гэ, пожалуйста, потерпи еще немного, хорошо? — Цзянь Суйлинь вцепился в его ногу и начал уговаривать.

— Нет! — Цзянь Суйин ударил его ногой в живот. На самом деле он не использовал никакой силы, это просто была возможность, чтобы отдернуть свою ногу.

— Что ты творишь? — Ли Юй больше не мог на это смотреть. Он подошел к братьям. — Суйлинь делает это для твоего же блага.

Оба замерли, услышав голос Ли Юя.

Метод общения двух братьев был так называемым «один готов ударить, а другой готов терпеть» — к этому они уже давно привыкли.

— Ли Юй, — тревожно окрикнул его Цзянь Суйлинь.

Поняв, что он потерял контроль и забыл о своих манерах, Ли Юй нахмурился и снова сел.

Цзянь Суйин тоже нахмурился, не понимая, из-за чего он так злится. Он тщательно обдумал произошедшее только что: было ли это потому, что он пнул сяо Линь-цзы? Он скривил губы и честно подумал, что для братьев это была не проблема. Он не ожидал, что Ли Юй будет таким преданным.

— Гэ, разве ты не хотел съесть Ма Сяо? — Цзянь Суйлинь схватил полотенце и вытер ногу брату.

— Ты уже получил свои водительские права?

— Получил.

— Хорошо. На какой машине ты хочешь ехать завтра в школу?

— Гэ, тебе решать.

— Хорошо, посмотрим, как ты справишься с экзаменом. Если ты хорошо сдашь, гэ купит тебе хорошую машину.

— Спасибо, гэ.

Глава 2.2 - Чистильщик креветок

Цзянь Суйин всегда любил острых раков. Его мама особенно любила острую пищу — когда он был ребенком, она часто брала его с собой в рестораны. Ее нежные руки снимали панцирь, прежде чем положить их в тарелку для него. Но его отец никогда не ходил с ними, заявляя, что это «грязно». Чаще всего его родители ссорились из-за таких поверхностных и безболезненных вопросов.

Его мама была дочерью влиятельной семьи, чьи предки накопили довольно большой финансовый запас. Во время войны они пожертвовали тонну золота Коммунистической партии. А когда началась Война Сопротивления японской агрессии[1], амбициозное и целеустремленное молодое поколение присоединилось к стороне сопротивления. Они не сильно пострадали во время Культурной революции[2] так как были обо всем заранее осведомлены.

[1] Война сопротивления японской агрессии (Вторая китайско-японская война 1937-1945) — конфликт, разразившийся, когда Китай начал полномасштабное сопротивление расширению японского влияния на своей территории (которое началось в 1931 году). Войну, которая оставалась необъявленной до 9 декабря 1941 года, можно разделить на три фазы: период быстрого японского наступления до конца 1938 года, период фактического застоя до 1944 года, и заключительный период, когда контратаки союзников, главным образом союзников с Тихого океана и на родных островах Джапэна, привело к капитуляции Джапэна.

[2] Культурная революция — в полном объеме Великая пролетарская культурная революция, китайский (Пиньинь) Учаньцзедзи Вэньхуа Дагемин или (латинизация Уэйда-Джайлса) Ву-чань Чи-чи Вэнь-хуа Та Кэ-мин, переворот, начатый председателем Коммунистической партии Китая Мао Цзэдуном во время его последнего десятилетия у власти (1966-1976), чтобы возродить дух китайской революции. Опасаясь, что Китай будет развиваться по советской модели, и беспокоясь о своем собственном месте в истории, Мао поверг города Китая в хаос в монументальной попытке обратить вспять происходящие исторические процессы.

Дедушка Суйина по отцовской линии был другим. На протяжении восьми поколений их семья состояла из бедных фермеров. Однако это не помешало им сохранить свое достоинство и придерживаться строгих моральных норм.[3] Когда дед был моложе, его семья была настолько бедна, что они не могли позволить себе носить хорошую одежду или нормально питаться. Это в конечном итоге заставило дедушку последовать за революционной партией. Никто никогда не ожидал, что он доберется до каких-то высот и займет определенное положение.

[3] 根正苗紅 — Обычно в китайском языке слова из четырех символов являются идиомой, но в данном случае это не так. Это, скорее, описание набора персонажей. Эти символы означают: человек, родившийся в семье рабочего класса или фермера, но считающийся хорошим, добросердечным, честным по натуре человеком с хорошей моралью, достоинством, а не извращенным и злым. У них нет ожиданий относительно своего статуса, или они не должны родиться в богатой семье, чтобы быть чистыми. Другими словами, у них есть достоинство и доброе сердце, их взгляд позитивен, а не извращен, какими бы бедными они ни были.

Дед Суйина по отцовской линии и дед со стороны матери подружились не только внутри партии, но и за ее пределами. Так маму Цзянь Суйина вынудили выйти замуж и таким образом объединить две семьи.

Кто бы мог подумать, что все в конце концов станет таким? Из-за нежной и послушной натуры его мать оказалась в невыгодном положении.

После тех ужасных событий и всего дерьма, которое в итоге произошло, дед Цзянь Суйина по отцовской линии больше не смог смотреть в глаза деду по материнской линии. Он перестал интересоваться семейными делами и уехал в сельскую местность заниматься сельским хозяйством.

После смерти матери Суйина его дед по отцовской линии в течение почти пяти лет не разговаривал со своим сыном, отцом Суйина. Только после того, как дед Цзянь Суйина по материнской линии скончался — и Цзянь Суйин вырос, — отец и сын все же помирились.

Когда Суйин был ребенком, он ненавидел эту женщину (мать Суйлиня) и своего отца всем своим существом.

В то время он бунтовал. Он делал все, чтобы заставить отца потерять перед ней свое достоинство и почувствовать себя несчастным.

Суйин вспомнил, как однажды бросил Цзянь Суйлиня в бассейн, обвязав его руку веревкой. Младшему брату тогда было лет семь-восемь. Суйин присел на корточки у края бассейна и наблюдал, как тот барахтается в воде. Насмотревшись, как тот вдоволь наплескался, Суйин вытащил его и повторил процесс еще три или четыре раза.

Позже, когда об этом стало известно, отец жестоко избил Суйина до такой степени, что он не смог вставать с постели на протяжении последующего месяца.

И это было не самое страшное, что он тогда делал. И вообще, чудом уже было то, что он не убил Цзянь Суйлиня и не был забит до смерти своим же отцом.

Теперь, в его возрасте, у него больше не было никакого интереса заниматься чем-то подобным. Вспоминая то время, когда он был маленьким, Суйин понимал, что его действия были импульсивными и необоснованными. К тому же Цзянь Суйлинь как-то особенно выражал свою заботу, и это тоже бесило. Так что Суйин искренне думал, что то, как он обращался с братом сейчас, уже довольно хорошо. И это не говоря уже о том, что в течение последних двух лет Цзянь Суйин лично обучал Цзянь Суйлиня деловым навыкам и тонкостям ведения бизнеса: как спекулировать акциями[4] и инвестировать, а также финансово поддерживал младшего брата общей суммой более чем на два миллиона юаней.

[4] спекулировать акциями — это покупка набора активов (товара, товаров или недвижимости) в надежде, что он станет более ценным в ближайшем будущем. В финансах спекуляция — это также практика участия в рискованных финансовых операциях в попытке получить прибыль от краткосрочных колебаний рыночной стоимости торгуемого финансового инструмента, вместо того, чтобы пытаться извлечь выгоду из базовых финансовых атрибутов, воплощенных в инструменте, таких, как прирост капитала, дивиденды или проценты.

Поэтому тот факт, что Цзянь Суйлинь хорошо относился к нему, Суйин воспринимал как обязанность — своего рода почтение.

Цзянь Суйлинь ловко очищал раков и креветки, а Цзянь дашао ел их по одной.

— В этом ресторане готовят вкусно. Сяо Линь-цзы, очисти немного и для Ли Юя.

— Я могу сделать это сам, — спокойно ответил Ли Юй.

— Просто не трогай, они горячие. Пусть он это сделает.

— Я привык все делать сам, — ответил Ли Юй. Он дотянулся до одного рака и стал его очищать. На его лице не отразилось никаких эмоций, но внутри вспыхнуло бушующее пламя гнева. Ему особенно было противно то, что Цзянь Суйин приказывал Суйлиню.

В глазах Ли Юя Цзянь Суйлинь обладал некой элегантностью, которая была редкостью для мальчиков его возраста. Он был нежен и вежлив с другими, что делало его отношения со всеми в школе исключительно хорошими. Даже его отец говорил, что этот ребенок знает, как себя вести, он совершит великие дела в будущем.

В течение почти десяти лет Ли Юй с нетерпением ждал возможности снова увидеть Цзянь Суйлиня, и теперь, когда он мог общаться с ним каждый день, он был по-настоящему счастлив. Для него это общение было драгоценным. Но вот Цзянь Суйин небрежно обращался с младшим братом, словно со слугой, приказывая ему все, что только заблагорассудится.

Это было похоже на то, что когда ты что-то воспринимаешь слишком хорошо и в твоих глазах это некая драгоценность. Ты будешь удовлетворен уже тем, что просто взглянул на свое сокровище. Но вот в глазах других то, что ты воспринимаешь как жемчужину,

выглядит как простой камень, которым придавливают крышку банки маринада. Этот камень можно использовать, но можно и оставить его нетронутым лежать в сторонке. Этот огромный психологический разрыв наполнял Ли Юя большим чувством обиды и негодования по отношению к Цзянь Суйину.

Цзянь Суйин, казалось, не расслышал иронии в его словах, делая глоток пива Яньцзин.[5]

[5] Яньцзинское пиво. Пивоваренная компания основана в 1980 году в Пекине, Китай. Yanjing Beer официальное пиво, подаваемое на государственных банкетах.

— Вам двоим не следует есть слишком много острого. Я боюсь, что ваши желудки не смогут этого вынести. Кроме того, не пейте слишком много алкоголя, он слишком холодный. Вы можете есть до тех пор, пока будете уверены, что завтра ваше состояние будет нормальным. Не подхватите диарею или что-нибудь еще, что не позволит вам хорошо отдохнуть.

— Не волнуйся, гэ, — Цзянь Суйлинь улыбнулся и кивнул головой.

— Ты нервничаешь? — спросил Цзянь Суйин.

— Нет.

— О, правда?

— Правда. Я морально готов, — улыбнулся Цзянь Суйлинь.

— Ли Юй, а ты нервничаешь? — улыбаясь, спросил Цзянь Суйин.

— Я ничего не чувствую, — покачал головой Ли Юй.

— Ты смелый и это не плохо. Когда я сдавал вступительные экзамены в колледж, я тоже совсем не нервничал. Это потому, что я с самого начала знал, что у меня не будет хороших результатов, но это не имело для меня значения. Мне не нужно полагаться на диплом, чтобы зарабатывать на жизнь.

— Гэ, ты умный. У тебя острый ум, — сразу же ответил Цзянь Суйлинь.

— Это правда. Но ты другой, у тебя были хорошие оценки с самого детства. Семья возлагает на тебя еще большие надежды. Позже ты можешь заняться политикой или бизнесом. Пока трудно сказать что-то наверняка. Поступление в хороший колледж очень полезно для твоей будущей карьеры. Так что завтра ты должен сдать хорошо. Если ты сможешь поступить в университет…

Цзянь Суйлинь посмотрел на него с большим ожиданием.

— Если ты поступишь, то проси у меня все что хочешь.

Глаза Цзянь Суйлиня заблестели, но он ничего не сказал.

— Ты еще не думал об этом? — рассмеялся Цзянь Суйин. — Просто имей это в виду. Как только ты точно будешь знать, что хочешь, мы сможем поговорить об этом снова.

— Спасибо, гэ.

— Куда вы двое хотите пойти после экзамена? Гэ отвезет вас куда захотите, — Цзянь Суйин снова посмотрел на Ли Юя.

Ли Юй взглянул на Цзянь Суйлиня и промолчал. Скоро должны были начаться летние каникулы, которые он ожидал, и было бы здорово, если бы он мог провести их с Суйлинем. Только вот он точно не хотел видеть Цзянь Суйина.

— Гэ, ты хочешь пригласить нас куда-нибудь? Разве тебе не нужно работать? — взволнованно спросил Суйлинь.

— Я сам себе босс. Кому как не мне решать, на работу идти или отдыхать?

— Гэ, я поеду куда тебе угодно.

Задумавшись об этом на мгновение, Цзянь Суйин на самом деле не знал, куда поехать. Если бы он мог просто взять с собой только Ли Юя, то в его маршруте было бы много романтических мест, но вот со своим собственным братом… может быть, в парк развлечений?

Цзянь Суйин взглянул на Ли Юя. В его глазах была жадность. Он с нетерпением ждал того момента, когда сможет остаться с Ли Юем наедине.

Несмотря на то, что кондиционер работал на полную мощность, тела всех троих покрылись испариной и потом. По мере того, как пряные креветки и острые раки исчезали с больших тарелок, губы мужчин становились красными от специй.

Способность пить у Цзянь Суйина была выработана годами. Напиться ему было нелегко. Но эффект алкоголя был легко заметен на его лице, оно уже слегка покраснело. Сегодня Цзянь Суйин пил больше, чем обычно. Глядя на него, казалось, что не только тело у него покраснело, но даже пальцы ног приобрели розовый оттенок.

Цзянь Суйлинь и Ли Юй не пили. Они просто тупо смотрели, как Цзянь Суйин выпивает очередную порцию алкоголя и как оттенок его кожи постепенно приобретает красноту.

Цзянь дашао был модным геем, он любил одеваться красиво. Его одежда всегда соответствовала моде. Сегодня, собираясь выйти из дома, он надел бежевый свитер с большим v-образным вырезом. Этот вырез открывал его красивые и гладкие мышцы груди, которые обычно были спрятаны. Сейчас его слегка розоватая кожа и блестящие от выпитого глаза делали его максимально соблазнительным. За последние десять минут официантки, которые подходили к столу, не осмеливались взглянуть на него открыто. Вместо этого они застенчиво опускали глаза и быстро убегали.

Цзянь дашао совершенно не подозревал о вышедших из-под контроля своих мужских гормонах. Единственная причина заключалась в том, что перед ним уже был привлекательный мальчик. У него и в мыслях не было оглядываться по сторонам, чтобы посмотреть, есть ли в помещении другие симпатичные парни. Естественно, он не знал, как смотрят на него окружающие его люди.

Ли Юй сидел рядом с Цзянь Суйином. Когда Суйин приблизил свое лицо, чтобы сказать ему что-то, Ли Юй почувствовал запах его тела, который проник ему в нос. Запах одеколона, смешанный с алкоголем… честно говоря, запах был весьма специфический. Он вызывал у Ли Юя особую сенсорную стимуляцию и чувство возбуждения. Ли Юй не знал, как это описать, но… И хотя ранее не хотел пить алкоголь, но прямо сейчас ему вдруг захотелось немного выпить.

По мере того, как они вели разговор, у Ли Юя появились противоречивые чувства к Цзянь Суйину, и его прежде ярое сопротивление этому мужчине немного ослабевало. Цзянь Суйин был знающим и осведомленным человеком во многих областях — он мог объяснить все, что вы хотели знать, четко и логично. Еще оказалось, что он любил пошутить. Разговаривать с ним было очень интересно.

Прошло много времени, которое никто за едой не заметил. Цзянь дашао был навеселе. Он позволил себе сегодня расслабиться и много выпить.

Как только они добрались до дома, Цзянь Суйин вспомнил, что он еще не приготовил для гостей постельное белье. Такого рода пустяковое дело было не тем, что он хотел делать сам.

— Сяо Линь-цзы, расстели постельное белье в этих двух комнатах для гостей, — скомандовал Цзянь Суйин. Дав это указание, он доковылял до дивана и рухнул на него. — И налей мне воды.

Цзянь Суйлинь налил ему стакан воды и пошел в комнату, чтобы застелить постель.

— Я помогу тебе, — Ли Юй тоже последовал за ним.

Цзянь Суйин почувствовал, что у него закружилась голова. Он очень хотел спать. Но прежде чем провалиться в дрему, он услышал смех. Он открыл глаза, встал с дивана и пошел в комнату для гостей.

Облокотившись на дверной проем, он смотрел, как два подростка бьют друг друга подушками, громко смеясь.

Эти невинные и естественные улыбки могли затопить сердца любого, кто смотрел на них. Цзянь Суйин тоже не выдержал. Уголки его губ приподнялись в полуулыбке.

Глава 2.3 - Вступительный экзамен в колледж

❀꧁蓝忘机꧂❀

На следующий день Цзянь Суйин не встал утром, чтобы проводить подростков. Но он вызвал своего шофера, чтобы тот отвез Ли Юя и Цзянь Суйлиня в школу, и велел ему забрать их в полдень.

Проснувшись около десяти часов, Суйин позвонил в ресторан при отеле и попросил приготовить несколько блюд. Зная о том, что парни возвращаются в полдень, Цзянь Суйин начал бессознательно нервничать.

Он вдруг задался вопросом о том, как они справились с экзаменом. Хорошо ли ответили? Допустили ли какие-либо ошибки? Каково было их настроение и тому подобное. Такое волнение у него создавало иллюзию того, что он является родителем.

В конце концов, Суйин не выдержал. Он велел шоферу вернуться за ним, чтобы он смог поехать в школу и забрать обоих парней.

Впервые в жизни Цзянь дашао проявил доброту и сделал то, что должен делать старший брат, — он пошел забирать своего младшего брата после вступительных экзаменов в колледж. Конечно же, главной целью был вовсе не упомянутый родственник.

Как только машина свернула на дорогу, ведущую к школе, где проходил экзамен, голова Суйина чуть не взорвалась от происходящего впереди.

Бесчисленное количество машин почти полностью перекрыли всю улицу. Это было огромное столпотворение из людей и автомобилей. Чтобы расчистить дорогу, пришлось даже задействовать дорожную полицию.

За двадцать минут автомобиль Цзянь Суйина продвинулся вперед менее чем на десять метров.

— Черт возьми, дорога перекрыта… Ладно, тебе необязательно ехать туда. Я выйду и найду их сам. А ты развернись и жди нас на другой стороне улицы.

Его водитель вздохнул с облегчением. Он потратил бы целую вечность только на то, чтобы просто проехать вперед. Такая пробка сведет с ума кого угодно.

Как только Цзянь Суйин открыл дверцу машины, огромная волна жара практически отбросила его назад, заставляя скрыться обратно в салоне автомобиля. Он прищурился и посмотрел на яркое солнце, прежде чем снова выйти на дорогу и направиться к школьным воротам.

Хотя его лодыжка все еще немного побаливала, это совершенно никак не повлияло на его ходьбу. Вот только жара была поистине невыносимой. Радовало то, что до школьных ворот было не более ста метров.

К счастью, прибывшие сотрудники ГАИ регулировали движение транспорта. Цзянь Суйин дошел до школьных ворот и присоединился к сотням родителей и других родственников, заполонивших всю территорию. Цзянь Суйин наблюдал за тем, как многие оглядываются по сторонам и вытягивают шеи, чтобы смотреть вдаль.

Цзянь дашао был высоким мужчиной с длинными и стройными ногами. Его рост позволял ему выделяться в огромной разношерстой толпе. Многие смотрели на него с восхищением, а некоторые с подозрением, удивляясь, что такой красивый мужчина делает здесь. Цзянь Суйин спросил у одной из рядом стоящих тетушек, когда закончится экзамен, и узнал, что осталось всего около трех минут. Он спокойно отошел в тень высоко дерева и стал ждать.

Ему совершенно нечего было делать, кроме как тоже оглядеться по сторонам. Именно в этот момент он услышал, что кто-то зовет его сзади.

— Цзянь шао!

Любой, кто называл его так, был либо потомком коммунистического чиновника, который не был с ним знаком, либо кем-то, кто хотел сблизиться с ним, чтобы выслужиться и подружиться.

Суйин обернулся и увидел высокого красивого мужчину, который внешне был очень похож на Ли Юя. В его чертах было что-то серьезное и величественное. Походка, хотя была и простая, но излучала некую неземную силу. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять — он не был простым человеком.

Это мог быть только Ли Да гунцзы.[1]

[1] Ли Да гунцзы — Ли — это фамилия, Да — большой/старший, а Гунцзы — это термин для обращения к сыну чиновника. Переводится как «Старший сын чиновника Ли» или «Ли, старший сын чиновника».

Цзянь дашао — Цзянь — это фамилия, Да — большой / старший, а Шао происходит от слова 大少爷 dashaoye, что означает старший сын (из богатой семьи). Цзянь шао = Цзянь дашао = Цзянь Суйин.

Мужчина, который подошел, был не кто иной, как старший брат Ли Юя — Ли Сюань.

Суйин не особо был знаком с Ли Сюанем.

Ли Сюань очень сильно отличался от Цзянь Суйина. Дед Ли Сюаня был государственным чиновником, а дед Цзянь Суйина по отцовской линии был генералом армии. Хотя они считались людьми одного класса, которые помогали закладывать фундамент страны, но образованный человек и человек, державший оружие в своих руках, с древних времен смотрели друг на друга свысока. Дедушка Цзянь и лао Ли не особо нравились друг другу и между ними никогда не было глубокой дружбы, но все же они ладили между собой.

Дед Ли Сюаня, лао Ли, отличался от деда Суйина. Он был чрезвычайно зациклен и очень строг в культурном воспитании своих детей и внуков.

Ли Сюань и Цзянь Суйин были примерно одного возраста. В детстве, когда Цзянь Суйин был занят тем, что лазал по деревьям с босыми грязными ногами, разоряя птичьи гнезда, Ли Сюань послушно сидел дома и изучал английский.

Суйин был слишком активным и непослушным ребенком. Его штаны не выдерживали и двух дней носки, были всегда изорванными и грязными. Он часто ссорился и дрался с другими детьми, доставляя неприятности отцу. Поэтому, естественно, Цзянь Суйину не довелось общаться и играть в детстве с таким умным и послушным мальчиком, как Ли Сюань, который уже в юном возрасте был начитанным и воспитанным.

У каждого из них были свои собственные круги общения, и хотя они иногда пересекались, то лишь вежливо приветствовали друг друга, не более. Сегодня, под палящим солнцем и при огромном скоплении людей, они встретились случайно. Но цель у них была одна и та же.

— Цзянь шао, какое совпадение, — Ли Сюань улыбался, протискиваясь сквозь толпу, чтобы пожать ему руку.

— Я бы назвал это судьбой, но нет? — Цзянь Суйин улыбнулся в ответ. — Ты здесь для того, чтобы забрать Ли Юя?

— Я пришел, чтобы дождаться его, но не для того чтобы забрать. Он сказал мне, что остановился с Суйлинем у тебя. Я примчался сюда сразу же, как только сошел с самолета, и у меня не было достаточно времени, чтобы позвонить тебе. Извини, что беспокоим этим тебя.

— О каком беспокойстве ты говоришь? Твой брат мне тоже брат. К тому же эти дети очень хорошо ладят между собой. Перед экзаменами они провели много времени за разговорами и расслабились, — Цзянь Суйин усмехнулся, пытаясь более менее расположить к себе Ли Сюаня.

Для детей известных семей, чьи предшественники проливали пот и кровь при создании Нового Китая, существовало негласное правило: вся семья сосредотачивалась на продвижении одного ребенка к вершине успеха. На всех детей силы не тратились, так как не будет нужного результата.

Что это значило? Если взять, например, семью Цзянь, то у дедушки по отцовской линии было два сына и две дочери. Он выбрал младшего сына, который был дядей Цзянь Суйина. Вся семья, в том числе и пожилые родственники, которые уже занимали высокий пост в правительстве, сосредоточились на поддержке и продвижении его дяди, чтобы он мог получить хотя бы должность министерского уровня, прежде чем уйдет на пенсию. Остальные трое детей устраивали свою жизнь так, как хотели. Если кто-то из них решил бы войти в правительство, то его продвижение по службе было бы ограниченным. Отец Суйина был государственным чиновником всего несколько лет, прежде чем покинул эту должность. Его отец занимался бизнесом и зарабатывал деньги для семьи, а его дядя обладал властью и авторитетом. Это так называемый баланс. Система сдержек и противовесов. Таким образом, их семья будет процветать еще в течение долгого времени.

Что касается семьи Ли, то лао Ли выбрал отца Ли Юя, а тот в свою очередь выбор сделал в пользу старшего сына Ли Сюаня. Поэтому, если бы Ли Юй захотел сделать карьеру государственного чиновника, то она не была бы такой преуспевающей, как у Ли Сюаня, так как главой семьи Ли в будущем неизбежно станет Ли Сюань.

Что касается самого Ли Сюаня, тот он довольно конкурентноспособный человек. Совершенный и превосходный — главное описание его с самого детства. Двигаясь плавно, он уже проложил свой путь к вершине несмотря на то, что ему еще нет и тридцати. Через пару лет он, несомненно, получит новое повышение. Старший сын семьи Ли, бесспорно, обладал блестящим будущим и процветающей карьерой. Это и не удивительно, он всегда был лучшим среди своих сверстников.

Хотя сейчас Цзянь Суйин жил хорошо и гордился своей карьерой, все же его дядя — не его биологический отец. Дядя когда-нибудь уйдет на пенсию, а двоюродный брат Суйина был еще молод. В их семье следующий преемник еще не был выбран. В глубоком омуте чиновничества и бюрократии Пекина было необходимо начинать накапливать и развивать собственные связи с раннего возраста. Чем шире будет распространяться эта сеть, тем выше можно подняться и тем прочнее будет фундамент для семьи Цзянь.

Хорошие отношения с Ли Сюанем, как с будущим главой семьи Ли, были хорошей перспективой для Цзянь Суйина. Ли Сюань, очевидно, тоже стремился закрепить свою связь с Суйином.

Цзянь Суйин слышал, что Ли Сюань не так давно был переведен в Гуанси[2]. Сегодняшняя встреча в Пекине стала для него неожиданностью.

[2] Гуанси — автономный регион, расположенный на юге Китая.

— Я знаю это по собственному опыту, насколько важно сохранять хорошее настроение и позитивный настрой перед экзаменом, — улыбнулся Ли Сюань. — Ли Юй ночевал в твоем доме. Близкое расположение к месту проведения экзамена облегчило ему дорогу. Большое тебе спасибо за то, что позволил ему остаться.

— Не упоминай об этом и не будь настолько вежлив. В этом нет ничего особенного. В конце концов, это всего лишь постель и еда.

Они посмотрели друг на друга и рассмеялись. Их разговор перешел на отвлеченные темы.

Цзянь Суйину ловко удалось перевести тему их разговора в нужное для него русло и он заговорил о Бэйхай.[3]

[3] 北海; пиньинь: BěihiI) —  Бэйхай — портовый район в Гуанси, Китай. Ли Сюань работает в Гуанси, поэтому Цзянь Суйин хотел воспользоваться этой возможностью, чтобы заняться там бизнесом.

На днях Суйин разговаривал со своим отцом и обмолвился, что хочет приобрести участок в Бэйхае. Это был не просто разговор, он действительно хотел заняться там бизнесом. Недавно он провел переговоры нового проекта по производству корма[4], который мог бы снизить затраты на производстве до очень низкой цены себестоимости. Это был очень конкурентоспособный продукт на рынке, но сырье нужно было импортировать из Юго-Восточной Азии, а ближайшей к его фабрике гаванью был порт в Бэйхай.

[4] корм — корма для животных; корм для домашнего скота, состоящий из цельных растений, включая листья, стебли и зерно, таких кормов, как кукуруза и сорго.

На самом деле это был небольшой проект, на который Цзянь Суйин не хотел тратить свое время и первоначально забраковал его. Но поскольку проект принадлежал невестке его зятя, то он хотел, чтобы Суйин инвестировал и участвовал в нем. Суйин обещал подумать об этом, но он не хотел тратить свои деньги. Если бы он мог попросить у правительства участок земли во имя переработки энергосберегающих и экологически чистых отходов, то тогда он мог бы использовать землю в качестве залога для привлечения финансирования. Это непреднамеренно означало, что он получит что-то ценное из ничего. В будущем, если бы Суйин смог помочь компании стать известной, [5] то смог бы получить от этого огромную прибыль. Если запрос на землю не будет удовлетворен, то Цзянь Суйин не хотел тратить на это силы и время, так как у него было много других проектов. Да, он не хотел тратить свои собственные деньги на то, что потенциально может не принести прибыли, если что-то пойдет не так. У него был настрой «попробовать». Если все получится, это будет здорово, а если этого не произойдет, то он сможет оправдаться перед зятем.

[5] выход на биржу — это процесс продажи акций, которые ранее находились в частном владении, впервые новым инвесторам. Иначе известный как первичное публичное размещение акций (IPO).

Суйин подумал, что Ли Сюань единственный, у кого там надежные связи, и поэтому он осторожно высказал ему свое мнение.

Однако это было неподходящее место для такого разговора. Ли Сюань рассеянно смотрел на группу выходящих учеников. Он не ответил прямо, но дал понять, что им определенно нужно выбрать время, чтобы пообедать и обсудить этот вопрос.

Цзянь Суйин тоже знал, что сейчас неподходящее время, поэтому он как бы между прочим упомянул об этом, чтобы в будущем иметь возможность вернуться к этому разговору.

Несколько секунд спустя Цзянь Суйин увидел невероятно красивого парня, выходящего из школы.

— Ли Юй! Ли Юй! — закричал Цзянь Суйин. Он был взволнован даже больше, чем Ли Сюань.

Ли Сюань вздрогнул от его крика и удивленно посмотрел на него.

Однако Ли Юй вообще не слышал Суйина, так как вокруг было слишком много людей.

Ли Сюань тоже пару раз окликнул его, но результат был тот же. Он даже хотел протолкнуться сквозь толпу, но все родители, которые с нетерпением ждали своих детей, начали протискиваться вперед по направлению ко входу в здание, так что пройти стало проблемой.

Цзянь Суйин быстро достал свой телефон и позвонил Ли Юю.

Издалека он наблюдал, как Ли Юй, нахмурившись, долго смотрел на свой мобильный телефон, по-видимому, колеблясь, прежде чем наконец ответить:

— Цзянь-гэ…

— Посмотри налево.

Ли Юй замер на месте, прежде чем повернул голову. Он увидел, что Цзянь Суйин машет ему рукой, а рядом с ним стоит его старший брат.

— Гэ, как ты здесь оказался? — Ли Юй поспешно пробрался сквозь толпу и лучезарно улыбнулся своему брату.

— Мама и папа не хотели приезжать. Они сказали, что испугались того случая, когда я сдавал экзамен. Они больше не желали видеть этот ужас из огромного числа людей и машин. Поэтому я приехал посмотреть, как ты справился.

— Я думаю, что я справился, — Ли Юй улыбнулся, обнажив свои белые зубы. Он повернулся, смотря на Цзянь Суйина. — Цзянь-гэ, Суйлинь и я были не в одном экзаменационном классе, — как только он произнес эти слова, его мобильный зазвонил. — Привет, Суйлинь. Твой гэ здесь, и мой гэ тоже здесь. Мы находимся с левой стороны от школьных ворот.

Вскоре после этого появился Цзянь Суйлинь. На его лице не было и следа беспокойства.

— Как прошел экзамен? — немного резко спросил Цзянь Суйин.

— Я не переживаю. Думаю, что должно быть неплохо, — слабо улыбнулся Цзянь Суйлинь.

— Это хорошо. Не думай о результатах больше, потому что все уже произошло и ничего не изменить. Сосредоточь свои силы на подготовке к следующим экзаменам.

— Ваш Цзянь-гэ прав, — Ли Сюань похлопал Ли Юя по плечу. — Не думай об этом уже. Лао эр, [6] ты доставил неудобства, остановившись у своего Цзянь-гэ. Ты должным образом поблагодарил своего Цзянь-гэ?

[6] Лао Эр — второй по старшинству ребенок в семье. К Ли Юю будут часто обращаться  так. Кроме того, Ли Лао Эр так можно называть кого-то вне семьи, если добавлять фамилию «Ли» перед Лао Эр».

— Айя, — Цзянь Суйин похлопал Ли Сюаня по плечу, — ты опять начинаешь?

— Тогда я буду хозяином сегодняшнего обеда, — Ли Сюань засмеялся, — Суйлинь, где ты хочешь поесть?

— Ли-гэ, я не привередлив, — улыбнулся Цзянь Суйлинь.

— В этом нет необходимости, — вклинился в разговор Цзянь Суйин, — у меня уже все готово. Идем, идем. Сегодня в полдень мы будем отдыхать у меня дома.

Ли Сюань попытался вежливо настоять на своем, но Цзянь Суйин добился того, чтобы они поели у него дома.

— Тогда ладно, — Ли Сюань согласился. — Как только мы закончим есть, вы, ребята, сможете отдохнуть.

Цзянь Суйин повел всех троих через улицу, где их ждал его шофер.

Когда они подошли к машине, Суйин стал сожалеть, что воспользовался именно этой машиной. Среди четверых мужчин не было никого ростом ниже ста восьмидесяти сантиметров. Один сядет впереди, а остальным нужно будет как-то втиснуться на заднее сиденье. Трем высоким мужчинам втиснуться в маленькие пространство очень сложно.

Цзянь Суйин настаивал на том, чтобы Ли Сюань сел на переднее сиденье.

Однако Ли Сюань вежливо начал возражать, что там должен ехать сам Суйин.

Поскольку двое мужчин не были хорошо знакомы друг с другом, им пришлось прибегнуть к такой вежливости, чтобы в будущем сохранить хорошее отношение.

В конце концов Цзянь Суйину удалось-таки уговорить Ли Сюаня. Сам же Суйин радостно втиснулся между своим братом и Ли Юем.

Рука Ли Юя была почти прижата к его талии, бедро было близко к его бедру. И когда свежий аромат тела Ли Юя ударил Суйину в нос, ему очень захотелось повернуть голову и поцеловать гладкую щеку Ли Юя.

Он был так счастлив, что не смог скрыть улыбку.

По дороге Цзянь Суйин кому-то позвонил и отдал указание, чтобы к их приезду ему домой доставили приготовленный обед. Когда четверо мужчин вошли в квартиру, внутри уже не было посторонних, а помещение наполнял аромат приготовленной еды.

Цзянь Суйин любил открыть бутылочку хорошего вина, когда у него было хорошее настроение. Когда он впервые встретил Ли Юя, даже ему ужасно не понравилось то сладкое вино, которое было в доме отца. Суйин подумал, что поскольку двое младших не могут еще пить, то Ли Сюань-то составит ему компанию. Хотя бы одну закаленную почку-то он должен иметь.[7]

[7] Закаленная почка — Ли Сюань занимает официальную должность чиновника. Чаще всего люди хотят поговорить о своих делать и подлизаться вне рабочего кабинета, а это значит, что он должен часто пить со своими коллегами и партнерами, поэтому его почки должны быть более чем здоровыми. По крайней мере, одна точно.

Суйин точно не ожидал, что когда он достанет вино, Ли Сюань будет виновато улыбаться и отмахиваться руками.

— Суйин, не надо. У меня еще сегодня днем есть важные дела, которые мне необходимо уладить, поэтому я действительно не могу сейчас пить.

— Всего лишь бокал вина, — разочарование Цзянь Суйина было невозможно скрыть, — когда четверо мужчин едят и ничего не пьют, разве это нормально?

— Я выпью с тобой в следующий раз, — Ли Сюань по-прежнему улыбался, но переубедить его было невозможно, — я правда сегодня не могу.

Цзянь Суйину пришлось убрать вино обратно в винный шкаф. После этого он пригласил всех к столу, чтобы просто поесть.

Двое студентов, только что сдававшие вступительный экзамен в колледж, не могли не обсуждать то, какие вопросы были на экзамене и правильно ли они дали на них ответы. И хотя оба помнили слова преподавателя, что не стоит думать о том, что они написали или как ответили, но всякий раз, как только тема так или иначе затрагивала учебу, новые разговоры вспыхивали, как огоньки.

— Эй, не говорите постоянно об этом. Это уже никак не повлияет на ваш результат, — Ли Сюань в очередной раз пытался сменить тему разговора. — Сегодня было очень жарко. Даже просто выйдя на улицу можно моментально вспотеть.

— Ли Сюань, на сколько дней в этой поездке ты планируешь оставаться здесь?

— Я пробуду в столице одну неделю. У меня назначена важная встреча. К тому же я воспользовался шансом повидаться с Лао эром.[8]

[8] Лао эр — второй сын в семье; Ли Сюань говорит о Ли Юе. Если Цзянь Суйин захочет называть Ли Юя так, он должен добавить еще и фамилию — Ли Лао Эр (второй сын семьи Ли).

— Тогда посмотри, будешь ли ты свободен в ближайшие пару дней. Я приглашу тебя на ужин. Как раз в это время они тоже закончат свои экзамены и мы можем собраться вместе.

— Я не хочу беспокоить тебя. Сегодняшнего обеда уже более чем достаточно.

— Сегодня особый случай. Но мое скромное жилище не подходит для большого начальника Ли. Нет-нет, так не пойдет. Ты должен дать мне эту возможность, прежде чем вернешься обратно. Недавно на берегу реки Лиангма открылся новый ресторан кантонской кухни. Там подают огромных крабов с Аляски. Я обязательно должен отвести вас туда, чтобы вы попробовали их.

Ли Сюань попытался придумать какие-то отговорки, но в итоге все равно согласился.

Цзянь Суйин был счастлив. Сегодня ему сопутствовала удача. Он не только любовался красотой младшего брата семьи Ли, но и воспользовался шансом завязать более тесные отношения и со старшим. Новые дружеские отношения на финансовом рынке очень ценны. Суйин чувствовал, что ему крупно повезло. Он должен обязательно использовать эту удачу в своих интересах, чтобы подняться еще выше. Он просто не мог упустить такую возможность. Цзянь Суйин твердо в это верил и всегда придерживался этого пути.

Когда четверо мужчин поели, Цзянь Суйин отослал двух младших братьев вздремнуть. Он  заварил чайник чая и они вместе с Ли Сюанем разместились в гостиной, чтобы еще немного пообщаться.

Молодые и образованные мужчины всегда найдут много тем для разговоров. Каждый из них обладал богатым опытом, поэтому они оба были полезны друг другу. Принцы [9] столицы время от времени собирались вместе, чтобы пообщаться. Помимо нужных связей, которыми они обзаводились, самым полезным все же всегда оставалась информация.

[9] принцы — также переводимые как наследные принцы партии, являются потомками видных и влиятельных высокопоставленных коммунистических чиновников в Китайской Народной Республике. Это не политическая партия, а неофициальная и часто уничижительная классификация для обозначения тех, кто извлекает выгоду. По аналогии с наследными принцами в наследственных монархиях. Многие из ее членов занимают высокопоставленные политические и деловые посты в высших эшелонах власти. Однако внутри нет заметной политической сплоченности, и поэтому их не следует сравнивать с другими неформальными группировками, которые напоминают внутрипартийные фракции с некоторой степенью сходства по политическим вопросам.

Именно во время этой беседы Ли Сюань вскользь упомянул несколько потенциальных проектов в Гуанси, которые привлекали инвестиции.

У Цзянь Суйина появилось еще больше желания работать с Ли Сюанем. Он еще молод и должен получить больше опыта, чтобы занять высокую квалификацию в бизнесе. Поэтому, если он сможет оставить после себя достойное впечатление в каждом месте, где он останавливался, то это будет большим подспорьем для его будущего развития. Поскольку Ли Сюань еще молод, было неясно, какую должность он займет позже. Кроме того, проекты, о которых он упомянул, вызывали довольно заманчивый интерес. Цзянь Суйин понял, что Ли Сюань обладает большой дальновидностью, очень предусмотрителен и имеет большой аппетит, что не совсем было очевидно по его спокойному и дотошному строгому внешнему виду.

Они очень много поговорили с перспективой на будущее, не заметив, что время обеда уже прошло. Сегодняшняя встреча их очень сблизила. Цзянь Суйин чувствовал себя так, словно они знали друг друга с самого детства, и даже немного сожалел, что они не встретились раньше. Сегодня точно удача была на его стороне.

Как бы Суйин ни отдавал предпочтение красоте, в конце концов, он все равно оставался амбициозным мужчиной. В данный момент его интерес к Ли Сюаню стал немного больше, чем к Ли Юю. Если раньше он общался с Ли Юем исключительно потому, что тот ему нравился, то теперь у него появилась и другая важная причина. Он должен был наладить свои рабочие отношения с Ли Сюанем через Ли Юя. [10]

[10]  Как и остальные члены семьи Ли, Ли Сюань является государственным чиновником, и у него, естественно, есть амбиции подняться по служебной лестнице. Цзянь Суйин тоже является амбициозным бизнесменом, поэтому в этой встрече ценность Ли Сюаня для него является больше, чем Ли Юя, так как у старшего брата связи более ценные. В конце концов, на данный момент Ли Юй всего лишь студент и не имеет никакого статуса.

Вскоре Цзянь Суйлинь и Ли Юй проснулись.

Ли Сюань сказал несколько слов на прощание Ли Юю и откланялся.

Цзянь Суйин попросил водителя отвезти их обратно в школу.

Глава 2.4 - Сяо Ли-цзы

❀꧁蓝忘机꧂❀

Время пролетело незаметно и вот уже закончились вступительные экзамены в колледж. Когда во второй половине дня Цзянь Суйин отправился за подростками в школу, он был удивлен, увидев, насколько здесь многолюдно. Ему было очень трудно вытащить своего брата из такой толпы, к тому же он узнал, что Ли Юя уже забрал водитель семьи Ли. Суйин был несколько разочарован. Но, с другой стороны, он понимал, что каждый ребенок, закончив вступительные экзамены, обязательно вернется в первую очередь домой, чтобы отпраздновать такое событие со своей семьей. Все равно впереди долгое лето, а ведь он никуда не торопится.

Цзянь Суйин привел брата в отель. На этом обеде собралась вся их семья. Как только они вошли в ВИП-комнату, то увидели, что их отец и мать Цзянь Суйлиня, Чжао Янь, сидят и о чем-то разговаривают. Чжао Янь сидела с нахмуренными бровями, выглядя чем-то недовольной.

Цзянь Дунъюань увидел, как они вошли. Оба его сына были талантливы, имели необыкновенную внешность и привлекали взгляды. Сердце отца наполняла гордость. Он не знал, как выразить свои чувства, поэтому просто подозвал менеджера отеля.

— Эй, юная леди, — он обратился к ней, вздыхая от волнения, — посмотрите на моих двух сыновей. Скажите, они ведь хороши? — лучезарная улыбка появилась на его лице.

— С таким благородным отцом, как вы, ваши сыновья, естественно, должны быть так же хороши [1]. Сразу видно, что сыновья председателя Цзянь безусловно являются тиграми, как и их отец, — польстила им подошедший менеджер.

[1] 虎父无犬子 В буквальном смысле это означает «с отцом-львом сын не может быть псом». Или «какой отец, такой и сын».

— Какая жалость, что у меня только сыновья. Было бы неплохо иметь еще и дочь. Какой бы она была красавицей, — весело рассмеялся Цзянь Дунъюань.

— Тогда позвольте молодому господину Цзяню побыстрее жениться и подарить вам невестку, но не выбирайте кого попало, в таком вопросе все же спешка ни к чему, — ответила девушка.

Услышав это, Цзянь Дунъюань изобразил подобие улыбки и взглянул на Цзянь Суйина. Он тяжело выдохнул. В его глазах, казалось, были обида и сожаление.

— Ты — мой ребенок, но я даже не знаю, могу ли я еще рассчитывать на тебя.

Цзянь Суйин не обратил внимания на его слова, как обычно просто проигнорировав.

Если отец упоминал о его сексуальной ориентации, то Суйин просто отворачивался, но всегда оставался хладнокровным к его высказываниям, даже если злился. Однако сегодня Суйин не хотел портить себе хорошее настроение, поэтому ничего не сказал.

— Суйлинь, иди, сядь рядом со своей мамой, а Суйин сядет здесь, со мной.

— Сегодня твой отец лично нальет бокал вина, чтобы поздравить тебя с окончанием твоей двенадцатилетней тяжелой работы, — Цзянь Дунъюань наполнил стакан вина для Цзянь Суйлиня. — Папа знает, что быть студентом нелегко. Ты всегда хорошо учился и был гордостью для нас с твоей мамой. Как бы то ни было, я видел твои усилия, и мы с твоей мамой удовлетворены.

— Спасибо, папа. Спасибо, мама, — Цзянь Суйлинь быстренько встал.

Они втроем говорили на разные темы. Если не считать тех разов, что Цзянь Дунъюань выпивал с Цзянь Суйином, пытаясь вовлечь его в разговор, то в присутствии Суйина вовсе не было необходимости. Все разговоры за столом не имели к нему никакого дела и он откровенно скучал. Его взгляд случайно встретился со взглядом Чжао Янь, но она поспешно опустила глаза.

Суйин холодно усмехнулся, прекрасно зная, что эта женщина боится его.

Цзянь Суйин был удовлетворен ее страхом. Она никогда не решалась произнести в его присутствии даже слова и это было лучше для нее самой. Если она и ее сын хотят нормально жить в семье Цзянь, то она непременно должна провести свою жизнь в этом страхе.

Но даже это все равно было слишком низкой ценой, считал Суйин.

В конце концов, ведь она все еще может носить золото и серебро, а также титул законной жены Цзянь Дунъюаня. А его мать умерла от болезни, страдая от гнева и не имея возможности видеть, как растет ее единственный сын.

— Суйлинь, какие у тебя планы на летние каникулы? — к концу обеда спросил Цзянь Дунъюань.

— Папа, а у тебя есть уже какие-то планы? — Цзянь Суйлинь сделал глоток чая и бросил на него особенно многозначительный взгляд.

— Теперь, когда ты сдал все экзамены, я не возражаю, чтобы ты отдохнул несколько дней. Но ты не можешь тратить два месяца летних каникул только на развлечение и веселье. Ты ведь знаешь это, верно?

— Я понимаю.

— Ты был послушен с детства. В отличие от тебя, я никогда не мог контролировать твоего брата. Я до сих пор помню тот год, как он сдал вступительные экзамены в колледж… Суйин, расскажи сам своему брату, что ты сделал.

— Я угнал у тебя машину, — лениво начал свой рассказ Цзянь Суйин, — я поехал тогда в Далянь с друзьями, чтобы торговать там морепродуктами. Мы провели там чуть больше двух месяцев. Я заработал немного денег, а потом вернул тебе машину.

— Этот паршивец с самого детства убегал из дома, — хмыкнул Цзянь Дунъюань. — Не было ни одного дня, когда бы я ни беспокоился из-за него. Суйлинь, ты ребенок, который не заставляет взрослых волноваться. Твой брат… хотя от него всегда было много хлопот и он часто валял дурака, но он действительно очень способный. Я не хочу, чтобы ты учился у него, как перечить и беспокоить меня. Но я хочу, чтобы ты узнал, как твой брат ведет свой бизнес, как общается с людьми. Я хочу, чтобы ты научился у него тому, как заставить людей говорить о себе всего за несколько лет, не упоминая при этом, чей он сын.

Сияющие глаза Цзянь Суйлиня остановились на Цзянь Суйине.

— Папа, что ты этим хочешь сказать? Просто говори прямо, а не ходи вокруг да около, — Цзянь Суйин продолжал крутить в руке бокал с вином.

— Я имею в виду, что пусть он повеселится пару недель, а затем до конца лета выйдет на стажировку в твою компанию.

— Папа, он всего лишь выпускник средней школы, какая стажировка? Даже если ты дашь мне денег для его зарплаты, я все равно буду чувствовать себя обремененным.

— Он пока не умеет ничего делать, но он должен учиться у тебя.

— В моей компании нет места туоюпинам[2]. Если ты действительно хочешь, чтобы он чему-то научился, то пусть начнет с мытья посуды.

[2] 拖油瓶 это термин для обозначения ребенка, родившегося во втором браке.

** Отец Цзянь Суйина изменял своей жене с Чжао Янь, когда она еще была замужней женщиной.

Чжао Янь вдруг выпрямила спину и умоляюще посмотрела на Цзянь Дунъюаня.

Цзянь Суйин с самого детства воспитывался как будущий глава семьи Цзянь. Обладая непреклонным и надменным характером, мало кто мог его вообще контролировать. Чем старше он становился, тем более весомей становился его голос. Если бы он действительно захотел, чтобы Цзянь Суйлинь мыл посуду в ближайшие два месяца, то он, конечно же, мог бы убедить Цзянь Дунъюаня в этом, какой бы неожиданной ни была причина.

Суйлинь был плотью и кровью Чжао Янь, как она могла бы согласиться на такое? Она была не согласна с тем, чтобы Цзянь Суйлинь проходил стажировку в компании Цзянь Суйина, но Цзянь Дунъюань настаивал на этом и она ничего не могла с этим поделать. Теперь она действительно боялась, что если она разозлит Цзянь Суйина, то Суйлиню действительно придется мыть посуду целых два месяца. В семье Цзянь только мужчины имели право голоса, практически не оставляя женщине возможность вмешаться.

— Какой позор! Как ты думаешь, чему он может научиться, моя посуду? — к счастью Чжао Янь, Цзянь Дунъюань сохранил еще остатки разума, чтобы противостоять Суйину. — Позволь ему пойти в твою компанию. Только ты сможешь научить его чему-то полезному.

Цзянь Суйин не хотел, чтобы его заставляли видеться с Цзянь Суйлинем каждый день на протяжении двух месяцев. Только от одной мысли ему уже было противно. Сколько он сможет так выдержать? Суйин действительно боялся, что не сможет контролировать себя и ему снова придет в голову начать оскорблять его, как он делал это в детстве.

Цзянь Дунъюань и Цзянь Суйин оказались в тупике.

— Гэ, позволь мне пройти стажировку в твоей компании. Даже если я начну с уборки, — Цзянь Суйлинь слегка наклонился вперед, искренне улыбаясь.

— Кто хочет, чтобы ты убирался? — Цзянь Суйин вспыхнул. — Наша уборщица зарабатывает три тысячи в месяц, чтобы растить своего ребенка и ухаживать за больным мужем. Ей действительно нужен этот доход, и она отлично справляется со своей работой. Ты пытаешься украсть у нее работу?

Цзянь Суйлинь и Чжао Янь сразу изменились в лицах. Очевидно, что сказанное Суйином вызвало у них дискомфорт.

Хотя Цзянь Дунъюань всегда знал, что Суйин не так уж хорошо относится к брату, он не мог защитить своего младшего сына, всегда оставаясь в невыгодном положении. Но именно сейчас говорить так в присутствии матери Суйлиня?

— Суйин, — Цзянь Дунъюань хлопнул ладонью по столу, — как ты можешь такое говорить о своем брате? Что плохого в том, чтобы позволить ему помочь тебе и немного поучиться? Почему ты так недоволен? Насколько сильно это тебя беспокоит?

Цзянь Суйин закатил глаза.

Он действительно был не в настроении ссориться со своим отцом. Если он не понимал, то Суйину сейчас было даже лень объяснять ему что-то. Они так часто ссорились в прошлом, что даже думать об этом сейчас было утомительно.

Он выпил оставшееся вино одним глотком, поставил пустой бокал на стол, а затем встал.

— Приходи, если хочешь. Я больше не хочу мешать вашей семье из трех человек есть. Я откланиваюсь, — он развернулся и вышел.

Цзянь Дунъюань был так зол, что его лицо покраснело.

Цзянь Суйлинь проследил за исчезающей спиной, в его глазах появился блеск радости.

Чувствуя себя совершенно раздраженным, Цзянь Суйин уехал обратно домой. Одна только мысль об этих трех человек, сидящих вместе, заставила его почувствовать дискомфорт внутри. Его ожидания от Чжао Янь и Цзянь Суйлиня были предельно просты — просто меньше их видеть. Но его отец противился его желанию и постоянно подталкивал Цзянь Суйлиня к нему, пытаясь пробудить «братские отношения».

Это было чистое свинство с его стороны.

Цзянь Суйин съехал на обочину и сильно ударил по рулю. Ему было некомфортно и он хотел найти кого-нибудь, с кем можно было бы расслабиться. Он достал свой мобильник и нетерпеливо стал пролистывать контакты. Кого он искал? Он смотрел на все знакомые имена, но не мог вспомнить лиц этих людей.

Когда он добрался до номера Ли Юя, его рука замерла. Лицо Ли Юя предстало перед его глазами с пугающей ясностью. Это было настолько реалистично, словно сейчас он и правда был прямо перед ним.

Он действительно был чертовски красив, со своей привычкой игнорировать его. Это заставило его сердце сжаться.

Неожиданно он нажал на вызов.

— Цзянь-гэ? — послышался в трубке голос. Эти два дня, проведенные вместе, заставили Ли Юя относиться к нему лучше, и он даже мог шутить за обеденным столом.

— Эй, ты еще не спишь?

— Еще нет и десяти часов.

— Вы отпраздновали дома твое достижение?

— Не могу сказать, что это был праздник, поскольку результаты еще даже не получены, поэтому мы только устроили семейный ужин, чтобы поздравить меня с избавлением от страданий.

— Ха-ха, это тоже стоило отпраздновать.

— Цзянь-гэ, что-то случилось? Суйлинь с тобой? — спросил Ли Юй.

— Ох, нет, нет! Ничего не случилось. Просто я привык эти два дня присматривать за тобой…

— А… — протянул Ли Юй, — а Суйлинь с тобой?

Цзянь Суйин пытался избежать этого вопроса, но Ли Юй вновь повторил его.

— Нет. Я уже возвращаюсь домой.

— Ооо, — голос Ли Юя звучал немного разочарованно, — он сегодня не отвечал на мои звонки и сообщения. С ним что-то случилось?

— Может быть, он забыл свой телефон. Мы сегодня ужинали в ресторане.

Ли Юй хмыкнул в ответ.

Поскольку им особо нечего было сказать друг другу, Цзянь Суйин постарался изменить свой голос и придать своему тону небрежность.

— Ты свободен? Хочешь прогуляться? — он старался, чтобы его голос не звучал полным ожиданиям надежд.

— А куда? — удивился Ли Юй.

— Никуда конкретно, просто покататься. У меня просто есть кое-что на уме. Ты бы хотел составить компанию Цзянь-гэ?

— Суйлинь тоже будет? — Ли Юй немного колебался.

— Его не будет, — лицо Цзянь Суйина помрачнело.

Ли Юй молчал. На несколько секунд воцарилась тишина. Это была всего лишь короткая секунда колебания, но этого было более чем достаточно, чтобы Цзянь Суйин почувствовал разочарование.

— Цзянь-гэ, давай перенесем это на другой день, — как и ожидалось. — Я уже принял душ.

— Ты уже принял душ? Значит, я позвонил не вовремя, — голос Суйина был спокойным. — Поторопись тогда и ложись спать.

— Хорошо.

— Тогда заканчиваю разговор.

— Хорошо.

— Спокойной ночи, маленькая слива[3]

[3] Фамилия Ли Юя имеет иероглиф 李 и переводится как слива.

Суйин назвал его 小李子 (сяо Ли-цзы) и у нас получается, что Суйин назвал его, если по фамилии, то маленькой сливой. Но сяо Ли-цзы имеет еще и другое обращение. Сяо (маленький) Ли (фамилия) цзы (мальчик)

*** Кстати, слива — это символ возвышенной красоты в Китае.

— Спокойной ночи.

Цзянь Суйин не хотел прерывать разговор, поэтому добавил:

— Как думаешь, я приснюсь тебе, если я побеспокоил тебя перед сном?

Ли Юй сухо рассмеялся, но ничего не ответил.

Цзянь Суйин разочарованно сбросил звонок.

Глава 3.0 - Волнение в гей-баре

После нескольких дней отдыха дома, в компании Цзянь Суйина в его отсутствие накопилось множество проектов. Когда он вернулся к работе, то на несколько дней ушел в дела с головой. Несмотря на такую загруженность, он все же не забыл пригласить Ли Сюаня на обед.

Ли Сюань оказался очень занятым человеком. Цзянь Суйин дважды приглашал его на обед, но он так и не нашел в своем расписании время для их встречи. Не желая показаться чересчур назойливым и нетерпеливым, Цзянь Суйин больше не звонил. Он подумал, что надо бы найти другую возможность увидеться с ним до его отъезда.

Суйин уже потерял всю надежду на их встречу. Поэтому спустя пару дней, во второй половине дня, он точно не ожидал, что ему позвонит Ли Юй.

Когда Цзянь Суйин увидел номер звонившего, то почувствовал, как сильно забилось сердце в груди. Это был первый раз, когда Ли Юй сам позвонил ему.

— Привет. Ли Юй?

— Цзянь-гэ.

— Ты что-то хочешь от гэ?

— Я со своим дагэ. Он свободен сегодня вечером и хотел спросить, не занят ли ты. У тебя есть время, чтобы встретиться?

— Поскольку твой гэ скоро возвращается в Гуанси, то неважно, какие у меня дела, я отложу их. Должен же я достойно проводить его.

— Тогда, где мы встретимся сегодня вечером? — спросил Ли Юй.

— Я пришлю тебе адрес. Как на счет семи часов вечера?

— Хорошо, увидимся в семь.

Цзянь Суйин совсем недавно вернулся домой, но уже успел заказать доставку еды. Он быстро перезвонил, чтобы отменить заказ.

Суйин не стал терять время и отправился сразу в душ. Он решил выехать раньше, чтобы добраться вовремя с учетом всех пробок. Заложив для себя пятьдесят минут на дорогу, что обычно занимала двадцать, он вышел из квартиры. Но его беспокойство оказалось напрасным, до места он добрался не потратив даже и двадцати минут.

Суйин вошел в зарезервированную ВИП-комнату и сразу же пролистал меню.

Примерно в восемнадцать сорок вечера зазвонил его телефон. Это был Ли Сюань.

— Привет, Ли Сюань.

— Суйин, ты где?

— Я приехал раньше. Думал, что сегодня будут пробки, но оказалось, что их нет.

— О, значит, ты уже там.

— Не торопись. Еще даже нет семи. Я только сделал заказ.

— …Суйин, мне действительно жаль. Кое-что случилось, поэтому я не смогу прийти.

— Что? — сказанное Ли Сюанем расстроило Цзянь Суйина.

Когда в предыдущие два раза Суйин не смог договориться о встрече с Ли Сюанем, то он сумел войти в его положение, понимая, насколько у того может быть напряженный график. Но сегодняшняя встреча была уже назначена. Отказываться в последний момент было верхом неуважения со стороны Ли Сюаня. К тому же, Цзянь Суйин всегда был тем, перед кем заискивали другие, а тут, получается, наоборот. Только потому, что это был Ли Сюань, Суйин готов был стерпеть это.

— Суйин, кое-что действительно произошло в последнюю минуту, поэтому я не могу прийти. Я действительно сожалею об этом, — продолжал оправдываться Ли Сюань.

— Все в порядке, — ответил Цзянь Суйин, не зная, что еще можно сказать. — Поскольку у тебя возникли важные дела, которые требуют твоего срочного присутствия, то ты должен заняться ими. Тебе не следует беспокоиться обо мне.

— Суйин, если я приду к тебе завтра утром в офис, будет ли тебе удобно? Нам есть о чем поговорить, и мы можем сделать это за чашкой чая у тебя в кабинете.

— Это тоже будет хорошо. Но я уже заказал еду. Я смотрю, ты не успеваешь даже поесть. Давай я попрошу, чтобы тебе упаковали и прислали ужин.

— В этом нет необходимости, слишком много хлопот для тебя.

— Ничего страшного. Я все равно не смогу столько съесть один.

— Я возьму что-нибудь и перекушу в машине по дороге. Слушай, давай я попрошу Ли Юя поужинать с тобой.

— Хорошо, — глаза Суйина сразу же загорелись, — это определенно лучше, чем есть в одиночестве. Пусть приедет обязательно.

Хотя Ли Сюань и не смог прийти, но неожиданно все обернулось приятным сюрпризом. Теперь Цзянь Суйин сможет провести время наедине с Ли Юем. Это даже можно засчитать за их свидание.

— Сначала приготовьте эти блюда, — Цзянь Суйин с радостью составил меню вечера и сделал заказ официанту.

Видя, что у него еще есть немного времени, Цзянь Суйин направился в туалет и тщательно причесался.

Ли Юй пришел как раз вовремя.

Цзянь Суйин сидел в комнате на втором этаже, не сводя глаз с первого. Когда время подошло к семи часам, он увидел Audi, что остановилось перед рестораном. Ли Юй вышел, одетый в свободную серую футболку и светлые джинсы. По сравнению с тщательно подобранной фирменной одеждой Цзянь Суйина, то, что носил Ли Юй, были повседневные и обыденные вещи. Он выглядел так, словно вышел поесть барбекю в собственном доме. Несмотря на то, что он был одет так небрежно и совершенно не стильно, его тело, которое скрывала одежда, и его фигура, что отчетливо под ней выделялась вкупе с очаровательным личиком — все это заставляло Цзянь Суйина находить его настолько безупречным, что он едва мог себя сдерживать.

Суйин взглядом проследил каждый шаг Ли Юя, когда тот входил в ресторан.

Цзянь Суйин поправил свои волосы, а затем изменил позу, делая вид, что смотрит что-то в своем телефоне.

— Маленькая слива, ты здесь, — Суйин с улыбкой посмотрел на Ли Юя, как только тот вошел вместе с официанткой.

— Цзянь-гэ, — поприветствовал его Ли Юй, — мой брат не смог приехать, потому что у него возникли срочные дела. Я здесь, чтобы загладить его вину.

— Ты такой серьезный. У кого не возникало непредвиденных ситуаций? Знаешь, твой Цзянь-гэ не хотел бы, чтобы ты извинялся. Ты проходи, проходи, садись. Хочешь чего-нибудь выпить?

— Цзянь-гэ, а Суйлинь не пришел? — спросил Ли Юй, склонив голову набок.

Этот вопрос заставил Цзянь Суйина слегка растеряться — а почему он должен был сюда прийти?

— Давай выпьем чаю, — в глазах Ли Юя на секунду что-то блеснуло и тут же пропало. Он мрачно опустил голову и сел за стол.

— Не хочешь выпить вина? — Цзянь Суйин давно уже привык задавать этот вопрос, так как это часть его бизнес-мира. Если он не пил вино на встрече с деловыми партнерами, то чувствовал, что чего-то не хватает.

— Я не пью, — как и прежде, сухо ответил Ли Юй, отрицательно качая головой.

— Сначала подайте холодные блюда, — Суйин посмотрел на официантку.

Перед уходом она намеревалась налить Ли Юю чай, но Цзянь Суйин махнул рукой, останавливая ее. Девушка молча вышла.

— Вот, выпей, — Суйин лично налил Ли Юю чашку чая. — Тебе нужно смочить горло, у тебя сегодня совсем сухой голос.

— Цзянь-гэ, — Ли Юй хотел остановить Суйина, — позволь мне сделать это самому.

— Я уже заказал несколько блюд, которые здесь готовят очень хорошо, но я не знаю, твоих предпочтений и не уверен, придутся ли они тебе по вкусу, — Цзянь Суйин протянул ему меню. — Посмотри и закажи то, что тебе нравится.

— Я не привередлив в еде, съем то, что ты заказал. К тому же, если будет много еды, мы не сможем все съесть.

— Взгляни на всякий случай. Я заказал не так уж много. Просто посмотри на закуски, здесь хороший димсам.

— Цзянь-гэ, — легкая улыбка тронула губы Ли Юя, — давай оставим все как есть. Нас ведь только двое, — ответил он, отводя взгляд в сторону.

— Ли Юй, что ты делал дома последние два дня? Просто спал? — Цзянь Суйин заметил, каким рассеянным тот выглядит. Он нахмурил брови, отбивая пальцами ритм на столе.

— Да, я почти никуда не выходил, — Ли Юй повернул голову и улыбнулся.

— У тебя есть какие-нибудь планы на летние каникулы, например, поехать куда-нибудь и повеселиться?

— Кстати, об этом… — Ли Юй, наконец, повернулся к нему всем телом. — Суйлинь сказал, что он собирается пройти стажировку в твоей компании.

— Да, это мой отец все устроил, — Цзянь Суйин все еще был очень расстроен этим, но постарался не показывать вида.

— Цзянь-гэ, можно я тоже стану твоим стажером? — Ли Юй, подперев рукой подбородок, слабо улыбнулся.

Цзянь Суйин тупо уставился на него, не веря тому, что правда это слышит.

— Я тоже хочу пойти к тебе на стажировку. Я знаю, что у меня нет никакой квалификации и мне нужно многому научиться. Я также знаю, сколько проблем это доставит тебе, но я быстро учусь. Ты можешь дать мне шанс?

Волна счастья затопила сознание Цзянь Суйина. Стажировка Ли Юя у него… разве он мог мечтать о таком? Это может стать лучшей возможностью, чтобы наладить их контакт, и шансом на сближение. Ну разве он упустит такой шанс?

Цзянь Суйина можно уже считать ветераном в бизнесе и деловом мире. За это время он понял простую истину — чем труднее достать плод, тем он будет слаще. Он моментально приподнял ветку дерева, притворившись, что озадачен таким обращением.

— Ли Юй, учитывая мои личные отношения с тобой и твоим братом, это совсем не проблема. Ты даже можешь стать генеральным директором, если захочешь. Но тебе сколько, семнадцать-восемнадцать лет? В моей компании очень много работы. Мало того, мои требования к сотрудникам очень строги, и даже те, кто проработал со мной несколько лет, иногда не могут этого вынести. Дело не в том, что я сомневаюсь в твоих способностях, я в основном боюсь, что ты не сможешь вынести трудностей и вместо этого будешь страдать.

— Цзянь-гэ, то, на чем ты специализируешься, — это крупный бизнес, и в твоем поколении нет того, кто бы мог сравниться с тобой, — улыбка Ли Юя стала еще шире. — Я обсуждал это со своими родителями вчера вечером, и они тоже думают, что я смогу многому у тебя научиться. Я не боюсь никаких трудностей, я только боюсь, что ты будешь смотреть на меня свысока.

«Как же я люблю тебя!» — едва не сорвалось с языка Цзянь Суйина.

— С чего бы это? Даже Суйлинь сказал, что ты очень умный. Раз ты так говоришь, как я могу не позволить тебе прийти? Цзянь-гэ не ошибается в тебе. В будущем ты определенно добьешься большего, чем твой Цзянь-гэ.

Это был самый длинный разговор между ними с того момента, как они познакомились. Впервые Ли Юй говорил так много и даже похвалил Цзянь Суйина. Вокруг Суйина всегда было много людей, которые любили польстить ему, но никто из них никогда не делал его настолько счастливым, как Ли Юй, который просто сделал ему пару незамысловатых комплиментов.

Ли Юй поблагодарил его за предоставленную возможность.

— Сяо Ли-цзы, — обратился к нему Суйин, — ты можешь пройти стажировку в компании. Более того, Цзянь-гэ будет хорошо к тебе относиться. Но ты должен понимать, что в компании ты — мой сотрудник, а сотрудники должны выполнять все распоряжения своего начальства. На это время ты должен будешь забыть о характере молодого и темпераментного господина.

— Я бы на это не осмелился, — рассмеялся Ли Юй.

Сердце Цзянь Суйина переполняло радостью. Он тут же вспомнил, что у него скоро должна состояться командировка. Он обязательно возьмет Ли Юя с собой. Это будет прекрасная возможность сблизиться.

Вскоре принесли большую часть заказанных блюд, плотно заставляя ими стол. Цзянь Суйин был очень счастлив, даже несмотря на то, что Ли Юй не пил. Суйин же заказал для себя бутылочку пива, чтобы отметить столь приятную новость.

— Я смотрю, что вы с сяо Линь-цзы очень близки друг к другу, — Цзянь Суйин небрежно поддразнил Ли Юя. — Куда бы ни пошли, всегда стараетесь быть вместе.

— Мы знаем друг друга уже более десяти лет, — Ли Юй попытался придать своему тону небрежности, хотя от услышанного рука, державшая палочки с овощами, замерла.

— Когда вы познакомились?

— Мы познакомились, когда нам было лет пять или шесть.

— Хорошо, что став старше, вы продолжаете заботиться друг о друге.

Когда Цзянь Суйин был примерно в возрасте Ли Юя, он тоже проводил много времени со своими друзьями. Еще будучи в подростковом возрасте, он считал, что перспективными окажутся те друзья, кто всегда ставил на первое место дружбу и оставался рядом не взирая ни на что. И старался прекращать отношения с теми, кто только и гонялся за каждой новой юбкой, что попадалась на глаза.

Цзянь Суйин вкратце рассказал Ли Юю о том, чем занимается его инвестиционная компания в сфере недвижимости. Поделился тем, какие из них были крупные и важные, а также чем Ли Юй сможет заниматься в компании, после того как присоединится к ней.

Ли Юй слушал очень внимательно.

После того, как они поели, Цзянь Суйин захотел пригласить Ли Юя куда-нибудь еще, чтобы больше времени провести вместе.

— Один из моих приятелей недавно открыл новый бар. Я не был на открытии и не успел его поздравить. Я могу отвезти тебя туда сегодня, вместе повеселимся.

Ли Юй ненадолго задумался об этом. У него, в принципе, не было причин отказываться от этого предложения.

Когда Цзянь Суйин чего-то хотел, то он обязательно должен был это получить. По дороге он позвонил своему другу, сообщил ему, что едет, и что он не один. Когда они подъехали и вышли из машины, приятель Цзянь Суйина уже ждал их.

— Суйин, какого хрена ты делал в последнее время? Я не видел тебя уже несколько дней и ты даже не пришел на открытие моего бара, чтобы поддержать меня, — мужчина, который приветствовал их, выбросил свой окурок в урну, подошел к ним и, улыбаясь, похлопал Цзянь Суйина по плечу.

— Я потянул лодыжку несколько дней назад и мне пришлось отсиживаться дома, чтобы восстановиться. Сяо Тан, ты открылся всего несколько дней назад, но на парковке нет ни одного свободного места.

— Правильно выбранное расположение помогает бизнесу, ты же знаешь, — Сяо Тан повел их внутрь. Его хитрый и несколько двусмысленный взгляд скользнул по Ли Юю.

Ли Юй непонимающе посмотрел на него в ответ.

Цзянь Суйину хватило одного мимолетного взгляда на друга, чтобы понять, что Сяо Тан неправильно все понял. Боясь, что Ли Юй может рассердиться, он быстро исправил положение.

— Сяо Тан, позволь мне представить тебе второго сына семьи Ли, Ли Юя. Ли Юй, это молодой господин Сяо Тан. Зови его Тан-гэ.

— Подожди, — воскликнул удивленно Сяо Тан. — Это диди* Ли Сюаня?

*диди — младший брат.

— Да, это диди Ли Сюаня.

— Тан-гэ, — Ли Юй кивнул головой.

— Черт возьми, — воскликнул Сяо Тан, осознавая свою ошибку. Он тут же улыбнулся и протянул Ли Юю руку для рукопожатия. — Диди Ли Сюаня, кто бы мог подумать?! Я никогда тебя раньше не видел и до сих пор думал, что ты еще ребенок. А ты вот какой, совсем взрослый! Проходите, проходите давайте. Вы сегодня мои почетные гости.

Когда они вошли, Цзянь Суйин взглядом пробежался по залу и его сердце замерло.

«Сяо Тан, вот же ты ублюдок! Почему же ты не сказал мне заранее, что это гей-бар?» — выругался про себя Суйин.

Цзянь Суйин повернул голову и пристально посмотрел на приятеля, а тот в свою очередь уставился на него в ответ, не понимая причину такого странного взгляда у друга.

Ли Юю хватило одного взгляда на несколько мужчин впереди, что тесно обжимались, чтобы понять, где они находятся.

Цзянь Суйин чувствовал себя довольно неловко, хотя он действительно не знал об этом. Он ни в коем случае не привел бы Ли Юя сюда специально. Но теперь, когда они оба оказались в таком месте, он боялся, что непреднамеренно побил траву и спугнул змею. [1]

[1]«打草惊蛇» — китайская идиома, дословно переводится как «бить траву, чтобы напугать змею». Это означает предупредить своего врага.

Ли Юй посмотрел на Цзянь Суйина взглядом, полным вопросов и пристального внимания. Цзянь Суйин выдавил из себя смех:

— Это... я же тоже здесь впервые. Я действительно не знал, что это за место.

В помещении было очень шумно, поэтому Сяо Тан не слышал их разговора.

— Идем! — прокричав ему это в ухо, Сяо Тан потянул Цзянь Суйина за руку. — В отдельной комнате есть несколько наших общих друзей. Давай зайдем к ним и повеселимся вместе?

— Почему ты, блядь, не сказал мне, что это гей-клуб?! — так же прокричал ему в ухо Цзянь Суйин, убрав его руку со своей.

— Ты разве не знал? — Сяо Тан смотрел на него удивленно. — Я думал, ты знал.

— Меня же не было в день открытия! Откуда, блядь, мне было знать? Я не могу сейчас пойти к ним...

— Что ты делаешь? — Сяо Тан громко рассмеялся и похлопал его по спине. — Притворяешься таким серьезным?

Цзянь Суйин поспешно также похлопал друга по спине и подмигнул ему, незаметно кивнув головой в сторону Ли Юя.

Сяо Тан сразу все понял.

— Я действительно не знал, что это гей-бар, — Суйин приблизился к уху Ли Юя. — Должно быть, я напугал тебя? Давай не будем заходить.

— Чего тут бояться? — нахмурился Ли Юй. Он изобразил что-то наподобие улыбки, но на самом деле он не улыбался.[2] — Что тут страшного? Раз мы все равно здесь, то давай войдем.

[2] 似笑非笑 китайская идиома «как улыбка, но не улыбка».

Цзянь Суйин удивленно посмотрел на него.

Он думал, что Ли Юй хороший ребенок, который не притрагивался к алкоголю и не курил. Поэтому Суйин боялся ему сообщить, что он гей. Конечно, рано или поздно он все равно должен будет это узнать…но до этого времени Суйин хотел, чтобы у Ли Юя зародилось к нему чувство, которое нужно будет развить. Он хотел двигаться не спеша, шаг за шагом, чтобы не отпугнуть его.

— Ты думаешь, это интересно? — с осторожностью спросил Суйин.

— Интересно, — кивнул Ли Юй.

— Ладно. Заходим.

Цзянь Суйин хотел сегодня провести время только с Ли Юем, поэтому отказался идти в отдельную комнату и попросил Сяо Тана для них столик в углу.

Сяо Тан, воспользовавшись моментом, когда Ли Юй не смотрел на них, подмигнул другу.

— О чем ты думаешь, а? — рассмеялся Суйин, в шутку ругая приятеля. — Я просто привел сюда друга, чтобы повеселиться. Но лично тебе не позволено даже смотреть на него, как бы ни был хорош собой этот ребенок.

— У тебя действительно нет к нему особого интереса? — Сяо Тан прошептал свой вопрос Суйину на ухо.

— На самом деле нет. Тебе не обязательно находиться с нами сегодня, у тебя наверняка много забот и о других гостях. Мы просто посидим здесь немного, а потом уйдем. И не говори, пожалуйста, остальным, что я приходил этим вечером.

Сяо Тан явно не поверил словам Цзянь Суйина, поэтому только ухмыльнулся, и, блеснув насмешливым взглядом, ушел.

Ли Юй занял место в углу дивана, держа в руке напиток с содовой. Лицо юноши освещалось тусклым светом, и его спокойный и оценивающий взгляд скользил по людям за соседними столиками.

Цзянь Суйин поднял свой бокал с вином и чокнулся им с Ли Юем, удобно усевшись рядом с ним.

Музыка в баре была настолько громкой, что им приходилось наклоняться очень близко друг к другу за разговорами. Они оба чувствовали теплое дыхание друг друга, что касалось их лиц, оседая на коже.

— На что ты смотришь? Что тебе кажется здесь интересным? — выпив несколько бокалов вина, Суйин осмелел. Он придвинулся практически вплотную к Ли Юю, шепча ему на ухо.

Ли Юй ничего не ответил, качая головой. Легкая улыбка коснулась его губ.

— Сяо Ли-цзы, в будущем, если ты захочешь заняться бизнесом или стать государственным чиновником, тебе придется посещать подобные места. На самом деле, ты ведь уже не ребенок. Твой гэ может иногда брать тебя куда-нибудь веселиться. Хочешь?

— Цзянь-гэ, ты часто водишь с собой Суйлиня? — Ли Юй взглянул на него. Его лицо не выражало никаких эмоций, оставаясь беспристрастным.

— Его? Зачем мне приводить его сюда? С ним не интересно.

— Я иду в туалет, — в глазах Ли Юя мелькнула неясная усмешка.

У Цзянь Суйина от выпитого кружилась голова, поэтому, когда Ли Юй встал, он схватил его за руку. Ли Юй посмотрел на него удивленно.

Чрезвычайно трезвый и немного холодный взгляд Ли Юя заставил Цзянь Суйина мгновенно протрезветь. Он посмотрел на свою собственную руку, но не отдернул ее.

— Я тоже пойду, но я не могу встать, — рассмеялся Суйин.

Ли Юй нахмурился, но, тем не менее, поддержал его за руку, чтобы помочь подняться.

— Это все, что ты способен выпить?

Суйин подумал, что ослышался, поэтому посмотрел на Ли Юя. Тот смотрел на него прищурившись.

— Ты же не стал пить со мной, а когда я пью один, то легко напиваюсь, — бесстыже соврал Цзянь Суйин. Конечно же, для него это количество выпитого алкоголя сегодня не являлось пределом. — Ты должен помочь мне дойти до туалета.

— Разве это моя вина? — рассмеялся Ли Юй. — Если у тебя плохая переносимость алкоголя — пей меньше.

— Это я-то плохо пью? — рассмеялся Цзянь Суйин и легонько похлопал Ли Юя по щеке. — Когда будет возможность, я позволю тебе на собственном опыте убедиться, что значит хорошая усвояемость алкоголя.

— Если с тобой все в порядке и ты можешь самостоятельно стоять, значит, и сам сможешь дойти, — Ли Юй, смотря на него, убрал свою руку. Молча развернувшись, он направился в сторону туалета.

Цзянь Суйин последовал за ним.

Когда мужчина вышел из туалета, то сразу же увидел спину Ли Юя. Он улыбнулся тому, что этот ребенок на самом деле ждал его. Он был этим польщен. Но присмотревшись, Суйин тут же заметил, что что-то не так. Ли Юя на выходе остановили несколько человек.

Толстяк лет тридцати, держащий в руке бутылку пива, был явно пьян. Его лицо было красным от большого количества выпитого. Одежда на нем была явно хорошая, и днем он, видимо, выглядел более прилично, чем сейчас. В данный же момент его лицо портила глупая и неприятная ухмылка и полный похоти взгляд, которой он смотрел на Ли Юя.

Цзянь Суйин мгновенно понял, что происходит.

Внешность Ли Юя была одной из лучшей, если не сказать идеальной, за пределами этого клуба, что же уж говорить о тех, кто сейчас находился здесь. Даже сам Суйин полдня пускал на Ли Юя слюни, когда впервые встретил его. Что уж говорить об этих развратных ублюдках, которые никогда раньше не видели такой красоты.

Ли Юй стоял к нему спиной и Суйин не мог видеть выражения его лица, поэтому поспешно ринулся в его сторону.

Суйин видел, как толстяк положил свою жирную руку на плечо Ли Юя, а затем придвинулся к нему ближе, явно желая что-то сказать ему на ухо.

Ли Юй тут же сбросил его руку.

Глаза мужчины расширились. Он уставился на Ли Юя и вновь попытался положить руку на его плечо.

Но в этот раз он не успел и коснуться Ли Юя, как тот уже отшвырнул ее.

Толстяк рассердился. Он швырнул бутылку пива на пол, которую держал все это время, и снова потянулся к Ли Юю.

Разъяренный Цзянь Суйин бросился к нему. Раз этот толстый ублюдок посмел прикоснуться к его любимке, то будет странно, если он не убьет его. Но прежде чем Суйин успел добежать до них, он увидел, как Ли Юй протянул свою руку и схватил жирдяя за запястье.

И Цзянь Суйин, и этот мужчина застыли в шоке.

Суйин видел, как рука Ли Юя дрожала от силы, с которой он сжимал запястье толстяка, что казалось оно, согнувшись, вот-вот сломается.

Несмотря на то, что Цзянь Суйин не слышал крика незнакомца, но он мог видеть выражение его лица, чтобы понять, насколько ему сейчас больно.

Толстяк упал на колени. Он схватил Ли Юя за руку, открыв рот в немом крике. Его друзья немедленно бросились его спасать.

Цзянь Суйин выскочил из-за спины Ли Юя и пнул мужчину в очках, откидывая его со своей дороги. Люди, что ранее с наслаждением отдыхали, тут же стали подходить ближе, образовывая круг и с интересом наблюдая за происходящим.

Возникшая здесь суматоха сразу же привлекла внимание охранников, и некоторые из них тут же бросились к ним.

Ли Юй разжал руку.

— Сяо Ли-цзы, ты в порядке? — Суйин схватил его руку.

— Да, — взгляд Ли Юя равнодушно скользнул по нему.

К ним тут же подошел Сяо Тан и приказал охраннику забрать этого толстяка. Он прикурил сигарету и сунул ее в руку Цзянь Суйину.

— Суйин, как думаешь, что с ними стоит сделать? — засмеялся Сяо Тан.

— Как ты хочешь поступить с этой парой ублюдков? — Суйин посмотрел на Ли Юя.

Вместо ответа Ли Юй достал телефон и посмотрел на экран.

— Цзянь-гэ, время уже почти двенадцать. Мне нужно возвращаться домой.

— Хорошо, хорошо, я сейчас отвезу тебя, — настроение Цзянь Суйина пропало, поэтому он быстро согласился с Ли Юем и перевел взгляд на Сяо Тана. — Просто выбрось их отсюда.

— Сделайте, как сказал Цзянь дашао! Выбросите их вон, — Сяо Тан махнул рукой, отдавая приказ.

Сяо Тан проводил их обратно на парковку.

— Ли сяо гунцзы, [3] я прощу прощения за то, что тебя сегодня обидели, — виновато улыбнулся Сяо Тан

[3] Ли сяо гунцзы — младший сын Ли

— Все в порядке, — Ли Юй посмотрел на Сяо Тана. — Я тоже доставил тебе неприятности.

— Я завтра приглашу тебя и твоего брата на ужин.

Ли Юй просто улыбнулся, не принимая и не отвергая предложение.

Цзянь Суйин внимательно наблюдал за выражением лица юноши. Он чувствовал, что их первое свидание было полным провалом.

Когда они сели в машину, то несколько минут просто молчали. В их головах все еще стоял шум. Было трудно сразу же адаптироваться после такой громкой музыки и погрузиться в тишину.

— Маленькая слива, — первым заговорил Цзянь Суйин. Его голос был тихим.

— Ммм, — Ли Юй, отвернувшись, смотрел в окно. Суйин взглянул на него. С такого ракурса он увидел его белоснежную шею, идеальную линию подбородка и выступающую ключицу, которая виднелась из-под воротника его футболки.

— Ты злишься? — Цзянь Суйин сглотнул образовавшуюся слюну. Но буквально бросив ещё пару взглядов, он почувствовал, как у него пересохло во рту.

— Я? — Ли Юй слегка улыбнулся, — Нет. Почему я должен?

— Если бы я не привел тебя сюда сегодня, тебе не пришлось бы проходить через все это. А этот жирдяй…

— Ничего страшного не произошло… — Ли Юй, казалось, немного колебался, говорить или промолчать, но все же задал вопрос: — Почему этот человек подошел ко мне?

— В этом районе привыкли много тратить. Когда он тебя увидел, такого молодого и красивого, то, вероятно, подумал...

— Подумал, что я кто? — Ли Юй развернулся. Его взгляд упал на лицо Цзянь Суйина.

— Это потому, что ты слишком красив, — Цзянь Суйин почувствовал себя виноватым, и, естественно, он не осмелился бы сказать Ли Юю правду. Вместо этого он рассмеялся. — Даже если ты пойдешь в обычный бар, все молодые девушки обязательно подойдут, даже просто поболтать с тобой. Верно же? Это потому, что ты кажешься таким робким и выглядишь так, будто тебе все равно. Ли Юй, не думай об этом... Воспринимай это так, будто бы к тебе подошла собака и просто тебя обнюхала.

— Цзянь-гэ, — спокойный взгляд Ли Юя задержался на нем еще две-три секунды, а после он медленно отвел глаза, — а когда Суйлинь приступает к работе?

— Должно быть, через неделю или две. Мой папа позволил ему немного отдохнуть и повеселиться.

— Я хочу начать раньше...

Глава 3.1 - Начало стажировки Ли Юя

❀꧁蓝忘机꧂❀

На следующее утро Ли Юй пришел вместе с Ли Сюанем.

Ли Сюань принес коробку лучшего чая Лин Юнь Байхао[1], чтобы загладить свою вину. Этот презент придал Цзянь Суйину достаточно солидности. Он поприветствовал двух братьев в своем кабинете с обворожительной улыбкой на лице.

[1] Чай Лин Юнь Байхао из провинции Гуанси. Нефритово-зеленый цвет этого чая мягкий и насыщенный.

— Суйин, наша семья вверяет тебе нашего второго сына на два месяца. Пожалуйста, не будь слишком вежливым ко мне. Обучи его всему, чему сможешь.

— Я чувствую облегчение от твоих слов. Я позабочусь о том, чтобы он хорошо учился и приобрел полезный опыт.

Они обменялись еще несколькими вежливыми словами, а потом Цзянь Суйин попросил своего секретаря вывести Ли Юя на улицу и показать, что принадлежит их компании. Сам же он тем временем обсудил земельные вопросы с Ли Сюанем. Цзянь Суйин дал Ли Сюаню дополнительную информацию о предлагаемом проекте, рассказав о том, насколько это экологически чистый корм, что даже отходы будут использоваться повторно.

Ли Сюань в конце концов пообещал помочь ему найти подходящую землю после того, как вернется в Гуанси. Эти слова немного успокоили Цзянь Суйина и даже приободрили. По крайней мере, у него теперь появилась надежда.

Время пролетело незаметно. Оказалось, они проговорили более двух часов. Подошло время обеда и Цзянь Суйин пригласил Ли Сюаня вместе отобедать.

— Мне нужно вернуться домой, чтобы собрать вещи и успеть на самолет во второй половине дня, — отказал Ли Сюань. В его голосе звучало сожаление.

— Ты же не сядешь в самолет не поев.

— Моя мать сама готовит сегодня. Я обещал ей, что вернусь в полдень. Ей нелегко отпускать меня обратно, как и мне возвращаться туда одному.

— Ооо, тогда я точно не могу тебя больше задерживать. Ли Юй тоже едет домой?

— Я поеду один, он вернется сам.

— Хорошо! — Цзянь Суйин проводил его до двери. — Поскольку ты передал мне своего брата на воспитание, то не удивляйся тому, что он будет много работать и сильно уставать.

— Ты властен обучать его как пожелаешь, — рассмеялся Ли Сюань.

Цзянь Суйин подумал, что если бы Ли Сюань знал, что он хочет сделать с его любимым младшим братом, то, скорее всего, придушил бы его. Но для самого Цзянь Суйина, чем сложнее была цель, тем слаще оказывалась победа.

Когда обеденный перерыв закончился, Ли Юй вернулся в офис, чтобы отчитаться о том, как он потратил время.

Ли Юй был в компании всего несколько часов, но Цзянь Суйин уже услышал, как несколько сотрудниц обсуждали юношу. К их великому огорчению, Ли Юй оказался слишком молод. Как только они узнали разницу в их возрасте, то поняли, что могут только любоваться этой конфеткой. Он лишь услада для их глаз. Единственное, что им остается, кроме как восхищаться им, это поддразнивать маленького, но все же красивого мужчину. Хотя бы эта радость есть в их жизни.

Только такой самоуверенный мужчина, как Цзянь Суйин, который всегда любил развлекаться с молоденькими и красивыми парнями, не испытывал волнения из-за возраста Ли Юя. Он, скорее, находил это чрезвычайно волнительным и захватывающим.

Ли Юй пришел сегодня на работу в своей излюбленной одежде — спортивной. Цзянь Суйин сам никогда особо не соблюдал строгий дресс-код и не требовал того же от своих сотрудников, но все же он владелец крупной компании. Его офис находится в элитном здании, и ходить на работу в спортивной одежде — это как минимум не профессионально.

Еще утром, как только Ли Юй появился, Цзянь Суйин сразу же обратил на его одежду внимание. Но так как у него первоначальной задачей было решить вопросы с Ли Сюанем, то с Ли Юем-то и времени не было времени поговорить об этом. Но теперь, как только Ли Юй вернулся в его кабинет, Цзянь Суйин тут же нахмурился, оглядывая его с ног до головы.

— У меня еще не было времени, чтобы купить нужную одежду, — Ли Юй проследил за его взглядом.

— Тебе вовсе не нужно стесняться. Просто не одевайся так завтра.

— Хорошо.

Цзянь Суйин встал и с удовлетворением посмотрел на своего любимого маленького красавца.

— Что ты делал сегодня утром?

— Ничего особенного, Лян-цзе[2] провела меня по территории компании. Мы заглянули в столовую и она рассказала мне об основном принципе работы.

[2] Цзе — старшая сестра. Может использоваться в конце любой фамилии и для обращения к женщине.

— Если у тебя возникнут вопросы или ты что-то не будешь понимать, то спрашивай у сяо Лян.

— Цзянь… цзун, [3] какую работу ты мне доверишь?

[3] 总/zong так называют начальника. Может быть сокращением от 总经理 — генеральный директор.

— Видишь ли, ты только что окончил старшую школу и мало что еще знаешь. Я не могу доверить тебе много дел, — Цзянь Суйин улыбнулся, обнажив свои белые зубы. — Ты можешь просто оставаться рядом со мной и решать какие-нибудь тривиальные вопросы. Ты можешь быть просто моим помощником, так ты многому научишься.

— Тогда… что ты планируешь для Суйлиня? — приподнял бровь Ли Юй.

— Он… за него папа может все устроить, — пошутил Цзянь Суйин. — Что, тебе эта должность не по душе? Ты не счастлив? А кто вчера сказал, что будет слушать все, что скажет босс?

— А я смогу?

— Ты действительно довольно хороший ребенок, — Цзянь Суйин громко рассмеялся. — Какой парень в твоем возрасте думает еще о чем-то, кроме как повеселиться? Только ты захотел работать всего после нескольких дней отдыха. Ты просто умница, у тебя будет светлое будущее.

— Я буду стараться изо всех сил, — на лице Ли Юя не отразилось никаких эмоций.

— Хорошо, — Суйин похлопал его по плечу. — Идем, я отведу тебя купить подходящую для работы одежду.

Ли Юй удивленно посмотрел на него.

— Ты не можешь быть рядом со мной в таком виде. Только не на работе. За пределами — пожалуйста.

— Я куплю ее сегодня сразу же после работы.

— Пойдем. Я все равно сейчас свободен. Если дела можно решить сейчас, нет необходимости откладывать их на потом. В конце концов, правильно одеваться — это тоже теперь часть твоей работы.

Как раз в тот момент, пока Ли Юй размышлял, Цзянь Суйин воспользовался возможностью, обнял его за плечи и рассмеялся.

— Ты ждешь моего приглашения?

Ли Юй беспомощно последовал за ним к двери.

Внешность Цзянь дашао была яркой, и ему нравилось выглядеть привлекательно и вести себя кокетливо. [4] Он был полностью уверен в себе, но время от времени обращался к профессиональным стилистам, чтобы обсудить, как и с чем правильно сочетать его одежду. Он никогда не относился к себе пренебрежительно, и не позволял своей красоте померкнуть.

[4] «骚包爱漂亮» в ориг виде. «骚包» (sāo bāo) — сленговое обозначение эффектного типа людей, а «爱漂亮» (ài piào liang) — термин, используемый для обозначения девушек, которым нравится выглядеть привлекательно. Этот термин обычно используется для девочек, но это ведь наш Цзянь-да :)

За рулем он позвонил стилисту и попросил его подождать в торговом центре.

В ожидании зеленого сигнала светофора Суйин отправил стилисту текстовое сообщение, боясь, что тот мог неправильно понять присутствие Ли Юя и подумать, что это его маленький любовник. Цзянь дашао был уверен, что никто не сможет устоять перед его обаянием и красотой, и даже Ли Юй, который сейчас был к нему равнодушен, однажды сдастся перед ним, не устояв перед его соблазнительным телом.

На данный момент Ли Юй достойный столичный принц. Суйин и так уже считал немного странным, что Ли Юй так быстро согласился и не поднял стол.[5] Ли Юй так молод и неопытен, что Цзянь Суйин считал его своим ребенком, которого он вывел в свет. Он воспринимал его как самого дорогого человека в своем сердце. Конечно же, было бы удивительно, если бы Цзянь дашао не ухватился за такое сокровище. Произошедшее вчера в баре и двусмысленный взгляд Сяо Тана, заставили Ли Юя почувствовать неловкость. Ли Юй явно был расстроен, хотя и не сказал об этом ни слова, но Суйин не мог позволить такому повториться еще раз.

[5] 掀桌 — поднять стол (сердиться), прямо как этот смайлик: （╯－＿－）╯╧╧

Стилист уже неоднократно был гидом Цзянь Суйина в этом торговом центре и знал, как и куда сопроводить мужчин.

Поскольку Цзянь Суйин в последнее время был завален работой, а потом к этому добавилось еще и растяжение лодыжки, то, конечно же, он довольно давно не ходил по магазинам. Поэтому сейчас он расслабился и неторопливо выбирал себе одежду. Чего нельзя было сказать о Ли Юе. По нему было видно, что это занятие ему не по душе. И если сначала он был любезен и молчал, то два часа спустя выражение нетерпения на его лице уже больше невозможно было скрывать.

К этому времени у всех троих в руках было уже много пакетов с одеждой. Цзянь Суйин для себя купил не так уж и много, но зато для Ли Юя он приобрел все, что посчитал нужным и что тому очень подходило.

На самом деле, хорошая фигура и привлекательная внешность сделают все, что угодно, красивым. Поэтому, когда Цзянь Суйин видел что-то красивое и подходящее по фигуре Ли Юю, то непременно покупал это.

Стилист тоже был геем, и смотря на голубоглазого мальчика [6] и шикарного мужчину, делающих покупки, он чувствовал себя, как в раю. Мало того, что можно ходить по магазинам, смотреть на красивых мужчин, так еще на них он зарабатывал деньги. Делать это одновременно было для него просто благословением, и он совсем не устал. Цзянь Суйин тоже, выбирая одежду для Ли Юя, чувствовал лишь удовлетворение и нисколько не устал, наоборот, это привело его в еще большее возбуждение.

[6] Это, скорее, западное выражение, адаптированное к китайскому. «Голубоглазый мальчик» означает «мальчик, которого высоко ценят и с которым обращаются лучше, чем с другими». Хотя, как ни странно, глаза Ли Юя в адаптации маньхуа голубые. Вы их видели?

Лицо Ли Юя совершенно потемнело, а Цзянь Суйин и этот стилист все еще долго что-то обсуждали

Лицо Ли Юя совершенно потемнело, а Цзянь Суйин и этот стилист все еще долго что-то обсуждали. Когда, наконец, эти двое были удовлетворены, этот мучительный день подошел к концу.

Накупив бесчисленное количество вещей, уложенных в бумажные пакеты, они вышли из торгового центра. Сложив все в машину, Цзянь Суйин пригласил Ли Юя на ужин.

Стройное тело Ли Юя украшал изысканный и хорошо пошитый костюм, который подчеркивал его великолепную фигуру и еще больше подчеркивал его сексуальность. Сидя в машине на расстоянии всего двадцати сантиметров друг от друга, Цзянь дашао понял, что значит капризничать [7] и предаваться своим фантазиям[8].

[7] 心猿意马，什么叫想入非非. 心猿意马 — это идиома переводится как «сердце, как у резвой обезьяны, а разум, как у галопирующей лошади». значит капризный и гиперактивный.

[8] 想入非非 — это еще одна идиома, переводится как «предаваться фантазиям» или позволять воображению человека разгуляться.

Суйин смотрел на Ли Юя, который выглядел просто потрясающе с какой стороны ни посмотри. Вокруг него было много красивых и статных мужчин, но ни один из них не был похож на Ли Юя: его лицо, рост, телосложение, темперамент, семейное происхождение и ум. Как амбициозный человек, Цзянь Суйин хотел бы завладеть Ли Юем для своего полного удовлетворения в этой жизни.

— Сколько ты сегодня потратил? — спросил Ли Юй, вырывая Цзянь Суйина из своих грез и фантазий.

— Что?

— На мои вещи.

— Я не совсем уверен…

— Я попрошу Лян-цзе завтра проверить счета и как можно скорее переведу тебе деньги.

— Зачем ты так поступаешь со мной? — тон Суйина был ребяческим, — просто прими, это совершенно нормально.

— Если я что-то покупаю для себя, почему ты должен это оплачивать? — Ли Юй медленно повернул голову, выражение его лица было холодным. Он пристально посмотрел на Цзянь Суйина.

Цзянь Суйин замер от услышанного.

Он мгновенно обрел ясность ума, осознав, что они с Ли Юем в настоящее время находятся на стадии всего лишь знакомых. Он потратил на него более ста тысяч юаней и это выглядело слишком двусмысленно. Цзянь Суйин взглянул на Ли Юя и, конечно, увидел очень странное выражение его лица. Он тут же сделал вид, что ничего такого не произошло.

— Эй, не говори так. Я просто хороший начальник, который не скупится на своих сотрудников. Можешь считать, что я вознаградил тебя заранее. Тебе, как моему помощнику, придется много куда со мной ездить и ходить. Иногда у тебя не будет времени ходить по магазинам из-за занятости на работе. Ты поймешь это позже.

— Спасибо, Цзянь-цзун, — Ли Юй смягчил свой тон. — Но я действительно не думаю, что тебе стоило тратить огромные деньги за эту одежду. Я ценю твою доброту.

Использование этих двух «ты»[9] разбили сердце Цзянь Суйина.

[9] Ли Юй использовал в этом предложении — 您 (nín), что является вежливым обращением «ты».

в то время как 你 (nǐ) — неформальное «ты».

Ли Юй, используя формальное обращение, установил тем самым границу между собой и Цзянь-да.

Суйин подумал о том, насколько ему тяжело было заставить Ли Юя улыбнуться ему и ласково называть себя «Цзянь-гэ». Почему всего спустя половину дня к нему обращаются теперь как к Цзянь-цзуну и формально на «ты»? [10]

[10] «ты» — здесь тоже речь об официальном. (nin)

Находясь в контакте с Ли Юем в течение длительного времени, Суйин, вероятно, так или иначе скоро должен понять его темперамент.

Но Суйин уже сейчас чувствовал, что Ли Юй в глубине души был очень высокомерным и обладал холодным темпераментом. На самом деле, с ним было нелегко поладить и уж тем более согреться рядом. Самое простое, что можно было сказать о Ли Юе, что его совершенно нельзя было назвать ласковым. Такой человек может не воспринимать вас всерьез независимо от того, как долго вы с ним знакомы. И если вдруг вы обидели его, даже если непреднамеренно, то ему будет достаточно даже незначительного пустяка, чтобы навсегда затаить на вас обиду.

Цзянь Суйин проанализировал все это и пришел к выводу, что это может быть как-то связано с семейным происхождением Ли Юя.

Дедушка Ли Юя по отцовской линии прошел через множество трудностей и неблагоприятных обстоятельств. В отличие от деда Цзянь Суйина по отцовской линии, который поднялся по служебной лестнице прорываясь с оружием в руках, дед Ли Юя неизбежно был вовлечен во множество политических баталий. Самое тяжелое время было, когда таких людей критиковали [11] на улицах и им приходилось терпеть всевозможные унижения.

[11] Здесь использовался термин 批斗, что означает «публично критиковать и осуждать человека за его ошибки (во время китайской культурной революции).

Для того, кто пережил такие унижения и невзгоды, было неизбежно соблюдать осторожность по отношению к другим. Дед Ли Юя был не очень хорошо знаком с дедом Цзянь Суйина из-за всего этого. И хотя впоследствии репутация и несправедливость были исправлены, но именно с тех пор он боялся слишком приближаться к людям и доверять им. Дед Ли Юя никогда больше не осмеливался иметь дел с какой-либо фракцией, чтобы поставить собственную безопасность выше принципиальных вопросов. Но поскольку в последние годы ситуация стала более открытой, а нынешняя политическая кампания отличалась от прежней, то отец и старший сын семьи Ли были полны решимости расширить связи семьи до беспрецедентного уровня.

Ребенок из такой семьи, безусловно, будет иметь характер, который не позволит ему так легко сблизиться с кем-то. Но при этом он будет чрезвычайно хорошо помнить о действиях, наносящих ущерб собственным интересам.

Такой анализ Цзянь Суйина показался ему разумным, поэтому он стал еще больше беспокоиться о том, чтобы не обидеть Ли Юя. Суйин быстро попытался исправить ситуацию и нашел несколько вполне логичных и безобидных причин, чтобы доказать, что он не хотел отдавать Ли Юю вещи просто так, без причины. Просто он счел удобным способ провести все операции по своей карте.

К тому времени, как они добрались до ресторана, выражение лица Ли Юя изменилось и стало намного лучше.

Во время ужина Цзянь Суйин более внимательно подавал Ли Юю овощи и наливал чай. Юноша смутился от таких действий. В конце концов, Цзянь Суйин ведь был старше его. К тому же, он теперь его начальник…

— Цзянь-цзун, я сам сделаю это.

— Эй, как ты меня опять назвал? Только попробуй повторить это еще раз. После работы ты должен по-прежнему называть меня Цзянь-гэ.

— …Цзянь-гэ, я сделаю все сам. Я могу дотянуться.

— Хорошо, я просто хотел сказать тебе, что эта «холодная хризантема» особенно вкусная, — видя, что Ли Юй уже перестал злиться, Цзянь Суйин смог немного успокоиться. — Обычно я не люблю есть сладкое, но этот соус и сладкий, и острый одновременно. Я не знаю, как его делают, но он очень вкусный.

— Хорошо, я его попробую.

Цзянь Суйин улыбнулся, наблюдая, как Ли Юй подносит салат ко рту. Губы юноши покраснели от жгучести специй сычуаньских блюд, коими был полностью заставлен стол, что, в свою очередь, очень контрастировало на фоне более светлой и нежной кожи. Цзянь Суйин подумал, что сколько бы он ни смотрел на Ли Юя, ему всегда будет мало.

Как может то, что еще не стало твоим и чего не касались руки, быть настолько притягательным и привлекательны

_____________________

Мое сердце уже не выдерживает нежности Цзянь Суйина. Насколько же можно так влюбиться с первого взгляда?

Глава 3.2 - Встреча с бизнесменами которые любят выпить

Как и ожидалось, Ли Юй действительно перевел деньги за покупки. Через два дня на счет Цзянь Суйина поступила вся сумма. Ли Юй так торопился это сделать, словно оставь он их у себя, могло случиться что-то плохое.

Но, видимо, он действительно поспешил делать ему такого рода подарки. Цзянь Суйин пытался угодить Ли Юю во всем, но что бы он ни делал, Ли Юй словно ничего не понимал, не видел или делал вид, что очень сильно расстраивало Цзянь-да.

Но вскоре у Цзянь дашао больше не было времени думать о Ли Юе. В настоящее время возникла проблема с одним из их проектов, и он беспокоился об этом. Суйин сидел в своем кабинете, закрыв глаза, и думал о способе решить навалившиеся трудности, как вдруг зазвонил его мобильный телефон.

На экране высветился домашний номер городского телефона и поэтому Цзянь Суйин ответил на звонок. Ему звонил Цзянь Суйлинь.

Этот ребенок стал умнее. Теперь он знал, что для того, чтобы поговорить с Суйином, ему просто нужно использовать домашний телефон. Другой вид связи для него был недоступен, так как позвони он со своего, то восемь из десяти звонков были бы отклонены.

И дело вовсе не в том, что Суйин таким образом играл в детские игры. Это происходило от того, что в один момент он вдруг обнаружил, что его младший брат изменился. Если в средней школе он старался избегать Суйина, то сейчас он ежедневно ему докучал. Складывалось ощущение, что чем больше Суйин его игнорировал, тем больше тот к нему привязывался. И это очень раздражало.

Но то, что он позвонит с домашнего телефона, было неизбежно предсказуемо.

— Гэ, это я.

— Ну, что тебе? — Цзянь Суйин весь день был в своих проблемах, а потому, услышав голос младшего брата, вышел из себя. По голосу было понятно, что он раздражен очень сильно.

— Ли Юй… он теперь работает у тебя?

— Да, — после услышанного ответа Цзянь Суйлинь несколько секунд молчал, а потом выпалил:

— Гэ, я тоже тогда завтра выйду на работу…

— Нет! — выкрикнул Цзянь Суйин. — Позволить тебе выйти сюда работать уже достаточно, чтобы расстроить меня. Поэтому ты приедешь в тот день, который обозначил для тебя папа. Отдыхай и развлекайся еще две недели. Еще хотя бы эти две недели я буду свободен от тебя.

— Гэ, я не доставлю тебе хлопот.

— Нет! — еще с большим раздражением ответил Суйин.

— Ли Юй же тоже выпускник старшей школы, как и я, — голос Цзянь Суйлиня был немного взволнованным, — какую работу он делает? Я могу выполнять то же самое. Гэ, позволь мне…

Цзянь Суйин повесил трубку.

Всякий раз, когда Цзянь Суйин сбрасывал звонок первым, это означало, что бесполезно с ним связываться и что-то говорить. Любые переговоры ни к чему не приведут. Разумеется, телефон больше не звонил. Сейчас Суйин был в очень плохом настроении, так что если бы Цзянь Суйлинь осмелился позвонить еще раз, то непременно бы нарвался, и очень сильно.

Цзянь Суйин купил землю в Циньхуандао в прошлом году и намеревался построить там курортный отель. Он потратил много денег при подаче и оформлении заявки на строительство. В планы Цзянь дашао входило получить как можно больше полезной площади. В итоге деньги были потрачены, а когда работа подошла к финальной стадии, случилось непредвиденное. Кто-то подал жалобу на то, что сделка была неправомерной. Суйин не боялся вмешательства со стороны, потому что против него ничего не было. А даже если бы и было и расследованию и комиссии удалось бы что-то раскопать, то выплаченная сумма в несколько сотен или тысяч юаней для Суйина была пустяковой. Этот инцидент был больше похож на детскую игру, затеянную кем-то с одной определенной целью — задержать строительство. Так как никаких улик не было обнаружено, то комитет решил снова перепроверить все документы и лица, причастные к их выдаче. К тому же все строительные материалы вновь проходили экспертизу. Это все, конечно, разрешится в его пользу, не первый раз такого рода проблемы сваливаются на его голову.

Было только одно но! Такая задержка может привести Цзянь Суйина к долгой и мучительной смерти. Все аспекты его денег: разработка плана, команда инженеров и бригады рабочих — все ждали разрешения начать работу, и как только оно поступило, то с ним случилась эта неурядица. Деньги уплыли, и он потерял время.

Все в офисе заметили, что Цзянь Суйин весь день был не в духе. Когда такое происходило, то атмосфера в компании сразу становилась мрачной. Кроме Ли Юя, никто из сотрудников не осмеливался беспокоить своего босса.

Последние два дня Цзянь Суйин только и делал, что обзванивал знакомых, чтобы найти того, кто имеет связи в Дисциплинарном комитете. Ему нужен был человек, который бы помог ослабить контроль над его проектом, убедив Цзы Вэя, что его компания всего лишь мелкая сошка, и его бизнес-проект не стоит пристального внимания такого большого человека. Но как только все узнавали, с кем придется иметь дело, то сразу же отказывались. По слухам, этот человек был не подкуплен, поэтому никто не мог дать гарантию, что сможет урегулировать этот вопрос. У Цзянь Суйина не осталось больше вариантов, кроме как позвонить отцу, чтобы обсудить возникшую проблему с ним. Но его отец, подумав какое-то время, предложил ему просто обратиться к дедушке Цзянь. Он тот, кто точно сможет все решить. В Циньхуандао у него огромные связи, и он может потянуть за нужные ниточки.

После выхода на пенсию его дедушка переехал жить в Циньхуандао. Он отказался от бизнеса и стал заниматься сельским хозяйством, разводя кур. Для него это была райская жизнь. Цзянь Суйин с самого начала не хотел беспокоить дедушку. Во-первых, он уже стар, а во-вторых, чтобы решить проблемы внука, ему бы пришлось встретиться с некоторыми людьми и вести переговоры. Суйин не хотел создавать для пожилого человека такие проблемы. Он надеялся, что дедушка сможет свести его с тем, с кем Суйин сам все обсудит. Но вот только он не знал, согласится ли на это сам дедушка. А если согласится, то после урегулирования вопроса Суйина будет ждать долгая лекция. А этого он боялся даже больше, чем потерять деньги. В его возрасте он уже должен сам решать свои проблемы, а не прятаться за спины старших родственников. Суйину очень не хотелось разочаровывать дедушку.

После долгих размышлений, взвесив все, Цзянь Суйин все же решил отправиться в Циньхуандао. Только вот он решил, что сначала пригласит на ужин того, кто отвечает в Дисциплинарном комитете за его дело, и попробует сам с ним решить вопрос. Но если до конца месяца ничего не получится, то у него не останется другого варианта, как задействовать своего дедушку. Приняв это решение, он позвонил своему другу и попросил помощи в организации этого ужина.

Было уже около полудня, когда друг сообщил хорошие новости, сказав, что он договорился о встрече и что уже сегодня вечером они все вместе смогут поужинать.

Настроение Цзянь Суйина сразу же поднялось. Наконец-то у него появилась надежда. На его лице даже заиграла улыбка, и он тут же позвонил Ли Юю.

— Ли Юй, немедленно подготовь машину, ты поедешь со мной в Циньхуандао.

Из-за того, что в последние пару дней Цзянь Суйин плохо спал, на него навалилась усталость. Он устроился в кресле служебного автомобиля, откинувшись на спинку, и вытянул ноги, собираясь вздремнуть по дороге. Но из-за того, что кондиционер был установлен на слишком низкую температуру, поспать ему нормально не удалось. Он замерз и оставшуюся часть дороги начал чихать.

— Ты простудился? — нахмурился Ли Юй, глядя на него.

— Блять! — выругался Суйин. — Мне нельзя болеть, сегодня важный ужин. Кто захочет сидеть с простуженным человеком? Блять, сяо Чжао, какого черта ты установил такую низкую температуру? Разве ты не знаком с низким уровнем выбросов углерода?! — чем больше Цзянь Суйин думал о своем нынешнем затруднительном положении, тем злее он становился, и в итоге он вышел из себя, накричав на водителя, выплескивая все, что накопилось внутри.

Бедный молодой водитель молчал, боясь произнести хотя бы слово. Только теперь он понял, почему два других старших водителя сегодня отказались вести босса и уступили ему эту поездку.

— Как только мы доедем до заправки, я куплю тебе лекарства. Примешь их сразу и тогда тебе станет получше, — Ли Юй протянул ему пачку салфеток и открыл оба окна, впуская горячий воздух.

— Все в порядке, — Цзянь Суйин высморкался, — мне просто нужен хороший сон. После него я снова буду в норме. Ты искал информацию об этом человеке? Нашел что-нибудь?

Ли Юй передал ему ноутбук, положив его на колени. Цзянь Суйин покрасневшими глазами смотрел на монитор, вчитываясь в информацию о человеке, с которым предстоит сегодня ужинать. Суйин в общих чертах пытался запомнить то, что ему может пригодиться сегодня в переговорах. Хорошо, что в наше время в интернете можно найти практически все. В запутанных ситуациях многие проблемы можно решить деньгами. Но не все люди могут сделать это так легко. Зачастую это не потому, что у них нет денег, чаще все они просто не знают, через кого и кому их можно отдать. Связи в нашей жизни имеют огромную ценность.

Ли Юй смотрел на его усталое лицо и удивлялся. С момента их первой встречи Цзянь Суйин часто вел себя легкомысленно, но сейчас его привычный внешний облик демона-искусителя был потерян. Это был первый раз, когда Ли Юй видел его настолько сосредоточенным на работе. На данный момент Суйина совершенно не волновало то, что происходит вокруг. Для Ли Юя видеть его таким было чем-то совершенно новым.

— Блять! — прочитав информацию, выругался Суйин.

— Что случилось?

— Этот человек из Юньнани. Мы не сможем ни о чем договориться, если я не напьюсь с ним… — сердце Цзянь Суйина поддалось тревоге.

Когда-то у него был проект в Юньнани. После завершения оценки и получения одобрения на строительство он решил больше им не заниматься и продал его. Одна из главных причин заключалась в том, что юньнаньцы действительно могли много пить. Они буквально вусмерть напивались практически после каждой удачной сделки. Он чувствовал, что если он останется в этом проекте, то его попросту может парализовать в молодом возрасте. Суйин действительно боялся с ними пить.

— Но ты ведь любишь выпить, не так ли? — попытался пошутить Ли Юй.

— Выпивка помогает расслабиться. Хорошо пить во время еды и за разговорами, когда хорошая компания. Но если пить действительно много, то это очень сильно вредит организму, — Цзянь Суйин с усталым видом откинулся назад и закрыл глаза, пытаясь расслабиться. — Ты забронировал номер в отеле? Я не думаю, что мы сможем вернуться сегодня, — Суйин предчувствовал, что сегодня ему предстоит выпить очень много, и его просто не отпустят с этого ужина, пока он не упадет лицом на стол.

— Я забронирую сейчас, — моментально ответил Ли Юй.

— Забудь об этом. Подожди, пока не бронируй. Сначала посмотрим, где будет проходить ужин, а потом найдешь отель поблизости.

— Хорошо.

— Сяо Ли-цзы, сегодня вечером меня не волнует, что ты не можешь пить, — Цзянь Суйин приподнял уголки рта и слабо улыбнулся, — ты должен поддержать меня и выпить хотя бы несколько тостов вместо меня. Я должен оставаться с ясной головой. Если этот вопрос мне не удастся решить, то лао-цзы потеряет много денег. [1]

[1] 简老爷子, 老爷子 — лао-цзы вообще-то это вежливый способ обращения к пожилому мужчине, но его можно использовать и как обращение к самому себе. Цзянь Суйин назвал себя лао-цзы.

Ли Юй ничего не ответил и тихо вздохнул.

— Это тоже часть твоей работы. Ты думаешь, зарабатывать деньги так просто, да?

— Я знаю, что это нелегко, — Ли Юй покачал головой.

— Ну вот и хорошо. Когда в будущем ты будешь совершать подобные сделки самостоятельно, то не думай, что ты такой талантливый и могущественный. Чаще всего люди ведутся на влияние твоих стариков и  твоей фамилии. Только будучи убежденными, что за твоей спиной есть поддержка и власть, люди пойдут за тобой и будут заглядывать тебе в рот. В самом начале твоего пути они посмотрят на тебя и подумают, что ты слишком молод для каких-то дел. Но даже если они будут вести себя хорошо с тобой, то будь уверен, они будут говорить о тебе за твоей же спиной. Тебе нужно будет научиться рассчитывать только на себя и отвечать за каждое сказанное тобой слово. Ты узнаешь обо всем этом позже… — у Цзянь Суйина закружилась голова. Возможно, это было от частого чихания, но даже несмотря на это он был намерен преподать Ли Юю урок.

Цзянь Суйин рассказал ему о своем опыте. Когда Суйин начал заниматься бизнесом, ему было немногим за двадцать. В то время он так же думал, что прошлое его семьи настолько велико, так что кто бы посмел его не уважать? Но реальность оказалась жестче. Оказалось, что многие смотрели не только на имя семьи, но и на образование. У Суйина были тройки и четверки и это многих смущало. В самом начале его пытались сломить. Но Суйин знал, что сможет вести бизнес и получать огромную прибыль. Для этого он должен получить опыт и обзавестись личными связями. Одним словом, путь на ту вершину, на которой он сейчас находился, был для него не совершенным и отнюдь не легким.

Сначала Ли Юй просто рассеянно слушал его, даже не вникая в подробности. Но уже позже он развернулся всем корпусом и смотрел на Цзянь Суйина, который медленно говорил с закрытыми глазами, все так же откинувшись на спинку сиденья. Взгляд Ли Юя теперь был полностью сфокусирован на Суйине.

Глава 3.3 - Встреча с дедушкой Цзянь

Всего на этот ужин пришло шесть человек, и большинство из них пришли поддержать Цзянь Суйина в качестве лоббиста. Настроение у Цзянь Суйина во время этого ужина было приподнято. Тот человек, из-за которого все они и собрались, оказался весьма красноречив. Этим вечером вино лилось рекой и пилось легко, словно родниковая вода. Прошло совсем немного времени от начала трапезы, а находившиеся за столом мужчины уже называли друг друга братьями, весело смеясь и поднимая тосты за дружбу.

Несмотря на то, что встреча проходила очень гладко, Цзянь Суйин чувствовал, что находится на пределе. Но не взирая на свое плохое самочувствие, он должен был оставаться здесь и воспользоваться выпавшим ему шансом. Как только ужин закончился, Суйин проводил всех гостей, оставаясь оплатить счет. Только когда все ушли, он понял, что больше не в силах сдерживаться. Он крепко схватился за стол руками, чувствуя подступающую тошноту. Официант испугался и замер в недоумении, когда Цзянь дашао стошнило.

Ли Юй сначала тоже просто в оцепенении смотрел на Суйина, лицо которого было бледным, а на лбу выступила испарина. Но несмотря на то, что комнату заполнил неприятный запах рвоты, а тошнота стала подступать и у самого Ли Юя, он сморщил нос и, задержав дыхание, все же подошел к Суйину, придерживая его и помогая оставаться на ногах.

Суйин чувствовал слабость из-за холодного воздуха в машине, выпитого огромного количества вина и той боли, которую он сейчас ощущал. Чтобы быстрее закончить этот день, он мечтал просто отключиться. Но благодаря своей хорошей физической форме, его желанию не было возможности осуществиться.

Ли Юй взял салфетку со стола и вытер рот Суйину. Он попросил официанта забронировать два номера прямо в этом отеле и помог Цзянь дашао добраться до его номера, буквально притащив его на себе. Поздно вспомнив о том, что с ними еще есть и водитель, Ли Юю пришлось отдать второй номер ему.

Теперь Ли Юй должен был позаботиться о своем боссе, которого он неосмотрительно оставил на кровати. Цзянь Суйин лежал на постели и даже не двигался. Если бы он не издавал тихие стоны от мучившей его боли, то Ли Юй подумал бы, что все совсем плохо. Ли Юй помог Суйину встать. Он ослабил ему галстук и сопроводил в ванную комнату, где попытался привести его в порядок. Он налил стакан воды и протянул его Суйину, чтобы тот ополоснул рот.

Цзянь Суйин отрицательно покачал головой, не говоря ни слова, потому как был не в силах даже открыть рот.

— Цзянь-гэ, тебе нужно прополоскать рот.

— Дай мне… поспать… — голос Суйина был тихий и хриплый.

Ли Юй весь в нетерпении поднес бокал с водой к его губам. Цзянь Суйин закашлял и на его лбу и висках появились прозрачные бисеринки пота.

Дождавшись того, пока Суйин закончит полоскать рот и горло, Ли Юй, придерживая, вновь довел его до кровати. Перед Ли Юем встала сложная задача: снять со своего босса испачканную рвотой одежду. После долгой дороги и нескольких бокалов вина, которые Ли Юй сегодня выпил вместо Суйина, он тоже чувствовал усталость. На самом деле, Ли Юй вовсе не хотел сейчас нянчиться с Суйином. Единственное, что доставляло ему радость, это что он видел перед собой удрученного Суйина, который выставил себя сегодня полным дураком. От одного только несчастного вида Цзянь дашао Ли Юй чувствовал себя счастливым.

Он бы с радостью забыл, что теперь он является помощников Цзянь Суйина, но к сожалению, он знал, что нельзя оставлять своего начальника в таком состоянии до завтрашнего утра.

К его счастью, у Цзянь Суйина совсем не было сил, чтобы поддразнивать его, как он делал это раньше, поэтому Ли Юю не доставило особого труда аккуратно снять с него брюки.

Но после того, как снял одежду с Суйина, он не мог не кинуть взгляд на него, пробегаясь несколько раз глазами по его телу. Было заметно, что Цзянь Суйин чувствовал себя очень плохо. Вся его кожа была усыпана мелкими капельками испарины и пота, словно россыпью бисера. Даже его белье было пропитано влагой. В неярком свете отеля выпирающая плоть Суйина образовывала небольшую выпуклость. В бессознательном состоянии и такой слабый на вид, этот мужчина выглядел очень… очень сексуально.

Ли Юй не признается, что он гей, но человек, который ему нравится — мужчина. А сейчас он не может смириться с тем, что смотрит на беззащитное полуобнаженное тело другого мужчины, краснея ушами. Не говоря уже о том, что этот мужчина — Цзянь Суйин.

Ли Юй был напряжен. Он грубо накинул одеяло на тело Цзянь Суйина и быстро отвернулся, собираясь выйти из этого номера.

— Ли Юй, — вдруг выкрикнул Цзянь Суйин.

Ли Юй оглянулся. Он наклонил голову и прищурил глаза.

— Воды… дай мне стакан воды…

Ли Юй на несколько секунд заколебался, но все же подошел к мини-холодильнику и достал бутылочку минеральной воды. Он помог Цзянь Суйину сесть на кровати, присаживаясь рядом… и поднес горлышко к его губам.

— Пей.

Цзянь Суйин сделал пару глотков, а затем оттолкнул руку Ли Юя вместе с бутылочкой воды.

— Иди и купи лекарство от похмелья, — Цзянь дашао привык командовать людьми, но с Ли Юем он всегда себя сдерживал. Но сейчас он был пьян, поэтому не мог контролировать себя.

Кто обрадовался бы, если бы его послали посреди ночи в аптеку? Ли Юй был зол. У него было только одно желание — толкнуть Суйина на кровать, зная, что завтра он это даже не вспомнит, и уйти. Поэтому он оттолкнул его от себя.

Но в этот момент Цзянь Суйин накренился и его голова безвольно упала ему на колени, упираясь ему между ног.

Ли Юй замер в изумлении. Ему всего девятнадцать лет, и ему трудно не нервничать, когда кто-то касается его промежности. Брюки от костюма на Лю Юе были тонкими и узкими, а бедра — тугими. Состояние Цзянь Суйина казалось плохим. Он прижался к Ли Юю, тихо стонал и терся головой, чувствуя, как плоть Ли Юя касается его.

Ли Юй моментально встал и вышел из комнаты.

Когда дверь закрылась, Цзянь Суйин приоткрыл глаза и довольно ухмыльнулся. Жаль, что он на самом деле чувствовал усталость и слабость, а иначе он мог бы хорошо повеселиться и свалить все на то, что был просто пьян. Это было последнее, о чем подумал Суйин, прежде чем отключиться.

Его сон продлился четырнадцать часов. Когда Цзянь дашао встал, то почувствовал головокружение. Но если сравнивать свое состояние со вчерашним вечером, то сейчас ему действительно было намного лучше. Он быстро принял душ, привел себя в порядок, принял лекарство от простуды и, наконец, взял телефон и позвонил Ли Юю.

— Эй, сяо Ли-цзы, где ты?

— В своей комнате.

— Я проснулся, так что иди сюда.

Цзянь Суйин не ожидал, что Ли Юй придет так быстро. Он второпях скинул с плеч халат, поправляя тонкое, почти прозрачное нижнее белье, которое предоставляют в отеле для гостей, и прежде чем открыть, несколько раз взглянул на себя в зеркало, что было на шкафу-купе. Убедившись, что он выглядит весьма горячим и сексуальным, Суйин открыл дверь.

По ту сторону двери стояли двое. Ли Юй, чье лицо не выражало никаких эмоций, и водитель, Сяо Чжао, который в любое время суток выглядит — глупо.

— Я просил тебя прийти, зачем ты привел сюда Сяо Чжао? — Цзянь Суйин подумал о своем нынешнем виде. Каким бы наглым он ни был, но сейчас он все же был немного смущен.

— Я подумал, что как только ты проснешься, то сразу захочешь вернуться обратно.

— Кто сказал, что я собираюсь возвращаться? Сяо Чжао, возвращайся в свою комнату и оставайся там.

Молодой водитель все это время с завистью смотрел на своего босса. У того были длинные ноги и восемь кубиков пресса. Но как только он услышал, что тон Цзянь Суйина был повышен, то сразу же сбежал в свой номер. Попадать под его горячую руку ему вовсе не хотелось.

— Заходи, нам есть о чем поговорить.

Ли Юй прошел в комнату за Цзянь Суйином, закрывая за собою дверь.

Цзянь дашао оперся об изголовье кровати. Он прикурил сигарету, сделав большую затяжку, и выпустил большое облако дыма, прежде чем заговорить.

— И у тебя еще поворачивается язык говорить о возвращении? Посмотри на мою одежду, могу ли я ее надеть? Или ты прикажешь мне ехать голым?

«Даже если ты пойдешь домой по улице абсолютно голый, то даже не покраснеешь!» — подумал Ли Юй, но вслух произнес совершенно другое:

— Ты хочешь, чтобы я купил тебе новую одежду?

— Конечно, я хочу, чтобы ты купил мне новый комплект одежды. Кроме того, у меня все еще болит горло и голова, так что купи еще лекарств. Ты знаешь мой размер? — Цзянь Суйин вдруг понял, как двусмысленно прозвучали его последние слова. Он ухмыльнулся и игриво взглянул на Ли Юя.

Ли Юй видел Цзянь Суйина насквозь. Если он не был болен или у него не было плохого настроения и проблем по работе, то этот мужчина готов был вести себя всегда дерзко и вызывающе. И если проявить свое смущение, идя у него на поводу, то это сделает его безмерно счастливым.

— Я могу предположить, — мягко улыбнулся Ли Юй и опустил взгляд на единственную прикрытую часть тела Цзянь Суйина.

И хотя взгляд Ли Юя был в этот момент холоднее зимнего ветра, для Цзянь Суйина он был привлекателен и полон очарования. Он выбил Суйина из колеи. Ему потребовалось около пяти секунд, чтобы отреагировать.

— Тогда поторопись, — увидев, что его попытка смутить Ли Юя не увенчалась успехом, Суйин был немного разочарован. — И еще, скажи, чтобы мне принесли завтрак в номер.

С тех пор, как Ли Юй стал его помощником, многие прихоти и требования Цзянь Суйина выполнялись, хотя он мог сделать это и сам, лишь одним движением руки. Но ему очень нравилось то, как Ли Юй выполнял его поручения, и Суйин на самом деле наслаждался каждой такой мелочью.

Как только Цзянь Суйин закончил завтракать в своем номере, вернулся Ли Юй, который купил ему одежду и лекарства. Выпив таблетки, Суйин надел вещи, которые оказались ему по размеру. Они вместе покинули отель и сели в машину.

— Цзянь-цзун, куда едем? — спросил Сяо Чжао.

Цзянь Суйин назвал ему адрес, а затем повернулся к Ли Юю.

— Навестим моего дедушку, — произнес Суйин с улыбкой на губах.

По дороге они останавливались в нескольких местах. Цзянь Суйин накупил много всяких пищевых добавок, часть которых взял с собой, а остальные оплатил доставку на адрес своего дедушки.

Старший член семьи Цзянь теперь жил жизнью праздных облаков и диких журавлей[1]. Когда-то отец Цзянь Суйина приобрел около двадцати акров земли в Циньхуандао. Вся земля использовалась дедушкой для сельскохозяйственных нужд и животноводства. Каждый раз, когда Цзянь Суйин приезжал к нему в гости, то его охватывало огорчение. Отсюда совсем недалеко до городской зоны и оздоровительных санаториев, которые используются правительством. Цены на землю в Циньхуандао за последние годы резко взлетели. Иметь такой большой участок, в таком хорошем месте, было бы хорошо для бизнеса и зарабатывания денег, но дедушка использовал его для выращивания цыплят и овощей. Какое расточительство.

[1] Отшельник, который ведет свободный образ жизни. Подобен облакам и диким журавлям, — которые свободны. Одинокие облака и дикие журавли — не имеют определенного места жительства, в отличие от дедушки Цзянь.

Прибыв на место, Суйин и Ли Юй вышли из машины, взяв с собой свои вещи, а Сяо Чжао остался их ждать в салоне автомобиля.

Хотя у дедушки не осталось на голове ни одного темного волоска, что заменила седина, он был еще довольно крепок и здоров. Он встречал их с трубкой во рту, стоя у калитки с того самого момента, как подъехала машина.

— Дедушка, — радостно воскликнул Цзянь Суйин.

— Ах ты, маленький ублюдок, у тебя наконец-то появилось время, чтобы навестить меня? — лао Цзянь отругал внука, но потом заключил Суйина в свои объятия, похлопывая его по спине.

[2] В тексте используется 简老爷子 — Цзянь Лаой-цзы. 老爷子 — вежливое обращение к пожилому мужчине. Но мы будем использовать лао Цзянь, как и ранее лао Ли.

— Дедушка, — зашипел Суйин, — в твоих ударах столько силы, что я гарантирую, что ты доживешь до ста двадцати лет.

— Зачем жить так долго? Это будет напрасной тратой еды нации, — улыбнулся дедушка Цзянь. — Ну идем, проходи, проходи. Эй, а кто этот молодой человек?

— О, дедушка, это внук лао Ли.

— Что? Внук лао Ли? Неужели уже такой взрослый?

— Взрослый.

— О-о-о, — дедушка оглядел его с головы до ног, — я видел тебя, когда ты был совсем еще ребенком, поэтому ты не должен меня уже помнить. Как зовут тебя, ребенок?

— Меня зовут Ли Юй, — со всей почтительностью ответил юноша.

— Да-да, точно. Твой дедушка любит хвастаться своими литературными талантами. Он дал тебе женское имя, над которым мы тогда все смеялись. Но он ловко всегда это обыгрывал, и так, что было не подкопаться. Я говорю тебе правду, ха-ха-ха.

Ли Юй рассмеялся.

— Ладно, заходите.

— Дедушка, — как только они вошли в дом, Суйин заговорил, — я приехал к тебе в спешке, поэтому с собой ничего не привез. Но я накупил тебе кое-что в местных магазинах.

Дедушка Цзянь с презрением взглянул на все эти кордицепсы, морские огурцы и птичьи[3] гнезда.

[3] «冬虫夏草» кордицепс, «海参» морской огурец и «燕窝» ласточкино гнездо. Обычно все это используются в традиционной китайской медицине.

— Забери все это обратно, мне ничего из этого не нужно. Чем больше вы будете употреблять что-то подобное, тем быстрее покинете эту землю. Но если вы действительно хотите жить дольше, то должны использовать то, что использую я — экологически чистые овощи, которые не содержат пестициды. Именно такие я выращиваю здесь и ем их каждый день.

— Да-да, дедушка, ты прав во всем, — улыбнулся Суйин. — Но я приехал специально к тебе, поэтому ты должен взять их в качестве подарка. Если они не нужны тебе, то ты можешь отдать тем людям, которые работают в твоем доме.

— Молодой господин приехал, — к ним навстречу вышли мужчина и женщина, приветствуя их. Они с улыбкой на лице забрали все из рук Суйина.

В доме дедушки на постоянной основе проживали четыре человека, которые ежедневно заботились о нем. Когда наступало время посевов или уборки, то он нанимал дополнительных работников. Так что он не в одиночестве проживал на своей ферме.

От ворот до дверей дома идти было всего две-три минуты. Ли Юй все это время смотрел на засеянные овощами грядки, вдыхая чистый воздух.

— Смотри, — Цзянь Суйин пальцем указал на дерево, — это сливовое дерево. Сейчас еще не сезон, но через месяц мы можем приехать и ты сможешь ее съесть. А это тыква. Она хотя и маленькая, но очень вкусная.

— Сегодня у нас будет тушеная курица, — улыбнулся дедушка. — Я сам ее зарублю. Но до ужина времени еще много, поэтому я схожу наберу еще и свежих овощей, а вы… почему бы вам не сходить на озеро и не наловить рыбы?

— Хорошо, — Суйина охватило волнение, — а лодка? Она готова?

— Я знал, что вы приедете, поэтому приготовил уже все. Лао Ян уже ждет вас. Я дам вам два часа. Если пойманная рыба будет весить меньше четырех катти[4], вы двое будете мыть посуду сегодня вечером.

[4] Кэтти, кетти, катти, катто (кит. 斤， цзинь) — традиционная единица массы в Китае и странах Юго-Восточной Азии, в разных странах ее размер составляет от 600 до 632,5 грамма. В КНР в настоящее время стандартизирован в 500 г.

— Дедушка, ты меня недооцениваешь, — рассмеялся Суйин, — вот подожди!

Цзянь Суйин взял закуски и воду, которые уже были приготовлены для них, и, весь переполненный радостью, повел Ли Юя к озеру. Каждый раз, когда он приезжал к дедушке, он всегда брал лодку и выходил на рыбалку. Это время, проведенное на свежем воздухе в окружении красочного пейзажа и небольшого количества людей. Он всякий раз брал еду и напитки и заплывал в самый центр озера. Он рыбачил, а в ожидании улова читал книги, ни о чем не думая, и лениво проводил отдых. Ему всегда это нравилось. Но сегодня с Суйином была особенная красота из семьи Ли. Цзянь дашао был безумно счастлив, даже просто находясь с ним рядом.

Они подошли к озеру, где у деревянной пристани уже поджидал белоснежный катер, а их встречал улыбающийся лао Ян.

Ли Юй посмотрел на зелено-голубое озеро, поверхность которого ярко сверкала на солнце, чувствуя внутри себя небывалый комфорт. Он глубоко вдохнул свежий воздух и почувствовал себя словно отдохнувшим.

— Ян шушу, — воскликнул Суйин.

— Молодой господин, вы прибыли. Лодка уже готова, а также все рыболовные снасти для вас.

— Спасибо, Ян шушу.

Цзянь Суйин и Ли Юй взошли на борт, и Суйин сам лично направил лодку в самую середину озера.

Глава 3.4 - Рыбалка и прочее

Глава удалена Shelleer

Эту работу вы можете прочитать на ваттпад,  скопировав ссылку или через группу в телеграмм. На этом сайте этой работы не будет. Приношу прощения за доставленные неудобства.

https://www.wattpad.com/user/Shelleer

И канал в телеграм, чтобы не потеряться:

https://t.me/You_But_Love_Him_Shelleer

Вселенная 188男团 /188 group/

Глава 4.1 - Трогательный зрелый мужчина и застенчивый натурал

Глава удалена Shelleer

Эту работу вы можете прочитать на ваттпад,  скопировав ссылку или через группу в телеграмм. На этом сайте этой работы не будет. Приношу прощения за доставленные неудобства.

https://www.wattpad.com/user/Shelleer

И канал в телеграм, чтобы не потеряться:

https://t.me/You_But_Love_Him_Shelleer

Вселенная 188男团 /188 group/

Глава 4.2 - Бай Синьюй бяоди–мошенник

Глава удалена Shelleer

Эту работу вы можете прочитать на ваттпад,  скопировав ссылку или через группу в телеграмм. На этом сайте этой работы не будет. Приношу прощения за доставленные неудобства.

https://www.wattpad.com/user/Shelleer

И канал в телеграм, чтобы не потеряться:

https://t.me/You_But_Love_Him_Shelleer

Вселенная 188男团 /188 group/

Глава 4.3 - Вечеринка, поцелуй и удар

Глава удалена Shelleer

Эту работу вы можете прочитать на ваттпад,  скопировав ссылку или через группу в телеграмм. На этом сайте этой работы не будет. Приношу прощения за доставленные неудобства.

https://www.wattpad.com/user/Shelleer

И канал в телеграм, чтобы не потеряться:

https://t.me/You_But_Love_Him_Shelleer

Вселенная 188男团 /188 group/

Глава 5.1 - Как отсосать девственнику натуралу?

Глава удалена Shelleer

Эту работу вы можете прочитать на ваттпад,  скопировав ссылку или через группу в телеграмм. На этом сайте этой работы не будет. Приношу прощения за доставленные неудобства.

https://www.wattpad.com/user/Shelleer

И канал в телеграм, чтобы не потеряться:

https://t.me/You_But_Love_Him_Shelleer

Вселенная 188男团 /188 group/

Глава 5.2 - Когда ты терпеть не можешь того, кто тебе отсосал

Глава удалена Shelleer

Эту работу вы можете прочитать на ваттпад,  скопировав ссылку или через группу в телеграмм. На этом сайте этой работы не будет. Приношу прощения за доставленные неудобства.

https://www.wattpad.com/user/Shelleer

И канал в телеграм, чтобы не потеряться:

https://t.me/You_But_Love_Him_Shelleer

Вселенная 188男团 /188 group/

Глава 5.3 - Цзянь Суйин, лао-цзы прикончит тебя сегодня

Глава удалена Shelleer

Эту работу вы можете прочитать на ваттпад,  скопировав ссылку или через группу в телеграмм. На этом сайте этой работы не будет. Приношу прощения за доставленные неудобства.

https://www.wattpad.com/user/Shelleer

И канал в телеграм, чтобы не потеряться:

https://t.me/You_But_Love_Him_Shelleer

Вселенная 188男团 /188 group/

Глава 5.4 - Разозлил его еще больше

Глава удалена Shelleer

Эту работу вы можете прочитать на ваттпад,  скопировав ссылку или через группу в телеграмм. На этом сайте этой работы не будет. Приношу прощения за доставленные неудобства.

https://www.wattpad.com/user/Shelleer

И канал в телеграм, чтобы не потеряться:

https://t.me/You_But_Love_Him_Shelleer

Вселенная 188男团 /188 group/

Глава 6.1 - То, что бушует во тьме

Глава удалена Shelleer

Эту работу вы можете прочитать на ваттпад,  скопировав ссылку или через группу в телеграмм. На этом сайте этой работы не будет. Приношу прощения за доставленные неудобства.

https://www.wattpad.com/user/Shelleer

И канал в телеграм, чтобы не потеряться:

https://t.me/You_But_Love_Him_Shelleer

Вселенная 188男团 /188 group/

Глава 6.2 - Не буди спящую собаку и не надейся от нее убежать

Глава удалена Shelleer

Эту работу вы можете прочитать на ваттпад,  скопировав ссылку или через группу в телеграмм. На этом сайте этой работы не будет. Приношу прощения за доставленные неудобства.

https://www.wattpad.com/user/Shelleer

И канал в телеграм, чтобы не потеряться:

https://t.me/You_But_Love_Him_Shelleer

Вселенная 188男团 /188 group/

Глава 6.3 - Дай я трахну тебя и мы квиты

Когда Цзянь Суйин проснулся на следующий день, Ли Юя уже не было в номере.

Он пришел в себя и вспомнил, что произошло этой ночью. Суйин почувствовал себя так, словно его ударила молния. Он до сих пор не мог поверить, что Ли Юй осмелился с ним, Цзянь Суйином, так поступить.

Он все еще лежал на полу, и на нем не было даже гребаной простыни. Все следы происшествия так и остались на его теле засохшими пятнами.

Если бы Ли Юй стоял сейчас перед ним, и кто-нибудь подсунул бы Цзянь Суйину нож, то он бы точно, без раздумий, вонзил бы его острое лезвие прямо в сердце Ли Юя.

Цзянь Суйин сильно ударил ногой по полу, и из его горла вырвался гневный рев. Это движение напрягло все его онемевшие мышцы. Он содрогнулся всем телом, чувствуя страшную боль.

В результате жестокой драки Цзянь Суйин уже был тяжело травмирован. Но после того, как полночи его вдавливал в пол и трахал молодой и крепкий парень, все его тело разваливалось на части. Суйин всю жизнь был в хорошей физической форме и здоров, как буйвол. Он ни единого дня не лежал в больнице. Если посчитать, то это определенно самая серьезная травма, которую он когда-либо получал. Это страшная боль не только физическая, но и психологическая.

Сильной и гордой самооценке Цзянь Суйина был нанесен беспрецедентный удар. Тот факт, что его изнасиловали, а не совратили, был самым большим позором в его жизни. Только сейчас Цзянь Суйин признал, что недооценил Ли Юя. Ли Юй же всегда вел себя как молодой господин семьи Ли, был сдержанным и уравновешенным. Как он мог совершить такой шокирующий, непозволительный и аморальный поступок. Ему стало интересно, как далеко мог зайти этот ребенок. Судя по масштабам вчерашнего, это должно было быть большое грехопадение и большой порок, вроде измены своему учителю.*

*欺师灭祖 идиома, означающая нарушение правил/догм; быть девиантным.

В конце концов, Суйин всего лишь дразнил его несколько раз, так какого черта Ли Юй это сделал?

Когда Цзянь Суйин подумал о том, как с ним обошлись из-за такого пустяка, его охватило сожаление…

Он много времени провалялся на полу. У него не было сил, чтобы встать. Занавески были задернуты, но по яркому свету, проникающему сквозь щели, можно было понять, что, должно быть, уже давно наступило утро.

Если кто-то посмеет войти сейчас и увидеть его уродливое лицо и всего его в безобразном состоянии, то Суйин выколет этому человеку глаза.

Цзянь Суйин заставил себя сесть, подперев спиной кровать, и посмотрел на свое тело… оно представляло собой поистине ужасное зрелище.

Ли Юй определенно гребаное животное. Обычно он выглядит, как человек с высокими моральными качествами. Но в сексе он оказался настоящим зверем, который не просто кусается, а вгрызается в тело, словно в свежее мясо. Ли Юй получил к нему доступ, и теперь пострадала его задница. Блядь!

Цзянь Суйин был так взбешен, что его чуть не стошнило кровью. Он в ярости ударил ногой по полу и тут же взвыл от нового приступа боли. Даже если бы Суйин разрубил Ли Юя на сотни кусочков и разбросал его тело, то это все равно не облегчило бы его душевную боль.

Он был уже на грани, ему хотелось расплакаться.

На этот раз он действительно потерпел большое поражение и потерял свое достоинство. Как он, Цзянь Суйин, мог оказаться в такой ситуации? Если об этом станет известно, то он повесится. Если он не отомстит, то будет черепашьим* сукиным сыном до конца своих дней!

*王八蛋 [wáng bā dàn] — сукин сын. Здесь скрытый смысл. Это выражение относится к человеку, который зарабатывает на жизнь проституцией — черепаший сукин сын.

Сама автор опровергла это сравнение. В адаптированной к радиопостановке версии, которая сейчас имеется в доступе, автор исправила это выражение на сволочь 王八.

Пока Цзянь дашао в гневе перекатывался по полу, кто-то несколько раз осторожно постучал в дверь.

Цзянь Суйин тут же напрягся и затаил дыхание.

— Кто?

Крикнул он и еще больше возненавидел Ли Юя. Его голос был настолько хриплым, что он думал, что кричит достаточно громко, но на самом деле он был таким тихим, словно жужжание комара. Суйин не знал, слышал ли его кто-нибудь с той стороны двери.

Прежде чем он смог снова прокричать свой вопрос, Суйин внезапно услышал снаружи «бип», который, очевидно, был звуком считывания карты, открывающей дверь.

Цзянь Суйин использовал все свои силы и, опираясь на кровать, попытался взобраться на нее, чтобы закутаться. Но, к сожалению, он тут же тяжело осел, как только его задница оторвалась от пола.

Шок от сильной боли больше не имел значения, когда он почувствовал, как горячая жидкость вытекает из него. Цзянь Суйин действительно хотел покончить жизнь самоубийством от стыда.

Суйин поднял глаза и увидел, что в дверях стоит тот самый Ли Юй, которого он сначала хотел изнасиловать, а потом убить.

На избитом и покрытом синяками лице Ли Юя было написано явное смущение и скованность. Цзянь Суйин в этот момент весьма впечатлился собой.

Только что он представлял себе бесчисленные способы, как можно убить Ли Юя. И он не ожидал, что всего через несколько минут он будет стоять перед ним. Ненависть Суйина еще не успела разгореться в полную силу. Теперь же она и вовсе застыла на месте.

Только одна мысль о том, что он может быть таким же жалким, как потерявшаяся собака, вызывала у него желание исчезнуть в это мгновение.

Ли Юй смотрел на него настороженно, словно опасаясь, что тот вскочит и набросится на него. Он видел, что, хотя Цзянь Суйин и оскалил зубы, жестко ухмыляясь, словно Ганнибал, собравшийся отведать человечины, ему явно трудно двигаться. Поэтому Ли Юй медленно подошел к нему.

Взгляд Цзянь Суйина прожигал в нем дыру.

— Ли Юй, — Суйин стиснул зубы и вздернул подбородок, — если я не убью тебя, то я возьму твою фамилию. Только подожди и увидишь!

Хотя выражение его лица было очень свирепым, но в сочетании с его нынешним обнаженным, избитым и оскорбленным видом он был в невыгодном положении с точки зрения созерцательности.

Ли Юй мог только скрыть свое смущение, не проявляя на своем лице никаких эмоций. Но когда его взгляд упал на Цзянь Суйина, он почувствовал, что его сознание меркнет, и ему пришлось тут же отвести глаза.

После сумасшедшей ночи, когда Ли Юй проснулся этим утром, он увидел, что Суйин был прижат к нему. Он хмурился во сне, и его вид был несчастным. Голова Ли Юя начала гудеть, и он понял, что попал в беду. Он действительно не думал, что в гневе способен на такое. Ли Юй лишь намеревался избить Цзянь Суйина и отправить его в больницу, но в итоге все вылилось в то, что он увлекся и потерял рассудок.

Как все дошло до этого? Ли Юй был настолько перепуган, что просто убежал из комнаты. Ему потребовалось долгое принятие душа, чтобы его тело и разум успокоились.

Жизнь — это процесс постоянного появления и решения проблем. Он должен был свести к минимуму возникшую проблему, прежде чем об этом станет известно Суйлиню или его брату.

Ли Юй позвонил администратору, чтобы тот прислал противовоспалительное лекарство, и попросил еще карточку номера Цзянь Суйина. Ли Юй посмотрел на себя в зеркало и был шокирован своим лицом. Именно поэтому он даже не осмелился открыть дверь, когда девушка доставила то, что он просил.

Захватив лекарства и карточку от номера, Ли Юй направился в комнату Цзянь Суйина. И хотя их разделяли всего пара комнат, каждый его шаг требовал от него решительности.

Все, что было в его голове о вчерашней ночи, начало всплывать в памяти. Вот он крепко удерживает тонкую талию Цзянь Суйина, чтобы агрессивно вторгнуться в него. Тело у Суйина гибкое, талия тонкая, а на спине бисером рассыпалась мелкая испарина, и в тусклом освещении комнаты капельки пота блестели, а кожа лоснилась. Сильные бедра Суйина такие мощные и подтянутые. Все это сводило Ли Юя с ума, и он просто не мог контролировать себя, пытаясь проникнуть как можно глубже… до самого конца.

Стоя у дверей комнаты Цзянь Суйина, Ли Юй чувствовал, как горит его лицо.

После долгих минут подготовки к неизбежному он изменил выражение лица и провел картой, чтобы войти в номер. Как только он вошел в комнату, то увидел Цзянь Суйина, сидящего обнаженным на полу, опираясь на кровать. Все его тело было покрыто следами, которые Ли Юй оставил на нем вчера.

Перед глазами Ли Юя мгновенно все потемнело и он почувствовал внутренний жар. Он даже не осмелился больше взглянуть на него. Ли Юй грубо сдернул с постели простыню и бросил ее в Цзянь Суйина, прежде чем подошел к нему, чтобы помочь подняться.

Цзянь Суйин увидел то место на голове Ли Юя, которое вчера кровоточило от удара, и снова сильно ударил туда же.

— Ты, блядь, еще не закончил, ублюдок? — Ли Юй прикрыл голову и посмотрел на него с раздражением.

— Как я могу? — Цзянь Суйин, как обезьяна, которой подпалили задницу, грубо выругался. — Ли Юй, пошел ты нахуй. Ты не сможешь сегодня выйти из этой двери, — Цзянь Суйин не знал, откуда взялась сила, но он прыгнул на Ли Юя, сжимая кулак для удара.

Ли Юй схватил его за руку в отчаянной попытке удержать его.

По сравнению с Цзянь Суйином, его травмы явно были намного легче, поэтому ему удалось удержать и немного усмирить Суйинав всего несколькими ударами.

— Не смей… тереться об меня, — голос Ли Юя был глухим, а лицо багрово-красным.

— Иди нахуй! — Суйин задержал дыхание и замер на мгновение, но после пнул Ли Юя свободной ногой. В результате этого действия его раны снова заныли. Боль была настолько сильной, что он дернулся.

Ли Юй с трудом поднялся на ноги. Он подтащил Цзянь Суйина на кровать и бросил в него лекарство.

— Ты… ты намажь… прими лекарство. Я отправлю тебя в другое место. Нельзя, чтобы они видели тебя в таком виде.

— Только тебе позволительно это видеть? — в гневе Цзянь Суйин пнул противовоспалительное средство под кровать. — Ты, подлый насильник!

— Ты сам напросился! — Ли Юй мгновенно побелел от возмущения и голос его стал жестким. — Я предупреждал тебя не связываться со мной!

— Если бы я знал, что в тебе есть ген насильника, я бы держался от тебя подальше!

Тот, кто был слева, и тот, кто совершил преступление… Они оба стимулировали маленькое высокомерное сердце Ли Юя, которое сейчас будто поджаривали на сковородке. Но Ли Юй не чувствовал никакой вины за то, что унизил и отомстил Цзянь Суйину. Он действительно считал, что тот заслужил это. Но дело в том, что поступок, который совершил Ли Юй, настолько противоречил его многолетнему образованию и воспитанию, что было бы ложью сказать, что он не сожалеет об этом. Но сейчас он не должен выказывать ни малейшего сожаления. Цзянь Суйин — человек, который точно может быть настоящей занозой в заднице. Если Ли Юй ненароком раскроет свои психологические слабости, то он обязательно поймает его и будет жестоко унижать.

— Цзянь Суйин, я уже говорил тебе, — голос Ли Юя был холодным, — я отказывал тебе много раз, но ты, сука, продолжал доставать меня!

— Ли лао-эр, с этого момента наши отношения закончились, — Суйин был так зол на него, что его едва не стошнило кровью. — Но подожди… я не дам тебе спокойно жить до конца твоей жизни! Я заставлю тебя пожалеть о том, что ты родился!

Ли Юй даже не принял его угрозу близко к сердцу. Главная причина заключалась в том, что нынешний вид Цзянь Суйина был слишком жалким и не представлял угрозы.

— Ты собираешься использовать это или нет? — Ли Юй поднял мазь и бросил ее на кровать. — Или ты хочешь отправиться в больницу?

— Иди в свою гребаную больницу и лечись сам! Я надеюсь, они излечат твою импотенцию, — Суйин схватил мазь и бросил ее прямо в лицо Ли Юю.

Ли Юй затаил дыхание. Если бы у Цзянь Суйина был менее язвительный рот, то вчерашнего инцидента могло бы и не быть.

— Позвони сейчас же моему брату и скажи, что тебе срочно нужно вернуться в Пекин, — Ли Юй старался не обращать на него внимания и сохранять холодность в голосе. — Я договорюсь о машине, которая отвезет тебя в другой отель. Об остальном я позабочусь.

Цзянь Суйин знал, что сейчас это лучшее решение, однако он не хотел избавлять Ли Юя от неприятностей. Он наблюдал за выражением лица Ли Юя сузившимися глазами. Он знал, что Ли Юй не меньше, чем он сам, беспокоится о том, что его брат узнает об этом.

«Я замучаю тебя до смерти!»

— Поехать? Куда? — рассмеялся Суйин. — О да, я хочу позвонить твоему дагэ и сказать, что меня изнасиловал его брат. Что ты думаешь об этом? Или, чтобы разобраться с этим делом, ты выйдешь за меня замуж? Где мой телефон? Найди его мне, быстро!

— Иди нахуй! — лицо Ли Юя побагровело от гнева. Его охватила волна паники, но он так же быстро успокоился. Проанализировав ситуацию, Ли Юй понял, что Суйин, учитывая его статус, не может позволить себе потерять лицо больше, чем он. Но он все еще не мог успокоиться и расслабиться. Из того, что он уже знал о Цзянь Суйине, он нередко совершал неловкие, постыдные и неординарные поступки.

Они оба оказались в безвыходном положении, соревнуясь в терпении и решительности.

— Ты идешь или нет? — спросил Ли Юй, стиснув зубы.

— Я не пойду! Быстро приведи сюда своего брата. Теперь мы считаемся супругами, и если ты не возьмешь на себя ответственность, я пойду к тебе домой и создам проблемы, — серьезно сказал Цзянь Суйин, восхищаясь тем, как искривляется и становится уродливым лицо Ли Юя, и получая от этого извращенное удовольствие.

— Генеральный директор Jian Financial Group был изнасилован мужчиной. Как только новость станет известна, она распространится по всему Пекину. Ты так сильно хочешь прославиться? — холодно рассмеялся Ли Юй.

— У меня нет проблем с этим. Ничье мнение меня не волнует, — Цзянь Суйин последовал его примеру и тоже усмехнулся. — Давай сейчас пригласим врача для фиксирования моих травм. Я потерпевший, а ты преступник, который хуже зверя. Что, попробуем?

— Какого черта тебе нужно? — сквозь зубы процедил Ли Юй. В конце концов, Ли Юй был молод, и перед таким старым отморозком, как Цзянь Суйин, он не мог не взволноваться.

— Все просто, — именно этого и ждал Суйин, — снимай штаны — я тебя трахну. Только тогда мы будем квиты.

— Пошел нахуй! — послал его Ли Юй.

Переговоры прервались. Они молча продолжали смотреть друг на друга с бледными лицами. Атмосфера в комнате была крайне странной.

В этот момент в углу зазвонил мобильный телефон Цзянь Суйина.

Ли Юй поднял телефон и, уставившись на экран, поджал губы.

— Ли Сюань? — Цзянь Суйин посмотрел на его изменившееся выражение лица и сразу же догадался, кто звонил.

Ли Юй бросил на него взгляд, молчаливо подтверждая это.

— Почему ты боишься? — усмехнулся Цзянь Суйин. — Ты должен быть храбрым, если уж посмел такое сделать.

— Ответь! — Ли Юй молча смотрел на него две секунды, а потом бросил ему трубку.

На этот раз пришла очередь Цзянь Суйина беспокоиться. Он думал, что у Ли Юя будут угрызения совести, но тот просто бросил ему телефон. Суйин свирепо посмотрел на Ли Юя. Ему ничего не оставалось, кроме как принять вызов.

— Суйин, как тебе спалось? — в динамике раздался бодрый голос Ли Сюаня. — Я слышал, ты вчера был на пляже. Тебе было весело?

— Было дольно оживленно, — Суйин прервал его, когда тот снова хотел заговорить, — Ли Сюань, я как раз собирался позвонить тебе.

— Что-то случилось?

— Видишь ли, как неудачно получилось… У меня возникли неотложные дела в Пекине. Я должен вернуться, потому что работники в отпуске. В противном случае решить проблему будет затруднительно.

— Какое неудачное совпадение.

В уголках губ Ли Юя появилась холодная усмешка. Он скрестил руки на груди, наблюдая, как Суйин придумывает свою историю.

— Да, — Цзянь Суйин посмотрел на Ли Юя, — это серьезное дело. Я сейчас еду в аэропорт. Я не звонил тебе только потому, что боялся, что ты занят. Мне очень жаль, что я причинил тебе беспокойство и впустую потратил твое время.

— Не говори так, — торопливо ответил Ли Сюань. — Если есть срочное дело, то тебе следует вернуться и заняться им. Эта земля никуда не денется, я придержу ее для тебя. Когда освободишься, то приедешь, и я покажу тебе ее.

— Спасибо большое за понимание. Вот что, я оставлю своего брата здесь. Скажи своим людям, чтобы отвели его осмотреть участок, а он мне все потом доложит. Я забираю с собой твоего брата обратно в Пекин, чтобы он помог мне позаботиться обо всем. Это так сработает? Мы поменяемся братьями, хаха.

— Ладно. Конечно, забирай, — с улыбкой ответил Ли Сюань.

Ли Юй холодно сверкнул глазами. Цзянь Суйин показал ему средний палец.

Закончив разговор, Суйин хотел позвонить сяо Линь-цзы, но, чувствуя себя несколько виноватым, просто отправил ему текстовое сообщение, объясняя земельной вопрос и прося его после возвращения все подробно доложить ему.

— Переоденься, — Ли Юй достал из чемодана одежду и бросил ее Цзянь Суйину.

— Что ты вчера сказал сяо Линь-цзы? — не поднимая головы, спросил Цзянь Суйин, отправляя смс.

— У тебя еще хватает наглости спрашивать? — как только Ли Юй услышал вопрос, маленький огонек ненависти в его сердце снова разгорелся. Он стиснул зубы. — Иди и объясни ему.

— Что тут объяснять? — фыркнул Цзянь Суйин. — Мы невиновны. Между нами ничего же не произошло?

Лицо Ли Юя то краснело, то бледнело. Такое зрелище было приятно для глаз Суйина.

— У тебя что, глаз нет, ублюдок? — Суйин схватил брюки и бросил их в лицо Ли Юю. — Эта рубашка и брюки разве подходят? Ты даже не можешь позаботиться о людях! Что вообще ты умеешь?

Ли Юй чувствовал, что у него поднимется давление, если он будет проводить с Цзянь Суйином еще больше времени. Цзянь Суйин, вероятно, так и не узнал в своей жизни, что значит проявлять слабость и знать, что правильно, а что нет. Он всегда ведет себя так, будто он самая большая шишка, занимая позицию «Я — босс!». Даже сейчас, в такой ситуации, когда он все еще был обнажен и не мог сам позаботиться о себе после того, как его трахнул мужчина. Подумав об этом, Ли Юй вдруг почувствовал особое облегчение. Возможность унизить его и погасить его высокомерие доставляло гораздо больше удовольствия, чем покорение горы или победа на ринге.

— Тебе лучше всего подходит быть голым! — усмехнулся Ли Юй.

Цзянь Суйин был завернут в простыню, и его прежний соблазнительный вид исчез.

— Налей мне сначала стакан воды, — крикнул Суйин, приглаживая свои волосы. Его горло было сухим, и казалось, словно оно горит.

Ли Юй на мгновение замер, глядя на его красные и опухшие глаза, взлохмаченные волосы и свирепое выражение лица, которое так и кричало «подойди, и я загрызу тебя до смерти». Он вдруг растерялся и почувствовал себя немного беспомощным.

В этот момент Цзянь Суйин был совсем не похож на президента. Он был похож на раненого зверя, загнанного в угол, но все еще демонстрируя свою мощь и обнажая зубы, чтобы предупредить противника, несмотря на то, что был измотан. Несмотря на изнеможение, он никогда не сдавался перед своим врагом. Насколько же жесток был Цзянь Суйин? Казалось, что поражение для него хуже смерти.

Плечи Ли Юя немного расслабились. Он повернулся и налил ему стакан воды. Ли Юй посмотрел на Цзянь Суйина более пристальнее и использовал свой спокойный взгляд, чтобы разрушить его самооборону.

Суровый взгляд Суйина был устремлен на Ли Юя. Когда стакан достиг его рта, он сделал небольшой глоток, но все еще не отрывал глаз от лица Ли Юя.

Ли Юй молча смотрел на то, как Цзянь Суйин взял бокал и выпил всю воду одним глотком.

— Еще, — Суйин вытер влажные губы.

Ли Юй налил ему еще один стакан. Постепенно он смог разобраться в схеме работы мозга Цзянь Суйина. Это мужчина, который хочет сохранить лицо и тихо пострадать, чтобы об этом никто не знал. Он был мягким, но и в то же время твердым человеком.

— Ты одевайся, я зайду за тобой позже, — произнес Ли Юй, как только Суйин закончил пить. После чего он вышел и осторожно закрыл дверь.

Цзянь Суйин заставил себя надеть одежду, чувствуя боль во всем теле. После того, как оделся, он сел на кровать и зашипел.

Когда Ли Юй снова вошел, Суйин встал и указал на свой багаж.

Ли Юй уже не один и не два дня заботился о нем по всяким пустякам. Сейчас не было ничего, что нельзя вытерпеть. Ли Юй собрал все его чемоданы и протянул ему шляпу и солнцезащитные очки.

— Надень их.

Глава 7.1 - Кто‐то должен платить за чужое высокомерие

Цзянь Суйин вышел вслед за Ли Юем за дверь. Когда он миновал порог, в зеркале мелькнуло его лицо. Увиденное практически лишило его души. Ранее ему удалось убедить себя, что сейчас не время сводить счеты с Ли Юем, поэтому он смог сдержать обиду. Но теперь, когда он увидел в зеркале свое распухшее, как у свиньи, лицо, то пришел в ярость.

— Ли Юй, сукин сын! — Суйин сделал выпад и обхватил рукой шею Ли Юя.

Он сжал локоть на шее и следом же ударил своим коленом в коленную впадину Ли Юя. Ли Юй шел впереди него, неся в руке чемодан. Он не был готов к нападению. Суйин душил его так сильно, что Ли Юй не мог сделать даже вздоха. От агрессивных действий и удара по ноге Ли Юй упал на колени.

— Как ты посмел так зверски бить меня по лицу? — громко выругался Суйин. — Я посмотрю, хватит ли у тебя сил выйти из этой двери сегодня!

Лицо Ли Юя посинело от удушья. Он поднял свободную руку, чтобы ударить Цзянь Суйина. У Суйина была только одна свободная рука, которой он и наносил удары по лицу Ли Юя. Но он не смог долго терпеть боль во всем теле, и постепенно сила в его руке ослабла.

Ли Юй воспользовался возможностью. Он схватил руку Суйина и с силой выкрутил ее за спину. Цзянь Суйин вскрикнул от новой боли. Ли Юй толкнул его и прижался к нему сзади.

— Опять твоя гребаная задница чешется? — произнес Ли Юй ледяным голосом, наклонившись к его уху. — Я же сказал тебе не провоцировать меня, и все будет хорошо. Если ты снова будешь задевать меня, то я не знаю, что сделаю с тобой.

— Ты все еще думаешь, что мы двое будем в мире друг с другом? Говорю тебе, если у тебя хватит смелости, можешь убить меня сейчас, или я заставлю тебя жалеть об этом до конца жизни!

Казалось, что кости Цзянь Суйина были созданы из алмаза, он отказывался сдаваться и не боялся Ли Юя.

Ли Юй с детства каждый день тренировался на мешках с песком. Он занимался боксом, учился правильно наносить удары. Его руки были похожи на железные клещи, а сила в них была невероятной. Он использовал ее сейчас не всю, но этого было достаточно, чтобы причинить боль. От крепкой хватки и невозможности вздохнуть лицо Цзянь Суйина синело и он терял человеческий облик. Ли Юй посмотрел на волосы на его затылке. Волосы у Суйина были густыми, черными и плотными. Они были короткими и жесткими, как и сам мужчина, и под стать ему не хотели сгибаться.

Сам Ли Юй тоже был жестким, и чем агрессивнее был Суйин, тем жестче становился он. Ли Юй с негодованием подумал, что если бы Цзянь Суйин вначале был мягче и сбавил обороты, вел бы себя как нормальный ухажер, то, возможно, они не дошли бы до такого. Но теперь было уже слишком поздно что-либо говорить. Цзянь Суйин был прав, они никогда не смогут жить мирно между собой.

Казалось, они оба поняли, что находятся в тупике. Когда Ли Юй почувствовал, что Суйин успокоился, то отпустил его.

— Если ты все еще хочешь устроить драку, давай покинем это место и устроим еще один раунд. В противном случае мы так и не уедем отсюда.

Ли Юй подхватил чемодан и направился к лестнице.

Они оба имели статус высокопоставленных господ, поэтому не могли себе позволить воспользоваться лифтом. Они также не могли выйти в таком виде через вестибюль. Ли Юй уже договорился с водителем, чтобы тот ждал у черного хода. Поэтому, чтобы покинуть этот отель, они должны были воспользоваться лестницей.

Отель, в котором они остановились, находился на четвертом этаже. То, на что обычно уходило мало времени, сейчас требовало больше — Цзянь Суйин теперь двигался с трудом. Он не мог даже выпрямить нормально ноги и при каждом шаге пошатывался. Физическая нагрузка от грубого секса ощущается сразу. Не говоря уже о том, что Цзянь Суйин никогда не испытывал такого раньше. Даже самые опытные, имеющие богатый опыт, не могут позволить себе сначала жесткую драку, а после — полночи необузданного секса, после которого будут брошенными до утра на полу. Боль в нижней части тела была невыносимой. Но Цзянь дашао не хотел, чтобы Ли Юй видел это, поэтому сдерживался, стиснув зубы, пока шел вниз.

Ли Юй смотрел на неловкость Суйина и желание скрыть всю боль. В сердце Ли Юя наконец-то зародилось чувство вины.

Пройдя один этаж, Ли Юй больше не мог этого выносить. Он поставил чемодан и посмотрел на Цзянь Суйина.

— Давай я понесу тебя.

Цзянь Суйин посмотрел на него, как на психопата, и пошел дальше вниз по лестнице сам.

Ли Юй подошел к нему и протянул руку, чтобы поддержать его. Но Цзянь Суйин яростно сделал замах рукой и попытался ударить его. Ли Юй уже понял его намерение, поэтому уклонился в сторону, чтобы избежать удара.

В этот момент Цзянь Суйин оказался в шатком положении. Одна его нога была на верхней ступеньке, а другая на нижней. Когда Ли Юй уклонился, то Суйин потерял равновесие.

Ли Юй поспешно обнял его и попытался поднять на руки. Но Цзянь Суйин был таким тяжелым, что Ли Юй смог лишь прислонить его к стене и прижать к ней. В этом положении их лица были так близко друг к другу, что каждый из них чувствовал горячее дыхание второго. Лицо Ли Юя начало гореть.

Цзянь Суйин вновь почувствовал себя униженным.

— Какого хера ты делаешь? Ты не смог доесть еду и упаковываешь ее? * — зло прошипел Суйин.

* Я не смогла адаптировать на русский, поэтому оставила так, как она есть) 吃不完还带打包的是吧/ chī bù liǎo dōu zhe zǒu — это метафора игнорирования общей ситуации, причинения неприятностей или неблагоприятных последствий и необходимости нести их самостоятельно.

Ли Юй поспешно опустил руку, которой держал Цзянь Суйина за талию.

— Я просто хочу помочь тебе, — рассердился он.

— Кому нужна твоя помощь? Я, по-твоему, безногий?

Цзянь Суйин толкнул его, как и намеревался сделать это ранее, и продолжил самостоятельно спускаться вниз. Ли Юю пришлось следовать за ним с чемоданом. Он не сводил с Цзянь Суйина глаз, следя, чтобы он не поскользнулся на лестнице и не упал, убившись насмерть свернув себе шею.

На то, чтобы пройти четыре этажа, у них ушло почти десять минут.

Когда они спустились вниз и сели в машину, Цзянь Суйин протяжно и тяжело выдохнул. Ему было так некомфортно. Боль, усталость и недосып сделали свое дело. Суйин закрыл глаза, как только оказался в салоне машины, и не произнес ни единого слова.

В таком виде Цзянь Суйин не мог вернуться в Пекин. На самом деле, он даже не хотел никуда выходить с таким лицом.

Ли Юй устроил его в отеле «Hai Canh» с видом на море. Поскольку Цзянь Суйин «забрал» его с собой в Пекин, он тоже не мог появляться в этом городе. Ему также пришлось остановиться здесь.

До ноябрьского праздника оставалось еще несколько дней. Суйин планировал вернуться, как только его лицо перестанет быть таким страшным, дабы не пугать людей и не вызывать у них лишних вопросов.

Как только они расселились, он попросил Ли Юя найти для него врача. Сам же взял в руки телефон и замер.

Обычно, когда он писал сяо Линь-цзы, тот всегда отвечал очень быстро. Его еще никогда не заставляли ждать себя так долго. Неужели вчерашнее поразило его до такой степени? Нет, этого не может быть. Неужели в их семье был кто-то, кто не знал, что он гей? Суйин вспомнил, что когда был в возрасте сяо Линь-цзы, то привел как-то домой своего одноклассника, чтобы заняться с ним сексом. Цзянь Суйлинь, что был тогда еще ребенком, случайно застал их за этим занятием. Цзянь Суйин тогда даже избил его. Почему он подсматривал за ним? Он был ненормальным?

А сейчас причина в том, что Ли Юй — его друг, и он не смог принять этого?

Цзянь Суйин надолго задумался об этом. Он чувствовал себя виноватым. Хотя он не любил своего брата, но он знал, что сам он никогда не исправится и навсегда останется геем. Семья Цзянь по-прежнему зависела от Цзянь Суйлиня. Он и избил его в первую очередь потому, что боялся, что брат в своем возрасте мог пострадать от его собственного дурного влияния. Суйину было жаль своего отца, но если бы он донес на брата, то отец собственноручно вновь избил бы его. Поэтому с тех пор Цзянь Суйин никогда и никого больше не приводил к себе домой. Он также никогда не позволял младшему брату видеть себя с партнерами. Он хотел, чтобы Цзянь Суйлинь научился у него всему, но только не этому.

Суйин, еще немного поразмыслив, все же набрал номер. Он должен был его образумить.

Вызов шел довольно долго, прежде чем ему ответили.

— Гэ… — раздался усталый голос Цзянь Суйлиня.

— Хм! Ты еще не проснулся?

— Я напился вчера…

— С Ли Юем? — закатил глаза Суйин.

Цзянь Суйлинь молчал.

— То, что произошло вчера… — заговорил Суйин.

— Гэ, — Цзянь Суйлинь прервал его, — тебе действительно нравится Ли Юй?

На данный момент, даже если бы его забили до смерти, он не смог бы сказать, что ему нравится Ли Юй. Хотя раньше он его любил. Но сейчас Суйин не мог выразить ни свою любовь к нему, ни ненависть.

— Ты знаешь, какой я, — неопределенно произнес он. — Но это мое личное дело, так что не думай об этом.

— Но, гэ, Ли Юй не любит тебя, — с некоторым волнением произнес Цзянь Суйлинь.

Это ударило прямо по больному.

— Вы, дети, единственные, кто говорит о том, что любит или не любит, — разозлился Суйин. — А я… Я не думаю, что вы поймете. Можешь забыть о том, что видел вчера. Я уже забыл, это не так уж и важно!

— Гэ, ты хочешь сказать, что у тебя несерьезно, да? — произнес Цзянь Суйлинь и тут же замолчал.

Цзянь Суйин был в гневе от этого вопроса. Его разозлило упоминание о Ли Юе. Почему он должен был обсуждать с братом-дураком свои симпатии и антипатии, который к тому же не в курсе того, что происходит? На это у него не было желания.

— Ты меня не слушаешь, да? Я сказал тебе в прошлый раз не пить, если ты не умеешь этого делать! Посмотри на себя, ведешь себя, как мамаша! Кто тебе дал право вмешиваться в мои дела?

Когда Цзянь Суйлинь заговорил, то голос его был гораздо трезвее:

— Гэ, не сердись. Я просто думаю, что вы не подходите друг другу. Ли Юй, он…

— Ты все еще так говоришь про это дерьмо?

— Гэ, не сердись. У тебя голос осип? Выпей воды…

Цзянь Суйина насторожило то, что сяо Линь-цзы был таким эмоциональным.

— Посмотри, как ты сходишь с ума из-за какого-то пустяка, — Суйин был раздражен. — Ты никогда раньше не видел, блядь, как люди целуются?

— Гэ, не сердись, — Цзянь Суйлинь начал заикаться, — ты начинаешь злиться.

— Ты прочитал сообщение, которое я отправил? — гаркнул на него Суйин.

— Да, прочитал.

— Прочитал и не ответил ни на одно?!

— Я уже собирался набрать тебе, но ты позвонил первым.

— Блядь, ты думаешь, что твой брат глупый?

— Я действительно собирался ответить, — обиженно произнес Цзянь Суйлинь, — как я смею не отвечать на твои сообщения?

— Приведи себя в порядок и сам свяжись с Ли Сюанем. Хорошенько осмотри землю, сделай побольше фотографий и доложи потом мне.

— Хорошо.

— Возвращайся потом когда захочешь.

— Гэ, ты… ты действительно забрал Ли Юя обратно в Пекин? Вы теперь вместе?

— Ты, блядь, не закончил с этим?

Цзянь Суйлинь больше не осмелился заговорить.

Суйин сбросил звонок и стал еще более раздражительным. Теперь даже сяо Линь-цзы знал, что Ли Юй его не любит. Это было так унизительно. Цзянь Суйин задумался о том, что произошло за последние два дня. Действительно не было другого слова, кроме как — унизительно!

Жизнь оказалась слишком поганой!

Глава 7.2 - Одиночное заключение с угрозами

Цзянь Суйин не мог выйти из номера, ему было слишком больно двигаться. Полулежа на кровати, он начал ворошить в голове множество плохих мыслей.*

* В тексте использована формулировка — 一肚子坏水/ yī dǔ zǐ huài shuǐ — живот, полный скверной воды. Это выражение, обозначающее человека с плохими мыслями или намерениями.

Цзянь Суйин подумал немного и позвонил на ресепшен. Он попросил принести еду в номер и заказал самое лучшее вино. После того, как он поел и выпил, он заказал массаж ног. В общем, он воспользовался всеми дорогими услугами пятизвездочного отеля. Суйин знал, что у Ли Юя нет недостатка в карманных деньгах. Он всего лишь подросток — куда ему их тратить? Цзянь-да должен был заставить его хорошо потратиться после того, что тот с ним сделал. После того, как список всего дорогого закончился, солнце уже село. Цзянь Суйину стало так скучно, что он заснул, склонив голову набок.

Он был в полудреме, как вдруг услышал, что его кто-то зовет.

Он резко открыл глаза и увидел Ли Юя, стоящего перед его кроватью.

— Что ты тут делаешь?

Взгляд Ли Юя был недобрым.

— Еще только начало вечера, а ты уже спишь? Человек из Циньхуандао не смог дозвониться до тебя по телефону, поэтому позвонил мне.

Цзянь Суйин тут же встал и широко зевнул. Он посмотрел на свой телефон. На экране отобразилось время: восемь часов вечера, и два пропущенных звонка. Он так крепко спал, что даже не услышал их.

— Расскажи мне о вашем разговоре.

— Он говорит, что есть прогресс. Теперь ему нужны от тебя только документы. После чего ты сможешь передать проект кому-то другому.

Цзянь Суйин быстро скинул остатки сна. В его голове закружились мысли, и он быстро набрал номер.

В общей сложности разговор продлился менее десяти минут. Когда звонок был завершен, Цзянь Суйин почувствовал глубокое удовлетворение.

— Ты тоже занимался этим проектом, — обратился он к Ли Юю, — так что иди и подготовь документы.

— Когда они нужны? — нахмурился Ли Юй.

— Чем раньше, тем лучше.

— Все ведомства сейчас на каникулах. Эти вопросы можно будет решить только после праздников.

Цзянь Суйин недовольно посмотрел на него.

— Я не знаю, стоит ли это делать после праздников? Чем раньше это будет сделано, тем лучше.

Лицо Ли Юя потемнело. Он молча развернулся, собираясь уйти.

— Куда ты собрался?

— Должен ли я докладывать тебе, куда я иду?

— Ты думаешь, что просто бросишь меня в отеле и на этом все закончится?

— Чего же ты еще хочешь? Разве ты не хорошо провел время, тратя мои деньги?

— Как душещипательно, — Цзянь Суйин усмехнулся. — Думаешь, мне не нужны деньги за то, что ты изнасиловал меня?

Каждый раз, когда Цзянь Суйин раздражал его этим, Ли Юй так злился, что готов был наброситься на него снова.

— Значит, ты фактически продал себя? Ты сам только что так сказал.

— Даже если бы я продал себя, я бы сделал это добровольно. Это лучше, чем быть изнасилованным тобой. Если бы ты получил такого клиента, как я, то был бы и удовлетворен, и счастлив. А тебе бы за это еще и заплатили. Но когда я получил девственника вроде тебя, который имеет нулевые навыки в постели и вообще ничего не может сделать нормально, это действительно неудача восьми жизней.*

* То есть, слишком плохо все. Это как если бы собрать вместе невезение восьми жизней, чтобы столкнуться с ними в одной.

Лицо Ли Юя стало сине-белым.

— Цзянь Суйин, — дрожащим голосом произнес Ли Юй, — ты такой бесстыжий ублюдок!

— Неважно, насколько я бессовестный, но в сравнении с тобой, я все же лучше...

— Достаточно! — Ли Юй был в ярости. — Если ты еще раз скажешь это, я...

— Что касается моей личности... Я также превосхожу такого насильника, как ты. Ну что, я повторил! Теперь ты снова собираешься насильно овладеть мной?

Ли Юй подскочил и прижал его к кровати. Он свирепо смотрел на него сверху.

Цзянь Суйин заставил себя успокоиться. Он уставился на него в ответ горящими глазами.

После вчерашнего инцидента атмосфера между ними была необычайно странной. Чувствовался сильный запах пороха, но в то же время была неясность.

Ли Юй чувствовал теплое дыхание Цзянь Суйина на кончике своего носа. Тепло взгляда Цзянь Суйина заставляло его тело неестественно гореть.

Такого не должно быть!

Ли Юй сопротивлялся этой неконтролируемой физической реакции.

Как бы сильно Ли Юй ни ненавидел его, но он должен был признать, что Цзянь Суйин был очень мужественной личностью. Беспричинное желание обладания таким человеком подобно наркотику, вызывающему привыкание. Прошел целый день, а он так и не оправился от этого дикого, хищного, агрессивного секса. Физическая дрожь и психологическое превосходство тотального завоевания того, кто думает, что находится выше тебя... Как такое не назови, но забыть это невозможно!

В этот момент Ли Юй так нервничал, что его губы дрожали. Цзянь Суйин внезапно обвил его шею руками и впился в губы. Ли Юй почувствовал, что его мозг гудит, совершенно не реагируя на происходящее.

Цзянь Суйин наслаждался их поцелуем. А когда ему надоело, он укусил Ли Юя за язык.

Эта боль разбудила Ли Юя и привела его в чувства. Он вытер кровь с уголка рта и с досадой и смущением посмотрел на Цзянь Суйина.

— Уходи, — лениво произнес Цзянь Суйин.

Ли Юй очень хотел несколько раз ударить его, но сдержался.

— Почему ты все еще стоишь тут? Разве тебе было недостаточно? Если так, то снимай штаны и садись на меня сверху, я тебя удовлетворю.

Ли Юй схватил его за руку и яростно выкрутил. Он перевернул его и прижал лицом вниз к кровати.

Цзянь Суйин теперь был встревожен таким положением.

— Что тебе нужно, блядь? — нервно выкрикнул он. — Как ты смеешь?

Ли Юй наклонился к нему вплотную так близко, что его грудь прижалась к спине Цзянь Суйина.

Суйин чувствовал, как Ли Юй тяжело дышит. Его грудь яростно поднималась и опускалась, словно он сдерживал сильный гнев.

— Цзянь Суйин, — медленно произнес Ли Юй, — я предупреждаю тебя в последний раз. Не зли меня больше!

Цзянь Суйин хотел выругаться на него, но как только он открыл рот, Ли Юй быстро достал несколько салфеток из коробки у изножья кровати и засунул их ему в рот. Он оставил его так и ушел.

Цзянь Суйин смотрел вслед на его удаляющуюся спину, и его взгляд становился все более свирепым.

Глава 7.3 - Сяо Ли-цзы, ты стао твердым?

В течение оставшихся дней в Бэйхае Цзянь Суйин больше не видел Ли Юя.

После того как его лицо стало менее опухшим и страшным, он один вернулся в Пекин, как раз за два дня до окончания отпуска.

Накопившаяся работа быстро захлестнула его, и некоторое время он был очень занят. Ему удалось отвлечься от многих мыслей. Такая тяжелая загруженность, что днем, что ночью, не давала ему время на то, чтобы ненавидеть Ли Юя.

С того самого момента, когда произошел инцидент в Бэйхае, помимо заработка и развлечений, в жизни Цзянь Суйина появилась еще одна цель: вернуть то, что задолжал ему Ли Юй. Как только этот ублюдок попадет ему в руки, он оттрахает этого мальчишку так сильно, что тот в течение трех дней потом не сможет встать с постели. Цзянь-да теперь не успокоится, пока не достигнет поставленной цели.

К сожалению, такую возможность было слишком трудно найти — Ли Юй практически не появлялся на работе, независимо от того, какую работу ему поручали. Было очевидно, что он избегает Суйина.

Дни становились холоднее. С того инцидента прошло уже больше месяца. Цзянь Суйин чувствовал необъяснимую пустоту внутри. Он не знал, что происходит, но он просто хотел увидеть Ли Юя, пусть даже если тот захочет его ударить. Сильно нервничая и испытывая что-то непонятное, в один из вечеров Цзянь Суйин поехал в университет, где учился Ли Юй. Он объезжал территорию огромного кампуса и в конце концов заблудился.

Он даже не знал, куда заехал. Ему казалось, что он находился где-то в глубине леса. На дороге стало попадаться очень мало людей, и лишь изредка встречались парочки, воркующие на скамейках, что стояли на обочине дороги. У Цзянь Суйина не хватало духу подойти к ним и спросить правильное направление. Он злился на себя за то, что, если бы его глаза не искали среди встречающихся ему по дороге людей Ли Юя, с которым он мог случайно встретиться, то не оказался бы здесь и не заблудился.

Дальше дороги не было. Цзянь Суйин остановился на обочине и вышел из машины.

Уже стемнело, и вокруг было особенно тихо. Проведя так много времени в задымленном Пекине, редко можно найти такое спокойное место, где можно дышать свежим воздухом. Цзянь Суйин решил прогуляться по окрестностям в вечернее время и медленно зашагал по тропинке в сторону леса.

Но уже после нескольких минут он пожалел о своем решении. Он теперь понял, почему в лесу было так мало людей. Это место было настоящим шведским столом для комаров.

У Суйина не было выбора, кроме как вернуться обратно к машине, но чем больше он шел, тем больше злился. Он пожалел уже сотню раз, что вообще вышел из автомобиля. Разве не глупо кормить комаров собой?

Цзянь Суйин достал телефон. Он набрал номер Ли Юя, прежде чем успел пожалеть о своем решении.

На его удивление, на звонок ответили быстро, но это был не голос Ли Юя.

— Алло?

Цзянь Суйин озадаченно поздоровался.

— Привет, я, кажется, ошибся номером, — он был в замешательстве.

— Привет, я сосед Ли Юя по комнате. Он сейчас принимает душ. Кто вы?

— Ты можешь сказать ему, что моя фамилия Цзянь. Я его босс.

— О-о-о, я вас знаю, привет, привет! — парень убрал телефон от своего уха и громко крикнул: — Ли Юй, твой босс звонит.

Суйин навострил уши, отчаянно прислушиваясь. Он слышал, как Ли Юй что-то ответил, но не уловил, что именно.

— Скажите мне, что собирались ему сообщить, я передам, — парень снова заговорил с Цзянь Суйином.

— Я в вашем университете… Мне нужно с ним поговорить. Скажи, чтобы он вышел из душа.

— Хорошо, я передам ему. А где вы находитесь?

— …у ворот.

— А у каких?

«Какого хрена ты задаешь столько вопросов? Ты, что ли, собираешься встретиться со мной?» — подумал Цзянь Суйин. Но он собрал все свое негодование и ответил спокойно:

— …У восточных.

— Хорошо, когда он выйдет, я скажу ему, чтобы он нашел вас.

— Когда он выйдет, попроси его сначала перезвонить мне.

— Хорошо, без проблем.

Цзянь Суйин сел на каменную скамью и стал ждать звонка. Он прождал почти полчаса, но телефон молчал.

Цзянь Суйин догадывался, что Ли Юй не придет. Он был разочарован и рассержен. Он понял, что повел себя глупо, раз приехал в такое дерьмовое место, да к тому же еще и заблудился. За полчаса кормления собой комаров он вообще никого здесь не видел. Мог ли он сделать еще что-то более глупое?

Он встал, чтобы самостоятельно уехать из этого места.

Суйин успел сделать лишь несколько шагов в направлении автомобиля, как вдруг зазвонил телефон. Его сердце учащенно забилось. Цзянь Суйин нервничал, доставая телефон. Он взглянул на экран и увидел на нем имя Ли Юя.

Те чувства, что охватили в данный момент Цзянь Суйина, он не смог бы описать словами.

«Раз ты перезвонил, то лао-цзы наденет презерватив, когда в будущем будет тебя трахать», — подумал Суйин.

Когда же он принял входящий вызов, то услышал холодный голос Ли Юя.

— Где ты? Почему я тебя не вижу?

— Что? — Суйин подсознательно огляделся вокруг. Он находился здесь уже довольно долго, и за все это время здесь никто не проходил мимо. Его первой мыслью было — если с ним что-то произойдет, пока он находится в этом месте, и его тут похоронят, то никто не найдет его здесь.

— Разве ты не говорил, что находишься у восточных ворот? Я здесь.

В этот момент Цзянь Суйин вспомнил, что он ляпнул это наобум.

— Я не у восточных ворот.

— Тогда у каких ворот ты находишься? — в голосе Ли Юя слышалось нетерпение.

— Ни у каких…

— Цзянь Суйин, — процедил Ли Юй сквозь зубы и тут же отключился.

Суйин, даже не раздумывая, тут же набрал его номер. Прошло целых шесть или семь гудков, прежде чем Ли Юй ответил.

— Какого хера ты делаешь? Повеселиться захотелось?

— Блядь, — в голосе Суйина появилось раздражение, — я с тобой не играю. Ты не можешь просто выслушать, что тебе говорят?

— …Говори.

— Я на территории твоего университета. Но я не знаю, что это за дерьмовый закоулок. Я заблудился.

— Тогда почему ты сказал, что был у восточных ворот? Мне потребовалось пятнадцать минут, чтобы дойти сюда от общежития.

— Я же сказал тебе перезвонить мне после душа! Если бы ты это сделал, то сейчас не было бы никаких проблем!

Ли Юй закатил глаза.

— Какого черта ты делаешь в моем университете? Если у тебя нет важных дел, то езжай домой.

— Я разве не могу приехать сюда, если мне нечего делать? Для входа ведь билеты не нужны!

— Ты можешь вернуться обратно, — выдохнул Ли Юй через нос.

— Подожди! Я не могу найти дорогу назад. Ты… ты приедь и выведи меня отсюда.

— Как я могу за тобой приехать, если ты сам даже не знаешь, где находишься?

— Я у дерева.

— У нас полно тут деревьев!

— Мне все равно, — в ярости закричал Суйин. — Ты приедешь и заберешь меня прямо сейчас! А если не приедешь… Я позвоню твоему брату! Не сможешь ты — я узнаю у него, сможет ли он!

— Цзянь Суйин, — стиснул зубы Ли Юй, — ты чертов ублюдок!

— Приедь за мной немедленно! — усмехнулся Суйин.

— Я не знаю, где ты!

Цзянь Суйин описал то место, где он находился. После долгого объяснения Ли Юй, наконец, понял в общих чертах место его пребывания.

— Ты слишком далеко от меня. Я должен вернуться и взять машину. Ты должен подождать.

— Я никуда не тороплюсь.

Ожидание длилось еще примерно полчаса или около того. Цзянь Суйина так искусали комары, что он больше не мог терпеть. У него не было настроения находиться на свежем воздухе, поэтому ему пришлось сидеть все это время в своей спортивной машине.

Он уже почти заснул, когда внезапно увидел, как яркий свет отразился в зеркале заднего вида. Обернувшись назад, он увидел джип «Мерседес», который подъехал и остановился рядом с его машиной.

Цзянь Суйин открыл дверь и вышел из машины. Ли Юй сделал то же самое. Они стояли и смотрели друг на друга. Сцена напоминала сделку по продаже наркотиков, что часто показывают по телевизору. Суйин нашел это очень забавным.

Хотя это место было довольно отдаленным, но хорошо квалифицированный университет имеет значение. Здесь даже об уличном освещении на дороге позаботились, чтобы не было темно. Суйин посмотрел на лицо Ли Юя при свете и понял, что за последний месяц он стал еще красивее. Его кожа была такой светлой и гладкой, что отражала свет. У Цзянь Суйина защемило сердце.

Ли Юй небрежно закрыл дверь машины и подошел к нему. Он остановился в паре метров от него и тут же нахмурился.

— Зачем ты здесь?

— Я приехал узнать, как у тебя дела. Кстати, хочу напомнить тебе, что ты все еще должен одно занятие любовью.

На лице Ли Юя появилось выражение досады.

— Тебе нечем заняться, кроме как целыми днями думать об этом бесполезном дерьме? Садись в машину, я вывезу тебя отсюда. И не трать мое время.

Он развернулся и направился обратно к своей машине.

Суйин пришел в ярость. Он не хотел сегодня ввязываться в ссору с Ли Юем. Он не видел его целый месяц и хотел просто взглянуть на него. Но он не ожидал от него такой грубости. Цзянь Суйин одним шагом настиг его. Ли Юй был начеку. Он резко развернулся и поднял руку, выставляя ее перед грудью, блокируя приближение.

Цзянь Суйин вынужден был остановиться.

— Ты получил от меня то, что хотел, и теперь думаешь, что так запросто можешь уйти? — с раздражением произнес Суйин. — Ты думаешь, что это все?

— Хочешь трахнуть меня? — глаза Ли Юя сверкнули. — Мечтай!

— Почему я не могу тебя трахнуть? Ли Юй, ты мне это задолжал.

— Ты больной! — выругался Ли Юй и снова повернулся, чтобы уйти.

Цзянь Суйин схватил его за руку.

Ли Юй был раздражен. Он не должен был приходить сюда сегодня. Что с ним не так? Почему он пришел к Цзянь Суйину? Что хорошего может быть от встречи с таким человеком?

Прикосновения тел были неизбежны при таком поведении. Ли Юй продолжал отступать, оказывая все большее сопротивление. Он просто не хотел, чтобы Цзянь Суйин прикасался к нему. Это было похоже на то, что он избегает его, как чумы. Цзянь Суйин был так зол, что его лицо вмиг покраснело.

— Какого черта ты делаешь? — закричал Ли Юй. — Ты что, бешеная собака? Ты… у тебя что, совсем нет мозгов? Или у тебя нет памяти, что ты вновь решил ко мне приставать?

— Я буду к тебе приставать, — яростно выкрикнул Цзянь Суйин. — Что ты мне сделаешь? Как остановишь? Если у тебя хватит смелости, то вырой яму и похорони меня заживо. Я думаю, это хорошее место. Тело не найдут здесь какое-то время.

— Что за бред ты несешь!

Цзянь Суйин сильно прижал его к дверце машины и впился в губы. Ли Юй уже несколько раз подвергался приставаниям с насильственными поцелуями со стороны подлеца Цзянь Суйина. Ранее он, шокированный его действиями, — замирал. И на этот раз повторилось то же самое, но после того, как его тело напряглось, он неожиданно начал сопротивляться.

Цзянь Суйин остановился и слегка прикусил его губу.

— Что плохого в том, что ты подаришь мне несколько гребаных поцелуев? Ты делал со мной вещи и похуже. Ты даже не позволяешь мне воспользоваться такой мелочью! Ты думаешь, что единственный, кто может воспользоваться мной?

— Отпусти меня, — лицо Ли Юя покраснело. — Ты…

Между толканиями и пиханиями два тела продолжали сталкиваться и тереться о пах друг друга.

Цзянь Суйин неожиданно замер. Ли Юй последовал его примеру. Атмосфера между ними стала до крайности странной. Суйин на несколько секунд потерял дар речи, а когда пришел в себя, громко рассмеялся.

— Сяо Ли-цзы, ты стал твердым?

Ли Юю захотелось найти нору, чтобы зарыться в нее и больше никогда не вылезать. Он опустил голову, стряхнул руку Цзянь Суйина и открыл дверь машины. Он уже собирался сесть…

Это было его невезение и его большой промах. Он был сейчас рассеян и забыл, что вышел с другой стороны машины. Теперь дверь была открыта со стороны пассажира. Цзянь Суйин, чувствуя себя как рыба в воде, буквально швырнул его на пассажирское сиденье.

Ли Юй почувствовал, что в его голове оборвалась какая-то струна и его рассудок полностью отключился.

В течение последнего месяца он изо всех сил старался забыть обо всем. Но воспоминания о сексе с Суйином, которые часто появлялись в его снах, нахлынули на него разом.

Он прекрасно знал, что ему не следовало приходить сегодня к Цзянь Суйину.

Глава 7.4 - Ли Юй, Цзянь Суйин и машина вместо кровати

⛔ ВНИМАНИЕ: 18 + ⛔

Хотела бы полелиться кардом из маньхуа этой главы. Цзянь Суйин

Ли Юй отчаянно пытался выбраться обратно или перелезть на место водителя. Но места было очень мало, и вскоре он уперся в рычаг переключения скоростей. Хотя машина была просторной, но в ней все равно было тесновато для двух крупных мужчин. Ли Юю некуда было спрятаться. Как бы он ни двигался, он все равно касался Цзянь Суйина, и ему приходилось стыдливо подталкивать его вверх и опускаться с ним вниз.

В нос Суйина ударил свежий аромат только что вымытого тела Ли Юя. Цзянь Суйин провел руками по его гладкой коже. Его сердце все больше и больше разгоралось от нетерпения.

Тело Ли Юя было напряжено, а лицо моментально покраснело. Он должен был отпихнуть Цзянь Суйина, но вместо этого его тело неконтролируемо выгнулось дугой в его руках.

Цзянь Суйин был в восторге. Он мог понять чувства молодого парня, который только что начал половую жизнь. Какой мужчина не проходил через это раньше. После многих лет мастурбации чувствуешь настоящий сексуальный голод. Раньше он мог утолить свою сексуальную жажду только просмотром небольших порнографических журналов и DVD. Но однажды попробовав настоящий секс, уже невозможно остановиться. Как бы прилично ни выглядел мужчина, его статус и жизненные принципы не имеют значения, когда он раздевается.

Конечно, главной причиной было то, что Ли Юю попался такой красивый мужчина. Цзянь Суйин испытывал смешанные чувства. Он был одновременно обижен и чувствовал самодовольство. Казалось, что он пребывал на грани сумасшествия.

На самом деле, если бы Ли Юй действительно захотел быть с ним и в какой-то день попросил быть сверху… Суйин бы почувствовал себя неловко, но он не смог бы не согласиться. В конце концов, Ли Юй был тем, кого Цзянь Суйин любил. Такое в их кругу не является чем-то из ряда вон выходящим. Сколько в мире существует геев, у которых никогда в жизни не было секса в роли принимающего, несмотря на то, что они состояли в любовных отношениях? Суйин ненавидел тот факт, что он не успел еще трахнуть Ли Юя, а тот уже успел попробовать его на вкус. К тому же сделал это без обоюдного согласия, насильственными действиями. Этот вид стыда был тем, от которого Суйин никогда не сможет избавиться в своей жизни.

Единственный способ успокоить свое уязвленное самолюбие — это трахнуть Ли Юя. Это возвращает его к первоначальному плану. В конце концов, он никогда просто так не отпустит Ли Юя.

Цзянь Суйин укусил Ли Юя за шею.

— Не веди себя, как ханжа… — произнес Суйин и осторожно подцепил зубами маленький участок кожи.

Ли Юю казалось, что его сердце вот-вот выскочит из груди. Вся кровь в его теле собралась в нижней части, а пенис болел от напряжения. Заигрывание Цзянь Суйина приводило его в большую ярость. Он был в полном отчаянии, что, кажется, перестал нормально соображать. Он вдруг изменил направление своей руки и полез прямо под одежду Цзянь Суйина, лаская его гладкую спину.

Только когда он взял инициативу на себя, ему пришлось признать, что это именно то, что он так давно уже хотел сделать.

Будучи верным своему желанию, Ли Юй полностью отпустил себя, больше не уклоняясь лицемерно и не притворяясь. Вместо этого он повел себя как мужчина, которого соблазнили. Его руки свободно блуждали по телу Цзянь Суйина, а губы прижимались к линии подбородка. Только-только проросшая и короткая щетина доставляла ему огромное удовольствие и приводила в трепет, давая понять, что он целуется с мужчиной. Это вызывало у него еще больше эмоций.

Если уж Ли Юя так вело, то что говорить о Цзянь Суйине, разум которого предавался игривым ласкам.

Цзянь Суйин нащупал кнопку регулировки сиденья и одним движением разложил кресло. Пространство в салоне мгновенно стало шире и Ли Юй оказался прижат под ним. Их тела переплелись, они были похожи на двух голодных зверей, прижимающихся друг к другу ближе и отчаянно пытающихся получить больше.

Дверь машины еще не успела плотно закрыться, а температура внутри машины уже начала стремительно подниматься. Цзянь Суйин умело поглаживал пах Ли Юя, возбуждаясь сам и заставляя оба члена сильно увеличиться в размерах и упереться в ткань штанов.

Цзянь Суйин сначала расстегнул ремень на своих брюках, освобождая свой пенис из белья, а после проделал то же самое у Ли Юя. Два горячих члена потерлись друг о друга, и удовольствие бурной волной обрушилось на обоих мужчин.

Щеки Цзянь Суйина слегка покраснели, и он застонал низким голосом, слегка приподнимая голову и вытягивая шею.

Ли Юй распахнул свои наполненные похотью глаза как раз вовремя, чтобы увидеть длинную тонкую шею Цзянь Суйина. Он увидел, как его кадык прошелся под тонкой кожей вверх-вниз. Ли Юй сглотнул мгновенно образовавшуюся слюну и, по какому-то неведомому желанию, открыл рот и припал губами к выпирающей выпуклости.

Цзянь Суйин застонал громче, содрогаясь от возбуждения. Он явно ощутил, как его член дернулся и болезненно заныл. Он плотнее прижался пахом к Ли Юю.

Ли Юй провел языком по мочке уха и щеке, втягивал восхитительный запах кожи Суйина. Его руки продолжали ласкать тело Цзянь Суйина. Казалось, что он делал это уже не в первый раз, или, возможно, он фантазировал об этом бесчисленное количество раз.

Все это время они не произнесли ни слова, потому что было слишком неловко, чтобы говорить. Только когда Ли Юй засунул руку в белье Цзянь Суйину, поглаживая упругие ягодицы и проникая между ними, намереваясь скользнуть вовнутрь, Суйин пришел в себя.

— Блядь, что ты делаешь? — он схватил руку Ли Юя.

Они встретились взглядами. В их полных вожделения глазах появились нотки смущения. Особенно заметно это было у Ли Юя.

Его глаза были такими затуманенными, словно он был пьян. Он испытывал некоторое недовольство и недоумение от того, что его грубо прервали во время наслаждения. Лицо Цзянь Суйина раскраснелось. Его зрачки расширились, прядки волос спутались и упали на глаза, а на кончике носа выступили бисеринки пота. Ли Юй смотрел на него и чувствовал, что внутри него включился тиранический фактор. Все, чего он хотел, так это прижать Цзянь Суйина к себе и трахать этого непревзойденного и сексуально сводящего его с ума мужчину.

Ли Юй коснулся затылка Цзянь Суйина, запуская пальцы в его волосы. Он приблизился к его лицу и провел острым кончиком языка по его губам.

— Чего ты хотел, когда приехал ко мне?

— Я же сказал, что хочу тебя трахнуть, — прошептал Суйин и высунул свой язык, коснулся им языка Ли Юя, подавляя и переплетая их воедино.

Ли Юй поцеловал Суйина. Он грубо протолкнул свой язык ему в рот и неумело начал двигать им, сталкиваясь с языком Суйина. Цзянь Суйин направлял его собственным языком, даря глубокий и влажный поцелуй.

Воспользовавшись поцелуем, Ли Юй ловко перевернулся и подмял под себя Цзянь Суйина.

Суйин немедленно отреагировал на его действия.

— Не пытайся быть хорошим мальчиком, когда у тебя есть преимущество. Как долго ты будешь упрямиться?

Ли Юй смотрел на него, затаив дыхание. Его глаза наполнились грустью, хотя все еще горели от желания. Все его тело дрожало, а возбужденный член упирался в бедро Суйина. Ли Юй был растерян и не знал, что ему делать.

Цзянь Суйин чувствовал твердость того, чем Ли Юй прижимался к нему. Он знал, что маленький девственник не может себя сдерживать.

Но даже если ему было неудобно, у него не было причин предлагать себя. Суйин знал, что не сможет победить Ли Юя, поэтому даже не пытался. И хотя это очень разочаровывало, Цзянь Суйин толкнул Ли Юя в плечо, чтобы увеличить расстояние между ними.

— Если ты не хочешь снимать свои штаны, то вставай. Я поеду домой.

Ли Юй от злости стиснул зубы.

Цзянь Суйин, этот сукин сын, проделал весь этот путь, чтобы возбудить его, а потом, хлопнув по заднице, просто уехать? Он что, относится к Ли Юю, как к обезьяне, которую дразнят бананом? Животное чувствует сладкий запах через кожуру, выполняет различные трюки, но ей так и не отдают этот банан! Есть ли в этом мире кто-то более злой и аморальный, чем Цзянь Суйин?

Ли Юй со злостью придавил грудь Цзянь Суйина своей рукой, не давая ему встать.

— Цзянь Суйин, ублюдок, ты хочешь уйти после того, как возбудил меня? Ты не хочешь, чтобы я жил спокойной жизнью? Если ты не хотел этого делать, так какого хрена ты приехал ко мне?

— Кто сказал, что я не хочу этого? Если ты позволишь мне быть сверху, я сделаю так, что ты получишь больше наслаждения, чем раньше.

— Даже не думай об этом.

Цзянь Суйин посмотрел на него с презрением.

— Я не понимаю, как мыслят натуралы. Очевидно же, что секс им нравится, но когда дело до него доходит, они начинают софистически рассуждать: только потому, что ты трахаешь меня, я не могу трахать тебя? Кому, блядь, нужен твой член? Блядь, ты думаешь, что я идиот? Отвали от меня! Я больше не хочу с тобой развлекаться.

Ли Юй крепко прижал Суйина, смотря на него покрасневшими глазами.

— Не уходи… ты… ты не можешь уйти…

Цзянь Суйин смотрел на него, все еще чувствуя, как его твердый и горячий член упирается в его бедро. Ли Юй сейчас был очень жалок.

Этот ребенок сейчас подавлен и сдерживает себя, чтобы казаться сильным. Он очень хочет кончить? Он же сегодня не пил? Если он не сделает этого, то наверняка заболеет.

«Это, видимо, хреновая шутка, но как насчет того, чтобы все же немного насладиться?»

Ли Юй понимал, что находится в полном замешательстве. Но когда огонь желания разгорелся, нельзя было его просто успокоить. Смотря на тонкие черты лица Цзянь Суйина, он потерся о него телом, надеясь, что трение погасит вспыхнувший огонь злости.

На самом деле, Цзянь Суйин тоже чувствовал себя не очень хорошо. У него все еще был стояк, и ему также требовалось выпустить пар. Но он был более опытным, чем вчерашний девятнадцатилетний девственник Ли Юй, и мог справиться с последствиями лучше.

Ли Юй все еще был сверху. Маленькие огоньки желания разгорались по всему его телу, вспыхивая везде, где они соприкасались, щекоча и возбуждая еще больше. Их разговор был очень коротким. Совместные ласки возобновились, но теперь и поглаживания становились все более неприятными и были похожи на зуд, доставляя дискомфорт.

Ли Юй окончательно потерял рассудок. Он снова запустил руку в брюки Цзянь Суйина и начал с силой стягивать их вместе с нижним бельем.

Что должен был сделать Цзянь Суйин? Он снова начал браниться и задирать Ли Юя.

Пространство в машине было настолько ограничено, что Суйин не мог ничего сделать. В считанные секунды его брюки были спущены до колен. Ли Юй обхватил рукой его член, и Суйин замер на месте, боясь пошевелиться.

Эта уловка срабатывала во все времена. В чьих руках находится корень жизни — тот и сильнее. На психологическом уровне возникает огромное чувство угнетения, и ни один мужчина не посмеет быть чересчур высокомерным и выкинуть что-нибудь наглое.

Ли Юй пытался подарить ласку Суйину несмотря на то, что был совершенно неопытным в этом деле. Он просто не мог не позволить Цзянь Суйину почувствовать его желание доставить ему удовольствие. Это происходило впервые в его жизни. Суйина это моментально подкупило и он тут же стал мягче.

Ли Юй почувствовал произошедшее изменение. Он прильнул к уху Цзянь Суйина и прошептал:

— Цзянь-гэ, позволь мне это сделать…

Эта мягкая и даже кокетливая фраза заставила Цзянь Суйина мгновенно потерять свою броню. Он был сбит с толку Ли Юем. И хотя Суйин не хотел этого признавать, но ему было невыносимо видеть жалкий и потерянный вид Ли Юя. Сам Суйин уже хотел отправиться с ним в это опьяняющее безумие.

Сердце Ли Юя переполнилось радостью. Он теперь очень хорошо понимал темперамент Цзянь Суйина — он мягкий человек, который не любил быть жестким. Чем агрессивнее вы себя ведете, тем агрессивнее он становится. Цзянь Суйин мог бодаться с вами, чтобы увидеть, кто из вас двоих окажется более упрямым. Но если к нему относиться мягко, то эффект будет неожиданный.

В этом Ли Юй сильно отличался от Цзянь Суйина. Он знал, когда нужно скорректировать свою стратегию для достижения нужной ему цели. В отличие от Цзянь Суйина, который настолько слеп, что никогда не поступится своей мужской гордостью и чувством собственного достоинства, даже если он не прав.

Все свои знания, приобретенные за несколько лет о мужских занятиях любовью, Ли Юй почерпнул из интернета. В первый раз, когда он напился, то потерял голову и не воспользовался ими. Но в этот раз он не хотел снова быть униженным Цзянь Суйином как неопытный девственник. Поэтому он действительно взял на себя инициативу и хотел сделать все правильно. Просто без опыта в реальной жизни это было проблематично. Ли Юй долго пробовал войти в тело Суйина пальцами, чтобы подготовить его к сексу.

Цзянь Суйин уже сто раз пожалел, что так легкомысленно и неосмотрительно предложил себя. Но глядя на Ли Юя, который обильно потел, он не мог его теперь оттолкнуть.

— У меня есть презерватив в бумажнике, — произнес Суйин, стиснув зубы, после нескольких провальных попыток Ли Юя войти в него пальцами.

Ли Юй на мгновение замер, но быстро пришел в себя. Он вытащил бумажник из кармана брюк Цзянь Суйина, взял презерватив и надел его на свой член. Со смазкой было намного легче войти, даже с не очень хорошей подготовкой.

Ли Юй развел в стороны стройные бедра Цзянь Суйина, протискиваясь между ними. Он помог себе рукой, прижимая головку ко все еще сжатому колечку мышц.

— Цзянь-гэ, я вхожу, — дыхание Ли Юя стало тяжелее.

Лицо Цзянь Суйина горело от смущения. Он отвернулся в сторону.

— Не говори глупостей, придурок… — хриплым голосом произнес Суйин.

Ли Юй сделал глубокий вдох и стал медленно входить.

Цзянь Суйину было больно, но еще более неловко. Все его тело задрожало, а на лице застыли смешанные эмоции.

Желание и удовольствие быть крепко сжатым теплыми стеночками Цзянь Суйина, мучавшие Ли Юя на протяжении целого месяца, наконец-то исполнились. Он издал удовлетворенный стон.

Ли Юй приподнял бедра Цзянь Суйина и стал делать медленные толчки.

С проведенной подготовкой Цзянь Суйин не чувствовал особой боли, когда Ли Юй в него вошел. Да, было ощущение того, что что-то инородное находится в тебе. Что-то, что так внаглую то входит, то выходит. Цзянь Суйин закрыл глаза и нахмурил брови, ощущая, как Ли Юй проникает с каждым разом глубже. Если первоначально он делал это медленно, то с каждым разом его фрикции становились быстрее и увереннее.

Цзянь Суйин обхватил свой член и провел по всей длине плавным движением, скользя то вверх, то вниз до основания. Он откинул голову назад, обнажая шею, и еще не мог понять своих ощущений. Он не знал, было ли ему приятно или все же не очень, но пока он размышлял, с его губ сорвался хриплый стон.

Двое мужчин сплелись, как дикие звери. Время от времени в салоне раздавались стоны, которые невозможно удержать в себе и подавить. Температура внутри машины поднималась выше, как и желание обоих мужчин, которое сжигало плоть и опаляло душу.

Двухтонный автомобиль сотрясался от их мощных движений.

Ли Юю казалось, что он сошел с ума. Он занимался безумным сексом с Цзянь Суйином в университетском городке, где в любой момент мимо могли пройти люди. Но все эти волнения терялись в ощущениях, которые он испытывал, находясь в теле Суйина. Все внешние факторы казались мелкими и незначительными. Но у него не было времени да и желания думать об этом. Он хотел только одного: с головой погрузиться в неописуемое наслаждение.

С губ Цзянь Суйина срывались неконтролируемые стоны. Боль и онемение от проникновения в его тело постепенно отступили. Они сменились странным и неописуемым ощущением, будто сотни тысяч муравьев ползают по его телу. Легкое покалывание и удовольствие, поднимаясь вверх по позвоночнику, вторглось прямо в его мозг. У него была иллюзия, что он погружается в море и тонет в нем от удовольствия.

И хотя разум Цзянь Суйина был наполнен сексуальным желанием, время от времени у него были вспышки ясности. В этот момент он думал о том, что как же хорошо, что дверь машины осталась открыта. В противном случае им бы не хватало кислорода и они могли бы скончаться здесь, при таких обстоятельствах. Такая смерть стала бы предметом обсуждения в светской хронике, а это было бы слишком унизительно для него, даже мертвого.

Глава 7.5 - Еда вне дома

Они оба кончили. В машине стояла гробовая тишина. Никто из них не проронил ни слова, молча надевая одежду.

Цзянь Суйин взглянул на белую жидкость, что была размазана на кожаном сиденье. У него появились смешанные чувства.

Ли Юй поправил свою одежду. Он достал из бардачка влажные салфетки и вытер следы спермы. Щеки его заливал румянец и он чувствовал ужасное смущение. Цзянь Суйин отвернулся в сторону, не смотря на него. Он пытался завязать свой галстук.

Суйин всегда был искусным в этом деле и делал все быстро и непринужденно. Его движения всегда были плавными и легкими, но сейчас… Он не понимал почему, но пальцы отказывались двигаться. Они были словно деревянными. Промучившись какое-то время, он разозлился и сорвал со своей шеи этот дурацкий галстук.

Ли Юй долго смотрел на его попытки.

— Давай я помогу тебе, — Ли Юй протянул руки и уже почти коснулся галстука.

— Нет необходимости, — проворчал Цзянь Суйин, — какой смысл завязывать галстук посреди ночи?

— Лучше надеть его. У тебя оторвалась одна пуговица, — Ли Юй поджал губы, — ходить так нельзя… тебе будет холодно.

— Мне нравится, когда рубашка так расстегнута. Я не буду надевать его!

Цзянь Суйин несколько грубовато толкнул дверь и уже собирался выйти из машины. Он еще не успел даже нормально обуть свои туфли. Машина была высокой, а Суйин очень нервничал и торопился покинуть салон. Он зацепился за что-то ногой и чуть не выпал из автомобиля лицом вниз.

Ли Юй схватил его со спины и обнял за талию.

— На что ты так сердишься? — прошептал он у самого уха Суйина.

На что он злится? Цзянь Суйин злился на себя за то, что не смог устоять перед соблазном маленькой лисицы. Он заблудился в этом чертовом месте, прождал Ли Юя почти целый час, кормя местных комаров. И вдобавок ко всему он еще подарил свое тело и его трахнули!

Цзянь Суйин оттолкнул Ли Юя. Он поправил туфли и вышел из машины. Суйин сунул свой галстук в карман. На его рубашке отсутствовали две пуговицы, обнажая выпуклые грудные мышцы, на которых были видны засосы.

Ли Юй посмотрел на расстегнутую рубашку Суйина и почувствовал неловкость. Он подсознательно не хотел, чтобы кто-то другой видел тело Цзянь Суйина. Но когда он подумал о нынешнем отношении Суйина к себе, то подавил в себе желание связать этого сопротивляющегося мужчину.

— Ты голоден? Давай перекусим.

Цзянь Суйин даже не оглянулся. Он подошел к своей машине и открыл дверцу.

— Я не хочу есть. Вывези меня отсюда, — Суйин сел за руль и с силой захлопнул дверь.

После того, как они проехали большой круг, Ли Юй остановился у небольшой закусочной, торгующей Мала Тан*.

*Мала Тан самое популярное блюдо сычуаньской кухни. Основной неизменный компонент — пряно-острый бульон «Мала». Также в состав входят: древесные грибы муэр, лапша, пекинская капуста и тофу.

Цзянь Суйин огляделся и понял, что они все еще находятся на территории университета.

— Вот блядь!

Ли Юй вышел из машины и подошел к автомобилю Суйина. Он легонько постучал ему в окно.

Цзянь Суйин опустил стекло на двери.

— Зачем ты привез меня сюда? Я же сказал, что не буду есть!

— Съешь что-нибудь. Ты, должно быть, голоден после такой физической нагрузки.

— Не обольщайся, — Цзянь Суйин стиснул зубы, — и не накладывай золото на лицо*, с такой твоей скорострельностью я совсем не чувствую усталости.

*Это выражение означает вести себя лучше, чем вы есть на самом деле. Реально относится к вещам, которые позволяют сохранить лицо.

— Ты же уже взрослый, — Ли Юй не мог сдержать смех, глядя на его встревоженное и бледное лицо. — Почему тебе нравится использовать свой маленький рот, чтобы говорить такие дерзости? Давай, выходи из машины.

Ли Юй просунул руку в машину, чтобы открыть дверь и вытащить Цзянь Суйина из салона.

— У тебя хватает наглости привести меня в такое место, чтобы поесть? — выругался Суйин. Он бросил взгляд на маленькую витрину и в нем тут же проснулся высокомерный молодой господин.

— Что не так? Здесь вкусная еда, — Ли Юй посмотрел на обнаженные грудные мышцы Цзянь Суйина… И, не удержавшись, вытянул из кармана его брюк галстук. Он набросил его на шею Суйина и ловко завязал красивый узел.

— Какого хрена ты делаешь? Я же сказал, что не хочу завязывать его, — Цзянь Суйин яростно шлепнул Ли Юя по руке.

Ли Юй очень не хотел, чтобы Суйин сверкал обнаженными ключицами и грудью перед другими. Он поправил его рубашку спереди и прикрыл галстуком тот участок кожи, что выглядывал из-под ткани, стараясь сделать так, чтобы не было заметно отсутствие пуговиц.

Эта закусочная пользовалась большой популярностью, здесь всегда можно было встретить своих знакомых. Если они увидят засосы на груди Суйина и следы зубов на шее Ли Юя, оставленных Цзянь Суйином, то мало ли о чем они подумают. Мысль об этом ужасно смущала Ли Юя.

Только когда голые участки тела были скрыты от посторонних глаз, Ли Юй почувствовал удовлетворение.

— Пойдем, — он потянул Суйина в сторону кафе, в котором подавались острые блюда.

Возможно, потому что было уже почти двенадцать часов ночи, людей было не слишком много. В обычные дни, а тем более в праздники, здесь обычно выстраивается приличная очередь.

Как только они вошли, Ли Юй взял поднос, поставил на него тарелки с кучей всякой еды и положил палочки. Они вдвоем выбрали место в самом углу и сели.

Прищурившись, Цзянь Суйин осмотрелся вокруг. В кафе была маленькая витрина с обшарпанными местами стенами, что прикрывали устаревшие плакаты знаменитостей. Он чувствовал себя неловко, сидя своей роскошной задницей на низком пластиковом стуле.

— Почему ты такой избалованный? — не сдержавшись, Ли Юй задал вопрос, смотря на лицо Суйина, которое он скривил от отвращения.

— Кто избалован? Беспокоиться о продовольственной безопасности — это называется избалованность? Что с тобой не так?

— Разве одна порция может убить тебя? Чего ты так боишься? — Ли Юй взял палочки для еды, подцепил ими тефтельку из говядины и поднес ко рту Суйина.

Цзянь Суйин сощурил глаза и долго смотрел на говяжью тефтельку, а потом неохотно, но все же открыл рот.

«Действительно очень вкусно, — подумал про себя мужчина. Неудивительно, что молодым студентам нравится здесь питаться».

— Суйлинь любит есть пряный острый суп, — улыбнулся Ли Юй. — Каждый раз, когда он приезжает ко мне, мы приходим сюда поесть.

Цзянь Суйин усмехнулся, но не стал ничего говорить.

Суйин на самом деле был довольно голоден. Подбадриваемый Ли Юем, он наконец отпустил себя и нормально поел.

Когда они наелись и собрались уходить, то Ли Юй протянул тетушке за кассой полтинник. Глаза Цзянь Суйина расширились, когда он увидел, что она дала ему еще и сдачу в десять юаней и мелочь.

За всю свою жизнь Цзянь Суйин никогда не сталкивался с тем, чтобы кто-то пригласил его на ужин, за который было заплачено чуть больше тридцати юаней. Особенно было паршиво, что это был тот человек, который только что трахнул его. Он не мог подобрать даже подходящих слов, чтобы описать то, что сейчас чувствовал.

Цзянь Суйин не мог открыто высказаться, но внутри у него все кипело.

«Ты, сукин сын, трахнул меня, а потом пригласил поесть гребаный Мала Тан всего за какие-то тридцать с мелочью юаней в придорожном ларьке! У тебя совсем нет стыда? Ты что, нищий?»

Цзянь Суйин был зол. Хотя он понимал, что аналогия была неправильной, но все же чувствовал, что цена за секс с ним была чертовски низкой.

— Пойдем, я провожу тебя, — зевнул Ли Юй. Казалось, он вообще не осознавал происходящего.

Цзянь Суйин смерил его недовольным и раздраженным взглядом. Он сел за руль своей машины и с силой захлопнул дверцу.

Ли Юй посмотрел на него в полном недоумении и сел в свой автомобиль.

Цзянь Суйин несколько минут следовал за машиной Ли Юя и наконец-то увидел те ворота, в которые въехал.

Он вдавил педаль газа в пол и на полном ходу вылетел с территории университета, умчавшись прочь.

Ли Юй слегка охренел, когда увидел, как Суйин уезжает, не сказав ни слова на прощание. Он смотрел вслед удаляющейся машины и, довольный собой, облизал губы.

Следующие несколько дней Цзянь Суйин был подавлен.

Он все никак не мог смириться с тем, как легко он уступил Ли Юю. Но больше всего его тревожил не тот факт, что его снова трахнули, а то, что он оказался привязан к Ли Юю гораздо сильнее, чем думал.

Суйин в недоумении смотрел на экран компьютера, когда в дверь его кабинета постучали и сразу же после этого вошел Цзянь Суйлинь.

Теперь он приходил один или два раза в неделю, когда находил для этого время. Удивительным было и то, что Ли Юй пришел на работу на следующий день после их секса. Но Цзянь Суйин не удосужился с ним увидеться.

— Что? — Цзянь Суйин взял себя в руки и вернулся к работе.

— Цзянь-цзун, вот информация, которую вы запрашивали в прошлый раз в Земельном управлении. Это то, что получилось скопировать. Есть еще одна часть, которую нельзя скопировать, я могу написать ее только от руки. Остальные чертежи и другое важное содержание, если вы считаете нужным, я пойду получу одобрение руководства и принесу их сюда.

— Хорошо. Оставь здесь, я сначала посмотрю ее.

Цзянь Суйлинь положил документы на стол. В этот момент его взгляд упал на шею Суйина.

— Что еще? — Цзянь Суйин поднял на него глаза, понимая, что тот не собирается уходить.

— Гэ, у тебя здесь… — Цзянь Суйлинь с некоторым смущением указал на его шею.

Цзянь Суйин коснулся своей шеи и вспомнил, что там находился засос, который время от времени выглядывал из-под воротника.

— Ааа… — ему так-то было все равно, но он был на работе, поэтому все же немного поправил воротник.

Цзянь Суйлинь обошел стол и приподнял воротник настолько, чтобы скрыть засос. Несмотря на то, что это было пустяковое дело, он двигался медленно и его движения были скованными.

— Иди и занимайся своими делами, — Суйин раздраженно шлепнул его по руке.

Цзянь Суйлинь глубоко вздохнул и отошел от него.

— Гэ, — заговорил он спокойным голосом, — ты давно не приходил домой на ужин. Папа просил тебя как-нибудь приехать.

— Приеду, когда будет время.

— Гэ, спасибо тебе за машину, которую ты мне подарил.

— Если хочешь, то можешь купить что-нибудь получше.

— Нет-нет, я же все-таки студент.

— Что ж, хорошо иметь такое самосознание.

— Тогда я пойду?

— Сяо Линь-цзы…

— Что?

— Ты часто приезжаешь к Ли Юю?

Цзянь Суйлинь замер. В его памяти всплыла сцена на пляже, когда брат поцеловал Ли Юя.

— Мы иногда видимся, — задумчиво ответил он.

— У тебя есть деньги и время, — Цзянь Суйин бросил на него взгляд, — подсуетись и найди себе девушку как можно скорее.

— Гэ, что это значит? — на лице Цзянь Суйлиня появилась натянутая улыбка. Его руки за спиной нервно сжались и разжались.

Цзянь Суйин моргнул и рассмеялся над его нервным выражением лица.

— О чем ты думаешь? Ребенок, ты думаешь, что я выкину тебя из дома?

Лицо Цзянь Суйлиня стало несчастным. Он поджал губы, но так ничего и не сказал.

Цзянь Суйин знал, что Суйлинь не обладал и десятой частью его мужества. Он был уверен, что младший брат не ослушается его и не посмеет связаться с мужчинами, как это сделал он сам. Суйин был тем, кто готов был вернуть его на правильный путь, если Цзянь Суйлинь сбился с него.

Суйин все еще был уверен, что сяо Линь-цзы послушает его.

— Посмотри, как ты напуган. — рассмеялся Цзянь Суйин. — Я не беспокоюсь, что другие думают о том, на что я положил глаз. Я знаю, что вы с Ли Юем друзья. Я имею в виду, что не надо целыми днями болтаться с кучкой холостяков. В твоем возрасте хорошо уже иметь подружку и развлекаться с ней.

— Я еще не встретил подходящую девушку, — юноша сдержанно улыбнулся.

— Это, конечно, зависит от судьбы. Но, знаешь, папа иногда переживает, что я окажу на тебя плохое влияние. Так что я буду меньше переживать, если ты найдешь себе девушку.

Цзянь Суйлинь опустил глаза и ничего не ответил.

— Ладно, иди занимайся своими делами, я на этой неделе… — Суйин пролистал свое расписание, — пятница. Я приеду на ужин в пятницу.

— Хорошо. Тогда я пойду.

Когда Цзянь Суйлинь подошел к двери, Цзянь Суйин вдруг снова окликнул его. Но он немного замешкался, прежде чем спросить:

— Дети твоего возраста любят есть в грязных придорожных ларьках?

— Ааа… — вопрос был задан немного резко, и Цзянь Суйлинь на мгновение оторопел, — это вполне нормально, если, например, после игры вся команда идет куда-нибудь поесть и поболтать. Это довольно весело.

Цзянь Суйин вспомнил время, когда был в его возрасте. Его такое точно не впечатлило. Но в конце концов, это было почти десять лет назад.

В целом такой ответ заставил Суйина почувствовать себя немного лучше. По крайней мере, он перестал зацикливаться на претенциозном вопросе о том, пренебрегал ли им Ли Юй.

После ухода брата Суйин снова вздохнул. Ему двадцать семь лет, и он вдруг понял, что это, наверное, первый раз в его жизни, когда он столкнулся с так называемой проблемой отношений с мальчиком, который был младше его на семь лет.

Чувства неловкости и смущения было достаточным для того, чтобы никогда не поднимать эту тему с кем-то посторонним.

Глава 8.1 - Порно видео и неуправляляемый сяо Ли-цзы

В пятницу вечером Цзянь Суйин отправился домой на ужин и вступил в очередной неприятный спор с отцом.

Суйин терпеть не мог приезжать в этот дом. Стоило ему только увидеть вторую семью отца, эту любящую мать и ее счастливого сына, и еда вставала поперек горла. Его отец боялся, что люди будут сплетничать о сыне его бывшей жены, поэтому был обязан хотя бы раз в месяц приглашать его на ужин и так называемую семейную встречу. Но сам Суйин хотел бы, чтобы отец просто оставил его в покое и тем самым избавил от многих душевных терзаний.

Ужин прошел нормально. Они говорили о чем-то бесполезном и незначительном. После ужина отец позвал Цзянь Суйина в свой кабинет. Он задал ему множество вопросов о его недавних инвестициях.

У отца Суйина имелся большой пакет акций в его компании, и его нельзя было держать в неведении относительно того, что он хотел знать о текущих делах компании.

Его отец считал, что он элиминировал слишком много денег из бизнеса. И недвижимость, и проблемные проекты — это сделки с длительным сроком окупаемости, и есть риск отсечения капитала. Но Цзянь Суйин был уверен, что у него все под контролем. Он проработал в мире бизнеса столько лет, и не был настолько глуп, чтобы так поступать.

Они повышали голос и спорили при каждом удобном случае. Естественно, в итоге они разошлись во мнениях.

Когда Суйин вышел из кабинета, он был слишком зол и совершенно не смотрел себе под ноги. Когда он спустился по лестнице вниз, то случайно задел большую фарфоровую вазу.

Он вспомнил, что когда возвращался в прошлый раз в этот дом, ее здесь не было. Так как его переполнял сильный гнев, со злости он пнул ее. К счастью, на полу был толстый ковер и ваза не разбилась.

— Кто поставил сюда это дерьмо? — он огляделся вокруг и проклял людей, находившихся в комнате и смотревших на него.

Две служанки молча переглянулись, но не решились заговорить.

Зато лица Цзянь Суйлиня и его матери резко изменились.

Цзянь Суйину было достаточно лишь мельком взглянуть на присутствующих, чтобы понять, что это была та женщина — Чжао Янь.

— Думаешь, раз ты здесь живешь, значит, это твой дом? Чье имя написано на этом доме и чья здесь доля? Не надо постоянно приносить в чужие дома всякий хлам! В следующий раз, когда увижу что-то подобное, я это выброшу, — Суйин, не удостоив взглядом ни Чжао Янь, ни Цзянь Суйлиня, ушел с высоко поднятой головой.

Тело Чжао Янь задрожало, лицо было пугающе бледным, а в глазах появились обида и гнев. Цзянь Суйлинь протянул руки и обнял ее за плечи. Его взгляд упал на фарфоровую вазу, которая валялась на полу. С каждой секундой его глаза становились все темнее и темнее, словно их поглотила бездонная тьма.

Когда Цзянь Суйин ехал обратно, его скорость была намного выше установленной на этом участке дороги. Только когда он проехал три или четыре километра, он постепенно стал успокаиваться и его раздражение практически ушло. Чувствуя себя немного некомфортно, он припарковал машину на обочине и открыл окно, чтобы выкурить сигарету.

После остановки ему вдруг стало не по себе. Он достал свой телефон и долго пялился на экран, листая список контактов вверх-вниз. Суйин остановился на имени Ли Юя и отправил ему текстовое сообщение:

«Что ты делаешь?»

«Я сижу в интернете», — через некоторое время прислал ответ Ли Юй.

«Что ты делаешь в интернете?» — вновь задал вопрос Суйин.

«Смотрю фильм»

Всего несколько коротких фраз бессмысленного разговора заставили Цзянь Суйина неожиданно успокоиться. Он подумал о белом нефритовом лице Ли Юя, о его ловких и тонких пальцах, когда тот завязывал ему галстук. Цзянь Суйин почувствовал, как в груди всколыхнулся маленький огонек пламени, от которого на душе стало тепло и хорошо.

Он переслал ссылку Ли Юю по электронной почте. Это было небольшое двухминутное видео, присланное ему одним из пользователей сети на гей-форуме, который он часто посещал. Оно было в высоком разрешении и без кодировки, и особенно захватывающим.

Переслав его, он попросил Ли Юя посмотреть его, написав, что это интересно.

У видео было очень невинное и вполне безобидное название. Но когда Ли Юй подумал, что его послал Цзянь Суйин, то в его голове появилась мысль о том, что ничего хорошего там быть не может. Ли Юй убавил звук, прежде чем включить его.

Когда он включил его в первый раз, то увидел, что это было порно. Один обнаженный мужчина входил в другого мужчину. Ли Юй застыл и, мучавшими его угрызениями совести, выключил его.

В это время пришло новое сообщение от Цзянь Суйина.

«Разве этот парень не похож на тебя?»

Ли Юй почувствовал, что у Цзянь Суйина снова дурное настроение и он его опять провоцирует.

«Я думаю, он похож на тебя. У него, как и у тебя, хорошая талия», — поспешно ответил Ли Юй.

Ли Юй представил, какое выражение лица будет у Цзянь Суйина, когда он это прочтет, и не смог удержаться от смеха.

Цзянь Суйин взглянул на смс и нахмурился.

«Да пошел ты!» — моментально ответил он.

Суйин бросил телефон на сиденье автомобиля. Он подумал, что вновь выставил себя дураком, и что этот ребенок, Ли Юй, становится настоящим засранцем.

Суйин снова завел машину и собирался ехать домой. Вскоре после того, как он влился в поток, раздался звонок от Ли Юя. Цзянь Суйин не хотел отвечать, но потом не смог удержаться. В конце концов, Ли Юй слишком редко проявлял инициативу и звонил ему.

— Привет, — тон Цзянь Суйина был недоброжелательным.

— Что ты хотел сказать мне этим? — спросил Ли Юй.

— Ты маленький цыпленок. Я тебе показываю одну из сторон жизни, помогая тебе расширить кругозор.

— Ты избегаешь меня последние два дня, — хмыкнул Ли Юй,— ты боишься? Тебе страшно?

— Блядь! — выругался Суйин. — Я боюсь тебя? Ли-эр, ты не боишься потерять свою жизнь, говоря мне такое?

— У меня есть копия документов, которые ты просил сделать для проекта в Циньхуандао, — Ли Юю не хотелось снова с ним спорить и ругаться, поэтому он решил сменить тему. — Я пришлю их тебе завтра по факсу.

— Я не принимаю факсы. Привези их.

— Когда это ты перестал принимать факсы?

— Решение было принято мной только что, — сказал Цзянь Суйин, и уголки его рта бессознательно дернулись вверх.

— У меня завтра занятия, — вздохнул Ли Юй, — а после них тренировка.

— Ты что, не знаешь, как прогуливать занятия?

— Хорошо, — Ли Юй был бессилен перед ним, — я, наверное, зайду в полдень.

***

На следующий день Цзянь Суйин вышел из дома, но вместо того, чтобы поехать сразу на работу, он решил заехать в парикмахерскую, намереваясь немного поправить прическу.

Это был первый раз, когда Суйин решил подстричься утром. Но оказалось, что управляющего салоном, который обычно заботился о его волосах, не было на месте. У Цзянь Суйина же не было времени ждать его прихода — Ли Юй мог приехать в любое время. Суйин увидел, что в салоне появился новый симпатичный парень, и попросил, чтобы этот мальчик сделал ему стрижку.

Молодой парень, вероятно, был еще учеником. Его навыки были еще не отточенными, но зато на лицо он был милым красавчиком. Но в этот момент Суйин не думал о прическе. Он с ног до головы рассматривал этого мальчика в зеркале. Ключицы парня казались очень сексуальными, а кожа на вид была нежна. Суйин не смог удержаться, чтобы не отвесить несколько комплиментов.

После завершения стрижки Цзянь Суйин был ошарашен: это кто, черт возьми, был в зеркале с такой идиотской головой?

Молодой господин Цзянь был рассержен и в этом порыве он обругал мальчика. В салоне все знали, что Цзянь Суйина нельзя обижать. Все сотрудники, работающие сейчас в смене, встали в одну линию и склонили головы, извиняясь перед ним. Молодой парень был сильно напуган и едва не плакал.

В этот момент появился Винс, управляющий салона. Он побледнел, когда увидел то, что было на голове у Цзянь Суйина. Ему пришлось уговаривать рассерженного мужчину сесть обратно в кресло и самому попытаться поправить прическу. Длина волос у Цзянь Суйина оставалась всего несколько сантиметров. По сути никакое вмешательство не произвело бы большого эффекта.

— Укороти их. Укороти их на цунь*.

*Цунь (寸) с 1984 года равен 3, 33 см. До этого он был 2,54 см.

Владелец салона оценил весь нанесенный ущерб и пришел к выводу, что это действительно был единственный выход.

Когда Цзянь Суйин посмотрел на свои волосы, которые изначально были шикарно уложены, он почувствовал злость. Он сто раз пожалел о том, что приехал сегодня сюда. Теперь его лицо стало настолько уродливым, насколько это вообще возможно.

К счастью, после стрижки волос Суйин все еще оставался очень красивым. Однако Цзянь Суйин — гей. Он очень привередливый и любит красоту. Сейчас он был недоволен своей внешностью, под каким бы углом он на себя ни смотрел.

Мальчик слезно извинялся перед ним до тех пор, пока Суйин не встал, собираясь уходить. Суйин в последний раз взглянул на него и остался при своем первоначальном мнении — парень довольно симпатичный. Только по этой причине он не стал с ним особо заморачиваться.

Винс проводил Цзянь Суйина до двери.

— Этот мальчик появился здесь недавно? — спросил Суйин.

Винс был знаком с Цзянь дашао лет семь-восемь. Стилист был хорошо известен в столичном модном мире. Благодаря широкому кругу знакомств он часто выступал в роли сутенера для Пекинских принцев. Он уже неоднократно знакомил Цзянь Суйина с несколькими мальчиками. Вот и сейчас он видел блеск в глазах молодого господина.

— Он новенький. Если бы ты сам его не заказал, то я не осмелился бы позволить ему прикасаться к твоим волосам. Выглядит он хорошо, но я не знаю его личных потребностей. Но могу узнать их для тебя, Цзянь шао.

— Он может остаться со мной на два месяца, если захочет, — немного рассеянно произнес Суйин.

— Не проблема. Я сообщу тебе обо всем позже. Удачной поездки тебе, Цзянь шао.

Изначально он хотел подстричь волосы и изменить свой имидж. Суйин думал, что когда Ли Юй увидит его красивого, то будет залипать на него, не отводя взгляда. А в итоге этим утром ему не повезло, и его голова оказалась почти обритой налысо.

Когда он приехал в офис, удивленные взгляды, которые он получил от своих подчиненных, заставили его почувствовать, что он действительно был дураком сегодня. Суйин полдня не выходил из своего кабинета, дуясь в одиночестве и обвиняя во всем Ли Юя. Он собирался устроить Ли Юю разнос, когда тот приедет. В противном случае он не сможет сохранить свое душевное равновесие. В конце концов, если бы не Ли Юй, он бы никогда не совершил такую глупость.

Ли Юй появился во время обеденного перерыва. На нем был спортивный костюм. Как только он вошел в кабинет, то первым делом взглянул на его волосы и хихикнул.

Суйин сразу же разозлился и чуть не перевернул стол.

— Что? Прическа лао-цзы не нравится?

Ли Юй не осмелился произнести, что с такой стрижкой Суйин стал некрасив, поэтому приложил все усилия, чтобы подавить рвущийся наружу смех.

Цзянь Суйин еще больше рассвирепел и стал искать, к чему бы ему придраться. Он увидел одежду Ли Юя и указал на него пальцем.

— Сколько раз я тебе говорил, чтобы ты не приходил в мою компанию в такой одежде? Ты специально меня позоришь, да?

Ли Юй бросил бумаги на стол и посмотрел на свою одежду.

— Я сказал тебе, что у меня сегодня тренировка днем, но ты настоял, чтобы я пришел. Я вернулся с занятий и сразу же поехал сюда. У меня даже не было времени на то, чтобы переодеться по возвращению, поэтому я сразу надел спортивный костюм.

— Это просто тренировка, на которой ты бьешь мешки с песком! Как будто что-то случится, если ты немного опоздаешь.

— Мой тренер очень строгий. И дело совсем не в опоздании, а в отношении, — Ли Юй взглянул на него. — Ты попросил меня принести их тебе, так что можешь быстро прочитать их? Если у тебя будут какие-то замечания после прочтения, то скажи об этом. После этого я должен буду немедленно уйти.

— Я что, должен умолять тебя прийти в компанию? — Суйин разозлился еще больше. — Посмотрите, блядь, на него! Твоя тренировка для тебя важна, твоя работа нет? Сколько денег ты получаешь за один бой?

* в тексте использована идиома 不知轻重 / bù zhī qīng zhòng, что буквально означает: не знать, что важно; не понимать серьезности вещей, не чувствовать приоритета.

Ли Юй знал, что с Суйином сложно общаться. Но в любом случае, Цзянь Суйин — это тот человек, за которым он должен следовать. Для Суйина нормально не соглашаться с тобой, а ты смеешь не соглашаться с ним? Если ты не согласишься с ним, то Цзянь Суйин будет топать ногами и ругаться с тобой до последнего. Ли Юй очень хотел спросить у него, кто так испортил его характер, и как он может чувствовать себя безопасно в этом мире.

Цзянь Суйин был немного разочарован тем, что Ли Юй ничего не сказал. Он откинулся в кресле и медленно начал листать документы формата А4 в течение долгого времени.

— Ты можешь поторопиться? — все-таки не выдержал Ли Юй.

Цзянь Суйин намеренно хотел придраться. Он боялся, что Ли Юй не обратит на него внимания, но очень надеялся, что если все-таки у него все получится, то Ли Юй, смотря на него, возбудится.

— Ты написал непонятно. Я бы хотел прочитать все быстро, но я же должен понять, что тут.

Ли Юй цокнул языком:

— Тогда прочитай все внимательно, а позже позвони мне. Мне действительно нужно идти.

— Стой спокойно. Я твой босс. Ты можешь уйти только тогда, когда я тебе скажу. Разве это правильно?

Ли Юй понял, что Цзянь Суйин ищет причину придраться к нему. Но он даже не знал, что сделал не так. Неужели он все еще обижается с того последнего раза, когда у них был секс в машине?

Как только Ли Юй вспомнил об этом, то ему сразу же стало не по себе.

В эти дни он изо всех сил старался не думать об этом. Но чем больше он подавлял эту мысль, тем сильнее становилось желание выпустить его наружу.

Ночью он открыл видео, которое ему прислал Цзянь Суйин, и посмотрел его снова. Наблюдая за извивающейся спиной мальчика, он не мог перестать думать о Цзянь Суйине. Он не мог перестать думать о возбужденном взгляде Суйина, от которого на сердце Ли Юя кошки скребутся.

— Перепиши, — Цзянь Суйин закончил читать, перевернул последнюю страницу и бросил бумаги на стол.

Ли Юй ожидал этого. Он не дернул и бровью и стал собирать бумаги. Как только он закончил, то собирался уже выйти из кабинета.

— Я разве отпустил тебя? — Суйин вскочил из-за стола.

Ли Юй на мгновение остановился, а потом неожиданно развернулся и пошел обратно. Цзянь Суйин был немного в шоке, когда Ли Юй обошел стол. Но Ли Юй молча обхватил шею Суйина и поцеловал его.

Это был первый раз, когда Ли Юй проявил инициативу. Цзянь Суйин остолбенел, и даже подумал, что это ему снится.

В прошлом при каждом их физическом контакте это Суйин проявлял инициативу и нагло целовал Ли Юя. Он никогда даже не думал, что Ли Юй когда-нибудь сам проявит инициативу и поцелует его. Спустя пару секунд он пришел в себя и тоже обнял Ли Юя за талию, страстно отвечая на его поцелуй.

Они не отпускали друг друга до тех пор, пока у них не сбилось дыхание и они не стали задыхаться.

Дыхание Цзянь Суйина было тяжелым. Губы покраснели и распухли. Он смотрел на Ли Юя несколько удивленно.

— Ты же для этого позвал меня сюда, так? — усмехнулся Ли Юй.

Цзянь Суйин смотрел на него глазами, похожими на стеклянные бусины.

— Ты наконец-то понял, — улыбнулся он.

Цзянь Суйин так много раз целовал его насильно, что Ли Юй уже должен был бы понять, что вместо того, чтобы ругаться с Цзянь Суйином, он может просто взять на себя инициативу и все проблемы будет решены.

— Когда ты поймешь еще и этим местом, — рука Суйина сползла по спине Ли Юя и он игриво похлопал его по ягодице, — то Цзянь-гэ будет любить тебя и никогда больше не будет ругать.

Ли Юй внезапно крепко обвил руками талию Суйина и сильнее прижался к нему. Их нижние половины тел были прижаты в паху. Ли Юй смотрел на Суйина и улыбался.

— Почему ты все еще не сдался?

Цзянь Суйин ущипнул его за ягодицы, и на его лице появилась лукавая улыбка.

— Я не знаю, как пишется слово сдаваться.

Раздался стук в дверь. Они оба напряглись.

— Кто? — недовольно рявкнул Суйин.

Из-за двери раздался голос секретаря Лян:

— Цзянь-цзун, ваш бяоди снова здесь.

Суйин вздрогнул и сардонически отпустил Ли Юя.

— Иди и сядь вон там.

Через несколько секунд секретарь Лян открыла дверь.

Цзянь Суйин увидел, что пришел еще и сяо Линь-цзы, позади которого стоял невезучий паренек с опущенной головой и синяками на лице. Это был его бяоди-неудачник Бай Синьюй.

"Кто это сделал?" - подумал Цзянь Суйин. Он сделал то, что всегда хотел сделать он сам. Если он когда-нибудь найдет этого человека, то обязательно вручит ему большой красный конверт.

Короткая стрижка Суйина

______<__>_____

От Shellеer: Мальчик парикмахер, с розовыми волосами. Запоминаем его, он сыграет свою роль еще здесь и не самую последнюю.

Его зовут Чжу Иньмин. Но, в тексте будет сяо Чжу.

____<__>____

Ну, а арт Винса, просто для красоты. Хотя художник маньхау недовльна тем, как она его изобразила, но Винс красавчик

Глава 8.2 - Надоедливый бяоди

— Гэ, — рыдающим голосом позвал Бай Синьюй, как только переступил порог кабинета.

— Каждый твой приход сюда не несет ничего хорошего, — взгляд Суйина был полон неприязни. — Говори, что на этот раз случилось?

Бай Синьюй бросил нерешительный взгляд на Ли Юя.

Цзянь Суйин также посмотрел на Ли Юя. Он решил сохранить лицо своего двадцатилетнего бяоди.

— Ли Юй, ты можешь идти.

Ли Юй встал и обменялся взглядом с Цзянь Суйлинем, который кивнул ему в знак приветствия.

Только после того, как Ли Юй ушел, Бай Синьюй, заикаясь, начал рассказывать. Он внимательно наблюдал за выражением лица Цзянь Суйина и был наготове бежать, если вдруг его гэ в порыве ярости сделает хотя бы одно движение в его сторону.

Чем больше Цзянь Суйин слушал его, тем более устрашающим становилось его лицо. Злость охватила его полностью и кулаки его непроизвольно сжались.

Оказалось, что Бай Синьюй проиграл в азартных играх более трех миллионов юаней. Его отец был так зол, что очень сильно избил его. Однако тетя Цзянь Суйина была слишком мягкосердечной. Поскольку ее муж чуть не убил их единственного сына, она настояла на том, чтобы Бай Синьюй пошел на поклон к Цзянь Суйину.

Проблема азартных игр Бай Синьюя прослеживалась еще со школы. За эти годы его семья выплатила за него множество долгов. Тетя и дядя Суйина очень беспокоились о своем сыне.

И как после такого Цзянь Суйин не мог не презирать его и не смотреть на него свысока? Его бяоди не обладал абсолютно никакими навыками и не умел зарабатывать деньги, но вот зато тратил он их с легкостью. Тетя Цзянь Суйина слишком мягкая, у нее болит сердце за непутевого сына. Если она постоянно будет так расстраиваться, то может заболеть.

— Если даже твоему отцу на тебя наплевать, то зачем ты пришел ко мне? — Цзянь Суйин в гневе ударил по столу. — Однажды тебя разрубят на куски те, кому ты должен, и скормят собакам. И во всем этом будешь виноват ты сам, ублюдок!

— Гэ, — Бай Синьюй был на грани слез, — пожалуйста, помоги мне. Это точно в последний раз. Я… я не осмелюсь повторить это снова. Ты можешь уговорить моего отца? Или можешь одолжить мне немного…

— Чушь, блядь! Если такой идиот, как ты, однажды покается, то солнце взойдет на западе. Ты… — Цзянь Суйин был так зол, что его всего трясло.

Среди всех братьев и сестер у его матери самые лучшие отношения были с мамой Бай Синьюя. После смерти матери о Цзянь Суйине хорошо заботилась только тетя. Она была для него как вторая мать. Она очень нежная, добрая и образованная женщина. Самое обескураживающее, что она сделала в жизни, — это избаловала своего единственного сына, превратив его в отброса.

— Гэ, пожалуйста, спаси меня, — Бай Синьюй шмыгнул носом, его покрасневшие глаза наполнились слезами. — Если ты не поможешь мне, они забьют меня до смерти. Я действительно не посмею больше связываться с ними.

— Спасти тебя? Я думаю, тебе лучше умереть! — с жесткостью в голосе сказал Цзянь Суйин. — Тетя и дядя не заработали достаточно денег, чтобы ты их так тратил!

— Гэ, — всхлипнул Бай Синьюй, — я тоже хочу зарабатывать хорошие деньги.

Цзянь Суйин был так зол на него, что даже не смог его ударить. Когда Бай Синьюй был маленьким, то Суйин помогал своим тете и дяде воспитывать его, потому что этот ребенок был настолько избалован, что совсем не боялся своих родителей. Он боялся только Цзянь Суйина, потому что только он мог применить физическую силу и избить его.

В результате теперь, когда Бай Синьюй вырос, тетя и дядя не могли контролировать его. Опять же единственный, кто мог вправить ему мозги, это по-прежнему Цзянь Суйин.

Когда Цзянь Суйин смотрел на этого никчемного родственника, у него действительно начинала болеть голова. Суйин вдруг подумал о том, что стал относиться к Цзянь Суйлиню немного лучше, вероятно, из-за сравнения его с Бай Синьюем. Поэтому после сопоставления их двоих сяо Линь-цзы уже не был таким ненавистным.

Думая об этом, он вдруг посмотрел на сяо Линь-цзы.

— Почему ты пришел с ним?

— Я столкнулся с ним в компании, — ответил Цзянь Суйлинь.

— Сяо Линь-цзы, ты должен выйти, — Суйин перевел взгляд на Бай Синьюя.

Бай Синьюй с тревогой посмотрел на Цзянь Суйина. Он боялся, что как только сяо Линь-цзы выйдет за пределы кабинета, то старший брат изобьет его.

Конечно, Цзянь Суйлинь не мог ослушаться Цзянь Суйина, поэтому похлопал Бай Синьюя по плечу и сразу же вышел.

Цзянь Суйин не торопясь, шаг за шагом, стал приближаться к нему.

Бай Синьюй с испугу вскочил с дивана.

Цзянь Суйин бросился вперед, схватил его за воротник и прижал к стене. Его свирепый дикий взгляд обжигал кожу.

— Гэ, — Бай Синьюй испугался еще сильнее и взмолился о пощаде, — гэ…

Цзянь Суйин схватил его за подбородок, заставляя смотреть в глаза.

— Бай Синьюй, слушай меня внимательно, — Суйин выглядел свирепо, — ты должен благодарить Бога, что родился в хорошей семье. Если бы не моя тетя, я бы никогда не стал с тобой возиться. Мне все равно, искренен ли ты был, когда сейчас говорил это мне, но это последний раз, когда ты облажался и ведешь себя, как дерьмо. Если это повторится, я оставлю тебя на произвол судьбы. Мне будет все равно, даже если тебя живым порежут на лоскуты. Ты меня понял?

Бай Синьюя всего трясло. Он смотрел на Цзянь Суйина слезящимися глазами.

— Потеряйся, — Цзянь Суйин отпустил его.

— Гэ… что ты собираешься делать?

— Я поговорю с твоим отцом.

— Но у моего отца нет денег…

— Кто виноват, что у твоего отца нет денег? — резко закричал Цзянь Суйин. — Может быть, это я у него денег беру?

Бай Синьюй тут же замолчал.

— Убирайся.

Бай Синьюй не решился больше здесь оставаться и убежал прочь.

Цзянь Суйин был так зол на него, что навернул несколько кругов по кабинету, прежде чем его дыхание успокоилось.

Если бы в последние несколько лет он не настаивал на том, чтобы тетя и дядя инвестировали в бизнес, этому блудному сыну пришлось бы нелегко.

Цзянь Суйин был старшим и самым успешным среди своих сверстников в семье, как со стороны отца, так и со стороны матери. Когда речь заходила о воспитании младших членов семьи, то все неизбежно использовали его в качестве примера для подражания. А когда возникали проблемы, то все родственники неизбежно обращались к нему за помощью.

Сам Цзянь Суйин был особенно нетерпеливым и беспечным. Но его воспитывали как будущего главу семьи, даже несмотря на то, что он был очень мятежным во многих своих поступках и мыслях. Но Цзянь Суйин очень хорошо осознавал подъем и падение семьи и необходимость передать фамилию следующему поколению.

Поэтому, даже если он ненавидит Бай Синьюя, он не оставит его в беде. Даже если он особенно ненавидит Чжао Янь, он все равно будет хорошо воспитывать и заботиться о Цзянь Суйлине. Для него родственники и близкие не имеют никакого значения. Он может не общаться с ними и плевать на них. За закрытыми дверями в своем доме он может измываться над ними как и сколько угодно. Но Суйин не может позволить посторонним делать то же самое с его семьей.

В итоге Цзянь Суйин сел на диван. Он закурил сигарету и глубоко задумался, даже забыв пообедать.

Когда Бай Синьюй выходил из офиса, у него было траурное состояние. Именно в этот момент он услышал, что его кто-то окликнул сзади.

Он обернулся и увидел Цзянь Суйлиня.

— Юй-гэ, ты в порядке? — подошел к нему Цзянь Суйлинь, мягко улыбаясь.

Бай Синьюй тяжело вздохнул и молча кивнул. Он чувствовал себя немного смущенным, и не хотел с ним говорить об этом.

— Юй-гэ, ты голоден, — Цзянь Суйлинь обнял его за плечи, — пойдем, я угощу тебя обедом и мы поболтаем.

Бай Синьюй посмотрел на него пустым взглядом. Он никогда особо с ним не общался, и теперь его сердце подсказывало этого не делать.

***

Когда Цзянь Суйин вернулся домой, то было уже восемь часов вечера. За целый день он очень устал.

Днем он поехал к тете и дяде. Прошло всего два месяца с тех пор, как он их видел в последний раз, но казалось, они очень сильно постарели. Суйин был очень недоволен их состоянием.

Родители не знали о местонахождении Бай Синьюя. Видимо, он поехал из офиса Суйина сразу веселиться со своими друзьями. Было уже поздно, а он так и не явился к ужину. В итоге Цзянь Суйин поужинал с ними.

«Думать о Бай Синьюе — бесполезное занятие», — возмущенно подумал Цзянь Суйин. Если бы этот идиот не был его двоюродным братом, он бы первым разбил ему лицо.

Откинувшись на спинку дивана, чтобы отдохнуть, Цзянь Суйин подумал о Ли Юе. Он достал телефон и набрал его номер. Прошло много времени, прежде чем на звонок ответили. В динамике послышался задыхающийся голос Ли Юя.

— Чем занимаешься? — поинтересовался у него Суйин. — Все еще тренируешься?

— Я еще не закончил, — выдохнул Ли Юй, — ты что-то хотел?

— Где ты?

— Ты что, хочешь приехать?

— Хочу приехать и посмотреть, как это происходит. Я никогда раньше не видел, как кто-то боксирует вживую.

— К тому времени, когда ты приедешь, мы, скорее всего, уже закончим.

— Скажи мне, где ты находишься, я приеду к тебе.

Ли Юй назвал ему адрес, и Цзянь Суйин мгновенно воодушевился. Он быстро переоделся и вышел из квартиры. Только при мысли о скорой встрече с Ли Юем Цзянь-да почувствовал огромный прилив энергии, которая затопила все его тело.

Том 2

Глава 8.3 - То, что случилось в душе

⛔ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: Откровенное содержание

Когда Цзянь Суйин прибыл в клуб, где тренировался Ли Юй, было уже чуть больше девяти часов вечера. К этому времени тренировки уже закончились и все ушли. Остался лишь Ли Юй, который разговаривал с мужчиной.

Двое мужчин негромко беседовали и даже не заметили постороннего присутствия. Цзянь Суйин просто стоял в дверях и смотрел на Ли Юя, блуждая взглядом по его мокрому от пота телу.

Ли Юй был одет в темно-серую майку и темно-синие шорты. Несколько прядей волос были настолько мокрыми, что прилипли к его лицу. Боксерские перчатки были брошены к ногам, и во время разговора он жестикулировал руками.

Его одежда была промокшей насквозь. Тело Ли Юя не было таким грузным, каким Цзянь Суйин раньше представлял себе боксера. Благодаря стройному телосложению его мышцы были очень ровными и эстетически привлекательными. Грудные мышцы были полными, но не перегруженными. Талия была узкой, а ягодицы упругими. Длинные и крепкие ноги Ли Юя были невероятно привлекательны. В одетом или раздетом виде — он выглядел красивым, как модель.

Пока Цзянь Суйин смотрел на юношу, в его голове всплыла куча приятных и обольстительно-сексуальных образов с ним. Суйин сразу же почувствовал происходящие изменения со своим телом. Ли Юй был чертовски красив. Если бы он так не выглядел, Суйин не влюбился бы в него. Вот ведь засада.

Он простоял несколько минут, прежде чем уборщица заметила его.

— Могу я вам чем-нибудь помочь?

— О, нет. Я просто жду кое-кого.

Их голоса не были громкими, но на тренировочной площадке было пусто и тихо. Их разговор сразу же достиг ушей Ли Юя и он повернул голову в их сторону. Руки Цзянь Суйина были спрятаны в карманах. Сам мужчина стоял, прислонившись к дверному косяку, и смотрел на Ли Юя с ухмылкой.

Ли Юй кивнул ему. Но он быстро отвернулся и продолжил разговор с тренером. Мужчина тоже посмотрел на Цзянь Суйина.

— Твой друг? — поинтересовался он.

— Мгм.

— Хорошо. Время уже позднее, давай закончим на этом и продолжим в следующий раз.

Цзянь Суйин подошел к ним и посмотрел на собеседника Ли Юя. Мужчины кивнули друг другу в знак приветствия.

— Кто это? — задал вопрос Суйин после того, как мужчина ушел.

— Мой тренер.

— Такой молодой?

— Ему больше тридцати, я думаю… — Ли Юй взял полотенце и вытер лицо. Он смотрел на Цзянь Суйина. — Я говорил, что закончу до того, как ты приедешь. Если бы я не ждал тебя, меня бы не поймал тренер и не прочитал целую лекцию.

Уголки губ Цзянь Суйина поползли вверх и на его губах заиграла улыбка. Он прищурил глаза. Его взгляд был устремлен на лицо Ли Юя. Когда они встретились глазами, то что-то двусмысленное наполнило атмосферу между ними.

Цзянь Суйин никогда раньше не испытывал такого чувства. От одного только взгляда Ли Юя его сердце забилось быстрее. Во рту у Суйина тут же пересохло, и кровь в теле закипела, вызывая желание заняться безумной любовью с этим человеком.

Можно себе представить, какой неожиданностью это стало для того, кто никогда не нуждался ни в еде, ни в одежде, и никогда не испытывал недостатка секса. Для Суйина это стало открытием, что очень сильно взволновало его.

— Не забудьте запереть дверь, когда будете уходить, — у самого порога крикнула уборщица.

— Хорошо, — ответил Ли Юй, не отрывая глаз от Цзянь Суйина.

В зале мгновенно воцарилась тишина. Было настолько тихо, что можно было услышать звук падения булавки.

Цзянь Суйин протянул руку и легкомысленно зацепил пальцем ремешок жилета Ли Юя.

— Иди прими душ, ты весь потный.

Эти слова прозвучали как двусмысленное заигрывание между влюбленными. Сердце Ли Юя дрогнуло. Рука, сжимавшая полотенце, бессознательно сжала его еще сильнее.

Ли Юй боялся смотреть в особенно соблазнительные глаза Цзянь Суйина. Этот старый дьявол отточил свое мастерство на многих и совершенно не стыдился такого открытого взгляда. Но Ли Юй ничего не мог с собой поделать.

Он кивнул, развернулся и направился в сторону душевых. Цзянь Суйин последовал за ним.

Ли Юй взялся за дверную ручку, но остановился.

Цзянь Суйин наклонил голову, ожидая, пока он откроет дверь.

Ли Юй медленно открыл дверь, затем повернулся и схватил Цзянь Суйина за руку, втягивая внутрь.

Цзянь Суйин был очень рад принять душ вместе с ним. Но для этого ему надо было хотя бы раздеться. Он только вчера купил этот комплект одежды, и проносил всего пару часов и не собирался ее мочить.

Ли Юй явно не проявлял такой заботы и затащил его прямо под душ. Он открыл кран с водой и прижал Суйина к стене. Накрыв его губы своими, он несдержанно его поцеловал.

Они не занимались любовью уже больше недели и сейчас были похожи на голодных волков. Они отчаянно рвались друг к другу в кусачих поцелуях, срывая друг с друга одежду…

Футболка без рукавов и шорты Ли Юя снимались очень легко. Но кашемировый свитер Цзянь Суйина мгновенно пропитался водой. Он стал в несколько раз тяжелее и прилип к телу. Снять его было проблематично.

Ли Юй поднял одежду Суйина, обнажая его грудь. Он опустил голову и подцепил зубами маленький сосок. Его движения были стремительными и немного грубоватыми. Нежная плоть на груди подверглась яростной ласке зубами, а после была зализана языком.

Цзянь Суйин запрокинул голову назад, и капли воды, словно острые иглы, сверху падали на его лицо. Он не мог открыть глаза и даже не слышал собственного дыхания. Он только ощущал, как чувственность его тела бесконечно усиливалась, уходя за границы разумного.

Ли Юй расстегнул брюки Суйина и провел по его члену рукой, не проникая в нижнее белье. Тело Цзянь Суйина было мокрым. Его белоснежное белье было из чистого хлопка. Намокшая полностью ткань плотно прилегала к телу. Небольшие ягодицы и пенис, чье очертание было похоже на гору, заставили кровь Ли Юя забурлить.

Ли Юй стянул белье с Цзянь Суйина и отбросил в сторону. Он ухватился рукой за бедро Суйина, поднимая его ногу.

В данной ситуации Цзянь Суйин оказался полностью беспомощным. И хотя он рассматривал и такой итог, но это все равно противоречило тому, что он хотел сделать с Ли Юем. Он мечтал, что сможет трахнуть Ли Юя, воспользовавшись его безумной влюбленностью и хаотичными эмоциями. Но в данный момент действия Ли Юя разбили его прекрасную фантазию, и он тут же воспротивился.

— Подожди минутку… — Цзянь Суйин начал вырываться, — подожди минутку, блядь!

Член Ли Юя поднялся полностью, налился кровью и безумно болел. Его естество было настолько твердым, как в таком состоянии он мог терпеть? Ли Юй поднял свитер Цзянь Суйина и накрыл им его голову. Суйин хотел вытянуть руки, но Ли Юй оказался проворней. Он схватил рукава свитера, перевернул их и завязал узел на запястье.

— Где, блядь, ты этому научился! — выругался Суйин, понимая, что попал в ловушку.

Он попытался снова вытащить руки, но упирался в узел. На голове у него была мокрая одежда, что открывала только нижнюю часть лица. Благодаря широкому вороту дышать было не проблематично, но вот видеть через свитер не было возможности.

Ли Юй улыбнулся и наклонился к уху Суйина.

— Без этой уловки с тобой просто так не справиться… — Ли Юй вновь обхватил бедро Суйина, приподнимая вверх. Он выдавил на другую руку немного геля для тела и размазал его круговыми движениями вокруг сжатого колечка мышц, медленно входя в тело Суйина пальцем.

Цзянь Суйин напрягся всем телом. С его губ сорвался напряженный стон.

Ли Юй поцеловал его в открытую шею, пытаясь успокоить.

С помощью импровизированной смазки Ли Юй сумел довольно быстро войти пальцем и ощутил вокруг него сокращение тугих стеночек. Ли Юй чувствовал, что с каждой секундой его собственное дыхание становится чрезвычайно затруднительным и очень тяжелым.

Благодаря подготовке Цзянь Суйин не испытывал боли. Сегодня он находился полностью под контролем рук Ли Юя.

Ли Юй разошелся не на шутку. Он притянул одну ногу Суйина максимально близко к себе. Цзянь Суйин не мог создать нужный баланс из-за того, что его руки были подняты над головой и он не мог ими управлять. Поэтому он не смог стоять твердо на одной ноге. Ли Юй обнял его за талию и попросил переместить вес своего тела на него.

Совсем недавно Ли Юй тренировался, и до прихода Цзянь Суйина думал, что очень устал. Однако сейчас, занимаясь сексом с Цзянь Суйином, ему казалось, что он обладает неиссякаемой силой. Скорость его толчков становилась все быстрее и быстрее. С каждой фрикцией Ли Юя Цзянь Суйин чувствовал, как его ноги ослабевают и становятся ватными.

Голова Цзянь Суйина была спрятана под одеждой, поэтому он не мог ничего видеть. От потери зрения другие его чувства обострились. Ощущения, которые он сейчас испытывал, были бесконечно усилены. Член Ли Юя, что безудержно входил и выходил из его тела, чувствовался более горячим. У Цзянь Суйина возникла иллюзия, что от ощущавшегося жара, вызванного быстрым трением, ему казалось, что сам он весь горит.

По сравнению с грубостью в первый раз и небрежной скомканностью во второй, сегодняшний секс был наполнен теплотой и нежностью. Цзянь Суйин наконец-то смог насладиться несказанным удовольствием. Разве мог он удержаться и не застонать?

Этот стон был едва слышен, особенно на фоне льющейся воды. Но Ли Юй все же смог уловить его. Этот сладострастный вздох удовольствия мог показаться пустяком, но именно он поднял сексуальное желание Ли Юя на совершенно новую высоту.

Ли Юй развернул Цзянь Суйина. Он развел его ягодицы в стороны и жестко вошел в него сзади. Звук удара плоти о плоть тесно перекликался с непрерывным шумом воды и протяжными стонами. Ли Юй крепко вцепился в талию Цзянь Суйина. Суйин подсознательно выгнул свою спину в привлекательную дугу и был сейчас похож на игривую и очень грациозную кошку. Ли Юй осыпал поцелуями его спину, начиная от самых лопаток вдоль позвоночника, постепенно спускаясь вниз.

Тяжелое дыхание мужчин сливалось со стонами и шумом падающей воды. В этой узкой душевой кабинке было настолько жарко, что непрерывный поток воды не мог остудить охваченные страстью тела.

Ли Юй кончил первым, но продолжал стимулировать Цзянь Суйина, пока тот не эякулировал.

Поза стоя физически очень тяжелая. Они оба так вымотались, что рухнули на скамейку в комнате отдыха и долго лежали на ней, приходя в себя.

Перед тем как покинуть клуб, Ли Юй помог Цзянь Суйину надеть свою одежду.

Ли Юй дошел с Цзянь Суйином до его машины. Стоя рядом с ней, они еще долго целовались, прежде чем все-таки отпустить друг друга.

— Езжай первым.

— Садись в машину, — выражение лица Цзянь Суйина было довольным. Он все еще обнимал Ли Юя.

— Куда мы поедем? — поинтересовался Ли Юй.

— Ко мне домой. У меня завтра выходной. Останешься у меня на два дня, — Суйин четко озвучил каждое слово, не собираясь обсуждать это с Ли Юем. — Садись.

Ли Юй опустил глаза и задумался на короткое мгновение. Потом обошел машину со стороны пассажира и сел.

Цзянь Суйин привез Ли Юя к себе домой.

Это был не первый раз, когда Ли Юй приходил сюда. Но на этот раз его настроение было совсем другим и очень отличалось от предыдущего посещения.

У Цзянь Суйина болела спина, а ноги были все еще словно ватными. Поэтому как только он оказался дома, то рухнул на диван.

— В холодильнике должны быть кое-какие продукты, — Суйин указал в сторону кухни, — приготовь что-нибудь, я умираю с голоду.

Ли Юй посмотрел на Цзянь Суйина, лежащего на диване, словно размягченная лапша. Он не смог удержаться от смеха.

Ли Юй приготовил простой жареный рис с яйцом. Он собирался отнести блюдо Цзянь Суйину, чтобы он поел. Ли Юй позвал его дважды, но ответа так и не последовало. Он вошел в гостиную и увидел, что Цзянь Суйин спит.

— Вставай, — Ли Юй поставил тарелку с рисом на журнальный столик и шлепнул Цзянь Суйина по заднице, — разве не ты хотел есть?

— Нет, — Суйин сонно приоткрыл глаза, — я хочу спать.

Ли Юй приподнял его верхнюю часть тела и сам уселся на освободившееся место на диване.

— Вставай и поешь.

— Ты меня покормишь? — голос Суйина был немного хриплым. Он обнял Ли Юя за шею и прикусил его подбородок.

— Сначала сядь прямо, — рассмеялся Ли Юй такому ребячеству.

Суйин действительно сел как положено. Но когда Ли Юй на полном серьезе захотел его покормить, он тут же вернулся в свое нормальное состояние и начал есть самостоятельно.

Он не ел в полдень, только лишь ужинал. Но после такой сильной физической нагрузки Суйин чувствовал настоящий голод. Он съел свою порцию очень быстро, практически не глотая.

— Сяо Ли-цзы, а ты неплохо готовишь. Где научился?

— Я снимал квартиру и жил один, когда учился в средней школе.

Суйин поставил пустую тарелку на журнальный столик.

— Если ты хочешь быть мужем Цзянь Суйина, — он ущипнул Ли Юя за щеку, — то должен уметь готовить.

Ли Юй усмехнулся и проигнорировал его слова, поедая свою порцию.

После еды Ли Юй помыл посуду. Цзянь Суйин сидел на диване с ноутбуком в руках и что-то смотрел. Когда Ли Юй закончил уборку, он подошел и увидел, что Суйин просматривает какой-то форум. Он взглянул на маленькую иконку в верхней части и понял, что это гей-форум.

— На что ты смотришь?

— Читаю сообщения. Тут довольно интересно… — Цзянь Суйин взглянул на Ли Юя и вдруг игриво улыбнулся, — хочешь посмотреть фильмы? У меня целая коллекция.

Ли Юй сел рядом с ним и тоже засмеялся.

— Когда закончим смотреть, проведем закрепляющий урок?

Суйин не сводил с него взгляда.

— Разве ты сможешь сделать это еще раз? Позволь мне заменить тебя сверху.

— Смогу, — Ли Юй нежно сжал его талию. — Хочешь, чтобы я сделал это прямо здесь?

— Ты должен согласиться на то, чтобы я тебя трахнул.

— Ты можешь об этом помечтать, — улыбнулся Ли Юй.

— Блядь! — Суйину не понравился такой ответ. — Какая у тебя золотая задница! Неужели тебе так трудно дать мне трахнуть себя? Лао-цзы уже три раза отдавал тебе свое тело, ты можешь хотя бы раз сделать то же самое?

— Я не такой, как ты, — ответил Ли Юй, — я не могу этого принять.

— Что ты имеешь в виду, говоря, что не такой, как я? У тебя что, нет этой гребаной дырки?

— Ты можешь не быть грубым? — нахмурился Ли Юй. — Я имею в виду, что ты с самого начала знал, что ты гей, а я — нет. Я не могу этого принять.

Суйин почувствовал разочарование. Он снова осознал сложность эффективного общения с мужчинами-натуралами. Если это не срабатывает, то он найдет в следующий раз другую возможность. Он не верил, что не сможет трахнуть Ли Юя хотя бы один раз в своей долгой жизни.

Хотя эта мысль его немного успокоила, но ему все равно было не по себе. Он отбросил ноутбук и направился в спальню, чтобы лечь спать.

Когда он вошел и лег, Ли Юй последовал за ним. Он забрался под одеяло и обнял Суйина сзади. Ли Юй потерся подбородком о его шею, не говоря ни слова. Такой щенячий способ Ли Юя ублажить Суйина был не очень умным. Но несмотря на это на душе стало так сладко.

Цзянь Суйин повернулся и посмотрел на красивое лицо Ли Юя. Чем больше он смотрел на него, тем больше ему хотелось поглотить этого парня целиком.

Ли Юй первый подался вперед и поцеловал Суйина сначала в кончик носа, а потом накрыл его губы, вовлекая в долгий поцелуй.

От такого напора кровь в телах обоих мужчин снова начала закипать, пробуждая новый огонь сексуального желания.

В результате этого Суйин вновь уступил своей похоти, и Ли Юй еще два часа не давал ему спуску, трахая его словно сумасшедший, лишившийся последних тормозов. В конце концов Суйин был настолько вымотан, что у него не было сил даже пошевелиться. Горло его саднило от долгих стонов и он не мог даже произнести и слова.

Эти выходные стали для них выходом их обоюдного безумия и неудержимого секса. Двое суток они не выходили из дома. Помимо еды и сна, все остальное время они тратили на занятие любовью и душ. А иногда совмещая секс в душе.

Даже такой человек, как Цзянь Суйин, который много веселился и мог трахаться часами, никогда не жил такой сумасшедшей жизнью. Они с Ли Юем использовали почти все возможные места и поверхности в квартире. Следы их безумной страсти были оставлены в спальне, гостиной, ванной, кухне и даже на балконе. Как бы трудно им ни было ужиться вместе, у них было удивительно хорошее взаимопонимание, когда дело касалось секса. В течение двух дней они разыграли ряд захватывающих хитростных сюжетов, после которых создавалась иллюзия, что они находятся в каком-то одурманенном опьянении. Казалось, что они были мертвы и их души застряли где-то между небом и землей, в мире каких-то мечтаний. Для них двоих словно в этом мире больше ничего не существовало. Им ни о чем не нужно было больше думать, кроме как о безумном наслаждении дикой и яркой любви.

Делюсь своим любимым котиком

Котик и его любимый зайка

Глава 8.4 - Кролики-любовники

Выходные прошли и наступил понедельник, а значит, надо было идти на работу. Цзянь Суйин чувствовал себя так, словно ему было пятнадцать и ему приснился влажный сон, в котором он был участником, а не просто наблюдал со стороны. Это был такой сон, о котором даже думать было неловко, но который был таким живым и запоминающимся.

На столицу обрушились холода, и с тех пор теплее не становилось. Официально наступила зима. Несмотря на похолодание, отношения между Цзянь Суйином и Ли Юем, напротив, потеплели. Они стали общаться, как обычная пара.

Поскольку новизна в отношениях еще не прошла, они виделись раз или два в неделю. А также все выходные дни проводили вместе.

Цзянь Суйин — очень игривый человек. Он взял шефство над Ли Юем, бедным студентом, который еще совсем недавно сдавал вступительные экзамены в университет. Суйин познакомил его с множеством максимально интересного. Он даже познакомил его со многими людьми своего круга общения.

Это должна была быть обязанность Ли Сюаня — ввести Ли Юя в переплетенную семейную политическую сеть в столице. Но Ли Сюань не мог вернуться в столицу вот уже как несколько лет. Ли Юй тоже не так давно вернулся в Пекин, и ему определенно не хватало межличностных отношений. Цзянь Суйин надеялся как можно скорее интегрировать Ли Юя. Это определенно поможет ему в будущей карьере.

Постепенно несколько приятелей, которые были близки с Цзянь Суйином, смогли понять, что у этих двоих роман. В мире происходит много странного и удивительного. Тот факт, что даже Цзянь Суйин намеренно скрывал это, доказывало, что он не хочет, чтобы кто-то об этом знал. И любой человек с наметанным глазом видел это. Все, кто знал Цзянь Суйина и кто не хотел намеренно обидеть его, делали вид, что ни о чем не догадываются. Это также приносило облегчение и Ли Юю. Он чувствовал успокоение от того, что может открыто общаться со всеми этими принцами. Ведь каждый из них мог быть связан с его отцом через одного, двух или максимум трех знакомых человек.

Конечно, их характеры были настолько разные, что они все равно время от времени ругались друг с другом. Только когда Ли Юй действительно проводил много времени с Цзянь Суйином, он понимал, насколько сложно с этим мужчиной иметь дело. К счастью, Ли Юй был молод. Он оказался спокойным и терпимым человеком, в отличие от Цзянь Суйина, который всегда противостоял Ли Юю, когда что-то шло не по его сценарию. И как это обычно бывало у партнеров, все их противоречия заканчивались в постели. Или же они, наоборот, приводили их туда?

Если отбросить недостатки и вспыльчивый характер Цзянь Суйина, то на самом деле он был замечательным любовником, и очень хорошо и трепетно относился к Ли Юю. Время от времени он покупал ему небольшие подарки один или два раза в неделю стабильно. Суйин покупал ночной перекус даже в час ночи, а еще иногда отвозил Ли Юя в университет по утрам. Иногда после работы он приезжал смотреть, как Ли Юй тренируется, и просиживал по три-четыре часа на скамье, дожидаясь, когда он закончит, чтобы пойти с ним поужинать. Он даже всегда привозил с собой для Ли Юя чистую одежду.

Когда Цзянь Суйин был доброжелателен, то у него было хорошее настроение и отменное чувство юмора. То же самое можно было сказать о нежности и романтичности. Суйин был очень красивым мужчиной, и обладал чувством стиля и хорошими манерами.

Но когда Суйин злился, то злился до смерти. Он мог в порыве гнева наговорить кучу гадостей и не чувствовать себя при этом виноватым. Ли Юй как-то разговаривал по мобильному минут десять с одногруппницей, а Суйин потом протирал его телефон дезинфицирующим средством. Противоречивая личность иногда изумляла Ли Юя, и часто он не знал, плакать ему в той или иной ситуации и смеяться.

Так незаметно прошло полгода. Их отношения не носили какого-то четкого статуса, и ни один из них не поднимал речь о том, чтобы дать им какое-то определение.

Через несколько дней наступит Новый год. Компания в этот период времени бывает очень занята. Новый объект недвижимости, который разработал Цзянь Суйин, был построен. Он должен был быть продан в Новом году. Компания как раз проводила большую подготовительную работу.

У Ли Юя и Цзянь Суйлиня начались зимние каникулы, и они оба приходили ежедневно, чтобы помогать Цзянь Суйину. Но Суйин был настолько занят, что хотя он и видел Ли Юя каждый день, у него даже не было свободного времени не то чтобы пофлиртовать с ним, порой и подмигнуть не успевал.

Когда Цзянь Суйин работал на участке с недвижимостью, в середине процесса застройки он столкнулся с несколькими проблемами. Для того чтобы разобраться с ними, ему понадобилась помощь некоторых людей. Когда рынок недвижимости должен был быть открыт, Суйин подготовил четыре квартиры в качестве подарков за помощь. Он поручил разобраться с вопросом дарения Цзянь Суйлиню, а потом больше ни разу не поднимал эту тему. Каково же было его удивление, когда возникла проблема именно с этими квартирами.

С приближением Нового года Цзянь Суйин был очень занят не только делами компании, но и своими социальными связями. Его телефон звонил каждые несколько минут.

Мобильный снова издал звуковой сигнал, и Суйин взглянул на экран. Он увидел, что это звонил Цзянь Суйлинь, поэтому даже не хотел отвечать. Только когда Цзянь Суйлинь отправил ему текстовое сообщение, в котором содержалось только одно слово «срочно», он ответил на его звонок.

— Гэ, у меня тут проблема, — как только Суйин принял вызов, он услышал слова Цзянь Суйлиня. Голос младшего брата был весьма необычен.

— Что случилось? — устало спросил Цзянь Суйин. — Ты же мужчина, не нервничай, когда что-то происходит.

— В прошлый раз ты просил меня передать квартиры директору Фаню и остальным.

Юй-гэ узнал об этом.

— Кто? Бай Синьюй? Как он узнал об этом?

— Из-за того земельного вопроса, что ты нам поручил, мы с ним в последнее время больше общаемся. Сегодня он пригласил меня на обед. Когда я отошел в туалет, оказывается, он порылся в папке с документами, которую я оставил на столе… Я не знал, что он будет копаться в моих вещах. Но когда я вернулся, он спросил меня, взял ли я документы на собственность, чтобы передать их.

— Блядь! И что ты ему сказал?

— Я не говорил ему ничего. Но он откуда-то уже знает племянницу директора Фаня. Я как раз только получил копию удостоверения личности племянницы Фаня. Он спросил, не хочу ли я передать документы в Fan Hall.* с ним.

*厅 /tīng — департамент/управление

— Этот ребенок не умеет ничего другого, но он очень чуткий в таких вопросах, — холодно хмыкнул Цзянь Суйин. — Но ты тоже хорош. Как ты можешь оставлять такие важные документы без присмотра? Если ты не можешь справиться даже с таким пустяком, на что вообще ты годен?

— Гэ, мне очень жаль.

— Каждый, кто знает об этом деле, это уже для нас риск. Теперь плюс еще один человек в курсе, а это значит дополнительный риск и головная боль. Особенно хреново, что об этом теперь знает Бай Синьюй. Он же идиот, тупица безмозглая… Ты сказал ему, чтобы он не говорил глупостей и держал язык за зубами?

— Да, я проинструктировал его, что об этом никому нельзя говорить. Я сказал, что мы одна семья, и что он не должен говорить глупости. Но…

— Но что?

— Он попросил передать это дело ему.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурился Суйин.

— Юй-гэ сказал, что вопрос выбора места для отеля, над которым сейчас работают его родители, требует участия Fan Hall. Он хочет воспользоваться этой возможностью, чтобы завязать с ним личные связи.

— Блядь! Но тот факт, что этот парень смог придумать трюк с одолжением цветов Будде*, говорит о его большом прорыве в интеллекте и повышении IQ. Если ты не имеешь возможности заработать деньги в другом месте, то ты, блядь, всегда имеешь возможность сесть на шею членам своей семьи.

*借花献佛 идиома, добиваться благосклонности, используя чужое имущество.

— Гэ, как ты думаешь, что мы должны делать? — с осторожностью спросил Цзянь Суйлинь.

— Конечно, мы не можем оставить это на него. Наладить связь с кем-то очень просто, и он может с этим справиться сам. Но если мы поручим ему это дело, то что-то может пойти не так.

— Тогда…

— Это проблема, в которую ты сам себя втянул, ты должен сам с ней справиться. Но в любом случае, Бай Синьюй не должен ввязываться в это дело. Ему нельзя позволить слишком много говорить, у него язык без костей. Но наша семья не боится таких пустяков. Но ты все равно должен быть осторожен. Если что-то пойдет не так, ты будешь нести за это ответственность. Ты понял?

— Да, понял.

— Я сейчас слишком занят, чтобы сводить с тобой счеты. В будущем береги важные документы и не разбрасывайся ими. Если подобное дерьмо повторится, то ты навсегда покинешь мою компанию.

— Гэ, мне жаль… — не успел он закончить фразу, как Цзянь Суйин уже сбросил звонок.

Думая о непосильной работе и делах, у Суйина разболелась голова. Вопрос с Бай Синьюем он не принял близко к сердцу. Он по-прежнему хорошо знал своего бяоди. Суйин знал, что, хотя этот ребенок и был праздным ленивым бездельником, он также был робким и застенчивым и не имел плохих намерений. Когда у Цзянь Суйина появится время, он позвонит ему и поговорит обо всем. Если Синьюй будет держать язык за зубами, тогда не будет никаких проблем.

Через два дня ему позвонила тетя. Как только Цзянь Суйин взглянул на высветившееся имя на экране телефона, то сразу понял цель ее звонка. Тетя вежливо попросила позволить Бай Синьюю поработать с сяо Линь-цзы и поучаствовать в этом деле, чтобы он сблизился с Fan Hall и директором Фань.

Его тетя позвонила лично, поэтому Цзянь Суйин не мог отказать ей и был вынужден согласиться. Суйин подумал и решил, что перевести квартиры на родственников нужных людей — дело не такое уж и сложное. Особых проблем возникнуть тут не должно. Он позвонил сяо Линь-цзы и поручил ему лично проследить за этим и не оставлять Бай Синьюя ни с кем наедине.

***

Вскоре компания ушла в ежегодный отпуск. После долгого изнурительного периода Цзянь Суйин, наконец, смог сделать передышку и отдохнуть.

Ли Юй сидел на диване и читал книгу. Голова Цзянь Суйина лежала у него на коленях, сам мужчина играл со своим PSP. Они разговаривали о делах компании, и Суйин рассказал Ли Юю о четырех квартирах. Он все еще был расстроен и недоволен, что в это дело влез Бай Синьюй.

Рука Ли Юя, державшая книгу, едва заметно дрогнула. Но выражение на его лице ничуть поменялось.

— Этот бяоди — большая проблема. Даже если Суйлинь контролирует это дело, я все равно думаю, что есть большой риск.

— О? Почему ты так думаешь?

— Даже если Бай Синьюй сделает что-то не так или перегнет палку, разве может Суйлинь за это отвечать? Я думаю, что, с благоразумием Суйлиня, все можно было бы сделать хорошо. Но поскольку ты втянул Бай Синьюя в это дело, тебе придется взять на себя вину за любые ошибки, что могут произойти. Ты не должен во всем этом винить лишь Суйлиня.

Суйин опустил свою PSP и закатил глаза.

— Что может произойти? Это же просто передача собственности. Нужно просто передать документы в окошко в бюро регистрации и все. Бай Синьюй таким образом пытается поцеловать задницу Фаня. Неужели ты думаешь, что он сам подготовит все эти документы? Это же работа сяо Линь-цзы.

— Я тоже не думаю, что случится что-то плохое, — Ли Юй перелистнул страницу книги. Его глаза застыли на тексте. Он смотрел не моргая, — но раз уж ты об этом заговорил, то я просто высказался о том, что думаю.

— Что ты там читаешь? — Суйин отбросил свою PSP и обнял его за талию. — Прошло уже полдня. У тебя же каникулы. Дай своим глазам отдохнуть.

— Ты отдыхаешь, играя в игры? — Ли Юй продолжал смотреть в книгу.

Цзянь Суйин проигнорировал его слова. Он протянул руку и отбросил книгу Ли Юя в сторону.

— Отдохни глазами. Смотри на меня, — улыбнулся он.

Ли Юй посмотрел на него.

Суйин поднял руку и обвил ее вокруг его шеи. Он притянул голову Ли Юя вниз и поцеловал в губы.

Ли Юй не сопротивлялся. Напротив, он сам с большим рвением начал целовать Суйина.

Суйин сразу же ожил. Он потянулся к одежде Ли Юя, забираясь под нее в области живота. С настойчивостью, он торопился избавить Ли Юя от всех вещей, что были на нем.

Они уже занимались сексом этим утром, и кончили каждый по разу. Но до этого они почти десять дней не были вместе из-за загруженности Суйина на работе. Теперь Суйин восстановил свою физическую силу и хотел заняться любовью с Ли Юем. Они были хорошо знакомы с телами друг друга, и вскоре их страсть достигла предела. Каждый из мужчин выпустил на волю все желания и утолили ту тоску, которую испытывали друг к другу все это время.

***

Брат Ли Юя также вернулся в Пекин в канун Нового года. Цзянь Суйин ужинал с ним дважды. Во второй раз Суйин привел с собой главу компании по производству кормов. Основываясь на отчете сяо Линь-цзы о земле, которую он осматривал в прошлый раз в Бэйхай, Суйин планировал продолжить сотрудничество с Ли Сюанем.

Если все будет сделано правильно, то Суйин мог получить двести акров земли, на которые он не потратит ни единого юаня. Ему не нужно было платить за это, если он окажет услугу своему приятелю, и получит кусок земли просто так.

Вечером тридцатого числа Цзянь Суйин и Ли Юй, естественно, вернулись в дом своих родителей для празднования Нового года. Суйин в этот вечер был пьян. Он окинул взглядом большую комнату, в которой собрались все его родственники в большой шумной компании, и скривил свой рот. Здесь ему было скучно, и он не хотел больше здесь находиться. Он подумал о том, что в следующем году он точно не будет отмечать Новый год в Пекине, а поедет в Циньхуандао, к дедушке. Он лучше проведет время с ним. Это гораздо более приятнее, чем сейчас находиться здесь, в комнате, полной людей, которые создают слишком много шума.

Суйин давно уже был главной опорой семьи Цзянь. Неважно, были ли это старшие или младшие родственники, но они неизбежно тащили его выпить вместе с ними. И хотя Суйин хорошо переносил алкоголь и был к нему устойчив, то пить так много он все равно не мог. В его желудке было уже предостаточно выпивки, а походка была заметно неровной.

В этот вечер Цзянь Суйлинь уже выпил несколько бокалов вина вместо него и ему самому было уже не хорошо. Цзянь Суйлинь увидел, что Суйину плохо и что у него кружится голова.

— Гэ, если ты чувствуешь себя плохо и не справляешься, то я могу помочь тебе подняться в комнату.

Икнув, Суйин обнял младшего брата за шею.

— Пошли, помоги мне.

— Мой гэ действительно слишком много выпил, — объяснял Цзянь Суйлинь тем родственникам, которые все еще намеревались выпить с Суйином, — я помогу ему подняться в комнату. Ему надо немного отдохнуть.

— Поспи немного, гэ, а потом спускайся, — выкрикнул один из двоюродных братьев Суйина, — сейчас только десять часов вечера.

Цзянь Суйин махнул ему рукой и, пошатываясь, с помощью сяо Линь-цзы поднялся наверх.

Суйлинь помог брату войти в свою комнату и уложил его в постель.

Цзянь Суйин был пьян, но не настолько, чтобы не различить спальни.

— Разве это не твоя комната?

— Я боюсь, что ты испачкаешь свою постель. Тебе потом будет неудобно в ней спать, — Цзянь Суйлинь достал несколько салфеток и вытер испарину на лбу Суйина.

Цзянь Суйин закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов. Он чувствовал дискомфорт в груди и понимал, что действительно выпил слишком много сегодня.

— Не трать красный конверт, который я дал тебе сегодня. Найди для себя какое-нибудь серьезное занятие. Ты уже взрослый, и способен мыслить разумно.

— Не волнуйся, гэ.

— Что насчет тех четырех квартир?

— Все инстанции закрылись на Новый год. После праздника мы закончим все. Это не сложно, так что не волнуйся.

— Бай Синьюй добавляет беспорядка и хлопот?

— Нет. Наоборот, он очень активен.

— Хорошо, следи за ним… и если что-то пойдет не так, сразу сообщи об этом мне.

— Хорошо.

— Ты иди веселись. Я немного вздремну.

— Я останусь с тобой на некоторое время. Я не хочу идти пить.

Цзянь Суйин не стал прогонять его снова. Он лег на кровать, расслабился и закрыл глаза, чтобы немного отдохнуть. Спустя некоторое время дыхание Цзянь Суйина выровнялось, он заснул.

Цзянь Суйлинь встал и пошел в ванную. Он умылся, выпил воды и немного пришел в себя. Когда он вернулся в спальню, то сел на край кровати и посмотрел на спящего Цзянь Суйина. Суйлинь коснулся его волос, которые были немного влажными от пота.

Давно он не видел, чтобы его брат вот так беззаботно спал у него на глазах. Но если бы только Суйин знал, какие мысли находятся в голове у Цзянь Суйлиня, то никогда бы не посмел в его присутствии даже на секунду закрыть глаза.

Рука Цзянь Суйлиня переместилась с волос на лоб. Кончики пальцев, словно перья, мягко порхали по лицу Цзянь Суйина: от бровей к носу, и вот они, наконец, добрались до губ. Губы Цзянь Суйина всегда выглядели мягкими, хотя из этого рта всегда исходило много удальства, сквернословия и жестких слов. Казалось, что он просто не способен произнести ни одного нежного и хорошего слова.

Цзянь Суйлинь сильнее надавил кончиком пальца на его нижнюю губу. Они действительно были мягкими на ощупь.

Губы Суйина немного приоткрылись, и сердце Цзянь Суйлиня забилось быстрее при взгляде на них. Внутри него зародилось безграничное желание…

— Гэ… — со всей мягкостью в голосе позвал он Суйина.

Ответа не последовало.

— Гэ, ты спишь?

По-прежнему никакого ответа не было.

Цзянь Суйлинь набрался смелости. Он медленно наклонился и с некоторым трепетом приблизился к лицу Суйина. Он замер на несколько секунд, а потом прижался к мягким губам Цзянь Суйина своими.

В этот момент он даже перестал дышать. Он не смел сделать ни одного движения, боясь разбудить Цзянь Суйина. Как описать ощущение губ, прижатых друг к другу? Они теплые, мягкие и немного влажные. Вы отчетливо чувствуете дыхание и исходящее тепло тел друг друга. Вы словно обмениваетесь какой-то неоднозначной энергией, наполняя ею друг друга.

Цзянь Суйлинь не мог удержаться, чтобы не высунуть язык и осторожно облизать губы Суйина.

Это мягкое теплое чувство было поистине ошеломляющим.

Пока он размышлял, стоит ли прекратить это или смело продолжить исследование, Цзянь Суйин внезапно зарычал и протянул руку, обвивая его шею. Цзянь Суйлинь почувствовал давление на затылке. Он неконтролируемо опустился вниз, целуя Цзянь Суйина.

Глаза Цзянь Суйлиня расширились. Он почувствовал, как его сердце готово было выскочить из горла. Он хотел немедленно убежать, но в то же время не мог не остаться на месте.

Цзянь Суйин лишь на мгновение прикоснулся к нему. Затем опустил руку и что-то пробормотал себе под нос.

Почти задыхаясь, Цзянь Суйлинь не смел даже сделать вздох. Его внезапно охватила нервозность, когда он услышал, что говорит брат.

Он произнес всего лишь два слова. Это было имя — Ли Юй.

В тот момент, когда Цзянь Суйлинь отчетливо услышал это имя, он почувствовал, как внутри него закипает гнев. Его глаза остекленели, и волна ярости и цинизма мгновенно заполнила все его тело.

Его тело задрожало.

Ли Юй!

Он звал Ли Юя!

Цзянь Суйлинь резко встал. Он смотрел на Цзянь Суйина, который лежал на его кровати и спал. Кулаки Цзянь Суйлиня крепко сжались, впиваясь ногтями в мягкую кожу.

________

Меня едва не стошнило в последней части этой главы. Если вас охватили такие же чувства, то я вас понимаю.

На данный момент у нас 8 полных глав из 23. Суйлинь начал проявлять свои чувства и обнародовать свою сущность.

На данном этапе мы знаем, что Ли Юй влюблен в Суйлиня, но испытывает сексуальную зависимость от Цзянь Суйина.

Глава 9.1 - Почему мы делаем-то, чего никогда не должны делать?

В итоге Цзянь Суйин не смог встать, чтобы встретить Новый год, и проспал до рассвета. На следующий день он проснулся с раскалывающейся головой. Все вокруг него плыло, и ему казалось, что он смотрел на мир через какую-то прозрачную субстанцию. Хотя он мог видеть все отчетливо, но чувствовал себя дискомфортно.

Проснувшись, он обнаружил себя в постели Цзянь Суйлиня, раздетым до нижнего белья.

Суйин открыл глаза и долго смотрел на потолок, раздумывая, вставать или снова заснуть.

Он неожиданно кое-что вспомнил, и тут же встал, оглядываясь в поисках своего телефона.

Цзянь Суйин вчера хотел позвонить Ли Юю в двенадцать часов, чтобы поздравить его и пожелать благословения. Он думал, что было бы здорово вести обратный отсчет вместе. Это, конечно, казалось глупым, но… ведь именно так и происходит, когда влюбленные вместе? Они же ловят любую возможность побыть вместе и скучают вдали друг от друга.

В результате он проспал всю ночь и вплоть до сегодняшнего утра. Он даже не отправил Ли Юю ни одного сообщения. Он долго рылся в своих вещах и, наконец, достал телефон из кармана брюк. Когда он включил его, там было более двадцати пропущенных звонков и текстовых сообщений. Он просмотрел звонки, и ни один из них не был от Ли Юя. Пролистав смс, Суйин наконец увидел имя Ли Юя.

Суйин открыл смс, и его переполнило разочарование.

Ли Юй отправил ему текстовое сообщение с пожеланием счастливого Нового года! Благословение было одно из тех, что рассылаются в групповых чатах всем подряд.

Больше ничего не было.

Цзянь Суйин посчитал, что ему нет смысла зацикливаться на этом сообщении, но ему было как-то неприятно.

Ли Юй мог хотя бы послать ему отдельное сообщение, даже просто добавив его имя и надпись «С Новым годом». В конце концов, они ведь были близки. Так почему он послал ему сообщение общей направленности на Новый год?

Суйин считал, что дело не в том, что Ли Юй осторожничает. Проблема была в самом Ли Юе.

Цзянь Суйин откинулся на спинку кровати и позвонил Ли Юю.

— Привет, Цзянь-гэ?

— Привет, Ли лао эр.

Обычно Суйин называл его Ли лао эр, только когда был чем-то недоволен и злился. Ли Юй понял, что что-то не так, как только услышал его голос.

— Что случилось?

— Есть ли что-то, что ты должен сказать мне сегодня?

— А? О, с Новым годом.

Цзянь Суйин фыркнул.

— Почему ты просто не позвонил вчера? Неужели ты был так занят? Или ты просто несерьезно относишься ко мне?

— Я вчера звонил Суйлиню, — беспомощно произнес Ли Юй, — он сказал, что ты пьян и спишь, поэтому я не стал звонить и беспокоить тебя.

Эти слова совсем не утешили Цзянь Суйина, а наоборот, еще больше взбесили его.

— Почему первому ты позвонил не мне, а ему?

Ли Юй какое-то время молчал, прежде чем заговорить снова:

— Что с тобой опять не так? Ты все еще пьян?

— Я уже протрезвел! — рассердился Суйин. — Ты просто отправил мне дрянное сообщение и все?

— Тогда чего ты еще хочешь, — Ли Юй вышел из себя. — Я не понимаю, к чему ты клонишь! Что с тобой не так?

Тон Ли Юя заставил Цзянь Суйина почувствовать себя безрассудно обиженной женщиной. Это еще больше разозлило его. Он чувствовал, что будет еще только хуже, если он продолжит этот разговор. Он вспомнил известную мудрость «Говори жеманство, а не обиды».* Суйин долго не произносил ни слова, а потом вообще сбросил вызов.

* Это означает, что вы недовольны отношением к вам другого человека. Если вы не говорите об этом, вы чувствуете, что задыхаетесь изнутри. Но если вы говорите об этом, другие скажут, что вы лицемерны и заняты бесполезными  делами.

— Блядь, как может быть так плохо?.. — Суйин ударил кулаком по кровати и думал о только что произошедшем разговоре. И чем больше он думал об этом, тем больше злился.

В это время Цзянь Суйлинь внезапно толкнул дверь и вошел. Он увидел своего гэ, распростертого на кровати, с голым торсом и в боксерах-пулях.

Суйин посмотрел на него, а потом на секунду опустил взгляд на кровать.

— Где ты спал прошлой ночью?

— В комнате для гостей.

— Сколько сейчас времени?

— Девять тридцать.

— Голова немного болит, — зевнул Цзянь Суйин, — найди мне лекарство и немного еды. Я спущусь позже.

Цзянь Суйлинь не мог не бросить взгляд на выпирающую выпуклость на черном белье брата, задерживаясь на ней на пару секунд, а затем отвел глаза.

— Хорошо, гэ, вставай и почисти зубы. Я приготовил для тебя одежду, ты можешь ее надеть. Спускайся, когда закончишь.

Суйин пролежал в постели еще немного. Потом он лениво встал, чтобы умыться и поесть.

Когда он спустился, его отец был уже внизу и читал газету. Старик рассмеялся, как только увидел его.

— Суйин, как давно ты не пил? Ты вчера так быстро напился.

— Это случилось потому, что они буквально облепили меня. Черт, их было слишком много, — Суйин почесал голову.

Цзянь Дунъюань отложил газету, посмотрел на своего высокого и крепкого сына и почувствовал себя удовлетворенным.

— Съешь что-нибудь, тебе нужно многое сделать в ближайшие несколько дней.

— Да.

— Когда мы поедем навестить твоего дедушку?

— На третий день.

Суйин планировал сегодня-завтра поехать к родственникам по материнской линии, чтобы выразить им почтение и поздравить с Новым годом. А вот уже на третий день поехать к дедушке вместе с отцом.

— Хорошо. Давай так и сделаем. Суйлинь… ты можешь взять с собой его?

— Ты хочешь поехать? — Цзянь Суйин бросил взгляд на брата.

Суйин знал, что дедушка не любил Цзянь Суйлиня. Он не заботился о нем. Он также знал, что Цзянь Суйлинь определенно тоже не хотел его видеть.

Кто бы знал, что на этот раз младший брат поведет себя нехарактерно.

— Да, я хочу, — быстро ответил Суйлинь, — я давно не видел своего дедушку.

Цзянь Суйин удивленно поднял брови, думая о том, что этот ребенок становится все более и более способным.

Цзянь Дунъюань тоже радостно кивнул.

Суйин кое о чем задумался.

— Папа, в этом году я собираюсь взять сяо Линь-цзы, чтобы навестить семью лао Ли.

— О, отрадно видеть, как вы вдвоем хорошо ладите с двумя братьями Ли. Конечно, нужно нанести новогодний визит им и наладить еще более крепкие отношения.

— Отлично, тогда свяжись с Ли шушу по этому поводу, тогда я возьму Суйлиня с собой к дедушке.

— Хорошо!

Цзянь Суйин подумал о всегда ясном и безразличном лице Ли Юя, которое заставляло одновременно любить и ненавидеть его.

Глава 9.2 - Не могу сделать его нижним пока, но однажды - да!

Вечером второго дня лунного Нового года Цзянь Суйин взял с собой сяо Линь-цзы в семью Ли, чтобы выразить им свое почтение. В это время года семью Ли должны были навестить много гостей, чтобы поздравить их с Новым годом, и к моменту, когда приехал Суйин, гости еще не ушли. Старшие члены семьи Ли не могли оставить тех, кто уже у них был, как и не могли себя клонировать. Цзянь Суйин не возражал тому, что они не могли составить ему компанию. Его главной целью было не выразить свое почтение им, а приехать, чтобы увидеть Ли Юя.

Ли Сюань провел двух братьев из семьи Цзянь в гостиную на третьем этаже. Так они были отделены от людей, находившихся внизу. Здесь Цзянь Суйин чувствовал себя намного спокойнее. Ли Сюань установил на третьем этаже большой, почти двухметровый стол из хуанхуали*. На нем сразу же появился чай кунг-фу*. Такое убранство выглядело очень внушительно.

*huanghuali буквально означает «древесина желтой цветущей груши». Она относится к семейству палисандровых и классифицируется как Dalbergia odorifera.

*Высококонцентрированный сорт чая, которому наиболее отдают предпочтение в Чаочжоу, Фуцзяни и на Тайване.

Цзянь Суйин не особо отдавал предпочтение мебели из красного дерева. Но оценив усилия и проделанную работу Ли Сюаня, он не мог оставаться в стороне. Суйин произнес слова восхищения и благодарности. Для себя Цзянь Суйин подчеркнул еще то, что несмотря на то, что внешне Ли Сюань был молодым и красивым мужчиной, внутри он был похож на старика лет пятидесяти. Его предпочтения и отношение к миру были старомодными и спокойными.

Суйин моментально перевел взгляд на Ли Юя. Через несколько лет он же не станет таким, как и его брат? Если да, он будет слишком скучным.

Они вчетвером уселись за стол, и Ли Сюань приготовил для них чай.

— Так вот чем директор Ли любит заниматься в свободное время, — Цзянь Суйин не мог удержаться и не поддразнить его, — это хорошо культивирует тело и душу.

— У меня редко бывает столько времени, — рассмеялся Ли Сюань. — У меня есть всего несколько свободных дней во время китайского Нового года. Но мне нравится коллекционировать чай. Не так давно мне подарили серебряную иглу Цзюньшань*. Попробуй.

*君山银针 (jūnshān yínzhēn) — Цзюньшань Иньчжэнь это желтый чай с острова Цзюньшань в провинции Хунань в Китае, который считается самым редким чаем в Китае и одним из десяти знаменитых чаев Китая.

Суйин не интересовался таким. Это требовало тяжелой работы и исследований. Он мало что знал о чае, но после всего лишь одного глотка почувствовал приятный аромат и безграничный вкус.

После недолгой и непринужденной беседы Цзянь Суйин перешел к делу. Речь по-прежнему шла о земле. Они пообщались и пришли к соглашению: сначала менеджер проекта напишет хорошее проектное предложение, потом Ли Сюань передаст его напрямую и даст ему ход. Надежда на скорое развитие этого проекта оставалась.

— После того, как мой дагэ вернется обратно, отвечать за контакты по этому вопросу буду я, — неожиданно в их разговор вклинился Ли Юй.

Цзянь Суйин перевел свой взгляд на него. Он не смог удержаться и коснулся Ли Юя ногой под столом.

— Это же хорошо, — улыбнулся Суйин, делая вид, что ничего не происходит, — тебе будет удобно связываться с твоим дагэ, а также держать меня в курсе любого прогресса в этом проекте.

Ли Юй выглядел смущенным. Он бросил серьезный взгляд на Цзянь Суйина и убрал свою ногу.

Цзянь Суйин незаметно дернул уголками рта. Глядя на Ли Юя, сидевшего с таким серьезным видом, он захотел его поддразнить. Суйин тихонько скинул тапочек и коснулся пальцами ног лодыжки Ли Юя.

Так как они сидели друг напротив друга, то Цзянь Суйину было удобно все это делать, не привлекая при этом внимания.

Ли Юй бросил на него предупреждающий взгляд. Он повернулся полубоком к Цзянь Суйлиню, спрашивая, купил ли он одну из новых игр, которые недавно вышли.

Суйин, притворяясь, что увлечен чаепитием с Ли Сюанем, смело вытянул свою ногу и погладил Ли Юя по внутренней стороне бедра.

Ли Юй покачнулся, на его лице появилось смущение.

— Что случилось? — Ли Сюань заметил его движение. — На таком большом стуле ты не можешь усидеть на месте?

Ли Юй отвернулся и сел прямо.

Цзянь Суйин негромко рассмеялся и подмигнул Ли Юю, который бросил на него взгляд.

Это действие между ними было очень коротким и едва заметным. Но Цзянь Суйлинь смог уловить это. Выражение лица у него не изменилось, но глаза вспыхнули. Чтобы скрыть это, он быстро сделал глоток чая.

Атмосфера за столом стала немного напряженной. Только Ли Сюань не заметил этого, продолжая болтать с Цзянь Суйином.

Когда Цзянь Суйин увидел настороженный взгляд Ли Юя, у него сразу же пропало настроение дразнить его дальше.

Два брата из семьи Цзянь провели в гостях два часа, а когда пришло время, они засобирались домой.

Ли Сюань встал, чтобы проводить их, но как только он подошел к двери, зазвонил его мобильный телефон.

Суйин попросил его не игнорировать звонок и не провожать их.

Ли Сюань извиняюще посмотрел на него. Он поспешно ответил на звонок и отошел в сторону, чтобы там поговорить.

Ли Юй проводил их до ворот. Когда они дошли до машины, Цзянь Суйин открыл водительскую дверь и посмотрел на брата.

— Садись.

Цзянь Суйлинь был слегка удивлен. Он молча посмотрел на своего гэ и сел в машину.

— Подожди немного, — Суйин с грохотом закрыл дверь автомобиля и потянул Ли Юя за руку, отходя с ним в сторону.

Ли Юй стряхнул его руку так, будто его ударило током.

Цзянь Суйин изумленно посмотрел на него.

Выражение лица Ли Юя стало жестким. Он скосил глаза в сторону машины.

— Что ты делаешь? — глухим голосом спросил он.

— Разве я не могу сказать тебе несколько слов? — Суйин почувствовал себя очень неловко.

Ли Юй поджал губы, и в его глазах отразилось явное отторжение.

Цзянь Суйлинь сидел в машине недалеко от них. Он мог видеть каждое их движение и даже слышать слова, которые они произносили.

Цзянь Суйлинь уже начал подозревать Ли Юя, что тот находится в отношениях с Цзянь Суйином. В данный момент, если бы Ли Юй молча последовал за Суйином, то он уже не знал, что ему отвечать на расспросы Цзянь Суйлиня в следующий раз.

— Давай поговорим о происходящем позже, — выдохнул Ли Юй, говоря нарочито холодно.

Цзянь Суйин понимал, что он пытается избежать подозрений, но на душе все равно было неприятно. Они не виделись несколько дней, и даже не смогли нормально поздравить друг друга с Новым годом. Когда они встретились, Ли Юй посмотрел на него так, словно даже не видит. Цзянь Суйин испытывал к Ли Юю чувства, но он чувствовал, но не нравится Ли Юю. Из-за этого он ощущал себя в невыгодном положении.

Тем не менее, Суйин знал свое место. Он не был глуп, чтобы спрашивать Ли Юя о его чувствах к нему. Он знал, что в данный момент Ли Юй и он, откровенно говоря, просто трахаются. Хотя Ли Юй ему нравился, он никогда не заглядывал в их отношения далеко. Поэтому между ними не было никакой необходимости в каких-либо обещаниях.

По крайней мере, так он думал раньше.

Но он уже более полугода вместе с Ли Юем. Ему очень нравилось быть с ним, несмотря на то, что во многом они не ладили. Ли Юй просто нравился ему как человек, и у Суйина была надежда, что все у них будет хорошо и дальше. Несмотря на то, что Цзянь Суйин любил Ли Юя, он не был уверен, что это любовь до гроба. Он не требовал от Ли Юя таких же ответных чувств или такой же привязанности. Но он надеялся на то, что тот, кто так привязал его к себе и по кому он скучал три дня, тоже проявит к нему хоть немного нежности.

Но за последние полгода его чувства очень сильно изменились, как и он сам. От простого завоевания Ли Юя, что было у него в начале, сейчас он лелеял надежду, что Ли Юй мог бы полюбить его в ответ. Если он замечал, что Ли Юй не обращает на него внимания, то начинал злиться. Суйин не знал, хорошее это изменение или плохое. Он знал только, что не может остановить эту перемену в себе. Да и, если честно, не хотел. Он просто хотел осуществить желание, что было в его сердце.

Цзянь Суйин несколько секунд смотрел на Ли Юя. На его широко раскрытые глаза, взгляд, полный опасения. В конце концов он пошел на компромисс, сдерживая свое разочарование.

— Хорошо, давай поговорим об этом позже.

Суйин обошел Ли Юя и сел на пассажирское сиденье, больше не смотря на него. Устремив взгляд вперед, он тихо произнес.

— Езжай домой.

Цзянь Суйлинь посмотрел в зеркало заднего вида на подтянутого и красивого парня. Его взгляд в этот момент был холодным, на лед..

У Цзянь Суйина было плохое настроение. Он рано принял ванну и лег в постель, намереваясь поспать. Заснул он быстро. Сколько времени он проспал, он не знал, но его разбудил неожиданный звонок телефона.

— Алло? — Суйин был в недоумении.

— Ты спишь? — услышал он голос Ли Юя.

Суйин мгновенно почувствовал прилив энергии и бодрости. Тот факт, что Ли Юй взял на себя инициативу позвонить ему, все же немного взбодрил его.

— Я только лег.

— Еще нет и двенадцати. Ты же никогда не засыпаешь так рано.

— Завтра рано утром я еду к дедушке.

— А…

— Что-то случилось?

— Я хотел завтра увидеться с тобой.

Настроение Цзянь Суйина мгновенно изменилось, он радостно рассмеялся.

— Ты скучал по мне?

Ли Юй, однако, даже не улыбнулся. Его голос стал даже немного холоднее.

— Раз у тебя есть на завтра дела, то забудь об этом. Это может подождать до твоего возвращения.

— Эй… — протянул Суйин. Он очень хотел увидеть Ли Юя завтра. Но он уже договорился о новогоднем визите к дедушке. Суйин не мог ждать. — Тогда почему бы тебе не прийти сегодня?

— Сейчас? Так поздно?

— Еще нет и двенадцати. Встретимся у меня дома.

Ли Юй на мгновение замолчал, словно что-то обдумывая.

— Хорошо. Но давай немного позже. Я должен подождать, пока моя семья ляжет спать.

— Хорошо.

Закончив разговор, Суйин резко вскочил с кровати. Сегодня он остался ночевать у отца, но мысль о том, что совсем скоро он будет целоваться с Ли Юем, не давала ему покоя. Ему не терпелось уже поскорее вернуться в свою квартиру.

«Сяо Ли-цзы просто Яо Цзин*. Он совершенно очаровал меня, и я полностью одержим им!» — подумал про себя Суйин.

*妖精 — имеет несколько вариантов и все они подходят.

1) привидение, злой дух, нечистая сила, наваждение.

2) обольститель.

Цзянь Суйин не мог удержаться от смеха при мысли о том, в каком он находится отчаянии. Он также полностью признал, что готов позволить Ли Юю давить на него, что было само по себе крайней редкостью. Он не хотел обманывать себя, особенно когда факты были прямо перед лицом. Он все равно ничего не мог с этим поделать. Кто бы что ни говорил, но Ли Юй действительно привлекает своей внешностью. В нем есть очарование. За такую красоту не стыдно и прогнуться.

Он всегда верил в себя. Он верил, что однажды ему удастся заставить Ли Юя склониться перед ним.

Цзянь дашао переоделся, привел себя в порядок и, благоухая, вышел на улицу.

_______<__>_______

Забегайте на анонс новой новеллы, выкладка которой скоро начнется "Ограниченное время владения"

Глава 9.3 - Давай закончим на этом

В новогодние ночи на дорогах всегда очень мало машин. Цзянь Суйину потребовалось менее получаса на то, чтобы приехать к себе домой. Он ждал еще примерно полчаса, прежде чем послышался звук ключа, открывающего входную дверь. В последние полгода Ли Юй приходил сюда минимум раз в неделю. Естественно, Суйин отдал ему ключ от квартиры.

Отопление работало на максимуме и в помещении было тепло. Ли Юй, одетый в теплый черный пуховик, принес с собой прохладу. У него был высоко поднят воротник, закрывая светлую кожу шеи, и только покрасневший кончик носа особенно выделялся на фоне стянутой кожи.

— Разве ты приехал не на машине, — нахмурился Суйин. Он подошел к нему и потрогал его красные уши, которые на ощупь были ледяными, — почему ты так замерз?

— Я взял такси, — Ли Юй расстегнул пуховик, но не снял его, — в проходном гараже шум машины слишком громкий, я боялся, что разбужу семью.

— Почему ты не позвонил мне? Я бы заехал за тобой, — Суйин потрепал его за уши.

— Не нужно… — Ли Юй отвел руку Суйина, пристально смотря на него темным взглядом, — я хочу поговорить с тобой кое о чем. После того, как закончу, я уйду.

У Цзянь Суйина появилось особенно плохое предчувствие. Он опустил руки и посмотрел на Ли Юя.

— Говори.

— Наши отношения, — Ли Юй медленно выдохнул, — ты знаешь, что их нельзя предавать огласке. Я не думаю, что ты неразумный для своего возраста. Но что ты вытворял сегодня? Мой дагэ был там, как и Суйлинь. Они оба не глупы. Ты не боялся, что они увидят, что ты делаешь?

— Черт, — усмехнулся Суйин, — я думал, будет что-то серьезное. У них же нет экстрасенсорных способностей. Как они могут видеть, что мы делаем под столом? Я просто поддразнивал тебя. У тебя настолько тонкая кишка, что даже на такое не хватает смелости?

Ли Юй даже не улыбнулся. Он полностью оставался серьезным.

— Это просто страх. Ты не можешь не делать такие безрассудства?

— Я уже сделал это, — рассердился Суйин, — что мне теперь делать? Ты ведь приехал сюда в Новый год не ради этой херни? Ты решил испортить мне настроение?

— Я не думаю, что это пустяковое дело, — ответил Ли Юй. Ему все еще было не по себе, даже просто вспоминая тот вопросительный взгляд, которым на него посмотрел Цзянь Суйлинь.

Суйин был так раздражен, что ему хотелось заехать Ли Юю по лицу.

— Почему ты такой сварливый, прямо как старуха?

Ли Юй бросил на него тяжелый взгляд. Он застегнул пуховик и развернулся, намереваясь уйти.

Цзянь Суйин потянул его за одежду.

— Не уходи.

Ли Юй оттолкнул его руку.

— Какого хрена? — Суйин снова схватил его за куртку. — Ты хочешь, чтобы я извинился? — саркастически спросил он.

— Ты подумал обо мне? — Ли Юй обернулся и посмотрел на него холодным взглядом. — У тебя нет стыда, но у меня он все еще есть.

Это заявление полностью вывело Цзянь Суйина из себя.

— Кого это ты называешь бесстыжим? — он схватил Ли Юя за воротник и толкнул его к двери. В голосе его был гнев. — Скажи это еще раз!

— Отпусти! — во взгляде Ли Юя, как и в голосе, был холод.

Цзянь Суйин приблизился еще ближе к нему и сузил глаза.

— Ли лао эр, у тебя месячные? Я не вижу тут никакой проблемы. Так какого хрена ты на меня тявкаешь? Я просто шутил с тобой. Мне было интересно увидеть твою реакцию. Но посмотри на себя, разве это не смешно?

— Мне больше нечего тебе сказать, — во взгляде Ли Юя появился гнев. — Отпусти.

Цзянь Суйин посмотрел в глаза Ли Юя и понял, что он действительно зол. Уже давно он не видел его таким. Обычно он препирался и спорил с ним. Ли Юй вел себя так, словно знал все лучше него, но не повышал на него голос. Суйину тогда становилось скучно, и конфликт быстро сходил на нет. Но в этот раз все было иначе: Суйин вдруг почувствовал, что Ли Юй специально приехал, чтобы поссориться. Это очень огорчало.

Цзянь Суйин редко подвергал себя критике.

Хотя ему казалось, что Ли Юй делает из мухи слона и ведет себя слишком не по-мужски, его беспокойство было оправданным. В конце концов, он был подростком. Авторитет отца и старшего брата все еще очень действовал на него. К тому же он пережил не так много потрясений, и было понятно, что в данный момент он паникует.

Когда такие мысли пришли в голову к Цзянь Суйину, ему вдруг стало жаль Ли Юя. Видимо, его собственное поведение сегодня вывело ребенка из себя. Ли Юй обычно уступал ему первым, когда спор заходил в тупик. Суйин решил, что сегодня ему придется вести себя как взрослому и уступить Ли Юю.

Хотя он был уверен, что в данной ситуации был прав во всех отношениях.

— Забудь об этом, сяо Ли-цзы, — Суйин вздохнул и ослабил хватку своей руки. Голос его был мягким и успокаивающим. — Давай прекратим это. Сейчас же Новый год, разве мы не должны помириться?

В глазах Ли Юя вспыхнуло удивление.

То, что Цзянь Суйин уступил первым, было сравнимо с тем, если бы солнце взошло на западе. Конечно, от изумления он аж растерялся.

Слова, которые он готовился произнести перед приходом, застряли у него в горле.

— Хорошо… — Суйин поцеловал его в губы, — хорошо, эта страница перевернута. Я больше не буду так делать. Впредь я не заставлю тебя так нервничать. Давай, снимай свою одежду… тебе разве не жарко?

На самом деле Ли Юй уже вспотел. Он позволил Цзянь Суйину снять с себя пуховик, который он тут же отбросил в сторону. Но он все еще был настороже и смотрел на Цзянь Суйина подозрительным взглядом.

— Что? — рассмеялся Суйин. — Я все еще неблагоразумен в твоих глазах?

— Когда ты был благоразумен? — приглушенно спросил Ли Юй.

— Кто велел мне настолько сильно дорожить тобой? — Суйин погладил нежные щеки Ли Юя. — Но я действительно не могу ничего с собой поделать.

В сердце Ли Юя зародилось невероятно странное чувство. Он посмотрел на Цзянь Суйина и сразу отвел взгляд.

— Ты скучал по мне в эти дни? — Суйин сделал шаг к Ли Юю и прижался к его лбу своим.

Ли Юй смотрел на него, ничего не говоря.

— Я просто хотел подразнить тебя сегодня, потому что скучал по тебе, — Суйин залез к нему под одежду. Он скользнул ладонью по его спине и чмокнул в губы, спрашивая тихим голосом, — хочешь заняться любовью?

Ли Юй толкнул его и прижал к противоположной стене. Он яростно впился в губы Суйина, грубо целуя. Цзянь Суйин обнял его за шею. Он зарылся пальцами в его густые черные волосы и с остервенением поцеловал в ответ.

Казалось, у этих двоих был неисчерпаемый запас страсти и любви и они могли легко воспламениться только от одного прикосновения друг к другу.

Ли Юй сегодня немного торопился и не стал уделять много времени на прелюдию, из-за чего сам же почувствовал дискомфорт.

— Будь, блядь, нежнее! — выкрикнул Суйин.

Казалось, Ли Юй даже не слышал его. Цзянь Суйину было неприятно, но он не хотел показывать свою слабость. Он не был идиотом и прекрасно понимал, что Ли Юй делает это специально. Он намеренно выпускал свой гнев через секс.

С чувством глубокого унижения Цзянь Суйин поднял руку и ударил Ли Юя по лицу.

— Я же говорил тебе быть, блядь, нежнее!

В темных зрачках Ли Юя не отразилась ни одна эмоция. Вместо того чтобы остановиться, его фрикции стали быстрее.

— Ммм… — Суйин взвыл от боли. Он не мог найти в себе силы, чтобы помешать Ли Юю двигаться. Он только чувствовал, как его тело горит от боли и раздражения.

Ли Юй двигался грубо. Цзянь Суйин чувствовал себя противно. Он просто не был готов к этому, и второго раза уже не мог вынести. Он хотел сказать Ли Юю, чтобы тот кончил быстрее. Но Ли Юй его совершенно не слышал. Его движения становились все быстрее и быстрее, а дыхание тяжелее. Голос Суйина осип от крика.

К тому времени, когда Ли Юй кончил, Суйин практически потерял сознание. Он в полном изнеможении лежал на кровати.

Через некоторое время Цзянь Суйин услышал шум воды, доносящийся из ванной. Еще через какое-то время Ли Юй оделся и вышел.

— Ты собираешься уйти? — голос Цзянь Суйина звучал приглушенно.

— Мгм.

— Останься еще ненадолго. Который сейчас час?

— Уже почти утро.

В сердце Цзянь Суйина закралось странное чувство. Но у него даже не было сил, чтобы отвечать на грубость Ли Юя. Он приподнялся и сел на кровати, прислонившись к изголовью.

— Иди и принеси мне что-нибудь поесть. Я голоден.

— Ты можешь заказать себе что-нибудь. Дождись рассвета, — Ли Юй надел пуховик. — Мне нужно вернуться обратно.

— Ты трахал меня три часа, и тебе трудно приготовить мне поесть? — Суйин прикурил сигарету. Его руки дрожали.

Ли Юй остановился на мгновение, а потом снова разделся. Не говоря ни слова он зашел на кухню. Через некоторое время он принес чашку с лапшой и поставил ее на прикроватную тумбочку.

— Я ухожу.

Цзянь Суйин посмотрел на чашку с лапшой. От горячего пара, исходящего от нее, резало глаза. Суйин резко махнул рукой и швырнул в Ли Юя чашкой с лапшой.

Ли Юй замер на мгновение. Он схватил Цзянь Суйина за ворот и попытался ударить его. Но когда он столкнулся с глазами Суйина, его кулак завис в воздухе.

— Ли Юй, ты ублюдок… — прошептал Суйин.

Ли Юй медленно разжал пальцы.

— Давай закончим на этом, — наконец, он сказал то, что ради чего и пришел сегодня вечером сюда.

Сегодня подозрительный и ледяной взгляд Цзянь Суйлиня сразу же заставил Ли Юя очнуться. Он обманывал себя. Он думал, что поддерживая эти двусмысленные отношения с Суйином, все всегда будет находиться под его контролем. Но он словно неожиданно проснулся. Он понял, что его отношения с этим мужчиной становились все более неконтролируемыми. Они двигались в направлении, последствия которого он не мог себе представить.

То, что сделал сегодня Цзянь Суйин, заставило его понять, что рано или поздно их тайна будет раскрыта. Когда-нибудь Суйлинь, его дагэ или даже семья узнают об этом. Возможно, это случится случайно. А возможно, благодаря вот таким вот действиям Цзянь Суйина.

В любом случае, с его все более близкими отношениями с Суйином рано или поздно этот день наступит. Одна мысль об этом заставляла его испытывать беспокойство и чувство беспомощности.

Он не знал, как будет справляться, если этот день наступит.

___________<___>___________

Ну вот... конец отношениям... Что скажите?

Глава 9.4 - Взрослый и старый мужчина - сплетничают

Удивительно, как быстро прошли последние шесть месяцев. Так быстро, что Ли Юй привык к жизни с мужчиной. Ему становилось все комфортнее и комфортнее с Цзянь Суйином. Он даже чувствовал себя счастливым. Привычка — страшная вещь. А формирование такой привычки было еще ужаснее. За это время он нарушил свои принципы и ослабил бдительность. Поэтому ему нужно было покончить с этим, пока все не вышло из-под контроля.

И вот настал тот день, когда он словно пришел в себя и почувствовал давление. Он должен был принять решение. Этот день оказался подходящим для того, чтобы все закончить.

Глаза Цзянь Суйина налились кровью, и он смотрел на него, стиснув зубы.

Неважно, насколько свирепым и безжалостным был Цзянь Суйин. Насколько он мог драться и не давать поблажек другим, заслужить его прощение. Но в данный момент он не мог говорить, потому что был сильно подавлен.

Подсознательно он понимал, что рано или поздно Ли Юй захочет расстаться с ним. Просто он не ожидал, что этот день наступит так скоро. Он надеялся, что если они смогут проводить больше времени вместе, то, возможно, Ли Юй влюбится в него и полюбит всем сердцем. Но теперь это казалось маловероятным. И не просто маловероятным… теперь это навсегда стало невозможным.

Но Суйин не хотел его отпускать…

Цзянь Суйин прожил более двадцати лет своей жизни, и это было впервые, когда он был так привязан к человеку. Он прилагал такие титанические усилия, чтобы угодить Ли Юю и приспособиться к нему. Он даже пошел на компромисс в постели. Уступая таким образом, Суйин лишь надеялся приблизить Ли Юя к себе еще немного, еще чуть-чуть… пока Ли Юй не сможет полюбить его так же сильно, как он его.

В результате на все свои действия он получил фразу «Давай закончим на этом».

Суйин очень жалел, что с самого начала не накачал Ли Юя наркотиками и не трахнул. Разве было бы сейчас такое дерьмо? Если бы он тогда исполнил свое желание, то, возможно, не стал бы шаг за шагом подбираться к Ли Юю, пытаясь завоевать его. В итоге он по собственной глупости загнал себя в ловушку. Если бы он мог вернуться в прошлое и все сделать заново… Разве стал бы он ввязываться в такую авантюру?

Это был проклятый позор Цзянь Суйина. Он полгода лелеял свою маленькую любовь, отдал ключ от своего сердца… а в итоге ему разбили сердце и бросили.

Это настолько не соответствовало его собственным принципам быть мужчиной, что он был недоволен. Да и как он мог быть доволен?!

Суйин не знал, что сказать или сделать. Он был в беспорядке и замешательстве с тех пор, как Ли Юй произнес эти слова. Все, что он мог делать сейчас, это смотреть на Ли Юя тяжелым и безжизненным взглядом.

Ли Юй больше не мог смотреть на Цзянь Суйина. Этот взгляд пронзил его сердце. Он даже не заметил, что суп с лапшой залил его одежду. Он быстро схватил свою куртку и убежал.

Суйин надолго застыл. Когда он пришел в себя, то в ярости скинул на пол все декоративные предметы, стоявшие на прикроватной тумбочке.

На следующий день Цзянь Суйин проспал, и его разбудил телефонный звонок отца. Отец спросил, куда он пропал. После того как они закончили разговор, Суйин оделся и поехал домой настолько быстро, насколько позволяла ситуация на дороге.

Его отец и Суйлинь уже были готовы и сидели в гостиной в ожидании его. Цзянь Суйин ничего не взял с собой. Трое мужчин и водитель сразу же отправились в путь.

Цзянь Дунъюань сидел на пассажирском сиденье и болтал в дороге с водителем. Цзянь Суйин и Цзянь Суйлинь сидели на заднем сиденье. Откинувшись на спинку сиденья и скрестив руки на груди, Суйин закрыл глаза. Он практически не разговаривал с тех пор, как вернулся домой.

Цзянь Суйлинь подозрительно посмотрел на него и все-таки не удержался от вопроса:

— Гэ, куда ты ходил прошлой ночью? — тихо спросил он.

— Не лезь не в свое дело! — выплюнул он.

Цзянь Суйлинь точно мог сказать, что его гэ был в очень плохом настроении. Но чаще всего, когда брат был в гневе, он вымещал его на всех и на всем вокруг. То, что попадало ему под руку, было использовано для вымещения недовольства, в том числе и сам Цзянь Суйлинь. Слова «Я недоволен» буквально были написаны прямо у него на лбу. Поэтому, когда он был в плохом настроении, его очень редко можно было увидеть таким молчаливым.

Согласно его собственному анализу, его гэ затаил злобу. Либо он сейчас обдумывал план, как коварно разобраться с теми людьми, которые были виновниками его плохого настроения. В любом случае, разговаривать с ним в данный момент было не лучшей идеей. Цзянь Суйлинь отвернулся. Он опустил голову и открыл игру в телефоне.

Оказалось, что сяо Линь-цзы был хорошо знаком с характером своего гэ. В данный момент Суйин придумывал план, как ему разобраться с Ли Юем.

Из-за того, что произошло рано утром, он до сих пор не мог никак отреагировать. Ему казалось, что он был очень добр и нежен к Ли Юю. Даже у кошки и собаки при таком взаимодействии образовалась бы связь и они бы сблизились. Тогда почему Ли Юй просто бросил его? Он действительно не чувствовал в этот момент даже чуточку раскаяния?

Суйин не мог смириться с этим.

Он знал, что Ли Юй был особенно трудным орешком, но не ожидал, что будет настолько сложно.

Когда Суйин вспомнил вчерашнее холодное выражение лица Ли Юя, то казалось, что они вернулись в прошлое. Как будто последние шесть месяцев совместной жизни не имели никакого значения. Они вернулись туда, откуда начинали. Даже такой самоуверенный и жестокосердечный человек, как Цзянь Суйин, испытывал сейчас боль.

Он никогда не думал, что и он однажды окажется в таком слабом положении. Он любил всем сердцем, но его в ответ так и не полюбили.

Но Цзянь Суйин точно не тот человек, что будет только жалеть себя. У него нет никакого «я буду счастлив, если ты будешь счастлив». Он отплатит любому, кто посмеет его огорчить и сделать несчастным! Даже если это тот, кого он любит всем сердцем.

Если Ли Юй думал, что он просто вот так уйдет из его жизни, поджав хвост, то он сильно ошибался. Цзянь Суйин сейчас сдерживал свой гнев, но был готов дать Ли Юю почувствовать вкус своей силы. Если Ли Юй осмелился так с ним играть, то он должен был быть готов получить обратку.

Поскольку Ли Юй оказался таким неблагодарным и повернулся к нему спиной… Суйину не нужно теперь быть к нему снисходительным. Цзянь Суйин решил удовлетворить себя после возвращения домой, а потом он уже разберется с Ли Юем. Ли Юй его не любит, поэтому Суйин не будет чувствовать угрызений совести. Теперь нет разницы, если Ли Юй не будет любить его еще больше.

Суйин чувствовал, что негодование вот-вот вырвется наружу, разрывая грудь. Если бы Ли Юй стоял сейчас перед ним, он бы желал толкнуть его под колеса машины и проехаться по нему несколько раз, снова и снова, чтобы унять свою ненависть.

***

С тех пор как умерла мама Цзянь Суйина, а отец привел в дом Чжао Янь, дед не пускал на порог своего дома сына и никогда с ним не разговаривал. Только потому, что Суйин все эти годы был между ними иголкой*, лао Цзянь неохотно, но впустил сына в свой дом. Но он никогда не показывал ему свою доброжелательность и все так же не общался. Было очевидно: ты можешь приходить, когда хочешь, но мне все равно, мой ты сын или нет.

*Это метафора связывает общение. Пропустить нитку через игольное ушко. Сшить между собой два кусочка. Иголка — посредник.

Хотя Суйлинь — внук семьи Цзянь, он все-таки рожден Чжао Янь. Хотя лао Цзянь и подарил на Новый год символический красный конверт, к Суйлиню он относился еще более враждебно, чем к детям своей племянницы. Он даже не заботился об этом своем внуке.

Обычно, если Цзянь Суйин приезжал один, дедушка ждал его у двери. Сегодня он не вышел.

Мужчин встретила помощница по дому, которая и проводила всех троих внутрь. Лао Цзянь сидел на диване и читал газету. Он поднял взгляд на вошедших, и у него на лице не отразилось ни одной эмоции.

Цзянь Дунъюань велел Суйлиню положить привезенные им подарки.

— Папа, хорошего Нового года, — со всей почтительностью произнес он.

— Дедушка, с Новым годом, — следом поздравил его Цзянь Суйлинь.

— Мгм.

Лао Цзянь посмотрел на своего сына, и его лицо так и осталось невыразительным. Он перевел взгляд на Цзянь Суйлиня, но вновь не проявил никаких эмоций. Дедушка молча встал и подошел к Цзянь Суйину.

— Что это на тебе? Сколько раз я говорил тебе не носить одну пару брюк в середине зимы? Постоянно напоминать об этом нормально когда, ты, ребенок! Но ведь тебе уже под тридцать! Ты что, хочешь, чтобы в старости у тебя отказали ноги?

— Эти брюки довольно плотные, — рассмеялся Цзянь Суйин. Дело было не в том, что он не хотел надевать теплые штаны или термобелье… просто он собирался в спешке. Но всю дорогу сюда, пока он ехал в машине, Суйин не чувствовал холода.

— Иди в заднюю комнату и надень термоштаны. Сколько тебе лет? Ты уже взрослый мужчина! Почему я должен постоянно напоминать тебе, чтобы ты носил теплую одежду?

— Через некоторое время в этом доме станет настолько жарко, что можно будет носить одежду с коротким рукавом, — рассмеялся Суйин, снимая пальто. После этого он посмотрел на отца. — Папа, садись. Вы оба.

Цзянь Дунъюань выглядел немного смущенным. Он сел рядом с Цзянь Суйлинем.

Помимо трех поколений семьи Цзянь в комнате находились помощница по дому и водитель. Дедушка утянул Суйина за собой, чтобы поговорить. Цзянь Дунъюань мог в этом доме общаться только с прислугой и водителем, чтобы избежать неловкости.

Атмосфера была довольно странной, но большинство присутствующих привыкли к ней.

Скоро уже будет время обеда. Помощница по дому должна была удалиться, чтобы приготовить еду. Когда она собиралась выйти, Цзянь Суйлинь встал.

— Тетя, позвольте мне помочь вам.

— Нет-нет, молодой господин, — улыбнулась женщина, — вы должны оставаться здесь.

— Тетушка, я помогу вам. Это довольно утомительно готовить еду для стольких людей, особенно в Новый год. А мне все равно нечего делать.

— Все в порядке, — Цзянь Суйин взглянул на них двоих, — ты можешь позволить ему помочь тебе.

Цзянь Суйлинь с самого детства был очень милым ребенком. Довольно умный, сладкоречивый и симпатичный. Цзянь Суйин мог с уверенностью сказать, что старшим он действительно очень нравится. Просто потому, что Цзянь Суйин был здесь, они не осмеливались показать это. Но если бы его матерью не была Чжао Янь… Пусть даже если бы это была какая-то другая неизвестная женщина, то Цзянь Суйлинь был бы очень любим в этой семье.

Женщина была не из этой семьи. Только поэтому у нее не было угрызений совести, и она с радостью забрала Цзянь Суйлиня.

Цзянь Дунъюань и водитель разговаривали о машинах. На другом конце комнаты, сидя на диване, дедушка пил чай и разговаривал с Суйином о его компании.

Цзянь Суйин рассказал дедушке о том, какие проекты были у него в последнее время.

Хотя старик был на пенсии, и не получил высшего образования в ранние годы, он был очень понимающим человеком и обладал живым умом. Компания Цзянь Суйина за последние несколько лет быстро развивалась, и дедушка дал ему немало хороших советов за все это время.

Во время разговора дедушка перевел тему и вдруг заговорил о Ли Юе.

— Как поживает второй внук семьи Ли? Он все еще работает в твоей компании?

Как только Суйин услышал это имя, он почувствовал спазм, подавленность и смущение.

— Мгм, — вяло произнес он.

— Как он поживает? У него все хорошо? Он хороший ребенок.

— Неплохо, — со всей небрежностью в голосе ответил Суйин.

— Ты не хочешь ничего больше добавить? — дедушка не сводил с него взгляда.

— Он… — протянул Суйин, — ничего страшного, он просто…

— Что с ним?

«Если бы я сказал тебе правду… — подумал Цзянь Суйин, — то тебя вырвало бы кровью».

Неожиданно уголки губ Суйина дернулись и он улыбнулся.

— Он немного травмирован…

— Что за травма? Она серьезная?

— Я бы сказал, что это довольно серьезно…

— Да что случилось? — немного разнервничался дедушка.

Цзянь Суйин наклонился к нему ближе и тихо произнес:

— Похоже, что эта штука у мальчика работает не очень хорошо…

— Что? Это правда? — глаза старика заблестели. — Откуда ты это знаешь?

— Разве он не мой помощник? Он меня уважает и любит советоваться со мной по многим вопросам.

— Айя, — запричитал дедушка, — ему лет-то всего ничего. Разве это не расточительство для такого красивого молодого человека?

Хотя дедушка и сказал, что ему очень жаль, но в его глазах появился блеск горячей сплетни.

Суйин знал, что эти отставные чиновники-пенсионеры целыми днями не знают, чем себя занять. Они любят собираться вместе, чтобы поболтать. Они обмениваются информацией о том, у кого из бывших лидеров неприятности. Кто из бывших шишек с кем сцепился, что стоит на кону. Они шутят и сплетничают об их семьях. На самом деле, когда вы в отставке, вы не побоитесь взять на себя большую ответственность, поэтому, если вам больше нечем заняться, вы можете поговорить об этом. Они все на пенсии, поэтому не боятся брать на себя большую ответственность за высказывания. Все равно им нечего делать, кроме как только болтать.

Цзянь Суйин поначалу просто болтал чепуху, пытаясь поднять себе настроение и осчастливить сердце. Он только вчера получил такой удар… Суйин подумал о том, что было бы здорово, если бы весть о проблеме Ли Юя распространилась по всей столице. Вот бы он посмотрел, кто посмеет познакомить его с каким-нибудь партнером в будущем.

— Ему только двадцать лет в этом году будет, — Суйин разыграл сожаление. — Он так молод. Что же он будет делать в будущем?

— Это довольно печально, — дедушка тоже вздохнул, — ты не спросил у него, что случилось? Есть ли хорошее лекарство?

— Я не знаю об этом. Он постеснялся об этом рассказать.

— Пожалуй, даже мне стыдно об этом спрашивать слишком подробно. Вот что, я принесу тебе травы. Ты отвезешь их ему. Заваришь горячей водой и пусть пьет вместо чая. Это будет хорошим лечением.

— Нет проблем. Я отдам ему это, как только вернусь.

Суйин не чувствовал ни малейшей вины за то, что распространял слухи за спиной Ли Юя. Наоборот, его забавляло то, что он выдумал. Но, к сожалению, сейчас было не время смеяться.

_________________________

У меня сердце разрывается

Глава 9.5 - Очередная вишенка

На следующее утро Цзянь Суйин сам лично поехал смотреть на проект своего нового отеля.

Все рабочие ушли в отпуск на китайский Новый год, и остались только сторожа. Суйин объехал на машине всю стройку, потом припарковался и вошел на территорию пешком. С чувством выполненного долга он смотрел на возвышающееся над землей здание.

Он хотел позвонить Ли Юю и сообщить ему, что фундамент уже залит и начались строительные работы. Он хотел поделиться с ним радостью от того, что после устранения всех препятствий и недомолвок проект идет гладко. Но как только Суйин взял в руки телефон, то вспомнил, что Ли Юй расстался с ним.

Глядя на пустую безлюдную строительную площадку, Цзянь Суйин почувствовал внутри пустоту и дискомфорт.

Он вспомнил, что когда был здесь в последний раз, на этом месте был пустырь с сорняками, которые были выше колен. Он взял тогда с собой Ли Юя и рассказал ему о планах своего проекта. В то время они все еще находились в довольно сложных отношениях и общались как начальник и подчиненный. Ли Юй тогда разговаривал с ним вежливо. Кто бы мог подумать, что всего за несколько месяцев они превратились из незнакомцев в любовников, а потом из любовников в ничто.

Цзянь Суйин тяжело вздохнул и самоуничижительно улыбнулся сам себе. Прикурив сигарету, он неторопливо прогуливался по территории. Когда он докурил, то уехал.

Они остались в Циньхуандао всего на одну ночь, на следующий день после обеда уже вернувшись в Пекин.

Суйин не любил оставаться в доме отца, поэтому вернулся к себе в квартиру.

Он только вернулся, когда раздался телефонный звонок. Суйин посмотрел на экран, там высветилось имя Винс.

— Алло?.. — принял звонок Цзянь Суйин.

— Привет, Цзянь шао. Хорошего Нового года!

— О, с Новым годом.

— Почему ты не пришел ко мне в конце года поправить прическу?

— У меня не было времени. Я был очень загружен перед Новым годом.

— Конечно, ты человек, занятый большим бизнесом.

— Когда ты откроешься? Я найду время, чтобы прийти, — Суйин прикоснулся к своей челке, которая, казалось, немного отросла.

— На шестой* день лунного Нового года. Ты можешь зайти в любое время, тебе всегда рады.

*Шестой день первого месяца по лунному календарю называется Днем лошади. В этот день идут к нищим. Это отражает традиционную психологию китайского народа, который обычно хочет попрощаться со старым и приветствовать новое. Они прощаются с бедностью и лишениями прошлого года и приветствуют лучшую жизнь в новом.

— Хорошо.

— Послушай, Цзянь шао, я хотел сказать тебе кое-что хорошее.

— Хорошее? Что хорошее?

— Ты еще помнишь сяо Чжу?

— Сяо Чжу? Кто это?

— О, нет. Драгоценный ты господин, но такой забывчивый. Полгода назад ты приходил ко мне, чтобы поправить свою прическу. Меня в тот день там не было, но ты все равно захотел постричься. Ты выбрал кое-кого…

— О, точно. Что-то случилось? Разве он не сказал, что против?

Суйин вспомнил, что был один симпатичный мальчик, с которым он тогда хотел переспать. Но когда Винс сказал ему об этом, то парень отказался. В то время Суйин только начинал строить отношения с Ли Юем, и ему по большому счету было тогда все равно на отказ. По сути, как только Суйин в тот день вышел из салона, то тут же забыл об этом парикмахере. Теперь он даже не мог вспомнить, как выглядел тот мальчик.

— О, мне тогда не понравился его ответ. Я сказал ему, что он не понимает, что творит. Он действительно… В общем, теперь, когда у него не хватает денег, он заикнулся о тебе. Я, конечно, вчера его отругал, но потом решил, что лучше спросить у Цзянь шао, хочет ли он его себе.

— Вот оно что, — Цзянь Суйин налил себе бокал красного вина. Он откинулся на спинку дивана и включил телевизор, смотря на то, как на экране танцуют. Он спросил у Винса с равнодушием, — почему ему не хватает денег?

— Мне не слишком приятно об этом говорить, но его семья не очень обеспечена. Так что кто знает, что у них там происходит.

— Хорошо. Цена та же, что и раньше. Скажешь ему… чтобы пришел сегодня.

— Сегодня? Цзянь шао, у него нет опыта. Почему бы мне не научить его сначала?

— Прекрати! Все, кого ты учишь, ведут себя, как похотливые лисы. Я хочу сменить вкус.

Скажи ему, чтобы приходил сегодня. У меня как раз выходной. Я сам научу его тому, чего он не умеет и не знает.

Винс нахально ухмыльнулся.

— Ладно, ладно, — немного нерешительно произнес мужчина. — Цзянь шао…

— В чем дело?

— Он хороший мальчик. Довольно простой и неопытный. Если он плохо справится этой ночью, пожалуйста, прояви терпение и не устраивай ему разнос.

— Эй, ты все больше и больше становишься похож на старушку.

— Хе-хе… я ведь тоже вышел оттуда. К тому же этого человека прислал тебе я.

— Тебе не стоит волноваться. Я не люблю издеваться над людьми. Просто приведи его сегодня.

— Хорошо, без проблем. Я пришлю его прямо сейчас.

Цзянь Суйин закончил разговор и сделал глоток вина. Он подумал о жирной овце, которую скоро доставят прямо к его двери. Но если честно, то у него не было сексуального желания. Он сделал еще несколько глотков вина. Несмотря ни на что, но ему сегодня нужно расслабиться.

Он поехал в один из своих отелей, что находился на четвертом кольце. Там он прождал еще около часа, прежде чем менеджер позвонил и сообщил, что к нему прибыли.

Через некоторое время он услышал стук. Когда он открыл дверь, то увидел дерзко одетого Винса. Он был одет в короткий плащ с меховым воротником, и улыбаясь поприветствовал его. Мальчик стоял рядом с ним, опустив голову, показывая только макушку.

— Ты можешь идти, — Суйин коротко кивнул Винсу.

Было видно, как мальчик, стоявший рядом, задрожал. Он поднял взгляд и посмотрел на Винса.

Суйину не нужно было смотреть на него, чтобы понять, что парень, должно быть, нервничает.

Винс похлопал мальчика по спине и посмотрел на Суйина.

— Пожалуйста, — произнес он, прежде чем уйти.

Мальчик поднял голову, открывая свое белоснежное и красивое личико.

— Входи, — вместо приветствия произнес Суйин.

Сяо Чжу поджал губы. Он переступил порог и осторожно закрыл за собой дверь.

Цзянь Суйин сел на диван и с улыбкой посмотрел на него.

— С новым годом, Цзянь шао, — прошептал сяо Чжу, делая несколько неуверенных шагов к нему.

Парень уставился на Суйина пустым взглядом.

— Иди сюда, — Цзянь Суйин поманил его к себе рукой.

Сяо Чжу обошел журнальный столик и подошел к дивану.

Цзянь Суйин взял его за руку и усадил к себе на колени. Он чувствовал, что парень очень нервничает, поэтому успокаивающе похлопал его по спине.

— Сколько тебе лет? — с легкостью в голосе задал вопрос Суйин.

— Девятнадцать.

«Девятнадцать…» — он того же возраста, что и Ли Юй, но кажется на несколько лет моложе. Выглядит мальчик, как застенчивый ученик средней школы.

— Я помню, ты не хотел раньше быть со мной. Почему ты согласился сейчас?

Сяо Чжу напрягся и робко посмотрел на него.

— Если не хочешь говорить, забудь об этом. Винс рассказал тебе мои правила?

— Да.

Цзянь Суйин медленно просунул руку под его рубашку и коснулся спины. На ощупь кожа была приятной и довольно гладкой.

Сяо Чжу напрягся еще сильнее и отчаянно сглотнул вязкую слюну.

Суйин вытащил руку и легонько шлепнул парня по ягодицам. Он поднял подбородок и указал им в направлении ванной.

— Иди, приведи себя в порядок.

Парень соскочил с его колен и рысью побежал в ванную.

Позже вечером Цзянь Суйин угостился мальчиком. Он не был в особенно приподнятом настроении, и поскольку он не сильно придал значения растяжке, а у парня это было впервые, то сяо Чжу плакал и кричал. Суйин не стал доставлять ему еще больше хлопот, поэтому трахнул его всего один раз и быстро кончил.

Цзянь Суйин остался доволен мальчиком. Парень был хорош собой, физически красив и притягателен, еще и немногословен. К тому же последние шесть месяцев Суйин был в отношениях с Ли Юем и проводил все время с ним. Он также отказался от сексуального удовольствия на стороне. Прошло много времени с тех пор, как он имел удовольствие доминировать в сексе.

Суйин не был мудаком. И пока его основные физические потребности были удовлетворены, у него не было интереса искать секса* на стороне каждый день. Тех двух-трех раз в неделю, что они занимались любовью с Ли Юем, было вполне достаточно, чтобы истощить его энергию. Сегодня был первый раз, когда он переспал с кем-то другим, кроме Ли Юя, за последние шесть месяцев. Цзянь Суйин никогда не считал себя верным человеком. Он искренне считал, что хорошо относился к Ли Юю… но, к сожалению, этому ублюдку было все равно.

*в оригинале говорится: искать цветы и вербы. Это относится к тем, кто продает свои тела за деньги. То есть проститутки.

Суйин попросил мальчика подать ему зажигалку. Когда парень встал с кровати, Цзянь Суйин увидел, как дрожат его ноги. В глазах у него появилась жалость к этому ребенку и легкое сострадание.

Раздался щелчок зажигалки и Суйин прикурил сигарету. Мальчик стоял и наблюдал за ним.

Суйин обнял его за талию и притянул в постель.

— Отдыхай. Я не буду больше это делать.

Сяо Чжу почувствовал большое облегчение. Он осторожно лег и свернулся калачиком.

Цзянь Суйин затянулся сигаретой и погладил мягкие волосы сяо Чжу.

— Я сейчас уйду. Ты можешь оставаться здесь столько, сколько захочешь. Я позвоню тебе, когда у меня будет время и ты мне понадобишься.

По дороге домой Цзянь Суйин не мог не подумать о том, что в мире так много людей, которые стремятся угодить ему и сделать счастливым. Почему он должен любить того ублюдка, кто заставляет его чувствовать себя так плохо? Чем больше вы получаете, тем больше чувствуете, чем больше вы чувствуете, тем больше вы хотите. Вот почему, как только мужчина становится дешевкой, то даже десять быков* не могут вернуть все обратно.

*Вообще-то, Суйин увеличил количество до десяти. Правильная поговорка: девять коров не могут утянуть назад. Это распространенная поговорка, которая означает, что если кто-то решил что-то сделать, другие никогда не смогут убедить его вернуться назад.

Еще два дня отдыха и выходные закончились. Легко лениться на длительном отдыхе. Когда пришло время выходить на работу, Суйин едва смог встать.

Когда он приехал в офис, то обнаружил, что все сотрудники ленивы и без настроения. Думается, что в этот холодный день всем довольно трудно было выползти из постели.

Как только Суйин приехал в свой офис, то первым делом попросил секретаря Лян узнать, какое у Ли Юя расписание и как он планирует работать.

Секретарь Лян была немного удивлена. Все в компании знали, что Ли Юй и Цзянь Суйлинь, как и их босс, приходят, когда хотят. В принципе у них не существует такого понятия, как расписание. Но раз уж начальник спросил, то лучше подчиненным не отвечать «не знаю».

— Конечно… — ответила секретарь Лян, — оно может не совпадать с тем, что было до Нового года. Я позвоню ему, чтобы уточнить этот вопрос.

— Хорошо. Ученики еще не приступили к занятиям, поэтому скажи ему, чтобы он приходил как можно чаще. Это не должно быть меньше трех дней в неделю… Ну, ладно, два дня, он должен появляться в любом случае.

— Да, я позвоню ему прямо сейчас.

— Можешь идти.

После ухода секретаря Лян Цзянь Суйин прищурил глаза и долго о чем-то думал.

После он вдруг неожиданно взял телефон и набрал номер.

— Привет, Цзянь шао.

— Привет. Как дела?

— Как всегда. Ты давно ко мне не заходил.

— Я была занят в последнее время.

— Ха-ха… я знаю, что ты был занят. Но что у тебя на уме сегодня?

— Недавно я столкнулся с одной Саньчжэнь Цзюли*, от которой у меня разболелась голова.

* китайская идиома, означает, что феодальное общество восхваляло девственность женщин. В прошлом объяснялось, что женщины ценили целомудрие. Они лучше умрут, чем снова выйдут замуж или потеряют свой статус.

— Хахахахаха… Цзянь шао, что за сокровище довело тебя до такого состояния? Я очень хочу на него посмотреть.

— Эй! То, что ты хочешь увидеть только потому, что тебе любопытно, не должно стать тем, что ты на самом деле можешь увидеть. Не иди против меня. Ты дашь мне то, что мне нужно?

— Хорошо. Я попрошу прислать его тебе сегодня.

— Хорошо. Тогда я отправлю тебе адрес.

— А почему бы тебе не попросить Пиппи прийти сегодня? Он скучает по тебе.

— Нет. Я занят в последнее время и у меня совершенно нет времени. Может быть, в следующий раз.

— Хорошо, хорошо, Цзянь шао. Ты можешь зайти ко мне, когда у тебя будет время. Здесь появилось несколько новых мальчиков. Они очень красивые.

— Хорошо. Я приеду в ближайшее время.

Закончив разговор, Суйин неприятно улыбнулся.

— Ли Юй, Ли Юй, не вини меня. Цзянь-гэ безжалостен и не прощает. Кто сказал тебе, что ты можешь сотворить такое и не понести за это наказание. Я — Цзянь Суйин. Ты не можешь просто бросить меня и ожидать, что я уйду. Я тот, кто может говорить и делать то, что ему угодно. В этот раз я верну все с процентами, иначе лао-цзы возьмет твою фамилию.

Глава 10.1 - Одержимый мудак и гей* под наркотой.

Примечание: *В названии главы использовано слово «твинк». Твинк — это сленговое слово, означающее гей. Твинком называют подростка в возрасте до двадцати лет, чьи черты могут включать: общую физическую привлекательность, стройное или среднее телосложение, а также подростковые черты лица, которые пропадают в более старшем возрасте.

_______<__>______

Ли Юй… с этим ребенком будут сведены счеты. Цзянь Суйину пришлось ждать две недели, прежде чем Ли Юй соизволил с большой неохотой появиться в компании.

Суйин не стал звонить ему сам, а попросил секретаря Лян заняться этим и поторопить его.

Секретарь Лян хорошо относилась к Ли Юю. Он даже называл ее цзе. Ей было приказано каждый день звонить ему, поэтому у него не было выбора, кроме как прийти, даже если он этого не хотел.

Когда Ли Юй все же появился, Суйин позвал его в свой кабинет.

Ли Юй был одет в тяжелый черный пуховик, под которым был надет белоснежный спортивный костюм. В руках он держал документы, которые собирался показать.

Откинувшись на стуле и вытянув ноги, Цзянь Суйин высокомерно посмотрел на него.

— Ты стал слишком большой Будда, что обычные люди не могут даже увидеть тебя, — насмешливо произнес он, задрав подбородок.

Ли Юй посмотрел на него, затем опустил глаза и положил материалы на стол. Он украдкой взглянул на Суйина и почувствовал, как его дыхание участилось. Если раньше он не обращал внимания, то теперь почувствовал, что запах Цзянь Суйина заполнил такой просторный кабинет до отказа. От него пахло смесью грубого дыма, свежего лосьона для бритья и легкого запаха духов. Дикий и сексуальный запах, который распространялся с каждой дерзкой улыбкой и властным надменным взглядом. От него невозможно было отвести глаз.

Неважно, насколько сильно вы его ненавидите и презираете… Вы не можете отвести от него свой взгляд, следя за каждым его выражением, действием и словом. У него есть все задатки любимца публики. Но в сочетании с его темпераментом, вызывающим головную боль, он представляет собой противоречивое сочетание, по своей природе вызывающее как ненависть, так и…

Суйин небрежно пролистал то, что Ли Юй принес, и швырнул в сторону, хмыкнув себе под нос.

— Сегодня ты идешь на тренировку?

Ли Юй кивнул.

— Боюсь, что сегодня ты не сможешь пойти.

— Что ты имеешь в виду? — Ли Юй поднял голову и нахмурился.

Цзянь Суйин встал из-за стола.

— Не пора ли нам уладить наши личные обиды?

Ли Юй подсознательно сделал шаг назад и настороженно посмотрел на него.

Нельзя винить Ли Юя за то, что он был начеку по всем фронтам и вел себя как большая девочка, когда был не в ладах с Суйином. Все дело в том, что Цзянь Суйин мог выйти из себя в любой момент. В такое время он вел себя безрассудно. Ли Юй боялся, что Суйин снова создаст проблемы. Также боялся, что он сам разозлится и последует его примеру, что сделает ситуацию еще более ужасной и неуправляемой.

Ли Юй вспомнил, что находится в офисном кабинете, за дверью которого полное здание людей. Здесь десятки одиноких и унылых людей, ожидающих бесплатного зрелища.

— Ты думаешь, что я, Цзянь Суйин, — кожаный футбольный мяч, который можно пинать, когда захочешь? — Суйин смотрел на Ли Юя. Он был в ярости. — Говорю тебе, это не так!

Ли Юй настороженно смотрел на него.

— Цзянь-гэ, — голос юноши был глубоким, — мы не подходим друг другу. Если мы будем вместе, есть риск…

— Заткнись! — Суйин ткнул в него пальцем. — Я не стану слушать эту бредятину!

Ли Юй уставился на него.

— Ли лао эр, как ты можешь говорить такое? Мы так долго и хорошо ладили, а ты сказал мне, что мы расстаемся. Мне чертовски обидно. Лао-цзы что, по-твоему, отдал себя тебе на полгода просто так? Ты действительно думаешь, что все хорошее в мире ушло в твой дом?

— Так чего ты хочешь?

— Все просто. Ты снимаешь брюки и честно даешь мне. Это будет наш последний раз. Таким образом между нами все будет улажено. Я больше никогда не буду думать о тебе.

— Я уже говорил тебе, — дыхание Ли Юя немного сбилось, — я не могу этого сделать. Тебе лучше перестать думать об этом.

— Не можешь, блядь? Ты что, родился благороднее меня? Говорю тебе, это то, что ты мне должен. Если ты не вернешь мне этот долг, то этот долг никогда не исчезнет. Я обещаю, что не дам тебе покоя до конца жизни!

Ли Юй понимал, что не может дальше продолжать разговор с Суйином. Он просто сойдет с ума, если они не остановятся. Он хотел развернуться и уйти, но вдруг заподозрил, что это может быть слишком опасно. Он мог только смотреть Суйину в лицо и шаг за шагом отступать к двери.

Цзянь Суйин последовал за ним. Выражение его лица было ужасным.

Ли Юй сделал несколько шагов отступления и остановился. В карманах брюк он сжал руки в кулаки.

— У меня сегодня важные дела, — холодно произнес он, — я привез тебе документы, нам не нужно говорить ни о чем, кроме работы.

Глаза Цзянь Суйина округлились, и он резко бросился вперед.

Ли Юй быстро поднял руки в защите, готовый вступить с ним в драку. Но тут он увидел, как Цзянь Суйин вытянул руку, которая до этого была за его спиной. То, что было все это время зажато в его кулаке, было распылено ему в лицо.

Ли Юй почувствовал резкий запах, и сразу после этого у него закружилась голова, а тело обмякло. Он в недоумении посмотрел на Суйина, в его глазах отразились гнев и тревога. Он и представить себе не мог, что тот прибегнет к такому грязному приему.

Перед тем как потерять сознание, он подумал, что недооценил Цзянь Суйина.

Суйин тяжело дышал, глядя на Ли Юя, который упал с глухим звуком на пол. Руки его вспотели.

После нескольких драк Суйин понял, что не сможет победить Ли Юя. Он не дурак, он может только найти другой способ одержать над ним верх. Нет необходимости снова вступать с ним в тяжелый бой. Хотя это и было немного бесчестно, но Цзянь Суйин с детства совершал много бесчестных поступков. В этой жизни ему было все равно как, лишь бы достичь своей цели.

Но, глядя на Ли Юя, который покорно лежал на полу с плотно закрытыми глазами, он немного растерялся.

В гневе Суйин несколько раз пнул его по бедру. Только когда отпечатки его ботинок остались на белоснежных брюках Ли Юя, он почувствовал облегчение. Прошло несколько минут, прежде чем он поднял Ли Юя с пола и отнес в свою комнату. Он бросил его на кровать и снял с него куртку.

После всех этих манипуляций Суйин уже вспотел. Ли Юй выглядел худым, но его мышцы были достаточно тяжелыми. К тому же была зима, и на нем было больше одежды. Перенести взрослого мужчину весом более ста цзинь* на такое расстояние было достаточным, чтобы сбить дыхание и начать задыхаться.

*цзинь, единица измерения примерно 0,5 кг

Суйин сел на край кровати и посмотрел на нахмуренные брови Ли Юя. Какой же он все-таки красивый и привлекательный… как же сильно он ему нравится…

С чего начать? Суйин разволновался.

Он с блеском выполнил задуманное и обездвижил Ли Юя… но теперь ему не хватало смелости продолжить. И хотя ему очень хотелось трахнуть его, но воспользоваться тем, что он был без сознания, было явно не то, чего он хотел.

Он хотел страстного и приятного занятия любовью двух человек. Он хотел сгорающих от вожделения и жаждущих друг друга, а не одностороннего мстительного секса. Хотя поначалу Суйин так и думал, но в настоящий момент он обнаружил, что не может этого сделать. Он даже не испытывал ни малейшего желания.

Впервые за все годы жизни он понял, чего на самом деле теперь боится.

Он боится взгляда отвращения и ненависти, с которым на него посмотрит Ли Юй, когда проснется.

Суйин не нравился Ли Юю. И если он действительно так с ним сейчас поступит, то он будет ненавидеть его до конца жизни. Суйин был так счастлив, что ему удалось выполнить задуманное, но боялся, что может испортить отношения с Ли Юем окончательно.

Суйин любил Ли Юя. Он очень хотел, чтобы у них вместе была счастливая жизнь. Хотя он считал Ли Юя слишком ненавистным и раздражающим, но он никогда не обманывал себя… Он любил Ли Юя. Даже если Ли Юй его злил, Суйин ничего с собой поделать не мог.

Но что он мог сделать?

Цзянь Суйин медленно наклонился и поцеловал Ли Юя в губы. После он поднял голову, отстранился и дал ему пощечину.

Почему он любит того, кому так ненавистен? В чем Суйин виноват и какой совершил грех? С Ли Юем было слишком сложно иметь дело. Он был то нежный, то слишком жесткий. Суйин действительно был беспомощен перед ним.

Каким бы черствым ни было сердце Суйина, но именно в этот момент он почувствовал меланхолию и душевную боль.

Суйин ходил взад и вперед еще около часа. Он полностью раздел Ли Юя… но в конце концов у него не хватило духу что-нибудь с ним сделать. Он знал, что в этот раз поступил как настоящий трус. Если потом кто-нибудь спросит его, как действует препарат, ему придется только краснеть.

Пока он вздыхал и думал о том, что ему делать, у Ли Юя зазвонил телефон.

Суйин поднял его с пола и увидел, что на дисплее высветилось слово «Тренер».

Он вспомнил, что сегодня, кажется, у Ли Юя тренировка. Но Цзянь Суйин не воспринял это всерьез и просто сбросил вызов.

Суйин не ожидал, что тренер не отступится и окажется таким настырным. Он сбросил вызов снова, но тренер снова позвонил. Потом еще раз, и еще, снова и снова.

— Да, блядь! — выругался Суйин и просто выключил телефон.

Он накрыл Ли Юя одеялом и вышел из комнаты отдыха. Он сел за свой стол и впал в оцепенение.

Через некоторое время вошла секретарь Лян, чтобы передать ему документы. Она подозрительно просканировала кабинет. Девушка выглядела так, будто хотела что-то сказать.

— Что-то случилось? — взглянул на нее Суйин.

— Нет, ничего.

Суйин вспомнил, что она видела, как Ли Юй вошел в его кабинет почти два часа назад и не выходил отсюда. Он кашлянул.

— Ли Юй в туалете.

— О… — и хотя ей показалось все это подозрительным, она не осмелилась сказать ничего больше.

Другие люди в компании могут не знать, что у Цзянь Суйина и Ли Юя неоднозначные отношения. Но как секретарь, который больше всех общается с боссом, она имеет слишком много возможностей наблюдать за ними вблизи. В последний раз, когда Ли Юй зашел к нему в кабинет и не выходил весь день, она поняла, что между ними точно что-то есть. Ну а когда Ли Юй не пришел на работу, Цзянь Суйин попросил ее ежедневно звонить ему… это уже подтвердило все ее подозрения.

Они вдвоем обычно много уделяли внимания друг другу. Конечно, секретарю Лян приходилось делать вид, что она ничего не знает. Ей просто нужно работать и получать свою зарплату, чтобы содержать свою семью. И чем меньше она знала о личной жизни своего босса, тем лучше.

Цзянь Суйин также всегда восхищался этой умной женщиной. Она была очень рациональна и компетентна. Суйина совершенно не беспокоило то, что о его отношениях с Ли Юем было известно ей.

Он постучал пальцами по столу.

— Иди и закажи нам обед. Об остальном не беспокойся.

— Хорошо.

Препарат действительно подействовал, и Ли Юй проспал до шести вечера. В это время все в компании уже ушли.

Если бы его дыхание было неровным и он не выглядел бы так, что просто крепко спал, то Суйин отвез бы его в больницу.

Пока Ли Юй не проснется, Суйин тоже не мог уйти. Ему пришлось остаться с ним до самого вечера. Но он не мог оставаться здесь до утра. Он хотел спать и есть. Но как только Суйин подумал о том, через какую путаницу он прошел сегодня днем, то очень сильно разозлился. Он не знал, злился ли он на Ли Юя или на себя, но с каждой минутой раздражался все больше и больше.

Суйин поднялся. Он схватил Ли Юя и дал ему пощечину. Пощечина была такой громкой, что по всей комнате прокатилось эхо.

— Проснись! Ты думаешь, это твой дом? Тебе понравилось спать здесь?

Ли Юй сначала не реагировал. Только после того, как Цзянь Суйин ударил его еще несколько раз, он медленно начал приходить в себя.

Суйин отшвырнул его на кровать, смотря на него сверху вниз.

Потребовалось полминуты, чтобы глаза Ли Юя перешли от хаотичного состояния к ясности. В течение этих тридцати секунд Суйин продолжал следить за ним. Он наблюдал, как Ли Юй медленно повернул голову и посмотрел на темноту за окном. После этого он так же медленно повернул голову обратно и взгляд его стал свирепым.

Суйин был немного удивлен. В тот момент, когда он собирался отойти от Ли Юя, тот вскочил с постели и кинулся на него.

Цзянь Суйин не удержался на ногах и, сделав несколько шагов назад, упал на пол. При падении он сильно ударился затылком. В комнате раздался громкий глухой стук.

Цзянь Суйин был ошарашен. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя.

— Я тебя еще не трахнул, а ты уже ищешь смерти! — злобно закричал он.

Лицо Ли Юя посинело. Он схватил прикроватную лампу и разбил ее о пол. Дрожащим пальцем он ткнул в Суйина.

— У меня сегодня был матч… Цзянь Суйин, почему бы тебе просто сейчас не умереть?

Глава 10.2 - Детективное дело

Цзянь Суйин на мгновение замер. В его голове снова и снова повторялись слова Ли Юя «почему бы тебе не умереть?» Суйин почувствовал жгучую боль, что словно огонь распространилась во всем теле.

— Мне плевать на твои дерьмовые соревнования! — Суйин вскочил на ноги. — Если бы ты просто снял брюки и позволил мне трахнуть тебя, то этого бы не случилось!

Ли Юй был так зол, что его всего трясло. Говорить о командной работе в поте лица, чести и идеалах с такими людьми, как Цзянь Суйин, нет смысла. Он не поймет. Хоть Ли Юй никогда и не собирался прожить свою жизнь, занимаясь боксом, но то, сколько он пролил пота, боксируя мешок с песком в течение более десяти лет… сколько сил он потратил на подготовку к бою… начиная с предварительного отбора и заканчивая интенсивными тренировками. Все это нельзя было измерить деньгами!

Цзянь Суйин не только испортил всю его тяжелую работу, но и был неапологетическим. Он не только не извинился, но даже оставался высокомерным и надменным, не принимая это всерьез.

Он ведь знал характер Суйина. Но он действительно не мог понять, почему провел столько времени с таким грубым, наглым, бесцеремонным и невыносимым ублюдком, который создавал столько проблем.

Ли Юй знал, что Цзянь Суйин ничего ему не сделал, так как он не испытывал никакого дискомфорта. Но после того, как его накачали наркотиками, раздели догола и оставили лежать в таком состоянии на кровати… ему очень хотелось избить за это Суйина до полусмерти.

Но в конце концов, он сдался. Он поднял свою одежду и надел ее.

Но Цзянь Суйин не мог так быстро успокоиться. Он нервно дергал рукава своей одежды, а потом схватил бокал, в котором была вода. Не задумываясь, он швырнул его в Ли Юя.

Ли Юй только успел надеть свой кашемировый свитер, как его обдало водой. Он находился в помещении, где было включено отопление, и было совсем не холодно. Но если надеть эту мокрую одежду и выйти в ней на улицу, то он, вероятно, замерзнет и простудится.

— Цзянь Суйин! — Ли Юй, скрипя зубами, зло посмотрел на него.

— Ли Юй, — Суйин оскалился в ответ, — пошел ты нахуй, блядь! Ублюдок!

Ли Юю очень хотелось наброситься на него, вцепиться зубами и загрызть его до смерти. С детства он был спокойным и собранным и редко на кого злился. Но когда он встретил Цзянь Суйина, то сколько бы он ни заставлял себя быть спокойным, в итоге тот его всегда провоцировали на гнев. Ли Юй просто снял с себя свитер и надел пуховик на голое тело, собираясь уйти.

Суйин свирепо посмотрел ему вслед.

— Я не знал, что у тебя были соревнования… — голос его становился с каждым словом все тише и тише.

Ли Юй бросил на него холодный взгляд и прошел мимо.

— Что в них особенного? — Суйин окликнул его сзади.

Ли Юй ушел не оглядываясь.

Суйин, крепко сжимая кулаки, смотрел, как широкая спина Ли Юя исчезает в темноте. На сердце у него стало несравненно тяжелее и тревожнее. Холодный взгляд Ли Юя сильно уязвил и ранил его.

***

Последние два дня Цзянь Суйин был очень зол. После того расставания на прошлой неделе он особенно переживал и был в полной растерянности. Он попусту не знал, что делать. Ему хотелось пойти к Ли Юю, но он не мог смотреть ему в глаза после случившегося. Единственное, что он мог сделать, это только ждать.

Хотя это было нехорошо — не явиться на соревнования… Но Цзянь Суйин не чувствовал себя виноватым. В лучшем случае испытывал небольшое чувство вины.

Однажды вечером Суйину позвонили из Фань Tin. Директор Фань хотел пригласить его на ужин. Срочных дел сейчас особо не было, и он согласился. Он думал, что директор Фань приведет с собой еще несколько человек, с которыми можно было бы установить связи. Но Суйин не ожидал, что будут только они двое. Цзянь Суйин был этому немного удивлен. Но понял, что директор Фань хочет что-то сказать ему, поэтому сел за стол. Он выпил немного и обменялся с ним любезностями.

После двух бокалов вина директор Фань заговорил:

— Цзянь лао ди*, твой последний проект «District» пользуется популярностью и продается, как горячие пирожки. Он ведь уже почти полностью распродан.

*lǎo dì, форма обращения для человека немного моложе себя. Мой мальчик/старый приятель.

— Благодаря Fan Tin продажи идут хорошо, — Суйин улыбнулся и понизил голос, — вы и ваша племянница планируете жить в нем?

— Подожди, подожди, еще рано, — с улыбкой ответил директор Фань.

Они улыбнулись друг другу, и Цзянь Суйин сделал глоток вина.

— Цзянь лао ди, — видно было, что директор Фань колеблется, — я пригласил тебя сюда сегодня, так как мне действительно есть что сказать. Мне не очень приятно это говорить, так как мы друзья и у нас хорошие отношения… Ты не можешь придраться ко мне, если я тебе это скажу. В конце концов, я делаю это для твоего же блага.

— Говори.

— Когда мы работали над твоим проектом, нас было четверо. Включая лао Чжао и меня.

— Да.

— Ты обещал по одной квартире каждому из нас?

— Верно.

— Дело в том, что с нашими отношениями, тебе даже ничего не нужно говорить, мы обязательно поможем тебе. Между нами действует устная договоренность. Мы тебе доверяем, и даже не задумывались о том, будешь ли ты соблюдать это соглашение.

Сердце Цзянь Суйина замерло. Он понимал, что здесь определенно что-то происходит.

— Фань-гэ, просто скажи, что ты хочешь сказать.

— Тогда я могу говорить прямо? — директор Фань замолчал ненадолго и тяжело вздохнул. — Ты обещал дать мне квартиру, и уже сделал это. Мне нечего сказать по этому поводу… но остальные три…

Суйин сузил глаза и посмотрел на мужчину. В его голове уже промелькнуло бесчисленное количество мыслей. Цзянь Суйин уловил ключевую информацию: те три человека не получили квартиры. Что с ними не так?

Директор Фань немного нервничал. Если бы те трое не пришли к нему, он никогда бы не стал делать то, что могло бы оскорбить Цзянь Суйина. Но именно он помог Цзянь Суйину установить с этими людьми контакт, дать взятку и продвинуть проект. Если Цзянь Суйин не выполнит свое обещание, то директор Фань окажется в затруднительном положении.

— Директор Фань, продолжай, — голос Суйина был мягким.

И хотя внутри директор Фань очень паниковал, однако все же голос его был твердым.

— Я изначально обещал им, что они могут доверять тебе. Они рассчитывали на определенное количество квартир. Только поэтому они согласились. Но недвижимость они не получили, и теперь требуют свою долю. Риск был огромный, но все же они на него пошли. Теперь они все недовольны, — директор Фань тихо теребил свои пальцы.

Цзянь Суйин похлопал директора Фаня по плечу.

— Фань-гэ, это не большая проблема. Я должен поблагодарить тебя за напоминание.

— Цзянь лао ди, я не могу солгать им и сказать, что я тоже не получил ничего. Если бы ты не обещал им такой большой откуп, то и не было бы сейчас таких проблем. Но теперь…

— Я понимаю, Фань-гэ. Это моя вина. Ты можешь сказать лао Чжао и остальным, что я лично приглашу их как-нибудь на обед и дам им свои объяснения.

— Хорошо. Тогда я буду работать над тем, чтобы назначить вам встречу. Тебе не нужно обременять себя этим. Я знаю, что ты будешь работать над финансовой стороной этого вопроса.

— Хорошо. Спасибо, Фань-гэ, — Цзянь Суйин сделал еще один глоток вина. Его взгляд становился все темнее и темнее.

После ужина с директором Фанем Суйин не стал сразу звонить Цзянь Суйлиню или Бай Синьюю. Он позвонил секретарю Лян и попросил ее достать для него список зарегистрированных жильцов. Но секретарь Лян сказала ему, что большую часть этой информации обрабатывал Ли Юй. Цзянь Суйин не мог сам позвонить Ли Юю, поэтому ему пришлось попросить сделать это ее.

Этой ночью Цзянь Суйин в одиночку просматривал всю информацию. Но он так и не смог определить, в ком была проблема.

По его мнению, Бай Синьюй был ненамного умнее, чем его задница, чтобы обмануть его, а Цзянь Суйлинь — не так смел.

Из четырех квартир, которые были переданы на откуп, только одна была передана директору Фаню. Три другие, похоже, так и не были переоформлены на нужных получателей. Хотя в прошлом месяце Цзянь Суйлинь сказал ему, что все было сделано.

Строительство трех квартир само по себе обошлось недорого, но их рыночная стоимость составляла более десяти миллионов юаней. Если эти два сукиных сына перепродали эту недвижимость, то выручили целое состояние.

Но Суйин все еще не думал, что у этих двоих хватило смелости сделать это.

Цзянь Суйин думал об этом всю ночь, но так и не пришел ни к какому выводу. Единственное, что ему оставалось теперь, только ждать следующего дня. Он поедет на работу и посмотрит имена трех домовладельцев, которым были переданы квартиры. После того, как он все узнает, то разыщет Цзянь Суйлиня и Бай Синьюя, чтобы свести с ними счеты.

Он думал, что это будет простое дело, и никак не ожидал, что оно затянется на десять дней. Сначала Ли Юй не отвечал на звонки, а когда ответил, то не особо рвался сотрудничать. Ли Юй протянул несколько дней, прежде чем отправил информацию.

Цзянь Суйин и Ли Юй встретились возле его кабинета. Суйин был так занят тремя квартирами, что ему не было до Ли Юя дела. Он лишь бросил на него короткий взгляд, развернулся и вошел в свой кабинет.

Цзянь Суйин внимательно изучил информацию о пропавшей недвижимости: две квартиры из трех были перепроданы еще в прошлом месяце, а последняя — всего три дня назад.

Если бы у него на руках  документы о передаче появились раньше, то он бы нашел способ вернуть их. Но теперь это была чужая недвижимость. Теперь он мог только наблюдать за тем, как три квартиры, которые он должен был подарить, становятся чьей-то собственностью. Он даже не увидел ни единого гребаного фэни из десятков миллионов юаней, вырученных от продажи!

Цзянь Суйин стукнул по столу и набрал номер телефона Цзянь Суйлиня. Он хотел узнать, кто осмелился провернуть такую аферу прямо у него под носом. Кто рискнул обменять обещанные квартиры себестоимостью в полмиллиона юаней и превратить его недвижимость в свои наличные!

Глава 10.3 - Детективное дело часть 2

— Привет, гэ, — раздался тонкий голос Цзянь Суйлиня.

— Где ты сейчас?

— В университете.

— Срочно приезжай в офис.

— Что? Сейчас? Но у меня еще занятия.

— Сейчас же приезжай в компанию!

Сбросив вызов, Суйин стал ждать, когда появится Цзянь Суйлинь. Примерно через сорок минут тот вошел, закутанный в толстое пальто, принося с собой холодный воздух.

— Гэ, что за спешка? — снимая шарф, спросил он.

— Посмотри сам! — Суйин бросил на стол папку с документами.

Цзянь Суйлинь озадачился. Он взял бумаги, пролистал несколько страниц, и его лицо сильно изменилось.

— Это…

— Что происходит? — Суйин не сводил с него взгляда. — Расскажи мне всю историю!

— Гэ, — глухо произнес Цзянь Суйлинь, — я не знаю об этом… ничего.

— Ты не знаешь! — Суйин встал и залепил ему пощечину. — Ты не знаешь! На этом все и закончим? Как ты смеешь говорить мне, что ты не знаешь о том, что стоит десятки миллионов? Это дело было поручено тебе. Ты сотворил со мной такое дерьмо! Три квартиры исчезли просто так? Ты не выполнил работу, и деньги ушли в чужой карман! Ты, ублюдок, скажи мне, ты и Бай Синьюй сотрудничали, чтобы провернуть это?

— Нет! — Цзянь Суйлинь закрыл лицо, смотря на Суйина с обидой. — Гэ, разве не ты тогда попросил Юй-гэ помочь? После того, как он закончил с Fan Tin, он взял на себя и остальные три. Он сказал, что все это просто и он сам справится. Я… я говорил тебе тогда.

— Лао-цзы был тогда занят! У меня не было времени заботиться об этом дерьме! Ты отвечал за такое простое задание и даже не смог проконтролировать риски! На что ты, блядь, вообще способен?

— Я всегда находился рядом с ним. Но он меня совсем не слушал. Я совершенно не мог ему противоречить. Я присутствовал при встрече, когда он общался с директором Чжао и его семьей. Я думал, он делает все правильно. Кто знал, что право собственности может принадлежать неизвестно кому? После этого я связался с Юй-гэ и спросил, все ли было сделано. Он ответил, что все хорошо и чтобы я ни о чем не переживал.

— Он не оформил! Из четырех приготовленных квартир только одна дошла до нужного человека. Остальные три квартиры, себестоимостью каждая в полмиллиона, он перепродал по рыночной цене и присвоил эти деньги себе.

— Гэ, ты уверен? — лицо Цзянь Суйлиня побледнело. — Ты уже связался с Юй-гэ?

— Все настолько очевидно, что мне не нужно связываться с ним, чтобы знать, что этот ребенок определенно скрывается. Сейчас я просто хочу выяснить, каково твое участие во всем этом, — Суйин смотрел на своего сводного брата сузив глаза. Его взгляд был пристальным, внимательным и полным подозрения.

Глаза Цзянь Суйлиня тут же покраснели и он поперхнулся.

— Гэ, мы же одна семья. Разве я мог сделать такое?

Свирепо глядя на Цзянь Суйлиня, Суйин набрал номер телефона Бай Синьюя. Как и ожидалось, он действительно был выключен.

Тогда Цзянь шао набрал номер своей тети.

— Привет, Суйин, — спустя несколько гудков раздался веселый голос тети.

— Тетушка, я не могу связаться с Бай Синьюем. Ты не знаешь, куда он пропал?

— Он уехал к своей тете в Австралию. Сказал, что там тепло.

Суйин холодно усмехнулся. Как и ожидалось, он действительно сбежал.

— Ты знаешь его номер там?

— Я знаю. Я найду его для тебя, — послышался шорох, тетя, видимо, копалась в своих записях. Пока она это делала, то как бы невзначай спросила, — Суйин, а зачем ты его ищешь?

Цзянь Суйин молчал несколько долгих секунд, не зная, что сказать.

— Это вопросы по бизнесу? — засмеялась тетя. — Наш сяо Юй наконец-то заработал немного денег. Ты не знаешь, должно быть, но не так давно он купил твоей тете набор оборудования для гольфа стоимостью более чем в сто тысяч юаней. Это сделало нас обоих очень счастливыми. Главное в подарке не то, что он дорогой, главное, что у сяо Юя есть возможность заработать такие деньги. К тому же у него есть сыновья почтительность… Суйин, это твоя заслуга. Спасибо, что ты взял его под свое крыло и воспитал. Иначе мы бы до сих пор не знали, где и как по сей день он бы разгульничал.

Цзянь Суйину стало не по себе. Слова, которые он хотел сказать, застряли в горле. Он не мог вообще ничего сказать.

У тетушки было больное сердце и ее нельзя было волновать плохими новостями. Он не мог сказать ей, что ее любимый сын присвоил три его квартиры и сбежал. Суйин боялся, что тетя умрет от горя, услышав такое.

— Я нашла номер. Сейчас тебе пришлю.

— Хорошо…

Закончив разговор, Суйин устало сел в кресло. Он тяжело вздохнул, опустил голову и закрыл глаза.

Вскоре раздался звук. Пришло смс, в котором был записан международный номер.

Цзянь Суйин отбросил телефон в сторону и посмотрел на Суйлиня, который, казалось, даже боялся дышать.

— Никто кроме нас троих не должен знать об этом.

Цзянь Суйлинь поспешно кивнул головой.

— Я расследую это дело должным образом.

Голова Цзянь Суйлиня опускалась все ниже и ниже.

— Если я узнаю, что ты был в сговоре с Бай Синьюем, Цзянь Суйлинь… Я сделаю так, что ты больше никогда не войдешь в дом семьи Цзянь!

Голова Цзянь Суйлиня все еще была опущена, поэтому невозможно было увидеть его выражение лица.

Гнев Цзянь Суйина кипел и не собирался утихать.

— Уходи! — махнул он рукой.

После ухода сяо Линь-цзы Цзянь Суйин выкурил несколько сигарет. В последнее время он был не в духе: он собственноручно вбил большой гвоздь в гроб Ли Юя, а его самого кинул на деньги двоюродный брат. Открывая свою компанию, он должен был ежедневно проводить здесь целые дни, заботясь о собственном бизнесе. Но сейчас он бы предпочел уволиться и уехать в кругосветное путешествие, взяв с собой красивого мальчика.

Но такие мысли в порыве гнева — это, в конце концов, всего лишь мысли. Когда он успокоится, ему предстоит заняться многими делами.

Иногда Суйин чувствовал себя одиноким. Он не был близок со своим отцом. Они оба были заняты своим бизнесом и редко виделись. Вокруг Цзянь Суйина не было никого, кто мог бы ему сейчас помочь. Но по сути, он не мог да и не хотел ни на кого полагаться, когда что-то шло не так, что делало его эмоционально усталым. Он был настолько раздражен сейчас, что ему не хотелось оставаться в офисе. Суйин взял свой телефон, нашел номер сяо Чжу и договорился с ним о встрече в отеле.

В последнее время Суйин частенько звал сяо Чжу. Он считал его неплохим ребенком, хотя его навыки немного не дотягивали до того, к чему привык Суйин. Еще парень был немного глуповат, но он мог учиться и развиваться. Главное, что он не любопытный. Он с радостью брал то, что ему давали, и никогда ничего не высказывал против и не просил.

Однажды Цзянь Суйин так устал, что заснул в отеле и не поехал домой. Проснувшись через какое-то, он увидел, что сяо Чжу сидит в кресле с включенным торшером и что-то сосредоточенно пишет в блокноте.

Цзянь Суйин тихо подошел к нему. Мальчик был потрясен такой неожиданностью. Он отреагировал немного запоздало, и попытался убрать блокнот. Но Цзянь Суйин оказался быстрее. Он протянул руку и забрал его записную книжку. Лишь одного короткого взгляда хватило, чтобы понять, что это счет, который был написан фрагментарно и неорганизованно.

— Эй, ты ведешь бухгалтерию того, сколько ты получил от меня? — поддразнил его Суйин.

Лицо мальчика покраснело, и он прикусил губу, выглядя особенно смущенным.

Суйин не ожидал, что мальчик окажется таким чувствительным.

— Почему ты делаешь это посреди ночи? — Цзянь шао погладил его по голове. — Давай заканчивай и ложись спать.

Сяо Чжу убрал все в карман. После этого он вернулся в постель и, свернувшись калачиком рядом с Цзянь Суйином, заснул.

Поскольку Суйин не мог и не хотел беспокоить свою тетю, ему пришлось смириться с потерей денег. Хотя он и сказал, что докопается до сути дела, но он не мог выяснить, замешан ли во всем этом Цзянь Суйлинь, пока не поймает Бай Синьюя.

И эгоистично, и рационально. Но Суйин не хотел, чтобы Цзянь Суйлинь имел к этому хоть какое-то отношение. В противном случае Суйин боялся, что может убить его.

Сейчас Суйину оставалось только ждать, когда Бай Синьюй объявится. Он не верил, что тот никогда не вернется в Пекин. Если этот идиот попадется в руки Суйину, Цзянь шао сделает так, чтобы тот ни с кем не смог видеться как минимум несколько месяцев. На то, что ему удастся заставить его вернуть деньги, которые тот присвоил, Цзянь Суйин уже не надеялся.

Чтобы компенсировать негативное последствие этого инцидента, Цзянь шао мог только пообещать новую недвижимость в своем новом гостиничном комплексе на острове Хайнань. Это единственная лазейка, что у него осталась, чтобы не запачкать свое имя и все исправить в ближайшие сроки.

Включая три квартиры, которые присвоил Бай Синьюй, себестоимость этих шести комплексов недвижимости составляла более трех миллионов юаней. А если считать по рыночной цене, то Суйин потерял более десяти миллионов. Только от одной мысли об этом Суйин впадал в ярость и у него сразу же начинала болеть голова. Как он мог допустить, чтобы такое случилось с ним?

Глава 10.4 - Пойманный за руку в банке с печеньем

Расшифровка такого странного на первый взгляд названия главы.

*Определение «пойманный за руку в банке с печеньем» означает пойманный на краже или за совершением чего-то неправильного.

_______<__>_______

На фоне эмоционального стресса Цзянь Суйин заболел. Последующие два дня он пролежал дома с высокой температурой и с затуманенным разумом. В течение этих двух дней, кроме секретаря Лян, которая звонила ему и приносила еду, никто больше с ним не связывался.

Ребенок секретаря Лян только начал ходить в начальную школу, поэтому она не могла много времени уделять своему боссу и присматривать за ним. Да и сам Суйин не разрешил ей часто приезжать. Его плохое самочувствие и неожиданная болезнь были вызваны гневом. Поэтому болезнь как быстро пришла, так же быстро и ушла. Эти дни он провел дома, не желая ни идти на работу, ни выходить даже просто на улицу.

Он просто чувствовал себя слишком усталым.

Ощущение того, что его предали собственные родственники, вызывало не только гнев, который невозможно было погасить, но и чувство опустошения. Цзянь шао столько лет проработал в мире бизнеса и пережил, казалось, все виды гнета и потерь, но это был определенно первый раз, когда его предал близкий член его собственной семьи.

С самого детства Суйин наблюдал, как его двоюродный брат растет. Его семья и он сам потратили много времени и денег на его воспитание. И после всего этот ребенок присвоил его деньги за его же спиной. Он ощутил в полной мере предательство от родственника, помимо неугасимого гнева и полной печали.

Всего от одного раза его охватило чувство разочарования, которое пронзило его сердце и душу.

Если бы не тетя, он бы уже давно нашел этого тупого ребенка Бай Синьюя и хорошенько его отлупил. Но когда Суйин подумал о своей тете… Ему пришлось выбросить из головы все эти злобные мысли.

Какое же неприятное чувство, когда рядом нет никого, кто мог бы протянуть руку помощи, но зато много тех, кто хочет поиметь. Те, кто не испытал такого на собственном опыте, не смогут понять.

Суйин чувствовал себя плохо как физически, так и душевно.

Во всем этом не было ничего хорошего, кроме, наверное, одного… Суйину некогда было думать о Ли Юе, который молчал все это время и больше не объявлялся.

В таком сумбуре у Суйина прошло несколько дней, прежде чем он пришел в себя. После всего этого он дал себе хороший старт и снова стал ощущать себя живым драконом.

После этих событий прошла уже неделя, как он не был в офисе. У него накопилось за это время много дел. Суйин был так занят после возвращения на работу, что даже не нашел время пообедать.

К своему немалому удивлению, он встретил в офисе Ли Юя, который давно здесь уже не появлялся.

Они встретились взглядами. Ли Юй был одет в костюм грифельного цвета. Он держал в руке стопку бумаг и печатал что-то в телефоне. Когда он увидел его, то замер на мгновение.

Хотя Суйин и скучал по нему, но все же он не знал, что делать и как вести себя при встрече с ним. Он чувствовал, что должен подойти, но… Во-первых, у Ли Юя был холодный взгляд, дающий понять, что с ним не нужно связываться, а во-вторых, Суйин сам был не в настроении.

Ли Юй, казалось, был начеку, ожидая, что Суйин подойдет в любой момент. Парень торопливо заблокировал телефон и не мигая смотрел на Цзянь Суйина.

Суйин натянуто улыбнулся, приподнимая вверх уголки губ. Он огляделся, чтобы убедиться, что вокруг никого нет.

— Ты думаешь, я собираюсь изнасиловать тебя здесь? — насмешливо произнес Суйин. — Посмотри на свое лицо, ты больной! — он бросил на Ли Юя пустой взгляд и развернулся, уходя.

Ли Юй замер, провожая взглядом спину Цзянь Суйина.

Для Ли Юя это было как пощечина. Но сердце Цзянь Суйина не болело. Ведь это его ранили и унизили. Суйин не понимал, как он попал в эти неудачные отношения, которые неизвестно когда закончатся.

Не то чтобы он не думал о том, стоит ли ему пойти и извиниться перед Ли Юем… Но в конце концов, тот сам был виноват в том, что не попал на соревнования.

Но он не мог этого сделать. К тому же у него было предчувствие, что даже если он поддастся этому порыву, Ли Юй все равно больше никогда не позволит ему приблизиться. Странно, что антипатия Ли Юя к нему была столь очевидна даже несмотря на то, что последние полгода они спали вместе. Но за это время она не сильно-то и изменилась.

Значит, он не ошибся в своем суждении о Ли Юе в самом начале. Сердце этого парня действительно слишком трудно завоевать.

Но Суйину действительно не хотелось сдаваться. Если он воспринимал Ли Юя как вызов, то уже многое сделал для того, чтобы приблизиться к победе. И чем больше он делал, тем меньше ему хотелось сдаваться. К тому же он всегда был рад преодолевать трудности. Покоряя неприступные вершины, он получал от этого огромное чувство удовлетворения.

Лучше повременить, подумал он. Сделать перерыв.

Суйин должен занять себя на время и подождать, когда гнев Ли Юя стихнет. Он обязательно найдет удобный случай, чтобы сделать ход.

В это время он занялся несколькими крупными проектами, один из которых был в Циньхуандао, строительство которого будет завершено через два месяца. Отель с правом собственности на острове Хайнань уже подписал контракт и искал строительную бригаду.

Казалось, что жизнь Суйина вернулась в прежние времена, когда он еще не знал Ли Юя. Основное внимание уделялось, конечно, работе. Когда он не работал, то выпивал и веселился со своими друзьями. Он также ходил на свидания со своим маленьким любовником, а после занимался с ним сексом. И все так же, как и раньше, раз в две недели он возвращался в дом отца, чтобы поужинать.

Без Ли Юя его дни по-прежнему проживались свободно. Вот только в сердце ощущалась пустота. Эту пустота после расставания все больше и больше усиливалась… и как заполнить ее и свою неудовлетворенность он не знал.

Дни шли своим чередом. Незаметно наступило потепление.

С того момента, как они встретились в компании, Цзянь Суйин больше не видел Ли Юя. С тех пор прошло почти три месяца. Ли Юй по собственной инициативе появился в компании и вошел в его кабинет.

Сердце Суйина замерло, когда он увидел человека, который постучал в дверь и вошел.

Ли Юй сменил прическу: его волосы стали короче, обнажая высокий лоб. Он выглядел очень посвежевшим и красивым. Кажется, он стал намного взрослее, чем год назад, когда Суйин впервые встретил его. Видя, как он уверенной походкой направляется к нему, Цзянь Суйин не мог отделаться от чувства глубокой тоски в своем сердце.

Цзянь Суйин принял высокомерную позу, поднял голову и откинулся на спинку кресла. Он ничего не сказал, глядя на парня с приподнятыми бровями.

Ли Юй с деловым видом положил на стол то, что принес и держал в руке.

— Это дополнительная информация о том участке земли в Бэйхае. Мой дагэ хочет, чтобы ты взял с собой в поездку кого-нибудь из этой кормовой компании.

Цзянь Суйин сузил глаза и некоторое время смотрел на него. Потом медленно просмотрел две страницы и выдал «хм», но ничего не прокомментировал.

Ли Юй ждал, пока он заговорит.

Казалось, они соревновались в том, кто первым не выдержит. Они оба находились в патовом положении. В конце концов, первым заговорил Суйин:

— После этой поездки можно ли, в принципе, поставить точку?

— Может быть. Но нужно поговорить с моим дагэ.

— Я свяжусь с директором Ли, — Цзянь Суйин пролистал свое расписание, — в этом месяце я не смогу найти время, только в следующем. Когда бронировать билеты, я приму решение, но только после того, как обсужу это со своими людьми.

— Хорошо.

Цзянь Суйин посмотрел на его холодный взгляд, на сердце у него стало нехорошо.

— Сколько времени прошло с тех пор, как ты перестал приходить в компанию?

— …Не помню.

— Почему ты не приходил?

— Занят на занятиях.

Суйин на мгновение замолчал и нерешительно спросил:

— Как дела с боксом?

— Меня наказали, — Ли Юй поднял на него глаза и уголок его рта дернулся.

Суйин несколько неловко окинул его взглядом, не собираясь выражать извинения.

— В дальнейшем приходи в компанию почаще. В твоих руках есть важная для компании информация. Если ты не хочешь этого делать, то передай ее, пока не поздно. Не задерживай меня и мою работу.

Если бы Ли Юй не облажался, не психовал на него и не отказался сотрудничать с ним, то, по крайней мере, одну из квартир, что не была передана к тому времени, можно было спасти, когда он узнал об этом. На тот момент еще был способ вернуть ее. Хотя он не собирался винить Ли Юя. В конце концов, это он обидел его первым. Но откладывать дела компании из-за личных проблем было для Суйина табу. И он не хотел, чтобы это повторилось.

— В дальнейшем я буду приходить хотя бы раз в неделю, — негромко ответил Ли Юй.

Цзянь Суйин посмотрел на него с некоторым удивлением. Он думал, что их отношения зашли в тупик, и Ли Юй бросит все и уйдет. Но с другой стороны, он отвечал за многое в этом проекте в Бэйхае. Если он просто захочет уйти, то брат его не отпустит.

В душе Суйина вспыхнула радость.

— Я собираюсь в Бэйхай в следующем месяце… ты поедешь со мной?

— Да, — Ли Юй даже не поднял глаз.

Суйин подумал о том, что Бэйхай находится близко к Хайнаню. Тогда он сможет взять Ли Юя с собой на Хайнань, посмотреть на тот отель. Это будет что-то типа мини-отпуска. Но говорить этого он не стал. Если сказать это сейчас, то Ли Юй отреагирует неправильно. Нужно действовать неторопливо, делая шаги постепенно.

— После работы я приглашаю тебя поужинать.

Глаза Ли Юя блеснули холодом, а на лице появилась жесткость. Но это была всего секундная реакция, он быстро взял себя в руки.

— У меня вечером есть еще дела.

— Это просто обычный ужин, — сердце Суйина оборвалось, но он все же попытался, — тебе ведь все равно нужно есть вечером.

Ли Юй ничего не сказал, но использовал молчание как отказ.

Суйин не смог скрыть своего разочарования. На его лице отразилась небольшая растерянность.

— Ладно, займись делом, — махнул он рукой.

Ли Юй вел себя так, словно в комнате находился вирус, которым он мог заразиться. Как только Суйин это сказал, то Ли Юй развернулся и ушел.

Цзянь Суйин яростно показал ему средний палец в спину и пробормотал:

— Дерьмо!

Если Суйин хочет поехать в Бэйхай, а затем на Хайнань, то ему нужно освободить рабочую неделю. Но он не мог сделать это в следующем месяце. Его план был снова отложен.

К счастью, Ли Сюань не торопил его сроками. Это Цзянь Суйин просил правительство сделать ему что-то, а не наоборот. Конечно, правительство не торопилось.

Суйин все еще оставался в Пекине и занимался своими делами.

Ли Юй сделал так, как и обещал. Он приступил к работе в обычном режиме, приходя, как правило, не реже одного дня в неделю. А вот Цзянь Суйлинь, который раньше активно бегал в компанию, напротив, стал появляться реже.

Главная причина заключалась в том, что после последнего инцидента с Бай Синьюем Суйин испытывал к нему недоверие и раздражение. Когда Цзянь Суйин видел его, то у него сразу менялось выражение лица. Цзянь Суйлинь теперь приходил в компанию, только когда ему было чем заняться.

С увеличением количества встреч в компании напряженные отношения между Суйином и Ли Юем постепенно стали уходить. Цзянь Суйин начал двигаться вперед снова, постепенно возвращая себе прежний плутовской взгляд. Он шел на всякие уловки, приглашая время от времени Ли Юя на свидание и посылая ему небольшие подарки. Но каждый раз он вновь и вновь получал отказ. Суйин не решался проявлять настойчивость и строптивость. Он понимал, что обидеть Ли Юя слишком легко, а угодить сложно. Он не хотел портить отношения, которые потихоньку восстанавливались.

Возможно, потому, что Суйин уже достаточно натерпелся и понял истину. Его новые навязчивые поступки приведут его самого к страданиям. Высокомерное отношение к Ли Юю тоже уменьшилось в разы. По сравнению с прежним властным и доминирующим видом, действия Суйина сейчас больше походили на простое ухаживание за понравившимся ему человеком.

Ли Юй также старался сглаживать трения между ним и Суйином. Не желая вступать с ним в конфликт, он молчал или уходил. А когда Цзянь Суйин раздражался, то он старался не стимулировать его гнев.

Таким образом, шансы Суйина на то, что Ли Юй будет его раздражать, уменьшались, а вот шансы на то, что ему удастся сохранить самообладание, увеличивались. Чем больше он был уравновешен по отношению к Ли Юю, тем меньше он мог его раздражать. Чем больше он был вежлив с Ли Юем, тем больше Ли Юй не мог его раздражать. Было похоже, что отношения между ними находились в благоприятном циклическом круге. Во всяком случае они уже давно не злили друг друга.

Хотя они и вернулись к обычным отношениям между начальником и подчиненным, но до сексуального контакта, которого так жаждал Суйин, было еще слишком далеко.

Однако он не сидел сложа руки и поддерживал отношения с сяо Чжу.

В этот день Суйин снова пришел в отель, чтобы получить сексуальную разрядку. Когда он курил после секса, то случайно подсчитал, что они с сяо Чжу вместе уже почти полгода. За это время он, в принципе, не звал других поразвлечься. Для решения своих потребностей у него был теперь сяо Чжу. Помимо Ли Юя, сяо Чжу был с ним дольше всех остальных сексуальных партнеров.

Ему очень нравился этот парень, он тихий, не задиристый, да и внешность у него восхитительная. Суйин никогда не был скупым и считал, что раз уж он так долго с ним, то должен подарить ему что-то приличное.

Сяо Чжу вышел из ванной комнаты после душа, укладываясь под одеяло с намерением поспать.

— Повернись, — Цзянь Суйин постучал по его плечу.

Сяо Чжу повернулся и спокойно посмотрел на него.

— Ты уже довольно долго со мной, — Цзянь Суйин ущипнул его за нежную щеку и рассмеялся.

Сяо Чжу кивнул.

— Я хотел купить тебе машину, но ты не умеешь водить. Поэтому я подарю тебе квартиру.

Глаза сяо Чжу наполнились счастьем и заблестели.

— Спасибо, Цзянь шао.

— Давай я тебя свожу посмотреть ее, когда освобожусь. Дом, в котором она находится, я разработал два года назад. Расположение там довольно удачное.

— Спасибо, Цзянь шао, — улыбнулся сяо Чжу.

— Просто говорить о благодарности, а реальных действий не показывать? — лукаво улыбнулся Цзянь Суйин.

Лицо сяо Чжу покраснело. Он приблизился ближе и поднял одеяло Суйина, накрывая его член своим ртом.

Глава 10.5 - Снова драка

Два дня спустя у Суйина появилось свободное время на вечер. Конечно же, первым делом он позвонил Ли Юю и пригласил его на ужин. Как и ожидалось, он получил отказ.

Он уже даже привык к этому. Но сердце Цзянь шао требовало хотя бы чуточку любви, поэтому он позвонил сяо Чжу. Он решил пригласить его на ужин, а после отвезти и показать ему новую квартиру.

Его приятель открыл новый ресторан морепродуктов. Изначально Суйин хотел пойти туда с Ли Юем, чтобы поддержать друга. Но после отказа решил взять с собой сяо Чжу. Сяо Чжу красивый и послушный, и Суйину очень нравилось с ним быть. После работы он специально взял сяо Чжу, чтобы купить ему новый комплект одежды. Он нарядил ребенка и отвез его в отель.

Сразу же после открытия бизнес идет не особенно хорошо. Гости, которые приходят сюда, это в основном знакомые и друзья. Цзянь Суйин как раз встретил там нескольких знакомых.

Его приятеля звали Ли Вэньсюнь. Он мало общался с ним, но знал его уже более десяти лет и отношения между ними были неплохие. Он сразу помахал ему рукой, как только увидел.

Цзянь Суйин подошел к нему с сяо Чжу.

— Давно не виделись, босс Ли. Посмотри на себя, ты подобен весеннему ветерку. Выглядишь очаровательно.

— Как ты можешь так красиво говорить такую чепуху? Мой новый ресторан только открылся, я буквально плачу от счастья.

Ли Вэньсюнь носил очки в золотой оправе. Он всегда выглядел мягким и спокойным, и казался открытым и добрым, но все это был блеф. Только в узком кругу знали, что у этого парня улыбка тигра*, которая носит опасность.

* 笑面虎, тот, кто улыбается со злыми намерениями.

— Поздравляю, поздравляю, — улыбнулся Суйин. — Я здесь для того, чтобы поддержать тебя. Смотрю, здесь так много наших знакомых.

— Да, в основном пришли все, кроме Шао Цюня. Этот сукин сын все еще в Шэньчжэне, бегает вокруг своего мужа, как тупой теленок.

— Когда он вернется, я должен обязательно познакомиться с его мужем, — рассмеялся Суйин.

В кругу Пекинских принцев Шао Цюнь считался странным чудиком, который поссорился со своей семьей из-за любовника. О Шао Цюне ходило много пересудов, и шутки о нем стали неотъемлемой частью на всех светских встречах.

— Хорошо. Когда он вернется, я обязательно приглашу его и тебя на встречу, — Ли Вэньсюнь широко улыбнулся и перевел взгляд на стоявшего рядом сяо Чжу. — Новая любовь? Ах, Цзянь шао, он такой молодой и симпатичный.

Суйин только что вспомнил, что рядом с ним находится сяо Чжу.

— Зови его Ли шао, — он деловито похлопал парня по спине.

— Ли шао.

— Ты, должно быть, занят? — Суйин решил мягко избавиться от друга. — Посмотри, сколько вокруг знакомых. Ты не можешь уделять внимание только мне.

— Хорошо, вы тогда веселитесь, — Ли Вэньсюнь подал знак официанту. — Проводите Цзянь шао в комнату. И чтобы все для него было на высшем уровнем.

Ли Вэньсюнь распорядился, чтобы им выделили большую комнату, чтобы двое отдохнули там, как следует. Суйин же в свою очередь заказал в меню самые дорогие блюда, даря хозяину ресторана свое уважение.

Уровень шеф-повара этого ресторана был действительно хорош. Суйин поел от души и остался очень доволен.

Из-за постоянных отказов Суйин так и не смог пригласить Ли Юя на свидание, из-за чего у него сегодня было плохое настроение. Но в компании с симпатичным мальчиком и вкусной едой вечер обещал быть хорошим. Суйин смирился с этим.

— Пойдем, я отвезу тебя посмотреть квартиру, — после ужина предложил Суйин. — Надо было бы пойти днем, при свете вид лучше виден. Но днем у меня совершенно нет времени, так что поедем сейчас.

— Хорошо, — послушно ответил сяо Чжу.

Суйин приобнял его за талию и они вышли из комнаты.

В мире действительно бывает такое совпадение, что люди неожиданно сталкиваются друг с другом.

Цзянь Суйин с улыбкой опустил голову, шепча кокетливые слова на ухо сяо Чжу. Но когда поднял глаза, то увидел Ли Юя, стоящего прямо перед ним. Они встретились взглядами и застыли на месте. Суйин не отрываясь смотрел на Ли Юя. Он медленно выпрямился и бессознательно убрал руку, что до этого обхватывала тонкую талию.

Как только Ли Юй увидел его, то застыл в странной позе, наклонившись вперед. Он попытался расслабить руки и ноги, переводя взгляд с Цзянь Суйина на сяо Чжу и обратно.

Цзянь Суйин не мог не почувствовать себя неловко в этот момент. Больше всего его смущало то, что он не знал, почему именно ему так неловко.

По здравому размышлению у них с Ли Юем теперь все кончено. Он может спать с тем, с кем хочет, и Ли Юй не может это контролировать.

Однако Суйин все равно не хотел, чтобы Ли Юй увидел эту картину. Потому что неважно, отреагировал бы Ли Юй или нет и какой бы была его реакция. Любой было достаточно, чтобы убить его.

Ли Юй посмотрел на двух мужчин, двусмысленно прижимающихся друг к другу, и в его груди мгновенно поднялась странная ярость. Он засунул слегка подрагивающие руки в карманы и окинул стоящих перед собой мужчин ненормально ледяным взглядом. Он сделал вид, что никогда в жизни не видел Суйина, и сдерживаясь, чтобы не посмотреть на него, прошел мимо.

Сяо Чжу задрожал от его взгляда и подсознательно прижался к Цзянь Суйину. Он никогда не видел у человека таких страшных глаз.

У Суйина в горле словно образовался ком. Он едва сглотнул, похлопал сяо Чжу по спине и прошептал:

— Возьми такси и возвращайся.

Не дожидаясь реакции сяо Чжу, Суйин развернулся и пошел вслед за Ли Юем.

— Ли Юй, — окликнул его Суйин и обошел его.

По обеим сторонам коридора располагались частные комнаты. Людей, ходивших тут, было очень мало. Не опасаясь и не боясь, что их увидят, Суйин протянул руку и перегородил дорогу.

— Проваливай! — тонкие губы Ли Юя слегка подрагивали.

Суйин замер.

Ли Юй давно уже не говорил с ним настолько резко. Цзянь Суйин сначала немного разволновался, а потом наклонил голову — ему в голову пришла странная мысль… Ли Юй ревнует?

При мысли о такой возможности он не смог удержаться от радости, заполнившей его сердце, и он рассмеялся.

— Так у тебя действительно сегодня встреча? А я думал, ты просто от меня шарахаешься!

Ли Юй отступил в сторону, намереваясь обойти его.

Цзянь Суйин не дал ему осуществить свое желание. Он встал перед ним снова, вгоняя в тупик, и игриво рассмеялся.

— Сяо Ли-цзы, посмотри на себя, так ты ревнуешь?

Ли Юй слегка напрягся. Он усмехнулся и, сильно толкнув Цзянь Суйина в плечо, шагнул вперед.

Все внутри Суйина запылало. Он схватил Ли Юя за плечо.

— Ты, блядь, скажи нормально! Если ты действительно ревнуешь, просто скажи… Я могу объяснить.

Ли Юй остановился. Он больше не мог подавлять ярость внутри. Он схватил руку Цзянь Суйина на своем плече и дернул ее. Суйин не был к этому готов. Его рука моментально была вывернута за спину.

Суйин коротко вскрикнул. Ли Юй схватил его за руки и прижал спиной к стене.

— Ебать…

— Ревную? — Ли Юй приблизился к его уху и ледяным голосом произнес: — Цзянь Суйин, как ты можешь так высоко о себе думать… С таким грязным человеком, как ты, я чувствую себя только грязным!

Ли Юй сильно сжал запястье Суйина, словно выплескивая свой гнев.

Цзянь Суйин почувствовал, что еще чуть-чуть и его рука сломается… Было так больно, что его лицо побледнело. Ему вдруг показалось, что сила Ли Юя была еще более пугающей.

Ли Юй отпустил его и отвернулся в сторону.

Суйин в гневе выругался. Он резко бросился к Ли Юю и ударил ногой в спину.

Ли Юй, почувствовав движение позади, хотел развернуться, чтобы заблокировать атаку, но было уже поздно: он получил удар ногой прямо в поясницу и сразу же осел.

Когда Цзянь Суйин собирался поднять ногу для повторного удара, Ли Юй схватил его за лодыжку и отбросил в сторону. От сильного толчка Суйин тоже упал на пол.

С трудом поднявшись на ноги, они набросились друг на друга, словно охваченные огнем, и стали драться.

Но на этот раз им не суждено было подраться. Из вестибюля прибежало несколько человек во главе с хозяином ресторана, Ли Вэнсюнем. Его позвал официант, проходивший здесь ранее и заметивший, что между двумя мужчинами не все ладно.

— Эй, эй, эй! Что происходит? Суйин! Ли Юй!

За Ли Вэньсюнем следовали несколько знакомых Цзянь Суйина, которые, видимо, ужинали здесь вместе. Это было нехорошо! Услышав о том, что происходит, они прибежали посмотреть бесплатное шоу.

Ли Вэньсюнь подошел к покрасневшему от гнева Суйину и встал между мужчинами.

— Суйин, в чем дело? С чем не справишься, того не сделаешь! Что такого произошло, что нельзя было бы решить цивилизованно? А ты, Ли Юй? — Ли Вэньсюнь развернулся к к Ли Юю. — Ты же намного моложе его. Что случилось, что ты бросился в драку? Он ведь почти ровесник твоего брата! Как ты можешь совершать такую глупость?

Чжоу Ли подошел оттащить Ли Юя. Из-за выпитого его лицо было красным.

— Блядь! — выругался он. — Ты ублюдок! Неужели нужно было это делать здесь, чтобы посторонние люди пришли и увидели драку? Нет, Ли Юй, это полностью твоя вина! Ты же младший, как ты посмел ударить Цзянь-гэ?

Несколько столичных принцев окружили их. В основном все эти люди — друзья Цзянь Суйина. Ли Юй только-только начал входить в этот круг, так как не так давно вернулся в Пекин. Его связи здесь были еще не так глубоки, поэтому люди не испытывали к нему никаких чувств. Большинство из них смотрели на него через его отца и брата. Их уважение было к ним, а не к нему. В этом инциденте все они были на стороне Цзянь Суйина.

Когда несколько человек начали говорить ему одно и то же, лицо Ли Юя исказилось.

— Ладно, а-Вэнь, — Суйин пожал плечами, — отпусти меня.

— Хорошо, я отпускаю тебя, — Ли Вэньсюнь посмотрел на него. — Но ты должен дать обещание, что этого не повторится. Сегодня я открыл ресторан, а ты устроил мне такой большой подарок. Я не могу позволить себе такую рекламу.

— Хорошо. Отпусти.

Ли Вэньсюнь отпустил его и даже отряхнул его одежду.

— Давай-давай, успокойся. Ты пьян? — улыбнулся друг. — Не будь импульсивным, давай все обсудим.

Суйин поправил одежду и, улыбнувшись, окинул всех взглядом.

— Ну и что, пусть все видят эту шутку. Дело касается работы, ведь всегда существует несколько разных мнений. Мы все импульсивны. Давайте, расходитесь.

Суйин повернулся к Ли Вэньсюню.

— Сюнь-ди, я тебя сегодня сильно обидел. Я приглашу тебя выпить в следующий раз. Ты не должен отказываться.

— Все в порядке, — Ли Вэньсюнь похлопал его по плечу, — тебе нужно идти.

Суйин кивнул. Одарив Ли Юя напоследок тяжелым взглядом, он отвернулся.

Он ожидал этого после своего отъезда — его друзья наверняка затащат Ли Юя в отдельную комнату, где и проведут нравоучительную беседу на тему уважения к старшим и любви к младшим. А затем заставят его выпить с каждым.

Суйин усмехнулся… Неплохо… Это, считай, месть за то, что он не смог его сегодня убить.

Суйин сел в машину и захлопнул дверь. Он расслабился и откинулся на сиденье, чувствуя необычайную усталость.

Все месяцы напряженной работы снова оказались напрасными.

Это нелегко, но они ведь могут нормально разговаривать. Ли Юй также позволял ему видеть себя каждую неделю. Но на этот раз все снова закончено. Но ведь эта сволочь чуть ли не на голове у него сидит! Как Суйин может его еще баловать и не давать отпор? Разве после такого он все еще считается мужчиной?

Назвать его грязным? Блядь, лицемерная тварь!

Суйин с силой ударил по рулю.

Он не мог понять, как ему удалось так облажаться? Почему он должен был полюбить именно Ли Юя, этого белоглазого волка, которого нельзя было приручить? Задолжал ли он Ли Юю в прошлой жизни, что в этой приходится возвращать долг... В результате этого долга он не счастлив, и Ли Юй тоже!

Жизнь, она такая, блядь, хреновая штука.

Глава 11.1 - Ты бросил меня или это я тебя бросил?

На следующий день, когда Суйин отдыхал дома, у него зазвонил телефон, и он долго смотрел на высветившееся имя абонента. Ли Сюань. Весьма интересно жить в информационный век. Новости разлетаются очень быстро.

Как и ожидалось, Ли Сюань уже знал о вчерашнем инциденте. И позвонил он, чтобы извиниться за младшего брата. Видимо, Ли Юю досталось от него уже сегодня.

Цзянь Суйин, конечно, проявил особую щедрость в отношении Ли Юя. Он сказал, что главный виновник он сам. Что он слишком своеволен, и не учел, что у молодых людей есть свое мнение и видение. Что Ли Юй очень умен, и Суйин в дальнейшем будет внимателен к нему и будет брать во внимание его мнение. В общем, Суйин произнес несколько особенно красивых слов, и Ли Сюань смутился. Он сказал, что должен позволить Ли Юю извиниться самому перед Суйином.

Цзянь Суйин поспешил сказать, что это не очень хорошая идея, так как самооценка Ли Юя очень высокая. Он просто не сможет этого сделать. Но чем больше он это говорил, тем больше Ли Сюань настаивал. В конце концов Цзянь Суйину с большой неохотой, но пришлось согласиться.

Заставить Ли Юя проявить инициативу и извиниться сам Суйин не мог, даже если бы он свою голову разбил о стену. Но Ли Сюаню достаточно было лишь одного телефонного звонка.

Суйин не мог не думать о том, что быть братом на самом деле здорово. После целого дня депрессии, в которой он пребывал, его настроение теперь улучшилось. Теперь он просто ждал, когда у его двери появится Ли Юй, чтобы извиниться перед ним.

В отличие от прошлых раз, в этот раз именно Ли Юй первым открыл рот, и тем, кто первый начал распускать руки, также был он. Исходя из этого, очевидно, что Суйин заслуживал извинений. Только вот Суйин забыл, что раньше, когда он первым затевал драку, ему и в голову не приходило извиняться.

Цзянь Суйин думал, что Ли Юй будет ждать момента, когда придет в офис на работу, и совершенно не ожидал, что он придет к нему домой. Ли Юй даже не постучал в дверь, как делают это гости, а просто открыл дверь своим ключом.

Суйин лежал на диване и читал книгу. Он сильно удивился, когда услышал звук поворота ключа и открывающуюся дверь. На короткое время он замер, никак не реагируя. Но после вскочил с дивана, бросился в коридор и взял находившуюся там в углу клюшку для гольфа. Он направился прямо к двери, чтобы посмотреть, что это, блядь, за такой незадачливый воришка осмелился пробраться в его квартиру.

Но когда он увидел бледное лицо Ли Юя, то застыл на месте.

И только сейчас он вспомнил, что у Ли Юя есть ключ от его дома. Он же сам его подарил. Только вот он забыл попросить вернуть его обратно, когда они расставались.

Ли Юй равнодушно взглянул на него, прежде чем опустить глаза.

«Ты реально, блядь, пришел, чтобы извиниться?» — удивился в душе Суйин.

Он не стал говорить это вслух, а вместо этого выказал неудовольствие.

— Рядом с дверью есть такой большой звонок, — язвительно произнес Суйин. — Кто тебе позволил просто так войти в мой дом?

Ли Юй стоял в дверях. Он положил на пол стопку подарков, которую принес, но, похоже, он вовсе не собирался входить.

— Сегодня такой хороший день. Я думал, ты, наверное, пошел на свидание со своим новым любовником, — усмехнулся Ли Юй. — В любом случае я здесь только для того, чтобы отдать то, что просил привезти мой отец. Прими это и я уйду.

— Кому нужно твое дерьмо? — Суйин был в ярости. — Это твой брат попросил тебя прийти и извиниться передо мной. Это так ты извиняешься?

Ли Юй уставился на него.

— Я пришел сюда только для того, чтобы сказать, что готов сделать шаг назад. Не испытывай удачу!

Суйин хмыкнул и покачал головой.

— Если ты такой высокомерный, но у тебя хватило смелости прийти, то иди хотя бы до конца! Для чего ты поднял тут эту вонь? Ты позорник, Ли Юй!

Эти слова ударили Ли Юя прямо по больному, разозлив его до такой степени, что он заскрипел зубами. С вечера и до сегодняшнего дня он находился в состоянии импульса, когда ему хотелось безжалостно уничтожить Цзянь Суйина. Бегать за его задницей, а параллельно еще и таскать с собой утенка, чтобы похвастаться, — от такого зрелища ему стало не по себе. Так называемая любовь Цзянь Суйина была слишком дешевой.

Он не знал, как избавиться от ощущения, что, как ему казалось, его действительно любит Суйин. Но как оказалось, это было вовсе не так.

В тот момент, когда он увидел, как перед ним появился Цзянь Суйин, обнимая мальчика за талию, его словно ударило молнией. Его мозг загудел, и он на мгновение потерял управление над собственным телом. Он был совершенно не в состоянии адаптироваться к тому, что увидел.

С тех пор, как они познакомились, Цзянь Суйин всегда безоглядно любил лишь его. Ли Юй даже никогда не задумывался о том, что Суйин может быть таким еще для кого-то.

Хотя до него и доходили слухи о манере поведения Цзянь Суйина, но из-за искренности и неумолимости Суйина в течение последнего года у Ли Юя создалось впечатление, что мужчина уделяет ему большое внимание. Теперь Ли Юй чувствовал, что его обманули. Он не смог удержаться от гнева.

Такой человек, как Цзянь Суйин, который ведет беспорядочную личную жизнь и говорит одно, а делает другое, вообще не заслуживает искреннего отношения к себе.

Ли Юй словно только что понял, что Цзянь Суйин всегда был тем же подонком, который издевался над собственным братом и делал все плохое по отношению к нему. И это не изменится только потому, что он несколько раз переспал с ним. Суйин не тот, кто изменился. Тот, кто изменился, оказался он сам. И то, что он хоть немного изменит теперь свое мнение о Цзянь Суйине, стало просто еще более неприемлемо.

Проснувшись в тот вечер и поняв, что он пропустил важный бой, Ли Юй с новым яростным чувством, что переполняло его, вспомнил, почему занялся боксом. Однажды, в далеком прошлом, он увидел, как над слабым и жалким Суйлинем до слез издевается его родной брат. Тогда Ли Юй поклялся, что когда-нибудь он до потери пульса изобьет этого проклятого братца.

Именно с такими мыслями в отношении Цзянь Суйина с самого детства он и вырос. И эти неосознанные сумасшедшие безумные полгода были настоящей ошибкой.

Видя, что Ли Юй ничего не говорит, Цзянь Суйин сцепил руки на груди и высокомерно поднял подбородок.

— Извиняйся! Ведь для этого твой отец и брат послали тебя сюда!

Ли Юй бросил на него холодный взгляд и быстро вышел за дверь, с грохотом захлопывая ее.

Суйин замер на секунду от такой выходки, а после поспешно открыл дверь, чтобы выбежать. Но так как он был босиком, то выбегать вот так было уже слишком дешево. Он остановился, придерживая дверь.

— Ли Юй, сукин сын, ты не боишься, что я расскажу об этом твоему брату?

Ли Юй ничего не ответил. Он нажал кнопку вызова лифта и стал ждать его.

— Ли Юй, вернись! — Суйин надел тапочки и выбежал за ним.

Лифт с шумом открылся. Ли Юй только собирался в него войти, но в этот момент к нему подскочил Суйин. Он схватил его за воротник и потащил обратно.

Ли Юй сжал его руку, чтобы скрутить ее. Суйин уже несколько раз попадал впросак с этим приемом. Он был готов к этому, и ловко проскользнул рукой подмышку Ли Юя, а затем рукой зажал его шею и прижал к стене.

Ли Юй не стал сдерживать себя и также сжал его шею.

Оба злобно смотрели друг на друга. Их лица покраснели от недостатка кислорода, но ни один из них не отпустил руки первым. В конце концов оба оказались на грани удушья. Только тогда они молча развели руки в стороны, пытаясь сделать вдох.

Ли Юй оттолкнул Суйина и попытался войти в лифт. Но дверь с грохотом закрылась перед ним.

Суйин стрелой метнулся к нему и перегородил собой вход в лифт, не давая ему уйти.

— Какого черта тебе надо? — скрипнул зубами Ли Юй.

— Приготовь мне поесть.

Ли Юй удивленно уставился на него.

— Просто приготовь ту лапшу, которую ты готовил раньше… — немного смутился Суйин. — Я приму это как извинение с твоей стороны.

— Снова хочешь швырнуть ее в меня? — усмехнулся Ли Юй.

Услышав это, Суйин вспомнил о последней ночи, которую они вдвоем провели в этой квартире. Если Ли Юй считал, что Суйин оскорбил его, бросив в него тарелку с лапшой, то как бы он чувствовал себя после того, если бы его оттрахали и тут же бросили. Разве он смог бы спокойно это стерпеть?

— Какого хрена ты возмущаешься? — рассердился Суйин. — Ты меня бросил или я тебя? Ты вообще достоин меня?

Ли Юй тоже выглядел немного нетипично. Он никогда не думал, что однажды открыто заговорит с Суйином о разрыве их отношений. Для него такие неопределенные отношения не могли называться любовью. Естественно, и расставанием это назвать невозможно. Просто пришло время положить всему происходящему между ними конец.

Но глядя на гнев Суйина, с трудом скрывающего обиду, Ли Юй ощутил в сердце что-то странное.

— Если ты хочешь отступить, завтра я верну в дом твоих родителей все то, что ты сегодня принес, и встречусь с твоим отцом лицом к лицу.

— Я просто приготовлю ее для тебя! — Ли Юй изменился в лице.

Уголок губ Суйина дернулся вверх. Он развернулся и зашагал обратно в квартиру.

Ли Юй действительно последовал за ним. Он привычно снял ботинки, положил ключ на полку, а после переобулся в ту пару тапок, которые постоянно носил, когда находился здесь. Все это было сделано одним непрерывным движением, словно этот дом по-прежнему был тем местом, куда он все еще приходил.

Суйин сел за обеденный стол и, подперев подбородок рукой, начал наблюдать за тем, как Ли Юй вошел на кухню, достал из холодильника и шкафов все необходимое и принялся за готовку.

Волосы Ли Юя немного отросли, их концы доходили до воротника, и он не знал, сколько времени прошло с тех пор, как он их стриг. Похоже, что он давно не стригся. Если бы они были еще вместе, то, естественно, они могли бы пойти и постричься вместе. Конечно, они не смогли бы пойти к Винсу, так как если бы Винс был на месте и начал ему подкладывать кого-то нового, то Суйину было бы стыдно. Кстати… Если бы Ли Юй хоть наполовину был бы таким же мягким и рассудительным, как сяо Чжу, то насколько меньше проблем они могли бы доставлять друг другу.

Однако если бы Ли Юй действительно ничем не отличался от тех, с кем он спал раньше, то он бы его и не зацепил так сильно.

Глядя на напряженную спину Ли Юя, в сердце Цзянь Суйина закралась невыразимая печаль.

______________

Мои хорошие, приближается день рождение нашего любимого котика, Суйина. Мы, кое-что готовим, для всех читателей

Глава 11.2 - Дождь! Дождь! Нарушил все планы

С младших классов и до старшей школы Ли Юй на протяжении учебных лет снимал квартиру за пределами кампуса и жил самостоятельно. Он вполне был способен заботиться о себе сам. А вот кто-то наподобие Цзянь Суйина, привыкшего к тому, что за него все делают и практически кормят с ложки, по сравнению с ним — как малое дитя или даже, скорее, инвалид. Поэтому Цзянь Суйин особенно любил, когда Ли Юй готовил для него. Он находил это не только вкусным. Ему неимоверно нравилось, как Ли Юй в чистоте и аккуратности содержал кухню, когда занимался готовкой. Но особенно ему нравилось, когда Ли Юй подносил еду и говорил:

«Не играй в игры»

«Я не хочу играть в игры»

«Хватит играть, уже все остыло»

Даже если это было всего несколько раз, но этих воспоминаний было достаточно, чтобы помнить об этом всю жизнь.

Через некоторое время Ли Юй повернулся и принес ему тарелку с лапшой на пару. Лапша была тонкой и белой, с несколькими листьями ярко-зеленого салата латука, тонко нарезанным мясом, беконом и желтым жареным яйцом, лежащим на боку.

Суйин посмотрел на лапшу и замер. После он взял палочки для еды и, ткнув в яичный желток, снова отложил палочки.

Ли Юй вытирал руки и как раз в это время он увидел, что Цзянь Суйин поднял голову и посмотрел на него. Они встретились взглядами.

В глазах Цзянь Суйина была какая-то растерянность и беспомощность. Ли Юй почувствовал дрожь в душе. Он никогда и представить себе не мог, что у Суйина может быть такой уязвимый взгляд.

Суйин откинулся в кресле, смотря на него.

— Ты уходишь?

Ли Юй ничего не ответил. Он чувствовал, как у него в горле образовался комок.

Глаза и выражение лица Суйина вернулись к своему обычному состоянию и он изогнул губы в улыбке.

— Хорошо, я принимаю твои извинения. Возвращайся и передай брату, что ты выполнил свой долг, — Суйин опустил голову. Он взял палочки для еды и намотал на них небольшое количество лапши.

Ли Юй выбросил бумажное полотенце в мусорную корзину, развернулся и вышел в коридор.

— Постой, — окликнул его Суйин, — шестого числа следующего месяца я могу выделить неделю. Забронируй четыре авиабилета в Бэйхай: мне, тебе и двум людям из кормовой компании.

Ли Юй надел туфли и не стал даже оглядываться.

— Хорошо, — он выпрямился и подсознательно взял ключ, лежащий на полке. Осознав это, он остановился. Взгляд Цзянь Суйина уперся в его руку.

Ли Юй медленно разжал руку и положил ключ обратно, после этого открыл дверь и вышел.

Суйин вздохнул. Он включил телевизор и, прислушиваясь к шумному эстрадному шоу, начал есть лапшу с овощами.

Прошел еще один год, и в Пекине наступило жаркое лето.

Суйин не слишком боялся холода, но он особенно не переносил жару. Каждый день он теперь выходил из своего дома в гараж, а оттуда — в следующее по работе помещение с кондиционером.

Ли Юй заказал авиабилеты. Но Суйин пока не говорил Ли Юю, что намерен отправиться из Бэйхая на Хайнань, опасаясь, что он не поедет с ним.

На этот раз, кроме него и Ли Юя, было еще два человека. С ними летели те, кто отвечает за этот кормовой проект. Супружеская пара, шурином которой был один из приятелей Суйина. Женщина являлась законным представителем компании. Она и ее муж закончили очень известный университет в США. Проработав несколько лет за границей, они вернулись домой, чтобы начать свой бизнес.

Суйин знал, что эти эта супружеская пара — доктора наук. Технологии и знания достаточно сложны, а продукция действительно хороша, но они совершенно не разбирались в бизнесе.

Суйин уже несколько раз встречался с ними. Он пришел к выводу, что они оба действительно интеллектуалы, особенно уверены в разработанных ими продуктах. Но у них много нереалистичных ожиданий относительно будущего. Поэтому, хоть он и считал, что их проект хорош, он не желал вкладывать в него деньги. Во-первых, технология находилась в руках других людей, а они слишком пассивны. Это рискованно. А во-вторых, с этими двумя будет очень трудно сотрудничать. Будет лучше, если он предоставит им землю, а они ему — акции.

И чтобы получить государственные субсидии на эту землю, придется опираться на новые природоохранные биотехнологии. Ключевым моментом во всем этом деле являлось умение Цзянь Суйина работать. А с помощью Ли Сюаня уже можно считать, что дело сделано процентов на восемьдесят. Суйин же сейчас взял с собой представителей компании для того, чтобы подготовиться к заключительному заседанию правительства по вопросу о материалах, необходимых для исследовательского института.

Шестого числа все четверо прибыли в Бэйхай. Ли Сюань послал за ними водителя, и они остановились в том же самом правительственном доме, что и в прошлый раз.

Как только Цзянь Суйин переступил порог отеля, его переполнили эмоции, и он не мог не бросить взгляд на Ли Юя.

На лице Ли Юя появилось смущение. Ведь именно здесь они впервые занимались сексом, причем очень диким и ненормальным способом.

Их отношения на тот момент были крайне плохие. Но постепенно они превратились во влюбленную пару с очень близкими отношениями. А потом их отношения сошли на нет и они вновь стали друг другу чужими людьми. И на все это ушло всего лишь чуть более полугода. Всего за шесть месяцев душевное состояние двух мужчин очень сильно изменилось.

Ли Юй заселился рядом с ним.

Вечером Ли Сюань освободился раньше и пригласил всех поужинать в ресторане при отеле. Они договорились о том, что завтра все вместе поедут смотреть землю. Также к ним присоединились нескольких руководителей из местной администрации.

Цзянь Суйин в прошлом месяце несколько раз просил подготовить все для этой поездки. Он даже привез сюда руководителей компании. Но к его удивлению, все предоставленные материалы оказались ненадлежащего качества, и потребуется время на обсуждение модификации. Они договорились поехать через пару дней.

Ни Цзянь Суйин, ни Ли Сюань не были от всего этого в восторге.

Но супругов ничего в этом не смущало.

Цзянь Суйин смотрел весь вечер на этих двух людей. Они были родственниками его друга, и поэтому он не стал говорить ничего плохого о них. Наоборот, встал на их сторону, сказав, что два дня задержки в таком вопросе это нормально.

Пейзажи Бэйхая прекрасны. Так как погода в эти дни была не очень жаркой, то можно считать, что Цзянь Суйин провел эти пару дней в отпуске.

Спустя два дня Ли Сюань назначил новую встречу, и они все вместе поехали осматривать землю.

Эта поездка заняла половину дня и вызвала у Цзянь Суйина головную боль. После возвращения Суйин переговорил с супругами. Он попросил их пересмотреть и переделать все материалы в соответствии с реальной ситуацией на земле. Но сделать это модификацию как можно скорее, максимум в течение месяца. После того, как все будет готово, нужно будет снова связаться с Ли Сюанем.

После того как с делом в Бэйхае было все решено, супружескую пару отправили обратно в Пекин. После этого Суйин протянул Ли Юю два авиабилета.

Ли Юй взглянул на свое имя на билете и нахмурился.

— Санья? *

*Санья — префектура на Хайнане. Юг Китая.

— Да. Это новый отель в районе залива. На этот раз ты поедешь со мной, чтобы проверить его

— Я не могу так долго пропускать занятия.

— Что случится страшного, если ты немного прогуляешь? Поездка со мной на стройку даст тебе больше знаний, чем год твоей учебы.

Ли Юй колебался несколько секунд.

— Какого числа возвращаться?

— Мы пробудем там два дня, а утром третьего вернемся в Пекин.

— Хорошо.

Для них двоих эта поездка на Хайнань оказалась не очень гладкой. Сначала из-за сильного дождя самолет задержался на два с половиной часа. Цзянь Суйин в аэропорту отсидел себе всю задницу. Взлететь было нелегко, но потом из-за ливня самолет более сорока минут кружил еще и над аэропортом Санья и никак не мог приземлиться. В общем, к тому времени, когда они оказались на земле, не только Суйин, но и весь салон был измотан.

Так как в эти дни они были в делах, никто из них не обращал особого внимания на новости. Только когда прилетели они узнали местные новости. Оказывается, что за последние два дня прошел тайфун, и он затронул несколько районов, в том числе Гуанчжоу, Фуцзянь и Хайнань.

В тот момент ни Суйин, ни Ли Юй не восприняли это всерьез, поскольку после прибытия в Санья в девять часов вечера дождь уже значительно ослаб. После дождя в Санья было особенно прохладно, но не настолько, чтобы замерзнуть. Воздух после большого количества осадков был влажным и свежим, и дышать было очень комфортно.

Сотрудники из временного офиса в Санья забронировали для них номера в пятизвездочном отеле в бухте. Они договорились, что завтра после обеда поедут все вместе на строительную площадку.

Суйин изначально подумал, что эта местность, где есть горы и водоемы, очень подходит для развития их отношений с Ли Юем. Он даже планировал сходить с Ли Юем куда-нибудь поужинать, а после понежиться в горячих источниках. Чем не приятный романтический вечер?

В результате самолет опоздал на четыре часа. Вечерняя трапеза прямо в самолете решила вопрос с ужином. Теперь Суйин еще больше устал и чувствовал тяжесть во всем теле. Какие уж тут могут быть мысли о романтике, после ванны Суйин сразу же уснул.

Цзянь Суйин проспал до девяти часов утра. После долгого сна он заказал еду в свой номер. Он неторопливо завтракал, сидя на балконе под дуновением морского бриза.

Совершенно неожиданно, вскоре после того, как Суйин закончил завтракать, небо, которое было лишь немного облачным, вдруг затянулось тяжелыми тучами и снова пошел дождь. Цзянь Суйин планировал сходить поплавать, но не ожидал, что погода так резко испортится.

Дождь постепенно перешел в сильный ливень. Балконные створки с окнами от пола до потолка от сильного ветра с грохотом распахнулись Цзянь Суйин перебрался на самый дальний диван, боясь, что окна сорвет с петель или что стекла разлетятся на части.

Он посмотрел на время. Дождь совсем не собирался стихать. Размышляя о планах на вторую половину дня, Суйин чувствовал себя очень напряженно.

В полдень позвонил один из сотрудников, который принимал их вчера. Он сказал, что находится в ресторане отеля и просит их присоединиться к нему на обед.

Когда Суйин переоделся и спустился вниз, то увидел, что из офиса пришли три человека. Ли Юй уже сидел за столом и разговаривал с ними.

Когда он подошел, сотрудники встали и почтительно приветствовали его.

Суйин окинул их взглядом и заметил на их одежде капли от дождя.

— Что это за погода такая? — присаживаясь за стол, тяжело вздохнул он. — Она слишком тревожная.

— Ничего не поделаешь, — сказал один из мужчин, — это время года на Хайнане связано с тайфунами и сезоном дождей. Я слышал, как местные жители говорили, что в этот раз сезон дождей наступил как минимум на полмесяца раньше, чем в предыдущие годы. Это действительно неподходящее время для вашего приезда, господин Цзянь.

— Когда прекратится этот дождь? Если он будет такой сильный, то работы на стройке придется приостановить.

— Вчера работа была приостановлена на полдня. Сегодня мы снова вынуждены были прерваться.

— Мы уезжаем послезавтра. Если и дальше будет идти такой дождь, то как мы сможем добраться до стройки? Не будет ли наша поездка напрасной тратой?

— Господин Цзянь, не волнуйтесь, — поспешил утешить его другой сотрудник, — если тайфун не придет в ближайшие два дня, мы сможем поехать, даже если дождь будет небольшой. И даже если рабочие прекратят работу, мы все равно сможем поехать на стройку, чтобы посмотреть, как продвигается проект. Хотя это не очень удобно делать в такую погоду, но это всего лишь час езды, так что за это не стоит переживать.

— Хорошо, — кивнул Цзянь Суйин. Он с тревогой глянул в окно на завывающий ветер и проливной дождь. Теперь он совсем не был уверен в том, что эта поездка достигнет своей цели.

Мужчины не торопясь заканчивали обед. После почти часового общения за едой дождь пошел на убыль. Но погода все еще не была пригодна для поездок.

Принимать решение оставили Цзянь Суйину: ехать, как было запланировано, или перенести посещение на завтра.

— Как ты думаешь, стоит ли нам ехать сегодня, или посмотрим, какая погода будет завтра? — Суйин не мог определиться, поэтому спросил у Ли Юя.

Ли Юй повернул голову в сторону окна, понимая, что все, включая Суйина, смотрят теперь на него.

— Может быть, поедем завтра? — Ли Юй нахмурил брови. — Возможно, завтра погода улучшится. В любом случае она должна быть не хуже, чем сегодня.

Мужчины, сидевшие за столом, согласно кивнули.

Цзянь Суйин считал, что Ли Юй прав. Поэтому он принял решение завтра ехать несмотря ни на что. Перед тем, как они уедут послезавтра утром, им нужно было посетить строительную площадку, иначе эта поездка станет напрасной.

_____________

До дня рождения самого лучшего котика, осталось 12 дней. Мы с Lorena_D_ настолько сильно его любим, что готовы пожертвовать своим сном... Мы делаем марафон глав. Обновления будет через день, вплоть до 12 августа. Надеюсь вы напишите, что думаете по этому поводу

Одно из оф. лиц котика

Глава 11.3 - Ревность - страшная штука

Цзянь Суйин остался в отеле еще на один день, не имея никаких дел. Ли Юй, правда, жил по соседству с ним, но он даже не смог заставить себя постучать в его дверь и попросить спуститься к горячим источникам или даже на чашку чая.

Зачем выставлять себя на посмешище, если в итоге тебя все равно отвергнут?

Хотя он и поклялся, что однажды покорит Ли Юя, но за долгое время взаимной вражды ожидания и фантазии изрядно поизносились. И даже то тепло, которое было вначале, теперь вспоминается с трудом.

Иногда, когда задумываешься об этом, не понимаешь, за что ты вообще еще держишься.

С Ли Юем или без, дни проходили одинаково. И хотя в сердце Суйина жила тоска, которую ничем невозможно было восполнить, это не мешало ему радоваться жизни.

Разве может человек получить все, что он желает?

Суйин задумался. С самого детства большинство того, что желал и о чем мечтал, он получал. Почему же он не может справиться с Ли Юем? Суйин ведь такой замечательный мужчина, он один на миллион. Как он мог не нравиться Ли Юю? Как он вообще мог не нравиться кому-то в этом мире?

Это просто неразумно.

С рациональной точки зрения Цзянь Суйин понимал, что ему не стоит тратить время на Ли Юя. В мире ведь столько красивых мальчиков, которые ждут, чтобы он насладился ими. Но разве они ему нужны? На эмоциональном уровне он не мог остановить свою тягу к Ли Юю и желание быть с ним.

Он был сейчас слишком расстроен и подавлен.

Суйин сменил нижнее белье на купальные шорты и накинул халат, намереваясь перед ужином сходить в крытый бассейн и немного поплавать.

Сейчас они, по сути, застряли в отеле. И хотя дождь на улице в данный момент был не слишком сильным, но такая погода не вызывала желания выходить на улицу.

Вероятно, из-за погоды в последние два дня в отеле было на удивление мало народу. Он спустился к бассейну и увидел, что там плавают всего несколько человек. Две семьи и одна пара. И он — один.

Кто вообще додумается приехать на отдых в Санья один?

Суйин скинул с себя халат и, бросив на шезлонг, нырнул в глубокий бассейн.

Он проплыл один круг вольным стилем, а затем лег на спину и закрыл глаза, просто лежа на поверхности воды. После того как его уши погрузились в воду, восприятие окружающих звуков сильно притупилось. Мир стал настолько тихим, что казалось, будто он слышит только биение собственного сердца.

Вдруг он почувствовал, что вокруг него что-то изменилось, а затем кто-то шлепнул его по животу. Рука едва скользнула по его телу, сила была очень мала, но все же Суйин испугался и поспешно открыл глаза, выпрямляясь.

— Где твои манеры? — услышал он, как мужчина рядом кого-то отчитывает.

Суйин потер лицо и посмотрел перед собой. Перед ним находился мальчик двух-трех лет, державшийся на воде в желтом кольце надувного утенка, и хихикал над ним. Рядом с ним стоял стройный мужчина, предположительно отец ребенка.

— Быстро извинись перед шушу*, — он ласково похлопал ребенка по спине.

*Китайцы называют дядями и тетями всех взрослых людей. Даже если они не имеют к ним никакого родственного отношения.

— Шушу, прости, — мальчик все еще смеялся. Похоже, ему это очень понравилось. Извинившись, он вдруг наклонил голову и спросил: — А почему ты не тонешь?

— Все в порядке, — сказал Суйин мужчине. Не мог же он злиться на ребенка за такое.

— Сын долго смотрел на тебя и не мог понять, почему ты не ушел на дно, а спокойно лежишь на воде, — смущаясь пояснил мужчина, — я не знал, как ему объяснить, чтобы он понял.

Ребенок, затаив дыхание, смотрел на него.

— Почему ты не утонул? — спросил малыш.

За более чем двадцать лет своей жизни Суйин имел очень мало возможностей проводить время с детьми. Можно сказать, что он был совершенно неопытен, не умел да и не хотел дразнить ребенка.

— У меня есть плавучесть, — честно ответил он.

— Что такое плавучесть? — следом спросил ребенок.

Цзянь Суйин моргнул несколько раз и посмотрел на отца мальчика.

— Почему ты задаешь так много вопросов? — отец малыша тоже рассмеялся. — Ты поймешь все, когда вырастешь.

Цзянь Суйин сухо рассмеялся и попытался как можно скорее отойти от них.

Суйин и не подозревал, что этот отец — самодур.

Он начал жаловаться ему на плохую погоду и на то, что его жена простудилась. Его отпуск был испорчен.

Ребенок подплыл к Суйину, пытаясь залезть ему на плечи.

— Я тоже не утону.

Это очень раздражало Суйина. Но он же не может оттолкнуть этого ребенка.

Отцу ребенка было стыдно. Он несколько раз забирал ребенка обратно, но этот озорник вновь и вновь возвращался к Суйину.

В конце концов Цзянь Суйин смирился со своей участью. Он поднял ребенка и позволил ему повиснуть на своей руке. Малыш был безмерно счастлив.

Суйин просто стоял в воде и разговаривал с отцом мальчика, убивая время.

***

Ли Юй не мог найти Суйина. Он звонил ему несколько раз и даже стучал в дверь его номера. Он отправился на его поиски по отелю. Нашелся официант, который видел Цзянь Суйина, и сказал Ли Юю, что тот ушел в бассейн.

Поэтому он направился сразу к бассейну.

Крытый бассейн — не очень большое помещение, и, войдя в него, можно сразу все увидеть. Когда пришло время ужина, находившиеся здесь ранее люди ушли. В бассейне остались только Цзянь Суйин и отец с сыном. Ли Юй заметил их сразу.

Он увидел, что Суйин стоит практически бок о бок со светлокожим мужчиной. Они разговаривали и смеялись, а за Суйина держался еще и маленький мальчик.

Ли Юй никогда раньше не испытывал подобных чувств. Без всякого процесса подготовки, словно фитиль, воспламенивший взрывчатку, гнев, что находился внутри, практически мгновенно сдетонировал. Теперь в его глазах Суйин стал легкомысленной и распутной особой. Где бы он ни был, он не хотел быть одиноким. И для того, чтобы чувствовать себя комфортно, Суйину приходилось заводить отношения с одним или двумя людьми.

Такой человек еще смел утверждать, что любит его. Ли Юй сейчас действительно хотел избить Суйина и вскрыть ему голову, чтобы посмотреть, сколько отвратительных мыслей там накопилось!

Ли Юй не желал смотреть на это ни минутой больше. Если он бросит хотя бы еще один взгляд на них, то потеряет контроль. Ли Юй чувствовал, как дрожит его тело.

Он медленно подошел к краю бассейна. Три человека в воде повернули головы на звук шагов. Суйин сначала заметил пару гостиничных тапочек, а после поднял глаза и увидел темное и пугающее лицо Ли Юя, который смотрел на него убийственно-высокомерным взглядом, что походил на ледяной нож.

Ребенок был особенно чувствителен к такому. Испугавшись, он перебрался на руки отца и спрятался в его объятиях. Отец ребенка тоже почувствовал, что атмосфера между этими двумя была не совсем обычной. На первый взгляд это была вражда, поэтому он посмотрел на Цзянь Суйина с особым смущением.

Цзянь Суйин подсознательно сделал шаг назад. Ему показалось, что Ли Юй в любой момент подлетит и ударит его по голове.

— Они ждут, когда ты пойдешь на ужин? — холодно спросил Ли Юй.

— О… — Суйин посмотрел на часы на стене и понял, что прошло уже немало времени. Он спустился без часов и мобильного телефона, и, так как не чувствовал голода, неосознанно проболтал с мужчиной и его сыном так долго.

— Ого, уже так поздно, — поспешно заговорил отец ребенка. — Тогда мы пойдем. Поговорим в следующий раз.

— Хорошо, — вежливо кивнул Суйин, — до встречи.

Отец и сын выбрались из воды. Мужчина завернул ребенка в халат и унес его отсюда подальше.

— Что с тобой? — Суйин тоже выбрался из бассейна. Он сделал несколько шагов, с опаской смотря на Ли Юя. — Что тебя так беспокоит?

Черные короткие шорты плотно облегали нижнюю часть тела Цзянь Суйина. Прозрачные капли воды нитями стекали по его гладкой коже, сверкая под ярким светом бассейна. А спортивная и стройная фигура не имела ни одного изъяна.

Ли Юй почувствовал, как в горле все пересохло, а член затвердел и уперся в штаны. Он никак не мог перестать думать о бесчисленных сумасшедших днях и ночах, проведенных с этим мужчиной, с которым они занимались необузданным и диким сексом. Но он также не мог перестать думать о том, со сколькими мужчинами еще переплеталось это тело.

В этот момент ему очень захотелось убить Цзянь Суйина. Ли Юй едва сдержал злобную ревность, стремительно разгорающуюся в его сердце.

— Цзянь Суйин, если с тобой никто не переспит хотя бы один день, то ты весь изведешься от зуда, не так ли?

— О чем ты говоришь, тупой ублюдок? — нахмурился Суйин. Он бросил взгляд на Ли Юя, взял халат и надел его.

Обычно Ли Юй совсем не был таким провокатором. Он знал, какой колючий характер у Суйина, но сейчас ясно понимал, что не может контролировать себя и свои слова. С того самого вечера, когда он увидел, как Суйин обнимает утенка у него на глазах, слова, которые были у него на уме, сегодня просто вырвались наружу.

— Ты из тех людей, что ведут разгульный образ жизни, и рано или поздно ты точно заболеешь, блядь!

— Ебать! — выругался Суйин. — Ты что, сейчас проклял лао-цзы?

— Разве я не прав? — взгляд Ли Юя был пугающим. — Разве вы, геи, не грязные?

Суйин был до такой степени разозлен, что его сердце сжалось от боли.

Ли Юй явно специально затеял ссору. Суйин не знал, что именно он сделал, чтобы спровоцировать его. Он и так старался не поддаваться на его провокации, и думал, что пока он сам не провоцирует Ли Юя, то отношения между ними не могут ухудшиться. Ведь правда? Но он и не подозревал, насколько сильно недооценил Ли Юя.

Да, Ли Юй не хочет быть с ним, он заявил об этом громко и четко. Также он дал ясно понять, что не ставит себя в круг геев. Но разве Суйин настолько плох? Разве стоит его хоронить? Он даже проклял его болезнью!

У Цзянь Суйина сейчас даже на обычный размашистый удар кулаком сил уже не осталось. Ему просто было не по себе и не было сил даже чтобы подраться. Он просто уставился на Ли Юя налитыми кровью глазами.

— Я сплю с тем, с кем хочу, тебя это не касается. Я точно не заражу тебя, так что тебе не стоит беспокоиться об этом!

Слова «спать с тем, с кем хочу» вызвали у Ли Юя такое бешенство, что он готов был взорваться. От удушающей боли в груди ярость в его теле только бесконечно нарастала.

— Я трахался с тобой почти полгода, — яростно закричал Ли Юй, сжимая кулаки. — Разве я не должен беспокоиться о своем здоровье?

Цзянь Суйин почувствовал себя так, словно его в грудь ударило кувалдой с такой силой, что он едва не потерял способность дышать. Он развернулся и с разбегу ударил Ли Юя ногой в живот.

Может быть, это была взрывная сила горя и гнева, но удар был быстрым, сильным и точным. Ли Юй не успел увернуться, как его отбросило в бассейн.

— Пошел ты нахуй, Ли Юй! Да, я весь в гребаных венерических заболеваниях. Жди теперь, пока твой член сгниет!

На этот ужин никто не пошел. Суйин заперся в своем номере, куря одну сигарету за другой. Даже если бы он был черствым стариком, он бы все равно почувствовал боль, нагруби ему тот, кого он так сильно любил.

Его сердце было не из железа.

Он действительно восхищался Ли Юем. Ли Юй мог убить его любым способом, и неважно, что он выберет, он всегда попадет прямо в его сердце. В мире не нужно иметь много таких людей, достаточно его одного. Рано или поздно он сможет довести его до смерти.

Прикончив две пачки сигарет, Суйин дал себе обещание, что с этого момента выкинет из своей жизни этого идиота. Он приучит себя к тому, что когда услышит имя этого сукиного сына, Ли Юя, то просто не будет реагировать. Он станет эмоциональным импотентом.

Цзянь Суйин не спал всю ночь. Следующий день он встретил с темными кругами под глазами и плохим настроением. Все подчиненные с тревогой спрашивали, что произошло.

Ли Юй тоже был не в лучшей форме. Его лицо было серым и хмурым.

Двое мужчин обменялись взглядами, а в следующую минуту стали относиться друг к другу, как к воздуху, не замечая присутствие друг друга.

Бог, кажется, смилостивился над ними — с утра было солнечно.

Никто из подчиненных затягивать время не решился. Несколько человек на двух машинах отправились на стройплощадку.

Поездка прошла довольно гладко. Они прибыли на место примерно через час. За это время лишь немного начал моросить дождь. Из-за тайфуна стройка была приостановлена на несколько дней. Временная жилая постройка для работников была слишком опасна, поэтому никто не осмеливался жить там во время тайфуна. Сегодня погода немного улучшилась, и несколько человек пришли на стройплощадку для выполнения отдельных мелких внутренних работ. Для такого крупного проекта день простоя — это день потери. Пока погода позволяет, они должны продолжать работу.

Бригадир выдал несколько касок для их партии. Но так как большинство принесенных касок были пропитаны водой — грязные, мокрые и вонючие, — никто из присутствующих не хотел их надевать.

Суйин мог только сожалеть, что выбрал для инспекции такой неудачный сезон. Но ему не хотелось совершать еще одну специальную поездку сюда. Он просто желал поскорее разобраться со всем этим и вернуться. Пусть эта поездка будет иметь хоть какой-то смысл, а не просто пустая трата времени и набитый живот от злости.

____________наши обнимашки всем и котика всем.

Глава 11.4 - К черту эти небеса! Жизнь или смерть!

Бригадир вел группу людей, объясняя и показывая тут все, Цзянь Суйин внимательно наблюдал за ними, время от времени задавая вопросы. Закончив осматривать снаружи, они вошли в здание. Строительные леса рядом с ними раскачивались на ветру, и смотреть на них было жутковато.

Хотя Суйин и Ли Юй сейчас находились в патовой ситуации, но отношение у них к работе очень серьезное. Цзянь Суйин сказал бригадиру, что Ли Юй, как его помощник, все записывает.

В этой компании было семь человек. Несколько человек отошли по своим делам, а кто-то пошел на другие этажи, чтобы посмотреть, как там обстоят дела. Ли Юй следовал за Суйином. Кроме Ли Юя, за ним шли бригадир и люди из офиса в Санья.

Сотруднику из офиса в Санья внезапно позвонили. Он ответил на звонок, выслушал все, а как только завершил разговор, подбежал к Суйину.

— Цзянь-цзун.

— Что случилось?

— Директор Ян из земельного бюро… Не понимаю, как он узнал, что вы приехали в Санья, но он пригласил вас на ужин.

— Что? Как он узнал?

— Даже мы не знали. Мы думали, что вы приедете в спешке, поэтому никому не сообщили. Но посмотрите, люди знают о вашем прибытии. Раз он звонил, мы не можем сделать вид, что этого не было. Он ведь вам очень помог.

Суйин посмотрел на время.

— Тогда я должен возвращаться прямо сейчас, — тяжело вздохнул он, — иначе потом будет поздно.

— Цзянь-цзун, возвращайтесь, пока нет сильного дождя.

— Но я даже половины своих дел не завершил, — Суйин покачал головой. Он посмотрел на грубую бетонную крышу постройки и, подумав о том, что поездка сюда действительно оказалась проблемной, тяжело вздохнул.

— Генеральный директор Цзянь, — мужчина посмотрел на часы, — что вы думаете делать?

Суйин не мог решить, как поступить. Если не пойти, то ему все равно не отвертеться и придется задержаться, а если пойти, то это будет пустой тратой времени.

— Ты возвращайся, — неожиданно предложил Ли Юй, — а я останусь.

Суйин бросил на него взгляд. Он подумал, что это был единственный выход в сложившейся ситуации.

— Тогда делай больше фото и видео. Если что-то непонятно, спрашивай у бригадира.

Ли Юй кивнул и сразу же отвернулся.

Суйин не стал беспокоиться о его отношении. Он напоследок обменялся несколькими словами с бригадиром, а после забрал того самого конторщика и поспешно ушел.

На обратном пути ветер и дождь заметно усилились. Стеклоочистители раскачивались взад-вперед, как сумасшедшие, и едва успевали за скоростью дождя.

В машине они слушали радио и поняли, что тайфун рано вышел на сушу и всю ночь не утихнет. Сначала машину вел сотрудник офиса. Но потом они обсудили ситуацию и в целях безопасности решили поменяться на заправке. Такая ветреная и дождливая погода требует от водителя высокой концентрации внимания. Это очень опасно. И даже если ехать всего пятнадцать минут, то все равно устанешь больше, чем за час в обычный день.

Поездка должна была занять примерно час. Но вместо этого они ехали два с половиной часа.

Они не попали на ужин. В такую погоду никто не хотел рисковать, выходя из дома только для того, чтобы угостить кого-то. Поэтому, пока они были на обратном пути, все отменили.

Суйин был рад, что уехал раньше. Их поездка была не такой сложной, как предстоит Ли Юю, который должен возвращаться через час на другой машине. Вот им будет очень проблематично. По расчетам Суйина, они будут здесь очень поздно.

Вернувшись в отель, Суйин почувствовал себя особенно уставшим. И это не говоря уже о том, что он полдня ходил по стройке, да еще и пострадал от сильной грозы. Он перекусил и решил немного отдохнуть, но случайно уснул. Когда он проснулся, было уже больше девяти часов вечера.

После двухчасового сна он чувствовал себя довольно бодро. Поскольку ему нечего было делать в отеле, он решил попросить Ли Юя отправить ему фотографии и видеозаписи, чтобы он мог сам на них взглянуть.

Он позвонил Ли Юю по стационарному телефону в комнате. Гудки шли долго, но никто так и не ответил. Цзянь Суйину ничего не оставалось, как постучать в его дверь. Вот только сколько бы он ни стучал, ему никто не ответил.

— Может быть, он принимает ванну? — Суйин прижал ухо к дверной панели и внимательно прислушался к звукам изнутри. Но звука воды не было.

Он посмотрел в низ дверного проема и понял, что свет даже не горит.

Не может же быть, чтобы он сейчас спал, верно?

Суйин стучался в дверь еще долго, но ответа так и не последовало.

Вероятно, его нет в номере?!

Суйину пришлось вернуться в свою комнату и снова начать звонить на мобильный телефон Ли Юя. Он и не ожидал, что на звонок ответят. Суйин действительно не мог понять, куда же мог деться Ли Юй в такое время. Плавание? Спа? Фитнес? Разве он не устал?

Чем больше Суйин не мог его найти, тем больше он хотел это сделать.

Цзянь Суйин продолжал звонить на его мобильный телефон снова и снова. Примерно после четвертого раза он понял всю бессмысленность своих действий и хотел уже сдаться. Но звонок вдруг соединился. Суйин услышал свист и рев ветра из динамика. Это был шум ветра и дождя на улице, он точно был не в помещении.

— Алло? — сердце Суйина сжалось. — Ли Юй?.. Ли Юй, ты на улице? Что ты делаешь там в такое время?

В течение долгого времени там не было слышно голоса. А может быть, и было, но ветер был настолько сильным, что полностью заглушал его.

Суйин напрягся и отчаянно закричал во весь голос:

— Ли Юй! Ли Юй! Ты меня слышишь? Где ты?

— Я… — спустя долгое время Суйин услышал задыхающийся голос Ли Юя, — не знаю…

Сердце Суйина упало.

Он невольно прокрутил в голове всевозможные варианты того, что могло случиться, и пришел к выводу, что наиболее вероятно, что с их машиной что-то случилось. Но если что-то случилось, то почему ему так долго ничего не говорили? Или просто все люди, находившиеся в машине, попали в беду, и с ними нельзя было связаться?

Цзянь Суйин почувствовал, как у него перехватило дыхание. Он никогда в жизни ничего не боялся. Но сейчас он боялся, что слышит голос Ли Юя в последний раз.

Он заставил себя успокоиться.

— Ли Юй, ты попал в аварию? — дрожащим голосом спросил он. — Как ты себя сейчас чувствуешь? Ты знаешь, где находишься?

Ли Юй долго не отвечал.

Суйин выскочил из комнаты и побежал к номеру сотрудника, с которым вернулся со стройки, начав сильно стучать в его дверь. Мужчина, по-видимому, уже спал. Из комнаты донеслось паническое «иду», послышались шаги и дверь открылась.

У Цзянь Суйина было испуганное лицо.

— С ним что-то случилось!

— Что? Кто? Что случилось? — мужчина смотрел на него растерянно.

— Что-то случилось с Ли Юем и их машиной! — закричал Суйин.

— Ли Юй? — мужчина удивленно уставился на него. — Генеральный директор Цзянь, но они все вернулись.

— Что ты сказал? — спросил потрясенный его словами Суйин. — Алло? Ли Юй, говори со мной, слышишь? Держись!

— Они… они вернулись, — на лице мужчины появилась паника, — я недавно вернулся после чаепития с Сяо Чжоу, — сотрудник бросился в свою комнату. Он взял свой мобильный телефон и начал набирать номер Сяо Чжоу. После нескольких гудков ему ответили. — Эй, скорее иди ко мне!

Цзянь Суйин не мог описать свои чувства в тот момент, он не мог понять, что происходит.

Ли Юй в это время, похоже, немного пришел в себя.

— Я… я должен быть еще на стройке… — прерывисто произнес Ли Юй. — Меня что-то ударило… потом я потерял сознание, потом… я очнулся…

В это время к ним в спешке подошел Сяо Чжоу. Только тогда они выяснили, что все вернулись, кроме Ли Юя.

— Мы даже не видели его, когда уезжали, — чуть ли не плача оправдывался Сяо Чжоу. — Мы все подумали, что он уехал вместе с вами.

Суйин почувствовал головокружение. Словно его душу вынули из тела… охватившая его тревога была неописуема.

Двое его сотрудников были в панике. Если оставить человека с травмой головы на строительной площадке, где нет укрытия от ветра и дождя и бушует тайфун… Никто не решался сказать, что произойдет и насколько это будет серьезно.

— Надо позвонить в полицию и вызвать скорую помощь!

— Это бесполезно. Нужно дождаться, пока тайфун пройдет, прежде чем выходить на улицу. Сейчас опасно выходить.

— Есть ли еще кто-нибудь на стройке? — спросил Суйин.

— В такую погоду там никого нет.

— Дай мне ключи от машины, — Суйин стиснул зубы.

— Господин Цзянь, что вы собираетесь делать? — Сяо Чжоу удивленно посмотрел на него.

— Я вернусь за ним!

«Вы с ума сошли?» — двое мужчин едва не воскликнули одновременно.

— Господин Цзянь, нет. Нет-нет, абсолютно нет, — попытались они его остановить. — Вы никогда не жили на юге. Вы не знаете, как опасно выходить на улицу во время тайфуна! Не говоря уже о том, что вы собираетесь ехать на машине. Вот если бы это был танк… Танк справится… Но машина нет. Если на машину упадет большое дерево, то оно может убить людей, находящихся внутри.

Суйин просто проигнорировал их. Он бросился в комнату сотрудника и стал все переворачивать в поисках ключей. В то же время он все еще не сбрасывал звонок, продолжая задавать Ли Юю вопросы:

— Ли Юй, ты серьезно ранен? Сколько крови ты потерял? Ты можешь двигаться?

— Все в порядке… — прошептал Ли Юй. — Только немного холодно…

Суйин схватил со стола ключи.

— Генеральный директор Цзянь… — двое мужчин вцепились в его руки, — вы абсолютно, абсолютно не можете уйти. Мы не можем вас отпустить, несмотря ни на что. Кто будет нести ответственность, если с вами что-то случится?

— Я отвечаю за себя! — он быстро отдернул свои руки. — Я также отвечаю за твою машину. Никому не говори об этом, со мной все будет в порядке.

— Меня не беспокоит машина, Цзянь-цзун…

Двое мужчин последовали за ним, не переставая его отговаривать. Суйин словно не слышал их. С видимым спокойствием он достал из шкафа два запасных одеяла. Упаковав одеяла в прочные жесткие пластиковые пакеты, Цзянь Суйин взял еще один пакет и стал запихивать в него одежду, полотенца и питьевую воду. После этого он позвонил в дежурную часть и попросил немедленно приготовить аптечку и какую-нибудь готовую еду. Он спустился за ними сразу же.

Как бы ни старались, двое мужчин не смогли его остановить.

На лице Суйина не было никаких эмоций. Он выглядел серьезным, но очень спокойным. Только он сам знал, как ему страшно. Он с детства никогда ничего не боялся. Он не боялся, когда его избивал отец, не боялся, когда пчелиный рой искусал его, не оставив живого места. Даже когда в его компании были проблемы, он не боялся.

Потому что он всегда верил, что эти трудности и препятствия можно преодолеть.

Но сейчас ему было по-настоящему страшно. Потому что на кону была жизнь и смерть, а не его усилия. Сейчас он должен полагаться на небеса, ведь в данный момент все зависит от них, а не от усилий человека. Он не смел думать о том, что будет делать, если с Ли Юем что-то случится. Он привел сюда двадцатилетнего ребенка. Отец и брат передали его в руки Суйина, потому что доверяли ему. Если Ли Юю грозила какая-то опасность, то спасти его было его долгом. И это не говоря уже о том, что это был Ли Юй!

Это Ли Юй, о котором он мечтал и так долго тосковал.

Суйин с невероятной быстротой подготовил все необходимое. Захватив на стойке регистрации все, что ему было нужно, он направился прямо к подземной парковке.

Когда он добрался до подземного паркинга, то увидел несколько человек из компании, которые пришли с намерением его остановить.

Суйин быстро запрыгнул в машину и, нажав на педаль газа, рванул с места.

Телефонный звонок между ним и Ли Юем не прекращался все это время.

— Ли Юй, не спи, — повторял Суйин, — жди меня. Жди, когда я приеду. Я скоро приеду… Только дождись меня…

____________ До дня рождения котика, осталось 7 дней☺️

Глава 11.5 - Я пройду сквозь шторм ради тебя

Цзянь Суйин был бы и рад проделать весь этот путь, разговаривая с Ли Юем, так как не знал, серьезно ранен он или нет. Вероятно, и сам Ли Юй этого не знал. Суйин видел слишком много фильмов, и ему всегда казалось, что если человек ранен и вот так уснет, то больше не проснется. Но, к сожалению, прошло лишь несколько минут и мобильник Ли Юя разрядился. Из динамика послышалось тихое бип-бип.

Цзянь Суйин забеспокоился еще больше, и сожалел, что не может добраться туда на самолете. Между ними все еще оставалось шестьдесят километров. Эти шестьдесят километров в таких плохих погодных условиях проехать гораздо труднее, чем обычно.

Тот, кто не ездил на автомобиле в тайфун, никогда не поймет, какое это захватывающее путешествие. Внедорожник, весящий более двух тонн, в такую погоду — не более чем большая игрушка для Бога, и исход зависит от его настроения. На поворотах всегда возникало ощущение, что Суйин в любой момент может вылететь за пределы дороги.

Дождь и туман были настолько сильными, что дворники едва справлялись с ними. К тому же переднее стекло машины мгновенно запотело. Прошло всего секунд десять, и Суйин уже почти ничего не различал. Ему не оставалось ничего другого, как включить кондиционер. Туман опустился, и температура внутри машины также снизилась. Суйин замерз до дрожи.

На всем пути Суйин не встретил ни одной движущейся машины. Оно и понятно, никто не хотел умереть в тайфун. Он смотрел на вырванные с корнем деревья на обочине дороги и крупный и мелкий мусор, летящий по небу… В какой-то момент Суйину показалось, что настал конец света.

Он знал, что не должен ехать слишком быстро. Но когда он выехал на шоссе, то в какой-то момент разогнался до скорости более 80 километров в час. Тогда он почувствовал, что руль, который и так был довольно тяжелым, стал не таким надежным. Конечно, он боялся за свою жизнь. Он также боялся, что если машина пойдет в занос, то он вылетит вместе с ней. Но желание добраться до места превозмогло все страхи и опасения.

Даже при такой спешке дорога все равно заняла два часа. Суйин был так встревожен, что у него кружилась голова. Преодолев все на своем пути, он благополучно добрался до строительной площадки.

Но теперь он снова начал волноваться: весь участок перед зданием был усеян строительными материалами. Он изо всех сил старался проехать как можно дальше, но место, где он смог припарковаться, все равно находилось в 50-60 метрах от здания.

В обычных условиях добежать туда было бы делом нескольких секунд. Но сейчас на улице завывал ветер, а в небе буквально летали куски железа, различные строительные обломки, песок и всевозможные другие предметы, что были разбросаны по всей стройплощадке.

Суйин никогда не видел такого. Глядя на то, что творилось за окном, можно было предположить, что по сравнению с этими короткими пятьюдесятью или шестьюдесятью метрами, только что пройденные шестьдесят километров гораздо менее опасны. По крайней мере, тогда он был в машине.

На лбу Цзянь Суйина проступил холодный пот. Он колебался около минуты, понимая, что оставаться здесь небезопасно. Суйин слышал, что тайфун будет идти всю ночь, но он никак не мог ждать столько времени.

Он переложил одеяла и привезенные с собой лекарства и воду с заднего сиденья на переднее. Глядя в окно на ужасающее зрелище, он стиснул зубы и пинком открыл дверь машины.

Внезапный порыв ветра обрушился на автомобиль. Дверь, словно хрупкий железный лист, с грохотом открылась. Суйин услышал звук, с которым она скручивалась на стыках. Он подумал, что еще немного, и ветер оторвет дверь целиком.

У него не было времени беспокоиться об этом. Зажав две большие сумки под пмышки с левой и правой стороны, чтобы они не мешали прикрывать голову и шею, Суйин набрался смелости и побежал к зданию.

Однако тайфун вызвал у Цзянь Суйина шок, далеко превосходящий его воображение. Не успел он сделать и двух шагов, как на него обрушился удар огромной силы. Он, шестидесяти восьми килограммовый мужчина, подобно листу бумаги, был прямо-таки опрокинут на землю от сильной и властной силы природы, которой просто не в силах противостоять человек.

Суйин не только сильно ударился головой при падении, но и наелся грязи, упав в лужу. Но в тот момент он не мог беспокоиться даже о подступающей тошноте. Сумку, что была в его руке, едва не унесло ветром.

Он поспешно встал и прижал руку, пытаясь ее удержать. Всего за несколько секунд все его тело насквозь промокло от дождевой воды. Схватив сумки, он несколько раз попытался встать, но все было тщетно. Едва он вставал на колени, как его тут же отшвыривало в другую сторону от здания. Если бы Суйин не был обременен вещами, то, может быть, он и смог бы перебраться, но удерживать обеими руками две большие сумки — задача непосильная.

Проползя на коленях около десяти метров, Цзянь Суйин понял, что встать уже невозможно, и ползти гораздо безопаснее. Поэтому он просто тащил две сумки к зданию.

Молодой господин Цзянь, выросший изнеженным и с детства одетый в золото и серебро, сейчас просто лежал на грязной и размытой дождем строительной площадке и мало-помалу, ползком, продвигался вперед. С большим трудом он добрался до здания, на расцарапанных коленях и локтях вползая внутрь.

Если составить список того, от чего больше всего страдал Цзянь Суйин, то эта ситуация будет номер один.

После того как он оказался в здании, ситуация стала намного лучше. По крайней мере, здесь есть стены, которые защищают от ветра. Суйин лежал на земле, тяжело дыша. Его мышцы болели, а икры сводило судорогой. Некоторое время он просто не мог пошевелиться.

Полежав так с минуту, он смог заставить себя подняться с земли и начал звать Ли Юя. Только вот громкость его крика никак не могла распространиться внутри и дойти до ушей Ли Юя — все его слова поглощал шум и свист ветра.

Все, что ему оставалось, это двигаться вперед в поисках Ли Юя, периодически выкрикивая его имя.

В этом недавно построенном отеле со средней площадью каждого этажа более трех тысяч квадратных метров, света здесь, естественно, еще не было, и было ощущение, словно он попал в город-призрак.

Найти человека, который, возможно, ранен или вообще находится без сознания, было гораздо сложнее, чем найти мышь, которая могла пищать и двигаться.

У Суйина было две сумки общим весом около десяти килограмм. Пока он бегал по зданию в поисках Ли Юя, то очень сильно устал. Он буквально не чувствовал ног. Никогда в жизни он не переживал такого испытания, не только физического, но и психического. Психологическая нагрузка еще больше давила на него приступом паники. Если с Ли Юем что-то случится, он действительно не знал, как объяснить это семье Ли. А главное, как смотреть потом на себя в зеркало.

Пройдя таким образом два этажа, он, наконец, нашел Ли Юя на третьем.

В слабом тусклом свете он увидел Ли Юя, который сидел в углу с опущенной головой.

— Ли Юй! — крикнул Суйин и бросился к нему.

Ли Юй услышал его голос и медленно поднял голову.

Глава 11.6 - Два спокойных сердца посреди бушующего шторма

Ноги Суйина подкосились и он упал перед Ли Юем на колени, протягивая руку к его лицу.

«Живой», — Суйин облегченно выдохнул.

— Ли Юй…

— Ты пришел? — прошептал юноша.

— Если все еще можешь говорить, — Суйин вытер грязь с лица, — значит, ты не умер.

— Ты действительно пришел… — пробормотал Ли Юй. Он поднял голову и посмотрел на него.

Суйин подумал, что, возможно, Ли Юй разбил себе голову. Он использовал свой мобильный телефон в качестве фонарика и достал из сумки аптечку.

Он долго возился с аптечкой, прежде чем открыть ее. Внутри оказался небольшой фонарик. Когда он включил его, то свет оказался очень ярким, хотя дальность освещения была небольшой. Это, несомненно, было своего рода утешением и облегчением для обоих мужчин, что находились в темноте.

— Ли Юй, подержи его, — Суйин сунул ему в руку фонарик, — я осмотрю твою голову. Надо найти рану, что ты получил.

Ли Юй медленно поднял маленький фонарик вверх, но остановился, когда его свет попал на Цзянь Суйина.

Он знал Суйина больше года, но никогда не видел его в таком растрепанном состоянии. Цзянь Суйин всегда был ярким, ослепительно-сияющим, в приподнятом настроении, с тщательно уложенными волосами. На его брюках никогда не было ни одной складочки. Этот мужчина не выходил из дома, если его одежда ему не подходила или сидела на нем плохо.

Сейчас перед ним находился мужчина, чье лицо было в грязи, а одежда — грязная и изорванная, больше похожая на лохмотья. Он действительно не мог поверить, что это может быть Цзянь Суйин.

На затылке была постоянная жгучая боль, распирающая и раскалывающая. На улице бушевала гроза и сверкали молнии. Бесконечное одиночество и темнота последних нескольких часов впервые заставили Ли Юя почувствовать себя подавленным. Когда Цзянь Суйин сказал ему «Жди меня», у него не было никакой надежды увидеть его до рассвета. Особенно после того, как телефонная связь прервалась и он остался один. Он знал, что ему придется пережить эту долгую темную ночь в одиночку..

Но Цзянь Суйин все-таки приехал.

В сильный тайфун, ливень и ветер. Через невообразимые опасности. Он пришел к нему, как и обещал, и коснулся его лица холодной рукой.

Но в этот момент ему показалось, что его рука очень теплая.

— Что ты на меня смотришь? — нахмурился Суйин. — Подними фонарик, я посмотрю, есть ли рана на голове. Обо что ты ее разбил?

Он схватил Ли Юя за запястье и направил свет на затылок, пытаясь различить, что в волосах кровь, а что вода.

Ли Юй промолчал и покачал головой.

Суйин начал медленно перебирать его окровавленные волосы, пока не увидел порез в четыре-пять сантиметров. Рана не выглядела очень глубокой, но он не был уверен в этом. Но раз Ли Юй в сознании, может говорить и двигаться, то травма не должна быть серьезной. Так убеждал себя Суйин.

— Чаще всего, если надеть каску, ничего не происходит, — вздохнул Суйин, наливая спирт на ватку, — но если его не надеть, то обязательно что-нибудь да случится. Почему ты не пошел к бригадиру, когда все ушли? Все вернулись, а ты остался. Они думали, что ты давно вернулся. Если бы я не стал искать тебя, то не узнал бы…

Цзянь Суйин не очень хорошо умел обрабатывать раны. В любом случае, по здравому смыслу рану нужно сначала обработать, поэтому он просто взял вату, смоченную спиртом, и протер порез.

Ли Юй не был готов к этому, и закричал от жжения и боли. Он дернул головой и наклонил ее вперед.

— Ой, это ведь больно, да? — удивился Суйин. — Терпи, никто другой это не может сделать за тебя… — после этого он продолжил обрабатывать рану.

Открытая кровавая рана, в которую попал спирт. Это было неправильно и больно. Ли Юй оскалил зубы.

— Ты мужчина! Ты не можешь быть таким изнеженным, — добил его словами Суйин. — Больно ведь только немножко. Вот кто тебе позволил не обращать внимания на собственную безопасность?

Ли Юй наклонился вперед и медленно прислонил голову ему на плечо.

С тех пор, как Суйин знает Ли Юя, до этого момента он никогда не видел в нем такой мягкости и беззащитности. Это привело Суйина в тупик, и он замер на некоторое время

Говорят, что когда люди больны, они особенно уязвимы и послушны. И это правда. Ли Юй по собственной инициативе оперелся на его плечо. Если бы он не получил травму головы, то разве сделал бы это?

— Хороший мальчик, потерпи еще немного, — Суйин бессознательно, вслед за ним, тоже стал вести себя мягче. Он провел ладонью по его спине, мягко утешая. — Если рану не обработать, то будет заражение. Потерпи еще чуть-чуть, скоро все будет хорошо.

Ли Юй не издал ни звука. Он не двигался, продолжая сидеть прислонившись к нему.

Суйин быстро и неустанно протирал место вокруг раны. Но большая часть крови уже свернулась, и он не знал, что с ней делать. Когда вокруг раны стало меньше засохшей крови, то Суйин забинтовал порез. С чувством выполненного долга он опустил задницу на бетонный пол, тяжело дыша. Суйин развернулся и достал из сумки еду и питье.

— Вот, выпей воды и съешь что-нибудь.

Он открыл бутылку с минеральной водой и поднес ее горлышко ко рту Ли Юю. Ли Юй сделал пару глотков воды.

После этого Суйин открыл упаковку печенья и, достав одну, сунул в рот Ли Юю.

Ли Юй был очень голоден и хотел пить, поэтому быстро все проглотил.

Суйин, воспользовавшись тем, что Ли Юй ест, умыл лицо минеральной водой. Грязь налипла так, что впервые у него возникло ощущение, что кожа не дышит. Умывшись, он достал одежду и протянул Ли Юю.

— Переоденься в нее.

Одежда Ли Юя была практически вся мокрая и грязная. В ней можно было легко простудиться.

Ли Юй взял одежду из его рук и посмотрел на одежду на Суйина, цвет которой он даже не мог определить.

— А для тебя есть запасная?

Суйин, посмотрев на себя, сразу же начал раздеваться.

— Я больше не буду ее носить, — сказал он, снимая мокрые брюки и отбрасывая в сторону.

Когда он наклонился, то попал под свет фонарика. Ли Юй увидел кровь, стекающую по его руке.

— Что с тобой? — Ли Юй схватил его за запястье.

Суйин съежился и посмотрел на свою руку, а после пошевелил ею.

— Блядь!.. Больно, — он попытался посмотреть на свою спину, но ничего не увидел.

Ли Юй заставил его повернуться, чтобы посмотреть самому. У Суйина было два больших пореза на спине и руке. Порезы были неглубокими, но все же длинными, и проходили почти через половину спину. Суйин не знал, как их получил.

— У тебя кровь на спине, — у Ли Юя перехватило дыхание.

— Я почувствовал, что на меня обрушилось довольно много всего, пока я добирался сюда, но до этого даже не чувствовал боли. Если бы ты не сказал мне, то было бы лучше, — Суйин зашипел, — …теперь это больно.

Суйин пожал плечами, в душе удивляясь, почему он до этого момента вообще ничего не чувствовал. Возможно, дело было в том, что мокрая грязная одежда прилипла к телу. Это уже было очень неудобно, поэтому большого дискомфорта он и не почувствовал.

— Дай мне аптечку, — пальцы Ли Юя дрожали, когда он касался кожи вокруг его раны.

Суйин сел к нему спиной и пододвинул ближе коробку с лекарствами.

Когда Ли Юй начал втирать спирт в его рану, то Суйин пожалел, что только что иронизировал над ним: было очень больно, казалось, что кожа вот-вот сгорит. Но он терпел, стиснув зубы. Суйин позволил Ли Юю, не произнося ни звука, обработать рану спиртом, а затем забинтовать ее.

После этого Ли Юй протянул одежду Суйину и попросил надеть ее.

— Надень сам, у тебя более серьезная травма, — Суйин отказался.

Ли Юй не смог спорить с Цзянь Суйином. Ему пришлось переодеться в единственную сухую одежду.

Цзянь Суйин достал из сумки двухметровое двуспальное одеяло.

Этот жесткий пластиковый пакет оказался действительно хорошего качества. От того, как Цзянь Суйин его тащил по земле, он даже не порвался. Иначе без этого одеяла следующие несколько часов были бы очень трудными.

Цзянь Суйин расстелил одеяло на сухом месте рядом с Ли Юем.

— Ложись сюда, так будет теплее.

Ли Юй медленно опустился на одеяло и вдруг почувствовал, что на самом деле приятно иметь в это ужасное время немного более теплое место.

Суйин лег на бок рядом с ним и прикоснулся к его голове.

— Поспи немного. Завтра, когда ветер утихнет, вызовем скорую помощь.

Ли Юй положил фонарик сбоку от их голов, и свет стал тусклым и мутным, но он все равно мог разглядеть брови и выражение лица Суйина.

— Я действительно не ожидал, что ты придешь, — нерешительно произнес Ли Юй.

— Если бы ты не сердился на меня, — хмыкнул Суйин, — то я мог бы прийти раньше.

Ли Юй моргнул и с глубоким непроницаемым взглядом приблизился к Суйину.

Двое мужчин потянулись друг к другу, атмосфера между ними стала двусмысленной.

— Ты так смотришь на меня, — хрипло произнес Суйин, — тебя это настолько впечатлило?

Ли Юй поджал губы и ничего не сказал. Он просто продолжил смотреть на него, не двигаясь.

Словно под действием гравитационных сил, Цзянь Суйин непроизвольно придвинулся ближе к Ли Юю и медленно наклонился к его губам.

Ли Юй не моргал и не уклонялся. Их теплое дыхание осело на коже лиц обоих.

Суйин нежно поцеловал Ли Юя, а после отпрянул и молча посмотрел на него.

Ли Юй неожиданно подался вперед и накрыл его губы своими.

Хотя это был не очень глубокий и длительный поцелуй, оба почувствовали, что их сердца еще никогда не были так близки друг к другу.

Это чувство зависимости друг от друга, согревание на холоде только теплом лишь тела… Это было лучше всякого безумного секса. Оно вызвало в их сердцах небывалое душевное волнение.

Ли Юй накрыл одеялом их двоих и крепко обнял полуобнаженное тело Суйина. А Цзянь Суйин в ответ обхватил его за талию.

Двое мужчин спокойно и мирно спали в объятьях друг друга в столь суровых условиях вокруг. Их тела страдали в разной степени, но при этом они выглядели умиротворенно.

Глава 12.1 - Пациенты находятся в состоянии романтической лихорадки

Когда первые лучи утреннего солнца проникли в здание, первым проснулся Ли Юй. Цзянь Суйин, укрывшись одеялом с головой, тихонько похрапывал.

Ли Юй не мог описать ту боль, которую чувствовал, когда проснулся. Затылок был горячим и отекшим, а глаза так распухли, что он не мог их открыть. Как только он пошевелился, на него нахлынули головокружение и слабость. От того, что он всю ночь спал на жестком бетонном полу, кости в его теле словно разваливались на части. Если бы не одеяло, которое немного смягчало и согревало, то было бы даже трудно представить, насколько тяжело было бы сейчас.

По крайней мере, ночью им было не холодно.

Ли Юй попытался отвести руку, онемевшую от давления. Ощущения в теле постепенно возвращались. Как только это произошло, ему показалось, что он держит в руках большую и ненормально горячую печь. Он на секунду замер. Откинув одеяло, он увидел нездоровый румянец, который проступил на щеках Цзянь Суйина. Было видно, что ему некомфортно и он словно задыхается, полыхая в огне.

Ли Юй коснулся его щеки, и его рука непроизвольно дрогнула.

У Суйина была слишком высокая температура.

Ли Юй приподнял свое онемевшее тело, пытаясь сесть. Сначала он почувствовал сильное головокружение. Он начал часто моргать, пытаясь таким образом прийти в себя. Но его пострадавшее тело было едва ли в состоянии использовать свои силы.

Медленно развернувшись, он попытался дотянуться до мобильного Цзянь Суйина. К сожалению, когда он поднял телефон, оказалось, что гаджет разрядился. Ли Юй тут же отбросил телефон в сторону и стал трясти Суйина, пытаясь его разбудить.

Он не знал, как долго у Цзянь Суйина жар, но если немедленно не обратиться за медицинской помощью, ему может стать хуже. Суйин спал очень крепко, и когда Ли Юй его тряс, то он только издавал непонятное сонное бормотание, но проснуться никак не мог.

В голове Ли Юя запульсировала тревога.

Даже когда тайфун прекратился и дождь утих, их кризисное положение все еще продолжалось.

Двое мужчин, что временно потеряли трудоспособность и оказались в ловушке в строящемся здании. Только-только начинало светать, как они могут получить помощь, находясь ото всех в изоляции?

Ли Юй нашел противовоспалительное лекарство и сунул его в рот Цзянь Суйина. После этого он взял бутылку с минеральной водой и, сделав большой глоток, опустил голову и коснулся губ Цзянь Суйина. Суйин неосознанно прошелся языком по своим сухим и потрескавшимся губам. Вода, которой Ли Юй пытался напоить Суйина, в основном стекала на одеяло, и он не знал, попало ли лекарство в конце концов в желудок Суйину.

С помощью полотенца, немного смоченного в спирте, он обтирал тело Цзянь Суйина, пытаясь охладить его. Но вскоре Ли Юй понял, что это не помогает. Нужно немедленно ехать в больницу.

Терпя головную боль, головокружение, отсутствие сил и тошноту, Ли Юй поднялся с бетонного пола. Он обернул полуобнаженное тело Цзянь Суйина одеялом и попытался поднять его. Но сколько бы Ли Юй ни пытался, ему даже не удалось приподнять его от пола.

В его нынешнем состоянии поднять мужчину весом около семидесяти килограмм в тяжелом одеяле у него просто не получится. Ли Юй от безнадежности сжал кулаки и стал колотить ими по бетонному полу, а после припал к телу Суйина. Сонливость и слабость накатывали волна за волной, а психологическое истощение ввергало в глубокую тревогу и панику.

Горячее тело, прижимающееся к нему, напоминало об их положении. Цзянь Суйин, рискуя жизнью, примчался к нему, но он сам не мог увезти Суйина отсюда. Впервые Ли Юй почувствовал злость на собственное бессилие.

В результате его резких движений рана, что едва затянулась за ночь, снова начала кровоточить. В тот момент, когда от потери крови у него снова закружилась голова, он неясно услышал человеческие голоса. Сначала Ли Юй подумал, что это галлюцинация. Но когда шаги стали тяжелее и громче, он окончательно убедился, что это не галлюцинация и кто-то действительно идет.

Глаза Ли Юя начали закрываться. Когда он увидел, как несколько пар ног в грязной обуви появились на лестничной площадке и побежали к ним, он окончательно расслабился и потерял сознание.

Когда Ли Юй очнулся, то понял, что находится в больнице.

Через некоторое время пришла невысокого роста медсестра и тепло улыбнулась.

— Вы очнулись. Хотите пить? — и налила ему стакан воды.

Ли Юй сделал глоток воды.

— Где мужчина, который был со мной?

— В соседней палате.

— Как он?

— Ему сделали жаропонижающий укол, ничего страшного.

Ли Юй попытался сесть, но медсестра надавила ему на плечо.

— Не двигайтесь, у вас более серьезная травма.

— Я схожу посмотрю, как он.

— Он еще не проснулся… Отдохните немного… Я скоро принесу вам поесть.

Ли Юю ничего не оставалось, как снова лечь на спину. Вот только после долгого сна он совсем не мог уснуть, поэтому просто лежал, тупо глядя в потолок.

Ли Юй не мог поверить в то, что все это случилось всего лишь один день назад.

Тот момент, как он потерял сознание от чего-то, что упало ему на голову, и до момента, когда телефонный звонок Цзянь Суйина привел его в сознание…. Долгое ожидание, появление Суйина, и их объятия перед сном. Все это оставляло его в растерянности. Он не знал, как смотреть в глаза Суйину после всего этого.

Трепет в своем сердце, когда вчера вечером перед ним появился Суйин в полном беспорядке, он помнил до сих пор. Ли Юй вспоминал все, что произошло с момента их встречи.

Он действительно не мог представить, что в мире может существовать кто-то вроде Цзянь Суйина. Иногда ему хотелось загрызть его до смерти, но, даже несмотря на это, он не мог оторвать от него глаз. Так мало-помалу, медленно и постепенно, в сердце Ли Юя остался его неизгладимый след.

После этого инцидента он не знал, что думать о Цзянь Суйине. Ли Юй знал только одно — что не может смириться с тем, что Суйин будет с кем-то другим. Может быть, он не осознавал, что Суйин, добиваясь его больше года, заставил принять себя как свою собственность. Даже если Ли Юй не хотел быть с ним, он все равно не мог позволить кому-то другому желать Суйина и находиться с ним рядом.

Ли Юй знал, что не должен думать так, но все его мысли были заняты только этим. Когда он увидел Суйина, обнимающего того утенка… Когда он увидел его смеющегося в бассейне с отцом того мальчика… Гнев и ревность, поднявшиеся в его груди, удивили даже его самого. Ли Юй ненавидел всех, кто мог завести роман с Суйином, который принадлежал только ему. Ведь никто лучше него не знал, что Цзянь Суйин любит только его.

Какими бы плохими ни были отношения между ними, но он всегда нравился Цзянь Суйину, в этом он никогда не сомневался. Даже этот случай был тому подтверждением.

А он сам…

Ли Юй облизнул губы. Казалось, это теплое прикосновение все еще ощущалось на его губах. Руки словно все еще помнили температуру его горячего тела. Последние полгода он с отвращением думал о Суйине и всячески избегал его, подавляя в себе жажду его тела. Вчерашнее близкое нахождение рядом пробудило в нем все страстные и безумные воспоминания. Ли Юй чувствовал, как его тело распаляется от одной только мысли об этом.

Только он сам знал, как глубоко в его сердце сидела тоска по Цзянь Суйину… Чем больше он подавлял ее в себе, тем стремительнее она разрасталась, готовая вот-вот вырваться из его тела.

— Цзянь Суйин, — Ли Юй тихо произнес его имя.

После обеда пришла медсестра и принесла ему лекарства.

Ли Юй чувствовал себя уже намного лучше, поэтому настоял на том, чтобы пойти к Суйину. Медсестра не смогла его остановить.

Ли Юй вошел в палату и увидел, что Цзянь Суйин выглядит лучше. Ли Юй сел на край кровати и потрогал его лоб: температура немного спала. Поколебавшись всего мгновение, он приподнял одеяло и лег рядом.

Больничная койка была немного маловата, и втиснуть туда двух крупных мужчин не представлялось возможным. Ли Юй чувствовал, что, возможно, он действительно повредил себе мозг, раз рискнул быть замеченным в таком глупом поступке. Но сейчас он ни о чем не желал думать. Ему просто хотелось обнять этого мужчину. Находясь рядом с Суйином, Ли Юй вскоре почувствовал сонливость и заснул.

Проспав более тридцати часов, Цзянь Суйину, наконец, стало лучше и он пришел в себя. Проснувшись, он почувствовал, что на кровати слишком тесно. Он повернул голову… Лицо Ли Юя находилось прямо перед ним, почти вплотную.

Суйин на мгновение замер, а после потряс Ли Юя.

Ли Юй проснулся и, прищурившись, посмотрел на него.

— Что случилось? — рассмеялся Суйин. — Нас доставили в больницу, когда мы обнимали друг друга? Это же слишком унизительно!

— …нет, — нахмурился Ли Юй.

— Нет? — Цзянь Суйин моргнул. — Значит, в этой больнице коек не хватает и нам пришлось втиснуться в одну?

— Нет… — смутился еще больше Ли Юй.

Цзянь Суйин протянул руку и ущипнул Ли Юя за ягодицы, лукаво улыбаясь.

— Значит, на этот раз ты сам добровольно лег в мою постель?

Ли Юй был слегка уязвлен этими словами, поэтому попытался сесть.

— Не надо, — Суйин обхватил его за талию и хрипло произнес, — куда ты спешишь? Полежи со мной еще немного.

Суйин наклонился к Ли Юю и поцеловал его в лоб.

— К счастью, с тобой все в порядке, — прошептал он.

Ли Юй заглянул в самую глубину его глаз и почувствовал, как в его сердце зародилось тепло.

— Мгм, — тихо произнес он.

— Если бы с тобой что-то случилось, старшие члены семьи Ли съели бы меня заживо.

— То же самое и с твоей семьей, — пошутил Ли Юй.

— Если ты хочешь, чтобы я был сыном для твоей семьи, это прекрасно, — улыбнулся Суйин, — ты можешь быть зятем для моей семьи Цзянь.

— Прекрасно, — усмехнулся Ли Юй.

Суйин рассмеялся, и сразу почувствовал, что у него першит в горле. Он закашлялся.

Ли Юй поднес стакан с водой, и оба мужчины поочередно сделали из него по паре глотков.

За окном начинался рассвет. Это было неподходящее время для подъема, но и засыпать снова не хотелось. В палате кроме них никого не было, и атмосфера в данный момент способствовала тому, чтобы заняться любовью*. Но, к сожалению, у двоих мужчин не было для этого сил. Они тесно прижимались друг к другу на больничной койке, разговаривая шепотом, чувствуя между собой гармонию и тепло.

*переворачивать облака под дождем. 翻云覆雨/ fān yún fù yǔ, метафора, означающая непостоянство или привычку к розыгрышам. А также означает заниматься любовью.

Это был самый умиротворенный и безмятежный момент между ними за все время их знакомства.

____________

Присоединяйтесь к нам в телеграм "Вселенная 188" и наслаждайтесь тысячами артами по 11 новеллам. Ко дню рождения Суйина будет 48 часовой марафон по артам.

Глава 12.2 - Ложные опасения и коварные планы

Они молоды и сильны, поэтому когда они снова проснулись, то оба уже могли свободно передвигаться, есть и пить.

Первоначальные сроки возвращения, естественно, стали неактуальны. Офис перебронировал рейсы для них, чтобы они могли еще несколько дней отдохнуть в Санья и дождаться улучшения погоды. Иначе им опять придется ждать в аэропорту несколько часов, так как из-за погоды идут задержки. Такое ожидание слишком раздражало.

Ли Юй посмотрел на авиабилет и сразу нахмурился.

Суйин спросил его, что не так, но прежде чем Ли Юй ответил, он уже сам догадался.

— О! — воскликнул он. — Занятия, да? Забудь, пропустить несколько занятий можно.

— Это не просто пропуск занятий… Если я не вернусь сейчас, то не успею к выпускному экзамену.

— Конец семестра? — студентам пора на каникулы, но Суйина никогда не волновало такое, но он все же попытался утешить своего возлюбленного. — Тогда подождем пересдачи экзаменов и останемся здесь еще на несколько дней, чтобы подлечиться.

Ли Юй отбросил билет в сторону и достал своей телефон. Он повернулся спиной к Суйину, собираясь позвонить домой.

О том, что произошло за последние два дня, Ли Юй, естественно, не стал рассказывать своей семье. Он также не сказал, что не сможет попасть на выпускные экзамены. Он просто сообщил им, что они с Цзянь Суйином приехали в Санья, чтобы проверить новый проект, и попали в тайфун. Он предупредил, что не сможет вернуться домой на этих выходных.

Суйин всегда считал, что Ли Юй — хороший сын и дома ведет себя достойно. Естественно, он не ожидал, что Ли Юй будет врать родителям, да еще и вот так спокойно и даже не краснея. Суйин посчитал очень интересным данный момент и, пока Ли Юй разговаривал по телефону, повернувшись к нему спиной, обнял его за талию, запуская свою руку в его больничный халат.

Ли Юй напрягся и хлопнул его по руке. Повернув голову, он окинул его грозным взглядом.

Этот строгий взгляд спровоцировал еще большую игривость у Суйина, и его рука скользнула по груди Ли Юя.

Ли Юй поспешно закончил разговор и повернулся, прижимая Суйина к себе.

— Что ты делаешь, мы же в больнице.

— Я еще никогда не делал этого в больнице, — улыбнулся Суйин. Он прищурил глаза и облизал сухие губы.

В горле Ли Юя образовался комок, а сердце забилось странно быстро. Когда он посмотрел в чрезвычайно соблазнительные глаза Цзянь Суйина, то почувствовал, что кровь во всем теле буквально закипела.

— Я закрою дверь, — Ли Юй едва держал себя в руках.

Суйин громко рассмеялся.

Ли Юй вскочил с кровати с красным лицом и пошел запирать дверь в палату. В тот момент, когда его рука едва коснулась дверной ручки, раздался стук.

— Кто? — бессознательно спросил Ли Юй.

Человек за дверью ничего не ответил, но прошло несколько секунд, прежде чем он произнес:

— Это я.

Двое мужчин в палате замерли. Это был голос Цзянь Суйлиня.

У Ли Юя не было причин чувствовать неловкость, но на лбу у него выступила испарина. Он оглянулся и посмотрел на Суйина.

— Сяо Линь-цзы, входи, — Суйин сегодня был более чем великодушен.

Цзянь Суйлинь открыл дверь и вошел. Он уперся взглядом в Ли Юя, стоявшего у двери. Этот взгляд был сложным, пристальным, и содержал скрытое предупреждение.

Напрягшись, Ли Юй молча смотрел, как он заходит в палату.

— Гэ…

Суйин лежал на кровати, вытянув ноги.

— Зачем ты пришел?

Внешний вид Цзянь Суйлиня был мрачным, а под глазами виднелись черные круги. Психическое состояние его было заметно плохое.

— Папа велел мне приехать. Я здесь, чтобы забрать тебя.

Когда Цзянь Суйин попал в больницу, в офисе испугались брать на себя ответственность, поэтому позвонили Цзянь Дунъюаню. Отец Цзянь, услышав о ситуации, счел ее не слишком серьезной и разрешил своему второму сыну поехать.

Цзянь Суйин думал, что его старик позвонит, чтобы узнать, как у него дела, и на этом все закончится. Но он не ожидал, что сяо Линь-цзы окажется здесь.

— О, у меня билеты забронированы на послезавтрашний рейс.

— Я знаю. Я заказал билет на тот же рейс.

— Зачем ты приехал сюда? Тебе нечем заняться? Мне не нужно, чтобы ты меня забирал. И вообще, разве у тебя нет экзаменов в это время?

Цзянь Суйлинь придвинул стул и сел перед кроватью. Он дотронулся до руки Суйина, обмотанной бинтами.

— То же самое будет и на экзамене в следующем году.

Суйин заметил, что с Цзянь Суйлинем что-то не так. Обычно у них с Ли Юем отношения были довольно хорошие. Но сегодня, как только Суйлинь вошел в палату, он словно не замечал Ли Юя. Да и взгляд его тоже был очень странным и рассеянным.

Суйин подозвал Ли Юя, чтобы он тоже сел. Ли Юй, поколебавшись, сел рядом с ним.

— Гэ, тебе больно? — шепотом спросил Цзянь Суйлинь, прикасаясь к его руке.

— Рана выглядит большой, но она неглубокая и совсем не болит.

Руки Цзянь Суйлиня слегка задрожали.

— Ли Юй, — он вдруг повернул голову, — я хочу поговорить со своим гэ наедине.

Эти слова уже были не слишком учтивыми, но лицо Ли Юя оставалось бесстрастным.

Цзянь Суйин нахмурился. Он хотел отчитать сяо Линь-цзы, но почувствовал, что это неуместно. Ли Юй же молча встал и вышел, прикрывая за собой дверь палаты.

— Что с тобой такое? — спросил Суйин. — Ты как будто злишься на Ли Юя.

— Гэ, — Цзянь Суйлинь вскочил, весь дрожа, и обнял Суйина, — почему ты совершил такой опасный поступок ради него? Ты что, с ума сошел? Он тебе так сильно нравится?

— Тц, — Суйин цокнул языком. — Дело не в том, нравится он мне или нет. Я тот, кто привел его на стройку. Я должен нести за него ответственность.

— Ты практически поставил на кон свою жизнь лишь только потому, что несешь за него ответственность? Ты вообще знаешь, как опасно выходить на улицу в тайфун?

— Чего ты так разволновался? Я же в порядке. Опасно выходить на улицу в тайфун? Но если что-то случилось бы с Ли Юем, семья Ли смогла бы меня простить? Разве это не опаснее для меня?

Цзянь Суйлинь молча смотрел на него.

Вряд ли Цзянь Суйин мог сказать, что не воспринимает всерьез такую заботу о нем. Но он действительно не привык к излишней близости со своим младшим братом. Но немного подумав, он все же неохотно поднял руку и погладил его по спине.

— Все хорошо, я в порядке.

Тело Цзянь Суйлиня напряглось. Он вдруг резко прижался к Суйину еще больше. Смотря пустым взглядом вперед, он вроде бы обращался к Суйину, а вроде говорил это самому себе:

— Гэ, как ты можешь быть таким? Что сделал Ли Юй, чтобы быть достойным тебя? Знаешь ли ты, как я волновался…

У них никогда не было такого «момента близости» ни в детстве, ни во взрослой жизни. Это заставило Суйина почувствовать себя неловко. Он уперся руками в плечи Цзянь Суйлиня и медленно оттолкнул его.

— Ладно, ладно, разве я не прав? Ты только не держи зла на Ли Юя, он ведь не специально это сделал. Вы же друзья, не стоит ссориться из-за этого.

Цзянь Суйлинь опустил голову и долго стоял неподвижно, но после кивнул.

— Раз ты проделал весь этот путь, то иди и поговори с Ли Юем. Не надо лишних эмоций. Ты ведь уже такой взрослый, к чему такая капризность?

Цзянь Суйлинь не хотел уходить.

— Гэ, ты хочешь фрукты? Я почищу их для тебя, — он взял в руки манго и потряс им.

— Я только недавно поел.

Цзянь Суйлинь неохотно встал и поплелся прочь.

За дверью Цзянь Суйлинь привел свои эмоции в порядок и постучал в дверь палаты Ли Юя. Ли Юй читал книгу, лежа в кровати. Он прекрасно знал, кто находится за дверью.

— Войдите.

Цзянь Суйлинь толкнул дверь и вошел, закрывая ее за собой. Ли Юй повернул голову и взглянул прямо на него. Цзянь Суйлинь тоже молча смотрел на него. Воздух в палате, казалось, застыл вместе с ними.

Ли Юй сделал глубокий вдох и первым заговорил:

— Суйлинь, ты сердишься?

Цзянь Суйлинь прислонился к стене, не собираясь проходить дальше.

— Я уже подписал с ними контракт до того, как прилетел сюда. Все идет по плану. Но я чувствую, что ты колеблешься. Как ты думаешь, стоит ли мне злиться?

— Я не колеблюсь, — выражение лица Ли Юя было непоколебимым.

— Неужели? — Цзянь Суйлинь хмыкнул и язвительно рассмеялся. — Он отважился прийти к тебе на помощь в бушующий шторм, разве ты не тронут?

Ли Юй поджал губы и ничего не ответил.

— После успеха этого проекта мы сможем получить достаточно средств для плана листинга нашей компании в следующем году, — голос Цзянь Суйлиня был серьезным. — Если ты не справишься, то все наши усилия окажутся напрасными.

— Я же сказал, что не дрогнул! — хрипло воскликнул Ли Юй.

Цзянь Суйлинь внимательно смотрел на него.

— Сюнди, прости, — он медленно подошел и сел рядом с ним, смягчив голос, — это потому, что я слишком нервничаю.

Ли Юй смотрел на него, пытаясь найти на таком знакомом лице тень того Суйлиня, которого он знал десять лет назад. Но не находил.

— Мой гэ — очень своеобразный человек, — улыбнулся Цзянь Суйлинь. — боюсь, что он тебя действительно интересует… Но ты ведь помнишь, как он обращался со мной и моей мамой? Ты ведь никогда не знал по-настоящему, что он за человек, правда?

Ли Юй безразлично посмотрел на него и промолчал.

— Ли Юй, помоги мне, — Цзянь Суйлинь вцепился в его руку, — иначе в один прекрасный день нам с мамой даже негде будет жить. К тому же это не только для меня. У моего брата много денег. Для него это не такие уж большие потери, но для нас — очень большие. Подумай о нашей компании. Сколько усилий мы приложили, чтобы достичь нынешних результатов.

— Суйлинь, как я могу не помочь тебе? — Ли Юй закрыл глаза. — Ты же должен меня знать.

— Это хорошо… и скажи своему брату заранее. Все, что ему нужно будет сделать в этом случае, это притвориться, что он не знает.

— Я знаю.

Уголки губ Цзянь Суйлиня приподнялись в незаметной улыбке.

_____________

Сегодня, 12 августа, у Цзянь Суйина день рождение. Арт от художника маньхуа: "Но ты влюблен в него"

____________

Кто уже догадался о чем разговаривали Ли Юй и Цзянь Суйилинь?

Глава 12.3 - Не могу остановить это чувство

Редкая возможность поцеловаться была испорчена приходом Цзянь Суйлиня. Цзянь дашао был очень разочарован.

Следующие два дня Суйин искал возможность побыть с Ли Юем, но никак не мог этого сделать. Сяо Линь-цзы каждый день находился в больнице, ухаживая за ним. У Суйина не было времени даже прикоснуться к руке Ли Юя.

После того как тайфун прошел, погода постепенно наладилась.

В день обратного полета все трое сразу же отправились из больницы в аэропорт. В Пекин они вернулись без происшествий.

Как только приземлился самолет, Ли Юй и Цзянь Суйлинь сразу же отправились в свои университеты. Суйин сначала вернулся домой, чтобы отдохнуть. На работу он планировал вернуться только на следующий день.

Цзянь Суйин остался дома, и ему абсолютно нечего было делать. Он только-только наладил отношения с Ли Юем, и теперь постоянно думал о нем. Конечно, это был бы не Суйин, если бы сидел просто спокойно. Мужчина время от времени отправлял тому, кто дорог его сердцу, короткие поддразнивающие смс.

Суйин явно увидел, что отношение Ли Юя к нему стало намного лучше. Каким бы скучным ни было сообщение, через некоторое время обязательно приходил ответ. Похоже, что героическое спасение действительно принесло небывалые плоды.

Сердце Суйина принадлежит Ли Юю. Пусть всего лишь на короткий момент, но они снова вместе. Сколько бы раз они ни начинали с начала, Суйин не пожалеет об этом ни разу.

После более чем годового перерыва… После бесчисленных стычек и препирательств… Цзянь Суйин почувствовал, что наконец-то увидел надежду для себя и Ли Юя, что стало возможным только благодаря тому, сколько усилий он приложил.

Еще накануне вечером, перед тем как все произошло, он думал, что их отношения с Ли Юем подошли к концу. Суйин тогда уже собирался сдаться. Но всего за несколько часов тайфун переломил ход событий и снова свел их вместе. И теперь их отношения даже более комфортные, чем прежде. Суйин впервые почувствовал тепло и спокойствие.

Такого триумфального луча надежды, внезапно появившегося в момент отчаяния, было достаточно, чтобы вселить в любого человека неизгладимое чувство надежды и вызвать в душе и сердце памятное потрясение, заставляя его дорожить этим вдвойне.

Цзянь Суйин остался дома после обеда, он только и делал, что лежал на диване и постоянно думал о своих отношениях с Ли Юем.

В этот раз все было не так, как раньше. В этот раз он всерьез задумался о том, что у них с Ли Юем может быть законное и долгое будущее. Возможно, когда-нибудь им придется выдержать большое давление со стороны внешнего мира. Но пока он может выдержать это бремя, он не позволит Ли Юю страдать.

Кроме того, он понял, что ему нужно изменить свой характер. На самом деле, много раз после того, как он ссорился с Ли Юем, он жалел, что был слишком импульсивен. Им выпал новый шанс, и теперь они должны им правильно воспользоваться. Суйин должен сделать все, чтобы влюбить в себя Ли Юя. Он не может постоянно позволять Ли Юю уступать ему. Он взрослый, и должен быть более терпимым, а также заботиться о Ли Юе.

Думая об этом, Цзянь Суйин на секунду нахмурился, а после не смог удержаться от громкого смеха. Несмотря на то, что у него было много забот, в данный момент его сердце было переполнено огромным счастьем и ожиданиями, которые с трудом удавалось держать в себе.

В такие моменты Суйин всегда говорил, что в его жизни достаточно того, чем он может гордиться.

Суйин больше недели не был дома — необходимо было пополнить запасы: закуски, пиво и прочее. От нечего делать он поехал в супермаркет, расположенный недалеко от его дома. Все, что попадалось ему на глаза, он бросал в тележку для покупок, и по итогу накупил целую кучу всего.

Напевая какую-то мелодию, он нес две большие сумки по направлению к своему дому. Выходя из лифта, его взгляд всегда падал на дверь своей квартиры. Но на этот раз первым он увидел Ли Юя, сидящего на полу у той самой входной двери.

Ли Юй был одет в легкий спортивный костюм. Длинные ноги были вытянуты, а голова, что все еще перебинтованная, была откинута назад, на дверное полотно. Его глаза были закрыты, а в ушах — белые наушники. Он выглядел как подросток, ожидающий автобус, расслабленный и непринужденный.

Время будто застыло. Цзянь Суйин стоял и несколько секунд смотрел на прекрасный облик Ли Юя, прежде чем сделать к нему шаг. Сначала Ли Юй не услышал его шагов, но, когда он подошел ближе, услышал звук трущихся друг о друга пластиковых пакетов. Когда Ли Юй открыл глаза и поднял голову, то увидел улыбающегося Суйина.

Ли Юй вытащил наушники, вскочил с пола и бросился навстречу Суйину с застенчивой улыбкой на лице.

Суйину очень понравился его оживленный и немного мальчишеский вид.

— Почему ты здесь? — он не смог скрыть удивления в своем тоне.

Ли Юй не ответил, но взял у него сумку.

— Ты ходил в супермаркет? А я думал, мне придется ждать тебя долго.

— Почему ты не позвонил, когда приехал? — свободной рукой Суйин достал ключ и открыл дверь.

— Мой телефон выключен и лежит в общежитии. Я просто сказал папе, что телефон сломался, иначе бы он торопил меня домой. Тогда бы они все узнали, — Ли Юй указал на свою голову.

Они вошли в квартиру друг за другом. Суйин бросил пакет на пол и хлопнул в ладоши, двусмысленно улыбнувшись.

— Ты скучал по мне?

Светлые глаза Ли Юя пристально посмотрели на него, прежде чем он кивнул.

— Я думаю… тебе нужно поесть.

Суйин шагнул к Ли Юю, обвивая его талию руками и прижимая ближе.

— Ты правда хочешь, чтобы я только поел? Уверен, что ничего другого не хочешь?

Ли Юй залился румянцем. Он толкнул Суйина к стене, подошел к нему и, обхватив за талию, впился в губы.

Суйин обхватил его за шею, пылко откликаясь на долгожданный страстный поцелуй.

Как только они коснулись друг друга, в их телах проснулось давно забытое желание.

Ли Юй довольно грубо дернул пуговицы на рубашке Суйина, и послышался звонкий звук упавших на пол пуговиц. Всего за несколько секунд с Суйина была снята рубашка.

Ли Юй наклонил голову, опускаясь к бледным ореолам на груди Суйина. Он сначала медленно облизал маленькие горошинки языком, следом накрыв их губами, и начал покусывать, заставляя их затвердеть. Цзянь Суйин выгнул свое тело дугой, наслаждаясь возбуждающей стимуляцией.

Оставляя многочисленные следы на его груди, Ли Юй расстегнул ширинку на брюках Суйина, стягивая их вниз. Ли Юй поцелуями спускался вниз от груди к животу, выцеловывая каждый участок желанного тела. Когда он достиг пупка, то опустился перед Суйином на корточки и замер.

Дыхание Суйина уже было учащенным. Он опустил голову и посмотрел вниз, не понимая, почему Ли Юй остановился.

Ли Юй в это время тоже поднял голову, смотря на него со смущением и растерянностью.

Цзянь Суйин выгнул свое тело, упираясь в уголок рта Ли Юя мягкой плотью, что скрывалась за нижним бельем. Он коснулся головы Ли Юя, зарываясь в его волосы пальцами, и одобрительно подтолкнул его к своему паху.

Побуждаемый к действию, Ли Юй высунул язык и лизнул черное белье.

Все тело Суйина содрогнулось, словно по нему прошелся разряд электрического тока. Он задрожал от удовольствия.

Он и сам не ожидал такой реакции своего тела. Суйин много раз делал минет Ли Юю, но сам Ли Юй впервые проявил инициативу. Суйин был в восторге! И разве мог он отреагировать по-другому?

Ли Юй и сам возбудился от этого. Он обеими руками обхватил упругие ягодицы Цзянь Суйина, медленно сжал и снова высунул язык, обрисовывая контур возбужденного члена через темную тонкую ткань.

Ли Юй никогда раньше не испытывал подобного ощущения. Он чувствовал, что пенис* Цзянь Суйина становится твердым и горячим под его ласками, и испытывал дичайшее чувство удовлетворения. Это его очень заводило и стимулировало.

*Тут автор использовал слово 宝贝 /bǎobèi/, что означает драгоценный / сокровище / дорогой / ребенок… примечание от Shelleer: В тексте, сокровище, только у Суйина, у Юю обычный член

Он стянул с Суйина уже наполовину мокрое белье, и из него выскочил большой возбужденный член. Ли Юй увидел, что из покрасневшей головки начала сочиться жидкость. Он сначала думал, что ему будет противно. Но на самом деле он не чувствовал отвращения. Он знал, что делает то, что само собой разумеющееся, поэтому открыл рот шире и накрыл губами естество Суйина.

— А-ах, — хриплый стон сорвался с губ Суйина.

Какое же это блаженство, что Ли Юй взял на себя инициативу сделать минет. Одной этой мысли бы хватило Суйину на то, чтобы его член стоял полдня. Он раньше и мечтать о таком не смел, а тут все происходило наяву.

Он чувствовал, что кровь закипает во всем теле, а ноги дрожат от напряжения. Он как будто медленно поднимался на вершину облаков, а потом резко упал вниз.

Ли Юй никогда не делал ничего подобного. Конечно, через некоторое время он почувствовал, что его щеки онемели и было трудно дышать. Он сделал вдох…

Цзянь Суйин оказался не готов к этому, и не смог себя контролировать.

Ли Юй едва успел чуть-чуть отклониться, но все же белесая жидкость брызнула на него, запачкав половину лица. Он удивился тому, что все так быстро произошло, и нахмурился, вытирая с лица сперму. Семя оказалось теплое и липкое, и Ли Юю было немного не по себе. Он поднял взгляд и увидел тяжело дышащего Суйина с покрасневшими щеками и послеоргазменным выражением на лице. Именно это заставило Ли Юя легонько рассмеяться.

Суйин смотрел на него сверху вниз. Он редко чувствовал смущение, и в данный момент не знал, что сказать.

Ли Юй поднялся. Он прислонился своим телом к немного обмякшему члену Суйина и спросил его на ухо:

— Ты кончил мне на лицо. Чем ты можешь мне это компенсировать?

— Что я могу еще сделать? — Суйин опустил руку и погладил возбужденный пах Ли Юя. — Самое большее, что я могу, это отдать тебе себя.

Ли Юй оставил поцелуй на шее Суйина, сжимая и разводя его голые ягодицы. Пара длинных пальцев медленно скользнула внутрь.

— Ты сам это сказал…

— Ты действительно быстро всему учишься, — Суйин наклонил голову и рассмеялся. — Хорошо, ты сегодня справился великолепно, поэтому я отдам тебе верхнюю позицию. Ааа… Эй! Трахни меня нежно.

Ли Юй умел делать прелюдию и неспешно растягивать. Но сейчас он чувствовал себя нетерпеливо и действительно хотел пропустить этот шаг. Он хотел как можно скорее войти в тело Суйина, делая то, что так давно сдерживал в себе.

— Не торопись… шшш… помедленней.

Ли Юй не мог выносить этот дискомфорт. Но чем быстрее были его действия, тем более напряженным становилось тело Суйина.

— Пойдем на диван, — стиснул зубы Ли Юй, — там есть смазка…

Целуя и кусая друг друга, двое мужчин, не расцепляясь, добрались до дивана, который стоял на балконе. Ли Юй взял из шкафчика бутылочку со смазкой фирмы «KY» и смотрел на нее несколько секунд.

— Ты… — прошептал он.

Он хотел спросить, использовал ли когда-нибудь Цзянь Суйин ее с кем-нибудь, кроме него. Было бы странно, зная, что Суйин не выносит одиночества, думать иначе. И ведь неправильно спрашивать об этом в такой момент. Блядь! Но, по крайней мере, в одном Ли Юй был точно уверен: кроме него, Цзянь Суйин никогда не даст другому даже призрачного шанса быть сверху.

Цзянь Суйин не догадывался о его мыслях и почему он остановился.

— Что, так ты трахнешь меня или нет? — начал ругаться Суйин. — Что с твоим лицом? Почему оно посерело?

Ли Юй налил смазку на пальцы и стал водить ими вокруг входа, медленно проталкиваясь внутрь, чтобы облегчить себе задачу.

Налив смазки и на свой член, он начал медленно и осторожно входить в Суйина. Последние полгода он часто мечтал это сделать. Ли Юй не сдержал стон удовлетворенности.

Цзянь Суйин замер, шея его напряглась, а на лбу проступили вены. Благодаря неторопливым действиям Ли Юя тело Суйина постепенно смогло расслабиться и принять в себя его член. Они хорошо знали тела друг друга, и им не потребовалось много времени, чтобы вспомнить, как доставлять друг другу удовольствие.

От медленных и равномерных движений стеночки Цзянь Суйина наконец-то стали мягкими и податливыми. Ли Юй положил длинные ноги Суйина себе на плечи и начал лихорадочно вдалбливаться в него.

Тело Суйина, словно маленькое деревце на холодном ветру, постоянно сотрясалось от интенсивных движений. Ли Юй не переставая давил на простату, из-за чего Суйин не мог подавить и удержать в себе продолжительные стоны.

Ли Юй, казалось, проваливался в жаркое удовольствие, которое накрывало с головой. Все, о чем он мог сейчас думать, это войти как можно быстрее, как можно глубже и как можно сильнее. Ли Юй хотел слиться с этим мужчиной в одно целое и выгравировать на нем свою метку. Это помешало бы Суйину флиртовать с другими, и Ли Юю не о чем было бы беспокоиться.

У Ли Юя не было никакой надежды на будущее, но в данный момент он был уверен только в одном — этот мужчина принадлежит только ему.

Глава 12.4 - Буря после солнечных дней

Они были Они были в разлуке почти год, и, естественно, в них накопилось бесчисленное количество желания, которое требовало разрядки. Они были похожи на двух неутомимых зверей, страстно и неистово сплетенных до самой темноты.

Проведя в занятии любовью почти весь день, они едва остановились, чтобы отдохнуть и принять душ. Суйин похлопал Ли Юя по заднице, давая указание сменить постельное белье и приготовить ужин. Такими тривиальными делами Цзянь дашао никогда не занимался. Поэтому налив себе пива, он откинулся на спинку дивана, закинул в рот виноград и стал наблюдать, как Ли Юй занимается домашними делами.

Ли Юй приготовил два несложных блюда и суп. После того как они поели, двое мужчин расположились перед телевизором, собираясь поиграть в игры. Пакеты с закусками и банки из-под пива были брошены на пол.

Сейчас они больше походили на пару, чем раньше, когда встречались в основном для того, чтобы только перепихнуться. Теперь же они наслаждались временем, что проводили друг с другом.

Ли Юй не остался на ночь, а примерно к десяти часам вернулся в общежитие. Суйин не хотел его отпускать, но Ли Юй настоял на том, что ему нужно отдохнуть. К тому же у него утром есть дела, но во второй половине дня он обещал приехать в компанию. Только после этого с большой неохотой, но Суйин все же отпустил его.

Из-за того, что Суйин не выходил на работу больше недели, в компании накопились кое-какие дела. Суйин как вошел в кабинет утром, так до самого обеда не отрывался от работы.

После обеденного перерыва появился мрачный сяо Линь-цзы.

Цзянь Суйин поднял на него быстрый взгляд и продолжил просматривать документы.

— Что случилось?

— Гэ, я сегодня связался с этой кормовой компанией и попросил их прислать мне новый бизнес-план. Но они сказали, что…

— Что сказали? — спросил Суйин.

— Они сказали, что не хотят больше сотрудничать.

Рука Суйина дрогнула. Он медленно поднял голову и сузил глаза.

— Что они сказали?

— Они сказали, что не хотят сотрудничать.

Суйин никак не ожидал услышать такую новость. Проект был выгоден для обеих сторон и не требовал много затрат. Почему они отказываются?

— Почему?

— Они сказали, что есть частная инвестиционная компания, которая готова рискованно профинансировать их на сумму двадцать миллионов юаней. Поэтому они не хотят больше с нами сотрудничать.

— Ебаные ублюдки! — выругался Суйин и с силой ударил по столу. — Эти два идиота издеваются надо мной?

Этот проект по производству кормов вызван нехваткой средств, поэтому работа не продвигается. Даже если они смогут получить участок земли от правительства бесплатно, то право собственности на землю будет принадлежать Цзянь Суйину. Чтобы начать финансирование, нужно время. Но опять же, средства все равно финансируются Суйином и дальше, а кормовая компания остается пассивами. Если кто-то готов инвестировать в них, то, естественно, это гораздо выгоднее, чем способ работы с Цзянь Суйином.

Однако Суйин уже потратил на этот проект свое время и сотни тысяч юаней на привлечение нужных людей. Но эти двое ублюдков отказались, и получается, что все было пустой тратой времени. К тому же появилась новая проблема. Как сказать об этом Ли Сюаню? Ведь он очень сильно помог ему и подключил нужных людей в Бэйхае. Без юридического лица и официальной печати компании все предыдущие усилия пропали даром. У Цзянь Суйина не было никакой возможности теперь самостоятельно получить эту землю.

Суйин был настолько зол, что хотел забить их до смерти.

Он взял свой телефон и позвонил этой супружеской паре. Но ему просто не ответили. Это привело Суйина в ярость. Он позвонил своему приятелю, который познакомил их, и осыпал его бранью.

Его приятель, как правило, отличался довольно покладистым характером, но, узнав о случившемся, он понял, что его шурин и его жена поступили неправильно. Заикаясь, он принес свои извинения, и вслед за Суйином стал ругать этих двух идиотов.

Цзянь Суйин ругался на этих двоих от злости, но в то же время ему было стыдно за то, что он усложнил себе жизнь. Его приятелю тоже не повезло: изначально речь шла о наведении мостов между ними, но в результате он оказался нехорошим человеком*. Закончив разговор, Суйин все еще кипел от злости. Думая о том, что все его усилия пошли прахом и из его рук ускользнул большой кусок земли, он все никак не мог успокоиться.

*Тут использована пословица: «Свинья Бацзе смотрит в зеркало, но не видит человека внутри». Поскольку это свинья, она, конечно, не может быть человеком. Обычно ее используют для описания человека, совершающего поступки, противоречащие нормам морали. Или же человека, который совершенно не похож на человека внешне и изнутри.

Если бы он знал это, то зарегистрировал бы свою собственную компанию и производил биопродукты, это было бы приятнее, чем сотрудничать с этими двумя идиотами.

Цзянь Суйлинь задумчиво стоял в стороне и молча слушал его тирады и ругательства.

Когда Суйин злился, ему нужно было выплеснуть свой гнев. Так как сейчас ему это было необходимо, очень кстати тут оказался сяо Линь-цзы. Ругань и проклятия посыпались уже на его голову.

— Цзянь Суйлинь, ты здесь специально, блядь, чтобы убить меня? Ты руководил проектами, в которых три квартиры и этот участок земли канули в воду!

Цзянь Суйлинь опустил голову и ничего не говорил. За все свои годы он привык не перечить, когда Суйин сердился.

Пока он ругался, раздался стук в дверь. С трудом проглотив едва не вырвавшиеся слова, он выровнял дыхание:

— Войдите.

Вошедшим оказался Ли Юй.

Суйин выглядел настолько мрачным, что любой бы мог понять, что что-то случилось.

— Что случилось? — Ли Юй посмотрел сначала на него, а после перевел взгляд на Цзянь Суйлиня.

— Расскажи ему, — Суйин бросил на Цзянь Суйлиня короткий взгляд.

Цзянь Суйлинь повторил все с самого начала.

Ли Юй не выказал никакого недоумения, но ненадолго задумался.

— Тебе будет неприятно говорить об этом моему дагэ. Позволь мне самому рассказать ему об этом.

У Суйина тоже начинала болеть голова, когда он думал о том, как поговорить об этом с Ли Сюанем. Только Ли Юй мог сейчас помочь избавить Суйина от больших проблем. И как хорошо, что он сам вызвался это сделать. Он правда не знал, как сказать об этом Ли Сюаню, который так много работал над этим вопросом. Эта пара ублюдков сначала долго уговаривала Суйина заняться их делом, а когда он подключил огромное количество людей, то они просто слились.

Суйин очень злился по этому поводу. Он даже подумал о том, чтобы попросить Цзянь Суйлиня навести справки об этой частной инвестиционной компании, а после подставить этих идиотов.

Но учитывая то родство, в котором они состояли с его приятелем, Суйин решил этого не делать, так как это было очень жестоко. Особенно после того, как ему перезвонил этот самый друг и сказал, что он сразу же связался с ними и высказал им все. Он также пообещал, что найдет способ и притащит этих двоих идиотов к порогу Цзянь Суйина, чтобы они извинились и вернули все потраченные на них деньги.

Хотя Суйин и злился, думая об этом хорошем участке земли, но он знал, что на этом дело все может и закончится.

Суйин не ожидал получить такую удушающую новость в первый же день возвращения на работу. То хорошее настроение, что у него было, теперь было испорчено до конца дня. Он заставил обоих парней сесть и обсудил с Ли Юем, как следует говорить обо всем с Ли Сюанем, чтобы не вызвать негативного эффекта.

Они разговаривали втроем около получаса, и, наконец появилась одна мысль.

Суйин не хотел больше говорить об этом неудачном деле. Он поинтересовался, как продвигаются другие работы. Особенно тот участок земли, с которым к нему приходил Бай Синьюй.

Он на самом не ожидал, что дела идут хорошо. С правами собственности и прочим практически все было решено, и следующим шагом будет аукцион. Суйин не мог не впечатлиться этими двумя молодыми парнями.

В руках у Цзянь Суйлиня были документы с информацией, которую он чуть не забыл передать.

— Это участок земли, о котором упоминалось, когда мы ужинали с Ян-цзуном в прошлый раз. Он находится рядом с Шестой кольцевой дорогой. Ты сказал, что заинтересован, поэтому я специально узнал о нем.

Суйин взял бумаги и просмотрел их.

— Свяжись с Ян-цзуном, когда освободишься, и договорись с ним о времени, чтобы я смог посмотреть сам.

— Хорошо.

— Тогда займись делом, — устало выдохнул Суйин.

Цзянь Суйлинь вышел, а Ли Юй остался сидеть на диване напротив Суйина.

Суйин подошел к нему и рухнул на него сверху, вздыхая от усталости.

Ли Юй потер его виски.

— Ли Юй, — вздохнул Суйин, — видишь, как мне действительно нелегко зарабатывать деньги. Особенно когда встречаются такие ненадежные люди, отнимающие много времени и сил. Они создают проблемы на мою задницу, с которыми приходится потом очень долго трахаться.

Ли Юй, глядя на его усталое лицо, вдруг заметил ранимость, которую этот мужчина так редко показывал. Он хотел сказать какие-то слова утешения, но горло словно сдавило, и он не смог вымолвить ни слова.

Глава 12.5 - Ревнивый психопат

На самом деле, такие потери в мире бизнеса Цзянь Суйин пережил уже немало. Так что после короткого периода гнева он смог привести себя в порядок.

В университете у Ли Юя начались каникулы. Накануне вечером Суйин пригласил Ли Юя поужинать с ним.

Цзянь Суйин тщательно подготовился к сегодняшнему ужину. Он выбрал довольно уютный ресторан в западном стиле. Отдельные комнаты, скрытые от посторонних глаз, имели приглушенное освещение, идеально подходящее для свиданий влюбленных.

Суйин взял ключ от дома и повязал его красной лентой, сделав на нем бант. Он намеревался повторно подарить его Ли Юю. На самом деле, ему очень хотелось спросить Ли Юя, не хочет ли он жить с ним. Но этот порыв был лишь сиюминутным: во-первых, это предложение было для него малореальным, так как Ли Юй был еще студентом и жил в общежитии. Во-вторых, мысль о том, что придется жить с кем-то, слегка напрягала его. Он на самом деле не знал, не станет ли ему до смерти скучно, если он будет жить с одним человеком долгое время. На данном этапе жизни уже было бы неплохо, если бы Ли Юй мог приходить к нему время от времени, чтобы составить компанию.

Суйин тщательно выбрал одежду, можно даже сказать, принарядился, и отправился на встречу.

Ужин был очень приятным. И еда, и атмосфера были на высоте. Ли Юю было немного не по себе от того, что они находились здесь только вдвоем. Но Суйин был из той категории людей, которые не краснеют, даже если по какому-то поводу вышли бы голыми на улицу. Его абсолютно не волновало, что подумают о нем другие.

В конце ужина, пока они ждали десерт, Суйин уже собирался достать ключ и сказать что-нибудь приятное. Но в этот момент у него вдруг зазвонил телефон, который разрушил все планы на вечер.

Его телефон лежал на столе.

Поскольку в приватной комнате ресторана царила тишина, звук его мобильного телефона прозвучал как раскат грома, испугав их обоих.

Суйин взглянул на определитель номера — это был сяо Чжу.

Ли Юй никогда не жаловался на проблемы со зрением. Стоило ему лишь опустить взгляд, как он увидел имя звонившего. Цзянь Суйин записал сяо Чжу как «маленький поросенок».* Суйин на самом деле ничего не подразумевал под этим. Просто при внесении его в список контактов он пытался упростить его имя. Но эти два слова подействовали на Ли Юя, как детонатор, и он тут же взорвался.

*На самом деле маленький поросенок пишется так — 小猪 / xiǎo zhū. В оригинале же написано 小朱 / xiǎo zhū (маленький ярко-красный). Так что у нас здесь омофон.

Таким именем никогда не запишут серьезный деловой контакт. Это должен быть близкий друг, с кем у Суйина личные отношения. К тому же такое дурацкое имя напомнило Ли Юю о беспорядочной жизни Суйина. Все это выглядело очень двусмысленно.

Ли Юй, конечно же, все еще сомневался, но следующее действие Цзянь Суйина прямо подтвердило его подозрения.

Суйин провел пальцем по экрану, скидывая звонок. После это он собирался убрать телефон в карман.

В глазах Ли Юя появился огонь. Протянув руку, он выхватил телефон, холодно смотря на Суйина.

— Почему ты не отвечаешь?

— Это не важный звонок, — немного смутился Суйин.

— Маленький поросенок? — в гневе зашипел Ли Юй. — Какого из своих любовников ты называешь так интимно? Это тот, что был в прошлый раз?

Суйин рассмеялся и протянул руку, чтобы попытаться вернуть телефон.

— Твоя банка с уксусом очень кислая.* Я давно уже с ним не связывался.

На самом деле они связывались всего два дня назад. Причина была в том, что Суйин обещал ему подарить квартиру. От своего слова он отказываться не собирался, но времени у него для всего этого не было. Да и видеться с ним Суйин больше не собирался. Так что этим занялись его сотрудники. Как раз сегодня, по расчетам, они должны были вручить ему документы.

*Это метафора, обозначающая очень ревнивого человека.

Суйин обнаружил, что Ли Юй тот человек, что выглядит уверенным и благородным, но на самом деле сердце его было довольно маленькое, и очень злое. Но с другой стороны, Ли Юя тоже можно было понять. Так что ему тоже сейчас стало немного неловко, и он постарался это скрыть.

Однако следующее действие Ли Юя заставило Суйина разозлиться. С насмешкой посмотрев на него, Ли Юй демонстративно перезвонил. Суйин не успел остановить его, вызов уже пошел.

— Привет, Цзянь шао, — донесся из динамика нежный и мелодичный голос сяо Чжу.

На лице Ли Юя появилось такое смущение, что он от ярости готов был перевернуть стол и уйти.

Цзянь Суйин поспешно выхватил у него телефон.

— Цзянь шао?

— Сяо Чжу.

— Цзянь шао, вопрос с квартирой решен. Спасибо.

— Хорошо. Давай поговорим об этом в другой раз! — Суйин быстро сбросил вызов, нервно смотря на Ли Юя.

Ли Юй встал и, не глядя на него, направился к выходу.

Суйин тут же поспешил за ним. На выходе из ресторана его остановили, так как счет еще не был оплачен. Смотря на уходящего Ли Юя, Суйин в ярости вытащил несколько купюр и бросил на стойку. Он быстро побежал прочь, едва догнав Ли Юя, когда тот уже собирался закрыть дверь машины.

Суйин дернул дверь автомобиля и, применив грубую силу, вытащил его из салона. Видя, что на стоянке никого нет, Цзянь Суйин безрассудно прижал его к двери машины.

Ли Юй раздраженно оттолкнул его.

— Ли Юй, Ли Юй, послушай меня… да послушай меня! — закричал Суйин, схватив его за одежду.

Ли Юй злобно посмотрел на него. Внутри него все было переполнено гневом и разочарованием. Даже если Суйин вел себя с ним так, будто любит его, но пока кучи дерьма, о которых он знал и не знал, не будут убраны, слова Суйина для него ничего значить не будут. Ли Юй попытался оттолкнуть его.

— Иди, блядь, к своим маленьким поросятам, щенкам или кто там у тебя, а ко мне не приставай!

Суйин прижался к его лбу, чувствуя себя немного обиженным.

— Сяо Ли-цзы, откуда такая ревность?.. Можешь выслушать меня? Давай поговорим нормально.

Ли Юй тяжело дышал, сдерживая желание размахнуться и ударить его кулаком.

— Я не тот, за кого ты меня принимаешь. Я никогда не искал никого другого, когда был с тобой. Но ты ведь сам бросил меня! Мне даже после этого не разрешается найти кого-то другого? Теперь мы снова вместе, и пока ты не бросаешь меня, я, Цзянь Суйин, от тела и до сердца, от начала и до конца только твой. Понял?

Эти слова ничуть не успокоили Ли Юя, а наоборот, казалось, еще больше разозлили.

— Почему ты не можешь вынести одиночества? — холодно хмыкнул он. — Ты чувствуешь себя некомфортно, когда рядом с тобой никто не спит?

Суйин едва не подавился воздухом, нахмурив брови.

— Я предупреждаю тебя, не переходи на личность. Ты что, не можешь перестать вести себя как плаксивая сука? Ты хочешь затеять драку?

У Ли Юя едва не упала челюсть от этих слов.

— Да пошел ты, блядь!

— Ладно, ладно, давай прекратим, хорошо? — Цзянь Суйин сдерживал свой гнев и старался использовать консультативный тон. — Хочешь, я поклянусь тебе? Клянусь, что пока у меня есть ты, я, Цзянь Суйин, даже смотреть ни на кого другого не буду!

— Тогда без меня у тебя сразу же появился бы гарем из трех тысяч человек, верно? — Ли Юй смотрел на него неумолимым взглядом.

— Боже, почему ты ведешь себя, как ревнивая замужняя женщина? Что это за мысли? Если ты, блядь, когда-нибудь снова порвешь со мной, я что, должен буду хранить тебе свою верность и оплакивать тебя целыми днями? Почему бы тебе не подумать об этом с другой стороны? Пока ты рядом со мной, я обещаю быть покорным. Только ты в моих глазах и сердце, и больше никого!

Суйин был совершенно искренен в своих словах. Он просто игнорировал тот факт, что люди любят слушать красивые слова и сладкие обещания. Пусть они даже слишком нереальные, но все же они лучше, чем правда. То, что Ли Юй хочет услышать, это точно не «пока у нас все хорошо, я буду только с тобой. Если у нас все плохо, то я пойду искать кого-то другого». Ли Юй хотел услышать от Цзянь Суйина, что он будет единственным в его жизни, независимо от того, насколько он будет хорош или плох.

Ли Юй знал, что это слишком нелепо. Он сам, возможно, не смог бы сдержать такое обещание. Но он хотел, чтобы Цзянь Суйин пообещал ему именно это. Он не мог не желать, чтобы Суйин принадлежал только ему. Ли Юй был в такой ярости, что не мог выразить это словами. Он понимал, он все понимал, но не мог сдержать столь бурного эгоистичного желания. Тот, кто ему нравится, это явно не Цзянь Суйин. Но Ли Юй хочет монополизировать именно его. Это извращенное и опасное желание, но как избавиться от этой мании, он не знал.

Наблюдая за растерянным и молчаливым Ли Юем, Суйин решил ковать железо, пока оно горячо.

— Сяо Ли-цзы, — Суйин коснулся кончика его носа, говоря успокаивающим тоном, — неважно, что это за поросенок или щенок, я их больше не увижу. Видишь, как я за тобой бегаю? Ты действительно все еще не веришь, что в моем сердце есть только ты?

Суйин нежно коснулся его губ, оставляя на них невесомый поцелуй.

— Ты даже представить себе не можешь, насколько лао-цзы ценит тебя.

— Насколько? — Ли Юй тупо смотрел ему в глаза.

— Что?

— Насколько сильно ты меня любишь? Я хочу услышать!

— Как мне это тебе сказать? — Суйин почувствовал неловкость.

— Скажи все, что придет тебе в голову. Я хочу это услышать.

Суйин задумался. Он никогда в жизни никому не давал обещаний и не говорил ни одного приличного ласкового слова. В этот момент, когда его попросили выразить свою любовь, он действительно не знал, как об этом сказать.

— Я позволил тебе трахнуть меня, — спустя какое-то время произнес Суйин. — Будь на твоем месте любой другой, я бы зарезал его не задумываясь. Так как ты думаешь, насколько сильно я тебя люблю?

Только услышав это Ли Юй почувствовал удовлетворение. Он обхватил затылок Суйина, с силой прижимаясь к его губам. Его язык скользнул в рот Суйина, собственнически исследуя и словно заявляя права. Суйин дразнил его язык в ответ, и прозрачная слюна скопилась в уголке их губ.

Этот наглый, самолюбивый и непревзойденный мужчина, которого многие люди так страстно ненавидели, но при этом просто не могли противостоять его чарам, должен был быть только его. Он должен принадлежать только ему!

Цзянь Суйин принадлежал только ему!

— Если ты, — Ли Юй услышал, как его собственный голос вырвался из запретной области его сознания, словно призрак, — позволишь кому-то другому трахнуть себя… я тебя зарежу!

______________

Мы с бетой обсудили график. Будем стараться готовить по 2 главы в неделю.

Глава 13.1 - Кольцо и застенчивый опытный любовник

Цзянь Суйин, наконец, сумел успокоить Ли Юя, что позволило избежать жесткого конфликта на парковке ресторана.

Они уже собирались сесть в машину и уехать.

Ли Юй сел на водительское место, а Цзянь Суйин обошел автомобиль, намереваясь сесть на пассажирское. Как раз в этот момент появился черный спортивный автомобиль с откидным верхом, который с визгом выехал на парковку.

Цзянь Суйин с детства любил машины, поэтому, естественно, он привычно для себя посмотрел, что это за машина. В результате, когда он увидел человека, сидящего на водительском сиденье, в его глазах вспыхнул огонь. Этот парнишка с крашеными желтыми волосами… Не тот ли это тупоголовый бяоди Бай Синьюй, который не знал, куда спрятаться после того, как просадил все деньги?

— Бай Синьюй! — сердито крикнул Суйин и сильно хлопнул дверцей машины.

В машине Бай Синьюя сидела знойная красавица. Выйдя из машины, девушка встала, соблазнительно выгнув тонкую талию. Держа в руках небольшую сумочку, она ждала Бай Синьюя.

Громкий и такой внезапный голос разнесся по пустой стоянке, напугав только что приехавших людей.

Обернувшись, Бай Синьюй увидел, что к нему приближается свирепый Цзянь Суйин. Парень испугался до смерти, его рука дрогнула, он снова вставил ключ в замок зажигания и, вжав педаль газа до упора, умчался прочь.

Все произошло за несколько секунд. Когда Ли Юй вышел из машины, автомобиль Бай Синьюя уже давно скрылся. На стоянке остались только разгневанный Суйин, озадаченный Ли Юй и красивая женщина с растерянным лицом.

Цзянь Суйин подошел к женщине и спросил:

— Когда вы с ним познакомились?

— Кто вы? — женщина посмотрела на него, немного насторожившись.

— Я его дагэ! — стиснув зубы, произнес Суйин.

Девушка была настроена скептически. Она была очень зла на Бай Синьюя за то, что он оставил ее одну и сбежал, и была не в настроении отвечать.

— Мы давно знаем друг друга.

— Разве он не уезжал за границу? Когда он вернулся?

— Почему ты это спрашиваешь? — девушка поджала губы.

— Какое тебе дело? — закричал Суйин. — Отвечай!

— Вернулся на прошлой неделе, — девушка вздрогнула и сделала шаг назад, настороженно глядя на него, — в субботу, кажется.

Суйин не стал ничего больше спрашивать. Он развернулся и направился обратно к машине.

Ли Юй не стал заводить машину, а спокойно ждал, пока Цзянь Суйин успокоит свой гнев.

— Этот ебаный сукин сын наконец-то осмелился вернуться, — выругался Суйин. — Он сбежал, когда увидел меня. Он такой, блядь, трус! Если я его поймаю, мне придется его хорошенько избить.

Ли Юй задумчиво посмотрел в ту сторону, где скрылась машина Бай Синьюя.

— Квартиры уже проданы им. Что ты сможешь сделать, даже если поймаешь его?

Это заявление поставило Суйина в тупик.

Он хотел только поймать Бай Синьюя и хорошенько избить его, а о том, что будет делать с ним после избиения, он не задумывался.

Невозможно заставить его вернуть деньги, которые он получил с продажи квартир. Вероятнее всего, что этот ребенок уже давно все потратил. К тому же, если посчитать, то себестоимость трех комплектов квартир — не такая уж большая сумма. Конечно, Цзянь Суйин не собирался его убивать за это. Только вот если Суйин не преподаст Бай Синьюю незабываемый урок на всю жизнь, он не успокоится.

— Сначала хотя бы избить его… Потом я поговорю с моей тетушкой насчет того, чтобы отправить его в армию.

Когда этот идиот не поступил в институт, его отец хотел отправить его в армию, чтобы научить дисциплине и выбить из него всю лень, которая не свойственна природе. Но Бай Синьюй боялся страданий. Он не просто плакал, а рыдал и умолял не отправлять его. Тогда родители дали слабину и отбросили эту идею. Теперь, когда Цзянь Суйин думал об этом, то пришел к выводу, что действительно следует отправить его в армию. Двухлетнее обучение, нагрузки и тренировки должны будут оставить свой след. По крайней мере, после того как он вернется оттуда, он будет выглядеть как мужчина.

Суйин и его отец много помогали их семье на протяжении многих лет. Тетя и дядя прислушаются к нему, если он скажет, что это не только на пользу Бай Синьюю, но и для того, чтобы преподать ему урок. Сняв с себя ответственность, они все получат небольшую передышку.

— Ты действительно сильно зол на него, — покачал головой Ли Юй.

Отправить молодого, ленивого, изнеженного мальчика в дисциплинированную и жуткую армию? Это даже больно представить. Бай Синьюй должен будет каждый день просыпаться в слезах и, скорее всего, не протянет и полмесяца.

— Посмотрим, осмелится ли он еще играть со мной в такие игры, — усмехнулся Суйин, — на этот раз я его хорошенько отделаю.

Это должен был быть приятный романтический ужин, но сначала раздался телефонный звонок от сяо Чжу, а после появился Бай Синьюй. Это повергло обоих мужчин в уныние.

Суйин изначально планировал уединиться с Ли Юем в отеле, чтобы хорошо провести там время. Но сейчас уже был не в настроении.

Они долго болтали в дороге друг с другом. Время прошло незаметно для обоих, и Ли Юй загнал машину на подземную парковку. Он припарковался и заглушил мотор на выделенном месте Цзянь Суйина. Как только Суйин коснулся своего кармана, то вспомнил, что еще не отдал Ли Юю ключ. Он поспешно достал его и с улыбкой протянул ему.

Ли Юй застыл. Глядя на маленькую фланелевую коробочку, от удивления он вдруг замешкался.

— Ты ведь не думаешь, что это кольцо? — Суйин уловил смену выражения на его лице.

Ли Юй немного смутился, не говоря ни да, ни нет.

Суйин заметил, что его действительно поняли неправильно, поэтому даже сам немного смутился, не зная, плакать ему или смеяться.

— Я просто хотел, чтобы это выглядело по-особенному… — он открыл коробку, и внутри лежал ключ от его дома.

Ли Юй взял ключ в руки. Взвесив его в руке, он, сам не зная почему, во второй раз получив его от Суйина, почувствовал необычайную тяжесть.

— Я знаю, что тебе нецелесообразно переезжать ко мне… Но в любом случае, у тебя есть ключ, так что относись к этому месту, как к своему собственному дому. Приходи, когда захочешь.

— Хорошо, — улыбнулся Ли Юй. Он сжал ключ и положил его в карман.

Суйин наклонился к нему, обхватил его затылок и поцеловал.

— Когда ты придешь? Я попрошу, что почистили бассейн и поменяли воду.

— О, у тебя есть бассейн?

— Да, но я понял, что тратить деньги на эту штуку было бесполезно. Я использовал его всего несколько раз, но… — Суйин облизал губу. — Давай сделаем это в воде?

Дыхание Ли Юя вдруг стало прерывистым, и он легонько прикусил губу Цзянь Суйина.

— Мне нужно домой.

— Я знаю, — рассмеялся Суйин. — Возвращайся, я ведь не о сегодняшнем дне говорю.

— Тогда зачем ты меня провоцируешь? — немного грубо произнес Ли Юй.

— Как я тебя провоцировал? — нахально улыбнулся Суйин. Он отрицал провокацию, но в то же время руками уже полез под чужую одежду.

Ли Юй легко поддался искушению. Он уже с трудом мог усидеть на месте.

— Цзянь-гэ, — приложив немало усилий, он сумел взять себя в руки, — мне действительно нужно идти домой. У меня есть дела.

— Ладно, возвращайся, — немного разочарованно Суйин провел подушечками пальцев по щеке Ли Юя, прежде чем выйти из машины.

Неожиданно Ли Юй схватил его за плечи и прижал к дверце автомобиля. Он стремительно накрыл губы Суйина своими, страстно целуя. Сильнейшие эмоции накрыли его с головой.

— Послезавтра, — в промежутке между поцелуями и вздохами произнес Ли Юй, — я приду послезавтра.

— Хорошо… Тогда я покажу тебе свои новые плавки, хе-хе.

Ли Юй неохотно отпустил его и нажал на кнопку разблокировки дверей автомобиля.

Цзянь Суйин снова поцеловал его, после чего открыл дверь машины и вышел. В тот момент, когда он уже собирался закрыть дверь автомобиля, он вдруг остановился.

Ли Юй молча смотрел на него.

— Сяо Ли-цзы, — с улыбкой на лице он смотрел Ли Юю в глаза, — я действительно очень хочу подарить тебе кольцо. Ты хочешь этого?

В тот момент, когда Ли Юй встретился с его любящим взглядом, в его сердце возникло сильное покалывание. Его руки, державшие руль, вдруг задрожали. Он открыл рот, не зная, что ответить.

Суйин скривил губы в задорной улыбке.

— Я подарю тебе самое дорогое. Смотри не потеряй его.

— Ты воспринимаешь меня как женщину, — натянуто улыбнулся Ли Юй.

— Как такое может быть? — нахмурился Суйин. — Если бы у тебя не было члена, я даже не посмотрел бы в твою сторону.

Он заметил, что Ли Юй немного напрягся, и подумал, не сильно ли этот вопрос оказал на него давление?

Когда Суйин упомянул о кольце, то Ли Юй, вероятно, подумал о предложении руки и сердца. Но на самом деле он не собирался делать ничего подобного. Он просто подумал, что было бы неплохо, если бы они носили парные кольца. Это своего рода договор, символика принадлежности друг другу, и это довольно тонкое чувство. В общем, Суйин очень хотел бы попробовать.

Цзянь Суйин выпрямился, не желая снова видеть смущение на лице Ли Юя.

— Я просто пошутил, — Суйин почувствовал себя полным идиотом. — Я уже ухожу. Увидимся позже.

Ли Юй наблюдал за тем, как спина Суйина исчезает в подъезде. Только после этого он наконец-то свободно выдохнул. Он достал свой телефон и набрал сообщение Цзянь Суйлиню:

«Бай Синьюй вернулся»

Хотя Ли Юй ничего не сказал и казалось, что даже отверг эту идею, но этот упрямый осел, Цзянь Суйин, позволил этой идее о кольце поселиться в его сердце маленьким кактусом. Теперь он не мог забыть об этом. Просто ему особенно хотелось посмотреть, что произойдет, когда будут одинаковые кольца на руках у него и Ли Юя.

Поэтому на следующий день после работы он поехал прямо в *New Yansha Mall, чтобы выбрать кольцо с бриллиантом. Осмотревшись, он не нашел ничего подходящего. По дороге домой он позвонил другу, жена которого занималась ювелирным бизнесом. Он сообщил, что хочет сделать на заказ два мужских кольца с бриллиантами.

*New Yansha Mall — крупнейший торговый центр в Пекине. Его называют «Великой китайской торговой стеной». Здесь расположено более 1000 магазинов, приобрести в которых можно без преувеличения все.

Его друг вдоволь посмеялся над ним, а потом нарочито заявил:

— В мужских кольцах используется слишком мало бриллиантов. Моя жена не захочет их делать, даже если это для тебя.

— Блядь, — выругался со смехом Суйин, — бриллиант че, должен быть размером с дверную ручку, чтобы твоя жена сделала их? Это теперь твоя задача убедить ее. Но говорю сразу, если меня не устроит заказ, то я приду и поквитаюсь с тобой.

— Эй, да ты неразумный. Разве кольцо должно удовлетворить тебя? Нет, все зависит от того, будет ли удовлетворена им твоя маленькая любовь.

— Какая тебе разница? Мой вкус, между прочим, намного лучше, чем его. Ты сначала сделай так, чтобы я был доволен.

Этот ребенок, Ли Юй, ходит постоянно в спортивном костюме или джинсах. Он вообще не умеет одеваться. Суйин подумал, что он определенно не может положиться в таком вопросе на вкус Ли Юя.

— Что, у него вкус не такой хороший, как у тебя? Так что же ты в нем нашел? Он особенно красив? Эй, Суйин, давай рассказывай, кто тебя настолько привлек, что ты собираешься купить кольцо с бриллиантами.

— Ты правда пытаешься заставить меня говорить об этом? Я не могу сказать, кто он. К тому же я просто так хочу купить два кольца. Я не собираюсь делать кому-то предложение. О чем вообще ты подумал?

— Иди ты нахрен, если ты просто так заказываешь кольца с бриллиантами, то мне это совсем не интересно. Но скажи мне правду, удовлетвори мое любопытство.

— Нет. Я не могу сказать.

— Блядь, иди к черту, Суйин!

— Я действительно не могу сказать тебе, — тон Суйина из шутливого стал серьезным. — Тебе не разрешается больше об этом спрашивать. Также ты не должен никому об этом говорить.

Как только парень понял, насколько Суйин серьезен в этом вопросе, то перестал спрашивать и пообещал ему найти лучшего ювелира и удовлетворить все его потребности.

Суйин сбросил звонок. Он вдруг задумался о том, как отреагирует Ли Юй, когда получит кольцо. Если этот сопляк, Ли Юй, не наденет кольцо, то Суйин заставит съесть его.

Глава 13.2 - Человек, который чувствует запах обмана

Хотя Цзянь Суйин хотел немедленно накинуться на Бай Синьюя и жестоко избить его, но он не мог не думать о своей тетушке. Он выбрал солнечный день, чтобы купить кое-какие подарки, и отправился в дом тети. Бай Синьюя не оказалось дома, как и предполагал Цзянь Суйин.

Придя в гости, он не стал ничего говорить о том, что сделал Бай Синьюй. Вместо этого он, как старший брат, заботящийся о будущем своего двоюродного брата, попросил отправить Бай Синьюя в армию.

Тетя и дядя сомневались, говоря, что Бай Синьюй не хочет туда ехать, и что армия — тяжелое место для жизни.

Суйин сказал, что Бай Синьюй не подходит для бизнеса, и что в столице он общается и водит дружбу с некоторыми нехорошими людьми. К тому же у него пристрастие к азартным играм. Рано или поздно он проиграет все деньги своей семьи, поэтому его нужно отправить в новое место, чтобы проучить.

Кроме того, у Суйина есть связи в армии. Если Бай Синьюй сможет придерживаться этого пути, его ждет большое будущее. Это гораздо лучше, чем его нынешняя праздная жизнь, когда он тратит деньги и развлекается с женщинами.

Хотя у Цзянь Суйина есть эгоистичное желание отомстить Бай Синьюю, на самом деле это решение принято ради семьи Бай и самого Бай Синьюя. Если сегодня он может обмануть своего двоюродного брата из-за игорного долга, то кто знает, какие звериные поступки он может совершить в следующий раз. Цзянь Суйин должен исправить его, пока он не совершил еще большую ошибку. Он рассчитывал, что атмосфера армии полностью преобразит Бай Синьюя, кусок грязи, которая не может даже поддерживать стену.

*китайская метафора, которая означает, что грязь слишком тонкая, чтобы прилипнуть к стене. Это означает, что из-за плохих способностей или низкого уровня человек не сможет увидеть мир.

Пожилая пара, в конце концов, убедилась, что слова Цзянь Суйина разумны. Они поняли, что это действительно лучший выход для их сына. Если он сможет зарабатывать на жизнь в армии, а у семьи есть связи, то будущее его, безусловно, будет безграничным. Теперь они должны быть более стойкими в своем решении ради будущего их сына.

Так, за спиной Бай Синьюя, они втроем уладили все дела.

Вечером у Суйина был светский ужин. Он взял с собой подчиненного, чтобы тот выпивал вместо него. Суйин и не подозревал, что эти люди могут так много пить. И хотя его подчиненный много пил вместо него, Суйин все равно напился.

Водитель повез его домой. Суйин сидел на заднем сиденье в забытье, когда раздался телефонный звонок.

Он посмотрел на номер и усмехнулся.

— Привет, директор Чжао…

Звонившим был заместитель директора бюро в Бэйхае. Этого человека Ли Сюань представил ему, чтобы тот помог ему разобраться с земельными делами. До этого они дважды вместе обедали, Цзянь Суйин считал, что этот человек вполне прямолинейный и дружелюбный. Он смог наладить с ним отношения. Хотя земельный вопрос прошел неблагоприятно для него, но все же друзья везде необходимы.

Он был очень удивлен тем, что этот директор Чжао звонит ему.

— Эй, лао ди, ты слишком много выпил?

— Нет, большую часть на стол пролил. Когда директор Чжао приедет в Пекин, я устрою ему хороший прием… — Суйин икнул, — угощу тебя обедом.

— Ха-ха. Если будет такое же количество алкоголя, что ты сегодня влил в себя, то я буду валяться под столом. Мне нужно хорошенько об этом подумать.

— Давай приезжай, — рассмеялся Суйин, — тебе необязательно все вливать в себя.

Они непринужденно болтали сначала ни о чем, а потом директор Чжао перешел к делу.

— Лао ди, этот участок земли город решил предоставить тебе в качестве гранта. Это все решится в ближайшие нескольких дней. Я тут недавно просматривал этот материал и… почему у вас сменились акционеры? Я не знаю, о чем ты думаешь, но безопаснее подавать заявку от имени материнской компании. В конце концов, материнская компания сильна. Мы пойдем тебе навстречу и дадим время, чтобы пересмотреть еще раз этот вопрос.

Цзянь Суйин был пьян. Он внимательно все слушал, и потом долго молчал.

— Ооо, — единственное, что он смог произнести, так и не уловив суть. Он чувствовал, что здесь содержится важное сообщение, но не мог сейчас ничего проанализировать.

Директор Чжао тоже понимал, что его состояние не располагает к разговору.

— Давай я лучше поговорю с тобой завтра, — вздохнул мужчина. — Еще неизвестно, сможешь ли ты завтра вспомнить об этом звонке. Хорошо отдохни сегодня.

Закончив разговор, Суйин медленно закрыл глаза. Его голова немного разболелась и стало особенно муторно. Он знал, что директор Чжао сказал что-то очень важное, но не мог на этом сосредоточиться. Это чувство очень тяготило его.

Цзянь Суйин был доставлен домой своим водителем и подчиненным. Он давно не пил столько алкоголя. За ночь его трижды вырвало, из-за чего он всю ночь промучился, так и не сумев поспать.

На следующий день он проспал до двух часов дня и встал с головной болью. Приведя себя в порядок, поев и приняв лекарство, он почувствовал себя немного лучше. Он пролистал журнал звонков в телефоне, чтобы проверить, не пропустил ли чего-нибудь важного. Так он обнаружил имя директора Чжао.

В голове Цзянь Суйина вспыхнул свет, и он вдруг вспомнил, что сказал ему вчера директор Чжао. Он тщательно проанализировал сказанное директором Чжао. И чем больше он это делал, тем больше опускалось его сердце.

Судя по тому, что сказал директор Чжао, они не отказались от этого участка земли. Они только убрали название его компании из заявки и заменили названием той частной инвестиционной компании. Или, вероятнее всего, какой-нибудь другой фиктивной фирмой, которую можно зарегистрировать за небольшую плату.

Проанализировав все до и после, он полностью разобрался в ситуации. Эти два идиота воспользовались плодами его усилий и, отказав ему, переключились на работу с другими. Они хотели пойти по старому пути Белого Волка в пустых перчатках* — получить от государства кусок земли.

*Пустые перчатки и белые волки — это уничижительный термин, который является метафорой методов обмана, используемых лжецами, которые не делают никаких вложений и обманывают всех. Это выражение используется в бизнесе и означает, что кто-то получает огромную прибыль за малые усилия (или, подразумевается, без усилий).

Цзянь Суйин был так зол, что со злости пнул журнальный столик.

Он так много работал, прокладывая дорогу, раздавая деньги и налаживая связи. И вот когда все практически получилось, у него вдруг крадут его дело из-под носа. Получается, что он бесплатно сделал работу для других. С его характером и высокомерной натурой он не мог позволить себе проиграть. Но что же он мог сделать?

Он задумался над тем, может ли быть, что это от начала и до конца было продумано этими двумя людьми. В начале переговоров Суйин придерживался позиции, что если он сможет получить землю, то будет сотрудничать, а если не сможет, то не будет вкладываться. Цзянь Суйин не подписывал с ними никакого договора. Он лишь намеревался получить землю после выделения участка в пай.

В это время они подали заявку на получение государственной земли под брендом Bio Feed Company. Суйин не подавал заявку на право владения брендом инновационного и экологически чистого предприятия. Суйин полагался на свои человеческие отношения и двигал компанию, к которой, по сути, не имел никакого отношения. Тогда он думал, что после того, как все получится, он просто купит их акции.

Конечно, он не ожидал, что они передумают практически у самого финиша. Отправленная информация была написана от имени компании биокормов. Без них Цзянь Суйин не сможет получить эту землю. Отношения между правительством и компанией были налажены. Руководители приняли решение о выделении земли. Но Суйин теперь оказался вне игры.

Суйин не ожидал, что у них хватит смелости проделать такое за его спиной. Теоретически, после того как они отменили соглашение о сотрудничестве и перестали подавать заявку на землю, Ли Сюань должен был узнать об этом первым. О том, что они сменили акционеров и снова подали заявку, Ли Сюань тоже должен был узнать первым. Раз Ли Сюань знает, то и Суйин тоже должен был узнать об этом немедленно!

Однако об этой новости он узнал от малознакомого директора. Этот человек был совершенно не в курсе, что Суйин вышел из сотрудничества и этот участок земли больше не имеет к нему никакого отношения.

Если Ли Сюань не держал на него зла, то как он мог обидеть Суйина, не сообщив об этом? Они ведь хорошо ладили.

Цзянь Суйин немного растерялся. Он не знал, что именно пошло не так. Столько недоразумений… Каких еще деталей он не знал?

Он прикурил сигарету и задумался, не замечая, что за окном уже темнеет.

Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем телефонный звонок вернул его к реальности.

Он схватил телефон и увидел, что это Ли Юй. Он пригласил Ли Юя прийти сегодня к нему домой, но вчера напился, а сегодня у него раскалывалась голова. И нарвался на такую лажу, что просто забыл обо всем. Бассейн был не почищен.

Он ответил на звонок, снова чувствуя новую головную боль.

Из динамика донесся звук закрывающейся двери автомобиля.

— Я собираюсь выезжать. Что ты хочешь съесть? Я заеду в супермаркет и куплю.

— Сяо Ли-цзы, извини. Не приходи сегодня.

Ли Юй как раз заводил машину и ключ уже был повернут наполовину в замке зажигания.

— Что случилось? — Ли Юй вернул ключ в первоначальную позицию и мотор заглох.

— Вчера вечером у меня был званый ужин… я напился… не работал весь день… У меня до сих пор болит голова. Бассейн так и не почистили…

— Тогда я приеду и приготовлю что-нибудь для тебя, — Ли Юй на секунду замолчал. — Ты ведь не ел сегодня?

— Ел. Я заказывал доставку.

— Так что ты хочешь на ужин? Я приеду позже и приготовлю.

Суйин был совсем не в настроении видеть своего возлюбленного. Все, о чем он мог сейчас думать, — это вопрос о Бэйхаэ. Подумав о своих подозрениях к Ли Сюаню, он решил, что не стоит встречаться с Ли Юем сейчас. Вдруг он скажет что-то не то и спровоцирует его. Это будет очень плохо. Лучше сначала все прояснить в этом вопросе.

— Детка, не приходи, я в плохом состоянии. У меня все лицо опухло и мне лень двигаться. Я не хочу, чтобы ты видел меня таким. Давай как-нибудь в другой раз, хорошо?

Ли Юй понял, что Суйин не лжет, когда услышал его тяжелый голос.

— Хорошо, — с досадой произнес он. — Отдыхай.

Суйин вздохнул с облегчением.

— Можешь за меня не волноваться, я просто давно так не пил. Мне полезно отдохнуть. Ты можешь приехать в другой день.

— В будущем не пей так много, — с укоризной произнес Ли Юй.

Глава 13.3 - Сомневается во всех, включая возлюбленного

Положив трубку, Цзянь Суйин продолжил размышлять. Он знал, что это дело нельзя подвергать огласке, что его нужно расследовать втайне, чтобы случайно не обидеть кого-нибудь.

Он был очень зол, независимо от того, что скрывалось за этим.. Осмелиться так играть с ним? Суйин не позволит этой паре получить ни единого камня на этой земле.

Сначала он связался с директором Чжао и попросил его найти причину, чтобы задержать документ и получить отсрочку на некоторое время, а также попросил его никому не говорить об этом.

Директор Чжао сначала очень сомневался. Как только он это услышал, то понял, что что-то происходит. Но он не знал, что именно и чьи интересы затронуты. Также он не знал, может ли это как-то повлиять на него самого. Он не особенно близок с Цзянь Суйином, и ему совершенно незачем рисковать ради него.

Но после неоднократных просьб Цзянь Суйина он согласился найти причину, чтобы отложить это дело на две недели.

Этих двух недель Цзянь Суйину вполне хватило, чтобы разобраться с этим вопросом.

Сначала он попросил проверить, какова биография нового контролирующего акционера, а после этого сделал несколько звонков знакомым, минуя Ли Сюаня, чтобы связаться с правительством Бэйхая.

Через два дня ему дали ответ. В нем говорилось, что в настоящее время контролирующей стороной является компания, которая была зарегистрирована всего два месяца назад. Законным представителем является уроженец Бэйхая, совершенно незнакомый Цзянь Суйину. Зарегистрированный капитал составляет всего пятьсот тысяч юаней и регистрация бизнеса не содержит никакой полезной информации.

Суйин сначала подумал, что раз частная акционерная компания инвестировала в кормовую компанию, то контролирующей стороной должна быть частная акционерная компания. Он не ожидал, что увидит настолько фейковую компанию, созданную всего три месяца назад. Она как будто специально создана для этого дела. Такой подход к прикрытию еще больше убедил Цзянь Суйина в том, что здесь кроется что-то нечистое. В остальном же эти две компании хоть и копали под Суйина, но закон не нарушали. Зачем создавать марионеточную компанию-холдинг, если настоящий вкладчик скрывается?

Не хотят, чтобы кто-то узнал об истинной природе частной инвестиционной компании?

Этот момент вызвал у Суйина большие сомнения. Одно из свидетельств показывало, что это все было спланировано от начала до конца. Кормовая компания и частная инвестиционная компания планировали, что он проложит им дорогу, а затем его вышвырнут на улицу и будут сами пожинать плоды.

Чем больше Суйин думал об этом, тем больше злился: он терпеть не мог, когда с ним играли. Это просто неуважение к его способностям и интеллекту, что является большим оскорблением для него. Он может позволить себе потерять деньги, но не может позволить себе потерять гордость.

Он знал, что это грязные дела, и что если он в них полезет, то не только не получит ни малейшей выгоды, но и может оскорбить многих людей. Но даже если он обидит всех, он все равно никогда не позволит тем, кто осмелился его обмануть, добиться своего.

Поскольку частную инвестиционную компанию не удалось раскрыть, расследование на время застопорилось. Цзянь Суйин долго думал, как исключить подозрения в отношении Ли Сюаня. Он решил послать человека для тайного расследования оперативных шагов по получению информации о заявке. Он хотел узнать, прошел ли этот документ через руки Ли Сюаня.

Конечно, он не хотел сомневаться в Ли Сюане. Не только из-за отношений с Ли Юем, но и потому, что Ли Сюань был человеком, с которым можно было дружить... К тому же Ли Сюань определенно не был человеком, который ради мелких выгод поставил бы себя в недоброе и неправильное положение. Цзянь Суйин не мог придумать, какую большую выгоду он мог бы получить, чтобы рискнуть отвернуться от него, и помочь им пользоваться этим участком земли.

Это абсолютно бессмысленно.

Но поскольку Ли Сюань являлся непосредственным исполнителем этого дела, вероятность того, что он не видел эти документы, практически равна нулю. Если он и видел их, то, исходя из того, что Ли Юй уже уведомил его о том, что они с Biofeed больше не работают вместе, он знал, что контролирующая сторона сменилась. Он должен был сразу же понять, что происходит. Как же он мог не проинформировать его?

Может ли быть такое, что он просто не знает?

Как только эта мысль возникла, Цзянь Суйин тут же ее подавил. Он знал, что Ли Юй делает все сразу, не откладывая на завтра. Невозможно, чтобы он не рассказал Ли Сюаню о таком важном деле. Подумав немного, он все равно остался с кучей вопросов, на которые не было ответов. Он не рискнул позвонить Ли Сюаню. Поэтому в данный момент он не имел ни малейшего представления о том, что является правдой.

Существует множество вариантов развития событий. И каждый из них кажется чрезвычайно неправдоподобным.

Какова история этой частной инвестиционной компании? Когда они и Biofeed установили контакт? Был ли план использовать его с самого начала, или они сошлись на полпути? Какова была роль Ли Сюаня в этом деле? Знал ли он обо всем и почему не сообщил Суйину правду?

Суйин подумал, что здесь должно быть что-то, чего он еще не учел.

Обычно, когда человек думает о чем-то, он предполагает несколько вариантов. Эти варианты в результате логических суждений и фактических умозаключений могут привести к одной или нескольким теориям, связывающим все причины и следствия. Среди этих мыслей должна быть одна, которую он считает наиболее разумной и наиболее близкой к реальности. Однако Цзянь Суйин не мог уловить ту, которая была бы наиболее близка к истине. Ему казалось, что ни один из вариантов никак не объясняется логически.

Это все вызывало у него сильную головную боль. Настолько сильную, что он, поглощенный своими мыслями и расследованиями, дважды откладывал встречу с Ли Юем.

На третий раз Ли Юй, наконец, сорвался и ударил по столу, выплескивая свое негодование.

— Да что с тобой творится в последнее время? Я тоже выполняю свою работу в компании, но почему мне кажется, что ты занят намного больше, чем обычно?

Суйин посмотрел на него с некоторым замешательством. Он не знал, как объяснить это. Не мог же он сказать, что подозревает, будто его брат получил деньги от других и помог им обмануть его.

Ли Юй нахмурился, чувствуя некую обиду. За последнее время Суйин игнорировал его слишком много раз. Раньше Суйин приглашал его на свидание, а теперь сам Ли Юй дважды проявил инициативу и получил отказ. Ли Юй задался вопросом, не пытается ли Цзянь Суйин просто избавиться от него. Есть ли вероятность того, что Суйин, видя, что он хочет быть с ним официально, потерял чувство «новизны» и интерес.

От одной мысли о такой возможности Ли Юю захотелось все вокруг разгромить. Если для Суйина он действительно был лишь кратковременным завоеванием и, попав к нему в руки, он тут же обесценился... То он точно не отпустит Цзянь Суйина.

Этот мужчина затащил его в нынешнюю жизнь, сделал зависимым от себя, дал ему статус-кво и лишил возможности существовать без него. Ли Юй смирился с существующим положением. Но если Суйин посмеет оттолкнуть его в этот момент, то он не знал, что будет делать.

Суйин вздохнул, подумав, что все это время был занят этим дерьмом и совершенно не обращал внимания на собственное счастье.

— Не сердись, я действительно занят... — он потянул Ли Юя за руку. Вот только он не мог сказать, чем именно он занят. Он знал, что Ли Юй не сможет этого вынести. — Нет, я больше не занят. Скажи, куда ты хочешь пойти?

Ли Юй опустил голову, поиграл с длинными и тонкими пальцами Суйина, а после подтянул их к себе в рот и не слишком осторожно прикусил.

— Твой бассейн до сих пор не почищен?

Суйин громко рассмеялся и достал свой мобильный телефон.

— Сейчас я попрошу, чтобы его почистили. Этой ночью приходи ко мне домой. Хорошо, баобэй-эр*?

*宝贝: детка, дорогая. Суйин специально называет его 宝贝儿 с добавленным суффиксом 儿 (er).

Ли Юй улыбнулся. Он наклонился и поцеловал Суйина.

— Давай вместе сходим в супермаркет. Что ты хочешь съесть сегодня вечером?

_______________

Кто ждал сегодня главу?

А кто ждет игры ЛиЦзянь в бассейне?

Глава 13.4 - Все бывает в первый раз... Даже это!

Глава удалена Shelleer

Эту работу вы можете прочитать на ваттпад,  скопировав ссылку или через группу в телеграмм. На этом сайте этой работы не будет. Приношу прощения за доставленные неудобства.

https://www.wattpad.com/user/Shelleer

И канал в телеграм, чтобы не потеряться:

https://t.me/You_But_Love_Him_Shelleer

Вселенная 188男团 /188 group/

Глава 13.5 - Любовник, который уничтожает своего возлюбленного... Буквально

Они пробыли в бассейне более двух часов, и только когда стемнело и температура упала, они спустились вниз и вернулись в квартиру.

Ли Юй напевал мелодию, которую Цзянь Суйин никогда не слышал, и в приподнятом настроении отправился готовить. Сегодня они накупили в супермаркете большую тележку продуктов. Цзянь Суйин бросал в тележку все подряд, совершенно не думая о сроках годности продуктов.

Цзянь шао зашел в ванную, чтобы принять душ, и вышел оттуда с полотенцем, обернутым вокруг бедер. Он вытянул ноги перед телевизором, как вдруг вспомнил, что как раз когда они занимались сексом в бассейне, несколько раз звонил его телефон. Но Ли Юй не отпустил его, а потом и вовсе сделал так, что от бесконечного удовольствия голова Суйина закружилась и он напрочь забыл обо всем.

Теперь, когда он об этом вспомнил, то подумал, что это может быть что-то срочное.

Суйин поспешно достал мобильный телефон и взглянул на экран. Там было восемь пропущенных вызовов, и все они были от одного человека — Бай Синьюя. Он вспомнил, сколько прошло времени с того момента, когда он связался со своим приятелем из армии, чтобы тот выполнил все формальности в отношении службы для Бай Синьюя. В ближайшие два дня его точно могут отправить служить в армию в одно из мест в Цинхае*.

*Цинхай — провинция на северо-западе Китая.

Это место Суйин выбрал специально. Во-первых, это достаточно удаленное и труднодоступное место, где даже поймать сигнал мобильного телефона — проблема. Во-вторых, там служит в армии племянник его приятеля, который более или менее способен позаботиться о нем. Суйину пришлось приложить немало усилий, чтобы найти место, где он мог бы поддерживать отношения с Бай Синьюем, несмотря даже на то, что это место было отдаленным и настолько пустынным, что даже птицы не вьют там гнезда.

Но зачем этот мальчишка звонил ему? Он думал, что всю оставшуюся жизнь ему придется ходить вокруг Великой китайской стены, чтобы увидеть его. Возможно ли такое, что он понял, что ситуация действительно серьезная, что его родители слишком решительно настроены и что у него нет другого выхода, кроме как позвонить своему гэ и попросить прощения?

Цзянь Суйин усмехнулся и перезвонил, чтобы узнать, что этот парень может ему сказать. Но в результате, как только он набрал номер, оказалось, что телефон был отключен.

Тогда он позвонил своей тетушке. Тетя ответила на звонок хриплым голосом, будто она не так давно плакала.

— Тетя, сяо Юй уже уехал?

*Юй (羽) последний слог в имени Бай Синьюй.

— Уехал сегодня. Ох, Суйин, я знаю, что это для его же блага. Но я мать, и у меня так тяжело на сердце. Он ведь ни одного дня в своей жизни не страдал… — задыхающимся голосом ответила женщина.

Цзянь Суйин, конечно же, утешил ее, напомнив, что все это для общего блага. После недолгого разговора он с улыбкой закончил звонок.

Когда Ли Юй вошел в комнату с тарелкой еды, то увидел Цзянь Суйина, со злобной улыбкой держащего в руках телефон.

— Что случилось? — поинтересовался Ли Юй.

— Бай Синьюй, этот мальчишка, сегодня уехал в Цинхай.

— Так быстро?

— Конечно. Если я что-то делаю, то делаю это быстро. Я позабочусь о том, чтобы ему некуда было бежать или молить о пощаде, чтобы он был хорошим солдатом.

— Он может вернуться через несколько дней, — произнес Ли Юй и поджал губы.

Суйин бросил телефон на диван и потянулся.

— Невозможно, племянник моего приятеля присмотрит за ним. К тому же, если он действительно захочет сбежать, опираясь на свои две слабые куриные ножки и эту пустую голову, то у него ничего не получится.

— А ты не боишься, что он тебя возненавидит? — спросил Ли Юй.

Цзянь Суйин засмеялся.

— Когда он был маленьким, я тайком давал ему карманные деньги. Без меня за столько лет, при его скверном характере, я даже не знаю, сколько раз он бы стал калекой. Столько лет я тянул его и растил, а он вырос и обманом лишил меня денег. Кто кого должен ненавидеть? — думая об этом, Суйин впал в отчаяние. — Черт, я вырастил волчонка.

Ли Юй замер.

Он знал всю подноготную этого дела. Хотя Бай Синьюй и виноват, но его просто использовал Цзянь Суйлинь. Если бы Суйин узнал, что настоящий волчонок — это его младший брат, как бы он себя повел тогда и что бы почувствовал. У Ли Юя защемило сердце. Думая о том, что они сделали, он не мог смотреть Цзянь Суйину в глаза.

«К счастью, все закончилось, — сам себя успокоил Ли Юй. То, что они взяли у Суйина, можно считать компенсацией за унижения, которые Суйлинь терпел столько лет. В конце концов, для Суйина это не такая уж и большая сумма. За все страдания, что перенес Цзянь Суйлинь за более чем десять лет, он должен был получить приличную компенсацию. Пришло время за все рассчитаться.

Теперь все осталось в прошлом.

Ли Юй успокоился и накрыл стол с кучей приготовленных им деликатесов.

— Ух ты! — Суйин подошел к столу. — Сяо Ли-цзы, ты такой молодец. Как ты все успеваешь?

— Я уверен, что ты еще многое не попробовал, — рассмеялся Ли Юй, вытирая руки.

Суйин присвистнул.

— Эта невестка стоит того, чтобы на ней жениться, — радостный Суйин сел и сунул в рот большой кусок тушеной свинины.

После ужина Суйин позвал Ли Юя в гостиную, чтобы обсудить несколько проектов.

Ли Юй взял документы в руки и внимательно просмотрел их. Это был участок земли на севере Пятого транспортного кольца*, относящийся к активам государственного предприятия. Сейчас он выставлен на открытый аукцион.

*Кольцевая дорога скоростной автомагистрали в Пекине.

— Я общался с владельцем этой компании, — сказал Суйин, — если он проделает одну хитрость во время аукциона, то никто больше не купит ее. Я бы с удовольствием взял эту землю, но инвестиции слишком высоки. Посмотри, что скажешь?

Ли Юй просмотрел информацию.

— Этот участок очень удачно расположен. Он выходит на дорогу с обеих сторон. Здесь очень выгодно делать любой бизнес.

— Да. К тому же я слышал, что там собираются строить метро, так что цены точно вырастут в два раза.

— Сколько денег надо вложить?

— Больше четырех миллиардов, — коротко ответил Суйин.

— Земля действительно стоит денег, — размышлял Ли Юй. — Но где ты возьмешь такие большие инвестиции?

— Текущего денежного потока компании достаточно, чтобы вывести несколько сотен миллионов. Остальное можно взять под залог под текущие проекты. Я недавно обедал с главой головного офиса банка и обсуждал с ним этот вопрос: если мы возьмем в качестве залога два проекта в Циньхуандао и Санье, то почти сможем выйти на эти деньги. После того как земля будет экспроприирована, ее можно лучше финансировать.

— Я думаю, что это слишком рискованное вложение, — нахмурился Ли Юй. — Ты все внимательно изучил? Прозрачное ли право собственности? Смогут ли тебе передать его сразу?

— Все проверено, — рассмеялся Суйин, — ничего страшного нет. Земля оформлена на имя компании, формальности соблюдены. Но такие инвестиции — это не «сегодня скажи, завтра заплати», ты прав, риск слишком велик. И я не планирую заниматься этим сейчас. Я просто делюсь с тобой.

— Ты не думал о том, чтобы найти кого-то для этой работы?

— Конечно, я думал об этом, но долго не мог найти подходящего человека. Этот участок земли очень желанный… — Суйин смотрел на документы и в его взгляде были видны бешеные амбиции.

— Ты точно не один такой жадный, — рассмеялся Ли Юй. — Проверь все еще раз. Если ты действительно туда влезешь, то не сможешь вкладывать деньги в другие свои проекты.

— Да, было бы неплохо, если бы отель в Санья был завершен быстрее, — размышлял Суйин. — Кстати, эту землю мне порекомендовал сяо Линь-цзы. У этого парня неплохое чутье, к тому же он весьма предприимчив.

— Суйлинь? — на лице Ли Юя застыла улыбка.

— Да.

Ли Юй еще раз взял в руки имеющуюся информацию и внимательно ее просмотрел. Если смотреть по документам, то никаких проблем там нет. Но на душе у него уже лежал тяжестью огромный камень, и как бы он ни думал об этом, ему все равно было не по себе.

— У сяо Линь-цзы хорошая голова, но он слишком робок, — рассмеялся Суйин. — Он с детства был как маленькая девочка. Не знаю, сможет ли он в будущем совершать великие дела.

Ли Юй практически не слушал, что говорит Суйин. Он глубоко ушел в свои мысли. Он подумал, что Цзянь Суйлинь не будет настолько смелым и способным, чтобы предпринять что-то в этом деле. Несмотря ни на что, у них же все-таки одна фамилия. Украсть немного карманных денег у брата это одно, но чтобы совершать глупости, которые могут навредить ему и не принести пользы себе, это совсем другое дело.

Этот участок земли хоть и вызывал у Цзянь шао сильный зуд, но, в конце концов, инвестиции оказались слишком большими, и ему пришлось пока повременить. Но при этом он продолжал активные действия, обдумывая, как можно получить от банка больше денег.

В то же время он не забывал и о той земле в Бэйхае.

_____________

Мои хорошие, так как эта глава не большая, как и следующая, мы решили их выложить сразу вместе.

Буду ждать от вас комментариев как к этой главе, а особенно к следующей.

Приятного чтения

Глава 13.6 - Неправедный брат

Поначалу он собирался послать одного из своих подчиненных для проверки, но потом решил, что это дело слишком деликатное. Он не мог никому доверять. Да и смысла не было туда ехать тому, у кого нет связи с правительством Бэйхая. Нужно действовать осторожно и не поднимать шумиху. И в итоге единственное имя, которое пришло ему на ум, был Цзянь Суйлинь.

Так уж совпало, что сейчас у брата как раз летние каникулы и у него достаточно свободного времени. Кроме того, он общался с Ли Сюанем и остальными людьми в Бэйхае. Будучи ребенком, он не вызовет у них больших подозрений. Так что он был самым подходящим человеком для поездки. Поэтому он позвонил сяо Линь-цзы и сказал, что сегодня вечером придет домой к ужину и что ему нужно с ним кое о чем поговорить.

— Гэ, что-то случилось? — встревожился Цзянь Суйлинь.

— Это связанно с Бэйхаем. Я расскажу тебе об этом вечером, когда приеду.

Цзянь Суйин не появлялся дома по крайней мере месяц или около того. Отец был рад его видеть, и открыл бутылку Маотай, которую ему подарили. Вместе с отцом и сяо Линь-цзы Суйин выпил несколько бокалов. Глядя на красное от выпитого лицо отца, он вдруг почувствовал, что и сам начал стареть.

Его отец несколько месяцев назад приобрел судоходную компанию. Чтобы идти в ногу со временем, он занимается импортно-экспортной торговлей. Хотя его отец не молод, он ни дня не может оставаться без дела. В последнее время он, видимо, много времени проводит на улице и, кажется, даже загорел.

Когда отец выпивал с сыновьями, Чжао Янь была благоразумна и никогда не появлялась. Поэтому сегодня Цзянь Суйин пребывал в хорошем настроении. Редко когда его не охватывала волна необъяснимого негодования, как только он возвращался в этот дом. Он был более добр и благосклонен и к отцу, и к сяо Линь-цзы.

Отец выпил немного лишнего и поднялся наверх, чтобы немного отдохнуть. Внизу Суйин беседовал с Цзянь Суйлинем. Он анализировал ситуацию, сложившуюся в Бэйхае, а также свои собственные мысли и опасения.

Если бы не красное лицо выпившего Цзянь Суйлиня, Суйин мог бы заметить, что у него было странное выражение лица.

— Постарайся, чтобы Ли Сюань не узнал об этой поездке. Ты дважды был в Бэйхае, у тебя должны были остаться контакты с некоторыми людьми. Так что я оставлю этот вопрос на тебя.

— Хорошо, — сдержанно кивнул Цзянь Суйлинь, — без проблем.

— Разберись с тем, что именно пошло не так. Если это действительно жадность Ли Сюаня к наживе и сделка с этими двумя идиотами, чтобы обмануть меня, то я не позволю ему уйти от ответственности, — Суйин под действием алкоголя говорил немного резко, хотя на самом деле понимал, что даже если Ли Сюань причастен ко всему этому, он не сможет ничего сделать с ним.

Во-первых, потому что существенных потерь нет, поэтому ему только и остается злиться на Ли Сюаня. Во-вторых, Ли Сюань старший брат его любимого человека. Суйину все равно придется видеть Ли Сюаня и общаться с ним, потому что он уважает и любит Ли Юя. Он хотел выяснить все подробности и докопаться до сути, только чтобы отомстить этим двоим и той инвестиционной компании, которая с ними связалась.

Суйин был слишком пьян, чтобы вести машину, поэтому решил переночевать здесь.

Вернувшись в свою комнату, Цзянь Суйлинь взял мобильный телефон и стал искать номер Ли Юя. Он долго смотрел на экран, но так и не позвонил ему.

В итоге он отправил Ли Юю текстовое сообщение с вопросом, собирается ли он завтра в компанию.

«Приду» — пришел короткий ответ спустя некоторое время.

Цзянь Суйлинь убрал телефон и сонно прислонил голову к спинке кресла. В темноте он не видел ничего, кроме белой стены.

Вдруг его мобильный телефон издал звук входящего смс. Он поднял его, чтобы просмотреть сообщение.

«Что случилось?» — спросил Ли Юй.

— Что случилось?..

Губы Цзянь Суйлиня растянулись в ироничной улыбке. Он, вероятно, шутит? Цзянь Суйлинь из кожи вон лезет, чтобы получить то, чего так жаждет, а его «хороший приятель», не прилагая усилий, получает все, при этом ничего не теряя. Ли Юй — наименее квалифицированный человек в этом мире, чтобы спрашивать его о том, что случилось.

Теперь, даже видя имя Ли Юя, он чувствовал сильный прилив ненависти. Ненависть к этому человеку была настолько сильной, что ее невозможно было подавить. Швырнув с психу телефон на стол, он встал и не очень ровным шагом направился в комнату брата.

Цзянь Суйин уже спал, притом очень крепко.

Возможно, под действием алкоголя смелость Цзянь Суйлиня стала гораздо больше, чем обычно. Он сел на край кровати, включил тусклую настольную лампу и с жадностью вглядывался в спящее лицо Цзянь Суйина.

— Гэ… — он протянул руку и коснулся теплой щеки Цзянь Суйина, — гэ, когда же ты посмотришь на меня?

Он наклонился и поцеловал винные губы Цзянь Суйина.

— Что в нем такого замечательного? Что, блядь, в нем такого?

Цзянь Суйлинь нежно погладил переносицу Суйина, коснулся его губ и переместил пальцы на его кадык.

— Почему он тебе так нравится?.. — он прошелся языком по приоткрытым губам Суйина, задевая его зубы, и в этот момент резко сжал руку на горле брата.

Если он не успокоится, его старший брат скоро исчезнет из этого мира. Он похоронит с ним все. Нужно потерпеть еще лишь несколько десятков секунд. Всего несколько десятков коротких секунд и все будет кончено навсегда.

— Закончится ли? Действительно? Гэ…

Цзянь Суйлинь отдернул руку, словно его ударило током. Он посмотрел на Цзянь Суйина, который во сне страдальчески наморщил брови. Сердце его вдруг разорвалось от пронзительной боли. Он снова навалился на Цзянь Суйина и поцеловал его шею и губы, неосознанно шепча:

— Гэ, ты обязательно будешь моим! И это тело... и это сердце... может принадлежать только мне…

_________________

Как же я ненавижу эту тварь... как же отвратительно... и как же неприятно мне делать с ним главы.

Глава 14.1 - Сводный брат зло, а молодой любовник — сторонник зла

Цзянь Суйин был разгневан. Он не знал, обо что ударился прошлым вечером после того, как выпил слишком много, но на шее у него теперь красовался очень некрасивый синяк. Когда он пришел в компанию, все сотрудницы смотрели на него неоднозначно. Кажется, они думали совсем не о том.

Суйин появился в компании, когда уже почти наступил обеденный перерыв. Когда он пришел, то оказалось, что сяо Линь-цзы и Ли Юй пришли еще с утра. Цзянь Суйин был этим вполне доволен: эти дети теперь понимали, что такое ответственность.

Суйин попросил секретаря Лян заказать для сяо Линь-цзы билет на этот вечер. Он потребовал от Цзянь Суйлиня результатов, прежде чем тот сможет вернуться.

Суйин успел сделать лишь пару телефонных звонков, когда наступило время обеда. Секретарь Лян работала с ним уже несколько лет и была очень внимательна и рассудительна. Она знала, что когда Ли Юй приходил в компанию, обед должен быть доставлен в кабинет Цзянь Суйина и обязательно на двоих.

Цзянь Суйин ждал, когда Ли Юй придет на обед, но он так и не появился. Он позвонил ему, но на звонок никто не ответил. Суйин был очень голоден, но не хотел есть один. Именно поэтому он пошел искать Ли Юя.

Это офисное здание — один из его активов. Его собственная компания занимала три этажа, а остальные сдавались в аренду. Найти кого-то на трех этажах не так уж и легко.

Он спросил одного из сотрудников, не видел ли он Ли Юя, и ему ответили, что он и Цзянь Суйлинь находятся в конференц-зале. Суйин сразу же направился туда.

В конференц-зале действительно находились двое парней: один стоял, а второй сидел.

Цзянь Суйин увидел, что Суйлинь, уперевшись руками в стол, говорил что-то с серьезным выражением лица, словно допрашивал Ли Юя. Суйин не мог видеть лица Ли Юя, потому что он сидел к нему спиной. Но, судя по его оборонительной позе со скрещенными на груди руками, ему это не очень нравилось.

Насколько помнил Суйин, если не считать того случая, когда он получил в тайфун травму из-за Ли Юя, эти двое всегда были в хороших отношениях. Почему же теперь между ними возник конфликт?

Цзянь Суйин посчитал это немного подозрительным и решил узнать, в чем дело. Когда он подошел, то услышал слова сяо Линь-цзы:

— Надо было с самого начала сказать ему, чтобы он встал на нашу сторону, и сейчас не было бы столько проблем.

— Ты не понимаешь? — низким голосом произнес Ли Юй. — Если бы я ему сказал, он бы точно остановил нас.

Цзянь Суйин был просто сбит с толку их диалогом.

Цзянь Суйлинь заметил Суйина через стекло и тут же встал прямо. Выражение его лица было не очень хорошим.

Суйин открыл дверь и прислонился к дверному косяку.

— О чем вы тут спорите? — нахмурился он.

— По работе, — тут же ответил Цзянь Суйлинь.

Ли Юй обернулся, взглянул на Суйина и тут же отвернулся.

Суйин интуитивно чувствовал, что от него что-то скрывают, но что именно он не мог догадаться. В данный момент он не собирался это обсуждать, ведь если они действительно хотят что-то скрыть, можно ли напрямую об этом спрашивать? Если он хочет узнать, то должен расспросить их по отдельности. Невозможно узнать правду, когда они находятся вместе, они обязательно солгут.

Он посмотрел на сяо Линь-цзы, а потом перевел взгляд на Ли Юя.

— Обед уже принесли, иди поешь. Поговорите после обеда.

Ли Юй встал. Он выглядел угрюмо. Не говоря ни слова он двинулся к выходу.

Когда он проходил мимо Суйина, то намеренно задел его плечом. Он удивленно посмотрел на Суйина, словно только сейчас пришел в себя.

— Мы постоянно так делаем, — тихонечко рассмеялся он, — даже когда играли в баскетбол частенько спорили. Пойдем поедим.

Суйин посмотрел на него и промолчал. Они ушли вместе.

Цзянь Суйлинь стоял в конференц-зале и, стиснув зубы, смотрел на их удаляющиеся спины.

Пока они ели, Суйин попытался разузнать предмет их спора.

— О чем вы только что говорили? — словно невзначай спросил он. — Ты выглядел очень встревоженным.

— Ничего, просто дела компании, — опустив голову, ответил Ли Юй.

— О, дела компании? Что происходит в компании, о чем я не знаю?

Понимая, что Суйин не успокоится, Ли Юй поднял голову.

— Цзянь-гэ, — он попытался придать своему голосу более шутливый тон, пытаясь сделать его менее серьезным, — это конфликт между нами двумя. Мне не очень приятно говорить об этом, ты можешь не спрашивать?

Ли Юй выразился так прямолинейно, что Цзянь Суйин не мог продолжать настаивать на этом. Он обиженно опустил голову и продолжил есть.

Это была очень скучная трапеза. В конце концов, у обоих мужчин в душе лежала тяжесть. У одного в сердце бушевала буря, но лицо оставалось все таким же спокойным, а у другого оно полно любопытства и опасений.

Несмотря на то, что Ли Юй забил гвоздь в крышку гроба и не собирался продолжать, огонь любопытства у Цзянь Суйина не угас.

После обеда Суйин провел вторую половину дня, работая над проектом вместе с Ли Юем и другими своими подчиненными. Когда они закончили, то рабочее время уже подошло к концу и пора было идти домой. Когда все ушли, Суйин достал телефон, намереваясь позвонить Цзянь Суйлиню.

В результате, когда он позвонил, мобильный брата был отключен. Только тогда он вспомнил, что сяо Линь-цзы уже сел в самолет и улетел в Бэйхай. Телефон не годится для того, чтобы выбить признание. Суйин не стал больше звонить, намереваясь дождаться, когда сяо Линь-цзы вернется и все расскажет. Но дела накладывались одно на другое, и вскоре этот вопрос отошел на второй план.

Цзянь Суйлинь пробыл в командировке целую неделю.

Суйин тоже не сидел сложа руки.

Поскольку один из двух крупных проектов компании был близок к завершению, а второй находился в стадии активного строительства, они оба могут быть сданы в течение этого года. Суйину необходимо было активно готовиться к инвестиционным проектам следующего года. В настоящее время у него было несколько перспективных проектов на примете. Он провел несколько встреч с руководителями компании по их изучению, и большинство из них оптимистично смотрели на землю в районе Пятого транспортного кольца. Но из-за высокого риска и больших инвестиций никто не решался предложить это напрямую.

Суйин очень жаден до этого участка земли. Несколько раз он с генеральным директором выезжал на осмотр и каждый раз был в восхищении. Выкупив этот участок, можно все равно остаться в выигрыше. Даже если он ничего не будет там строить и перепродаст его потом, то прибыль составит несколько сотен миллионов. От этого проекта люди в компании глупеют, пускают слюни, все хотят приложить руку в работе над этим проектом.

После нескольких встреч, выездов и исследований на руках у Суйина было четкое представление об этой земле.

Это действительно отличный актив с четкими правами собственности, в котором невозможно найти ни малейшего дефекта. После уплаты денег собственность будет немедленно передана, а после передачи можно сразу же заявить о начале строительства.

Имея такой хороший актив, можно обратиться за кредитом. Банк также пойдет на перспективное сотрудничество. Можно сказать, что помимо слишком больших первоначальных инвестиций, эта земля представляет собой огромную золотую жилу. При условии нормальной работы прибыль будет исчисляться миллиардами, что для перспектив компании будет являться огромным скачком.

После нескольких оценок и обсуждений все пришли к единогласному выводу, что осуществимость этого проекта очень велика, единственная проблема — финансирование. Из-за проблемы финансирования Цзянь Суйин так и не смог решиться на это. Люди, находящиеся под его руководством, не осмеливались говорить об этом прямо, опасаясь, что если с проектом что-то случится, то в этом обвинят их. Никто не мог позволить себе такого риска.

Ли Юй, напротив, в этом вопросе всегда придерживался осторожной и даже оппозиционной позиции.

На самом деле он — студент колледжа, и в компании его голос не имеет большого веса. Но поскольку Суйин, большой босс, ценил его, он мог присутствовать на любом важном совещании, а также вставить пару слов.

Хотя он молод, он устойчив и имеет собственное мнение. То, что он говорит, Цзянь Суйин принимает близко к сердцу.

Негативное отношение Ли Юя также считается. На Суйина иногда полезно вылить ведро холодной воды, чтобы его разгоряченный мозг немного остыл. В итоге он решил немного подождать и посмотреть. Лучше дождаться открытия проекта в Циньхуандао. В компанию придут деньги, и тогда Суйин снова сможет не не только начать рассматривать новый проект, но и иметь прибыль.

После возвращения из Бэйхая Цзянь Суйлинь первым делом отправился в компанию. Он не сказал Суйину о своем возвращении. Прежде чем Суйин начнет выпытывать у него подробности дела о кормовой компании, он должен был сначала встретиться с Ли Юем.

Поговорив с Ли Юем по телефону он узнал, что тот находится в компании. Именно поэтому, сойдя с самолета, он даже не стал возвращаться домой, а сразу отправился в компанию.

Ни у одного из них не было собственного кабинета, и для своих разговоров они могли использовать только конференц-зал. Только в этот раз они не решились идти в конференц-зал со стеклянными прозрачными стенами, боясь быть замеченными. Поэтому они использовали полностью закрытую комнату.

Одежда Цзянь Суйлиня была в пыли. В руках у него был чемодан, а на спине белая рубашка вся пропиталась потом..

Ли Юй сидел напротив него с ничего не выражающим лицом и смотрел, как он раскладывает перед ним стопку информации. Они долго смотрели друг другу в глаза, ожидая найти слабые места.

— Ли Юй, на этот раз ты должен помочь мне… — не торопясь заговорил Цзянь Суйлинь.

В это время Суйин искал Ли Юя по всей компании. В руках у него были документы работы, которую Ли Юй должен был выполнить еще полчаса назад. Документы лежали в его собственном столе, а вот сам Ли Юй исчез. Суйин заметил на столе его мобильный телефон. Он разблокировал экран и попал на записи последних звонков. Последний входящий вызов был от Цзянь Суйлиня.

Сяо Линь-цзы? Сяо Линь-цзы звонил ему?

Суйин вернул телефон на прежнее место и вышел из кабинета. Как раз ему попалась на глаза тетушка-уборщица.

— Ты не видела Ли Юя? — спросил он у нее.

— Сяо Ли? Я только что видела его с твоим сюнди.

— Сяо Линь-цзы?

— Да.

В душе Цзянь Суйина зародились странные чувства. Он даже не знал, что сяо Линь-цзы вернулся. Придя в компанию, он первым делом не стал докладывать ему о поездке, а сразу же встретился с Ли Юем? Что здесь вообще происходит?

— Куда они вдвоем пошли? — задал вопрос Суйин.

— Я не знаю. Я только видела, как они шли в ту сторону.

Площадь первого этажа компании составляла более тысячи квадратных метров, и в каждом направлении расположено более десятка кабинетов. Цзянь Суйин нахмурился и посмотрел в ту сторону, не решаясь идти.

Ему стало необычайно неуютно на душе. Он так и не узнал причину их ссоры в тот день и кто был тот «он», о котором они говорили? Был ли это кто-то из знакомых? Молчание Ли Юя только усилило подозрения Суйина. Сегодня сяо Линь-цзы вернулся в Пекин, не сообщив о своем приезде. Он пришел в компанию и даже не появился на глаза, и вместо этого первым делом спрятался где-то с Ли Юем. Что, блядь, здесь происходит?

Суйин, как правило, человек не подозрительный. Он из тех, кто любит действовать осторожно. Он ненавидит тех, кто имеет плохой характер и мелочен. В работе он использует принцип: если не доверяешь человеку — не используй его. Если с кем-то работаешь, то не сомневайся в нем. Если его окружают люди, которые замышляют против него что-то, то ему придется тратить всю свою энергию на собственную защиту. Если бы ему приходилось тратить силы на постоянную оборону, а не на серьезные дела, то ничего хорошего бы из этого не вышло.

Одним из тех, кто сейчас скрывает тайны за его спиной, это его брат, а другой — любовник. Эти двое — его родные люди, и они что-то скрывают от него. В душе он действительно чувствовал себя нехорошо.

Суйин — очень властный человек и шовинист*. Он с детства был главой семьи, и никогда не позволял другим оспаривать его авторитет. Ли Юй «не хочет говорить» это он еще может терпеть. Но то, что сяо Линь-цзы осмеливается скрывать от него что-то… Этого он не мог позволить.

*大男子主义 — идеология отстаивания интересов мужчин и принижения женщин. Убежденность в том, что мужчины рождаются более сильными, чем женщины. Проявляется это в действиях, установках, языке и политике. Это специфическая форма сексизма, которая является синонимом мачизма.

Ли Юй не мог больше сидеть на стуле. Он вскочил, его лицо посинело от гнева.

— Цзянь Суйлинь, ты сошел с ума! — заорал он.

— Нет, я в трезвом уме, — тихо ответил он.

— Откуда у тебя такая смелость? Когда ты успел отрастить такие большие яйца?.. Если ты действительно сделаешь что-то подобное, твой гэ может забить тебя до смерти!

Цзянь Суйлинь растянул губы в улыбке.

— Он ничего не сделает. Пришло время сменить главу в семье Цзянь.

Ли Юй с силой смахнул на пол лежащую на столе информацию.

— С чего ты взял, что я буду помогать тебе? Это война между братьями…

— Война между братьями? — Цзянь Суйлинь ухватился за эти слова. — Ты уже давно в этом замешан, и только сейчас пытаешься сказать, что тебя это не касается?

— Это правда, что я уже влез и не смогу из этого выбраться, — на лице Ли Юя появилась безжалостность. — Но я уже сделал для тебя все, что должен был, и ни за что не соглашусь на это!

— Ли Юй, ты влюблен в моего брата? — с легким сарказмом спросил Цзянь Суйлинь.

— Не говори ерунды, — Ли Юй немного запаниковал, — это две разные вещи. Неважно, насколько он был неправ в прошлом, в конце концов, он твой гэ. Как ты сможешь объяснить это отцу, если совершишь такой поступок?

— Тебе не нужно беспокоиться об этом. Просто помоги мне, и я дам тебе пятнадцать процентов акций компании, когда все будет готово.

— Это невозможно! — рассердился Ли Юй. — Цзянь Суйлинь, ты действительно сумасшедший! Как ты стал таким?

Хотя Ли Юй был зол, он почувствовал лишь боль: неужели это все еще тот нежный и слабый Цзянь Суйлинь, которого он помнил?

Кулаки Цзянь Суйлиня за спиной сжимались и медленно разжимались. Выражение его лица постепенно становилось пустым.

— Ли Юй, тебе ведь нравится мой гэ?

Ли Юй напрягся и закрутил головой, ничего не отвечая.

— Неужели ты забыл свое обещание, данное более десяти лет назад? — тихо спросил Цзянь Суйлинь, подавив свою обиду. — Ты сказал, что, когда вырастешь, обязательно побьешь Цзянь Суйина, чтобы он больше никогда не мог издеваться надо мной. Ты сказал, что поможешь мне получить все, что я заслуживаю.

Ли Юй скрипнул зубами:

— Но ты сам сказал потом, что он относился к тебе довольно хорошо. Ты не испытывал недостатка в том, что должен был иметь молодой господин семьи Цзянь. Все это ты сам мне говорил.

— В то время мы уже столько лет жили в разлуке с тобой, — начал оправдываться Цзянь Суйлинь. — Я вырос и понял, что мне уже невозможно, как в детстве, бежать и искать кому бы пожаловаться, когда обидно. К тому же я стал понимать, какие слова можно говорить, а какие нет. Если бы мои слова, в которых я жалуюсь на него, дошли до него окольными путями, мне было бы только хуже.

Цзянь Суйлинь схватил Ли Юя за руку и умоляюще посмотрел на него.

— Ты забыл, как он со мной обращался? Забыл, как мы встретились? Ты забыл, что говорил? Только ты в этом мире можешь помочь мне, иначе нам с мамой придется жить глядя на его лицо до конца своих дней и вечно преклоняться перед ним!

Ли Юй закрыл глаза и вздохнул.

— Суйлинь, то, что ты взял у своего брата, исчисляется десятками миллионов. В следующем году наша компания в Гонконге сможет выйти на рынок. Перспективы очень хорошие. При правильном управлении твое развитие в будущем будет не хуже, чем у твоего гэ. Ты еще не удовлетворен? Сколько еще ты хочешь? Понимаешь ли ты понятие семьи? Семья — это сообщество по интересам, где делятся и честь, и бесчестие. И если братья будут так драться друг с другом, то какие последствия это принесет твоей семье Цзянь? Ты об этом подумал?

Цзянь Суйлинь легонько прижал руку к лицу Ли Юя.

Ли Юй удивленно распахнул глаза и посмотрел на него с опаской и настороженностью.

— Конечно, — тихо ответил Цзянь Суйлинь, — я все это понимаю… поэтому я просто беру то, что принадлежит мне. После того, как все будет сделано, это все равно будет принадлежать семье Цзянь, ведь так? Я просто хочу, чтобы мы с мамой смогли поднять голову в семье Цзянь.

— Тогда тебе не следовало использовать этот метод.

Цзянь Суйлинь приблизился к Ли Юю и прошептал:

— Ли Юй, я тебе нравлюсь, да?

Ли Юй был словно поражен молнией. В шоке он уставился на него, смотря удивленным взглядом.

— Ты, наверное, забыл, что ночью в Бэйхае, будучи пьяным, сказал мне, что я тебе нравлюсь.

Лицо Ли Юя изменилось. Он поджал губы и ничего не ответил.

— Тебе ведь нравится не Цзянь Суйин, а я. Ты ведь знаешь это в глубине души, да?

Ли Юй почувствовал в душе опустошение.

Более десяти лет назад Цзянь Суйин принуждал брата носить женскую одежду. Маленький мальчик, который тайком прятался в углу и плакал… Это тот, кого Ли Юй любил и хотел защищать до конца своих дней. Тот Суйлинь никогда не стал бы тем, кто строит козни и заговоры против собственного брата.

Когда он вернулся после перевода в другую школу в выпускном классе, то снова встретил Цзянь Суйлиня. Он оказался именно таким, каким он его себе представлял, — красивый, умный, с неизменной улыбкой на лице. Ли Юй был так счастлив, и чувствовал, что такого красивого человека, как Цзянь Суйлинь, ему хватит на всю оставшуюся жизнь. А теперь… Может быть, Суйлинь изменился. А может, Ли Юй совсем не знал его? Кто бы мог подумать, что чуть больше, чем за год, этот человек изменится до неузнаваемости.

Хотя он был в замешательстве и не мог точно определить, какие чувства он испытывал к Цзянь Суйину, но, хорошенько подумав, Ли Юй понял, что больше не мог найти ни любви, ни жалости к Цзянь Суйлиню.

Ли Юй ни за что не согласился бы на просьбу Цзянь Суйлиня. Он схватил его за руку, все еще пытаясь отговорить.

— Суйлинь, ты прав, ты мне нравишься, но с…

Оглушительный хлопок раздался словно громкий взрыв. Тихий конференц-зал словно взорвался от того, что массивная деревянная дверь резко распахнулась. Цзянь Суйин, словно мрачный призрак, с ужасом смотрел на двух людей, которые стояли очень близко друг к другу, держась за руки.

Ли Юй и Цзянь Суйлинь одновременно резко изменились в лице.

_________________________

Мои хорошие, те кто читает маньхуа по этой новелле и ждет перевода. В телеграм есть команда, которая делает полноценный, замечательный перевод "Но ты влюблен в него". Они практически догнали оригинал. На данный момент уже 54 главу можно прочитать. Я очень вам рекомендую присоединиться ко мне там и читать вместе. Поддержите их лайками и комментариями

https://t.me/hs_manhua

или по названию: Hippie_Sabotage

Глава 14.2 - Мужчина рогоносец

Цзянь Суйин не мог описать свое нынешнее состояние.. Когда он, наконец, поднялся на верхний этаж компании в самый отдаленный ее уголок, то услышал через дверь бредовый диалог двух людей: «Я тебе нравлюсь?» и «Ты мне нравишься». В тот момент он почувствовал только то, что кровь разом прилила к голове.

После того, как он пинком распахнул дверь, представшее перед ним зрелище было еще более ужасным, что он готов был взорваться, — два красивых молодых человека разговаривали, стоя лицом к лицу и нежно держась за руки. Суйину в этот момент очень хотелось ослепнуть.

Неудивительно, что когда Суйин впервые встретил Ли Юя, он был холоден к нему, словно зимний день, но к Цзянь Суйлиню относился как теплый ветерок к распустившимися весенними цветами. Он постоянно хмурился и смотрел непроницаемым взглядом на Суйина, а все свое солнечное тепло дарил лишь Цзянь Суйлиню. Как Суйин мог быть таким глупым? Как он мог думать, что между ними только дружба? Должно быть, он был настолько ослеплен красотой Ли Юя, что не смог разглядеть, что в его маленьком сердечке есть только Цзянь Суйлинь.

Суйин бросился к ним и в три шага настиг их. Сильная пощечина, от которой зазвенело в ушах, обрушилась на лицо Цзянь Суйлиня.

— Ты, успокойся! — Ли Юй поспешно остановил его. — Ты все неправильно понял!

Учитывая импульсивный и самолюбивый характер Цзянь Суйина, было бы странно, если бы он слушал то, что ему говорят в этот момент. То, что Ли Юй остановил его, только еще больше разозлило его. Он никогда в жизни не был настолько зол. Ему казалось, что эти два сукиных сына дурачили его с самого начала.

Благородный и высокомерный Ли Юй, что был в его представлении, вовсе не натурал, как утверждал сам. Причина, по которой он с самого начала ненавидел Суйина, заключалась в том, что в его сердце уже был другой. И самое паршивое, что этот другой — слабый и робкий сводный брат, которого Суйин презирал.

Теперь стало ясно, почему Ли Юй сначала не хотел с ним встречаться, Суйин ведь так сильно обидел его возлюбленного. Было вообще странно, что Ли Юй мог все это время с ним хорошо общаться.

Всевозможные маниакальные негативные эмоции до краев заполнили Суйина. Он и так был в полной ярости. Когда Ли Юй схватил его за руку, чтобы помешать ему ударить брата, Суйин развернулся и обрушил кулак на лицо Ли Юя.

От удара Ли Юй потерял равновесие и упал на пол.

Суйин ударил Ли Юя ногой в живот, а после развернулся, чтобы ударить Цзянь Суйлиня. Если он сегодня же не изобьет этих двух идиотов до полусмерти, то напишет три иероглифа в имени Цзянь Суйин кверху ногами!

Суйин был в неконтролируемой ярости и наносил удары кулаками и ногами. Оба парня от его побоев лежали на полу.

Цзянь Суйлинь никогда не сопротивлялся своему брату. Ли Юй же понимал, что был не прав, поэтому даже не защищался. Этим и воспользовался Суйин, ударив его сильно несколько раз.

— Ты, ублюдок, — Суйин указал на Цзянь Суйлиня, — ты смеешь совать свой нос в то, что принадлежит мне? Тебе жить надоело? А ты, — Суйин перевел взгляд на Ли Юя, — ты отказывал мне столько раз из-за него? Знаешь что? Просто пожертвуй свои глаза собаке!

Ли Юй вытер кровь с уголка рта и поднялся с пола. Он выглядел очень угрюмым, и цвет его лица становился все серее. Его сейчас не только сильно избили, но и отругали. Ли Юй всегда имел вспыльчивый характер, и сейчас был немного зол.

— Может быть, уже достаточно? — негромко произнес он. — Тебе не стыдно?

Цзянь Суйин пнул ногой стоящую рядом мусорную корзину, и куча рваной бумаги, фруктовой кожуры и другого мусора посыпалась на Ли Юя и Цзянь Суйлиня, словно снежинки.

Лицо Цзянь Суйлиня было белым, словно бумага, и только красные отпечатки от ударов были особенно заметны на щеках. Ли Юй же был так зол, что его глаза налились кровью и все тело дрожало от гнева. В таком состоянии он не мог произнести ни слова.

— Идите к черту! — сквозь стиснутые зубы произнес Суйин. Он чувствовал себя особенно усталым, что у него не было сил больше противостоять им. Не нужно было говорить о том, что его тошнило от одного только взгляда на них. Суйин засунул онемевшие кулаки в карманы брюк и, прежде чем развернуться и уйти, произнес: — Проваливайте! Чтобы я вас больше никогда не видел в компании.

Ли Юй и Цзянь Суйлинь неподвижно стояли в конференц-зале, глядя на разгромленную комнату, и оба молчали.

Цзянь Суйин вернулся в свой кабинет, взял ключи от машины и бумажник и сразу же спустился вниз, чтобы уехать. Он не знал, куда себя деть… Просто не мог оставаться в одном здании с этими двумя. Он действительно не думал, что в его жизни будет такой день, когда он столкнется с таким отвращением: человек, которого он любил, любил того, кого сам Суйин ненавидел.

Когда он вспомнил момент, где эти двое были вместе, его охватила такая злость, что его чуть не вырвало кровью.

Да, Ли Юй мог не любить его потому, что натурал, с этим Суйин мог смириться, но он не мог смириться с мыслью, что Ли Юй не любил его из-за сяо Линь-цзы, который уступал ему, Цзянь Суйину, во всем. Для Суйина, который всегда был высокого мнения о себе, такое было неприемлемо.

И этот сяо Линь-цзы, слабак и трус, который с детства его слушался и всегда выполнял приказы… Он ведь знал, что Суйин влюблен в Ли Юя, но все же посмел завести с ним любовную связь за его спиной. Возможно, это потому, что этого сукиного сына так долго не били, что у него зачесалась кожа?

Это ведь его, сука, брат!

Если бы кто-то другой посмел прикоснуться к его Ли Юю, он бы убил этого ублюдка.

Как бы ни относиться к этому, но то, что эти двое его обманывали, непростительно. Как только Цзянь Суйин вспомнил фразу Ли Юя «Ты мне нравишься», сказанную сяо Линь-цзы, его сердце словно резануло.

Все разочарования и печали в его жизни связаны с Ли Юем. Если бы он знал, что любовь окажется таким хлопотным и болезненным делом, он бы держался от Ли Юя подальше с первой секунды, как встретил его. Если хочешь развлечься, то научись играть в эмоциональные игры, используя чувства людей. Ведь, в конце концов, никто не даст тебе почувствовать комфорт, так что пусть они идут нахер!

Проехав два раза подряд на красный свет и совершив незаконный разворот, Суйин был остановлен дорожной полицией.

Он опустил стекло и протянул водительское удостоверение еще до того, как гаишник успел заговорить. После этого он устало рухнул на руль.

Гаишник переписывал права и, глядя на его полумертвый вид, обеспокоенно спросил:

— Господин, вам нехорошо?

— Невестка  наставила мне рога. Как вы думаете, мне хорошо?

— Тебя нельзя винить за это. Никогда не знаешь, чего на самом деле хотят женщины, — с сочувствием произнес инспектор ГИБДД. — Видишь, какой ты красивый, на такой хорошей машине ездишь, а тебе все равно изменяют. Такая женщина не может удовлетворить императора, порви с ней.

Цзянь Суйин почувствовал, себя настолько убого, раз опустился до того, что нуждается в сочувствии незнакомого человека. Он взял водительское удостоверение и талон, выданные сотрудником ГИБДД, бросил их на пассажирское сиденье и поднял стекло, собираясь уезжать.

— Дети есть? Если есть дети, то над этим вопросом нужно подумать, — крикнул ему вслед полицейский.

Суйин надавил на педаль газа и умчался прочь.

Он был в крайне подавленном настроении. Вернувшись домой, он не мог не думать о Ли Юе в этой квартире. Они занимались здесь любовью и диким сексом, уютно болтали и жили в своем мире. Суйин не мог измерить, насколько он был счастлив тогда, но теперь, думая об этом, его охватила печаль.

Несмотря на то, что он был настолько зол, что хотел убить этих двоих, он знал, что даже если сделает это, то все равно не успокоит ненависть в своем сердце. В итоге он не знал, что ему делать и как поступить, ведь убить он все равно никого из них не мог. Но ему нужно что-нибудь сделать, чтобы погасить свой гнев и вздохнуть спокойно.

Суйин открыл холодильник и достал из него все пиво. Поставив весь алкоголь на журнальный столик, он откинулся на диван и сделал несколько больших глотков. Было чуть больше четырех часов дня, и за окном было еще очень светло. Он знал, что время совсем не подходящее для того, чтобы пить. Но он также знал, что если ему не поможет алкоголь, то он станет похож на безголовую муху, наводящую суету и панику. Если он не будет пить, то все его мысли будут только о только о том, что произошло. И тогда он точно не сможет успокоиться ни на минуту.

После того как Суйин опустошил несколько бутылок, он услышал мелодию телефона. В замешательстве он взял мобильный и увидел на экране имя — Ли Юй.

— Пошел нахуй, — выкрикнул Суйин и запустил телефон в стену.

*Я не дописала сюда 小白脸 — маленькое белое лицо/красавчик. Это выражение используют для негативной реакции. Просто оно совершенно не подходит к ругательству, так как в полноценном варианте звучало бы «Пошел нахуй, красавчик».

Как раз в то время, когда молодой господин Цзянь упивался своим горем, Ли Юй и Цзянь Суйлинь с опаской вспоминали все, что произошло, и тревожились о последствиях ничуть не меньше, чем Цзянь Суйин.

Глава 14.3 - Грязное сердце

Цзянь Суйин не знал, сколько алкоголя выпил в тот день. Он даже не заметил того, как заснул на диване. На следующий день он проспал до трех часов дня и проснулся с опухшей головой.

До встречи с Ли Юем он редко пропускал работу по личным делам. Хотя он и был начальником, но будние дни он почти каждый день ходил в компанию. Но с тех пор, как он узнал Ли Юя, он был либо чрезмерно счастлив, либо чрезмерно расстроен. Для него вдруг стало нормой в любой момент пропустить работу, и все это было по вине Ли Юя. Суйин чувствовал беспомощность и не знал, что ему делать. Он мог только закрыться ото всех и напиться.

Суйин протрезвел и понял, что просто напиться и сбежать — это не выход. Проблему нужно решать в любом случае. Как бы то ни было, в глазах Суйина Ли Юй уже принадлежит ему. Никто не может просто взять и забрать его. Суйин готов засучить рукава и сделать что-нибудь грандиозное. Любому, кто посмеет покуситься на Ли Юя, придется сразиться с Суйином.

Но прежде чем сражаться с врагом, нужно было выяснить, о чем думает сам Ли Юй. Если этот мальчишка осмелится сказать ему, что в сердце у него только сяо Линь-цзы, а сам он просто спит с ним, то Суйин убьет их обоих.

Для такого человека, как Суйин, глаза которого были прикованы только к Ли Юю, уже необычно то, что он относится к этому ребенку иначе, чем ко всем. Он отдал Ли Юю и свое сердце, и свою душу. Если это не смогло согреть сердце Ли Юя, то ему и не нужно больше быть вежливым с таким маленьким волчонком. И все же тому, кто осмелится заставить Суйина чувствовать себя плохо, он отплатит вдвойне.

Суйин пошел в ванную и принял душ, чтобы избавиться от запаха алкоголя. Перед этим он позвонил в службу по клинингу и попросил прислать человека, чтобы тот пришел и убрался у него в доме.

Через полчаса он услышал звук открывающейся двери. У клининговой компании был запасной комплект ключей от его квартиры. Только каждый раз, когда кто-то поднимался к нему, охранник, который следил за домом, звонил и регистрировал всех пришедших. Но Суйин не придал сегодня этому значения, думая, что это все-таки пришел уборщик.

Но когда он повернул голову, то увидел, что в дверь входит симпатичный молодой человек. И кто это, думаете, был? Ли Юй!

Не говоря ни слова, Суйин швырнул в него чашку с чаем.

— Кто, блядь, пустил тебя в мой дом? — выругался Суйин. — Убирайся нахуй отсюда!

Ли Юй увернулся, и чашка разбилась о дверь позади него. Капли воды попали и на него, но ему было все равно. Всю ночь он ворочался, прежде чем набрался смелости и пришел к Суйину. С его пониманием Суйина, он был готов к тому, что его будут бить и ругать. Если бы не побил его и не запустил чем-нибудь, разве это был бы все еще Суйин?

Выражение лица Ли Юя было спокойным, когда он поставил на землю пакет из супермаркета, который он принес с собой.

— Я пришел поговорить с тобой.

— Кто хочет с тобой разговаривать? — лицо Суйина исказилось от гнева. — Разве тебе не нравится сяо Линь-цзы? Иди к нему и говори с ним! Иди к тому, кто тебе нравится, и разговаривай. Убирайся из моего дома!

Ли Юй вздохнул, как будто перед ним был ребенок.

— Сколько тебе лет, что ты так импульсивен в решении вопросов? Неужели ты не можешь выслушать мои объяснения?

Суйин не дурак. Смотря на выражение лица Ли Юя и слыша его тон, он психологически сразу успокоился на несколько пунктов, и почувствовал, что Ли Юй, вероятно, действительно пришел мириться. Как и ожидалось, Ли Юй прошел в квартиру и взял лежащее на столе полотенце, чтобы вытереть волосы Суйину.

— Если ты не высушишь волосы, то при включенном кондиционере можешь простудиться.

— Отпусти! — Цзянь Суйин оттолкнул его и злобно посмотрел на него. — Если тебе есть что сказать, то говори!

Ли Юй опустил руки и сел на диван напротив, смотря Суйину прямо в глаза.

— То, что я сказал вчера… ты не дослушал до конца.

— Ооо, — протянул Суйин, — пришло время снова послушать клятву горы*, не так ли, черт возьми?

*山盟海誓 — идиома, означающая клятву вечной любви.

— Не уводи разговор в другую сторону, — нахмурился Ли Юй. — Выслушай меня сначала. В детстве он мне нравился, да, но это в прошлом. Сейчас мы с ним просто друзья.

Хотя внешне Цзянь Суйин был зол, но в душе он уже начал радоваться. Хотя он был настроен несколько скептически, но соблазн, что Ли Юй захочет признаться ему, был слишком велик, и он предпочел поверить в это. Он протянул тонкие пальцы, чтобы приподнять его за подбородок, и спросил прямо:

— Тогда кто тебе нравится сейчас? Я тебе нравлюсь? — после этих слов он почувствовал, что его сердце забилось очень быстро… Как будто то, о чем он давно мечтал, находилось прямо перед ним… в пределах досягаемости… и ему стоило только протянуть руку…

Ли Юй схватил его за руку. Несколько мгновений юноша колебался, не в силах подобрать слова.

— Цзянь-гэ, я…

Эти несколько секунд колебаний со стороны Ли Юя заставили Цзянь Суйина почувствовать вкус разочарования. Он не мог описать, насколько тяжело ему стало на душе. С силой отдернув руку, он отвернулся.

— Уходи отсюда!

Ли Юй сел рядом с ним и, обняв, прошептал на ухо:

— Дай мне немного времени… Цзянь-гэ, ты не понимаешь… дай мне немного времени…

— Дать тебе время? Ты что, пиздабол? Что ты думаешь обо мне в душе? Скажи, что в этом сложного? Неужели это так сложно?

Ли Юй обнял его за дрожащие плечи и крепко прижал к себе, горько рассмеявшись:

— Это сложнее, чем ты думаешь. Мне нравился Суйлинь больше десяти лет. Если бы не ты… он продолжил бы мне нравиться, но в моей жизни теперь есть ты, так что я… в полном смятении… дай мне время, Цзянь-гэ…

Сердце Ли Юя действительно было в смятении. Он никогда не считал себя влюбчивым и сентиментальным человеком, который любит одного, а спит с другим. Его не мучили собственные принципы в течение последнего года… Но сейчас он не мог вернуть те чувства, которые испытывал к Цзянь Суйлиню. Но Цзянь Суйин — очень сильная личность, и он не вызывал у Ли Юя желания холить и лелеять его.

Он всегда считал, что если человек любит кого-то, то должен его защищать. Но Цзянь Суйин был достаточно силен, и даже сам мог причинить вред любому. Тогда как Ли Юй мог его защитить? Но в одном Ли Юй был уверен — он не хочет разлучаться с Цзянь Суйином, хотя и не мог понять, в чем, собственно, проявляется его любовь к нему. В его восприятии предыдущее чувство к Цзянь Суйлиню называлось симпатией. Но с Цзянь Суйином все совсем иначе, он не похож на Цзянь Суйлиня.

У Ли Юя не было на это ответа.

Для такого человека, как Ли Юй, которому приходится долго и тщательно обдумывать каждое свое слово, даже простое обещание типа «ты мне нравишься» является очень тяжелым. Ведь для такого эгоиста и самозащитника, как он, не подумав сказать слово — значит поставить себя в пассивное положение. Особенно если объектом обещания является такая личность, как Цзянь Суйин, который никогда не сдается. Поэтому, пока Ли Юй окончательно не разберется со своими чувствами, он ничего не скажет.

Суйин слушал его слова, но сердце не могло принять их.

Редко Ли Юй говорил с ним таким жалобным тоном. И хотя в душе у Суйина была обида и ему все еще хотелось открыть рот и больно ужалить его, он понимал, что больше всего он не хочет давать Ли Юя в обиду. Когда вокруг Суйина творилась хрень и люди теряли его доверие, он никогда не расстраивался и просто посылал их куда подальше, прекращая общение. Но когда дело касалось Ли Юя, ему приходилось спешить, чтобы быть к нему ближе. Он хотел быть счастливым, даже когда сладость между ними была всего лишь маленькой капелькой.

Если бы не тот факт, что, вероятнее всего, в прошлой жизни он был обязан Ли Юю, то вообще непонятно, как такой человек, как он, может быть зациклен на этом юноше.

Даже если Ли Юй сказал такие двусмысленные слова, Суйин все равно не терял надежды, ожидая, что однажды Ли Юй серьезно и прямо скажет ему, что он ему не просто нравится, а он его любит.

Он на самом деле не знал, радоваться ему или огорчаться.

Ли Юй зафиксировал рукой затылок Суйина и нежно поцеловал. Чудесный вкус соприкоснувшихся губ и столкновение зубов успокаивал, умиротворяя беспокойство внутри.

— Цзянь-гэ, — со сбившимся дыханием позвал его Ли Юй, — мы вместе прошли это.

— Ты так думаешь? — поджал губы Суйин.

— Тогда чего ты еще хочешь? — вздохнул Ли Юй. — Я ясно выразился.

Суйин не мог больше тыкать его носом в это дерьмо, но и не мог сказать, чтобы он уходил. Он не мог и не собирался отпускать его.

— Позволь мне быть сверху, — промурлыкал Суйин, — и тогда я поверю твоим словам.

Ли Юй посмотрел на него со смущением.

— Почему ты думаешь, что твоя задница так ценна? — Суйин бросил на него взгляд. — Если ты действительно серьезно относишься ко мне, то что плохого в том, чтобы отдать мне ее?

— Цзянь-гэ, — вздохнул Ли Юй.

— Ладно, ладно, — рассердился Суйин, — не беспокой меня больше и не попадайся мне на глаза!

Ли Юй не знал, плакать ему или смеяться. Он подошел и укусил Суйина за ухо.

— Если я, блядь, отдам тебе ее один раз, ты будешь доволен?

— Правда? — у Суйина заблестели глаза.

— Правда, — кивнул Ли Юй. — Теперь ты доволен?

Суйин тут же на радостях набросился на него, улыбаясь.

— Сяо Ли-цзы, гэ тебя не обидит, — произнес он, осыпая Ли Юя поцелуями.

— Только не сейчас, — обнял его Ли Юй.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурился Суйин, смотря на него. — Ты собираешься пойти на косметические процедуры или потренировать поясничные мышцы?

— Ты можешь дать мне время на подготовку? — беспомощно посмотрел на него Ли Юй.

— Ты подготовил мою задницу? Ты давал мне время подготовиться, когда трахал меня?

— Больше никогда не упоминай об этом, — нахмурился Ли Юй.

— Думаешь, мне приятно об этом говорить? — лицо Суйина исказилось от неприятных воспоминаний. Он обиженно поднялся с тела Ли Юя, бубня: — В прошлой жизни ты точно был трусом! Я никогда не видел такого лицемерного человека.

Только сам Ли Юй знал, сколько решимости ему пришлось приложить, прежде чем согласиться на это. Он не сможет прямо сейчас сделать это, так как ему нужно время, чтобы провести достаточную психологическую подготовку. Ему нужно свыкнуться с тем, что мужчина войдет в него своим членом.

— Подожди своего дня рождения, — произнес он. — Подожди дня рождения и все будет хорошо.

Цзянь Суйин подсчитал, что его день рождения наступит через два месяца. Сказать, что долго — не сказать ничего. Но он сжал кулаки и посмотрел на Ли Юя.

— Ладно, жди. В этот день я гарантирую, что трахну тебя так сильно, что ты не сможешь встать с кровати.

Сердце Ли Юя быстро забилось. Он с силой повалил Суйина на диван и злобно прошептал ему на ухо:

— Это я тебя сейчас так оттрахаю, что ты не сможешь встать с кровати!

На поверхности буря, казалось, утихла.

Цзянь Суйлинь намеренно избегал Суйина, не появляясь в компании. Суйин также не собирался специально встречаться с ним и искать неприятностей. Но его немного беспокоил вопрос с Бэйхаем. Он ведь попросил сяо Линь-цзы провести расследование, и теперь не знал результаты. Из-за такой неловкой ситуации он действительно не мог взять на себя инициативу, чтобы связаться с ним. Поэтому пришлось придумывать другой способ.

Хотя Суйин и Ли Юй и помирились, но из-за этого инцидента в душе Суйина уже образовалась брешь. При мысли о том, что Ли Юй говорил те слова… сейчас он не знал, верить ему или нет.

Его первоначальная мысль заключалась в том, что даже если Ли Юй лжет ему, то пока он продолжает делать это дальше, Суйин также будет относиться к этому серьезно. Он не хочет тратить время на то, чтобы зацикливаться на Ли Юе и выяснять, искренен он был или нет. Пока они могут быть счастливы — они будут вместе.

Несмотря на то, что мысль звучала непредвзято, реальность оказалась намного сложнее, чем он себе представлял. Он не мог перестать думать о том, нравится ли Ли Юю сяо Линь-цзы, и о том, как сам Суйлинь относится к Ли Юю. Мысль о том, что Цзянь Суйлиню тоже может нравится Ли Юй, его раздражала до глубины души. Не только потому, что этот человек — Ли Юй, но и потому, что Ли Юй — мужчина.

Просто для него было еще более неприемлемым то, что его брат смотрит на парня, чем то, что его брат смотрит именно на Ли Юя. Если бы Цзянь Суйлинь действительно посмел направить свой сексуальный интерес на мужчин, то Суйину пришлось бы избить его до полусмерти.

Таким образом, Суйин с трудом, но все же продолжал общаться с Ли Юем, хотя и ощущал некий дискомфорт.

Дни летели, и в мгновение ока Ли Юй снова начал ходить в институт. Он снова был занят учебой и все реже приходил в компанию. Суйин же был занят организацией собрания акционеров. На собрании он был намерен вместе с другими акционерами решить, стоит ли вкладывать деньги в этот участок земли в районе Пятого транспортного кольца.

_______________________

Кто хочет спойлер на вопрос когда Суйин узнает? В следующей главе.

Глава 14.4 - Мошенничество раскрыто

Цзянь Суйин владел большей частью акций компании, и решение по большинству проектов мог принимать сам, но для принятия решения о столь крупных инвестициях необходимо было провести собрание акционеров. Сам Суйин склонялся к тому, чтобы пойти на эту крупную сделку. Хотя этот проект требовал больших инвестиций, но риск находился под контролем, а доходность привлекательна. Это безусловно может поднять компанию на новый уровень.

Но он не озвучил своего желания.

Несколько руководителей компании имели дробные пакеты акций. Будучи знакомы с деятельностью компании, они имели право высказываться на собраниях акционеров, но не имели голоса. Он не собирался раскрывать перед ними свои намерения, и не был намерен давать этим людям повод для сомнений в себе. Напротив, он хотел бы видеть разнообразные конструктивные и дальновидные мнения. Цзянь Суйин был смелым, но не безрассудным. Если бы в тот день большинство людей действительно было против инвестиций, он не стал бы настаивать на своем.

В последнее время жизнь Суйина складывалась вполне удовлетворенно. Может быть, из-за того, что произошло в прошлый раз, но Ли Юй сильно потеплел к нему. Сейчас в любовных делах Суйина все радовало, на душе и сердце словно расцвела весна. Даже вопрос с Бэйхай, который долго не давал ему покоя, ушел на задний план, и гнев, который он испытывал, сошел на нет. Он успокоился, и все это больше его не заботило.

Около месяца он уже не видел Цзянь Суйлиня. И Ли Юй тоже о нем совершенно не упоминал. Раньше брат время от времени да звонил ему, а теперь даже смс от него не приходили. Суйин подумал что, вероятно, в тот день этот ребенок сильно испугался. Он почувствовал, что продолжать в том же духе нехорошо и надо поговорить с сяо Линь-цзы.

Перед его глазами все еще стояла сцена, как они держались за руки в тот день. На самом деле, по сравнению с тем, что Ли Юю нравился сяо Линь-цзы, он больше боялся, что сяо Линь-цзы будет нравиться Ли Юй. Семья Цзянь рассчитывает, что сяо Линь-цзы продолжит семейную линию. Поэтому Суйин должен убить это в зародыше, пока оно находится еще в самом начале.

Он выбрал день, когда у него было хорошее настроение, и убедился, что сможет нормально поговорить с сяо Линь-цзы. Суйин решил позвонить ему по телефону и сообщить, что хочет с ним поговорить.

У Цзянь Суйлиня не было причин отказываться, и он мог только с чувством неловкости согласиться.

Суйин пролистал свое расписание.

— Давай в эту в пятницу. Я приеду домой на ужин.

— Ээ…

— Не надо так нервничать, я не буду тебя бить.

— Гэ, — Цзянь Суйлинь сжал кулаки, — у меня ничего нет с Ли Юем.

— Уверен, что ты на это не решишься. Ты не можешь быть таким, как я. Ты должен жениться и родить детей, чтобы продолжить род, показать, что наша семья не зря тебя растила. Но это не телефонный разговор. Поговорим, когда я приеду домой.

Сбросив звонок, Цзянь Суйин вспомнил события того дня. Он считал, что этот ребенок сильно напуган. У брата выросло чувство собственного достоинства, да и ума стало гораздо больше. Теперь его нельзя ругать просто так.

Хотя Суйин никогда в жизни не выкажет матери сяо Линь-цзы уважение и хорошее отношение, но он не хотел делать их братские отношения слишком жесткими. Если хорошо подумать, то из плохого отношения или вражды с братом ничего хорошего не выйдет.

В пятницу в полдень Цзянь дачжэн* сделал перерыв в работе и остался в своем кабинете. Вдруг у него зазвонил телефон. Он был очень раздражен тем, что кто-то звонит, когда он собрался вздремнуть, поэтому ответил он на звонок с особым нетерпением.

*简大正 — Цзянь дачжэн — буквально император Цзянь. 大正 был 123 императором Японии в 1912–1926 гг. В Китае его называют Тайсе. Его именем обозначают один из периодов в древние времена. Шуй-да назвала Суйина императором, и мы все знаем почему.

Как только Суйин принял звонок, раздался душераздирающий крик, от которого он чуть не упал с кровати.

— Гэ, спаси меня…

Суйин поспешно отнял телефон от уха. Конечно, он сразу же узнал голос, доносившийся из динамиков, — это был крик Бай Синьюя.

— Гэ, помоги мне… Я ошибся. Я не могу оставаться в этом месте ни дня… Гэ, я схожу здесь с ума!

Суйин едва не расхохотался, когда услышал это.

Со стороны Бай Синьюя все еще раздавались плач и крики, словно в данную минуту его убивали.

— Гэ… гэ… гэ… гэ…гэ…

— Заткнись и не плачь! — закричал Суйин.

Бай Синьюй сразу же замолчал и жалобно захныкал.

— У тебя еще хватает ума звонить мне? — ухмыльнулся Суйин. — Что с тобой? Ты хорошо проводишь время в армии?

— Гэ, прости меня,. Пожалуйста, забери меня… я больше не посмею сделать ничего такого.

— Забрать тебя? Конечно, просто верни мне три квартиры и я сразу же разрешу тебе вернуться.

Бай Синьюй плакал очень сильно, надрывая свой голос.

— Гэ… это место дерьмовое. Телефонной связи нет. Мне каждый день приходится вставать в пять часов утра… Здесь даже нет ни одной женщины! Все здесь надо мной издеваются и смотрят на меня свысока. Ууууу… гэ… забери меня, пожалуйста… Я умоляю тебя, умоляю, умоляю, умоляю тебя.

Этот ребенок говорил так бессвязно, что у Суйина щеки заболели от сдерживаемого смеха.

— Я же сказал тебе, верни сначала квартиры. Зачем ты мне это говоришь? Ты сам довел себя до такого состояния и до этого места. Я с самого детства воспитывал тебя. Где я, Цзянь Суйин, ошибся, что ты, блядь, за моей спиной обманул меня на деньги? Твою совесть что, собака съела? Или у тебя вместо мозгов голова, полная дерьма? А?

— Прости, гэ, прости. Я не хотел этого делать, но я должен был деньги. Эти люди приставили нож к моей шее, я не мог им их не вернуть. К тому же еще и сяо Линь-цзы меня подталкивал. Иначе бы у меня не хватило смелости…

— Что ты сказал? — Суйина словно поразила молния и он вскочил с кровати. — Что ты только что сказал?

— Гэ, — всхлипнул Бай Синьюй, — причина, по которой я избегал тебя, не в том, что я боялся, что ты меня побьешь… Нет, конечно, я боюсь, что ты меня побьешь. Но главная причина еще и в том, что тебе в лицо я не смею лгать, но и правду сказать не могу, я боюсь.

— Не неси чушь! Что ты только что сказал о сяо Линь-цзы? — сердце Суйина билось очень быстро, а по спине струился холодный пот.

Он уже давно знал, что Бай Синьюй безмозглый. Откуда у него столько смелости и ума, чтобы совершить такую махинацию и украсть у него деньги. Если бы кто-то не помог ему, смог бы он такое провернуть? У Суйина были подозрения относительно сяо Линь-цзы, но всерьез он не думал об этом.

Слова Бай Синьюя были подобны бомбе, взорвавшись которая мгновенно вызвала ударную волну в его душе. Это как человек долго растил послушного щенка, а потом узнал, что тот на самом деле волк и готов в любой момент укусить. И как с этим смириться?

— Сяо Линь-цзы… именно сяо Линь-цзы научил меня. Я задолжал по игорному долгу и не мог расплатиться. Но и сказать тебе и родителям не решался. А он сказал, что может мне помочь при условии, что я тебе не скажу. Те квартиры не проходили через мои руки. Он просто дал мне три миллиона, чтобы я выплатил долг, а потом… потом он продал квартиры. Я… я боялся, что ты будешь меня искать, поэтому просто сбежал за границу, и не решался вернуться. И я боялся… боялся, что если я скажу тебе об этом, то ты не сможешь это принять и не поверишь мне.

— Я тебя, блядь, убью! — яростно закричал Цзянь Суйин. — Бай Синьюй! Если бы у тебя были хоть какие-то человеческие мозги, ты бы, блядь, сказал мне об этом раньше!

Сердце Бай Синьюя трепетало в страхе.

— Гэ, прости меня…

Суйин чувствовал мурашки по всему телу. Даже легкий мобильный телефон вдруг стал неимоверно тяжелым в руках.

То, что сказал Бай Синьюй, слишком сильно потрясло его, он был… Он был не в состоянии переварить это. В его мозг словно ударил электрический разряд и в голове все загудело. Суйин долго не мог прийти в себя.

— Гэ, — Бай Синьюй все еще продолжал плакать, — я прошу тебя… я признался тебе, пожалуйста, пощади меня… я не посмею сделать это снова, пожалуйста, забери меня обратно…

Суйин сквозь зубы смог выдавить всего несколько слов:

— Ты, тупой ублюдок, останешься там до конца своих дней!

Глава 14.5 - Мошенничество раскрыто, но все усложняется

Руки Суйина немного дрожали, когда он вел машину.

Бай Синьюй, этот маленький безмозглый мальчишка, обычно только и делал, что прятался в объятиях матери, натворив глупостей. Он не был настолько умным, чтобы придумать такую ложь. Слыша, как Синьюй плачет, было ясно, что он не стал бы врать в такой ситуации. Но вспомнив его слова, Цзянь Суйин почувствовал, как по спине пробежал холодок.

Когда Цзянь Суйлинь впервые появился в доме Суйина, его волосы были длинноватыми, и сам он был настолько застенчив, что прятался за маму, как маленькая девочка. С самого детства и до взрослой жизни у Цзянь Суйина сложилось впечатление о нем как о слабаке. Он был слабым, покорным, и определенно не смел противоречить старшему брату. Что бы он ему ни говорил, он все выполнял. Если у Цзянь Суйлиня хватило смелости делать такие вещи за его спиной, то Суйин задумался, не напрасно ли у него имеются глаза, раз он был так слеп.

Суйин стиснул зубы. Он хотел посмотреть, как Цзянь Суйлинь объяснит ему все, что сказал Бай Синьюй.

Когда он приехал домой, было уже около трех часов дня.

Цзянь Суйлинь только что вернулся из университета и еще не успел переодеться.

Суйин обычно приходил домой только к ужину, никогда не желая задерживаться тут дольше, чем нужно. Поэтому сейчас Цзянь Суйлинь с большим удивлением смотрел на него. Осознав, что лицо брата уж слишком мрачное, в его душе поднялась тревога.

Даже Чжао Янь заметила, что Суйин выглядел взвинченным. Она нервно посмотрела на него, а потом перевела взгляд на сына. Цзянь Дунъюань еще не вернулся домой с работы, поэтому ей не на кого было положиться. Теперь она с еще большим страхом смотрела на Цзянь Суйина.

— Гэ, почему ты сегодня так рано приехал? — спросил Цзянь Суйлинь.

Выпрямив спину и слегка приподняв подбородок, Суйин стоял, засунув руки в карманы, и оценивающе смотрел на него.

У Цзянь Суйлиня все та же привычная для него внешность — он похож на маленькую девочку, что выглядит нежной и безобидной. С ним можно было делать все, что угодно, но он никогда не сопротивлялся. Суйин был слишком уверен в собственном авторитете. Все дело в том, что Цзянь Суйлинь с самого детства ни разу не осмелился бросить ему вызов. Суйин даже не думал, что когда-нибудь он посмеет пойти против него.

Цзянь Суйлинь был взбешен его взглядом. Он нутром чувствовал, что что-то не так, и дело было не в последнем инциденте с Ли Юем. Когда брат позвонил ему в тот день, он был явно в порядке и даже успокаивал его. Суйин всегда пренебрежительно относился к нему, никогда не скрывая свои эмоции в его присутствии. Значит, что-то произошло за последние несколько дней. Нет, это что-то должно было произойти сегодня, иначе бы он не появился сейчас в доме.

Цзянь Суйлинь заставил себя успокоиться.

— Гэ? — снова позвал он его.

Суйин развернулся и направился наверх.

— Поднимайся, я хочу тебе кое-что сказать.

В глазах Чжао Янь мелькнула паника, и она с тревогой посмотрела на сына.

Цзянь Суйлинь бросил на нее ободряющий взгляд, покачал головой и последовал наверх.

Суйин поднялся и, открыв дверь в комнату Цзянь Суйлиня, вошел первым.

Цзянь Суйлинь смотрел на открытую дверь и, кажется, вдруг что-то понял. Он перевел дыхание и успокоился. Выпрямив спину, он вошел с гордо поднятой головой и закрыл за собой дверь. Подумав о том, что внизу сидит встревоженная мать, он тихонько запер ее.

Суйин сел на стол сяо Линь-цзы и откинулся назад, вытянув ноги. Он достал из кармана пачку сигарет, прикурил и медленно затянулся.

— Гэ, кури поменьше, — как всегда мягким и озабоченным тоном произнес Цзянь Суйлинь.

— Иди сюда, — Суйин поднял голову.

Цзянь Суйлинь шагнул к нему навстречу.

— Мне сегодня звонил твой Юй-гэ, — в тонких пальцах Суйина была зажата сигарета, и ее крошечный красный конец пронесся перед Цзянь Суйлинем, — угадай, что он сказал?

— Он умолял тебя забрать его домой?

— Да, но было еще кое-что.

— Да? Что же?

Суровый взгляд Суйина был устремлен в глаза Цзянь Суйлиня.

— Он сказал мне, что три квартиры, которые должны были быть переданы Фань Hall и его семье, были присвоены тобой. Это правда?

На лице Цзянь Суйлиня не было и следа удивления. Вместо этого он рассмеялся.

— Гэ…

В следующий момент он почувствовал жгучую боль в плече.

Суйин прижал окурок к его плечу. В рубашке мгновенно появилась дыра, а воздух наполнился запахом горелой плоти.

— Да или нет? — холодно спросил Цзянь Суйин.

Цзянь Суйлинь терпел боль, не уворачиваясь и не прячась. Поняв, что раз дело дошло до этого, то скрывать больше нечего. Он вдруг громко рассмеялся.

Суйин отбросил сигарету и, безжалостно схватив его за шею, с разворота прижал к книжному шкафу. С громким стуком несколько книг упали вниз, ударившись о плечи обоих мужчин.

Цзянь Суйин бросил на него свирепый взгляд.

— Тебе жить надоело?

Цзянь Суйлинь смотрел на него тяжелым взглядом.

— Гэ, вообще-то в этом деле, как мне кажется, полно лазеек. Но ты ни разу не заподозрил меня. Я очень тронут, что ты так доверяешь мне.

Суйин с силой ударил его в живот. Цзянь Суйлинь согнулся, выражение его лица исказилось. Суйин схватил его за воротник, заставляя встать прямо.

— Кто дал тебе такую смелость? А?

— Гэ, — едва заметная улыбка появилась на губах Цзянь Суйлиня, — я просто хотел заработать немного карманных денег. Пожалуйста, прости меня.

Хотя в его словах была слышна мольба о прощении, лицо было настолько безразличным, что на нем не было ни малейшего следа раскаяния. Наоборот, эти слова были сказаны с сарказмом по отношению к Цзянь Суйину.

Гнев вспыхнул внутри Суйина, вырываясь наружу. Он размахнулся и безжалостно ударил кулаком по лицу Цзянь Суйлиня.

Последние десять лет Суйин уже не так часто бил его.

Отношения между ними еще с самого рождения Цзянь Суйлиня были обречены на то, чтобы у них не будет братской любви друг к другу. Только повзрослев Суйин перестал использовать насилие для выплеска своего разочарования. Он понял, что, пройдя по кругу, он все еще вынужден пускать в ход кулаки, чтобы снять свой гнев и стыд за то, что его обманули.

Но он не ожидал, что, в отличие от бесчисленных случаев в прошлом, его кулак, вместо того чтобы достичь своей цели, будет остановлен в воздухе.

Суйин удивился. Он посмотрел на свое запястье, которое больно сжимал Цзянь Суйлинь, и замер.

Он никогда не думал, что Цзянь Суйлинь будет сопротивляться. Да что тут, он даже не представлял, что Цзянь Суйлинь уже способен противостоять ему.

— Гэ, тебе не приходило в голову, что я уже вырос? — язвительно улыбнулся Цзянь Суйлинь.

Суйин посмотрел на его провокационное и насмешливое выражение лица и его охватило чувство, что этот человек выглядит как незнакомец.

Воспользовавшись его шоком, Цзянь Суйлинь с яростью откинул руку Суйина и тут же вывернул ее за спину.

Суйин подавил стон боли, но тут же получил сильный удар в поясницу, от которого едва не осел на пол.

Цзянь Суйлинь сделал два шага назад и снисходительно посмотрел на него.

Суйин выпрямился, превозмогая боль, и ледяным взглядом посмотрел на Цзянь Суйлиня.

— Гэ, — засмеялся Цзянь Суйлинь, обнажая зубы, — мне больше всего нравится в тебе это выражение лица. Как будто в твоих глазах все люди — дерьмо.

Суйин был настолько потрясен, что ему потребовалось много времени, чтобы прийти в себя. С яростным криком он бросился на Цзянь Суйлиня.

В отличие от того, что раньше один бил и ругал, а второй просто стоял, не смея дать отпор, сегодня они вцепились друг в друга и дрались по-мужски.

Цзянь Суйин и не подозревал, что этот младший брат, которого он помнил всегда робким, повзрослел и совершенно отличается от прошлого себя. Каждый удар, нанесенный ему, был тяжелым и полон ярости. Эта сила принадлежала мужчине, а не слабому мальчику, каким он его помнил.

Просторная и чистая комната Цзянь Суйлиня всего за короткий промежуток времени претерпела изменения. Из-за драки двух мужчин всевозможные предметы попадали на пол. Вся комната была похожа на развалины, и из нее доносились страшные звуки.

На телах и лицах обоих были покраснения и синяки, но они все равно наседали друг на друга, пытаясь нанести еще больше побоев. В В самый разгар их борьбы в дверь громко постучали.

— Суйин! Суйлинь! Откройте дверь! — Цзянь Дунъюань, которого срочно вызвала Чжао Янь, колотил в дверь комнаты, весь в поту от волнения. — Откройте дверь! Не ругайтесь! Откройте!

Он стучал до тех пор, пока горничная не принесла запасной ключ от комнаты Цзянь Суйлиня. Цзянь Дунъюань торопливо открыл дверь и увидел, как двое его сыновей катаются по полу и со злостью бьют друг друга.

Цзянь Дунъюань застыл на несколько секунд, а после гневно зарычал:

— Вы, два ублюдка, прекратите!

Водитель и телохранитель Цзянь Дунъюаня бросились к ним, рискуя получить незаслуженные тумаки разнимая двух мужчин.

Чжао Янь посмотрела на покрытое синяками и уже отекшее лицо сына и сразу же заплакала.

Цзянь Дунъюань подошел и дал пощечину каждому из сыновей.

— Что происходит? А? Что происходит? Сколько вам лет? Сколько вам лет, я спрашиваю?

— Папа, — задыхаясь, первым заговорил Цзянь Суйлинь, — мне очень жаль…

— Ты опять издеваешься над своим братом! А? — закричал Цзянь Дунъюань, обращаясь к Цзянь Суйину. — Говори!

Суйин бросил на Цзянь Суйлиня презрительный взгляд, выплюнул на пол кровь, смешанную со слюной, и повернулся, чтобы уйти.

— Суйин! Остановись! — Цзянь Дунъюань был зол. — Это против тебя! Скажи мне, сколько тебе лет?! Тебе почти тридцать!

Суйин промолчал. Его тошнило от этого места. Он хотел уйти как можно скорее и вдохнуть свежий воздух.

Едва он сделал шаг из комнаты, как Цзянь Суйлинь бросил в него еще более тяжелую бомбу.

Цзянь Суйлинь, опустив голову, крепко обнимал мать, и его глаза вспыхнули злобой.

— Гэ, если ты все еще не понял меня, то спроси обо всем Ли Юя.

Том 3

Глава 15.1 - Подозревая любовника

«Спроси Ли Юя».

Эти слова, брошенные ему в спину, крутились в голове, вызывая сильную головную боль.

Цзянь Суйин не дурак, наоборот, у него очень острый ум. Просто он привык доверять людям. Как можно сомневаться в том, что послушная собака укусит, как можно сомневаться в том, что близкий человек ударит в спину? Самой большой ошибкой было то, что его ослепила слабость и покорность, которую Цзянь Суйлинь скрывал более десяти лет. Если смотреть только с этой точки зрения, то уже это должно вызывать восхищение... Терпеть унижения более десяти лет, не раскрывая себя — на такое не способен даже один человек из десяти тысяч.

Неудивительно, что все дела шли наперекосяк каждый раз, когда в них участвовал Цзянь Суйлинь…

В голове Суйина вдруг вспыхнул белый свет, и он вспомнил о земле в Бэйхае.

Если Цзянь Суйлинь уже давно тайно действует против него, а это дело так и вовсе прошло через его руки… Тогда какое место в этом занимал Ли Юй? В деле Бэйхай он сыграл очень важную роль, связав его с Ли Сюанем. Если то, что сказал Цзянь Суйлинь, действительно правда, то многое становится ясным.

Вспоминая тот день, когда они, держась за руки, рассказывали друг другу о своих чувствах… Суйина словно поразила молния. Он ощутил холод во всем теле, словно попал в ледяную пещеру.

Ли Юй…

При мысли о том, что Ли Юй тоже замешан во всем этом, сердце Цзянь Суйина болезненно сжалось. Один из предателей был его братом, а другой — любимым человеком. Он никак не мог представить, что Ли Юй поддерживал в этом сяо Линь-цзы и лгал ему все это время…

Суйин вернулся в компанию, хотя рабочее время уже почти подходило к концу. Первым делом он помчался в отдел кадров и попросил менеджера поднять информацию о Цзянь Суйлине и Ли Юе. Менеджер по персоналу со страхом и беспокойством передал ему информацию, не в силах отвести взгляд от лица босса, на котором виднелись синяки и весь его вид говорил о том, что он явно только что с кем-то подрался.

Он взял обе папки и вернулся в свой кабинет. Закрыв дверь, он тут же набрал номер.

— Проверьте для меня кое-что. Я дам вам идентификационный номер. Сделайте это прямо сейчас. Я буду ждать вашего звонка.

Сбросив звонок, Цзянь Суйин почувствовал себя опустошенным. Упав в кресло, он открыл ящик стола и достал черную бархатную коробочку.

Он открыл ее. Внутри лежали два кольца из белого золота с бриллиантами. Эти два кольца были совершенно одинаковые: простой и благородный стиль, наполненный элегантным мужским шармом, инкрустированный мелкими бриллиантами, которые переливались на свету. На внутренней стороне кольца выгравировано маленькое сердечко и их инициалы. Эти кольца были присланы ему совсем недавно. Они были явно легкими, но в этот момент Суйин ощущал на руке тяжесть в тысячу цзинь.

Он все это время хотел подарить кольцо любимому, но не мог найти подходящего момента. Если так подумать, то подходящим было только Рождество через два месяца, поэтому они так и лежали в его кабинете. Теперь, думая об этом, может быть, это и хорошо, что он не успел сделать это. Иначе он, как дурак, подарил бы кольцо, а потом узнал бы, что Ли Юй никогда не воспринимал его всерьез.

Цзянь Суйин бросил кольца в глубину ящика и с такой силой ударил по деревянному столу, что тот громко затрещал. Правая рука онемела от боли, и он долго не мог пошевелить пальцами.

— Ли Юй… Если ты посмел меня обманывать…

В тихом и пустом кабинете Цзянь Суйина вдруг зазвонил телефон. Он посмотрел на определитель номера, и его сердце сильно забилось. Дрожащей рукой он принял вызов.

— Алло… — произнес он глубоким голосом.

— Цзянь-гэ, — из динамика донесся легкий и радостный голос Ли Юя, — ты где? Загляни ко мне в университет после работы.

Суйин подавил рвущийся наружу вопрос и задал другой:

— Зачем? — спросил он хриплым голосом.

— Я переехал, — Ли Юй заговорил быстро, как будто только и ждал, что Суйин об этом спросит. — Нет, не переехал. Правильнее будет сказать, съехал из университетского общежития. Я снял квартиру недалеко. Приезжай сюда, а после ужина мы вместе пойдем и купим вещи первой необходимости.

Эти слова равносильны замаскированному приглашению Суйину жить с ним. Если до сегодняшнего дня Суйин бы побежал туда с радостью и ожиданием, то сейчас он только ощущал, что каждое слово Ли Юя заставляло его чувствовать себя ужасно.

— У меня есть кое-что на сегодня… — напряженно произнес он.

— У тебя есть дела? Тогда давай сделаем так, я сначала вернусь и соберу вещи, а потом пришлю тебе адрес. Ты приедешь после ужина, просто поможешь мне разобрать вещи… забудь об этом, это будет очень странно. Просто приходи, — в голосе Ли Юя прозвучало волнение и раздался звук заводящейся машины. — Постарайся приехать пораньше.

Суйин согласился и поспешно закончил разговор. Он сидел в кресле, крепко сжимая в руке телефон.

Люди из компании постепенно уходили, время медленно шло, и только Суйин, словно застывшая статуя, был неподвижен.

Он ничего не мог сделать. Ничего не мог придумать. И единственное, что ему оставалось, — это сидеть и ждать звонка. Ожидание этого звонка было похоже на ожидание приговора: каждая минута и каждая секунда были пыткой.

Он не знал, сколько времени он так просидел, но уже совсем стемнело. Все сотрудники компании уже ушли, и только он остался одиноко сидеть в своем кабинете. Вдруг снова раздался телефонный звонок.

Суйин машинально ответил на него.

— Господин Цзянь.

— Говори.

— Этот человек… — кхк-кхк.

Мужчина уже знал из информации, что они — братья. Очевидно, что раз старший брат расследует таким образом дела младшего, значит, тот в чем-то замешан и это не есть хорошо. Поэтому он тщательно взвесил свои слова.

— Его имени не было в записях о передаче собственности за прошлый год. Но согласно времени, которое вы мне дали, я немного сузил круг поиска и нашел несколько комплектов квартир, которые были переданы от имени вашей компании частным лицам в том месяце. Их количество относительно велико. Но вы сначала лучше используйте информацию компании и сравните ее, а потом скажите мне конкретнее, какие это были три квартиры, я смогу выяснить более подробную информацию.

— Это не настолько важно, — ответил Суйин, — квартиры все равно уже проданы, нет особой необходимости в их поисках. Главное — можно ли проверить его личное имущество.

— Это слишком сложная проверка. Она должна пройти через несколько человек, это не то, что я могу сделать самостоятельно. Также это не то, что можно проверить за одну ночь, но…

— Что?

— Я узнал о компании, зарегистрированной на его имя.

— Расскажите мне подробности.

— Это частная инвестиционная компания, зарегистрированная в Гонконге, с уставным капиталом в восемь миллионов и двумя акционерами.

Компания прямых инвестиций. Та самая, которая скрыто инвестировала в ту кормовую компанию, которая увела у него землю в Бэйхае прямо из-под носа.

Суйин стиснул зубы и дрожащим голосом произнес:

— Кто?..

— Он и кто-то по имени Ли Юй.

Суйин почувствовал гул в голове и перед глазами у него все поплыло.

Глава 15.2 - Не считайте себя незаменимым

Ли Юй наводил порядок в доме, как вдруг раздался звонок в дверь. Он посмотрел на часы, было уже восемь часов вечера, должно быть, Цзянь Суйин пришел сразу после ужина. Он прошел через гостиную и открыл дверь. Цзянь Суйин стоял, замерев на пороге словно статуя. Уголки его глаз покраснели, волосы немного растрепались, а на лице были синяки и ссадины. Он выглядел очень жалким. Его бурные эмоции можно было почувствовать с каждым его вдохом.

Ли Юй был шокирован его видом. Он замер, удивленно уставившись на него.

— Что с тобой случилось? С кем ты подрался?

Суйин переступил порог и закрыл за собой дверь. Он смотрел на Ли Юя налитыми кровью глазами.

Ли Юй растерянно смотрел на него, переводя взгляд с лица на тело и, наконец, остановился на руках. В руке Цзянь Суйин держал несколько листов документов, которые были смяты от чрезмерной силы.

— Тебе это знакомо? — голос Суйина был настолько холодным, что казалось, из него вот-вот посыплется лед.

Суйин расправил бумаги.

Ли Юй резко переменился в лице.

Суйин бросил их ему в лицо, а потом замахнулся на него кулаком.

От этого удара Ли Юй сразу же упал на пол, и во рту у него появился тяжелый привкус крови.

Суйин набросился на него сверху, как сумасшедший, и, схватив за воротник, стал трясти.

— Ебать тебя, Ли Юй! Что я тебе сделал плохого, что ты сговорился с Цзянь Суйлинем, чтобы обмануть меня? Ты, блядь, спал со мной! И пока трахал меня, крал мои вещи, чтобы порадовать своего возлюбленного? Ты, блядь, такой ущербный!

Использовав всю силу своего тела, Ли Юй оттолкнул его от себя, а после, перекатившись, придавил Цзянь Суйина под собой и выплюнул на пол смешанную с кровью слюну.

— Успокойся! — заорал он у самого уха Суйина.

— Успокоиться, блядь? — закричал Суйин во весь голос. — Успокой свою маму, идиот! Я же должен сегодня расправиться с тобой, белоглазый волк*, который ест вне дома! — он поднял колено и сильно ударил Ли Юя по спине, пытаясь скинуть с себя.

*Белоглазый волк (bái yώn láng) — часто используется для описания неблагодарных людей, сжигающих за собой мосты и отвечающих на добро враждебностью.

Ли Юй подавил крик. Стиснув зубы, он стерпел боль, даже не сдвинувшись с места.

— Цзянь-гэ, позволь мне объяснить! — он обеими руками надавил на руки Суйина.

В ответ на это Суйин плюнул ему в лицо. Он поднял ногу достаточно высоко, чтобы вновь попытаться ударить его ногой. Ли Юй успел лишь отклониться назад, чтобы перехватить его ногу. Суйин воспользовался возможностью перевернуть его одним махом и быстро поднялся с пола.

Он с совершенно красными от гнева глазами схватил табуретку и бросил ее в сторону Ли Юя. Ли Юй уклонился, за его спиной стеклянная дверца шкафа с грохотом разлетелась вдребезги. Ли Юй обернулся посмотреть на купленные им украшения, которые теперь были разбросаны повсюду, и сердце его сжалось.

Суйин бросал в сторону Ли Юя все, что попадалось под руку, проклиная его:

— Будь ты проклят, ублюдок! Ты и Цзянь Суйлинь — два идиота, ударили лао-цзы в спину! Неужели вам надоело жить? Что вы о себе возомнили? А? Что ты о себе возомнил?

— Ты уже достаточно пошумел! — попытался успокоить его Ли Юй. — Успокойся и давай поговорим!

— Говорю тебе как есть! Ты — белоглазый волк, который недостоин даже разговаривать со мной! Не думай, что я не знаю, что ты морочишь мне голову только для того, чтобы помочь Цзянь Суйлиню. Если бы ты не задержал информацию о тех трех квартирах, я мог бы остановить это. По крайней мере две из них мог бы вернуть до того, как они были проданы. А тот кусок земли в Бэйхае? Без твоего участия им бы ничего там не светило! Вы двое взяли мои деньги и создали компанию для зарабатывания денег. Вы правда не боитесь умереть!

Сказав это, Цзянь Суйин почувствовал, как его сердце обливается кровью. Как только он произнес эту неприятную правду перед Ли Юем, то почувствовал себя так, словно на его лицо наступили ногой. Он ощущал острую боль в сердце, но не мог остановиться:

— Говорю тебе, в моих глазах ты — кусок дерьма! Неужели ты думаешь, что мне есть до тебя дело? Что я за человек? Какой мне нужен мужчина? Мне просто нужна новизна! Я могу купить дюжину таких, как ты. И они не стали бы за моей спиной встречаться с кем-то другим или наносить мне удар в спину! Ты думаешь, что чего-то стоишь? Ты, блядь, ничто! Ничто! — Цзянь Суйин изнемогал от боли и стыда за то, что его предали. Он неистово использовал слова, чтобы выплеснуть свою внутреннюю боль. Единственной мыслью в его голове сейчас было использовать еще более грубые средства, чтобы причинить боль этому человеку, заставившего его страдать.

Он не должен быть единственным, кому сейчас больно и тяжело.

— Не говори больше! — произнес дрожащим голосом Ли Юй. Лицо его помрачнело от слов, брошенных в него Суйином. — Вспомни, как нам двоим было нелегко проделать такой путь и находиться там, где мы сейчас. Успокойся и давай поговорим.

Это «нелегко проделать такой путь и находиться там, где мы сейчас» просто подняло ярость Суйина на новую высоту. Он вспомнил тот год, когда бегал за Ли Юем и ухаживал за ним, как они ссорились и ругались, но потом мирились. Снова ссорились и снова мирились. Вспомнил, как он шаг за шагом проделывал этот путь, который давался ему с таким трудом.

Ему казалось, что, несмотря на все трудности, с Ли Юем у него была сладкая жизнь.

В результате оказалось, что его никогда не воспринимали всерьез. Тот, кто с ним спал, в то же время вступил в сговор с его младшим братом, чтобы обманом лишить его денег.

Цзянь Суйин сделал несколько глубоких вдохов, прежде чем все же смог сдержать пощипывание в носу.

— Ли Юй, — хрипло произнес он, — ты мне просто отвратителен. Нелегко тебе было выносить унижение, когда ты спал со мной, помогая своему возлюбленному обкрадывать меня.

Ли Юй скрипнул зубами, его лицо исказилось.

— Цзянь Суйин, ты понимаешь, что говоришь? Я понимаю, что ты злишься, что я поступил неправильно. Но ты произносишь такие гневные слова, которые унижают и тебя, и меня.

— Да пошел ты нахер со своим дерьмом! Все, что я сказал, — правда! Ты, Ли Юй, ничтожество в моих глазах! Только вы, два безволосых сопляка, посмели сесть на мою шею и поссать мне за воротник! Я скажу это только один раз: я заставлю вас жалеть об этом всю оставшуюся жизнь!

Яростно уставившись на него, Суйин снова нащупал рукой что-то и, не задумываясь, швырнул это в сторону Ли Юя.

Ли Юй снова уклонился от удара. Суйин, воспользовавшись тем, что он не успеет увернуться, сделал два больших шага в его сторону и ударом ноги повалил на пол.

Ли Юй, который до этого сдерживался и не сопротивлялся, в этот момент тоже пришел в ярость. Обеими руками схватив Суйина за ноги, он одним движением повалил его на пол. Он перекатился, оказавшись верхом на Цзянь Суйине, и, схватив его за воротник, закричал:

— Опять ты, блядь, несешь чушь?

Слова Цзянь Суйина «ты для меня ничто» разозлили его очень сильно. Для мужчины, который целыми днями бегал за ним он, в конце концов оказался «ничто» в его сердце и «ничто» в его сознании. Это огромный психологический шок для него, привыкшего к тому, что в их отношениях его всегда уважали и заботились о нем. Он чувствовал себя виноватым за то, что сделал, и хотел поговорить с Цзянь Суйином. Он хотел загладить свою вину, ведь он не тот человек, который не может этого сделать.

Но Цзянь Суйин снова и снова повторял те дерьмовые слова, которые выводили его из себя. Он даже их прошлое полностью отрицал. Грудь Ли Юя словно придавило большим камнем, и он не мог сделать вдох.

Суйин просто перестал говорить с ним и бросился на него с кулаками.

Ли Юй все это время терпел, не сопротивляясь, но, в конце концов, был доведен словами Суйина, которые буквально похоронили его под собой.

Он не хотел больше слышать ни слова из того, что говорил Суйин. Он отчаянно кричал, чтобы Суйин замолчал, но тот продолжал выкрикивать все самые мерзкие и отвратительные слова, которые только мог произнести.

В итоге они вдвоем, словно потеряв рассудок, извивались на полу, нанося друг другу удары.

Драка закончилась тем, что оба изуродовали лица друг другу и получили травмы.

Они уже много раз ссорились, но ни одна из них не была такой трагичной, как эта. Отчаяние и обида распространились, словно вирус, и заразили их обоих. Ли Юй хотел заставить Суйина закрыть рот, а Суйин хотел заставить Ли Юя почувствовать ту же боль, что и он. Казалось, что мозг обоих раскалился добела. И хотя руки болели и в них практически не осталось сил, ни один из них не желал останавливаться первым. Только после того, как дверь взломали, и в квартиру ворвался сосед с несколькими полицейскими, их с трудом растащили.

Когда полицейские выволакивали Ли Юя из дома, он был настолько слаб, что не мог сделать и шага самостоятельно. Он едва повернул голову и посмотрел на квартиру, на обустройство которой потратил полмесяца и которая теперь была в таком состоянии, словно через нее прошелся тайфун.

Он вспомнил, что чувствовал несколько минут назад, когда с нетерпением ждал, когда войдет Суйин… В этот момент ему захотелось плакать.

Глава 15.3 - Сожаления - это его страдания

Драка и избиение голыми руками — это не страшное преступление, поэтому полиция не стала доставлять их в полицейский участок, а сразу привезла в больницу.

С того момента, как они сели в полицейскую машину, Цзянь Суйин не проронил ни слова. Как бы полицейские ни пытались его разговорить и выяснить причину драки, Суйин молча сидел и тупо смотрел перед собой.

Когда он прибыл в больницу, врач обработал его раны, а потом заставил остаться на ночь. Цзянь Суйин позвонил секретарю Лян и попросил ее приехать, чтобы уладить дела с бумагами.

Суйин не хотел, чтобы женщина ехала сюда одна в такое время суток. Но, немного поразмыслив, он не знал, кому еще можно позвонить в такое время. К счастью, муж секретаря Лян привез ее, и у них двоих хватило ума ни о чем не спрашивать. Она оплатила медицинские счета и Суйина перевели в отдельную палату. Потом они всю ночь разбирались с полицией.

Цзянь Суйин просто лежал в палате и смотрел на темный потолок. Он чувствовал сильную усталость, но заснуть не мог. Никогда в жизни он не испытывал такой неудачи.

Раньше каждая неудача заставляла его думать только о том, как справиться с трудностями и пережить тяжелые времена. Но в этот раз он так устал, что даже не хотел думать о завтрашнем дне.

Что ему теперь делать? Это было так унизительно.

Суйин думал, что встретил особенного человека, но оказалось, что Ли Юй относился к нему как к врагу и вступил в сговор с его младшим братом, чтобы расправиться с ним.

Неудивительно, что Чжоу Юй* рассердился, когда Чжугэ Лян* сказал: «Потеряв жену, потеряешь армию»* Раньше Суйин считал Чжоу Юя слишком узколобым. Но теперь, если кто-то осмелится использовать эти слова, чтобы уколоть его, он не сможет этого вынести.

*赔了夫人又折兵 Потеряв жену, потеряешь армию (пиньинь: péile fūrén yòu zhébīng) — это идиома, заимствованная из истории.

*Чжоу Юй (175-210 гг.) знаменитый полководец южного царства У, победитель битвы при Чиби. Солдат, который был выбран в качестве приманки, сбежал с женой сразу же после свадьбы в Восточное У, нарушив план. Чжоу Юй повел свои войска в погоню и был разбит из засады Чжугэ Ляном. Именно Чжугэ Лян воспользовался метафорой «потеряв женщину, потерял и армию», таким образом говоря о двойной потере.

Суйину хотелось плакать и смеяться одновременно.

Он подумал, что это, наверное, самое серьезное испытание в его жизни, и что пройти через него может только мужчина.

Он поднял трубку и набрал внутренний номер больницы. Как только подключение прошло, он сказал:

— Я не могу уснуть. Можете сделать мне укол или дать таблетку? Или придумайте что-то еще…

На следующий день секретарь Лян забрала Цзянь Суйина из больницы и привезла домой.

Он не был серьезно ранен, и если бы ему не было лень двигаться, он мог бы вернуться еще вчера вечером. Приехав домой, он все же не удержался и спросил у секретаря Лян, как обстоят дела у Ли Юя.

На самом деле, если посмотреть, в их драке Ли Юй был в невыгодной позиции. Вероятно, потому, что чувствовал себя виноватым, он не использовал полную силу. Суйин же, наоборот, приложил его по полной, и сейчас Ли Юю, вероятно, должно быть очень больно.

— Он молод, — в голосе секретаря Лян слышалась неловкость. — Он будет в порядке.

Как только Цзянь Суйин услышал это, он понял, что Ли Юй определенно сейчас не в порядке. С одной стороны, он почувствовал себя чертовски счастливым, но с другой, ему было больно от того, что Ли Юю плохо.

Из-за того, что он беспокоился о Ли Юе, он чувствовал себя дешевкой.

Когда секретарь Лян увидела своего босса в таком разочарованном и плачевном состоянии, в ней проснулся материнский инстинкт. Чтобы позаботиться о Цзянь Суйине, она даже убралась в доме и занялась готовкой, провозившись с этим полдня!

Ей нужно было забирать ребенка до шести часов, а было уже пять, поэтому она вынуждена была уйти.

Когда Суйин остался в квартире один, то одиночество, пустота и холод стали сильнее давить на нервы. Он не мог ни стоять, ни сидеть, ни читать, ни пить.

Что бы он ни делал, он не мог перестать думать о предательстве и унижении, которым подвергли его эти двое. Он знал, что не сможет просто так оставить это. Не сможет позволить этим двоим уйти от наказания. Но сколько бы мыслей о мести ни приходили ему в голову, каждый раз, когда он вспоминал, что это Цзянь Суйлинь и Ли Юй, он испытывал сильное чувство бессилия.

За весь день, за исключением пары ложек риса, что он съел в присутствии секретаря Лян, он больше ничего не ел. Он просто тупо сидел до ночи, а потом всю ночь провел, размышляя об этом в темноте.

***

Тело Ли Юя получило множественные повреждения мягких тканей, а также сотрясение мозга. Хотя и не были задеты кости и внутренние органы, но удары Суйина были очень тяжелыми. Ли Юй не стал сообщать об этом семье. Секретарь Лян помогла ему выполнить все формальности по госпитализации и больше не появлялась. Два дня он лежал в больнице один.

За эти два дня он очень много думал.

Он хотел пойти к Суйину и извиниться перед ним. Но он знал его характер, и если он появится перед ним через короткий промежуток времени, безусловно, это только подольет масла в огонь.

Ему очень хотелось поскорее увидеть Суйина. Но Суйин, который не проявлял к нему милосердия, казался ему чужим, каким-то холодным незнакомцем. У него до сих пор сжималось от боли сердце, когда он вспоминал безумное поведение и слова Суйина. Однако он не думал, что Суйин из-за этого полностью порвет с ним. Теперь оставалось только подождать несколько дней, дождаться, пока гнев Суйина утихнет, а потом пойти и поговорить с ним по душам.

В день выписки из больницы он столкнулся с человеком, которого меньше всего хотел видеть в этот момент, — с Цзянь Суйлинем.

Они смотрели друг на друга без особой доброжелательности.

— Это ты ему сказал? — холодно задал вопрос Ли Юй.

— Это был не я, а Бай Синьюй, — покачал головой Цзянь Суйлинь.

Ли Юй равнодушно скривил лицо, не собираясь больше говорить ему ни слова. Не имело значения, кто именно рассказал Суйину. Важно было только то, что он уже знал.

— Что ты собираешься делать? — негромко спросил Цзянь Суйлинь, когда Ли Юй прошел мимо него.

Ли Юй не хотел отвечать, но все же выдержал паузу и произнес:

— Я пойду к нему, когда его гнев утихнет.

— Пойдешь к нему? — дыхание Цзянь Суйлиня стало неровным, он яростно сжал кулаки.

Они стояли спина к спине, и Ли Юй не мог видеть выражение лица Цзянь Суйлиня.

— Да, я пойду к нему. Я и он… Я не оставлю это просто так, — Ли Юй смотрел на длинный тусклый коридор больницы. — Суйлинь, ради тех лет, что мы знаем друг друга… что бы ты ни хотел сделать — остановись. Иначе я расскажу ему обо всем, что ты мне сказал.

— Неужели ты думаешь, что если ты прибежишь к нему и попросишь прощения, то он снова сойдется с тобой невзирая на прошлое? — усмехнулся Цзянь Суйлинь.

Сердце Ли Юя сильно забилось и отдало болью. Он поджал губы.

— Ты слишком плохо знаешь моего брата, — фыркнул Цзянь Суйлинь. — Он никогда бы не позволил нам так дразнить его. Как ты думаешь, насколько сильно ты ему нравишься? Он что, так сильно привязан к тебе? Он не отпустит ни меня, ни тем более тебя. То, что мы у него отняли, он вернет себе в двойном размере.

Губы Ли Юя слегка дрогнули, когда он вспомнил то, что сказал Суйин. Раньше он никогда не боялся, каким бы злым или безумным ни был Суйин. И хотя вчерашние слова были произнесены в гневе, но как его сердце могло быть спокойным? Каждый раз, когда Ли Юй вспоминал их, они становились все более резкими и неприятными.

Если Цзянь Суйин действительно считал его просто новой игрушкой, то он никогда не отпустит его от себя.

— Ли Юй, поверь мне, мой гэ никогда не остановится, — обернувшись, произнес Цзянь Суйлинь. — Ты не сможешь с ним бороться. Только если мы объединим усилия.

— Не позволяй мне больше слышать такие слова, — холодно ответил Ли Юй.

После этого он решительным шагом направился к лифту.

Цзянь Суйлинь мрачно наблюдал за тем, как его спина скрылась за углом. Вскинув кулак, он со всей силы ударил им по стене, и дешевая плитка, которой была облицована стена больницы, издала трескающийся звук.

Глава 15.4 - Летающие призраки могут быть неосторожны

Цзянь Суйин позвонил тому директору в Бэйхае и спросил, как продвигается дело с землей, но тот ответил, что ничего не ясно, и сказал, что больше не уделяет этому вопросу внимания. Однако Суйин не сдался. Сейчас он уже не заботился о том, чтобы оказывать людям ненужные услуги. Суйин звонил целый день и, наконец, нашел руководителя, отвечающего напрямую за это дело.

Дело слишком серьезное, и если он позволит этим двум соплякам продолжать самовольничать, то он не Цзянь Суйин. Лишиться этого участка земли — большая потеря для кормовой компании и этих двух ублюдков. Смогут ли Ли Юй и остальные продолжать вливать деньги и вернуть свои инвестиции? Как и ожидалось — все это стало проблемой в данный момент.

После этого он дал указания своему человеку, который должен был выяснить информацию о компании по производству кормов и все данные о ее руководителе. По его мнению, та парочка было жадной до мелких прибылей и капризной. Они не обладали мудростью бизнесменов, и более того, не были людьми, с которыми можно работать. После потери земли Ли Юй и остальные должны будут пересмотреть свои капиталовложения. Входы и выходы кормовой компании только начались, и в настоящее время разорвать цепочку своих капиталов они не согласятся. Если Суйин сможет найти брешь, принуждение или замануху, на основе которой можно было прекратить вливание капитала, то та пара обязательно выступит против Ли Юя и его компании.

Самый лучший исход, которого хотел добиться Суйин, — это их встреча в суде. Тогда он точно будет сидеть на галерке и смеяться над этими прожженными дураками.

При мысли об этом его настроение значительно улучшилось.

На этот раз он действительно испытал небывалое разочарование и удар. Предательство Цзянь Суйлиня и Ли Юя — он не знал, что из этого тяжелее перенести. Но он знал только одно — если не преподаст им урок, то ему будет трудно справиться с той ненавистью, что заполняла его сердце.

Суйин отдыхал дома три дня. Синяки и отеки на его лице наконец-то немного сошли, и он уже не выглядел таким жалким.

За эти три дня, кроме звонков по служебным делам, он не получил ни одного звонка или текстового сообщения от Ли Юя. Он думал, что если Ли Юй осмелится позвонить ему, то обязательно разобьет телефон. Но он так ничего и не получил. Ли Юй даже не предоставил возможности унизить его, что, несомненно, еще больше раздражало Цзянь Суйина.

На третьи сутки он действительно не мог больше сидеть дома, поэтому позвал нескольких приятелей выпить. С тех пор как они с Ли Юем стали встречаться, большую часть свободного времени он проводил с ним, и друзья его ни разу не осудили. Но если сегодня он не пойдет и не повеселится, то будет вновь чувствовать сожаление о том, что его обманул Ли Юй.

Этим вечером компанию друзей сопровождали и мальчики, и девочки. Но Суйин быстро потерял интерес. Он не любил оставаться серьезным в таких заведениях, но сегодня ему вдруг стало скучно. Он не ханжа, но его просто раздражало, когда каждый получает то, что хочет. Раньше, когда он также получал то, что хотел, Суйину нравились послушание и благосклонность, которые можно было купить за деньги. Теперь же он чувствовал, что не знает, с какой целью держать около себя мальчика. Он вдруг почувствовал, что его здесь от всего тошнит.

И во всем был виноват Ли Юй.

Всю ночь Суйину было не по себе. Он сидел в углу и пил, но при этом мало разговаривал. Он портил настроение окружающим, поэтому решил покинуть заведение пораньше, так как считал, что своим поведением только раздражает всех.

Обычно он отличался хорошей самодисциплиной и никогда не садился за руль, если выпивал слишком много, но сегодня он об этом даже не подумал. Он не знал, как ему удалось продержаться три дня. И даже не мог вспомнить, что делал все эти дни.

Суйин сел за руль и поехал домой. Но, проехав совсем немного, понял, что просто не доедет. Он быстро съехал на обочину, открыл дверь, и его с шумом вырвало.

Казалось, что его вырвало всем, что он съел за последние несколько дней. Желудок был уже пуст, но его все равно продолжало тошнить. У него кружилась голова, он был ослаб. Суйин откинулся на водительском сиденье, не в силах даже пошевелить пальцем.

Было уже два часа ночи. Обычно главная дорога всегда забита машинами, теперь же она была пуста. Лишь изредка по ней проезжали автомобили! Длинная темная дорога, словно ей не видно конца, тянулась все дальше и дальше. Суйин смотрел вперед и видел только бесконечную тьму. Он знал, что может идти по ней только в одиночку.

С тех пор как умерла мама, в мире больше не было никого, кто бы заботился о нем всей душой. Ощущение одиночества и беспомощности он должен был снимать собственными силами. В этом не было ничего плохого. Полагаться на себя было лучше, чем на кого-то другого.

Он пожалел, что встретил Ли Юя.

Почему он должен любить того, кто делает его слабым и предал? Это было совершенно бессмысленно. Он должен был быстро разрубить гордиев узел и выкинуть Ли Юя из сердца. Должен отомстить и выпустить всю свою ненависть, которую тот заслужил. Именно таким он, Цзянь Суйин, и должен быть.

Он глубоко вздохнул: осенью ночью в Пекине было слишком холодно.

Суйин не мог точно сказать, был ли сейчас пьян или нет, но, по крайней мере, он понял, что не может вести машину. Достав телефон, он пролистал телефонную книгу и, найдя нужный контакт, сделал вызов.

— Алло… Я нахожусь на XX Bridge, — невнятно произнес он, — не могу вести машину, приезжай за мной.

Суйин беспокойно проснулся от дневного света. С трудом открыв глаза, он оглядел незнакомый потолок. Он повернул голову — незнакомые шторы. Все, что находилось в этой странной комнате, было ему незнакомо. Он закрыл глаза и с трудом потряс головой. Ему очень хотелось избавиться от пульсирующей головной боли.

— Ты проснулся? — послышался негромкий голос вошедшего из другой комнаты мужчины.

Открыв глаза, Суйин увидел, что в дверном проеме стоит красивый молодой парень. На нем был бежевый тонкий джемпер и пижамные брюки в кофейную полоску. Тонкие ключицы едва заметно выглядывали из-под ворота, парень выглядел нежным и безобидным.

— Сяо Чжу? — нахмурился Цзянь Суйин. — Почему ты здесь?

Сяо Чжу поспешно подошел к нему и протянул воду, приготовленную заранее и оставленную на прикроватной тумбочке.

— Цзянь шао, выпей сначала воды.

Только сейчас Суйин понял, какой у него хриплый и сухой голос.

Он одним глотком выпил воду, вытер рот и недоуменно посмотрел на парня.

— Вчера ты звонил Винсу-гэ, — улыбнулся сяо Чжу. — Но его парень был у него дома, поэтому он связался со мной и отправил меня к тебе.

Цзянь Суйин вспомнил, что, кажется, действительно звонил Винсу, но что было после звонка, он не мог вспомнить.

Он лег обратно на кровать и произнес приглушенным голосом:

— Давно мы с тобой не виделись.

После того как они с Ли Юем помирились, парень заставил его удалить все контакты в телефоне, которые ему не нравились, и первым из них был «Поросенок»*.

*Напоминание для тех, кто забыл:) В тексте сяо Чжу пишется — «小朱» (xiώo zhū). Его имя в телефоне Суйина записано как — «小猪» (xiώo zhū). Оба они произносятся как «чжу», но имеют разное написание и значение. В имени Чжу — 朱/ киноварь, а у Суйина Чжу — 猪/свинья, поросенок.

— Да, прошло много времени, — с грустью в глазах произнес сяо Чжу. Он неосознанно потянул одеяло Цзянь Суйина и замер. — Ты поспишь еще или хочешь поесть?

Суйин уставился в потолок. Его сознание словно покинуло тело, он не проронил ни слова.

Сяо Чжу какое-то время пристально смотрел на него, и вдруг почувствовал, что его щеки пылают.

— Я пойду и принесу рис, — быстро произнес парень.

Через некоторое время сяо Чжу поставил на стол тарелку риса, две тарелки овощей, суп, и позвал Суйина поесть.

Цзянь Суйин поднялся с кровати и начал есть.

Сяо Чжу послушно сел на край кровати и, не отрывая взгляда от палочек в руках Суйина, наблюдал за тем, как он медленно поглощает один кусочек за другим.

Цзянь Суйин съел всего несколько кусочков, больше есть ему не хотелось.

— Где мы? — спросил он.

— Эту квартиру мне подарил Цзянь шао, — прошептал сяо Чжу и замер.

— О, — теперь неудивительно, что планировка спальни показалась ему знакомой… — Ты неплохо здесь все устроил.

— Я часто хожу на рынок, когда у меня выходные, — улыбнулся сяо Чжу, — я сэкономил на обстановке кучу денег.

— Ты больше не работаешь у Винса? — спросил Суйин. — Я не видел тебя, когда был там в последний раз.

— Винс-гэ посчитал, что я не подхожу для работы там, — смущенно улыбнулся парень. — Он помог мне устроиться в профессиональную школу, где я преподаю парикмахерское искусство. На мой взгляд, это очень неплохо.

— О, преподаватель. Это здорово.

— Да, студенты лучше, чем клиенты. Школа также обещала помочь мне получить пекинскую регистрацию* после нескольких лет работы. Винс-гэ неплохо обо мне заботится.

*户口/ Хукоу — это система регистрации домохозяйств в материковом Китае.

Суйин холодно фыркнул.

«Винс, этот ребенок и правда не знает, что самый прибыльный бизнес — это сутенерство для принцев Пекина.»

Парень и правда не знает, сколько брокерских денег имеет с них Винс. Так что найти работу и пристроить мальчишку это пустяк. Но Винс имеет сердце, и это неплохо. Это также негласные правила круга. Суйин, естественно, не стал говорить об этом сяо Чжу.

Суйин отложил палочки и посмотрел на юношу.

— Значит, у тебя уже все хорошо?

— Мгм, — кивнул сяо Чжу и, заикаясь, добавил, — благодаря Цзянь шао.

Суйин прикоснулся к его нежным щечкам.

По телу сяо Чжу прошла дрожь, но он не стал уворачиваться. Хрустальными глазами он смотрел на Суйина не мигая. В его взгляде была заметна встревоженность, но никакого сопротивления не было.

Атмосфера была подходящая для того, чтобы произошло что-то романтичное. Но Суйин не стал продолжать. Он медленно убрал руку. Как только он это сделал, сяо Чжу вдруг подался вперед и схватил руку Суйина.

Цзянь Суйин сузил глаза, увидев во взгляде сяо Чжу что-то знакомое.

Эмоции сяо Чжу, что вспыхнули ранее, тут же были им подавлены. Он тут же отпустил руку Суйина.

— Цзянь шао, ты будешь еще есть?

Суйин потрепал его по волосам и сказал с двойным подтекстом:

— Я ценю это… я позабочусь о твоей хукоу…

*Я хотел бы принять твои чувства, но не могу. Я позабочусь о тебе по-другому.

Глаза сяо Чжу расширились. Парень тут же покрылся румянцем и крепко ухватился за простыню.

— Я не имел в виду, что… — дрожащим голосом произнес он.

Суйину было неинтересно гадать, что он имел в виду. С самого детства в его жизни было много людей, как мужчин, так и женщин, испытывающих к нему чувства. Но сам Суйин не мог ответить каждому. Он просто хотел помочь мальчику, который был внешне приятен для его глаз.

Глава 15.5 - Утопая в ненависти, любви, ненависти и любви...

Глава удалена Shelleer

Эту работу вы можете прочитать на ваттпад,  скопировав ссылку или через группу в телеграмм. На этом сайте этой работы не будет. Приношу прощения за доставленные неудобства.

https://www.wattpad.com/user/Shelleer

И канал в телеграм, чтобы не потеряться:

https://t.me/You_But_Love_Him_Shelleer

Вселенная 188男团 /188 group/

Глава 15.6 - Укушенный волчонок

Молодой господин Цзянь этой ночью спал очень крепко. Он действительно много выпил, и в итоге так напился, что, когда проснулся, у него ужасно раскалывалась голова. Он совершенно не помнил, что было вчера, и в памяти его царил хаос.

Он почувствовал, что кто-то лежит рядом и обнимает его. Веки его затекли до такой степени, что было трудно открыть глаза, поэтому он толкнул спящего за ним человека и пробормотал:

— Сяо Чжу, иди, принеси мне стакан воды.

Мужчина рядом с ним пошевелился.

Цзянь Суйин сглотнул. Вязкая слюна, прошедшая через его пересохшее горло, была словно огонь.

— Сяо Чжу, иди принеси мне воды.

Сзади раздался леденящий душу голос:

— Кому ты сейчас это сказал?

Цзянь Суйин был поражен голосом позади себя. Обернувшись, он увидел, что Ли Юй смотрит на него такими глазами, будто хочет съесть.

Ли Юй скрипнул зубами.

— Чье имя ты сейчас назвал?

Цзянь Суйин долгое время не реагировал. Он пытался понять, что произошло вчера. Почему Ли Юй здесь? Кому и что он сказал? Придя в себя, он даже не смог разозлиться.

— Почему ты… — приглушенным голосом спросил он, — почему ты здесь?

И тут он сразу вспомнил, что ключ от своей квартиры он сам спешно отдал ему опять. Блядь!

Судя по всему Ли Юй тоже только что проснулся. Как Ли Юй оказался в его постели? Что произошло вчера вечером после того, как он выпил лишнего? Неужели он сам позвал Ли Юя?

Он пытался восстановить свои воспоминания.

Ли Юй же был настолько зол, что казалось, вот-вот взорвется.

Имя сяо Чжу для Ли Юя означало не только определенного человека, но и отвратительную для него историю любви Цзянь Суйина в прошлом. Он и подумать не мог… Ведь они с Суйином расстались всего неделю назад. Неужели он настолько не любит быть один, что он снова сошелся с этим сяо Чжу?

Насколько тяжело было у него на сердце в этот момент было было видно невооруженным глазом. Похоже, что Суйин не обманул его… Он действительно нужен был ему ради чувства новизны. Если не будет Ли Юя, то Цзянь Суйин найдет себе десятки сотен таких нефритов. То, что рядом с ним не его Ли Юй, не имело никакого значения. Даже если они расстались временно, Суйину нужно лишь повернуть голову, чтобы найти кого-то другого без всякой привязанности.

Кто он, Ли Юй? Он действительно ничто для Цзянь Суйина! Ли Юй почувствовал, словно его сердце сжимает невидимая рука. Никто и никогда не унижал его до такой степени. Не раздумывая, он поднял руку и дал пощечину Суйину.

Цзянь Суйин замер. Ли Юй, проявивший инициативу и прибежавший к нему домой, по здравому размышлению должен был прийти просить прощения, чтобы помириться, а не избивать его, верно? Если он хотел его избить, то почему он не сделал этого, пока он спал?

У Ли Юя еще хватает наглости ударить его? Суйин тоже от души и без какой-либо пощады вернул ему пощечину.

— У тебя еще, блядь, хватает наглости прийти ко мне домой и бить меня! — выругался Суйин.

— Блядь, я не могу прийти к тебе домой, потому что в этой постели ты трахаешься с сяо Чжу? — заорал Ли Юй. — Мое присутствие нарушает твои сладкие денечки?

— Да! Если ты знаешь это, то убирайся отсюда, — огрызнулся Суйин. — Убирайся к черту, и больше не попадайся мне на глаза, блядь, белоглазый волк!

Ли Юй резко подскочил и повалил его на кровать, прижав к себе.

— Скажи это еще раз! Повтори!

Он хотел убить Цзянь Суйина! В этот момент он действительно хотел убить его.

Цзянь Суйин собрал все свои силы.

— Съебись! — громко проревел Суйин. Он крикнул так сильно, что на лбу выступили вены, глаза налились кровью, а лицо сильно покраснело.

Лицо Ли Юя исказилось от боли, а сердце забилось так сильно, что он не мог совладать с дыханием.

Суйин также был не в лучшем состоянии. Он не понимал, почему так сильно любит Ли Юя. Этот Ли Юй — тупой сукин сын! Он отдал свое сердце ему, но что в итоге получил взамен? Он, Цзянь Суйин, в этой жизни понес потери в бизнесе, расплатившись этим за свои чувства к Ли Юю. Первый раз он искренне полюбил, но все закончилось таким позорным финалом. Этого было достаточно, чтобы пожалеть о своей жизни.

Ли Юй открыл рот, собираясь что-то сказать, но почувствовал, как горло сдавило. Он не смог издать ни звука.

Ли Юй ведь пришел сюда не для того, чтобы спорить и ругаться с Суйином. Он хотел помириться с ним. Он хотел, чтобы Суйин снова называл его «сяо Ли-цзы» с лукавой улыбкой на лице, а потом страстно набросился на него. Он бы с радостью отправился выбирать постельное белье вместе с Цзянь Суйином, чтобы, когда наступят холода, и Цзянь Суйин будет приезжать к нему в университет, он мог оставаться у него, вместо того чтобы, проехав пол-Пекина, возвращаться к себе.

Он не хотел, чтобы то, что сейчас между ними происходило, продолжалось дальше…

Но сам Цзянь Суйин уже отвернулся от него и пошел искать другого. В душе Ли Юй знал, что для Цзянь Суйина он не более чем ничтожество. И Суйин прав, он ничтожество. Тот кто баловал его, бегал за ним и охотно ложился под него, был его Цзянь Суйином. Но кто этот мужчина, что рычит на него и говорит, чтобы он убирался прочь?

Ли Юй дрожал всем телом, сидя верхом на Суйине. Он, словно немой, не мог произнести ни слова. И только смотрел на него убийственным взглядом, словно хотел проделать в нем две дыры.

После того как Цзянь Суйин выкрикнул это, он почувствовал, что его горло болезненно сдавило и обдало жаром, ему даже вдохнуть было больно. Поэтому он тоже вызывающе уставился на Ли Юя.

Спустя долгое время Ли Юй встал с него и молча ушел.

Суйин лежал на кровати, глядя на знакомый потолок своего дома, и не двигался.

Физически он чувствовал себя неважно. У него болела голова, болели глаза, и пересохло в горле. Но больше всего сейчас болело сердце. Боль была такой сильной, что хотелось плакать.

Хотя он, Цзянь Суйин, и не очень хороший человек, но ведь он не совершал убийств или поджогов. За что бог послал такого человека ему в наказание? И мало наказать один раз? Почему надо было швырять его туда-сюда, снова и снова, пинать и толкать к краю гребаного обрыва, чтобы в конце концов столкнуть прямо в ад. Он ведь не настолько толстокожий человек. Он тоже из плоти и крови.

Суйин не мог позволить, чтобы Ли Юй вот так пинал его ногами, нанося удары один за другим.

Это потому, что он болен на всю голову? Ведь, зная, что Ли Юй волчонок, которого невозможно прокормить, он все равно взял на себя заботу о нем. И в конце концов он все же укусил его в ответ за любовь… разве он этого заслужил?

Цзянь Суйин чувствовал, что его жизнь сейчас просто ужасна и беспорядочна. Он даже не знал, что ему делать, выйдя сегодня из этой двери. Он не знал, с чем придется столкнуться завтра. Перед ним явно было столько проблем и неприятностей, но он не знал, как их решить. Казалось, он был в безвыходном положении.

Он натянул на себя одеяло, намереваясь снова заснуть. Лучше спать, чем продолжать думать обо всех этих неприятностях.

_______________________

Если кто читает маньхуа по этой новелле, то хочу сообщить, что с 61 главы я являюсь переводчиком маньхуа. Мы догнали оригинал и выкладываем перевод, на следующий день уже после выхода в оригинале (64 главу я перевод сделала и сдала тайперу уже через 2 часа после выхода. Это быстрее чем на анг) . На данный момент уже до 64 главы (тайфун) можно прочитать в телетайпе. Hippie_Sabotage Надеюсь увидеть вас всех там

Глава 16.1 - Выговор отца

Несколько дней подряд Ли Юй не ходил на занятия. Он заперся в своей квартире, разрушенной в результате драки, и все это время только ел и спал.

Несмотря на то, что первоначальное намерение снять эту квартиру для них было втоптано в грязь Цзянь Суйином, Ли Юй был рад, что теперь у него есть такое место, где он может отсидеться и не дать родителям увидеть его в таком состоянии.

На сердце Ли Юя было слишком тяжело. Его мысли были заняты только Цзянь Суйином. Размышления о каждой секунде собственной жизни разрывали сердце на части. Он не хотел никого видеть, ему просто было необходимо такое уединенное место, чтобы ото всех спрятаться.

Он не знал, сколько дней он был в таком состоянии, когда ему позвонил отец.

Увидев определитель номера, Ли Юй тут же встал с кровати. Он сделал несколько глотков воды и привел свой голос в максимально нормальное состояние. Только после этого он принял вызов.

— Привет, папа.

— Ты в университете?

— Да.

— Я тебе кое-что должен сказать. Возможно, тебе придется поехать в Бэйхай, если ты сможешь скорректировать свои занятия.

— Говори…

Отец Ли протяжно и несколько устало вздохнул.

— Я не должен был говорить тебе об этом, но это дело все же связано с тобой.

Сердце Ли Юя напряглось. Его отец всегда был человеком веселым и беззлобным, редко проявлял негатив перед женой и детьми и никогда не приносил домой рабочие дела. Как только Ли Юй услышал о Бэйхай, он понял, что это связано с его старшим братом.

— Папа, что случилось?

— Кое-что произошло с твоим дагэ.

Ли Юй неосознанно сел прямо, чувствуя, как его сердце бешено забилось.

— Что случилось с моим… дагэ?

— Хотя ситуация пока несерьезная, но нам известно, что кто-то пытается его подставить. Дисциплинарный комитет сейчас следит за ним. Я общался с ним, и мы оба подозреваем, что это дело как-то связано с тем участком земли в Бэйхае, который должен был быть выделен Цзянь Суйину.

Ли Юй сжал кулаки.

«Цзянь Суйин, я тебя не пощажу!» — яростно зашипел он про себя.

Завершив разговор, Ли Юй встал, принял душ и сразу же поехал домой. Дома он узнал все подробности от отца и понял, что произошло.

Ли Сюань такой человек, который действовал осторожно и каждый свой шаг хорошо продумывал. В наши дни немногие чиновники осмелились бы сказать, что они чисты. Но Ли Сюань, благодаря своему особому происхождению и дальновидности, не испытывал недостатка ни в деньгах, ни в связях, и не особо задумывался об этом аспекте. Даже если начальство захотело бы его проверить, то они в принципе ничего не смогли бы выяснить и найти.

Если только у кого-то нет убедительных доказательств.

Ли Сюань не хотел брать долю, которую Цзянь Суйин планировал передать ему. Но то, что он этого не хотел, не означало, что люди, которых он ввел в это дело, не приняли ее. Если есть человек, который взял долю, то к нему все равно будут вопросы.

Теперь кто-то хочет навредить Ли Сюаню, к этому обязательно нужно подготовиться. Но отец Ли не знал, какие карты в руках у этого человека. Он впервые столкнулся с человеком, который осмелился вредить им. Это его немного выбило из колеи.

На самом деле, неважно, из-за того ли куска земли это случилось в Бэйхае. Учитывая силу семьи Ли, они в состоянии прикрыть Ли Сюаня. Главное, чтобы у Ли Сюаня был шанс получить повышение в следующем году. Но если в этом деле обнаружатся улики против Ли Сюаня, то его карьера задержится как минимум на несколько лет.

Это стало большим потрясением для Ли Сюаня, который шаг за шагом шел к своей цели, стремясь к совершенству.

Ли Лань посмотрел на своего талантливого младшего сына и вздохнул. Он достал сигареты, закурил и сделал несколько затяжек, прежде чем заговорить:

— Я хотел, чтобы ты поехал туда и посмотрел, чем можешь помочь своему брату. Я, к сожалению, не могу уехать отсюда. Однако твой дагэ позвонил и сказал, что тебе не нужно ехать… он вернется сам в ближайшие два дня. Ты уже взрослый, и чем ты занимаешься, мы с твоей мамой не хотим контролировать и лезть. Мы хотим дать тебе возможность свободно развиваться. Но все, что ты делаешь, может повлиять на семью. Я думаю, что это дело в Бэйхае не имеет никакого отношения к тебе и Цзянь Суйину, верно? — Ли Лань пристально посмотрел на сына. Его взгляд, казалось, пронизывал его насквозь.

Сердце Ли Юя бешено забилось. Он подумал о том, знает ли его отец о нем и Цзянь Суйине? Хотя если бы он действительно знал, то не был бы так спокоен.

Ли Юй сглотнул и ничего не ответил.

— Несколько месяцев назад, — вновь заговорил Ли Лань, — вы вместе со своим дядей пошли поддержать Ли Вэньсюня в его новом ресторане. Там, в коридоре, ты подрался с Цзянь Суйином. На самом деле я узнал об этом быстрее, чем твой брат, но ничего не сказал тебе, позволив решить это самостоятельно. Я всегда думал, что ты уже взрослый и должен научиться справляться со многими проблемами самостоятельно. Но теперь кажется очевидным, что ты не справился с этим делом.

Ли Юй только собирался заговорить, но его остановил Ли Лань, взмахнув рукой.

— Я не хочу углубляться в причины вашей ссоры, но, судя по словам твоего дагэ, ты извинился перед ним, и я посчитал, что это дело уже в прошлом… Я не знаю, насколько это связано с делом твоего дагэ, но уверен, что это дело точно связано со сменой партнеров в той кормовой компании. Теперь я хочу знать, что в конце концов случилось в Бэйхае с этим участком земли. Расскажи мне, что ты знаешь!

Ли Лань затушил сигарету в пепельнице, смотря на Ли Юя строгим взглядом.

Хотя отец выглядел довольно спокойным, но Ли Юй знал, что он был зол. С самого детства братья были разумными, почти не беспокоили родителей и не создавали проблем. Отец никогда и пальцем их не трогал, и даже теперь сохранял свой обычный властный вид, не выглядя рассерженным.

Вместо прямого ответа Ли Юй задал риторический вопрос:

— Пап, как ты можешь быть уверен, что это сделал именно Цзянь Суйин?

В глубине души он все еще не хотел верить, что Цзянь Суйин стоит за всем этим делом. Он никак не мог представить, что Суйин так сильно возненавидит его, полностью игнорируя свою прошлую любовь к нему.

Глава 16.2 - Кто теперь расплачивается

— Источник проблемы, на который указывает вся известная нам информация, — эта земля. Если мы не будем подозревать Цзянь Суйина, то кого тогда нам подозревать? Я хочу знать, что пошло не так и почему произошла резкая смена партнеров. Почему документы, которые должны были быть завершены, заблокировали? Почему твоему дагэ нанесли удар в спину?

На лбу Ли Юя выступила испарина. Он понимал, что, как бы он ни объяснял, ему не удастся провести отца. Между добром и злом существует противостояние. Как все объяснить отцу, который всегда доверял ему и гордился?

Ли Лань смотрел на сына и спокойно ждал, пока тот заговорит.

Мозг Ли Юя работал на полную, пока он думал, что ответить отцу.

— Пап, это дело…

В этот момент неожиданно зазвонил телефон Ли Ланя, и он ответил.

— Привет, Ли Сюань.

Он взглянул на Ли Юя и знаком велел ему сесть, а сам встал и вышел на балкон, чтобы поговорить со старшим сыном.

Ли Юй быстро вскочил и выбежал из дома. Он запрыгнул в машину и уехал. Держа одной рукой руль, он достал телефон и набрал номер Цзянь Суйлиня.

— Эй, ты где сейчас?

— Я ужинаю с друзьями, — голос Цзянь Суйлиня был очень спокоен, — что случилось?

— У меня есть что тебе сказать, — голос Ли Юя был очень серьезным.

Цзянь Суйлинь усмехнулся. Ли Юй услышал звук отодвинутого стула, послышались шаги — Цзянь Суйлинь отошел в тихое место.

— Ли Юй, в прошлый раз, когда мы были в больнице, мы наговорили лишнего. Это ведь не моя вина, правда?

Ли Юй не моргая смотрел вперед.

— Нет.

— Тогда зачем ты меня сейчас ищешь? — Цзянь Суйлинь крутил пуговицу на манжете своего пиджака, а на его губах играла улыбка.

— С землей в Бэйхае проблемы. Ты знаешь об этом?

— Конечно, я знаю. Ты, как владелец половины акций компании, узнал об этом только сейчас? Сюндю, ты отреагировал слишком медленно. Ах да, я забыл, что ты сейчас занят своей любовью к моему гэ, — Цзянь Суйлинь медленно сжал кулаки.

— Расскажи мне все о нынешней ситуации, — ровным голосом произнес Ли Юй, оставаясь глух к его сарказму.

— Ситуация? Ты ведь догадываешься, да? Я уже говорил тебе, что мой гэ никогда не отпустит нас. Неужели ты думаешь, что он будет смотреть, как мы забираем себе эту крупную сделку после того, как наш обман был раскрыт? Но мы подписали контракт. Если мы не получим этот кусок земли, мы не сможем продолжать вливать деньги. А без денег проект не может продолжаться. Тогда нам тупо придется ждать, пока мы не потеряем все наши деньги. Неужели ты думаешь, что пара этих двух идиотов, которые начитались столько, что их мозги вот-вот вытекут от переизбытка информации, оставят это без последствий? Конечно, нет. Поэтому у нас теперь большие проблемы.

Ладони Ли Юя вспотели. Влажные и скользкие, они прилипали к рулю. Он резко сменил полосу движения, остановил машину на обочине и откинулся в кресле.

— Даже если потеряем деньги на этом бизнесе, мы это заслужили, — неторопливо произнес он. — Деньги изначально были не наши, и меня это совершенно не волнует.

— Ох, Ли Юй, Ли Юй, — рассмеялся Цзянь Суйлинь, — посмотри на себя. Неужели мой гэ настолько хорош, что так очаровал тебя?

— Не упоминай его больше, — хриплым голосом произнес Ли Юй.

— Ооо… Что случилось? Ты случайно узнал, что мой гэ — бессердечный человек? Когда он счастлив, то балует тебя до бесконечности, но если посмеешь его ослушаться, он без жалости растопчет тебя ногами.

Эти слова пронзили сердце Ли Юя.

Он вспомнил произнесенное Цзянь Суйином имя сяо Чжу этим утром. А также насупленные брови отца, курившего одну сигарету за другой, и медленно сжал кулаки.

— Ли Юй, — Цзянь Суйлинь подавил свой насмешливый тон, — я знаю, почему ты позвонил мне. Это из-за твоего дагэ, верно?

— Что ты знаешь? — негромко спросил Ли Юй.

— Все, что я знаю, это то, что мой гэ — злопамятный человек. На самом деле твой дагэ совершенно ничего не знает об этом инциденте и абсолютно невиновен. Но мой гэ не видит этого. Вероятно, он думает, что твой дагэ связан с нами и тоже обманул его. Я повторюсь, мой гэ не отпустит нас. Он не отпустит никого, кто осмелится ударить его по лицу.

Ли Юй посмотрел на пасмурную погоду в окно автомобиля, что стояла на улице, и вдруг почувствовал, что перед глазами все начинает плыть.

Нетрудно представить, каким человеком на самом деле является Цзянь Суйин.

Он был высокомерен, властен, никогда не давал слабины. Если он кому-то проигрывал одно очко, то обязательно в дальнейшем забирал у него десять. Любой человек, знавший его, не удивился бы такому исходу. Но и Ли Юй поступил бы точно так же. Он такой же, как и Цзянь Суйин.

Он медленно поднял руку, прикрывая глаза. Он чувствовал, что внутри него словно что-то сломалось.

— Твой дагэ — очень уважаемый человек, — голос Цзянь Суйлиня был похож на звон проклятий, — он действовал открыто. Но из-за того, что мы сделали, он оказался под ударом… я тоже чувствую себя очень виноватым. Теперь, когда это дело просочилось наружу, репутация твоего дагэ определенно пострадает. Но у нас еще есть шанс исправить ситуацию. Ли Юй, ты знаешь, что нам двоим сейчас грозит? Если мы не уберем моего гэ, у меня больше не будет шанса закрепиться в семье Цзянь. Наша компания понесет огромные убытки, у нас также будут проблемы с судебными исками. Даже если все это не имеет значения, подумай о своем дагэ. Он упадет вниз. Мой гэ очень мстительный и не отличает легкое от тяжелого. Если он действительно устроит скандал, то семья Ли пострадает. Даже если семье удастся защитить твоего дагэ, то с карьерой все равно будет покончено.

Ли Юй почувствовал, что у него пересохло в горле, и при каждом сглатывании он чувствовал такую боль, словно внутри его обжигал огонь. Глаза болели так сильно, что он с трудом мог их открыть.

Голос Цзянь Суйлиня был похож на голос с неба, звучавший необычайно далеко:

— Ли Юй, ты должен помочь не только мне, но и себе. Ли дагэ ни в чем не виноват. Как ты можешь так поступить с ним? Как ты можешь быть его достоин?

Как ты можешь быть его достоин?

Как ты можешь быть его достоин?

Как ты можешь быть его достоин?

Ли Юй сбросил звонок и швырнул телефон в сторону, словно это граната с оторванной чекой.

Он с силой захлопнул дверь машины, и в замкнутом пространстве салона раздалось тихое шипение. Он завел машину, и полноприводный внедорожник, как стремительная черная пантера в ночи, грациозно и бесшумно выскочила на дорогу.

Ему нужно найти Цзянь Суйина. Он не мог поверить, что Цзянь Суйин так поступил с ним. Он хочет спросить его об этом прямо.

Глава 16.3 - Посещение логова льва

Ли Юй поехал домой к Цзянь Суйину. Пытаясь сдерживать себя, он несколько раз нажал на дверной звонок, а когда ответа не последовало, просто достал ключ и открыл дверь. Его встретил холодный ветер.

Ли Юй вошел. Окна в гостиной от пола до потолка были распахнуты настежь. Шторы, раздуваемые ветром, поднимались высоко над полом, колыхаясь. Рядом с диваном валялось несколько бутылок вина. Повсюду был разбросан сигаретный пепел, который разметал пронизывающий ветер поздней пекинской осени. Дом выглядел как никогда мрачно и уныло. Ли Юй осмотрел два уровня квартиры и даже поднялся в бассейн — Цзянь Суйина не было дома.

Ли Юй собрался позвонить Цзянь Суйину, но, похлопав по карманам, не смог найти телефон. Только тогда он вспомнил, что выбросил его.

Он со злости пнул стол и вышел, раздраженно хлопнув дверью.

Пройдясь по округе, он нашел магазин, где продавались телефоны. Выбрав новый мобильный и сим карту, он сразу набрал номер Цзянь Суйина.

Набирая этот номер, он почувствовал одолевающую его грусть. Ли Юй даже не помнил наизусть номер телефона своего друга, но номер Цзянь Суйина он не забудет до конца своих дней.

Ему не отвечали. Ли Юй звонил снова и снова, словно от этого зависела его жизнь.

Наконец, звонок был принят. Из динамика раздавались голоса и шум. Ли Юй нахмурился и, несколько раз посмотрев на экран, все же поздоровался.

— Привет, — раздался в ответ приятный мужской голос.

Сердце Ли Юя сжалось, как только он услышал этот голос, он стиснул зубы и прорычал:

— Кто ты?

— Меня зовут Пиппи, — раздался приторный смешок. — Могу я узнать, кто вы? Молодой господин Цзянь попросил меня спросить, кто вы. Молодой господин Цзянь не отвечает на звонки с незнакомых номеров.

Ли Юй так сильно сжал кулаки, что суставы захрустели от чрезмерного усилия.

— Быстро отдай телефон Цзянь Суйину! — заорал Ли Юй.

— Цзянь-цзун… — испуганно пролепетал мальчик и робко позвал Суйина.

Цзянь Суйин взял телефон и ленивым голосом протянул:

— Кто?

— Где ты? — глаза Ли Юя покраснели.

— Где я… — зевнул Цзянь Суйин, — хм… где я? Теперь твоя очередь спрашивать? — его голос был спокоен и полон провокации.

— Цзянь Суйин, не провоцируй меня больше, иначе я заставлю тебя пожалеть об этом, — скрипя зубами, произнес Ли Юй.

— Я обеспечивал тебя хорошей едой и питьем, а ты так со мной поступаешь. Что ты сделаешь со мной, если я тебя спровоцирую? — громко рассмеялся Суйин. — Разрубишь на куски и скормишь собакам? Не говори так, Ли Юй, я не думаю, что ты это можешь сделать.

— Где… блядь… ты?.. — выделяя каждое слово, сквозь зубы медленно произнес Ли Юй.

Цзянь Суйин передал телефон Пиппи.

— Этот сяо байлянь* в твоем вкусе. Обслужи его как следует, когда он придет.

*小白脸 — маленький красавчик/симпатичный мальчик.

Пиппи улыбнулся и взял телефон.

— Шуай-гэ,* приезжай в клуб. Где ты находишься? Хочешь, я расскажу, как… — не успел он договорить, а звонок уже был сброшен. Пиппи невинно посмотрел на Цзянь Суйина. — Цзянь шао, он, кажется, не очень хороший человек.

*帅 — Красивый.

Цзянь Суйин ущипнул его за щеку и задорно рассмеялся.

— Чего ты боишься? Боишься, что он тебя изнасилует? Я даю гарантирую, что ты и все твои подружки попадаете от восторга, когда увидите его.

— Цзянь шао, — прижался к нему Пиппи, — в моем сердце есть только ты. Как кто-то вообще может быть красивее тебя? Я не верю в это. Но даже если и есть такой, мне все равно он не понравится. Мне нравится только Цзянь шао.

Цзянь Суйин похлопал его по спине, словно дразнил щенка. Откинув голову на спинку дивана, он высокомерно задрал подбородок и, закрыв глаза, улыбнулся.

— Правда? Тебе нравлюсь только я…

Это здорово. Если у тебя есть деньги, то нет недостатка в людях, которым ты можешь нравиться.

Когда Ли Юй придет, Суйин покажет ему, насколько желанен. Как долго он, Цзянь Суйин, будет еще висеть на дереве по имени Ли Юй? Он должен пережить эти мучения, чтобы снова жить счастливо…

Пиппи назвал место. Ли Юй в курсе, что это известный столичный частный клуб с системой членства. В нем работают десятки разного рода красивых мальчиков. Пока у тебя есть деньги, ты можешь выбрать любого, кого захочешь.

Было неудивительно, что Суйин был там частым гостем.

В голове мелькнула мысль о том, что Цзянь Суйин сейчас обнимается с каким-то утенком* и занимается с ним сексом. Ли Юй вцепился в руль так, словно душил кого-то.

*小鸭 — утятами называют мужчин-проститутов.

Когда он добрался до здания клуба, Ли Юй понял, что почти потерял над собой контроль. Особенно после того, как охранник на входе не пустил его внутрь. За всю свою жизнь Ли Юй ни разу не совершал поступков, о которых бы сожалел после импульсивных действий. Но те, о которых сожалел, все были связаны с Цзянь Суйином. Например, сейчас он явно не имел права, но не смог удержаться и замахнулся кулаком, ударив охранника, который просто выполнял свою работу, пытаясь остановить его.

Тут же появились семь или восемь охранников и окружили его. Ли Юй был профессиональным боксером, и удары его были точными и тяжелыми. Не каждый боец их мог вынести, что уж говорить об охранниках? Всего в одно мгновение он нокаутировал двух мужчин.

Если бы его отец узнал, что он вступил в перепалку с охранниками в таком непристойном месте… Ли Юй даже не представлял, как бы он был им разочарован. Но ему было все равно. Единственная мысль, что билась сейчас в его голове, это найти Цзянь Суйина. Ему хотелось, чтобы все знали, что Цзянь Суйин — его! Никому не позволено к нему прикасаться.

Наконец, подбежал и управляющий. Этот человек был очень проницательным. Хотя он и не знал Ли Юя, но видел много подобных сцен, поэтому не стал его недооценивать. Особенно когда увидел ужасный и свирепый вид Ли Юя. С ним нельзя было шутить. Он поспешно подбежал к охранникам, чтобы унять драку.

— Не деритесь, не деритесь. Это просто недоразумение. Эй, вы, быстро прекратите! Как вы можете развязывать конфликт с гостями? Быстро прекратите!

Он оттащил одного за другим тех нескольких охранников. Все охранники были высокими мужчинами среднего возраста. Они пристально уставились на Ли Юя в праведном негодовании.

Ли Юй зловеще посмотрел на управляющего.

— Я ищу Цзянь Суйина.

Услышав, что этот молодой господин назвал громкое имя Цзянь шао, управляющий не посмел мешкать.

— Господин, видите ли, здесь частный клуб, по распоряжению нашего босса сюда никто не может войти, если он не является его членом. Если вы знакомы с господином Цзянем, вы можете позвонить ему? Если он даст свое согласие, то мы не посмеем вас останавливать. К тому же разве такие конфликты не усложняют жизнь тем, кто просто работает на других людей?

Ли Юй сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. Едва успокоившись, он достал телефон и набрал номер Суйина. Ему долго не отвечали, и он не знал, что делает сейчас Суйин. Ли Юй злился все больше и больше, сжимая кулаки до хруста.

— Внутри шумно, — смотря на него, произнес управляющий, — могут не услышать. Я сам пойду и спрошу Цзянь шао. Вы не волнуйтесь.

Он развернулся и вошел в здание клуба.

— Пришли еще несколько человек, пусть присмотрят за ним. Не впускайте его, пока я не вернусь. Он выглядит так, будто пришел драться, но мы не можем позволить себе обидеть его.

После этого он направился прямо в личную комнату Цзянь Суйина.

Ли Юй торопливо вышел из дома в одном лишь тонком кардигане, и сейчас холодный ветер проникал прямо под одежду. До этого момента он не чувствовал холода. Но на самом деле холод, что он чувствовал, шел изнутри.

Через некоторое время вернулся управляющий с обеспокоенным лицом.

— Молодой господин Ли, господин Цзянь пригласил вас войти. Я покажу вам дорогу?

Ли Юй высоко задрав подбородок и вошел внутрь.

Охранники тоже умели читать людей. Когда они увидели это движение Ли Юя, они испугались, что может возникнуть конфликт, и пошли за ним.

Клуб был оформлен очень роскошно. Высота потолка в холле составляла не менее восьми-девяти метров, а свисающие вниз огромные люстры освещали холл в золотом великолепии. Ли Юй и менеджер прошли через вестибюль и свернули в коридор, который, казалось, был нескончаемым. Отопление внутри было включено на полную мощность, и в нос Ли Юя ударил сладковатый запах благовоний, от которого хотелось блевать. По обеим сторонам просторного коридора мерцал тусклый свет, а двери рядов личных комнат были плотно закрыты. Это говорило Ли Юю о том, что внутри творится что-то непристойное.

Менеджер сделал паузу, затем постучал в дверь и, получив ответ, осторожно приоткрыл дверное полотно и сделал Ли Юю приглашающий жест.

В ответ на это Ли Юй ударом ноги распахнул дверь.

Ли Юй увидел, что на диване сидит Цзянь Суйин, закинув свои длинные ноги на журнальный столик. По обе стороны от него пристроились два симпатичных мальчика. Они вздрогнули от шума и удивленно подняли глаза. Их маленькие подбородки были такими острыми, что Ли Юю захотелось сломать их.

Суйин лениво поднял голову, пьяными глазами смотря на него.

— Пиппи, это второй сын семьи Ли, — он шлепнул одного из мальчиков по заднице и игриво рассмеялся. — Посмотри внимательно, он красивее или я?

Ли Юй почувствовал, что нервы в его мозгу были полностью сожжены пламенем гнева и ревности.

Глава 16.4 - Не прикасайся к моему мужчине

Цзянь Суйин опустил глаза. Его движения были немного заторможенными и вялыми от большого количества выпитого вина.

— Это же Ли эр? — усмехнулся он, поднимая взгляд на Ли Юя. — Как благородный и почтенный второй молодой господин семьи Ли пришел в такое грязное место, полное похоти и разврата? Наверное, у него в последнее время слишком много денег и он не знает, куда их потратить?

Ли Юй сделал несколько шагов к журнальному столику, взял стоявшую на нем бутылочку с минеральной водой и, открутив крышку, плеснул в Цзянь Суйина.

— Блядь! — закричал Суйин. — У тебя хватило наглости бесчинствовать где угодно? Смотрю, ты дохрена взрослый стал!

— Убирайтесь! — закричал Ли Юй Пиппи и другому мальчику.

Оба утенка уже давно застыли в страхе. Хотя они не знали, кто такой Ли Юй, но как только увидели, что он посмел так поступить с Цзянь Суйином, поняли, что с этим ненормальным шутки плохи.

У Ли Юя был такой вид, словно он собирался убить всех. Он снисходительно посмотрел на двух утят с крайним отвращением и ледяным взглядом.

— Проваливайте!

Пиппи дрожал от страха. Он неосознанно встал с дивана.

— Цзянь шао, мы… — голос его дрожал.

Цзянь Суйин дернул его за руку и заставил сесть обратно на диван. Сам же он, пошатываясь, встал и выплеснул вино из своего бокала в лицо Ли Юя.

— Никому не позволено уходить! Все послушно остаются сидеть около меня!

Ли Юй вытер вино с лица. Он бросился вперед, поднял утенка и с силой толкнул его.

— Убирайся! Убирайся отсюда!

Оба парня поднялись и бросились бежать.

— Вернитесь! — громко зарычал Суйин. — Вы хотите уйти, не обслужив меня? Вернитесь!

Мальчики были настолько растеряны, что едва не плакали.

Глаза Ли Юя покраснели и он стиснул зубы.

— Цзянь Суйин, неужели тебе не стыдно?

Суйин громко рассмеялся.

— Нет! Действительно нет! Между мной и тобой, Ли лао эр, эталон нравственности находится на расстоянии примерно в полмира. Я не ворую, не жульничаю, не обманываю других. Деньги, которые трачу на проституток, я зарабатываю сам. Кто может мне помешать? Стыд? Ты правда смеешь говорить со мной о стыде?

Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха.

Ли Юй почувствовал боль, будто сердце его пронзили ножом. Как мог находившийся перед ним мужчина быть его Цзянь Суйином, если он больше не желал держаться за него… если Ли Юй больше не находился в его сердце? Цзянь Суйин был тем, кто всегда баловал его и обеспечивал всем необходимым, тем, кто постоянно думал о нем. Цзянь Суйин — тот, кто, несмотря на свои высокие побуждения, всякий раз шел с ним на компромисс. Цзянь Суйин никогда не будет испытывать неприязни, даже если Ли Юй его сильно обидит. Тогда кто же этот мужчина сейчас перед ним, который обнимает других и высмеивает его, чтобы ударить как можно больнее?

Ли Юй с трудом мог думать о цели своего пребывания здесь. Сейчас он хотел лишь положить конец тому, что длилось уже больше месяца. Он хотел вернуть Суйина домой и наладить отношения, чтобы все было как раньше. Он хотел сделать вид, что то, что он сейчас видит, — это просто его бредовый сон.

Но он понимал, что все происходящее — правда.

Пьяный Цзянь Суйин обнимал другого на его глазах. Он бросался самыми развязными, язвительными и оскорбительными словами в него, не оставляя ему возможности защититься.

Даже если это была его вина, он не мог и представить, что Суйин отомстит ему таким образом.

Ли Юй перешагнул через журнальный столик и прижал Суйина к дивану.

Цзянь Суйин был настолько пьян, что его руки и ноги совершенно ослабли. У него не было достаточно сил, чтобы сопротивляться, и Ли Юй мог удерживать его одной рукой.

Ли Юй схватил бутылку и грубо швырнул ее в Пиппи.

— Вы, блядь, все еще здесь? — свирепо прорычал он. — Ты смеешь прикасаться к моему мужчине? Сдохнуть хочешь?

Пиппи был так напуган, что, спотыкаясь, выбежал из комнаты с помощью другого мальчика.

Цзянь Суйин влепил Ли Юю пощечину, не очень сильную, но достаточно унизительную.

— Ты прогнал, блядь, мою ночную закуску! Ты, ублюдок, испортил мне удовольствие!

Ли Юй схватил его за воротник и резко влепил ему две пощечины.

— Очнись, блядь!

— Ты, блядь! — дыхание с резким запахом алкоголя опалило лицо Ли Юя. — Знаешь, что я скажу тебе, Ли лао эр… человек, который в этом мире меньше всего подходит для того, чтобы контролировать меня, — это ты, ублюдок!

Не моргнув и глазом, Ли Юй устремил на него суровый взгляд и прошипел:

— То, что произошло в Бэйхае, твоих рук дело?

Суйин на мгновение сузил глаза в ответ, а затем громко рассмеялся.

— Вы думаете, что я позволю вам просто так использовать меня в своих интересах? Я преподам тебе с Цзянь Суйлинем бесплатный урок. Тем, кто пойдет против меня, Цзянь Суйина, я не позволю жить спокойно. Ждите судебного иска, ха-ха-ха.

Чем громче смеялся Суйиин, тем сильнее болело его сердце. Он смеялся так сильно, что его грудь неистово содрогалась. Боль была такой сильной, словно его дыхательные пути были зажаты. Каждый вдох и выдох был трудным и болезненным. А еще у него сильно, до боли, сжималось сердце.

Ли Юй сжал его подбородок и прорычал:

— Я больше ни слова не скажу о том, что ты хочешь сделать. Но послушай меня, мой брат не имеет к этому никакого отношения! Он ничего не знает!

Цзянь Суйин продолжал смеяться.

— Почему бы тебе не сказать, что и ты не имеешь к этому никакого отношения? Без помощи своего брата вы, два отродья, не смогли бы так гладко провернуть все за моей спиной! Вы, братья семьи Ли, чертовы твари! В моих глазах вы как собаки! Один хуже другого. Подождите, и я сведу с вами счеты!

Воспользовавшись беззащитностью Ли Юя, он поднял бутылку вина и с размаху ударил его по голове.

Так как Суйин выпил слишком много, сил у него практически не было. Если бы не этот фактор, то таким ударом он бы точно проломил голову Ли Юя. Ли Юй застыл на несколько секунд. Это было похоже на то, словно молния ударила в голову. Он практически услышал трескающийся звук своего разбивающегося здравомыслия.

Цзянь Суйин попытался оттолкнуть Ли Юя и сесть, но Ли Юй крепко прижал его и уставился на него.

— Кого ты собираешься наказывать? А? Ты собираешься наказать нас? — голос Ли Юя был наполнен холодом. Он с силой сжал подбородок Цзянь Суйина. — Ты прибежал в такое место, чтобы потрахаться? Что ж, лао-цзы будет тем, кто накажет тебя!

Ли Юй опустил голову и впился в тонкие губы Цзянь Суйина. Грубо и требовательно он раздвинул губы Суйина и прокусил одну, позволяя вкусу крови наполнить их рты, превращая этот взаимный конфликт в то, что он считал крестовым походом.

Одежда Цзянь Суйина быстро превратилась в лохмотья под руками Ли Юя. Пока он боролся и вырывался, то увидел глаза Ли Юя. Они были кроваво-красными…

В его сердце поднялась невыразимая печаль. Он понимал, что достиг своей цели, — заставил Ли Юя страдать. Но в данный момент ему было не до смеха.

__________________________Мы вчера в телеграм провели опрос, в тему предыдущей главы.__________________________

__________________________Мы не Пиппи, конечно, но все же выбирали кто красивее. Результаты__________________________

Глава 16.5 - Одержимый одержимостью обладания

Глава удалена Shelleer

Эту работу вы можете прочитать на ваттпад,  скопировав ссылку или через группу в телеграмм. На этом сайте этой работы не будет. Приношу прощения за доставленные неудобства.

https://www.wattpad.com/user/Shelleer

И канал в телеграм, чтобы не потеряться:

https://t.me/You_But_Love_Him_Shelleer

Вселенная 188男团 /188 group/

Глава 16.6 - Успокоение психики после слишком сильной ненависти

Когда Суйин проснулся в помещении клуба, то устроил большой переполох и поднял шум. Ли Юй уже исчез, и ему не на кого было было выплеснуть гнев. Личная комната, в которой он находился, была практически вся им разгромлена.

Менеджер с несколькими охранниками молча и совершенно спокойно наблюдали за тем, как он громит мебель в комнате. Пока он не бил людей, то их это вполне устраивало.

Что произошло вчера, никто не знал. Во второй половине ночи, когда управляющий, все-таки набравшись смелости, вошел, Цзянь Суйин уже спал на кровати, укрытый одеялом. Умом он понимал, что с этим господином Ли они явно поругались.

Вчера менеджер ясно понимал, что не должен был впускать сюда того, у кого нет членства клуба, но, с другой стороны, он не мог не послушаться Цзянь Суйина. Если вчера здесь между ними произошла ссора, то Цзянь Суйин, после того как протрезвеет, рано или поздно, но найдет этого господина Ли и сведет с ним счеты. Однако, по его разумению, этот принц, хоть и вспыльчив, но на редкость разумный человек. После того как все здесь начисто разнесет, его вспыльчивость угаснет и все будет в порядке.

После разгрома Цзянь Суйин уселся на диван с усталым лицом. Руки его дрожали, но он все равно прикурил сигарету. Он смотрел налитыми кровью глазами на дверь, у которой стояли несколько человек.

— Какого черта вы стоите здесь и смотрите?

— Я лишь боюсь, что гнев Цзянь шао еще не закончился и он случайно поранится, — тут же ответил менеджер. — Если вы все еще чувствуете себя некомфортно, то мы можем сменить комнату и вы продолжите разрушать ее.

Как говорится, протянув руку, ты не можешь ударить улыбающегося человека*. Суйин просто хотел усложнить ему жизнь, но не знал, как продолжить.

*伸手不打笑脸人 / Это китайская пословица, которая означает, что после того как человек признает свою ошибку и улыбается вам, вы больше не можете его ударить.

— Чжан Цай эр, — бросил он взгляд на менеджера, — твой рот действительно способен прокормить тебя.

Менеджер улыбнулся.

— Цзянь шао, я приму это как комплимент. Ха-ха.

Этого менеджера зовут Чжан Шуцай. Он довольно известная и скользкая личность в столичной секс-индустрии. У него улыбчивое лицо и живой ум, это человек, говорящий на языке людей и призраков. Он сам по себе натурал, но способен руководить и обучать послушанию утят. Он знает много секретов, что хранятся в этих стенах. Большой босс этого клуба весьма влиятелен и полностью полагается на него. Такие люди, как этот менеджер, пользуются популярностью, и многие боссы индустрии развлечений держат их довольно близко к себе. По этой причине все столичные принцы города не могут отмахнуться от него просто так и выказывают свое уважение.

Цзянь Суйин не мог поднимать слишком много шума, хотя и действия его были импульсивны. Он, конечно, и правда импульсивный человек, но редко ввязывался в неприятности, которым не мог положить конец. Хотя он испытывал душевную боль, но он должен найти выход из сложившейся ситуации, иначе это будет для него позором!

Выкурив лишь половину сигареты, он пренебрежительно бросил ее на пол. Кажется, он немного успокоился.

— Все эти вещи… запиши на мой счет.

— Конечно.

— Заткните рты всем своим людям.

— Не беспокойтесь.

Цзянь Суйин задумался на пару секунд, прежде чем произнести:

— Кстати, передай привет своему боссу. Скажи, что когда у меня будет время, я приглашу его на обед. Пусть не принимает эту ситуацию близко к сердцу.

— Не волнуйтесь, не волнуйтесь, — снова повторил менеджер.

Суйин вздохнул, взял с дивана пальто и решительно вышел на улицу.

Его фамилия Цзянь, и впервые в жизни он узнал, каково это — быть неуверенным в себе. Ему казалось, что все вокруг настроены против него. Что все люди, окружающие его, готовы причинить ему вред. Изначально ему казалось, что он очень могущественный, и что ни ветер, ни дождь не способны сломить его. У него никогда и ни в чем не было недостатка. Но в результате он увидел жестокую реальность: никто о нем не заботится и никому до него нет дела.

Бай Синьюй, Цзянь Суйлинь и Ли Юй… Эти близкие, как он думал, ему люди, которым он доверял, — предали его. Цзянь Суйин не считал себя порочным человеком. В лучшем случае он был немного властным и хулиганистым. Так почему же он должен терпеть такое возмездие? Он отдал свое сердце человеку, которого любил. Но его безжалостно растоптали и выбросили на помойку, словно несвежее дешевое свиное сердце.

Он растил Бай Синьюя с самого детства и многому его научил. Но тот предал собственную семью ради денег.

Хотя он не мог сблизиться со своим диди, но считал, что выполнил обязанность старшего брата в отношении его. Но вместо этого узнал, что тот более десяти лет растил за его спиной пламя ненависти.

Ли Юй… Он стал первым человеком в его жизни, которому он отдал свое сердце. Он был первым, к кому Суйин всегда был терпим. Но оказалось, что в его сердце нет места для него. В его сердце не только не было места для него, но оно было отдано другому. Чтобы угодить своему возлюбленному, он даже спал с Цзянь Суйином. Ли Юй — человек, испорченный до такой степени, что это действительно стало сюрпризом для Суйина, и который открыл ему глаза.

Он вспомнил, что произошло прошлой ночью. При мысли о том, что за это время они с Ли Юем успели пережить, его вдруг затошнило.

От Ли Юя его теперь тошнило.

Он, Цзянь Суйин, был ослеплен таким зверем в человеческом обличье. Как он мог полюбить такое чудовище? Он несколько раз ударил кулаком по рулю, и в машине вместе с сигналом клаксона раздался рев, который невозможно было заглушить…

Он уже не знал, как унять боль и обуревающий его гнев. Даже если он убьет Ли Юя, то все равно не сможет забыть, что когда-то он любил этого человека: отдал себя этому мужчине, но вместо взаимных чувств его обокрали и опустошили жизнь. Такое для любого человека — позор на всю жизнь. В этот момент Суйин не знал, как успокоить свое сердце и унять пустоту в душе.

Он знал только одно: чем сильнее его ранят и выбивают из колеи, тем больше ему приходится держать спину прямо и идти дальше. Он никогда, никогда не склонится перед тем, кто хочет выставить его на посмешище! Ничто не может победить его, Цзянь Суйина.

Он отнесется к Ли Юю как к пустому месту. Отпустит и покончит с ним раз и навсегда. Суйин больше не будет таким как прежде. Он собирается отпустить все и забыть об этом. И дальше жить чистой жизнью, но теперь с открытыми глаза, чтобы видеть истинное лицо белоглазого волка.

Цзянь Суйин еще два дня восстанавливался дома, но и эти два дня он не бездействовал. Он попросил секретаря Лян принести работу ему домой и начал готовиться к одному из самых важных заседаний совета директоров, что должен был состояться в конце года.

День Рождества был особенно праздничным. Цзянь Суйин жил на двадцатом этаже и слышал взрывы фейерверков в небе. Этот праздник, к которому он так тщательно готовился несколько месяцев назад, теперь не имел для него значения.

Он вспомнил о паре колец, которые все еще хранились у него в кабинете. Он решил, что когда вернется в офис, то обязательно избавится от них. Он действительно начал подозревать, что в то время, видимо, у него были проблемы с головой, раз он совершил такую глупость. Но с тех пор как он встретил Ли Юя, он наделал так много глупостей. И если бы он действительно составил список всех своих неординарных поступков, то этот не вошел бы даже в десятку.

Он от всей души ненавидел праздничный сезон, а не только Рождество. Он ненавидел все эти суматошные и полные хлопот дни. Но, глядя в окно от пола до потолка на длинные очереди кортежей и расцветающие в небе красочные фейерверки, он все равно чувствовал себя плохо.

Хотя за этот день он получил десятки сообщений с благословениями, но все же не ответил никому ни единого слова.

В этот момент у него возникла потребность хоть с кем-то поговорить, но кому он мог позвонить? После долгих раздумий Цзянь Суйин набрал номер своего дедушки.

Когда дедушка ответил на звонок, то голос его был невнятным, словно он только что спал.

Только тогда Суйин понял, что уже десять часов вечера, а дедушка рано ложится спать.

— Суйин, — голос дедушки показался немного встревоженным, — ты звонишь так поздно… Что случилось?

— Все в порядке, — слегка рассмеялся Суйин, — сегодня ведь праздник, вот я и звоню.

— Это праздник иностранцев. Мы-то что празднуем? Суйин, ты что-то замышляешь?

— Нет. Что я могу сделать, я же твой старший внук. Я давно не приезжал к тебе, так что я звоню просто поздороваться.

— Суйин, — дедушка на несколько секунд замолчал, — ты еще молод. Заработав слишком много денег, ты не сможешь их все потратить. Просто не будь слишком строг к себе, ведь самое важное, чтобы ты жил счастливой жизнью. Не слишком ли ты много работаешь?

Суйин смотрел на сияющее звездное небо, слушая голос дедушки, доносившийся из динамика, и в носу у него вдруг защипало, а на глаза накатились слезы.

— Не волнуйся, дедушка. Зарабатывая деньги я не откладываю наслаждение жизнью. Ты даже не представляешь, насколько я счастлив сейчас.

— Это тоже не есть хорошо. Ты должен заботиться о себе и найти хорошего человека… Ох, я не должен говорить такое тебе в твоем возрасте, но… Мне не важно, мужчин ты любишь или женщин, но, в любом случае, тебе нужно найти кого-то, с кем ты остепенишься. Если ты действительно найдешь того, кто будет испытывать к тебе чувства и захочет быть рядом, не принимай это за легкий флирт, иначе наступит день, когда ты пожалеешь.

Суйин несколько секунд не мог произнести ни слова. Когда ему удалось подавить свои эмоции, он с улыбкой произнес:

— Я и сам неплохо о себе забочусь. Но все зависит от судьбы. Давай поговорим об этом, когда я столкнусь с этим.

— Хм… С тобой действительно все в порядке? — все тем же тревожным голосом спросил дедушка.

— Все в порядке. Я просто забыл, что ты рано ложишься спать.

— Хорошо, что все в порядке… Ты отдыхаешь на Новый год? Приедешь на несколько дней?

— Конечно, я приеду к тебе на новогодние каникулы и останусь у тебя на все праздники.

Они непринужденно болтали еще несколько минут, и когда дедушка зевнул, то закончили разговор. При мысли о большом дедушкином саде Суйину стало легче на душе.

Глава 16.7 - Это притворство меня убивает!

Послезавтра состоится заседание совета директоров. Если ему удастся принять резолюцию, то он постарается подписать контракт и оформить перевод до Праздника весны, чтобы официально запустить проект в следующем году. Это станет хорошим предзнаменованием для всего следующего года.

Он приложит к этому все свои силы.

Уже через несколько дней наступали новогодние каникулы, и заседание совета директоров было назначено за два дня до Нового года. Самое время, чтобы попрощаться со старым и встретить новое. В последнее время в компании кипела работа и все были очень заняты. Повсюду царила суматоха. Для Цзянь Суйина видеть свою компанию такой динамичной и оживленной — самое большое удовольствие.

Он отправил своего человека связаться с кормовой компанией, и в последнее время тот часто сообщал ему хорошие новости. Он сказал, что та парочка действительно очень недальновидна и действует, словно крысы. Видя, что нынешняя

ситуация не очень хорошая, они решили сдать назад.

Цзянь Суйин связался с несколькими своими знакомыми юристами. Он был намерен использовать имя этой компании, чтобы после Нового года подать в суд на компанию Цзянь Суйлиня и Ли Юя. Он хотел хорошенько потрепать их, чтобы они целый год не могли жить спокойно.

В пекинском судопроизводстве у Суйина не только был опыт, но и множество контактов. Он абсолютно точно может устроить им геморрой! Когда он закончит с этими двумя отродьями, то планировал взяться за пару крыс из кормовой компании. В этом деле никто не останется в стороне.

Когда он подумал о неудачах и серых лицах Цзянь Суйлиня и Ли Юя, то почувствовал, что наступающий год действительно чертовски многообещающий. Теперь он мог воспылать боевым духом!

За день до заседания совета директоров Цзянь Суйин планировал пойти подстричься, и как раз в тот момент, когда он собирался выйти из дома, ему позвонил сяо Чжу. С тех пор как он покинул дом сяо Чжу в прошлый раз, они время от времени созванивались, поддерживая связь.

Суйин — человек с очень хорошей памятью, он обещает другим только то, что может сделать, и никогда не забывает о своих обещаниях. Несколько дней назад он попросил сяо Чжу разобраться с подтверждением уплаты налогов, и сейчас все, вероятно, уже должно быть готово.

Ответив на звонок, он убедился, что все так и есть. Цзянь Суйин сказал, что позаботится обо всем, и собирался, как только закончит разговор, сразу же связаться с секретарем Лян.

— Цзянь шао, на Новый год наша школа доставила волосатых крабов, они очень свежие. Если ты свободен вечером, почему бы тебе не прийти на ужин?

Суйин подумал о том, что ему самому вечером ничего не надо устраивать, а тут красивый мальчик приглашает его. Так почему бы ему не пойти?

— Я планировал пойти подстричься... Если я приду к тебе на ужин, ты подстрижешь меня?

— Конечно, — радостно ответил сяо Чжу, — без проблем.

— На этот раз ты же не испортишь мне прическу, правда?

— Этого точно не будет, — смущенно ответил парень.

Сяо Чжу умел хорошо готовить, а его навыки стрижки стали намного лучше. Когда тонкие пальцы нежно касались кожи головы, Цзянь Суйин чувствовал спокойствие и умиротворение.

С тех пор как стало известно о том, что Цзянь Суйлинь и Ли Юй объединились, чтобы предать его, он почти каждый день жил в раздражении и гневе, постоянно думая о том, как отомстить. Все время он сгорал от стыда и страдал от злости.

Он забыл, что в его кругу есть такой мальчик, к которому он не испытывает ненависть. Что, оставаясь с ним, он может получить краткие минуты утешения. Ему было все равно, с какими намерениями сяо Чжу добивался его благосклонности, он знал только одно: ему становилось намного легче от того, что сейчас есть кто-то, кто может поддержать его.

Эту ночь они по обоюдному согласию провели вместе.

Сяо Чжу нервничал, но не сопротивлялся. Он крепко обнимал Цзянь Суйина за шею, часто и громко выкрикивая с придыханием:

— Цзянь шао!

Словно это был лучший и единственный способ сблизиться с ним.

На следующий день Цзянь Суйин уехал в офис из дома сяо Чжу.

На заседании совета директоров присутствовало несколько родственников Цзянь Суйина, в том числе и его отец. Когда он переступил порог с высоко поднятой головой в деловом костюме, все взгляды устремились на него.

Суйин хорошо подготовился к встрече и подробно изложил все плюсы и минусы проекта. Большинство директоров поначалу были настроены очень консервативно, но трое руководителей, присутствовавших на заседании, очень активно продвигали резолюцию совета директоров в направлении ее принятия.

Если бы голос Цзянь Суйина был единственным, то остальные директора, возможно, не были бы заинтересованы. Но трое руководителей, хорошо знакомых с деятельностью компании и владеющих ее акциями, единодушно поддержали положительную идею, и это не могло не впечатлить остальных.

Даже сам Цзянь Суйин был этому удивлен.

Эти трое мужчин, которые на первый взгляд были гармоничны в своем решении сейчас, на самом деле ожесточенно спорили за закрытыми дверями. Но в этот раз они встали на одну сторону. Можно сказать, что это было именно то, чего на самом деле хотел Цзянь Суйин. Он улыбнулся им, и все трое ответили ему такой же улыбкой и взглядом, которые заменяли ответ.

В итоге собрание успешно приняло проект, и инвестиции будут запущены после Нового года. По окончании собрания люди постепенно покинули помещение, и только Цзянь Дунъюань сидел неподвижно.

Суйин молча смотрел на него.

— Ты так долго не возвращался домой, — заговорил Цзянь Дунъюань.

Суйин кивнул, но ничего не ответил.

— Вы ведь уже не раз и не два ссорились. Я не знаю, из-за чего была ссора в этот раз, но что прошло, то прошло. Ты ведь старший брат... будь великодушен и приходи домой на ужин.

Цзянь Суйин подумал про себя, что он никогда не был человеком мелкого ума и не может быть великодушным.

Цзянь Дунъюань видел, что тот ничего не говорит, и чувствовал беспомощность. Бизнес его старшего сына становился все больше и больше, а сам он, кажется, отдалялся от него все дальше. Теперь он уже не может контролировать сына.

С возрастом желание обрести привязанность своих детей становилось все сильнее и сильнее. Но он знал, что сердце его старшего сына никогда не будет привязано к нему.

Цзянь Дунъюань вздохнул, встал и молча открыл дверь кабинета.

Цзянь Суйин, глядя на седеющие волосы на затылке своего отца, не удержался и окликнул его:

— Папа.

— ... — Цзянь Дунъюань остановился.

— Новый год. Я вернусь в Новый год.

Губы Цзянь Дунъюаня растянулись в легкой улыбке.

— Хорошо.

_____________

Знали бы вы, как мне страшно и тяжело делать главы дальше, потому что уже через несколько глав произойдет нечто и самое ужасное.

Глава 17.1 - Плохое, которое никогда не заканчивается

Вскоре наступил Новый год.

Когда Суйин вошел в дом, Цзянь Суйлинь помогал домработнице расставлять тарелки с фруктами. Как только он увидел вошедшего Суина, то сразу же подошел к нему.

— Гэ, ты вернулся, — перед отцом улыбнулся он.

При виде этого взгляда внутри Цзянь Суйина вспыхнул огонь. Он знал, что все это притворство, и притворство это длится уже более десяти лет. Он сдержал желание разбить кулаком это лицемерное лицо и, не поднимая глаз, прошел мимо него, даже не удостоив взгляда.

Цзянь Дунъюань ничего не мог сделать, когда увидел это, поэтому только отвел взгляд.

— Гэ, это рамбутан, который привезли с Хайнаня вчера. Хочешь съесть немного?

*Рамбутан (лат. Nephelium lappaceum) — плодовое тропическое дерево семейства Сапиндовые, родом из Юго-Восточной Азии. Не путать с личи.

— Держись от меня подальше, — равнодушно ответил Суйин.

— Суйин, — нахмурился Цзянь Дунъюань.

— Гэ, — Цзянь Суйлинь проигнорировал его и, очистив фрукт, поднес к его рту, — попробуй, он очень сладкий.

Суйин посмотрел на отца, потом на него. Он не хотел выглядеть неблагодарным перед отцом, поэтому открыл рот и откусил.

Цзянь Суйлинь также был особенно обходителен к нему и во время еды: то подкладывал еду, то зачерпывал суп. Цзянь Суйину от злости хотелось перевернуть стол.

Суйин подумал, что это отродье, вероятно, потерпел поражение в деле Бэйхая, поэтому и хотел подлизаться, чтобы попросить прощения. Но разве Цзянь Суйин — это тот человек, который может настолько легко простить, если у него просто попросят прощения? Он был слишком зол на Цзянь Суйлиня. Если действительно хочешь противостоять Цзянь Суйину, то делай это с достоинством. Если не можешь позволить себе проиграть, не ввязывайся в это. Какой смысл притворяться? Все это пустая трата времени.

Во время ужина Цзянь Дунъюань узнал, что Цзянь Суйин собирается к своему дедушке в Циньхуандао. Он попросил домработницу упаковать все добавки, присланные другими членами семьи, чтобы Суйин взял их с собой.

В тот вечер Цзянь Суйин не остался в этом доме и после ужина сразу же отправился к себе. Все время, пока он выходил из дома, Цзянь Суйлинь не отводил от него взгляда. Суйин думал, что Цзянь Суйлинь обязательно найдет возможность поговорить, но он ничего не сделал, и Суйин ушел.

Рано утром следующего дня Цзянь Суйин сел за руль автомобиля, с полным багажником подарков, и поехал в Циньхуандао. В его компании было три праздничных выходных дня. Он должен будет вернуться завтра, после ночевки. Но поездка все равно того стоила. Его дедушка стареет, ему уже много лет.

Он прибыл к дедушке в полдень. Обед был уже готов, на столе также стояли две бутылки маотая.

Двое мужчин неторопливо болтали и пили. Обед затянулся более чем на два часа. Они выпили слишком много, поэтому после обеда Суйин лег отдохнуть и задремал. Когда он проснулся, наступило время ужина, и он снова сел за стол.

Погода была слишком холодная, чтобы отправиться на рыбалку. Но Суйин пошел с дедушкой прогуляться вокруг озера, выгуливая собаку. Они говорили о семье, и время текло медленно и неторопливо. Суйин ни о чем не думал, находясь у дедушки дома: он чувствовал себя как в детстве, когда приезжал сюда на каникулы.

Пробыв здесь сутки, Цзянь Суйин во второй половине дня отправился обратно в Пекин. Он хотел передохнуть сегодня, а завтра уже приступить к стадии переговоров и подписания контракта. После нескольких месяцев напряженных переговоров обе стороны достигли, наконец, соглашения. После урегулирования некоторых вопросов в начале февраля контракт был официально подписан.

Со стороны банка тоже уже было все готово. После подписания контракта от него поступит первый взнос.

Казалось, все было в порядке и шло очень гладко. По плану компании, к Празднику весны деньги должны быть переведены, после чего банк сможет выдать им второй кредит, и тогда проект будет официально запущен. Однако на следующий день, когда деньги уже были переведены и перевод должен был завершиться, кое-что случилось.

Было чуть больше девяти утра, и Цзянь Суйин находился в своем кабинете, когда зазвонил телефон.

Клерк, которого он отправил заниматься процедурой передачи, позвонил ему и очень встревоженным тоном сообщил, что еще вчера днем судом на землю был наложен арест. Суйин мгновенно пришел в ярость, засыпав клерка вопросами о том, какой суд наложил арест на землю и что происходит.

Но этот клерк знал только то, что она была изъята окружным судом округа Сычуань.

Земля была конфискована судом, и никто не осмеливался заниматься ее передачей. То, что первоначально, казалось, шло гладко, внезапно превратилось в новые проблемы. В сердце Цзянь Суйина вспыхнуло очень плохое предчувствие. Он закончил разговор и сразу же позвонил в компанию Ян-цзуна, которая и продала ему землю. Но она оказалась озадачена и сообщила, что даже не получила извещение из суда.

Они договорились вместе пойти в администрацию, чтобы выяснить, что происходит.

Все это время Цзянь Суйин все еще оставался спокоен. В конце концов жизнь — это процесс, в котором постоянно возникают противоречия, которым нужно противостоять, чтобы их разрешить.

Почти весь день ушел на то, чтобы связаться с судом и компанией, подавшей заявку на изъятие земли. Только тогда можно было получить четкую картину происходящего.

Все дело было в очень сложных долговых отношениях. Компания, продавшая ему землю, возникла в результате реорганизации трех государственных компаний. Одна из этих компаний обанкротилась и не выплатила долги. После реорганизации большая часть неработающих долгов была ликвидирована и продана. После тринадцати лет работы большинство долговых проблем было решено. Руководство компании менялось три раза. Нынешние руководители практически не знали о долговых проблемах тех лет. Прибыли и убытки государственных предприятий не затрагивают личных интересов. Поскольку взыскивать их некому, нынешние руководители не знали о том, что в обращении остался некоторый объем долгов.

Этот иск вместе с несколькими другими невыполнимыми требованиями был упакован и продан компании, занимающейся активами. И после нескольких смен владельцев оно попало в руки компании в Сычуане. Из-за большого разрыва во времени эта компания из Сычуани, хотя и владела требованиями, не могла найти след активов. А когда компания-кредитор также перестала существовать, даже юридическое лицо не знало, куда обращаться. Именно поэтому уже более десяти лет никто не приходил за долгом.

Такого не ожидал никто. Сразу после того, как деньги за землю были переведены на счет компании, но до того, как Цзянь Суйин успешно передал право собственности, компания-кредитор и юридическое лицо того года появились, как грибы после дождя. Сычуаньский суд наложил запрет на все сразу. Такое, конечно же, не могло произойти случайно. Было очевидно, что к этому готовились.

Судя по объяснениям и поведению генерального директора Ян, Цзянь Суйин считал, что она действительно не знала об этом вопросе, а не специально вырыла яму, в которую угодила и сама. В конце концов, сам по себе этот участок земли не представлял никаких проблем. Он относился только к активам компании. Когда же компания-кредитор обнаружила бы реализуемые активы, то она могла любой из них конфисковать с помощью юридических процедур.

Весь день они вдвоем обсуждали стратегии в соответствии с той информацией, которую им удалось выяснить. Девять лет долга, в общей сложности более чем на сто миллионов, плюс столько лет процентов. Они сделали примерные расчеты и предположили, что все вместе выйдет примерно четыреста или пятьсот миллионов, которые они должны будут заплатить в качестве компенсации.

Ян-цзун выказывала свое недовольство и беспокойство, и Суйин понимал, что после подписания контракта деньги ушли в чужие карманы, и вернуть их будет намного сложнее, чем попасть в рай.

Всем было понятно, что эти деньги они не должны были выплачивать. Но компания, продающая землю, должна вести переговоры и договариваться с компанией-кредитором любым способом. Судебный процесс неизбежен. Переговоры, погашение долгов, государственные предприятия — особенно сложные процедуры. Вполне вероятно, что дело затянется на полтора года, а то и дольше из-за давности дела и сложностей с получением доказательств. Может быть, в конце концов это дело удастся решить, но оно будет сильно задерживать Цзянь Суйина. Если не удастся выполнить план по переводу, банк переоценит этот проект и откажет ему в кредите. Если он вложит средства компании, то последующие средства уже не смогут поступить. Цепочка капитала нарушится и у него будут большие проблемы.

Осознав всю серьезность вопроса, Цзянь Суйин почувствовал, что у него разболелась голова. В ходе реализации проекта всегда возникают трудности и препятствия. Заработать деньги без неудач практически невозможно. Но еще ни одна неудача не оказывала на него такого сильного психологического давления. Во-первых, на этот раз капиталовложения были слишком велики. Во-вторых, серьезность этого дела оказалась сложнее, чем он думал.

Сычуаньская компания, очевидно, уже давно нашла след активов. Они узнали, что ведутся переговоры о продаже, и затаились в ожидании. Ведь если бы они поспешили взыскивать долг, то другая компания наверняка затянула бы время. Частная компания и государственное предприятие будут бороться с иском, и они не смогли бы быстро вернуть себе этот долг. Но после подписания контракта с Цзянь Суйином давление на это государственное предприятие удваивается. Компании предстоит активнее решать проблему. В условиях всего этого хаоса можно воспользоваться возможностью поднять цену. Если бы Цзянь Суйин был на их месте, то поступил бы так же.

Остается надеяться, что три стороны смогут договориться об урегулировании без обращения в суд. Если действительно не удастся прийти к какому-то решению, то Цзянь Суйину останется последний способ — подать в суд на государственные предприятия, чтобы вернуть свои платежи за землю обратно. Но этот способ — пустая трата денег, так как десятки миллионов его инвестиций улетят в трубу. А еще он оскорбит и создаст проблем многим людям. Если тяжба затянется надолго, то его потери будут неисчислимы.

Суйин понимал, что крыша его дома уже протекает, а дождь намерен идти всю ночь*. Ему казалось, что так как он потерпел неудачу в любви, то хотя бы в бизнесе у него все сложится хорошо. Но он не ожидал такого падения.

*屋漏偏逢连夜雨 — идиома дом протек, но всю ночь шел дождь. Это означает, что беда не приходит одна.

Они с Ян-цзун договорились о встрече с представителями сычуаньской компании на следующий день. Он надеялся, что завтрашний разговор позволит ему увидеть поворот к лучшему.

На следующий день он встретился с Ян-цзун в кафе отеля.

На встречу к ним пришли двое мужчин, представители компании. Они решили не терять время и сразу же перейти к сути. В итоге представители решили отхапать себе львиную долю с процентами, предложив выплатить им восемьсот тридцать миллионов юаней, вместе с процентами.

Услышав это, Цзянь Суйин и генеральный директор Ян изменились в лице. Особенно генеральный директор Ян. Она была очень эмоциональной женщиной. Сухо рассмеявшись, она язвительно спросила:

— Откуда взялась такая сумма?

Представители красочно расписали все расходы, якобы из которых появилась эта сумма. Они воспользовались страхом Ян-цзун, но при этом побаивались, что Цзянь Суйин настроит ее против них. Но так как Цзянь Суйину нужно было поскорее разрешить эту проблему, это и побудило их запросить такую заоблачную цену.

Этот послеобеденный чай прошел довольно неприятно, и четыре человека быстро разошлись, так и не договорившись. Но Суйину и Ян-цзун оставалось только продолжать вести переговоры. Но если этот путь переговоров не сработает, у них не останется другого выбора, кроме как пройти через судебный процесс.

Цзянь Суйин из-за этого вопроса уже несколько ночей не спал нормально. У него совершенно не было никакого желания праздновать Новый год. Он действительно не ожидал получить такой «новогодний подарок».

За долгие годы работы в бизнесе, в котором были и успехи, и потери, он пережил очень много штормов, чем мог бы рассказать за ночь. Но эта ситуация была, несомненно, самой худшей. Это вызвало у него чувство разочарования. Разочарования не только из-за препятствий в мире бизнеса, но и чувство беспомощности и дезориентации, которые появились за это время. Говоря прямо, он никогда в жизни не был так уязвим. Ему казалось, что все идет наперекосяк. Он уже подумывал о том, чтобы найти кого-нибудь, кто бы мог за него свести счеты.

В последующие несколько дней он часто встречался с Ян-цзун, обсуждая контрмеры. Он пытался найти связь с внутренним отделом Сычуаньской компании, чтобы увидеть, можно ли найти какой-нибудь обход. В общем, он перепробовал все, что только мог придумать, но ситуация становилась только хуже и хуже.

Поскольку с момента инцидента прошла уже неделя, и ему скоро не удастся скрывать тот факт, что он не смог успешно завершить сделку, ему пришлось начать подготовку к тому, как справиться с проблемой еще и совета директоров.

Как раз в это время ему позвонил человек, ответственный за эту сычуаньскую компанию, и попросил его встретиться в отеле наедине. Он особо подчеркнул, чтобы Суйин приходил один, без Ян-цзун.

Суйин подумал, что в такой ситуации побочный контакт может сыграть свою роль. Он уже давно хотел обойти Ян-цзун, чтобы поговорить с представителями той компании наедине. Но с той стороны никаких предложений не поступало. Сегодня же наконец-то они сами вышли на связь. Он чувствовал, что у этого дела появился шанс. Пока он может сохранить свой капитал, ему было все равно, что делать, потому как он уже немного отчаялся.

Однако он никак не ожидал, что, войдя в комнату, вместо ожидаемых людей он увидит своего диди. Одетый в костюм, он спокойно сидел на диване и пил чай. Но кроме него там был еще один хорошо знакомый ему человек — Ли Юй. До того, как Суйин вошел, он стоял перед окном, повернувшись спиной к двери. И как только появился Цзянь Суйин, он повернул голову.

______________

Ваши мысли?

Глава 17.2 - Разбитое и рассыпанное на кусочки сердце

Цзянь Суйин не знал, как описать свои чувства. После короткого периода шока и гнева наступило опустошение, которое постепенно сходило на нет. Он уже прокрутил в голове все события и сделал выводы еще до того, как они открыли рот.

Об этом проекте ему впервые рассказал Цзянь Суйлинь. Только это было почти год назад. К тому же госпожа Ян была его знакомой. По мнению Цзянь Суйина, Суйлинь просто случайно узнал хорошую деловую информацию и рассказал ему. В конце концов он ведь каждый день получал много информации от людей. Из всего услышанного, вероятно, только одна могла заставить Суйина задуматься до такой степени, чтобы он проявил интерес. Но даже в этом случае шансы были слишком малы. Поэтому он до сих пор не верил, что Цзянь Суйлинь так давно подготовил для него эту ловушку. Даже если бы у него была эта задумка в то время, то это все равно было просто вопросом удачи.

Суйина охватил такой холод, который проходит от подошв ног до самой головы и называется разочарованием.

Ему даже больше не хотелось броситься и избить их. Душу его переполняло чувство бессилия. Он спокойно сел на диван и посмотрел на присутствующих. Возможно, из-за того, что он получил слишком много ударов в спину и огромное унижение, Цзянь Суйин больше не был так склонен действовать импульсивно. Или, скорее всего, когда он сталкивался с поражением, он мог только пытаться сохранить лицо, притворяясь спокойным.

Под пристальным взглядом Суйина и Цзянь Суйлинь, и Ли Юй вынуждены были сохранять самообладание. Все дошло до того, что у них не осталось места для маневра: либо сбить Цзянь Суйина с ног, либо быть втоптанными им в грязь в ответ.

Цзянь Суйин достал сигарету и прикурил. Его взгляд окинул присутствующих сквозь затяжной дым и остановился на Цзянь Суйлине.

— Если тебе есть что сказать — говори.

Ли Юй тут же изменился в лице: один тот факт, что Цзянь Суйин больше не смотрел на него, уже заставил подавляемый гнев в его груди подняться.

Цзянь Суйлинь поджал губы и сел прямо. Он подал знак двум сычуаньцам, которые все поняли и вышли за дверь.

Ли Юй вдруг почувствовал, что не может вынести всего этого. Он боялся, что в следующий раз Суйин посмотрит на него глазами, полными ненависти. Даже просто мысль о том, что скажет или сделает этот мужчина, вызывала желание сбежать.

Обратного пути для него больше не было…

Ли Юй внезапно встал.

— Я тоже выйду, — произнес он глухим голосом.

Цзянь Суйлинь сжал кулаки, пряча их за спиной.

В большой комнате остались только два брата Цзянь.

Цзянь Суйлинь переложил документ со своего конца журнального столика на другой, ближе к Цзянь Суйину.

— Гэ…

— У тебя еще хватает наглости называть меня гэ? — сузил глаза Цзянь Суйин.

— На самом деле, — неопределенно улыбнулся Цзянь Суйлинь, — я тоже не хочу, чтобы ты был моим гэ…

«Если бы ты не был моим гэ…» — он подавил горечь, наполняющую его сердце, и сказал себе, что никогда не пожалеет о том, что зашел так далеко.

Суйин взял документ и пролистал несколько страниц. Как он и думал, долг компании Ян-цзун несколько раз переходил из рук в руки вместе с несколькими другими не связанными с ним неработающими активами. И в конечном итоге был продан компании Цзянь Суйлиня и Ли Юя. Теперь эти два ублюдка являются настоящими кредиторами Ян-цзун. А Сычуаньская компания оказывает им помощь под предлогом прибыльности.

Самое тревожное для Цзянь Суйина уже произошло. Поскольку речь шла о выплате долга, то сумма перестала быть самым большим и трудоемким предметом спора. Пока кредиторы хотели, они могли тянуть с этим сколько угодно, и его земля будет оставаться в подвешенном состоянии. Ее нельзя передать, пока эти ублюдки не получат от него то, что хотят.

Как же нелепо и забавно теперь то, что он все еще пытался преподать им урок на том клочке земли в Бэйхае. Но в результате оказалось, что они уже откусили больший кусок жирного мяса.

— Цзянь Суйлинь, — холодно рассмеялся Суйин, — ты столько лет терпел унижения, а сегодня наконец позволил мне поднять каблук. Если так подумать, то ты не так прост. Тебе, вероятно, трудно было столько лет притворяться хорошим. Так что скажи прямо, чего ты хочешь?

Если так подумать, то сегодня он был очень впечатлен своим диди. По сравнению с тем слабым, подневольным, безобидным пареньком, этот человек, что сидел сейчас перед ним, обладающий характером и мужеством, способный приспосабливаться к различным обстоятельствам — все равно его диди, у которого та же кровь, что и у него. Только в прошлом он давно бы уже потерял интерес сражаться с маленьким ублюдком. Но перед этим человеком, который осмелился сразиться с ним лоб в лоб, он абсолютно точно не смягчится ни на йоту.

А ведь есть еще Ли Юй…

Цзянь Суйин слегка напрягся, борясь с тупой болью в сердце: он чувствовал, что Ли Юй не сводил с него глаз с тех пор, как он вошел. И чем больше он смотрел, тем меньше Суйину хотел смотреть на него в ответ. Он хотел дать Ли Юю понять, что, как он сам говорил ранее, теперь Ли Юй — ничто в его глазах.

Страх Цзянь Суйлиня перед Цзянь Суйином был вырезан в его костях с самого детства, когда он был еще слабым ребенком. Постепенно этот страх ослабевал по мере его взросления, но никогда не исчезал. Если бы Цзянь Суйин разозлился и в гневе поднял на него руку, то он мог бы обороняться. Но от возвышающегося безразличия Цзянь Суйина он все еще терял дар речи.

Ему всегда казалось, что даже если он сделает все, чтобы его гэ возненавидел его, то что с того? Он и так никогда не нравился ему. Но когда Цзянь Суйлинь понял, что с каждым разом все больше отдаляется от этого человека, его охватила паника.

Цзянь Суйлинь знал, что больше ничего не сможет сказать.

Он бесчисленное количество раз мечтал о том, что в тот день, когда ему удастся поднять голову и прямо посмотреть в глаза своему дагэ, он обязательно унизит его настолько сильно, давая понять, что его диди, которого он столько лет угнетал и презирал, тоже способен растоптать его ногами. Но сейчас он не мог вымолвить и слова. Он просто хотел закончить эти переговоры прямо сейчас, потому что взгляд Цзянь Суйина, полный отвращения, пронзал его до такой степени, что он не мог дышать.

Но он заставил себя успокоиться и, медленно откинувшись на спинку дивана, негромко произнес:

— Полагаю, ты уже достаточно подробно осведомлен о сути дела. Поэтому, без лишних слов… я хочу получить половину акционерного капитала твоей компании.

Цзянь Суйин пронзил его холодным взглядом.

— Половину? Ты действительно думаешь, что фишки, которые ты держишь в руках, стоят половины капитала моей компании?

— Фишки, которые я держу в руках, могут привести к тому, что компания понесет миллиардные убытки и обязательства. Эта компания принадлежит не только тебе одному. Папа и другие твои родственники имеют определенное количество акций. Я не думаю, что кто-то захочет, чтобы компания попала в такой глубокий кризис.

— Ты же знаешь, что компания принадлежит не только мне, — взгляд Суйина был подобен пламени, — как ты сможешь обойти родственников?

Цзянь Суйлинь рассмеялся.

— Кроме папы, все остальные — твои родственники, Цзянь Суйин. За столько лет они ни во что не ставили нас с мамой. Даже если они потеряют целое состояние, я буду смотреть на них и смеяться. Что касается отца… что он может мне сделать?

Цзянь Суйин слегка сузила глаза и холодно улыбнулся.

— Тогда почему ты думаешь, что я отдам тебе половину компании по твоему желанию? Только потому, что я побоюсь, что компания обанкротится и перестанет существовать? Мы вместе росли, разве ты не знаешь меня достаточно хорошо? Я, Цзянь Суйин, скорее влезу в долги, чем позволю тебе получить желаемое!

Он яростно затушил сигарету о документы, и красный огонек мгновенно прожег бумаги. После этого Суйин пнул ногой кофейный столик в сторону Цзянь Суйлиня.

Мышцы на лице Цзянь Суйлиня несколько раз судорожно дернулись. Он знал, что Суйин действительно такой человек. Если его разозлить, то он, скорее, устроит беспорядок, но точно не позволит ему получить то, что он хочет.

— Цзянь Суйлинь, ты думаешь, что такие маленький ветер и волна могут опрокинуть мою большую лодку? — Цзянь Суйин встал и зловеще улыбнулся. — Ты слишком слаб. Я, Цзянь Суйин, клянусь, что с сегодняшнего дня сделаю твою жизнь хуже смерти!

После этих слов Цзянь Суйин распахнул дверь и вышел.

Цзянь Суйлинь в холодном поту откинулся на спинку дивана, все его тело обмякло.

После сказанных братом слов он, прикрыв глаза рукой, не удержался и рассмеялся, бормоча:

— Мой дагэ, ты уже давно сделал мою жизнь хуже смерти…

***

Ли Юй стоял в одиночестве в конце коридора, возле лифта.

Повернув за угол, Цзянь Суйин сразу же увидел его.

— Ли Юй, — засунув руки в карманы, он криво улыбнулся, — какова твоя роль в этом деле?

Глядя на него без выражения, Ли Юй задал вопрос, не относящийся к делу:

— С кем ты спал прошлой ночью?

Цзянь Суйин нахмурился.

Ли Юй заметил маленький засос, выглядывающий из-под воротника. Его мозг тут же загудел от боли, а сердце заныло настолько сильно, что он не мог спокойно дышать.

— Это был сяо Чжу? Пиппи? Или кто-то другой?

— Моя личная жизнь не имеет к тебе никакого отношения. Я просто спрашиваю тебя — какова твоя роль во всем этом?

В горле Ли Юя образовался комок. Он не знал, сколько сил ему потребовалось, чтобы сдержать желание оглушить прямо сейчас Цзянь Суйина и спрятать его.

— Дай угадаю. На заседании совета директоров те трое, что обычно никогда не согласны друг с другом, вдруг высказали общее мнение. Это потому, что ты использовал свой статус моего помощника и молодого любовника, чтобы намекнуть им?

Цзянь Суйин рассмеялся. И чем больше он чувствовал, что у него внутри все клокочет, тем сильнее он смеялся.

— Вы с Цзянь Суйлинем начали заговор против меня больше года назад. Один из вас — мой диди, а другой — мой любовник. Поэтому у меня даже не было возможности защитить себя. Вы двое очень терпеливые, шаг за шагом водили меня по кругу… Ли Юй, я не совсем понимаю. Между нами ведь нет глубокой ненависти. По крайней мере, мы делили одну постель в течение нескольких месяцев. Но ты так сильно подставил меня, словно не считаешь меня за человека. Насколько дорог тебе Цзянь Суйлинь? — Цзянь Суйин почувствовал, как в носу у него защипало. — Ты любишь его настолько сильно, что если он скажет тебе умереть за него, то ты умрешь?

Ли Юй вздрогнул.

— Я не люблю его. Мне нужен только ты!

Цзянь Суйин словно слушал комическую постановку, только смешным был не актер, а он сам.

— Я? Думаешь, что ты святой? Мы зашли так далеко, а ты все еще притворяешься? Говорю специально для тебя: даже если ты встанешь на колени и поклонишься мне, я не позволю тебе и твоему возлюбленному получить то, что вы хотите. То, что принадлежит мне, всегда будет моим. И если я не смогу сохранить это, то я, скорее, уничтожу все, чем отдам кому-то другому!

Цзянь Суйин бросил последний глубокий взгляд на Ли Юя. Он чувствовал, что его сердце — словно кусок хрупкого льда, что разбился о землю и рассыпался на куски. Как только он отвернулся, его глаза налились кровью. Высокомерно подняв подбородок, он направился к лестнице, ни разу не оглянувшись.

По прошлому опыту Ли Юя, когда у них возникали разногласия, Суйин обязательно делал шаг к нему навстречу. Но в этот раз Цзянь Суйин и пальцем не пошевелил, а, казалось, спокойно произнес эти слова и ушел.

Тот взгляд, с которым Суйин сейчас посмотрел на него, прежде чем отвернуться… этот взгляд заставил Ли Юя испытать отчаяние и понять, что все действительно подошло к концу. Именно этот взгляд заставил Ли Юя в страхе очнуться от своего многолетнего сна.

___________

Завтра примерно в это время будет еще одна глава. Бета обещала сдать. И потом еще одну делает сразу.

Глава 17.3 - Тот, кто всегда рядом

Цзянь Суйин вернулся к своей машине и хлопнул дверью. Тяжело дыша, он откинулся на спинку сиденья, заставляя себя успокоиться. Сильное разочарование и гнев в этот момент превзошли все прошлые, и ему хотелось уничтожить все на своем пути.

Он, Цзянь Суйин, никогда в жизни ничего не боялся. Но в этот момент, делая шаг вперед, он чувствовал себя подавленным. Дорога впереди была такой длинной, а все вокруг ставили ему лишь подножки. Он никогда не чувствовал себя таким одиноким и беспомощным.

Когда он отъезжал от отеля, в его голове стоял сильный гул, от которого она просто раскалывалась. Сегодня, оказавшись в такой безвыходной ситуации, он не думал ни о чем другом, кроме как стиснуть зубы и держаться. Неважно, чего хотел Цзянь Суйлинь, он не позволит ему добиться своего. Но он позволит этим двум идиотам, Цзянь Суйлиню и Ли Юю, уйти из его жизни с позором.

Цзянь Суйин первым делом позвонил менеджеру банка, ответственному за этот его кредитный проект, и договорился о встрече. Он хотел узнать, сможет ли банковская сторона поддержать его финансово и отсрочить погашение. После этого он сразу же отправился к Ян-цзун, и они вдвоем продолжили анализировать материал, обдумывая, как бороться с этим иском.

Цзянь Суйин передумал насчет тактики, и судебное разбирательство теперь казалось единственным выходом из ситуации. Несмотря ни на что, он не может сейчас отвернуться от Ян-цзун, даже если изначально она была самым пассивным участником во всем этом. Просто он не сможет противостоять двум врагам одновременно.

Суйин чувствовал себя так, будто в его теле находился целый арсенал взрывчатки. Он пытался то и дело отвлечься на что-то, иначе боялся, что просто взорвется.

После ужина с Ян-цзун он поехал домой. Подъехав к дому, он вдруг поднял голову и увидел, что в двадцатиэтажном здании не так много квартир, в которых горел бы в вечернее время свет.

Цена на жилье здесь слишком дорогая и люди предпочитают жить в квартирах меньшей площадью. Большинство из приобретенных здесь квартир покупаются лишь для инвестиций. Раньше Суйин считал, что чем меньше людей здесь живут, тем лучше и тише. Но теперь, смотря на это место, похожее на чертов дом с привидениями, он задумался о том, могут ли здесь вообще жить люди?

Мысль о том, что ему придется вернуться в это пустое холодное место, наполненное воспоминаниями о нем и Ли Юе, вызывала сильное чувство отторжения.

Он не желал возвращаться туда один.

Он долго обдумывал ситуацию, прежде чем развернуться и поехать к дому сяо Чжу.

Приехав к сяо Чжу, он позвонил в дверь. Он подождал немного, но ему никто так и не открыл дверь. В душе Суйина поднялась буря ярости. Он нажал на кнопку еще несколько раз, но внутри по-прежнему не было слышно никакого движения. Цзянь Суйин почувствовал, что его эмоции резко взорвались, и выместил весь свой гнев на звонке, с силой вдавливая в него свой палец. Дверной звонок звонил непрерывно, и даже через закрытую дверь он слышал пронзительный звон, отдающийся в ушах.

«Открой дверь! Открой дверь, блядь! Все идет против лао-цзы! Все против меня!» — в сердцах выругался Цзянь Суйин.

И в тот момент, когда он сделал шаг назад, собираясь ногой ударить по двери, изнутри послышались шаги.

— Кто это?

Дверь, что была плотно закрыта перед ним, тут же распахнулась, и из комнаты полился теплый свет, от которого защипало глаза. Стройный красивый мальчик смотрел на него с широко открытыми глазами, в которых читались испуг и беспокойство.

Цзянь Суйин стукнул кулаком по дверной панели.

— Ты, блядь, помер там, что ли? — заорал он. — Не слышишь дверного звонка?

Плечи сяо Чжу затряслись от страха, а в глазах тут же появился влажный блеск.

— Я, я принимал душ… — едва не плача, ответил он.

Цзянь Суйин увидел его босые ноги и мокрые волосы. Маниакальная и враждебная ци* бешено циркулировала в груди. Он сильно зажмурил глаза, пытаясь подавить неутихающий гнев, который все еще продолжал подниматься внутри.

*Ци само по себе понимается как энергия.

— Иди и сделай мне чай, — сказал он приглушенным голосом, переступая порог квартиры.

Сяо Чжу шмыгнул носом, закрыл дверь и босиком побежал на кухню, чтобы приготовить ему чай.

Суйин уронил свою задницу на диван. Его силы были настолько истощены, что он даже не мог пошевелить пальцем.

Через некоторое время сяо Чжу подошел с чайником и осторожно присел рядом с ним, не решаясь что-то сказать. Цзянь Суйин открыл налитые кровью глаза и посмотрел на него.

— Испугался? — спросил он и протянул руку, касаясь его уха.

Сяо Чжу кивнул головой.

— Иди ко мне, — Суйин протянул к нему руку.

Сяо Чжу пересел на колени Суйина.

Цзянь Суйин крепко обнял его. Ему нужно было прижаться к чему-то теплому и человеческому, чтобы понять, что он не один, что не все его бросили. Он зарылся лицом в рубашку сяо Чжу и сделал медленный вдох.

Сяо Чжу нерешительно потянулся к нему и обнял.

— Я напугал тебя… Я могу выйти из себя при тебе. Я чертовски труслив. На этот раз у меня проблемы…

Сейчас Цзянь Суйин почти не доверял никому. Он просто сказал то, что было у него на душе, когда рядом оказался человек, готовый выслушать. Мысленно он дал себе пощечину, давая тем самым понять себе, что появление этого слабака снова не может появиться в его теле.

«На этот раз я попал… Почему?.. Потому что я был слишком высокого мнения о себе… Я думал, что я недосягаем… Был уверен, что могу получить все, что захочу… Кто бы мог подумать… кто бы мог подумать, что никто не воспринимает меня всерьез? Я не ожидал этого… никто не воспринимал меня всерьез… Никто, блядь, не воспринимал меня, Цзянь Суйина, всерьез!

Бай Синьюй, Цзянь Суйлинь, Ли Юй… оказывается, ни один из них не воспринимает его всерьез. В глазах этих людей он считается куском собачьего дерьма. Он — ничто!

Слезы текли по щекам сяо Чжу, когда он крепко обнимал Цзянь Суйина. Он видел этого человека во всевозможных настроениях, каждое из которых очаровывало, восхищало и завораживало его. Кроме покоряющего очарования и харизмы Цзянь Суйина, которые видели слишком многие, он был единственным, кто видел его разочарованным и уязвимым. Это одновременно и льстило ему, но и заставляло сердце сжиматься от боли.

Он никогда, даже в своих самых смелых мечтах, не ожидал чего-либо от Цзянь Суйина. Мужчина давал, а он брал. Он не имел права просить большего. Если Цзянь Суйин может однажды вот так обнять его, тихо плача, то этого уже было достаточно. Хотя он не знал, плакал Цзянь Суйин или нет. После того как он произнес те слова, он больше ничего не сказал. Он просто молча обнимал его. Каждый раз, когда он тяжело вздыхал, по коже сяо Чжу бежали мурашки, а сердце трепетало.

***

Все оказалось еще более хуже и менее оптимистичнее, чем представлял себе Цзянь Суйин.

Вскоре все акционеры узнали, что с землей были большие проблемы. Людей охватила паника, и Цзянь Суйин отчетливо чувствовал нестабильность в компании.

Он занимался официальными делами, когда получил короткое сообщение от Ли Юя.

«Цзянь Суйин, тебя не было дома четыре дня».

Только тогда Суйин вспомнил, что не нашел времени сменить замки в своей квартире. Он собрался удалить сообщение, но потом решил ответить.

«Я нахожусь со своим сяо бао*. А ты убирайся из моего дома».

*сокращенно от баобэй.

Как только он отправил смс, то почувствовал, что у него дрожат руки.

Спустя долгое время, когда Суйин уже думал, что Ли Юй больше не напишет, но его телефон снова издал звуковой сигнал.

«Давай поговорим. Я готов... Если ты согласишься на мои условия, Цзянь Суйлинь не сможет тронуть тебя».

Суйин усмехнулся.

Если он снова поверит хоть одному слову Ли Юя, то ему придется вернуться к чертежной доске и начать все заново!

*пояснение от Shelleer: Если кто-то не помнит или вообще не знает, чем занимается Суйин, но напоминаю, что он председатель строительной компании. Когда он начинал свой бизнес, то сам принимал участие в разработке зданий, проводя время за чертежной доской, выполняя таким образом роль архитектора. Кстати, дом в котором он подарил квартиру сяо Чжу, он разработал сам.

В этот момент факс вдруг издал звуковой сигнал. Суйин нажал на кнопку приема и принял лист с информацией. Это Цзянь Суйлинь прислал информацию о долге.

Это оказало дополнительное давление на него. На последнем листке бумаги было всего несколько коротких слов:

«Гэ, давай поговорим».

— С задницей своей говори! — выругался в сердцах Суйин.

Он написал ответ на это и отправил факс обратно Цзянь Суйлиню:

«Даже если лао-цзы в долгах, не стоит трогать то, что принадлежит мне. Если я не превращу твою ублюдочную жизнь в ад, то сменю имя на Ван Ба*».

*王八, буквально «черепаха». В Китае оно используется как оскорбление, поскольку черепахи медлительны. А если к этому еще добавить 蛋(дань), то получится 王八蛋 сукин сын. С этим ругательством мы уже встречались ранее, кто-то помнит где?

Мобильный телефон и факс затихли. Суйин подумал, что весь мир померк, но в этот момент вдруг зазвонил стационарный телефон.

Ему звонил уже третий человек за сегодня, который хотел с ним поговорить. И на этот раз это был его отец.

________________________

И снова вопрос на засыпку. Как вы думаете, зачем звонит отец?

Вчера не смогли выложить... у беты есть еще одна глава, заключительная всего этого пиZде... ца, я буду просить ее сделать по возможности на завтра...

Глава 17.4 - Никчемный отец

Цзянь Суйин очень не хотел разговаривать с отцом в данный момент. Он не смог бы сдержать свой гнев на Цзянь Суйлиня и выместил бы его на Чжоу Янь, а та в свою очередь обрушила бы все на его отца. На него и так уже достаточно всего навалилось, и сейчас явно было не время создавать новые неприятности.

— Я вернусь, когда освобожусь, — едва ответив на звонок, сказал Суйин, и прежде чем отец успел что-то ответить, сбросил вызов и швырнул телефон на стол.

Его отец — это не тот человек, от которого можно отмахнуться одним предложением. Если Суйин не пойдет к нему, то отец сам появится у него на пороге. Конечно, он знал, что отец искал его из-за этого участка земли. Но Суйин считал, что отец не должен знать о том, что Цзянь Суйлинь замешан во всем этом. Сам Суйин еще ничего не говорил ему об этом, и не считал, что Цзянь Суйлинь настолько безмозглый, чтобы сообщать такое. По возможности он надеялся, что это дело удастся скрыть как можно дольше. Это должно быть только между ними двумя, братьями, нет необходимости привлекать других родственников. Семейные скандалы должны проходить без посторонних. Чем меньше об этом знает людей, тем лучше.

К тому же, если ты упадешь на улице, ты же не побежишь сразу домой жаловаться родителям. Такое поведение слишком трусливое. Цзянь Суйин не сможет этого сделать.

Покончив с делами, он принял душ в своем кабинете и переоделся. Вечером у него была назначена встреча с представителем банка, поэтому он не знал, сколько ему придется выпить.

В результате на ужине он выпил не так много вина, но совсем не почувствовал удовольствия.

Из-за того, что его положение слишком рискованно, в главном офисе на прошедшем собрании более половины руководителей придерживались неутешительного для него исхода. Так как его связи с несколькими руководителями головного офиса недостаточно близкие, то, когда речь зашла о такой крупной сумме, никто не решился рискнуть и помочь ему. Если банк действительно не сможет вернуть вложенные средства, кто ответит за понесенные миллиардные убытки?

Цзянь Суйин хоть и понимал их трудности, но, думая о своих, был не в том настроении, чтобы заботиться о других. Он даже подумывал перейти к деструктивной тактике. У него на руках достаточно компромата, которого хватит, чтобы принудить их принять решение в его пользу. Хотя бы временно. Но поступить так было бы настоящим отчаянием. Да и, честно, не хотелось, ведь кто бы после такого снова захотел работать с ним в будущем? Цзянь Суйин не хотел поступать так, если не будет крайней необходимости. Он искал способ минимизировать потери и при этом нанести как можно меньшие обиды людям. Его цель — пережить это трудное время, потеряв немного денег, с чем он вполне мог согласиться.

Времени у него было в обрез. Во время ужина ему позвонил родственник, владеющий акциями компании, и Суйин бесцеремонно отмахнулся от него. Но было ощущение, что собеседник уже скептически относится к его словам и что-то подозревает. Если он продолжит в том же духе, то потеряет поддержку совета директоров. Даже если он является крупнейшим акционером, он не может пренебрегать интересами других, как акционеров, так и стольких сотрудников компании.

После ужина водитель отвез его к дому сяо Чжу. Суйин вошел в квартиру, лег на диван и больше не двигался. На самом деле он не был настолько сильно пьян, как могло показаться. По крайней мере голова еще соображала. Мысль о том, чтобы пойти до конца в противостоянии с Цзянь Суйлинем, перед лицом огромных трудностей, впервые привела в дрожь!

Действительно ли это то, чего он хотел? Как он смог проглотить такое унижение? Но если продолжать тянуть с этим, то потери будут еще хуже…

Он уже не надеялся, что кто-то поможет ему справиться с этим. Он думал, что было бы неплохо, если бы кто-то помог ему принять решение, но… к сожалению, он слушал только себя. Он никогда в жизни так не тревожился, и ему действительно хотелось просто заснуть и никогда больше не просыпаться.

Находясь в каком-то забытье, он чувствовал, как сяо Чжу снимает с него туфли и вытирает лицо. В это время он был поглощен тяжелыми мыслями. Он так устал, что даже не удосужился открыть глаза. И только когда его укрыли теплым одеялом, он погрузился в глубокий сон.

С того дня он практически не покидал дома сяо Чжу, избавляя себя от необходимости оставаться где-либо еще. Особенно он не хотел возвращаться в свою квартиру.

Через несколько дней в его офисе появилась тетя, которая привела своего мужа, чтобы поговорить с Суйином.

Отношения между ними не были особо близкими, и они обычно были просто вежливы друг с другом. Эта супружеская пара — мелкие акционеры компании. Сюда же они заявились без предупреждения, а главное, злые. Не проявляя ни капли уважения к Цзянь Суйину, они сразу же спросили его, что случилось с их инвестициями.

Цзянь Суйин за последнее время достаточно потерпел трудностей. Но даже после всего этого он уважал их, как родственников. Он попытался успокоить их, насколько это было возможно, но эти двое не верили ему, выражаясь грубым тоном.

Суйин, не выдержав такого хамства, прервал разговор и выпроводил их из компании.

Выгнав их, он просидел некоторое время неподвижно, но кто бы знал, что в этот момент двери его кабинета снова откроются.

К нему пришел отец.

Как потом позже вспоминал Суйин, у него было два очень сложных разговора с отцом: первый — когда тот решил привести в дом ту женщину, а второй — этим днем. Эти два раза вызвали у него тот шок, который он не смог забыть до конца жизни.

В кабинет вошел его отец, выглядевший ужасно, и было видно, что он в плохом настроении. Казалось, он сильно постарел за то время, что они не виделись. Он вздохнул и сел на диван.

— Как долго ты собирался скрывать это от меня?

Цзянь Суйин тоже сел рядом с ним.

— Ты не можешь мне помочь. Я должен решить это сам.

Цзянь Дунъюань посмотрел на сына красными глазами.

— Суйин, вы же братья. Как вы дошли до этого?

Суйин был немного удивлен. Он не понимал, как отец узнал о том, что это совершил именно Цзянь Суйлинь.

Цзянь Дунъюань словно прочитал его мысли.

— Я еще не настолько стар, чтобы быть глухим и слепым. Так почему я не могу об этом узнать? Если между вами такой глубокий конфликт, почему ты не сказал мне раньше? Что теперь я могу с ним сделать, если он уже поступил так мерзко? Могу ли я убить его?

Суйин пустым взглядом смотрел на стоящую перед ним пепельницу.

— Я тебе ничего не говорил, так что давай просто притворимся, что ты ничего не знаешь.

— Как я могу притворяться, что не знаю? — лицо Цзянь Дунъюаня побелело. — Вы же родные братья! Разве я могу стоять и смотреть, как вы до смерти сражаетесь?

Суйин достал сигарету и закурил.

— Папа, то, что я скажу, может звучать жестоко, но с того дня, как ты привел эту женщину в дом, такой исход был неизбежен. Как бы ты теперь ни злился, это бесполезно. Я буду бороться с ним до конца.

Цзянь Дунъюань сделал глубокий вздох, чувствуя, как сердце сжимается от слов сына.

— Я знаю, что до конца жизни в долгу перед тобой за это, но… — в голосе Цзянь Дунъюаня сквозило напряжение, — дело дошло до того, что… Я жестоко избил его вчера, но он отказался останавливаться. Ты более благоразумен, чем он. Ты не можешь не учитывать будущее этой компании и интересы остальных членов семьи.

Рука Суйина, державшая сигарету, замерла, и он медленно повернул голову.

— Ты… — он посмотрел на отца сложным взглядом, — ты здесь сегодня, чтобы убедить меня… отказаться от своего капитала?

Он думал, что его отец пришел помочь, но это было не так.

Цзянь Дунъюань опустил голову, не выдержав пронзительного взгляда старшего сына.

— Суйин, я не могу убедить Суйлиня… Поэтому я пришел сюда, чтобы убедить тебя. Я не могу смотреть, как рушится наша компания из-за того, что вы сражаетесь друг с другом.

Цзянь Суйин хотел сделать затяжку, чтобы скрыть свое разочарование, но рука, держащая сигарету, оказалась такой тяжелой, что он не смог ее поднять. Ему очень хотелось рассмеяться в этот момент. Но к счастью, он был уже достаточно взрослым, что не было нужды изображать из себя киношного мальчишку, ищущего лицемерной отцовской любви.

— Суйин, я знаю твой темперамент. Ты, скорее, будешь биться насмерть, чем позволишь ему добиться своего, но… подумай обо всех сотрудниках. Подумай о других родственниках, владеющих акциями.

У Цзянь Суйина слегка помутнело перед глазами. Но на самом деле… как он может не понимать этой истины? Одни только эти слова отца были подобны лопате, в которой была земля, закапывающая гроб. Они были настолько резкими и отвратительными, что, если он услышит еще хоть одно слово, его голова просто расколется.

— Папа, ты… — хрипло произнес Цзянь Суйин, чувствуя, как горло сжимается. Он медленно поднял большой палец вверх и рассмеялся. — Ты так прав! Ты так чертовски прав.

— Суйин, — лицо Цзянь Дунъюаня посерело, — я не позволю тебе страдать понапрасну. Доля, принадлежавшая мне в этой компании… я передам ее тебе. Я оставлю себе только судоходную компанию. Хочешь, я и ее тебе отдам? Суйин, твой отец стар и не может видеть, как вы, братья, пытаетесь уничтожить друг друга. Ты можешь придумать лучший способ? Послушай, в конечном счете все это все равно будет принадлежать нашей семье Цзянь, но если ты будешь продолжать такой жесткий способ борьбы, то в конечным итоге пострадают все люди с фамилией Цзянь.

Суйин крепко зажмурил глаза, а затем снова открыл их. Он вдруг почувствовал силу, поднимающуюся от самых ног. Он затушил сигарету в пепельнице, сдерживая себя от желания высказать более жесткие слова.

— Ладно, исходя из общей ситуации, все верно… Мне не в чем тебя винить. Твой второй сын оказался слишком способным, он умеет прогибать тебя под себя, чтобы получить желаемое. Он оказался достойным сыном своей матери. Я столкнулся с этим, и как бы это ни было унизительно, я не могу этого отрицать. Ты прав, компания не только моя, я не могу устраивать в ней беспорядок. У меня на руках шестьдесят семь процентов акций. Он хочет половину, пусть забирает. Ему нужно еще что-то? Ты сказал: то, что принадлежит ему, и то, что принадлежит мне, принадлежит семье Цзянь. Если твоему второму сыну что-то еще нужно, скажи, я отдам ему все!

Чем больше говорил Цзянь Суйин, тем больше ему хотелось смеяться. Он чувствовал, что от этого разговора, этого места и этих людей его начинает тошнить. Жить, оказывается, чертовски весело. Каждый день происходит столько интересных и мучительных поворотов.

— Суйин, — прозвучал приглушенный голос отца, — не говори так… В последнее время Суйлинь ведет себя словно ненормальный. Он совершенно не похож на себя прежнего. Ты… избегай всеобщего внимания. Потеря компании… я уговорю его позже. В конце концов вы же братья…

Цзянь Дунъюань не знал, что еще сказать, речь его была бессвязной.

Он знал, что не может ничего сказать, чтобы успокоить своего старшего сына. Он знал, что снова причиняет ему боль. Его сердце — это по сути просто кусок мяса, и он, как отец, действительно не знал, что делать. Он мог думать только о том, чтобы не допустить, чтобы его родственники потеряли деньги, иначе его тоже будут в этом винить.

— Пап, — Цзянь Суйин хлопнул себя по бедрам, — я сделаю все, как ты скажешь, но в обмен ты мне кое-что пообещаешь.

— Хорошо, говори.

Цзянь Суйин посмотрел на него особенно серьезно.

— Ты возьмешь свою жену и сына… и вы трое покинете дом моей матери.

Цзянь Дунъюань тупо уставился на него.

— Я люблю этот дом, но от женщины, живущей в нем, меня тошнит. Так что давайте-ка вы съезжайте оттуда. Моя мама потерпела достаточно неудач в своей жизни: она потеряла не только своего мужа, но и собственную жизнь в итоге. По крайней мере остался этот дом, в котором она родила меня и вырастила. Я больше не могу позволить этой женщине разрушать и осквернять его.

Лицо Цзянь Дунъюаня стало пепельным. Он долго сидел неподвижно.

— Хорошо, — наконец ответил он беззвучным голосом.

После ухода отца Цзянь Суйин долго сидел в одиночестве. Он думал, что такое поражение вызовет у него сильные эмоции, но их не было. Наоборот, он даже испытывал… чувство облегчения.

Он, Цзянь Суйин, потратил большую часть своего состояния в обмен на расслабленность. Ему больше не нужно заботиться об интересах огромного количества родственников и заниматься делами. И он все тот же потрясающий Цзянь Суйин. Только в этот раз он остался один. Он может идти туда, куда хочет, он может заниматься тем, что ему нравится. Он вообще теперь может делать что угодно. Отныне он будет зарабатывать деньги только для себя. Теперь он будет жить только для себя.

______________________________-

Мои хорошие, хочу закончить этот год словами Суйина.

Будьте свободны. Идите туда, куда хочется. Занимайтесь тем, что вам нравится. Делать все что угодно. Зарабатывайте и живите для себя.

Всех С новым годом. Спасибо, что читаете, увидимся в новом году

Глава 17.5 - Отчаяние - страшная вещь

Цзянь Суйин всегда был решительным человеком. Приняв решение, он уже не собирался отступать. Он взял телефон и позвонил Цзянь Суйлиню.

Из динамика послышались гудки. На втором вызов уже приняли, словно тот, кому он звонил, держал телефон в руках и ждал.

— Гэ, я…

— Слушай меня внимательно, — перебил его Суйин. — Я дам тебе все, что ты хочешь. Не только эти пятьдесят процентов, я отдам тебе все шестьдесят семь, которые у меня в руках. Мне не нужно ни фэни. Отныне эта компания не имеет ко мне никакого отношения. Ты можешь делать все, что хочешь. Я не хочу больше тратить время на переговоры с тобой о цене. Я отдаю ее тебе со скидкой, за семьдесят процентов от рыночной цены. Когда у тебя будут готовы деньги, мы подпишем контракт. Чем скорее, тем лучше.

После недолгого молчания Цзянь Суйлинь сказал:

— Я не могу собрать столько сразу.

— Это уже твои проблемы. Ты такой башковитый, разберись с этим сам, — ответил Цзянь Суйин и сбросил звонок.

Будь у него возможность, он больше никогда в жизни не хотел слышать этот голос.

Когда Суйин вышел из компании и сел в машину, то оглянулся на здание компании, которую построил своими руками. Внутри у него все клокотало от смешанных чувств.

Когда он собирал средства для регистрации этой компании, ему было столько же лет, сколько сейчас Ли Юю — двадцать один. В то время ему надоела учеба, и он, переполненный амбициями, хотел сделать предпринимательскую карьеру. Благодаря своему мужеству и упорству он полз, поднимаясь по лестнице, чтобы возглавить компанию. За прошедшие восемь лет он даже не может сосчитать, сколько боли ему пришлось пережить и сколько раз упасть, прежде чем он обрел сегодняшние масштабы.

Вспоминая себя за восемь лет жизни… Он совершил кучу глупостей. Если бы он встретил себя двадцатиоднолетнего, то не воспринял бы даже его всерьез. Он и подумать не мог, что это его облапошили два мелких  двадцатиоднолетних сопляка.

Единственное, за что он был благодарен, — что оказался не таким уж неспособным справиться с поражением, как думал. Хотя он даже и предположить не мог, что когда-нибудь в жизни упадет сильнее, чем в этот раз. Возможно, череда потрясений была слишком сильной. Хорошо, что его самообладание за короткий промежуток времени значительно стабилизировалось, иначе, будь он прежним, то бился бы с этими двумя до смерти.

С другой стороны, он еще молод. Впереди еще лет восемь-десять у него точно есть. Сейчас у него есть накопления капитала и связи. После отдыха он начнет все сначала. Он дал себе слово, что останется тем самым Цзянь Суйином, что способен заставлять людей равняться на него.

Он самоуничижительно улыбнулся, и депрессия, давящая на него изнутри, казалось, внезапно рассеялась.

Пусть идет нахуй этот Ли Юй, лао-цзы начнет жить своей новой жизнью.

Через два дня Суйину надоело носить одну и ту же одежду, и он решил поехать домой, чтобы забрать несколько комплектов одежды. Он взял с собой сяо Чжу, так как не хотел ни возвращаться в одиночку, ни собирать свои вещи сам.

Открыв дверь своей квартиры, он замер. Дома горел свет и было тепло, словно тут кто-то жил.

Ли Юй вышел навстречу ему в тапочках и домашней одежде. Когда он увидел сяо Чжу, на его лице появилась гримаса отвращения.

У Цзянь Суйина уже не было сил даже сердиться.

— Что ты делаешь в моем доме?

Ледяной взгляд Ли Юя упал на сяо Чжу.

— Я ждал, когда ты вернешься домой.

— Дом? Это всего лишь место, где я живу, но это не мой дом. Ли Юй, мне лень с тобой спорить, убирайся отсюда. Завтра я выставлю на продажу эту квартиру.

Ли Юй не моргая уставился на него.

— Ты хочешь продать ее?

— Да, а ты хочешь купить? Цена всего семь миллионов. Ты и Цзянь Суйлинь за последнее время заработали много денег. Тебе ведь не жалко столько потратить, правда?

— Хорошо, — Ли Юй посмотрел на него с пафосом, — я куплю ее.

Цзянь Суйин заставил себя смотреть прямо в глаза Ли Юю. Он не хотел выглядеть трусом, особенно перед этим человеком.

— Иди в спальню и собери мою одежду, — похлопал он по плечу сяо Чжу, — чемодан стоит на самой верхней полке в гардеробной.

Сяо Чжу с некоторой тревогой посмотрел на Ли Юя и попытался обойти его.

В горле Ли Юя образовался комок. Внутри него поднялась сильная ярость, и когда сяо Чжу проходил мимо него, он с силой толкнул его.

— Кто позволил тебе войти?! — злобно выкрикнул он.

Толчок был такой сильный, что сяо Чжу отбросило назад и он упал на пол.

— Блядь! — выругался Цзянь Суйин. Он словно наконец нашел причину, чтобы выплеснуть свои эмоции, и, не раздумывая, стрелой бросился к Ли Юю, также яростно толкая его. — Ты, ничтожество! Кто позволил тебе быть здесь?

Ли Юй был прижат к стене. Он не сопротивлялся, а просто смотрел на него налитыми кровью глазами.

Цзянь Суйин тоже смотрел на него. В тот момент, когда их взгляды встретились, в них вспыхнуло бесчисленное количество неописуемых и неопределенных эмоций отчаяния.

«Как мы дошли до такого состояния?»

Этот вопрос одновременно прозвучал в головах обоих мужчин.

Сяо Чжу поднялся с пола. Он растерянно смотрел на них, желая как-то помешать их драке, но не решался.

— Иди в спальню! — сказал ему Суйин. — Собери вещи!

Сяо Чжу опустил голову, застыв на секунду. Его глаза покраснели, но он развернулся и побежал в спальню.

— Не подписывай с ним контракт, — хриплым голосом произнес Ли Юй. — Пообещай мне две вещи, и я сделаю так, что ты ничего не потеряешь..

Суйин понял, что он говорит о Цзянь Суйлине. Он отпустил воротник Ли Юя, чувствуя необычайную усталость в душе.

— Ли лао эр, в твоих глазах все остальные — дураки, верно? Ты обманывал меня раз за разом, так неужели ты думаешь, что я когда-нибудь снова стану тебе доверять?

Ли Юй выдержал его тяжелый взгляд.

— Цзянь-гэ, поверь мне еще раз.

Цзянь Суйин бросил на него презрительный взгляд и фыркнул. Он повернулся, собираясь пройти в спальню.

Впервые в жизни Цзянь Суйин услышал, как Ли Юй говорит с ним умоляющим тоном.

— Цзянь-гэ, поверь мне еще раз.

Суйин попытался оттолкнуть его локтями, но Ли Юй, поняв его намерение, крепко обхватил его руками. Ли Юй не смог устоять перед своим желанием и прижался губами к шее Цзянь Суйина. От теплого и освежающего вкуса этой кожи он думал, что сойдет с ума.

— Блядь, Ли Юй, у тебя еще хватает совести на это?

Как у этого человека еще хватает ума издеваться над ним после всего, что он натворил?

Цзянь Суйин был так зол, что его аж затрясло, и он сильно ударил затылком Ли Юя в лоб.

У Ли Юя закружилась голова и перед глазами все поплыло. Он тут же ослабил хватку, и в этот же момент был с силой отброшен Суйином.

Цзянь Суйин обернулся и ударил его по лицу.

Ли Юй едва удержался на ногах и уставился на него.

Цзянь Суйин больше не мог произнести ни одного слова. Ему очень сильно хотелось убить Ли Юя. Ведь если он его убьет, то и проблем у него больше не будет.

Ли Юй большим пальцем провел по крови в уголке рта. Удар, казалось, вернул ему самообладание, заставив понять, что то, что он сейчас делает, не поможет ему достигнуть цели. Он распрямил плечи и выпрямил спину.

— Цзянь-гэ, — глубоким голосом произнес он, — давай сядем и поговорим. Дай мне десять минут. Я знаю, что ты не хочешь отдавать компанию. Послушай то, что я скажу, а как закончу, ты сможешь решить, правду я говорю или нет.

— Ты ошибаешься, — усмехнулся Суйин, — мне теперь плевать на эту компанию. Она мне больше не нужна. Если подумать, то я вкалываю до потери пульса, чтобы заработать деньги, а в итоге все это даже не мое. Мне приходится содержать кучу родственников, которые даже не протянут и руку помощи. Они открывают свои рты, только требуя денег. Что в этом хорошего?

— Ты говоришь со злости, — Ли Юй смотрел на него укоризненно.

Суйин усмехнулся.

— Я действительно не хочу этого. Отныне вы двое можете делать все, что вам вздумается. Только больше не появляйтесь у меня на глазах.

Лицо Ли Юя исказила гримаса ужаса. Он чувствовал, что слова Цзянь Суйина были правдой. Страх от того, что он больше не сможет ухватиться за этого человека, заставлял его волноваться: Цзянь Суйин отдалялся от него все дальше и дальше, и он не знал, как сможет теперь вернуть его снова.

— Сяо Чжу, — громко крикнул Суйин, — больше нет нужды собирать вещи. Я куплю новые.

Сяо Чжу быстро выбежал, неся в руке чемодан.

Как только Цзянь Суйин подумал, что в этом доме все пропахло Ли Юем, ему вдруг стало противно. Он выхватил чемодан и бросил его на пол.

— Не хочу даже это брать. Пошли.

Он привлек к себе сяо Чжу, собираясь выйти из квартиры.

Глаза Ли Юя налились кровью. Его взгляд стал мрачным и пугающим.

Как только они вдвоем подошли к двери, Ли Юй бросился за ними и с силой оттащил Суйина, тянувшего сяо Чжу за руку. Как только он расцепил их руки, то вытолкнул сяо Чжу за дверь.

Цзянь Суйин развернулся, собираясь ударить его, но Ли Юй схватил его за руку и вывернул ее за спину. Тут же наклонившись, он прижал его к дверной панели и заткнул ему рот.

_______________________

Мои хорошие, я в бане. Не в той, где большой компанией пьют холодное пиво и хлещут друг друга вениками, а в том, где я не могу отвечать на комментарии. На одном акк, он закончится завтра, на основном, практически до конца месяца продлится.

Привет, тем сукам, которые жалобы кидают на мои комментарии.

Поэтому в этой главе вы будете без меня. Но я как всегда все читаю и жду ваши мысли. Обнимаю вас, Ваша Shelleer

Глава 17.6 - На кого падают подозрения

Сяо Чжу стучал в дверь и беспомощно кричал:

— Откройте дверь! Откройте дверь! Цзянь шао! Цзянь шао!

Он не осмеливался кричать слишком громко, ведь Цзянь Суйин был высокопоставленной персоной, поэтому он боялся привлечь соседей. Но помня свирепый взгляд того парня, сяо Чжу беспокоился о безопасности Суйина. Он также знал, что если бы Цзянь Суйина сейчас не было рядом, этот человек обязательно избил бы его.

Ли Юй до боли стиснул подбородок Цзянь Суйина. Их губы встретились в поцелуе, зубы столкнулись. Знакомое дыхание оседало на коже, в то время как влажный язык грубо проник в рот Суйина. Не задумываясь, Суйин прикусил мягкий язык. Ли Юй вздрогнул от боли, но отказался отпускать его. Вместо этого его движения становились все более интенсивными, и вкус крови распространился во рту обоих мужчин.

Он не знал, откуда у Ли Юя столько сил. Обычно Суйин был тем, кто насильно целовал его. Кроме Ли Юя, с ним никогда так не обращались, поэтому он был в ярости и с силой стал отпихивать Ли Юя кулаками и ногами.

Ли Юй, задыхаясь, произнес приглушенным голосом:

— Я не отдам тебя никому. То, что принадлежит мне, Ли Юю, всегда будет принадлежать мне!

— Чушь собачья, — Цзянь Суйин выдавил из себя два слова.

Суйин с силой оттолкнул Ли Юя. Он схватил вазу, стоящую на тумбе для обуви и разбил ее о его голову.

Ли Юй хотел рефлекторно увернуться, но не стал. Суйин с силой ударил фарфоровой вазой по его лбу, и хрупкое изделие разлетелось вдребезги. По бледному лицу потекли две багровые струйки крови.

Цзянь Суйин на мгновение замер.

Ли Юй даже не моргнул. Он поднял полы своей белой футболки и вытер кровь, застилавшую ему глаза.

— Сколько бы у тебя ни было претензий и обид, вымести их все на мне. В конце концов, я сильно сожалею. Только не смей больше обвинять моего дагэ. Я говорил тебе, что он не знал и не причастен ко всей этой истории.

Цзянь Суйин, глядя на залитое кровью лицо Ли Юя, почувствовал, что его мозг на секунду отключился. Он сначала даже не отреагировал на слова Ли Юя.

— Что ты сказал? — спустя пару секунд хмуро переспросил он.

Ли Юй тихонько вздохнул и, снова подняв свою белую футболку, вытер лицо. Вытерев кровь всего два раза, он понял, что одежда настолько пропиталась кровью, что он уже не сможет ее отстирать.

Цзянь Суйин поджал губы, смотря на него и пытаясь понять, насколько сильным был его удар. Если бы он ушел сейчас вот так… Ли Юй мог бы умереть здесь в одиночестве?

— Цзянь Суйин, то, что между нами, — ровным голосом произнес Ли Юй, — независимо от того, чего ты хочешь, давай сначала решим проблему с моим дагэ.

После того как он понял, что акционерным капиталом компании он больше не может контролировать Суйина, ему оставалось только срочно найти другой выход. Все, что сейчас творится, произошло по его вине. И то, что его дагэ оказался замешанным в том, что Цзянь Суйин перестал ему доверять, тоже была его вина. Он должен исправить все постепенно, шаг за шагом. Только тогда он сможет вернуть себе Цзянь Суйина. И никто его не сможет остановить.

Цзянь Суйин с трудом оторвал взгляд от его раны и несколько секунд обдумывал услышанное, прежде чем уловил смысл слов.

— Ты хочешь сказать, что я гажу твоему дагэ? Ты, блядь, думаешь, я такой же, как ты?

От потери крови у Ли Юя начала кружиться голова. Прищурив глаза, он смотрел на Цзянь Суйина сквозь ресницы, мокрые от его собственной крови.

Цзянь Суйин усмехнулся.

— Нет ничего такого, что я, Цзянь Суйин, не смог бы сделать. Что такого в Ли Сюане? Если я, Цзянь Суйин, захочу его наказать, я, блядь, подключу все свои связи, чтобы его уничтожить. Ты говоришь, что я нанес ему удар в спину? И что я с ним сделал?

Ли Юй только почувствовал, как в его голове вспыхивает белый свет, от которого только сильнее закружилась голова. Он знал, что Суйин именно такой человек, как он сам говорит. Что если он захочет что-то сделать, то сделает это. Но если он сказал, что не делал этого, то Ли Юй понял, что так оно и есть.

На самом деле было много вещей, над которыми, если бы он глубоко задумался и тщательно проанализировал доказательства, то ложь и заговор, несомненно, оставили бы след. Но в тот момент он был полностью ослеплен гневом, ревностью, тревогой и отчаянием.

Как сильно Ли Юй любил Цзянь Суйина, так же сильно он был обижен на него. Он бесился от предательства и унижения, которые принес ему Цзянь Суйин. Он злился на него за то, что он проводит время с другими обнимая их, за то, что он насмехается над ним. Он возмущен тем, что ему нужна была веская причина, чтобы полностью контролировать Цзянь Суйина. Он хотел привязать его к себе, чтобы он не мог, не смел сопротивляться.

Поэтому, когда он увидел эту возможность, предоставленную Цзянь Суйлинем, он подумал, что у него есть коронное оправдание своего дагэ. На самом же деле он сделал то, чего не должен был делать, руководствуясь своим эгоистичным желанием держать Цзянь Суйина в рабстве.

Прокрутив в голове всю ситуацию, он понял, что за всем этим стоит Цзянь Суйлинь.

В голове Ли Юя царила неразбериха… что же он натворил?

Он был человеком, который с детства не совершал ошибок. Он был умен, уравновешен и не доставлял своим родителям лишних хлопот. Все, включая его самого, считали, что он будет «правильным» до конца своих дней. Но с тех пор, как он встретил Цзянь Суйина, стал совершать разные глупости. Он не мог смириться с тем, что он, имевший в жизни свои цели, все дальше и дальше уходил от них.

Он был как машина, потерявшая управление, называемой «рассудительностью», и постоянно врезался в стену. Только в этот момент ему пришлось признать, что эмоции могут свести человека с ума.

Ли Юй, шатаясь, сел на диван и медленно опустил голову. Струйки крови, оставляя следы на его лице, капали на пол.

Суйин несколько раз порывался уйти, но понял, что не может сделать ни шагу.

Ли Юю было совершенно некогда заботиться о своих травмах. О отчаянно напрягал мозг, думая о том, как справиться с Цзянь Суйлинем. К счастью, в самом начале он успел сделать бэкхенд.

— Где твой телефон? — Суйин не смог сдержаться. — Вызови скорую.

Ли Юй медленно повернул голову и пристально посмотрел на Цзянь Суйина.

— Цзянь-гэ, ты можешь уйти.

Суйин нахмурился.

— Я в порядке… ты уходи. Но вот что я тебе скажу: еще несколько дней ты можешь быть свободен и тебе они сойдут с рук… Когда я все улажу, то найду тебя. В самом начале ты был тем, кто просто хотел повеселиться со мной, и я не позволю тебе просто так уйти из моей жизни. Слушай внимательно… этот маленький утенок или кто там еще — ничто. Никто не может быть с тобой, только я. Только я, Ли Юй! Ты можешь быть только со мной.

*В тексте использована идиома 就这么左拥右抱地 / Обнимать налево и направо. Она описывает человека, у которого много наложниц (любовников).

Взгляд Ли Юя был серьезным и пристальным. Он совершенно не чувствовал, как сильно болит голова, потому что сердце болело сильнее.

— Цзянь-гэ, — слабая улыбка появилась на его губах, — этот период времени был… Не вспоминай об этом… не было ни одного нормального дня… Но ты не успокаивайся, рано или поздно я наведу порядок в этих твоих грязных делах. Это ты первый меня спровоцировал. Не говори мне нет, не надо…

Суйин наблюдал за тем, как Ли Юй безвольно упал на бок.

От шока Цзянь Суйин на несколько секунд застыл и не двигался. Когда он пришел в себя, то подошел к дивану и коснулся головы Ли Юя, осматривая его рану. Глядя на плотно сомкнутые окровавленные ресницы, сердце Цзянь Суйина сжалось от неутихающей боли. Он достал телефон, чтобы вызвать скорую помощь.

После того как «скорая» увезла Ли Юя, Суйин не захотел ехать за ним. Он позвонил секретарю Лян и попросил ее позаботиться обо всем, а сам устало отвез сяо Чжу домой.

Сяо Чжу был очень бледным. Он не решался спросить у Цзянь Суйина, что случилось, но увидев, что сам Суйин не пострадал, почувствовал облегчение.

Этот парень…

Сяо Чжу подумал о Ли Юе.

Несмотря на то, что они стояли друг напротив друга, как враги, сяо Чжу все равно смог уловить ту непостижимую атмосферу между ними, которую не могли нарушить посторонние. Это было какое-то неописуемое, но в то же время реальное чувство, которое давало сяо Чжу уверенность в том, что между ними существуют более глубокие чувства.

Он совсем не удивился тому, что Цзянь Суйину нравился этот парень. Он был такой один на миллион как по темпераменту, так и по внешности. Он и есть тот, кто может в этой жизни стоять плечом к плечу с Цзянь Суйином.

В глазах сяо Чжу Цзянь Суйин — человек, который достоин наслаждаться лучшим во всем. Он обладал естественным чувством превосходства и видел в своей жизни только лучшее. Именно поэтому и мужчина, которого он будет любить, должен выглядеть идеально.

Сяо Чжу не мог понять ту тяжесть, что была в его сердце. Но вместо того чтобы говорить, что ему нравился Цзянь Суйин, правильно было бы сказать, что он его боготворил.

В глубине души он знал, что Цзянь Суйин — человек, до которого ему не дотянуться, поэтому даже никогда и не смел на что-то надеяться.

Сяо Чжу не знал, как долго он еще сможет наслаждаться обществом Цзянь Суйина, но хотел, чтобы этот момент продлился чуть дольше.

_______________

Мои хорошие это последняя глава на этом сайте, к моему большому сожалению. Простите.

С этим сайтом, я больше сотрудничать не буду из-за их наплевательского и хамского отношения. Суть в том, что мои переводы стали воровать и размещать на других сайтах. Мне приходится тратить много времени и нервов, чтобы доказать, что эти работы являются моими, для того, чтобы их там заблокировали.

Я хотела удалить с этой площадки всего лишь две свои работы, которые были сворованы. Но я не могу даже главу удалить оказывается. Я обратилась к модераторам и описав всю ситуацию, попросила удалить эти две работы. На что получила ответ, что они этого делать не будут. И ответили они мне аж через 8 часов. Хотя всегда раньше ожидание было лишь несколько минут. После этого другие мои сообщения остались без ответа. До сих пор.

Заливая сюда свои работы, получается я автоматически лишаюсь права ими распоряжаться. Кроме редактирования я ничего сделать не могу.

Это мой труд. Это мое время. Например, на эту работу, я потратила уже почти два года. Да, выкладка была позже, так как я готовила главы и бета их правила за мной. И после всех наших бессонных ночей и почти двухлетнего труда, оказывается мы не можем распоряжаться своими трудами.

Про баны я вообще молчу, это отдельная тема.

Конечно же, перевод я не бросаю. Просто здесь его не будет больше. Главы будут выходить на ваттпад. Я понимаю, что это не хорошо с моей стороны по отношению к вам. Я знаю, что многие не придут туда и я многих из вас потеряю. Мне до слез за это обидно. Но я надеюсь на ваше понимание.

Если заходите перейти на другой сайт, то наберите в своем поисковике "Но ты влюблен в него Shelleer" 1-2 ссылка это и будет wattpad.

Я очень надеюсь увидеть вас там.

Надеюсь на ваше понимание и поддержку. Еще раз прошу прощения у всех вас. Вы все мне очень дороги и стали как родные. Обнимаю, надеюсь не в последний раз, ваша, Shelleer.

Страница книги Но ты любишь SB в интернете

Table of Contents

Том 1

Глава 1.1 - Первая встреча с бессовестным братом Цзянем

Глава 1.2 - Дверь в ванную, из-за которой у Цзянь Суйин образовалась диллема

Глава 1.3 - Он снова здесь

Глава 1.4 - Что я здесь делаю?

Глава 1.5 - Столкновение

Глава 1.6 - Поддразнивание мальчика

Глава 2.1 - Сводный брат

Глава 2.2 - Чистильщик креветок

Глава 2.3 - Вступительный экзамен в колледж

Глава 2.4 - Сяо Ли-цзы

Глава 3.0 - Волнение в гей-баре

Глава 3.1 - Начало стажировки Ли Юя

Глава 3.2 - Встреча с бизнесменами которые любят выпить

Глава 3.3 - Встреча с дедушкой Цзянь

Глава 3.4 - Рыбалка и прочее

Глава 4.1 - Трогательный зрелый мужчина и застенчивый натурал

Глава 4.2 - Бай Синьюй бяоди–мошенник

Глава 4.3 - Вечеринка, поцелуй и удар

Глава 5.1 - Как отсосать девственнику натуралу?

Глава 5.2 - Когда ты терпеть не можешь того, кто тебе отсосал

Глава 5.3 - Цзянь Суйин, лао-цзы прикончит тебя сегодня

Глава 5.4 - Разозлил его еще больше

Глава 6.1 - То, что бушует во тьме

Глава 6.2 - Не буди спящую собаку и не надейся от нее убежать

Глава 6.3 - Дай я трахну тебя и мы квиты

Глава 7.1 - Кто‐то должен платить за чужое высокомерие

Глава 7.2 - Одиночное заключение с угрозами

Глава 7.3 - Сяо Ли-цзы, ты стао твердым?

Глава 7.4 - Ли Юй, Цзянь Суйин и машина вместо кровати

Глава 7.5 - Еда вне дома

Глава 8.1 - Порно видео и неуправляляемый сяо Ли-цзы

Глава 8.2 - Надоедливый бяоди

Том 2

Глава 8.3 - То, что случилось в душе

Глава 8.4 - Кролики-любовники

Глава 9.1 - Почему мы делаем-то, чего никогда не должны делать?

Глава 9.2 - Не могу сделать его нижним пока, но однажды - да!

Глава 9.3 - Давай закончим на этом

Глава 9.4 - Взрослый и старый мужчина - сплетничают

Глава 9.5 - Очередная вишенка

Глава 10.1 - Одержимый мудак и гей* под наркотой.

Глава 10.2 - Детективное дело

Глава 10.3 - Детективное дело часть 2

Глава 10.4 - Пойманный за руку в банке с печеньем

Глава 10.5 - Снова драка

Глава 11.1 - Ты бросил меня или это я тебя бросил?

Глава 11.2 - Дождь! Дождь! Нарушил все планы

Глава 11.3 - Ревность - страшная штука

Глава 11.4 - К черту эти небеса! Жизнь или смерть!

Глава 11.5 - Я пройду сквозь шторм ради тебя

Глава 11.6 - Два спокойных сердца посреди бушующего шторма

Глава 12.1 - Пациенты находятся в состоянии романтической лихорадки

Глава 12.2 - Ложные опасения и коварные планы

Глава 12.3 - Не могу остановить это чувство

Глава 12.4 - Буря после солнечных дней

Глава 12.5 - Ревнивый психопат

Глава 13.1 - Кольцо и застенчивый опытный любовник

Глава 13.2 - Человек, который чувствует запах обмана

Глава 13.3 - Сомневается во всех, включая возлюбленного

Глава 13.4 - Все бывает в первый раз... Даже это!

Глава 13.5 - Любовник, который уничтожает своего возлюбленного... Буквально

Глава 13.6 - Неправедный брат

Глава 14.1 - Сводный брат зло, а молодой любовник — сторонник зла

Глава 14.2 - Мужчина рогоносец

Глава 14.3 - Грязное сердце

Глава 14.4 - Мошенничество раскрыто

Глава 14.5 - Мошенничество раскрыто, но все усложняется

Том 3

Глава 15.1 - Подозревая любовника

Глава 15.2 - Не считайте себя незаменимым

Глава 15.3 - Сожаления - это его страдания

Глава 15.4 - Летающие призраки могут быть неосторожны

Глава 15.5 - Утопая в ненависти, любви, ненависти и любви...

Глава 15.6 - Укушенный волчонок

Глава 16.1 - Выговор отца

Глава 16.2 - Кто теперь расплачивается

Глава 16.3 - Посещение логова льва

Глава 16.4 - Не прикасайся к моему мужчине

Глава 16.5 - Одержимый одержимостью обладания

Глава 16.6 - Успокоение психики после слишком сильной ненависти

Глава 16.7 - Это притворство меня убивает!

Глава 17.1 - Плохое, которое никогда не заканчивается

Глава 17.2 - Разбитое и рассыпанное на кусочки сердце

Глава 17.3 - Тот, кто всегда рядом

Глава 17.4 - Никчемный отец

Глава 17.5 - Отчаяние - страшная вещь

Глава 17.6 - На кого падают подозрения

О книге